Александра Фокеева
Дело для детектива с острова Бель-Иль, или Чем опасно блогерство

Глава 1

Утро Хагена Бюлле начиналось в одиннадцать. В это время в бар приходили сотрудники. Они активно переставляли стулья, делали заготовки блюд на кухне и мешали молочные коктейли для залетных гостей бара «Мезон».

Хаген жил в деревянной пристройке к этому заведению. Раньше здесь был склад хозяйской утвари, пока Эрик, щуплый управляющий этим баром на берегу моря, не распахнул дверь перед высоким лысым мужчиной и не произнес:

– Я знаю тебя пару часов, но готов поклясться косточками своей матушки, что ты, Хаген из Неймегена, – хороший человек! И ты будешь жить здесь.

Они тут же расчистили инвентарь, освободив немного места, и поставили раскладушку. Но с каждым днем Хаген завоевывал все больше пространства, а швабры и коробки перемещались из центра в углы помещения. Через несколько недель Эрик куда-то вынес утварь навсегда, не слушая рассказы Хагена о том, что тот ненадолго.

Иммигрант из Голландии не съехал и через два года. Он стал платить за аренду этого деревянного домика с маленьким окном под потолком, где его жизнь подстраивалась под расписание бара, а вместо будильника он всегда просыпался под голоса работников «Мезон».

Но сегодняшнее утро началось по-другому: Хагена разбудил едва слышный стук в дверь. Он поморщился, но глаз не открыл. В дверь снова постучали. «Возможно, птица», – подумал Хаген.

После пятого стука он уверился, что это точно человек, желающий, чтобы ему открыли. И, скорее всего, придется-таки встать: незваный гость не уйдет.

Дверь распахнулась неожиданно для невысокого худого мужчины, одетого в зеленую гавайскую рубашку в цветочек и белые шорты чуть выше колена. По инерции он постучал по воздуху.

Перед ним стоял устрашающий Хаген в светлых трусах. У него были широкие плечи, узкие бедра и свисающей живот. Он напоминал модель на пенсии.

Хаген заметил растерянную улыбку незнакомца и рявкнул:

– Чего тебе?

Мужчина достал из кармана смятый чек и, читая его оборот, спросил:

– Хаген Бюлле? Детектив?

– Ну, – сухо подтвердил мужчина в трусах и обернулся в сторону комнаты.

На стене висели часы в виде деревянного домика с окошком, из которого раньше выезжала кукушка. Это было до того, как Артем, русский друг Эрика, принес часы голландскому иммигранту. Хаген давно отметил для себя эту русскую черту – делиться всем с обездоленными и обиженными. Но почему-то чаще всего Артем дарил только поломанное и никому не нужное.

Часы показывали девять часов и пять минут.

– Вы детектив?

Хаген отошел на шаг назад.

– Добро пожаловать в мой офис! – он постарался изобразить радушие. – В следующий раз внимательней читайте информацию на визитках. Мой рабочий день начинается с двенадцати.

Гость зашел в помещение, крутя в руке мятую бумажку. Детектив заметил на его руке браслет из ракушек. Такие же ракушки были и на шее как ожерелье. Хаген подумал: «А есть более мужественное название для этого? Или надо говорить “мужское украшениеˮ?»

– Знаете, а это не сильно похоже на визитку. Но тот пьяный парень на побережье, что дал мне ее, утверждал, что это она и другой нет. Я ему сначала не поверил. Но…

Гость осмотрелся и пожал плечами. Хаген уже натянул на себя темно-синие джинсы и черную футболку. Детектив поставил деревянный барный стул к столу, над которым висели часы, сам сел на компьютерное кресло рядом. Хаген жестом пригласил мужчину присесть.

Гость немного помялся, но подчинился. Он достал из кармана мобильный телефон, положил его на стол между ними и открыл раздел с фотографиями. Хаген ожидал увидеть там изображения юной девушки, которая скрылась от настойчивого британца (судя по акценту, это был точно не француз) где-то на этом острове или уехала на материк, устав развлекать туристов танцами и втюхиванием дешевой текилы по цене шотландского виски. Но на экране была фотография инвалидного кресла.

Хаген ошарашенно посмотрел на гостя.

– Его украли, – ответил посетитель.

– Кого? – Хаген еще раз глянул на экран, чтобы убедиться, что это не утренние галлюцинации. Но телефон уже заблокировался – экран погас.

– Кресло. Этот мужик просто вытряхнул из него мою маму на песок и сбежал. Сержант записал мои показания, но в полиции не шевелятся. Нужно им помочь.

– Я не занимаюсь помощью. Я частный детектив и расследую серьезные случаи за деньги…

– Деньги – не проблема. И насколько серьезные? Тот парень с пляжа сказал, что вы нашли его кота. И не где-то в этом районе, а на противоположной стороне острова, в семье. И ему еще пришлось выкупать рыжика за ящик пива. Я, признаюсь, восхищен вашими способностями! И хочу, чтобы кресло мамы нашли.

– Как ваша мама передвигается сейчас?

– Я купил новое.

– Так зачем вам нужно найти старое, да еще и быстро? Пусть с этим возится полиция! К чему спешка?

– Они могут сбежать с ним с острова. Туристические лайнеры приходят на Бель-Иль каждый день. Может быть, какая-то другая старушка уже разъезжает по соседнему острову на мамином кресле. Или похитители могут распродать его по частям, чтобы замести следы.

– Да, но вы осознаете масштаб этого дела?

– Но вы нашли для Рика морскую свинку! О каком масштабе речь?

– Рик?

– Постоянный посетитель бара «Мезон».

Хаген резко отъехал от стола, встал и начал торопливо ходить по комнате.

– Дело было интересное! Свинки быстро бегают. А ваше кресло…

– Вы берете только те дела, где нужно за кем-то бегать?

Хаген вздохнул, подошел к столу, взял из стопки верхний лист и протянул его гостю.

– Вот, ознакомьтесь с тарифом. Оплата почасовая. Посчитайте, сколько денег вы заплатите за мои поиски. А в полиции сделают это бесплатно! Это дело для них.

Гость даже не взглянул на цены.

– Это вопрос мести. И это личное. Этот человек сделал больно моей маме!

Хаген кивнул.

– Как вас зовут?

– Итан.

– Итан, скажите точно, сколько похитителей было. В ваших рассказах то один, то несколько.

– О, это очень интересно! Их было трое. Один командовал, другой вытряхивал, а третий стоял в стороне с пледом. Вот, возьмите!

Итан подал Хагену папку с документами, которую все это время держал в руках.

– Здесь напечатано (у меня плохой почерк) все, что я сообщил полиции. И даже есть фотороботы, правда, нарисованные от руки. Рисовала мама.

Детектив сказал:

– Я сделаю для вас все, что смогу, Итан. И для вашей мамы. А сейчас мне надо ознакомиться с документами, чтобы продумать, как действовать дальше.

Хаген протянул руку для рукопожатия. Гость резво встал и энергично ее пожал.

– Я уверен, что у нас все получится!

В этот момент в кармане Хагена зазвонил телефон. На дисплее высветился незнакомый номер из другого региона. Он прижал телефон к уху и через пару широких шагов оказался у входной двери.

– Детектив Хаген Бюлле? – спросил женский голос.

– Я, – ответил он и открыл входную дверь.

– Я Хелен Меламед. И вы должны найти мою… нашу дочь – Сару. Она не отвечает на звонки и сообщения. Ее русская помощница вешает мне… нам лапшу на уши! Она думает, я поверю в то, что Сара сбежала, чтобы отдохнуть от социальных сетей и заодно – от своих родных! Вы можете в это поверить, детектив?

Хаген тем временем сухо улыбнулся Итану, который стоял рядом, напряженно вслушиваясь в монолог женщины по телефону. Детектив махнул рукой в сторону выхода, надеясь, что гость поймет намек. Но Итан задумчиво тер подбородок и, казалось, не замечал знаков Хагена.

– Верить – это в церковь. Я работаю с фактами.

– Факт в том, что моей дочери нет на лайнере «Голубые волны». Вещи остались в номере. А команда, которой она платит бешеные деньги за ничегонеделание, утверждает, что она схватила сумочку, телефон и упорхнула отдыхать на вашем мини-острове без сменной одежды и помощников! Моя Сара без помощников даже яйца всмятку сварить не сможет!

– Постойте…

– Хелен.

– Хелен, почему вы звоните мне, а не в полицию?

– Какую? Вашего острова? Я почитала про Бель-Иль в «Википедии». Население чуть больше пяти тысяч человек. Сколько полицейских там работает? И какого качества их работа? Как часто они раскрывают дела о краже людей?

Хаген заметил, что глаза Итана округлились, и быстро затараторил:

– Хелен, сейчас я не могу говорить. У меня в кабинете другой клиент. Я закончу с ним и сразу вам перезвоню. И мы все обсудим.

– Перезвоните как можно быстрее! Я уже перевела вам задаток. Надеюсь, это вас замотивирует.

– Что? Откуда? Зачем?

– У вас на сайте есть раздел с реквизитами для предоплаты. Там написано, что аванс автоматически переносит дело в топ ваших приоритетов.

– Ладно, потом. Все потом! – закончил разговор детектив.

Он яростно выключил телефон и посмотрел на Итана, не скрывая своего раздражения.

– Девушка пропала. Это серьезно! Хотите, я вам помогу? Вам нужен напарник! – с энтузиазмом заявил Итан.

– Так вы мой клиент или напарник? – устало спросил Хаген и, шагнув на крыльцо, посмотрел в безоблачное небо. Ему нравилось жить в теплом климате. А вот получать два дела за утро – нет.

Итан встал в дверях, прислонившись к косяку.

– Смотря в каком деле…

Хаген резко развернулся. Секундное удовольствие от хорошей погоды исчезло с его лица. Теперь он выглядел собранным и расчетливым.

– У меня больше нет времени на вас.

– У меня хорошие аналитические способности!

– Вы аналитик?

– Нет, я стоматолог.

Хаген развел руками.

– Ну вот и все. Наше сотрудничество окончилось, не начавшись, – сказал детектив и вернулся в дом.

Мужчина в яркой рубашке отскочил от косяка и грустно вздохнул.

– Позвоните мне, когда вам потребуется помощь!

Хаген хмыкнул и захлопнул дверь перед его носом. Итан подошел к двери и прокричал:

– И не забудьте про кресло!

***

Хаген вышел из дома после обеда. Он любил это время дня, даже когда работал и жил в Неймегене: улицы были полупустыми. Хотя… на острове Бель-Иль было сложно столкнуться с кем-либо в любое время суток. Конечно, кроме тех моментов, когда лайнеры привозили туристов. Но у путешественников было слишком мало времени, и поэтому все приплывшие ходили одними и теми же тропами – вдоль центральной улицы до ближайших кофеен и сувенирных лавок.

Хаген жил недалеко от пляжа, но с другой стороны Бель-Иль и с гостями острова почти не пересекался.

Он зашел в небольшую закусочную, по старой памяти взял американо и пончик и направился к берегу. Там детектив сел на скамейку, положил пакет с выпечкой рядом и взглянул на море.

Это была его мечта: жить в жарком климате, где бóльшую часть года можно ходить в футболке, не встречаться с начальством, пить кофе, когда заблагорассудится, и ни о чем не жалеть.

Хаген посмотрел на часы и нахмурился. Странно: получив жизнь своей мечты, ходить обедать по старой привычке. Может, ему не так уж нужен был этот остров?

– Чего ты хмуришься? Кто-то собаку потерял?

Рядом на скамейку упал точно такой же пакет с жирными пятнами. Его кинул невысокий худой француз, который уже сидел рядом с Хагеном и дул на свой капучино.

– Настоящие полицейские пьют американо, Стефан!

– Больно ты помнишь, какие они, настоящие полицейские! – парировал собеседник.

– Ну такие, – Хаген расправил плечи и задрал подбородок, – статные, рукастые… Как я!

– Это в фильмах. А в жизни людям нужны те, у кого голова работает.

– Бьешь прямо по больному! Тебе говорили, что ты похож на Вуди Аллена, а? – поинтересовался Хаген.

– Нет. И вообще – не до фильмов в нынешнее время.

Только сейчас Хаген заметил, что Стефан на протяжении беседы то напряженно тер подбородок, то теребил волосы, то постукивал себя по коленям.

– Что произошло?

Стефан отпил капучино и доверительно посмотрел на Хагена.

– Преступник сбежал из тюрьмы. Наш надзиратель Дэвид повел его в туалет. Тот его толкнул, потом взял первое, что попалось под руку, а это была труба, и ударил Дэвида по голове. Связал парня, из кармана достал ключи. И все – выбрался на улицу.

– Так просто сбежать из тюрьмы? Ты это серьезно сейчас говоришь? – усомнился Хаген.

– Да. Меня больше удивляет, что до этого никто такого не делал! Там помимо Дэвида еще три человека работают. На всю тюрьму! Я бы на месте заключенных давно сговорился и устроил переворот. Но нет – все тихонько сидят, жду окончания своих сроков.

– Странно… Непохоже на мышление преступников.

– А чего ты хочешь? Привык к расчетливым, закаленным в холоде людям. А на Бель-Иль – красота! Солнце светит, цветы благоухают, море омывает, еду по часам дают… Что еще для счастья надо?

– Ты так описал, что тоже захотелось посидеть, – мечтательно заметил Хаген.

– Не, таким, как ты – не надо. Думаете слишком много! – ответил Стефан.

Хаген усмехнулся, допил остывший кофе, смял стаканчик и выкинул его в урну. Стефан внимательно за ним наблюдал.

– Судя по напряженному лицу, у тебя появилось интересное дело.

– Типа морской свинки?

– Не хочешь говорить? И не надо! – Стефан встал, выкинул в урну стаканчик и пакет от пончика, засунул руки в карманы. – Заходи как-нибудь.

– Как-нибудь, – задумчиво протянул Хаген.

Стефан его уже не слышал. Он шел по набережной вдоль моря.

Хаген посмотрел на свой нетронутый пончик в пакете и подумал о том, каково это – быть полицейским на таком маленьком острове. Наверное, так же скучно, как и детективом. Зато с оружием! С пистолетом за пазухой Хаген чувствовал себя гораздо увереннее. И спалось так крепче.

Он подумал, что нужно все-таки записаться к психотерапевту, получить антидепрессанты, потому что алкоголь больше не справлялся с его ментальными проблемами. Или это Хаген не справлялся с алкоголем?

Он посмотрел на свои руки и прошептал:

– Займусь этим завтра.

***

Хаген сидел за круглым столиком в дальнем углу бара «Мезон». Это было нетипичным поведением для посетителей такого заведения, где местные вечерами напивались за длинными деревянными столами с высокими стульями. Но владелец бара Эрик захотел, чтобы у него было место, откуда он может наблюдать за гостями и сотрудниками. На счастье Хагена, Эрику быстро наскучило подобное занятие и он разрешал другу занимать этот стол.

Детектив часто засиживался здесь допоздна с бумагами и ноутбуком. Удивительно, но в темном шумном баре ему лучше удавалось сосредоточиться. Хаген надевал наушники с таким шумоподавлением, что, если бы рядом с ним резали живого человека, он вряд ли обратил бы на это внимание. Вот и сегодня детектив сидел с ноутбуком за столом и слушал в наушниках треск костра. Это тоже помогало настроиться на рабочий лад.

– Вот твоя кола, дружище! – сказал бармен и поставил стакан рядом с ноутбуком.

Хаген почувствовал холодные капли на своей руке и поднял глаза. Он кивнул Грегу и отодвинул наушник. По ожидающему виду приятеля Хаген понял, что тот не уйдет так просто.

– Разыскиваешь девчонку? Удалось что-то нарыть?

– Кто сказал?

– Парень в гавайской рубашке.

– Черт бы побрал этого Итана! – детектив лихо хлебнул и с яростью поставил стакан обратно. – Ледяная!

– В следующий раз принесу колу комнатной температуры. Слушай, не злись на него! Он просто хотел помочь. Опросил тут нас всех.

– Что сделал?

– Провел интервью в рамках расследования – так он это назвал. Представился твоим помощником. Мы и ответили на все вопросы. Если бы он не был твоим человеком, стал бы кто с ним разговаривать! – заявил бармен.

Хаген схватил мышку и стукнул ею об стол.

– Грег, послушай! Итан – никто! Я его не знаю. Только сегодня утром перебросился с ним парой словечек.

Бармен пожал плечами.

– Не говори с ним больше. И всем своим передай. Он… просто сумасшедший, – заверил детектив.

Грег помялся и неуверенно кивнул.

– Мы все равно ничего не знаем, Хаген. Такую девчонку мы бы запомнили! Но ее никто не видел.

– Хорошо. Спасибо!

Хаген надел наушники и вернулся к открытому файлу. Перед ним была пустая вордовская страница, и он уже час смотрел на этот белый лист. Как в школе! Хаген терпеть не мог делать домашнюю работу и всегда затягивал это. Он открывал учебники на нужных страницах, раскладывал ручки в ряд, разглаживал тетради. А потом вспоминал, что не спросил у папы, когда они снова поедут на рыбалку, или садился прочитать еще одну главу детектива, потому что его не отпускала мысль «Что же там дальше?», а потом решал, что давно не видел лучшего друга Лукаса, и отправлялся к нему в гости…

Хаген тряхнул головой. Опять мысли увели его от главного! Скоро должна позвонить Хелен, чтобы узнать, насколько он продвинулся в расследовании.

Единственное, что сделал детектив, – договорился с катеристом: завтра с утра выплывает на его лодке, чтобы поймать лайнер «Голубые волны» на пути их круиза.

Хаген взял в руки телефон. В конце концов, вся жизнь блогеров – в интернете. Изучив странички в социальных сетях, можно составить неплохое досье на любого. Стоит только захотеть! А Хаген хотел.

Глава 2

– Да, мама, я покушал. Хм. Ну, хлеб, колбасу, сыр, кофе… Лапшу с овощами. Салат, конечно же, – по-итальянски говорил Маттео, но русскоязычной Лоле не нужно было знать другой язык, чтобы понимать, о чем ее парень беседовал с самым близким для себя человеком.

Девушка лежала на диване в просторной светлой каюте, читая на планшете новостной канал со сплетнями из мира социальных сетей. Лайнер аккуратно покачивался на волнах, но в каюте это не чувствовалось. Казалось, будто они на суше.

Парень подошел, грубовато подвинул ноги девушки и сел на край дивана. Он запустил пальцы свободной руки в свои кудри и устало выдохнул в динамик.

– Да-да, я все понял. – Маттео повернулся к Лоле, погладил ее ногу, а на вопрошающий взгляд ответил по-английски: – От мамы тебе привет.

Лола скривила лицо и снова погрузилась в чтение новостей. Маттео, продолжая гладить ее ногу, весело прощебетал на итальянском ответный привет от Лолы своей маме. Он говорил, будто его девушка тревожится за здоровье Луизы. Еще через пару минут непринужденной беседы Маттео выключил телефон, положил его на стеклянную поверхность стола и облокотился на спинку дивана. Девушка резво выдернула ноги из его рук и положила их на колени парня.

– Хочешь, чтобы я помассировал тебе ножки? – доброжелательно спросил он, начиная мять стопы Лолы.

– Маттео, ох, мой Маттео… Какой ты искусный лжец! Мне стоит тебя бояться.

– Прекрати! У меня в школе была булимия. Ты думаешь, я что-то говорил маме? Вот и сейчас пусть она не волнуется.

– Была?

– Не начинай, Лол.

Девушка резко бросила телефон на диван и села Маттео на колени. Она взяла в руки его лицо и жадно поцеловала в губы. Он откинул голову на спинку дивана и закрыл глаза. Лола стала целовать его шею, легонько прикусила мочку уха.

– Не хочу, – напряженно прошептал Маттео.

Она резко встала, взяла свой телефон и пошла в ванную комнату.

– А когда ты хотел? – зло бросила девушка и с яростью захлопнула за собой дверь.

– Лола…

– Иди к черту, Маттео! Ты добьешься того, что я заведу себе любовника. И ты будешь мне не нужен, – негромко сказала она, но он все расслышал.

Маттео застегнул рубашку, которую только что почти полностью расстегнула его девушка. Он разблокировал свой телефон и зашел в социальную сеть. Дважды щелкнул на иконку и оказался в аккаунте Лолы.

Ее страница выглядела как смесь журнала о путешествиях и рекламы женского нижнего белья или духов. И счастливых отношений. На каждой третьей фотографии они были вместе – кудрявый невысокий итальянец и белокожая русская девушка со струящимися черными волосами, грудью четвертого размера и довольно крупными бедрами. Правда, на фотографиях было незаметно то, что в жизни бросалось в глаза: Лола была девушкой с формами.

– А с кем ты будешь фотографироваться для Соцграма¹? – крикнул Маттео, не скрывая сарказма в голосе.

– С кем угодно! Лишь бы не с импотентом! – заявила Лола, стоя на пороге и зло глядя на парня. Не дождавшись реакции, она скрылась в ванной.

Он стал листать личные сообщения. Лола работала ассистентом блогера-миллионника, и поэтому ей постоянно писали незнакомые люди. Но Маттео было важно знать, что пишут только по работе и что среди этих многочисленных сообщений не затесался какой-нибудь мужик, который повелся на тюнингованную красоту и ничего не знает про заскоки Лолы.

А заскоков было много! Например, она панически боялась самолетов. И даже свою работодательницу убедила поплыть в отпуск, а не полететь. Казалось бы, эта фобия есть у многих – ничего особенного. Однако Лола совсем не контролировала себя в небе и при этом не отдавала себе отчета, насколько это серьезно. Во время каждого полета она звала стюардессу и рассказывала, как тяжело дышать, придумывала редкую, никому не известную болезнь, лишь бы самолет посадили. Затем Маттео старался убедить стюардессу или стюарда, что это неправда, что его девушка болеет, но не телом, а головой. Однако с каждым таким полетом желания убеждать и успокаивать других людей у него становилось все меньше.

Лола откашлялась. Маттео очнулся от воспоминаний. Он быстро вышел из ее аккаунта и бросил телефон в сторону. Пароля от его телефона Лола не знала, что вполне устраивало Маттео и ее саму. Она уставала от постоянной работы, вынуждавшей ее круглосуточно кому-то писать, и у нее не было желания в свободное время сидеть в чужом телефоне.

– Люблю твою экспрессивность! – сказал Маттео.

Он подошел к шкафу, взял оттуда фотоаппарат и выскочил из номера со словами:

– Я на работу.

Лола в ярости сжала зубы.

– Мне что, нужно платить за секс, чтобы ты хотя бы выполнял то, для чего вообще нужен парень? – устала произнесла она.

Лола подошла к минибару и вынула оттуда маленькую бутылочку. Легким привычным движением руки отвинтила крышку и залпом выпила. Села на диван и помассировала виски. Лола не понимала, что происходило в их отношениях. В какой момент все сломалось?

Они были обычной парой с десятилетней разницей в возрасте. В стране, откуда она родом, такая разница была существенной, но Лоле было все равно. Ей всегда было плевать на условности! Она любила Маттео. Ей было неважно, есть у него деньги или нет, к чему он способен, будет ли у него денежная карьера. Доход приносила Лола. А значит, она заработает на их счастливую жизнь. Ей хватит сил и любви.

Лола замерла. Она попыталась уцепиться за эту мысль. Любви? Любит ли она его еще? А он ее? И когда что-то пошло не так? Где они свернули не туда?

Она вернулась к минибару. Алкоголь всегда немного прояснял мысли. Правда, потом затуманивал. Но это потом. Сейчас она хотела ясности.

***

Сара Меламед получила от Лолы сообщение, что никто на круизном лайнере не сможет сделать ей коррекцию наращенных волос по бартеру. И за деньги – тоже. Помощница пояснила, что среди пяти сотен человек нет нужных специалистов. Сара ненавидела такие ответы! Она не могла вынести отказа. В конце концов, ассистентку она держала не для того, чтобы слышать «нет».

Сара стояла напротив трюмо, прихорашиваясь, и пыталась оценить, так ли ужасно смотрятся отросшие волосы.

В дверь еще раз постучали. Первый стук был минуту назад, и он был приглушенным, неуверенным. Этот прозвучал более настойчиво.

– Сара, ответь что-нибудь. Мне сейчас нужно тебя снимать или нет?

Девушка оставила волосы в покое и подошла к столу. Отхлебнула из стакана виски с колой и прошептала:

– Как вы все мне надоели! Бездарности, которые прицепились ко мне и сосут деньги!

– Сара, это Маттео. Что мне делать?

Девушка села на кожаный белый диван, еще раз отхлебнула из стакана и закрыла глаза. Это было ее желание – номер на лайнере с диваном из белой кожи. Лола потратила много времени, чтобы уговорить организаторов подготовить каюту именно с таким диваном. В остальных был либо бархат, либо кожа другого цвета. Лола была умницей. А Маттео…

Маттео всегда спрашивал, что ему делать. Иногда это было удобно. Особенно когда у Сары не было парня. В такие моменты этот симпатичный итальяшка с широкими бровями отлично справлялся: удовлетворял Сару по первой просьбе. И держал язык за зубами. Полезный навык! Но ее все равно напрягал факт, что Лола, ее персональный менеджер, может узнать про их секс с Маттео.

От этой девушки можно было ожидать чего угодно. Взять хотя бы их знакомство! Лолита подошла к Саре в кафе и заявила, что хочет быть помощником блогера, верит, что это профессия будущего, и сделает все, чтобы Сара не пожалела о найме никому не известной восемнадцатилетней девчонки из Троицка.

Тогда Сара сидела перед ноутбуком: с помощью калькулятора рассчитывала, сколько лет она будет выплачивать потенциальную ипотеку за квартиру в небоскребе, и постепенно приходила к выводу, что без команды эту амбициозную цель не реализовать.

Позже Сара ни разу не пожалела о своем решении. С ее же руки – вернее, языка – романтичная Лолита стала Лолой, личной ассистенткой с железной хваткой. И их жизни закружились в вихре. Сара и Лола летали по миру, проводили конференции, продавали доверчивой русскоязычной публике различные курсы и зарабатывали хорошие деньги.

Где-то между этими полетами Лола встретила Маттео и решила устроить и ему сладкую жизнь рядом с Сарой.

Саре всегда нужны были свежие фотографии, потому что аудитория поглощает контент в моменте и никому уже давно не нужны постановочные фотографии в блогах. Вернее, люди должны считать, что фотографии – не постановочные. При этом за объективом должен стоять профи. И такой профи – Маттео.

Он действительно хорошо снимал. Молчал и беспрекословно подчинялся той, кто платит ему зарплату. Сара удивлялась, что он не боялся гнева своей девушки и был готов на все, лишь бы его не лишили работы.

– Сара?

Голос итальянца оторвал ее от мыслей.

– Я так устала… Даже не знаю, что делать. Брошу монетку. Только вот откуда у меня мелочь?

Сара нашла онлайн-приложение по подкидыванию монеток. Загадала орла на секс с Маттео, но выпала решка.

– Как жаль, – безэмоционально произнесла девушка, а громче добавила: – Не сегодня, Маттео.

И он тут же ушел.

«Послушный мальчик», – подумала Сара и тут же загрустила. Ее заводила его покорность. И не только она.

Сара любила деньги, потому что они приносили ей огромную власть над людьми. Они всегда делали то, что она говорит. Потому что сила – в деньгах, а они были в ее кармане.

Снова зазвонил телефон. На экране высветилось имя: Хелен. Сара поморщилась, но звонок приняла.

– Здравствуй!

– Что же ты так официально?

– Хм… – Сара потерла лоб рукой. Мама опять начала свои манипуляции.

– Дочка, я так соскучилась! Мы соскучились. С папой. Когда заедешь?

Сара ухмыльнулась. Если перевести эту фразу с еврейского на английский, было бы так «Когда вышлешь денег?»

– Я в отпуске. Отдыхаю на лайнере. Тур вдоль берегов Франции, островов.

Хелен молчала. Сара отхлебнула виски с колой, и горлу стало тепло. Она прикрыла глаза и удобнее устроилась на диване, подложив под ноги подушку.

– Доченька, ты же помнишь про мой центр, да?

– Твой? – усмехнулась Сара.

– Ну, ты понимаешь. Которому я помогаю. Я обещала, что на этой неделе ты разместишь пост про Фишела в своих социальных сетях. Ему всего четыре года, а уже такая серьезная болезнь… Ты читала, что надо опубликовать?

– Фишел – это же маленькая рыбка?

– Да. Но ты не отвечаешь на мои вопросы. И уже среда. Пост нужно выставить сегодня-завтра. Хорошо, милая?

– Какое красивое имя! И звучит гендерно нейтрально. Я бы назвала так дочь.

Сара открыла глаза и сделала еще глоток. Виски закончился. Она поставила пустой стакан на пол и посмотрела на экран телефона. Мама трубку не положила.

– Мы с папой гордимся тобой. Ты знаешь? – ровным голосом произнесла Хелен.

Сара ухмыльнулась. Она хорошо помнила день, когда вернулась домой из армии. Сара чмокнула родителей в щеки и убежала праздновать с друзьями, с которыми не виделась все два года службы. Вернее, с теми, кто уже отслужил, потому что в израильскую армию всех призывают с восемнадцати лет.

Когда она пришла домой, то заметила напряженные взгляды родителей. Мама, взяв папу за руку, вкрадчиво заметила: «Птенец уже может вылетать из гнезда». По интонации это больше напоминало «Птенец должен вылететь из гнезда».

– Но куда я пойду? – обескураженно спросила Сара.

– Поступишь в университет и будешь жить в студенческом общежитии.

– Но оно платное! И зачем, когда тут у меня есть комната? Что за прикол, мам?

Хелен отвела глаза и поправила цветы в вазе. Судьбоносный разговор происходит на кухне. Мать стояла у стола, а рядом на стуле сидел папа – литовец Антанас.

– Пап, скажи, что вы шутите! Вы не видели меня два года и теперь не хотите, чтобы я жила с вами?

Антанас поджал губы, но ничего не ответил. Хелен всплеснула руками и воскликнула:

– Ну что за капризная девчонка! У тебя было все, что только можно. Детдомовские дети бы обзавидовались! Родители рядом, большая квартира со своей комнатой, карманные деньги. Ты училась в хорошей школе, пошла в армию. Ты вытащила счастливый билет!

Сара, стоявшая у окна, подвинула на другой край подоконника горшок с геранью и поморщилась. Единственное, что она не любила в этой квартире, – это мамины цветы. Хелен обожала герань! А Саре этот запах напоминал трупный. Вернее, ее представление о нем, так как мертвецов в реальной жизни она не встречала. Сара присела на подоконник и посмотрела на мать, сложив руки на груди.

– Зачем ты сравниваешь меня с детдомовскими детьми? Ведь у меня есть вы! Ты еще сравни меня с инвалидами!

Антанас откашлялся. Хелен сжала его плечо.

– Доченька, давай без драм? После службы в армии ты будешь первый год бесплатно обучаться по гранту. Денег на общежитие на первые три месяца мы подкинем. А ты пока можешь подыскать подработку, чтобы потом самой оплачивать жилье.

– А обучение после первого года?

– Ну и это тоже. Ты же понимаешь, что мы не миллионеры. Да и ты должна сама стоять на ногах. Вдруг нас не станет? Кто тебе поможет? – назидательно сказала Хелен.

– Зачем думать в таком ключе? – с дрожью в голосе спросила Сара. Кажется, она только сейчас стала понимать, что родители не шутят.

Антанас встал и рявкнул:

– Сара, это не обсуждается! Мы все решили. Ты добьешься успеха, только оттолкнувшись от самого дна. Невозможно стать значительным человеком на соломенной подстилке.

Сара открыла рот, чтобы ответить, что она хочет просто быть счастливой, что ей не хочется становиться кем-то. Но папа уже вышел из комнаты. Мама растерянно улыбнулась, кивнула, сжав руки в кулаки, и вышла вслед за отцом.

Так мама и папа превратились для Сары в Хелен и Антанаса. Навсегда.

– Хелен, а с чего ты взяла, что Фишелу нужна помощь? Может быть, это его путь к самосовершенствованию? Болезнь как ступень, а? Он должен сам крепко…

– Сара, прекрати. У тебя плохое настроение, это очевидно. Ты будешь говорить одни только гадости. Я скину тебе текст поста еще раз. Хорошенько подумай о своем будущем.

– Чтобы в аду не сгореть, перечислить деньги больному ребенку, так?

– Пока, дочка! – Хелен, не дождавшись ответа, бросила трубку.

Сара поднялась с дивана и взяла стакан, чтобы налить себе еще виски.

***

Когда ты много лет работаешь на круизных лайнерах с одной только мыслью – заработать капитал и больше никогда не подниматься по трапу, а потом этого не случается в силу разных внешних факторов, ненавидишь каждый свой день.

Серж Ивашкин жил в Могилеве, работал на вафельном заводе и с каждым годом получал зарплату все меньше. То премии лишат, то придет новый директор и всем ставку понизит. А цены на все росли даже быстрее падений его зарплаты. Жена становилась раздражительнее, потому что детей нужно было как-то поднимать на ноги. Это сейчас им уже тридцать и двадцать восемь лет, но почему-то бывшая жена до сих пор считает, что парни без папиной помощи не вытянут. А тогда, десять лет назад, они были совсем маленькими и ходили в школу, да и жена не была бывшей. И нужно было покупать для детей одежду, школьные принадлежности, давать деньги за участие в праздниках…

Из-за этого Серж согласился на заманчивое предложение коллеги – пищевого технолога Матвея. На тот момент ему было двадцать три года и он постоянно повторял своему более пожилому товарищу в курилке, что нужно «рвать отсюда когти». Каждый день Матвей придумывал новые способы заработка, но ни один не находил отклика в душе Сержа. Идеи, может быть, были и неплохие, но где-то требовался начальный капитал, где-то – связи, где-то – большое желание разобраться в новой сфере. А у Сержа после работы были силы только чтобы прийти домой, поесть котлет, приготовленных женой, и поиграть с малыми, в то время как жена уделяла немного времени себе.

Серж уставал так, что весь день с трепетом ждал момента, когда окажется в кровати. Он представлял, как ляжет на мягкую подушку, накроется тяжелым одеялом, прикроет глаза и будет плавно погружаться в дремоту. Серж наслаждался приятным, едва уловимым моментом ухода в сон. Он чувствовал, как его веки тяжелеют, дыхание становится более ровным, расслабляются мышцы лица. Серж часто восклицал про себя: «Ох, если бы только вся жизнь состояла из засыпаний!»

В один ничем не примечательный день Матвей и Серж сидели в курилке. Доставая пачку из кармана, коллега сказал:

– Есть тема – путешествовать и получать деньги.

– Ага, – лениво протянул Серж, рассматривая пятно на потолке.

Он думал, что Матвей никогда не сдается. Серж тоже хотел бы не сдаваться. Но, кажется, он проиграл бой с жизнью.

Когда это произошло? Возможно, когда он женился. Ведь такое возможно, что ты любишь человека, женишься, рождаются дети, но это был не твой путь. Одним шагом – влюбился не в того в неподходящий момент, и перечеркнул все свое будущее. А дальше жизнь понеслась на скоростях сапсана. Нужно было крутиться, вертеться, договариваться, решать… И всегда – искать деньги, что-то пробовать – открывать бизнес, пока не платили на заводе, возвращаться на завод, когда там начинали платить, а бизнес загибался.

И вот так Серж несся по жизни, как бешеная собака с языком на плече. А что он видел? Что узнал о жизни? Чего добился? Ведь может же быть, что, ухватив счастье, он отказался от более глобальных целей?

Покуривая, Серж размышлял. Вдруг он заметил, что Матвей смотрит на него вопросительно.

– Извини, я прослушал. Работа покоя не дает. Про что ты?

– Круизный лайнер, путешествующий по Европе. Там большой перечень необходимых профессий – можно выбрать по душе.

– Я не знаю английского.

– И я. Значит, у нас выбор без выбора: без языка нас возьмут только младшими официантами. Зато между работой можно выходить на остановках, гулять по улочкам, пить кофе в кофейнях, есть заморскую еду…

Серж засмеялся, переворачивая лист с расписанием. Он подумал, какими же наивными были они с Матвеем, когда так представляли эту работу…

Когда у гостей лайнера были остановки, и они выходили изучать новую страну, работники лайнера намывали, начищали комнаты, рестораны, чтобы гости вернулись в чистые красивые помещения. Но рекламные буклеты всегда врут, не так ли? Никто же не верит, что в «Макдональдсе» ты найдешь друзей и построишь карьеру, как они пишут на своих плакатах.

Однако через три года, став старшим официантом, Серж иногда находил свободные пару часов в своем расписании. Но он предпочитал использовать это время для сна, а не прогулок по островам.

Перед сном он часто проваливался в воспоминания о времени, когда Матвей помог ему сделать крутой поворот в жизни.

– Но мне сорок два года! Ты думаешь, у меня есть шансы?

– Я почитал комментарии на форуме: до сорока пяти лет есть все шансы. Позже – уже никак.

– Звучит заманчиво!

– Значит, нужно начать готовиться к собеседованию. Оно будет на английском, нам нужно заучить несколько фраз и показать на интервью всю нашу харизму.

Серж ухмыльнулся, вспоминая, что парой фраз на английском оказались пять страниц текста. Туда входило меню, наименования специальностей членов команды лайнера и вежливые фразы. Такого набора оказалось достаточно, чтобы полностью изменить жизни Сержа и Матвея.

Рядом грохотнуло. Мужчина обернулся на шум. У посудомойки стоял юный колумбиец с испуганным взглядом.

– Разбил?

– Нет.

– Повезло тебе, Дуван!

Парень закатал повыше рукава клетчатой рубашки и произнес:

– Мне больше нравится, когда меня называют по первому имени: Хуан.

– Да? А мне так понравилось значение имени Дуван… «Идущий впереди» – это же очень амбициозно! В твоем возрасте только и мыслей должно быть, что о достижениях.

Хуан открыл вторую посудомоечную машину и стал закладывать туда грязную посуду.

– Не знаю насчет амбиций, но родители дали мне второе имя в честь друга семьи. А мне он не нравится.

– Как у колумбийцев все сложно! У белорусов второе имя – отчество – по отцу. И думать не надо!

– Какое твое?

– Неважно. Для тебя я просто Серж, – сказал мужчина. Он похлопал парня по плечу и окинул взглядом посуду на столе. – Тут еще на пару запусков. Разберешься?

– Да.

– Как закончишь, можешь выйти и погулять на побережье. Только далеко не уходи, чтобы не опоздать на лайнер.

– Хорошо.

– Ты хороший парень, исполнительный. Далеко пойдешь! Это моя последняя поездка, так что замолвлю за тебя словечко самой главной.

– Спасибо! За все.

Серж молча кивнул и вышел на палубу. Холодный вечерний бриз ударил в лицо. Мужчина подошел к краю, взялся за перила и глубоко вдохнул.

– Привет-привет! – сказал энергичный голос, и рядом с Сержем появился рыжий парень невысокого роста. Он локтем ткнул мужчину в бок: – Чего молчишь? С колумбийцем своим наболтался, а на меня сил нет?

– Да разве ты отлипнешь, раз уж пристал? Поболтаю, так уж и быть.

Серж подумал, что рядом с ним все время крутятся парни значительно моложе, и все они хваткие, предприимчивые. Обладают теми качествами, которые так хотел бы иметь Серж.

– Не отлипну! Тут ты прав, – довольно протянул парень. – Слушай, на завтраке встретил такую девушку! У-у-ух! Закачаешься!

– Какую такую?

– Высокая, с пухлыми губами, глаза такие… серо-зеленые, кошачьи. Разные на свету. Даже почти голубые. Блондинка, как я люблю. Сара Меламед.

– Откуда ты узнал имя? Она с тобой говорила? Вы уже познакомились?

– «Пока нет» – на два последних вопроса. Я хочу для начала предстать перед ней в самом лучшем свете. На моем концерте. А потом, позже, когда мы «случайно» пересечемся, она уже будет знать, кто я.

– Так откуда ты узнал ее имя?

– Я проследил в какой номер она зашла после завтрака, а потом уточнил у охраны.

– Боже! Ираклий точно скоро будет уволен. Он же проходил инструктаж по безопасности! И никакого толку…

– Он будет уволен, только если ты проболтаешься. А ты уже постарайся не подкладывать нам такую свинью!

– Ничего не могу обещать. И, Натан, держись подальше от Сары. Она богатая избалованная девица.

– Откуда ты знаешь? – обиженно спросил рыжеволосый.

– Она живет в самом дорогом VIP–номере. Ты должен был заметить это, когда следил.

– Как-то в глаза не бросилось…

– И рядом с ней все время крутится кудрявый фотограф. Скорее всего, это ее парень. Тебе же не нужны проблемы?

– Хорошо, «папочка»! Но мне нужна жена. И Сара – идеальная. Та самая, которую я искал. Так что проблем не будет. Надо только устранить кудрявого.

– Как бы она не стала твоим палачом, а не женой, Натан.

– Ты опять драматизируешь! И как ты узнал, о ком я говорю?

– Я работаю на этих лайнерах столько лет… Так и быть, поделюсь с тобой мудростью. Весь персонал делится на три типа. Новички не знают постояльцев. Им все равно, кого обслуживать. Спецы сразу выясняют, кто выдающийся, и крутятся рядом с ними, надеясь на хорошие чаевые, положительные комментарии о своей работе или вообще желают, чтобы их заметили и вытащили из этого мрака. Ну, а профи сразу выявляют этих звезд и никогда не попадаются им на глаза, потому что знают: это того не стоит.

– А я из какой категории? Я же звезда, как никак. Почему со мной ты общаешься?

– Ну какая ты звезда, Натан? Тебя пару-тройку раз показали по ТВ в шоу, где каждый день появляются новые стендаперы, мечтающие о славе…

На этих словах Серж затянулся. Он смотрел на струйку дыма от сигареты и подумал, что перегнул. Серж часто говорил гадкие вещи своим друзьям, заворачивая это в соус правды и опыта. Но в глубине души он знал, что ведет себя, как мудак.

– Угостишь? – вяло спросил некурящий Натан, протягивая пальцы к сигаретной пачке в руках Сержа.

– На здоровье, – миролюбиво ответил старший товарищ.

Глава 3

Хаген стоял на палубе лайнера и хмурился. Напротив него худой парень в темно-зеленой форме уже три минуты листал бумаги с печатями. Документы любезно предоставил Стефан – после того, как детектив рассказал о деле, над которым работал.

– У вас на борту пропала девушка, а вы перепроверяете мои документы? Чего вы боитесь? Что я еще кого-нибудь украду?

– Тс-с-с, – озираясь, сказал специалист службы безопасности лайнера. – Не мешайте мне делать свою работу.

Хаген хотел было сказать, что мешать уже нечему: Сара пропала. А потом передумал. В конце концов, что он сам знал об этом деле? У него был заказ от Хелен Меламед, аванс на счету – и все.

Детектив подошел к краю палубы, оперся на перила и осмотрелся. Солнце отражалось от морской глади и слепило глаза. Хаген надел очки и погладил лысину. Он не любил головные уборы, но и сожженная кожа его мало радовала.

– Хаген Бюлле?

Детектив обернулся. На лице парня в зеленой форме появилось выражение облегчения. Рядом с ним стоял мужчина невысокого роста с елейной улыбкой и хитрым прищуром. В руках он держал документы Хагена.

– Здравствуйте! – Детектив подошел к незнакомцу и протянул руку.

Менеджер слегка брезгливо посмотрел на нее, сунул Хагену его документы и сказал:

– Наше судно в вашем распоряжении. Можете проводить свои опросы. Только не поднимайте шум. Нам только паники не хватало!

– Сколько у меня времени? Я могу посмотреть записи с камер?

Менеджер глянул на часы на руке и ответил:

– Пару часов. Потом мы отходим. Записи… Думаю, можем показать. Если успеем. У нас тут дел по горло, если вы понимаете, о чем я.

Хаген не понимал.

– Я могу снять каюту на сутки? Два часа – не так уж и много.

– Нет, свободные места закончились.

– Серьезно? Это невозможно!

– У нас дорогой круиз по великолепному маршруту. И, естественно, все места были раскуплены заранее.

– Нет даже маленького запасного помещения?

– Нет.

– Подумайте еще раз. Журналисты ведь могут узнать про пропажу Сары, и желающих кататься на ваших дорогих лайнерах явно поубавится.

– Думаю, мы можем предложить вам один вариант – одноместную каюту на нулевом этаже. Но… там нет никаких условий.

– Меня устраивает!

– Хорошо. Я распоряжусь. А пока Ираклий отведет вас к знакомым этой девушки.

Хаген кивнул.

– Мы посмотрели по базе: бронь на каюты Сары Меламед оформляла Лола Ив… Ивешская? Ившская? Я точно не помню. Для себя она забронировала каюту этажом ниже и живет там вместе с Маттео Буджардини, – рассказывал Ираклий, пока они шли вдоль палубы.

– В каких они отношениях?

Ираклий остановился и рукой показал Хагену, что им нужно свернуть за угол.

– Моя задача – следить за безопасностью гостей. А следить за людьми – скорее ваша.

– На этом лайнере все такие кусачие? Я скоро поверю, что Сара просто сбежала. Ну или совершила самоубийство.

Ираклий продолжал идти, не оборачиваясь. Они свернули за угол и оказались на площадке из светло-коричневой террасной доски. Внутри лайнера был оборудован бассейн под открытым небом, со всех сторон окруженный номерами, где жили постояльцы. Пара человек плавали в бассейне, кто-то сидел в джакузи, на лежаках расположились загорающие, рядом с ними бегали дети.

– Вот там, – Ираклий указал на второй этаж над бассейном, – номер Сары Меламед. Сразу под ним – номер Лолы и Маттео.

– Отлично!

– Чем-нибудь еще могу быть полезен?

– Нет.

– Спасибо, – с явным облегчение произнес парень и тут же скрылся из виду.

***

Хаген сидел в кресле, с трудом сохраняя ровное положение. Кресло было слишком мягким и буквально призывало провалиться внутрь, угоститься виски, которое предложила пара напротив, и потрепаться о том, каково жить в таком роскошном номере лайнера, который совершает круиз по столь шикарным местам.

На диване сидели девушка и парень. Хаген сразу понял, что они вместе. Это легко считывалось внимательным взглядом. Нет, не детектива, а мужчины, который когда-то был женат. Побывав под каблуком у жены один раз, ты потом везде узнаешь этот напряженный мужской взгляд на его спутницу.

– Что нужно рассказать?

Она главная. Это было ясно и без тягучей паузы. Но Хагену захотелось, чтобы Лола взяла быка за рога, проявила себя.

Детектив пожал плечами и сказал:

– Что посчитаете нужным.

Они готовились. Надо дать им время изложить свою легенду. А потом можно искать нестыковки, задавать уточняющие вопросы.

– Три дня назад Сара перестала выходить на связь. Мы с Маттео, хоть и живем рядом, но не проводим с ней все время. В Москве мы вместе работаем и отдыхаем. Я часто у нее ночую. Но здесь, на лайнере, мы чаще переписывались по работе, чем виделись. Такой почти отпуск для нас. Да, и Сара любит одиночество, – рука Лолы легла на плечо Маттео.

Хаген кивнул.

– А я все-таки не откажусь выпить. Только не виски, а воды, пожалуйста, – попросил детектив.

Лола бросила взгляд на Маттео, который смотрел куда-то в сторону и, казалось, не замечал ничего вокруг.

– Да, конечно, – ответила девушка.

Она встала и прошла за спину детектива. Там был бар.

– Маттео, ну а вы когда и при каких обстоятельствах последний раз видели Сару?

– Не помню. Наверное, когда снимал ее.

– Попытайтесь вспомнить. Это важно.

В этот момент подошла Лола. Она сунула Хагену в руки стакан с холодной водой.

Маттео вздохнул. Лола села рядом и приобняла его.

– Милый, не волнуйся. Детектив Хаген просто уточняет. Не переживай.

– Я… я снимал ее у бассейна во вторник. Для нового запуска ее курса в социальной сети. В среду днем пришел к ней на подсъемки. Иногда мы снимаем только для сторис. Но она не открыла мне дверь. Я стучал несколько минут. Сара сказала, что не хочет сниматься. И я ушел.

– И это все?

– Технически в тот день я ее даже не видел.

– А пропала она?..

– В четверг, – звонко ответила Лола. – В четверг утром она перестала отвечать на мои сообщения. Днем мы с Маттео пришли в номер. У нас были запасные ключи, потому что Сара рассеянная. Она всегда заказывает мне личный ключ, чтобы я смогла открыть ей дверь, если она потеряет свой. В номере ее не было. Телефона и сумочки – тоже. Я знала, что утром была остановка на острове Бель-Иль, и подумала, что она сошла там.

– Вы сказали, что вы в отпуске? Какие тогда съемки?

– Нет, это рабочий тур. У нас запуск курса, как сказал Маттео. Но работаем на лайнере мы значительно меньше, чем в городе. Связь часто пропадает. Поэтому я воспринимаю эту поездку как отпуск. Только и всего.

– И вы не вызвали полицию, хотя ваша начальница пропала?

– Послушайте, вы не знаете Сару! Она делает только то, что захочет. Иногда она устает от славы и сбегает с выключенным телефоном. Не понимаю, почему Хелен подняла такую шумиху.

– А она подняла?

– Вы же тут! Мы отчитываемся детективу. Значит, она подсуетилась.

– Почему вы решили, что меня наняла Хелен?

Лола удивленно посмотрела на Хагена.

– А кто же еще? У Сары, кроме меня, Маттео и родителей, никого нет. Антанасу интересны только его книги. Вот и остается Хелен.

Детектив кивнул.

– Скажите, Маттео, как Сара вам платит? За каждую фотосессию отдельно?

– Нет. У нас контракт. По контракту Сара имеет право известить меня за сутки о любой фотосессии и я должен приехать. В турах я должен сопровождать ее всегда, чтобы она могла в любой момент делать контент.

– Значит, вам в принципе даже на руку такая ситуация, что Сара куда-то сбежала? Ведь вы можете пить, есть, а деньги капают…

Маттео побледнел.

– На что вы намекаете? – прошипела Лола, заправив за ухо локон черных волос.

Хаген, тихо смеясь, поднял руки ладонями в сторону парочки.

– Полегче! Мы в одной лодке. Буквально! – детектив осмотрел каюту. – Ну, кто-то в более лучших условиях… Но мне тоже сейчас платят за просто так, – он отпил из стакана и с грохотом поставил его на стол. – Я сижу с вами тут, пью водичку, а деньги капают на мой счет. Если Сара будет скрываться пару месяцев, то я стану богачом. Усекли?

Лола и Маттео промолчали.

– А она будет? Будет скрываться пару месяцев? – поинтересовался Хаген.

Девушка пожала плечами и сделал глоток виски. Маттео откашлялся и произнес:

– Мы ничего не знаем, детектив.

– А обычно на сколько она сбегает?

– Бывает, на неделю, бывает, на две. На более долгий срок – не припомню, – сказала Лола.

– Сколько лет вы с ней работаете?

– Десять лет. Маттео – полгода. Раньше нам не нужно было иметь столько фотографий, – опережая вопрос Хагена, быстро ответила Лола.

– Кстати, об этом. Маттео, можете показать последнюю фотосессию? – спросил детектив.

Парень замялся, вздохнул, достал мобильный телефон и протянул его Хагену.

– Фотоаппарат в нашем номере. А на страничке Сары в социальной сети можно посмотреть последний опубликованный фотосет.

Задумчивая блондинка в зеленом шерстяном костюме стояла на палубе и внимательно смотрела на Хагена. Было видно, что снимки сделаны после дождя: на стуле блестели капли. На одной фотографии Сара была в синих джинсовых шортах.

– А что за татуировка у нее над щиколоткой?

Лола вытащила телефон из рук Хагена и прищурилась.

– Остров. Очертания острова.

– Какого?

– Кто знает, – Лола пожала плечами и вложила телефон в руку Маттео.

– Когда она ее набила?

– Незадолго до отъезда. За две недели. Я еще сказала, что это плохая идея.

– Почему?

– Татуировкам в первые дни противопоказано солнце, их нужно постоянно мазать солнцезащитным кремом. Сара забывчивая. Мне приходилось часто напоминать ей про крем.

Хаген оторопел. Лола сказала про Сару в прошедшем времени. Обычно на этом прокалываются убийцы-новички. Но детектив даже бровью не повел и продолжил беседу в том же, спокойном ключе.

– Вас это раздражало?

– Нет.

Хаген резко встал, прошелся по каюте, осматриваясь. Лола и Маттео внимательно следили за действиями детектива. В комнате была идеальная чистота. Нигде не лежало никаких лишних вещей.

– Сара была чистюлей?

– Скорее, наоборот, – Лола встала и подошла к Хагену, который рассматривал чайный столик. – Каждое утро приходит уборщица и намывает тут все. Где бы ни была Сара, мы всегда заранее договариваемся об уборке.

– Хм…

– Почему вы хмыкаете? – Лола перевела взгляд со столика на Хагена.

Он пожал плечами и взглянул на Маттео.

– Когда я могу осмотреть вашу каюту? – поинтересовался детектив.

Лола встала между Маттео и Хагеном и вздернула брови.

– Вы же действуете незаконно и прекрасно осознаете, что мы легко можем вам отказать. И сюда вас могли не пускать.

Хаген расплылся в улыбке.

– Да, но почему-то пустили… – задумчиво протянул он. – Ладно, а что насчет туалета? Пустите? Мне не дают снять каюту: говорят, все занято. Как мне справлять нужду? В море?

Лола поморщилась. Маттео сказал «там» и махнул рукой в сторону белой двери позади детектива.

– Спасибочки! – поблагодарил Хаген и быстро пошел в туалет, пока Лола не вытолкала его из номера.

Ванная комната была абсолютно чистой. Все поверхности блестели и будто бы ныли от своей белизны. Хаген включил воду. Он делал так всегда – во всех общественных местах. Пускал воду, чтобы никто не слышал, что именно он делает в туалете.

Детектив открыл шкаф и стал аккуратно копаться в содержимом. Но и там все было разложено по линеечке. Хаген рванул на себя ручку выдвижной полки. Внутри лежали упаковки шприцов. На беглый взгляд их было около двадцати.

Хаген нажал на кнопку слива, помыл руки и вышел из комнаты. Маттео и Лола стояли на тех же местах, где он их оставил.

– У Сары диабет?

– Нет, – задумчиво ответила Лола. – Почему вы спрашиваете?

– Так, просто, – уклончиво ответил детектив.

Взявшись за ручку двери, он обернулся и посмотрел на Лолу и Маттео.

– Если вспомните что-то необычное, сообщите мне, – сказал Хаген и протянул Лоле визитку.

Девушка молча взяла ее и сунула в задний карман джинсов. Маттео закрыл глаза.

Хаген быстро шел по палубе. Моросил дождь. Детектив остановился у бассейна и сел на шезлонг – под зонтик, достал телефон, зашел в социальную сеть и отыскал фотографию Сары, где была хорошо видна татуировка. Затем достал кошелек и вынул оттуда маленькую смятую фотографию из рекламного буклета: он вырезал ее в первый день, когда переехал жить на остров Бель-Иль. Очертания острова и татуировки были очень похожи.

– Не может быть! – прошептал Хаген.

***

Вечерело. По лайнеру гуляли гости в вечерних платьях и костюмах с коктейлями в руках. Среди них Хаген Бюлле выделялся простыми джинсами и футболкой. И не только этим.

Он фланировал туда-сюда с сосредоточенным лицом, вылавливая отдыхающих по одному и показывая им фотографию Сары. Все отвечали примерно одно и то же: внешность типичная, и даже если бы они видели эту девушку, то не запомнили бы где. Но детектив продолжал упорно раздавать визитки и просил звонить ему в случае внезапно нахлынувших воспоминаний.

– Колин, подожди! – Седая женщина в возрасте подошла к Хагену. На ней было нарядное блестящее платье. В одной руке она держала бокал с шампанским, а другой – вцепилась в мужчину лет на двадцать моложе ее.

Хаген посмотрел на нее выжидательно.

– Вы детектив?

– Да. А вы?

– Милен Готье. Мне семьдесят два года, – с гордостью заявила она.

Хаген понял, что от него требуется, и быстро сориентировался:

– По вам и не скажешь! Я дал бы вам максимум пятьдесят. Ну, в крайнем случае – пятьдесят два года!

Милен Готье бросила многозначительный взгляд на спутника. Он закатил глаза.

– Вы что-то знаете про эту девушку? – и детектив показал фотографию Сары на телефоне.

– Нет. Но наркоманы! Хотела бы заявить на них. Вы же занимаетесь наркобаронами? Или наркопритонами? – Милен на секунду задумалась, а потом продолжила: – Я не очень во всем этом разбираюсь…

– Так… И что? – разочарованно спросил Хаген.

– Видела молодого парня в коляске, кудрявый такой. Ноги накрыты пледом, хотя жара стояла жуткая, несмотря на то, что солнце уже село. Так вот: солнце село, а на нем очки – темные-темные. Странно, да?

– Эм… Наверное, – неуверенно протянул детектив.

– Я обратила на него внимание, потому что мой бывший муж, – Милен Готье стрельнула неуверенным взглядом в спутника, а затем продолжила: – Он был инвалидом-колясочником. С тех пор в глаза бросаются такие люди…

– Милен, давай не будем отвлекать детектива, – начал спутник дамы, но она перебила его жестким «Не лезь».

– Плед в жару и очки вечером – интересно, да? Ладно бы он был рок-звездой! Но нет – парень был бледным, как смерть. Что скажете, детектив?

Хаген потер подбородок.

– Интересное наблюдение, Милен Готье. Спасибо огромное!

Он пожал обе руки женщины, похлопал по плечу ее спутника и быстро удалился с палубы. Свою визитку новой знакомой он не дал. И не стал повторять заезженное «Позвоните, если что-то вспомните». Хагену было достаточно ее воспоминаний. Отношения к делу они не имели.

Глава 4

Сара засмеялась. Натан задержал на ней свой взгляд чуть дольше, чем тогда, когда скользил взглядом по зрителям. Она сидела в белой майке, сквозь которую просвечивали соски, и серых тренировочных штанах. На плечи был накинут пиджак, на голове – черная кепка New Era.

Она выделялась среди накрашенных девушек в блестящих платьях и на каблуках, которые пришли послушать комика. Почему-то на его выступления приходили в основном женщины. А где были их мужчины в это время? «Но об этом надо подумать позже, после концерта», – решил Натан и произнес свою разрывную шутку.

Сара усмехнулась и легонько похлопала в ладоши. Комик улыбнулся в ответ.

В глаза ударил яркий свет. Натан зажмурился. Когда он открыл глаза, то увидел руку осветителя, которая рьяно рассекала воздух. Пора уходить со сцены.

Менеджер за кулисами уже несколько раз гневно махал, напоминая, что пора заканчивать программу. Но Натан чувствовал, что это его звездный час, и не мог упустить такую возможность – показаться перед Сарой во всей красе.

Да и его несло на волне адреналина. Когда в зале собиралась благодарная публика, как сегодня, он не мог остановиться и расстаться с этими довольными смешками, хотелось рассмешить их до боли в щеках, чтобы этот день был запоминающимся, чтобы на утро они вспоминали Натана.

Наконец, он картинно поклонился и скрылся за портьерой. Перебросившись парой шуток с музыкантами, резко развернулся, чтобы подойти к местечку за шторой и продолжить подглядывать за Сарой. Но в этом не было нужды: она стояла перед ним.

Ненакрашенная, с волосами, стянутыми в хвост под кепкой. Высокая, очень высокая. Ноги в кроссовках. Страшно было к ней подойти во время фотосессий, ведь там «полный набор» – каблуки и платья. Натан хорошо это знал, потому что с тех пор, как увидел ее впервые, успел найти ее страницу в социальной сети, и теперь в любую свободную минуту открывал телефон и смотрел ее профиль.

– Привет! Классные шутки. Я Сара, – игриво сказала она и протянула руку.

Натан нервно ее пожал. Пожалел, что его ладони почти всегда потные.

– Вблизи ты немного другой.

– Сцена добавляет роста.

– Ха, если узнаешь, что сможет его убавить, сообщи. Мне пригодится! – задорно ответила девушка, но Натана было не обмануть.

Он заметил, как скованны и зажаты были ее плечи, она даже немного горбилась. На фотографиях Сара была другой. Куда-то делся стервозный взгляд и прямая спина.

– Ну ладно. Приятного вечера! – проворковала она и, не дождавшись реакции, пошла к выходу.

– Погоди! – Натан резко схватил ее за руку. Потом отпустил, заметив ее удивленный взгляд. – Я… я после выступления плохо соображаю. Может, пойдем в бар и выпьем по коктейлю?

– Ты знаешь, я тоже устала. Да и почти не пью.

– Хм, я…

– До завтра, Натан.

Комик кивнул. Он не заметил, как Сара ушла. Потому что наслаждался мыслью, что она знает его имя.

***

Лола зашла в каюту и громко хлопнула дверью, чтобы Сара узнала о ее присутствии.

– Привет! – сказала та, выходя из ванной.

Лола прошла к холодильнику, взяла стеклянную бутылочку сока и отхлебнула.

– Не понимаю, зачем мне нужно каждый раз так громко хлопать дверью. Как бы нас не оштрафовали за порчу имущества, – раздраженно произнесла Лола.

Сара села на диван и стала внимательно щупать губы. Через пару минут она обронила:

– Я и не жду от тебя понимания. Откуда тебе знать о страхе, что в квартире может кто-то оказаться?

– Куда уж мне! Я никогда не жила одна. Для меня кто-то в квартире – это норма, – спокойно ответила Лола, пожав плечами. Она перевела взгляд на губы Сары и спросила: – Что не так?

– Странный какой-то гель. Губы немного чешутся, а он как будто скатывается внутри.

– А ну-ка… – Лола рукой взялась за подбородок Сары и приподняла его к свету.

– Дз-з-з-з! – завибрировал телефон на диване.

Лола бросила взгляд на экран и увидела фотографию суровой морщинистой старушки с крупным перстнем на руке. «Хелен», – было написано крупными буквами.

Сара на ощупь сбросила звонок.

– Да, странно. Чувствую комочки, – задумчиво произнесла Лола.

Она убрала руки от лица Сары и отошла на кухню, чтобы их помыть. Сара ухмыльнулась: лучше бы Лола мыла руки до того, как ее трогает.

– Какие таблетки ты сейчас принимаешь? Материал чистый, проверенный. Ты знаешь. Я у абы кого не закупаюсь! Может, это реакция на лекарство в твоем организме?

Сара зевнула.

– Я ничего не принимаю.

Лола подошла и еще раз внимательно посмотрела на губы девушки.

– Сара, это серьезно! Посмотри ролики про жертв пластической хирургии, если мне не веришь. С этим нельзя шутить!

– Лола, не будь занудой! Лучше подумай, как убрать эти комочки.

– Надо подружиться с персоналом, чтобы они нам слили информацию, кто здесь пластический хирург или хороший косметолог.

– Я познакомилась со стендапером, – поделилась Сара.

Лола закатила глаза, усаживаясь рядом на диване.

– Если нам станет нестерпимо грустно, то воспользуемся твоим контактом, – едко заметила она. – Но для этого дела нам нужен кто-то более серьезный. Например, с кухни.

– И старый, чтобы у него были связи, – вставила Сара.

– Хорошая идея! – поддержала Лола и задумчиво закусила губу.

Глава 5

Хаген открыл дверь, щелкнул выключателем и зашел в каюту. Назвать это помещением было трудно. Справа от него располагалась узкая койка, напротив нее – маленькая тумба и столик, прикрепленные к стене, слева – душевая кабина, совмещенная с туалетом так, что когда ты принимаешь душ, то заливаешь водой пол туалета.

«Неплохое использование пространства!» – подумал Хаген и сел на койку. Хотелось выпить. Уже давно. Он посмотрел на руки и вздохнул. Нужно было либо начать ходить к врачу и выяснить, что с ним, либо больше пить. Последний вариант был ближе. Особенно сейчас, когда он изрядно устал.

Хаген уже пару лет не выезжал с острова и сейчас немного ошалел от наплыва впечатлений. Ему нужно было срочно отсюда выбираться. Но сначала – выпить.

Он умылся, протер голову влажной рукой и вышел из каюты. По коридору проходил парень в форме.

– Эмм… Извините. Где я могу выпить?

Парень с пренебрежением осмотрел собеседника с головы до пят.

– Бар на самом верхнем этаже.

Он прогудел эту фразу под нос и уже собирался уходить, но Хаген спросил:

– Самый верхний – это какой?

– Седьмой этаж, сэр!

Хаген прошел по коридору и завернул за угол. Он встал у дверей лифта и нажал на кнопку. Парень в форме заметил, что на постаменте у вазы стояла пустая кружка из-под кофе. Он покачал головой и что-то проворчал.

Двери открылись, и оба зашли внутрь лифта. Хаген кивнул на кружку в руках работника и спросил:

– И часто у вас такое бывает?

– Случается, – устало ответил тот и нажал кнопку пятого этажа.

Хаген нажал на цифру семь.

– Наверное, тяжело здесь работать? Целый день на ногах!

Парень пожал плечами.

– Скажите, а вы проверяете, все ли гости вернулись в номера после остановок на островах? – быстро выпалил Хаген.

Двери открылись. Парень обернулся, внимательно посмотрел на детектива и вдруг выскочил из лифта. В последнюю секунду он выкрикнул «Нет» и скрылся за углом.

В центре темного зала одиноко танцевала женщина в возрасте. Светомузыка периодически бросала блики на барную стойку, столы и танцевальную площадку. Хаген осмотрелся, подошел к барной стойке и сел на стул. Тут же подскочил бармен.

– Что вам?

– Что посоветуете?

Бармен лихо схватил заламинированный лист и сунул его Хагену в руки.

– Попробуйте что-то авторское. Я всегда делаю так в новых местах.

Детектив пробежался взглядом по листу, не читая, и ткнул наугад.

– Вот это, пожалуйста.

– «Цыганский барон». Хм… Как скажете… – Бармен отвернулся и начал быстро заливать что-то в шейкер.

Хайген пожалел, что выбрал наугад.

– А какой состав? Или тоже будет сюрприз? – поинтересовался детектив.

– Да, пусть это будет вечер сюрпризов, – устало ответил бармен.

Через минуту на столе перед Хагеном стоял бокал с зеленой жидкостью. Он недоверчиво переводил взгляд с бокала на бармена.

– Скажите, Макс, а это точно можно пить?

– Откуда вы?.. А, бейджик! Да, не бойтесь. Зеленый цвет из-за мятного сиропа.

Хаген поднес бокал к губам и сделал крохотный глоток. Он постарался сохранить безэмоциональное выражение лица, но Макс заметил легкое подергивание плечами.

– Не понравилось? Ну значит, мята – не ваше. В следующей раз попробуйте что-нибудь другое.

Хаген нашел в телефоне фотографию и показал ее Максу.

– Вы видели эту девушку? Я закажу другой напиток, только вспомните что-то о ней.

Макс потер подбородок.

– Ну, это Сара. Тут ее знают все. В смысле, весь персонал. Насчет гостей – не знаю.

– Почему?

– Она известный блогер. Многие подписаны на нее в социальных сетях.

Хаген молчал.

– Но не я, – добавил Макс после паузы.

Хаген посмотрел по сторонам и, убедившись, что рядом никого нет, чуть тише сказал:

– Сделайте мне еще напиток и расскажите о ней. Пригодится любая информация.

Макс намешал что-то на основе клюквы и протянул стакан прямо в руки Хагену.

– А что я могу знать? – Он пожал плечами. – Я просто напитки подаю! А Сара сюда почти не заглядывала.

Хаген сделал глоток и даже не поморщился. Это уже можно было пить!

– Что она заказывала?

– Только воду. Брала закрытые бутылки. А если по какой-то причине оставляла ее недопитой на столике и отлучалась на пару минут, то больше из нее не пила. Всегда покупала новую.

– Хм… Мне бы еще один коктейль. И еще немного информации.

Макс оценил почти полный стакан в руках посетителя, но ничего не сказал. Он отвернулся и вздохнул. Макс решил смешать коктейль посложнее, чтобы у него было время вспомнить. Он очень хотел спать. И ни с кем не разговаривать. Макс так устал от людей, думающих, что бармен – это их психолог!

«И этот полицейский… Думает, наверное, что барменам все рассказывают ценную информацию, как в фильмах. И сейчас я что-то ляпну незначительное, а это окажется ценной уликой. Но нет, господин полицейский, это не кино, а я ничего не помню», – думал Макс, тряся шейкер.

– Вот! – довольно произнес бармен и подвинул к Хагену прозрачный коктейль в красивом бокале.

– Больше похоже на женский напиток, – проворчал детектив, но отодвинул недопитый коктейль и ухватился за ножку бокала с новым напитком.

– Унисекс, – развел руками Макс. – Я тут подумал, что вы, как Эркюль Пуаро, расследуете смерть на Ниле. Читали Агату Кристи?

– А кто сказал, что Сару убили? – Хаген очень сосредоточенно посмотрел на парня.

Тот побледнел.

– Я… просто… Просто сказал. Я не то имел в виду! Я не знаю, что произошло, но вы пришли сюда с фотографией девушки.

– Может, я жених, – спокойно продолжил Хаген.

Макс закусил губу, и вдруг его глаза засветились.

– Вспомнил! Сам я не видел, но на кухне шептались, что насчет Сары выспрашивал Натан. Это стендап-комик.

– Что выспрашивал?

– Ну не знаю я! Понравилась она ему. Наверное. Я не специалист в этих делах.

– В каких?

– В сплетнях.

– Так почему вы решили, что Сары больше нет в живых?

Макс подошел вплотную к барной стойке и навис над ней. Он понизил голос и проговорил:

– Потому что у вас лицо полицейского. И взгляд, как у охотника. Понимаете? По вам видно, что вы не просто так спрашиваете.

Хаген быстро кивнул, улыбнулся, достал кошелек и кинул купюру на стол.

Максим неуверенно сказал:

– Сейчас посчитаю сдачу.

– О, не надо. Спасибо за информацию.

Хаген как-то резко повеселел. Направляясь к выходу, он развернулся, крикнул Максу «Еще увидимся» и махнул рукой. Макс чертыхнулся.

***

Натан сидел и смотрел в овальное окно лайнера. Это было единственное место, где он мог побыть один. Четвертый этаж, закуток, где в ряд стоят три стола со стульями. Место у окон. И белая стена. Тупик.

Он сидел, закинув ноги на другой стул, и крутил в руках ручку. Перед ним на столе лежал потрепанный блокнот. В нем стендап-комик писал заготовки для будущих шуток. И ему очень не хватало Леви.

Натан учился на последнем курсе университета на маркетолога. Учился из рук вон плохо. Его спасали только предусмотрительность, любезность и постоянство. Натан быстро вычислял, как себя вести с разными преподавателями и никогда не ошибался в этом. Одним он делал комплименты, перед другими садился на первую парту, к третьим всегда подходил после лекции с вопросами. Натан быстро смекнул, что похвала – это прямой путь к любому сердцу.

Однажды на вечеринке он познакомился с Леви – парнем из художественного университета. Тот был полной противоположностью Натана: высокий (один метр и девяносто пять сантиметров), светловолосый, худой, манерный и задумчивый.

Но это тогда. А позже, когда они уже дружили, Леви всегда смеялся с Натаном.

Они познакомились зимним вечером на квартире у друзей, чтобы больше никогда не расставаться. В конце вечеринки Леви скинул Натану ссылку на страницу бара со словами, что завтра он выступает там и будет рад, если его новый друг придет и поддержит его.

Натан особо не вникал, не читал описание мероприятия и пришел на следующий день, чтобы провалиться в кроличью нору под названием «стендап».

В углу бара у рояля стоял микрофон, к которому по очереди выходили комики. Они мялись, подглядывали в телефоны, сбивались, но все-таки смешили зал. Натан заказал бургер, но не притронулся к нему до тех пор, пока не выступили все участники. Ему было неловко есть перед ними. Было странно жевать булку, когда кто-то пытается тебя насмешить.

А потом вышел Леви. Он откинул светлую челку с лица и взглянул в блокнот, который держал в руках. Перевернул страницу и начал рассказывать шутки, иногда подглядывая в записи. Натан смеялся громче всех. Но его больше поразило сияние, которое исходило от нового друга – парень не мог отвести от него взгляд.

Леви будто родился для подобной обстановки: жаждущие глаза, внимающие каждое его слово зрители, то, как он резким движением поправляет челку, как скользит взглядом по залу, как улыбается над удачной шуткой одним уголком губ. И ему это безумно шло.

Натан нестерпимо захотел стать таким, как Леви. Он захотел прожить его жизнь.

– Ты можешь стать моим бадди, помощником для разгона шуток, – мягко заметил Леви, сжимая холодный бокал с пивом после выступления.

Они сидели за тем столом, где весь вечер провел Натан, и обсуждали, как классно быть комиком. И тут – такое предложение.

– С радостью! – с энтузиазмом ответил Натан, взял в руки бокал пива и легонько стукнул о стакан приятеля.

Натан открыл глаза. Перед ним лежал все тот же чистый лист, который он взял час назад. Очень не хватало Леви, чтобы кто-то «добивал» его шутки.

– Для этого нужно, чтобы я хоть что-то написал, – угрюмо проворчал Натан себе под нос.

– Нет вдохновения? – спросил лысый мужчина и, взяв стул из-за соседнего столика, поставил его к столику Натана и сел.

Комик инстинктивно прижал блокнот к груди и вопросительно изогнул рыжую бровь. Собеседник протянул ему руку.

– Я Хаген Бюлле, детектив. Вы можете что-то сказать мне про вот эту девушку? – сказал он и показал Натану фотографию Сары на телефоне.

Комик взял телефон детектива в руки. Это была страница в социальной сети. Хаген открыл первую попавшуюся фотографию из профиля девушки. На фотографии Сара была в белом костюме, смотрела прямо в объектив и не улыбалась. Выражение лица было сконцентрированное и серьезное. Натан листнул. На следующем снимке она была запечатлена в полный рост: играла с лабрадором.

– Удобно быть современным детективом! Не нужно фотокарточки с собой таскать, – заметил Натан. Тот кивнул. – Я… виделся с ней пару раз здесь, на лайнере.

– Вы были знакомы?

– Очень поверхностно. Не скажу, что я знаю больше того, что все видят в социальных сетях. Красивая, богатая, успешная, – Натан перечислял лениво, как будто у него много времени или он наслаждается разговором, а затем пожал плечами и заключил: – Вот и все.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Социальная сеть, где пользователи публикуют свои снимки.

Вернуться