Дарья Лукиных
Триата

@darya.lukinykh

© Дарья Лукиных, 2022

© СУПЕР Издательство, 2022

1. В начале

Кто видел, как создавался наш мир?

По доброй воле Творца было сказано слово. Оно пронзило тишину и стало творить.

Тогда впервые появилось то, что могут различить обычные человеческие глаза – миллиарды звезд рассыпались звучно, как стеклянные кубики в пустоте. Звезды, необъятные, неизмеримые для человека, были лишь блестящей пылью на руке Яхве, Который одним дуновением украсил темноту сверкающим нимбом.

Вокруг бурлила жизнь. Звезды падали, двигались с огромной скоростью, взрывались, мерцали и меняли пространство.

И слово вновь вышло творением – появились Солнце и Луна, воды и твердая земля.

Жизнь зарождалась, выходя дыханием из уст Творца.

Небеса озарялись розовыми, персиковыми, лиловыми, зелеными, бирюзовыми переливами, словно желая опробовать все, на что они способны.

В этом красочном сиянии Земля наполнялась листвой, деревьями и цветами бесчисленного разнообразия.

И вот вода, вздымая волны, явила творение – плавающих созданий.

Новое дыхание Яхве и новая жизнь – взмахи крыльев в небе, бегущие по земле лапы, голоса.

Неповторимые, удивительные творения – и ни одной ошибки, ни единого повтора. Живые произведения искусства.

Наконец, последним звенящим ликованием был рожден Человек. Единственный, кого Творец сделал похожим на Себя и выбрал для Себя. Наделенным величием, рожденным для общения, творения, любви.

И разделил Яхве материальное и духовное, земное и небесное, чтобы они влияли друг на друга.

Именно в этом разделении появилась Триата[1] – страна света и дыхания Творца, Его самое прекрасное и вечное создание.

Тогда торжество и радость еще не давали разглядеть грядущие темные потрясения и перемены.

Но злобный мрак стал надвигаться на новое творение, чтобы поглотить, растоптать и украсть близость к Творцу.

Отголосок будущей битвы за человечество уже тогда прозвучал сквозь тысячелетия тревожным призывным сигналом.

* * *

Так записано в первой главе Золотой книги Предания Триаты. С этого и мы начинаем нашу историю.

Теперь же перенесемся через миллиарды лет от описанных событий и вернемся от древних преданий в наш мир, где по пыльной жаркой дороге, ведущей через луг, не спеша шел Артур Левамус – высокий парнишка четырнадцати лет. Его светлые волосы трепал тот же ветер, который описан в Предании, и ноги ступали на ту же землю, что появилась в начале творения. И все та же неистовая война, невидимая глазу, шла за него каждую минуту.

Артур пока не знал об этом. Он беспечно поглядывал по сторонам, наблюдая, как в траве по обочине дороги снуют и стрекочут насекомые, вдыхая пряные запахи цветов и земли. И уж конечно мальчик не подозревал, что эти летние каникулы, которые он впервые в жизни проведет без родителей, навсегда изменят его судьбу.

2. Что скажет Артур Левамус

Учебный год выдался сложным, хотя начинался как обычно и ничто не предвещало перемен и сюрпризов.

Артур учился в восьмом классе средней школы в небольшом сибирском городке.

Учился не очень хорошо. А если быть точнее, получал не самые лучшие оценки – ведь учителя часто ставили их несправедливо. К тому же парень люто ненавидел отвечать у доски: от волнения он заикался, и в такие моменты хотел провалиться под землю от стыда.

Да, Артур Левамус не считался любимчиком учителей, но и глупым парнем он тоже не был. Живое воображение, чувство юмора, любовь к приключениям и обостренное чувство справедливости неуловимо, но все же выделяли его среди других.

Закончилось первое учебное полугодие. В зимние каникулы ударили крепкие морозы.

Родители Артура работали почти без выходных, и планы уехать на каникулы в соседний город на лыжную базу сорвались. Кроме этого, в сильный мороз ехать куда-то просто-напросто опасно.

Гулять в такую погоду тоже невозможно. Нет, вы не подумайте, в минус тридцать градусов Артур с друзьями все равно бы бегал на горку и даже на каток, но в минус пятьдесят на улице даже дышать нелегко – воздух матовотуманный и как будто густой.

Зимние каникулы проходили скучно и уныло… Ни поездки, ни катка, ни веселых прогулок с друзьями.

И вот однажды, морозным сизым вечером, когда родители уже вернулись с работы, вся семья сидела за столом. Кухню приветливо освещала большая люстра, уютно дымился в чашках ароматный чай, на полу тихонько мурчал кот Пузо, а от окон, затянутых инеем, тянуло холодом.

Артур сидел на стуле, подтянув колени к груди, и рассказывал родителям о книге. Он дочитал ее на днях (и кто только придумал давать список литературы на каникулы?!). Светло-русые волосы мальчика растрепались от надевания свитера с узким горлом, а карие глаза живо и весело блестели.

– И тут я дочитываю первую страницу «Жития Сергия Радонежского» и осознаю очень важную штуку! – Артур, хитро улыбаясь, поднял палец. – Что… я уснул!

Родители сидели напротив него на диванчике, обнявшись. Папа, услышав последнюю фразу, хрюкнул в чашку, но сделал вид, что громко пьет. Мама, заметив это, еле сдержала улыбку. Она собралась сказать что-нибудь воспитательно-педагогическое, но неожиданно нахмурилась – когда сын привычно потрогал языком шрам на верхней губе. Чуть выпуклая белая полоса ближе к уголку рта была у Артура с детства, но на вопрос «что случилось?» мама отмахивалась одним словом «упал» и заканчивала разговор.

Тут в квартире Левамусов раздался звонок телефона – звонила мамина сестра из Америки.

Тетя Марта жила в штате Флорида на побережье Атлантического океана. Они с семьей переехали уже давно, когда Артуру был всего год. Можно сказать, что Артур ее ни разу не видел – только на видео и фото.

Он знал, что тетя Марта очень шумная, постоянно шутит и сама же весело хохочет – в общем, полная противоположность маме Артура.

– Эгей, ледышки, привет! – загремела по громкой связи Марта. – У вас что, правда минус сорок восемь градусов?! Вот жуть! Вы в квартире костер разжигаете, что ли, чтоб не замерзнуть? У нас тут плюс семнадцать и солнце! Прилетайте к нам!

Тетя болтала без пауз, временами коверкая слова на американский манер, даже не давая возможность ответить ей «привет». Но, к счастью, воздух в ее легких не был бесконечным, и она все же остановилась перевести дух.

– Привет, Марта, – наконец вставила мама Артура

– Привет! – подхватили Артур с папой с большим опозданием.

– Ну, точно замороженные! – хохотнула тетя. – Поли, ну правда, приезжайте в гости, вам тут понравится! Может, и насовсем переберетесь к нам. Вам солнце не повредит, особенно Артуру! Нужен свет растущему организму, вы ж не деревце болотное хотите вырастить! – и она опять довольно засмеялась.

Такие разговоры Марта заводила почти каждый раз, когда звонила. Артур и его родители как обычно пропускали ее уговоры мимо ушей, продолжая пить чай и вежливо улыбаться.

Но сегодня тетя оказалась более настойчивой: она требовала немедленного ответа и обещания приехать в гости.

Наконец, мама недовольно нахмурила брови и, звякнув чашкой о стол, строго сказала:

– Ну к чему эти разговоры, ты же знаешь, что это невозможно. До вас лететь больше двенадцати часов. Да и в конце концов, Артур учится, мы работаем, когда нам путешествовать?

Поли Левамус, женщина рассудительная во всех ситуациях, совершенно не любила рисковать и делать что-то спонтанное. В радиусе ее жизни все должно было быть по распорядку, запланировано, без волнений. К тому же Поли отчаянно опекала сына, не давая ему принимать собственные решения, ездить в лагеря или походы. Даже гулять отпускала строго по времени – домой следовало возвращаться не позже шести часов вечера.

Конечно, Артур любил маму, но рядом с ней ему зачастую не хватало свободы – для парня приключения и путешествия были страстной мечтой. Поли же усердно оберегала всю семью от любых волнительных событий.

– Так приезжайте на каникулы в июне! – продолжала напирать Марта. – Учебы не будет. А долгий перелет – вообще ерунда, вы же не на карете и корабле добираться будете! Сели в кресло, поспали, поели – вот уж и в Америке!

– У нас-то каникул нет, – вмешался папа. – Даже отпуска не предвидится – работы много.

Родители Артура работали вместе в фирме по производству канцелярских товаров. Мама бухгалтером, а отец наладчиком в цехе. В этом году их фирма заключила крупный контракт с сетью детских развивающих центров, и дел у них заметно прибавилось.

– Ну что за жизнь у вас! Все по пунктам расписано! – взорвалась тетя Марта. – Хоть раз бы бросили все да отправились в путешествие! Не можете сами, так хоть пацана отправьте к нам! Пусть, наконец, океан увидит, погреется, повеселится! Да, Артур?! Моя Аделина будет в восторге, когда тебя увидит!

Аделина – это дочка тети Марты, она на полгода младше Артура и действительно всегда очень хотела увидеть двоюродного брата. Характером Аделина совсем не походила на мать: спокойная и тихая. По крайней мере, так казалось Артуру, когда он изредка видел сестру по видеосвязи.

– Зачахнет ведь парнишка в холоде! Поли, ну будьте благоразумны! Дайте Артуру возможность оздоровиться и окрепнуть возле океана!

Марта продолжала наседать и наконец выбрала правильную тактику – перешла к разумным доводам, чтобы достучаться до сестры.

Надо сказать, что этот разговор Артур слушал рассеянно, почесывая за ухом прыгнувшего к нему кота, словно речь шла вовсе не о нем.

Чтобы мама отпустила своего сына на другой конец света одного?! Чтобы с ним, Артуром Левамусом, случилось такое невероятное приключение?! Ну нет уж… Мир не превратился в сказочную историю, такому не бывать.

И вдруг…

Поли повернулась к мужу озабоченно и серьезно:

– Ник, а ведь и правда, Артур стал очень бледный и болел в этом году чаще, чем обычно. Как думаешь, можем ли мы?.. – она не договорила и поджала губы. Обычное беспокойство за сына боролось в ней с тревогой о его здоровье.

– Поли, милая, да я-то вообще не против, – улыбнулся папа. – Это ты всегда переживаешь и боишься отпустить его от себя. Я считаю, Артуру давно пора быть более самостоятельным!

Артур ошеломленно слушал родителей и не мог поверить своим ушам: разговор неожиданно повернул совсем в другую сторону. Он бы меньше удивился, если бы увидел водопад, льющийся снизу-вверх, чем услышал то, что было дальше:

– Марта, ты знаешь, мы думаем, что это действительно неплохая мысль. Ты права, Артуру нужно время, чтобы укрепить здоровье, – сказала Поли дрожащим от волнения голосом. – Если к лету ничего не изменится и будет такая возможность, мы бы отправили сына к вам погостить.

– Да, – подтвердил Ник. – Вопрос теперь только к Артуру. Что скажешь, сынок, поедешь без нас к тете Марте на летние каникулы?

3. Прыжок без парашюта

Знаете, как бывает: вот ты мечтаешь прыгнуть с парашютом и мысленно видишь себя парящим в небе среди облаков, счастливо раскинув руки, как крылья. Но когда уже стоишь у открытой двери вертолета с парашютом за спиной и под тобой ревущая ветром пустота, то ты готов отдать все на свете, лишь бы не прыгать.

Или думаешь: нырнуть бы с аквалангом и увидеть морское дно, может, даже акул или кита. А когда уже сидишь на краю лодки с аквалангом, когда осталось всего лишь нырнуть назад и начать погружение в подводный мир… ты только тогда понимаешь, до чего же на самом деле страшно это сделать.

Так часто случается с каждым мечтателем. Пока твоя мечта не подойдет к тебе вплотную, ты даже и не догадываешься, насколько боишься сделать решительный шаг ей навстречу.

Вот поэтому так много в мире разочарованных людей. Они не поняли главного: что страх – всегда где-то рядом с исполняющейся мечтой. Они остановились из-за страха и повернули назад в самый интересный момент своей жизни.

Именно такой момент и настал для Артура Левамуса.

Давайте же, наконец, узнаем, какое решение он принял.

В тот самый миг, когда мама, папа и тетя Марта вопросительно посмотрели на него, сердце мальчика подпрыгнуло до самого горла, несколько раз стукнулось наверху, а затем также стремительно упало вниз. «Они меня разыгрывают, – пронеслось у него в голове. – Этого просто не может быть!».

Он боялся, что если ответит всерьез, родители тут же рассмеются и скажут, что пошутили. С другой стороны, он боялся: вдруг, если будет медлить с ответом, мама с папой решат, что он еще не готов к такому путешествию и стесняется признаться в этом.

– Я очень-очень хочу! – воскликнул он наконец. – Мам, ты правда меня отпустишь?

Да, это было правдой.

Оставшееся до каникул учебное полугодие теперь казалось самым долгим в истории существования школ. Почти каждый учебный день Артур время от времени проваливался в свои мысли. Его одолевал страх перед неизвестным и предвкушение новизны.

Однажды, сидя на уроке истории, он почти одновременно получил записку от соседа по парте Михи и легкий удар чем-то мерзким и мокрым сзади по уху.

– Эй! – шепотом возмутился он, оборачиваясь и вытирая ухо. – Че делаешь?

Сидящий через несколько парт позади него Тобиас отвел глаза и сделал ангельское лицо – мол, он тут вообще ни при чем.

– Вот гад, – улыбнулся Артур, – на перемене отхватишь! – и раскрыл записку от Михи, который тем временем листал учебник, ища заданную страницу.

На листке обнаружилось следующее: «ты че, правда на все каникулы уедешь? а поход наш? вот ты…». В продолжении послания была пририсована «кучка», видимо изображающая самого Артура

– Мих, да я не успел тебе…

– Левамус, может, встанешь и всему классу расскажешь? Все вместе посмеемся. – Раздраженно рявкнула учительница.

– Так я… э-э-э… н-никто не с-с-смеялся вроде, – ответил Артур, не подумав.

– Огрызаешься?! Ну-ну… Иди у доски таким смелым побудь!

Артур, внутренне закипая на одноклассников, из-за которых попал в дурацкую ситуацию, уныло побрел к доске. Заикаясь в этот раз больше обычного, он успешно схлопотал очередную тройку по истории.

Тягучая резина учебных будней сильно подпортилась еще и тем, что никто из друзей не одобрил его отъезд. На лето они с парнями уже давно тщательно планировали поход в лес с палатками. Кстати, в разговоре с мамой Артур про поход боялся и заикнуться. Точнее, наоборот, заикался так отчаянно, что перейти к сути не успевал – мама огорчалась, не слушала и просила его успокоиться.

Одноклассникам Артур бодро объявлял, что его, конечно, отпустят. Сказать правду он не мог – над ним и так подшучивали, что его никуда не отпускают, и что с прогулки он спешит домой раньше всех.

А тут такая история! Не сказал никому и собирается уехать на все лето.

Артура окрестили предателем и устроили негласный бойкот. Одноклассники демонстративно собирались без него на переменах обсуждать детали лесных приключений. Артуру оставалось только злиться и делать вид, что ему все равно.

Лишь однажды он не выдержал, подошел к этому кружку по интересам и рявкнул:

– Хватит м-м-м-меня игнорить, яс-с-сно?! Как б-б-будто вы от-т-казались бы лететь во Флориду рад-д-ди лесного похода! Я д-думал, вы мне д-друзья, а вы как упыри ведете с-себя!

Ребята даже не успели ничего ответить, парочка из них только хмыкнула в ответ. Артур вышел из кабинета, хлопнув дверью.

На душе было паршиво и одиноко. Он ругал себя на чем свет стоит за то, что устроил скандал и ужасно заикался при этом. Но все равно он решил прекратить общение со всеми друзьями, даже с Михой, которого вообще-то считал лучшим другом.

Казалось, что этот учебный год никогда не закончится. И только в мае, когда до каникул оставалось совсем чуть-чуть, время точно с цепи сорвалось и понеслось с бешеной скоростью.

Вот когда Артур почувствовал настоящее волнение! Пока путешествие оставалось лишь в планах, он думал о нем со звенящей радостью. Теперь же это событие надвигалось на него всем масштабом, грозя раздавить.

Ему предстоял перелет на другой конец планеты в одиночку. Он проведет все лето хоть и с родными, но по сути мало знакомыми ему людьми. Он будет жить целых три месяца без родителей, впервые увидит океан и, возможно, научится плавать. Да и кто знает, что еще его ждет… Ведь в таком путешествии может произойти все, что угодно – даже необыкновенное приключение!

От всех этих мыслей Артур ходил взволнованный и рассеянный. И все больше чувствовал, что ему страшно ехать одному, хотя он не признавался в этом даже самому себе.

Последние контрольные мальчик сдал как в тумане. Дата отъезда стремительно приближалась.

Накануне вылета Артуру приснился необычный сон – видимо, из-за постоянного прокручивания в голове одних и тех же мыслей. Во сне он шел по своему городу сквозь мороз, одетый лишь в футболку и шорты. Шел быстро, зубы стучали – но не от холода, а от страха. Он сам не понимал, чего боится, но ужас заползал внутрь липкими холодными щупальцами, ноги путались.

Вдруг он упал в какую-то яму и полетел вниз, в панике размахивая руками, но почти сразу приземлился на песок. Теперь его со всех сторон окружала вода, а сам он сидел на небольшом островке.

Артур вскочил на ноги и тут же осознал: вода наступает, и уже через минуту земля под его ногами исчезнет под водой. Он заозирался по сторонам, но кругом была только синяя глубина. В тот момент, когда вода уже коснулась его ног, он вдруг высоко подпрыгнул, вытянув руки вверх. Неожиданно он почувствовал, что откуда-то сверху его поймали и надежно ухватили другие руки.

Артур взглянул наверх, но из-за яркого солнца почти ничего не разглядел – только сильные руки и огромные белоснежные крылья над своей головой.

– Артур, вставай! – мамин голос ударил его об кровать. – Самолет вечером, а ты еще толком не собрал вещи!

– Ага, я уже, – прохрипел он в ответ спросонья.

Мама недоверчиво постояла возле постели и, убедившись, что глаза сына открыты, вышла из комнаты. Кот Пузо запрыгнул на мальчика, настойчиво требуя внимания.

Артур перевернулся на спину, сбросив кота, и уставился в потолок. Он разглядывал солнечные блики и все еще проживал события сна. Ощущения падения, страха, а потом полета казались такими реальными, что сердце до сих пор беспокойно билось.

Сны, конечно, снились Артуру часто. Но именно сейчас его не оставляло чувство, что он увидел нечто, чему суждено сбыться, и это как-то связано с предстоящим путешествием.

4. Приключения не будет

Вылет вечером, отступать некуда. Наконец Артур взялся за сборы всерьез.

Оказалось, что это отличный способ навести порядок в комнате. Он сложил и убрал учебники, на которые даже смотреть было невыносимо во время каникул. Из самых неожиданных мест повытряхивал всякую мелочь: мелкие монеты, крошки, обрывки бумаги, этикетки, сломанные карандаши и разобранные ручки. Отправил в стирку ненужные в жаркой Флориде теплые вещи, школьную форму и постельное белье.

Кот оживленно совал нос под руки хозяину и путался под ногами.

– Пузо, сейчас получишь! – сурово оттолкнул его Артур. Но вдруг осознал, что вскоре расстанется с любимцем на все лето. Сменив гнев на милость, он с любовью потискал кота. Пузо, наконец получивший, что хотел, улегся на пустую кровать хозяина и довольно засопел.

Пока Артур крутился в комнате, увлеченно сортируя вещи и собирая их сумку, он совсем не заметил одной детали.

Каждые полчаса в дверь заглядывала мама, и с каждым разом она становилась все бледнее и решительнее. Такое выражение маминого лица Артур знал очень хорошо. Если бы он отвлекся хоть на минуту и обратил на это внимание, возможно, смог бы лучше подготовиться к тому, что должно было произойти дальше.

Приближалось время обеда. Артур с удовольствием оглядел обновленную чистую комнату, собранную сумку в углу и подумал: «Надо почаще путешествовать. Еще ничего не началось, а я уже чувствую себя другим человеком. Хотя, мама бы наверно сказала, что просто нужно чаще убираться», – он улыбнулся и машинально потрогал языком шрам на губе.

Немного уставший и голодный, он зашел в кухню и подсел к маме, которая уже накрыла на стол и сидела перед своей тарелкой. Артур накинулся на макароны с мясом. Он даже не заметил, что мама сидит неподвижно и не ест.

Наконец, утолив голод и вернув способность размышлять, он поднял голову и с удивлением посмотрел на нетронутую еду и поджатые мамины губы.

– Ма?

– М-м?

– Ты чего? Расстроена? Устала? Я, кстати, знаю, чем тебе настроение поднять! Загляни в мою комнату – в ней такой порядок, как будто там никто не живет!

Эта фраза стала последней каплей в маминых переживаниях – из глаз Поли моментально потоками потекли слезы:

– Я… я не могу… – дрожащим голосом выдавила она. – Ты… не поедешь, Артур. Я не могу отпустить тебя. Это ведь другой конец света! На целое лето! Ты ни разу не ездил никуда один, даже на несколько дней. А тут такое большое путешествие, долгий перелет. Кто будет присматривать за тобой? Ты же еще маленький! Да-да и не смотри на меня так! Маленький! Не могу! Не пущу!

Поли говорила торопливо, будто ждала, что Артур ее перебьет. Но он сидел неподвижно и молча, глядя не на маму, а куда-то чуть выше.

В его голове в этот момент пронеслись обрывки недавнего сна – холодный липкий страх, падение в яму. Да, именно это с ним сейчас и происходило – он падал в безмолвную пустоту и не мог ничего сказать.

Мама продолжала изливаться слезами и убеждениями, а он, Артур, сидел и слушал.

Когда Поли договорила, он молча встал, отодвинул недоеденный обед, на деревянных ногах дошел до своей комнаты, закрыл дверь и рухнул на убранную чистую постель.

Приключения не будет.

5. Дрим

В городе Элифе́р[2] на юго-западе Триаты прозвучал отдаленный раскат грома. Или смеха?

Звук внушал страх. Жители города тревожно выглядывали из окон и выходили на улицы.

В это же время в небольшом домике на окраине города проснулся Дрим. Пол и стены его скромной уютной спальни были отделаны светлым бамбуком. Простая легкая кровать из того же бамбука с тонким белоснежным матрасом и большое окно у изголовья – это все, что было в комнате.

Дрим, лежа на животе, приподнялся на локтях. Не открывая глаз, он прислушался.

Злорадный хохот пронесся над Элифером второй раз, точно грязной волной окатив всех жителей города.

Дрим открыл черные, как ночное небо, глаза – и сотни звезд вспыхнули в них, переливаясь и мерцая.

Не вставая, он взглянул на небо с радостной улыбкой. За его спиной медленно и сонно приподнялись огромные белые крылья.

Внезапно одним рывком Дрим вскочил сначала на колени – от этого движения его крылья распахнулись, закрывая собой полкомнаты. Затем, оттолкнувшись ладонями, он сел на корточки и из этого положения стремительной ракетой вылетел прямо в открытое окно.

Там, в небе, Дрим рассекал крыльями прохладный чистый воздух и летел все выше и выше за облака – туда, где находился Источник его силы. Серебряные волосы трепетали от ветра.

На огромной высоте он замер, раскинув крылья и руки, подняв лицо навстречу Творцу. И тут же ливень света начал наполнять Дрима, отчего звезды в его глазах заблестели ярче, а крылья засияли, как солнце.

Как будто от тяжести этого света, он начал медленно падать вниз, с каждой секундой стремительно набирая скорость. Казалось, он вот-вот разобьется на тысячи сверкающих осколков и зальет золотыми волнами все улицы.

Недалеко от земли Дрим закрутился по спирали, взмахнул крыльями и плавно опустился на дорогу между домами.

Жители Элифера, стоя внизу, любовались его полетом. При виде звездных глаз Дрима они сразу забыли о злобном смехе, который их напугал.

Элиферцы выбегали с радостными приветствиями:

– Эй, Дрим! Доброе утро!

– Хорошего дня!

– Привет-привет! А ты снился мне сегодня! – обращались к нему со всех сторон улыбчивые лица и добрые голоса.

Дрим был их лучшим другом. И каждому он приветливо улыбался, каждого знал лично и по имени:

– Привет, Роб, и тебе хорошего дня! Привет, Тая! Расскажешь мне свой сон чуть позже? Доброе утро, друзья! Очень доброе! Помните о крыльях! – крикнул он напоследок свою любимую фразу, которую часто повторял.

Жители Элифера остались позади, а Дрим продолжил путь в одиночку.

Белокрылый и звездноглазый, он шел к окраине города, чтобы заглянуть вдаль – туда, откуда пришел громовой раскат смеха.

Дрим смотрел немного севернее от Элифера – туда, где располагались горная цепь Хьюджи, Серебряный водопад и выжженная долина.

Во времена, когда в крепости Дбнум правили феи, на месте выжженной пустоши была прекрасная цветущая Долина фиалок.

Сейчас же крепость управлялась злобными инвидами во главе с их черным господином – Фиром. Отчего вся местность вокруг погибла и обуглилась.

Над Донумом небо окрашивалось мрачными всполохами – казалось, там без конца бушевал пожар. Звук пришел именно оттуда.

Дрим улыбнулся: время пришло. Битва за Артура Левамуса и Триату началась.

Фир слишком рано начал радоваться, словно он уже победил и стал хозяином Триаты – в этом и проявлялась его слабость. Он считал мальчишку недостойным противником.

Узнай об этом сам Артур, он поспешно бы согласился, что воин из него никакой.

Но Дрим знал, гораздо лучше о том, кто такой Артур Левамус. И от этого осознания его звездные глаза весело мерцали, глядя вдаль.

6. Слабость или сила?

За окном продолжалась жизнь. Мимо проезжали машины, негромко шелестя колесами и увозя людей куда-то по их делам. Иногда слышались порывы ветра, который вскидывался, вздымая горсти песка, и тут же утихал, чтобы через несколько минут снова возмутиться. Деревья шумели кронами и недовольно поскрипывали. Где-то вдалеке заурчал первый предупредительный раскат грома. Небо налилось тяжелой серостью.

На горизонте по-прежнему был виден золотистый просвет, но это не добавляло картине радости. Напротив, лучезарная даль еще более зловеще выделяла черную тучу, неумолимо съедающую свет на своем пути.

Небо быстро темнело. Артуру показалось, что наступила ночь, а он много часов здесь один, и никому до него нет дела. Его тело неподвижно лежало на кровати, но в душе шла борьба, мысли лихорадочно сменялись одна другой.

С одной стороны, Артур радовался тому, что поездка отменилась – он с трудом смог признаться в этом самому себе. Да-да. Он чувствовал облегчение и глубоко презирал себя за это. Облегчение от того, что не придется рисковать и бороться со страхами. Не нужно уезжать из дома, где все привычно и понятно, в какой-то неизведанный мир, полный чужих людей и новых вызовов.

А еще приятно, что есть оправдание: он не поехал не потому, что испугался, а потому что испугалась мама. А он как хороший сын, послушался ее, чтобы не огорчать.

С другой стороны… «Как же приключения и победы? – думал Артур. – Ведь я уже настолько близко к своей мечте. Так близко, что даже чувствую брызги океана на своем лице… Но куда уж мне. Я как обычно одним ударом отброшен назад. Что за лузер…»

Когда зарокотал первый гром, Артур повернулся к окну. По его спине словно пробежал ледяной ручей – в этом глухом рыке он услышал чей-то злой смех.

«Крыша едет уже от этих мыслей, надо взять себя в руки».

Он резко сел на кровати.

В это время на кухне металась мама. Она была похожа на испуганную птицу в силках: бессмысленно садилась и вставала, принималась убирать посуду со стола и бросала на полпути.

Поли знала, что поступает неправильно, что совершает надлом в отношениях с сыном. Но отпустить его от себя казалось выше материнских сил.

Ее напугала реакция Артура – каменное лицо и тишина, с которой он ушел в свою комнату. Скорее всего, если бы сын начал кричать от возмущения, стучать по столу и спорить, как обычный подросток, Поли было бы легче проявить твердость, наругать и запретить. Но это холодное обреченное согласие полоснуло ее ножом по сердцу.

Хлопнула входная дверь. Папа вернулся с работы пораньше, чтобы отвезти сына в аэропорт.

Артур решительно поднял свою дорожную сумку и шагнул в коридор.

Напротив его комнаты у входной двери ждал папа, сбоку у двери кухни – мама. Они встали в молчаливом треугольнике, оценивая происходящее. Отец заметил мокрые глаза Поли, мама увидела сумку в руках сына и его решительно приподнятый подбородок, а Артур смотрел лишь на дверь.

Потом он будто ощутил мягкий толчок в спину и шагнул.

– Л-люблю тебя, мам! Д-д-до встречи! – обнял он растерявшуюся Поли. – Я г-готов, пап.

И как во сне, но твердо и уверенно, Артур вышел из своего дома, чтобы никогда не вернуться сюда прежним.

7. Флорида

Артур с Ником немного опоздали в аэропорт, регистрация на рейс уже заканчивалась. К счастью Артура, из-за спешки и при посторонних людях Ник не стал расспрашивать, что там произошло у них с мамой, почему она плакала – хотя, скорее всего, он просто сам обо всем догадался.

* * *

– Вода с газом, без, сок, чай, кофе? – произнесла над головой Артура стюардесса в яркоапельсиновой форме.

– Чай, п-пожалуйста, – ответил Артур, смущенно покосившись на женщину, сидевшую рядом. Это была его сопровождающая.

Когда Поли и Ник поехали в авиакассу покупать сыну билет на самолет, девушка за стойкой сообщила: по закону четырнадцатилетним мальчикам запрещено летать самостоятельно. Обязательно нужен сопровождающий.

А родители, как мы знаем, полететь в Америку не могли…

Ник с досадой всплеснул руками, а Поли внутренне ликовала «Это знак! Так и знала, что Артуру не нужно лететь!».

Но неожиданно стоящая за ними в очереди женщина воскликнула:

– Надо же, я тоже хочу купить билет на эти же даты, во Флориду. Могу взять с собой вашего сына – ведь по факту это всего лишь совместная регистрация и соседние кресла в самолете.

Поли и Ник ошеломленно переглянулись, их лица отражали противоположные эмоции. Поли была неприкрыто разочарована, а Ник с облегчением рассыпался в благодарностях к незнакомке.

* * *

Сейчас, взглянув на сидящую рядом женщину, Артур впервые изумленно подумал о том, какое все-таки странное совпадение! В их крохотном северном городке, находящемся на окраине страны, нашлась женщина, летящая тем же рейсом во Флориду, что и он. Более того, какова была вероятность, что она придет покупать свой билет именно в тот же день и час, что и родители Артура?

Одна на миллион.

От этих мыслей сердце мальчика неровно стукнуло о ребра. «Она пришла туда из-за меня, – мелькнуло в голове, – даже если сама не знала об этом».

* * *

Полет прошел быстро. Пара фильмов на планшете, ужин, сон – и вот уже «уважаемые пассажиры, наш самолет приступил к снижению…»

Аэропорт небольшого городка Форт-Пирс встретил Артура влажным горячим воздухом и пестрой иностранной речью.

Парнишка жадно смотрел по сторонам, впитывая новый для себя мир. Все привлекало взгляд: рекламные билборды, колоритные иностранцы и, конечно, ослепительное солнце на бирюзовом небе и неправдоподобно-зеленые газоны за панорамными окнами. Ему показалось, что за всю свою жизнь он не видел настоящих красок. А теперь – видит. Северный городок Артура походил на серого блеклого воробья по сравнению с этим сочно-многоцветным солнечным штатом.

Стараясь держаться уверенно, Артур пошел к стойке получения багажа. Окружающие люди выглядели диковинно – он то и дело мысленно одергивал себя, чтобы не пялиться слишком открыто.

Вот мама с ребенком бодро болтают на гортанном английском с интонациями рождественских рекламных роликов. Артур понимал их лишь интуитивно, поскольку неловкие попытки говорить по-английски в школе и настоящая американская беглая речь были из разных галактик.

Вот мимо проходят темнокожие люди разного возраста, телосложения и пола – таких людей Артур видел впервые. Он не мог убедить себя, что «подумаешь, ничего особенного», поэтому украдкой наблюдал за темными лицами, жесткими волосами и ослепительными улыбками.

Аэропорт размерами напоминал тот, что в родном городе, но надписи на чужом языке сбивали с толку. Поток пассажиров шел в одном направлении, Артур добрался до багажной ленты. Его старая потрепанная сумка показалась из-за поворота, мальчик бросился ее ловить, задев при этом смуглого пожилого мужчину.

– П-простите, экскюзми, – неловко пробормотал Артур.

Мужчина сурово взглянул на него и тягучим басом что-то ответил, кажется, на испанском.

Быстро ретировавшись с прижатой к боку сумкой, юный путешественник зашагал к выходу из аэропорта, внимательно поглядывая по сторонам. Он искал глазами тетю Марту, но ее нигде не было.

«Я один в чужой стране за тысячи километров от дома, – с ужасом проносилось в голове Артура, – а если она не приедет? Если что-то случилось, и мне придется добираться самому? Позвонить отсюда я не могу, английский почти не знаю…»

Он тронул шрам на губе. Простая и немного стыдная мысль настигла его – взрослого, как он думал, парня: «Вот бы мама и папа были рядом, они бы знали, что делать. Мне конец».

8. Марта

Артур стоял перед широкими открытыми дверями аэропорта, из которых виднелся кусочек улицы, освещенной солнцем. Он не решался выйти и шагнуть в неизвестность – как будто сейчас само здание давало ему невидимую защиту.

Мальчик старался выглядеть невозмутимо: поставил на пол сумку, стал стягивать олимпийку, в которой вылетел из родного прохладного городка – необходимости в теплой одежде явно не было. Ногам тоже стало жарко и некомфортно. Для такой погоды, конечно, больше подходят шорты и вьетнамки, чем его «северные» джинсы и кроссовки.

Он перекинул кофту через сумку и сделал решительный шаг к двери. Но тут кто-то тронул его за плечо.

Это была сопровождающая, о которой Артур и думать забыл.

– Я тебя потеряла! Хотела убедиться, что все в порядке и тебя встретили, – с мягким укором сказала она. – Я ведь родителям твоим обещала присмотреть.

– А, да, с-спасибо, – растерянно ответил Артур. – Не могу найти т-тетю, но она, наверно, сейчас п-появится, а может, ждет на улице. Я как раз хотел выйти п-посмотреть.

– Не против, если составлю тебе компанию? Или даже могу подвезти куда нужно – меня здесь встречает сын, он ждет у машины. Знаешь адрес тети?

– Думаю, да, в т-телефоне должно быть записано. Но если я уеду с вами, а тетя будет меня ждать – нехорошо п-получится.

Настроение Артура заметно улучшилось: приятно быть вместе с кем-то хоть чуточку знакомым и говорящим на твоем языке.

– Согласна, – кивнула женщина. – Давай подождем вместе? Отправлю тебя с тетей, и после этого уже с чистой совестью уеду сама.

– Эм… Спасибо, – неловко ответил мальчик, направляясь к выходу.

Женщина легко улыбнулась и пошла рядом, держа за ручку сумку на колесиках.

На улице их обдало горячей волной. Оказывается, в аэропорту работали кондиционеры, и настоящей жары Артур еще не чувствовал.

«Теперь-то уж точно ногам хана», – тоскливо подумал парень, чувствуя, как ноги в кроссовках и черных джинсах поставили на режим обжарки.

Возле небесно-голубой ретромашины, резко выделяющейся среди серых и черных авто, на стоянке стояла тетя Марта – Артур сразу узнал ее по ярко-рыжим волосам и броской одежде.

Тетя Марта повернулась боком, разговаривая по телефону, и пока не видела мальчика.

– Вон там, – с облегчением указал на нее Артур, – это моя тетя!

Сопровождающая с улыбкой подняла брови, увидев эпатажную даму.

– Отлично! Тогда я поеду, сын ждет на другой стороне парковки. Особенных каникул тебе! – и она подала мальчику свою тонкую руку на прощание.

– Спасибо еще раз! И вам хорошего… от-тдыха! – Артур осторожно пожал протянутую руку и направился в сторону тети.

«Я даже не узнал ее имя и не назвал свое», – запоздало удивился он.

Тут тетя Марта обернулась, и у Артура не осталось шанса хоть о чем-то думать.

– Батюшки!!! – заверещала она с легким акцентом. – Это что, мой племянничек прикатил?! Я-то думала, пойду забирать малыша с самолета, а тут эдакий мьюжик (некоторые русские словечки у тети иногда слетали на американский манер).

Артур наморщил нос от такого стандартного «взрослого подката». Тетя, не обращая внимания на его смущение, бросилась с объятиями, которые грозили сломать парочку ребер.

Без умолку квохча, Марта помогла убрать сумку в огромный багажник и усадила Артура рядом с собой на переднее кресло светлого кожаного салона.

– Машина без кондиционера, но мы щас рааааз, – тетя открыла окна до упора, – прокатимся с ветерком! Ну что ж ты молчишь? Расскажи, как прошел полет?

Артур, наконец, получил возможность вставить несколько слов, пока они, действительно с ветерком, помчались по улицам Форт-Пирса.

9. Аделина

Дом тети Марты находился в отдалении от города. Практически все время дорога шла вдоль побережья, и Артур жадно вглядывался в насыщенно-синие просторы океана.

Во время поездки тетя успела рассказать, что Форт-Пирс еще называют Городом Восходящего солнца, а по размеру он, оказывается, почти такой же маленький, как и родной город Артура – в нем проживают всего около 40 тысяч человек.

Меньше, чем через полчаса ретрокар остановился возле небольшого белого домика, который утопал в зелени. Деревья по форме напоминали гигантские брокколи и своими пышными кронами обрамляли дом со всех сторон.

Довольно просторный двор окружал низкий голубой заборчик, от калитки которого до дома вилась уютная тропинка. Машину Марта оставила у забора, недалеко от входа.

Тетя открыла багажник. Артур перекинул сумку через плечо, не отрываясь разглядывая свое жилище на ближайшие три месяца.

Три месяца! Просто не верится! Один, без родителей, в этом солнечном, пленительно-красивом месте, которое он определенно видел то ли в фильмах, то ли во снах.

– Давай, Арти, пошли! – махнула тетя, направляясь к дому, пока он стоял и глазел. – Аделина уже заждалась, все утро не могла сидеть спокойно, постоянно на часы смотрела и меня подгоняла, чтобы я в аэропорт не опоздала. Переодевалась пару раз – не могла выбрать, в чем тебя встретить. А за обедом даже кружку разбила от волнения, – со смехом рассказывала Марта, шагая по хрустящей мелкими камушками тропе.

Артур в этот момент сочувственно подумал, что Аделина, наверно, все бы отдала, лишь бы ее мама умела держать язык за зубами.

Когда легкая белая дверь открылась, мальчик увидел просторную уютную гостиную. С первого взгляда Артуру показалось, что в обстановке есть что-то необычное, но он не смог сразу уловить, что именно. Да и долго размышлять не пришлось, потому что почти сразу от кухонного островка справа к ним подошла Аделина.

Артур видел ее иногда по видеосвязи. А вернее, очень редко. Из-за разницы во времени тетя Марта звонила ранним утром, чтобы застать семью Левамусов вечером. Хотя свежо воспоминание, как тетя, еще не привыкнув к разнице часовых поясов, позвонила однажды глубокой ночью с бодрыми выкриками и шуточками.

Оказалось, что видеосвязь совершенно не передавала внешность и характер Аделины, в чем Артур тут же убедился.

Двоюродная сестра обладала изящным телосложением, прямыми светлыми волосами, которые опускались до самого пояса, и серьезными серыми глазами. Красивая и какая-то сказочная что ли. «Как Дюймовочка, – подумал Артур, – только взгляд очень вдумчивый».

Она стеснительно улыбнулась и протянула Артуру руку для приветствия.

– Да что ж вы как неродные! – оборвала ее тетя Марта и со смехом обхватила Артура одной рукой, Аделину другой и столкнула их в тройные объятия, чем бесконечно смутила обоих.

– Мам, мы ни разу в жизни не виделись! – возмущенно отстранилась Аделина. – Можно мы хоть познакомимся?!

– Знакомьтесь, знакомьтесь, – добродушно хохотнула Марта и направилась к кухонному островку. – Арти, будешь обедать? Аделина приготовила для тебя фетучини с курицей.

– Э-э… да, с-с-спасибо, – покраснел Артур, потому что не подозревал, что такое фетучини, но есть хотел ужасно.

– Ты, наверно, устал? – спросила Аделина. – Давай пока сумку бросай тут, пообедаем, и я покажу твою комнату.

Артур последовал совету и вместе с Аделиной прошел к мягким диванчикам, расположенным буквой П недалеко от кухонной зоны.

Напротив одного из диванов было панорамное окно, через которое открывался прекрасный вид: зеленели деревья-брокколи, а за ними, мерцая на солнце, дышал океан.

Артур, вымотанный долгим перелетом, новыми впечатлениями, людьми и местами, тихо сидел, утопая в мягком диване, и впитывал глазами дивное зрелище. Ему хотелось хоть как-то запечатлеть эту картину, но он сразу понял – ни фото, ни видео не смогут как следует передать такую невероятную красоту. Поэтому оставалось лишь ловить момент здесь и сейчас.

Тетя Марта звенела тарелками, столовыми приборами и крышкой от кастрюли, напевая что-то зажигательное. Этот фоновый шум еще больше подчеркивал спокойствие природы за окном.

Аделина сидела на соседнем диване, поджав одну ногу под себя, и не пыталась заводить разговор. Она просто молча переводила взгляд то на окно, то на брата.

Наконец, Артур посмотрел на нее и с удивлением понял, что, пожалуй, впервые в жизни ему так хорошо и спокойно молчать с другим человеком, особенно с девочкой.

Со стороны кухни громогласно объявили обед, и очарование момента растворилось.

Троица уселась за столом и принялась за еду. Артур уплетал с большим энтузиазмом и про себя ухмылялся: «“Фетучини”… сказали бы “плоские спагетти” или просто “макароны”».

– А я, пока мы шли, рассказывала Арти, как ты его ждала, – тетя Марта, сидя рядом с дочерью, бесцеремонно тыкнула ее пальцем в бок.

– Мам… – тихонько отодвинулась Аделина и слегка покраснела.

– Да ладно тебе, не стесняйся! Ох, и рада я, что ты приехал, племянничек! До сих пор поверить не могу, что Поли тебя отпустила! Она ж трясется над тобой, как над сахарным, никуда шагу лишнего не дает ступить, а тут отпустила в такую даль! Чудеса, да и только! Вот увидишь, это лето станет самым лучшим в твоей жизни! – подмигнула тетя.

Артур лишь вежливо улыбнулся в ответ – сказать что-то ему мешал набитый рот.

Да и что бы он сказал? Что сам тайно мечтает о чудесах, которые с ним произойдут? О том, что чудес в этой истории уже и так произошло немало?

Нет, пока он не был готов так открыться перед тетей.

«Хотя с Аделиной я бы, пожалуй, поделился» – удивляясь самому себе, подумал Артур.

Вдруг он понял, что такого необычного было в гостиной. Во всей обстановке и в деталях интерьера были видны противоположные характеры тети Марты и Аделины.

В пастельные тона диванов, штор и стен яркими мазками врывались картины, подушки, коврики и посуда кричащих расцветок. Все это выглядело довольно приятно, но невозможно было не заметить несоответствие вещей друг другу.

– Артур, – прервала его мысли Аделина, – ты сильно устал? Хотела показать тебе пляж около дома. Мне кажется, тебе понравится.

Парень с благодарностью кивнул:

– Я и сам хотел тебя п-попросить. Ни разу в жизни не видел океан. «И плавать не умею», – угрюмо закончил он про себя.

– Ну и чудненько, чудненько! – громко хлопнула в ладоши тетя Марта, от чего ребята невольно вздрогнули. – Топайте, а я тут приберусь пока и по делам еще сгоняю. У меня сегодня зумба и шоппинг. Что хотите на ужин?

Брат с сестрой заверили, что им все равно, и выскользнули из-за стола. Артур взял сумку, Аделина повела его по лестнице в гостевую комнату. Наверху на небольшой площадке находилось три двери: две с левой стороны и одна справа.

– Вот эта твоя, – объявила девочка, распахивая одну из дверей слева и пропуская Артура вперед.

– Спасибо! Я только переоденусь и можно идти, – кивнул он, и Аделина оставила его одного.

Мальчика встретила светлая комната с наклонным потолком. Она располагалась с противоположной стороны относительно гостиной. И если там царил прохладный зеленоватый тенек, то здесь солнце не было закрыто деревьями и щедро окрашивало всю внутренность помещения в ярко-желтый цвет.

Работал кондиционер, духоты не чувствовалось.

Комната вмещала в себя большую кровать, стол с креслом и шкаф. Ничего лишнего – идеально.

Артур сбросил сумку на пол перед шкафом и принялся искать подходящую одежду: шорты, футболку и сланцы. В прохладной гостиной он почти забыл, что его ноги подкоптились от жары на улице, но подъем по лестнице с тяжелой сумкой ему об этом напомнил.

С наслаждением сбросив носки и джинсы, Артур переоделся, написал маме с папой одинаковые сообщения: «Я добрался, все хорошо. Люблю вас. Спасибо!» и вышел из комнаты.

10. Знакомство

Аделина ждала брата на первом этаже. Тетя Марта, пританцовывая, еще загружала посуду в посудомоечную машину.

Артур чувствовал себя свежим и отдохнувшим – всего-то надо было поесть и переодеться!

Девочка держала у колен большую пляжную сумку:

– Я подумала, вдруг захочешь сразу искупаться, – улыбнулась она, приподняв свою ношу, – поэтому взяла полотенца, напитки и немного фруктов.

– Звучит круто! – одобрил Артур. – Ну что, пошли?

– Арти, смотри не поджарься, – неожиданно серьезно окликнула его тетя Марта. – Ты к такому солнцу не привычен, обгореть можно за считанные минуты.

– Хорошо, тетя Марта, спасибо, – улыбнулся Артур, а сам подумал: «Никогда не сгорал, у меня кожа, как у бизона, – стойкая…» и уверенно шагнул за порог навстречу солнцу Флориды.

Ребята вышли из дома и повернули направо. По обе стороны улицы стояли низкие, типично американские дома – такие, какие Артур видел только по телевизору. Улица быстро закончилась, они свернули на сочный зеленый луг и пошли по пыльной жаркой тропе, ведущей вниз к пляжу. Солнце обжигало. Артур уже пожалел, что не надел бейсболку и предвкушал, как скоро окунется в прохладную океанскую воду.

Наконец их ноги ступили на белый пляжный песок. Перед ними, насколько хватало взгляда, простирался океан. Вокруг – ни души.

– Тут всегда мало людей, – пояснила Аделина, – а сейчас еще жарковато для местных, купаться приходят ближе к заходу солнца.

– Да, и правда жарко, – Артур вытер вспотевший лоб и, сложив руку козырьком, посмотрел на воду. – Я раньше океан только на картинках видел.

– Я каждый день смотрю, – серьезно сказала девочка, тоже глядя вдаль. – И не представляю, как люди живут без него. Как без воздуха.

И добавила уже шутливо:

– Ну что, пойдем знакомиться?

– Пойдем, только я, з-з-знаешь… э-э-э… плавать не умею, – без предисловий выпалил Артур свой секрет.

К его облегчению, Аделина не стала смеяться, дразнить или говорить что-то снисходительное. Она просто пожала плечами и уже на ходу сказала:

– Как раз хорошо, что тут у берега неглубоко, – и осторожно ступая по горячему песку, пошла вдоль пляжа.

Вскоре они остановились недалеко от воды, расстелили широкое покрывало и сбросили обувь. Артур снял футболку и остался в шортах – они как раз подходила для купания. Аделина грациозно скинула легкий сарафан белого цвета и осталась в белом купальнике.

– Ты пока осмотрись не спеша, – кивнула она брату, – а я сплаваю подальше на глубину и вернусь.

Девочка зашла в воду и пошла вперед – Артур убедился, что здесь действительно довольно мелко, вода доходила ей до колен. И лишь подальше от берега Аделина, изящно взмахнув руками, с легким всплеском нырнула и поплыла под водой. Вскоре ее голова показалась вдали и почти затерялась среди сверкающей глади.

Океан дышал спокойствием. Легкие волны шептались у ног Артура, пока он стоял и привыкал к их прохладе. Заходить глубже было страшновато. Вода обнимала, точно живая, и мальчику казалось, что он знакомится с огромным опасным зверем, который сейчас в мирном настроении.

Горьковатый запах водорослей, бирюзовая поверхность океана и тяжелая масса воды, которая обхватывала и покачивала Артура со всех сторон – этот момент прочно отпечатался в его памяти навсегда. Момент первой встречи.

Наконец, Артур решился. Там, где вода почти доходила ему до груди, он закрыл нос и нырнул, чтобы охладить голову. Когда он вынырнул, рядом уже стояла Аделина. Она была похожа на русалку – с мокрыми волосами, а капли воды на ее коже сверкали от солнечного света.

– Ну как, подружились? – улыбнулась она и легонько брызнула в его сторону.

– Еще нет, – фыркнул Артур, отвечая более увесистыми брызгами, – но все впереди. Этим летом я обязательно должен научиться плавать.

– Да мы с тобой с этим за пару дней управимся, – махнула Аделина, – океан живой, он сам тебя поддержит.

Артур восхитился, что сестра так точно передала его собственные мысли. Еще ни с кем он не был настолько на одной волне.

Они пробыли на пляже до самого вечера – грелись на солнце, ели фрукты и опять возвращались в воду, где Аделина учила брата плавать. Сперва страх сильно сковывал мальчика. Но со временем дело пошло с большим успехом: сестра оказалась талантливым учителем, а Артур на редкость способным учеником. Уже часа через три он уверенно мог проплыть пару метров.

Лишь когда небо окрасилось в оранжевый оттенок и солнце начало таять на спине океана, ребята засобирались домой.

– Ой, Артур, а ведь мама оказалась права, посмотри на себя! – огорчилась Аделина, показывая на плечи брата.

В самом деле, только сейчас парень почувствовал, что плечи и лицо сильно жжет. Кожа цветом напоминала редиску.

– Ого! Первый раз в жизни обгорел. Уже предвкушаю, как отреагирует тетя Марта, – усмехнулся Артур. И, хихикая, ребята отправились домой, то и дело останавливаясь и любуясь закатом.

11. Крушение и взлет

Первую ночь на новом месте Артур провел беспокойно – во сне его опять качало на волнах, а обгоревшая кожа беспощадно напоминала о себе при каждом повороте. К счастью, восстановился он быстро: «кожа бизона» в этом не подвела.

Брат с сестрой каждый день проводили время у океана, но теперь приходили на пляж либо рано утром, либо после обеда – когда солнце не так сильно жарит.

Начинающий пловец делал успехи с каждым днем. Ощущение невесомости, которое он почувствовал, когда впервые смог нырнуть и проплыть под водой, приводило его в восторг.

– По-моему, тебе нужно жить у океана, – смеялась Аделина. – Ты так быстро учишься, что скоро жабры вырастут.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Триата (искажен, от греч. triados) — «триединство» (здесь и далее – прим, автора).

Вернуться

2

Элифер (от греч. eleftherfa) – «свобода».

Вернуться