Валерия Мирная
Скайлер

Глава 1
День первый

Он

Я иду вдоль заросших кустов, а в голове моей бытовые-рядовые мысли. Несконцентрированный взгляд скользнул по зарослям. Мгновение – и я откинут в самую дальнюю часть этого света. И этого ли?

Проваливаюсь в свои ощущения. Вижу и чувствую сырой воздух, сине-зелёную листву, серую землю и голубую воду. Этот туман… Как же я скучал по нему!

Здесь всегда туман, он просто висит в пространстве. Времени не существует. Притяжения не существует. Я вишу в воздухе, имея и не имея оболочку.

Больше не нужно есть, пить, страдать от холода или жары, нет болезней и прочих зависимостей земного мира. Ничего нет. Есть только я. Я – это энергия, ощущение.

В этой области только один бич – забвение. Забвение наступает через сладкий тягучий сон. Забвение – это когда ты сам себя забываешь, а если ты сам себя не помнишь, то никто и никогда не вспомнит и не узнает тебя. Брр… ёжусь от мысли о вечном сне.

Я вновь стою на тропе между домом и школой, двигаюсь в сторону дома. Теперь я тут живу. Пытаюсь напомнить себе, кто я, что я и отбросить нахлынувшие эмоции, сосредоточившись на существующем настоящем.

Живя на Земле, приходится играть по её правилам. В которых одно из условий пребывания – это подчиняться течению времени. Чем дольше я смотрю на место, тем быстрее восстанавливаю связь с привычным, физическим миром. Поэтому так важно жить в одном месте, ходить по одним улицам и не давать себе расплываться и забывать, что я – это я. По крайней мере здесь, по крайней мере сейчас.

Смотрю на дорогу перед собой и замечаю девушку, она чем-то озадачена. От неё расходится приятное ощущение нежности и теплоты. Я решаю с ней поравняться. Смотрю на её волосы, кожу, мне кажется она знакомой. В голове возникают образы, и я узнаю в ней свою одноклассницу, это удача.

Она

Сегодня был неудачный день. В столовой на меня вылили стакан компота. Не знаю, по случайности или нарочно. В туалете мне пришлось снимать футболку и ходить в плотно застёгнутой кофточке. И хотя я хорошо выжала майку, она намочила мне в сумке соседние тетрадки. Ещё и это! Теперь придётся тратить целый вечер на переписывание тем в чистые тетради. С этими крайне приятными мыслями я выходила из корпуса школы.

Эль моя подруга, но сегодня у неё художка, поэтому я иду одна. Как же скучно плестись в одиночку.

Вдруг со мной поравнялся кто-то. Этот кто-то не отставал ни на шаг и через какое-то время стал идти со мной почти нога в ногу. Я обернулась посмотреть, кто это. Блеснули черные глаза.

– Привет, – сказал он.

– Привет, – застенчиво ответила я.

Я опешила, так как не ожидала увидеть этого парня рядом с собой. Хотя, с другой стороны, мы ходим в одну школу и посещаем совместные уроки. И по-видимому, живём в одном направлении. Ничего необычного решила я. Возможно, ему тоже скучно тащиться в этот унылый день к себе домой.

Тем более, как мы с Эльзой успели заметить, он ни с кем не общается и держится особняком, после перехода в наш класс.

Пока я была занята этими размышлениями, мы шли молча. Потом я сообразила, что надо как-то продолжить разговор. Если он проявил первый дружелюбие и поздоровался.

– Ты ведь Скайлер, да?

– Да, – ответил он.

Я не знала, о чём принято разговаривать при формальном знакомстве. Я мало с кем общалась, и все, с кем складывалось общение, обычно разговаривали за меня. Здесь же мне представилась возможность самой быть инициатором разговора. Я решила сделать ещё попытку, но весьма неуклюже.

– Как тебе наш класс и уроки?

– Класс, как класс. А занятия… Для меня особого значения не имеет, в каком месте протирать штаны.

– Почему ты так говоришь?

– Ну…

– Тебе все предметы одинаково неинтересны?

– Может быть, парочку предметов выносить приятнее остальных.

– Выносить?

– Ну да, терпеть.

– Ты слишком резок. Я тоже не в восторге от каждодневных занятий. Но всё-таки приятно иметь место, в котором видишься с друзьями и получаешь новые знания.

Даже я сама почувствовала, что говорю как пособие. Такое пособие, где на обложке счастливые лица учеников, которые рекламируют заведение, как самое лучшее. А-ля «поступайте к нам!». Он пребил мои размышления милостивым словесным согласием.

– Возможно, ты права. Там неплохо. Неплохо сидеть и думать о своём, – медленно проговорил он.

– Там, это в кабинете? – уточнила я.

– Да,– кивнул Скайлер.

– И о чём же ты думаешь?

Я понимала, что это мой преувеличенный интерес, но мне вдруг так захотелось узнать, что в голове этого странного парня.

– Ты хочешь, чтобы я поделился своими мыслями? – он с любопытством посмотрел на меня.

– Если хочешь, конечно, – добавила я.

– Они могут быть для тебя странными.

– В каком роде странными?

– Что-то вроде фантазийных размышлений, – проговорил он.

Я постаралась заверить его в своей крайней адекватности к чужим рассуждениям.

– Не беспокойся. Я смотрю фэнтези фильмы, так что давай, удиви меня своими теориями.

– Я думаю об особенностях жизни на этой планете. Земля особенная планета, у неё очень сильный магнетизм. Чем дольше ты здесь находишься, тем сильнее она привязывает к себе. Её законы ты чтишь как собственные. Ты веришь в эти потоки жизненных сил Земли. Хочешь встать на рельсы и начать двигать вместе с ними, вместе с другими. Это интересное и забавное чувство. А когда ты покидаешь тело, хотя бы на секунду, то твой разум очищается от всей этой тягомотины, как от высохшей и ненужной шелухи. Именно поэтому я стараюсь не злоупотреблять выходами из «социального сознания».

– Выходами? Почему не злоупотреблять и куда выходить?– перебила его я.

– Им можно поддаться и уплыть. Уплыть в…

Скайлер не договорил. Я посмотрела на него, не смеётся ли он, но лицо его было вполне серьёзным, даже печальным. Тогда я ничего не понимаю из его слов. Единственная мысль, возникшая у меня в голове, что он одинок и находится под впечатлением от чего-то. Наверно, он перечитал журнальных статей о многомерности миров или что-то в этом духе. Мне захотелось ободрить его, но он смотрел куда-то и будто не смотрел никуда. Возможно, он смотрит вглубь себя, – подумала я и сама удивилась этой мысли.

Хотелось как-то дальше продолжить разговор, поэтому я заговорила снова.

– Знаешь, завтра последнего предмета не будет.

– Чего? – без интереса спросил он.

– Занятия не будет. Мне на выходе из корпуса сказала подруга. Думаю, ты этого ещё не знаешь.

– Понятно, – безучастно проговорил он.

Он ответил так безразлично, как будто это его вовсе не касалось. Я не успела об этом подумать, как поняла, что остановилась, потому что мы подошли к моему дому.

– Ты тут живёшь? – спросил Скайлер, рассматривая здание.

– Да,– подтвердила я.

– Одна? – неожиданно спросил он.

– Да. Мама на последние два года старших классов оставила меня за старшую, а сама уехала загород. Там её здоровье лучше. И за бабушкой есть кому приглядеть. А я ничего, я взрослая, – непонятно почему разоткровенничалась я.

Он улыбнулся и ничего не сказал по моей тираде. Вместо этого он опять осмотрел здание и меня.

– Значит, это твой дом и мы пришли. Увидимся.

Скайлер, не ждя моего ответа, повернулся и пошёл дальше по улице. Я проводила его взглядом и пошла в подъезд.

Глава 2
О чём ты думаешь? О чём ты мечтаешь?

Она

Сегодня Скайлера не было на занятиях. Где же он? Думала я все четыре урока подряд. Он же сказал: «увидимся». Я думала, что это значит, встретимся в классе.

После последнего занятия все остались обсуждать предстоящий праздник. Который должен был быть после финального тестирования и ознаменовать начало летних каникул. Далее мы переходили в выпускной класс.

На горизонте всем мерещилась взрослая и самостоятельная жизнь. А моя самостоятельная жизнь началась ещё в начале этого года. Поэтому последний класс для меня значил только то, что потом придётся прибывать уже в университете и параллельно работать. Не хотелось спешить. Я думала о предстоящем последнем годе в школе с грустью. Поэтому я не стала участвовать в общем обсуждении и, шепнув Эль о том, что мне пора и незаметно ускользнула.

Идя по недавно заасфальтированной дорожке к дому, я старалась думать только о том, чем займусь дома.

Домашние дела вырисовывались списком:

1. Погладить блузку.

2. Постирать бельё и залитую компотом майку замочить в отбеливателе.

3. Приготовить еду.

4. Сделать задание на завтра.

5. Вымыть волосы.

6. Не думать об этом парне и тем более не звонить.

Сегодня наша староста записала номер Скайлера на стикер и прикрепила себе на общую тетрадь. Видимо, для того чтобы не забыть рассказать про новые предвыпускные взносы или что-то ещё. Ведь он не был на этом собрании. Таким образом у меня появился его номер. Главное, не звонить, твердила я себе.

Придя домой, я вполне справлялась со списком, пока голова не была вымыта и в руках не оказался телефон. Что сказать? Зачем я звоню? Мы виделись один раз вне занятий. Хватит ли этой одной встречи послужить оправданием звонку? Нет, точно нет. Я отложила телефон и уткнулась лицом в подушку.

Он

Какой бесцельно прожитый день. Почему я не смог пересилить себя и пойти на занятия? Потому что они – бессмыслица для меня. Мне странно притворяться тем, кем я не являюсь. Ученик. Человек. Забавно.

Как же длинно тянутся дни, если находишься в ожидании. Сейчас я был в ожидании ночи. Ночь – это моя свобода, моё благословение. Она даёт мне то, благодаря чему я могу притворяться днём, но не сегодня. Сегодня я не справился. Корить себя я не мог, но мог страдать от ожидания темноты за окном.

Незаметно для себя я безразлично оделся и вышел из дома, идя всё равно куда. Когда нет цели, незачем и продумывать маршрут. Даже если идти в безлюдное место, проявляться днем опасно. Ты уже не сможешь притвориться галлюцинацией случайного прохожего, как в ночи. Белый свет всё расставляет по своим местам. Здесь уже сложно убедить кого-то, что он обманулся в увиденном. Поэтому лучше оставаться пока нормальным.

Как же медленно ходит человек. Он, словно магнит на холодильнике, привязан к центру Земли притяжением. И ни туда ни сюда. Только быть на поверхности и ползти из пункта «А» в пункт «Б».

Наверное, я у её дома, промелькнуло у меня в голове. Стоит ли зайти или нет? Я не знал ни подъезда, ни этажа, ни квартиры. Но я чувствовал, что она в этом доме, где-то совсем рядом, и решил двигаться по ощущениям.

Зашёл в подъезд, поднялся на второй этаж и постучал в дверь, звонка не было. За дверью была тишина, но я чувствовал даже на расстоянии, что она была здесь. Я постучал сильнее и настойчивее. Послышались сначала приглушённые, а затем отчётливые шаги, и дверь отворилась. На пороге стояла она, в руках у неё был телефон.

– Здравствуй, – сказал я.

– Эм…

– Проходил мимо, решил узнать, как твои дела.

Она растерянно смотрела на меня и молчала. Я чувствовал от неё эмоции удивления и тепла, а также стеснения и растерянности.

– Привет, наконец выдавила она из себя.

– Так как дела?

Она проигнорировала мой вопрос. Немного ещё помялась и быстро заговорила.

– Как-то не ожидала тебя увидеть. Как раз не думала о тебе. Точнее, просто не думала. Почему ты не был в школе? И разве ты знаешь, где я живу?

Я не желая выдумывать всякую чепуху, ответил правду.

– Не был, потому что не захотел.

– Вот и спрашиваю, почему? – немного настойчиво потребовала ответа она.

– Не было настроения,– ответил я

– Понятно, но так нельзя.

– Что нельзя?

– Поддаваться своему настроению. Так можно все профукать.

– Профукать?

– Ну да…

Она смущенно уставилась на меня, но я решил её приободрить.

– Ты права, в следующий раз заставлю себя прийти.

– Заставлю себя, звучит многообещающе…

– Ничего другого обещать не могу,– сказал я и пожал плечами.

– Ладно, хоть что-то. А откуда ты узнал, где я живу?

– Я не знал, я просто шёл.

– Разве можно просто так идти и прийти куда нужно?– сказала она и прищурила глаза.

– Нужно – не то слово, куда хотелось.

Она не понимала, что я говорю, но решила, что мне кто-то сказал из одноклассников, а я так неумело придумываю себе оправдания. Опять слушаю чужие мысли, прервал я себя. Она смотрела на меня, а я смотрел на неё. До тех пор, пока не понял, что сказать мне больше нечего.

Я попрощался и ушёл. Спускаясь по ступенькам, чувствовал её эмоцию, это была надежда. Я не понял, почему именно это чувство, но решил не подслушивать и вернуться к себе.

В квартире из приоткрытого окна моей комнаты дул свежий ветер, за окном уже было темно. Подойдя к нему, я сделал вдох. Влажный, холодный, ночной воздух наполнил мои лёгкие, и дикое желание ощутить свободу вырвалось наружу. Открыв окно, я выбрался на подоконник, затем мягко соскользнул с него в ночь.

Приятная прохлада, ветер и я сам закружились над домом. Направление было выбрано в сторону небольшого леска. Там в вышине, обретя полное освобождение от житейских мелочей, я ощущал себя собой. Весь прошедший день и его события больше не имели никакого значения. Огибая стволы деревьев, я парил.

Это длилось до тех пор, пока не начали прорезаться первые солнечные лучи. Как же быстро летит время. Нехотя заспешил домой. А был ли это мой дом?

Она

Засыпая, думала о нём. Зачем приходил и что хотел? Увидеть меня? Почему меня? Эти вопросы оставались без ответа, но я была очень рада его приходу. Хотелось, чтобы он всегда был на занятиях, тогда я смогу с ним больше общаться и узнавать его. От этих мыслей стало тепло, они согрели меня. Что пришёл конец скучным и одинаковым учебным будням. В этом я была уверена.

Глава 3
Принятие

Она

Утро. Звонок будильника. Я еле-еле смогла заставить свои глаза раскрыться и посмотреть на время. Мне так хорошо спалось и так не хотелось вылезать из своей уютной кроватки, что меня вытащило из неё только осознание того, что сегодня я увижу его.

Собралась на занятия я довольно быстро, но всё равно немного опоздала. Говорила себе, что для меня это неважно, но когда подходила к кабинету, мне вдруг сделалось боязно заглянуть внутрь. Спина похолодела, и резко заболел живот. Заглянула в кабинет. Он сидел и смотрел в окно. От меня ушла вся нервозность, и я буквально впорхнула в класс и расположилась рядом с Эль.

– Привет, ты что опаздываешь? – спросила она.

– Заспалась.

Не успела я ей ответить, как в аудиторию вошёл учитель, и занятия начались. Слушая новую тему, я всё время посматривала на Скайлера. Эльза это заметила и посчитала нужным прокомментировать.

– Да, этот странный тоже тут. Сегодня весь класс в сборе. Тоже на него смотрю и думаю, как можно было так вырядиться в наше время стиля и онлайн-шопинга. Кстати, посмотри на мою новую кофточку. Со скидкой, а какой цвет!

Я подняла глаза на яркую, необычной формы шмотку своей подруги. Оглядев её, одобрительно мотнула головой. Затем повернула голову к окну, как бы вглядываясь в погоду. А на самом деле желая осмотреть Скайлера и понять, что так не понравилось моей Эльзе.

До того момента я смотрела только лишь на его глаза, лицо, руки, спину, волосы, на что угодно, но не на одежду. Только тут обратила внимание на внешний вид. На нём была потёртая салатовая курка-парка, синие выцветшие джинсы, грязно-белого цвета футболка и кожаные странноватого вида ботинки. Рядом с ним лежал чёрный мешок-рюкзак.

– По-моему, обычно одет,– вслух сказала я.

– Смотря что ты считаешь обычным, – отозвалась Эльза.

– Ну…

– В куртке на занятиях? И смотри, какие смешные башмаки.

Она засмеялась и легонько толкнула меня локтем. Я молчала, а она продолжила.

– Кроссовки или кеды мог бы приобрести. Я могла бы стать ему стилистом. Несовременный парень, сразу видно. Всегда можно найти за минимум возможностей что-то интересное. Ну, согласись со мной.

Я хотела ей что-то возразить, но подумала, что так ещё больше привлеку к себе внимание тем, что интересуюсь им. Поэтому согласилась. Урок был скучный, а Эль была в хорошем настроении и не унималась, комментируя уже его имя. Высказав предположение, что оно выдуманное. Потом ей надоело на него смотреть и не видеть от меня поддержки, и она принялась уже говорить о том, кто нравился ей.

Её новым увлечением был Ким. Она с удовольствием описывала все его «плюсы» и незначительные, по её мнению, «минусы». А мне пришлось абстрагироваться от её голоса, как от навязчивого шума, и постараться слушать учителя с максимальным вниманием.

Учебный день прошёл быстро. Отделавшись от Эль с помощью отмазки о том, что мне срочно надо домой, должна позвонить мама. Я ушла. Потому что я ещё не решила, говорить ли подружке о своём знакомстве или нет. Я страшилась её колких замечаний, а может быть наоборот, поддержки. Чего больше? Я не знала сама.

Я двигалась по направлению к дому и думала, зачем, ну зачем я так бегу домой? Если он наверняка больше не зайдёт, да и зачем ему заходить? Предлоги, по которым он мог бы зайти, у меня никак не возникали, но тут я увидела его.

Он стоял за углом моего дома, но край куртки и спины был заметен с моего положения. Ура!

Но как он опередил меня?

Скайлер стоял задумчивый и притягательный. Его красивые, правильные черты лица были угрюмо хороши. На него падал солнечный свет, и я думала, как бы было хорошо сейчас быть посередине реки с ним на лодке и куда-то плыть. Ведь он тогда что-то говорил про «уплыть». Что говорил, не помню, но я уже уплыла. Уплыла в тот момент, когда он подошёл ко мне, когда заговорил со мной. С этими мыслями я подошла к нему.

Он

– Уплыть я говорил как синоним к фразе «потеряться в ощущениях». Если возвращаться к тому разговору.

– Что? Что? Нет, почему? Почему ты начал с этого разговор? – с недоумением воскликнула она.

– Я уловил твои последние размышления, – спокойно ответил я.

– Что это значит? Уловил? Ты же не радио, а я не радиоволна!

Посмотрел на неё и почувствовал испуг и беспомощность. Коснулся её плеча и передал ей частичку спокойствия и уверенности. Она начала потихоньку расслабляться и успокаиваться. Страх отступал. Я отнял руку.

– Ты что же, умеешь слышать мысли?

Спросила она уже менее удивлённо. Страха не было.

– Не то что бы.

– А что тогда?

– Ты почти права. Я ловлю, как радио. Особенно те мысли, которые направлены ко мне. Так что я не всё могу «услышать».

– Не знаю, как на это реагировать. Ты шутишь?

– Просто прими как данность и не думай об этом.

– Как не думать?! Это же… так необычно. Если не сказать больше. Это что-то вроде суперсилы!– полувосхищенно сказала она.

– Это просто моя особенность. Ты могла бы её принять? Больше не удивляться и не бояться? – успокаивающе проговорил я.

– Я и не думала бояться, – голос её чуть-чуть дрогнул.

– Как скажешь,– поспешил согласиться я.

Она молча смотрела на меня. Я знал, что теперь она знает, но это её не пугает и она принимает это. Не без моего участия, но всё же принимает.

Человека нельзя заставить принимать всё, что угодно. Можно подарить ему то или иное влияние, но только до тех пор, пока его что-то не перебьёт. Принятие – это собственная способность человека.

Скажем, если человек боится, а ты даришь ему спокойствие, то он успокаивается. Но принять не может то, от чего был напуган. Поэтому каждый раз, когда он будет выпадать из твоего поля влияния, страх будет возрождаться с новой силой. Я был рад, что она смогла так быстро, пускай и с моей подачей, но принять это.

Теперь от неё исходило тепло. Тепло и ожидание.

– Может быть, пройдёмся? – предложил я.

– Ладно, пойдём,– кивнула она.

Она

Мне как раз требовалось пройтись. И я с радостью согласилась. Чтобы мои мысли не стояли на месте и не тревожили меня. А немного растряслись во время прогулки, и я не вздумала бояться.

Мы прошли двор и вышли на соседнюю улицу. У большого ветвистого клёна стояла небольшая самодельная лавочка. Скайлер подошёл к ней и сел. Я устроилась рядом, положив между нами преграду, мою сумку. Решив, по-видимому, что сумка даст мне то необходимое расстояние, чтобы Скайлер не слышал всех моих мыслей.

Хотя, по правде говоря, я ни о чём таком не думала или, лучше сказать, не думала ничего такого, что захотела бы от него скрыть. Вот где пригодились вся моя правдивость и неумение врать.

– Это единственная твоя способность или будут ещё сюрпризы?– осторожно уточнила я.

– Не единственная, но я не могу описать себя и свои нюансы, так как они для меня естественны. Так что, если ты что-то заметишь, то говори.

Я молчала и смотрела себе под ноги. На свои туфли, на пыльную дорогу, на росшие вокруг неё сорные цветы. Скай поднялся и пошёл куда-то прямиком в траву.

Не уходит ли он прочь от меня и моей молчаливости? Нет, вот он возвращается и протягивает мне голубой цветок. Он куполообразной формы, с синими вкраплениями. Смотрю на его руки и на растение, он берёт мою руку и вкладывает в неё цветок. Чувствую теплоту его рук. Ещё смущение и желание продлить эту встречу максимально.

– Красивый,– говорю я.

– Я почувствовал, что он подойдёт тебе под настроение и энергию.

Он опять говорил загадками и был на своей волне. Которую я пыталась уловить, настроиться и хотя бы частично понимать. Я крутила в руках цветок. Было как-то странно, но и по детски одновременно.

– Знаешь, мне было приятно тебя увидеть сегодня в классе и тут, – сказала я.

– И тут, – повторил за мной Скайлер.

Поняв, что он больше ничего не скажет, я снова заговорила сама.

– Скоро конец занятиям, осталась неделя тестов, и мы на свободе, – сказала я, надеясь его воодушевить.

– Свобода – хорошее слово, но не уверен, что оно относится к простым летним каникулам, – ответил он.

– Ну как же? Никаких заданий, никакого «протирать штаны», как ты сам и говорил.

– «Протирать штаны» – это не только про школу, это в общем обо всём.

– Что же тогда свобода? – заинтересованно спросила я.

– Это трудно объяснить, но как-нибудь я тебе расскажу или покажу. Если захочешь.

Это «как-нибудь» застряло в моей голове. Мы увидимся ещё. Увидимся, увидимся, застучало в моих висках. Что-то чудное со мной происходит рядом с этим парнем.

– Мне кажется, теперь то я понимаю твоё слово, – уверенно сказала я ему.

– Какое? – спросил он и поднял на меня глаза.

– Уплыть… А ты мог услышать его из моих мыслей?

– Я не могу услышать то, что в твоих мыслях ещё не появилось. В твоей голове ворох разных ощущений с бесконечным течением и описанием всего, на чём ты концентрируешься. Потом как бы облака сгущаются, мысли уже не двигаются в разных направлениях, а как бы соединяются в паутину. В сердцевине этой паутины появляется основная мысль, ради которой всё и было. Ты опередила появление речью в том направлении.

– Как всё, оказывается, непросто, – вздохнула я.

– Поэтому твои опасения по поводу доскональной считки неоправданны, – договорил он и улыбнулся.

– Ты и эмоции понимаешь?

– Они как окраска к мыслительному процессу, – пояснил он.

Я смотрю на него вопрошающе.

– Ну как раскрасить картинку, как цветное телевидение, а не чёрно-белое.

– Мало понимаю, но что-то понимаю, – призналась я, а Скайлер опять замолчал.

– Нет, ты не молчи. Говори, говори, я слушаю. И знаешь? Я никому не скажу. Ты же знаешь, чувствуешь.

– Меня не волнует этот вопрос. Люди верят только в то, что видят своими глазами. Подобные разговоры они восприняли бы как сказочку или чушь говорящего с ними об этом, – ровным голосом сказал он.

– Наверное, ты и прав. Всегда требуются доказательства в подтверждение чьих-то суждений, – договорила я и с теплотой посмотрела на него.

– Вот-вот, – он мотнул головой, как бы соглашаясь с моими словами.

Скай отвел взгляд от меня и смотрел куда то в даль. Он как будто стал немного безразличен к разговору.

Некоторое время мы сидели молча.

– Ты, наверное, устала и тебя ждут дела? – нарушил тишину Скайлер.

Сразу же я вспомнила все свои домашние задачи, но усталости не чувствовала. И уходить совершенно не хотелось. Опять домой, опять в рутину?

– Почему ты спрашиваешь, устала ли я, если имеешь возможность в этом убедиться?

– Иногда, когда человек чем-то увлечён, он может не испытывать тех чувств, которые ему бы полагались. Лучший способ узнать, не увлёкся ли он и не забыл ли про себя, это спросить. Как считаешь?

– Да, ты всё правильно говоришь. Но разговаривать с тобой приятно, и эти разговоры не могут меня утомить, по тем или иным причинам.

– Рад, что это так. Но может, я это сказал, потому что мне пора идти. И так можно было бы плавно завершить встречу?

Повернув голову в мою сторону, он пристально на меня посмотрел. Очевидно проверяя, насколько я понимаю его и заинтересована была в беседе. Я не выдерживая его взгляда в упор и постаралась быстрее ответить.

– Ты меня спрашиваешь? Это ты у нас пророк.

Скайлер замахал на меня руками, как на глупую мошку. И тихонько рассмеялся.

– Пророк, скажешь тоже. Не надо было тебе говорить про особенности. Теперь будешь меня ловить на очевидном, а должно быть наоборот.

– Ну, а как ты хотел? – с улыбкой ответила я.

Я чувствовала радость, и знала, что он знает, чем она вызвана. И теперь сама решила сказать, что мне пора, пока он ещё чего-нибудь не узнал.

– Иди, раз решила.

– Пойду, раз узнал.

Встала со скамейки, неся сумку, цветок и себя. Себя, полную необычных чувств. Сделав пару шагов от скамейки, обернулась, чтобы посмотреть на него, на его лицо и на то, что оно выражает.

Пускай я не вижу скрытую эмоциональную окраску, не слышу чужих мыслей, но мимика и жесты – это то, благодаря чему я могу тоже кое-что узнать.

Но когда я обернулась, на лавочке уже никого не было. Эх, надо было раньше догадаться следить за его выражением лица. С этими мыслями я отправилась домой.

Когда я открывала ключами входную дверь, то услышала, как дребезжит домашний телефон. Я подбежала и схватила трубку.

– Да, – осторожно спросила я, крепко держа в руках трубку.

В телефоне воскликнул возмещённый голос. Это была Эльза.

– Что да? Ты где пропадала? Я тебе звоню, звоню. На мобильный, на домашний, а тебя и след простыл.

– Я же говорила, мне надо было… – начала было оправдываться я.

– Быть дома, так вот я и звоню на домашний! Где же ты была, если не подходишь к телефону? Мне нужно тебе кое-что рассказать! – перебивая меня говорила Эльза.

– Что? – чуть слышно сказала я.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.