Царство Вагуса
Кровь людская не водица
Сергей Юрьевич Буянов

© Сергей Юрьевич Буянов, 2023

ISBN 978-5-0059-6214-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Ловушка

С улицы дом казался небоскрёбом, но в подъезде не оказалось лестницы, ведущей на верхние этажи. Вместо неё – одна-единственная дверь с выщербленными уголками. Олег отдышался, поджимая кулаки в подреберья. После гонки с препятствиями, непривычной для аспиранта, казалось, отказали: печень и селезёнка вместе взятые. Органы, дающие «второе дыхание», разрывались от натуги.

– Вроде бы, ушёл! – шумно выдохнул Олег, не до конца поверив собственной прыти.

Ещё бы! За ним гналась компания поддатых братков с недвусмысленными намерениями.

– Валить его! Нечего базарить! – крикнул один из бандитов.

Олег пытался сказать, что он не Гриня, а Олег Банин, никакой не браток, но аспирант кафедры фармакологии. Не вняли ни единому слову. Получив под дых, Олег согнулся и заметил нож в руке бандита. Ноги сами собой двинули тело со спринтерской скоростью.

Преследователи наступали на пятки, пот застил глаза. Молодой аспирант видел только носки собственных туфель и разбитый асфальт тротуара. Под топот догоняющих Олег свернул в сторону, поднял голову и увидел раскрытые металлические двери подъезда многоэтажки.

Олег заскочил внутрь. Похоже, один из братков дотянулся до него, успел ударить по голове до того, как дверь запахнулась. Щёлкнул замок, отгородив беглеца от окружающего мира. Ни криков, ни возни во дворе Олег не слышал. Первой мыслью было: «Немедленно позвонить в полицию!»

За обшарпанной, словно объеденной дверью, кто-то долго и нудно возился. То ли подбирал ключи, то ли соображал: в какую из замочных скважин их вставить. Тусклая лампочка в подъезде мигнула и погасла. Лёгкие с шумом выпустили воздух, сократившись до мёртвого объёма – когда ни вдохнуть, ни выдохнуть невозможно.

– Да открывайте же! – прохрипел Олег, падая на колени перед дверью. Голова потяжелела, Олег ударился лбом об отворяющуюся дверь.

Глава 2. «Человек за бортом!»

Хлопнула дверь, нарушив покой в палате с работающим аппаратом искусственной вентиляции лёгких. Врач анестезиолог оторвала взгляд от монитора жизнеобеспечения больного. У порога стояла запыхавшаяся санитарка приёмного покоя, с распущенными до плеч волосами, в распахнутом халате, из-под рукавов которого выступали обшлага вязаного свитера. Мягкие тапочки с посеревшим от пыли помпончиком увенчивали охламонскую форму.

– Соня! Ты ошиблась дверью? – спросила женщина в белоснежном костюме с короткими рукавами и бейджиком: «Заведующая отделением реанимации, к. м. н. Штукина Елизавета Оттовна».

– Там, Главный просит вас к телефону! – молодая девушка вытянула руку с мобильником. – Ваш телефон молчит.

– Софа! Немедленно закрой дверь с той стороны!!! – рявкнула заведующая и скомандовала, обращаясь к своей помощнице: – Переключай на режим ПДД!

Глаза анестезистки расширились: пациент десять минут в состоянии клинической смерти, а доктор приказывает подключить режим вентиляции лёгких под дополнительным давлением, как обычному послеоперационному больному!

Елизавета Оттовна глянула на подчинённую. Щека медицинской сестры загорелась под взглядом заведующей. Что ж, начальству виднее. Анестезистка щёлкнула тумблером на аппарате.

Врач вышла из палаты реанимации.

Сотрудница приёмного покоя вжалась в уголок узкого коридорчика, зацепила чей-то халат на плечиках, опрокинула на себя.

– Софа! – сказала Штукина. – Что случилось: пожар, наводнение, воздушная тревога?!

Первичный запал энергии, закаченный главным врачом, сдулся. Коленки санитарки подкосились.

– Слово в слово! Чего хочет Главный?!

– Он сказал, что вам везут важного пациента, и надо подготовить аппаратуру.

– Ясно!

Санитарка сообразила, что трогать её никто не будет. Она сняла с себя чужой белый халат, развешала на плечиках.

– Софа! Я сказала, что мне всё понятно? И что я в твоём обществе более не нуждаюсь?

Соня повесила плечики на вешалку, развернулась, и выскочила прочь. Дверь с перегородкой из гофрированного стекла со звоном захлопнулась.

Елизавета Оттовна включила мобильник, позвонила Главному.

– Соня мне всё доложила! – сообщила заведующая реанимацией главному врачу, предупреждая шквал разъяснений. – Придётся задействовать запасной аппарат ИВЛ!

Елизавета Оттовна отняла трубку от уха на несколько секунд. Затем сказала:

– Переключать работающий аппарат я не стану!

Главный что-то бормотал на пониженных тонах. Елизавета Оттовна, исключительно из приличия, не отключала связь.

– Да кто он вам, в конце концов! – взвизгнул главный врач.

– Человек, – сказала заведующая отделением реанимации, закончив разговор.

– И как работать с такими идиотами!!! – проорал главный врач, стоя напротив собственного изображения в зеркале. Дородный мужчина в белом халате оскалился в ответ. Мол, не знаю, откуда ты таких идиотов набрал, да всё с научными степенями!

С минуты на минуту в больницу доставят родственника губернатора, нуждающегося в экстренной помощи, а заведующая отделением реанимации не желает отключать аппарат от больного, находящегося в клинической смерти более 10 минут! Студенту—двоечнику ясно, пора прекращать реанимацию, а кандидату медицинских наук не смей указывать!

Штукина позвонила заведующему кафедрой, профессору.

– Необыкновенный случай! – сказала она. Пользуясь тем, что профессор молчит, Елизавета Оттовна продолжила, стараясь доложить кратко, по существу: – Функциональное состояние миокарда свидетельствует о том, что больной в состоянии клинической смерти продолжает жить.

– Главный врач настаивает на отключении аппарата ИВЛ?

– Да.

– Руководствуйтесь клятвой Гиппократа.

– Ясно.

– Завтра же соберём консилиум и вынесем решение! Советую, Елизавета Оттовна, представить коллегам факты, подтверждающие вашу интуицию.

Елизавета Оттовна поблагодарила шефа и распорядилась немедленно прислать лаборантов в отделение. Результаты проб и анализов, безусловно, подтвердят правоту доктора. Штукина вздохнула: тяжёлые времена. Для борьбы за жизнь человека нужны неопровержимые доказательства!

Глава 3. Из огня да в полымя!

В кромешной тьме Олег пришёл в себя, приподнял голову и ударился о мягкую стенку. Пошевелил руками—ногами: целы. Наощупь со всех сторон округлая мягкая стена. Похоже, оказался в какой-то норе. Стены мягкие, скользкие. Чем-то смазаны. Наверняка, секретом животного мутанта, хозяина этой норы. Не хватало повстречаться с ним!

Вероятно, хозяева вытащили незваного гостя из квартиры и бросили в бессознательном состоянии на помойку. Кому оно надо, наживать проблем?

Стенки ощетинились неострыми, но твёрдыми, неподатливыми ворсинками. Втыкаясь в колени, ступни и ладони, они не позволяли двигаться назад. Один из отростков ткнулся Олегу в подбородок так, что чакнули зубы.

Пришлось ползти вперёд. Ложноножки податливо сложились вдоль стенок норы, не препятствуя движению.

Олег пополз под мысленный счёт: раз рывок, два рывок. Если нога от колена до стопы длиной полметра, пара рывков – метр! Метров через двадцать Олег посмотрел назад, едва не вывернув шею. Никакого просвета! Или время суток тёмное, или кто-то прикрыл выход из норы! Олег потянул носом: воздуха хватало, запаху не было.

Это рукотворная нора. Полигон спецслужб! Наверняка, они тут обучаются.

Олег покрылся холодным потом. Мало кому удавалось выкрутиться из гущи тайн спецслужб. Зато можно быть уверенным, что впереди не окажется дикого зверя с раззявленной пастью, шансов против которого при встрече лоб в лоб – никаких.

Ещё рывок, другой. Десять рывков, двадцать. Голова кружилась от перенапряжения, руки устали. Зря сачковал на уроках физкультуры! Олег опустил голову, разлёгся плашмя. Восстановится дыхание, и с новыми силами вперёд, в неизвестность!

В ушах зашумело. Олег знал природу внутренних звуков в голове. У нормального человека, каковым Олег считался до сих пор, монотонный шум в ушах производит кровеносная система. Шум нарастал и не соответствовал пульсу.

Неужели, заливают воду?

Олег рванулся вперёд. Ложноножки, устилавшие стенки, разгибались и подталкивали Олега, придавая ускорение. Шум усилился, позади появилось нечто упругое, пружинистое, заполняющее собой весь диаметр трубы. Оно напирало сзади, стараясь подмять незваного гостя под себя. Олег подогнул ноги, опёршись на локти, приподнял спину, выпрямил голову. И тут его понесло вперёд с бешеной скоростью!

Вскоре со звуком выдернутой пробки из винной бутылки, Олег вылетел из трубы, сделал кувырок в сторону, благо площадь позволяла, вскочил на ноги. Из трубы выкатился шар пульсирующей массы биовещества. Неужели первая догадка была верной, и придётся столкнуться нос к носу с крысой—мутантом? Олег слышал о таких монстрах в подземке.

Огромная капля преобразовалась в огромное зерно фасоли с продольной бороздой посередине. Борозда углубилась, разделив зерно пополам. На глазах Олега получилось две капли! Обе половинки вытянулись. Затем, у каждой путём выпячивания изнутри появились конечности, похожие на руки и ноги. Моментально стопы и ладони поделились на пальцы, количеством пять.

Из отверстия трубки выкатилось следующих два шара. История с делением на сегменты и члены—органы повторилась. Олег смотрел, раскрыв рот, за превращениями аморфных капель в тугие тела, похожие на человеческие, со схожими лицами. Знакомыми настолько, насколько узнаёт человек собственное отражение в никелированном чайнике.

Олег огляделся. Он очутился в коридоре перед стеной, с зияющей чёрной дырой, из которой появились странные существа. Потолок сферической формы, как будто составляющий большую бочку с уплощённым дном. Коридор уходил в необозримую даль.

– Куда теперь? – спросил Олег, высказав мысли вслух.

– Куда теперь? – ответил Олегу его же голос.

Но это не было эхом. Стоящие рядом двойники скопировали движение губами.

– Чего делать-то будем, братцы? – развеселился Олег, не ожидая никаких пакостей от собственных клонов.

Братцы повторили вопрос слово в слово, всплеснув руками, как это сделал Олег.

Из глубины тоннеля раздался стрёкот, похожий на хлопанья крыльев ночной бабочки, бьющейся в освещённое окно.

Братцы застыли с раскрытыми ртами. Олег сомкнул губы. Двойники вслед за Олегом закрыли рты.

Из тоннеля выехала вагонетка. Олег присмотрелся: колёс не было видно.

– Строиться, полипотенты! – гаркнул мужик, спрыгнув с тележки.

Тотчас транспортное средство рассыпалось на капли, тотчас превратившихся в подобие людей.

Братцы выстроились попарно. Пузатый мужик прошёлся перед строем. Он намеренно наступал на ноги стоявших полипотентов. Через одного, братцы взвизгивали. Олег выдержал вес толстяка. Ожидалось, как минимум, треснут плюсневые кости, но ничего подобного не случилось. Как будто на ногу опустили мешок с сырой ватой. Тяжело, но терпимо. Мужик, по-видимому, армейский начальник не выше чина прапорщика, шевельнул усами. Его глаза, бесцветные, ничего не выражающие, уставились на новобранца.

Олег не моргнул.

Воинский начальник прошёл вдоль строя до конца.

– На первый-второй, рассчитайсь! – скомандовал он, пихнув Олега в грудь. Олег вылетел из строя, приземлился в полуметре на гуттаперчевую землю.

Полипотенты, как их обозвал прапор, рассчитались. Близнецам, пискнувшим на пробе стойкости, командир приказал отойти в левую сторону.

– Поступаете в распоряжение резервного самоподдержания!

Олег подивился богатству лексики военного. Ожидались матюки, тычки, туповатые подковырки, но не речь, богатая паранаучными терминами!

– Остальны-ые! – протяжно гаркнул прапор. – В колонну по двое, станови-ись!

Выдержавшие испытание на прочность построились в колонну.

Олег продолжал сидеть, вытянув ноги, облокотясь на округлую стену. Человечки, составляющие тележку, на которой прикатил военачальник, сложились телами в подобие танка на высоких гусеницах и двинулись на группу резервного самоподдержания. Писклявые близнецы сгруппировались в кучку, прижались к стене. Танк проехался по телам, размазывая их в кашу. Фигура танка распалась на составляющих людей – как один похожих на прапорщика. В их руках невесть откуда появились лопаты. Через несколько мгновений энергичными движениями группа прапоров закидала кашицу в одно из отверстий в стене.

Раздался всасывающий звук. От братцев, не выдержавших испытания, не осталось и мокрого места!

Олегу показалось, что волосы на голове встали дыбом. Он провёл рукой по макушке. Вздрогнул. Ни одного намёка на волосок! Пока был в отключке, обрили!

Пузатые прапорщики собрались в длинную тележку. Первым сел старший прапорщик, за его спиной разместились полипотенты.

– А я куда, товарищ старшина?! – выкрикнул Олег.

– Стой! – прапор притопнул, тормознув тележку.

Олег подбежал к старшине. В экстремальной ситуации разом вспомнились навыки армейской службы.

– Чего тебе, унипотент?! – гаркнул старшина.

– Ожидаю приказа! – Олег приставил ногу, изображая служебное рвение.

– Так ожидай!

– Разрешите узнать, от кого?

– Видали?! – спросил старшина у полипотентов.

Бритые пацаны сдержанно хихикнули.

– Выделить паёк товарищу по службе! – велел старшина, улыбаясь.

Из глубины импровизированного грузовика выбросили пакет. Олег, поражаясь собственной ловкости, поймал его левой рукой.

– Орёл! – похвалил прапорщик. – Учитесь, сынки!

Олег хотел ответить, что-нибудь вроде: «Служу России!», но вовремя прикусил язык. Кто знает, кому они тут служат?!

Прапорщик скомандовал: «Вперёд!», – и тележка, мягко перекатываясь по резиновой дороге, умчалась вглубь коридора.

Олег осмотрел выданный сухпай. Наверняка проспиртованный, батон в запаянном кульке. Пакет оказался непрозрачным, руками не вскрывался.

Олег зацепил зубами за уголок, дёрнул. Бесполезно.

– Не время обедать! – сказал Олег вслух. В самом деле, есть нисколько не хотелось. Может быть, ему торчать тут целые сутки? Проголодаюсь, решил Олег, сжую сухпай вместе с пакетом. Болели мышцы после сумасшедшей гонки по-пластунски, веки Олега сомкнулись. Но расслабиться он не успел.

Зашумело в стене, забулькало, как в водопроводной системе.

Олег присел на корточки, чтобы в любой момент вскочить с низкого старта в любую сторону, чтобы не попасть в резервную группу.

На стене образовалось округлое отверстие. Раскрылась невидимая заслонка. Подчиняясь инстинктивному страху, Олег метнулся к овальному отверстию, из которого выпихнули его с остальными полипотентами. Он впихнулся вперёд ногами, преодолевая сопротивление торчащих из стенок резиновых пальцев.

Из вновь образовавшегося ствола выкатилось несколько шаров, потемнее, нежели, сопровождали Олега. Они точно также поделились надвое. В результате получились создания похожие на людей, прыгающих в мешках. Чёткого разделения на руки и ноги не было, но отростки имелись. Они могли удлиняться и укорачиваться, похоже, по воле хозяев. Черты лица плохо различались, голова казалась однородным тёмным шаром на покатых плечах.

Вновь примчалась тележка. Но управляло ею совершенно другое существо, с такой же неоформленной фигурой, как новая партия рекрутов. Его тёмнокожее лицо с широким носом напоминало Олегу сержанта из фильма об армии США. Воротник военного был вишнёвого цвета. Олег поспешил забраться в нору поглубже.

– Стройсь! – скомандовал сержант.

Толпа зашевелилась, рассортировалась, образовав шеренгу по двое.

– Что за поэтины пошли, дохляки! – посетовал сержант, проходя перед строем. – Чего бледные такие?

Строй молчал.

– Когда же всё это кончится? – невесть у кого спросил сержант, вздохнув. – Работать некому, работать некогда, работать некак!!!

Поэтины в строю одновременно отпрянули, как от удара.

– Ладно! Грузитесь, дохляки, поедем на базу.

Дохляки, смешно передвигая ложноножками, влезли на тёмную тележку.

Капрал скомандовал, телега укатилась.

Олег задумался. Куда попал? Какие полипотенты, какие поэтины? Что-то в голове крутилось, выдавая эти слова за знакомые, но ничего конкретного не вспоминалось. Олег уверился, что попал в сверхсекретную разработку военных клонов, отнюдь, недружеских стран. В подтверждение догадки, осталось появиться представителям монголоидной расы.

Как по заказу, вокруг забурлило, зашумело. Казалось, тоннель заходил ходуном. Олег сжался, ввинтился внутрь, насколько позволили торчащие из стенок шипы.

Разом из четырёх открывшихся шлюзов хлынули потоки кремого цвета. Ручьи столкнулись в центре коридора, образовав фонтан. Столб жидкости взмыл до потолка и разбился на отдельные капли величиной с полные, под завязку, мешки с мукой. Упав на землю, капли подскакивали на высоту собственного роста и приземлялись, всадниками на коротконогих лошадках. В руке каждого наездника была гнутая сабля.

Олег, усмехнулся. Мысли его, похоже, превращались в реальность. Эх, подумать бы сейчас, как отсюда выбраться! Не дав помечтать, Олега зацепили за плечи и выдернули из трубы, как морковку. Всадники, росточком чуть выше пояса, тыкая острыми клинками, погнали Олега к центру коридора.

– Да вы что, страх потеряли?! – взвопил Олег.

Всадники молча обступили его. Лица бойцов не светились дружелюбием.

– Вы что, на меня?! – Олег пнул первого попавшегося конника под подбородок.

Всадник перекувыркнулся в воздухе.

Остальные, отнюдь, не разбежались в панике. Они теснее сомкнули ряды. Руки с саблями наизготовку готовы были порубать незнакомца в капусту. Навряд ли эти товарищи будут ожидать приказа. Вначале раскрошат в труху, а потом, если будет время, разберутся.

– Кто вам позволил гробить унипотента?! – грозно спросил Олег, вспомнив своё звание в этой странной иерархии. Это был последний шанс. Если они не уважают унипотентов – разрубят на куски.

Всадники переглянулись. Похоже, словцо для них было незнакомым. Крохотное замешательство спасло Олега.

– Стройсь, лейкины! – провизжал кто-то из глубины туннеля.

Всадники повернули головы на крик.

– В походную колонну по-четыре, становись!!!

Верховые рассортировались в колонну, обступая Олега с обеих сторон. Не теряя времени на бесплодные раздумья, Олег протиснулся между мордами и крупами коней, выскользнул из строя.

– Задачу выполнять сообразно призванию каждого! – крикнул начальник сиплым голосом.

Поток кавалеристов устремился вглубь тоннеля. Некоторые, наверняка, «сообразно призванию», разворачивались поперёк дороги и, ткнув остриём сабли в стену, бежевой струёй втягивались внутрь. Олег подошёл, потрогал стену в месте странного входа одного из всадников. Водя кончиками пальцев по неповреждённой стене, Олег нащупал что-то похожее на бороздку. Она тотчас сомкнулась под пальцами в сплошной монолит. Нанотехнология, однако, Олег хохотнул. Похоже, на сегодня рекрутский набор окончен. Захотелось есть. Пакет по-прежнему не рвался ногтями и зубами. Олег попробовал надкусить выданный сухпай с одного края. Зубы вошли в гущу батона, как в масло. Олег откусил, отдёрнул батон и откушенный кусок, как на резинке, вылетел изо рта. Олег осмотрел продукт. Никаких повреждений!

– И как такое лопать, если оно изо рта вылетает?! – возмутился Олег.

– Прожёвывай, разминая во рту так, чтобы прошло в пищевод!

Олег огляделся. Никого поблизости. М-да. Одно дело, говорить мысли вслух, другое – отвечать самому себе!

– Откусить всё равно не получится! Прекрати озираться и задирать голову! – скомандовал голос.

– А вы, собственно, кто?

– Вы? Да я один сейчас. Аксон, из высшего руководства!

Олег присел. Всё понятно. Ему здорово треснули по башке, ограбили и выкинули в канализацию. Совершенно случайно, Олег попал на полигон испытаний совместных учений. Или достижений мировой нанотехнологии. Остаётся смириться с положением и при первой же возможности вырваться на волю.

– Пока у меня есть силы и время, задавай вопросы! – скомандовал голос, ставший значительно слабее.

Олег растерялся. О чём спрашивать высшее руководство, тем паче, чужое?

– Скоро за тобой придёт твоё начальство. Будь готов к любым неожиданностям.

– Почему тут так сумрачно? – спросил Олег, первое попавшееся в голову.

– Сейчас Церебрум спит, рулит Вагус.

– Тата-лата-мата-лата! – передразнил Олег.

– Ну, ты точно здорово звезданулся головой! Ладно, придёт время, вспомнишь, сообразишь. Удачи!

– Э-э! – крикнул Олег. – А как мне тебя вызывать, если что?

– Тут не сказка, чтобы помощник приходил по первому зову. Будет нужда, появлюсь.

Напрасно Олег звал Аксона, выкрикивая его имя. Эхо гасло в гуттаперчевых стенах.

Ничего не оставалось делать, как слопать сухпай по технологии, подсказанной Аксоном. К удивлению Олега, пить не хотелось. Похоже, эта безвкусная вещь содержала и влагу. Жаль, оставить половину на запас не получилось. Как только Олег пробовал вынуть изо рта батон, так изнутри, выворачивая желудок, вынимался изнутри съеденный кусок. Насытившись, Олег прилёг к стене, подальше от зияющих отверстий и прикорнул.

Покемарить не получилось. На этот раз не шум, грохот и тарарам, – рывок за шиворот разом поставил Олега на ноги. Внутри всё стряслось. Олег понял, как оно бывает, когда душа уходит в пятки.

– Унипотент? – спросил неизвестный.

– Так точно! – сказал Олег, стараясь говорить твёрдо.

– Откуда взялся?

Олег кивнул на отверстие в стене.

Мужчина в комбинезоне, пошитом так, как будто состоявшем из одних карманов, кивнул. По-видимому, соглашаясь с собственными умозаключениями.

Приободрённый Олег расправил плечи.

– Откуда взялся такой, непарный?

Олег пожал плечами. Врать, что его близнеца раздавили в кашу и запихали обратно в трубу, не имело смысла. Похоже, этому типу обо всём доложили.

– Я сам себе унипотент.

– Х-ха! – выдохнул в лицо Олегу командир.

Олегу показалось, что его нос расплющился от напора ветра.

– С кем имею честь? – спросил Олег, поражаясь самому себе. Откуда столько учтивости и галантности в его положении?

– Тимоид, если ты ещё не знаешь! – топнул ногой мужик.

Олег кивнул. Вокруг шеи Тимоида краповый ворот. Наверняка, ещё один из высшего руководства.

– Иди за мной! – Тимоид зашагал первым вглубь туннеля.

Олег пошёл следом. За широкой спиной Тимоида плохо проглядывался путь, зато Олег чувствовал себя в безопасности. На ногах Тимоида не было никакой обуви. Брюки заканчивались подошвами. Карманы имелись даже на голенях!

Существо размером с собаку, со свистом вылетело из глубины тоннеля. Одним движением Тимоид уцепил тварь за холку, второй рукой щёлкнул по лбу пальцем. Неизвестное чудовище рассыпалась на куски. Тимоид растоптал кучку останков.

– Всякая дрянь влезает, до чего дожили, – пробурчал Тимоид.

Олег промолчал. К нему никто не обращался.

Вскоре туннель раздвоился. Тимоид завернул в правый рукав. Олег шёл следом, стараясь не отставать. Тимоид шагал быстро, приходилось успевать за ним, не глядя по сторонам. Олег старался ступать в ногу с Тимоидом, чтобы не сбивать ритма. В стенках расширившегося тоннеля появилось множество отверстий. Из одного из них, на уровне головы Олега выскочила серая тварь с перепончатыми крыльями. Она примостилась на плечо Олегу, прислонилась к его уху, выделяя противную слизь. Олег раскрыл рот, чтобы окликнуть Тимоида. Тварь сунула ему в зубы мохнатую лапу. Олег отплюнул сопливые шерстинки и, подражая Тимоиду, дал хорошего щелбана напавшей твари. Эффект был неожиданным для обоих. Летучая кошка издала хлопок, как будто сдулась. Она прижала к телу крылья и лапки, втянув голову в грудную клетку. Образовавшаяся лепёшка, похожая на мяч со спущенным воздухом, шлёпнулась под ноги Олегу.

– Отпихни в сторону! – сказал Тимоид. Он остановился, развернулся и смотрел за действиями Олега. – Видишь, какой ужас творится?

Олег изобразил нечто похожее на понимающую улыбку.

– Следующий проход вправо! – сказал Тимоид.

Олег понял, указывает направление.

На смену сумеркам пришла кромешная тьма. Шагов Тимоида не было слышно. Кричать бесполезно, да и опасно: Олег свернул вправо, дошёл до стены тоннеля и побрёл дальше, держась за стену, чтобы не пропустить выхода.

Неожиданно рука провалилась в пустое пространство. Олег упал на колени. Разом тьму прорезал яркий свет. Перед глазами Олега зарябил яркий калейдоскоп. Голова закружилась. В следующий момент кто-то толкнул Олега в спину.

Олег приземлился на живот, тотчас вскочил на ноги.

– Садись! – сказал ему невесть откуда появившийся Тимоид.

Олег присел на предложенный стул. Огляделся. Вместо тоннеля, ведущего невесть куда, Олег оказался в комнате размером с рабочий кабинет. Стены в углах были сглажены со всех сторон. Олег обратил внимание, что одет в такой же комбинезон, как у Тимоида. Вероятно, ткань каким-то образом приросла к коже за время прохождения тоннеля.

– У вас светлее не бывает?

– Привыкнешь к сумраку, если успеешь, конечно.

– Могу не успеть?

– Всё зависит от твоих ответов на мои вопросы!

– Я готов отвечать!

– Откуда ты? – Тимоид прошёлся по комнате. На Олега он не глядел.

– Честно сказать? – затягивая время, спросил Олег. Он ничего не мог вспомнить.

– Чем правдивее, тем лучше.

– Я не помню. Жил себе жил, чем-то занимался, а потом очнулся в какой-то трубке. Меня вытеснила какая-то масса. Вывалившись вслед за мной, пульсирующий шар рассыпался на капли, и каждая превратилась в подобие меня.

– Так, а почему ты очнулся в единственном экземпляре, где твой двойник!

– Штук сто моих двойников образовалось. Потом всех забрал прапор в белом воротничке.

– Кто забрал?

– Прапорщик, – поправился Олег.

– Супресс?

Олег кивнул.

– Что ещё ты видел до моего прихода?

Олег рассказал о вновь появляющихся клонах, о супрессах на странных тачках. Про общение с Аксоном Олег умолчал. Не хватало ещё выглядеть дурачком.

– Что-нибудь ел?

– Супресс, который пообещал, что за мной вскоре приедут, выдал сухпай. Какой-то пакет с тестом, – сказал Олег. Увидев, как нахмурился Тимоид, Олег замолчал.

Тимоид взял Олега за подбородок, заглянул в глаза. Олег почувствовал жжение, навернувшиеся слёзы немного остудили прожигающий взгляд Тимоида. Казалось, он видит Олега насквозь. Вопрос только в том, нравится ли ему увиденное.

Внезапно освещение погасло, пол пошатнулся, письменный стол поехал на Олега. Ударившись затылком о мягкую стенку, Олег потерял сознание.

Глава 4. Потоп

Доцент Штукина работала не первый год и знала, что на заседании кафедры лепет, вроде: «сделали, что смогли…» – плохой помощник. Необходимо показать коллегам полную картину случая. Разобрать его по полочкам, вынуть на тарелочку и подать на белую скатерть. Лаборанты работали всю ночь и выдали результаты анализов к началу больничной планёрки.

Сотрудники кафедры собрались в конференц-зале больницы. Главный врач занял место на краю стола, достал папку с бумагами, приготовился писать.

– Елизавета Оттовна, слушаем вас! – сказал профессор, предлагая жестом занять место за кафедрой.

– Уважаемые коллеги! – доцент Штукина посмотрела в глаза каждому сотруднику кафедры реанимации. – В наше отделение попал молодой аспирант кафедры фармакологии.

Произошло еле уловимое слухом движение в зале. Кое-кто отложил бумаги, прихваченные с собой, чтобы, не теряя времени заполнить листы назначений. Профессор сложил руки перед собой, как школьник за партой. Главный уронил ручку.

Старший ординатор отделения реанимации привстал с места. Откидывающееся сиденье скрипнуло под ним.

– Попрошу минимум внимания! – громко сказала Штукина, не обращая внимания на ужимки старшего ординатора. Мол, свой человек, будем тащить до победы, чего тут обсуждать?!

Профессор постучал ручкой по столу. Анестезиолог уселся обратно. Главный врач выпрямил спину, оставив ручку лежать на полу.

– Олег Банин, – Елизавета Оттовна зачитала паспортные данные.

Кто-то в зале громко зевнул.

– Желаете дополнить, Иосиф Яковлевич? – спросил профессор.

– Желаю, – лысый мужчина с профессорской бородкой поднялся из первого ряда. – Олег – восходящая звезда фармакологии. Будущего академика необходимо спасать.

– Не разделяю вашей иронии! – заявил профессор. – Елизавета Оттовна, будьте добры, обоснуйте необходимость дальнейших реанимационных мероприятий!

Иосиф Яковлевич, заведующий кафедрой патологической анатомии, присел.

– Не смотря на общепринятые стандарты, пациент Банин нуждается в искусственной вентиляции лёгких и дальнейшем лечении! – заявила доцент Штукина. – И вот, почему.

Она зачитала развёрнутый анализ крови больного.

– Есть люди, которые и в коме продолжают служить науке! – заявил профессор, глядя в упор на патанатома.

Иосиф Яковлевич хмыкнул. Камушек в его огород попал в цель, расколотив вдребезги декоративную вазу. В последние годы ни одному из соискателей кафедры патологической анатомии не удавалось защитить учёную степень.

– Каково мнение нашего уважаемого главного врача? – поинтересовался профессор, захлопнув папку с бумагами.

– Учитывая, мягко говоря, необычайно напряжённую финансово-экономическую ситуацию…

– Я спросил вас как доктора, а не как административно-хозяйственного заправилу!

– И я о том же, – главный врач помялся. Все умные слова вылетели из его головы. Пришлось разъясняться, первыми попавшими в голову: – Больница может изыскать резервы для работы аппарата ИВЛ.

– Уважаемые коллеги! Прошу обратить внимание на лейкоцитарную формулу! – сказала Штукина, прерывая пустопорожние разговоры.

– Считаю, что лечение нужно продолжить! – сказал Иосиф Яковлевич, выйдя к трибуне, он развернулся лицом к присутствующим в зале докторам. – И вот почему.

Профессор приподнялся на стуле.

– В состоянии клинической смерти никогда не бывает повышенного количества лимфоцитов! – заявил патанатом. – Что угодно, только не агранулоциты!

– Поясните, коллега! – спросил заведующий лабораторией.

– Это клетки живого организма. В состоянии стресса, каковым является клиническая смерть, показатели крови иные. И вам, коллега, это известно более, чем мне! Решительно настаиваю на продолжении лечения Банькина!

Елизавета Оттовна улыбнулась. Стареет Йося, а не сдаётся. Согласен на бесполезную по его мнению реанимацию, но фамилию пациента всё же переврал.

– Позвольте считать консилиум закрытым? – профессор кивнул главному врачу.

– Да, да, конечно! – спохватился Главный. Он что-то набирал на мобильном телефоне.

– Все свободны! – заявил председатель собрания.

В коридоре Иосиф Яковлевич взял Елизавету Оттовну под локоток.

– Чем обязана шквалу вашего внимания?

– Вы молодец, Елизавета Оттовна! Мне бы вашу твёрдость.

– Считаете мою борьбу за жизнь пациента бесперспективной?

– Меня заинтересовал необычный подход к исследованию крови Банина. Никогда бы в голову не пришло искать доказательства правоты в обычном анализе.

– Предлагаете реанимировать до появления трупных пятен? – спросила Штукина, остановившись.

– И после того!

– Да какая муха вас укусила, Иосиф Яковлевич?

– Этот Банин, – патанатом поправил галстук, – синтезировал новый препарат для борьбы с лейкозом. Достоверно известно, что в очереди на патент стоят десятки фармакологических компаний.

– Полагаете, в обычной теме кандидатской работы кроется прорыв в онкологии?

– Расшифровка кода ДНК начиналась с кандидатской работы.

– Вы хотите сказать?! – глаза Штукиной расширились.

– Именно так. Генетику тоже считали лженаукой. Так что, реанимировать Банина крайне необходимо.

– Позвольте мне самой принимать решения!

Иосиф Яковлевич потеребил бородку и старомодно откланялся.

Коридор заколыхался от топота студентов, несущихся на всех парах в учебную комнату. Стремящиеся к знаниям едва не смели доцента Штукину. Девушка уткнулась в неё, отпрянула в сторону.

– Что случилось, пожар?

– В раздевалке потоп!

– Нам пришлось перетаскивать вещи в общебольничную! Теперь опаздываем! Препод голову оторвёт! – загалдели студенты. Они знали, доцент Штукина работает со старшими курсами. И не всякому студенту посчастливится попасть в группу анестезиологов на занятия к этой кобре.

– Не оторвёт, за неимением оной! – сказала Штукина и прошла сквозь толпу студентов. Они смотрели вслед. Шустрый весельчак, копируя походку Штукиной, поворочал бёдрами. Студенты расхохотались и тут же заткнули рты, боясь, что Оттовна обернётся.

Елизавете Оттовне некогда было выяснять отношения со студентами. Она прошагала до конца коридора, завернула за угол и, не сдерживаясь, помчалась со всех ног – студенческая раздевалка находилась под палатой реанимации!

Глава 5. Полигон

Олег пришёл в себя, ощупал голову: ни крови, ни намёка на шишку. Тимоид исчез, не предупредив о взрыве. М-да, странные порядки. Воинская база, отнюдь, негостеприимна. Чего ожидать ещё? После каждого отключения сознания Олег обнаруживал у себя новые качества. То внутренний голос явился под видом Аксона, то одежда превратилась в комбинезон, как у Тимоида. Что-то знакомое в этих странных именах!

– Очнулся?

– Так точно!

– Не вопи, Тимоид хорошо слышит на большом расстоянии.

– Аксон, ты?! – Олег покрутил головой в абсолютной темноте.

– Времени мало. Слушай инструкцию!

Олег промолчал. Инструкцию выслушать? Да, пожалуйста! Был бы толк с того.

– Тимоид – глава супрессов, как ты сам догадался. Это что-то вроде службы внутренней безопасности.

Под кожей Олега прошёлся холодок. Эти просто так не отпустят.

– Ты непонятен нам. Поэтому постарайся пройти все тесты без сучка и задоринки. Тогда появится шанс выбраться отсюда.

– И всякий раз, когда ты будешь говорить внутри моей головы, меня будет отрубать напрочь? На сколько таких встрясок меня хватит?!

Аксон ничего не ответил.

Раздался звук, похожий на открываемую дверь.

Олег прикусил язык.

– С кем разговариваем? – вполне добродушно спросил вошедший Тимоид. Он как будто внёс с собой облако света.

– Мыслю вслух.

– Это опасно, дорогой друг! Рецы засекут – век не отмоешься!

– Понял.

– Вот что, некогда мне с тобой лясы точить. Работаем в автономном режиме… – Тимоид пожевал губами, словно раздумывал, стоит говорить или нет.

– Вагус рулит, – поддакнул Олег.

– Именно что. Полный бардак и разруха.

В дверь постучали.

Тимоид подошёл, тронул пальцами дверь, она поднялась кверху, как люк иллюминатора. Внутрь ввалился ещё один начальник.

– Это наш новенький? – спросил мордастый тип в таком же костюме, как у Тимоида. На аляповатом воротничке чётко вырисовывалась латинская буква «В».

– Он самый.

– Откуда ты взялся?

Олег вздохнул. До чего надоело говорить: «Не знаю, не помню, ведать не ведаю».

– Рекомендуешь в наладчики? – спросил вошедший у Тимоида.

– Бурс! Погоняешь его по всем дисциплинам, а там видно будет.

Олег поёжился. Говорят о нём в третьем лице, как будто вдвоём разговаривают. Ничем хорошим это не кончится.

– Что ж, пошли, рекрут! – приказал Бурс.

Выйдя из комнаты, оба оказались в знакомом туннеле. Те же пальцы, торчащие из гуттаперчевых стенок, тот же сумрак. Олег принял боевую стойку. Сейчас должна появиться какая-нибудь тварь из закоулка!

Так оно и получилось.

Бурс сунул руку в один из многочисленных карманов, вынул оттуда клочок бумаги размером с горчичник, походя прилепил его к ползущей твари. С летающими существами он расправлялся ещё проще: вынимал горчичники и пускал их по воздуху. Метки примагничивались к головам гадов, от чего те замирали и падали навзничь. Путникам оставалось перешагнуть через обездвиженных паразитов.

Бурс подошёл к стене, дёрнул за один из торчащих пальцев.

Послышался звук, похожий на писк.

– Обнаглели рецы! – выругался Бурс, поглядев на Олега.

Олег пожал плечами. Мол, время такое.

Ладонь Бурса распласталась по стене, увеличилась в три раза, пальцы удлинились. Бурс зацепил несколько отростков в стене и дёрнул кверху.

Олег прижал руки к ушам, ожидая пронзительного переливчатого писка.

Вместо него раздался мерный шум. Из глубины туннеля подъехала тачка, похожая на ту, что увозила полипотентов. Бурс запрыгнул наверх, протянул руку Олегу.

Олег взялся за ладонь Бурса. К удивлению, она оказалась достаточно крепкой, вовсе не похожей на пластилиновую. К тому же, обычных размеров. Не успев удивиться открытию, Олег влетел на тачку. Одним движением руки Бурс усадил новобранца рядом с собой.

– Голову опустить! – скомандовал Бурс. – Глаза закрыть!

Олег едва успел выполнить приказание. Голова закружилась. Олег вцепился обеими руками в мягкую обшивку тележки. Внутри как будто всё опустилось, дух захватило, как на качелях, когда летишь книзу. Телегу тряхнуло. Олег встрепенулся.

Бурс стоял, широко расставив ноги, глядя вперёд.

– Стой, смирно!

Олег вытянулся в струнку. Телега распластались по полу, распалась на несколько огромных капель. Они не стали превращаться в подобие людей, а укатили в обратную сторону.

– Вот мы и в бурсе!

– Фабрициуса, – механически продолжил Олег.

Бурс внимательно оглядел новобранца.

Олег старался выдержать взгляд. Что, если сейчас начнёт допытываться, о чём таком ляпнул унипотент? Олег ответа не знал.

Бурс взял его за руку и подвёл к стене.

– Входи! – приказал Бурс.

– А-а! – протянул Олег, стукнув себя по затылку. Надо найти щель и протиснуться в неё! Никакой щели пальцы не прощупывали.

Бурс продолжал стоять над душой, от чего у Олега пробежали по спине мурашки. Вспомнился Аксон с последними наставлениями. Типа, не пройдёшь тесты, останешься тут навсегда.

Олег глубоко вдохнул и приложил ладонь к стене, подражая Тимоиду. Надавил сильнее, как пружиной руку отбросило!

Бурс хмыкнул.

– Терпение и труд! – сказал наставник.

– Всё перетрут, – продолжил Олег, продолжая давление на стену. Плавное движение оказалось эффективнее наскока. Рука Олега прошла сквозь стену.

Бурс слегка подтолкнул ученика, плечо Олега обхватила стена. Дело за малым, прошла голова, а ноги проскочили разом. В результате Олег влетел в какую-то комнату, ударившись об пол.

Оказавшийся рядом Бурс протянул руку.

Олег вскочил на ноги самостоятельно.

– Так и лоб расшибить недолго, – заметил Бурс.

– Исправлюсь, – Олег улыбнулся.

– Никуда не денешься. Пошли!

Бурс повёл новобранца по коридору. Олег смотрел по сторонам. Стены, вроде бы, такие же. Так же торчат рецы, но потолок не овоидной формы. Он скорее плоский. Только углы немного закруглены. И расстояния от стены до стены порядочные. Выход расширяется! Глядишь, скоро увеличится до размеров метро. Оттуда вырваться на волю – дело техники! А техника, как известно, мастера боится. Радужные мысли прервал окрик Бурса.

Супресс велел следовать за ним.

Прошли несколько шагов. Без того тусклый свет погас. Оба оказались внутри какой-то комнаты. Олег инстинктивно пригнулся. Получить очередной раз по лбу не хотелось.

– Врубай освещение! – скомандовал Бурс.

Олег пошарил по стенке в поисках выключателя.

– Э-эх! – шумно выдохнул Бурс. – Я-то думал, ты знаешь.

– Всего знать невозможно.

– Помнишь слипшихся полипотентов?

Олег кивнул. Перед глазами встала картинка: толпу неудачников, пискнувших в строю, размазали по полу, а затем впихнули в трубу.

– Они тоже думали, что всего знать невозможно.

– Буду стараться! – гаркнул Олег, подражая бравому гусару.

– Кривляться при этом необязательно.

Бурс заставил Олега напрячь руки в локтях, не сгибая их. Сухожилия мелко затряслись от напряжения: из локтевых сгибов заструился свет.

Бурс стукнул Олега под коленки. Ученик понял. Вскоре Олег засветился, как Тимоид.

– Отставить!

Олег расслабился.

– Без нужды не тратить энергию.

Бурс взял Олега за руку, повёл за собой. Олег считал шаги: пять, десять. Ещё парочку, и влепимся лбами в стену! Олег пригнулся и хохотнул. Лбом всё равно въедешь: пригибайся, не пригибайся.

– Не кривляйся! – скомандовал Бурс, дёрнув Олега за рукав.

– Мне показалось, паутина в лицо попала.

– Что?!

– Ну, типа какой-то нити липкой.

– Ерунда. Ты защищён от и до. Прибавить шагу, курсант!!!

Олег еле поспевал за новым командиром. О том, что комната должна когда-нибудь закончиться, уже не думалось. Судя по всему, Бурс давным-давно вышел через очередной коридор, скрытый в полумраке.

Дорога ухудшилась, под ногами появились колдобины, камушки и булыжники. Наверняка, Бурс выводит к рабочей линии метро. Сердце Олега заколотилось.

Бурс прибавил шаг. Олег едва поспевал, спотыкаясь о кочки, податливые, но твёрдые внутри. Олег продолжал передвигать ноги, одну за другой, как велосипедист при подъёме в гору. Скоро дыхание собьётся, в боках заколет и, в результате кислородного голодания, отключится мозг. Но до обморока дело не дошло. Бурс внезапно остановился. Олег по инерции двинулся вперёд. Он автоматически прикрыл голову рукой, чтобы не расшибить лоб.

– Открой глаза, унипотент!

Олег отнял ладонь от лица. Сумрак сменился оранжевым туманом.

– Потренируешь своих близнецов! – сказал Бурс.

Олег покрутил головой.

– Вызывай курсантов, унипотент!

Олег машинально сунул руку за пазуху. Что-то должно быть в виде свистка, или манка какого-нибудь. Как созвать курсантов, не орать же во всю глотку. За пазухой, конечно же, ничего не было. Олег похлопал себя по карманам. Карманы были забиты какими-то картонками, похожими на игральные карты.

Олег вынул наугад одну из карточек.

Бурс кивнул.

Карточка выпала из рук, Олег опустил руку, но карточка, не успев упасть под ноги, пролетела к стене и припечаталась к ней. Как магнитом притянулась!

Земля под ногами зашаталась. Олег понял: едет самоскладывающаяся тележка.

Через несколько мгновений телега остановилась рядом, разобралась на множество двойников Олега. Только воротнички у них стали серыми, похоже, пропитались потом. Напахались где-то ребятки.

– Строиться! – сказал Бурс, не повышая голоса.

Курсанты построились в две шеренги вдоль стены.

– Поступаете в распоряжение, – Бурс глянул на Олега, предлагая ему представиться.

– Олег!

– Олега! Это инструктор по хемотаксису! Вопросы?! – Бурс топнул ногой.

Строй не шелохнулся.

– Замерли! – скомандовал Бурс.

Ребята в строю зажали ладонями уши.

– Что за Олег? Откуда этот Олег взялся в твоей голове? – спросил Бурс вполголоса.

– Это имя такое.

– Твоё имя? – Бурс ткнул Олега пальцем в грудь. Олег пошатнулся, но выдержал удар.

– Моё, а что?

– Интересно, кто тебе подсказал? – Бурс почесал лысый затылок. – Ладно, после разберёмся, приступай к занятиям!

Олег кивнул.

– Когда я вернусь, ты меня не разочаруешь! – заявил Бурс и шагнул в сторону стены.

Олег не стал смотреть, как Бурс проникнет сквозь стену. Обычное дело.

– Курсанты! Слушай мою команду! – сказал Олег.

Полипотенты вытянулись в струнку.

– Начнём с теории! – сказал Олег, прохаживаясь перед строем.

Ребята стояли, не шелохнувшись. Казалось, их ушные раковины собрались в ракушки, пытаясь уловить каждое слово инструктора.

– Хемотаксис, – сказал Олег, продолжая движение вдоль строя. О чём говорить дальше, он понятия не имел. Слово «хемотаксис» казалось знакомым, но не более того. Так запоминается лекарство, назначенное врачом: в кабинете помнится, в аптеке – из головы вылетает. Оглядев курсантов, Олег продолжил речь, цепляясь за последнее слово.

– Хемо и таксис. Такси, понимаете?

Никто не кивнул.

– Ездит по указанному маршруту! – сказал Олег, удивляясь самому себе. Чего только не преподнесёт память, когда обстоятельства загонят в угол.

Пацаны наконец-то шевельнулись.

– Вольно! Хватит стоять истуканами! – Олег улыбнулся. – Можно присесть.

Курсанты по команде опустились на корточки.

– Перерыв пять минут! – сказал Олег, намереваясь что-нибудь сочинить за это время. Курсанты переглянулись. По-видимому, пять минут для них – категория непонятная. Олег махнул рукой и, приказав не разбегаться, прошёл в стену. Нужно связаться с Аксоном, но как? Каждый раз биться головой, чтобы его вызвать?!

– Не нужно. Голова у тебя одна! – как по заказу ответил Аксон. – Хемотаксис ты знаешь. Обучишь курсантов определять чужеродные тела. Как уничтожить их – обучит Бурс. Цитокины у тебя в карманах!

Олега выдавило из стены обратно. Стукачишки рецы ощетинились. Их кончики задвигались из стороны в сторону, стараясь уловить мысли Олега. Олег сложил пальцы в кукиш. Рецы прижались к стене, слившись с нею.

– Не нравится! – Олег обернулся к курсантам.

Самые смелые хихикнули.

– Ваша главная задача?! – рявкнул Олег.

– Уничтожить чужих! – хором отозвались курсанты.

– А чтобы уничтожить, их надо найти, не так ли?

– Так.

– А найти их легче простого. У каждого из вас в правом кармане, – Олег вновь зашагал вдоль строя, оглядывая курсантов. Карманов у них намного меньше, чем у супрессов. М-да. Что если не в правом кармане, а в левом? Бурс шею отвернёт!

Курсанты, как один, сунули руку в правый карман и вынули по карточке.

– Направляете её по коридору… – сказал Олег, продолжая сочинять на ходу.

Пацанята так и сделали.

– Ой! Тут замигало!

– Где замигало?! – в два шага Олег оказался рядом. Заглянул через плечо курсанта. Действительно, карточка мигала зелёным огоньком.

– И что делать?!

– Двигаться!!!

Курсант вытянул руку вперёд и последовал за карточкой. Олег видел, что карту притягивает как магнитом, но не к стене, а куда-то вглубь коридора.

– Отставить! – скомандовал Олег, считая выполненной поставленную задачу. Он научил хемотаксису, остальное, дело мастера, то бишь Бурса.

Курсант засунул карточку в карман.

– У кого ещё замигала карта?

Курсанты пожали плечами.

Олег приказал первому попавшемуся выйти из строя.

– Вынь свой цитокин!

Курсант вытащил одну карточку.

Олег осмотрел её. Поверхность матовая, сероватая. Ничего не мигает.

– У тебя другая специализация. Твоего врага рядом нет.

– А если будет, я должен всё время совать руку в карман?!

– Этак тебе голову отвернут, – усмехнулся Олег. – Сигнал будет, понимаешь?

– Так.

– Так и этак. Ногу зажжёт или пискнет, когда твой враг появится поблизости.

– Мигает без остановки. Светится уже!!! – подбежал один из курсантов к Олегу.

– Так действуй!

– Что делать-то?

– Карточка прилипнет к нему и… – Олег замешкался.

– И шаг в сторону! – гаркнул появившийся Бурс.

Олег отступил на шаг.

Из сумрака вылетела свистящая шестерёнка с заострёнными зубцами. Она вращалась вокруг своей оси, как циркулярная пила. Падая навзничь, Олег уцепил курсанта и увлёк за собой.

– Бросай карточку! – шепнул он в ухо курсанту.

– Я останусь без цитокина.

– Бросай живее! – Олег хлопнул курсанта по руке. Карточка вылетела и прилепилась к смертоносной шестерёнке. Обездвиженная звёздочка упала. Шестерёнки, подобно щупальцам, шевельнулись и обвисли.

– Вызывай лейкинов, пусть уберут эту падаль.

Олег дёрнул первого попавшегося реца. Раздался еле слышимый писк. Сигнал принят.

– Разойдись!!! – скомандовал Бурс.

Курсанты, похоже, на строевой подготовке не сачковали. Они разлетелись в разные стороны, освободив место, где только что стояли строем в две шеренги.

Стена, как мозаика, разделилась на составляющие многоугольники. В щели между ними просочилось молочко. Струйки, упав на пол, превращались во всадников с острыми саблями. Воткнув сабли в обездвиженную гадину, всадники вновь превратились в сгущённое молоко.

Бурс сделал знак Олегу, ткнув большим пальцем в стену.

Олег понял, потревожил реца ещё раз.

Из глубины тоннеля выкатился цилиндр похожий на переднее колесо катка. Прокатившись по разнородной массе из погибших лейкинов и поверженной шестерёнки, как пластилином захватил их и унёс прочь, далее по коридору.

– Полипотенты! – крикнул Бурс. – Кому не ясно, что такое хемотаксис?

– Нет вопросов! – ответил он сам себе, подмигнув Олегу.

Олег кивнул.

– Твои курсанты, как подготовишь, так и работать будете!

– Готов к выполнению любой задачи!

– Хемотаксис освоили, на очереди киллинг.

– Это, – Олег сложил кулаки друг на дружку и повернул верхним против часовой стрелки.

– Да. Разберётесь в ходе боя. Вперёд!

– Разрешите поинтересоваться, что случилось?

– Ксены проникли в синус. Ваша задача, локализовать и уничтожить! – Бурс взял Олега за руку, отвёл в сторону.

– Слушай инструктаж!

Олег щёлкнул воображаемыми каблуками.

– Эти полипотенты из твоего ростка.

– Поэтому они похожи на меня, – догадался Олег.

– Не знаю, откуда ты взялся, об этом разговор особый, но это так. Как ты понял, я главный инструктор по специализации бойцов. Возьмёшь этих парней, и вперёд! Найти ксенов, обезвредить и уничтожить!

– А куда идти-то? Или ехать?

Бурс осмотрел на Олега с головы до ног, словно, говоря: «Не прикидывайся дурачком, дружок!»

Олег понял. Он достал из нагрудного кармана карточку. Огонёк замигал.

– Вот она, нить Ариадны! – вырвалось у Олега.

– Не умничай! Пока мы болтаем, ксены выйдут из синуса и попадут в общее русло! Живее!

– Потери, насколько я понял, должны быть минимальными?

Бурс развёл руками. Мол, десятком меньше, десятком больше…

Олег в два прыжка оказался перед строем. Он повёл своих двойников к стене. Первым вошёл сам. В обширном коридоре было темно. Холодный пот прошиб Олега. Подмоги ждать неоткуда. Что, если курсанты не смогут преодолеть стену? Или так задумано хитрым Бурсом.

Ползая на четвереньках, Олег ощупывал стену в поисках рецев и схлопотал по носу коленом входящего курсанта. Нос быстро распух, но крови не было. Скорее всего, в синусе нагнетена искусственная атмосфера, препятствующая кровотечению.

Олег посветил в глаза первопроходцу. Перепуганный курсант часто заморгал.

– Молодец! – Олег хлопнул его по плечу, от чего двойник аж присел.

Олег разглядел ссадину на правой щеке курсанта. Вероятно, зацепила-таки летящая шестерня.

– Благодарю за службу! – сказал Олег. – Остальные что-то тормозят.

– Бурс их подгоняет пинками, – прошептал курсант.

– Чего шепчешь? Рецев тут нет, – сообщил Олег.

Курсант похлопал ресницами. Пришлось объяснять.

– На стенах такие пальцы, типа резиновых… – Олег заметил, как лицо курсанта вытянулось. Ни слова не понимает! Олег продолжил: – Это рецы. Они передают сигналы и выполняют команды. Заодно, подслушивают и докладывают, куда следует.

– Понял.

– Вижу, ты самый понятливый.

– Я из второго деления.

Пришла очередь челюсти Олега отвиснуть.

– Появился сразу после тебя! – пояснил курсант.

– Наша задача, курсант? – Олег сдвинул брови.

– Обезвредить и уничтожить группу ксенов! – отбарабанил курсант.

– Тебя как зовут-то?

Курсант пожал плечами.

– Вы все одинаковы, как обращаться к тебе лично?

– Думаю, не имеет смысла.

– Моё дело думать! Твоё – исполнять! Имя, курсант!

– Имя курсант.

– Будешь тогда … – Олег пожевал губами. В этот момент сквозь стену одновременно протиснулось несколько пар ног. Думать некогда, Олег брякнул первое попавшееся слово: – Кореш! Или нет, Корш, так короче.

– Есть!

– Строиться! – скомандовал Олег, не удержавшим равновесия, попадавшим на колени, курсантам.

Бойцы вскочили на ноги.

– К бою, готовьсь!

Курсанты сунули руки в карманы.

– Отставить! Почувствуете по вибрации! – Олег нахмурился. Опять не понимают!

– Когда в карманах заскребёт, застучит по ноге, руке, груди – вынимайте карточку и вперёд!

– Олег! – подал голос Корш. – Как вызовем лейкинов, если рецев нет?

– Локтем об косяк! – разозлился Олег. Сам понятия не имел, как, а тут ещё умник выискался!

– Есть!

– Вперёд! Не толпиться! Кучкуемся в группы по трое, и в разные стороны! Кто первым обнаружит этих…

– Ксенов, – подсказал Корш.

– Сигнализировать тотчас! В схватку не вступать. Избегать столкновения, пригибаться, уворачиваться, ужом проскальзывать между них! Задача каждого, что?!

– Обнаружить ксенов! – хором ответил строй.

– Не до конца верный ответ! Главная задача – остаться невредимым!

Курсанты разобрались по тройкам, разбежались по коридору.

Олег оставил с собой Корша. Оба прислушались. Ни звука, ни шелеста.

– Что у тебя? – спросил Олег, глядя на карманы Корша.

Корш помотал головой.

– Мои цитокины тоже молчат.

– Вьик-вьик!

Олег поднял указательный палец кверху.

Корш упал навзничь. Олег шлёпнулся рядом.

Над головами со свистом пролетело очередное чудище.

Олег с Коршем поднялись на ноги.

– Это ксен? – подумал вслух Олег.

– Не знаю, ни один цитокин не сработал.

– Бойцы! – крикнул Олег.

Из глубины туннеля ни звука.

Корш кивнул на грудь командира. Олег сунул руку в нагрудный кармашек. Там оказалась округлая крапчатая с обеих сторон карточка. Олег нажал пальцем: несколько точек засветилось. В следующий момент Олег почувствовал движение поблизости. Корш стоял, замерев.

– Кто ещё?

– Свои.

Несколько курсантов вышли из мрака. Плечи их слегка фосфоресцировали.

– Докладывайте!

– Обнаружено три ксена. Уничтожены.

– Как вызвали лейкинов?

– Сами справились, – ответил толстощёкий боец.

Олег пригляделся к нему. Не похож на остальных – копировок с Олега.

– Бурсик! – пояснил толстощёкий.

– Сынок Бурса, никак?

– Почти. Тэшки, они поживее будут. Зато я: без помощи всяких рецев порву любого ксена!

– Вот этими самыми руками? – усмехнулся Олег, глядя на пухленькие ладошки Бурсика.

Полипотенты захихикали.

– Т-с! – Бурсик приложил палец к губам, второй рукой сделал понятный каждому жест: «Ложись!»

Олег упал навзничь первым. Голову прикрыл руками, оставив меж пальцами щелку.

Тварь размерами с годовалого поросёнка, похрюкивая, подскакивая, влетела из прохода прямиком на Бурсика. Он словно притягивал её. Ладошка Бурсика распухла до размеров футбольного мяча. Бурсик встряхнул рукой: из рукава вылетели какие-то ошмётки. Они прилепились к визжащему ксену. В следующий момент ксен испустил дух, как проткнутая резиновая камера.

Бурсик сунул руку за пазуху, вынул обратно не шар, но обычную ладонь.

– Где научился? – не удержался Олег от вопроса.

– В Бурсе, где ж ещё-то. Туда не всех берут. Бойцов твоих забраковали, однако.

– Ты это о ком?! – возмутились курсанты.

– Слушай, Бурсик, твой начальник послал нас уничтожить ксенов в синусах. Ты сам тут неплохо справляешься. Выходит, мы свободны.

– Смотрите сами, – пожал плечами Бурсик. – У меня братьев хватает. Справимся.

– Строиться! На базу, шагом марш! – скомандовал Олег.

Строй, как стоял перед стеной, так и шагнул сквозь неё. Олег едва поспел за курсантами.

– Задача выполнена? – спросил появившийся перед строем Бурс.

– Так точно. Тяжёлая техника помогла.

– Олег, опять умничаешь? Доложить кратко и понятно!

– Бурсик голыми руками их рвёт, а наши цитокины молчат.

– Ясно, – Бурсоид махнул рукой. – Слушайте новую задачу!

Строй всколыхнулся.

– Привести в порядок кладбище эритинов! Что?! – спросил Бурс, как будто кто-то смел вякнуть что-либо в ответ.

Курсанты не шелохнулись.

– Двенадцать этажей за три оборота, задача ясна?!

– Так точно! – сказал Олег.

– Точнее не бывает, – кивнул Бурсоид. – Время пошло!

Олег повёл строй вглубь синуса. Корш шёл рядом.

– Где это кладбище?

– В красной лиенальной зоне.

– Назначаю тебя старшим колонны! Веди!

– Есть! – ответил Корш.

Олег улыбнулся. На лету схватывает!

Проход сузился, превратился в заросшую сталактитами и сталагмитами пещеру. Олег потрогал один из сталактитов: на ощупь совсем не известняк – такой же гуттаперчевый, как рец в стенках трубы!

Курсанты прибавили шаг.

– Подтянись! – скомандовал Корш.

Олегу пришлось мчаться вприпрыжку, уж некогда созерцать и ощупывать вокруг!

Вскоре в тусклом свете глаза различили большое здание. Действительно, этажей двенадцать. Ещё бы знать, сколько дано времени на расчистку? Ясно одно: по одному обороту на каждые три этажа.

– Рассредоточиться по этажам! – выкрикнул Олег, опережая Корша. – Три оборота на всё про всё, помним?

– Есть, Олег! – гаркнули курсанты хором. Они разделились на три равных группы и побежали к объекту с разных сторон.

– Стой, Корш!

Корш оглянулся, недоумённо моргнул глазами.

– Ребятам надо показать, что делать.

– Ты в кого такой умный, Корш?

– Так ясное дело, после кого появился – в кого ж ещё?

– Так ставь задачу!

Кореш вбежал в заброшенное здание с куполообразной крышей. Олег едва успел за ним.

Внутри: разгром и запустение. Стены покрыты толстым слоем грязного жира. Дверные проёмы пусты, как бойницы в древних крепостях. Полы, конечно же, голые, бетонные. Олег едва не поскользнулся.

– Извлечь цитокин красного ростка! – вполголоса подсказал Корш.

Олег повторил приказ громогласно, ожидая многократного эха, как это бывает в пустующих зданиях. Вместо того, Олег с трудом расслышал собственные слова.

Корш ткнул пальцем в левый нагрудный карман Олега.

Олег догадался, вынул цитокин-карточку с вкраплениями, похожими на мембрану микрофона.

– Слушай мою команду! К расчистке приступить! – сказал Олег. Каждая точка псевдомикрофона в ответ мигнула красным цветом – команда дошла до адресатов.

– Дальше разберутся сами.

– И нам ни к чему сачковать, курсант Корш!

Корш подобрал с пола коричневатый воротничок, коснулся его бордовым цитокином. Кусок помеченной тряпки кинул в угол. Повсюду валялись комбинезоны, отрывки рукавов и прочее шмотьё эритинов.

Олег поначалу брезговал брать в руки обрывки рукавов, потому что внутри ощупывалась относительно твёрдая ткань серого цвета, пористая на срезе. Похоже, эритинов разорвало в клочья. Олег глянул на пустую глазницу окна: без рамы и стёкол.

– Что произошло, землетрясение? – спросил Олег.

– Трясение чего?

– Ещё скажи: «Не умничай!» Тоже, Бурсоид выискался… – Олег посмотрел в ясные глаза Корша, топнул: – Вот, это земля и есть. Понял?

– Понято, – сказал Корш, как некогда отвечал начальству сам Олег.

Олег улыбнулся.

– Это что за техника? – Олег указал ногой на стояк вдоль стены, похожий на мусоропровод.

Корш пожал плечами.

Олег рассмотрел конец трубки в виде присоски. Олег потянул на себя гофрированный шланг.

– Утилизатор! – обрадовался Корш, как школьник, узнавший в обычной жизни предмет, о котором рассказывали на уроке.

Олег прощупал шланг от начала до конца. Где-то же должна быть кнопка, или тумблер.

– Как-то же эта машина включается, – пробурчал Олег. Позади него послышалось какое-то шипение. Олег оглянулся.

Цитокин в руке Корша замигал фиолетовым цветом. Вспышки становились всё чаще, затем слились в непрерывный свет. Луч цитокина направился по ходу шланга, где его только что ощупывал Олег. В месте прикрепления шланга к трубе зашипело: поверхность трубки взбугрилась.

Корш присел от напряжения. Видимо, силёнок не хватает. Олег напрягся. Появившиеся фосфоресцирующие огоньки в локте и запястье слились в один поток. Олег направил луч в помощь Коршу. Светло-зелёный смешался с фиолетовым и образовал чёрную точку на шланге. Раздался хлопок: гофрированная трубка с воронкообразным наконечником заурчала, вырвалась из рук и пошла плясать по пустующей квартире, оставляя за собой серые полосы на бордовом фоне.

– Вот это дело!

Корш улыбнулся во весь рот.

В соседней квартире тэшки хлопотали вокруг утилизатора. Когда Олег с Коршем подошли ближе, курсанты, объединив усилия, самостоятельно завели машину. Воронка сборника прошлась по грудам обрывков эритинов, захлебнулась и упала обездвиженной. Оставшиеся шмотки бойцы моментально впихнули в воронку.

– Готово.

– Вперёд!

Курсанты побежали по лестнице вслед за Олегом.

Этажом выше курсанты также возились с утилизатором. Олег оставил Корша, назначив его старшим, сам вошёл в соседнюю квартиру.

Курсанты сидели в проёмах окон, свесив ноги на улицу. Они беззаботно болтали о чём-то. Только что не курили. Олег, перешагивая через останки эритинов, подошёл к подоконнику. Оказалось, говорит больше один, остальные поддакивают. И это когда их товарищи руки ободрали, работая без продыху!

Не привлекая внимания резким окриком, Олег легонько пихнул заводилу в спину. Бесшумно тот свалился вниз.

Остальные курсанты разом упали внутрь квартиры, кувыркнулись через голову и построились перед командиром.

Не устраивая разноса подчинённым, Олег приказал выполнять его указания. Курсанты трудились, потели, выполняли каждую команду, но ничего не смогли сделать с торчащим шлангом утилизатора.

Олег попытался самостоятельно «завести» чудо—пылесос, но отрезок шланга не вытягивался. В месте сочленения шланга со стояком утилизатора ничего похожего на болты, гайки. Может быть, он соединён муфтой на резьбе. Олег крутил, вертел трубку, но не сдвинул с места. Резьбы внутри не было. Одна трубка меньшего диаметра входила в бок другой. Никаких сварочных швов не ощупывалось. Олег понял, это рукав единой трубы. Олег собрал гофрированную трубку, укорачивая её. В результате получился короткий отрезок длиной с локоть, по плотности схожий с деревянной палкой. Олег попытался ткнуть обрезок внутрь утилизатора. Чуть-чуть подалось, затем застопорилось. Олег упёрся лбом в стояк, а ногами в пол и тяжестью всего тела надавил на отрезок трубки. Подавалось очень медленно, стоило на миг ослабить давление, как гофрированная трубка начинала разжиматься, как жёсткая пружина. И всё же наполовину отрезок вошёл внутрь стояка. Ноги от перенапряжения затряслись, руки онемели. Осталась толика давления, но сил на неё не хватало. Лёгкие намеревались выдохнуть весь воздух разом, но отпускать пружину нельзя. Курсанты стояли на своих местах, как вкопанные. Просить о помощи бесполезно, к тому же, выдохнув последний воздух, осталось сдуться, как воздушному шару, и распластаться по полу!

В этот момент Корш схватил трубку поверх рук Олега, раздался щелчок.

Гофрированная трубка тотчас выпрямилась во всю длину, конец её воронкообразно расширился – работа закипела!

Олег осмотрел строй курсантов. На бунтовщиков они не походили, скорее, на бездельников. Что-то в их внешнем виде было не так.

– Поправиться, курсанты! – скомандовал Олег.

Бойцы одёрнули комбинезоны, потоптались, поправили воротнички. И… остались такими же разгильдяями. Олег прошёл вдоль строя, подражая старшим по званию. Боковым зрением Олег уловил: у курсантов отсутствовали нагрудные карманы!

Олег приказал первому попавшемуся выйти из строя, оглядел его. Никаких следов на груди курсанта не было. Карман не оторван, его попросту не предусмотрено! Выходит, эти тэшки из позднего деления.

На следующем этаже курсанты успели убрать комнаты вручную. Они свалили останки к утилизатору. Осталось включить аппарат на некоторое время, Олег оставил группу лентяев посматривать за работой утилизатора, хотя нужды в этом не было.

С каждым этажом выше обстановка внутри квартир менялась: появлялись остатки мебели, кухонной посуды. На самом верхнем этаже двери в квартиру остались целыми, только замки были сорваны так, что ремонту не подлежали.

Внутри квартиры осталась целой вся меблировка: мягкие диваны, столы и стулья. Курсанты возюкались на диванах, выщипывая что-то из мягкой обивки. Гофрированная трубка лежала аккуратно собранная кружком возле утилизатора.

– Чего ищем?!

– Мелочи, Олег! – доложил вскочивший на ноги курсант. – Ошмётки комбинезонов эритинов, кормильцев наших.

– Когда прибудут эритины? – нахмурился Олег. При слове кормильцы у него засосало под ложечкой.

– Как справимся. Вернёмся на базу. Бурс вызовет бригаду.

– Курсант! Представься!

– Курсант полипотент!

– Длинно и муторно. Будешь Чижом, ясно?

– Ясно, только кто это, Чиж?

– Да друг мой, по армейке.

Чиж промолчал, запомнив новое слово.

На базе встречал не Бурс, а Тимоид собственной персоной!

– Олег! Рассортировать курсантов по группам! – скомандовал он, предварительно выстроив бойцов в одну шеренгу.

Курсанты выстроились группами по совместной работе, что упрощало задачу.

Первыми Олег выделил бездельников и неумех во главе с похрамывающим после падения предводителем. Затем курсантов, которые собрали останки эритинов вручную, не догадавшись использовать агрегат. Третью группу составили бойцы, сообразившие включить утилизатор. В четвёртую вошли убиравшие верхний этаж.

– Это все? – спросил Тимоид.

– Есть ещё двое курсантов на особом счету! – сказал Олег и поправился: – Даже трое.

– Так, так. Корш, Чиж, ещё кто? – спросил Тимоид, приказав взглядом Олегу молчать. Мгновенье спустя, Тимоид догадался о третьем курсанте: – Бурсик! Он-то при чём?

– Тоже неплохо проявил себя. Наши цитокины молчали, а он голыми руками порвал ксена.

Тимоид разрешил курсантам отдыхать. Олега завёл в комнату.

– Набираешь команду? – спросил Тимоид, заняв место за столом. – Присаживайся!

Олег уселся напротив.

– Отделил верно, кто тебе подсказал?

– Соответственно личному вкладу каждого.

– И за каждым ты наблюдал?

– Для чего за каждым? Они скучковались сами. По интересам, так сказать.

– После трофики получишь задание для своей группы, – сказал Тимоид.

Олег раскрыл рот, чтобы спросить, что такое трофика.

– Ты ещё здесь?

Олег, пятясь, вышел прочь.

Как и обещал Чиж, подъехали эритины.

– На трофику! – скомандовал мордастый супресс из тележки. – Согласно списку!

Он вынул папку, раскрыл её и принялся зачитывать очерёдность.

Первыми подошли к тележке курсанты со второго этажа, откликнувшись на обращение: «Тормоза!»

– Точно, тормоза, – пробурчал Олег.

– Не бухти, не рвись на кормушку! Стой и слушай, да на ус мотай!

– Аксон, ты?! – Олег оглянулся и улыбнулся собственной глупости. Где это он решил увидеть Аксона?

– Тормоза нужны для защиты от лейкинов и активности бэшек, – монотонно изложил Аксон.

Олег промолчал. Ещё чего доброго, Аксон устанет и прекратит вещать. А кто знает, что без него получится?

Тормоза забрали свои пакеты и отошли.

– Помощники, вперёд!

Помощники рванули, как с низкого старта. В несколько мгновений похватали свои пакеты и организованно отступили.

– Этих будешь звать на помощь при любых затруднениях.

Олег кивнул. Эти ребятки собрали самостоятельно кучки и помогли активировать утилизатор. Кроме того, вспомнил Олег, они поймали на лету тормоза, вылетевшего из окна.

– Умники!

Подошла группа курсантов с верхнего этажа, которые вычищали обивку мягкой мебели.

– Этим можешь задать любой вопрос. Память их безгранична. Но тебе хватит одного.

Олег глянул на Чижа, стоявшего по левую руку. Чиж улыбнулся, как будто смог прочитать мысли инструктора.

– Хлопки, вперёд!

Супресс напрасно водил глазами, выискивая курсантов этой группы. Наконец он сообразил посмотреть на тележку: все пакеты, предназначенные хлопкам, исчезли. Олег почувствовал движение воздуха. Группа хлопков уже сидела у стены с полученными пайками.

– Хлопки оттого, что хлопают по приказу любого. Киллеры, одним словом.

Олег вспомнил, как хлопки подобрали свою территорию. Умудрились без шума и пыли прибрать останки эритинов. Они уже отдыхали, рассредоточившись в разных углах и держа под контролем все входы и выходы заброшенной квартиры.

– Опасные товарищи, – прошептал Олег.

– Без приказа они и пальцем не пошевелят. Цитокины их настроены только на команды Тимоида. А он не враг тебе.

– Усилители!

Чиж с Коршем шагнули вперёд.

– Унипотент, тебя что, не касается? Или решил пайку Церебрума подхватить?!

Олег подбежал следом за помощниками. Они забрали три пайка бежевого цвета.

На телеге оставались белые как снег пакеты, перетянутые по диагонали золотистой ленточкой.

– Чего застыли, ребята? Сами видите, неурожай нынче! – схохмил Эритин. – Поехали, работяги!

– Идут к Церебруму. Пора и мне перекусить.

Аксон исчез, как и не появлялся.

Паёк усилителей оказался вкуснее общего, хотя жевался точно так же.

Олег глянул на товарищей. Чиж скрутил пакет в колбаску и с наслаждением жевал его, не откусывая. Корш сделал точно так же, но проглатывал паёк кусками, порывисто. У Олега получилось: и так и этак. Немного плавно, местами резко. С пайками троица разделалась одновременно.

Олег посмотрел на остальных курсантов.

Хлопки расселись спинами вплотную к стене, руки их были пусты.

Тормоза продолжали смаковать. Казалось, у них не плотные пакетики, а сливочное мороженое. Вот же, кто умеет радоваться жизни и наслаждаться каждым мигом! Олег вздохнул.

Помощнички, казалось, вовсе не ели. Пакеты с пайком торчали по карманам.

– Да вы куркули настоящие!

Помощники кивнули.

– Чиж, что скажешь?

– Берегут энергию для нас, сгодится.

Умникам непостижимым образом удалось разделить пайки пополам!

– Как у вас это получается? – спросил Олег, подойдя к умникам.

– Очень просто, – сказал один из них. Умник положил половинку пакета на руку, ребром ладони приложился к нему точно посередине. Пакет оплавился на краях и получилось два!

В нагрудном кармане загундел, вибрируя, цитокин вызова Тимоида.

– За мной! – скомандовал Олег и прошёл сквозь стену. Оттуда шёл сигнал вызова.

Во время движения Чиж продолжал шептать на ухо Олегу:

– Мы уже не курсанты, специализация позади. Один ты остался унипотентом, потому что Тимоид не знает, куда тебя определить. Разве что на своё место? Советую не противоречить ему и дать понять, что ты не претендуешь на роль командующего тэшками.

Олег поморщился. Вчерашний курсант поучает его. С другой стороны, кто их знает, этих тэшек, чего у них на уме?

– Откуда это ты знаешь?

– Отсюда! – Чиж постучал пальцем себя по лбу.

Корш по пути срубил парочку ксенов, норовящих присесть на голову Олегу.

Тимоид ждал в закутке, похожем на кабинет. На столе лежала пластина с множеством круглых разноцветных пятен, похожих на кнопки вызова. Наверняка, пульт управления, решил Олег.

– По Вашему приказанию прибыл! – отрапортовал Олег.

– Видишь ещё кого-то здесь? Или тебе приказывают несколько человек? – Тимоид привстал.

– Никак нет, Тимоид! Я по старинке обращаюсь на вы. Виноват, исправлюсь.

– Много слов.

– Виноват, исправлюсь! – повторил Олег, разглядывая палочку, похожую на авторучку.

– Ты успешно справился с дифференцировкой курсантов. Прибыло пополнение, – Тимоид поморщился. Ему нужны работяги и кормильцы эритины, а командование почему-то гонит полипотентов из белого ростка. О чём там, наверху, думают? Или вообще разучились думать. Тем не менее, перед старым служакой стоял унипотент, до сих пор не определившейся со специализацией. Тимоид решился.

– Ты родственник Церебрума, – сказал он утвердительно. – Как попал в нашу систему, с какой целью?

Олег пожал плечами. О Церебруме он слышал мало. Вероятно, это кто-то из верховного командования. Царь, президент или генерал.

– Понимаешь, Олег, если ты мне скажешь, для чего тебя послали, я смогу помочь.

– Я не претендую на командование.

– А-ха, ха!!! – Тимоид застрясся всем телом. Смех едва не задушил его.

Олег стоял, хлопая глазами. Ну, где ты, Аксон? Пайку свою белоснежную лопаешь, тоже мне, родственничек.

– Раскрой глаза и смотри ему в переносье! Отвечай первыми словами, что придут в голову! – сказал Аксон, чавкая. На последнем слове он булькнул, что означало: «Конец связи».

– Никаких специальных заданий мне не давали. Оглядеться, присмотреться.

– Считай, что огляделся, присмотрелся. Пора за дело приниматься.

– Не знаю, с какого краю приступить.

– С главного!

– Знать бы, где он, главный-то…

– Олег! Видишь сам, что творится. Ксены прут валом, трофики не хватает. Мёртвых не успеваем хоронить, новые клоны способны только воевать да жрать!

– Вагус рулит.

– Т-с! Я об этом ни разу не говорил.

Олег пожал плечами. Ни разу, так ни разу.

– Что от меня требуется? – спросил Олег.

– Твоя задача, Олег, выяснить причину царства Вагуса.

– Найти и обезвредить! – Олег притопнул ногой.

– Откуда ты такой выискался?! – Тимоид оттёр пот со лба. – Думаешь, что говоришь?

– Ну да, «царство, разделённое само в себе падёт».

– Золотые слова! – Тимоид насторожился: – Когда сказаны?

– Две с небольшим тысячи лет назад.

– Столько не живут! – заявил Тимоид.

Олег продолжал смотреть ему в переносье.

– Мы живём несколько десятков лет. Лейкины – до трёх недель. Церебрум, и тот, не вечен.

– Ну да, вечна одна истина.

– Значит так, ты, искатель истины, ступай к своим и донеси обстановку на местах. Не может быть, чтобы все там дрыхли без задних ног!

– Разрешите взять с собой помощников?

– Твои курсанты, тебе решать.

На столе замигала белая кнопочка. Тимоид дважды нажал на неё.

– Опять пополнение прибыло! Иду, иду!

Олег выскользнул в проход, задержался на секунду.

– Скоро друг друга жрать начнём… – пробурчал Тимоид и, судя по всему, удалился сквозь стену.

– Эй, добры молодцы! – выкрикнул Олег, выйдя в коридор.

На плечи Олегу шлёпнулась склизкая и тяжёлая туша ксена. Олег шлёпнулся навзничь, его тотчас кто-то схватил за ноги и утащил в кромешную тьму.

Глава 6. Подмоченный автореферат

Лопнул стояк отопления в отделении реанимации.

Елизавета Оттовна забежала в палату, к кровати Банина. Люминесцентные лампы затрещали и медленно погасли. Кто-то прошмыгнул мимо и скрылся за дверью.

– Оля! – окликнула Елизавета Оттовна.

Тишина. Давящая на уши до боли в висках. Анестезистка Оля, похоже, побежала к электрику. Системы жизнеобеспечения отключены. В палате четыре человека, трое после операции и почти безнадёжный Банин. Елизавета Оттовна взялась за грушу аппарата искусственного дыхания, стала качать воздух вручную. Вода продолжала заливать пол, ноги Штукиной промокли.

– Да где весь персонал-то?! – выкрикнула Елизавета Оттовна, продолжая качать систему ИВЛ, свободной рукой вынула мобильный, набрала последний вызов.

– Елизавета Оттовна? – вместо «здравствуйте» спросил главный врач.

– У нас авария!

– Я в курсе! – перебил главный врач. – Со «скорой» уже звонили. Резервная плазма подготовлена.

– О чём вы говорите?! Палату реанимации затопило. Электроэнергия отключена! Кто сейчас в операционной?

Главный врач отключил связь и тут же вызвал заместителя по хозяйственной части.

– Что происходит, Тарас?

– Всё под контролем, – улыбнулся в рыжие усы мужчина в тёмно-сером халате.

– Бегом в палату реанимации! Заткни батарею и вруби свет!

– Так это, электрик уже разбирается. Сантехники сливают воду из отопления.

– Почему вода оказалась в системе летом?!

– Так это, промывали.

– Мозги себе промойте, дражайший! Бегом в палату!

Завхоз выскочил из кабинета.

– Резервку включить, немедля!!! – проорал он в трубку мобильного.

Кто-то по ту сторону связи, похоже, попытался выяснить причину, но получил в ответ кучу матюков.

Секретарша поморщилась.

– Вы не в казарме находитесь! – заметила она завхозу.

Тарас сверкнул глазами и вышел из приёмной.

Под рукой Елизаветы Оттовны гофрированная трубка заходила ходуном. Заведующая глянула на монитор. Экран заискрился признаками жизни.

– Уф! Вспомнишь тут с вами военные годы! Оля! Где ты?

Бестеневые лампы работали вполсилы. Елизавета Оттовна огляделась. В обнимку со стояком лежал какой-то тип в засаленной куртке.

– Ну-ка вон отсюда!

Сантехник не шевельнулся.

Елизавета Оттовна дёрнула его за ворот.

– М-мы…

– Живо, прочь из палаты!!!

– Елизавета Оттовна, звали?

– Оля! Где тебя носит в ответственный момент? Немедленно снять ЭКГ у Банина!

– А эти? – Оля указала рукой на троих лежащих после операции. – Живы ли?

– Не дождётесь, – сказал лысый с кровати у окна.

– Раздвиньте жалюзи!

– Не вопрос! – лысый протянул руку, собрал жалюзи.

– Если ты сам не выйдешь – вылетишь в окно! – сказала Елизавета Оттовна, оборачиваясь к пьяному сантехнику.

– Да я б, это, вышел, но разобраться надо, Елизавета Оттовна! – сказал завхоз, застывший на пороге.

– Тарас Опанасович! Нарисовался, наконец! Вытащи этого гегемона из палаты!

– Сей момент, Елизавета Оттовна!

Оля уже протягивала ленту записи электрокардиограммы Банина.

Елизавета Оттовна поморщилась.

– Слабая активность? – спросила медсестра, склонив голову набок.

– Мощная пассивность! Готовь адреналин!

– Внутрисердечно будете, Елизавета Оттовна?

– Оля?!

Медсестра молча набрала в шприц одну ампулу, вторую держала наготове.

– Пора просыпаться, Оля!

Оля вскрыла вторую ампулу, зарядила в шприц.

Елизавета Оттовна, не отводя глаз от монитора, медленно ввела адреналин в подключичный катетер. Медсестра, увидев вспышку активности на экране, не удержалась, хлопнула в ладоши.

– Т-с! – шепнула заведующая, прижав палец к губам.

Медсестра кивнула.

– Оля! Распорядитесь насчёт уборки! Этих, – Елизавета Оттовна кивнула на кровати с выздоравливающими, – в соседнюю палату! Банина, по-прежнему, не кантовать!

Елизавета Оттовна отметила точное время инъекции адреналина. Медсестра стояла за спиной, дыша в затылок.

– Оля, ты в детский садик ходила?

Оля кивнула, поправила колпак.

– Молчок – зубы на крючок!

– Ага.

– Чего стоим?!

Оля встрепенулась. Заведующая ушла в кабинет. Закипела работа в палате реанимации. Санитарки в авральном режиме вычерпали воду и подтёрли пол. Тарас самолично надел временный хомут на лопнувшую нижнюю трубу. Пришедшего в себя больного перевели в отделение, двоих послеоперационных сняли с аппарата.

– Раздышались! – сказал доктор.

Санитарка, дотирая пол в палате реанимации, повела носом. В пустой палате: больных транспортировали на кроватях – что может гнить? Неужели? Санитарка закусила кулак – пахнет от этого доходяги? Стараясь не прикасаться к многочисленным трубкам, торчащим со всех сторон от пациента, санитарка принюхалась. Ни от лица, ни от ног больного ничем не пахло. Источник запаха где-то рядом.

Санитарка шлёпнула себя по лбу. Надо ж так обмишулиться – тумбочка! Внешняя сторона с выдвижными ящиками – пластиковая, а задняя стенка – деревянная. Размокла от воды, а там, поди, грибок какой завёлся. Вот оно и воняет! Какое счастье, что не санэпидемиолог заметил первым!

Женщина развернула тумбочку. Пахнуть сильнее не стало. Оно и понятно, задняя стенка не намокла, вода достала только до половины ножек. Не долго думая, санитарка открыла дверцу. Никаких разлитых ампул, рассыпанных порошков! На дне тумбочки лежала потрепанная папка. Санитарка вынула её, прочла заголовок: «Автореферат на соискание…", – дальше неразборчиво.

– Доискался, болезный. А всё ж, воняет отсюда!

Санитарка сунула папку в полиэтиленовый пакет для мусора, отнесла к себе в подсобку. Там вони без того полно, а когда очухается соискатель, тогда и заберёт свои бумаги. Надо бы доложить заведующей, что от бумаг больного жутко воняет.

– Елизавета Оттовна! – сказала санитарка, заглянув в ординаторскую.

– Вы по поводу дежурств, Зоя Павловна? Это распоряжение главного врача – сократить санитарские ставки, – Штукина развела руками. – Что делать теперь, доктора будут осваивать тонкости влажной уборки!

– Я не хотела клянчить ночные дежурства!

– А я, дорогая вы наша, Зоя Павловна, клянчу, ежедневно! На каждой планёрке! И всё попусту! Как об стенку горох отскакивает!!! – Штукина махнула рукой, развернула перед собой папку, зашуршала бумагами, не обращая внимания на санитарку.

Зоя Павловна аккуратно прикрыла за собой дверь. Ежели у начальства голова не болит, чего бы ей раскалываться у санитарки?! А папку свою больной Банин, как очухается, заберёт. Отыщет, наконец, чего хотел.

Глава 7. Ресторан

В голове прояснилось, но перед глазами стояла тьма. Олег шевельнул рукой.

– Пришёл в себя? – спросил Корш.

Олег не успел ответить.

– Скоро очухается, – ответил Чиж.

– Ты заметил, чем прихлопнуло Олега?

– Цитокин не сработал.

– Сейчас-то, хоть, исправен?

– Надо бы Бурсика спросить.

Олег услышал, как пискнул рец. Похоже, Корш вызывает Бурсика.

– Привет приближённым! – явился Бурсик.

– Привет труженикам!

– Что с Олегом?

– Неизвестный ксен едва не размазал его.

– Спасли, справились, чего меня отвлекаете? Там, в синусах, сейчас такое творится!

– Вот, клок мембраны того ксена, что скажешь?

– Как будто бы, – Бурсик попробовал трофей на зуб, – из своих, но…

– Чего, но?

– Но и но! Сами разбирайтесь тут!

– Так не пойдёт, Бурсик, мы в одной команде!

– Кто так решил?

– Тимоид.

– Под командованием Олега?

– Конечно.

– Другое дело! – обрадовался Бурсик, как будто всю жизнь мечтал оказаться в команде Олега. – Задача у нас какая?

В горле Олега запершило. Он не сдержался, откашлялся.

– Олег! Команда к бою готова! – доложил Бурсик, сдёрнув с глаз командира лёгкую тёмную плёнку. – Куда идём?

– Что предлагаешь, Бурсик?

– Идти надо в харчевню и разбираться на месте!

– Да ты в ладошки не успеешь хлопнуть, как тебя самого схарчат! – сказал Чиж.

– Умников не спрашивал!

– А напрасно, – сказал Олег. – Спрашивать друг друга будем постоянно. Иначе не выжить.

– Идём к порталу, там подзаправимся! – предложил Чиж.

– Отставить разговорчики! Ты всех вызвал?

– Олег! Сейчас будут.

Через некоторое время в закутке появились вчерашние курсанты: три хлопка, три помощника, пара тормозов, плюс один умник.

– Команда из одних тэшек? – спросил Бурсик.

– Из бэшек одного Бурсика нам за глаза хватит! – Олег похлопал Бурсика по плечу.

Чиж вызвал вагонетку. Двое хлопков уселось впереди, один прикрывал сзади. Бурсик встал во весь рост в центре. Тоннель то расширялся, то сужался, из ответвлений выскакивали стайками ксены. Бурсик норовил ухватить чужого руками, но не успевал: хлопки щёлкали их как орешки.

Олег задумался. Едем куда-то в портал. Что-то напоминает, а что именно… Да что толку ломать голову? Олег пихнул в бок Умника, мол, прочитай мои мысли!

Умник склонил голову ближе к командиру, зашептал в ухо:

– Портальный вход к лаборатории, потому и называется порталом. Там, в ливере, сейчас начальство.

– Наша задача?

– Не моё дело ставить задачи.

– Не твоё дело и решать их?

– Я носитель памяти, только и всего, – пожал плечами Умник.

В это время на тачку накатилась волна и накрыла сидящих с головой.

– Ложись! – крикнул Олег, падая навзничь.

Волна пронеслась дальше, раздробив тележку.

– Что это было? – спросил Олег, поднимаясь на ноги.

– Портальный выброс! – сказал Чиж.

Бурсик построил команду. Олег подсчитал бойцов. Никто не пострадал.

Помощники тотчас выскочили из строя и принялись за починку тележки. Кое у кого из составляющих транспортное средство были подогнуты ноги и руки. Несколькими тычками конечности их расправлялись. Через некоторое время тележка была собрана в первозданном виде.

Дорога выровнялась. Ксенов стало меньше. Рецы удлинились настолько, что цеплялись за тележку, поэтому Олег велел всем молчать.

Очередная волна прошлась по тележке как каток по асфальту. Тормоза прикрыли Олега. Пот градом катил с пассажиров. Воздух вокруг сгустился так, что Бурсик разрубал его ладонями и разбрасывал в стороны.

Олег посмотрел на товарищей. Бодрствовали хлопки, как им положено, смотрели в оба. Развлекался Бурсик, прикорнул Корш, зажав в кулаке индикатор, настроенный на вызов.

После очередной волны стало прохладней. Грудь выправилась, бойцы раскрыли глаза.

Тоннель сузился. Тележка тормознула. Рулевой доложил, что дальше пути нет.

– Пойдём пешком, – принял решение Олег.

В расщелину первым шагнул Бурсик, но, проскользнув мимо, впереди оказались хлопки.

Вдали замаячил свет, что прибавило бодрости.

Тропа привела в светлый коридор. Олег посмотрел по сторонам: это уже больше похоже на метрополитен. Найти бы рельсы, и вперёд: по шпалам, на волю! Никаких рельсов, конечно же, не было. Поверхность мраморного пола переливалась в лучах невидимых ламп.

– Стоять! – раздался голос, усиленный неведомыми динамиками.

Строй замер.

Ручей изумрудного цвета перегородил вход. На глазах он распался на большие капли овоидной формы. Тотчас на них вырисовались руки—ноги, головы. Образовались люди с большими животами в зелёной форме. На брюках по обе стороны красовались широкие красные полосы. Генералы, понял Олег. Сейчас начнётся: что да почему, то да потому!

– С какой целью? – спросил один из «генералов». Обращался он исключительно к Олегу, безошибочно выделив главного.

– С докладом!

– Проходите! – «генералы» расступились. Едва Олег провёл команду вперёд, как важные военачальники вновь слились в журчащий ручей.

В конце коридора оказалось два прохода. Олег кивнул друзьям. Чиж прошёл вправо, Корш налево. Бурсик уставился в потолок. Хлопки расселись по-турецки.

– Нам туда! – сообщил Корш, вернувшись.

– Вначале подкрепимся! – заявил Чиж, подбежав к Олегу.

– И то верно.

Прошли налево и увидели банкетный зал. Перед входом стояла арка, очень напоминающая турникет. Так оно и получилось: проходить пришлось по одному. Олег улыбнулся, хорошо, хоть денег не берут. Хотя, какие деньги тут?!

– Проходите, ваш столик у входа! – сообщил нарисовавшийся лакей с белоснежным воротом.

Бойцы заняли места за столом, покрытым краповой скатертью.

– По рациону тэшек! – сказал Чиж.

– А Вы, что изволите? – официант склонил голову к Олегу.

– Мне, как обычно! – улыбнулся Олег.

Не моргнув глазом, официант исчез.

– Да, весело тут! – сказал Олег, оглядевшись.

За соседними столиками громко смеялись, сидящие ближе к оркестру хлопали в ладоши, вызывая музыкантов.

Бурсик продолжал смотреть в потолок. Корш придвинул стул ближе к Олегу, готовясь в любой момент защитить командира.

– Подзаправимся! – подмигнул Чиж.

Появился официант, раздал пайки, ничем не отличающиеся от походно-полевых.

Олегу достался белоснежный пакет.

– Подожди! – окликнул Олег уходящего официанта.

– Вы заказали, как обычно?

– Ну-да, ну-да, – Олег махнул рукой.

– Бодрящего не желаете?

– Каждому по сто пятьдесят один раз! – развеселился Олег.

Официант кивнул, исчез выполнять заказ.

– Сейчас припрёт по хилосу, потом из-за стола не встанем, – пробурчал Чиж.

– Что за муть?

– Ещё какая муть, перенасыщенная.

Олег промолчал. Он решил эту муть, какой бы она не была, не употреблять, но забрать с собой.

Однако ничего не вышло.

Официант подал каждому по стаканчику, похожему на мороженое. Стоило взять стаканчик, как рука сама двигалась ко рту, потому что содержимое быстро таяло и норовило вытечь. Откусывать, паче того, лизать такое мороженое невозможно. Съедалось одним махом. В голове заплясало, глаза заискрились. Захотелось немедленно попробовать белоснежную пайку Церебрума. Ребята, тем временем, вовсю трапезничали.

Бурсик подсел к Олегу, внедрившись между командиром и Чижом.

– Заметил, тут нет ксенов?

– И что?

– Подозрительно всё это. И рецы странные, реагируют на свет и движение воздуха.

– Бурсик, ты никогда не бывал в ливере? – улыбнулся Чиж.

– Сам-то, вчерашнего деления, где успел побывать? – фыркнул Бурсик.

– Кто говорил, что моя сила – вот тут? – Чиж постукал себя по лбу указательным пальцем.

– Стоп! Приём пищи закончить, всем на выход! – выкрикнул Олег, заметив, как разомлевшие тормоза сползают по спинкам стульев.

Заиграл оркестр. Музыка оказалась приятной, завораживающей. Все одновременно повернули головы к музыкантам.

Приём пищи по приказу закончили, но на выход не спешили. Ноги повели к площадке, где уже многие отплясывали, топая по гранитному полу.

Корш, завёл руку за спину и вприсядку двинулся к танцующим бойцам.

– Сейчас выпишет кренделя! – сказал Олег, позабыв о собственном приказе.

И выписал Корш каждому по хорошему кренделю, справляясь одной левой.

Раскрыв рот, Олег наблюдал, как танцоры мотают головами от ударов первого помощника.

– Кто ещё не слышал приказа?! – взревел Корш.

Бойцы спрыгнули с танцплощадки, построились в одну шеренгу по направлению к выходу. Помощники подхватили Бурсика под руки и понесли за собой.

– Что с ним?

– Принял два стакана! – сообщил Корш. – Второй у меня перехватил.

– Ясно, пьяный в стельку.

– Э-э! Ну-ка, поднимите меня, пупки! – забрыкался Бурсик.

– Сейчас я его успокою!

– Корш, не нужно. Зачем портить праздник?

– У нас праздник, Олег? Или мы на задании?!

– С докла-адом! – икнул Чиж.

– И тебя угораздило так набраться?

– Так у нас того… Пайки-то не Церебрума, и-ик!

– Умника ко мне!

Помощники подхватили Умника и, толкая в спину, установили перед командиром.

– Что происходит?

– Хилоса приняли.

– Без того видел. Конкретнее и понятнее!

– Это смесь полиненасыщенных жиров. От них тупеет голова, теряется координация, зато все окружающие кажутся добрыми и честными!

– Где искать Аксона? – спросил Олег, присев к отключающемуся Умнику.

– За дендритом! – Умник широко зевнул и закрыл глаза.

– Аксон нам не помощник, – прошептал Корш. – Здесь автономия.

Олег посмотрел на Корша. Тот только кивнул.

– Сами разберёмся! Ты, как единственный трезвый, пойдёшь со мной!

– Чего это он, единственный?! Я, меж… прочим! И-ик!

– Чиж! Остаёшься за старшего! Шагом марш в закуток!

– Куда?

– А вот сюда! – Олег ткнул пальцем в стену. Рука не прошла насквозь. Что-то новенькое.

– Мы посидим у входа, всё будет в полном порядке!

Олег посмотрел на шатающегося Чижа. Что ж, по крайней мере, один на ногах.

Шагов через двадцать коридор закончился дверным проёмом, закрытым вертикальными жалюзи. Корш приставил цитокин к светящейся красной кнопке. Ничего не произошло.

Олег перепробовал все свои карточки – бесполезно. Со зла он ткнул большим пальцем в кнопку. Массивные жалюзи отворились.

Вход перегораживал письменный стол, за которым стоял толстенный боров с багровой физиономией.

– Вас уже ждут! – заявил он.

– Мне надо подготовить документ, – сказал Олег, пытаясь выиграть время.

– Парасимп принимает без подготовки! – сказал багроволицый, оттирая потную шею. – Ступайте себе, не задерживайтесь!

Дверь из цельных створок раскрылась без промедления.

Хозяин кабинета встречал у порога.

– Добро пожаловать! – сказал обрюзгший тип в пиджаке с матово-чёрным воротом.

– Мы, – начал было Олег, но лысый перебил его.

– В курсе, в курсе! Мы покажем всё, что вас интересует. Отчётность у нас в полном порядке! – заметив, что Олег поморщился, парасимп протараторил – Наша структура, сами понимаете, в постоянной готовности! Самые ответственные кадры!

Каждое слово парасимп подкреплял кивком. Голова его была настолько большой, что казалось, зелёный нос с крупными чёрными точками движется отдельно от неё.

– Это всё понятно, но хотелось бы ознакомиться с документами! – сказал Олег, сообразив, что ждали его не с докладом, а с проверкой.

– С дороги неплохо бы отдохнуть, – парасимп тяжко вздохнул, как будто только что разгрузил вагон с мукой. – У Истока удобно и прохладно.

– Не хотелось бы терять время! – Олег похлопал себя по левой руке, в месте, где должны быть наручные часы.

– Это не займёт много времени: полтора оборота, не более того.

– Надеюсь, с вашей квалификацией, вы уложитесь в четверть оборота! – улыбнулся Олег.

Парасимп поклевал зелёным носом, подал руку инспектору. Рука Олега погрузилась в мягкую, податливую ладонь парасимпа, как в зыбучий песок: плавно, но неотвратимо. Больно не было, но хватка парасимпа оказалась бульдожьей. Олег продолжал улыбаться, глядя в переносье парасимпа, как поучал Аксон. Парасимп отвёл глаза и ослабил давление.

Парасимп глянул на дверь, она растворилась. Вошёл багроволицый секретарь.

– Проводите инспекцию к Истоку!

Секретарь посмотрел на Олега, кивнул.

– Четверть оборота! – напомнил Олег.

Улыбаясь, парасимп покачал головой вперёд-назад и слева направо одновременно. При этом его зелёный нос описал круг, как вентилятор.

Багровый вывел Олега в коридор.

– Строиться, бригада! – скомандовал Олег. Пары хилоса продолжали бодрить, придавая лёгкости. Казалось, ещё шаг, и хоть сейчас на взлётную полосу!

Багровый секретарь стоял руки в бока, намереваясь высмеять полупьяную команду.

Однако ребята не подкачали. Даже Бурсик не пошатнулся. Улыбка секретаря искривилась, скуксив его физиономию.

– К Истоку, шагом марш! – Олег глянул на секретаря. Мол, дорогу показывай!

Багроволицый сморщился сильнее.

– За проводником, шагом марш!

Секретарь парасимпа подошёл к стене и плавными движениями рук раскрыл её. Поклонился в реверансе, приглашая гостей.

За сплошной мраморной стеной оказался берег пруда, голубого и прозрачного. Освещение походило на солнечное. Зелёная трава на пологом берегу, прохлада и пляжные зонтики. Рядом стоял мангал с древесными углями. Сказка! Олегу показалось, что его вывели на волю.

– Через четверть оборота я прибуду за вами! – объявил секретарь парасимпа.

Пока ребята смотрели на гладь озера, багроволицый исчез, задвинув за собой стену наглухо.

– Отставить! – гаркнул Олег, заметив, что бойцы намереваются окунуться в озеро.

Бурсик не удержал равновесия, растянулся на берегу и плюхнулся головой в воду. Помощники ухватили его за ноги, оттащили от воды. Помощники положили Бурсика на спину, начали давить ему на грудную клетку. В два прыжка Олег оказался рядом.

– Отставить!

Помощники встали на ноги, замерли.

Олег с размаху хлестнул Бурсика по щеке. На лице Бурсика остались красные отпечатки пятерни Олега. Олег замахнулся ещё раз и едва увернулся от пинка Бурсика.

– Ты чего, командир?! – взвопил Бурсик.

– Пьян до сих пор?

– Всё нормально. Водица тёплая.

– Оно и видно! – Олег распорядился отнести Бурсика под тент.

Как только Бурсика опустили на землю, он захрапел.

Олег посмотрел на Чижа.

Чиж пожал плечами.

– Умника ко мне!

Умник осмотрел спящего, поднял указательный палец кверху.

– Обслюнявить забыл! – сказал Олег, ухмыльнувшись.

– Здесь не бывает ветра, – сказал Умник заплетающимся языком.

Олег схватил Умника за шиворот, хорошенько тряхнул.

– Не поможет, – сказал Чиж.

– Он когда соображать начнёт?!

– Сам по себе и начнёт, – Чиж широко зевнул и присел рядом с Бурсиком. Умник уже лежал рядышком, посапывая.

– Э-э, ребята, так не пойдёт! Команды отбоя не было!

Олег пытался распихать подчинённых, но в ответ на мощные тычки никто не отреагировал.

– Олег! Все ушли в анабиоз! – доложил Корш, забежав под тент.

– Отрубились что ли?

Корш в ответ похлопал ресницами.

– От пьянки уснули? – пояснил Олег.

– Похоже на то.

– А хлопки чего? Наши хвалёные охранники, тоже отключились?

Корш пожал плечами.

– Ты здесь когда-нибудь был?

– Только по рассказам Тимоида.

– И что Тимоид рассказывал?

– Это место лишено рецев.

– Ни одного стукачка?! – Олег крикнул во весь голос. – Красота!

– Мы не сможем вызвать подмогу.

– А для чего нам подмога? С кем воюем? Все же наши вокруг.

– Наши, да не совсем.

– Не морочь мне голову, Корш! Что там говорил Тимоид? Чем опасно это место?

– Мы скоро уснём. Они, – Корш показал рукой на спящих, – под действием хилоса быстрее, мы медленнее.

– Выспимся, да устроим проверочку по полной программе! – Олег потёр ладонями.

– Я не знаю, чем опасен Исток, потому что отсюда никто не возвращался! – сказал Корш, подражая голосу Тимоида.

Олег поёжился.

– Здесь должен быть дуктус! – Корш вспомнил что-то, в возбуждении подпрыгнул. Тотчас сник.

– Чего? Кто должен быть? – Олег посмотрел в глаза Корша.

Корш наморщил лоб.

– Думай, думай, Корш!

Корш молчал.

Олег вышел из-под тента. Осмотрел лежащих на берегу бойцов. Тормоза лежали на краешке. Помощники улеглись у мангала. Хлопков не было!

Олег пробежался по берегу. Бойцов не обнаружил.

– У нас есть надежда! – выкрикнул Олег, забежав под тент. – Хлопков нет, понимаешь, что это означает?

– Это означает, что хлопки остались по ту сторону стены.

Олег сложил руки на груди, улыбнулся.

– И оттуда им не пробиться, – продолжил Корш. – Потому что, входить сюда могут только парасимпы.

– Выходит, парасимп не собирается забирать нас?

Корш ухмыльнулся, совсем как Олег.

– Мы сейчас уснём и не проснёмся?

– Олег! Должен быть выход! – выкрикнул Корш, прогоняя зевоту. – Я не помню точно, но Тимоид намекал, что выбраться можно только через дуктус.

– Смотри! – Олег указал рукой на озерцо. Над поверхностью истока поднимался густой туман: медленно, но неотвратимо. Цвет его был голубоватый с зеленцой, точно такой же, как жидкость в озере. Казалось, вода поднимается столбом

– Живей! – крикнул Корш себе под нос и рванулся к спящим друзьям.

Олег побежал следом.

Тормоза оказались тяжёлыми, пришлось тащить их волоком до тента.

– Забрасываем! – скомандовал Олег.

Поочерёдно, держа тормозов за руки за ноги, Олег с Коршом закинули их наверх.

Олег посмотрел на храпящего Бурсика: этот потяжелее троих тормозов будет…

Корш уже нёсся во весь опор к берегу.

Пока Олег колебался: поднимать Бурсика наверх, или первым закинуть Чижа с Умником, Корш вернулся, зажав под мышками помощников.

– Как доволок всех разом?!

– Они только лёжа тяжёлые. Стоило приподнять – стали лёгкими!

– Одним словом, помощники.

– А что это у них?

Помощники держали правую руку за пазухой.

Олег вынул руку помощника. В руке каждого зажато по батону пайка.

– Сейчас туман сгустится, выплеснется на берег и затопит пещеру доверху.

– Тебе бы страшилки писать, Корш!

Корш начал рыться в карманах, поочерёдно доставая цитокины. По-прежнему ни один не реагировал.

Олег проверил свои карточки, с тем же результатом.

Показалось, что угли под мангалом задымились. Олег с силой моргнул. Пар или лёгкий дымок продолжал подниматься кверху. В горле запершило.

Олег подобрал кулёк, лежавший у мангала, закрученный в виде пожарного ведра. Корш понял, выхватил ёмкость у командира и сбегал к озерцу.

Влага, пролитая на дымящиеся угли, вспенилась. Мелкие пузырьки поднялись шапкой, высотой до края мангала.

Олег с Коршом заворожено смотрели на пену импровизированного огнетушителя.

Пена зашипела и скукожилась, оставив на месте дымящихся углей мокрое место.

– Растворились, как в кислоте.

– Меня не растворит! Дуктус на дне озера. Я нырну и отыщу выход! – заявил Корш.

– Задохнёшься, да и всё.

– Это как?

– Уснёшь под водой.

– Надо нырять, время идёт, Олег!

– Давай!

Корш разбежался, пригнул голову и рыбкой нырнул в стену поднявшейся воды озера.

Олег вздохнул. Потерялся четвёртый, один из лучших курсантов. Положение близко к безнадёжному. Это уже не проверка – борьба за жизнь в полный рост!

И бороться пришлось почему-то не стоя, а из низкого партера: лёжа на животе и уткнувшись лицом в землю. Тогда как противник крепко стоит на ногах, контролируя каждое движение.

Олег осмотрел стены. Не может быть, чтобы не было ни единой трещинки. Как-то же парасимп раздвигал эту мраморную глыбу. Олег ощупал стену ладонями. Никаких намёков на рецы! Скользкий мрамор – монолит.

На поверхности озера появился большой пузырь. Он подпрыгнул и скатился к берегу. Олег отпрыгнул в сторону.

Пузырь остановился у мангала.

Олег подбежал, осмотрел. Похоже на яйцо. Внутри темнеет зародыш! Вот они, мутанты! Олег оторвал ножку мангала, ткнул прутом в пузырь. Ни воздуха, ни брызг! Плотная оболочка расползлась повдоль.

Внутри лежал Корш с закрытыми глазами.

Олег выдернул Корша из оболочки, отхлестал по щекам.

– Хорош молотить, как пьяного Бурсика!

– Как здорово, что ты жив! – Олег обнял Корша.

– Докладываю! – сказал Корш, вытянувшись в струнку.

Олег кивнул.

– Дно плотное. У правого берега, под водой, что-то похожее на дуктус.

– Канал, который мы ищем?

– Типа норы. Я туда сунулся, но эта тряпка окутала меня и вышвырнула наверх.

– Как ты дышал?

– Именно! Чуть не задохнулся. Плёнка твёрдой оказалась.

– Корш! Почему, когда ты был под водой, пузыри не шли?

– Так как они пойдут-то? Если пузырь вокруг меня образовался?!

Олег пощупал шею Корша.

– Жабры ищешь, командир?

Олег аж поперхнулся.

– В кого такой умный, хочешь спросить? Так уже спрашивал.

– Так и ты отвечал уже! Прекратить морочить голову старшему по званию! Чем дышал под водой?

– Олег, хочешь нырнуть сам?!

– Думаю, больше некому.

– Тогда надо хоть обмозговать, что делать там!

– Разбуди Умника: толкай, пинай, уши оторви, но подними на ноги!!!

– Чего это мне уши отрывать? – подал голос Умник.

– Очухался, болезный? Слушай мою команду!

Умник похлопал глазами.

– Никакого толку с него похмельного не будет, – пробормотал Корш.

– Что предлагаешь?

Корш пожал плечами.

– Надо у помощников взять пайку! – предложил Умник.

– Вперёд!

– Я не могу. Права не имею.

– Кто может, кто имеет?! – разозлился Олег.

Корш с Умником смотрели на Олега, раскрыв рты.

– Ясно! – Олег подтянулся, запрыгнул на тент.

Вскоре он скинул пайку. Корш подхватил полпакета, протянул Умнику.

Умник начал смаковать, глаза его становились осмысленнее.

– Ну, что скажешь? Как отсюда выбираться?

– Я хранитель памяти, а не советчик.

– Так, давай, вынимай из хранилища всё, что касается дуктуса!

– Дуктус – это канал из Истока. По нему доставляются кислоты в тракт, – сообщил Умник.

– Важная информация! Дальше что?

– Дальше – долька…

– Из тебя, что, каждое слово вытряхивать?

– Внутри дольки колодец – там обезвреживаются обломки ксенов. И все, кто попадает туда! – Умник шмыгнул носом.

– А другого выхода отсюда нет?

– Коллатераль, но путь туда закрыт! – Умник многозначительно посмотрел на стену.

– По ней обратно попадём, – пояснил Корш.

– То есть, в Бурсу?

– Нет, не в Бурсу! – сказал Умник. – В общий поток. А там до Церебрума рукой подать.

– Жаль, только теоретически, – сказал Олег.

Корш с Умником понурились.

В голове Олега всплыли новые слова, обросли смыслом. Как будто карта маршрута мысленно развернулась перед глазами. Действительно, выход из истока только через колодец, в котором каждый, попадающий туда, расчленяется на крохотные куски, а затем перемалывается в пыль. Так, так. А дальше? Затем эта пыль уходит с потоком в ренальные фильтры и выносится прочь из системы! Неплохо бы, неплохо бы…

– А если мы останемся тут? – Корш посмотрел на оболочку от яйца.

– Обезвредят на месте? – предположил Олег.

– Так точно! – сказал Умник.

– Так не бывает! Нас послал Тимоид, он знает, что с нами происходит. По крайней мере, хлопки донесут ему!

– Жаль, Корш, что сам не веришь в то, что говоришь.

– Так, отставить разговорчики! Будить всех, разделить пайки, отрезвить, и ныряем!

– А как это? – Корш посмотрел на лопнувшую оболочку. – Всех выбросит обратно!

– Порвём! – Олег потряс ножкой от мангала.

Озерцо зашумело. Вода, стоящая столбом, начала испаряться. Туман выползал на берег. Зелёная травка у кромки стала серой.

– Кого мы там порвём?! – пробурчал Бурсик, выходя из-под тента.

– Мешки эти! – Олег показал пальцем на обрывки у мангала.

– Это защитные капсулы!

– От чего защищают?

– Да вот от таких придурков! – Бурсик ткнул пальцем в Корша.

Корш сжал кулаки.

Олег встал между бойцами.

– Олег! Он сам кидается, я-то что? Хотел объяснить, если Умник совсем мозги пропил… – Бурсик махнул рукой. – Да, как хотите!

– Стоп! Боец, Бурсик, смирно!

Бурсик опустил руки и выгнул грудь колесом.

– Докладывай!

– Нас растворят кислоты дуктуса. Ловить там нечего!

– Что предлагаешь?

– В стенках протоков сидят мои родственники. Они помогут нам.

– Как? – улыбнулся Олег, представив родственничков Бурсика: толстых обжор. – Проглотят, не разжёвывая?!

Корш с Чижом рассмеялись. Помощники захихикали. Тормоза хлопали глазами. Умник понимающе переглянулся с Бурсиком.

– В том-то и дело, – сказал Бурсик. – Они проглотят нас, не разжёвывая, не переваривая, то есть…

– Переправят нас внутри себя через кислоты! – пришёл на помощь Умник.

– Мысль интересная, – сказал Олег. Неожиданно для себя он вспомнил о фагах—фиксаторах.

– Пройдём в свой проток, а там… – Бурсик закатил глаза.

– Знать бы ещё, кто может заставить их оторваться от стенок…

– Только аксон, или его родственник, – шепнул на ухо Олегу Чиж.

– Разберёмся! – выкрикнул Олег. Времени на раздумья не осталось. Туман с озера дополз до мангала и растворил его до мокрого места.

– Первым идёт Корш! Следом – Бурсик. Потом все остальные. Замыкаю колонну я!

Ребята не заставили повторять команду. Ровным строем шагнули вглубь тумана. Вскоре раздался всплеск. Разрезав толщу воды, нырнул Корш. Затем бабахнуло так, будто в лужу шлёпнулась корова. Олег улыбнулся: Бурсик прыгнул плашмя!

Помощники подталкивали тормозов, Умник держался возле Олега.

Олег схватил Умника за руку и шагнул вглубь дымящейся жижи.

Глава 8. Лимфоцитарный взрыв

Главный врач задумчиво смотрел в окно. В больничном дворе штабелями лежали чугунные радиаторы. Сколь же денег вбухано, в никуда! Тарас обещал заменить проржавевшие трубы отопления пластиковыми, но привёз батареи чугунные, потому что они-де с лучшей теплоотдачей. Лучшая теплоотдача от чугуна, послойно укрытого ржавчиной и краской? Теплопроводность меди и алюминия значительно больше!

Главный врач поморщился, каждый специалист носится с манией величия, полагая, что остальные все, поголовно, дураки. Кого ни возьми, что завоза Тараса, что заведующую отделением реанимации Штукину. Пациент находился в состоянии клинической смерти более получаса, плавно перешёл в кому и не подаёт признаков жизни. Но в анализах крови Банина, видишь ли, гранулоцитарный взрыв! Тогда как аппарат искусственной вентиляции воздуха необходим для реанимации людей, а не для поддержки температурного режима «овощей».

Горе с этими специалистами!

Из одноэтажного здания напротив вышел лысый человек в белом халате. Сверкнув стёклами очков, глянул в окно. Главный врач непроизвольно отпрянул. Вот ещё горюшко-специалист! Патанатом – лучший диагност. Ни одного заключения о смерти пациента без расхождения с врачебным диагнозом. Ему, что удовольствие доставляет, ткнуть коллег носом в их ошибки? Да были бы ошибки грубыми, а то придирается к мелочам. Поговаривают, всё со зла. Йося у ректора не пользуется авторитетом, ни одного кандидата наук не подготовил.

Зажав под мышкой папку, Иосиф Яковлевич семенил в сторону главного корпуса больницы.

Куда это он с такой прытью? Главный врач проследил за патанатомом до приёмного покоя и махнул рукой. Ни ректор, ни Штукина, ни завхоз – не изменят собственного мнения. Как и настырный Йося. Главный врач, вздохнув, позвонил секретарше, приказал подать машину для поездки в министерство.

Иосиф Яковлевич, тем временем, отвечая на приветствия медицинского персонала, прошёл по коридору приёмного покоя.

– Там?! – спросил он у дежурного фельдшера, ткнув пальцем в потолок.

– Елизавета Оттовна?

Иосиф Яковлевич улыбнулся.

– В операционной.

– Сама что ли наркоз подаёт?

– Показательная профессорская операция.

Иосиф Яковлевич понимающе кивнул. Он знал, что такое показательная операция. Это надолго. Но у заведующего патолого-анатомическим корпусом есть дела поважнее.

Иосиф Яковлевич поднялся в отделение реанимации, заглянул в ординаторскую врачей, поздоровался.

– А теперь, коротко о главном… – ответил диктор с экрана телевизора.

– И тут коротко! – всплеснул руками Иосиф Яковлевич. – Как о Главном, так никаких подробностей!

В ординаторской не было врачей, а диктор не смог оценить шутки патанатома. Иосиф Яковлевич прошёл в палату интенсивной терапии. У постели Банина доктор вынул из кармана шприц—ручку и ткнул пациента в безымянный палец. Образовавшуюся каплю крови доктор собрал в стеклянную трубочку—капилляр, сунул её в футляр и убрал в кармашек своей папки.

Скрипнула дверь. Иосиф Яковлевич оглянулся.

– Уходите!

– Зоя Павловна! – улыбнулся Иосиф Яковлевич. – Я вообще-то в больнице человек не посторонний.

– Не положено прежде времени… – санитарка закусила губу.

– Юмор у вас, Зоя Павловна! – покачал головой патанатом.

– Я не шучу. Уходите! Не положено! – санитарка сделала шаг в сторону незваного посетителя.

– Уже ушёл! – откланялся Иосиф Яковлевич. Пятясь, он вышел из палаты, толкнув дверь задом.

– Эк, болезный, сколь к тебе интересу… – сказала санитарка безмолвному больному. Вздохнув, она принялась обрабатывать кожу пациента слабым раствором уксуса.

Чтобы не выдернуть трубки, торчащие из больного, не нарушить чего-нибудь, Зоя Павловна аккуратно приподнимала почти невесомое тело Банина, подсовывала руку под спину и несколькими движениями успевала протереть кожу больного. На удивление санитарки пролежней на коже не образовалось. Только покойники не гниют. Может и вправду, Иосиф Яковлевич недаром припёрся? Чует падаль как хищник!

Зоя Павловна высказала мысль вслух.

– Не нужно ругаться, Зоя Павловна! – сказала вошедшая в палату заведующая отделением.

Санитарка вздрогнула и уронила тампон под кровать.

– Он всё слышит, – сказала Штукина, кивнув на лицо Банина.

– Правда?! – Зоя Павловна сунула в рот уголок косынки.

Елизавета Оттовна кивнула.

– Елизавета Оттовна, я вот что… – санитарка решила рассказать про вонь от бумаг, которые пришлось убрать в подсобку.

Штукина посмотрела в глаза санитарки, понуждая продолжать говорить.

В этот момент пискнул импортный прибор, на экране монитора заплясала правильная синусоида. Штукина бросилась к аппарату.

Зоя Павловна поспешно ретировалась.

Иосиф Яковлевич, минуя отделение приёмного покоя, вышел из заднего входа. На крылечке стояла толпа курящих старшекурсников.

– Курить вредно, – по привычке отметил заведующий кафедрой.

– Знаем-знаем, Иосиф Яковлевич! Медленная смерть… Так мы к Вам и не торопимся!

Студенты заржали. Кафедра патологической анатомии – пройденный этап и её заведующий никакой опасности для завтрашних хирургов уже не представляет.

– Напрасно так думаете, господа хорошие, – улыбнулся Иосиф Яковлевич. Он быстро прошёл в образовавшийся коридор между студентами, спустился с крыльца и направился к своему корпусу.

– Спешит к любимым кадаврикам! – сказал студент, задирающий доцента.

– У каждого свой хлеб, – сказал сокурсник, раздавливая окурок о перила.

Глава 9. Дуктус

Оказалось, в глубине озера дышать совсем не трудно. Олег без труда двигался. Умник, державший командира за руку, вдруг исчез. Олег пригляделся: возле него болталось нечто, похожее на муравьиное яйцо. Оно зависло, затем начало спускаться. Мелкие взвеси прилипали к оболочкам яиц, коих образовалась целая решётка! И только Бурсик оставался, что называется, в собственном теле. Он помахал рукой. Олег устремился к Бурсику.

Дно было утыкано огромными рецами как сталагмитами, между высоких сосулек гнездились яйца термитов человеческого роста. Бурсик прыгал по собратьям как по камушкам, лежащим между торчащими рецами. Олег двинулся следом за Бурсиком. Позади наползали бойцы в яичных оболочках. Они отличались по цвету от местных бэшек. В каждом таком яйце проглядывалось два тёмных пятна. Вероятно, родственник Бурсика и вмещённый в оболочку тэшник из команды Олега.

Добежав до края, Бурсик замер на месте. Продолжая движение по инерции, Олег врезался в него.

– Что случилось? – спросил Олег, не надеясь быть услышанным.

Бурсик сжал кулак, выпрямил большой палец и направил его вниз. Олег подошёл вплотную, посмотрел, куда указывает Бурсик. У самых ног оказалась почти идеально круглая яма диаметром с канализационный колодец.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.