Алика Фортис
Второй шанс на счастье

Пролог

Мира

Всегда любила весну и лето, когда зелень только начинает распускаться, солнце пригревает как-то иначе, по-особенному. Всегда любила выходить ночью на балкон с чашкой чая и слушать музыку, глядя на то, как в домах, как в огромных муравейниках, загорается и гаснет свет в окнах, как кипит жизнь в огромном мегаполисе. В такие моменты я могла побыть сама с собой наедине и в своих мыслях.

Я тоже являлась частью этого муравейника, в окнах моего дома тоже кипела жизнь. Я любила нашу с мужем квартирку, пусть и небольшую, но безумно уютную. Хранившую в себе столько доброго, позитивного, порой сложного и волнительного, но того, что было частью только нашей семьи.

Мы прожили в браке чуть меньше десяти лет. А вместе были и того больше. Познакомились, ещё будучи подростками. Всё время находились в одной компании, достаточно хорошо дружили. Но никогда не рассматривали друг друга как объекты противоположного пола. И к удивлению многих, на последних курсах университета стали встречаться, а по окончании и вовсе поженились.

На протяжении всей нашей семейной жизни мне казалось, что мы опора друг для друга, крепкий тыл. Что нас ничего не сломит и не разлучит.

У нас было всякое: ссоры и примирения, шальной отдых и спокойное времяпрепровождение, споры и уступки. В целом всё как у всех, если отношения живые, и людям друг на друга не плевать.

Но мой уютный мирок рухнул, как карточный домик, похоронив под руинами счастливую, как мне казалось семейную жизнь и совместное будущее.

На последних сроках беременности узнала, что муж изменяет. И непросто с кем-то, а с нашей общей знакомой. Хотя какая разница с кем, если измена она и в Африке измена. Это стало для меня настоящим потрясением. Шоком. Ударом. Назвать то состояние можно по-разному, но суть одна.

Тяжело резко перестроиться, когда жизнь, как тебе кажется, идёт согласно намеченной цели, а на деле, выходит, что и цель не та, и люди рядом, которым ты доверял, оказываются предателями. И предательство это, как нож в спину. Низкое, подлое, жестокое. Жалящее в самое сердце и сжигающее душу.

Аргумент у мужа был один: «я устал трахать тебя с беременным животом, захотелось с кем-то вытрахаться. Прости». Какое к чёрту прости? Как? Как можно простить того, кто просто уничтожил все чувства, стал предателем вместо того, чтоб стать опорой.

Это было ужасное время. Невозможно вспоминать тот период и не испытывать боли.

Возможно, кто-то и может простить мужчине такой поступок, или, вернее сказать, проступок. Я не считаю подобное прощение силой или, наоборот, проявлением слабости. Это просто другое мировоззрение, отличающееся от моего. Другие ценности, взгляды, убеждения. И судить кого-то, я не имею права. Точно так же, как не хочу, чтоб судили меня. Просто не могу я быть вместе с человеком, которому невозможно больше доверять. Это как сидеть на пороховой бочке и всё время думать, рванёт или нет, обманет или нет, предаст или нет, воткнёт нож в спину или ограничится просто плевком в душу.

С момента его измены в моей голове зрел план того, как перестроить свою жизнь. Жизнь без места для когда-то любимого человека. Жизнь, где есть я и моя дочь, которая несмотря на все мои нервы и переживания, родилась здоровенькой, крепкой и ровно в срок.

Хорошо, что муж съехал с квартиры, на период, пока я не смогу где-то обустроиться и осесть. Хоть что-то смог сделать по-человечески.

И вот сейчас снова ночь. Я снова стою на балконе, пью чай и думаю о том, в какой момент всё пошло под откос. Почему не замечала раньше. Неужели была настолько слепа. Как так стало, что то, что было любимым и уютным, стало причинять боль. Место, которое так любила – убивает. Человека, которого когда-то любила – презираю. Все эмоции и чувства, которые приносили умиротворение, покой и наслаждение, стали травить душу изнутри.

И только мой маленький, двухмесячный комочек счастья, придаёт мне сил и уверенности в том, что я хочу всё изменить, и что всё делаю правильно. Нет, не простить и начать всё заново, а именно изменить. Простить я не смогла и не смогу. Даже пытаться не пробовала. Вот, пожалуй, с завтрашнего дня, я начну свою жизнь заново, и я уверена, что это только начало. Начало нашего с дочкой счастливого пути, в преодолении всех трудностей и неприятностей. Вместе мы горы свернём. Ведь у меня такой отличный стимул.

Глава 1.

Мира

Здравствуй утро понедельника. Если быть точной, первого рабочего понедельника, после непродолжительного декрета.

Как ни странно, встаю и собираюсь с большим энтузиазмом. После того как я съехала от мужа и подала на развод, прошло уже целых четыре месяца. Четыре, до жути долгих и изнуряющих месяца. Четыре месяца нервотрёпки, агрессии и грубых слов. Скандалы, выяснения отношений, угрозы и мольбы о прощении, вымотали меня до основания. Было ощущение, что я опустошена как морально, так и физически. Из меня тогда, словно все силы высосали. Кто бы мог подумать, что такие эмоциональные качели так выматывают.

Игорь – бывший муж, сначала долго изводил меня, а после пропал с радаров. Даже не знаю, возможно оно и к лучшему. За дочку только обидно. Это сейчас она маленькая и ничего не понимает. Но когда будет старше, боюсь, будет ощущать нехватку мужского воспитания и крепкого отцовского плеча, готового всегда быть опорой и поддержкой. Придётся всё компенсировать дедушке. Хотя он рад. Правда, все мы понимаем, что с любовью и вниманием родного отца, ничто не сравнится, и ничто его не заменит. Но, тут уж, что имеем. Другого не дано.

И вот сейчас, мы с моей маленькой Вероничкой, живём в нашей двухкомнатной квартире, которую пришлось взять в ипотеку. Спасибо родителям, которые помогли с первоначальным взносом, продав свою квартиру в области. Мы обжились, сделали ремонт и прекрасно чувствуем себя на новом месте. Единственный минус – пришлось выйти на работу, когда малышке всего шесть месяцев. Но вариантов и альтернативы у меня не имелось, денег для оплаты ипотеки брать было не откуда. И каким бы сильным у меня ни было желание, быть как можно больше и дольше рядом с дочкой, здравый рассудок и правильные доводы сделали своё дело. Другого выхода не было. А нам нужно как-то жить. Причём желательно достойно.

Я перевелась в другой ВУЗ города, чтоб преподавать и быть поближе к дому. Не тратить время на дорогу. Это весьма ценно, когда дома ждёт малышка. А к ней я готова лететь на всех парах. Уже с ужасом представляю, как сильно буду по ней скучать. А я ещё даже из дома не вышла.

Спасибо маме, которая согласилась сидеть с Никой, пока я на работе. Вот и сейчас, пока мой маленький курносый носик спит, я собираюсь и жду, когда придёт мама, чтоб подменить меня и посидеть с внучкой. Мне повезло, что мама может меня выручать и быть с дочкой. Это дорогого стоит. Понятия не имею, чтобы я делала без неё и её поддержки. Даже думать не хочу об этом.

Мои размышления прервал щелчок замка и хлопок входной двери.

– Мамуль, это ты? – спросила, прежде чем выглянула в коридор.

Мельком глянув на часы, поняла, что немного опаздываю. И надо бы мне ускориться, а так не хочется, если честно. Всю душу рвёт, эта необходимость, оставлять малышку. Тяжело. Слишком маленькая она ещё.

– Мира, прости что немного задержалась, пробки из-за этой метели, все дороги намертво стоят. Там просто какой-то завальный снежный коллапс. Давно такого количества снега не выпадало.

– Тогда мне нужно ускориться, а то с такой дорогой, я пока доползу, уже лекция закончится. А у меня, как-никак, первый день сегодня. – нервно потеребила ремешок часов на запястье.

Мама у меня мировая. Всегда считала её своим другом и всегда могла на неё положиться и поговорить обо всём на свете, как собственно и с папой. Это большое счастье, когда такие отношения с родителями. Надеюсь, у меня с дочерью, будет так же.

Всегда мечтала о такой семье, как у родителей. Они живут душа в душу, и до сих пор очень друг друга любят. Это невозможно не заметить. Всё как на ладони. У них искрит так, будто им по восемнадцать. Папа так и сдувает с мамы пылинки и всё, что он делает, как работает, как помогает ей по хозяйству – результат стимула, в виде тепла и домашнего уюта.

– Мам, Ника пока спит, а я побежала. И так уже опаздываю. А с учётом того, что творится на дорогах, доберусь небыстро. Сейчас только поцелую мой любимый курносый нос.

– Давай-давай, целуй наше сокровище и беги, я за ней посмотрю. Удачи, дочка, на новом рабочем месте, держу за тебя кулачки. И поаккуратнее там, всё-таки это новый коллектив, и люди разные, сама знаешь и понимаешь. Поменьше говори, побольше слушай. Хотя, ты и сама это прекрасно понимаешь. – улыбнувшись, сказала мама.

– Не переживай, сама знаешь, что мне палец в рот не клади, откушу по локоть. Да и от всяких склок и сплетен я далека.

Произношу всё это с лёгкой улыбкой, и бегу в комнату. Целую дочку – моё маленькое сокровище, и выбегаю в коридор, в темпе одеваясь и обнимая маму.

Быстро очищаю машину, которая за ночь превратилась в хороший такой сугроб. Прогреваю и мчу, насколько это возможно по такой дороге, в сторону университета. Ну и утречко, конечно. Язык на плечо, а день только начинается.

Да, на дороге реально каша, и жуткие пробки. Замело так замело. Не помню, когда в последний раз были такие заносы. Последнее время климат как-то изменился. С каждым годом снега было всё меньше и меньше.  К этому уже и привыкли как-то. А тут такое. Жуть, одним словом.

В университет влетаю пулей, потому что время уже поджимает и бегу в учебный отдел, взять расписание занятий на всю неделю, и свой план лекции, когда слышу добродушный голос.

– Мирослава Андреевна, здравствуйте. Вы будто стометровку пробежали.

– Ой, доброе утро, Павел Викторович. Немного не расчищала времени с этой погодой, боялась опоздать, всё-таки первый рабочий день. – ответила, всё ещё переводя дыхание.

Павел Викторович, декан этого ВУЗа, очень хороший мужчина, который вошёл в моё положение и очень быстро оформил меня на работу переводом из другого филиала. У него дочь моего возраста, которая тоже осталась с ребёнком на руках, и, мне кажется, это было одним из тех факторов, который повлиял на его ко мне отеческое отношение.

– И что у вас на повестке дня? Каких оболтусов будете учить уму разуму сегодня?

– Ммм, дайте-ка посмотреть. – мельком глянула на журнал, зажатый в руке. – Первой парой пятый курс. Чувствую, будет весело.

– Весело, не то слово. Чего только стоит Князев со своей «бандой»: Довлатовым и Антиповым. Мира, сразу настройтесь, что будет трудновато, это самый сложный курс, и постарайтесь не обращать внимания на выпады этой троицы. Там слишком высокопоставленные родители, из-за чего мальчишки думают, что могут вести себя как угодно и где угодно. Но это не значит, что им можно всё спускать с рук. Если посчитаете нужным хорошенечко их взгреть, мешать не стану.

Похлопав меня по плечу, с лёгкой улыбкой, Павел Викторович направился в сторону своего кабинета. Ну что ж, предупреждён, значит вооружён. Хотя сомневаюсь, что меня можно напугать или смутить мальчишкам со вздорным характером. И не такое проходили. Главное сразу себя правильно поставить, и не профукать свой авторитет.

Глава 2.

Мира

Вдох, выдох, вперёд.

Я захожу в лекционный зал и сразу вижу заинтересованные взгляды. Правда, заинтересован каждый по-своему. У кого-то заинтересованность связана с банальным любопытством, у кого-то с пренебрежением, раздражением, правда не может не радовать, что есть и те, кто будет явно заинтересован учебным процессом. Уже неплохо.

– Вот это я понимаю, правильное прививание тяги к знаниям. И какими судьбами к нам? – поток слов был сдобрен негромким подсвистыванием.

Поднимаю взгляд и вижу ухмыляющегося парня, небрежно перекатывающего во рту зубочистку. Прям нутром чувствую, что отморозок или что-то наподобие. На лице ни проблеска адекватности. Вот и первая неприятность.

– Прошу встать! Ваши фамилия и имя? – постаралась чтоб голос звучал твёрдо, но одновременно с этим спокойно и выдержано.

– Максим Осипов. Для тебя просто Макс. Я в целом не против и поближе познакомиться. – выплюнул самодовольно и надменно. Господи, и откуда такие только берутся. Для меня уже сейчас загадка, как он доучился-то до пятого курса с таким поведением.

– Обязательно познакомимся поближе, не сомневайтесь. Аккурат на экзамене, когда вы вместо чёткого ответа по существу, будете изрекать несвязную речь. И, как следствие, пойдёте на пересдачу. Да, впредь только на вы и по имени-отчеству. А теперь встаньте молодой человек, по имени Максим Осипов, и покиньте аудиторию. Будьте так любезны. – понятия не имею, где набралась такой титанической стойкости и выдержки. Хотя внутри всё клокотало от возмущения.

– А не много на себя берёшь? Только нос свой сюда сунула и думаешь, можешь рулить? Знаешь хоть, с кем разговариваешь и чей я сын?

По аудитории поползли гаденькие смешки, улюлюканья, вздохи удивления и на меня устремились заинтересованные взгляды студентов. Мда, не думала я, что первый рабочий день начнётся именно так. Прям боевое крещение какое-то.

– Вы задерживаете учебный процесс, прошу выйти. И мне абсолютно всё равно, чей вы сын. Вы находитесь на моей лекции, и ничем не отличаетесь от остальных студентов. Поэтому ведите себя подобающе.

Подойдя к столу и разложив свои вещи, присела в кресло и устремила внимательный и наблюдательный взгляд за не знающим границ в поведении, мальчишкой. Чувствовала, что начинаю закипать, но сдерживала себя изо всех сил. С радостью бы послала такого зарвавшегося студента прямой наводкой и куда подальше. Но в рамках преподаватель-студент, это неприемлемо. Не хотелось уподобляться и нарушать субординацию. Даже в ответ на неприкрытое хамство.

– Я покину аудиторию, но только вместе со всеми, а ВАМ счастливо оставаться и вести свой предмет. Ах да, как же его вести в пустой аудитории? Дайте подумать? Хотя не мои проблемы, вставайте зубрилы, валим! – последние слова предназначались уже не мне. Парень обращался к своим одногруппникам.

И все, как стадо на выгуле, начали медленно, но верно вставать со своих мест. Поразительно, насколько ведомыми бывают люди. Но несмотря на эту выходку, останавливать я никого не собиралась. Хотят проблем? Да ради бога.

В момент, когда я окончательно смирилась с сорванным занятием, пролетевшим вхолостую, в аудитории раздался весьма грозный и уверенный голос. Неожиданно.

– Сели. Все. А ты, Макс, рот прикрой. – спокойно. Ровно. Твёрдо. Аж мурашки по коже побежали.

В аудитории вмиг наступила гробовая тишина и все, как по щелчку уселись обратно на свои места. Я подняла глаза в сторону источника голоса, потребовавшего сокурсников, остаться, и не нарушать дисциплину, ну и немного подвисла. Парень хоть и сидел, но было явно понятно, что он достаточно высок и плюс ко всему неплохо сложен. Тёмные волосы. Небрежная чёлка слегка спадала на лицо. Мрачный взгляд и лёгкая щетина на волевом подбородке притягивали внимание. Выглядел парень явно ставшие своих однокурсников. В нём почти небыли видны мальчишеская и подростковая нескладность. Даже взгляд на порядок осознаннее и серьёзней.

Отведя взгляд чуть левее, наткнулась на сидящую рядом с ним девушку, модельной внешности, с блондинистыми гладкими волосами, нарощеными ресницами и полными губами. Она всем своим видом показывала, что не понимает, с чего вдруг её парень решил за меня вступиться, хоть и в весьма своеобразной манере. А то, что эта мадам его, было понятно сразу, по тому, как девушка висла у него на плече.

– Сань, ты чего взвился? Всё ведь, как обычно, когда нужно поставить на место новенькую преподшу. – это недоразумение ещё и возмущалось.

– Хочешь, я покажу твоё место? Уверен, что потянешь? Повторять я не стану. – всё так же спокойно, но угрожающе. Мда, хороший курс, ничего не скажешь.

Сопливый выскочка как-то явно и быстро сник. Понятно, что он имел влияние на коллектив, но явно находился не в той весовой категории в плане авторитета, нежели тот парень с мрачным взглядом и тёмными как ночь глазами. Который пресёк любые попытки к «бунту».

– Спасибо за неоценимую помощь, но попрошу на моих парах, выражаться более культурно. Итак, меня зовут Звягенцева Мирослава Андреевна, я ваш новый преподаватель по Гражданскому праву. Если кого-то не устраивает преподаватель, никого не держу, можете смело отправляться погулять. Дверь там. – проговорила без лишних эмоций. В подтверждение своих слов, ещё и указала рукой в сторону той самой двери. – Возиться с вами как в детском саду я не намерена. Кто хочет получить знания, тот, несомненно, их получит, и я приложу к этому максимум усилий. Те, кому это не нужно, можете не тратить время ни моё ни своё и не мешать учебному процессу, отвлекая тех, кому он нужен и важен. В любом случае сессия сама отсеет тех, у кого нет желания учиться. Естественный отбор ещё никто не отменял.

На этом весь хаос, творящийся в начале лекции, к моему облегчению, был завершён. Лекция прошла в более-менее спокойном русле. Правда периодически ловила на себе пристальный взгляд, как я поняла Александра. Правда, понять, что конкретно выражал этот взгляд, я не совсем могла.

Дальнейшие пары прошли гладко и без эксцессов. Но тем не менее расслабиться я смогла только ближе к концу рабочего дня. Перед тем как пойти домой, зашла в преподавательскую, нужно было занести рабочие документы. Поздоровалась с коллегами, хотя впору было уже прощаться, но так уж сложилось, что заглянула я сюда, впервые за весь день. И немного опешила, когда услышала весьма едкое в свой адрес:

– Ну здравствуй, новенькая. Как денёк прошёл, не облажалась? – от меня явно ожидали полного провала. Но я, удивлённо приподняв бровь, ответила, что вполне неплохо. Правда, на самом деле, начало дня было гаденьким как минимум. Видимо, решили мне и конец подпортить. Но, мимо.

Сев за свой стол, начала просматривать план занятий, когда ко мне подсела миловидная девушка моего возраста.

– Привет! Я Аня, преподаю здесь Налоговое право. Не обращай внимания на этот серпентарий, тут часто так. Особенно с Мариной, она всегда как язва, когда в личном не ладится. Хочешь, давай чайку выпьем? У меня эклерчики с собой, я правда всё пытаюсь на диету сесть, но пока как-то не сложилось. – затараторила Аня. Я даже растерялась от обилия информации, полученной в такой короткий промежуток времени. Девушка улыбнулась безумно заразительной и позитивной улыбкой.

– А я Мира, очень приятно. Я бы с радостью, но нужно бежать домой поскорее. Сегодня первый день, когда так надолго оставила дочку. – заговорив о дочке, не смогла не улыбнуться.

– Ого, у тебя дочка есть? Здорово. А сколько ей?

– Шесть месяцев, ещё совсем малышка. – поняла, что уже чуть ли не пятки горят, как сильно хочется домой.

– И правда, совсем малютка. Как рано ты вышла с декрета. Тогда беги, чая мы ещё успеем напиться. А эклерчики уж точно не пропадут. – не стала настаивать Аня. За что я была ей очень благодарна. Но и заметку мысленно поставила, что почаёвничать с Аней в дальнейшем, я бы не отказалась.

Что, собственно, мы и делали, с завидной регулярностью. В подобном ритме прошла неделя. Мы достаточно неплохо поладили с Аней, она оказалась очень позитивной девушкой. Ей как и мне был тридцать один год. Она замужем совсем недавно. Вдобавок живёт недалеко от меня. В связи с чем мы решили встретиться и погулять на выходных, позвав с собой ещё мою хорошую подругу Машу.

Занятия в последующие дни тоже проходили спокойно, без подобных первому дню происшествий. Вечером я возвращалась домой, отпускала маму и занималась моим курносым сокровищем.

Вот и сейчас, искупав и покормив дочку, укладывала её спать.

Укачав на руках и спев колыбельную, уложила малышку в кроватку, поцеловала в лобик и укрыла одеяльцем. И сама побрела в сторону постели. Поудобнее умостившись в постели, невольно вспомнила своего студента Александра, по фамилии Князев. Не знаю почему, но он сильно выделился среди всех остальных студентов. Правда, на парах я видела его всего раза два, не больше. Явно парень не тянулся к знаниям. Но и тех двух раз хватило для того, чтоб от воспоминаний о его стальном и тяжёлом взгляде, невольно бежали мурашки. Странно на меня это влияло. Но я в очередной раз постаралась выкинуть из головы мысли о нём и провалилась в долгожданный сон. Завтра встреча с девчонками, надо как следует прийти в себя, после первой трудовой недели.

Глава 3.

Александр

Просыпаюсь с жутким ощущением от похмелья. Понимаю, что рядом лежит сопящее тело какой-то девки. Вспоминаю вчерашний вечер. Нормально мы с парнями отожгли на треке, а после завалились в какой-то клуб отпраздновать удачный заезд. Видимо, оттуда и приволок эту брюнеточку.

Взяв телефон в руку, фокусируя взгляд, смотрю на экран. Время уже плавно перекачивает на отметку ближе к обеду. Но невольно отмечаю взглядом кучу пропущенных звонков и сообщений от Ленки. Заколебала надрачивать телефон звонками и вечно вешаться. У неё стойкое ощущение, что если я с ней сплю чаще всех, а именно в перерывах между разовыми бабами, то она особенная, и имеет на меня какие-то права. И вдобавок ко всему она это активно пытается демонстрировать в универе. Ну да по хрен, не мешается особо, да и ладно. Хотя парит то, что отец считает её выгодной для меня партией, и она всерьёз думает, что так оно и будет. Ага, как же. Бегу и падаю.

Так уж сложилось, что наши с ней отцы, партнёры в юридической фирме и, видимо, они бредят идеей свести своих отпрысков с целью укрепления бизнеса и со всеми вытекающими. Я и на юридический-то пошёл по наставлению отца, хотя мне это на хрен не упало. Лишь бы ко мне не лезли и не мешали заниматься тем, что мне нравится. А именно заниматься гонками, которые приносят неплохие бабки. Да и в целом являются моей эмоциональной слабостью и отдушиной.

На мнение отца по этому поводу плевать. Я бы в принципе и не появлялся в его доме, если бы не мать. Её жалко, она слишком чистая и светлая для этого тирана. Который ее не ценит, ни во что не ставит и вечно зависает с любовницами. Все всё знают и молчат.

Провожу рукой по лицу, откидываю чёлку и предпринимаю ленивую попытку встать. Понимаю, что пора собираться, сегодня с парнями забились встретиться в кафе, обмозговать планы на открытие сервиса. Но настолько в лом. Словами не передать.

Поток мыслей прерывает рука, опустившаяся на член и явно пытающаяся развести меня на утренний секс. А я что-то смотрю на обладательницу руки с наманикюренными пальчиками и понимаю, что по пьяни девка явно была более привлекательной, а сейчас ни хрена не вставляет. От слова «совсем».

Откидываю руку, нехотя встаю с постели и вспоминаю другую брюнеточку – с пухлыми губками, карими глазами и охренной фигуркой. Да, новая преподша по Гражданке огонь. Как зашла в аудиторию в юбке, обтягивающей попку, словно вторая кожа, блузке, подчёркивающей высокую и упругую грудь, явно размера третьего, так член колом. Сейчас, кстати, тоже. Достаточно было о ней вспомнить и всё, накрыло. Не замужем, кольца не заметил. Хотя когда меня это останавливало? Правда, сам не понял, какого хрена Макса пресёк, когда тот начал её засаживать. Как-то само, чисто на рефлексах вышло. Что-то во мне шевельнулось, и не дало развить тот полномасштабный пиздец во время лекции. Антоха с Кириллом ещё полвечера подкалывали на тему того, с каких это пор я стал таким благородным и до хрена правильным. Действительно, с каких? Да по хрену, собственно.

Кстати, о парнях, пора собираться. Иначе я рискую конкретно так опоздать.

– Давай вставай, одевайся и дуй отсюда по резкому, пока я в душе. – без лишних реверансов, сказал ночной гостье.

– Котик, а вчера ты был более сговорчивым. Может, продолжим утренним забегом? Глядишь, подобреешь, и настроение улучшится? – сказала с придыханием, закусив губу.

Снова окинул её оценивающим взглядом. Увидев мой интерес, легла на кровати откинувшись на подушки и раскинула в стороны ноги, зазывая указательным пальчиком. Да, тело норм, но вот лицо – ни хрена натурального, губы как вареники хоть и работала она ротиком неплохо, но не то. На раз, не больше.

– Что-то неясно сказал? Вернусь из душа, чтоб и след простыл. Иначе выпровожу в чём есть. – хмыкнув, ушёл в душ под прицелом недовольного взгляда и явным причитанием на тему: какой я козёл.

К трём часам подъехал в кафе в центре города, Антоха с Киром уже были на месте.

– О, а вот и наш несменный победитель трека. Ну как после вчерашнего, собрал свои пьяные кости? – хохотнул друг, который и сам был не в лучшей форме.

– Кир, я смотрю, ты сам свои не до конца реанимировал, помятый будто и не ложился. – не остался в долгу и озвучил очевидное.

– А он и не ложился. Всю ночь пытался вымолить прощение у своей Ксюхи. – усмехнулся Антон.

Зато Кир после этих слов сразу заметно сник и предпочёл перевести тему. Да, он как верный пёс обивает пороги Ксюхи, которая стоит как неприступная крепость и на пушечный выстрел его не подпускает. Он единственный из нашей компании, кто не видит никого вокруг, кроме своей мелкой. Хотя возможно всё до поры до времени и мы просто не напоролись на ту, от которой наглухо перемкнёт. Как, например, Кира от Ксюхи.

Около часа мы обсуждали план по бедующему сервису, все «за» и «против», и в целом концепцию развития. И вот когда практически все вопросы были решены, к кафе подъехал тёмный седан, и через здоровенное окно я увидел, как из тачки вышла наша налоговичка, какая-то незнакомая девушка и… о да… с водительского места – наша новая преподша по гражданке.

Уставился на неё не моргая. Хрен знает почему она так сильно притягивает мой взгляд. Было в ней что-то такое, что я даже объяснить толком не мог.

Сегодня она была с распущенными волосами, что явно шло ей больше, чем высокий хвост, с которым она ходила на работу. Одета в тёмные джинсы, высокие сапоги, которые выгодно подчёркивали стройные ножки и коротенькую шубку. Охренеть она ладненькая. Я конкретно на ней залипаю. Если бы не Тоха, так бы и пялился на неё, не обращая внимания на происходящее вокруг.

– А это, случайно, не наши преподши? – проговорил друг, точно как и я, пялясь в окно. – Блин, новенькая, конечно, хороша. Правда что-то мне подсказывает, что к ней так просто яйца не подкатить. Это не экономичка, как её там зовут? Марина Геннадьевна вроде, да, Сань?

Друг и не пытался скрыть улыбку и насмешливый взгляд, когда решил напомнить мне, как однажды наша экономичка, сама пыталась залезть ко мне в трусы. Правда стоит озвучить, что безуспешно.

Тем временем девушки зашли в кафе, сняли верхнюю одежду и заняли столик слева от нас. Они были настолько увлечены беседой, что нас и не заметили. Что удивительно. Ведь я продолжал прожигать взглядом стройную, невысокую фигурку котёнка. Сам не знаю, почему про себя называл её именно так. Как-то само вырвалось. И не совсем понимаю, почему она вызывает во мне бурю эмоций. Причём совсем мне не свойственных.

Как-то странно в мозгу щёлкнуло, после слов друга на тему того, что к ней, скорее всего, сложно подкатить. Вот ни хрена мне эта тема не понравилась. И именно в отношении неё.

– Тох, держи свои яйца при себе и не рыпайся. – да, такими темпами мой интерес в сторону своего преподавателя, будет более чем очевиден.

– А я, дружище, не о своих беспокоюсь. Это не я сейчас завис и не моргаю, пялясь на неё. – ну, собственно об этом я и говорил.

Видимо, почувствовав мой прицельный взгляд, она обернулась. Внимательно посмотрела, одарила лёгкой улыбкой и едва заметно кивнула. На что получила подобную ответную реакцию с моей стороны.

Глава 4

Мира

Утром субботы ощутила небывалый прилив сил. Всё-таки первая неделя в новом темпе, немного вымотала, да и по дочке соскучилась. А сейчас вдоволь выспавшись, получила новый заряд бодрости.

– Доброе утро, улыбашка моя любимая. – проговорила пробудившейся дочке.

Взяв её на руки, поцеловала и перевела взгляд на её заразительную улыбку. Она в целом была очень позитивным и крайне некапризным ребёнком. Наше утро, как правило, начиналось не с плача, а с улыбки. Вот и сейчас моя малышка заряжала меня позитивом.

– Ну что, давай мыть попу, кушать и собираться гулять? Сегодня пойдём на прогулку компанией, познакомишься с тётей Аней, она тоже позитивная. Точно споётесь.

В конечном счёте день прошёл на ура. Мы встретились с Машей и Аней. Погуляли с коляской в парке, много болтали, смеялись и говорили о жизни. Ко времени, когда Нику пора было укладывать спать, нас встретила моя мама и забрала дочку домой. Ну а мы с девчонками решили съездить в кафе, тем более Машка уже все уши прожужжала, что нужно обязательно сходить в одно очень классное, по её меркам заведение.

Место, кстати, действительно оказалось очень симпатичным и уютным. С тёплой и приятной атмосферой.

– Мир, а где отец Ники? Ты же была замужем, насколько я поняла. – Спросила Аня, когда мы затронули в разговоре личные темы.

– А он козёл в квадрате, который думает членом вместо головы. – фыркнула Машка, опередив меня с ответом.

Маша всегда относилась к Игорю крайне скептически. А уж после развода и подавно. Она прекрасно помнила тот период моей жизни, когда я эмоционально загибалась. Как тяжело мне было и сколько слёзы я пролила.

– Мы с ним разошлись ещё до рождения Ники. Сейчас, насколько я знаю, он пьёт по-чёрному и ведёт себя не совсем адекватно. Поэтому отношения мы почти не поддерживаем. Возможно, на сегодняшний день, так даже проще.

– А к дочке он как? Неужели так просто забил и не вспоминает? – Аня не смогла скрыть удивление в голосе.

– Ну как, вспоминает обычно, когда напьётся. А так почти не интересуется ей, хотя видеть её я не запрещаю. Он как-то сказал, когда мы расходились, что со мной ему было хорошо, но с появлением ребёнка понял, что семья – это не для него. Это слишком сильно выбивает его из зоны комфорта и тем самым раздражает. Хотя когда мы планировали ребёнка, он был полностью «за». Скорее даже инициатором. Ну а так, в нашей семье много всего было, если честно, что разрушило брак полностью и бесповоротно.

– Изменял, что ли? – чуть ли не шёпотом спросила Аня.

– Ну, как оказалось, не без этого. Всё было хорошо, но когда возникли первые трудности, он быстро слинял налево. – удивительно, что сейчас мне даже не больно об этом говорить. Спокойно, ровно. А ведь было время, когда душа разлеталась на тысячи частиц от острой и режущей боли.

Зато Маша громко фыркает, и я чувствую, что её в отличие от меня, распирает от эмоций.

– Конечно, в тот момент, когда тебе нужна была поддержка и помощь, он быстренько нашёл кому присунуть. Пока ты могла полностью разделять ваш привычный ранее образ жизни, всё было хорошо. А как только ты загремела в больницу на сохранение, он сразу сдулся и пустился во все тяжкие. Ему же скучно стало. Мудак. – собственно сдержаться Маша не смогла и выпалила всё, что накипело. Иногда мне казалось, что она переживает за меня сильнее, чем я сама за себя.

Да, беременность была сложной. Мне хоть и нравилось моё состояние в положении, но далось оно мне нелегко. Сначала загремела на сохранение, потом мне поставили высокий риск преэклампсии, в завершение ко всему я перенесла пневмонию. Да и сами роды были непростыми и с осложнениями. А потом, когда мне бы хотелось радоваться и наслаждаться материнством, начались нервы и стресс, наличие которых мне обеспечивал отец ребёнка. Я не говорю, что я одна такая, и меня непременно нужно пожалеть. Нет, жалость последнее чувство, которое я бы хотела получать по отношению к себе. Но поддержка, тогда ещё любимого мужчины, была необходима, но увы. Пришлось выгребать самой.

На протяжении всего времени, что мы с девочками сидели в кафе и болтали, я чувствовала на себе чей-то очень настойчивый взгляд. Словно затылок горел от такого пронзительного наблюдения. Всё же не сдержавшись, обернулась и увидела источник этого взгляда. Князев. Мой студент. Не знаю почему, но мои губы машинально тронула лёгкая улыбка и я еле заметно кивнула в знак приветствия. Реакция Александра не заставила себя долго ждать. Взгляд, как по щелчку пальцев из острого и колючего превратился в тёплый и доброжелательный и я получила ответный кивок.

– Мир, на кого ты там всё смотришь? – спросила Аня, вырывая меня из мыслей. – О, так это же наша неразлучная тройка студентов. Кто бы сомневался, где один, там и остальные. – узнала в ребятах наших учащихся.

– Я, конечно, могу ошибаться, но тот тёмненький явно смотрит на тебя. Причём очень заинтересованным взглядом. – негромко, практически вполголоса проговорила Маша.

– Так это Князев, главная звезда нашего Университета. Далеко не глупый парень, но юриспруденция – это явно не его. Тяги нет. Говорят, выбрал специальность из-за семьи. Точнее, ему выбрали. Но чхать он хотел на учёбу, вечно пропадает на гонках и девчонок меняет как перчатки. – выдала целую тираду Аня.

Ну, то что он не обделён женским вниманием, можно было и так понять. Это скорее очевидно. Как дважды два.

Посмотрев на часы, поняла, что мне уже пора. В хорошей компании время пролетает мгновенно и незаметно. Но как бы мне ни хотелось продолжить посиделки, нужно собираться домой.

– Девочки, вы как? Ещё посидите или поедем? А то мне уже пора бы. – с толикой сожаления озвучила свои планы.

– Мы, наверное, ещё побудем, есть о чём поболтать, всё-таки сегодня только познакомились. – девчонки весело рассмеялись, а я, встав из-за стола, начала собираться.

– Ладно, я побежала. Счастливо девчонки. – поцеловав их на прощание, направилась к выходу.

Выйдя на крыльцо, стала спускаться по скользким от наледи ступеням, попутно ища в сумочке ключи от машины. Шаг. Ещё один. И понимаю, что теряю равновесие. Ногу простреливает резкой болью, и я начинаю мысленно готовиться к тому, что сейчас расшибусь на этих скользких ступенях, причём довольно сильно. И когда я смирилась со своей участью – лететь кубарем вниз и распластаться на асфальте, меня неожиданно ловят крепкие и сильные руки.

Дыхание перехватило, будто грудь сдавило невидимым кольцом. И я не могла понять отчего конкретно такая реакция: от испуга, боли в ноге или неожиданности. Подняв глаза, первым что увидела, был серьёзный и тёмный взгляд, который спустя пару секунд, стал едва заметно теплеть.

– Мирослава Андреевна, аккуратнее. – раздался у самого уха голос моего студента.

– Спасибо, Князев. Непременно постараюсь.

– Да не за что. – он похоже и не думал меня отпускать. Всё так же как и до этого, придерживал, давая опору.

Надавав себе мысленным оплеух, пришла в себя, и наконец-то вышла из-под его гипнотического взгляда. Наступив на подвёрнутую ногу, невольно ойкнула от боли. Не думала, что подвернула голеностоп настолько сильно. Глухая ранее боль, стала острой и пронизывающей всю ногу целиком. А дальше произошло то, чего я никак не могла ожидать. Сначала ощущение того, как сильные руки крепче сжимают талию, а потом осознание, что я и вовсе оторвана от земли.

Несколько уверенных и твёрдых шагов моего студента, и вот я уже стою возле своей машины. Сказать честно, я дар речи потеряла от этого его выкрутаса. Стояла и глупо хлопала глазами, пытаясь собрать все мысли и слова в кучу. А тем временем, пока я не успела опомниться, Князев забрал из моих рук ключи от машины. Непринуждённо её открыл, завёл, счистил лёгкую насыпь снега и открыл мне пассажирскую дверь. Всё это время я опиралась о капот машины и офигевала от происходящего.

– А ты ничего не перепутал? – всё же не сдержалась и задала вопрос, который уже достаточно долго крутился на языке.

– Нет, не перепутал. Садитесь, Мирослава Андреевна. – указал взглядом на пассажирское место. – Вы правую ногу подвернули, и до сих пор на неё встать нормально не можете. Поэтому не может быть и речи, что вы сами сядете за руль. – какой он оказывается глазастый и наблюдательный.

Какое-то время я ещё пребывала в лёгком ступоре, глядя на то, как мой студент собирается сесть за руль моей машины, да ещё и приглашает подвезти. Наглость – второе счастье. Хотя нужно признать, что нога действительно болит.

Всё же сев в машину, нехотя назвала адрес. Абсурдная ситуация. А ещё абсурд заключается в том, как я без стеснения смотрю на крепкие руки, обхватившие руль. Обладатель этих рук явно чувствует себя уверенно в моей машине. Хотя чему удивляться, если Аня сказала, что он занимается гонками. Всё объяснимо.

Сама не заметила, как начала аккуратно и незаметно его разглядывать. У Князева были очень мужественные черты лица, совсем несвойственные мальчишке его возраста. Серьёзный взгляд и притягательные губы. Мда уж, Мира, дожила. Совсем не в ту степь повело. Сижу, рассматриваю своего студента, который младше лет на десять, хотя и не выглядит таковым. Быстро отвернувшись к окну, попыталась выкинуть из головы все мысли о своём студента. И всех его притягательных частях тела. Это уже ни в какие ворота с моей стороны.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.