Кэт Линн
Когда выйдет солнце…

1.

У высокого забора, который упирался, казалось, в самое небо, в жухлой пожелтевшей траве проклевывались желтые цветы – яркие, весенние, похожие на солнце, которого здесь не видно уже сотни лет. Оно, наверно, где-то и есть, вот только эту землю уже не греет так, как когда-то, когда Мир был прежним. Вечная осень сменялась вечной зимой, холодный и нескончаемый судный век. Век нового Мира, который пытался хоть как-то возродиться, пытался встать с колен, пытался вернуть себе жизнь, но попытки приводили лишь к необъяснимым консервированиям в своем огражденном пространстве. Старый Мир исчез после техногенных катастроф, после ожесточенных войн, которые привели к истреблению большей части населения планеты. Ничего живого на расстоянии в сотни тысяч километров. Люди строили свои новые Миры, строили быт и отгородились друг от друга заборами, боясь повторить войны и катастрофы, боясь, что планета не переживет все снова. Стали ли люди умнее? В чем-то – несомненно. Новые люди создавали новые технологии, даже если это были разработки прежнего мира, позволяющие по шагам, по маленьким шагам, возрождать природу и ее обитателей. Три большие новые цивилизации были отдалены друг от друга, и территории между ними оставались нейтральными. Когда-то был спор за эти земли, и даже были собраны войска, но мудрые правители подписали акт о том, что эти территории так и останутся ничьими. Устраивало это не всех, но соглашение никто не нарушал. Жизнь шла своей неторопливой поступью. Цивилизация Дагмит была второй по величине, но первой по техническому и военному прогрессу. Возглавлял этот Мир глава города Аброн, город занимал больше половины территории и был центром цивилизации. Вся цивилизация Дагмит делилась на корпуса, и люди, представляющие эти корпуса, соответственно делились тоже. Высшим корпусом, после главы, считался корпус Советов, в него входили правовые и судебные советы, совет исполнения и контроля, а также совет по экономическим стратегиям и их исполнению. На ровне с корпусом Советов был корпус Мира, состоящий из военного корпуса, который был нацелен на внешнюю оборону, и корпуса миротворцев, которые занимались внутренней охраной и защитой, но гипотетически этот корпус носил истинно военный характер, поэтому ранг у всех был един, отличались военные и миротворцы лишь цветом формы. Ступенью ниже был корпус Развития, в него входили исследования и разработки, биолаборатории, изобретатели технических бюро и ученые. Все остальные профессии, не касающиеся вышеперечисленных корпусов, не имели определенной принадлежности, они просто считались человеческим капиталом, или ресурсом, как бы унизительно это не звучало. Такое разделение не позволяло выбирать спутника жизни из других корпусов, поэтому ключевую роль в таких делах играли родители, которые заранее подыскивали для своих детей выгодный вариант. Родители так же предрекали выбор профессии для своего чада. В каждом корпусе были свои школы, направленные на выявление у ребенка способностей к наукам, и эти самые школы потом определяли, куда ребенок пойдет дальше – суждено ему пойти по стопам родителей, или стоит заняться чем-то другим. Вполне было возможно вылететь из корпуса, в котором ты родился и жил, в простой человеческий ресурс. Тяжелее было мальчикам. После достижения ими пяти лет, их забирали в корпус Мира, где они воспитывались в военной идеологической школе, и не могли вернуться домой. Кто-то оставался, кто-то переводился в другую школу, если были способности к наукам. Те, кто остался в корпусе Мира, уже навсегда терял связь с родителями. Девочкам было проще, их отдавали в школы при корпусе, где они родились, они жили с родителями. Закончив начальное образование, их распределяли по школам с определенным уклоном, в которых учились уже и мальчики, и девочки. Пробиться в корпус Советов было очень трудно, он был самым престижным и места в нем переходили по семейной линии. Считалось, что у людей из высшего корпуса не могло родиться несмышленых детей. Пост главы так же передавался по наследству, но возглавлять Дагмит мог только мужчина. Глава был идеологическим отцом всей цивилизации, его боялись, его слушались и ему поклонялись. Если кто-то шел против системы – он уничтожался. Если одна составляющая целого механизма давала сбой, значит она становилась угрозой, которую можно было исправить, только удалив ее и заменив на «новую». Однако, такого не было давно, люди были довольны жизнью, и сбой не давал ни один механизм.

Тяжелое серое небо свинцовой тяжестью висело над Аброном. За окном гудели моторы машин, слышались голоса, и даже чьи-то шаги. Мика с тоской смотрела на дверь своей комнаты. В этом пустом и холодном пространстве было до жути неуютно, и почему-то хотелось бежать. Шаги приближались и Мика села на кровати, свесив ноги на холодный пол. Дверь слегка приоткрылась после тихого стука, и в проеме появилось суровое лицо отца.

– Ты еще не встала?

– Встала, пап. – тихо отозвалась Мика и потянулась за плотным комбинезоном, который висел на спинке кровати. Отец лишь кивнул, и его седая голова скрылась из поля зрения. Шаги начали отдаляться. Мика завернулась в одеяло и, подхватив свой комбинезон, поплелась в сторону ванной комнаты.

В гостиной пахло чем-то подгоревшим. Отец сидел за большим столом, уставившись взглядом в экран своего рабочего планшета. Мика села за стол и подвинула к себе чашку травяного чая, который был только что заварен и его аромат приятно щекотал нос. А вот с едой, кажется, были проблемы, потому что на большом блюде лежало что-то черное, которое отбивало аппетит одним только своим видом. Отец отложил планшет и посмотрел на дочь, которая сморщившись ткнула вилкой в почерневший завтрак.

– Это какой-то твой очередной эксперимент?

– Да, вчера в лаборатории выведенные пернатые дали первые яйца.

– Ого! Ты серьезно? – Мика удивленно посмотрела на отца, который с гордостью кивнул.

– Серьезно. К концу года мы построим загон для их массового разведения, можно будет наладить торговый путь. Только пока не выяснили, можно ли разводить их для мяса.

– Все равно это уже большой шаг. – Мика отложила вилку, не рискнув попробовать подгоревший эксперимент отца.

– Да, не спорю. Ты не будешь есть?

– Я не голодна. – мотнула головой Мика, хотя есть хотелось безумно. Отец нахмурился и взял вилку. Мика наблюдала за ним, пока он снимал подгоревший слой с субстанции в тарелке.

– Это вкусно, просто нужно научиться это готовить. Вот, попробуй. – мужчина подцепил вилкой небольшой кусочек блюда, предварительно очистив его от гари, и протянул его дочери. Мика замялась, но потом сняла с вилки поданный ей кусочек жареных яиц. Было вкусно! Вкусовые рецепторы во рту были в явном восторге, ведь такого они не пробовали никогда. Мика раскрыла глаза в приятном удивлении и посмотрела на отца.

– Вкусно!

– А я что говорил? – рассмеялся отец и продолжил снимать вилкой подгоревший слой. Мика тоже схватилась за вилку и начала повторять движения отца. Завтрак прошел весело и сытно.

По пути в лабораторию, где работал отец Мики, они говорили о планах на день. Отец раздавал задания, так как Мика работала с ним, помогала в исследованиях воздуха, почвы и воды. Ее отец был ученым-изобретателем, сейчас работал над очистителями воздуха, которые стояли вдоль заборов на границе, и тем самым позволяли чистить воздух по периметру города. За два года их использования, деревья начали понемногу оживать и даже давали листья, пусть и скудное количество, но все равно это было большим прогрессом. Мика помогала, как могла, но в основном она изучала флору Дагмита, делала зарисовки, собирала образцы и изучала их свойства, находя иногда лечебные, из которых потом делали лекарства. Что касается матери Мики, то она каким-то необъяснимым образом попала в корпус Совета, и не общалась с семьей уже восемь лет. Она ушла, когда Мике было четырнадцать. Отец ничего не говорил об этом, но тоже переживал по этому поводу. Мика пыталась выяснить, как мать сумела пробиться на самый верх, но ответов на свои вопросы так и не нашла. Ей хотелось общаться с мамой, хотелось видеть ее хотя бы иногда, но она была теперь высшей властью и общение просто прерывалось. Интересно, а она сама хотела бы увидеть дочь и мужа? Мика очень хотела верить, что все-таки мама скучает.

Надев белый халат, убрав волосы под косынку, Мика шла за отцом по светлому коридору лаборатории.

– Доктор Хоган! – где-то за спиной раздались чьи-то быстрые шаги. Отец остановился и обернулся, Мика последовала его примеру. К ним подбежал молодой человек из соседней лаборатории, его звали Юстин, и он был старше Мики на три года. Отец давно приметил его для дочери, и Мика это прекрасно знала, вот только не торопилась связывать с кем-то жизнь. Боялась, что разочаруется, что не сможет полюбить, но отцу говорила, что пока не станет полноценным ученым в лаборатории, то не выйдет замуж.

– Юстин? Что-то случилось? – доктор Хоган смерил взволнованного парня взглядом.

– Да, пришли результаты по большой воде. – Юстин посмотрел на Мику, которая с интересом разглядывала его. Он был милым, высоким, худощавым, с темно-русыми волосами, которые были аккуратно зачесаны назад. У него были карие глаза, в которых не было ни капли какой-то злости, грубости, или агрессии.

– Я так понимаю, результаты радуют?

– Да, мы можем пройти в лабораторию, я вам все покажу.

– Я сейчас приду, мне нужно кое-что взять в лаборатории. – доктор Хоган похлопал парня по плечу. Юстин кивнул и слегка улыбнулся Мике, которая тут же смущено отвела взгляд. Мысли о том, что это ее будущий супруг вызывали в ней волнение, ведь Мика никогда не была в отношениях, даже в старших классах. Просто была занята учебой.

Мика вошла вслед за отцом в лабораторию и прикрыла за собой дверь. Отец что-то искал на столе, перекладывая какие-то папки с места на место. Мика молча наблюдала за ним.

– Ты сходишь к периметру? Мне нужны заборы воздуха и почвы у деревьев.

– Да, схожу. – Мика глянула на отца, который лишь кивнул.

– Пап?

– Да. – отозвался он, все еще копаясь на столе. Мика замялась, но потом все-таки заговорила.

– Юстин ведь знает, что он моя пара?

– Конечно. Почему ты спрашиваешь? Надумала вступить в брак? – улыбнулся отец. Мика мотнула головой.

– Нет, пока не надумала. Просто, интересно, если мы все равно будем вместе, то почему он не общается со мной? Только улыбается. Нужно ведь узнавать друг друга, чтобы понять, подходит тебе человек или нет. – Мика заметила, как отец улыбнулся, но промолчал.

– Я разве что-то не так сказала?

– Юстин хороший парень, вы прекрасно подходите друг другу.

– С чего ты взял? А как же любовь?

– Что? Любовь? – доктор Хоган рассмеялся. Мике почему-то стало обидно от такой реакции, а она хотела поддержки и каких-то добрых слов от отца.

– Да, любовь. Ты разве не любил маму?

– Твоя мать предпочла семье положение в обществе, спуталась с кем-то из миротворцев и променяла меня на другого. Разве я могу любить ее? – глаза отца сверкнули злостью, но где-то в их глубине, Мика заметила обиду и горечь, которую он умело маскировал за ненавистью. Мама изменяла ему? Почему он так говорит?

– Она нашла другого мужчину?

– Мика, иди работать. – холодно бросил он. Мика сжала пальцы в кулак и быстро вышла из лаборатории. Почему он ничего не рассказывает? Она разве не заслужила правды?

Мика широкими шагами направилась к своему кабинету, чтобы взять рюкзак и колбы для забора материала. Отец вел себя очень грубо, он редко делился своими чувствами и эмоциями, и от этого Мика чувствовала себя лишней в его жизни. Может, правда, лучше было бы согласиться на брак, чтобы избавить отца от своего присутствия? Обида таилась в душе с того самого дня, как ушла мать, и отец закрылся в себе. Обида на мать тоже присутствовала, но обижаться на нее до ненависти, как это делал отец, она не могла, потому что не знала всей истории. Мика резко остановилась, когда на ее пути возник Юстин, который преградил ей путь.

– Все в порядке?

– Д-да…я просто задумалась. – смутилась Мика, но в глаза парню посмотрела. Юстин мягко улыбнулся и провел ладонью по волосам, он хотел что-то сказать и это что-то его явно волновало. Мика же продолжала смотреть на него, ожидая продолжения диалога или того, что он попрощается с ней.

– Я хотел пригласить тебя поужинать сегодня. В «Катаи» сегодня музыкальный вечер. – Юстин смутился. Мика знала это заведение, она была там несколько раз, этот ресторан-бар отличался разнообразием репертуара – это могли быть небольшие театральные постановки, музыкальные выступления или просто танцы.

– Я пойду. – кивнула девушка и слегка улыбнулась, когда увидела на лице Юстина явное облегчение, он скорее всего ждал отказа.

– Тогда, я зайду за тобой в районе восьми. Отпрошу тебя у твоего отца, конечно. – рассмеялся парень. Мика улыбнулась и обернулась, услышав голос отца, который вышел из своей лаборатории, и говорил уже с кем-то в коридоре.

– До вечера, мне пора, а-то отец будет недоволен.

– Да, конечно. Увидимся. – Юстин закивал. Мика быстро заторопилась вдоль коридора, когда удалось скрыться из поля зрения отца. Она тут же сняла халат и платок, бросив их на стул. Натянув высокие сапоги и плотную куртку, Мика сунула в рюкзак колбы, приборы для забора материалов, аптечку, бутылку с водой, и вышла из кабинета. Дорога до периметра была довольно долгой, служебный транспорт курсировал туда каждый час, поэтому проблем с логистикой не было. Подойдя к пропускному пункту, Мика приложила к считывателю свою карту с чипом, который хранил все данные о ее личности, без этой карты было невозможно передвигаться по городу и вообще всей Дагмите. Когда раздался тихий писк, загорелась зеленая полоска под ногами, створки дверей разъехались в стороны. Мика шагнула вперед и тут же оказалась в зоне периметра города. С обеих сторон теперь были высокие заборы, между ними была дорога, по обочинам которой росли деревья. Живые растения чередовались с искусственными, которые и были изобретением ее отца. Мика бывала тут раз в две недели, иногда и чаще. Забор, который отгораживал город от внешних земель, был под высоким напряжением, чтобы никто даже не пытался к нему приближаться. Все знали, что преодолеть такую преграду и остаться живым невозможно. Мика огляделась и пошла вперед, разглядывая деревья, траву и мелкие камни под ногами. Пройдя немного вперед, она остановилась у одного из искусственных деревьев и заменила на нем несколько съемных листьев, которые и служили емкостью для забора воздуха. Мика сунула их в специальный пакет, плотно закрыв его удобной застежкой, которая создавала внутри вакуум. Пройдя еще несколько метров, она заметила краем глаза что-то желтое у забора в траве, и резко остановилась. Из жухлой травы поднимались мелкие бутоны каких-то цветов. Мика тут же бросилась к забору, чтобы убедить себя в том, что ей не показалось. Она села на колени и начала разгребать завядшую траву пальцами. Пока она усердно расчищала себе пространство для исследования, из кармана выскользнула карта с чипом и предательски скользнула по сырой траве прямо под забор. Мика замерла, проводив свой чип взглядом. Она застонала и опустила руки.

– Нет, нет, нет! – начала мотать головой Мика, понимая, что без карты она не вернется обратно, что на ее восстановление тоже нужно время, если даже ее кто-то выведет отсюда. Почему именно сейчас и под этот забор? Мика хмыкнула и почти легла, чтобы разглядеть, где остановилась ее потеря. Карта лежала прямо под пластинами забора, которые были под напряжением. Как теперь ее оттуда доставать? Мика поднялась на ноги и огляделась в поисках хотя бы палки, чтобы подцепить карту. На земле ничего подобного не лежало, поэтому пришлось разглядывать ветви ближайшего дерева, но они были слишком высоко. Мика смотрела наверх, думая, что делать дальше, когда за спиной что-то щелкнуло. По спине пробежал неприятный холодок. Строгий голос, где-то позади, заставил ее напугаться еще сильнее.

– Стой на месте. Медленно повернись, руки перед собой, чтобы я их видел. – мужской баритон прозвучал слишком грубо. Мика испуганно выставила перед собой руки и развернулась корпусом на голос. Сердце чуть не выскочило из груди, когда почти перед лицом оказалось дуло винтовки. Парень, который наставлял на нее оружие, выпрямился, чтобы понять, кто перед ним стоит. Мика поняла, что это миротворец, так как на нем был белый костюм с соответствующей нашивкой на груди. Парень нахмурился, разглядывая предполагаемую нарушительницу. Мика же разглядывала его – он был высоким, выше ее почти на две головы, крепкий, широкоплечий, с легкой щетиной на лице, с густыми каштановыми волосами, которые непослушно падали на его точеное лицо. Острые скулы выделялись на фоне его сурового выражения лица, а пухлые губы были слегка приоткрыты. Случайные визави довольно долго смотрели друг на друга. Мика боялась даже сделать вдох и ждала, пока незнакомец опустит винтовку, но он, кажется, не собирался этого делать.

– Ты кто? И что тут забыла? – наконец заговорил парень. Мика опешила, но потом громко втянула в себя воздух.

– Я из лаборатории…мне нужно было…чип…мой чип упал, я хотела… – замямлила она, понимая, что не может подобрать слова от страха.

– Внятнее, я задал вопрос. Как зовут? И что ты тут делаешь?

– Я Мика, я работаю в лаборатории, собирала пробы для исследования. – на одном дыхании выдала Мика. Парень немного опустил винтовку, но она все еще была наставлена на девушку.

– Дай мне карту, я проверю.

– Она упала, туда. – Мика кивнула в сторону забора. Парень проследил взглядом по направлению ее кивка, но потом опять вернул взгляд на Мику.

– Куда?

– Под забор. – шепнула она. Парень приподнял бровь. Потом опустил винтовку, закрыв затвор. Мика даже облегченно вздохнула, когда черное дуло перестало быть направлено на нее.

– И что ты думала делать?

– Не знаю, вы сбили меня с толку.

– Показывай, где она? – парень убрал винтовку за спину и шагнул в сторону забора. Мика дернулась вперед, когда он наступил на цветы, которые она еще недавно расчищала.

– Ну, нет!

– Что? Тебе нужна твоя карта или ты собираешься остаться тут насовсем?

– Нужна. – хмыкнула Мика и опустилась на колени, парень тоже опустился рядом с ней и наклонился, заглядывая под забор.

– Есть что-то продолговатое? Палка? Или что-то типа того?

– Нет, я хотела найти, но не успела. Может, я рукой попробую? – Мика посмотрела на миротворца, который нахмурился и уставился на девушку.

– Чтобы в мой обход нашли труп? Ну, уж нет.

– Я аккуратно.

– Отойди, я сам. – он махнул рукой в сторону и снова наклонился к земле. Мика выпучила глаза, когда парень медленно просунул руку в зазор между забором и землей и потянулся за картой. Раздался короткий треск, и парень громко выругался, отдернув руку. Мика инстинктивно схватила его за одежду в области спины и потянула от забора. Парень упал на спину и прикрыл глаза, сморщившись. В его руке была ее карта, а на тыльной стороне ладони зияла кровавая рана. Напряжение прожгло плотные перчатки и вместе с ними кожу. Мика прикрыла рот руками и уставилась на парня.

– Вы как?

– Бывало и хуже. Держи. – парень протянул ей карту. Мика кивнула и забрала свою потерю, посмотрев на окровавленную руку своего помощника.

– Я обработаю рану. – она потянулась за рюкзаком. Парень сел на земле и попытался снять перчатку с раненой руки. Мика достала аптечку и быстро раскрыла ее, доставая оттуда какие-то тюбики.

– Ты всегда носишь с собой аптечку?

– Всякое может приключиться. – Мика пожала плечами и посмотрела на парня, который был сейчас так близко, что казалось, что она чувствует даже исходящее от него тепло. Парень внимательно смотрел на нее, и это продолжалось очень долго. Мика не могла понять такого пристального интереса, пока не поняла, что он заметил ее глаза. Дело в том, что у нее была гетерохромия – ее глаза имели разный цвет – голубой левый и зеленый правый. Это было большой редкостью, все обращали на это внимание, и Мика иногда даже смущалась своей особенности.

– Нужно снять перчатку, иначе я не смогу помочь. – шепнула Мика, смущенно отводя взгляд. Парень кивнул и с трудом, через боль, но снял перчатку, бросив ее рядом с собой на землю. Мика тоже сняла с себя загрязненные перчатки и обтерла руки салфетками из аптечки. Затем, достав бутылку с водой, она аккуратно смыла кровь с раны своего случайного пациента. Парень стойко держался, хотя рана была довольно глубокой.

– Повязки хватит на пару часов, но все равно настойчиво рекомендую обратиться в госпиталь. – Мика нанесла аккуратно мазь на края раны и обернула ладонь мягкой тканью, а потом начала фиксировать бинтом.

– Хорошо, я сейчас же туда поеду.

– Готово. – улыбнулась Мика и посмотрела на парня. Он все еще разглядывал ее лицо, от чего девушка снова смутилась.

– Так что ты делала у забора?

– Увидела цветы. Вы их затоптали. – пожала плечами Мика и начала собирать аптечку. Парень посмотрел в сторону примятой травы, где совсем недавно проходила операция по спасению ее карты.

– Я не знал. Это так важно?

– Да, я никогда не видела цветы вне города, тем более, чтобы они цвели.

– Ты разводишь цветы в лаборатории? – усмехнулся парень и ловко встал с земли. Мика поднялась следом за ним, закинув рюкзак за спину.

– Нет, мой отец изобретатель, это его деревья. Я просто помогаю ему и параллельно с этим изучаю травы, которые могли бы помогать при разных заболеваниях.

– Удивлен, что такая юная особа и уже так умна. – миротворец широко улыбнулся. Мика дернула бровью, не понимая смысла брошенной им фразы, то ли он хотел сделать ей комплимент, то ли наоборот – усомнился в ее умственных способностях.

– Я родилась в семье ученых, чтобы вы знали. Мой прадед изобрел фильтр, который циркулирует и чистит воздух, если бы не он, мы бы не дышали с вами без масок. А мой дед придумал то, что вы держите за спиной. – Мика кивнула на винтовку, которую еще недавно миротворец наставлял на нее.

– Было бы забавно, если бы я пристрелил тебя из оружия твоего деда. – рассмеялся он. Мика фыркнула что-то себе под нос и отвернулась.

– Не дуйся, я шучу. Тебя проводить?

– Нет, я еще не собрала грунт. А вам следовало бы все-таки не затягивать визит в госпиталь.

– Как знаешь, больше не теряй свою карту, а-то я останусь совсем без рук. – усмехнулся миротворец. Мика улыбнулась, сунув руки в карманы куртки.

– Я постараюсь. Все равно спасибо, что помогли.

– Это моя работа. – парень пожал плечами и поправил повязку на руке, которая уже слегка пропиталась кровью.

– Помогать растяпам, вроде меня?

– И это тоже. Кстати, я Кайл. – он протянул ей здоровую руку, на которой была надета белая перчатка. Мика помедлила, но потом быстро пожала его пальцы.

– Мика.

– Рад был помочь.

– Спасибо.

– Удачи, Мика. – улыбнулся Кайл и, подобрав свою окровавленную перчатку, зашагал прочь. Мика еще долго стояла на месте, глядя ему в спину, пока белый костюм не исчез из виду. Этот миротворец показался Мике очень милым и добрым, а еще он был красив, и пахло от него какой-то свежестью. Она нахмурилась и тряхнула головой, пытаясь прогнать ненужные мысли. Ей все равно ничего с ним бы не светило, он – миротворец, он из другого корпуса, и их пути изначально были разведены. Да, о чем она вообще думает? Мика резко развернулась и быстрым шагом удалилась с места недавнего знакомства с человеком из другого корпуса. Она забыла даже о желтых цветах, из-за которых все и случилось.

Мика вернулась в лабораторию и сразу отправилась на поиски отца. Вот только в своем кабинете его не оказалось. Оглядев пустой коридор, Мика подошла к лаборатории, в которой работал Юстин, ведь, скорее всего, и отец был там. Тихонько приоткрыв дверь, она заглянула внутрь. Отец стоял у огромного стола, на котором были расставлены какие-то препараты, а Юстин что-то вносил в рабочий планшет, тыкая в него меленьким стилусом. Мика немного помедлила, но потом вошла. Юстин первым заметил ее и замер. Отец тоже обернулся, когда его помощник перестал его слушать.

– Мика? Ты почему так долго?

– Непредвиденные обстоятельства. – шепнула она, но с места так и не сдвинулась.

– Какие? – не унимался отец. Рассказывать об оплошности с картой и встрече с миротворцем не было желания, особенно при Юстине, который сейчас внимательно разглядывал ее испачканный землей и кровью комбинезон.

– Ничего особенного. Я принесла пробы. – Мика решила сменить тему, чтобы отвлечь отца от дальнейших расспросов.

– Как там деревья?

– Все по-прежнему, без изменений, но я видела цветы.

– Цветы? – отец нахмурился, забирая из рук дочери пробирки с почвой и пакет с листьями.

– Да, мелкие, желтые, их было очень мало.

– Было? Ты сорвала их? – мужчина передал пробы Юстину, который тоже с интересом слушал рассказ Мики.

– Нет, я случайно их затоптала…

– Затоптала? Да, как? – отец был явно недоволен такими новостями, но говорить ему правду не хотелось.

– Да, так вышло. Я хочу завтра вернуться туда и взять на исследование то, что там осталось, если ты позволишь. – Мика смутилась, отец вздохнул и кивнул, промолчав. Юстин все еще разглядывал ее, будто что-то знал.

– Я пойду.

– Ступай. – отмахнулся отец и снова вернулся к столу. Мика поспешила уйти. Когда она оказалась в своем кабинете, то тут же скинула куртку и сапоги, пошевелив, затекшими от узкой обуви, пальцами ног. Хорошо, что отец был занят работой, и они смогли избежать разговоров о сегодняшнем походе к периметру, иначе пришлось бы рассказать правду. Мика достала из рюкзака аптечку и задумчиво посмотрела на нее, вспомнив вдруг о миротворце, который плотно засел в ее голове. Разве так бывает? Резко отодвинув в сторону аптечку, она зажмурилась, будто хотела забыть то, что видела сегодня, и кого видела. Хотелось верить, что это был просто сон, и он вот-вот закончится.

Мика стояла у зеркала и смотрела на свое отражение. На лице был легкий румянец, но она не понимала от чего, то ли от предстоящей встречи с Юстином, то ли от того, что она впервые после школьной скамьи надела платье, а может и вовсе от нового и непонятного чувства, которое заставляло сердце стучать в груди сильнее обычного. Коснувшись своих горевших щек, она прикрыла глаза, стараясь прогнать нахлынувшее волнение, вот только сделать это было сложнее, чем казалось на первый взгляд. Мика взяла теплое пальто и вышла из комнаты. Отец с любопытством оглядел дочь с головы до ног, но ничего не сказал, только улыбнулся самыми уголками губ, что означило одобрение ее внешнему виду.

– Скажи хоть что-нибудь. – не выдержала Мика, обернувшись на отца.

– Когда ты вернешься?

– Думаю, не поздно.

– Завтра много работы, помни об этом. – отец опустился в кресло и взял свой планшет, в котором были его разработки, и он мог заниматься ими допоздна. Мика усмехнулась, ведь кроме работы в его голове не было ничего.

– Ты не даешь мне об этом забыть. Надеюсь, Юстин не будет доставать меня разговорами о лаборатории.

– Вот и проверишь, ты же хотела узнать человека прежде, чем связывать с ним жизнь. – буркнул отец. Мика надела пальто и глянула на часы, Юстин должен был заехать за ней, но пока его не было. Находиться наедине с отцом не хотелось, и она вышла на улицу. Было темно и прохладно, влажный липкий туман стелился по узким улочкам города. Людей не было, машин тоже. Фонари тускло, но старательно, освещали населенные районы, в которых в основном и кипела жизнь. Мика поежилась и шагнула в сторону дороги, надеясь именно там встретить Юстина. Пройдя несколько метров, она свернула на оживленную улицу. Тротуары были огорожены высокими бордюрами, вдоль которых были протянуты световые указатели. Мика остановилась у яркой витрины магазина и посмотрела на свое отражение в стекле. Она вдруг поймала себя на мысли, что хочет вернуться в периметр. Приблизившись к холодному стеклу, Мика раскрыла губы, ее горячее дыхание соприкоснулось с глянцевой поверхностью, оставляя на стекле небольшое запотевшее пятно. Холодным пальцем она коснулась стекла и написала букву «К», но потом быстро стерла ее одним касанием ладони. Мика отпрянула от витрины, понимая, что слишком часто думает о том миротворце, которого встретила сегодня. Ее мысли прервал голос Юстина, который раздался где-то слева, Мика тут же обернулась.

– Мика!

– Привет.

– Ты почему не дождалась? – Юстин слегка улыбнулся, подойдя ближе.

– Просто, хотела пройтись.

– Едем? – Юстин указал рукой в сторону своей машины, которая стояла неподалеку. Мика кивнула, но ничего не ответила. Почему-то не хотелось ехать с ним никуда, но она ведь не может взять просто так и отказаться сейчас, это было бы неприлично, да и обижать Юстина не хотелось.

«Катаи» был наполнен почти до последнего столика. Играла живая музыка, кто-то даже танцевал. Мика позволила Юстину помочь ей снять пальто, и поправила платье, разгладив юбку. Парень смерил ее взглядом и улыбнулся, явно оценив ее внешний вид. Приложив поочередно карты к считывателю, который протягивал им администратор на входе в ресторан, они прошли к столику. Карта с чипом позволяла отслеживать каждое передвижение по городу, даже такую мелочь, как посещение ресторана. Это было удобно, ведь человек мог доказать, где он был и когда, если вдруг возникали какие-то вопросы. Когда принесли ужин, Юстин улыбнулся.

– Я рад, что ты согласилась прийти сюда со мной.

– Спасибо, что пригласил, находиться с отцом дома в последнее время мне некомфортно. – пожала плечами Мика, глянув на своего визави.

– Почему? Из-за работы?

– Наверно.

– Просто, твой отец на пороге важного открытия, ты же знаешь.

– Я так понимаю, анализ воды превзошел ожидания? – усмехнулась Мика, понимая, что разговоров о работе сегодня ей не избежать и здесь. Юстин улыбнулся и кивнул, принимаясь за еду.

– Более чем.

– Я рада. Если уж мы заговорили о работе, то я хотела попросить у тебя опоры для парников, мне нужно буквально штуки три-четыре.

– Зачем тебе? – Юстин глянул на девушку. Мика вытерла губы салфеткой и улыбнулась.

– Хочу отгородить место, где нашла сегодня цветы.

– Думаешь, они продолжат расти? – Юстин, кажется, отнесся скептически к этой идее с цветами.

– Я бы хотела понаблюдать. Так ты поможешь?

– Конечно, утром зайди ко мне.

– Спасибо. – Мика улыбнулась и продолжила ужин. Почти весь ужин они говорили о работе, эти разговоры утомляли, но Мика не подавала вида. Юстин очень напоминал ей отца. Может поэтому ей в пару отец выбрал именно его?

Беседа проходила натянуто, Юстин говорил только о работе, чем вызывал в настроении Мики лишь тоску. Она почти все время молчала, слушая его рассказы, и ей безумно хотелось поехать домой. Скуку прервала группа парней, которая громко ввалилась в заведение. Это были миротворцы и военные – Мика узнала их по форме. Юстин заметил ее пристальный взгляд и тоже посмотрел в сторону веселой компании.

– Не думала, что корпус Мира так весело развлекается. – буркнула Мика, видимо поняв немой вопрос Юстина, который посмотрел на нее.

– А что в этом удивительного? Они тоже люди. – улыбнулся парень.

– Я и не удивляюсь. – Мика дернула плечами и смущенно отвела взгляд от Юстина.

– Просто, ты так внимательно на них смотрела.

– Они очень громкие. – Мика слегка улыбнулась и снова посмотрела на веселую компанию. Сердце на мгновение будто перестало биться, когда она заметила среди гостей Кайла, который присоединился к компании буквально пару минут назад. Что за странный день сегодня?

– Если хочешь, мы можем уйти, если тебе некомфортно. – Юстин снова глянул на миротворцев.

– Нет, все хорошо. А ты тоже учился в корпусе Мира?

– Да, но потом во мне заметили способности к наукам, и я попал в школу при корпусе Развития, откуда меня и забрали. – пожал плечами Юстин.

– Ты рад, что вернулся?

– Да, наверное. Думаю, что всем нужны родители, так проще расти, во всех смыслах. Миротворцам и военным я не завидую, мне даже жаль их, но кроме тех, кто потомственные военные.

– Но их ведь мало. – Мика улыбнулась.

– Да, тут ты права, но они есть и им суждено быть военными, даже если они не созданы для этого, и это самое печальное. – Юстин снова пожал плечами и посмотрел на Мику, которая все еще наблюдала за группой миротворцев.

– Не жалеешь, что не остался там? Был бы сейчас в высшем корпусе.

– Не жалею, у каждого из нас свое место в этой жизни. Так зачем гнаться за тем, что тебе не принадлежит? – улыбнулся он. Мика промолчала, но потом продолжила ужин, не желая больше говорить о других корпусах, да и смотреть в их сторону тоже не хотелось. Юстин заметил, что настроение собеседницы изменилось, он глянул на часы, а потом на девушку.

– И все-таки, предлагаю поехать домой, вижу, что ты уже устала.

– Ты не обидишься?

– Нет, конечно. Что за глупости?

– Хорошо. Отвезешь меня? – Мика улыбнулась. Юстин кивнул и встал из-за стола, протягивая ей руку, чтобы помочь подняться. Мика приняла его руку и пошла за ним к выходу. Пока Юстин отошел расплачиваться за ужин, она стояла у входа и смотрела на компанию миротворцев, которые весело что-то обсуждали. Кайл молчал, лишь улыбался. Вдруг он обернулся. Их взгляды снова встретились, как сегодня днем, и это не было мимолетно. Кайл, кажется, был удивлен такой встрече. Мика отвела взгляд, когда к ней подошел Юстин и помог ей надеть пальто. Все это время Кайл наблюдал за ними, пока пара не скрылась за дверью заведения, выйдя на улицу. Мика чувствовала, как сильно стучит ее сердце, как все внутри трепетно волнуется. Что с ней? Она не понимала, потому что никогда ничего подобного не чувствовала.

2.

В лаборатории с самого утра была какая-то странная суета, еще вчера все сидели по кабинетам и просто работали, а сегодня в коридорах было не протолкнуться. Мика удивленно протиснулась к кабинету отца и вошла внутрь. Отец был не один – с ним были несколько лаборантов, и три человека из корпуса Мира, как поняла Мика по их форме. Что происходит? Все присутствующие в кабинете одновременно обернулись к девушке, которая стояла у двери, не решаясь даже поздороваться.

– Мика, выйди. – строго бросил отец. Мика опешила, но потом быстро выскочила из кабинета. Кто-нибудь объяснит, что тут происходит? Она постучала в дверь лаборатории, в которой работал Юстин и прислушалась – было тихо. Но потом она все-таки приоткрыла дверь.

– Юстин?

– Мика? Проходи! – махнул Юстин, удаляясь в самый конец лаборатории. Мика быстро подошла к нему.

– Что-то случилось? Почему тут военные?

– Не знаю, сегодня ночью сработала тревога в порту, но подтвержденного вторжения нет. Может, просто хотят подстраховаться.

– Что? Тревога?

– Кажется, да. – Юстин пожал плечами. Он был спокоен и, судя по всему, не верил, что все серьезно. Может, так оно и было, а Мика зря себя накручивает?

– Ты пойдешь в периметр? Не передумала? – Юстин быстро решил сменить тему, чтобы не углубляться в произошедшее событие в порту.

– Да, ты дашь мне опоры?

– Да, идем. – он кивнул и скрылся в подсобном помещении. Мика юркнула за ним. Когда они остались наедине в темном замкнутом пространстве, она вцепилась в халат Юстина, чтобы ненароком не упасть. Парень рассмеялся и нащупал кнопку, которая включала освещение. Неяркий свет разлился по подсобке, и Мика тут же отпрянула от Юстина.

– Могла бы подождать снаружи, если так боишься.

– Хотелось посмотреть, что ты тут хранишь. – улыбнулась Мика, когда Юстин обернулся. Они стояли очень близко друг к другу, чувствовалось даже дыхание. Мика подняла лицо и поймала взгляд больших карих глаз, которые с интересом изучали ее. Юстин немного наклонился и его нос коснулся кончика ее носа. Мика замерла, не понимая, как реагировать на эту близость.

– Тебе лучше подождать меня в лаборатории. – шепнул Юстин, громко выдохнув. Мика закивала и быстро удалилась из маленькой подсобки. Сердце гулко колотилось в груди, а щеки пылали от смущения. Юстин хотел поцеловать ее? Но почему не сделал этого? Мика закусила губу и зажмурилась. Ее мысли прервал Юстин, который вернулся в лабораторию.

– Вот, тут пять штук, если не хватит, то есть еще. – он протянул ей мягкий мешок с опорами для парников. Палки были аккуратно перемотаны между собой, и размером были около метра.

– Думаю, что хватит. Спасибо. – улыбнулась Мика, забирая из его рук такие необходимые предметы.

– Надеюсь, твои цветы выжили.

– Я зайду к тебе, когда вернусь. – смутилась Мика. Юстин улыбнулся и кивнул.

– Буду рад.

– Тогда, я пойду?

– Конечно. – шепнул Юстин, пристально глядя на девушку. Мика смутилась еще сильнее, но потом молча вышла из лаборатории.

Выйдя в периметр, Мика огляделась. Как и всегда, тут было тихо. Немного влажный воздух давил, мешая дышать легко. Пройдя наугад несколько метров, Мика отошла в сторону забора, чтобы не пропустить притоптанную землю, ориентиром так же служило большое дерево, которое росло совсем рядом. Мика заметила под ногами бурые пятна и посмотрела вправо, да, это то самое место, а эти пятна – кровь Кайла, руку которого вчера она здесь перевязывала. Бросив на землю куртку, Мика села на нее, ближе подобравшись к притоптанным цветам, и разложила инвентарь, который принесла с собой. Нерасторопно выполняя свою работу, Мика думала о том, что сказал ей Юстин о сегодняшней тревоге, и о том, кого увидела в кабинете отца. Почему они пришли к нему? Отец ведь не вел военные разработки, этим занимались совсем другие лаборатории и производства. Что-то тут точно было не так. Мысли прервал шум чьих-то шагов, которые приближались, и она резко обернулась на их звук. Сердце пропустило удар, когда Мика увидела перед собой Кайла, который остановился в паре шагов от нее и смотрел сверху вниз.

– Вот, это встреча. На случайность мало смахивает, это уже какая-то закономерность. – усмехнулся он и перевел взгляд на притоптанные им цветы.

– Как ты сюда попала? Сегодня периметр закрыт. – Кайл снял с плеча винтовку и поставил ее на землю рукоятью, оперев о ствол дерева. Мика почему-то не знала, как с ним себя вести, ей хотелось вообще с ним не говорить, но он ведь задал вопрос.

– Просто вошла, как и вчера. Я могу уйти, если не должна тут находиться. – Мика начала убирать инструменты в рюкзак. Кайл вздохнул и сел на траву возле дерева рядом со своим оружием.

– Работай, раз уж начала. Потом выведу тебя, сама не сможешь.

– Спасибо. А что случилось?

– Ничего особенного, просто проверка. – Кайл явно что-то недоговаривал. Наверняка, это тоже из-за ночной тревоги.

– Я слышала, что сегодня сработала тревога, в лабораторию пришли военные. – Мика покосилась на Кайла. Парень пожал плечами, но потом отвернулся.

– Я ничего не знаю, я был в корпусе, когда это произошло, мне тоже пока ничего не известно.

– На город кто-то напал?

– Нет, никого не было за забором. Я тут навел о тебе справки. – Кайл внимательно посмотрел на девушку. Мика замерла. Зачем ему это? Или он просто решил убедиться, что она не планировала побег вчера?

– Доктор Хоган твой отец?

– Да, он мой отец. – Мика схватила опоры, которые дал ей Юстин и начала их устанавливать. Кайл усмехнулся, и эта усмешка была какой-то недоброй.

– А твоя мать пробилась в Совет?

– Да. – коротко ответила Мика, понимая, что больше по этой теме она не знает ничего, а вот Кайл, кажется, что-то знал.

– И как ты считаешь, она правильно все сделала?

– Смотря, что? То, что бросила нас или то, что пробилась наверх?

– Пробилась? Все знают, каким местом она получила эту должность. – рассмеялся Кайл. Мика замерла. О чем он?

– Что? Я не прав?

– Я не знаю всей истории, поэтому не могу быть объективной. – буркнула Мика и продолжила работу.

– Как это не знаешь? Она же твоя мать, а ты не знаешь, как она пробилась туда, где находится? – Кайл был удивлен и это было правдой, он точно не притворялся.

– Нет, не знаю. Отец не говорит со мной на эту тему.

– Вот как. А как же слухи? Об этом говорили долго, да и сейчас поговаривают.

– Ничего не слышала. – Мика посмотрела на собеседника, а потом взяла планшет, чтобы сфотографировать место, где остались притоптанные цветы.

– Я удивлен, что ты не знаешь о своей матери.

– И что говорят? – Мике было интересно, и она это даже не скрывала, ведь отец ей точно ничего не расскажет.

– Говорят, что она завела интрижку с одним из глав миротворцев, он помог ей получить место в Совете, а потом она его бросила и нашла покровителя посерьезнее. – Кайл наблюдал за реакцией Мики на свои слова. Девушка замерла, но потом снова продолжила свое занятие. Что творилось в ее душе, было сложно описать простыми словами. Мика не верила, что мать способна на такое, ведь она всегда была для нее примером.

– Ничего не скажешь на это?

– Мне нечего ответить. – шепнула Мика. Кайл вздохнул и подался немного вперед, а потом шепнул.

– Хочешь еще одну тайну своей матери?

– Нет. – Мика резко обернулась, уперев в парня серьезный взгляд.

– Ты должна знать, что твою мать подозревают в измене цивилизации.

– Что? – Мика выпучила на него глаза. Кайл улыбнулся и вернулся в исходное положение, наклонившись спиной на ствол дерева.

– Что слышала. Мой отец один из главнокомандующих в корпусе, слышал от него, что в Совете завелась большая крыса, которая хочет свергнуть власть.

– А при чем тут моя мать?

– Не знаю, я говорю то, что слышал. – Кайл пожал плечами и скривил губы.

– Это просто слухи. – Мика начала складывать в рюкзак инструменты, ей почему-то не хотелось больше слушать рассказы Кайла, особенно в таком ключе.

– Возможно, но ты должна понимать, что если это правда, то начнут подозревать твоего отца, и тебя, и тех, кто остался в вашем корпусе, кто хоть как-то с ней связан.

– Поэтому вы навели обо мне справки? – Мика внимательно смотрела на парня. Кайл развел руки в стороны и улыбнулся.

– Прости, это профессиональный интерес, ничего личного.

– Мне пора. – бросила Мика, поднимаясь с места. Кайл тоже встал, прихватив свою винтовку.

– Идем, я тебя выведу. – он вдруг замер. За забором послышались шаги и голоса. Мика не успела понять происходящее, как вдруг Кайл схватил ее за руку и потянул за собой. Он припечатал ее тело к стволу дерева, у которого сидел недавно. Мика ахнула, почувствовав боль в спине от такого резкого удара о твердую поверхность. Кайл стоял вплотную, вжимая ее в дерево своим телом. Его глаза сузились, и он настороженно вглядывался в зазор между пластинами забора. Мика боялась даже вдохнуть. Она смотрела на него снизу-вверх, а ее грудь упиралась в его торс. Эта странная близость вызывала в ней какой-то необъяснимый трепет, внутри будто распускался большой цветок, а его лепестки задевали самые нежные и неизведанные уголки ее души. В животе вдруг что-то налилось и потянуло. Мика вспыхнула от осознания того, что ей нравится быть близко к его телу. Кайл посмотрел на девушку и поймал на мгновение ее потерянный взгляд.

– Кто это? – шепнула Мика, пытаясь не думать о своих ощущениях.

– Кажется, люди из Ссетрата, если я правильно расслышал их акцент. – тихо ответил Кайл, снова переводя взгляд на забор. Ссетрат? Это ведь соседняя цивилизация. Что они тут делают так близко к забору Дагмиты?

– Что они делают?

– Тише, стой тут, только ни звука. – строго бросил Кайл, отстраняясь от нее. Мика почувствовала пустоту, когда он отошел в сторону. Голоса незваных гостей удалялись, но тут раздался громкий треск и чей-то протяжный вопль. Мика дернулась в сторону, чтобы убедиться, что это не Кайл кричал. Нет, это был кто-то по ту сторону забора. Кажется, гости из Ссетрата задели забор. Переполох по ту сторону забора постепенно стих. Кайл вернулся к Мике, и достал рацию.

– Тебе нужно уходить.

– Что происходит? – Мика с ужасом начала оглядываться.

– Не знаю, мне нужно сообщить о случившемся командиру. Идем, я тебя проведу в город. Никому ни слова об уведенном. Поняла? – Кайл схватил ее за плечи, больно сжав их пальцами. Мика лишь кивнула, понимая, что и сам Кайл не до конца понимает, что тут произошло. Он сказал в рацию, что нужна подмога и назвал координаты периметра, где все случилось, а потом подхватил рюкзак Мики и зашагал в сторону пропускного пункта. Мика поспешила за ним, чтобы не отстать. Это все пугало, особенно то, что в этом может быть замешана ее мать.

В лаборатории было уже привычно тихо, когда Мика вернулась из своего очередного приключения. По-другому свой выход в периметр она не могла назвать, особенно второй день подряд. Ее все еще трясло от непонимания того, что происходит. Переодевшись в белый халат, Мика снова пошла к отцу, чтобы узнать, что хотели военные, и что вообще происходит в Аброне. Дверь в лабораторию была закрыта. Немного постояв под дверью, Мика пошла к Юстину. Его она застала на прежнем месте, как и утром, он сидел за столом и что-то быстро печатал, его пальцы ловко жали на кнопки клавиатуры. Рядом с ним сидела Агнес, такая же девушка-лаборант, как и Мика, да и учились они вместе. Не сказать, чтобы между ними была дружба, но общались они довольно часто и были друг другу интересны. Мика улыбнулась, ведь Агнес давно не было видно в лаборатории, так как она проходила какое-то дополнительное обучение.

– Привет. Ты вернулась?

– О, Хоган, я тебя потеряла. – Агнес ухмыльнулась своей лукавой улыбочкой, смерив девушку заинтересованным взглядом.

– Спросила бы Юстина, он знал, где я. – Мика глянула на Юстина, который лишь улыбнулся.

– Как у тебя дела? Вы еще не поженились? – Агнес широко улыбнулась, когда Мика смутилась, выпучив на нее глаза. Юстин тоже опешил, но потом продолжил работу, так ничего и не сказав.

– Все хорошо. А вы не видели моего отца? – Мика не хотела развивать тему личных отношений. Юстин поднял на нее лицо.

– Уехал еще утром, ничего не сказал.

– С военными? – замерла Мика. Агнес нахмурилась, явно не понимая, о чем идет речь.

– Кажется, да.

– Он точно ничего не говорил? Когда вернется?

– Нет, он просто дал задания и уехал.

– Странно. – Мика осела на ближайший стул, тяжело вздохнув. Что если Кайл был прав и отца забрали из-за матери? Что если его там допрашивают, или еще что-то? Мысли одна за одной начали сменять друг друга.

– Мика?

– Что? – она резко обернулась на голос Агнес, которая села рядом.

– Пойдем? Нужно поработать.

– Да, конечно. – Мика кивнула и поднялась со стула, сразу направившись к двери. Юстин остался в лаборатории, а девушки вышли в коридор. Агнес тут же остановила Мику и внимательно вгляделась в ее лицо.

– Что с тобой? Ты какая-то взволнованная. Это из-за отца?

– Да, я почему-то боюсь, что военные не просто так тут были.

– Это просто тревога, такое бывает. – Агнес пожала плечами, скривив губы.

– На моей памяти такого вообще не было. Как думаешь, нам расскажут, что там произошло? – Мика двинулась в сторону своего кабинета, Агнес заторопилась за ней.

– Я думаю, что твой отец тебе точно расскажет, а я спрошу у своего, он ведь как-никак военный разработчик.

– Ты ведь мне расскажешь, если узнаешь что-то интересное?

– Конечно. – Агнес улыбнулась, посмотрев на задумчивую коллегу. Мика ничего не ответила, только кивнула.

В доме было тихо, даже слишком. Отец так и не вернулся, хотя давно должен был. Мика лежала на кровати поверх одеяла и смотрела в потолок. Она даже не переоделась, ей почему-то хотелось сбежать из дома. Что происходит и почему отец так внезапно понадобился военным? Неужели та тревога как-то связана с разработками отца в порту? Но ведь это просто фильтры для воды! В голове не укладывалось ничего. Мика не чувствовала себя такой потерянной никогда, не считая, конечно, времени, когда ушла мать. В окно вдруг что-то тихо ударило, и девушка замерла, прислушавшись. Наверно, ей показалось, или вовсе начался дождь. Звук повторился снова, на этот раз звонче, кто-то что-то бросал в ее окно. Мика села на кровати и посмотрела в сторону окна. В стекло тут же прилетело снова. Встав с постели, она все-таки подошла к окну. Внизу стояла уже знакомая фигура в белой форме – это был Кайл. Мика удивленно уставилась на него, не веря своим глазам. Парень поднял руку, заметив в окне силуэт. Что ему понадобилось, и как он вообще нашел ее? Мика распахнула створку окна и высунулась наружу. С высоты второго этажа она прекрасно видела лицо Кайла, на котором расплылась улыбка.

– Что ты тут делаешь? – не выдержала Мика.

– Ого, да мы, наконец, окончательно перешли на «ты». – рассмеялся Кайл, бросив на землю несколько мелких камней, которые были предназначены для ее окна.

– Спустись, надо поговорить. – он не дал ей ответить. Мика опешила, внимательно вглядываясь в его лицо.

– О чем?

– Просто, спустись. Я не буду кричать на весь ваш район.

– А если я откажусь? – Мика от чего-то боялась его, особенно сейчас, когда отца нет дома. Кайл закатил глаза и громко выдохнул.

– Тогда, мне придется воспользоваться своим положением и войти самому. Давай, ты просто выйдешь, чтобы я не прибегал к грубости. Хорошо?

– Сейчас выйду. – пробурчала Мика и быстро закрыла окно. Другого варианта не было – нужно выйти, и она это прекрасно понимала, ведь перечить миротворцу было бы явно лишним. Кайл стоял возле угла дома, наклонившись плечом на стену и смотрел куда-то вперед. Мика проследила за его взглядом и заметила два белых пятна на соседней улице – это тоже были миротворцы. Наверняка, они делают обход, если ходят по несколько человек.

– Я слушаю. – Мика встала рядом с парнем и посмотрела на его задумчивое лицо. Кайл тут же перевел на нее взгляд.

– Отойдем?

– Говори здесь. – девушка сложила руки на груди, показывая тем самым, что не готова с ним куда-то идти, да еще так поздно.

– Ты хочешь, чтобы тебя увидели в компании миротворца? Или услышали, о чем мы говорим?

– Мне все равно, я никуда с тобой не пойду. – Мика посмотрела в сторону других миротворцев, которые уже скрылись из виду. Кайл выпрямился, он выглядел очень большим и устрашающим. Мика даже непроизвольно сжалась, но все еще горделиво смотрела на него.

– Я просто хочу поговорить. Будь добра, пройти со мной.

– Почему я должна тебе верить?

– Какая ты все-таки… – Кайл не договорил. Он схватил ее за локоть и потянул за собой. Мика пыталась вырваться, но от сопротивления становилось еще больнее, поэтому пришлось идти за ним. Кайл втащил ее за забор заброшенного спортивного корта и усадил на ближайшую скамью. Мика потерла локоть и посмотрела на парня исподлобья.

– Мне больно.

– Ты сама напросилась. Выслушаешь меня?

– А у меня есть выбор?

– Его и не было. – Кайл сел рядом и огляделся. Мика выжидающе смотрела на него, но он отчего-то молчал, будто хотел убедиться, что они действительно одни.

– Ты, вроде как, хотел поговорить. – не выдержала Мика и нахмурилась, сложив руки на груди. Кайл внимательно посмотрел на девушку, но потом неловко провел ладонью по волосам, этот жест и выдал его волнение.

– Да. Я для начала хотел извиниться. – он говорил тихо, будто это было какой-то тайной, и никто не должен был ее узнать, даже сама Мика, для которой и были припасены эти извинения.

– Что? – она не совсем понимала, почему он решил просить прощения, да и за что, тоже было не совсем ясно.

– Хочу извиниться за свои слова, которые говорил сегодня о твоей матери, я не хотел тебя задеть. Правда. – Кайл, кажется, не лукавил и говорил искренне. Мика выпучила на него глаза.

– С чего ты взял, что меня это задело?

– Видел, как ты отреагировала.

– Моя мать ушла восемь лет назад. Я не знаю, как она сейчас выглядит, как ведет себя, кем она стала в Совете и как, меня это мало интересует. – Мика отвела взгляд в сторону, понимая, что Кайл прав и ее задели его слова, но показывать этого она не хотела.

– Говори, что хочешь, но я все равно должен извиниться.

– Хорошо, я принимаю твои извинения. Все?

– Не совсем. – Кайл снова огляделся. Его рация затрещала и раздался грубый сдавленный голос, который прерывался перебоями на линии, превращая некоторые слоги в шум. Мика смогла расслышать координаты их района и что все чисто. Кайл ответил, что вернется в пункт сам, и что у него тоже все в порядке.

– Что вы делаете в этом районе?

– Просто обход. То, что случилось в периметре, надеюсь, ты никому не рассказала? – Кайл пристально смотрел на нее. Мика мотнула головой, понимая, что он переживает из-за той информации, которую она случайно узнала. Значит, это было важно, и что-то точно не так.

– Нет, ты же сказал, молчать.

– Точно?

– Да. И кому я должна была это говорить? Отцу? Но его забрали ваши военные, и он до сих пор не вернулся. – возмутилась Мика, сейчас ее задело то, что Кайл сомневается в ее умении хранить секреты.

– Знаю. Но ты могла рассказать своему парню, или кто он тебе, я не знаю. – Кайл пожал плечами, все еще не отводя от нее взгляд.

– Кому?

– Ну, тот парень, с которым ты была в «Катаи».

– Ему я ничего не говорила. – Мика снова отвернулась. Щеки от чего-то горели, будто ее сейчас застукали за чем-то непристойным, но ей просто не хотелось говорить с Кайлом о своей личной жизни, которая была давно предрешена.

– Так кто он? Твой парень? – не унимался Кайл. Ему, правда, это интересно? Но почему?

– Нет, он мой будущий муж. – Мика быстро глянула на своего нового знакомого, и снова отвернулась.

– Вот, как. – улыбнулся Кайл. Кажется, его это позабавило.

– Ты пришел говорить об этом?

– Нет, просто интересно.

– Раз так, то я удовлетворила твой интерес? – Мика обернулась на парня и заметила в его глазах какие-то странные искорки, он с любопытством разглядывал ее лицо, будто видел впервые.

– Вполне.

– Вот и отлично. Теперь, может, ты расскажешь, зачем все-таки пришел? Не поверю, что просто извиниться и спросить, не разболтала ли я кому-то о гостях за периметром.

– Если честно, за этим и пришел. – Кайл пожал плечами и поправил винтовку за спиной. Мика усмехнулась, посмотрев на парня.

– Тогда, можно спрошу я?

– Если ты о своем отце, то я ничего не знаю, кроме того, что его вызвали в Совет из-за тревоги в порту.

– А при чем тут мой отец?

– Там его разработки, а значит и говорить с ним. Нужно же установить, что стало причиной сработавшей тревоги. Следов проникновения не нашли, по крайней мере по суше, теперь твой отец должен проработать варианты, которые могли спровоцировать опасность.

– Его поэтому так долго не отпускают?

– Думаю, да.

– Или его в чем-то подозревают? – Мика прищурилась, пытаясь понять правду ли говорит ей Кайл, или просто хочет успокоить.

– В чем? В запуске тревоги? Но его же не было в порту в это время, он был дома, насколько я знаю.

– Да, он никуда не уходил со вчерашнего вечера. – Мика мотнула головой, ведь вчера она говорила с отцом, когда вернулась домой, и он был спокоен и собирался спать.

– Вот, какие тогда могут быть подозрения. Если только у твоего отца есть недоброжелатели, которые хотят его подставить. Ну, или вариант с большой крысой из Совета, другого смысла поднимать тревогу, я не вижу. – Кайл скривил губы и взял рацию, которая снова затрещала. Голос в динамике раздался слишком громко, и Мика даже вздрогнула. Голос сообщил о тревоге в порту, и Кайл тут же соскочил со своего места. Мика замерла от страха, а по спине пробежал неприятный холодок.

– Мне пора. Ты ничего не слышала и не видела, меня в том числе. – Кайл сунул рацию в нагрудный карман и быстро зашагал в ту сторону, откуда они пришли. Мика удивленно смотрела ему в спину, не совсем понимая, что происходит. Снова тревога, и снова в порту? Это уже не случайность.

Когда Кайл скрылся за домом, Мика рванула следом за ним. Протиснувшись в узкий проулок, она медленно двинулась в сторону порта, ведь, наверняка, миротворцы поехали именно туда. Вот только Мике пришлось идти пешком, а не ехать, в отличии от них, на машине. Вскоре она потеряла из виду внедорожник миротворцев и смогла выйти на широкую улицу. Было темно, только редкие фонари подавали иногда свой светлый «привет». До порта было довольно далеко, ноги уже ныли от узких сапог, и Мика даже на пару минут остановилась, чтобы отдышаться. Шла она долго, плутая между улицами уже засыпавшего города. Она понимала, что может уже никого не застать в порту, что не услышит уже ничего интересного. Когда порт показался где-то внизу возвышенности, на которой располагался город, Мика остановилась. Она была когда-то здесь с отцом, и знала тропинку, которая пролегала среди голых пожелтевших деревьев. Туда-то девушка и направилась, чтобы на главной дороге не встретить никого. Тропа стала круче, особенно на спуске, с корнями деревьев, которые торчали из земли будто растущий на глазах забор. Мика запиналась о них, но настырно шла вперед. Вот уже отчетливо стал слышен шум волн, которые бились о неровные берега. Мика юркнула к высокому забору, за которым было море и прошла вдоль каменного ограждения в сторону построек – небольшие каменные бараки, которые еще не до конца были достроены, в них планировалось развернуть лаборатории, а потом и возвести само здание порта. Мика прислушалась, кроме шума волн не слышно было ничего, будто и тревоги-то никакой не было. Было пугающе тихо. Вдруг раздался протяжный свист, затем глухой всплеск, а потом все, как в замедленной съемке. Мика поняла, что это взрыв. Огромный водяной гриб возвысился над морем, в секунду рухнув вниз, с оглушающим гулом. Страх сковал тело. Мика понимала, что нужно бежать, что через пару минут вода будет здесь, зная ее свойства и силу взрыва. Девушка побежала в сторону леса, чтобы подняться хотя бы на какую-то высоту. Все произошло так быстро, что она не поняла, как смогла мгновенно сорваться с места, но она бежала, чувствуя, как тело само несет ее вперед, вопреки физике и возможностям, но этот бег был недолгим. Внезапно ее будто кто-то схватил за ноги и поволок назад – это была вода. Огромная волна повалила забор, выбила окна в зданиях, смыла крыши, разломала стены, оголяя арматуру, на которой они держались. Мика трепыхалась, с головой поглощенная водой, пытаясь вынырнуть и не захлебнуться. Все было тщетно – вода держала крепко. Мика барахталась, а волна с огромной скоростью уже отливала назад, катясь вниз по склону. Тело девушки с обломками и мусором несло в сторону моря, и выбраться из плена этого цунами она не могла. Внезапно ее тело впечаталось во что-то твердое. Было безумно больно, особенно где-то в левом боку, его будто что-то проткнуло. Мика закричала от боли, глотая грязную соленую воду, которая била ее в лицо. Нащупав рукой торчащую арматуру, она крепко сжала ее пальцами, чтобы хоть так удержаться, пока вода отступит. Вода хоть и отступала с большой скоростью, но ее все еще было очень много. Рука, сжимающая арматуру, занемела, и пальцы уже было не разжать, тело ныло от боли, бок горел, и его щипало от соленой воды. Сознание покидало ее, но Мика старалась не рухнуть в воду, чтобы ее не унесло в море. Прошла, кажется, целая вечность, пока волна не отступила. Мика тряслась, пытаясь разжать пальцы. Она посмотрела вниз и заплакала, увидев кусок стекла, который торчал из ее бока. Кровь хлестала из раны, а пальцы мертвой хваткой все еще держали арматуру. Мика с трудом разжала их и повалилась вперед. Стекло вышло из ее плоти, напоследок резанув больно края раны, и осталось в разбитой раме окна. Девушка упала лицом в сырую землю. От острой боли свело все тело, и Мика все-таки не удержала себя в реальности. Ей казалось, что она провалилась в темноту. Было страшно, она барахталась в этой темноте так же, как в воде, которая хотела утянуть ее в свой плен, и тут у нее тоже ничего не получалось, ведь тьма была не ощутима, как вода. Когда Мика устала сопротивляться, она расслабилась и полетела вниз, в неизвестную бездну, которая ее звала.

Мика приходила в себя пару раз, она не видела, что происходит, да и слышала плохо – от взрыва ей заложило уши. Она помнила, что ее кто-то нес на руках, помнила грубый мужской голос, который громко говорил: «Подгони машину ближе! Звони Уоррену! Пульс есть! Ну, же! Живее! Чего застыл?». Потом она пришла в себя, когда ее куда-то везли, шумел мотор, покачивало, а кто-то прижимал пальцы к ее шее, видимо отсчитывая пульс, и снова этот же голос, но что он говорил на этот раз Мика не разобрала, снова теряя сознание.

3.

В ушах звенело, противно и громко. В коридоре слышались голоса, тихие, слов было не разобрать, но там точно был отец, и тот голос, который ее спас, по крайней мере, Мика так думала, и помнила его очень хорошо. Кроме знакомых голосов, был еще один – его она не узнавала. Мика попыталась открыть глаза, но не получилось, хотя она понимала, что в сознании и эта уже не та тьма в глазах, в которую она недавно падала. Все тело затекло, она его просто не чувствовала, а когда попыталась пошевелиться, то каждую клетку пронзила острая боль. Казалось, болели даже ногти и волосы. Мика с трудом смогла поднять веки. Яркий белый свет ударил по глазам внезапно и больно, слезы огромными горошинами посыпались наружу. Она завыла от боли. Дверь тут же распахнулась и в палату, где была Мика, вбежали несколько человек. Чьи-то грубые пальцы коснулись ее лба.

– Тише, тише. – шептал незнакомый голос, который она слышала в коридоре. Мика, наконец, смогла медленно открыть глаза снова. Силуэты у кровати расплывались, и понадобилось время, чтобы взгляд сфокусировался, и прошла затуманенность после долгого небытия. Мика посмотрела сначала на того, кто стоял к ней ближе всех – это был высокий мужчина, на вид лет сорока, в белом костюме – врач, и это не простой госпиталь, а госпиталь корпуса Мира, это можно было понять по нашивкам на медицинском костюме. Мужчина внимательно смотрел на нее, его взгляд был заинтересованным, но этот интерес был чисто профессиональным. Рядом с врачом стоял отец – взволнованный взгляд, в котором Мика заметила уже знакомый упрек и недовольство – в этом весь отец, он все равно обвинит во всем, что случилось именно ее любопытство. Рядом с отцом стоял статный высокий мужчина, на его военной форме были нашивки главнокомандующего. Лицо показалось Мике очень знакомым, он ей кого-то напоминал. Смотрел военный на нее с каким-то любопытством, пристально разглядывая ее лицо. Может, заметил цвет ее глаз? Когда Мика перевела взгляд на следующего присутствующего и тут же поняла, кого ей напомнил незнакомец-военный, – Кайла, который стоял у кровати в ее ногах, и испуганно смотрел на нее, испуганно и даже как-то тревожно. Неужели, он волнуется за нее? Мика почему-то задержала взгляд именно на нем, но потом снова посмотрела на мужчину-военного – это был его отец, они были очень похожи. Врач что-то сказал отцу Мики и тот лишь кивнул.

– Выйдите, мне нужно осмотреть ее. – коротко бросил врач. Мужчины молча ретировались к двери и тут же за ней все послушно скрылись.

Пока врач осматривал рану на боку Мики и менял повязки, девушка, лежа на боку, рассматривала палату, которая отличалась от всего, что она когда-то видела, кристальной чистотой и белизной. Белый цвет был на столько чист, что резал глаза. На единственном окне в палате висела широкая плотная штора, которая не позволяла увидеть, что происходит за стеклом – день или ночь. В углу была узкая дверь, которая была приоткрыта, и Мика заметила там санузел. В другом углу стоял белый стол и два стула, которые были задвинуты под этот самый стол. Мика поморщилась, почувствовав, как рану на боку защипало. Врач чем-то обрабатывал ранее наложенные швы.

– Потерпи. – пробурчал он. Мика сжала пальцы в кулак, впиваясь ногтями в ладони, когда поняла, что может, наконец, пошевелиться. Когда ее тело снова приняло исходное положение – перевернулось на спину – она посмотрела на врача, который взял с прикроватной тумбочки стакан и отошел в сторону.

– Силы есть? С тобой отец хотел поговорить. Сможешь? – врач набрал воду из-под крана и вернулся к постели своей пациентки.

– Да. – прохрипела Мика, понимая, что во рту пересохло. Она закашлялась. Врач помог ей приподнялся, подложив под спину большую подушку. Мика приняла из его рук стакан с водой и две красные капсулы. Руки дрожали, поэтому пришлось позволить врачу придержать стакан, чтобы не расплескать воду.

– Если станет хуже, сразу говори, не терпи. Таблетки снимут немного боль.

– Хорошо. Спасибо. – шепнула Мика. Врач вышел из палаты, и спустя всего мгновение его сменил отец, который нерасторопно подошел к постели дочери.

– Пап…

– Тихо, все нормально. – отец сел на край постели и коснулся пальцами руки дочери, но Мика видела в его взгляде упрек и недовольство, хотя на другое она и не рассчитывала.

– Ты меня очень напугала. Я пришел домой, а тебя нет. Соседи сказали, что тебя видели в компании миротворца. И это мой первый к тебе вопрос. Кто он и что ты с ним обсуждала? – отец впился взглядом в ее глаза. Мика испугалась этого вопроса, она не знала, что сказать, чтобы отвести от себя подобные расспросы. Интересно, а он знает, что это был Кайл, который совсем недавно был здесь?

– Я ни с кем не говорила. Соседи что-то перепутали.

– Вот как… – усмехнулся отец, видимо не поверив в ее слова.

– Да, я ни с кем не общалась. Миротворцев я видела, они были в нашем районе, и не более того.

– Хорошо. А в порту что делала?

– Тебя хотела найти. – шепнула Мика, опустив глаза. Отец напрягся, это чувствовалась в его прикосновении, которое она все еще чувствовала на своей руке.

– Почему именно там? Ты же знала, что я не планировал туда ехать.

– Не знаю. Юстин сказал, что ты уехал с военными, вот и подумала, что ты там.

– Он сказал про тревогу?

– Да. – Мика не поднимала на отца лицо, боясь его упрекающего взгляда. Снова во всем она будет виновата, даже если это совсем не так.

– Что произошло в порту? Взрыв?

– Да, но мне показалось, что в море прилетел снаряд. Это не был наземный взрыв. – Мика, наконец, посмотрела на отца. Она увидела в его глазах удивление, кажется, он не знал о взрыве в воде. Какую же версию знал он?

– Ты видела?

– Я слышала свист и огромный столб воды, который поднялся в море.

– Порт разрушен, и мои разработки тоже. Ты должна рассказать об этом командиру Буту. Поняла? Ничего не утаивай.

– Это тот военный, который был тут?

– Да, он нашел тебя, привез сюда. Доктор Уоррен – лучший во всей Дагмите, если бы не он и не Бут, все бы там в порту для тебя и закончилось. – отец вздохнул, опустив глаза. Мика замерла, осознавая именно сейчас, насколько безрассудным был ее поступок. Она могла умереть, и это сейчас она поняла довольно отчетливо.

– Ты поступила глупо.

– Да… – выдохнула Мика, зажмурившись. Она боялась почему-то сейчас быть наедине с отцом.

– Мне нужно идти. Юстин хотел навестить тебя.

– Сколько я здесь? – проигнорировала реплику отца Мика и посмотрела на него.

– Пять дней. – коротко бросил он. Мика вздохнула и прикрыла глаза. Что будет, когда она выйдет отсюда? И когда это случится?

– Так, что на счет Юстина? Попросить, чтобы его пропустили к тебе?

– Нет, я бы не хотела, чтобы он видел меня в таком виде. – шепнула Мика, хотя на самом деле она вообще не хотела видеться и говорить с Юстином, вот только почему, сама не знала. Отец кивнул, поднимаясь на ноги.

– Понимаю. Я зайду завтра. Тебе принести что-нибудь?

– Даже не знаю, какую-нибудь книгу…Врач не говорил, когда меня отпустят отсюда?

– Нет, пока не говорил. Отдыхай. – отец наклонился и мягко коснулся губами ее лба. Мика вздохнула, ей была приятна его нежность, которую так редко можно было заслужить. Отец слегка улыбнулся и вышел, прикрыв за собой дверь. Мика с трудом смогла поднять руки и коснулась своего лица, а потом посмотрела на свои ладони, которые были исцарапаны, а в ранках уже запеклась кровь. Затем она откинула одеяло и задрала сорочку – на боку была объемная повязка, которая уже немного пропиталась кровью. Было даже страшно представить, что находилось под этой самой повязкой, но бок очень болел. В коридоре стало тихо. Мика прислушалась и попыталась встать, но попытка не удалась. То ли сил не было, то ли боль была слишком невыносимой, а может и все вместе. Девушка застонала и прикрыла глаза, натягивая на себя снова одеяло. С каплями слез на ресницах, Мика уснула.

Сколько Мика проспала она не знала, но когда отрыла глаза, то штора на окне была отодвинута в сторону, а за стеклом было серое небо. Скорее всего, уже был вечер. Где-то рядом послышался шорох и Мика повернула голову на этот звук. Она испуганно вздрогнула, увидев перед собой Кайла, который внимательно смотрел на нее. Сколько он тут сидит? И что вообще тут делает?

– Ты?

– Я тебя напугал? – Кайл говорил тихо, будто боялся еще больше ее пугать. Мика кивнула, отодвигаясь от него подальше.

– Прости, не хотел. Доктор Уоррен сказал, что ты спишь, но я все равно решил заглянуть. – Кайл как-то взволнованно дернул плечами. Мика молча разглядывала его лицо, уже такое знакомое. Почему ей хочется смотреть на него? Почему она о нем думает?

– Как ты себя чувствуешь? Тебе сложно говорить? – не унимался парень, все еще глядя на нее. Мика прикрыла глаза и вздохнула, приводя мысли в порядок.

– Мне уже лучше. Я просто не думала, что придет еще кто-то.

– С тобой хотел поговорить мой отец, но когда узнал, что ты спишь, то уехал по работе.

– Он нашел меня? – Мика открыла глаза, посмотрев на своего собеседника. Кайл лишь кивнул, кажется, он тоже был там, когда нашли ее тело.

– Что случилось в порту? Что говорит твой отец?

– Взрыв, ты же сама знаешь. – Кайл нахмурился.

– Да, но из разговора с отцом я поняла, что рассматривается вариант взрыва самого порта.

– Да, так и есть. – Кайл кивнул, внимательно всматриваясь в ее лицо. Мика отвела взгляд, посмотрев в окно.

– Я думаю, что это был снаряд, я слышала характерный звук, и море вышло из берегов из-за взрыва в воде, а не на земле. Что если это наши соседи? – она посмотрела на Кайла, который удивленно приподнял брови, его тоже это удивило, как и ее отца, когда она ему это же рассказала. Мика ждала хоть какой-то реплики, но Кайл молчал.

– Или кто-то просто хочет, чтобы все сослались на ненадежность разработок в порту, которые взрываются? – продолжила Мика. Кайл немного наклонился вперед.

– Ты же понимаешь, что если это кто-то из своих, то ему бы не удалось провернуть это, чтобы не заметили. Так?

– Так. Значит, это Ссетрат.

– Похоже на то, но нам никто не объявлял войну и все спокойно эти дни.

– Ты не находишь это странным? В порту тревога и взрыв, а все молчат.

– Если бы ты там погибла, то об этом бы заговорили все. – хмыкнул Кайл, выпрямившись. Мика сморщилась, снова принимая свое безрассудство.

– Там никого не было? Вы же поехали туда?

– Да, но уже на месте военные нас развернули и отправили в корпус, ссылаясь на то, что будут разбираться сами.

– А жертвы? – испуганно шепнула Мика, понимая, что кто-то мог там быть и погибнуть.

– Их нет, военные тоже почти сразу уехали.

– Это странно. – Мика нахмурилась, не совсем понимая, почему из порта все так сразу уехали, если там была тревога. Они же должны были этот факт тщательно проверить?

– Ты зачем туда пошла? Услышала про тревогу? – Кайл пристально смотрел в ее лицо. Мика смутилась и кивнула, скрывать от него что-то было бы глупо.

– Зачем я вообще тогда к тебе пришел. – пробурчал Кайл, видимо думая, что Мика не расслышит этой фразы.

– Я сама во всем виновата.

– Никто и не спорит. – рассмеялся Кайл. Мика возмущенно надула губы и выпучила на него глаза.

– Мог бы промолчать.

– Извини. Может, тебе что-то нужно?

– Вообще-то нужно. – Мика смутилась, но взгляд не отвела.

– Говори, все сделаю.

– Помоги мне подняться.

– Уверена? Тебе точно можно вставать? – Кайл подозрительно сдвинул брови, но с места своего все-таки встал.

– Да, иначе я пущу здесь корни. – Мика хмыкнула и попыталась сесть. Кайл наклонился к ней и обнял рукой за плечи, помогая девушке приподняться. Мика вцепилась пальцами в его руку, и, наконец, села, застонав. Бок резко уколола боль, а на лице появилась гримаса ужаса. Кайл заметил это и испуганно уставился на нее.

– Тебе точно можно вставать?

– Да, ну же, помоги мне. – Мика разозлилась от собственной беспомощности, и сильнее сжала руку Кайла. Парень что-то пробурчал, он откинул в сторону одеяло и помог спустить Мике ноги с кровати. Когда его мягкие пальцы коснулись ее обнаженных ног, Мика вся моментально покрылась мурашками, но боль во всем теле отодвинула приятные ощущения от близости Кайла на второй план. Вот, Мика сидит на кровати, свесив ноги на пол, кровь тут же стала разливаться по всему телу, будто в него возвращалась жизнь. Кайл встал напротив и протянул к ней руки. Немного помедлив, она все-таки вложила свои руки в его раскрытые ладони. Крепкие мужские пальцы сжали ее ладони. Кайл потянул ее немного на себя, помогая Мике найти опору под ногами.

– Все нормально? – тихо поинтересовался он, когда Мика уже стояла на полу, неуверенно пошатываясь.

– Да, сейчас, еще минутку.

– Хоть две. – улыбнулся Кайл, скользнув взглядом по ее полупрозрачной больничной сорочке, которая еле прикрывала ее бедра. Мика только сейчас поняла, что выглядит довольно откровенно, но прикрыться было нечем, да и смысл, если Кайл уже и так ее разглядел.

– Отведи меня в уборную. – шепнула Мика. Кайл, кажется смутился, но потом кивнул, сделав шаг назад. Она шагнула следом за ним. Этот шаг дался сложно, но следующий уже легче. Когда стало не так больно идти, а ноги снова привыкли к твердой поверхности, и к весу тела, который они носили, Мика отпустила руки Кайла.

– Спасибо, дальше я сама.

– Уверена? – Кайл отошел в сторону, пропуская девушку вперед.

– Да, только не уходи.

– Может, принести тебе поесть? – Кайл ловко открыл дверь в углу комнаты, пропуская Мику в маленькую уборную.

– Если тебе не сложно.

– Ни капельки. Ты справишься?

– Думаю, да. – Мика улыбнулась, посмотрев на обеспокоенного парня, который смотрел на нее.

– Хорошо, я скоро вернусь. – кивнул Кайл и, подождав пока Мика скроется за дверью, вышел из палаты.

В палате было пусто и тихо. Мика стянула с кровати одеяло и накинула его на плечи. Подойдя к окну, она посмотрела на то, что было снаружи. Здесь все было по-другому – аккуратные домики, которые стояли друг от друга на одинаковом расстоянии, чистые улицы, широкие дороги, кое-где были даже высотки. Мика никогда не была в корпусе Мира, и даже не могла представить, что он так отличается от того, где живут все остальные жители города. Интересно, а как живет корпус Советов? Ее мысли прервал Кайл, который вошел в палату с подносом в руках. Мика посмотрела на довольно разнообразный набор еды и поняла, что очень проголодалась.

– Не знаю, что ты любишь, поэтому взял все, что было. – затараторил Кайл, пройдя к столу, и взгромоздил на него поднос. Мика медленно подошла к нему.

– Если честно, я готова сейчас съесть все.

– Тогда, я угадал. – усмехнулся Кайл и помог девушке сесть за стол. Мика поморщилась от боли в боку, но потом выпрямилась.

– Все нормально? – встревожился Кайл, садясь за стол по левую сторону от нее. Мика кивнула, подвинув к себе поднос с едой. Она с огромным аппетитом уплетала все, что было перед ней на столе, даже не обращая внимания на Кайла, который с улыбкой наблюдал за ней. Ей было абсолютно все равно, что он о ней подумает, что будет смеяться или даже удивится. Мика глянула на парня и смутилась, поняв, что он слишком пристально смотрит на нее.

– Почему ты так смотришь?

– Завидую твоему аппетиту. – Кайл улыбнулся и подпер голову, уткнувшись кулаком в подбородок.

– Я пять дней ничего не ела, поэтому и аппетит такой. – пробурчала Мика, схватив стакан с горячим травяным чаем.

– Понимаю. Забыл тебе сказать, что твои цветы снова набрали цвет.

– Правда? – Мика удивленно захлопала ресницами, уставившись на парня.

– Да, я вчера был там. Мне кажется, что это туссилаго. – Кайл пожал плечами. Мика дернула бровью, услышав такое предположение от миротворца. И откуда у него такие познания в растениях?

– Что? Я хорошо учился. – рассмеялся парень. Мика хмыкнула и продолжила свою трапезу.

– Мне пора. Ты не обидишься?

– Нет, ты вообще не обязан тут быть. Скажи, ты ведь был в порту, когда твой отец меня нашел? – Мика внимательно всмотрелась в его лицо.

– Да, я был с ним. Я думал, ты мертва, когда увидел твое тело в луже крови. Если бы не отец, я бы там сам сознание потерял. – усмехнулся Кайл, признавая свою слабость при виде таких страшных картин. Мику даже это немного удивило, ведь он военный и для него это должно быть некой нормой.

– А если война? Тебе же придется убивать. – тихо прошептала Мика, боясь даже произносить слово «война».

– Это другое. Не спрашивай меня почему. – Кайл отмахнулся, видимо не желая признаваться в своих слабостях, или этой слабостью стала сама Мика.

– Прости.

– Ничего. Я зайду завтра, если получится.

– Не нужно. Отец и так задавал мне вопросы, почему я общалась с миротворцем, ему рассказали соседи. Я не хочу ему врать. – Мика глянула на Кайла, который встал со своего места.

– Не хотел ставить тебя в неловкое положение.

– Тебе лучше больше не приходить. – шепнула Мика, хотя прекрасно понимала, что сама этого на самом деле совсем не хочет. Ей были приятны его внимание, его присутствие рядом, его забота. Она ничего подобного не испытывала и ей было интересно это новое чувство, которое она определенно испытывала к этому парню.

– Но…Понимаю. – Кайл, кажется, и сам все понял. Он нервно поправил ремни на комбинезоне и посмотрел на девушку.

– Я надеюсь, у тебя все будет хорошо, и ты быстро встанешь на ноги.

– И я на это надеюсь. Спасибо, что спасли меня.

– Скажешь это моему отцу. Это его заслуга. – Кайл улыбнулся. Мика тоже ответила на его улыбку и кивнула, ничего не ответив.

– Пока. – шепнул он и быстро зашагал прочь. Мика проводила его взглядом, пока Кайл не скрылся за дверью. Она прикрыла глаза и тихо застонала, понимая, что ей нужно перестать думать о нем, ведь ничего хорошего из этого не выйдет. Вот только любопытство к чему-то неизведанному брало верх, хотя Мика знала, что снова может оказаться в безвыходной ситуации, и тогда ее уже точно никто не спасет.

Прошло почти две недели. Мика уже сама могла вставать с постели, даже ходила к доктору Уоррену на осмотр. Отец приходил всего пару раз, ссылаясь на занятость и расследование после взрыва в порту. Мика не обижалась на него, потому что для нее это было вполне привычно. После визита Кайла на следующий день приходил его отец, командир Бут, он расспрашивал ее о происшествии в порту. Мика не стала скрывать ничего и рассказала все, как было, надеясь, что это поможет в расследовании. Сам Кайл не приходил, но ведь она сама его просила об этом. В глубине души ей хотелось с ним увидеться и даже поговорить.

Мика наклонилась к окну и уперлась в холодное стекло лбом. Хотелось выйти отсюда поскорее, но никто не мог сказать, когда точно это случится. Доктор Уоррен говорил, что рана хорошо заживает, но почему-то пока не отпускал ее домой. Мика посмотрела на пустые улицы, которые открывались ей из окна, ни одной живой души за весь день. Неужели, тут всегда так? А если что-то случилось в городе, а она просто не знает? Ее мысли прервал стук в дверь. Девушка обернулась и удивленно уставилась на Юстина, голова которого оказалась в дверном проеме.

– Привет. Ты не спишь?

– Привет. Нет. – мотнула головой Мика, опешив от неожиданности.

– Я принес тебе вещи, твой отец сказал, что тебя выписывают. – Юстин вошел в палату и улыбнулся. Мика удивилась еще больше, ведь о выписке ей никто не говорил.

– Что?

– Я тебя забрать приехал, доктор Хоган занят, и попросил меня.

– Но…мне не говорили, что выписывают. – Мика забрала из его рук сумку с вещами и нахмурилась, всматриваясь в лицо Юстина.

– Как? Я сам сейчас переговорил с доктором Уорреном, он дал добро. Хотя сказал, что просили тебя еще тут немного подержать, но кто просил – не ответил.

– Просили?

– Да, он так сказал. Переодевайся, я буду в коридоре. – Юстин кивнул и вышел. Мика задумчиво посмотрела на сумку в своей руке, а потом на закрывшуюся дверь. Кто не хотел отпускать ее отсюда? И зачем?

Юстин помог Мике подняться в ее комнату, когда они приехали домой. Доктор Уоррен сказал, что нужно будет посетить его, как минимум, два раза. Сначала он осмотрит швы, а потом уже скажет, когда их можно будет снять. Значит, Мике придется еще не раз посетить корпус Мира, и первый визит доктор назначил через неделю, а пока ей самой нужно обрабатывать швы специальным раствором, чтобы рана быстрее затягивалась. Юстин открыл окно в комнате, чтобы пустить хоть немного свежего воздуха. Мика осторожно села на край постели и посмотрела на парня.

– Ты останешься?

– Могу на пару часов. Тебе нужна помощь? – Юстин сел рядом и улыбнулся, видимо ему было приятно, что Мика хочет, чтобы он остался.

– Помощь вряд ли, но я не хочу оставаться одна. – Мика пожала плечами и смутилась. Оставаться наедине со своим будущим мужем было как-то непривычно, особенно, если это они оба знали.

– Я побуду с тобой, не грусти. Заварить чай?

– Да, давай. Я пока переоденусь. – Мика улыбнулась. Юстин кивнул и вышел из комнаты. Убедившись, что парень ушел, она зажмурилась и коснулась ладонью бока, который очень болел. Показывать свою боль Юстину не хотелось, он ведь наверняка начнет переживать и нервничать. Мика через боль поднялась с постели и вынула из шкафа более свободную одежду. Посмотрев на себя в зеркало, она вздохнула, заметив на бледном лице огромные круги под глазами. Эти недели дались ей очень тяжело и организм об этом довольно громко кричал. Собрав волосы в хвост, Мика спустилась к Юстину, который что-то готовил. Только сейчас она заметила свежие продукты, разложенные на столе.

– Присаживайся, сейчас приготовлю перекусить.

– Спасибо. Отец ночует в лаборатории? – Мика знала, что это так, ведь в доме было прохладно, и окна явно давно не открывались, так как воздух в доме был сырым и спертым.

– Да, последнее время он редко выходит из своего кабинета.

– Восстанавливает свои разработки?

– Да, но ему не разрешили пока вернуться в порт.

– Что говорят про порт? – Мика посмотрела на Юстина, который поставил перед ней тарелку с салатом.

– Ничего, он разрушен. Военные его отгородили, никого не пускают. Говорят, что Ссетрат взял на себя тот взрыв.

– Что? – Мика выпучила на парня глаза, понимая, что если это так, то может начаться настоящая война. Хотя, сейчас в городе все спокойно.

– Да, оказывается порт был признан нейтральными водами, а разработки твоего отца стали для них веской причиной для удара.

– Как? Совет ведь разрешил эти разработки.

– Мы тоже ничего толком-то не поняли. Говорят, что Глава договаривался с Ссетратом на эту тему, и те дали согласие, что порт бы стал зоной общей торговли, но почему они вдруг об этом забыли, остается загадкой. – Юстин усмехнулся и сел за столом по левую руку от Мики.

– И что теперь? Дагмит ответит на взрыв?

– Я не знаю, это ведь нейтральные воды. Что-то явно обсуждают.

– Ерунда какая-то. – пробурчала Мика, уткнувшись взглядом в тарелку. Юстин налил в кружку чай и подвинул ее к девушке.

– Согласен, но думаю, скоро нам сообщат, что там происходит. Твой отец общается с военными, он должен знать больше, да и Агнес сказала, что ее отца тоже вызвали в Совет.

– Но ведь мой отец не занимается военными разработками. – возмутилась Мика, подняв на Юстина глаза.

– Когда цивилизации угрожают войны, неважно, чем ты занят. – тихо сказал Юстин, явно не желая продолжать этот диалог.

– Ты тоже займешься военными разработками?

– Если будет нужно, то да.

– Но ты ведь биолог… – Мика нахмурилась, но потом вздохнула, понимая, что биологическое оружие было в лабораториях тоже изобретено когда-то, и его можно совершенствовать. Она, кажется, сморозила глупость.

– Все пока в порядке, и никаких приказов не было. Не думай об этом. – Юстин вдруг коснулся пальцами тыльной стороны ее ладони. Мика посмотрела на его руку и замерла, ожидая, что это прикосновение не станет таким мимолетным. Так и вышло – пальцы Юстина скользнули по ее коже и оказались на ее ладони уже с внутренней стороны, – он сжал ее руку пальцами и улыбнулся.

– Все в порядке, тебе сейчас о здоровье надо думать, а не о работе. Согласна?

– Да, но я ведь должна знать, что происходит…

– Я понимаю, что ты любопытна, но иногда это ни к чему хорошему не приводит, как оказывается. Понимаешь? – Юстин все еще сжимал ее руку. Мика смотрела на свою ладошку, сжатую его пальцами, и пыталась понять, что же чувствует к нему.

– Понимаю…

– Надеюсь, ты усвоила урок.

– Перестань, я ничего такого не сделала, чтобы меня можно было упрекнуть. – Мика высвободила руку из его крепких пальцев и принялась за еду.

– Ты чуть не погибла, это разве ничего не сделала?

– Я ведь не знала, что будет взрыв. Ты так говоришь, будто я специально шла туда, чтобы умирать, но я жива, это главное. Не так ли?

– Не заводись, я просто волнуюсь за тебя. – Юстин пристально смотрел на нее. Мика почувствовала, как ее щеки вспыхнули от смущения, она и не думала, что он так относится к ней.

– И не только я, твой отец места себе не находил, пока ты была в госпитале.

– С трудом верится. – Мика схватила кружку с чаем и уставилась куда-то перед собой. Юстин улыбнулся и мягко провел ладонью по ее плечу.

– Говорю, что видел.

– Скажи ему, чтобы он ехал домой и больше не ночевал в лаборатории.

– Хорошо, я передам. – Юстин кивнул и слегка улыбнулся, поднимаясь с места. Мика удивленно уставилась на него.

– Ты уже уходишь?

– Да, мне нужно вернуться в лабораторию. – Юстин быстро глянул на часы.

– Понимаю.

– Тебе нужно отдыхать. Я могу тебя проводить наверх.

– Не нужно, я еще немного посижу. – Мика снова отвела взгляд. Одной оставаться не хотелось.

– Продукты я купил, если проголодаешься, все в холодильнике.

– Спасибо.

– И кстати, я вчера ходил за периметр, смотрел твои цветы. – Юстин убрал со стола и глянул на девушку. Мика напряглась, ведь Кайл говорил, что они набрали цвет, но выдавать, что она в курсе, было бы подозрительно.

– Да? Ты нашел их?

– Да, и знаешь, за ними явно кто-то присматривает. – усмехнулся Юстин.

– Что? В смысле?

– Трава расчищена, опоры от парника хорошо вкопаны, да еще и лентой огорожено место. Кто-то туда точно приходил.

– Ты уверен? Может, это Агнес? Я ей говорила. – пробормотала Мика. Неужели, Кайл этим занимается? Ему нечем заняться?

– Не знаю, мне она ничего не говорила.

– Странно. – Мика посмотрела на собеседника, который стоял у стола, уперев в столешницу кулаки.

– Вот и я об этом. Кстати, твоя карта восстановлена, тебе нужно будет получить ее в корпусе Мира.

– Я через неделю поеду к доктору Уоррену, тогда и заберу.

– Могу тебя отвезти, если не будет срочной работы.

– Было бы замечательно. – кивнула Мика, мягко улыбнувшись. Юстин ответил ей тоже улыбкой.

– Отдыхай. Еще увидимся.

– Да, конечно.

– Пока. – Юстин наклонился и поцеловал в лоб. Мика снова смутилась его нежности. Он держал дистанцию, и это было вполне ожидаемо. Но если честно, то сама Мика даже была рада, что он не приближается слишком плотно, ей нужно было время разобраться в себе, ведь к Юстину она почти ничего не чувствовала. Ее мысли занимал лишь Кайл, которого она сама от себя прогнала.

– Пока. – шепнула Мика, когда Юстин уже направился к выходу. Она проводила его взглядом и прикрыла глаза. Все слишком сложно, особенно, когда ничего не понимаешь – ни в чувствах, ни в себе.

Прошла еще неделя. Отец все еще ночевал в лаборатории, Мика видела его за эту неделю всего раз и они, толком-то, не поговорили. Было обидно, что он так поступает с ней, просто игнорирует. Заезжал вечерами Юстин, привозил продукты и пытался хоть как-то отвлечь ее от одиночества, но выходило с трудом. Мика все чаще ловила себя на мысли, что хочет вернуться в госпиталь, в тот вечер, когда Кайл пришел к ней, когда она сама прогнала его. Она вздохнула и схватила с вешалки свитер. Сегодня прием у доктора Уоррена, и это было немного волнительно. Натянув плотные брюки и свитер, Мика заплела волосы в тугую косу, и посмотрела на себя в зеркало. Цвет лица стал более свежим и бледность немного спала, что очень даже радовало. Мика задрала свитер и посмотрела на свой заклеенный пластырем бок, хотелось уже избавиться от этой повязки и от швов, которые были под ней. В дверь комнаты тихо постучали, это точно был Юстин, потому что отец всегда сразу входил.

– Юстин, это ты? – Мика быстро одернула свитер.

– Да, ты готова? Нам пора.

– Дай мне еще две минуты. – Мика услышала шаги, которые отдалялись от комнаты. Прикрыв глаза, она громко втянула в себя воздух, а затем так же громко выдохнула его. Вернуться в корпус Мира было отчего-то волнительного, и Мика в глубине души понимала, что это волнение приятное.

Юстин всю дорогу молчал, он сегодня был каким-то хмурым и задумчивым. Мика даже не пыталась начать беседу, но все же хотелось узнать, что происходит в лаборатории, чем так занят отец, что не приходит домой. Заговорить она так и не осмелилась, как и смотреть на парня. Юстина не пустили на территорию корпуса, так как доктор Уоррен не согласовал для него пропуск. В корпус Мира вообще было сложно попасть, поэтому Юстину пришлось ждать в машине. Мика показала свой пропуск, ее сначала отправили получать новую карту с чипом, по которому она в итоге и смогла войти в госпиталь. Поднявшись на третий этаж, она направилась к кабинету доктора Уоррена, но не успела дойти до пункта назначения, юркнув за ближайший угол – доктор стоял у своего кабинета в компании командира Бута. Мужчины что-то напряженно обсуждали. Мика заметила, что командир ведет себя немного грубо, а доктор Уоррен злобно сжимает пальцы в кулак. Казалось, что они вот-вот подерутся. Мика прислушалась, чтобы понять, почему они так себя ведут с друг другом.

– Зачем ты отпустил ее? Был приказ оставить ее до распоряжения!

– Слушай, Бут, я выполнял приказ сверху. Если дали добро ее отпустить, я не мог бы держать ее тут. – доктор говорил сквозь зубы. О чем шла речь? Неужели, о Мике и ее странной выписке? И кто этот человек, который приказал ее оставить, а потом изменил решение?

– Это был приказ сверху, это был мой приказ! И другого распоряжения я не давал! – командир Бут завелся не на шутку, он схватил доктора за грудки белоснежного костюма, жестко тряхнув его.

– Ты же знаешь, чья она дочь! И ни ты, ни я не можем этого отрицать!

– Я знаю, чья она дочь. Но ты должен понимать, что она видела лишнее тогда в порту!

– Тогда, зачем ты спас ее? Мог бы просто оставить. – доктор Уоррен оттолкнул военного от себя. Мика вся сжалась. Неужели, все, что случилось в порту, дело рук своих же военных? Нет, этого не может быть! И связана ли как-то с этим ее мать? Они ведь о ней сейчас говорили?

– Это уже не твое дело.

– Я выполнял приказ, как и ты, я обязан это делать. – голос доктора стал спокойнее. Командир Бут поправил ремни на своей форме и огляделся, будто почувствовал, что за ними наблюдают.

– Я понял. – он резко развернулся и зашагал в противоположном направлении по коридору. Мика прижалась спиной к стене и зажмурилась, пытаясь привести мысли в порядок, чтобы доктор не заметил ее взволнованности. Как бы все выяснить? Мика выглянула из-за угла своего убежища и, убедившись, что Уоррен скрылся в своем кабинете, вышла в коридор.

Доктор Уоррен стоял у окна в своем кабинете и смотрел прямо перед собой. Мика постучала, чтобы привлечь его внимание, но он, казалось, и так понял, что она стоит у двери и смотрит на него.

– Входи. – тихо отозвался доктор. Мика сделала шаг вперед, прикрыв за собой дверь кабинета.

– Здравствуйте, доктор Уоррен.

– Привет, Мика. Как себя чувствуешь? – доктор натянул на лицо добродушную улыбку, но она не внушала доверия.

– Уже лучше.

– Идем в перевязочную, проверим твои швы. – доктор Уоррен взял что-то со стола и быстро пошел к выходу. Мика поспешила за ним. В небольшой перевязочной было светло и пахло лекарствами, какими именно Мика не сумела разобрать, их было слишком много. Доктор кивнул в сторону кушетки, давая понять, что девушке нужно сесть. Мика послушно опустилась на кушетку и сняла куртку.

– Приспусти брюки и сними свитер. – скомандовал доктор, и отошел в сторону, чтобы надеть перчатки и взять аптечку. Мика послушалась. Доктор аккуратно снимал повязку. Его лицо было сосредоточенным и серьезным. О чем он думает, и можно ли задать ему вопрос о том, что она слышала? Как бы он отреагировал на такой интерес?

– Могу тебя порадовать, швы можно снимать. – улыбнулся доктор Уоррен, выводя Мику из задумчивости.

– Правда?

– Да, сейчас снимем. Продолжишь обрабатывать мазью, чтобы шрамы были не такими глубокими.

– Да, конечно. Я смогу выйти на работу? – Мика посмотрела на доктора, который выпрямился и посмотрел на девушку.

– Думаю, да. Не вижу препятствий для этого, только не напрягайся и тяжести не поднимай. Договорились?

– Договорились. – Мика ответила доктору улыбкой.

– Умница. – доктор Уоррен снова наклонился и стал медленно убирать швы с ее кожи. Мика наблюдала за тем, как ловко он орудует скальпелем, как его пальцы умело сжимают инструмент.

– Доктор Уоррен, можно я задам вам вопрос?

– Задавай, если уверена, что я на него отвечу. – пробормотал доктор.

– Не уверена, но задам.

– Я слушаю.

– Скажите, кто просил оставить меня в больнице? – Мика заметила, как пальцы доктора сильнее сжали инструмент, и замерли. Он молчал, но потом продолжил свое дело.

– Мика, я не могу разглашать информацию корпуса.

– Но это же касается меня. – Мика поймала взгляд доктора, который поднял на нее лицо.

– Я понимаю, но не могу сказать. Ты же неглупая, и должна понимать.

– Должна. – выдохнула Мика и отвела взгляд. Доктор улыбнулся и отложил в сторону скальпель.

– Вот и славно. Мазь сейчас дам. Распорядиться о машине, чтобы тебя отвезли домой? Ты на чем добралась? – доктор убрал аптечку и отошел к столу. Мика коснулась красного шрама на своем боку и вздохнула, теперь ее тело будет уродовать этот изъян и напоминать ей о том страшном дне.

– Я приехала на машине, меня ждут за проходной.

– Отлично. Вот, держи, наноси утром и вечером до полного впитывания. – доктор протянул ей мазь.

– Спасибо.

– Шрамы останутся, с этим я ничего не сделаю. Не переживай, они со временем станут бледнее.

– Знаю. Спасибо вам, что взялись тогда за меня. – Мика улыбнулась и взяла свой свитер. Доктор Уоррен тоже улыбнулся и кивнул. Когда Мика уже выходила из кабинета, доктор окликнул ее.

– Мика!

– Да?

– Береги себя, и не доверяй никому, даже тому, кто тебя спасает.

– О чем вы? О ком? – Мика опешила, уставившись на доктора.

– До свидания, Мика. – доктор Уоррен снова улыбнулся и отвернулся к столу, показывая всем своим видом, что их разговор окончен. Мика нахмурилась, но потом быстро зашагал по коридору. О чем говорил доктор? Причем тут командир Бут и ее мать? И кто ответит на все эти вопросы?

4.

Прошло несколько дней. Мика вернулась в лабораторию, хотя отец был против, и говорил, что ей еще нужно восстанавливаться. Юстин же наоборот был рад, что она снова взялась за работу, потому что Агнес последние две недели проходила дополнительное обучение, после которого сдавала тесты на повышение уровня среди научных сотрудников. Мика тоже планировала попасть на эти тесты и учебу, но не успела из-за того, что была в госпитале.

Отец сидел за столом в своем кабинете и задумчиво смотрел перед собой, он, кажется, даже не моргал. Мика немного постояла у двери, но потом все-таки подошла к нему. Он перевел взгляд на дочь и слегка улыбнулся.

– С каждым днем твой румянец все ярче, это не может не радовать.

– Ты считаешь? – Мика улыбнулась, отец выглядел спокойным и явно прибывал в хорошем настроении.

– Конечно.

– Чем планируешь заняться? Для меня будут задания?

– Мне нужно уехать в порт. Что касается тебя, то помогай Юстину, Агнес должна вернуться, но пока от нее не было вестей.

– А что в порту?

– Приходили из Совета, сказали, что я могу восстанавливать разработки.

– Что? А как же… – Мика осеклась, неуверенная в том, что нужно было обсуждать с отцом дела Дагмиты и соседей.

– Как же что?

– Ну, тот взрыв. Это же был Ссетрат?

– Кто тебе сказал? – отец пристально вглядывался в ее лицо. Мика не знала, что ответить, она испугалась уже такого знакомого упрекающего взгляда своего родителя.

– Не важно, просто слышала об этом.

– Понял, эти разговоры я тоже слышал, но я скажу так, это был не Ссетрат.

– Что? – Мика удивленно выпучила глаза. Неужели, догадки о том, что это кто-то из Дагмиты оказались правдивыми? А что если и разговоры о предателе в Совете тоже не слухи, и связана как-то с этим ее мать?

– Мне кажется, кто-то хочет совершить переворот.

– Переворот? – Мика осела на стул и уставилась на отца. Слова Кайла про большую крысу в Совете были правдой?

– Да, грядут перемены. – отец поднялся на ноги и одернул халат. Кажется, перемены его радовали и не важно, каким способом они будут достигнуты.

– Значит, ты снова будешь заниматься разработками в порту?

– Да, нейтральность вод никуда не делась, но Ссетрат все еще поддерживает идею совместной торговли через порт.

– Ты поэтому не выходишь из лаборатории? – усмехнулась Мика.

– Слишком много нужно восстановить, да и новые идеи есть. Юстин обещал помочь.

– Хорошо, что ты так воодушевился.

– Да. Ступай к себе, мне пора ехать.

– Ты приедешь домой сегодня?

– Планировал. – рассмеялся отец и подал Мике планшет.

– Я буду рада, если ты поужинаешь сегодня со мной. Еще хотела спросить, могу ли я выйти в периметр? Хочу проверить цветы.

– Ты уверена, что справишься с такой дорогой?

– Да, пап, все в порядке, да и размяться не помешает.

– Тогда, иди. Заодно собери образцы.

– Будет сделано! – Мика улыбнулась и встала с места. Отец рассмеялся и потрепал ее по голове, как когда-то в детстве, когда она радовала его своими успехами. Это было мило. Мика вдруг обняла его и прижалась щекой к его груди. Отец замер, она чувствовала, как напряглось его тело, но потом он несмело, но обнял ее.

– Прости меня за все, пожалуйста.

– О чем ты, Мими? – смеясь, шепнул он. Давно он так не обращался к ней, с тех самых пор, как ушла мать, именно она так ее называла. На душе тут же стало тепло и приятно.

– Просто скажи, что прощаешь.

– Хорошо, милая, я тебя прощаю. И ты меня прости, я просто отвык быть отцом. Ты выросла и мне сложнее общаться с тобой.

– Я понимаю, но хочу хоть иногда слышать, как ты зовешь меня Мими.

– Хорошо, я учту. А теперь, пора за работу.

– Да-да, я уже работаю. Пока. – Мика быстро чмокнула отца в щеку и выбежала из кабинета. Доктор Хоган посмотрел на закрывшуюся дверь и вздохнул, ведь в душе он понимал, что дочери не хватает его, как отца, но сделать с этим ничего не мог. Он корил себя за это и за то, что допускал мысль о том, что ей лучше будет в браке с Юстином.

Мика собирала рюкзак, чтобы пойти в периметр, когда в кабинет вошла Агнес. Она широко улыбнулась, пройдя вглубь помещения.

– Привет, Хоган. Ты на ногах, это радует.

– Привет. А я рада, что ты вернулась. Как твои тесты? – Мика ловко застегнула молнию на рюкзаке и посмотрела на подругу.

– Отныне я работаю с Юстином на равных, я прошла тесты. – Агнес рассмеялась и развела руками.

– Это же прекрасно! Я рада за тебя! Жаль, что я так облажалась и не попала на учебу. – поморщилась Мика. Агнес села на диванчик и улыбнулась.

– Ничего, попробуешь на следующий год.

– Конечно, успею еще.

– Ты куда-то идешь?

– Да, за периметр. Хочу посмотреть цветы, еще нужно сделать забор почвы и воздуха. Кстати, Юстин сказал, что кто-то следит за моей находкой.

– А, да! Я ходила туда перед учебой. Твой отец попросил взять материалы, я заодно и привела в порядок твои труды. – улыбнулась Агнес. Мика тоже улыбнулась, значит, это был не Кайл, на которого она думала все это время, и это почему-то немного даже успокаивало.

– Спасибо, что не прошла мимо. Что там с цветами? Они цвели?

– Набирали цвет. Но не о цветах сейчас, мне там кое-кто помог. – Агнес интригующе дернула бровью и уставилась на Мику, которая замерла. Неужели, Кайл все-таки там был.

– Кто?

– Один очень милый и симпатичный миротворец, и он сказал, что вы знакомы. – Агнес, кажется, пыталась уловить малейшую деталь на лице подруги.

– Да?

– Да. Ну, ты ничего не хочешь мне рассказать? Ради него ты так зачастила в периметр?

– Не говори ерунды. Он просто мне однажды помог. – Мика отчего-то смутилась, но взгляда не отвела.

– Но он очень милый. Я бы с ним провела пару бессонных ночей. – Агнес рассмеялась, а ее щеки залил румянец. О чем она вообще говорит? Мика удивленно уставилась на нее.

– Ты чего?

– Да, шучу я. Куда уж нам до этих важных персон. – хмыкнула Агнес.

– Он сказал, что знает меня? Ты с ним говорила?

– Да, я хотела поправить стойки, и он как раз подошел. Спросил, кто я и что делаю, а потом сказал, что за цветами наблюдала другая девушка из лаборатории, я сразу поняла, что он говорит о тебе. Потом он помог мне расчистить землю вокруг цветов и принес ленту, которой мы и отгородили эту зону.

– Ничего себе.

– Я сама была удивлена. Но когда я там была снова, его уже не встретила.

– А что говорит твой отец? – Мика решила сменить тему, чтобы Агнес ненароком не вытянула из нее лишнюю информацию о Кайле.

– Ты о том, что произошло в порту? Если честно, я вообще ничего не поняла. Сначала говорили, что это Ссетрат, но мы на этот взрыв не ответили, никто ничего не говорил. Я понимаю, что воды нейтральные, но ведь порт и разработки в нем были согласованы.

– Это странно. – Мика нахмурилась. Агнес почему-то посмотрела на дверь, будто хотела убедиться, что за ней никого нет.

– Отец говорит, что это была провокация, кому-то в Совете нужна эта война. Понимаешь? – Агнес понизила голос. Мика ответила так же тихо, вспомнив слова отца, которые он сказал ей совсем недавно в своем кабинете.

– Переворот?

– Кто-то хочет свергнуть власть. И эти провокации, и война, которая может начаться, отвлекут всех от того, что творится наверху.

– Война? Ты думаешь? – Мика испуганно смотрела на подругу. Агнес пожала плечами, она тоже была взволнована и слово «война» пугало ее не меньше.

– Не знаю, не хочу верить в эти слухи.

– Но кому это нужно? И этот взрыв в порту разве мог пройти мимо корпуса Мира?

– А ты не думаешь, что корпус Мира в этом замешан? Кто-то очень высокопоставленный, который имеет вес в Совете в том числе?

– Боюсь в это верить. – шепнула Мика, вспомнив слова Кайла о ее матери. Неужели, это правда?

– Да, это все в голове не укладывается.

– Твой отец восстанавливает порт?

– Да, но времени на это уйдет очень много. – Мика пожала плечами и взяла куртку. Агнес вздохнула и слегка улыбнулась.

– Жаль, что так вышло все, но я рада, что ты выжила. Правда. Чуть с ума не сошла, когда узнала. Юстин, кажется, даже плакал. – заговорчески шепнула Агнес. Мика усмехнулась, посмотрев на девушку.

– Я тебе не верю.

– Ну, да, я немного преувеличила.

– Слушай, может, сходим куда-нибудь? Мы с тобой давно не общались. – Мика поднялась на ноги и надела куртку. Агнес довольно улыбнулась, смерив подругу взглядом.

– Ты же знаешь, в лаборатории много работы, особенно у штатного ученого.

– Началось! – Мика закатила глаза и рассмеялась.

– Шучу. Конечно, сходим. Давай, завтра после работы пойдем в «Катаи».

– Так-то лучше. Я знала, что должность тебя не испортит.

– Это дело времени, Хоган, дело времени. – рассмеялась Агнес и, ловко подскочив на ноги, вышла из кабинета. Мика тоже засмеялась, проводив подругу взглядом.

За периметром было тихо, в общем-то, как и всегда. Негустой туман стелился совсем близко к земле. Мика поежилась от прохладного воздуха, который настойчиво проникал под одежду. Пройдя немного вперед, она обернулась, убеждаясь, что она здесь одна. Никого. Мика поправила рюкзак за спиной и двинулась вперед. Лента, которой было огорожено место с цветами, лежала на земле, оторванная ветром. Мика подошла к импровизированному парнику, который когда-то создала, и опустилась на колени. Цветы не цвели, они просто завяли, опустив свои когда-то цветущие головы к земле. Девушка мягко коснулась жухлых растений пальцами и вздохнула, как же она хотела увидеть яркие цветы, но все пропустила. Интересно, они когда-нибудь снова зацветут? Мика выдернула из земли стойки для парников и отложила их в сторону. Тихие шаги заставили ее замереть, вот только почему она не обернулась, она не понимала. Может, просто знала, кто стоит сзади?

– Вот это гости… – тихий голос Кайла вызвал внутри трепет и волнение, которые заставили все внутри перевернуться. В груди приятно стало тепло, и Мика испугалась этому факту. Что это за чувства и как на них реагировать?

– Ты поправилась? – спросил он после небольшой паузы и остановился справа от девушки. Мика подняла на него лицо. Кайл улыбался, заглядывая в ее глаза. Он ничуть не изменился – все та же щетина на лице, те же озорные огоньки в глазах, та же улыбка с прищуром, те же волосы, непослушно падающие на лицо, все тот же белый костюм и винтовка за спиной.

– Да, поправилась.

– Я рад, рад видеть тебя в прежнем состоянии. – рассмеялся Кайл, отодвинув ногой ленту, которая лежала перед ним на земле. Мика слегка скривила губы в улыбке, хотя прекрасно понимала, что ей очень хочется с ним поговорить, как тогда в госпитале, пусть даже в этих разговорах не будет смысла.

– Тут была твоя подруга, Агнес, кажется. Она так представилась, в смысле, твоей подругой. – уточнил Кайл. Мика кивнула, отведя от него взгляд.

– Я ей помог.

– Да, она говорила о тебе. А что с цветами? Они ведь набирали цвет.

– Понятия не имею. Они почти зацвели, но после визита того парня, твоего жениха, они завяли. Он был тут недели две назад. – Кайл пожал плечами и начал сматывать ленту, понимая, что ограда больше не пригодится. Мика нахмурилась. Юстин был здесь, он говорил ей. Но что случалось с цветами? Юстин же видел, что они набирали цвет.

– Ты с ним тоже говорил?

– Нет, просто видел, что он тут был. На следующий день я пришел проверить цветы, а они уже завяли.

– Странно. – Мика наклонилась ближе к земле и пригляделась, но что она хотела там увидеть, она и сама не знала. Вдруг она заметила на земле какой-то серый налет, он был еле-еле виден. Схватив рюкзак, Мика достала оттуда две пробирки и острый нож, которым сняла совсем тонкий слой земли, на которой обнаружила налет. Кайл наблюдал за ней, удивленно распахнув глаза. Она ловко поместила землю в пробирку, а затем срезала завядший стебель и убрала его во вторую пробирку.

– Что ты делаешь?

– Хочу проверить, почему они завяли.

– Думаешь, твой жених тут этим занимался? – усмехнулся Кайл. Мика пожала плечами, убирая в рюкзак пробирки.

– Вот, это я и выясню.

– Слушай, я бы хотел…как бы… – Кайл замялся, ероша волосы на затылке. Он был смущен, и Мика это видела, не понимая, что с ним происходит.

– Хотел показать тебе одно место. – тихо произнес парень. Мика подобрала опоры для парника, посмотрев на замявшегося Кайла.

– Что за место?

– Не могу сказать, просто соглашайся.

– Я не уверена, что это будет правильно. Мы, кажется, говорили на тему нашего общения. – Мика смущенно отвела взгляд.

– Ты все-таки не изменила мнение.

– Это не в моих правилах.

– Прости, не хотел ставить тебя в неловкое положение. – Кайл, кажется, расстроился, но улыбку на губах умело изобразил.

– Мне нужно идти дальше. – шепнула Мика, закинув за спину рюкзак.

– Да, конечно. Прости еще раз за мои глупые предложения.

– Ты слишком часто извиняешься. – рассмеялась Мика, пытаясь хоть как-то сбавить градус возникшего между ними напряжения.

– Я, когда волнуюсь, начинаю нести чушь и за все просить прощения.

– Ты волнуешься? – Мика с улыбкой смотрела на него. Кайл покраснел! Она это отчетливо заметила, и это было так мило.

– Немного. Прости! – Кайл засмеялся открыто и громко. Мика не удержалась и тоже расхохоталась, сама от себя такого не ожидая. Она впервые за долгое время смеялась искренне и легко. Кайл с улыбкой смотрел на смеющуюся девушку, которую сейчас он увидел с другой стороны, и эта сторона оказалась критичной, критичной для него – он вляпался, вляпался по самые уши.

– Мне нужно идти. – Мика перестала смеяться и посмотрела на парня, все еще улыбаясь.

– Да, конечно, мне тоже пора.

– Пока. – Мика снова улыбнулась, ей не хотелось расставаться с Кайлом, и она это прекрасно понимала, но пыталась переубедить себя в этом.

– Пока. – шепнул Кайл, но улыбкой не ответил. Его немного тоскливый взгляд впился в ее лицо. Мика немного помедлила и пошла прочь. Она сделала всего пару шагов, когда Кайл ее окликнул.

– Мика!

– Да? – она замерла и обернулась. Кайл широко улыбнулся.

– Я рад, что ты поправилась, и что пришла сюда.

– Я тоже рада. – Мика улыбнулась. Она была рада, что они встретились, и она знала, что именно это Кайл и имел в виду. Они еще мгновение смотрели друг на друга, но потом Мика быстро зашагала вдоль высоких деревьев. Она чувствовала взгляд Кайла спиной, а щеки горели от внезапного смущения. Мика улыбнулась, понимая, что эти чувства не просто симпатия. Это пугало, но в то же время волновало, и с этим она ничего поделать не могла.

На следующий день Мика впервые за несколько месяцев поехала в лабораторию вместе с отцом. У него на удивление было хорошее настроение, и почти всю дорогу Мика слушала его шутки и рассказы. Она лишь улыбалась, боясь своими разговорами спугнуть такое приятное отношение с его стороны. Отец сказал, что договорился об обучении, на которое Мика не успела попасть из-за пребывания в госпитале, и сказал, что если она успешно сдаст тесты, то он хочет видеть ее рядом с собой, как главного помощника. Слышать это было приятно, но ведь отцу всегда помогал Юстин. Неужели, он хочет заменить его? Или просто говорит так, чтобы потом Мика не особо расстраивалась, когда выйдет замуж и отойдет от дел? Разгадать то, что задумал отец, всегда было сложно.

Мика была у себя в кабинете, она ждала, когда будут готовы результаты анализа вчерашней почвы и завядших цветов. Именно поэтому она старалась пока не попадаться на глаза Юстину, чтобы ненароком не проговориться о своих подозрениях, в которых главным злодеем ей казался именно он. Да, и поговорить с Агнес о том, что она говорила Юстину о цветах и Кайле, не помешало бы. Но Агнес утром заглянула и напомнила о встрече в «Катаи», а потом убежала работать. Вечером будет возможность разговорить подругу.

Результаты проб почвы и цветов оказались неутешительными, и вопросов к Юстину стало еще больше. А что если это не он? Но кто тогда? Мика схватила бумаги с результатами анализов и сунула их в сумку. В коридоре было тихо. Она взяла куртку и выскользнула из кабинета, чтобы остаться незамеченной, пришлось уходить окольными путями. Мика спустилась на первый этаж и там смогла надеть куртку, но уйти просто так ей, судя по всему, было не суждено. Голос Юстина заставил ее замереть и обернуться.

– Мика? Ты уходишь?

– Да, рабочий день закончился.

– Не совсем, еще полчаса. – уточнил он, оглядывая Мику с головы до ног. В его глазах она заметила интерес, он видимо заметил, что на девушке надето светлое платье до щиколоток, невысокие сапоги, а волосы не убраны в хвост, как это было обычно, а распущены и мягкими волнами струятся по спине.

– Я все закончила, отец меня отпустил. – Мика смутилась его пристального взгляда, но про отца и то, что он ее отпустил, она не соврала, ведь еще утром предупредила его, что идет с Агнес в «Катаи».

– Куда ты идешь?

– Мы договорились с Агнес встретиться в «Катаи».

– Вот как. – Юстин хмыкнул. Кажется, он не был в восторге от этой новости.

– Да, мне пора. До завтра. – пробормотала Мика, попятившись к выходу. Юстин лишь кивнул, ничего не ответив. Поняв, что он не настроен на продолжение разговора, и больше ему нечего сказать, Мика быстро вышла из здания. Она поморщилась, чего-чего, а встречаться с ним и, тем более, объясняться, совсем не было желания.

Агнес опаздывала почти на двадцать минут. Мика уже сидела за столиком и скучающе рассматривала людей в зале. Все были такие нарядные, красивые, на девушках сверкали украшения, на парнях были белые рубашки. За соседним столиком сидела молодая пара, они весело что-то обсуждали. Парень держал девушку за руку. Они казались такими счастливыми, и Мика вдруг осознала, что хочет, чтобы ее рука тоже не была одинокой. Ее мысли прервала Агнес, которая уселась за столик напротив подруги, закрыв собой пару, которую Мика разглядывала.

– Привет. Прости, что опоздала.

– Привет. Прощу, если мы сейчас что-нибудь закажем. – улыбнулась Мика. Агнес уверенно кивнула и тут же подняла руку, подзывая официанта. Заказ был принят, и девушки в ожидании пока его принесут, улыбнулись друг другу.

– Я хотела задать тебе вопрос.

– Какой? – Агнес откинулась на спинку стула и внимательно посмотрела на подругу.

– Ты говорила с Юстином о цветах и том миротворце?

– Да. А что? Не надо было?

– А он сказал, что не знал, кто присматривал за цветами. Что именно ты говорила? – Мика заметила, как Агнес нахмурилась, видимо не понимая, почему ее интересует только это.

– Рассказала о цветах, о том, что мне помог миротворец. В общем-то, ничего особенного.

– А о том, что он знает меня?

– Ну, да, сказала. Не надо было? – Агнес испуганно выпучила глаза, поняв, что ляпнула лишнее.

– Даже не знаю, надо было или нет. Смотри. – Мика вытащила из сумки бумаги с результатами из лаборатории и протянула их своей собеседнице.

– Что это?

– Цветы погибли. Юстин был последним, кто был за периметром. Земля была опрыскана химикатами. Смотри сама. – Мика пожала плечами. Агнес уткнулась взглядом в листок бумаги. Ее брови поползли на лоб, кажется, она прочла все, что там написано, несколько раз.

– Это же…бионум? – тихо произнесла Агнес, подняв на подругу лицо. Мика кивнула. Бионум – это биологическая разработка Юстина, одна из последних, этот яд входил в биологическое оружие, над которым работали в лаборатории. Это-то и пугало.

– Зачем ему это? – Агнес снова прочла заключения из лаборатории, будто не верила в то, что происходит.

– Я не знаю. Думала, у тебя есть какие-то версии.

– Если честно, я даже придумать ничего не могу, чтобы его оправдать.

– Надо с ним поговорить. – уверенно кивнула Мика, забирая у Агнес бумаги.

– Это самое верное решение. Хочешь, я пойду с тобой? Мы выведем его на чистую воду. – Агнес оживилась, ее настрой был боевым.

– Нет, я сама, но если я не справлюсь, то позову тебя на помощь. – улыбнулась Мика.

– Я всегда готова, ты же знаешь. Только скажи.

– Знаю. Спасибо тебе, у меня кроме тебя никого нет. – Мика снова улыбнулась, пожав плечами. Агнес вздохнула и как-то грустно улыбнулась, но промолчала. Что она хотела сказать? Наверное, Мика уже об этом не узнает.

За разговорами незаметно пролетело чуть больше часа. С Агнес было весело, она могла отвлечь от грустных мыслей и вообще от всех мыслей, которые хотелось выбросить из головы. Мика даже расслабилась, улыбка не сходила с ее губ, и главным было то, что Агнес не говорила о работе, хотя вполне могла. Видимо, она тоже уставала от лаборатории и того, что там происходит. Только вопросов о свадьбе и Юстине избежать не удалось, но Мика отшучивалась и Агнес, видимо поняв ее настрой, больше об этом не говорила.

В «Катаи» вошел командир Бут в компании невысокой стройной женщины. Мика замерла, когда они проходили в паре метров от их столика, разглядывая пассию отца Кайла. Женщина была одета в строгий костюм темно-синего цвета, ее короткие пепельные волосы были гладко зачесаны назад, волосок к волоску. Тонкая шея была вытянута, плечи расправлены, спина прямая, как по струнке, легкая уверенная походка – эта женщина явно занимала высокий пост и держалась очень надменно. Внутри все замерло и оборвалось, когда женщина встала вполоборота, и Мика узнала в ней свою мать. Как же она изменилась! Но ее профиль, ее нос, глаза, пухлые губы – они не изменятся никогда. Мика соскочила с места, не понимая зачем, на нее обернулись несколько гостей и Агнес, которая удивленно выпучила на нее глаза. Командир Бут и ее мать вошли в приватный зал, куда пускали только высокопоставленные фигуры. Мика рванула туда же, но дверь перед ее носом захлопнулась, и кто-то больно схватил ее за предплечье.

– Вам туда нельзя. – тихо произнес молодой человек, который сейчас стоял перед ней, это был администратор, который обслуживал этот зал.

– Там моя мать! – голос Мики прозвучал так громко, что теперь уже все гости обернулись на нее. Парень был серьезен, но его глаза сузились, он был недоволен таким поведением девушки.

– Я еще раз повторяю, вам туда нельзя. Займите свое место. – он намеренно сделал акцент на последней фразе. Мика замерла, ее будто обдало ушатом холодной воды, под «своим местом» он имел в виду вовсе не место за столиком, а – место в обществе. И ее мать – уже не «мама» – она важный человек в Совете, неприкосновенный даже для собственной дочери. Мика отшатнулась назад, все еще глядя на администратора, который сверлил ее взглядом. Агнес вовремя сориентировалась и подбежала к подруге, схватив ее за запястье.

– Мика, идем.

– Да. Извините. – шепнула Мика, обратившись к администратору, который проигнорировал ее и отвернулся. Зал снова наполнился голосами, будто ничего и не случилось. Агнес усадила Мику за столик и внимательно посмотрела на нее.

– Что ты делаешь?

– Это была моя мать.

– Серьезно? – Агнес удивленно перевела взгляд на дверь приватного зала, а потом снова на подругу.

– Да, это была она. – Мика схватила со стола стакан и наполнила его водой.

– Успокойся, просто забудь. Столько лет прошло, если она сама не выходила на связь, значит ей это не надо. – осторожно произнесла Агнес. Мика отпила воду из стакана и вздохнула, понимая, что Агнес права. Какая-то странная обида и даже боль сжимали ее изнутри. Это что? Ненависть? Эта мысль заставила Мику вздрогнуть. Так вот, что чувствует отец? Агнес выжидающе ждала от подруги хоть какой-то реплики, но Мика молчала. Если мама отказалась от семьи, то она должна услышать это от нее лично. Краем глаза она заметила, как из зала вышла мама и направилась в сторону уборной. Подождав пару минут, Мика встала из-за столика.

– Я умоюсь, мне нужно успокоиться.

– Да, конечно. – Агнес кивнула. Она, кажется, не заметила, что из приватного зала кто-то выходил. Мика уверенным шагом направилась к уборной. Войдя внутрь, она отошла к раковине в конце узкой комнаты и включила воду. Из одной из кабинок вышла мама. Их взгляды в зеркале пересеклись. Мика пристально смотрела на родное лицо мамы, которое за эти годы стало уже чужим. Казалось, прошла целая вечность их переглядываний в зеркале, но прошла всего пара секунд. Мама отвела взгляд, и, как ни в чем не бывало, подошла к раковине, включив воду. Мика наблюдала за ней, но сказать даже слово не могла, кажется, она даже не дышала. Мама спокойно вымыла руки, поправила прическу и отошла от зеркала, одергивая пиджак. Когда она уже двинулась в сторону выхода, Мика не выдержала.

– Мама… – шепнула она. Вокруг вдруг все замерло, даже время в этот момент остановило свой ход, и ее голос повис в воздухе. Воцарилась оглушительная тишина. Мама стояла к Мике спиной, она даже не обернулась. Они молчали.

– Ты ведь узнала меня…я же твоя дочь. – выдохнула Мика, понимая, что к ней вернулась способность дышать и говорить.

– Вы меня с кем-то путаете. – до боли родной голос наполнил это маленькое пространство.

– Нет. Ты не можешь так просто игнорировать то, что я есть, и есть мой отец, который тебя ждет. – голос Мики стал громче и грубее.

– Вы меня с кем-то путаете. – повторила мама. Мика замерла.

– У меня нет семьи. – нарочито громко бросила мама и вышла из уборной. В этот момент Мика почувствовала пустоту, земля из-под ног уплывала, в ушах звенели слова «у меня нет семьи». Это было как удар под дых, от которого тело содрогнулось. Из помещения уходила уже чужая женщина. Мика схватилась руками за края раковины, чтобы не упасть. Ненависть, боль, обида, злость и чувство пустоты – все это смешалось в вихрь эмоций внутри. Немного придя в себя, Мика вышла в зал и вернулась за столик. Агнес внимательно смотрела на подругу.

– Ты как?

– Все нормально. Слушай, я пойду. – Мика взяла сумку и посмотрела на Агнес.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.