Лиза Мока
Мама слышит тебя. Тонкое искусство баланса между личными границами и безграничной любовью

© Мокеева Е., 2022

© Челышева Т., илл. на обложке, 2022

© ООО «Издательство АСТ», 2023

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

* * *

Лиза Мока – автор книг и блога с миллионной аудиторией, создательница уникальных проектов для женщин, мама пятерых детей.

Telegram: Contact @lizamoka

http://vk.com/doula_daily

Предисловие

Меня давно просят написать книгу о воспитании.

Но только четверым моим детям уже за 17–19 лет, а двое значительно младше. И я очень не хочу говорить о воспитании тогда, когда еще не увидела результат.

Однако я понимаю, что результат воспитания мы не увидим никогда, жизнь ребенка длинная и, как любой другой человек, он может сталкиваться с разными ситуациями. Оценить свой материнский успех нельзя, хоть и очень хочется. Да и заслуга ли родителей счастье или успех ребенка?

Но что же все-таки подтолкнуло меня к решению написать эту книгу?

У меня есть приемный сын, его родители лишены прав. Однажды во время эфира, когда я вела лекцию в своей школе, мне стали звонить его родственники, я сбрасывала, но потом поняла, что так просто не будут звонить, надо взять трубку.

Мне сообщили, что умирает мама моего приемного сына, она сейчас в тяжелом состоянии в больнице и хочет увидеть его. Естественно, мы сразу поехали в больницу, сын попал к нам взрослым, прекрасно знает маму и переживает за нее. Мы сходили к ней. Оказалось, все не так страшно, но ребенок был очень расстроен такими новостями. Вся моя семья переживала вместе с ним, понимая, что он боится за маму!

Через несколько дней мы узнали, что она пошла на поправку и ее выписали. Я сообщила об этом за столом после работы, и мои родные дети обрадовались и захлопали в ладоши в поддержку приемного брата, понимая, как ценна каждому ребенку его родная мама.

В этот момент я подумала, какие же удивительные у меня дети. И как я счастлива, что могу видеть их любовь к людям. Могу видеть, что они не ломают копья за справедливость, осуждая других, а желают каждому счастья.

Мы все ходим по одной земле. И каждый может оказаться там, где другим никогда не захочется быть, и, как бы мы ни были уверены, я повторюсь, каждый может оказаться в разных ситуациях, но, несмотря ни на что, любой человек достоин только поддержки и любви.

И если ребенок это понимает, значит, его жизнь уже сложилась хорошо.

Я могу точно сказать, что я счастливая многодетная мама и мои дети умеют любить, а значит, мы все справились с тем, что называют воспитанием.

Глава 1
Зачатие и рождение

Что ж, расскажу о своем отношении к детям, о наших взаимоотношениях, о воспитании, которого все боятся, – ведь так легко ошибиться! И тогда…

Тогда представьте, что вы уже ошиблись.

Что, если вы уже ошиблись? И так можно! Согласитесь, сразу становится намного легче.

Любой формат общения между родителями и ребенком можно раскритиковать. В одном случае родители слишком любят, в другом балуют, в третьем слишком строгие, в четвертом – мало внимания, перечислять можно бесконечно, уверена, что многие из вас читали книги о воспитании и находили свои ошибки.

Поздравляю, вот вам факт: идеальных родителей нет, идеальный родитель – любимый! А любимый тот, что свой!

И сейчас у многих эти слова вызвали сопротивление. Вы думаете, что я ошибаюсь, ведь есть любимые приемные родители, а есть дети, которые не любят своих родных родителей. Но я не ошиблась. У каждого из нас есть любовь к родителям – такая, какой они научили.

Мы часто думаем, что есть те, кто любит, а есть те, кто не любит, но это не так: каждый умеет любить, только для одного любовь – это внимание, нежность и поддержка, а для другого – мотивация, критика и стимулирование. Так почему для одного любовь – доброта, а для другого – строгость или безразличие? Давайте искать ответ.

Как я уже писала в одной своей книге, воспитание – это паровоз поколений. И с точки зрения физиологии, и с точки зрения психологии к нам многое приходит от родителей.

Такой маленький пример: представьте, ваша бабушка беременна вашей мамой и вдруг она испугалась чего-то. Этот же страх чувствует ваша мама в утробе бабушки, а в этот момент у мамы уже сформированы яйцеклетки, из одной из которых позже получитесь вы.

У нас есть генетическая память. Есть психологические исследования, которые доказывают существование родовой памяти. Я не хочу вдаваться в детали, но то, какими сценариями и реакциями мы наполнены, имеет корни в жизни наших родителей, бабушек, дедушек, прабабушек. Отрицать это неправильно. Однако постоянно думать об этом и винить в чем-то своих предков тоже ни к чему.

Важнее понять: что собой представляю я, какие во мне есть качества, реакции, и не винить себя за них, а знать, понимать, принимать и грамотно использовать.

Со всеми своими навыками и привычными вам сценариями вы обращаетесь к ребенку. И совершенно не важно, что вы уже прочитали и узнали о воспитании, сколько бы масок вы ни примеряли, ребенок видит вас. Он ваш, а вы – для него. И это идеальный тандем.

Видеть в себе-родителе идеального творца важнее любых знаний. К вам пришел не мой ребенок, понимаете, а ваш. И я могла бы рассказать, что делать, но для вас это никогда не станет правильным.

Так что же тогда важно?

Важно любить. Любить ребенка. Не себя в ребенке, не свои надежды и желания в нем, а его самого. Наверное, самым ярким примером для этой книги станет мой старший сын. Он первым открыл для меня материнство. И он первый научил любить не себя и не для себя.

Не навязывайте ребенку свой сценарий

Мой старший сын принес с собой мой самый большой страх: быть не такой, как все.

Всю жизнь для меня было важным, чтобы я нравилась. Небольшая отсылка к тому, о чем я вам говорила вначале: этот сценарий – понравиться всем – пришел ко мне от моих родных. Мои мама и папа не знали своих отцов и были уязвимы в этом. Для них важным было доказать, что они могут понравиться окружающим. Чтобы понять это, чтобы увидеть себя, а не то, что нравится другим, мне надо было пройти длинный путь к принятию того, что мой сын, мой любимый, мой самый лучший, не соответствует ожиданиям общества.

Мне надо было увидеть изнанку того, что казалось для меня нормальным. Нравиться другим. Но ведь если есть то, что принимают, чем восхищаются, значит, есть и противоположное – что не нравится! А в мире возможно разное, и это разное допустимо и нормально.

И первым шагом к родительству я считаю разрешение всем быть разными, но при этом одинаково достойными для мира. Мы же все знаем, как лучше, как правильно, но забываем, что все великие открытия состояли не из правильного, а из нового – того, чего не было раньше. И дети – это и есть то новое, что мы дарим миру. Если мы хотим идти вперед, нам важно приобретать свой опыт, а детям дать выбор. Но иногда от обиды за свою жизнь, иногда от чувства вины и всегда с благим намерением мы свой опыт передаем детям.

«Смотри, как у меня, и учись».

«Не хочешь, как я, тогда слушай! Я старалась, и тебе так просто ничего не будет».

«Я не доучилась, а ты обязан, не повторяй моих ошибок».

Примеров того, как мы хотим избежать своих ошибок в жизни детей или навязать им свои успехи, много.

И как поведет себя ребенок, тоже очевидно: он выбирает, опираясь на модель, которую показывают родители. Поэтому чаще всего они не слышат, а просто повторяют. И повторяют то, что мы так хотим припрятать за разговорами о правильном.

«Я не доучилась» – и он не доучится или выучится назло.

И ни в одном, ни в другом случае пользы не будет, потому что нет выбора.

Если вы уже испуганы своей неудачей, у ребенка нет выбора. Ему надо либо ее реализовать, либо наперекор судьбе исправить ошибку мамы. И возможно, о своем желании он никогда не задумается, потому что его нет. Есть насыщенный опыт, который надо исправлять и менять или наступать на те же грабли, потому что «я же тебе говорила»!

В одной из книг я уже приводила пример с чистым листом, но раскрою его еще раз.

Представьте, что ваша жизнь – это чистый лист и вы заполняете его! Естественно, не все художники от Бога, чтобы изобразить шедевр, а потому на этой картине могут быть кляксы, исправления. И тут такая удача! Появляется в доме новый чистый лист – ребенок. И теперь-то у нас опыт есть, рука набита, сейчас нарисуем красиво! Свое красиво! И как ребенку потом начать свой собственный рисунок? Сколько будет перечеркнуто, замазано, чтобы появилась возможность нарисовать свой шедевр?

Самая большая ошибка родителей – это считать, что их задача для себя закончена с появлением ребенка. Теперь они будто для него.

А что, если я скажу вам, что новый лист в вашем доме – не для вас? И сколько бы ни было клякс и исправлений на вашем листе, вы все равно должны продолжать рисовать свою картину только на нем. Как обидно, правда? Как хотелось бы начать заново!

И секрет счастья ребенка в том, чтобы никакими старыми красками и изношенными кистями не наносили узоры на его новый современный холст.

Время меняется, дети всегда растут уже в другом мире! Я часто привожу такой пример: в моем доме не только мы с мужем отличаемся от детей, но даже дети из разных поколений отличаются друг от друга. Мои старшие дети хорошо владеют компьютером, а для младших «мышка» – настоящая дичь, разве нельзя просто ткнуть пальцем на экран? Другая скорость, другая информация, новые принципы. Чему я могу их научить? Я едва успеваю! А для детей сегодняшний мир – это их норма!

Фундамент личности: как вы влияете на ребенка при зачатии и рождении

Чем больше я буду говорить про свободу в этой книге, тем чаще у вас будет желание ее закрыть, потому что поверить в то, что человек вырастет «нормальным», если ему разрешить просто расти, – очень сложно!

На самом деле для многих из нас свобода означает отсутствие границ и вседозволенность. Но именно это становится большой проблемой для детей. Ребенку сложно, когда у него нет опоры, нет безопасности, когда можно все – тогда он испытывает на прочность мир, чтобы определить границы, и это опасно для него.

Так что же это значит – дать свободу, сохранив при этом четкие границы? Давайте искать ответ.

Начнем с раннего.

Как вы проживали беременность и зачатие?

Мало кто задумывается о том, что зачатие и проживание беременности и родов уже влияет на психику ребенка. Эмоции, которые проживает мама в этот период, – будущий фундамент, на котором будет держаться дом.

Проблема большинства из нас в том, что у нас нет дома. Не физического, а внутренней уверенности в своих решениях, потому что не сформирована собственная ценность в результате сомнений мамы – рожать или нет, в результате тревоги мамы, в результате отказа мамы от проживания опыта родов.

Да-да, все это на уровне ощущений закладывается в фундамент личности.

Только случилось зачатие, время, когда человек не осознает себя, но уже чувствует этот период жизни, и в момент самого важного периода – формирования тела, развития, вдруг ощущение сомнений мамы: а надо ли оставить ребенка, а вдруг он будет больным, а как мы справимся еще с одним… Сомнений разных хоть отбавляй.

А зачатие у ребенка одно. Есть интересное упражнение, когда можно почувствовать два главных своих сценария, на которые опираешься. И один сценарий – это чувства папы, с которыми было зачатие, второй – чувства мамы. Они сошлись, и появился ребенок. Осознанно или нет, с любовью или нет, уже не важно: они что-то чувствовали, что стало основой, на которой зародился человек.

И с одной стороны, логично переживать об этом, мало кто помнит, что он чувствовал в момент зачатия своего ребенка, с другой – это и есть отчасти то, что делает нас разными, уникальными. Именно факт, что сходятся двое, каждый со своим, и сочетают это в ребенке, и делает каждого из нас уникальным.

Если у вас сразу возникли вопросы, как что-то исправить, вернитесь в начало книги. Давайте еще раз представим, что мы все сделали неправильно. И так можно! И что тогда?

Любите. Вы замечали, как это происходит, когда любишь? Вспомните свою первую влюбленность в школе, вспомните, как издалека в коридоре узнавали того, кто нравится, по походке, по одежде, как замечали реакции. Когда любишь – просто наблюдаешь. И делаешь что-то, чтобы другой заметил тебя и твою любовь. Вот и все.

Поэтому, когда мой ребенок увлекается чем-то, раскладывает ровно в ряд свою коллекцию и охраняет ее, чтоб никто не нарушил порядок, я не ищу в этом признаков чего-то неправильного или странного, я замечаю это и люблю.

«Смотри, как Миха выставил свои машинки и проводит ручкой по ним со словами «вся коллекция»», – говорю я мужу, а он улыбается и потом выкладывает свои инструменты в ряд со словами «вся коллекция», и мы смеемся.

А потом Миша начнет собирать кресты и убеждать нас в том, что все создал Бог, и мы не будем искать в этом подвоха и рассказывать, за что, по нашему мнению, отвечает Бог. Мы будем просто наблюдать и поддерживать его, потому что любим.

Каждый день в ребенке проявляется что-то, что является результатом и ваших эмоций, и обстоятельств, и генетики. И если любишь, начнешь легко замечать, где нужна поддержка, потому что, возможно, это я чем-то напугала ребенка, а где-то достаточно улыбнуться и взять на вооружение то новое, что ребенок принес в семью.

В каждом событии есть ценное – то, что делает ребенка таким, какой он есть. Например, когда я была беременна младшим, у нас ветром снесло крышу во время дождя, я тогда испугалась и очень расстроилась. С малых лет Миха боится ветра и дождя, но зато он изучил все природные явления. Ему было так страшно, что он проявлял большой интерес ко всему, что в природе может навредить человеку, а потом смотрел видео про ураганы, торнадо, рассказывал нам, где в мире могут быть цунами и куда лучше не ехать. И мы можем ребенка исправлять, убеждать в безопасности, винить себя, а можем вместе с ним прожить новое, страх ветра, расширить кругозор, узнать о том, что раньше было неинтересно, и увидеть, как что-то, ненужное нам, создает новое и ценное в нем. Он разработал новые условия безопасности по географическому признаку природных явлений. Разве это не прекрасно?

Вот так проявляется любовь и к ребенку, и к себе. Я уже испугалась – это не изменить, а он уже что-то из этого взял для себя.

Чаще всего родители, конечно, ищут причины чуждого им поведения и хотят его изменить. Но зачем? Наблюдайте и признавайте свой вклад, радуйтесь новому, родившемуся в тандеме.

Вы скажете: легко наблюдать, когда ветра боится, а если ворует, дерется? Тогда тем более наблюдение необходимо. Замечайте, когда ребенок это делает, когда это началось, что он чувствует при этом, что мы как родители чувствуем, какие реакции с обеих сторон, что могло повлиять на это. Как мы, родители, при этом ведем себя – помогаем ребенку изменить поведение или только унижаем и запрещаем? Где ребенок увидел, что ценность своего и чужого размыта? Когда он захотел, чтобы что-то стало его, не важно, каким способом? Вспоминайте и наполняйте пустоту ребенка, которую он заполняет действиями. Глупо думать, что дети могли бы быть идеальны, хотя мои – точно для меня идеальны, но не потому, что они соответствуют каким-то идеалам, а потому что я так вижу.

Я отвлеклась, но в этой части хотела поговорить о том, как зачатие и рождение влияют на ваше взаимодействие с ребенком. Хотелось бы привести больше примеров, но помните: ни один пример не является основой, это лишь пример.

Основа – это события, которые оказали влияние на психику ребенка и его взаимодействие с миром, абсолютно все факты его опыта роста, начиная с внутриутробной жизни. А как вам удалось повлиять, можете понять только вы, и повторюсь: не для того, чтобы себя винить, а чтобы заметить, как теперь с этим опытом ваш ребенок идет по жизни.

А теперь обещанные примеры.

Женщина 26 лет приходит в терапию с жалобами, что сын не слушается ее, не воспринимает, избегает контакта, вызывает раздражение, заикается.

Я проецирую ситуации от лица ребенка, когда реакции мамы на сына особенно яркие, концентрирую внимание на них, представив в реакцию виде образа. Мы путешествуем по событиям, ищем момент, где она впервые познакомилась с этой реакцией.

И что же мы находим? Четырнадцать лет, беременность, никто не знает, не поддерживает, аборт, страх, непрожитая ситуация. Когда появляется новый ребенок, он провоцирует у матери ту непрожитую реакцию. Мы проживаем аборт, проговариваем чувство вины, ищем, как можно компенсировать для себя этот поступок, чтобы выйти из состояния вины к детям (почему так происходит, обсудим позже). Реакция на те же провоцирующие ситуации меняется, а следом меняется и поведение ребенка.

Можно было бы лечить ребенка, подавлять его, что и делали, и это привело к заиканию. А можно увидеть свою реакцию и понять, где вы сами этому научились и для чего. Понимаете?

Вторая ситуация: у мамы неадекватная реакция на второго ребенка, в процессе разговора она несколько раз произносит: «Почему второй?» Я записываю для себя, что фраза «почему второй» звучит несколько раз и спрашиваю, просто спрашиваю:

– Так почему второй, подробнее?

И узнаю, что второй не родился, был выкидыш. И мы проговариваем вслух, что ребенок третий, а не второй. Что тогда происходит?

Реакция меняется. Страх потери не давал матери расслабиться, на второго рожденного ребенка проецировалась потеря другого второго, нерожденного. Ребенок воспринимался как тот, кого нет, поэтому он как будто не реагировал на просьбы, на попытки установить диалог, вызывал раздражение, потому что одним из защитных механизмов страха потери является раздражение.

Легче не любить и сделать все, чтобы не любить, чем полюбить и потерять.

И это история о моем сыне. Ее тоже стоит рассказать отдельно. Но я начну издалека.

Если мама плохая, ее не страшно потерять

Это история моего первого сына, который познакомил меня с опытом материнства. И познакомил одновременно с тестом на беременность и кровянистыми выделениями, что по всем законам жанра при отсутствии знаний вызывает страх потерять малыша!

Так началось наше взаимодействие – со страха потерять. Так оно продолжалось долгих 16 лет, пока, наконец, мы не разгадали вдвоем этот сценарий. Мы так боялись друг друга потерять, что это и случилось однажды на небольшой срок. Это очень личная история, но я присваиваю новый опыт легко (что и вам советую – не искать оправданий, а присваивать свое без стыда).

Мне было 20, я не знала о жизни ничего, а потому вышла замуж за «правильного» человека, и мы «правильно» зачали с ним ребенка, только эта правильность для меня заключалась в том, чему я научилась, но что не было нормой для взрослого человека.

Мой партнер воспитывал меня, манипулировал и тоже боялся потерять (поскольку в 17 лет он потерял брата). Наши отношения выстраивались не так, как у двух взрослых людей. Я была как падчерица в руках отчима, который делал что хотел, я была зависима от него финансово, а потому однажды он разлучил нас с сыном.

Мы жили за границей, и моя виза заканчивалась. Чтобы продлить ее, я должна была на месяц поехать в Россию. Поскольку отношения трещали по швам и муж боялся, что я не вернусь, в последний день он не отпустил со мной двухлетнего сына, не купив ему билет, а мой младший полугодовалый сынок летел по одному билету со мной. Не буду оглядываться на то, как можно было бы сделать иначе и как я могла бы поступить сейчас. Тогда я уехала с одним младшим.

Мой двухлетний сын, прежде окутанный любовью и заботой, остался без меня. Остался с отцом, который считал, что сыну давно пора взрослеть и быть «мужиком», а потому условия стали для него сложными. Он плохо ходил из-за особенностей развития, но для папы он просто был капризным, поэтому никаких «на ручки», никаких песенок на ночь… Когда я через месяц вернулась, ребенок просыпался ночами в бреду и истериках с криками «мама!», в страхе, что я исчезну опять. И с тех пор его как подменили.

Он стал просто невыносимым. Любыми способами он пытался вывести из себя меня и всю семью.

Позже мы вернулись в Россию, и тут досталось еще и бабушке, которая водила его в садик, пока я работала. Он мог встать перед входом в маршрутку и молча стоять, ни на что не реагируя, забраться на самую верхушку батута в парке аттракционов и не слезать, когда время его прыжков завершилось, смотреть в глаза и не отвечать, демонстративно не идти туда, куда идет вся семья, выбегать далеко на дорогу (а я напомню, у меня уже был младший сын). Вы, естественно, скажете: «Мой такой же!»

Ну вот и почитайте.

Не такой же. У детей бывают капризы, а мой ребенок выбрал тактику, по которой его близкие должны на него злиться, реагировать агрессивно, ненавидеть!

Я чего только не пробовала, мне казалось, что это не закончится никогда. С ним невозможно было ничего решить, он был непредсказуем (потому что у него была цель и, если я меняла тактику, он тоже), он был невыносим по отношению к брату. Это было как будто «приступами», никогда не знали, в каком месте его заклинит и все пойдет не по плану. С ним было ТЯЖЕЛО, я искала специалистов, сама искала ответы.

Ему было 14 лет, когда после очередной нашей ссоры я начала свою терапию с психологом. После каждого скандала он становился идеальным (ненадолго, конечно), но ничего не менялось. У меня был ребенок, который в любой момент мог выпасть из реальности и начать провокацию. Неважно, где мы, кто вокруг, просто вдруг – хлоп, и все, ничего не слышит, не хочет, не видит, пока не начнешь долгожданную им реакцию гнева. Реакции я меняла, особенно после начала терапии, но и он не стоял на месте. Подстраивался и все равно выводил из себя любого, даже моего невероятно сдержанного второго мужа.

Как же это разрешилось?

Я собиралась на работу, за столом сидели все дети, мы разговаривали, и я попросила о чем-то старшего сына, которому уже было 16 лет. Вдруг вижу – его линия поведения выстраивается в провокацию, он ждет, что я взорвусь! Я продолжаю спокойно говорить – нет, не работает. Тут уже братья поняли, что он опять ушел в провокацию, что ждет моей реакции, и говорят: «Мама, ты опаздываешь, иди, все он сделает».

Но на этот раз я увидела очень ясную картину: ему надо, чтобы я разозлилась, чтобы я дошла до истерики, ему не надо делать или не делать, ему необходимо мое состояние.

Вопрос: зачем?

И я вошла в этот скандал, швырнула сумку, телефон, увидела, что он расслабился, как только я разозлилась. Круто, подумала я тогда, это ключ, он в напряжении, когда я добрая! Четырнадцать лет! Четырнадцать лет лет поисков ответа!

Его братья начали переживать, что я швыряю сумку и телефон, ведь я опаздываю и не веду себя так обычно, но я решила раз и навсегда разгадать этот сценарий. Чтобы его изменить. Я начала швырять вещи и орать и увидела, что ему стало легче. Он расслабился и готов вести диалог. Но теперь я не была готова соглашаться, я хотела получить ответ: зачем ему это нужно?! Я встала над ним и глядя в глаза раз 50 медленно повторила, погружая его в трансовое состояние: «Зачем мне злиться на тебя, чтобы тебе было легко?» Повторяя этот вопрос, я смотрела ему в глаза. Он смотрел на меня и слился в одно поле с моим состоянием.

И нашел ответ: «Тогда мне не жалко тебя потерять».

Тогда не жалко потерять, тогда легко потерять, то есть всю свою жизнь, с двух лет, он делал все, чтобы не страшно было потерять близких. Ведь если они плохие (а такими их можно сделать своим поведением), то не страшно их потерять. И он так и озвучил это: «Если вы плохие, вас не страшно потерять». В течение 14 лет он боялся опять потерять то, что у него было, естественно, бессознательно зависнув в том двухлетнем конфликте.

После этого ответа мы еще час сидели все вместе и «учились терять». Тут хорошую роль сыграл приемный сын, ведь он столько раз терял, но мог показать другим: «Смотри, это безопасно и все может быть хорошо для тебя даже там, где никого из родных не осталось».

Конфликт разрешен. И да, тело отреагировало очень круто! Такой конфликт не мог разрешиться незаметно для тела. У него загноился пупок. Да, в 16, как бы ни было это удивительно. Пуповина с мамой разорвалась.

Зачем вам эта информация?

У всего есть причина, надо только наблюдать и замечать. И не обесценивать свои наблюдения, не обесценивать чувства ребенка, не исключать свои реакции и поступки.

Своей историей сын открыл мне мир прощения. Я простила его отца, ведь он тоже боялся терять, потому что пережил смерть брата, и вся его линия поведения была выстроена так же. Эту же линию взял мой сын, чтобы компенсировать свою потерю. По этому принципу живут миллионы людей, «потерявшие маму», а мама даже не догадывается.

«Я сделаю тебя плохой, чтобы было легко потерять» тогда, когда потерять страшнее всего. Любить опасно. Большинству из нас любить опасно, потому что можно потерять. Поэтому когда я пишу о вашем влиянии на ребенка, начиная с перинатального периода, это надо не отрицать, не стыдиться, не бояться, А РЕШАТЬ.

И, пожалуйста, перестаньте «бросать» маленьких детей, чтобы отдохнуть! Они не готовы отдыхать от мамы. Им рано, это не вмещается в их сознательное – «почему уезжает мама». Это остается с ними навсегда, как «бросает».

И об этом мы еще поговорим.

Что чувствует ребенок в утробе?

Любить безопасно.

Любить нельзя устать, а потому не спешите отдыхать от ребенка, ведь он будет бояться любить, если хотя бы раз терял. Моя история, конечно, про ребенка двух лет, но что, если малыш только родился? Он же еще ничего не понимает. И это действительно так, понимания нет, но ощущения, согласно которым он ориентируется и формируется его психика, есть.

Эти ощущения есть еще в утробе.

Самое время вспомнить описание перинатальных матриц Грофа. Многие критикуют его теорию, однако мне не раз приходилось наблюдать в терапии, что некоторые сценарии поведения людям знакомы, начиная с утробы, а какие-то пришли от родителей.

Давайте обсудим, что же чувствует ребенок в утробе. Будем опираться на логику: нервная система есть, кровообращение связано с матерью, а значит, малыша в утробе нельзя считать полностью изолированным от маминых эмоций.

Матрицы Станислава Грофа

Итак, начнем с того, как Станислав Гроф описывает матрицы. По его мнению, формирование личности завершается в момент рождения, однако есть мнение, что психика формируется до трех лет. Наша с вами задача – увидеть, что мы уже привнесли в жизнь ребенка, а не думать, что является истиной. Возможно, и скорее всего, истины нет.

1-я матрица – Рай (матрица любви)

Здесь для ребенка мир является раем.

А себя ребенок ассоциирует с миром.

Я и все вокруг и есть рай.

И вот, представьте себе, что собственный рай – это, например, «я ненужный ребенок» (если мама не хотела его).

В этом периоде ребенок учится адаптации. Условно говоря, если он желанный, мама счастлива, его рай соответствует представлению о счастливой жизни, он нужен и готов справляться с чем-либо, потому что есть ради чего, мир прекрасен.

Быть нужным – это ценнейшее ощущение для каждого.

И как выглядит его адаптация к миру, если он не нужен или если его маме плохо в момент, когда он проживает свой рай?

2-я матрица – Ад или Жертва

Эта матрица формируется во время схваток. Привычный безопасный дом ребенка, где он был в раю, вдруг разрушается.

И разрушается не потому, что мир плохой, а потому, что с ребенком что-то не так, прежнее разрушается. Здесь малышу очень важно прожить схватки в эмоциональном контакте с мамой, которая своими движениями, дыханием, словами, гормонами (гормоны, которые вырабатываются в ответ на боль в схватках, – это очень важно) поддерживает ребенка и ведет его к разрешению.

Разрешение – я справился, я смог. Это самая первая задача в жизни. От того, как ребенок справился с ней, как он это ощущает, зависит, как он будет решать проблемы и воспринимать их, здесь можно получить роль жертвы на всю жизнь, а можно стать героем.

3-я матрица – Борьба

Если предыдущая матрица была матрицей жертвы, то эта для меня – матрица героя.

Это период потуг, здесь ребенок выбирается из проблем. Если мама включена в роды и они проходят без анестезии, в момент потуг приходят гормоны адреналиновой группы, которые с точки зрения физиологии помогают подготовиться к первому вдоху, а главное, дают маме силы, а ребенку – навык совершить свой рывок к жизни.

Я обещала описать матрицы, как их описывает автор, но, увы, я, как человек, который профессионально занимается подготовкой к родам, не могу не проводить параллели между физиологией и психикой в процессе родов. Я обучалась разным наукам, но каждый раз я вновь и вновь нахожу взаимосвязь между психологией родов и физиологией, настолько уникально тело, которое шаг за шагом ведет ребенка к жизни, а женщину – к материнству, привязанности и безусловной любви. И как губительны тут наши знания, вмешательства, контроль, владение на уровне сознания!

Если в период рождения мама не помогает ребенку, что он чувствует, когда проходит свой первый путь героя, как он с этим справляется?! Должен справиться! И какая его ждет награда?

4-я матрица – Свобода

Как встречают его рождение, его героизм? Знакомым стуком сердца мамы, приветствием, любовью, объятиями, запахом, который он будет чувствовать вновь и вновь, взывая к вниманию в младенчестве? Или…

Или.

За этим «или» стоит много того, что является в современном обществе нормой.

Как мама проживает беременность

Давайте попробуем понять, чему мы уже могли научить детей, если все прожитое в утробе и родах может быть основой или ее частью? Я, знаете, давно ни с чем не соглашаюсь, но, наблюдая и опираясь на разные знания, можно многое заметить и во многом стать поддержкой, а не воспитателем, во что бы то ни стало меняющим то, что изменить нельзя.

Ведь все, что было, уже было, можно лишь пробовать перепрожить, изменить отношение к этому, но нельзя исключить или полностью удалить из истории. Мы знаем, что есть матрица рая, где ребенок учится адаптации, учится тому, что есть любовь, и рай воспринимается как отражение себя, ассоциация этого опыта с собой.

Пока ребенок в утробе, он есть мир, и мир есть он, и это его безусловная любовь.

И теперь представьте, что в раю, где мир есть безусловная любовь, маму бьет папа. Какой сформируется сценарий? Бить – есть любовь, или, наоборот, не высовывайся, не проявляйся, чтобы не ударили. Адаптация. Какой она будет для вашего ребенка, никто не знает, но она будет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.