Жанна Майорова
Детективное агентство Джулай

Пролог

… – Почему, когда идет снег, становится теплее? – она смотрела в небо, не мигая, и пушистые снежинки, падая, смешивались с еще горячей темной кровью, от которой шел пар.

Он все-таки пришел, но не слишком ли поздно?..

Глава первая. О том, почему в выходные лучше поспать подольше

Двумя месяцами ранее

Соседи, не самые тактичные люди, бурно обсуждали за стенкой отсутствие секса в своей и без того не шибко яркой и насыщенной жизни. Ребенок лет пяти испуганно плакал где-то на фоне этой суматохи. Очевидно, уважаемая чета пребывала в железобетонной уверенности, что дети в этом возрасте ничего не слышат, не понимают, не запоминают, а то и вовсе считала, что это такой необходимый предмет мебели, как диван, например. Не купишь вовремя диван – родственники не поймут и осудят. Только ребенок более подвижный и громкий. Чаду периодически приказывали заткнуться, однако родительские наказы оно упорно игнорировало, лишь добавляя децибел и ноток ужаса своим скорбным крикам.

Ангелина потянулась и, почувствовав горький привкус во рту, пошарила рукой под диваном. Стакан с крепленым вином стоял на привычном месте. Сделав большой глоток, она быстро проглотила алкоголь, оставшийся после вчерашней мини-вечеринки. Бее. Вместо кофе. Сойдет.

Вздохнув, она возвела глаза к потолку. От обсуждения количества и качества незримые соседи плавно перешли к вопросу о том, кто виноват в том, что мало и плохо. Лина знала, чем всё закончится, она слышала эти крики много раз. И каждый раз все по одному и тому же сценарию. А нежеланный заплаканный ребёнок вновь станет камнем преткновения в отношениях этих двоих. И зачем вообще нужны дети, если от них столько проблем? Безусловно, папаша – полный козёл, но и пассия его не лыком шита, коли связала свою жизнь с таким индивидом.

Закончив размышлять о насущном, девушка сдула волосы с лица и нашарила под подушкой свой мобильник. Девять сорок утра – что ж, имеют право пошуметь. В конце концов, на её ночные похождения и вечеринки пока никто не жаловался.

Оскалившись перед зеркалом, Ангелина критически осмотрела свои клыки. Они были нормального размера, без сколов. Красивые, только немного выступают. Но так вроде модно сейчас? Подруги поголовно лепили на зубы виниры. Кто адекватнее – хотя бы более-менее натурального цвета, а то у одной они были настолько белые, что, кажется, светились в темноте. Стандарты красоты, чтоб их. За стандартами Лина не гналась, хоть и выглядела чертовски привлекательно в свои двадцать три, но клыки… клыки – это важно.

В остальном всё неплохо, хоть вид и немного помятый.

Имя ей удивительно подходило. Родители не стали заморачиваться – голубоглазый пупс с пушком золотистых волос не мог быть не кем иным, как сущим ангелом. Со временем глаза стали еще ярче, а волосы из небольших облачных островков на голове преобразились в шикарную копну почти до пояса. Черты лица аккуратные, острый подбородок, маленький чуть вздернутый носик, пухлые губы. Можно было бы ходить без макияжа, кожа была сияющей и гладкой как в рекламе бюджетного крема, творящего чудеса и молодящего буквально за минуту на двадцать лет.

Хотя кожа сияла не всегда. Случалось, что она не высыпалась или принимала внутрь вещества, не способствующие питанию и увлажнению эпидермиса. То есть довольно часто, если учесть ее напряженный график деловых и светских мероприятий (Ха-ха!), проходивших в основном в темное время суток.

– Питаешься одними консервами, поэтому у тебя цвет лица такой нездоровый, – назидательно проскрипели со стороны стиральной машины.

– И пьёшь всякую гадость, поэтому зубы у тебя потемнели, надо что-то делать. Записать тебя на гигиену полости рта? – сочувствующе раздалось с той же стороны.

Ангелина выразительно посмотрела на фен, висящий над стиралкой, её ярко-голубые глаза сверкнули неоновым блеском.

– В жизни не слышала лучших комплиментов с утреца. Сэм, Тэм? Думаете, я вас не вижу? Начнём с того, что у нас НЕТ стиральной машины и фена для волос, как бы мне этого ни хотелось. Кстати, надо бы предложить Кэт скинуться хотя бы на подержанную.

– Ты все равно сама не стираешь, – немного обиженно ответили ей.

Бытовая техника растворилась в клубах черного и белого дыма. Тэм и Сэм сидели на полу возле стены. Тэм, ростом примерно с тетрадный лист, отдаленно напоминал абсолютно черную лисицу – во всяком случае, мордочка точно была лисьей с хитрыми глазками. Еще имелся шикарный пушистый хвост. А вот тело… тело представляло собой скелет некрупного животного, тоже черный, без намека на мышцы или органы.

На самом деле, светлый и темный фантомы или духи (Ангелина не особо понимала разницу и не заморачивалась по этому поводу) могли принимать любое обличье, но тот, кто способен их видеть, чаще наблюдал образ, который больше всего полюбился самому фантому.

Так, Сэм в основном виделся Ангелине белоснежным пухленьким кроликом без ушей, зато с красивыми ярко-белыми крыльями. По словам самого светлого, уши и крылья сразу – это непозволительная роскошь, так и в гордыню от собственной неотразимости впасть можно. Тэм резко отреагировал на это заявление, отметив, что длинные уши просто путаются в крыльях, поэтому несчастному пришлось от них отказаться во избежание попадания в глупое положение. А чтобы не выглядеть совсем уж простенько на фоне своего экстравагантного заклятого друга, Сэм решил оставить крылья.

Трудно сказать, есть ли дружба между светлыми и темными духами, но веселиться они любили. Казалось, ничто человеческое им не чуждо.

Сколько Ангелина себя помнила, они всегда были при ней, и девушка успела к ним привыкнуть. Их имена объяснялись просто – чем малозначительней способности фантома, тем короче его имя. Обычных людей они тоже сопровождают, только те их, разумеется, не видят и не слышат. Точнее, слышит их подсознание. Злокозненный темный обычно толкает на всякие мерзости, а светлый в основном, конечно, отговаривает от плохого, но иногда и советует сделать что-то хорошее. Свободный выбор, само собой, остается за человеком.

Ангелина досадливо отмахнулась от обоих. К счастью, ее духи были слишком ленивы, чтобы преследовать ее повсюду, и чаще всего сидели дома и ссорились из-за того, какое дебильное телешоу посмотреть. И если темный радостно повизгивал и похрюкивал, когда участница какого-нибудь популярного реалити вцеплялась в волосы другой столь же достойной леди, то светлый только осуждающе цокал языком. Смотрели они, однако, с одинаковым вниманием. Пришлось даже второй телек купить, чтобы могли смотреть разные шоу, которые шли в одно время, а потом делиться впечатлениями.

– Я шумела вчера? – задумчиво спросила в пустоту Ангелина и тут же ответила сама себе. – Шумела… Соседи как-то подозрительно лояльно к этому относятся. Что удивительно при уровне их интеллигентности.

Темный гаденько захихикал. Светлый недовольно зашевелил розовым носом.

– Ну вообще-то они утром заходили, – виновато начал он. – Мы не хотели тебя будить.

Ангелина мысленно застонала. А потом – и не мысленно.

– Что вы им сделали? – подозрительно спросила она.

– Ничего! И пальцем не тронули! – торопливо заверил темный.

Подозрительности у девушки во взгляде только прибавилось. Она перевела взгляд на светлого. Тот только вздохнул – врать он не умел.

Оказалось, пока Ангелина дрыхла после трудной ночи, соседи точнее, сосед, номинально глава семейства, живущего прямо над ней, стучал в дверь. Кажется, в миру он был Сергей, а по определению собственной жены Татьяны – козел, импотент и долбоящер. Так вот эта многогранная личность заявилась где-то часов в десять утра, чтобы поинтересоваться, что это там ночью выло, ухало и стонало в квартире молодой привлекательной соседки, у которой с личной жизнью, по мнению упомянутой уже Татьяны, все было достаточно бурно.

Свидетельства этой бурной личной жизни после первого удара в дверь (звонок давно не работал) возникли на пороге. Сосед невольно отшатнулся. На него лениво смотрели два загорелых накачанных красавчика – блондин и брюнет. Капельки воды стекали по мускулистым торсам, теряясь в ворсинках белоснежных полотенец, намотанных на бедрах этих непризнанных мистеров Олимпия.

Чужих духов люди видеть могли, если те принимали какую-то общепринятую форму. То есть обернуться огнедышащим драконом, чтобы шугануть соседей, было нельзя.

– Ху а ю? – лениво протянул по-английски брюнет, приобнимая товарища за пояс.

– Мне бы Гелю, – проблеял сосед, одергивая слишком короткую для внушительного пуза майку-алкоголичку.

Он боязливо покосился на руку черноокого темноволосого парня, которая не спеша поглаживала бедро блондина.

– Какого еще геля, дорогой? – недовольно поведя носом, по-русски осведомился брюнетик. – Для душа? Может, ты еще в ванную комнату к нам желаешь зайти… помыться?

Красавчик игриво подмигнул.

– Если у тебя нет полотенца, так я поделюсь, – подхватил блондин, явно намереваясь стянуть с бедер единственную деталь гардероба.

Второй подбородок соседа Сергея нервно затрясся. А за ним и первый.

– Я ппааапозже зайду, не буду мешать, – последние слова он договаривал уже поднимаясь по лестнице наверх, шлепая босыми ногами в домашних тапочках.

Ангелина, выслушав эту историю в вольном изложении Сэма (конечно, с яркими дополнениями от Тэма), закусила губу. Теперь ее благонравные (на самом деле нет!) соседи считали ее распутной девкой, которая устраивает содомитские оргии по ночам. Не то, чтобы девушке было хоть какое-нибудь дело до их мнения, но она не хотела привлекать внимания. Только не сейчас, когда она наконец-то переехала в новый город, нашла нормальную! работу в одной крупной газете и стала хоть иногда засыпать по ночам. Хотя в восьмичасовом сне, как обычные люди, она и не нуждалась, но все же и ей необходимо было восстанавливать силы. Тем более тратила она их немало.

– Можно было как-то помягче, – недовольно процедила девушка. – Ну там внушить ему, что он утюг забыл выключить и развернуть восвояси.

– Так он к утюгу отродясь не притрагивался, не мужское занятие, считает. Долбанный патриархат, – радостно выдал Тэм, прыгая с дивана на кресло. – К тому же это скучно, ты – то на работе, то на охоте, совсем нас не развлекаешь.

Ангелина только вздохнула – она ведь и не обязана этого делать, но было бесполезно спорить с ее необычными питомцами. Если их можно было так назвать, ведь в классическом понимании этого слова, они питались разве что за компанию.

Глава вторая. О том, как сильно молодые детективы любят авантюры

Частный детектив, Юлия Максимовна, или попросту Джулай, так прозвали ее друзья за солнечный и веселый нрав, с видом деловой писи сидела за столом, подперев голову ладонью, и поигрывала прядью волос. Ее мечтательный взгляд был устремлен на экран ноутбука, она рассеянно просматривала новости.

Внезапно ее взгляд остановился на изображении звезды отечественного биатлона и его новоиспеченной супруги. Джулай недовольно поморщилась – она считала, что простоватая девушка была недостойна столь щедрого подарка судьбы. Хотя, предложи биатлонист ей руку, сердце, лыжи и ружье, скорее всего, отказалась бы. Вряд ли он бы потянул свадьбу на Карибских островах и смог бы оплатить ей с подругами скромный недельный девичник на Мальдивах. Хотя… В последнее время он так популярен и в рекламе регулярно снимается.

– Вот ведь нашел же себе вантуз, а! – для порядка вознегодовала она. – Нет, вы только посмотрите на эту невзрачную серую мышь! Глаза б мои это недоразумение не видели! Чтобы их разлучить готова продать душу бывшего!

Джулай захлопнула крышку ноутбука, затянулась кальяном и расслабленно откинулась в своем удобном кожаном кресле, выпуская колечки дыма и поглядывая то на часы на стене, то на бутылку виски под столом – незаменимое лекарство от стресса.

Длинноногую красотку в офисе ничто не держала, она просто любила свое дело. Девушка с ужасом вспомнила свою первую работу в полиции, когда она, едва закончив юридическую академию, пришла в следственный отдел. К сожалению, романтичная профессия, полная захватывающих приключений и ловли опасных преступников, которую она представляла себе, будучи студенткой, на деле обернулась скучной бумажной кабалой в прокуренном кабинете и регулярными недвусмысленными заигрываниями коллег.

Промаявшись пару лет, она бросила начальнику на стол заявление об уходе. Тот немного поупрямился, поскольку не хотел, чтобы главное украшение отдела вот так просто ускользнуло. Заверив, что непременно будет заходить в гости на чай, Джулай наконец-то получила подпись под своим заявлением. Она не сомневалась, что непременно продолжит сотрудничать с бывшими коллегами, поскольку выбрала смежную профессию. Девушка решила стать частным детективом.

И не прогадала! Не смотря на то, что труд частного детектива схож с работой следователя в государственных органах, Джулай находила в нем гораздо больше плюсов. Например, она была теперь свободна от правил служебной субординации, и не нужно было лебезить перед начальником, чтоб отпустил в отпуск на недельку. Кроме того, девушка могла отказаться от дела, если ей не нравится заказчик.

Раздражало только то, что нельзя было носить пистолет, применять «жучки» для прослушки и вызвать подозреваемого на допрос. Ну да это она могла пережить, поскольку взамен получала свободу от дресс-кода и огромный кальян прямо в офис – подарок босса, владельца детективного агентства, который благополучно свалил жить куда-то на Гоа, прихватив не особо возражавших жену и любовницу, а ведение дел оставил своей более чем надежной подчиненной.

Большую часть времени в работе детектива занимают звонки по телефону, работа с информацией, базами данных. Больше всего Джулай любила «выводить на чистую воду» неверных супругов. Хоть это и было просто, но ощущение, что очередной кобель хотя бы получит от дражайшей супруги по хребтине скалкой, наполняло ее сердце непонятным ликованием. Благодарные обманутые супружницы оставляли леди-детективу солидные денежные суммы и хорошие отзывы на Флампе.

Джулай вообще никогда не сдерживала своих взрывных эмоций, будь те со знаком плюс или минус, и в такие минуты эта милейшая с виду безобидная ангельская сущность наглядно демонстрировала все могущество и гибкость, богатство и величие русского языка. Не будучи стесненной чьим-либо обществом поблизости, она могла оперировать самыми яркими и красочными эпитетами, коими владела в совершенстве.

Девушка жадно отхлебнула прямо из горлышка припасенной бутылки, ощущая, как приятное тепло разливается по телу.

В дверь без стука вошел посетитель. Точнее, посетительница. Едва не поперхнувшись от неожиданности и слегка закашлявшись, Джулай выдавила из себя «Добрый день!» и, скосив глаза на часы, поправилась «…вечер». Потом внезапно спохватилась, подумав, что хамить гостье с порога, намекая, что она не вовремя, не стоило. Клиентов в это время года было немного. Мужья-развратники укатили со своими любовницами к морям, а оплачивать ей рабочие поездки за границу жмотились даже самые ревнивые и состоятельные жены.

Джулай улыбнулась гостье. Эта дамочка как раз походила на ее типичных клиенток. Женщина лет 40-ка с аккуратным каре, в бежевом кожаном плаще от Pierre Cardin, зеленых туфлях из крокодиловой кожи от Vicini, белой шляпке от Maison, большими золотыми серьгами с бриллиантами от Cartier и серебристым чемоданом Henk в руках, смотрела на нее с подозрением и, как показалось Джулай, неодобрительно. Детектив поспешно сунула бутыль с манящим напитком обратно под стол.

– Присаживайтесь! Чем могу быть полезна? – с ходу перешла к делу Джулай.

«И на фига, скажите мне на милость, выряжаться как лосось, плывущий против течения? Да еще средь бела дня!» – подумала про себя Джулай, критически оценивая незнакомку.

Ее недоумение было вполне понятно – когда женщина расстегнула плащ, под ним показалось шикарное вечернее платье от Кавальи, которое Джулай видела в последнем номере «Вог».

Сама девушка носила не броский, но солидный деловой костюм, великолепно подчеркивающий ее имидж и стиль. Она имела изысканный вкус, не упуская при этом возможности указать другим людям на его отсутствие. Чтобы купить такое платье, ей пришлось бы работать месяц. Это если прекратить ходить на обед в любимый ресторанчик на Вайнера… Хотя такого Джулай бы никогда не сделала – пропустить священный ритуал принятия пищи она не могла ни под каким предлогом. Тем более отказываться от него ради какого-то там платья, которое и надеть то некуда. Разве что в клуб, но там его оттопчут перебравшие коктейлей танцующие или и того хуже – заблюет какой-нибудь надоедливый ухажер. Тоже кстати, перебравший алкоголя. Другие к такой очаровашке, как Джулай, подходить опасались, и правильно делали. Эх, девичник на Мальдивах, свадьба на Карибах…

– Так в чем состоит ваше дело? – официальным тоном поторопила девушка свою гостью, которая продолжала пристально ее рассматривать.

Джулай ответила ей открытым взглядом карих глаз. Ухоженный вид, безупречная фигура, красивые черты лица, выразительные карие глаза, шикарные длинные волнистые волосы, очаровательная улыбка с затейливыми ямочками на щеках – обычно юная детектив своим видом вводила посетителей в ступор и они долго не могли вспомнить, зачем пришли. Очевидно, люди ожидали увидеть на месте частного детектива матерого мужика с залысинами, брюшком в рубашке с полукружьями пота под мышками и трехдневной щетиной. Эдакого опытного опера в отставке.

Однако незнакомку, которая почему-то не спешила представляться, внешность нанимаемого детектива совсем не удивила. Видимо, она знала, к кому идет на встречу.

– Юлия Максимовна, я к вам по крайне важному делу, – властно начала женщина.

– Я за другие и не берусь, – криво усмехнулась девушка.

– Мне посоветовал обратиться к вам мой давний товарищ и надежный бизнес-партнер, – не обращая внимания на это замечание, продолжала потенциальная клиентка. –Изворотливый жук всегда знает, куда эффективно вложить ресурсы, будь то недвижимость или фондовые рынки, и где получить самые качественные услуги, и он заверил, что я не пожалею, наняв вас. А я привыкла доверять чутью дона Пабло Споренто.

Джулай хорошо знала этого человека, как-то он приехал в их город, чтобы провести выгодную сделку, и чуть было не угодил в лапы мошенников, но детектив виртуозно разрулила ситуацию, сорвав аферу. За что дон Пабло был ей горячо благодарен и даже звал в Испанию погостить на своей вилле.

Девушка приглашение отклонила – у нее давно не было мужчины, и она опасалась, что солнце, море и беззаботная атмосфера заставят ее броситься в постель знойного испанца. Профессиональный кодекс чести не позволял ей спать с клиентами, пусть и бывшими.

Кстати, буквально на днях девушка видела дурацкий сон, в котором они с Пабло горячо спорили, как правильно назвать позу в сексе, когда женщина сверху – наездницы или всадницы.

Детектив нервно хихикнула, вспомнив тот сон, и тут же натянула на лицо максимально серьезное и непроницаемое выражение, сообразив, что клиентка может усомниться в ее профессионализме.

– Дело в том, что мой сын пропал, – тихо и уже не так уверенно сказала женщина.

Джулай вся обратилась в слух. Она-то ожидала услышать что-то вроде «муженек – козлина, ставит лайки в соцсетях какой-то корове с длинным носом и немодной прической».

– Извините, вы не представились, – мягко напомнила детектив.

– Виктория… Владимировна. Но можно по имени, – прошелестела женщина и совсем сникла.

– Виктория, расскажите подробнее, когда это случилось? Подавали ли вы заявление в полицию? Что предшествовало исчезновению вашего сына?– деловито стала уточнять Джулай.

– Он исчез месяц назад, – после непродолжительно паузы, Виктория взяла себя в руки. – Но перед этим стал вести себя странно, это продолжалось недели две. Дело в том, что у нас с сыном всегда были доверительные отношения, он всем со мной делился, я родила его в восемнадцать лет, сейчас ему двадцать два. Ни в чем ему не отказывала – лучшая школа города, учеба в престижном университете, подарила мотоцикл и машину. Он всегда был общителен, много друзей, девушки вокруг, шумные вечеринки. Я никогда не мешала, купила даже квартиру-студию в центре. Там постоянно вечеринки устраивал, но со мной всегда всем делился, про романы свои рассказывал, правда, ничего серьезного не было. А последние две недели перед исчезновением, его словно подменили. Он перестал звонить мне, ходить на занятия в университет, встречаться с друзьями, просто сидел дома. Соседи потом рассказали мне, что слышали по ночам странные звуки, доносящиеся из его квартиры, это не было похоже на привычные шумы вечеринок или телевизора. Там все ребята молодые живут, сами к нему в гости ходят… Но эти звуки, они… понимаете, мне рассказывали, что это было нечто жуткое, вроде рычание и стоны.

– Вы не думаете, что соседи просто решили над вами подшутить или напугать? – скептически осведомилась Джулай.

– Не знаю, – призналась женщина. – Но вел он себя очень странно, за пару дней до исчезновения я попыталась поговорить с ним, пришла, спрашивала, не заболел ли он, нет ли проблем с девушкой, он заверил, что все в порядке, вот только взгляд у него был какой-то отстраненный, он был бледен, под глазами круги… Нет! Я не думаю, что дело в наркотиках, – поспешно заверила женщина Джулай, открывшую было рот. – Понимаете, при обыске в квартире ничего такого не нашли, да и друзья говорят, что на его вечеринках никогда наркоты не было, а кто пытался пронести, того он лично спускал с лестницы и вносил в свой собственный «черный список» гостей, без разницы – парень или девушка.

Джулай сделала пометку в блокноте.

– Полиция ищет его уже почти месяц, но все без толку, – продолжала Виктория несчастным голосом. – Они, конечно, стараются, но пока им не удалось напасть на след. Хочу, чтобы вы этим занялись. Я плачу пятьдесят тысяч. Евро. Что скажете, детектив?

Джулай не верила собственным ушам. Пятьдесят штук! С нынешним курсом. Ммм… И это только аванс. Возможность поработать над настоящим делом, а не караулить в кустах очередного сраного пузатого женатика. Да, да, даааа! От восторга она была готова подскакивать до потолка.

– Я берусь за это дело, – произнесла Джулай, стараясь выглядеть невозмутимо, и спешно протянула Виктории руку, словно боясь, что та передумает. – Не сомневаюсь в скорейших результатах нашего плодотворного сотрудничества.

Стороны скрепили договор рукопожатием.

– Очень важно, Юлия Максимовна, – тихо сказала Виктория. – Перед исчезновением к нему заходили девушка и парень. Соседка подглядела в «глазок». Парня рассмотрела только со спины – темноволосый, широкоплечий, с хорошей фигурой в темной кожаной куртке. А вот девушку она рассмотрела неплохо. Среднего роста, длинные темные волосы, стройная, в темно-синих джинсах, такой же, как у парня кожаной куртке, и ковбойских сапогах. И ее глаза… соседка сказала, что они были такие льдинисто-голубые и холодные, причем, девчонка внезапно глянула прямо на дверь, за которой притаилась соседка, да так пристально, что та аж отпрянула. Казалось, будто она видит то, что происходит за железной дверью. Эта странная парочка недолго пробыла в гостях у моего сына, затем они вышли втроем, и с тех пор его никто не видел.

Джулай задумчиво побарабанила пальцами по столу. Все же это было похищение?

– Вы моя последняя надежда, детектив, пожалуйста, найдите моего Артема, – грустно напомнила Виктория и направилась к выходу, оставив свой кейс на стуле.

– Секундочку! – окликнула ее Джулай. – Кейс… здесь код.

– Год вашего рождения, – ответила Виктория, не оборачиваясь, и покинула кабинет.

Как мило, Пабло и об этом растрепал. Отрезать бы ему… язык!

Хлопнула дверь, щелкнул замок. Десять секунд абсолютной тишины сменились пронзительным восторженным визгом. Не в силах сдержать эмоции, Джулай прыгала до потолка, пританцовывала и радовалась, как ребенок, борясь с непреодолимым желанием немедленно схватить телефон и поделиться счастьем с подругами. Обычно желания одерживали над ней верх, но смартфон все равно еще не успел зарядиться.

Джулай набрала код. Щелчок – и чемодан открылся. Взору девушки предстали аккуратно упакованные хрустящие купюры. Моментально расширившиеся зрачки Джулай окрасились сперва в денежный цвет, а затем будто слегка порозовели – в них уже отражалась новенькая вишневая «шестерка» – BMW X6, ее давняя мечта.

– Что ж, малыш, теперь я просто обязана тебя найти! – ухмыльнулась она.

Глава третья. О том, как весело девчонки в клубах пляшут

За полтора месяца до встречи Джулай и Виктории

Ангелина лениво складывала вещи в шкаф. После длительной ревизии имеющихся шмоток она решила пойти на ритуальные пятничные пляски в клуб в черной кожаной юбке и белом топе. Все-таки кожа никогда не выйдет из моды. Юбка, конечно, была из заменителя, на натуральную девушка жалела денег – их и так вечно не хватало. На новой и первой после окончания универа, работе, платили сущие копейки. Хватало только на оплату съемной хаты – тоже, кстати, первой в жизни. Но ведь экокожа – это тренд, действительно давно пора отказываться от натурального меха и кожи.

Лина вздохнула – во взрослой и самостоятельной жизни были свои плюсы. Один из них она как раз держала в руке. Поболтав мартини в бокале, девушка сделала небольшой глоток. Чуть сморщила нос. Она любила сладкий алкоголь, но мартини – это уже чересчур сладко.

– Катюх, у нас сок есть? – крикнула она, не оборачиваясь, и обращаясь, скорее, к стакану.

 В ответ ей что-то пробурчали.

– Что? – не расслышав, все же обернулась на голос.

Кэт, как всегда, занималась любимым делом – наводила чистоту, а, если конкретно, то мыла полы, согнувшись в живописной позе. Ее небольшой аккуратный зад колыхался в такт движениям.

– Собирайся давай, хватит драить полы, они и до того, как ты напала на них с тряпкой, были вполне чистыми, – обратилась девушка к заду, который тут же недовольно напрягся.

Понятия о чистоте у двух подружек существенно отличались.

– Всего два раза на этой неделе влажную уборку делала, – недовольно ответил ей зад. – Налей мне лучше тоже мартини. А сок есть. Яблочный. Возьми в холодильнике. Он за кастрюлей с рисом.

Не застегивая юбку, Лина поднялась и пошла на кухню, аккуратно обойдя подругу, стараясь не шлепать босыми ногами по помытому, чтобы не попасть под обстрел гневных взглядов. И не только их.

Смешав один к одному мартини и сок, она сделала большой глоток и задумчиво плеснула еще сока. Теперь в самый раз. Намешала аналогичный коктейль и для подруги. Катюха не отрывалась от своего занятия. Пока не закончит, все равно пить не будет. Педантичной она себя, разумеется, не считала. Есть и более тяжелые случаи – утверждала она.

Вездесущие духи, которые старались не показываться при посторонних, умчались куда-то на верхние этажи дома по своим делам и лекций о вреде алкоголя не читали, чтобы не выставлять Ангелину, беседующую с самой собой, умалишенной.

Вообще она и сама знала. О вреде. Иногда, напившись в лоскуты, она, забывшись, начинала беседовать с Сэмом и Тэмом, пугая тем самым соседку или гостей. Поэтому духи в дни попоек старались скрыться с глаз. То есть дома их не было довольно часто. Где они пропадали, Лина обычно не интересовалась.

Для тех, кто охотится по ночам, идеально было бы жить в одиночестве. Но финансировать ее единоличное владение квартирой никто не собирался, что казалось безумно несправедливым. За регулярное спасение человечишек могли бы и квартиру выдать. Дают же военным и ветеранам… Ангелина, внезапно прервав нить размышлений, тут же задумалась, пошли бы ей шортики в стиле милитари. Определенно!

Наличие второй «секретной» жизни не сделало ее более ответственной и серьезной. Кэт утверждала, что необходимо всегда быть чистенькой, гладковыбритой и в свежем белье, поскольку вдруг несчастный случай – машина там собьет или еще что. Ангелина на это неизменно закатывала глаза и говорила, что у кого-то «совершенно не педантичного» уже крыша протекает на почве наведения порядка. Говорила она так по большей части потому, что на фоне подруги чувствовала себя неряхой. Кстати, в каких-то моментах это ощущение было вполне справедливым.

И хотя поводов для наведения марафета у Лины было раз так в миллион больше (поскольку помимо набора опасностей, подстерегающего обычного человека, у нее был и свой – еще более жуткий) девушка легкомысленно успокаивала себя, что санитары в больнице ее рваные трусы как-нибудь стерпят – и не такое видали.

В конце концов, красивого и целого белья у нее предостаточно. Вроде бы… Может, стоит пройтись по магазинам? Сегодня намечался мирный вечер. Хочется верить, что обойдется без санитаров.

– Подвинься, я тут сейчас мыть буду, – угрожающе донеслось с пола.

Пока Ангелина делала коктейли, маленькая домашняя фея уже добралась до кухни.

– Угощайся! – девушка щедро сунула полный стакан под стол.

Фея чистоты и порядка на провокацию не поддалась, пропыхтев что-то неодобрительное.

Вздохнув, Ангелина решила убраться в комнату от греха подальше. Поскольку суровые современные феи легко трансформировались в боевых демонов. Не то чтобы она их боялась, но не бить же подругу в самом деле. А иных способов усмирения она не знала. С дипломатией у идеалистичной, местами немного наивной и в целом довольно неконфликтной Ангелины всегда было туговато.

И все-таки собственная квартира – это здорово. Подруг туда можно приглашать в гости когда угодно. Можно даже помыть полы пригласить, хотя миссии отмыть весь мир от грязи у Кэт пока не было. К счастью.

Одиночество всегда было для Ангелины чем-то непонятным. Вечно ускользающим. То, чего она, кажется, так и не испытала. Не плохое депрессивное одиночество, конечно, когда некому даже вытряхнуть тебя из одеяльного кокона и выгрести пустые бутылки из-под кровати. А такое – спокойное. Когда можно книгу почитать, кино посмотреть, чтоб никто не дергал. Вроде было и такое в ее жизни, но как-то мало и сумбурно. Хотелось свой дом и свои правила. Не родителей и прочих родственников, не владельцев съемной хаты, не подруг или любовника. А другое существо все равно устанавливает какие-то правила. И с ним надо считаться, идти на компромиссы. Даже если это домашние духи или кошка, то дом уже не совсем твой, а как бы ваш общий. И если эта самая кошка нассыт в тапки, то придется убирать тебе… Хотя так можно дорассуждаться до домика в глухом лесу, но со всеми удобствами, огороженного суровым таким железным забором. И все равно там может случиться что-то, что нарушит установленный тобой ход вещей и вырвет из нирваны.

Нет, все-таки каждодневные вызовы, бросаемые жизнью, невыразимо интереснее. А так пожить можно какое-то время. В отпуске, например. Правда, у охотников на злые силы вроде бы отпусков не бывает.

«Надо уточнить у Георгича» – хихикнула про себя Ангелина, представив лицо наставника, когда она это выдаст. Он и так ее во многом не одобрял. В его понимании идеальный охотник должен быть подобен солдату, для которого приказ – это святое. Ангелина же кривилась от одного слова «приказ». Постепенно они с Георгичем нашли компромисс в работе, однако продолжали периодически грызться по поводу и без. Кажется, на данный момент обоих такой расклад устраивал.

Ангелина взглянула на часы, скоро десять, значит, в клубе они будут часам к двенадцати. Главное – не напиться. Но спать все равно будет хотеться весь следующий день. В детстве она, вставая в школу, безумно завидовала своей кошке, которая лениво мурча, провожала ее до двери, и заваливалась спать на освободившуюся, еще теплую кровать. И продолжала дрыхнуть, пока хозяйка брела по темноте и холоду до ненавистного учебного заведения. Но потом кошка серьезно заболела и умерла. Вывод: не стоит завидовать кошкам. У них свои проблемы. Это простая истина явно не тянула на сенсационное открытие, да Ангелина и не собиралась ни с кем этим делиться. Обычно ее откровения прорывались в периоды наибольшей уязвимости – когда перебирала коктейлей. Или когда на душе вдруг становилось невыносимо тяжело. Что впрочем, опять же успешно топилось в алкоголе, поскольку, плескавшаяся в бокале жидкость разговорчивостью не отличалась и комментировать сказанное девушкой не стала бы. В отличие от окружающих, которые, наверняка, подняли бы ее на смех. Впрочем, старые подруги давно привыкли к «причудам» девушки,  и, как правило, терпеливо выслушивали и кивали, стараясь не высмеивать.

Город вспыхивал огоньками. Они решили поехать на такси, хоть было недалеко, ведь жили почти в центре, но идти по ночному городу, даже пару километров, двум девушкам все-таки небезопасно. Стычки с людьми, оканчивающиеся дракой, у Ангелины были всего пару раз, но приятного в этом мало – пьяных приставучих козлов почему-то не разрешалось относить к подлежащему уничтожению злу, о чем она иногда жалела.

А необходимость бродить по улицам по ночам в качестве побочки влечет за собой неизменный интерес маргинальных слоев населения. К своему стыду хваленая реакция охотников однажды ее подвела – и пришлось позорно драпать, держась рукой за разбитую коварной пивной бутылкой голову и прикрыв залитый кровью глаз. Злодейская ручонка, совершившая сие непотребство, конечно, была немедленно сломана, но вой и забористый мат того гопника все равно были слабым утешением после пережитого позора.

Иногда Ангелина размышляла, почему и женщинам тоже выпадала сомнительная честь оберегать вверенные им квадраты территории от всякой нечисти. Мужчина ведь справился бы с этой задачей гораздо лучше, имея силу и скорость охотника. Даже при одинаковом весе, у парня всегда больше преимуществ в физической силе и рефлексах, чем у девушки, соответственно и в бою тоже. А с магически улучшенными возможностями они стали бы еще сильнее. В обычной жизни особенности анатомии и нейрофизиологии мужчин играют им на руку в драке с женщиной. Поэтому детенышам человека мужского пола с детства и внушают, что бить девочек – не комильфо. Что некоторое время вызывает у несчастных мальчишек когнитивный диссонанс, когда девица, весом в два раза его больше, нагло отжимает у несчастной жертвы пирожок в школьной столовке. Лучше было бы уточнять, что бить девочек нельзя лет так с 12-13, когда силы начинают уравниваться, а затем и превосходить. А до этого времени оборзевшим кобылам можно и наподдать как следует, чтобы не зарывались.

Многие знакомые Ангелине девушки, которые занимались какими-то боевыми искусствами – популярным боксом, тайским боксом, кикбоксингом, карате или чем-то подобным, считали, что в полевых условиях, то бишь в темной подворотне, они не факт, что справятся с обычным мужчиной, равным им по весу или тем более превосходящим. Для этого он должен быть рыхлым диванодавом и желательно в состоянии сильного подпития.

В любом случае вредить людям вроде как запрещено. Какими бы подонками они не были, она их судить не в праве. Но иногда очень хочется. Вершить свой суд. Все-таки физическая сила– это какая-никакая, но власть, а власть разъедает душу, заставляет смотреть на тех, кто ею не обладает сверху вниз. Или на крайний случай – снисходительно. И бороться с этим почти невозможно. Никто из людей, наделенных властью и долго ее из рук не выпускающих, еще не смог справиться с ее тлетворным влиянием.

– Будешь курить? – Кэтти подкралась, прервав размышления.

Она держала в руках пачку тонких сигарет. Они решили не заходить пока в клуб, а подышать не шибко свежим городским воздухом с примесью автомобильных газов и табачного дыма. Осенний вечер был достаточно теплым.

Ангелина замялась. Курить она не любила. Почему-то делала это чаще всего или дома или где-то рядом с домом, и всегда  думала, что будет, если она спалится перед родителями. И это чувство почему-то так нравилось ей. Такой маленький адреналиновый импульс. Хотя учитывая специфику ее второй жизни, было странно получать адреналин от такой откровенной фигни, но, тем не менее…

«К двадцати трем годам вроде подростковый возраст должен уже прекратиться, а у меня, кажется, только входит в полную силу», – тоскливо подумала она.

Пропикала смска. Ангелина, не показывая заинтересованности, глянула на дисплей. Розовый кнопочный телефон – наследие прошлого, когда она теряла или разбивала телефоны каждую неделю. Сейчас был ее протестом против андроидов. И против своего наставника, у которого появилось бы возможность доставать ее видеозвонками. Телефончик призывно светил монитором.

«Я скучаю… Не хочешь встретиться?».

Бывший. Несколько раз уже бывший, кстати. Сходиться-расходиться – это так банально, но даже девушки с суперспособностями не могут избежать этих досадных неприятностей с рыданиями на плече у подруг, вином и ночными философски-созерцательными шатаниями под луной и размышлениями о превратностях любви. Он опять хотел сойтись. На этот вечер, скорее всего. Как удачно, что он в другом городе.

Парни всегда так делают, если хотят вернуть (обычно ненадолго) никому особо не нужные уже отношения. Начинают бомбить сообщениями изо всех месседжеров и названивать. Кстати, понимание того, что отношения никому не нужные, почему-то приходит к людям не одновременно. Отсюда и периодически стреляющее в зад желание сойтись то у той, то у другой стороны. Причем, если парни вели себя прямо и незамысловато, то девушки всегда боялись заявить о своем желании снова стать парочкой. И делали попытки сойтись такие… затейливые. Например, постоянно попадались на глаза в максимально выгодном ракурсе, очевидно веря, что мужчина любит именно органом зрения. Так, одна из подруг Ангелины в тридцатиградусный мороз сидела на лавочке возле дома нравившегося ей парня, делая вид, что просто дышит свежим воздухом и вообще случайно тут присела, потому что вид вооон на тот дом-спичечный коробок (как две капли похожий на рядом стоящий) ее очень увлекает. А то, что колготки уже примерзли к скамейке – так это все мелочи жизни.

– Опять пишет? – Кэтти, будучи ниже на полголовы, с любопытством вытягивала шею. – Пошли его уже!

Лина закусила губу. Первая любовь. С шестнадцати лет вместе. С перерывами, конечно. Так часто бывает. Первая любовь, гормоны. Мало кому посчастливится найти любовь на всю жизнь в детском саду. У ее родителей, кстати, так и случилось. Тоже с перерывами, конечно. Великая любовь ведь может быть и такой?

Она не стала отвечать. Ей совершенно не любопытно. Сегодня она сдержится. Если не напьется, разумеется. Но пора бы уже и поумнеть немного.

Зеркало в коридоре отразило настоящую красотку. С этими зеркалами в клубах всегда так. Льстят посетителям. Так, волшебное сочетание полумрака и алкоголя делает отражение невыносимо прекрасным. Совершенно иначе дело обстоит с зеркалами в примерочной – это маркетинговый ход что ли?

– Бронепоезд мне срочно! – объявила Кэт бармену, бросая кошелек на стойку.

Шампанскому, которое уже плескалось у нее где-то на уровне бровей, явно было неуютно в одиночестве.

– Два бронепоезда! – подумав, решила расщедриться подруга.

У Ангелины с деньгами пока было не очень. Но зарплата близко. Правда, не настолько, чтобы пить в клубе, а не до клуба, как все нормальные люди.

Обычно Кэт так не делает. Что-то новенькое. Да что там – обычно она вообще не пьет практически. На самом деле причина в том, что она, напиваясь в сопли, ведет себя отвратительно. И опасно. Общественно опасно, и персонально опасно. Все как у всех людей, не переносящих алкоголь. Попытки нанесения себе увечий разной степени тяжести, нападение на попавших под руку и подобные деструктивные действия.

У Ангелины были особые отношения с алкоголем. Она не умела пить. Этот недостаток иногда мог бы стоит ей жизни. Без преувеличения. А еще – чести, достоинства и самоуважения.

– Достал он меня, ну прикинь, не работает толком, так от случая к случаю, вообще без будущего. Ему на все пофиг. Я же его просила не бухать в эти выходные, провести вечер со мной, – лихо опрокинув стопку, начала Кэт без предисловий.

Подруга как обычно была на грани расставания со своим бойфрендом. Встречались четыре года. Поразительно нетемпераментный парень. В отличие от нее, Кэтти, то есть.

Казалось бы, такие пары должны долго уживаться вместе. Противоположности притягиваются, да? Так-то оно так, если бы его не темпераментность не касалась секса. Правда, пока Кэт этого не понимала. Ну что именно в сексе причина. Хотя парень безинициативный, и в жизни вряд ли хватает звезды с неба. Или как там говорят?..

– Ну столько мужиков вокруг, почему у меня урод?.. – причитала подруга. – Хей, девчонки, пошли с нами пить! – она очень быстро переключалась с проблемы на что-то другое. В пьяном виде.

И в этом был ее плюс и минус одновременно. Потому что переключение с одной проблемы обычно заканчивалось созданием новой.

Ангелина принюхивалась к своей стопке текилы. Настроения пить, как впрочем, и танцевать почему-то не было, расслабиться не получилось. И подругу слушала в пол уха.

А та уже обнималась с какими-то незнакомыми девицами и, кажется, делилась с ними чем-то сакраментальным типа «все мужики…» – прилагательное обычно добавлялось по настроению. Но чаще всего многострадальным мужикам не везло с лестными эпитетами. То ли в них проблема, то ли… Впрочем, девочки и мальчики – это две вечно противостоящие великие силы, которые и друг без друга не могут и договориться не могут тоже. Ну разве что на время…

Лина тоскливо оглядела зал. Красотка, почти метр восемьдесят ростом, сексуально крутила попой, и терлась своей восхитительно накачанной пятой точкой о несчастную жертву. Сама жертва, разумеется, не осознавала, что она несчастная и вообще жертва. Пока не осознавала. Чего бояться, когда ты двухметровый парень-качок, а перед тобой сексапильная красоточка?

Некоторое время понаблюдав за ними и дождавшись, когда они решат уединиться, Ангелина аккуратно соскользнула со стула и танцующей походкой растворилась в толпе, шепнув Кэт, что она ненадолго в уборную.

Они вышли из клуба, темная улица в центре города, рядом самый крупный в городе университет, и около него обычно полно народу, но только не тут, темный переулок пустынен. Идеальное место преступления. Вроде бы жизнь кипит вокруг. А рядом могут убить. Незаметно. И убивали, кстати.

Парень уже хрипел. Но не особенно громко. Суккуб выпивал из него жизнь. Что ж. Ангелина устало вздохнула и выдала неуверенно:

– Уйди, чудище проклятое!

Над боевым настроем надо поработать.

Она всегда смущалась в такие моменты, особенно первое время. Казалась себе ужасно нелепой. Всегда лучше было без слов нападать, но тут такая спешка не требовалась, да и настроение что-то было вяленькое.

Враг человеческого рода только фыркнула. Суккубы вообще привыкли к пафосности и ярким эмоциям. Многие из них даже писали сценарии для турецких сериалов. Поэтому вялый выпад в ее сторону нечисть восприняла скептически.

– А ну, падла, пшла… пшло… отсюда! – прикрикнула девушка, добавив в голос грозности.

Такое обращение подействовало лучше. Тварь недовольно поморщилась. Обернулась. Жертва уже блаженно лыбилась. Кажется, желание, острое влечение, осталось единственным чувством, занимавшим его. Это что-то вроде наркоза. Смерть, о которой мечтали разные торчки-тусовщики. Помереть под красоткой после бурной ночи. Хотя как о смерти можно мечтать? Но, если вариантов все равно нет, но можно хотя бы нарисовать наиболее благоприятный сценарий…

– Иди, сюда, крошка, – тихо позвала Ангелина.

Парень медленно осел на асфальт. Отпустила. Жить будет. Но суеверный страх перед девушками этого типа останется. От стройных высоких красавиц он будет держаться подальше. Наверное, странные пары, где парень накачан как греческий бог, а девушка – гордая полновесная дама с бодипозитивной надписью на майке, берутся неспроста. Все эти парни – не неуверенные в себе бывшие задроты, а недобитые жертвы суккубов.

«Недобитая жертва» вдруг болезненно скривилась и закашлялась. Откат после действия суккубьих чар имеет весьма неприятные последствия, которые можно примерно сравнить с состоянием сильного стресса и отравлением одновременно. На лбу у красавчика выступила испарина. Лицо пошло красными пятнами. Он тяжело задышал. Внезапно парень закашлялся и изо рта у него потекли слюни, тягучие, густые. Похоже, этого еще и тошнило. Он закашлялся. Подавился, и из носа у него вылетела зеленая склизкая сопля.

В такси ведь еще потом его садить. За что ей все это!

Хотя за годы охоты Ангелина перестала испытывать отвращение. Это чувство было аккуратно ампутировано. Не без помощи Георгича, кстати, обожавшего в красах описывать последствия встреч монстров и людей. Так что сопли и слюни – не то, что могло бы вызвать ответный рвотный позыв.

Но момент зарождения чувства отвращения она помнила. В детский сад с ней ходила девочка, у которой, кажется, вечно был насморк. Она постоянно терла нос, под которым образовывалась корка из-за постоянно раздражения кожи, кроме того, над верхней губой у нее собирались сопли. И засыхали там. Казалось бы, четырехлетние дети еще не вполне понимают, что такое отвращение, но они почему-то держались от той сопливой девчушки подальше. Что заставляет людей брезгливо морщить нос при виде сморкающихся, блюющих или писающих? Инстинкт самосохранения?

Кстати, в некоторых случаях это распространяется и на кровь, но почему-то в меньших, хотя она-то как раз и может оказаться опаснее всего. Наверное, дело в запахе. Металлический запах крови почему-то немногим внушает желание блевать. Пока кровь свежая во всяким случае.

Природа отвращения, наверняка, кроется где-то глубоко, и люди наделены им не случайно. Они стараются держаться подальше от тех, кто воняет или не может контролировать выделение собственных жидкостей, потому что резкие запахи и нездоровый вид – признак опасности, значит там зараза. Чтобы не заразиться, надо уносить ноги, отгородиться. Хотя у многих чувство отвращения распространяется и на безобидные вещи – например, на чей-то новый роман. Хотя может, плохая литература тоже заразна и опасна для здоровья?

В любом случае люди часто загоняют свое отвращение, если оно имеется, поглубже, когда речь идет о ком-то дорогом им. Например, когда ухаживают за новорожденными детьми или пожилыми родственниками, которые не могут о себе позаботиться. Даже если испытывают при этом желание плеваться и бежать, они не всегда смогут себе в этом признаться. Это неблагородно что ли. Как сказать кому-то, что от вида своего младенца тебе иногда блевануть хочется? В лучшем случае посоветуют обратиться к мозгоправу. Но как объяснить, что некоторые чистенькие и приятные люди все равно могут вызвать у тебя буээээ?..

Вообще-то произошедшие с парнем метаморфозы и мысли Ангелины на этот счет длились всего пару секунд, но за это время суккуб успел коварно забежать девушке за спину и предпринять попытку задушить охотницу.

Бесконечные потоки мыслей, которые приходили к ней во время боя, странным образом не мешали сосредоточиться. Они отвлекали от мысли, что вот сейчас, в этот самый момент, ее могут убить.

Ангелина перехватила державшую ее руку и легко перебросила тварь через голову – нечеловеческая сила и реакция, безусловно, были приятным бонусом, поэтому вещи, которые она могла вытворять, нередко выходили за рамки того, что принято видеть во время человеческих поединков. Да и соперники у нее были отнюдь не люди.

Своими навыками она все-таки гордилась – они позволяли не дать себя в обиду и компенсировали потраченные на изнурительные тренировки детские и подростковые годы.

Суккуб быстро оказался на ногах – все же его реакция тоже была лучше человеческой. Первый легкий примеривающийся прямой удар в голову она отразила, словно отмахнувшись. Как кошка.

Суккуб вдруг решил, что, приняв более устрашающее обличье, напугает ее. Они это умеют. Форму менять. Иначе как бы им удавалось работать на столь широкую аудиторию. Даже ученые мужи в учебниках по демонологии описывали суккубов и инкубов, скорее, как воплощение своих реализованных или нереализованных сексуальных фантазий. А истинной формы у них, возможно, и не было.

Гигантский паук, жутко чавкая жвалами, пошел на нее. Она их боялась с детства. Но взяла себя в руки в последний момент.

«Иди сюда, детка», – прошептала она в чавкающую пасть.

И, протянув руку, схватила паучиху прямо за жвала. Крепко…

Почему именно пауки? Ну то есть гигантская крыса (как впрочем и обычная), змея, скорпион… да кто угодно, не внушил бы ей такого суеверного ужаса. Хитрые твари эти суккубы. Чувствуют все, гады, и хоть это и пустышка, такое деморализует. Удар ниже пояса. Чего еще ожидать от нечисти?!

Ей нужно было дать волю этому страху. И она пронзительно завизжала прямо в лицо пауку… ну или что там у него?.. От души так. Все-таки проораться хорошенько – неплохой способ выпустить пар. Как на самых страшных аттракционах в парке. Но там она там никогда не кричала – вжималась в кресло и зажмуривала глаза, потому что когда по-настоящему страшно кричать не получается – у всех реакции разные, она вот немела от ужаса.

Но это не тот случай – неметь и впадать в ступор сейчас нельзя. Охота священна. Ради этого она живет. У нее есть Цель.

От дикого неблагозвучного визга паук попятился, запутался с непривычки в конечностях и плюхнулся на пузо. Время атаковать. Не мудрствуя, Ангелина схватила его за ближайшую лапу, и, раскрутив вокруг себя, швырнула об стену. Суккуб шмякнулся с чавкающим звуком, частично трансформируясь. Удар, который бы человеку переломал немало костей, для него был безвреден, но все же надо было с ним кончать.

Существо, по виду уже напоминавшее питомца доктора Моро из книги Герберта Уэллса – гибрид человека, паука и кого-то еще, медленно сползал по стеночке. Нужно было отнять у него оболочку – без материи злобный дух вряд ли сможет завлекать людей так легко – разве что во снах являться, но во сне душу не выпьешь.

Ангелина эффектным жестом извлекла из кармана зажигалку – изысканную вещицу, черная с серебристым драконом, который оплетал металлический коробок. Он поднесла огонек к бесформенной массе и… Гореть суккуб упорно отказывался. Он только протестующее зашипел и попытался отползти подальше от пламени. Надо было быстро придумать что-нибудь более действенное, оставлять его так было нельзя. Иначе через пару часов эта гадость восстановит форму и скроется. Бензина тут взять было негде. Или все-таки…

Охотники в своей работе обычно стараются избегать правонарушений, но тут дело чрезвычайной важности. Выбежав из подворотни, Ангелина кинулась к стоящим вдоль дороги машинам. Народу вокруг было немного, но все же то, что она собиралась сделать, было довольно рискованно. Присмотрев стоящие неподалеку старенькие «жигули», она возрадовалась, что еще не все в этом городе пересели на иномарки. Прихватив с собой найденную по пути бутылку из-под минеральной воды, она легко скользнула под брюхо легковушки. В темноте она видела неплохо, но смутно представляла себе, что ей нужно. Наконец удалось нащупать то, что искала – сливная пробка, которая есть не у каждой машины. У этого «жигуленка», хвала небесам, она была. Ого! Открутить эту накрепко приржавевшую штуку было непросто, даже обладая силой самых крутых тяжелоатлетов. Но охотница, недовольно шипя и бурча ругательства, все же старательно пыталась ее открыть. И о да! Она все-таки поддалась. Правда, ржавчина тут же полетела в глаза. Ангелина едва успела подставить бутылку, поскольку бензин резко хлынул на свободу. Быстро набрав тару, она приставила пробку обратно и старательно закрутила. Выбравшись из-под машины, стряхнула с себя то, что можно было стряхнуть. Мда… Запах от нее стоял чарующий. Ржавчина, размокшая в бензине, разукрасила белоснежный топ в живописные грязно-рыжие пятна. Ангелина надеялась, что хотя бы юбку и куртку удастся потом очистить.

Забежав обратно в подворотню, она обнаружила, что и суккуб и его жертва, оба находясь не в лучшем состоянии, и с одинаковым старанием пытаются собраться. Причем, суккуб в прямом смысле. По кускам. Облив тварь так непросто добытым бензином, Ангелина все-таки щелкнула зажигалкой. Запахло жжеными тряпками, и суккуб со злобным воем вспыхнул.

Сборщик чужих душ, поняв, что ему ловить больше нечего, спешно покинул догорающую оболочку, улетучившись сизой струйкой дыма. Лина только вздохнула. Ведь найдет еще, во что вселиться, окрепнет, напитается чужих любовных разочарований и слепит себе новую оболочку. Этой войне нет конца… Правда, девушка старалась решать проблемы по мере их поступления. А на данный момент полудохлый парень был ее текущей проблемой. С ним надо было что-то делать.

Легко приподняв юношу за подмышки, она всмотрелась в его лицо. Симпатичный, несмотря на грязь, пот и блевотину, размазанную по подбородку. Сердцеед, наверное. Суккуб рассчитал верно, прикинувшись длинноногой красоткой. Этого симпатягу не удивило ее внимание. Хотя в клубах даже парни, чья образина чудесно смотрелась бы с припиской «разыскивается», не стесняются подкатывать к красоткам. Откуда только берут уверенность? Не иначе бармен им добавляет в стакан в качестве секретного ингредиента.

Если припомнить попытки знакомств, почему-то инициатива всегда исходила от тех, кого в голливудской комедии возьмут только на роль пошлого друга со спасательным кругом на талии. Красивые люди редко пытаются знакомиться с кем-то. Может быть, потому, что им это попросту не нужно. Девушкам достаточно просто показаться на глаза, а парням… Ну сейчас им тоже этого достаточно, потому что современные уверенные в себе женщины не стремаются вот так вот взять подойти и познакомиться.

– Ад-рес, – медленно по слогам произнесла Лина, обращаясь к парню, который все еще болтался у нее в руках. Он был на голову выше, его ноги волочились по земле. – Какой у тебя адрес?

Он что-то пробормотал, но она услышала.

«Совсем рядом. Отлично», – подумала девушка.

Она обшарила карманы куртки бедолаги и нашла ключи и немного наличности. Должно хватить. Не платить же самой. Достаточно того, что бесплатно работает спасателем.

Выволочив его из переулка к центральному входу в клуб, она ненадолго заглянула внутрь, чтобы забрать сумочку. Парня пришлось тащить с собой. Благо, подобное зрелище в заведении, предназначенном для сваливания с ног молодых и здоровых людей, никого не удивило. Выйдя со своим габаритным грузом на улицу, она осмотрела стоящие рядом машины – как всегда в это время тут паслись таксующие водилы.

– До Белинского за 200 рублей довезешь? – спросила девушка ближайшего.

Водитель выдохнул сигаретный дым и подозрительно оглядел парочку.

– Чего это с твоим парнем? – спросил он недовольно.

– Перебрал просто, – нетерпеливо ответила охотница. – Ну так что?

– За триста, – наконец вынес вердикт водитель, закончив осмотр.

– Тут дойди-то два шага! – возмутилась девушка.

– Вот и шли бы, – ехидно ответил этот хмырь. – Скажи спасибо, что вообще согласился – оба в какой-то грязище, заблеванные. А парень вообще непонятно, жив ли, попаду с вами в ночные новости… Садитесь, и смотри, чтобы он мне там сидения не загадил.

Ангелина вздохнув, утолкала несостоявшуюся жертву суккуба в авто, сама скользнула следом, нарыв у него в кармане еще одну сотню.

Этаж, на котором жил парень, как и следовало ожидать, оказался «спортивным», то есть не первым, и подниматься нужно было долго. Лифт, по какому-то неведомому закону подлости, не работал.

Ангелина с тоской посмотрела на ступеньки. На минуту опустив свою ношу на пол, набрала смс подруге. Как выяснилось, та вовсю отплясывала с новыми знакомыми в клубе и ее исчезновения даже не заметила.

«Надеюсь, дело в беспечности, а не в том, что ей на меня плевать», – подумала Ангелина, поднимая парня, и бодро продолжая подъем.

Квартирка у парня оказалась неплохая – довольно приличная студия с огромным диваном, куда, после недолгих размышлений и был скинут хозяин сего жилища.

«Потом сам почистит, это такая мелочь по сравнению со спасенной жизнью», – легкомысленно махнула на это рукой девушка.

Она называла это спасением жизни, хотя технически правильнее было бы сказать – спасение души. Поскольку на телесную оболочку суккубы претендовали редко, оставляя жертву хоть и в плачевном, но живом состоянии. Правда, без души человек не мог жить, превращаясь в овощ, который уже не узнавали родные и близкие. Многие после такого совершали самоубийство… Так что в общем-то и спасение жизни тут подходит.

Ангелина обычно не размышляла над тем, что делает. На данный момент ей так было проще. Иначе она бы решила, что все это не стоит таких усилий.

Скинув куртку прямо на пол, она отправилась в ванную. Подумав немного, решила запереться. Хоть недобитый все еще пускал блаженные слюни и в себя пришел не до конца, кто его знает, вдруг приспичит посетить санузел. К тому же он находился под действием суккубьих чар, а их действие было совершенно непредсказуемым. Не то, чтобы Ангелина боялась парня, вырубить его, тем более в таком состоянии, не составит для нее труда, но добивать и без того еле живого чувака было как-то жестоко.

Сбросив одежду, девушка с наслаждением встала под душ и зависла на пару минут, пытаясь расслабиться. Топ она предварительно замочила в раковине, высыпав туда тонну порошка, но все равно ни на что особо не надеясь. Юбку и куртку она почистила над ванной, грязь отошла быстро.

Замотанная в полотенце, девушка по-хозяйски прошлась по квартире. Парень по-прежнему неподвижно сидел на диване. Глаза его были закрыты. Подойдя и зачем-то оттянув ему веко, она попыталась рассмотреть цвет глаз. Вроде светлые какие-то.

Порывшись у него в шкафу, она обнаружила длинную голубую рубашку, которую тут же нацепила. Все равно ее одежда высохнет только утром. Можно поспать немного. Утвердив парня в горизонтальном положении на диване, она направилась к кровати, которая тут тоже была, огороженная небольшой ширмой, нырнула под толстое теплое одеяло и тут же уснула.

Очнулась она, казалось, через несколько секунд. Пробуждение было не самым приятным – кто-то настойчиво тряс ее за плечо.

– Вы кто? Что произошло? Почему вы в моей квартире? – никак не мог угомониться неизвестный.

Охотница лениво открыла один глаз. На нее смотрел вчерашний парень. Выглядел он чуть лучше. Похоже, успел умыться. Разве что был чрезмерно бледен, но это после пережитого ночью как раз таки было нормально. А еще он снял куртку, которую Лина предусмотрительно с него стаскивать не стала, поскольку искать плед ей было лень, но она не хотела, чтоб горемычный еще и замерз ночью и проснулся раньше времени. Видимо, это не помогло, и он все же проснулся достаточно рано. За окном только занимался рассвет.

– Тебя как звать то? – буркнула Ангелина, стараясь не сильно открывать рот.

Не то, чтобы ее волновало, какое впечатление она произведет на спасенного ею парня, просто не хотелось, чтобы он учуял не самый приятный утренний аромат. А с чего ему быть приятным? Зубы на ночь не чистила, к тому же пила коктейли перед этим. Почему-то дорогое и вкусное мартини на утро пахло не лучше, чем вульгарная сивуха.

– Как тебя зовут? – терпеливо повторила девушка, видя, что парень только растерянно моргает.

– Артем, – наконец выдал он.

Глава четвертая. О том, как организовать охоту на охотника

Начало расследования Джулай

Первым делом Джулай решила побеседовать с бдительными соседями, которые самоотверженно наблюдали в глазок момент исчезновения сына Виктории. Вроде бы таковые имелись. Точнее таковая. Кто бы сомневался. А заказчица могла упустить что-то важное. По своему опыту Юля знала, что так бывало довольно часто. Мало кто мог упомнить все важные детали, а они являлись частями пазла, без которых он не соберется. Вот и приходилось с мира по нитке искать – один видел и запомнил то-то, другой свидетель еще что-то любопытное расскажет. Только успевай навострить ушки. А слушать она умела. Слушать и мотать на ус. Жизнь научила такой четкости и внимательности.

– Вам кого? – подозрительно спросили из-за двери.

Джулай лучезарно улыбнулась в глазок. Она не сомневалась, что ее уже осмотрели с ног до головы. Видимо, осмотрели, оценили и сочли не особенно опасной для жизни, здоровья и имущества.

Дверь распахнулась. На пороге стояла женщина лет шестидесяти в обтягивающих лосинах вырвиглазного зеленого цвета, розовой майке и с волосами, собранными в аккуратный пучок на макушке.

– Я только что начала занятие йогой. Дочь подарила подписку на новую онлайн-платформу для занятий фитнесом, я и подсела, – поспешно объяснила она, видя, что незваная гостья не может перестать таращиться на ее лосины.

– Это просто чудесно, очень уважаю людей, увлеченных спортом, и заботящихся о своем теле, – вежливая Джулай напустила в голос побольше сахара и добавила сиропа, желая подольститься к хозяйке квартиры, чтобы та пригласила ее внутрь, потому что планировала как следует ее расспросить, а на лестничной площадке такие разговоры вести не слишком удобно. – Меня зовут Юлия Максимовна, я занимаюсь расследованием дела об исчезновении человека. Вашего соседа.

Она быстро сунула корочки под нос женщине и задержала их в этом положении секунды полторы. Достаточно.

– Да я вроде все уже полиции рассказала, – неуверенно ответила та.

– Я представляю другую структуру, – солидно и даже с некоторой гордостью произнесла Юля. – Меня наняла мать пропавшего для того, чтобы ускорить его поиски. Вы же знаете у полиции так много работы, а дела об исчезновениях так редко раскрываются.

«Как и почти все остальные», – добавила про себя детектив. Знала ведь эту кухню.

Важная свидетельница понимающе вздохнула и, покосившись на свои лосины и босые ноги, сказала:

– Можете войти, побеседуем на кухне, вы ведь не против, что я в таком виде?

– Что вы! Вам безумно идет, ваша фигура в этих лосинах просто великолепна.

Комплимент попал в самое сердечко худеющей дамы. Если у хозяйки и были до этого сомнения в том, чтобы пустить в квартиру незнакомку, то после этого они полностью улетучились.

– Прошу вас, – она указала вглубь помещения. – Кухня на том конце коридора.

Джулай беглым профессиональным взглядом осмотрела квартиру. Чистенько, лишнего хлама не наблюдается, кажется, хозяйка фанат влажной уборки. Ну что за продуктивная женщина: и дом в чистоте, и йогой занимается. Ещё и за соседями успевает подглядывать. Юля надеялась, что этому занятию она уделяет немало времени и подходит к нему столь же ответственно, как и к очищению пространства от пыли.

– Как мне к вам лучше обращаться? – Юлия спохватились, что не узнала заранее имя соседки.

Детектив восьмидесятом уровня просто! Отругав себя за непрофессионализм, она решила, что займётся самобичеванием чуть позже, так как сейчас важно сосредоточиться на вопросах о пропавшем парне, который, хочется надеяться, скоро перестанет быть таковым. А то часть гонорара она уже потратила. Перед распродажами бессильны даже самые разумные девушки.

– Зовите меня Антонина, вообще-то я Антонина Васильевна, но это звучит слишком солидно, – с ноткой кокетства ответила потенциально важный свидетель, вырвав Джулай из размышлений.

– Расскажите, как давно вы знаете Артема?

Сначала надо побольше узнать об объекте со слов лиц, имевших с ним регулярный, пусть и не тесный контакт. Бррр… Даже в голове звучит так казенно и при этом двусмысленно.

– Он переехал сюда буквально пару лет назад, – начала повествование Антонина и с гордостью продолжила. – Дом у нас элитный, только приличные люди живут, даже замгубернатора десять лет тут прожил, потом правда продал квартиру и уехал на ПМЖ в Испанию, говорят, прихватил с собой часть бюджета… А я никогда ему не доверяла, видела пару раз, как к нему девицы модельной внешности захаживали, пока жена в Карловых Варах почки лечила.

– Возмутительно! – Джулай была недовольна таким откровенным откосом от темы, но не хотела нарушить идиллию и возникшее между ними доверие, поэтому технично ввернула вопрос:

– А Артем тоже водил девиц модельной внешности?

– Ну не без этого, разумеется, – осторожно начала соседка.

Она явно не могла пока определиться, можно ли говорить о парне плохо. Вроде бы он пока просто числится пропавшим.

– Но он ведь молодой и неженатый. Нам, конечно, все это не очень нравилось, вечеринки эти, молодежь тут постоянно разная ошивалась. «Золотая», но этого не легче. Когда в подъезде наблевано – ситуацию не улучшит тот факт, что это сделал сын начальника управления департамента по культуре. Так что пару раз даже полицию вызывали. Но не помогало. Они затихали и не открывали дверь, а потом продолжали веселье. Я уже планировала иногда уезжать куда-нибудь на выходные, да хоть на дачу, чтобы иметь возможность выспаться. Но в последние пару недель перед своим исчезновением парня как подменили. Наш этаж, два верхних и два нижних буквально вздохнули с облегчением. Никто особенно не интересовался причиной перемены в поведении и привычках Артема. Парня, прямо скажем, не очень любили, как любого шумного и проблемного соседа. А в последние пару дней начало твориться нечто уж совсем странное – из его квартиры стали доноситься какие-то жуткие звуки.

Антонина инстинктивно понизила голос, и Джулай решила уточнить.

– Как бы вы их описали?

– Ну я бы сказала, что они какие-то нечеловеческие, – женщина и вовсе перешла на шепот, однако напугать опытного детектива, чей скепсис закалялся не один год в стенах государственного учреждения, было не так-то просто. – Уханье, рычание – что-то такое. Мне один раз даже показалось, что кто-то скребся в стену. Муж вечно в командировках, я тогда одна была дома, перепугалась до жути. Сидела до утра в обнимку с топориком для разделки мяса, это самое грозное оружие, которое мне удалось отыскать в доме… Вообще разведусь я с ним.

– С кем? – Джулай, не ожидавшая подобной реплики, ошарашено посмотрела на собеседницу.

– С Валеркой. Мужем моим, – нетерпеливо, как само собой разумеющееся, пояснила Антонина. – Мужчина в доме должен быть. Хотя бы большую часть месяца, а его вечно нет, ну и толку мне от такого брака, где моя каменная стена, спрашивается?

Юля, которая сама себе всю жизнь была каменной стеной и прочими опорными конструкциями в любых ситуациях, не нашлась, что ответить. Но углубляться в философские рассуждения о том, почему женщине нужен мужчина, не захотела. Все-таки она на работе, да и с Антониной они не подружки на бранче.

– Вы говорили, что в день своего исчезновения Артем ушел в сопровождении темноволосой девушки и высокого парня, – начала Джулай. – Раньше вы видели этих двоих?

– К нему постоянно кто-то приходил, но девицу я бы запомнила, глаза у нее уж больно жуткие, она посмотрела на мою дверь, когда они уходили. Да так, как будто рентгеном просветила, будто знала, что я там. Меня в холодный пот бросило. Наверное, это линзы какие-то жуткие, которые молодежь сейчас носит. Не может быть у человека глаз такого цвета. А парень, что с ней был, угрюмый такой качок, на быков из 90-х похож. Уж насколько высокий и широкоплечий Артем, но по сравнению с этим мужиком просто детсадовец.

– Вам не показалось, что Артем идет с ними не вполне по своей воле?

– Силком они его не тащили, это точно, он сам открыл им дверь, они о чем-то переговорили недолго, минуты три, потом он ненадолго скрылся в квартире. Они подождали, затем вышел, запер дверь и пошел с ними. Взгляд у него только был какой-то отстраненный, словно он не совсем трезв. Мутный какой-то. Такой у моего Валерки бывает, когда он в перерывах между командировками свой любимый дорогущий коньяк глушит. По пять тысяч за бутылку. И по бутылке в день!

Боясь, что женщина снова лихо вырулить в любимую степь, Джулай резко прервала ее:

– А что-то еще странное вы видели?

Женщина недовольно пожевала губами. Ей явно давно хотелось выговориться. Уши подруг и прочих знакомых, по всей видимости, были использованы для этих целей не по одному разу, а тут свежий слушатель. Который все же не хотел тратить драгоценное (в прямом смысле!) рабочее время на жалобы на жизнь. В конце концов, частный детектив может быть и психологом, но только за очень хорошее вознаграждение – не меньше ста евро в час.

– О! Как раз перед тем, как начались странности, его домой буквально на себе приволокла какая-то блондинистая девица, – Антонина была горда собой.

Она выудила эту деталь из памяти и заметила, что заинтересовала детектива. Джулай напряглась как пантера перед прыжком. Она ощущала, что вот это зацепка, которая могла привести ее к пропавшему.

– Тут интересно то, что Артем никогда не напивался до такого состояния, что в горизонтальное положение его приходилось приводить чьими-то сторонними усилиями. Обычно он всегда сохранял адекватность. А тут… одежда вся в грязи, вроде даже порвана и заблевана. На ногах вообще не стоит. И девушка эта. Она несла его легко, как будто это всего лишь гигантская мягкая игрушка. Взвалила на плечо и тащила. При этом лицо у нее было крайне недовольное. Она сама открыла дверь. Видимо, он дал ей ключ. И ночевала тоже у него. Утром вышла – рубашку у него позаимствовала, я думаю. Свеженькая такая. Волосы – просто чудо, чистое золото. Глаза ярко-голубые, но не как у жуткой девицы. Теплые такие, сияющие. Располагает к себе этот ангелочек. Но внешность. Скорее всего, обманчива, порядочные девушки пьяных парней на себе по ночам не таскают и ночевать у них не остаются. Хотя не думаю, что у них в ту ночь что-то было. Артем был в таком состоянии, что привести его в чувство не смогла бы и бригада высококвалифицированных медиков. И это просто выведение из комы. А уж речи о восстановлении каких-то других функций организма, не жизненно важных, тогда и не было.

Как же чудесно, что в мире есть вот такие люди, которым так важно сунуть нос в чужую жизнь! И если Джулай-свободная-личность-без-предрассудков не любила таких людей, то Джулай-детектив-суперпрофессионал их просто обожала. Это ж как они облегчали работу, если разговорятся.

– Вы мне очень помогли! Что ж не буду отвлекать вас от тренировки. Вижу, что вы человек очень занятой, мне тоже пора вернуться к работе, знаете ли, столько всего еще, – Юлечка тараторила, пока обувалась в коридоре, чтобы радушная хозяйка не вздумала похлебосольничать и пригласить ее посидеть еще, обсудить все приватности своей нелегкой судьбы неработающей жены хорошо зарабатывающего мужа.

Выйдя на улицу, она с наслаждением вдохнула чуть пахнущий бензином воздух, поморщилась, но все равно улыбнулась. Неплохо поработала. Наверняка, полиция про блондинку не знает, если соседку осенило столь внезапно. Не то, чтобы она с ними соревновалась. У них-то нет стимула в виде чемоданчика с деньгами, а ради обычного оклада, максимум – скромной премии, не очень-то и расстараются ее доблестные бывшие коллеги.

Набрав Викторию, описав ей новую знакомую Артема и убедившись, что та про нее и сном ни духом, Джулай решила пройтись по списку из десятка самых близких друзей пропавшего парня. Списком с номерами телефонов ее снабдила Виктория. Молодая маман за счет небольшой разницы в возрасте и близких отношений с сыном периодически тусовалась с его друзьями. Статус сочной милфы, на которую заглядываются те, кто годится в ей дети, очень льстил даме. Что ж стоит начать со школьного друга Димы. Они чаще всего проводили время вместе, у них были общие увлечения – секция бокса, девчонки, клубы, девчонки, заграничные путешествия и снова девчонки. Если он видел блондинку, то точно ее запомнил.

– Дима, добрый день! – мелодично зазвенела Джулай в трубку.

Она старалась быть не слишком официальной, чтобы не принял ее за сотрудницу банка, желающую впарить ему «совершенно необременительный» кредит. А то, чего доброго, просто бросит трубку, а ее отправит в «черный список». Гоняйся тогда за ним по всему городу.

– Меня зовут Юлия, я знакомая Виктории, мамы Артема. Она наняла меня для его поисков. Хотела вас расспросить.

– Я вроде уже говорил, что не знаю, где он. Здрасте! – голос был чуть хрипловат. Кажется, парень недавно проснулся.

– Это я знаю, но мне нужно кое-что еще узнать. Можем встретиться где-нибудь сегодня? Могу подъехать, куда скажете.

– Тогда давайте через час в кафе «Пироги и компот» на Карла Либнехта, – подумав, выдала трубка. – Я живу недалеко, пироги там вкусные, заодно и позавтракаю.

– Отлично, буду там.

Как все-таки замечательно, что он согласился встретиться сразу, а не через недельку, месяц или вообще когда-нибудь, когда будет настроение.

«Пироги и компот» было уютным заведением в псевдорусском стиле. Слишком уж лубочно, на вкус Юли. Тему можно было обыграть как-то поинтереснее официанток в кокошниках. Однако пироги тут и правда были вкусные. Поколебавшись немного, Джулай заказала свою любимую самсу. Все-таки диеты ей никогда особенно не давались, да и с такой чудесной фигуркой можно себе позволить некоторые гастрономические вольности. Бегаешь как савраска по всему городу в поисках всяких заблудших душ, можно и вознаградить себя за труды праведные.

Дима оказался приятным молодым человеком привлекательной наружности с соломенными волосами, хитрыми серыми глазами и порочным крупным ртом, который будто жил своей жизнью и непрерывно кривился – при каждой эмоции.

– Знал бы, что Артема искать отправили такую красотку, оделся бы поприличнее, – он небрежным жестом взъерошил волосы.

Видимо, это был его фирменный жест из арсенала начинающего донжуана. Одет он был при этом в видавшие виды джогеры и немного растянутую футболку. Похоже, вчера его вечер и ночь прошли весело. Не очень-то ты переживаешь о пропаже друга, парниша.

– Меня полностью устраивает ваш внешний вид, – Джулай подарила ему свою лучшую дежурную улыбку.

– Меня твой тоже, – Дима окинул ее откровенно раздевающим взглядом. – Давай переходить на «ты», кажется разница в возрасте у нас не очень большая, если вообще есть. Надо же – такая молодая и уже детектив. Папа устроил или…?

– Нет, у меня нет ни богатого влиятельного папы, ни или, – Юля спокойно посмотрела ему в глаза, без улыбки.

Ей хотелось, чтобы он был с ней откровенен, при этом на флирт она была не особенно настроена. Тем более, когда ее так оскорбительно похвалили. Типа ты слишком молода и красива для такой сложной работы, иди и покрась ногти на ногах.

– Соседка рассказала, что у Артема за пару недель до исчезновения ночевала некая блондинка. Очень красивая, – сразу взяла быка за рога детектив.

– Такая же красивая, как ты?

Похоже, придется потерпеть его приставания. Когда для дела нужно, можно не кидать собеседника через колено. По крайней мере, сразу не кидать.

– Дима, – вкрадчиво начала Юлечка. – Ты просто душка. Но хочу напомнить, что я на работе. И работа эта заключается в том, чтобы найти твоего пропавшего друга. Которого, возможно, похитили. И мне бы хотелось, чтобы ты проявил больше активного участия в процессе его поисков.

– Такая ты нравишься мне еще больше, – ничуть не растерялся нахал. – Может, совместим приятное с полезным. Сходим куда-нибудь вместе, возможно, я еще чего-то вспомню.

«С чего ты взял, что это будет приятное?», – хотелось сказать Джулай, но она титаническим усилием воли прикусила язычок.

– Блондинка. Давай вернемся к ней. Неужели ты не запомнил?

– Вокруг него вообще-то крутилось много блондинок, и они были красивыми по большей части, – на лице Димы отразилась напряженная работа мысли. Наконец-то! – И знаешь что.. Ты говоришь, две недели назад… Тогда мы ходили вместе в «Синюю обезьяну», но ушел я тогда не с ним, что не редкость. Парни, приходящие в клуб и уходящие из него вдвоем, либо неудачники, либо геи. Так вот тогда он сначала отплясывал с высокой такой брюнеткой, жопастой. И у них вроде бы все было на мази. Потом они куда-то вышли. Я подумал, что он повез ее домой на кофе с круассаном, но потом он вернулся и уже с блондинкой.

Джулай вновь почувствовала охотничий азарт.

– Только об этом мне рассказал наш друг Серега, я сам не видел, – продолжил рассказ Дима. – Сказал, что Темыч на ногах не стоял, и когда только успел убраться в щи! Мы и выпили только по паре стаканов виски у него и еще парочку в клубе. Раньше ему это было как слону соломинкой по заду.

– Почему Серега не поинтересовался, куда потащили Артема? Тем более, что он был почти без сознания.

– Ну так его же не три кавказца или омоновцы тащили, – резонно возразил Дима. – А девица, довольно хрупкая, по словам Сереги, на полторы головы ниже Темки. Что она ему сделает? Ограбит и изнасилует?

– Гендерные стереотипы тебя до добра не доведут, – все-таки пробурчала Джулай, хотя и привыкла на работе держать свои эмоции при себе, даже если человек несет откровенную дичь. – Поделись со мной, пожалуйста, контактами этого Сереги.

Возможно, парень, который видел блондинку, сможет описать ее получше, или рассказать еще что-нибудь интересное.

– Не вопрос, но, если будет звать тебя на свидание, скажи, что уже идешь со мной.

Джулай только тяжело вздохнула.

…

На поиски Сереги и установления с ним контакта ушло чуть больше времени. Парень упорно не брал трубку, и детектив уже отчаялась и мысленно уговаривала себя принять тот факт, что не все в этом мире складывается идеально, как вместо раздражающих гудков раздалось «Слушаю!», произнесенное на выдохе. Чем он там занят, интересно, что так запыхался?

Представившись и обрисовав суть дела, Джулай выяснила, что Серега сейчас в зале на тренировке. Освободится примерно через час. А поговорить готов сразу после, так что можно ехать к качалке.

Прикинула, что еще успеет заскочить в офис, скинуть на комп аудиозаписи бесед со свидетелями и выпить чашечку кофе с коньяком. Немного, помогает думать, когда мозги расслаблены.

В офисе ее ждал неприятный сюрприз. Уборщица уронила горшок с каким-то диковинным растением. Названия Джулай не знала, цветок достался ей в наследство от предыдущего арендатора помещения. Брошенное растение Юля жалела, и поэтому старалась поливать хотя бы раз в неделю. Заметая следы преступления, уборщица кое-как пересадила цветок в огромное ведерко из-под майонеза, и задвинула его подальше за шторку, видимо, в надежде, что хозяйка офиса про него благополучно позабудет. Она ведь такая занятая девушка, у которой к тому же регулярно опустошается и пополняется мини-бар в шкафу для документов.

Часть мокрой земли высыпалась в новые прадовские туфли – подарок поклонника, которому Джулай помогла в одном деле. Поклонник пытался переквалифицироваться в ухажера, даря дорогие подарки, но детектив была непреклонна. Объясняя, что не хочет смешивать работу и личную жизнь. Не то, чтобы она была такой уж принципиальной, но ведь не скажешь же человеку, что он страшный и изо рта у него несет луком.

Полила цветок и пообещала ему купить новый просторный горшок. Затем помянув безвременно почившие туфли солидной долей виски, Джулай плюхнулась в кресло и закинула ноги на стол. Настроение было подпорчено. Но все-таки она купила их не за свои деньги. А вознаграждение после успешного раскрытия дела так велико, что можно и не одну такую пару купить. Успокоив себя этим, она сосредоточилась.

Все, что удалось узнать сегодня, разумеется, имело ценность, но пока не сильно приблизило ее к разгадке. Куда мог отправиться Артем со своими загадочными визитерами? Кто они вообще такие? Почему он пошел с ними по доброй воле? Они были хорошо знакомы или угрожали ему?

За несколько недель до исчезновения у Артема появилось минимум трое новых знакомых. Блондинка, шатенка и высокий парень. И все они крайне подозрительны. Нюансы их отношений неизвестны.

Еще раз переслушав беседы со свидетелями, она не нашла в них ничего нового и занимательного, и решила поспешить на встречу с Серегой.

Спортзал находился в центре города. Правда, это был не элитный фитнес-клуб в какой-нибудь высотке, где аренду сможет потянуть разве что-то кто-то из списка Форбс, а суровая подвальная качалка.

Стойка администратора отгорожена от главного (и единственного) зала каким-то странным баннером с рекламой протеина, помещение явно давно нуждается в ремонте, краска на стенах местами облупилась. Это была качалка – достойная наследница своих советских предков, где не было малюсеньких снарядов по килограмму, там все было тяжелое. И чтобы прийти туда и заниматься, надо было уже быть качком. Суровый такой зал для продвинутого уровня.

Как и следовало ожидать, женщин в этом царстве тестостерона было немного. Какая-то бодрая бабулька с мини-гантельками и пара студенточек, которым попу как у Кардашьян хотелось, а денег на элитный клуб не было.

Серега обнаружился быстро – Дима показал ей его фото. Парень стоял возле скамейки, где старательно страховал другого качка, выполняющего жим лежа. Раз, два, три… тридцать! Вау, там же внушительно так блинов, килограмм на девяносто. Неплохой у него рабочий подход.

Джулай решила не мешать и уселась на облезлую лавочку в качалочном предбаннике, предварительно протерев ее салфеткой и стараясь не сильно морщиться от отвращения, чтобы не обидеть администраторшу. Вдруг она патриот своего рабочего места. Есть же и уборщицы, ни за что не променяющие родные ведро и швабру даже на кресло директора «Газпрома». Ну теоретически они должны существовать.

А сама бы она перестала работать, если бы была страшно богата и могла бы себе такое позволить? Для Джулай это был такой тест на прочность любви к своему делу. Если работаешь только из-за денег, значит это не твое. Она решила, что все равно брала бы по парочке дел, скажем в месяц, чтобы не сойти с ума от скуки.

Вот ее бывший муж считал, что женщина вообще не должна работать, если она замужем. Позиция, в общем, не плохая и выгодная в каком-то смысле, но очень уж отдает каким-то дремучим патриархатом. Лучше так: хочешь – работай, не хочешь – не работай. А то от этих «настоящий мужик должен» и «настоящая женщина должна» тошнит уже.

Дааа… в свои двадцать с маленьким таким хвостиком Юлечка уже успела побывать замужем. Брак распался где-то через год, причем она как раз к разводу закончила менять все документы. Пришлось потом в спешке менять все обратно. Фамилию мужа кареокая гордая красавица оставлять не желала, так как дурацкая у него фамилия и сам он дурацкий. Долой из дома, долой из паспорта! Особенно было жалко загранник. Только пришла за ним, новеньким, и тут же сдала обратно на смену. А так хотелось сразу же улететь в Доминикану, заливать раны на сердце текилой и ромом. Но не с фамилией же бывшего мужа, это сразу минус пятьдесят процентов отличного отдыха!

Родственники тогда очень обиделись. Почему-то на нее. Особенно была недовольна мама, которая подарила им двести тысяч на свадьбу. Родительница отчего-то решила, что вся эта канитель с бракосочетанием была просто хитрой схемой развода родни на бабки. У Джулай никак не получалось убедить ее в обратном. Но и деньги она, справедливости ради, не вернула. Решила потратить на путешествие, не свадебное, правда, а разводное, но это уже детали.

Странно было в возрасте чуть за двадцать побывать замужем и развестись, поработать в полиции и разочароваться, найти свое дело и уже немного от него подзадолбаться. Как будто на дворе век пятнадцатый, когда дамы в возрасте Джулай говорили, что прожили хорошую жизнь и готовились выдавать замуж дочь.

Да сколько можно?! Уже десять подходов можно было сделать. Сережа, как ни в чем не бывало продолжал беседовать с другим качком, лениво поигрывая мышцами. Вот жеж.. Ее время дорого.

– Сергей! – Джулай решила несколько форсировать беседу и окликнула его.

Поднявшись со своего места, она сделала пару шагов в сторону зала. Но из-за стойки администратора раздалось предупреждающее шипение.

– Без бахил нельзя, – девушка отползла от своего места как потревоженная гадюка.

– И где мне их взять?

– Можете приобрести у меня, десять рублей за пару, – мило заулыбалась «гадюка».

Но Сережа уже заметил Джулай и направился в ее сторону.

– Вы ведь Юлия? Я думал, что вы опоздаете, в эти часы такие пробки, – вместо приветствия и покаяния выдал этот тип.

– А я и опоздала, – со значением произнесла Джулай, намекая, что ей все равно пришлось ждать.

Но парень был непробиваем, видимо, считал, что раз ей от него что-то нужно, то может и потерпеть.

– Тут наверху прямо над залом есть кафе. Предлагаю встретиться там через 15 минут. Я как раз приму душ и переоденусь, а вы можете заказать мне стейк и смузи.

И не дожидаясь ее реакции, этот наглец исчез в раздевалке.

Сделав заказ, она приготовилась к очередному долгому ожиданию, но внезапно парень появился даже раньше заявленных пятнадцати минут. Возможно, просто его накачанный друг остался еще немного потягать железо, и чесать языками было не с кем.

Пока Сережа изящно, но жадно, разделывал стейк, умело орудуя вилкой и ножом, Юлечка изложила ему суть дела. Получается, он единственный из знакомых Артема (не считая соседки), кто нормально разглядел блондинку, поэтому детектив надеялась, что этот пожиратель стейков сможет ей описать ее более подробно. И он не подвел.

– Блондинка с волосами медового оттенка почти до пояса, черты лица очень правильные, коричневый смоки. Была в белом топе и черной кожаной юбке, вряд ли очень дорогих, максимум – неплохой масмаркет типа Зары, – методично перечислил Сергей. – Я часто видел ее с подругами в этом клубе, в эти выходные они тоже были. Обычно приходят в пятницу или в субботу. Вечно лезут танцевать на барную стойку, выпендрежницы!

Джулай аж подскочила. Значит девица как ни в чем ни бывало посещает питейные заведения и радуется жизни. Теоретически есть шанс застать ее там и в грядущие выходные.

– Сергей, я бы хотела пригласить вас в эту пятницу и в субботу в «Синюю обезьяну», я угощаю, а вы покажете мне эту девушку, если она вдруг снова явится туда, – она понадеялась, что он не слишком много пьет. Спортсмен все-таки.

– Вынужден отказаться, – улыбнулся Сергей. – У меня на эти выходные другие планы.

– Но это важно. Ваш друг…

– Не думаю, что Артему что-то угрожает. Он и раньше мог пропасть надолго. Познакомился с девушкой и уехал к ней в какой-нибудь Саратов на неделю свататься к родителям. А блондинка, если бы была причастна к его так называемому похищению, не шастала бы по клубам.

Логика в его словах была, но все-таки чутье буквально вопило, что надо обязательно выследить эту загадочную особу.

– Сергей, вы идете со мной, иначе я обнародую информацию о вашей не совсем гетеросексуальной ориентации, – ей не хотелось опускаться до грязного шантажа.

Разумеется, она блефовала и ничего обнародовать бы не стала, но надеялась, что он поведется. Приходится играть грязно, когда на кону столько евро! Точнее – жизнь человека и благополучие семьи, разумеется! Но и евро тоже.

– И с чего вы взяли, что она не совсем гетеросексуальная? – он усмехнулся. Но явно был заинтригован.

– Ваша милая болтовня с тем качком в зале, слишком уж милая. То, как подробно вы описали внешний вид блондинки и даже марку ее одежды. И, кроме того, вы даже не попытались поприставать ко мне! – выдала Джулай на одном дыхании.

– Вижу, что последнее обстоятельство вас особенно неприятно удивило и огорчило, – он улыбался ей… доброжелательно. – Может быть, я просто общительный парень, который смотрит шоу о моде и при этом не бабник?.. Я бы мог обидеться на вас за попытку шантажа, но вижу, как для вас важно докопаться до сути. И хоть я не верю в криминальность этой истории, все-таки помогу вам. В эту пятницу так и быть сопровожу вас в «Обезьяну». И в субботу тоже, если охота успехом не увенчается. Но имейте в виду, что каждые выходные таскаться с вами по клубам в надежде встретить ту блондинку я не стану. Если не получится, вы не побежите распускать свои сплетни и оставите меня в покое.

– По рукам! – торопливо согласилась Джулай, пока он не передумал.

Сергей залпом втянул смузи через трубочку – получилось забавно, потому что в конце раздалось хлюпание – и отчалил, не прощаясь.

Надо же, как интересно получается. Оказывается, та, кого она искала, вовсе не прячется. Найти ее не так уж сложно. То есть она ни при чем? Или все-таки имеет отношение к исчезновению, но ведет себя как обычно, чтобы отвести от себя подозрения? И именно поэтому шастает в заведение, где ее привыкли видеть. Еще и внимание привлекает своими плясками на барной стойке. Лучше всего получится что-то спрятать, положив это прямо перед глазами. Возможно, и Артем где-то недалеко. Надо все обдумать.

До пятницы был целый день, чтобы подготовиться. А собственно к чему? Разве что подобрать аксессуары к наряду. Максимально комфортному.

Глава пятая. О бескрайней работе, грызунах и невестах вампиров

Целую неделю Ангелина благополучно балахрыстничала. То есть не выходила по вечерам на охоту. А все потому что Георгич уехал на какую-то конференцию в Мюнхен. Время своего возвращения традиционно не сообщил, чтобы его подопечная не расслаблялась. Без его контроля и понуканий эффективность ее работы сразу падала. Но она все равно расслаблялась – против природы не попрешь.

Лина оправдывала себя тем, что ночи в последнее время были прохладные, народу по улицам бродило не так много, а значит и жертв у нечисти не будет. К тому же она давно не слышала ни о каких странных происшествиях, а это говорило о том, что новые силы зла уже давно не появлялись в городе. Старые силы, видимо, сидят где-нибудь и собираются с силами, пардон за тавтологию.

После достопамятной стычки с суккубом, которая закончилась славной победой и ночевкой дома у несостоявшейся жертвы, Ангелина разок увидела издалека парочку горгулий. Быстренько достав арбалет (таскать его с собой – то еще удовольствие, особенно если предстоит поездка в метро), пальнула в них для острастки. Предупреждения оказалось достаточно. Мстительно обгадив ближайшую машину, надеясь, по всей видимости, что она принадлежит охотнице, горгульи скрылись за высоткой. Нападать ни на кого не станут. Иначе будут найдены и уничтожены.

Стоило, конечно, преследовать их и уничтожить сразу, чтобы твари не перебрались в соседний город, но так не хотелось. Дома Кэт как раз приготовила что-то вкусное. А у соседнего города должен быть свой защитник, не может же она за все отвечать.

У подъезда она привычно притормозила возле турника, подпрыгнула, подтянулась сначала на одной руке двадцать раз, потом на другой, и, резко кувыркнувшись, встала на руки. Постояла сперва на одной минутку, затем – на другой.

Пирующие в кустах бомжи восторженно зааплодировали. Не ожидали, что под водочку их еще и шоу воздушной гимнастики ожидает. Ангелина кувыркнулась, четко и красиво приземлилась на землю. Раскланялась своей нетребовательной публике. Из кустов снова грянули аплодисменты, и компания отсалютовала ей пластиковыми стаканчиками.

Кэт была очень занята – беседовала по видеосвязи со своим парнем Борей, с которым они второй год планировали съехаться, но им все время мешала непреодолимая сила обстоятельств. Нескучными их отношения делали регулярные сцены ревности прекрасной половины этой чудесной пары. Кэт постоянно подозревала Бориса и все время пыталась застигнуть на месте преступления. То бишь измены. В этот вечер все шло по плану.

– Так, покажи мне комнату, всю панораму. Диван не видно! Под диван еще камеру сунь. Пожалуйста! Я же вежливо прошу, не зли меня! – распоряжалась она. – А теперь на балкон выйди. Шкаф тоже открой. Кстати, покажи свой холодильник… Ты ведь обещал не пить пиво. Как это не пьешь? Я видела бутылку, она торчала из-за ведра с майонезом. Ведра! Не пора ли в спортзал? У тебя живот похож не на стиральную доску, как положено, а на старую больную гусеничку… Ах, это колина бутылка. А если Коля баб приведет? Мне он не нравится. Попроси его съехать. В смысле не сможешь один платить за квартиру, ты мужчина или где? Я в эту халупу не поеду, там нет ремонта, и находится она в заднице мира… Нет, Ангелина пока съезжать не планирует. И вообще с чего ты решил, что мы будем делить кварплату пополам? Мне нужна каменная стена, а не фанерная перегородка… Что там за шум у тебя?..

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.