Алекса Ву
Эй, недотрога, обернись!

© Алекса Ву, 2022

© ООО «Дримбук»

Глава 1

Ее легкое кремовое платье скрывает изгибы тела, черные немного удлиненные волосы небрежно заплетены в косу, несколько прядей падают на лицо. А этот беспощадный свет зеленых софитов слепит ее, заставляя щуриться и недовольно поворачивать голову в другую сторону, пытаясь избежать мельтешения огоньков. Ей это не нравится. Это место явно не для нее. Пьяная молодежь отрывается под треки известных диджеев, а она даже бедром не качнет. И в чем же тогда суть ее похода в клуб? Она не красавица, нет. Просто очень забавная. С такими он еще не развлекался.

Громкие биты музыки постепенно затухают, сменяясь медленными, спокойными звучаниями. В них словно чувствуются нотки магии, это завораживает. Парни принялись хватать за руки рядом стоящих девушек и приглашать на медленный танец, а она все стоит на своем месте и смущенно поправляет тонкую бретельку платья, даже не подозревая, что за ней уже как час наблюдают. Молодой человек с приевшейся дерзкой ухмылкой ставит стакан с горячительным напитком на стол и встает на ноги, оставляя на красном диванчике двух девиц, липнуoих к нему весь вечер. С ними он уже спал, причем с обеими в одно время. Те еще штучки, но быстро надоедают.

– Кукки, ты куда? – Какой нежный, чуть взволнованный голосок.

– Развлекаться. Я позвоню вам, малышки. – И такой совсем не вселяющий надежду ответ.

В глазах пустота, в душе – не лучше. Он сегодня же забудет о вас. Его хищный взгляд прикован к ней, и ноги сами ведут в том же направлении. Лиричная музыка заполняет его слух, он словно погружается в омут. Даже смешно, что эта простушка его так манит. Это всего лишь азарт, не более. Парень подходит к ней со спины и осторожно кладет руку ей на талию, носом касаясь волос и ощущая ванильный запах, а она тут же дергается, явно хочет отстраниться, но он не собирается уступать и с силой вовлекает ее в танец. Медленно разворачивает сопротивляющееся тело к себе и двумя руками обхватывает талию. Такое испуганное лицо, боже мой. Она точно не видела красавчиков так близко. Его это безумно заводит, чего скрывать, и он неестественно нежно начинает водить руками по ее спине, лукаво улыбаясь. Девушка сдается, ведь выбора ей не оставили. Дрожит в его руках и старается двигаться в такт музыке, не наступая ему на ноги, хоть он уже и не раз почувствовал ее невысокий каблук у себя на обуви.

– Как тебя зовут, милая?

* * *

За окном уже стемнело, а в тетради еще куча чистых листов. Я не знала, как за этот вечер мне удастся исписать их все, но усердно набивала руку, заполняя интересными заметками за сегодняшний учебный день. Факультет ветеринарной медицины требует полной отдачи и не терпит ленивых. У меня серьезная профессия, и я готова потрудиться.

– Ми Ра, я обижусь, если ты не пойдешь со мной! – все не унимается моя соседка по комнате, а по совместительству лучшая подруга. – Мы уже как месяц стали студентками престижного университета, так что можем позволить себе расслабиться и сходить в клуб!

– Дженни, ты издеваешься? Я и клуб? – смотрю на нее, как на душевнобольную. Я, признаться, никогда не посещала подобные места.

– Он крутой! Я там часто бываю – и в этот раз не упущу возможности взять тебя с собой, – воодушевленно поясняет девушка, стягивая с меня одеяло. – Безоговорочно!

Тогда я не знала, какие последствия за собой понесет обычный поход в клуб. Отметить поступление и просто повеселиться в компании шумной подруги? Да, так и предполагалось, однако…

Громкая музыка, пьяные подростки, неприличные действия парочек в углах – что я здесь делаю? Душно и тесно, шумно и пахнет потом и алкоголем. Я стою в самом центре, ища глазами Дженни, которая должна была принести попить, но тут же теряюсь, видя ее танцующей вместе с каким-то парнем. Она всегда была слишком активной и… доступной, как бы грубо это ни звучало. Красотка с длинными ногами и узкой талией, такая, которая покорит любого своим хитрым взглядом и просто нереальной харизмой.

Музыка постоянно меняется, и вместе с ней меняется и направление световых прожекторов. Они нагло ослепляют меня, заставляя ненавидеть это место еще больше. Я по-прежнему стою в центре танцпола и смотрю на толпы молодежи. Все веселятся и танцуют, а я мысленно презираю их, не понимая их стиля поведения. Тело немного расслабляется под мелодичные звуки. Я вслушиваюсь в них и подтягиваю опущенную бретельку платья. Красивое и магическое звучание пробирается в кожу и вызывает легкие мурашки, но их обрывает чье-то касание. Я вздрагиваю от неожиданности и хочу скинуть с себя руки незнакомца, но он не позволяет, а лишь вовлекает в танец, разворачивая к себе. Парень оказывается очень красивым, но хитрые глаза не вызывают никакого доверия. Пьяный и такой игривый взгляд угольных неестественно блестящих глаз, иссиня-черные волосы, четко выделенные скулы и слишком искусственная улыбка. Я неуверенно кладу руки ему на плечи, ведь деваться мне некуда, и стараюсь двигаться в такт музыке, не пересекаясь с ним взглядами.

– Как тебя зовут, милая? – его большой палец касается моего подбородка. – Я раньше тебя здесь не видел.

Судорожно вздохнув, я, словно пугливый кролик, вжимаю голову в плечи, но продолжаю двигаться.

– А ты немногословна, – ухмыляется он. – Я – Хён Кук. И я наблюдаю за тобой уже час, – на этих словах мои глаза расширяются от удивления, и я не в состоянии хоть что-то ответить. – Так скажи свое имя, ведь я не отстану.

– Ми Ра, – тихо выдавливаю я, напоминая теперь загнанного кролика.

– Хм, Ми Ра… – вытягивает он мое имя медленно, словно пробуя крепкое и, судя по всему, не очень вкусное вино. – Тебе не идет это имя.

Он такой противный.

– А ты, вижу, прямолинейностью блещешь? – я немного смелею.

– А ты не такая уж и робкая, – хохочет он. Признаться, меня раздражает эта поддельная улыбка.

– Мне пора, – не выдержав, прощаюсь я и резко отстраняюсь от парня. Медленная композиция еще не закончилась, но я не намерена продолжать кружиться с ним в этом бессмысленном танце. – Не скажу, что было приятно познакомиться. Пока, – бросаю напоследок я и уже хочу уйти, но меня с силой дергают за локоть и тащат в неизвестном направлении. Я не успеваю даже опомниться или хотя бы возмутиться, что уж говорить о самозащите, а меня уже насильно волокут куда-то. Стоило бы закричать, но музыка перекроет мой голос.

– Плохая девочка, – едко шепчет себе под нос он, выводя нас в какой-то пустующий коридор, освещенный лишь двумя лампочками.

Парень останавливается и прижимает меня к шершавой стене, все еще нахально улыбаясь. Он опирается одной рукой о стену по правую сторону от моего лица, а другой обхватывает талию, до боли сжимая пальцами.

– Эй, куда ты меня завел? – испуганно спрашиваю я и оглядываю помещение, мысленно ища помощи, но, ничего не приметив, бросаю провокационный взгляд на него. Нужно показать всем видом, что я не боюсь. На самом деле мне очень страшно – меня зажал у стены какой-то странный парень, который явно с головой не дружит. – Что ты от меня хочешь? Отпусти, – спокойно обращаюсь к нему я, наигранно устало при этом вздыхая.

– Что с плохими девочками делают? – он все продолжает запугивать меня. – Наказывают, малышка, – отвечает он сам на свой же вопрос и медленно скользит рукой вниз, нагло забираясь под ткань платья, поглаживая бедро.

Я раскрываю рот, чтобы закричать, но брюнет быстро наклоняется и затыкает меня поцелуем, вызывая настоящую панику. Я рефлекторно начинаю размахивать руками, пытаясь освободиться, царапаю его шею, а после пускаю в ход колени.

– Ой, да прекрати! – легкомысленно приказывает он и снова припадает к губам.

– Пусти меня! – я кричу в голос, как можно сильнее отталкивая его от себя. Новый знакомый отстраняется на несколько секунд, а после криво улыбается и подхватывает меня под бедра, вжимая в шершавую стену.

– Не будь недотрогой, ты тоже этого хочешь, – он кусает мою шею, и я сдавленно мычу от боли.

– Пусти, придурок! – брыкаюсь я, и мне удается снова ощутить под ногами пол, но и его руки под своим платьем. – Урод! – выкрикиваю я и свободной рукой замахиваюсь над его лицом. Громкий шлепок и наливающаяся алым чужая щека. Он ослабляет хватку и касается своей щеки, зло смотря на меня.

– Охренела?! – рычит он, заставив меня зажмуриться от громкого крика.

Парень тяжело дышит и пытается прийти в себя, он непонимающе крутит головой. Я использую это время, чтобы сбежать, – выбираюсь из хватки его рук и бегу к выходу, не щадя каблуков. По дороге я роняю какие-то свои вещи. И ладно, сейчас главное – убежать подальше.

– Ты ответишь за это! – слышится за спиной голос парня, а я только прибавляю скорости.

* * *

Я выбралась, убежала, но почему тогда до сих пор плачу? Меня чуть не изнасиловал какой-то псих, и он же украл мой первый поцелуй. Как? Как я могла такое допустить? На душе настолько паршиво, что тошнит. Словно он действительно воспользовался мной, и теперь я грязная.

– А, вот ты где, – я чувствую легкое прикосновение к плечу, от которого вздрагиваю и резко подскакиваю на ноги. – Ты чего, Ми Ра?

– Не пугай меня так больше! Пошли быстрее в общежитие, – я цепко хватаю Дженни за руку и тащу к дороге, приводя дыхание в норму.

– Странная ты, может, случилось что? – тараторит девушка, еле передвигаясь на высоких каблуках.

– Просто давай быстрее выбираться отсюда. И спасибо, что так легко оставила меня одну, подруга.

Дженни ничего не ответила на мою «благодарность» и принялась ловить такси.

Побыстрее бы уехать из этого ужасного места, но, как назло, машин почти не нет. Здесь так редко такси бывает, или это мы такие везучие? Я стою на месте и внимательно слежу за людьми, которые выходят из клуба. Я боюсь. Действительно боюсь еще раз его увидеть. И, словно услышав мои молитвы, всевышний решил зло пошутить надо мной.

Из здания выходят три парня, за ними следом идет еще один. На улице темно, но в его руках можно разглядеть черный шлем. Парень направляется к нам, а точнее, к своему мотоциклу, который подпирает металлическую решетку, около которой стоим и мы. Он садится на кожаное сиденье и осматривается, а затем резко бросает взгляд в нашу сторону.

Стадо мурашек бежит у меня по коже. Я как вкопанная стою и смотрю на того самого Хён Кука. Он прикусывает нижнюю губу и криво улыбается – снова эта наглая улыбка. Парень пару секунд смотрит на меня, затем надевает шлем и давит на газ, но не отъезжает, а лишь ужасно громко шумит мотоциклом. Мы пятимся назад, закрывая уши, а Хён Кук, еще несколько раз надавив на газ, срывается с места и с огромной скоростью мчится по дороге, скрываясь в темноте за считаные секунды.

– Крутой он, этот Чон Хён Кук, – восхищенно лепечет Дженни, рассматривая следы от мотоцикла на асфальте, – как и его «Харлей».

– В смысле? Ты его знаешь? – я поражаюсь ее осведомленности.

– Это его клуб, – спокойно отвечает она.

– Что?

– Сколько же он девушек в нем перетрахал.

– И ты так спокойно об этом говоришь? – удивляюсь я, с непониманием уставившись на подругу. Разве это нормально – быть известным своими похождениями? Это мерзко.

– Он красавчик, ему можно, – без какого-либо стеснения продолжает девушка, и это приводит меня в ступор. – Я бы тоже не отказалась.

– Что? Дженни, что ты несешь?! – я не верю своим ушам.

– Ох, Ми Ра, повзрослей ты, наконец. – Она что, поучать меня вздумала? – О, такси! Пошли быстрее.

Этот вечер стал одним из худших в моей жизни. Сегодняшний день перевернул мое мировоззрение и показал ту самую, реальную, грязную жизнь взрослых. Мне это не понравилось, я не хочу быть причастна к ней…

* * *

– Ох, ну наконец-то пары закончились, – Дженни блаженно потягивается и принимается забрасывать учебники в сумку.

– Не так уж и долго они шли, – пожимаю плечами я.

– Ну да, тебе бы по жизни только и учиться, ведь ничего другое не интересует, – говорит девушка с укором. – Ладно, пошли в общагу.

Наше общежитие находится всего лишь в трехстах метрах от учебного корпуса. Пятиэтажное, ничем не примечательное здание со скромным входом и старой плиткой на лестнице. Кованые ворота ограждают наш новый дом, в окна на нижних двух этажах впиваются колючие ветки деревьев. Мы подходим ко входу, обсуждая планы на вечер, споря, как и всегда, но в наш разговор вмешивается странный парень, подозвавший Дженни к себе.

Блондин стоит, прислонившись к байку, и держит в руках свой шлем, поглядывая мельком на наручные часы. Он не похож на лихача, он, скорее, уверенный спокойный человек явно старше нас.

– Юн Мин Ги! – радостно тянет Дженни, несясь в объятия парня. – Не ожидала, что ты сюда приедешь!

Я решаю не мешать подруге и спокойно направляюсь ко входу в одиночестве. Это не единственный ее «друг». Многие задают вопросы о нашей с Дженни дружбе, ведь мы совсем разные. Я совершенно обычная неуверенная в себе девушка, которая даже отрываться не умеет. Мое развлечение – поваляться в кровати и почитать какую-нибудь книгу. Я мало что знаю о косметике, не люблю особо возиться с волосами, да и в одежде выбираю практичность. Может, с Дженни мы и разные, но знаем друг друга с детства, потому до сих пор вместе. Я люблю ее, искренне за нее переживаю и всегда поддержу ее любую, пускай даже глупую идею.

Оказавшись у двери общежития, я хватаюсь за металлическую ручку и тяну на себя. Одной ногой я уже ступаю на ту сторону, как слышу за спиной знакомый голос, от которого по телу бегут неприятные мурашки:

– Эй, недотрога, обернись!

Глава 2

Сердце сжимается до боли, в горле появляется неприятный ком. Я, словно истукан, стою и опасливо оглядываю парня с ног до головы.

– Красавчик, не правда ли? – самодовольно усмехается он и поправляет челку под моим пристальным взглядом. – Как тебя там? Имя дурацкое еще… подожди, кажется, Ми Ра, да?

– Что ты здесь делаешь? Как ты вообще меня нашел? – выдавливаю я, все еще отходя от шока.

– Ой, да больно надо тебя искать, – отмахивается парень. – Ты мне вон какой синяк на лице оставила. – Он подходит ближе и тычет пальцем в легкое покраснение на щеке.

– Что за цирк? – Мой голос звучит как никогда серьезно.

– Поехали кататься, – кивает брюнет на свой мотоцикл, пропустив мое возмущение мимо ушей.

– Может, хватит?! Как ты сюда попал? – Я повышаю тон, не в силах сдержаться.

– Эй, малышка, полегче, – его губы кривит улыбка, скулы немного подрагивают. – Я не твоя подружка, с которой можно вот так вот говорить. Короче, садишься на байк, потом получаешь назад свой студенческий пропуск, который ты так любезно оставила в клубе, убегая от меня, – парень вытягивает из внутреннего кармана кожаной куртки темно-зеленую картонку и машет ею перед моими глазами.

Черт! Да из-за этого пропуска меня еле на порог университета пустили. Я все вещи перевернула в комнате, ища его, а он оказался у этого извращенца, который сейчас так рьяно шантажирует меня им.

– Плевать мне на него, можешь оставить себе.

– Ну окей. Мне его в реку выкинуть? Хотя нет, у меня тут где-то… – задорно щебечет парень, ощупывая карманы. – А, вот! – Он вытаскивает зажигалку и нажимает на язычок, подставляя огонь под карточку.

– Да зачем ты это делаешь?! – мигом подрываюсь я к нему и выхватываю зажигалку. Парень нагло улыбается, чувствуя свою победу.

– Ну что? Сядешь?

– Ты извращенец и явно с головой не дружишь, как я могу сесть на твой мотоцикл? – Мне сейчас совсем не до глупых шуток. Я не могу уничтожить свой пропуск, но и не могу сесть на эту громоздкую штуку для самоубийц и похоронить себя, да и еще с этим типом, который чуть не изнасиловал меня в клубе. Что вообще творится?

– Я буду нежным, – лукаво напевает он, насмешливо оглядывая меня с головы до ног.

– Что? – мое лицо тут же вытягивается.

– Говорю, не буду сильно гнать, – уточняет он. – Чего ты мнешься? Другая бы уже давно запрыгнула и прилипла к моей спине.

– Ты издеваешься? И как мне быть уверенной в том, что такой случай, как в клубе, не повторится снова?

Боже, я ведь просто могу сделать себе новый пропуск, зачем вообще говорю с этим кретином? Экстрима захотелось, глупая голова?

– Ты целуешься хреново, так что вряд ли разбудишь его, – закатив глаза, парень направляется к своему черному байку и хватается за шлем. – Давай бегом, а то руки так и чешутся спалить к чертям твой студенческий, – Все, на что он способен, это глупая угроза и бросок шлема мне в руки.

Я подхватываю его, чуть ли не роняя. Смотрю на этот шлем, видя в нем свое мутное отражение, затем перевожу взгляд на парня, ожидающего моих действий с азартом в глазах. Ноги неохотно ведут меня к мотоциклу, а глаза все еще нервно бегают, будто ища выход. Я борюсь сама с собой, с двумя личностями, живущими внутри. Одна кричит, что я дураки, и долбит по голове в попытке отрезвить, другая толкает прямиком в лапы к этому малознакомому типу, такому опасному и до одури красивому и самоуверенному. Морщась, я устраиваюсь на заднем сидении и неумело застегиваю шлем, до сих пор не веря, что делаю это, а парень, посмеиваясь себе в кулак, усаживается передо мной, отчего байк качается, и заводит мотор, от звука которого мое сердце уходит в пятки.

Дрожащими руками я хватаюсь за его куртку и пальцами стискиваю материал, не веря в происходящее.

– Если не хочешь, чтобы твое тело распласталось на асфальте, крепко обхвати меня за талию двумя руками, а ногами прижмись к бедрам, чтобы на дороге мы были одним целым! При поворотах не сопротивляйся, наклоняйся в ту же сторону, куда и я. – Его слова звучат четко и строго, что заставляет поверить в них и последовать совету этого психа. – Погнали, – последнее, что говорит парень, прежде чем рвануть с места и помчаться со скоростью света.

* * *

Жуткий страх. Паника. Матерные слова, которые я по жизни никогда не употребляю. Все самые негативные эмоции выбираются наружу. Как плохо, что из-за шлема на голове я не могу закричать и остановить этого психа. Мы часа два съезжаем с трассы на трассу. Спина дико болит, а ноги затекли, потому что я постоянно нахожусь в одном положении. На улице уже стемнело, а мы ни на минуту не снижаем скорости. Я прижимаюсь сильнее к парню и молюсь всем богам, чтобы у меня была еще возможность ощутить под ногами землю. Он ведь специально добавляет скорости, словно мстит за тот поступок в клубе. Я самая-самая глупая, раз доверила этому мерзавцу свою жизнь, да еще так легко. Боже, остановись…

Парень затормаживает у какого-то моста на трассе. Сначала я не верю, что все закончилось, а затем тихо плачу. Я с трудом сползаю с кожаного сиденья, чувствуя ватными ногами асфальт, снимаю шлем и с силой бросаю его в руки теперь еще более ненавистному мне придурку.

– Ты чертов псих! Ты чуть не убил нас, идиот! – кричу я что есть мочи. – Да чтобы я еще когда-нибудь села на твой кусок железа!

– Тише ты. Я же пошутил просто, – парень подходит ближе и снова начинает улыбаться. – Ты чего так психуешь?

– Я не понимаю твоих тупых шуток, до тебя это еще не дошло?! – я продолжаю яростно выплескивать свой гнев, чтобы его наглая улыбка, наконец, сползла с лица. – Что ты вечно улыбаешься? Придурок ты чертов! Ты извращенец и псих! – Я не осознаю, что несу, а просто в порыве гнева говорю все, что накопилось в голове за все время нашего знакомства. Вот только парень в ответ на услышанное резко меняется в лице и теперь грозно направляется ко мне, зажимая у поручня моста.

– Ты берега-то не путай. Еще раз что-нибудь такое выкинешь, и я не стану себя сдерживать. Ты еще не видела меня в гневе, так что заткнись по-хорошему, куколка, – Чон с выражением произносит каждое слово, заставляя меня сильнее прижаться спиной к железному поручню. – Поехали, – бросает он, кивая на свой мотоцикл.

Я пару секунд стою и смотрю на чужую спину, после чего перевожу взгляд на дорогу и уверенно шагаю в противоположную сторону.

– Эй, ты куда пошла?

– От тебя, придурок, подальше, – ворчу себе под нос, ускоряя шаги.

Парень направляется за мной следом и быстро догоняет.

– Ночь. Трасса. Как думаешь, каков исход молодой девушки, гуляющей одной в таком месте?

– Не знаю, мне сейчас это не важно, – не посмотрев в его сторону, раздраженно даю ответ я и иду в своем направлении.

– Садись на байк! – все не унимается Чон. – Или ты приключений на свою тощую задницу ищешь? Как тебе вон те кусты? – тычет пальцем на другую сторону дороги, с ухмылкой произнося каждое слово. – Или вон, видишь, там озеро есть.

Я останавливаюсь и бросаю на парня злобный взгляд, в котором вымещаю всю свою неприязнь.

– Что? – склоняет он голову набок. – Я ищу твою будущую могилу.

– Я сказала, что на твой мотоцикл больше не сяду! Лучше здесь умру, чем буду собирать свои кости по этой трассе!

– Пф-ф, тоже мне. Желаю удачи, – нагло улыбнувшись, он просто разворачивается и направляется к своему мотоциклу, громко чеканя шаг.

Так просто?

Я слышу, как мотор рявкает, вижу, как скрывается в темноте его спина. Что ж, теперь я одна. Ночью. На трассе.

Нервно вздохнув, я иду в неизвестном мне направлении. Я вообще без понятия, где сейчас нахожусь. Впереди нескончаемая трасса, кругом густой лес, дорога почти не освещается. Мне холодно и действительно страшно. Вытащив из кармана телефон, набираю дрожащими пальцами номер Дженни – она единственная, кто не оставит меня в таком положении. В трубке я слышу взволнованный голос подруги, отчего на душе становится тепло. Мне приятно, что обо мне волнуются.

– Дженни, я сейчас одна стою на трассе, мне страшно… – сквозь слезы говорю, вытирая их рукавом куртки. – Забери меня отсюда…

Глава 3

В машине очень тепло и пахнет дорогим мужским парфюмом. В кресле водителя я узнаю того парня, который приезжал сегодня к подруге. Мало того, что у него шикарный мотоцикл, явно по цене превосходящий стоимость моего дома, так еще и дорогущая иномарка.

– Большое вам спасибо, – через стук зубов от холода благодарю я.

– Это Чон тебя здесь оставил? – пропустив мимо ушей слова благодарности, водитель косо посматривает в зеркало, переводя взгляд на меня. На этих словах подруга в недоумении крутит головой.

– Ми Ра, ты с Хён Кук каталась? – удивляется она, а я лишь опускаю голову. Придется столько всего ей рассказать…

– Хм, не думаю, что тебе стоит с ним связываться, – его голос звучит спокойно, но в то же время убедительно и строго. – Мы коллеги и по совместительству друзья. Сегодня я видел, как ты садилась с ним на байк. Ты слишком обычная, он явно играется с тобой.

– В голове не укладывается, боже мой! – вопит Дженни, не веря услышанному. – Моя девочка взрослеет.

– Нас ничего не связывает, – тихо отвечаю я, переведя взгляд на окно и наблюдая за уличными фонарями на дороге. Так легче. Хватит этих пустых разговоров, серьезно. Все это не имеет смысла.

И пока подруга нахваливает меня и мое взросление, я медленно перевариваю сегодняшний день по пути домой. Как я вообще ввязалась в это? Пожалуй, лучше я и дальше буду жить своей скучной жизнью.

Машина останавливается у самого порога общежития. Я несколько раз благодарю парня и выбираюсь из иномарки, подруга следует моему примеру и уже собирается покинуть машину, как ее останавливает парень:

– Дженни, подожди, – он неуверенно окликает ее и тянет за руку обратно в машину. – Я… ну, в общем, это тебе, – он достает из бардачка серебристую подвеску. – Просто по дороге купил. Решил, что тебе понравится, – Мин Ги смущенно чешет макушку, подбирая слова.

– А она в моем стиле, – улыбается девушка, рассматривая подарок.

Я стою и наблюдаю за этим. Знаю, что некрасиво пялиться на людей, но оторваться сложно. Этот парень хоть и выглядит холодным и отстраненным, но в нем есть и другая сторона: более мягкая и робкая. Мин Ги тянется ближе к Дженни и касается пальцем ее подбородка, я смущенно опускаю взгляд и плетусь в общежитие, не мешая парочке.

Ощутив под ногами мягкий ковер своей комнаты, я устало вздыхаю и иду в ванную, чтобы умыться: мое лицо после длительных слез опухло. Только сейчас до меня доходит то, что я так и не забрала студенческий. Завтра охранник сожжет мое тело на костре. Прекрасно.

Спустя минут двадцать в комнату залетает довольная подруга, ложится на кровать и рассматривает свой подарок.

– Знаешь, а он не такой, как все твои остальные, – заключаю я, выходя из ванной с полотенцем в руках.

– Это да… – ехидно тянет она. – У него денег больше… – продолжает улыбаться девушка.

– Ох, я совсем не об этом, – закатываю глаза я и ложусь на кровать. – Просто ты нравишься ему, это очевидно.

– Я с ним еще не спала. Было много моментов, где он мог просто взять меня. Странный он, – пожимает плечами девушка. – Неважно, короче. Ты лучше расскажи, что тебя связывает с красавчиком Хён Куком? – подруга крутится на кровати и в ожидании смотрит на меня.

– Давай как-нибудь потом, я спать хочу. Просто знай, что нас действительно ничего не связывает, – говорю напоследок я, прежде чем повернуться спиной к девушке и закрыть глаза.

* * *

– Студентка, вы только месяц учитесь в нашем учебном заведении, а уже не имеете при себе студенческого, – размахивает руками охранник, не желая впускать меня на территорию университета.

– Простите, – только и могу выдавить из себя я.

– Надеюсь, вы завтра не явитесь без должного документа! Наш университет к этому относится категорически строго, так что прошу вас, соблюдайте наши правила. Как мне понять, что вы студентка нашего учебного заведения?

Да я даже в школе не имела понятия, каково это, когда тебя отчитывает преподаватель, а тут такая стычка.

– Ну что? Вынесли мозг, да? – Дженни забрасывает свою руку мне на плечо, придерживая другой свою сумку.

– Ага, – без настроения даю я спокойный ответ.

– Пропуск восстановишь. А хочешь, я тебе настроение подниму?

– Что? Как?

– Смотри вон туда, – девушка останавливается и тычет пальцем в дальний угол, в котором, оперевшись спиной о стенку, стоит тот самый переведенный студент из Китая, к которому я испытываю симпатию, – Чжан И Сунь. Это настоящий прототип моего идеала. Он красив, умен, обходителен. Хороший парень, что еще сказать. Мне доводилось слушать его доклады, и тогда я поняла, что с ним мне было бы действительно интересно.

– Ты его сейчас взглядом съешь, – хохочет Дженни, таща меня в аудиторию.

Сегодняшний день действительно трудный, а еще в нагрузку нам дали кучу заданий, на которые, если честно, сил особо нет. Видимо, вечер придется провести за учебниками. Пока мы идем в общежитие, в кармане подруги постоянно вибрирует телефон, но она упорно игнорирует звонок.

Странная она.

И даже вечером, когда я пытаюсь спокойно почитать книгу, эти монотонные звуки вибрации не позволяют мне расслабиться.

– Может, уже ответишь? – бросаю я усталый взгляд на девушку.

– Да это Мин Ги звонит, надоел уже, – ноет она, хватая в руки телефон и просто отключая его.

– Сколько сейчас времени?

– Уже почти восемь.

Задумавшись, я сползаю с кровати и останавливаюсь у окна, нервно кусая губы. Не знаю, откуда появилась в моей голове идея пойти именно туда, но мысленно я уже собираюсь. Это последний раз, когда я попытаюсь что-нибудь сделать. Если не получится – буду краснеть в приемной университета и выпрашивать новый пропуск, хотя боюсь и, честно признаться, ненавижу такое положение; а если уж получится, то заберу свое, а после пошлю этого извращенца к чертям.

– Мне кое-куда надо, пока еще совсем не стемнело, – нарушаю долгую тишину я и, направившись к шкафу, вытаскиваю легкую куртку.

– Ты куда?

– Скоро приду, – поспешно завязываю шнурки кроссовок и выхожу из комнаты.

* * *

Передо мной тот самый клуб, который принадлежит Хён Куку. Знаю, что мой приход в это заведение выглядит ужасно глупым, но я должна забрать у него свой студенческий. Не лучшая идея – прийти именно сюда, но куда я еще могла пойти? Что я о нем вообще знаю?

В помещении посетителей не так много. Скорее всего, это из-за того, что еще слишком рано, ведь ночная жизнь начинается намного позже. Пройдя через весь танцпол, я обращаюсь к бармену и узнаю о Чоне. Тот мне указывает на его кабинет и лично провожает до двери. Странно, но персонал здесь очень вежливый, в отличие от самого хозяина заведения.

Тихо стучусь в дубовую дверь и, не услышав ничего в ответ, захожу неуверенными шагами внутрь. В глаза бросается полуобнаженная девушка, собирающая свою одежду с пола и косо поглядывающая на меня.

– О, а ты живучая, – разлегшись на кожаном диване, усмехается он. Парень сидит в одних черных брюках и жадно затягивается сигаретой, сбрасывая пепел в стеклянную пепельницу. – Даже без приключений обошлась?

– Я… тут… это… Мне студенческий нужен, – мямлю я, подпирая спиной темно-коричневую стену. Парень на несколько секунд отрывает от меня взгляд и переводит его на девушку.

– Поторапливайся, милая. – Он поднимается на ноги и берет с пола тонкую блузу, затем подходит к девушке и запихивает ей ее в руки. – Давай-давай. Может, позвоню еще когда-нибудь, – не дав полностью одеться, Хён Кук с каменным выражением лица выпихивает ее за дверь, словно то, что он сейчас делает, – нормально.

Я со смущением наблюдаю за этим и кусаю нижнюю губу, не зная, куда деть свое волнение. Господи, какой же это бред.

– Чего стоишь? Садись давай.

Я слышу тихий голос Хён Кука и чувствую его дыхание в области затылка, а затем прикосновение обнаженной груди к своей спине. Я дергаюсь и отхожу от Чона, присаживаясь на край кожаного кресла.

– Извини, что помешала. Я только студенческий заберу и сразу же уйду, – я быстро проговариваю свою заученную фразу, которую крутила в голове всю дорогу сюда, и скольжу взглядом по дорогому кабинету, не желая смотреть на полуобнаженного парня.

– Ох, а я думал, ты по мне скучала, – фыркает он, закатывая глаза и присаживаясь рядом. – Я вот скучал. – Парень проводит ладонью по моей коленке, отчего я подпрыгиваю с места и несусь к стене, как обожженная.

Он начинает громко смеяться.

– Ну, ты, конечно, тот еще кадр, – все продолжает веселиться, откидывая голову на спинку, Хён Кук.

– Может, хватит? Просто отдай мой студенческий! – не выдержав, повышаю голос я.

– Не строй из себя недотрогу.

– Просто отдай мне то, за чем я сюда пришла!

– Не придумывай себе глупые отговорки, я ведь знаю, за чем ты ко мне пришла. Студенческий как предлог, – лепечет он, поднимаясь со своего места и направляясь в мою сторону, а я пячусь назад, пока не врезаюсь спиной в стену.

– Т-ты что несешь? – заикаюсь я и опускаю голову, только бы не смотреть ему в лицо. Парень слишком близко. Я даже чувствую его дыхание у себя на щеке.

– Сладкая, – он облизывает нижнюю губу и проводит большим пальцем по подбородку.

– Я-я…

– Т-с-с… – парень указывает пальцем на мои губы и свободной рукой обхватывает мою талию. – Ты плохо себя ведешь, мне давно уже стоило тебя наказать.

– О-отпусти, – я дрожу и упорно сдерживаю слезы, а этот извращенец просто убирает свои руки и громко смеется мне в лицо. Что происходит? Я уже ничего не соображаю.

– Простушки все такие смешные? – А вот и вся правда. – Я еще тогда тебе сказал, что ты не разбудишь моего дружка, так что вряд ли ты получишь свое наказание. Прости, милая, – Хён Кук надувает нижнюю губу на последних словах.

– Ты клоун! – вырывается из моих уст. Меня всегда раздражали такие люди, как этот наглый псих.

– Воу! Еще кто? – саркастично удивляется он, округляя глаза.

– Да отдай ты мой студенческий!

– Ага-ага, – снова эта дурацкая улыбка.

– Уф… – я набираю воздуха в легкие. – Брехло!

– Что? – его улыбка исчезает. Ему не понравилось.

– За свои слова совсем не отвечаешь, извращенец! Просто глупый ребенок, которому издевательства над другими приносят удовольствие!

А он уже злится, пыхтит, как бык, и скалит зубы. На красную тряпку реагирует, довольно быстрым шагом направляется к ней… ко мне.

– Доиграешься! – гневно шипит он, снова неосторожно прижимая мое тело к стене. – Я что тебе еще тогда говорил, а? Даже не думай меня злить, дура!

Глава 4

– Просто, верни мой студенческий, и мы больше никогда не встретимся. – Мой голос больше напоминает писк. Я еле стою на ватных ногах, упорно отгоняя страх, который отдается дрожью во всем теле.

– Заткнись. Это мне решать, ясно? – я слышу его властный грубый тон, вызывающий еще больший страх. – Ты задела мое самолюбие дважды: тогда, в клубе и сейчас. Думаешь, я так легко спущу тебе это с рук?

– Что ты от меня хочешь? Поиграть?

– В точку! – кривая улыбка снова озаряет его лицо. Он приближается и проводит обеими руками по моим бедрам, доходя до ягодиц. Сжимает или ощупывает? Я не понимаю, только трясусь. Хён Кук вытаскивает из заднего кармана моих джинсов телефон и, самодовольно улыбнувшись, кладет в свой карман.

– Эй, отдай! – очнувшись от происходящего, пытаюсь догнать парня я, а он только через спину бросает мне студенческий. Я подхватываю его и с полным непониманием смотрю на Чона.

– Зачем тебе мой телефон? Может, прекратишь этот цирк?

– Меньше говори. Меня и голос твой бесит, – без каких-либо эмоций на лице выдает он, устраиваясь за своим столом и забрасывая на него ноги.

– Да что за хрень?

– А ты не огрызайся. Садись давай, – кивает он на рядом стоящее кресло.

Я цокаю себе под нос, но все же присаживаюсь на указанное место и с непониманием смотрю на этого психа-извращенца. Может, пока не поздно, полицию вызвать?

– Я вечно голодный.

– Ты издеваешься? Мне-то какое дело?

– Слушай, ты заткнешься когда-нибудь? – опять повышает тон Хён Кук, отчего я фыркаю и нервно тереблю край куртки.

– Так вот, голодный, говорю, постоянно, а в этом клубе из еды только закуски, да и по дому работенки хватает. Тебе две недели на то, чтобы откормить меня и навести порядок в доме, – услышанное повергает меня в шок. Что? Что он вообще несет?

– Ты с головой не дружишь явно? С чего я должна все это делать? – я забрасываю его вопросами, поднимаясь на ноги и скрещивая руки на груди.

– Я куплю кляп и затолкаю его тебе в рот, – грозится он, медленно, плавно, словно змея, поднимаясь с кресла и шагая в мою сторону. – Ты должна мне, детка. С завтрашнего дня к семи вечера чтобы была у меня и выполняла свои обязанности. – Хён Кук черкает адрес на мятой бумажке и впихивает его в мой карман. – Твой телефон пока побудет у меня. Без денег ты тоже не останешься, можно сказать, работу тебе подкинул. Чего ротик-то открыла? Я тебя так возбуждаю? Окей, могу тебе иногда разрешать себя трогать, но только в тех местах, в которых я захочу.

– Извращенец! Отдай мой телефон! Ничего я не собираюсь делать! – перехожу на крик я.

– Ха, – на его губах появляется наглая ухмылка. – Отработаешь – получишь!

– Какой ты мерзкий, – раздраженно рявкаю я.

– Ох, ну вы только гляньте на нее, – устало вздыхает парень. – Ты, вижу, совсем краев не видишь? Не зли меня, детка. И вообще, я тут как бы благотворительностью занимаюсь, ведь, глядя на тебя, не думаешь, что ты роскошно живешь. Завтра к семи жду. Не придешь – попрощаешься со своей мобилкой. Все, не занимай мое время, малышка.

* * *

На улице уже давно стемнело, а я не спеша плетусь к общежитию. Мое состояние оставляет желать лучшего, приходится упорно сдерживать слезы. Это не только из-за телефона, хотя он мне действительно сейчас нужен для того, чтобы узнавать состояние здоровья брата, да и сам телефон был взят в кредит пару дней назад, который я обязуюсь оплачивать своей стипендией. Я настолько жалкая? Позволила себя унизить этому кретину, да и еще не сказала «нет». Чего скрывать – мне нужны деньги. Господи, много денег, целая куча, чтобы хоть как-то помочь брату. Лейкемия сама себя не вылечит, а препараты нам бесплатно не выдадут. Он ведь совсем молодой еще, не видел всей жизни. Я просто обязана показать ее ему…

* * *

На следующий день все как обычно: лекции, перемены, снова лекции. Я уже и не думаю об учебе, а только сижу и мысленно ищу выход из своей дерьмовой ситуации. Мой мозг взрывается от противоречия, и меня это пугает. Неужели я действительно пойду на это?

– Чего такая задумчивая? – тревожит меня голос подруги.

– Просто, – я пожимаю плечами и поднимаюсь на ноги.

– Прогуляем последнюю пару?

– Прогуляем, – тут же сдаюсь я. На мне сказывается усталость.

– Такая Ми Ра мне нравится больше, – улыбается подруга, подхватывая меня под руку.

В общежитии мы уже успели перекусить и вдоволь побездельничать. Дженни, как всегда, с кем-то говорит по телефону, а я дописываю свой конспект. На часах почти шесть вечера, а в голове полный кавардак. Я пытаюсь сосредоточиться на учебе, но мысли о вчерашнем дне не дают спокойно заняться этим делом.

– Опять Мин Ги звонит, – буркнула подруга, затыкая телефон подушкой.

– Если он тебе так неинтересен, то легче было бы ему сказать об этом, не думаешь? – я бросаю косой взгляд на девушку, не понимая ее странного поведения.

– Знаешь, я и сама еще в этом не разобралась.

– Странная ты.

– Он интересный вроде, но не тот, кто мне нужен, – тянет она, мечтательно засматриваясь на небо за окном.

– А кто тебе нужен? – устраиваюсь поудобнее я и укладываю подушку под голову.

– Ох, мне нужен решительный и твердый человек, чтобы я была как за каменной стеной, понимаешь?

– Вроде он и производит такое впечатление.

– Он робеет, когда находится рядом со мной, – уверенно отвечает Дженни. – Даже целует меня аккуратно и без особой страсти.

– А может, так и надо? Ты встречаешься только с наглыми, похотливыми хамами, а он отлично выполняет роль «обходительного парня». Просто ответь ему на звонок, – я бросаю мимолетный взгляд на девушку и зарываюсь носом обратно в свой конспект, который совсем не вижу.

Мысли не позволяют отдаться учебе, поэтому строчки расплываются, смешиваясь в кучу.

18:30. Глаза бегают то вправо, то влево. После долгих раздумий я поднимаюсь с кровати и нерешительно направляюсь к выходу.

– Ты куда?

– Скоро приду, Дженни.

Если этот псих меня не убьет.

* * *

Передо мной двухэтажный особняк, огражденный коваными воротами. Эта картина заставляет меня ахнуть, но чему здесь удивляться, ведь у него свой собственный клуб. Не особо я восхищаюсь этой показушной красотой, мне это неинтересно.

– Открывай же, – ворчу я, неуверенно жму на звонок и жду, когда ворота откроются и меня пропустят на территорию дома.

Вскоре я уже неторопливо иду по двору, а затем дергаю металлическую ручку стеклянной двери. Сначала я просовываю голову внутрь и пугливо осматриваю гостиную и только потом неуверенно вхожу внутрь. Я верчу головой как заведенная, пытаясь найти хозяина дома.

Он сидит на черном диване и смотрит на меня.

Я подхожу к парню и присаживаюсь на кожаный подлокотник, не зная, с чего начать.

– Опоздала.

– Я…я. – Я пытаюсь выдавить из себя ненужные оправдания.

– Замолчи, – затыкает меня парень с усталостью в голосе и поднимается на ноги, останавливаясь напротив меня. – Ненавижу непунктуальность. Даже не думай больше опаздывать, детка, – он подходит на пару шагов ближе и по привычке склоняет голову набок, внимательно следя за моей реакцией.

– Не называй меня так, – спокойно прошу я, а в душе проклинаю надменного хама.

– Деткой? – ухмыляется он, хватая меня за подбородок. – Малышка, не смелей, тебе не идет. Будь покорной, ладно?

– Просто покажи, где кухня. Я справлюсь со своим делом и пойду домой, – не выражая никаких эмоций смотрю в глаза парню я и мысленно молюсь, чтобы быстрее выбраться из его хватки.

– Хм, по коридору налево, – быстро отвечает он и отпускает мой подбородок.

Теперь можно дышать.

На кухне, отыскав все нужные продукты в холодильнике, который, на удивление, был заполнен едой, я принимаюсь за готовку ужина. Мои движения скованы, хоть сложности в готовке я никогда не видела. Мне просто в новинку готовить еду для мужчины…

Гремя посудой, я не слышу за спиной шагов хозяина дома и просто продолжаю свою «работу», мысленно матерясь на этот абсурд.

– Скоро?

Я дико пугаюсь, услышав за спиной его голос, затем поворачиваюсь и наблюдаю, как он, деловито скрестив руки на груди, присаживается за стол и забрасывает ноги на соседний стул.

– Уже почти, – внимательно проследив за его действиями, даю тихий ответ я.

– Не отравишь хоть?

– А как же, – еле слышно отзываюсь я.

– Поговори мне тут еще, – возмущается парень, все же услышав меня. – Давай бегом. – Хён Кук стучит палочками по стеклянному столу.

Такие, как он, не умеют ждать. Приходится наспех наложить все в тарелку и поставить еду прямо перед его носом, а уже потом пытаться по-тихому удалиться.

– Сидеть!

Проглатывая ком в горле, я нервно цокаю и присаживаюсь за столом напротив него. Парень не смотрит на меня, просто хватается за еду, с хорошим аппетитом уплетая все, что было на тарелке.

– Стряпня твоя ничего, а вот фигурка подкачала, – говорит он с набитым ртом, поглядывая с издевкой на меня.

Я ничего не отвечаю, лишь молча смотрю в окно на цветущий сад на заднем дворе. Единственное красивое и живое место в этом доме, и оно никак не сочетается с его бездушным хозяином.

В кармане Чона вибрирует телефон. Быстро дожевав, он, долго не копаясь, спокойно отвечает на звонок:

– Что?

Выражение его лица с каждой секундой становится все злее и мрачнее. Боюсь представить, что он слышит. Парень резко поднимается на ноги и сметает тарелку со стола.

– Стоять на месте! Никуда не уходить! Я убью Нам Джина! – Хён Кук подрывается с места и со злым лицом направляется к выходу из кухни, стукнув кулаком о дверной косяк по дороге. Я, приоткрыв рот, наблюдаю за поведением парня и осторожно иду за ним следом. Хён Кук, как я успела заметить, безумно вспыльчивый, и это действительно пугает.

– Я пойду уже, – как можно спокойнее произношу я, лишь бы не попасть под горячую руку, и уже хочу открыть входную дверь, как меня тянут за шиворот обратно в дом. – Я… я…

– «Я… я» – чего ты мямлишь?! – сквозь зубы шипит парень. – Сидишь здесь и дожидаешься меня! – невозмутимо и строго указывает он, накидывая кожаную куртку себе на плечи.

– Но мне уже пора…

– Не дай бог тебя не будет дома! – бросает напоследок Хён Кук и скрывается за входной дверью.

Глава 5

Он громко хлопает дверью и уходит, а что делать мне? Уйти?

Белые стены, черная мебель, ярко-синее полотно напротив дивана – все в этом месте сделано со вкусом. Я больше часа слоняюсь по пустому дому и не знаю, куда себя деть. За окном уже давно стемнело – наверное, уже часов одиннадцать. Как же хочется спать…

Я подхожу к дивану и сажусь на краешек, все еще осматривая обстановку дома. Проходит десять минут, двадцать, и я уже сладко дремлю, опираясь о кожаную спинку.

* * *

Сквозь сон я слышу ругань и звуки шагов. Я не открываю глаза, а лишь возмущенно тянусь к скользкой кожаной подушке. Мое сознание не сдается и хватается за остатки сна. Я ведь у себя в комнате, верно? Дженни позже получит за этот ужасный шум.

– Разлеглась, блин. Подвинься, – мужской голос бьет по ушам, и я чувствую мягкий ковер у себя под ногами. Вряд ли это голос Дженни…

– М? – сонно мычу я, не желая просыпаться.

– Эй, подъем, говорю!

На этих словах я подскакиваю с дивана, ударяясь локтем об угол столика. Шипя от боли, я осматриваюсь и понимаю, что все еще нахожусь у Хён Кука дома. Страх сковывает все тело, а все еще сонное состояние замедляет мыслительный процесс.

– Принеси аптечку, она на кухне в верхнем шкафчике, – устало просит парень, откидываясь на спинку дивана. Только сейчас я заметила, что на нем живого места нет. Хён Кук весь в ссадинах и синяках.

– Т-ты это чего? – я подхожу к нему ближе и осматриваю ранки на лице, разумеется, совершенно не волнуясь за него. Уверена, он получил по заслугам.

– Блин, неси аптечку! – громкий крик оглушает меня, и я пулей несусь на кухню и принимаюсь в спешке открывать все дверцы шкафчиков, ища необходимую коробку.

Руки трясутся, ноги подкашиваются. Я возвращаюсь обратно в гостиную и ставлю аптечку на столик у дивана, озадаченно поглядывая на Хён Кука. Он сбрасывает куртку и снимает через голову футболку. На голой спине виднеются новые ушибы и красные пятна, которые завтра определенно приобретут синий окрас.

– Боже… – шепчу я против воли.

– Помогай, – Чон откидывает футболку и хватает со стола аптечку. – На, – вручает он мне ее и садится на край дивана.

Он ждет от меня помощи. А что я? Я стою как вкопанная и испуганно на смотрю на его раны.

– Мне долго еще ждать?

– А, сейчас, – заторможено произношу я и принимаюсь за поиск необходимых средств: смачиваю ватку спиртовым раствором и легонько дотрагиваюсь до ранки на спине.

Хён Кук шипит и начинает дергаться.

– Больно? – я осторожно продолжаю, прикусывая нижнюю губу.

– Плевать, переходи на переднюю часть, – Чон поворачивается и открывает моему взгляду свою подкачанную грудь, на которой красуется не меньше ушибов, а я, сглотнув, выбрасываю старую ватку и беру в руки новую.

– Эй, – расширяю глаза я, когда парень подхватывает меня за талию и усаживает к себе на коленки.

– Так удобнее, – строит невозмутимое лицо он.

– Так неудобнее, – я пытаюсь слезть, но Чон меня останавливает.

– Не беси. Давай, обрабатывай.

Какую бы я неловкость ни испытывала, сидя в такой позе, мне удалось обработать все ушибленные места и раны на парне. Я видела, как его взгляд скользил по моему лицу, шее, спускался ниже. Это меня дико смущает и совсем не нравится. Я не одна из его «деток», которые позволят на себя так смотреть. Закончив с ролью сестры милосердия, я поднимаюсь на ноги и поправляю одежду, с презрением смотря на спасенного.

– Я пойду в общежитие, – предупреждаю я.

– Нет. Уже поздно, переночуешь у меня, – уверенным и одновременно строгим голосом отвечает он.

– Нет. Я ухожу.

– Нет. Ты поднимаешься на второй этаж и ложишься спать.

– Нет. Я ухожу, – повторяю я.

– Окей, вали ты уже, куда хочешь, – равнодушно бросает напоследок Хён Кук и поднимается по лестнице.

До общежития я добираюсь без приключений и почти сразу засыпаю в холодной кровати. Дженни не было в комнате, но меня ее ночные прогулки совсем не удивляют.

Мне не хочется думать о сегодняшнем дне, мне не нравится видеть в голове образ Чона.

* * *

Будильник нещадно звонит.

Утро. Оно так быстро наступило, что хочется выть в подушку. Хотя и сны были не лучше, с них постоянно Он…

– Выключи, – сонно бормочет подруга. – Пожалуйста, у меня голова раскалывается.

– Ох… – устало вздохнув, я стягиваю с себя нагретое одеяло и выключаю будильник. – Пила? – Я подхожу к столику и наливаю из прозрачного графина этой бедняжке стакан воды.

– Ага, перебрала немного, – тянет руки подруга.

– Ну ты даешь. А с кем на этот раз?

– С Марком, – сипло проговаривает и залпом осушает стакан Дженни.

– Ты неисправима, – цокаю языком я и стягиваю с нее одеяло. – Давай вставай, на пары опоздаем.

В университете сегодня спокойно, мы снова исписываем тетради лекциями, а лабораторные отменили в связи с отсутствием преподавателя. Моя рука устает строчить третью подряд тему, и я угрюмо откидываюсь на спинку стула и бросаю взгляд на передний ряд, засматриваясь на брюнета, который сидит и усердно пишет в тетрадь. И Сунь так старательно все конспектирует, словно сразу обдумывает то, что записывает. Он усердный и просто прекрасный. Где-то внутри теплеет от одного только понимания, что он совсем рядом.

– Ми Ра, твои глаза сейчас выкатятся, – усмехается подруга. – Я понимаю, И Сунь красавчик, но не прожигай в нем дыру, люди неправильно тебя поймут, – она кивает головой на соседний ряд, за которым девушки с недоумением смотрят на меня.

– Упс… – Дуреха, заканчивай и собирайся, сейчас звонок будет.

И когда я начала так радоваться окончанию пар? Сегодняшний день прошел как в тумане. Вроде только проснулась, а учебный день уже закончился. Выбравшись с территории университета, мы в спешке направляемся к общежитию. У ворот нашего жилого домика стоит красная иномарка. Она тут же привлекает любопытные взгляды – нечасто рядом с нашим общежитием увидишь что-то дорогое.

Подруга тут же принимается высматривать водителя машины. За рулем сидит светловолосый парень, на вид лет двадцати пяти. Он косо осматривает меня с ног до головы и криво усмехнулся. Я кидаю непонимающий взгляд в его сторону и быстро скрываюсь за входной дверью общежития. Странное ощущение. Этот парень так смотрел на меня, будто бы я ему что-то должна.

* * *

18:30. А где я должна быть ровно в семь вечера? Правильно, в доме этого извращенца. Вся дорога занимает минут двадцать, не больше. Он так близко живет. Раздражает. Я не спеша плетусь к уже ненавистному мне дому, сама не зная, что мной управляет. Наверное, я упустила тот момент, когда стала кем-то вроде игрушки…

Я хватаюсь за металлическую ручку, тяну ее на себя и пробегаю глазами по помещению в поисках хозяина, но никого не вижу. Глубоко вздохнув, я захожу в дом, мелкими шагами перебираюсь к гостиной и останавливаюсь у стеклянного столика, на котором лежит записка. Я хватаю в руки помятую бумажку и читаю: «Приготовь и принеси еду в мой кабинет в клубе. Не придешь – пеняй на себя, кукла».

– Диктатор хренов, – я бросаю бумажку обратно на стол и плетусь на кухню.

Мне мерзко от самой себя… Я действительно такая жалкая, раз позволила себе стать рабыней?

Я готовлю эту гребаную лапшу, осматриваю кухню, которую придется отмывать, как и весь этот дом, где, видимо, давно не было женщины, и жалею себя. Не о такой жизни я мечтала, не о таком отношении к себе.

* * *

Слепящие софиты уже привычно светят в глаза. Я пытаюсь быстрее пройти через весь танцпол и затем иду по знакомому маршруту, поднимаюсь по лестнице и останавливаюсь у дубовой двери. Я немного медлю, прежде чем открыть ее – я слышу доносящиеся из-за нее крики. Видимо, врагов у Чона хватает, что меня совсем не удивляет. Как он еще живой ходит, если за пару дней даже у меня появилось желание от него избавиться?

– Нам Джин, ты никогда не получишь его, ясно?!

– А вот это мы еще посмотрим!

Дверь резко открывается, и я больно ударяюсь о нее лбом и падаю назад.

– Ай… – потираю ушибленное место я.

– Оу, – хмыкает парень, оглядывая меня с ног до головы. Я поднимаю взгляд и вижу того самого незнакомца, который сидел сегодня в своей красной машине около нашего общежития. – Прошу прощения, – напоследок лукаво извиняется он и уходит.

Я стою на месте еще несколько минут, затем тихонько стучу в дверь и, опасливо озираясь, вхожу в кабинет. Чон крутится в кожаном кресле, что-то обдумывая.

– Я тут тебе поесть принесла, – я привлекаю его внимание к себе спокойным голосом, оставив пакет с едой на столе. – Я пойду, – уже хочу повернуться я, как меня резко хватают за руку.

– Сядь, – слышу я как всегда строгий тон его голоса.

– Но я…

– Я говорю, сядь.

Тяжело вздохнув, я все-таки присаживаюсь в кресло около стола. Парень несколько минут думает о чем-то своем, игнорируя мое присутствие, затем резко бросает взгляд в мою сторону. Он смотрит так открыто и так прямо, будто пытается заглянуть в душу, а я от волнения сжимаю край вязаной кофты. Мне некомфортно и неуютно сидеть под таким пристальным взглядом.

– Что? – не выдержав, я задаю вполне логичный вопрос.

– Мне надо выпустить пар, – спокойно поясняет Чон, он даже бровью не повел и теперь спокойно осматривает меня с ног до головы.

– Ну и?.. Я-то тут при чем? – бросаю непонимающий взгляд я.

– Подумай сама.

– К примеру? – Мозг, включайся, прошу тебя.

– Трахнемся?

Глава 6

У меня глаза в прямом смысле на лоб лезут. Что он только что сказал?

– Что? – возмущено тяну я, вскочив на ноги.

– А когда тебе еще ТАКАЯ ВОЗМОЖНОСТЬ подвернется? Я могу тебе доплатить, это не проблема, – парень тоже встает и подходит ко мне. – Просто переспим, разве ты этого сама не хочешь?

Я замолкаю и опасливо пячусь назад, пока не врезаюсь в стену. Взгляд в панике мечется по помещению, нервно ища выход. Хён Кук быстро сокращает расстояние и расставляет руки по обе стороны от моего лица.

– Просто расслабимся. Обещаю, ты меня еще долго не забудешь, – парень проводит большим пальцем по моей щеке, и я тут же опускаю голову и начинаю дрожать.

– Н-не надо…

– Что не надо? – Хён Кук играется со мной, опуская руки мне на талию.

– Отпусти, – слезы выступают у меня на глазах.

– Не хочу, – парень поднимает мое лицо за подбородок и пристально рассматривает меня. Он останавливается, когда видит первую спустившуюся слезу на щеке. – Ты плачешь?! – странно, но от этого он только еще больше злится. – Теперь ты раздражаешь меня еще больше! Проваливай, – Чон разворачивается ко мне спиной и направляется к своему столу. – Пошла прочь отсюда!

Шмыгнув носом и стерев тыльной стороной ладони слезы, я быстро хватаюсь за ручку двери и выбегаю из кабинета. Сейчас сложно о чем-то думать: я боюсь, злюсь, плачу – все чувства наваливаются одновременно. Как он мог сравнить меня со шлюхой, предлагая свои грязные деньги? Как вообще можно быть настолько мерзким? Меня тошнит от него.

Я выбираюсь из здания клуба расстроенной, но меня окликает знакомый голос, который я не сразу слышу. Повернув голову в сторону парня, я замедляю шаг, пытаясь прикрыть свое лицо волосами.

– У Хён Кука была? – поравнявшись со мной, интересуется Мин Ги.

– Да, – спокойно отвечаю я, стараясь поскорее убежать от него.

– У него сейчас проблем хватает, так что не думаю, что тебе стоит крутиться около него.

– Я не кручусь около него, – мой голос становится грубее. Меня раздражает даже сама тема разговора. – Мне уже пора.

– Как поживает твоя подруга? – парень пропускает мимо ушей мои слова и задает интересующий его вопрос. Вот зачем он окликнул меня. Не первый раз я себя чувствую «разведчиком».

– Дженни нормально поживает, – я ускоряюсь, лишь бы избавиться от раздражающего собеседника.

– Передавай привет этой стерве, – напоследок кричит парень, скрываясь за углом многоэтажки.

Я останавливаюсь и прокручиваю его слова в голове. Стерва? Он серьезно? Никогда бы не подумала, что Мин Ги может так ее назвать.

* * *

На следующий день я решаю отменить свой визит в дом Хён Кука. У меня своих проблем достаточно, а прислуживать тому, кто тебя действительно пугает и явно с головой не дружит, я не намерена. Хватит с меня, серьезно. Он за пару дней меня помотал больше, чем эта жизнь за девятнадцать лет.

– Мне Мин Ги больше не звонит, – по дороге в общежитие скулит Дженни.

– Радуйся, ведь ты сама этого хотела, – решив умолчать о нашей с ним встрече, перевожу усталый взгляд на подругу я.

– Эх, я уже и сама не знаю. Вроде не скучаю, но скучаю.

– Ты сама-то поняла, что сказала? – с недоумением смотрю я на нее. – Если так скучаешь, то сама позвони.

– Ладно, посмотрим. Тебе что-нибудь взять в магазине?

– Не нужно, спасибо.

Добравшись до ворот общежития, я снова замечаю знакомую машину, из которой выглядывает белая макушка парня, кажется, Нам Джина, как я поняла по его разговору с Хён Куком в клубе. Он полностью выбирается из салона и направляется ко мне, вот только зачем? Во что я ввязалась?

– Вы. – Он приближается уверенно, а я только пячусь назад.

– Эм, я? – Я в недоумении останавливаюсь и жду ответа.

– Да, Вы, – он останавливается напротив и ослепительно скалится. – Нам нужно поговорить, садитесь в машину.

– Не думаю, что у нас может быть общая тема для разговора. – Я хочу уже обойти парня, как он останавливает меня, хватая за локоть. – Эй?

– У нас есть общая тема, садитесь в машину. Обещаю, я ничего Вам не сделаю, это не в моих интересах.

– Я не сяду к Вам в машину! – громко отвечаю я, сбрасывая его руку.

– Ох, мы просто поговорим, – вздыхает он, засовывая руки в карманы. – Можем пешком пройтись, если так боитесь оставаться со мной наедине.

* * *

Мы приходим в ближайший кафетерий нашего района. Официантка ставит на стол горячий кофе для парня и зеленый чай для меня.

– Я не понимаю, что вы от меня хотите? – Я беру в руки чашку и делаю глоток ароматного напитка.

– Что Вас связывает с Хён Куком? – его голос серьезен, а глаза пытаются рассмотреть мое лицо.

– Ничего. Нас ничего с ним не связывает, – даю спокойный ответ я и делаю еще глоток.

– Я так не думаю. Вы у него и в доме бываете, и на работу приходите.

– Откуда Вы знаете, что я бываю у него дома? – Я отставляю чашку и с подозрением смотрю в глаза парню.

– Я слежу за Вами, – спокойно отвечает парень, будто это нормальное для него явление.

– Что? – вскакиваю с места я.

– Да Вы присаживайтесь, я ничего плохого Вам не сделаю. По крайней мере, пока, – Нам Джин хватает меня за руку и усаживает обратно. – Просто хочу предложить небольшую сделку.

Я опускаю взгляд и прокручиваю последние события в голове снова и снова. Что вообще творится? Во что я ввязалась?

– Вам нужны деньги? Оплатить лечение брата, помочь матери? – Откуда он все это знает?

– А Вы подготовились, – я пытаюсь держаться спокойно, проглотив подкативший к горлу ком.

– Так вот, я могу Вам с этим помочь, но… – парень наклоняет голову набок и криво улыбается. – Но Вы должны мне найти кое-какую информацию у Чона.

– Не думаю, что смогу помочь Вам с этим делом. И вообще, что Вас с ним связывает, раз уж вы так увлеченно под него копаете?

– Я его сводный брат, которому и должен принадлежать клуб. В завещании указано, что именно я должен унаследовать это место, но, как видите, им распоряжается этот щенок. В двадцать пять лет, без каких-либо знаний в этой сфере, мозгов на управление таким местом просто быть не может, но, видимо, Хён Кук возомнил себя богом. Жаль только, что у этого бога долгов больше, чем прибыли. Я знаю, что у него есть какие-то документы, которые позволяют ему руководить клубом. Мне всего лишь нужно узнать, какие. Я прошу Вас помочь мне. О нем можете не волноваться, наследственных денег у него хватит на всю его беззаботную жизнь, а я лишь хочу забрать свое по праву. Я играю честно.

– Я правда не думаю, что могу Вам с этим помочь. Простите, но мне пора, – я поднимаюсь на ноги и уже хочу уходить, как меня снова останавливают.

– Тогда возьмите визитку, – Нам Джин заталкивает ее мне в карман и, подмигнув, скрывается за дверью кафе.

* * *

Вернувшись в общежитие, я плюхаюсь на кровать и начинаю думать. Думать о многом: о брате, о маме, о сегодняшнем разговоре со странным парнем, даже о Хён Куке. Подруги в комнате нет – наверное, полетела на очередное свидание. А что остается делать мне? Просто устроиться поудобнее и сладко уснуть, что, собственно говоря, я и собираюсь сделать.

Провалявшись в кровати около двух часов, но так и не дождавшись сна, я решаю снова попытаться уснуть, но буквально после десяти минут жалких попыток снова открываю глаза и вижу Дженни. Она быстро идет к своей кровати, плюхается на нее и утыкается лицом в подушку. Несколько секунд спустя я слышу тихие всхлипы, резко выпрыгиваю из-под одеяла и подбегаю к подруге.

– Дженни, что случилось? Что такое? Почему ты плачешь? – Я глажу ее спину, желая понять, в чем дело. Она молча поднимает заплаканное лицо и утыкается мне в грудь. – Боже, да что случилось?

– Ми Ра, почему все так?

Я впервые вижу, как она плачет.

– Так, успокойся и расскажи, что случилось! – я отстраняюсь и хватаю подругу за плечи. – Тушь вся растеклась.

– Я позвонила Мин Ги и предложила встретиться.

– Ну и почему тогда ты плачешь? – не понимаю я.

– Он ничего не говорил мне весь вечер.

– Его можно понять, ты его слишком долго игнорировала, – пожимаю плечами я.

– Когда на улице уже стемнело, он просто жестко взял меня в своей машине. – На этих словах я опускаю голову и тяжело вздыхаю, хоть и понимаю, что отчасти для Дженни это нормально. – Знаешь, он сказал, что я последняя шлюха, которую только трахать можно.

У меня глаза расширяются от удивления, и я прижимаю подругу к себе, успокаивая. Может, Дженни и не знает, что такое стабильность в отношениях, но ее еще никогда никто так не унижал. Теперь мне становятся понятны те слова Мин Ги, которые он напоследок передал вместе с приветом подруге.

Уснули мы ближе к двум часам ночи. Мы с Дженни с трудом уместились на кровати, и при малейшем звуке мне приходилось снова успокаивать подругу. Наутро мы, помятые, направились в университет. Дженни выглядела слишком мрачной, даже забыла о косметике, что для нее совсем редкость.

В спешке выбираясь из общежития, мы, не глядя по сторонам, несемся на занятия, боясь опоздать. По правде говоря, я совсем не настроена сегодня учиться, и, словно почувствовав мое нежелание, судьба решает снова надо мной посмеяться.

– Эй, недотрога!

Я оборачиваюсь на знакомый баритон и прикусываю нижнюю губу, когда вижу сидящего на своем байке Хён Кука. Черт, черт, черт.

– Подойди сюда.

Я продолжаю стоять на месте и испуганно отвожу взгляд.

– Я говорю, сюда иди.

Я не двигаюсь с места.

– Уф… – Чон раздраженно шипит и слезает с байка, направляясь ко мне тяжелым шагом.

– Дженни, не уходи, – испуганно шепчу я подруге, но, повернувшись в ее сторону, обнаруживаю, что ее и след простыл. Как всегда, она убегает, погрузившись в собственные проблемы, ничего вокруг не замечает, даже отсутствие подруги рядом. – Черт, – я нервно ругаюсь себе под нос и мысленно хороню себя заживо.

– Ну, малышка, какое у тебя будет оправдание? – Хён Кук скрещивает руки на груди.

– Оправдание чему? Мне нужно идти на пары, – Я делаю вид, будто не понимаю, о чем он говорит.

– Еще раз прикинешься тупой овечкой, я больше церемониться с тобой не буду.

– У меня были дела вчера, – тихо оправдываюсь я.

– Садись!

– Что?

– Садись на байк!

– Нет! – возражаю я.

Хён Кук, тяжело вздохнув, хватает меня за руку и с силой тащит за собой.

– Не надо, я никуда с тобой не поеду! – Я пытаюсь увернуться, чтобы он не смог надеть на меня шлем.

– Прекрати! Или хочешь покататься без него? – отчитывает меня парень.

– Просто отпусти, – спокойнее прошу я.

– Лучше помолчи, – Хён Кук быстро натягивает мне на голову шлем и застегивает его, пока я размахиваю руками. – Тебе же лучше будет, если ты прекратишь сопротивляться. Успокойся, ладно? Просто поехали, Ми Ра.

Я смотрю на него сквозь прозрачный пластик и не могу понять, зачем он все это делает. Он даже имя мое произносит так, словно нуждается во мне. Меня удивляет даже то, что запомнил его.

Мне страшно рядом с этим парнем, но до боли интересно. Точнее, с недавних пор стало интересно. То ли я теряю голову, то ли мне захотелось приключений. Облокотившись о кожаное сиденье своего мотоцикла, Хён Кук с уже приевшейся дерзкой ухмылкой смотрит на меня и протягивает руку. Я оглядываюсь и отрицательно качаю головой, мысленно повторяя себе, что это небезопасно, но потом делаю неуверенный шаг навстречу к парню, так глупо поддаваясь на его уговоры. Дура, зачем ты это делаешь? Хён Кук садится на байк, включает передачу, смотрит на меня и кивает себе за спину.

Мои пальцы неуверенно сжимают края его кожаной куртки, а тело прилипает к мужской спине, словно готовясь к поездке неизвестно куда.

Бешеная скорость, в нас летят сильные порывы ветра. Здания и постройки мгновенно сменяются рисовыми полями, а уже следом за ними идут пустынные степи. Не знаю, что со мной творится сейчас, но я не хочу, чтобы он останавливался. Страх и паника еще присутствуют, но маленькая частичка меня принимает происходящее и наслаждается этими моментами. Я сильнее прижимаюсь к спине парня и закрываю глаза, забывая обо всем на свете. Это всего лишь тридцатиминутное сумасшествие, которое закончится сразу же, как мы остановимся.

Хён Кук притормаживает у берега моря. Я снимаю шлем и прислушиваюсь к шуму прибоя. Осенний ветер несет за собой прохладу и свежесть, заставляя вдыхать его с жадностью. Чон тоже снимает шлем и оставляет его на сиденье байка, молча пробегает глазами по окружающему пейзажу и садится на холодный песок. Я бросаю на него мимолетный взгляд и иду ближе к пляжу, снимаю кеды и просто гуляю по песку, прислушиваясь к шуму морских волн. Мой взгляд хоть и прикован к моим ногам, но я постоянно перевожу его на Чона. Он думает о чем-то своем, опустив голову. Сегодня он очень странный.

Я продолжаю медленно идти и смотреть в сторону парня, но он резко поднимает голову. Теперь мы просто пялимся друг на друга, и от смущения я опускаю голову и поворачиваю в противоположную сторону.

– Эй, иди сюда, – слышу я за спиной и, несколько раз мысленно ударив себя по голове, разворачиваюсь и иду к Хён Куку.

– Зачем мы здесь? – я присаживаюсь рядом, вопросительно смотря на него.

– Просто, – пожимает плечами он.

– Бежишь от проблем?

– Не твое дело. – Снова возвращается его привычный грубый тон. – Что ты в этой жизни вообще понимаешь?

– А, ну да, как я могу понять избалованного эгоиста, которому только денег и девушек подавай.

– Что? – его глаза тут же расширяются, а голос становится больше похожим на рык. Он так быстро изменился. – Мне надоело спускать все тебе с рук. Блядь, умеешь ты выбесить за пару секунд!

Хён Кук толкает меня и роняет на песок. Я хочу подняться, но он быстро забирается на меня сверху, вдавливая тело в землю.

Глава 7

– Отпусти… Что ты делаешь… – рвано хриплю я, сжимая в ладонях камешки и песок. Я до сих пор не понимаю, что происходит, но мне страшно.

Хён Кук не слышит меня, он задирает мою тонкую кофту, освобождая от теплой ткани тело. Голая спина ощущает колкость песка, а руки нервно перемещаются на плечи парня, я стараюсь оттолкнуть его от себя. Хён Кук с легкостью справляется с этой преградой и припадает к моей шее, кусая ее.

– Прошу, хватит… не надо… – слезы текут по моим щекам, я чувствую панику.

– Закрой свой рот! – раздраженно шипит парень и тянется к ремню своих джинсов. Звук от застежки бьет по ушам, заставив расплакаться еще больше.

– Хён Кук, не надо! Не надо! Прошу, хватит! – вместе со слезами приходит и истерика. Я кручусь на месте, не давая ему возможности расстегнуть ширинку своих брюк. Теперь я все понимаю… все.

– Да замолчи ты! Сама же этого хочешь, не притворяйся невинной овечкой, так ты себе цену не набьешь! – рычит парень и с силой толкает меня в плечо, делая действительно больно. Спиной я проезжаюсь по песку и не могу подняться, а этот урод продолжает снимать одежду.

Оказавшись в одном нижнем белье, я поворачиваю голову набок и просто замолкаю. Я позволяю слезам течь по щекам, принимая свою участь. Чон кусает меня за шею и тянется к застежке лифчика, но после резко останавливается, услышав вибрацию своего телефона. Он пристально смотрит на меня, замешкавшись с выбором, затем все-таки сползает с меня и тянется к валяющейся на песке кожаной куртке.

– Да! – Парень раздраженно отвечает на звонок. – Ты как всегда вовремя! – Чон кричит в трубку, бросая на меня косой взгляд. – Скоро буду! – он отключается и бросает мне в лицо кофту. – Одевайся!

Я вытираю слезы дрожащими руками и собираю с земли всю свою одежду. Быстро справившись с нижней частью, я натягиваю кофту, бросая опасливые взгляды на парня. Все это время Кук задумчиво смотрит на меня, словно что-то обдумывает.

– Быстрее, – поторапливает он, устраиваясь на сиденье мотоцикла, а я ничего не отвечаю, просто продолжаю сидеть на том же месте, уткнувшись лицом в колени. – Оглохла? Садись давай! – кричит парень, не обращая внимания на мое состояние. – Не беси меня. Сейчас брошу тебя здесь и уеду.

– Уезжай, – шепотом прошу я, искренне надеясь, что он меня услышит.

– Дура, сиди и дальше здесь, – парень, видимо, услышал меня. Чон надевает шлем на голову и заводит мотор. Навернув пару кругов на месте, он срывается с места и выезжает на трассу.

Я смотрю ему в спину, пока он не скрывается за поворотом. Я хрипло вздыхаю, а после опускаю голову и просто продолжаю плакать, не веря в происходящее.

* * *

Я около получаса скитаюсь по безлюдному пляжу. Тихий шум волн и приглушенные крики чаек – вот что я слышу все это время. Здесь нет проезжающих мимо машин, здесь только я одна. У меня нет ни телефона, ни другого источника связи с внешним миром, как я вернусь в общежитие? Но этот вопрос занимает меня не так сильно, как осознание того, что могло бы сегодня произойти со мной. Впервые в жизни я настолько боялась кого-то.

Прошло примерно еще столько же времени, и теперь я всерьез думаю о том, как бы побыстрее выбраться отсюда. Ватные ноги подгибаются в коленях, и я больно приземляюсь на землю, обреченно вздыхаю и начинаю снова плакать. Как сквозь толщу воды до меня доходят звуки мотора, но я не поднимаю голову, а лишь продолжаю сидеть на земле.

– Успокоилась? – уже знакомый голос доходит до ушей. Я тут же дергаюсь и пытаюсь не смотреть на приближающегося парня.

– Уезжай, – я поднимаюсь на ноги и собираюсь убежать от него.

Брюнет цокает языком и быстро сокращает расстояние между нами. Я пытаюсь сделать хотя бы шаг, но парень молча подхватывает меня за талию и закидывает к себе на плечо.

– Отпусти! Никуда я с тобой не поеду! – Я бью кулаками по чужой спине.

– Откуда вообще взялась эта истерика? Вы действительно все истерички конченые.

– Не поеду я с тобой никуда, кретин! – Я кручусь и пытаюсь спрыгнуть с мотоцикла, на сиденье которого меня только что усадили, но парень ловит меня и усаживает обратно. Слезы опять выступают на глазах.

– Да как ты надоела уже, серьезно. Сиди на месте. Мне сейчас не до твоих глупых выходок, – Хён Кук говорит это учительским тоном, его взгляд серьезный, а я до сих пор боюсь, что он продолжит начатое.

– Не трогай меня, я сама…

Хён Кук был слишком зол на что-то. Всю дорогу я не прекращала плакать и проклинать все на свете, а парень не снижал скорости и гнал что есть силы. Меня пугала и скорость, и тот человек, к чьей спине я так отчаянно прижималась.

* * *

– Слезай, – рявкает Хён Кук, когда останавливает мотоцикл у ворот своего особняка. Я скольжу по кожаному сиденью, пока не ощущаю под ногами асфальт, а после снимаю шлем, впихивая его обратно в руки Чона. – Куда пошла?! – Он останавливает меня, схватив за руку, когда я уже собиралась уходить.

– Подальше от тебя, животное! – выплевываю я ему в лицо и тут же поворачиваюсь к парню спиной.

– В дом, – говорит он приказным тоном. Брюнет тяжело дышит, пытаясь сдерживать себя. – Я сказал, в дом пошла!

Он больно сжимает мою руку и тащит, как собаку за поводок, к входной двери. Я пытаюсь выбраться из этой хватки, но только причиняю себе еще больше боли, когда парень сильнее сжимает мое запястье.

Чон проходит мимо гостиной и тащит меня на второй этаж. Захлопнув дверь в одной из комнат, он отпускает мою руку и укоризненно смотрит в глаза.

– Больше всего на свете я ненавижу таких людей, как ты. Строишь из себя жалкую овечку. Я что тебе еще тогда говорил, а? Не смей меня злить! У меня и так проблем хватает, и ты еще тут! Еще раз такое выкинешь, и тебя больше не спасет никакой телефонный звонок. Поняла? – кричит парень, толкая меня на широкую кровать. – Когда я вернусь, чтобы сидела на этом же месте! Не будешь – пеняй на себя!

Хён Кук быстро скрывается за дверью комнаты, а я утыкаюсь носом в подушку, не зная, как поступить. Все кажется кошмарным сном, который не хочет заканчиваться.

* * *

За окном уже совсем стемнело. Я брожу по комнате в чужом доме, не находя тому причин. Все слишком странно. Зачем я здесь? Зачем Чон продолжает вторгаться в мою жизнь? С одной стороны, мне жаль себя, а с другой – его. Странно, конечно, жалеть его, но жизнь этого парня тоже далеко не сахар. За ним следит его же брат, они воюют за этот долбаный клуб, потому и нервы у него ни к черту. И я не пытаюсь оправдать Хён Кука, нет, ведь во всем, что случается с нами, виноваты мы сами. Он заслужил это.

С первого этажа доносятся какие-то шорохи вперемешку с руганью. Мое тело дрожит в ожидании хозяина дома. Что-то разбивается на том же этаже, где сейчас нахожусь я. Я пячусь назад к стене, когда дверь со скрипом открывается, впуская в комнату Хён Кука.

– О, а ты что здесь делаешь? – еле стоя на ногах, он тычет в меня пальцем. Помятый вид, в руках почти законченная бутылка виски.

– Действительно, что я здесь делаю, – притворно кривлюсь я и уже хочу выйти из комнаты, как парень загораживает путь собой и нагло улыбается мне. Запах алкоголя тут же бьет в нос. – Дай пройти, мне пора, – спокойно обращаюсь к нему я.

– Не-а. – Чон кладет руки мне на талию, а носом утыкается в шею, щекоткой по коже разнося теплый воздух. Даже в пьяном состоянии он остается сильным.

– Дай пройти! – Я пытаюсь выбраться, и в ответ получаю шлепок по ягодице.

Я поднимаю возмущенный взгляд на Чона и уже собираюсь накричать на него, как он быстро впивается в мои губы и пытается засунуть свой язык мне в рот.

– Дурак! – Я бью его ладонью по щеке, пытаясь отпихнуть от себя.

– С-с… больно, – отстраняясь, парень бросает бутылку на пол и хватается за щеку.

Я пользуюсь заминкой Хён Кука и хочу уже обойти его, как он снова хватает меня за талию и бросает на кровать. Так же быстро он забирается на меня сверху и просто утыкается носом в шею.

– Эй, слезь с меня! – Я пытаюсь выбраться, но в ответ слышу размеренное сопение. Он что, уснул? – Эй, ты меня раздавишь!

– Ох… – сонно вздыхает он и чуть сползает с меня, но тут же забрасывает сверху ногу и сильно прижимает рукой к себе.

Мне тесно и очень жарко. Я все еще пытаюсь выбраться, но после каждой моей попытки руки Чона лишь плотнее смыкаются вокруг меня, словно он и не спит вовсе. Хочется выть от безысходности или отодвинуть от парня хотя бы шею, которую так сильно щекочет его дыхание. Оно безумно горячее.

– Отец, я твой сын, не он, а только я… – начинает бормотать во сне Чон, снова привлекая к себе мое внимание. – Бросил… – Я вижу, как парень морщит лоб, дергает носом. – Бросил меня… – все повторяет он.

Я не знаю, что нужно делать в подобных ситуациях, и молча наблюдаю за парнем, а затем легонько касаюсь его плеча и шепотом зову его по имени.

– Бросил, – как в бреду, повторяет он, качая головой.

– Хён Кук, успокойся, – я провожу ладонью по его щеке.

Он постепенно прекращает метаться по кровати, а частое сердцебиение сменяется спокойным. Я поворачиваю голову в другую сторону и пытаюсь прокрутить все это в голове, но сильная рука, словно лиана, скользит по моей талии, то ослабляя хватку, то снова прижимая к себе. Повернув голову обратно в его сторону, я случайно касаюсь кончиком носа его щеки и на минуту замираю, рассматривая чужое лицо, а затем прикрываю глаза.

– Ты тоже жалок, Чон Хён Кук.

Глава 8

Мягкость матраса, гладкость шелковой простыни, запах мужского парфюма – это ощущается хорошо и приятно. Я нежусь в теплой постели и еще долго не желаю отпускать сон. Моя рука касается чего-то твердого, губы тоже что-то чувствуют, но я не могу понять, что именно.

– Так… неплохо… – до меня доходит какой-то смешок. Я начинаю понемногу приходить в себя и просыпаться. – Еще… – теперь голос стал отчетливо слышен.

Я резко открываю глаза. Моя поза выглядит следующим образом: нога заброшена на чужое бедро, рука гладит чью-то спину, а губами я утыкаюсь в ключицу.

– Черт! – Я резко подрываюсь с места и случайно бьюсь лбом о подбородок парня.

– Бля… ну ты… – раздраженно шипит он, потирая ушибленное место.

– Что ты здесь делаешь?! – я поднимаюсь на локти и испуганно оглядываю помещение.

– Да ладно? – фальшиво ухмыляется он. – Что я, блин, делаю у себя в комнате? – размахивает руками Хён Кук, поражаясь моему сонному состоянию. – Ладно, забей, иди лучше сюда, – он откидывает подушку и тянет меня за ногу на себя.

– Эй, отвали от меня! – Я тут же сбрасываю с себя руки парня и быстро выбираюсь из кровати.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.