Мечтай
Элис Райт

© Элис Райт, 2025

ISBN 978-5-0059-6369-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

Привет!

Ты держишь в руках третью книгу из серии «Сложные», куда входят:

Выбор

Правил нет

Мечтай

Партнёры

Нокаут

Одно правило

Каждая история в цикле является самодостаточной, но тем не менее неразрывно связана с остальными. Поэтому рекомендую начать именно с книги «Выбор», чтобы получше познакомиться с героями.

Кроме того, напоминаю, что есть ещё серия «Роковая дружба»:

Непрошеный шанс

Потанцуй со мной

Второй шанс

Просто чувствуй

Поспорь со мной

Спойлер: Герои из «Роковой дружбы» мелькают в серии «Сложные». Поэтому, если ещё не читали, то сейчас самое время :)

А ещё существует серия «Тайны Милтона»:

Истон

О`Нил

Кинг

Вега

Истон 2.0

Увлекательная история Блэйка и Шеннон в 2-х частях:

С первого взгляда…

…и до последнего вздоха.

Ну и конечно же история Алекса и Ханны:

Несвободные отношения

Здесь тоже не обойдется без моей рекомендации: обязательно к прочтению серии «Роковая дружба» и «Сложные», так как главные герои буквально представляют две компании, о которых и ведется речь в вышеупомянутых сериях.

Чтобы никто не запутался, укажу порядок выхода серий.

1. Роковая дружба

2. Сложные

3. Тайны Милтона (не связана с 2-мя предыдущими)

Приятного прочтения и не забывайте про плейлист!

Все описываемые события, места, персонажи и ситуации являются вымышленными. Любое совпадение с реально живущими или когда-либо жившими людьми случайно.

Плейлист

Imagine Dragons – Follow You – Главная тема Книги

Eminem – Without Me – Главная тема Джастина

Stephen Puth – Sexual Vibe – Главная тема Мишель

Black Stone Cherry – You

Smash Into Pieces – Let Me Be Your Superhero

Alien Ant Farm – Smooth Criminal

B2K – Bump, Bump, Bump

Queen – Don’t Stop Me Now

Alice Merton – No Roots

Ed Sheeran feat Eminem & 50 Cent – Remember The Name

Shaggy feat Brian & Tony Gold – Hey Sexy Lady

Wild Cherry – Play That Funky Music

AC/DC – Stiff Upper Lip

50 Cent – P.I.M.P

Michael Jackson – Remember The Time

50 Cent feat Olivia – Candy Shop

Sting – Fragile

Mariah Carey – All I Want For Christmas Is You

Brenda Lee – Rockin’ Around The Christmas Tree

Kelly Rowland feat Nelly – Dilemma

Mr. Big – Wild World

Black Stone Cherry – In Love With The Pain

Saliva – They Don’t Care About Us

Guns N’Roses – Knockin’ On Heaven’s Door

Mockingbird – Eminem

Dido – Thank You

Flo Rida feat T-Pain – Low

Fall Out Boy feat. John Mayer – Beat It

Глава 1

Джастин

Деньги. Перспективы. Возможности. Карьера. Будущее.

Звучит неплохо, да?! Определённо. Это я и слышу уже около двух лет от своих родителей, когда они «мотивируют» жить так, как им надо. Эти слова мне уже снятся в кошмарах. А мне всего лишь нужно время. Совсем немного, чтобы на хрен унести ноги из своей семейки.

Когда мои мечты начнут сбываться?! Нет, ну правда! Этот вопрос не давал мне покоя уже долгое время, но глубоко призадумался я именно сейчас, сидя в баре «Wild Fire» и наблюдая, как новоявленные молодожены Тайлер и Сидни танцевали в центре танцпола под песню You группы Black Stone Cherry. Мы с ними познакомились относительно недавно, но уже сдружились, регулярно виделись и общались. Сейчас здесь находились преимущественно друзья и родственники молодоженов. Особенно мне понравился дедушка Сидни, Грег. Охренительный красавчик с отличным чувством юмора. Увидев мои ямочки на щеках, он пошутил, что точно знает, чем занимались мои родители, пока я был в утробе матери. Шутку я оценил, но моё настроение быстро вернулось к меланхоличному, не типичному для меня.

Всем вокруг было весело. Всем.

Кроме меня.

Во-первых, моя девушка, Кайла, отчаянно хотела уйти отсюда и выедала мне мозг чайной ложечкой, что подобные заведения не для не неё. Не по её статусу. Серьёзно?! Эти слова: «Статус», «Престиж», «Репутация» – достали меня вконец. Бар, в котором мы сейчас находились, не какая-то дешёвая забегаловка с липкими полами, грязными и замызганными стаканами, дешёвой выпивкой и кучей подвыпивших байкеров. Нет. Место более чем уютное и грамотно устроенное. Но ей никогда не угодишь. Вот прям как ни старайся, она везде найдёт косяк.

Во-вторых, мой близкий друг, Нэйт, сидел рядом и надирался до потери пульса. Опять. И делал это уже третью неделю подряд. Он профессиональный мотогонщик. Пока ещё. Недавно была очередная гонка, в которой он пришел вторым, уступив своему давнему конкуренту. Я вообще удивлён, что он был в тройке лидеров, если честно. Почему удивлён? А потому что накануне гонки мы его буквально откачивали, отбирая и пряча от него весь алкоголь в доме. Промывали желудок и пичкали витамином С и аспирином, чтобы немного привести в чувства. А всё почему?! А потому что он влюбился, но не хотел признавать это, а нас сразу же затыкал, услышав наше мнение, называя ванильными ушлёпками. А девушка, в которую он втрескался, укатила в Италию на год. А может, на два. А может, навсегда. Такая вот петрушка.

В-третьих, наблюдая за счастливой парой молодожёнов, мне самому отчаянно захотелось стать таким же счастливчиком и смотреть на свою девушку с любовью, а не с долей презрения, как я смотрю на свою. Мне невероятно захотелось семьи. Я, в принципе, никогда и не был против этого. Знаю, что это нетипично для молодых парней, но я, видимо, был романтиком. Да, можете кидаться в меня тухлыми помидорами, но я, чёрт подери, хотел простого человеческого счастья. А когда ты находишься в окружении пар, которые буквально раздражают тебя своей вселенской любовью, хочется взбесить их в ответ и утереть им нос.

В-четвёртых, у меня скоро будет свадьба. С Кайлой. Это по статусу, престижно, перспективно и важно для репутации. Наших семей, но не моей. Я разве что на луну не выл, танцуя с бубном, пытаясь отсрочить сие мероприятие. Но сейчас середина сентября, начало первого семестра третьего курса, а на Рождество я должен сделать ей предложение. Именно должен. Не хотел или мечтал, не грезил или дни считал. А, сука, должен. Как-то так сложилось, что я стал заложником ситуации. Как-то совершенно внезапно осознал, что стоял в болоте дерьма, и ещё немного и задохнусь. Меня повязали, захомутали, подчинили и лишили способности решать за себя и своё будущее.

Что мне делать, я не знаю.

Покосился на Нэйта. Он пил очередную порцию виски, вальяжно обхватив бокал двумя пальцами и смотря в одну точку. Мы с ним очень близки по духу, почти как родные братья. Обожали пошутить и потанцевать. Но сейчас его улыбка была натянутой и вымученной.

– Пистон, может, притормозишь немного? Солнце ещё высоко, а ты скоро опять хрюкать начнёшь, – толкнул его плечом.

Наша с ним озабоченность прозвищами веселила всех вокруг. Так с детства пошло. Ко мне, например, намертво прилипло одно, которое дал мне Трэвис, ещё один мой близкий друг и автогонщик.

– Бибер, выпей сам. Вместе хрюкать будем, – усмехнулся он, покосившись на меня и сделав глоток.

Да, я долбаный Джастин Бибер среди своего близкого окружения, но, если честно, уже привык и даже сроднился с этим прозвищем. Но у Нэйта был в запасе и десяток других вариантов.

– Слушай, ешь тогда хоть что-нибудь. У меня уже спина болит таскать тебя до толчка. – Я придвинул ему тарелку с каким-то салатом и картошку-фри.

Нэйт в последнее время частенько оставался ночевать у меня дома. Хотя он жил в доме братства, плюс его собственный дом тоже был в Лос-Анджелесе. Но, возможно, ему нужна была моя компания. Либо, наоборот, он знал, что я не буду наседать на него. Короче, он знал, что я всегда ненавязчиво рядом, потому что любил этого засранца всей душой.

– Ну и что нам с ним делать? – обратился ко мне ещё один друг Диего, подойдя сзади и наклонившись ко мне. – Он не просыхает. Почти не ест. Кто ему фингал под глазом поставил – не говорит. Я уже всерьёз начинаю беспокоиться насчёт его здоровья и будущего. С таким режимом он сойдёт с дистанции и просрёт свою карьеру, – произнёс он, облокотившись предплечьем на спинку моего стула.

– Без понятия. Мы же не можем его дома закры…

– Дорогой, я устала! Пойдём отсюда, – перебила меня Кайла, сидящая слева, своим слишком высоким голосом.

– Ты не видишь, что я общаюсь с Диего?! К тому же праздник только недавно начался. Хочешь – иди. Мне и здесь хорошо, – попытался вежливо ответить, но всё тело буквально напряглось до предела.

Я сам хотел нажраться вусмерть и проснуться, когда весь этот фарс моей жизни закончится.

Кайла фыркнула и отвернулась. Диего положил свою крепкую ладонь мне на плечо и сжал его.

– Держись, мужик. От судьбы не уйдёшь, – понимающе произнёс он.

Парни знали, что я не хотел этой свадьбы. Знали они и то, что я переспал с Кайлой на вечеринке в честь посвящения в студенты. Я, мать моя женщина, просто посмотрел на её сиськи! Просто. Посмотрел. Но этого оказалось достаточно, чтобы в итоге она запрыгнула мне на колени, потом мы переспали, а затем родители торжественно объявили, что это отличная партия для меня. Мои родители имели высокий статус в обществе. Зарабатывали кучу денег на продаже предметов искусства, ювелирки и антиквариата. Хотя правильнее было бы сказать, что они гребли бабки золотой лопатой, инкрустированной бриллиантами.

Мама, Хэйзел, мечтала породниться с семьей Кайлы, которые имели бизнес в сфере нефтедобычи. Отец, Мэйсон, просто охренел от счастья, узнав, с кем я перепихнулся, и тут же решил, что это будет отличной сделкой.

Сделка. Как вообще такое возможно в XXI веке?! Я искренне верил, что браки по расчёту канули в лету. Но нет, ни черта подобного.

– Мопедист, можно тебя на пару слов? – подошёл Майкл, друг молодожёнов и просто мега забавный чувак.

– Да хоть на десять, – усмехнулся Нэйт и, пошатываясь, пошёл следом за Майклом.

– Может, он ему мозг вправит? – обратился я к Диего, который сел на место Нэйта.

Он пожал плечами, смотря им вслед. Майкл, так же как и я, топил за отношения, семью и любовь. Только вот у него всё классно сложилось, а у меня что-то через жопу всё.

– Бибер, чего не танцуешь?! Мы соскучились по твоим танцулькам! – завопила Габи, сестра Диего, подлетев ко мне и усевшись на колени.

Кайла презрительно посмотрела на нас, но промолчала.

Правильно, не вопи.

– Сестрёнка, у меня творческий кризис. Мой партнёр по танцам бухой и без настроения. А я просто без позитивного вайба, – с горечью ответил я и поцеловал её в висок.

Габи была потрясающей девушкой, которую мы все обожали, но никто из нашей компании даже не рассматривал её в качестве девушки. Почему? А потому что, если вдруг что-то пойдёт не так, то её брат-боксёр ухандокает в момент. Чебурахнет так, что на всю жизнь дебилом останешься. Испытывать судьбу не хотелось. Поэтому для всех она была просто сестрёнкой. Но любимой сестрёнкой.

– Да, на Нэйте совсем лица нет. А вы видели, как Джей танцевал с Хлоей?! Я охренела! Никогда бы не подумала, что этот шкаф может так плавно двигаться. В принципе, как и жених, – расхохоталась она. – Ди, видишь, даже такие суровые и накаченные могут танцевать не только на ринге, но и на танцполе! – подмигнула она своему брату.

У Диего было прозвище «танцор» в его профессиональней тусовке. Он очень ловко и легко двигался на ринге, несмотря на свой внушительный вес и форму, но ни разу в жизни не танцевал, хотя они с Габи родом из Бразилии. А там самба, ламбада все дела. Габи же, наоборот, хотела посвятить свою жизнь танцам, но из-за травмы пришлось завязать. Поэтому она всегда обращала внимание на то, кто и как двигается или танцует. Профессиональная деформация, не иначе.

– Видели. У них вообще вся компания отлично танцует, поёт, играет и умеет веселиться, – прокомментировал я.

– Да! Они такие классные! Видите, не зря я вас сюда летом на открытие притащила! Я же говорила, что они вам понравятся! – воодушевленно вопила она, размахивая руками.

Ещё Габи была известна своим весёлым нравом и порой чрезмерным любопытством, но именно благодаря этим качествам она привносила в нашу жизнь массу позитива.

– Сеструха, как ты себе вообще представляешь меня на танцполе?! Я ничего против не имею, но сам не горю желанием трясти головой и жопой, как Джастин или Нэйт, – улыбнулся ей Диего.

Габи театрально закатила глаза и цокнула, а потом снова обратила своё внимание на меня. Наклонившись и положив руку мне на плечо, она тихо произнесла:

– Ты что-то грустный, Бибер. У тебя такой взгляд печальный. Я не привыкла видеть тебя в подобном состоянии. Это всё она, да?

– Да, сестрёнка, это всё она. А может это всё я? Хрен его знает. Я устал, правда. Так хочется чего-то по-настоящему искреннего. Эмоций, улыбок, смеха, радости. А вместо этого вижу только её вечно недовольную мину. Ну и свою в отражение в зеркале, – усмехнулся в ответ, положив подбородок на плечо Габи. – Я устал от лицемерия.

– Так, я что-то не понял. Какого хрена вы сидите и не танцуете?! – подошёл Джей, хозяин бара. – Какого хрена такие кислые мины?! Какого хрена я не вижу вашего гонщика?! Один вон занят делом, а второй где?! – кивнул он в сторону Трэвиса, который целовался с Джойс.

– Он ушёл с вашим Майклом куда-то, – ответил ему.

– Понял. Купидон в деле, значит, – довольно улыбнулся он. – Тогда все быстро на танцпол. Я что, зря бар построил?! Здесь положено веселиться, а не яйца отсиживать, – посмотрев на каждого из нас, взглядом задержался на мне. – Тебе музыка не нравится, да?

Уже все знали, что я любил рэп. Буквально вырос на нём. Но вообще-то я меломан. Стал им с возрастом, когда ушло подростковое стремление всем понравиться или что-то доказать.

Я родился и вырос в Лос-Анджелесе. С детства мне прививали любовь к деньгам. Серьёзно. У моих родителей всё крутилось вокруг денежных знаков. Мне могли подарить какую-нибудь игрушку и сказать сколько она стоит. Зачем эта информация маленькому ребёнку?! Но преподносилось это так, что, мол у тебя, Джастин, всё самое лучшее и дорогое. Всё самое передовое и новейшее. Ну окей. Только мне хотелось родительского тепла и внимания, а не денег и навороченной игрушки.

Поэтому я лет с десяти-одиннадцати начал активно искать друзей. Я хотел дружить со всем миром, но почему-то решил начать с гетто. Почему-то мне подумалось, что меня там все ждут. Белого и обеспеченного чувака, мечтающего стать бедным, но счастливым. В ту пору я уже начал слушать рэп и решил, что именно на этой почве и смогу найти там друзей. Короче, я туда частенько наведывался. Трэвис, с которым я тогда уже познакомился в школе, пытался остановить меня. Но разве это возможно?! Разумеется, нет. Я видел цель и не видел препятствий.

В те времена я и выглядел подобающе начинающей рэп-звезде. Носил джинсы, которые держались буквально на честном слове, растянутую футболку, бандану на голове, кроссовки. Образ завершала массивная цепь на шее. Я купил её в каком-то небольшом магазинчике, специализирующимся на товарах для рэперов. Она была вся в кристаллах, позолоченная и реально тяжелая. Моя тонкая шея буквально прогибалась под её весом. Но что не сделаешь ради имиджа?! Походка тоже была соответствующая. Да и нормально ходить, когда у тебя джинсы болтались на коленях, было невозможно. В общем, я чувствовал себя звездой и думал, что все только и мечтали со мной познакомиться. Однако у ребят, проживающих в гетто, было своё мнение на этот счёт. Они не очень-то стремились побрататься со мной. Скорее, наоборот. В итоге я несколько раз огребал по полной. Не знаю, как меня там не убили.

Однажды, на меня напали пятеро местных, обокрали и, уложив на лопатки, нещадно пинали. Я решил, что лучше не сопротивляться, да и противостоять в то время целой толпе я ещё не мог. Но мою судьбу решил внезапно появившийся парень, который в два счёта раскидал этих пятерых, потом обработал все мои порезы и на своём горбу отнёс меня домой. К Трэвису, поскольку к себе идти я не хотел.

Этим парнем оказался Диего. На следующий день я вернулся в гетто, желая найти и отблагодарить его. И, разумеется, подружиться. Когда я его нашёл, то он снова дрался с кем-то. Как позже выяснилось Диего дрался каждый день по несколько раз. Он просто не умел не драться. Чуть что – сразу удар в нос. Увидев меня, он разозлился и отчитал, что я, видите ли, отвлёк его. А я попросил его стать моим другом. Он отказался, сказав, что я сопля зелёная, и ему без меня проблем хватает. В ответ я чуть не разрыдался. Мне постоянно не хватало нормального и человеческого общения, простого и искреннего. У меня уже были тогда Трэвис и Нэйт, но казалось, что для моего бойсбэнда кого-то не хватало. Сердце Диего, видимо, дрогнуло, когда он увидел мои слёзы и услышал жалкие просьбы не прогонять меня. Разумеется, он потом ещё долго называл меня нытиком и всячески подкалывал, но зато взялся за мою физическую форму, научил драться и защищаться.

С тех пор мы вчетвером не разлей вода. Парни говорят, что это моя заслуга. А я думаю, что это заслуга каждого из нас. Мы ценим нашу дружбу. Но я горжусь, что смог их найти и объединить.

– Камон, чувак, мне всё нравится. Особенно ваша компания, – улыбнулся Джею.

– Тогда, мать твою, встал и пошёл танцевать. У моих друзей свадьба. А это значит, что всем положено веселиться. Мы сейчас пойдём выступать на сцену, так что поддержите нас, – сообщил он и двинул в сторону сцены.

Туда же устремились и все остальные музыканты. Габи тут же побежала на танцпол.

Покосился на Кайлу.

– Пойдём потанцуем?

– Я не люблю танцевать, – на слишком высоких тонах ответила она и дёрнула плечом.

На секунду прикрыв глаза и набрав в лёгкие побольше кислорода, досчитал до десяти. Потом наклонился к ней и поцеловал в плечо.

Просто попробуй ещё раз. Она же хорошая. Наверное…

– Пожалуйста. Пойдём. Потанцуем. Я разве многого прошу?

– Дорогие друзья, – начал говорить со сцены их вокалист, Дэвид. Если бы он был донором своих голосовых связок, то, клянусь, я бы первый их урвал. Знаю, что такое не практикуется, но мечтать не вредно. Голос у него шикарный. – Мы с вами здесь собрались нашей дружной компанией не просто так. Сегодня Тайлер и Сидни наконец-то официально стали мужем и женой. Они шли к этому не один год. А если точнее, то почти тринадцать лет рассматривали друг друга с разных сторон и ракурсов. Сначала дружили, потом встречались, и вот наконец дошли до создания семьи, – улыбнулся он счастливой парочке со сцены. – Ребята, поздравляем! Мы невероятно счастливы за вас. Берегите друг друга, – Все гости начали аплодировать и свистеть. – Ну а споём мы песню, которую никогда раньше не исполняли. Однако, насколько вы знаете, мы вечно на наших свадьбах поём то, что нам не свойственно. В этот раз мы решили, что именно эта композиция как нельзя лучше подойдёт этой парочке. Просто саундтрек к их жизни, как сказала Хлоя. Называется она Let Me Be Your Superhero группы Smash Into Pieces. Из названия, думаю, всем понятно, что Тай настоящий супергерой, – рассмеялся он.

Сидни завопила от восторга, а Тайлер лишь хищно улыбнулся, глядя на свою теперь уже жену. Кстати, мне понравилась идея, что они одеты по-обычному. Нет этих ужасных огромных белых платьев и смокинга для парня. Сидни в обычном белом платье, которое правда очень выгодно подчеркивает её фигуру. А Тайлер в джинсах и поло.

– Готовы?! Тогда поехали. Да, чуть не забыл: мелкая, ты следующая. И не спорь, – обратился он к своей девушке и дал отмашку группе.

Вновь повернулся к Кайле.

– Что мне надо сделать, чтобы ты потанцевала со мной?! Мы на свадьбе, ребята старались сделать отличный праздник. Мне кажется, можно проявить к ним хотя бы немного уважения и просто потанцевать. От тебя больше ничего не требуется, – напирал на неё.

Мне было порой стыдно за её поведение или высказывания. Порой хотелось сквозь землю провалиться. Порой просто сдохнуть. Реально. Я стремительно превращался в какого-то нытика, каким меня в детстве считал Диего. Только сейчас масштабы моего нытья увеличились и грозили завладеть всей моей жизнью. Я всегда любил жизнь. Старался всех развеселить или поддержать. Я хотел быть полезным для своих друзей. Всегда подставлял им плечо или спину. Но сейчас мне самому хотелось опереться на кого-нибудь или спрятаться за кем-нибудь. Я не вытягивал это дерьмо под названием совместная жизнь с Кайлой. Мне казалось, что я стою над пропастью и готовлюсь сделать шаг вперёд. Ну, или затянуть петлю на шее.

– Ладно. Уговорил, – надменно бросила мне и поднялась со стула.

На ней сегодня было очередное короткое и блестящее платье. Она, как сорока, скупала всё самое яркое и переливающееся и, разумеется, бриллианты тоже любила и ждала, что я ей подарю кольцо карат в десять. А я, как бы это помягче сказать, и на каратник не был согласен. Мне не денег жалко. Хотя и их тоже. На неё. Мне просто казалось, что это всё фарс или цирк уродцев. Кто кого перещеголяет. Если бы я всей душой любил свою девушку, то скупил бы ей всё, что она хотела. Но вот для Кайлы я бы смастерил кольцо из фольги. А что?! Оно тоже блестит.

Вывел её на танцпол, и мы начали неспешно двигаться. Кайла нехотя прижалась ко мне, положив одну руку мне на спину.

– Видишь, все вокруг женятся и выходят замуж! А ты всё чего-то ждёшь, – недовольно пробурчала она мне на ухо.

На своих шпильках она была со мной почти одного роста, а я парень немаленький. Мой рост около 184см. Она практически всегда носила обувь на каблуках. Даже на пляж ходила в босоножках на шпильках. На пляж. А там песок, как бы. Это разве удобно?! Нет, это красиво. Ну, она так считала.

– Кайла, давай хотя бы не здесь. Потом обсудим, – нехотя ответил, смотря вперёд невидящим взором.

– Нет, сейчас. Ты совсем не хочешь на мне жениться?! У нас же всё было хорошо! Мы уже два года вместе. Только ты стал отдаляться от меня. Что не так?!

А не так было то, что я не хотел жениться на ней. Но мои родители шантажировали меня моим будущим и образованием. Я учился в университете Южной Калифорнии, одном из старейших частных ВУЗов, и все расходы, связанные с обучением, они взяли на себя. И теперь у них был рычаг воздействия на меня. А я обожал то, чем хотел заниматься по жизни, – архитектурой. Даже подрабатывал у одного архитектора и чертил разные проекты для него. У меня был счёт в банке, где лежали мои личные деньги, полученные в наследство от бабушки. Однако этих средств не хватит ещё на два года обучения в моём университете. Поэтому я старался оттянуть свадьбу, чтобы доучиться и помахать всем ручкой. Такой вот я смекалистый и изворотливый, чёрт подери.

– Просто я считаю, что мы торопимся. Свадьба никуда не денется. Зачем эта гонка? Куда мы так торопимся? Сама посуди, мы только перешли на третий курс. Нам пару лет до окончания универа. Потом надо найти работу. На хрена вся эта суета? – постарался в который раз воззвать к её разуму.

Кайла слегка отстранилась и заглянула мне в глаза. Она была симпатичной девушкой. Голубоглазая блондинка, стройная, с грудью третьего размера. Но грудь не своя, а сделанная. Вот на эти силиконовые долины я в своё время и засмотрелся. Потому что они слишком диссонировали с худым телом.

– Я. Хочу. Свадьбу, – практически выплюнула она в меня эти слова.

Напряжение вмиг сковало меня. Сердце гулко стучало в груди, ладонь на пояснице Кайлы сама напряглась и сжала её платье в кулак. Старался держать себя в руках, чтобы не психануть и не начать крушить всё вокруг. Надо что-то придумать. Ну не может же быть, что в наше время, в век возможностей мне придется жениться по расчёту, как это было в XIX веке. Это же дичь! Мы вон теперь должны быть все супертолерантными к полнейшему идиотизму, творящемуся во всём мире, а жениться по любви – не, не слышали. О чём ты, мальчик?! Какая любовь?! Какое счастье?! На хрен оно тебе?! Вон иди съешь бургер из соевого мяса, запей безлактозной хренью и женись на силиконовой обеспеченной долине! Извините, но мне уже тяжело сдерживаться, накипело! Где искренность в этом прогнившем мире?!

Заметил, что в бар вернулись Нэйт с Майклом. Глаза моего друга были красными. Что за хрень?! Он плакал?! Все эти три недели он плевался ядом на Лесли. Ту самую, которая очевидно залезла ему в душу, но он самозабвенно отрицал это. Говорил, что ненавидит её всем своим существом. Но я не видел, чтобы он хоть раз пустил слезу.

Нэйт сел за стол и залпом опрокинул бокал виски. Майкл подошёл к своей жене и повёл её на танцпол.

– А я не хочу, – обреченно прошептал я, зная, что она не услышит.

Кайла всем уши прожужжала, как она мечтает выйти за меня. В частности, своим родителям. А они, в свою очередь, не против такого союза. Как они сказали, отличное слияние и удвоение капитала.

В какой момент человеческое счастье стало таким незначительным? Когда вдруг люди решили, что деньги правят миром? С какой стати я должен быть пешкой в игре родителей?! Чёрт бы их всех прибрал к своим рукам!

– Всё, мне надоело танцевать, – фыркнула Кайла и пошла назад к столику.

Запустив ладонь в волосы и стоя посреди танцпола, ощутил себя невероятно одиноким. Вокруг люди праздновали, и я искренне радовался за них. Правда. Но внутри меня была вселенская пустота. Мне выть хотелось от всепоглощающего ощущения безвыходности моего положения.

– Что у вас за компания такая?! Все потерянные какие-то, – в ритме танца ко мне приблизился Майкл, обнимая свою жену. Посмотрел в его глаза цвета коньяка. – Я поговорил с твоим «братом-близнецом». Ты присмотри за ним, его, возможно, поколбасит немного. Так обычно бывает, когда доходит весь масштаб произошедшего и осознаются некоторые вещи.

Кивнул ему, не в силах даже спросить, о чём они поговорили. Да и не моё это дело.

– Джастин? – обратился он ко мне, и я сосредоточился на нём. – Прекрати заниматься ерундой и жизнь заиграет новыми красками, – и хлопнув меня по плечу, он продолжил танцевать с Грейс.

Вернулся за столик, заметив, что Кайла уставилась в телефон.

– Пистон, ты как? – посмотрел на друга, выражение лица которого отражало всю его боль.

– Херово, Ебобо. Можно я сегодня опять у тебя останусь? Я не хочу в дом братства ехать. К себе тоже, – посмотрел он на меня заплаканными глазами.

Обалдеть, мне не показалось. Когда Лесли уехала, мы всей компанией приехали к нему, чтобы поддержать. Он тогда час просидел, обнимаю девушку своего брата. Однако было видно, как он изо всех сдерживался и не позволял себе спустить пар. Видимо, клапан наконец сорвало.

– Ты ещё спрашиваешь?! Двери моего дома всегда открыты для тебя, – улыбнулся ему.

– Бибер, придешь вечером на гонку? – обратился ко мне Трэвис.

– Не думаю, – многозначительным взглядом указал на его брата, который осушил уже бутылку вискаря за час. Трэвис обреченно покачал головой, но не прокомментировал.

Наблюдая за танцующими парочками, думал о своей жизни и будущем. Может, мне ещё удастся наладить отношения с Кайлой? Я уже неоднократно пытался это сделать, но она яростно сопротивлялась любым добрым поползновениям с моей стороны. Порой мне казалось, что она как-то своеобразно понимала понятие «любовь». Если, например, она доводила меня, и я начинал орать, то она быстро лезла мириться и делала мне минет. Если же я вёл себя спокойно, и, например, назначал ей свидания в попытке внести романтики, то она превращалась в стерву, унижающую официантов. То ей не то блюдо принесли, то не так сервировали, то пересолили, то ещё что-то. Могла и мне нахамить. Она словно специально нарывалась на грубость. Я сделал такой вывод: чем хуже я с ней общался, тем лучше она себя вела. Но есть маленькая загвоздка. Я не хотел плохо относиться к своей девушке и будущей жене. Я хотел её на руках носить. Хотел боготворить.

Через час решил, что пора выводить еле сидящего Нэйта. Кайла демонстративно уже даже не смотрела в мою сторону. Попрощавшись со всеми ребятами, мы вышли на улицу.

– Он что, опять к нам поедет?! – недовольно цокнула Кайла.

– «Он» вообще-то всё слышит, – проблеял бухой Нэйт, еле волоча ногами. Поймал его, чтобы он не рухнул.

– И у него есть имя, Кайла. Да, Нэйт поедет ко мне домой, – ответил ей, открыв пассажирскую дверь машины и усадив туда Нэйта. Кайла плюхнулась назад.

Сел за руль и поехал в сторону своего дома. Я жил в престижном районе Пасифик Палисайдс. Это тихое место между океаном и горами. Мои родители обосновались в основном в Беверли-Хиллз. А этот дом мне подарили, считай, отдали с барского плеча на моё восемнадцатилетие. Тачку свою, последнюю модель белого Dodge Charger, купил год назад, когда без зазрения совести спустил часть родительских бабок на неё.

Остановившись на светофоре, уставился вперёд, витая в своих мыслях. Прямо перед моей тачкой дорогу переходила девушка. В памяти всколыхнулся момент, как я её уже однажды видел в баре месяца три назад. Точнее, её волосы. В жизни не видел таких очаровательных кудряшек, а на закатном солнце ещё и цвет волос был невероятного оттенка золота.

Я подвис, провожая незнакомку взглядом. Даже лица не рассмотрел. Всё моё внимание было приковано к этим невероятным волосам. Я мечтал засунуть палец в них. Я больной?! Определённо. Чёртов фетишист!

Камон, чуваки, когда же мои мечты начнут сбываться?!

Глава 2

Мишель

Сентябрь в Лос-Анджелесе – жаркая пора.

Ну, во-первых, реально жарко на улице и потными подмышками вы никого не удивите.

Во-вторых, начало учебного семестра. Моим профилирующим предметом является социология. Ничего интересного, если честно. Не могу сказать, что я в диком восторге от своей будущей профессии, однако она даст мне возможность неплохо зарабатывать в будущем и обеспечит достойную жизнь. Ну, я надеюсь на это.

До поступления в колледж я жила в небольшом городе Риджкрест, штат Калифорния, с мамой, Шерон, и младшим братом Итаном. Пару лет назад в нашем городе произошло сильное землетрясение, что для Калифорнии не такая уж и редкость, и наш скромный дом сильно пострадал. Моя мама решила, что мне лучше переехать поближе к океану и поступить в местный муниципальный колледж. Такое решение было принято не только из-за сейсмической активности, но и потому что в нашем городке ловить нечего. У нас были небольшие накопления, которых хватило для моего переезда и поступления. Впоследствии я, как и многие бедные студенты, решила воспользоваться программой трансфера из колледжа в университет. Это существенная экономия средств, поскольку обучение в муниципальном колледже стоит в разы меньше, чем с первого курса в университете. Поэтому я в этом году перевелась на третий курс UCLA¹ и теперь жила на кампусе.

Единственное, что меня отличало от многих обычных студентов, у которых на уме только веселье и вечеринки, – это колоссальное стремление выбраться из бедственного положения, поэтому я вела достаточно скучный образ жизни. Днём я училась, вечерами подрабатывала в местном кафе официанткой, ночами снова училась. И так каждый день. Спала по три-четыре часа и всё по кругу. Я мечтала жить другой жизнью, где не нужно считать каждый цент. Где у меня есть возможность купить автомобиль, а не ходить везде пешком или ездить на велосипеде. Я любила перемещаться на нём, это удобно и достаточно быстро, без пробок. Могла бы сказать, что это мой вклад в сохранение климата. Могла бы, но не сказала. Просто у меня нет денег, чтобы купить себе машину и загрязнять окружающую среду.

В моём светлом будущем у меня есть свой дом с надёжной крышей и прочными стенами, холодильник, полный вкусной домашней еды, и большая семья. Я мечтала о любящем муже и нескольких детях. Мечтала, что смогу помогать материально маме, ведь мой отец испарился ещё до моего рождения, и полностью содержать Итана, который тоже родился по большой, но краткосрочной любви. Я и сейчас семьдесят процентов от заработанного отправляла маме, оставляя себе только на пропитание.

В-третьих, в сентябре день рождения Итана. Это добавляло адской головомойки, ведь надо было найти деньги на подарок и развлечения для мелкого разбойника. И вот сейчас мама с Итаном приехали ко мне в Лос-Анджелес, чтобы отметить пятилетие этого сорванца и погулять. Что мы, собственно, и делали. Гуляли по набережной, ели сладкую вату и обсуждали последние новости. Для посиделок в кафе у меня не было свободных денег, но поскольку они жили в гористой местности, то для Итана океан и пляж вызвали настоящий восторг. Поэтому все довольны.

– Мишель, я с трудом свожу концы с концами. Оплатить тебе часть обучения, плюс постоянные траты на Итана. Он же растёт не по дням, а по часам! Тебе надо найти ещё подработку. Я понимаю, что нам надо продержаться ещё пару лет до твоего выпускного, но становится всё сложнее и сложнее, – вздохнула мама, заправив непослушную прядь волос за ухо.

Я была её копией. Самое главное, что мне досталось от неё, – это кудрявые волосы пшенично-золотистого оттенка. Они абсолютно не поддавались укладке, живя своей жизнью. Как-то я поэкспериментировала и решила выпрямить их. Дура безмозглая! В итоге чуть без волос не осталась, потому что не уследила за температурой утюжка. В общем, я смирилась, что у меня грива, а не роскошные локоны. Научилась любить себя такой, какой меня создала природа и родители. Даже полюбила свою аппетитную фигуру, похожую по форме на гитару. Я же девушка, в конце концов. Значит, формы должны присутствовать. Ростом тоже не особо удалась. В модели бы меня точно не взяли с моими 168см.

Цвет глаз, похожих по оттенку на ясное небо, тоже достался от мамы. И веснушки. Боже эти маленькие точки, в особенности сконцентрировавшиеся на носу, в детстве доставали и раздражали меня. Но потом опять-таки я свыклась с тем, что не идеальна. Кому-то может даже понравиться. Зато губы у меня пухлые.

– Да, мам, я всё понимаю и что-нибудь придумаю. Возможно, смогу найти ещё подработку или возьму больше смен в кафе, – улыбнулась ей, наблюдая за Итаном.

Он как раз носился по берегу и размахивал сладкой ватой на палочке.

– К тому же, я познакомилась с одним красавчиком на сайте знакомств…

– Опять?! – перебила её. – Мама, ну может хватит? Там одни недоумки или неудачники!

– А где мне ещё знакомиться с мужчинами?! Я молодая женщина, а вынуждена сидеть по вечерам с ребёнком, никуда особо не выходя. А я хочу личного счастья! Это нормально, разве нет?! – возмутилась мама, пока мы брели по песку, а океан омывал наши ступни.

– Да, разумеется, это нормально. Но не сайтах знакомств! Там же маньяки всякие тусуются! Это опасно, как мне кажется, – примирительно произнесла я.

– Вот если бы у меня было больше свободного времени, то я выходила бы в свет, знакомилась с людьми, общалась вживую! Но мой распорядок дня, да и вообще вся жизнь крутится вокруг Итана. Поэтому мне только и остается, что знакомиться он-лайн, – бросила в меня укоризненный взгляд мама.

– Ладно, я не лезу, – сдавшись, подняла ладони в знак капитуляции. – Но ты им устраивай допрос с пристрастием на всякий случай. Где и с кем живёт, чем занимается… Ну, в общем ты поняла.

Мама в ответ закатила глаза. Периодически она называла меня «мамочкой» за моё порой слишком опекунское отношение к ней или чрезмерно основательный подход к жизни. Как она говорила: «Легче надо быть, Мишель. Легче. Впустить в свою жизнь побольше приключений, и тогда однажды обязательно повезёт».

Мама работала сиделкой у нескольких пожилых людей в нашем городке, а всё свободное время уделяла Итану. Кто я такая, чтобы винить её в стремлении наладить личную жизнь?! Сама мечтала однажды влюбиться так, чтобы мозг отключился. Чтобы забыть, как дышать. Хоть подобный опыт у меня уже был и закончился он печально, но я не потеряла веру, что моя половинка ещё найдёт меня и спасёт от ужасного одиночества. Знаю, что одиночество – это полезно и прекрасно, и я научилась любить его. Научилась использовать по максимуму эту зловещую тишину в душе, преуспевая в учёбе.

Но в то же время мне отчаянно хотелось ощутить простое человеческое тепло. Мне хотелось полюбить. Нет, не так. Я мечтала о любви. Грезила о ней. Все мои фантазии крутились вокруг семьи и любви. Я верила, что человек способен покорять любые вершины, когда у него есть настоящая семья рядом. Когда тыл прикрыт. Когда ты знал, что дома тебя ждут крепкие объятия и детский смех. Когда ты спешил домой, а не брёл туда, зная, что там никого нет. Когда любую твою идею поддержат и помогут воплотить в жизнь. В общем, я много мечтала. Постоянно. Грёзы скрашивали мои одинокие вечера. Это ведь не криминально, правда же?

– Итан очень скучает по тебе, – вернула меня в реальность мама. – Всё время спрашивает, где ты, когда приедешь, что привезёшь ему, – рассмеялась она, посмотрев на мелкого проказника, который упал только что на песок и задорно рассмеялся. – А ещё ему явно не хватает отца. С тобой такого не было. Когда ты была в его возрасте, то была скорее настороженной ко всем, а он словно ищет отца. Так странно… Он всегда очень внимательно рассматривает прохожих мужчин, явно в уме прикидывая «мой» или «не мой».

Слёзы навернулись на глазах. Итан правда нуждался в мужском плече рядом. Я тоже это заметила, когда прошлым летом приехала навестить их. Мы с ним тогда пошли в магазин за его любимым мармеладом, и я по дурости, не иначе, отвечая на его очередной вопрос, пообещала, что однажды мы все соберемся за одним столом вместе с его папой. Мы будем есть вкусную еду, пить сладкие напитки и много смеяться. А он будет сидеть в объятиях своего папы, который будет любить его всем сердцем.

Вот так мы сами и учим детей врать, а потом удивляемся, откуда они умеют так мастерски изворачиваться. Зачем я соврала ему?! Ведь его отцу наплевать на него. Но мне стало жаль ребёнка. Тем более Итан так любит праздники и каждый из них воспринимает как свой собственный, ожидая кучу подарков. Вот в голову и пришла идея, вдохновить его ожиданием мифического праздника, на котором появится его отец. Я подумала, что в таком случае всегда будет возможность сказать ему: «Ну, ничего. В следующий раз он точно будет рядом, вот увидишь». Хорошо, что маленькие дети в таких ситуациях доверчивы и ещё не осознают весь масштаб жизненных перипетий.

– Я тоже скучаю и по нему, и по тебе. Но я не могу часто мотаться к вам, хоть ехать и не далеко, но времени катастрофически ни на что не хватает. Я скоро, как и ты, начну знакомиться на сайте знакомств, – усмехнулась в ответ.

– Ты?! Да ну брось! Ты же живёшь на кампусе! А там красивые парни снуют туда-сюда! Плюс вечеринки! Это же настоящая студенческая жизнь, Мишель! И в кого ты такая скучная?! – практически вскрикнула мама, я лишь недовольно цокнула в ответ.

Мама, как и я, считала, что любовь – это самое главное, что есть в жизни. Всё надо делать только по любви. Пусть от неё и остаются потом одни угольки, но зато в памяти останутся приятные воспоминания. Поэтому она всегда искала свою вторую половинку. Ей сорок два года, но выглядит она совершенно потрясающе. Во всяком случае мужчины на неё клевали. Однако все её отношения быстро заканчивались, не выдерживая проверки либо временем, либо расстоянием. Мама и мне всегда говорила, чтобы я чаще выходила в люди и знакомилась с мальчиками. Но я как-то либо не успевала из-за напряженного графика, либо стеснялась и терялась, не зная, как себя вести.

– Настоящая студенческая жизнь пока проходит мимо меня. Я много работаю и учусь, мам.

– Ну и что?! Личную жизнь тоже надо устраивать! Без надёжного плеча рядом очень тяжело. А когда его искать, как не сейчас?! Поверь, чем старше становишься, тем тараканы в твоей голове становятся страшнее и жирнее! С каждым годом будет всё тяжелее и тяжелее подпустить к себе другого человека. А пока молодые, надо выходить замуж и рожать детей, – с напором и каким-то воодушевлением возразила мама, пока мы остановились недалеко от Итана, который познакомился с каким-то мальчиком.

– Ну, я даже не отслеживаю эти вечеринки, правда! Мне некогда. Скорее всего следующая будет на Хэллоуин, через месяц, но это не точно.

– Вот и сходи на неё! Я понимаю, что ты у меня прилежная и очень собранная студентка, но один вечер веселья не помешает ни твоей работе, ни учёбе. А вот помочь сможет. Хоть на людей посмотришь не из-за прилавка или с подносом в руках, а в непринужденной обстановке, – выдала мама.

Решила проигнорировать этот выпад, потому что вечеринки для меня – это тоска и пустая трата времени. Во всяком случае, в моём плотном графике не отведено время для выпивки и флирта с парнями.

– Мишель, ты чересчур правильная у меня, – продолжила мама. – В твоём возрасте надо влюбляться, ошибаться, набивать шишки. Пробовать, одним словом. А ты у меня застыла словно. Не даёшь себе двигаться дальше. Пора, доченька, – мама легонько коснулась моей руки. – Пора продолжить движение. Не стой на месте, ради бога. Жизнь пролетит, и не заметишь. Попробуй сходить хоть куда-нибудь и просто пообщаться с людьми. – Она остановила меня и встала напротив. Солнце слепило ей в глаза, и она прищурилась, глядя на меня. Но явно ожидала моего ответа.

– Ладно, схожу. Возьму Эшли с собой, – сдалась я.

Эшли была моей подругой с первого курса колледжа. Мы с ней познакомились в библиотеке, когда обе пришли позаниматься дополнительно. Так вот учёба и тяга к знаниям нас связала. Правда, у неё был парень, в отличие от меня. Но она пела в одну дуду с моей мамой и постоянно пыталась познакомить меня с кем-то, а я играла в скучную ботаншу, прикрываясь катастрофической занятостью.

– Миша, смотли! – подлетел Итан с чужой машинкой в руках.

Он ужасно картавил, и мы с мамой уже не знали, как ему помочь. К логопеду водили, сами занимались, артикуляционную гимнастику делали, но тщетно. Нам сказали, что он, возможно, перерастёт этот момент, и нужно просто подождать.

– Какая красивая машинка! – улыбнулась ему, присев на корточки и заглянув в его серо-голубые глаза. Волосы у него были такими же кудрявыми, как и у меня, только, разумеется, короче. А их цвет был более пепельным.

– Да, это мне тот мальчик дал, а я ему свою вату! – гордо объявил маленький коммерсант.

– Ты станешь бизнесменом, когда вырастишь, – потрепала его по волосам, и мы рассмеялись.

– Давай обнимемся? – Он посмотрел на меня своими красивыми глазами. – Я соскучился, – и продемонстрировал свою совершенно умилительную улыбку.

Итан обожал объятия. Мог, как коала, прилипнуть и не отлипать, занимаясь своими делами. Такая тяга к тактильному контакту у него появилась где-то в три года. Ещё я заметила, что дети быстрее успокаиваются, если их часто и много обнимать. Возможно, так они чувствуют уверенность или любовь взрослых, не знаю. Но для Итана лучшее лекарство от хандры или плохого настроения – объятия.

Подхватив его подмышки, подняла и прижала к себе.

– Ох, ты уже не такой лёгкий, как раньше, – прохрипела я, держа его на руках. – Скоро вырастешь, станешь настоящим мужчиной, и будешь меня носить на руках, – подмигнула ему, пока он с любопытством изучал моё лицо.

– Буду. А ещё буду покупать тебе сладости, как ты мне, – широко улыбнулся он.

На сердце стало так тепло. Как же дети чисты и наивны. Как они прекрасны в этом. Куда потом всё это девается?! Почему, вырастая, мы превращаемся в сухарей или предателей? Где наша непосредственность и чистота? Порой мне хотелось, чтобы Итан навсегда остался маленьким мальчиком и не познал все «прелести» взрослой жизни.

– А ты моего папу ещё не нашла? – покосился он на маму.

– Нет, милый. Но я в активном поиске, – подмигнула она ему, и я чуть не рассмеялась в голос.

– Ты тоже поищи мне папу, – повернулся ко мне наш маленький командир. – Холошо?!

– Холошо, – передразнила его и чмокнула в нос.

Да, всё-таки семья важна для человека, особенно для маленьких детей. Но все стараются по максимуму реализовать себя и свой потенциал, забывая про важность поддержки близких людей. Мы все бежим вперёд, расталкивая соперников на пути к своей цели. Строим карьеры, обучаемся новым навыкам и прокачиваем себя со всех сторон. Мы в вечной конкуренции к финансовому благополучию. И я не исключение.

В будущем я хотела найти хорошую и стабильную работу, но не мечтала построить карьеру. Не представляла себя зацикленной исключительно на деньгах, как бы сейчас мне их ни хватало. Если бы меня спросили, чтобы я выбрала: семью или карьеру, то выбрала бы первое. Почему?! Потому что там, в семье, живёт тепло и ласка. Там хранятся минуты наслаждения. Там обитают часы веселья и смеха. Там уют и искренность. А карьера…

Что ж, там деньги и перспективы. Ну и, возможно, чувство собственной значимости и принадлежности к большому делу. Каждому своё.

Мама говорит, что я не была такой, как Итан, не искала в каждом мужчине отца. Но это не так. Я всегда ждала его. Помню, как завидовала соседским девочкам, которых забирали со школы их отцы. Или, когда они рассказывали, как весело провели праздники в кругу большой семьи. Или хвастались подарками от своих пап.

Повзрослев, я завидовала, что у них есть отцовская защита и поддержка. Крепкая спина, за которой всегда можно было спрятаться. Ведь отцы единственные мужчины в жизни женщины, кто любит безоговорочно и безусловно. Я сейчас про нормальных отцов, если что, которые просто любят тебя за то, что ты есть. Я привыкла чувствовать себя неполноценной из-за отсутствия отца. Мама рассказывала, что в своё время она потеряла голову от него. Всё произошло стремительно. Познакомились на дискотеке, пару месяцев встреч под луной, и она забеременела. А он, узнав о её интересном положении, сказал, что ещё слишком молод для этого и уехал в другой город. Фактически сбежал. Мама его никогда больше не видела. Сейчас, конечно, можно поднапрячься и найти, всё-таки мы не в каменном веке живем, но я не хотела. Раз он не стремился найти свою дочь и обнять её, то почему я должна?! Раз я ему не нужна, то так тому и быть.

Глядя сейчас на Итана мне было очень жаль, что он тоже рос без отца. Я прекрасно понимала, как ему хочется иметь рядом опору. Дети всегда очень правдивы в своих высказываниях и действиях. В таком возрасте они еще не научились врать, и все их проявления абсолютно искренны. Но разве в наших с мамой силах найти ему отца?! Тем более он у него есть, но тоже не заинтересован в собственном ребёнке. Ему просто плевать на него.

Наверное, именно отсутствие папы и сыграло ключевую роль в том, что я грезила о полноценной семье. Только я не искала себе парня, в отличие от большинства современных девушек. Просто жила в своём крошечном мирке.

Когда-нибудь у меня всё будет. Я верила в это. Неустанно и непоколебимо верила и продолжала мечтать.

Глава 3

Джастин

Подъехав к дому братства, ярко украшенному в честь Хэллоуина, вылез из тачки. Везде были огромные тыквы, свечи, искусственная паутина и чучела, валялись красные пластиковые стаканчики, и туда-сюда сновали пьяные студенты. Было шумно и, очевидно, народ веселился на полную катушку. Вечеринка была в самом разгаре, но я задержался из-за своей подработки. Отвозил свои проекты главному архитектору в архитектурное бюро, куда планировал потом устроиться после выпуска, и обсуждал с ним дальнейший план работы.

Я обожал проектировать и создавать новое. Делать объёмно-планировочные эскизы или придумывать интерьерные решения. Меня завораживало как на пустом листе бумаге я мог создать будущий дом, например. Это ж невообразимо круто. Ничего не было, и вдруг сначала появился на бумаге, а потом материализовался макет будущего здания или целого квартала. Как говорится: вдруг откуда ни возьмись ниоткуда не взялось. Короче, меня моей любимой шоколадно-ореховой пастой не корми, но дайте мне карандаш, лист бумаги, и я начну чертить. А что необходимо хорошему архитектору, помимо охрененной фантазии, с которой у меня никогда проблем не было? Знать инженерное дело и менеджмент, что я усиленно, собственно, и изучал в Универе.

Открыл дверь в дом братства, и меня оглушила песня Smooth Criminal в интерпретации группы Alien Ant Farm.

– Ебобо! Я здесь! – завопил Нэйт, танцующий на столе.

Ну, как танцующий… Дрыгающийся и прыгающий на месте, словно его подключили к сети и пустили ток.

Около стола стояли все мои друзья.

– Камон! Всем привет, – улыбнулся друзьям, подойдя поближе. – Я много пропустил?!

– Как видишь, – улыбнулась Габи, кивком головы указав на нашего танцора. Опять бухого. Но хотя бы улыбающегося. Сейчас конец октября, а значит он пил, не переставая уже два месяца. – До этого он изображал какую-то пантомиму, сказав, что он уличный актёр, и ему должны платить за это. А до этого он чуть не подрался с одним парнем из-за банки пива. А до этого он хотел купить билет в Рим, но вовремя вспомнил, что он пока ещё студент и, как бы, должен учиться здесь. А ещё его посетила идея, что все девушки этого мира законченные суки. Ну кроме меня и Джойс, разумеется, – поделилась она последними новостями, покачав головой.

М-да. Колбасило его не по-детски. Он по-прежнему периодически ночевал у меня, и я слушал о том, насколько жесток и несправедлив мир. А услышать подобное от Нэйта сродни концу света. Он всегда считал себя везунчиком и счастливчиком, которому всё само шло в руки.

– Бибер, кольцо купил? – улыбнулся Трэвис, приобняв Джойс.

– Иди в задницу, – бросил ему, отпив воду из стаканчика.

– Ты потише, здесь Кайла где-то, – предупредил меня Диего.

Оглянулся в поисках своей девушки. За последний месяц наши отношения не улучшились. Скорее, стали стремительно портиться. Просто с космической скоростью мы превращались в совершенно чужих людей. Мы и раньше не были родственными душами, но сейчас… Мы даже на соседей не были похожи. Скорее, на почти врагов.

Казалось, я видел только её недостатки. Казалось, она только из них и создана. Знаю, что это не так, но ничего не мог с собой поделать. Мне было некомфортно рядом с ней. Не о таком я мечтал. Я всю жизнь думал, что буду ждать с нетерпением момента, когда пойду выбирать кольцо и буду прятать его от будущей жены. А потом буду грезить о моменте, когда увижу её глаза в момент, когда встану на одно колено. Да, я хотел всю эту романтику. Да, я такой и мне не стыдно заявить об этом во всеуслышание. Только вот с Кайлой я превращался в грубого скрягу. Самому от себя бывало противно, правда.

– Как у вас дела? – перевёл тему, улыбнувшись друзьям.

– Скоро будет суд над моим отцом, – вздохнув и посмотрев на меня, сообщила Джойс.

– Крошка, всё будет хорошо, – подмигнул ей.

– Да, я тоже ей говорю, что он теперь долго не выйдет из клетки. Но волчонок всё равно боится, что его отпустят, и наших обвинений будет недостаточно, – обречённо покачал головой Трэвис.

– Не отпустят. Ты же ходила с мамой и Картером на каждое заседание и давала показания. Глен сказал, что ему светит приличный срок, – обратился я к ней.

Она с надеждой посмотрела на меня. За последние несколько месяцев она изменилась. Стала более общительной и расслабленной. Перестала вздрагивать от громких звуков, меньше боялась окружающих. Хотя жизнь с отцом-тираном не прошла бесследно, и она была уверена, что он её из-под земли достанет при необходимости, словно у него везде есть глаза и уши. Мы с парнями недавно пытались объяснить ей, что если он ещё раз замаячит на горизонте, как он это сделал, приехав летом к Трэвису домой, то мы его просто ухандокаем, а труп отвезём на границу с Мексикой. Она подумала, что мы пошутили. Но мы не шутили. Ни у кого нет права издеваться над собственной дочерью.

– Пусть только попробует выйти! – проорал Нэйт, продолжая прыгать на столе. – Мне терять нечего, я сам лично закопаю его на заднем дворе.

– Тебе как раз есть что терять. Например, твою спортивную карьеру, – посмотрел на него, в который раз пытаясь достучаться до него.

– Ебобо, мне уже почти насрать на всё. Я поймал свой дзен, – загоготал мой друг-идиот.

– Пистон, не нарывайся. Твой дзен – это не бутылка, как ты свято веришь. Твой дзен – это здоровый сон и нормальный режим, – ответил ему, но он повернулся ко мне задницей и начал трясти ею.

Неделю назад мы отмечали мой день рождения, и Нэйт выдал, что алкоголь – это лучшее средство от его хандры. Мол, он помогал ему меньше думать и возвращал его жизнь в привычную беззаботную колею. Да, безусловно алкоголь помогал забыться, но также способствовал тому, что он стремительно летел вниз.

Какая-то странная полоса в жизни началась. Вроде ничего глобально не изменилось, но ощущалось, будто тектоническая плита сдвинулась и нехило тряхнуло. Притом это не только в моей жизни.

Трэвис, например, остепенился и встречался с Джойс. Хотя я ему всегда говорил, что он станет отличным мужем, что ему только надо встретить близкую по духу девушку. Он яростно брыкался, но, встретив Джойс, сдался. Его броня пала. Но тем не менее было непривычно наблюдать, как из полигамного потребителя он превратился в моногамного и влюблённого парня, который готов отдать всё своей девушке. Даже свою тачку.

Нэйта тоже зацепило непонятной волной перемен. Но он ещё активнее им сопротивлялся и продолжает это делать до сих пор. Он ни в какую не признает, что влюбился в Лесли. Просто наотрез отказывается даже рассмотреть такую возможность. Свой алкоголизм он оправдывает несправедливым отношением этой девушки к нему, такому открытому сердцем и душой. Так-то оно так, но блин. Он запал на неё, это всем очевидно. Чем быстрее до него это дойдёт, тем лучше для его карьеры. В противном случае он сойдёт с дистанции из-за постоянного нарушения режима.

Только Диего вроде крепко стоял на ногах. Его, очевидно, никакая волна не возьмёт. Он у нас фундаментально сильный и устойчивый.

– Бибер, я хочу обнимашки, – подошла Габи и прильнула ко мне, прижавшись ухом к моей груди.

Улыбнувшись, прижал Габи к себе и положил подбородок на её макушку.

С детства обожал обниматься. Клянусь, я даже физически ощущал энергию человека во время объятий! Я больной, да?!Но я прям всем телом чувствовал обмен нашими флюидами.

Такой кайф, если честно.

– Обнимашки – лучшее лекарство от всего. От чего ты лечишься в данный момент, крошка? – спросил у неё.

– Только Диего не говори, ладно?! – подняв голову, она устремила на меня свои почти чёрные глаза. Выгнув бровь, посмотрел на неё. – Да ничего криминального! Но ты же знаешь его! Он сразу начнёт нагонять страх на всех вокруг, – быстро продолжила она, а я чуть не заржал в голос.

Диего за сестру расчленит любого, кто просто не так посмотрел. Или ему показалось, что ты не так посмотрел. Короче, не смотрите на Габи, парни. От греха подальше.

– Что случилось, крошка? Не скажу ему, обещаю, – улыбнулся ей.

– Мне кажется, что за мной кто-то следит, – призналась она. Я нахмурился, смотря в её глаза. – Знаешь, бывает такое ощущение, что кто-то долго смотрит на тебя? Вот у меня такое же, но я никого не замечала подозрительного рядом с собой. Это ощущение где-то неделю назад появилось. Если вдруг увидишь, что на меня кто-то пристально пялится, покажи мне на него, ладно?

– Ладно. Только я сначала сам с ним поговорю и выясню, какого хрена он так на тебя смотрит, – подмигнул ей.

Габи рассмеялась, и вновь прильнула ко мне, крепко обняв. В паре метров от нас отдыхала шумная компания студентов, членов-братства, где состоял Нэйт. Там же я и заметил знакомую светлую шевелюру Кайлы. Она пила и общалась со своей подругой. Желания подойти к ней и обнять не было. В последнее время секс тоже уже не приносил ни радости, ни наслаждения. Простая разрядка. Во всяком случае, для меня. Как ей жилось в таком напряжении, я не знал. Очевидно нормально, раз она и не думала о расставании со мной. А я предлагал. Но она вцепилась мёртвой хваткой в меня, а родители только помогали ей связать меня по рукам и ногам.

Блуждая взглядом по комнате, заметил кудряшки. Те самые. Уже третий раз мне встречалась эта девушка с неземными волосами до лопаток, словно знак какой-то, ей-богу. С моей наблюдательной позиции была видна только её фигура со спины.

Боже, до чего же аппетитная и женственная. С приятными глазу округлостями. А эти бёдра, которые сейчас соблазнительно покачивались. Я словно оголодавший веган, смотрящий на кусок мяса. Ну, не истинный веган, разумеется, а самозванец.

Какая фигура… Мать моя женщина. Я обожал, когда у девушки есть формы. Не любил худых и плоских. Поэтому в своё время и засмотрелся на сиськи Кайлы. Но они ненастоящие. Они инородные. Их кто-то просто вставил ей за бабки. А я не переваривал всё лживое и искусственное. Но искренне любил и ценил женское тело. В моём понимании, если ты родилась девочкой, то у тебя должны быть плавные, притягательные и изгибистые формы. Не нужно доводить себя до обморочного состояния, живя на протеиновых коктейлях или микрозелени, будь она неладна. Гордись своим божественным телом, крошка. Это моё мысленное послание всем прекрасным созданиям на нашей планете.

И вот у этой девушки была фигура мечты. Абсолютно женская. Абсолютно божественная. Невероятно манящая. Я даже на секунду представил, как это тело неспешно и мягко двигается под какую-нибудь медленную песню исполнителей Sade или Sting.

– Бибер, ты чего напрягся?! – спросила Габи, задрав голову.

И тут я понял, что вцепился в неё своими ручищами, пока разглядывал незнакомую неземную девушку.

– Я… мечтал, – запнулся, не сводя взгляда с кудряшек, а потом перевёл его на её задницу. И обратно. А потом опять. Боже, меня буквально магнитом тянуло к ней. И к девушке, и к её заднице, похожей на персик.

– М-м. О чём это ты мечтал, так крепко обнимая меня? – игриво протянула она.

– Джастин?! Мечтай подальше от моей сестры, ты её задушишь, – тут же подключился Диего со свойственной ему манерой всегда защищать Габи.

– Да я… Короче, не важно, – закатил глаза, отпустив Габи.

– Ха! Он просто мозг свой ищет, – тут же заключил Нэйт, смотря на меня со стола.

Видимо, ему достаточно уже пить.

Девушка с кудряшками продолжала общаться с какой-то девчонкой, стоя в дверях кухни.

– Ты её знаешь? – проследив за моим взглядом, поинтересовался Трэвис, подойдя поближе в обнимку с Джойс.

– К сожалению, нет, – ответил ему, не сводя с неё взгляда.

Вокруг неё крутился незнакомый мне парень и только что всучил ей красный пластиковый стаканчик.

– Хм-м. Бибер, меня настораживает твоя заинтересованность. Ты без пяти минут жених, а тут такой голодный взгляд на девушку. Не свою девушку, – прокомментировал он.

Посмотрел на него. Он улыбался, а его синие глаза излучали живой интерес. Потом посмотрел на свою будущую невесту, которая что-то показывала в телефоне своей подруге. И внутри словно всё льдом сковало. Почему я совершенно не чувствовал радости? Почему я не мог смириться? Почему я не мог найти хоть какие-нибудь плюсы в этом браке? Брак.

Я мечтал о семье и детях. Но настоящей счастливой семье, а не той фикции, которую мне впаривали родители. Кайла не хотела детей, переживая за свою фигуру. Её одержимость диетами доводила меня до белого каления. То она сидела на кето-диете, то на белковой, то ела по дням недели продукты определенного цвета, то делала разгрузочные дни на одном продукте, то соблюдала интервальное голодание.

Короче, я сам мог уже прописывать диеты тем, кому они реально нужны, и рассказать о их действии. В основном на мозг. Он начинал плохо работать. Просто отвратительно. Во всяком случае, мозг Кайлы стремительно усыхал и отказывался функционировать на должном уровне. Она становилась ходячим калькулятором, который высчитывал питательную ценность всех продуктов. Даже обычная вода была подвергнута тщательному анализу. И бесполезно говорить, что вода без калорий. Вы что! Вода может задержаться где-то, и на утро будет отёк. А то, что ты, крошка, сожрала с голодухи что-то солёное или сладкое на ночь – не считается. Это всё несчастная вода виновата! По-любому. Такая вот петрушка.

– Я хочу счастья, – заключил я.

– Так будь счастлив, кто тебе мешает?! – искренне, как мне показалось, удивилась Джойс.

Глянул в её невероятные зелёные глаза. Трэвис однажды сказал мне, что он готов часами смотреть в её глаза. Они правда завораживали.

– Мне мешает всё вокруг. Ну, кроме вас, разумеется. Мне мешает то, что я должен жениться. Мешает то, что я должен исполнять прихоть родителей. Мешает то, что я, сука, должен плясать под чужую дудку, лишь бы их золотые унитазы блестели пуще прежнего. Я начинаю забывать, когда в последний раз от души смеялся или танцевал. Когда я чувствовал себя преисполненным энергии и драйва. Когда я по-настоящему хотел близости с девушкой. Прямо до трясучки хотел. Так что…

– Мы поняли, Бибер, – оборвал мою мысль Трэвис, бросив на меня понимающий, но предостерегающий взгляд.

– Счастье в тебе самом, Джастин, – улыбнулась Джойс. – Не ищи его. Оно уже есть в тебе самом. Тебе осталось сделать выбор в его пользу.

Склонив голову набок, подвис на минуту, обдумывая её слова.

Потом вновь перевёл взгляд на девушку с кудряшками. Прямо пружинки вместо волос. Но сейчас моё внимание привлекли не волосы. Её подруга куда-то делась, а вокруг неё, как коршун, кружил парень. Движения незнакомки стали какими-то слишком медленными. Что-то было не так. Я напрягся, наблюдая, как парень внимательно смотрел на неё и что-то ей говорил. Он стоял лицом ко мне, и я отсюда видел хищную ухмылку. Затем он приобнял девушку и повёл в сторону лестницы на второй этаж. Только вот её походка была заторможенной и шаткой.

Твою ж мать!

Всучив свой стаканчик с водой Трэвису, двинул прямо к ним.

– Бибер… – послышался недоуменный возглас Трэвиса, но я не остановился.

Я знал, что бывает на подобных вечеринках. Знал и то, на что способны некоторые парни. Хотя я бы не стал считать их адекватными персонажами. Скорее, кастрировал бы таких. Вот правда.

– Эй! – окрикнул его, когда он уже занёс ногу на ступеньку. Его рука обвила талию незнакомки. – А ну-ка тормози.

Он оглянулся и, прищурившись, посмотрел на меня.

– Какие-то проблемы?! – недовольно спросил он.

– Проблемы сейчас будут у тебя, – произнёс я и аккуратно повернул девушку лицом к себе.

Моё сердце замерло. Какая красивая. Просто неземная, словно с картины сошла. Но вот её взгляд был мутным и расфокусированным. Ещё немного, и она точно упадёт.

– Отвали, чувак, – бросил мне этот хрен и, крепче обхватив незнакомку, попытался сделать шаг.

Но у меня были другие планы. Каждая мышца чуть ли не пульсировала от напряжения, а кровь загудела по венам.

– Ты явно что-то перепутал. Отвалишь сейчас ты, – с этими словами мой кулак стремительно врезался в его нос, а затем в бровь.

Он выпустил девушку, схватившись за разбитый нос, и отшатнулся назад. Сзади нас послышались взбудораженные возгласы и крики. Девушка пыталась устоять, но ноги не держали её. Быстро подхватил и прижал её к себе.

– Крошка, ну кто же пьёт из рук незнакомых парней?

Мне даже показалось, что она меня внимательно слушала. Но я понимал, что в её мозгу сейчас каша.

– Я… м-м-м… – проблеяла она, безвольно повиснув в моих руках. А голос такой приятный и мелодичный.

– Что случилось?! – подлетели Трэвис и Диего.

– Он напоил её гамма-гидроксибутиратом².

– Ах ты ж тварь, – процедил Диего и обошел нас с девушкой.

– Подожди, дай я сначала. А то после тебя он уснёт, – опередил его Трэвис и тут же напал на того урода, врезав ему в челюсть.

– Меня подождите! – завопил Нэйт и подлетел к Трэвису.

Диего стоял, скрестив руки на груди и наблюдая, как парни развлекались с этим существом, которое хотело изнасиловать девушку.

– Наигрались?! – скептически изогнув бровь, поинтересовался он.

– Нет, но ты же тоже хочешь. Поэтому он твой, – хохотнул Трэвис и поставил на ноги тело уродца.

Его лицо уже было подретушировано мной и моими друзьями.

Диего молниеносно и профессионально вырубил несчастного. Трэвис даже не успел руку убрать от него, как тот обмяк и рухнул на пол.

– Чёрт тебя дери! Ты мой кумир, Рэмбо. А за что мы его, кстати, вырубили?! – заржал Нэйт.

Подхватил на руки девушку, которая уже не могла стоять.

– За дело, Пистон. Парни, я поехал. Кайле скажите, что… – начал я, но даже не знал, что сказать. – Да скажите ей что угодно.

Они рассмеялись и кивнули мне.

Вышел из дома братства с незнакомкой на руках, которая что-то бормотала себе под нос.

– Тише, крошка. Не бойся. Тебе просто надо поспать. Всё теперь будет хорошо, – успокаивал её, хотя не знал, понимает она меня или уже парит между небом и землёй.

Открыв заднюю дверь своей тачки, аккуратно уложил её. На секунду задержался взглядом на ней. Такое красивое лицо. Веснушки, пухлые губы, немного вздёрнутый носик, круглое личико. Невероятные кудряшки, высокий лоб, мягкий контур подбородка. Внешне чем-то похожа на женщин, которых изображали на плакатах времён 1950-х годов в стиле пин-ап. Тогда эти плакаты призывали всех к бурному деторождению в послевоенное время. Вот и мой болт сейчас проснулся и радостно начал крепнуть, готовый к созданию прекрасных детей. Но она под наркотой. А я не мудак.

– Поехали домой, крошка, – прошептал я, разглядывая её.

Почему-то именно сейчас, в такой неприятной ситуации, я почувствовал себя окрылённым. Да, безусловно, действие адреналина ещё не отпустило, и меня слегка потряхивало. Костяшки пальцев были немного сбиты, и незначительная боль эхом отдавалась в руке. Но дело не в этом.

Я словно открыл глаза. Во мне проснулся инстинкт защищать и оберегать. С Кайлой такого не было. А с этой красоткой хотелось лица всех неугодных превращать в кровавое месиво.

Завёл тачку и отъехал от дома братства. Мой телефон ожил и начал громко орать на весь салон, а мне захотелось тишины. Поэтому я сбросил звонок Кайлы, и откинувшись на спинку сиденья, в своих мыслях поехал домой.

А в голове крутились слова Джойс, что я просто должен выбрать счастье.

Просто. Выбрать. Счастье.

Так ли это просто на самом деле?!

Глава 4

Мишель

Ой-ой-ой. Как же болит голова. Боже мой, как же мне плохо. Во всём теле неимоверная тяжесть. Попыталась разлепить веки, но ничего не получилось. Что произошло?! Где я?!

Пить. Как же хочется пить.

Воспоминания вспыхнули в воспаленном мозгу. Была вечеринка в братстве, куда мы пришли с Эшли. Потом она увидела своего парня и побежала к нему, а ко мне подошёл незнакомый молодой человек. По-моему, он предложил мне выпить и дал стаканчик с чем-то. Я выпила. А потом…

Что-то пошло не так. Помню, как мне стало нехорошо, и перед глазами всё потемнело, словно я собиралась упасть обморок. А я в детстве пару раз падала без чувств и знала это ощущение и симптомы ему предшествующие. Так вот после пары глотков комната вокруг меня начала кружиться, и он, вроде бы, повёл меня куда-то. Кажется, он даже сказал, что позаботится обо мне. А потом я ничего не помню.

Вдруг из ушей словно выдернули пробки, и в мой мозг ворвалась песня Bump, Bump, Bump группы B2K. Боже, кто это слушает?! Я ничего против не имею, но я сто лет не слышала эту группу.

Попыталась ещё раз открыть глаза. Яркий свет буквально слепил вокруг, но мне удалось заметить какой-то силуэт впереди. Застонав, сдалась и закрыла глаза.

– Нанни! Она проснулась! – завопил совершенно незнакомый мужской голос.

Глаза тут же распахнулись, и я попыталась поднять голову, но всё стремительно закружилось, и меня затошнило.

– Крошка, тише. Не шевелись пока. Тебе надо отлежаться и отдохнуть как следует, – тепло произнёс незнакомец.

Сердце яростно трепыхалось в груди. Что со мной случилось?! Приоткрыв глаза, повернула голову немного вбок и попыталась сфокусироваться на парне.

Он сидел на комоде и болтал ногами, как ребёнок. В его руках была банка Nutella, которую он с аппетитом наворачивал и одновременно пританцовывал и подпевал.

С расстояния в два метра я не видела цвета его глаз, но заметила, с каким интересом он поглядывал на меня. Светло-русые волосы, уложенные в хаотичном беспорядке, правильные черты лица, высокий лоб, волевой подбородок, накаченный торс. Мне стало не по себе.

Это не тот парень, который дал мне вчера стаканчик и обещал позаботиться обо мне.

– Ты кто?! – прохрипела я.

– Твой супергерой, крошка, – подмигнул он мне и облизал ложку.

– Ты о чём?! Что ты сделал со мной?!

Слова давались мне с трудом. В горле стоял непонятный ком, язык прилип к нёбу. Мне было очень плохо. Я даже пошевелиться не могла.

– Тебя хотели изнасиловать. Я не дал этого сделать и спас тебя. Здесь ты в безопасности, дорогая, и тебе никто и ничто не угрожает, – спокойно объяснил он, как появился ещё один силуэт.

– Джас, притормози. Не вываливай на бедняжку всё и сразу, – произнесла незнакомая темнокожая женщина. – Милая, как ты себя чувствуешь? Я тебе еды принесла.

Попыталась привстать, но тело меня не слушалось.

– Подожди, давай помогу, – предложила она и аккуратно подтянула меня наверх, уложив повыше, что я упёрлась затылком в изголовье кровати и наконец смогла рассмотреть комнату и людей вокруг. – Не бойся. Я Ашанти, няня этого оболтуса. Но все зовут меня Нанни.

– Няня?! – сипло изумилась я.

Они вдвоём рассмеялись.

– Да. Ему двадцать один, а он до сих пор нуждается в няне. Но с мальчиками всегда так. Они до пенсии дети, – подмигнула мне, стоя справа от кровати.

Перевела взгляд на большого мальчика, живущего с няней, и у которого сейчас явно оторвется голова от его активных движений в такт песни, потом посмотрела вниз и увидела, что я была в чьей-то голубой рубашке.

– Это Нанни тебя переодела, если что. Я к тебе и пальцем не притронулся. Ну, почти – игриво улыбнулся парень, отчего у него на щеках образовались милые ямочки. Невольно улыбнулась в ответ.

– Да, если бы не Джастин, то неизвестно, что могло случиться с тобой. Но переодевала тебя я, не переживай. Хоть Джастин и мечтал подсмотреть, но я выпроводила его из комнаты, – рассмеялась она. Смущенно опустила глаза, пытаясь понять свои эмоции по поводу всей ситуации. – Ладно, я вас оставлю. Если что, зовите, – хлопнув в ладоши, она поспешно удалилась.

Перевела взгляд на него.

– Значит, ты – Джастин?

– Он самый. А как тебя зовут, крошка? – озорно поинтересовался он, с аппетитом наворачивая шоколадно-ореховую пасту.

Мне кажется, от такого количества сладкого у него задница слипнется!

– Мишель, – тихо ответила ему, разглядывая комнату.

Она была светлой и какой-то камерной, очень уютной. Стены выкрашены в бледный серо-бежевый оттенок, вся мебель сложного серого цвета, постельное бельё чёрное. Мой взгляд остановился на подносе с едой и напитками. Как же хотелось пить. Занырнуть в бассейн с соком и пить без остановки. Но дотянуться до спасительной жидкости я физически не могла, сил в руках не было от слова совсем. А всё тело словно парализовано.

– Мишель, – повторил он тихо. – Потрясающее имя. Мишель… Мне нравится. Хочешь пить?! – спросил он, заметив мой голодный взгляд. Кивнула ему, тогда Джастин тут же спрыгнул с комода и подошёл ко мне. – Можно я сяду? Ты, наверное, ещё пошевелиться не в силах, да?

– Садись, конечно. Это же твоя кровать, комната и… вообще всё здесь твоё. Да, не могу.

– Мишель, это не моя кровать, но дом мой. А эту комнату я выделил для тебя, так что чувствуй себя как дома. Пей, дорогая. – Он протянул мне стакан с соком и прислонил трубочку к губам.

Сделала глоток, и все рецепторы во рту словно взорвались. Ощущение было, что у меня дичайшие похмелье. А кислый сок в таком состоянии – настоящая панацея.

– М-м, видимо, пить сильно хочется, да? – улыбнулся он, пока я жадно глотала сок.

Моргнула ему в ответ, и он рассмеялся, продолжая держать стакан. Теперь я могла рассмотреть его поближе. Серо-зелёные глаза в обрамлении тёмных ресниц излучали неподдельный и живой интерес, буквально искрились и светились каким-то неимоверным теплом. Тёмно-русые прямые брови и прямой, я бы даже сказала, аристократический нос, небольшая щетина, аккуратные губы. Черты лица были вроде и плавными, но при этом лицо мужественное, с выделенными скулами и чётким контуром нижней челюсти. Вообще его внешность располагала к себе. Он был невероятно обаятельным, особенно когда улыбался и появлялись ямочки на щеках.

– Всего рассмотрела?! – озорно подмигнул он, смотря мне в глаза. Мне показалось, что я покраснела. – Крошка, не стесняйся, разглядывай сколько хочешь. Понимаю, что ты небось в шоке и пытаешься вникнуть, что с тобой и где ты. Так что, если есть вопросы, то задавай, – произнёс он и убрал пустой стакан. – Тут есть ещё кофе и вода. А также блинчики, омлет и яблоко. Чем тебя покормить, дорогая? – он внимательно рассматривал меня, пока перечислял содержимое подноса.

– Мне неловко, что я не могу даже руку поднять, чтобы самой поесть, – призналась ему, опустив глаза.

Я так давно близко не общалась с парнями, что чувствовала себя девственницей на выданье. Хотелось провалиться сквозь землю, честное слово!

– Прекрати. Я только с радостью накормлю тебя. С чего начнём?

Подняла на него глаза. Он располагал к себе. То ли тембр его голоса был таким, то ли нереально симпатичная внешность, то ли его энергетика, то ли всё вместе, не знаю. Но, смотря ему в глаза, я испытывала нечто похожее на трепетное волнение или томление.

Возможно, ему можно доверять.

– Я люблю блинчики, – тихо ответила ему.

– Наш человек! Я тоже их обожаю, особенно с этой пастой… Это просто отвал башки! – Он поставил себе на колени поднос и, отрезав кусочек блинчика и намазав на него шоколадно-ореховую пасту, протянул мне вилку с небольшим кусочком. – Давай, открывай рот, – скомандовал он, игриво улыбнувшись. Открыла рот и стянула его губами.

– Не напомнишь мне, пожалуйста, что случилось? – жуя нежнейший блинчик, поинтересовалась у него.

– Легко. Ты общалась с какой-то девчонкой. Потом она испарилась, но появился… – он покосился на меня, вновь протянув мне вилку. – Появился недоумок, который хотел тебя уложить в койку, миновав ухаживания, прогулки под луной, поцелуи и прочие атрибуты романтических отношений. Он подмешал наркотик в твой стаканчик, ты выпила. Я заметил по твоей шаткой походке, что что-то не так, и вмешался. Потом с друзьями уложил этого мудака поспать, а тебя привёз сюда. Потом Нанни переодела тебя в мою рубашку, а я посидел с тобой немного и ушёл спать. – Он вновь протянул мне вилку, и я послушно стянула блинчик. – Друзья сегодня позвонили и сказали, что в его кармане нашли несколько пузырьков с наркотой. Они его сдали нашему знакомому копу, так что он навряд ли в ближайшее время будет частым гостем на вечеринках.

Вот это да! Вот это я сходила на вечеринку впервые в своей жизни! Проучившись два года в колледже, я ни разу никуда не выбиралась. Вру. Один раз как-то сходила, но мне не понравилось, а потом началась учёба, работа и мне было не до этого. И наконец на третьем курсе университета я вновь решилась, и вот к чему это привело. Вероятно, вечеринки – это не моё.

– Но он же обещал позаботиться обо мне! – с чувством выпалила я.

– Он обманул тебя, крошка. Он хотел воспользоваться тобой.

– Он не успел ничего сделать? – уточнила у него.

– Нет. Я сломал его планы вместе с носом, – хохотнул он, на что я невольно улыбнулась ему.

– Спасибо тебе. Правда. Ты не думай, я не такая глупая, как может показаться с первого взгляда. Но я редкий гость на таких мероприятиях, и поэтому стала лёгкой добычей, – оправдалась я.

Почему-то мне захотелось, чтобы он знал, что я не тупая. Но озвучив это вслух, мне смутно показалось, что именно такой я и выглядела со стороны. Жалкой и глупой. Мало того, что он спас меня, так ещё и кормил.

– Я и не думал, что ты глупая. Неопытная – это да. Неискушенная? Определённо. Скромная? Более чем. Но никак не тупая или глупая. Открой рот, крошка, – улыбнулся он, протягивая мне вилку. – Кстати, я тебя уже как-то летом видел в баре. А месяц назад ты переходила дорогу прямо перед моей тачкой, – сказав это, он внимательно посмотрел на мои волосы.

Я не знала, что ответить на это, поэтому решила перевести тему.

– Когда пройдёт это состояние? – спросила, жуя блинчик.

– Ох, не знаю. Вроде ты не успела много выпить, но я не знаю, сколько он подмешал этого дерьма. Но сегодня ты точно будешь овощем, – подмигнул он. – А значит, на сегодня я твой кормилец.

Кусок застрял в горле. А если я в туалет захочу?! Кстати, не отказалась бы туда наведаться, но я не могу даже пальцем пошевелить. У меня было ощущение, что моё тело, превратилось в кисель, залитый в бетон. Странное и неописуемое ощущение тяжести в мышцах и одновременно с этим лёгкости в теле.

И вообще! Мне надо было немного позаниматься, а потом на работу.

Господи! Точно!

– Мне работать надо! Боже, который час?! – всполошилась я, из-за чего в голове появился противный писк, а в ушах застучала кровь.

– Тише, дорогая. Сейчас полдень, но на работу ты не пойдёшь. В таком состоянии я тебя никуда не отпущу. Скажи мне, где ты работаешь, и я позвоню твоему начальнику и объясню ему всю ситуацию, – спокойно ответил мне, скормив ещё один кусочек.

– Но… Джастин… – на глаза навернулись слёзы.

– Эй, что такое? Ты чего? – взволнованно посмотрел он на меня.

Старалась сдержать слёзы, смотря на потолок, но они градом полились по щекам. А я их даже вытереть не могла! Боже, никогда в жизни не ощущала себя такой беспомощной и жалкой.

– Мне необходимо работать, Джастин. Мне нужны деньги, – прошептала, глотая слёзы.

– Ну чего ты? Можно я тебя обниму? Обнимашки – лучшее лекарство от всего. – И тут же поставив тарелку на поднос, он слегка придвинулся ко мне. – Посмотри на меня, – тихо попросил он, коснувшись ладонью моей щеки. Перевела взгляд на него. – Ты физически сейчас не сможешь встать и пойти работать. Тебе, возможно, потребуется пару дней для восстановления.

Выходные кормили меня. Вчера была пятница, а значит, сегодня и завтра я должна была работать в кафе и заработать на неделю вперёд на пропитание. Деньги, заработанные в будние дни, я откладывала и в конце месяца отправляла маме на Итана.

– Выходные?! Я не могу два дня пропустить!

– Можешь. Я всё устрою, не волнуйся. Так можно мне тебя обнять?

Еле заметно кивнула ему, и он мгновенно придвинулся ко мне, бережно обнял и прижал к себе. Ещё один человек в моей жизни, который, видимо, любил обниматься. Закрыла глаза от нахлынувших непонятных эмоций. Смесь лёгкого цитрусово-древесного парфюма, запаха его тела и стирального порошка от его футболки буквально опьянили меня ещё сильнее. Едва я почувствовала его крепкое тело рядом, как слёзы нескончаемым потоком полились из глаз.

– Крошка, ради всего святого, скажи мне, почему ты плачешь? Что я могу сделать для тебя? Я всё сделаю, лишь бы ты улыбалась. Хочешь, я дам денег? Понимаю, что звучит не очень. Но ты не думай, что я покупаю тебя или что-то в этом ухе. Упаси боже! Я просто не хочу, чтобы ты так горько плакала.

От этих слов совершенно незнакомого парня я и вовсе раскисла. Я не привыкла к помощи посторонних людей. Меня никто так бережно не обнимал. Никто не кормил. Никто не решал мои проблемы. Никто не относился с таким теплом.

– Ладно, поплачь. Говорят, что через слёзы мы освобождаемся и выпускаем накопленное напряжение, – тихо произнёс он и, отлепив меня от изголовья, прижал к себе моё безвольное тело.

Его ладонь аккуратно гладила мою спину. Носом уткнулась в его шею и дышала запахом настоящего мужчины. Во всяком случае, так в моём понимании он должен пахнуть. Свежо и дурманяще приятно. Немного терпко, но при этом не удушающе. Так странно, но словно это самый родной запах на свете.

– Мне нужны деньги, чтобы потом неделю нормально прожить. Выходные кормят меня в большей степени, но работаю я практически каждый день, – наконец выдавила из себя.

– Ты официантка, да?

– Да, в кафе в районе Venice Beach. Чаевых в выходные, как ты понимаешь, намного больше, чем в будние дни. У меня смена начинается в три часа, а я даже пошевелиться не могу, – сокрушенно произнесла я и разрыдалась пуще прежнего.

Осознав всю свою никчёмность, мне захотелось застрелиться. Но почему всё именно так?! Нафига я пошла на эту вечеринку?! Боже, до чего же я жалкая!

– Если ты подумала, что я пошутил насчёт денег, то это не так. Я хочу компенсировать тебе упущенную выгоду. Не переживай на этот счёт, крошка. У тебя будут деньги на неделю. У тебя всё будет, – словно гипнотизировал своим спокойным и размеренным тембром Джастин.

У него был необычный голос. С одной стороны игривый и весёлый, а с другой – глубокий, убаюкивающий и невероятно приятный. Всё в нём было каким-то правильным для меня. Мне показалось, что у него была душа чистого и неиспорченного ребёнка в очень спортивном и крепком мужском теле.

– Ты с ума сошёл?! Я и так доставила тебе кучу хлопот. Сплю в твоём доме, в твоей комнате, в твоей кровати, в твоей рубашке! Ем твою еду из твоих рук. Боже, до чего же всё нелепо и неловко, – обречённо прохрипела я, шмыгая носом.

Тело Джастина напряглось и затряслось от смеха.

– Крошка, неловко было бы, если ты, например, оказалась реально в моей кровати, без рубашки, – рассмеялся он. – Хотя для меня такой расклад был бы куда более радостным, но мы не об этом сейчас. А мы о том, что тебе необходимо прекратить самоистязать себя за выпитый стаканчик и последствия от этого. Да, вышло неприятно. Но слава богу всё обошлось, и ты всего лишь проведёшь пару дней в постели. Надеюсь, матрас удобный, и тебе здесь комфортно. В ванную, если надо, я тебя отнесу и умою. Туалет… Да, тут может быть неловко, согласен. Но, если хочешь, то я позову Нанни, и она тебе поможет. Хотя, думаю, к вечеру ты уже сможешь более-менее передвигаться, – с каким-то неимоверным трепетом произнёс он.

От него исходила совершенно потрясающая мужская энергия. Такая спокойная и стабильная. Я буквально таяла в его объятиях.

– Джастин, почему ты ко мне так добр? – недоумевала я, глотая слёзы.

– А почему я должен быть другим по отношению к тебе?! Я в принципе, смею надеяться, прилично веду себя с девушками. Ты попала в непростую ситуацию, я помог. Любой нормальный парень поступил бы так же, – поглаживая меня по спине, ответил он.

– А мне кажется, что далеко не каждый привёз бы незнакомую девушку, накаченную непонятными веществами, к себе домой и не воспользовался этим. И уж точно не кормил бы её с ложечки, – шмыгнув носом, возразила шепотом я.

– Ну, мне хочется думать, что нормальных парней всё же больше, чем моральных уродов, – вздохнул он, проводя ладонью вверх-вниз по спине.

Было так приятно от его близости, но в этот момент зазвонил его телефон.

– Подожди, крошка. Надо ответить.

Аккуратно прислонив меня обратно к изголовью кровати, он полез в карман спортивных шорт и достал мобильник. Выражение его лица вмиг поменялось, словно он напрягся, но на звонок ответил.

– Привет, – поздоровался он, но внимательно посмотрел на меня. – Нет, я уехал, потому что девушке нужна была помощь, и я её оказал, – продолжил он, рассматривая моё лицо.

Потом поднял ладонь и аккуратно вытер большим пальцем слезу, выкатившуюся из моего левого глаза. Я смотрела на него и пыталась понять, что происходило у меня на душе. Мне было непривычно такое трепетное отношение со стороны парня, и от этого я впитывала его как губка. Буквально жадно вбирала в себя, желая ещё и ещё.

– Нет, сегодня я пас. Хочу остаться дома, – ответил он, пока его ладонь продолжала поглаживать мою щёку. Я чуть не замурлыкала от этого движения. – Я знаю, но не хочу. У меня свои планы на эти выходные, – уверенно озвучил он, слегка склонив голову и наблюдая за мной. Даже его взгляд словно ласкал меня. Так это непривычно видеть и ощущать тепло постороннего парня. – Не передумаю. Два дня из дома не выйду, – продолжил он, и до меня донёсся писклявый визг из трубки. Джастин прищурился, стиснув челюсти, но движения ладони всё равно были плавными и аккуратными, словно он к ребёнку прикасался. – Всё?! Или есть ещё что сказать? – невозмутимо произнёс, изучая мои глаза. Я не могла оторвать взгляд от его лица. Хотела запомнить каждую клеточку и морщинку. Не понимаю почему, но мне сейчас стало так комфортно рядом с ним. В незнакомом доме с совершенно чужим человеком я ощутила себя как дома. Меня ошеломило это открытие. – Тогда пока, – попрощался он и сбросил звонок, не сводя с меня глаз.

– Только сейчас заметил, какие бездонные у тебя глаза. Ты знала, что у тебя есть прожилки зеленоватого оттенка? На фоне светло-василькового оттенка это потрясающе красиво, – тихо обратился он ко мне.

А я замерла. Никто так поэтично не описывал мои обычные голубые глаза. Ну, может они и насыщенного оттенка, но, по-моему, они обычные.

– Спасибо, – потупила взгляд, осознав, что в очередной раз засмущалась. Но пока он разговаривал, поток слёз затих. – Это твоя девушка звонила?

– Да.

Что-то вдруг кольнуло в груди. Ну, конечно, у него есть девушка. Было бы странно, если бы у такого красавчика её не было. Очевидно, ещё и обеспеченного красавчика, судя по убранству комнаты.

– Ей не понравилось, что я здесь, да?

– Крошка, во-первых, это мой дом, и я решаю, кто в нём находится. Сейчас ты моя гостья, и я тебя не прогоняю. Наоборот, настоятельно прошу остаться. Во-вторых, я имею право на личное пространство и отдых. У меня выходные. В том числе и от моей будущей невесты, – ответил он, а меня словно по носу щёлкнули.

Получай! Размечталась тут она, что почувствовала себя как дома! Спустись с небес на землю, нищенка! Залезай обратно в свою раковину и не высовывайся! Невеста! Такой парень в жизни не посмотрит на меня, как на девушку. Я для него лишь дурочка, которая по незнанию вляпалась в историю.

– Я… – прокашлявшись, попыталась собрать мысли в кучу. – Я… Мне…

Ничего не получилось. Кисель был не только в мышцах, но и в мозгах.

– Ты? Что ты? – игриво улыбнулся мне.

– Я должна уйти. У тебя… есть невеста. Это всё выглядит ещё более неловко и нелепо, чем мне показалось сначала, – собравшись с мыслями, выдала ему.

Нужно бежать отсюда, пока я не потеряла голову от него.

– Ты можешь пошевелиться или встать? Может, ты даже готова побежать? Или я упустил тот момент, когда ты сама поела?! – скептически изогнув бровь, поинтересовался он. Отрицательно помотала головой. – Тогда дай мне номер своего начальника, я тебя отпрошу на выходные. И да, у тебя самые охрененные волосы, какие я видел в своей жизни. Я уже кое-что сделал, пока ты была в отключке, но можно подурачиться ещё немного?! – игриво поинтересовался он.

Я нахмурилась, глядя на него.

– Что ты сделал?!

– Ничего криминального, – тут же вскинул он ладони в примирительном жесте. – Всего лишь засунул палец в твою кудряшку.

Я чуть не рассмеялась. Так делал Итан со своими кудряшками, когда усиленно думал. Вот ведь правда, мальчики до пенсии не меняются.

– Хочешь ещё раз? – улыбнулась ему уголком губ.

От осознания, что он трогал меня по волосам, пока я спала, захотелось сжать кулачки, зажмуриться и попрыгать.

Боже, я точно жалкая!

– Хочу. Если бы ты знала, чего и как я хочу… Но да, палец в кудряшку определённо хочу, – как-то хрипло протянул он, слегка закусив нижнюю губу.

– Мои волосы в твоём распоряжении, – искренне улыбнулась я.

– Улыбайся почаще. Твоя улыбка способна влюбить в себя, – тихо произнёс он, смотря мне в глаза, и поднёс палец к кудряшке. – Боже, ну до чего же у тебя обалденные волосы, Мишель!

Пока он игрался, я продолжала рассматривать его. Почему-то не могла отвернуться или отвести взгляд, словно под гипнозом изучала его.

– Давай номер своего начальника, – прошептал он, смотря мне в глаза.

Сдавшись, продиктовала ему, и он тут же набрал его.

– Гарольд? Добрый день. Меня зовут Джастин Коулман, и я звоню насчёт вашей сотрудницы и по совместительству моей невесты. Её зовут Мишель. Дело в том, что она сегодня и завтра не сможет выйти на работу. – Я опешила, слушая его, а он продолжил играть с моими волосами, смотря мне в глаза. – Причина до смешного нелепая. Вчера она решила приготовить мне ужин, но отравилась, пока снимала пробу своего творения. Поэтому я бодрый и весёлый, а она даже пошевелиться не может, – улыбнулся он, подмигнув мне. – И не говорите! Я тоже посмеялся, что она меня перед свадьбой решила отравить. Поэтому я вас очень прошу, не ругайте её за отсутствие на рабочем месте, но ей правда нужно время на восстановление. – Взгляд Джастина опустился на мои губы. А я слушала его, не дыша. Он так легко соврал, что даже не знаю, как к этому относиться. Я тоже умела врать, привыкла это делать. – Разумеется, позабочусь. Сделаю всё, что в моих силах, чтобы она поправилась. Да, всего доброго, Гарольд. – Он отключил звонок и вновь посмотрел мне в глаза. – Я ненавижу врать. Не перевариваю ложь в любом виде, но сейчас мне показалось, что сказать правду было бы куда хуже, чем соврать, – серьёзным голосом произнёс он.

– Спасибо тебе, но не стоило. Мне очень неудобно.

– Неудобно тебе будет, когда я понесу тебя в туалет, – рассмеялся он. – Вот тогда я поверю. А сейчас твоё главное дело – это набираться сил и восстанавливаться после этого дерьма. Поешь ещё?

– Нет, спасибо. Я бы хотела умыться, – призналась ему и попыталась пошевелить рукой.

С трудом, но она послушалась. Однако поднять её не представлялось возможным.

– Крошка, не насилуй свой организм. Этот наркотик в сочетании с алкоголем расслабил тебя до состояния желешки. Бессилие и невозможность координировать свои действия – это нормальная реакция на этот токсин. Поэтому просто дай своему организму время. А пока, я отнесу тебя в ванную и умою. – Он тут же встал и отбросил одеяло в сторону. Его взгляд пробежался по моим голым ногам. – Кхм. М-м. Так. Ладно, готова? – немного растерянно уточнил он, нагнувшись ко мне и заведя руку мне за спину.

Кивнула ему, и он второй рукой подхватил меня под колени. Его рубашка хоть и была мне велика, но мою задницу в таком положении не прикрывала.

Боже, и он хочет сказать мне, что в этом нет ничего нелепого и неловкого?! Оставалось надеяться, что я надела симпатичные трусики вчера. А какие я надела?! О чём я вообще сейчас думала?! Какие трусики?! У него невеста! И срать он хотел на моё нижнее бельё.

– Я, наверное, тяжелая. Мало того, что жру всякую вредную еду постоянно, так ещё и на кисель сейчас похожа, – попыталась занять неловкую паузу, пока он нёс меня в ванную.

– Знаешь, я ведь мечтал носить девушку на руках, поэтому моя ноша мне нравится, – подмигнул мне, коленкой включив свет и зайдя внутрь. Казалось, что ему совсем не тяжело, словно я для него пушинка.

Ванная была под стать комнате, в светлых оттенках. Хоть я и не разбиралась в отделочных материалах, но здесь явно всё было выложено мрамором, либо камнем очень на него похожим, с очень красивыми прожилками, которые создавали фантазийный узор. Всё вокруг хотелось разглядывать. Наверное, здорово жить в окружении такой невероятной красоты. Моя ванная в общежитии была совсем не такой. Мало того, что плитка там самая обычная, кремового невыразительного оттенка, так ещё и общая душевая с кабинками. Никакого уединения или комфорта.

А здесь я бы поселилась, правда. Жила бы в этой ванной и чувствовала себя счастливой. Что за бред в моей голове?! Определённо, это всё последствия действия наркотика в сочетании с алкоголем.

Прислонив мое бренное тело к себе, он аккуратно усадил мою задницу на бортик ванной.

– А свою девушку ты не носишь на руках? – зачем-то спросила я.

Джастин включил воду и встал так, что моё левое плечо упёрлось ему в бедро. Голову я, с трудом, но уже могла держать. Хотя она так и норовила прислониться к его животу.

– Не ношу, – спокойно ответил он и, взяв меня за подбородок двумя пальцами, приподнял его.

Намочил полотенце и начал аккуратно водить им по моему лицу, рассматривая меня.

– Ко мне никто так не относился, – призналась я, сглотнув ком, образовавшийся в горле.

На глаза снова навернулись слёзы. Он прищурился, смотря на меня.

– Я тоже ни к кому так не относился, но мечтал, – тихо признался он. – У тебя очень милые трусики. Только почему там написано «понедельник», если вчера была пятница?! – хохотнул он, переведя тему и смутив меня вконец, но зато слёзы исчезли.

Вот же чёрт!

Какая же я жалкая!

Мои самые обычные трусики «неделька» подверглись ироничному замечанию этого красавчика. Я не носила дорогого, кружевного и сексуального белья. Во-первых, денег на него не было. Во-вторых, мне казалось, что это не моя история. Я не сексапильная кошечка, а в меру упитанная кудрявая девчушка с достаточно объёмными бёдрами. И сейчас этот симпатичный парень заметил то, что обычно никто не видел.

Всё, просто застрелите меня! Ниже пасть в его глазах я просто не могла. Но, с другой стороны, день недели был написан прямо на той части белья, которая была на лобке. Значит, он смотрел туда?! Почему от этой мысли моё сердце радостно встрепенулось?! Но я тут же вспомнила про его невесту, и меня мгновенно отпустило, словно ледяной водой обкатили.

– Я… Эм… Надела, не глядя, – промямлила я, опустив взгляд.

– Посмотри на меня, – практически приказал он, продолжая аккуратно вытирать моё лицо. Подняла глаза на него. – Можно я кое в чём признаюсь?!

Не в силах кивнуть, моргнула в ответ.

– Если честно, то твой «понедельник» меня несколько будоражит. Я здоровый и не слепой парень и, безусловно, могу оценить твою красоту. Но я не собираюсь использовать эту ситуацию и твоё состояние для сексуальных утех. Клянусь, тому, что хранится под «понедельником» ничего не угрожает, – улыбнулся он, но говорил абсолютно серьёзно.

Сглотнув очередной непонятный ком, снова моргнула. Возможно, из-за этого дурацкого наркотика и алкоголя я стала такой плаксивой. Обычно я умела держать эмоции под контролем и не пускать слезу в любой представившейся ситуации. Но рядом с Джастином я словно голая была. Хотя сейчас я была в одной рубашке и белье, считай голая. Уязвимая и незащищенная, при этом в абсолютной безопасности. Какой-то странный парадокс.

– Я бы предложил всю тебя вымыть, но, боюсь, что потом придется заночевать в зале, – хохотнул он. – Открой рот, крошка, – невозмутимо продолжил он и, вставив мне в рот зубную щётку с пастой, начал чистить мои зубы.

Я была практически уверена в том, что цвет моего лица стал пунцовым от всей ситуации.

– В зале?! – промямлила я, пока он водил щеткой по моим зубам.

– Ну да. У меня здесь есть небольшой спортзал. А железо успокаивает, – пояснил он.

Я нахмурилась, пытаясь понять, зачем ему успокаиваться, пока он прислонил стаканчик с водой к моим губам. Набрав воды, сполоснула рот и выплюнула в раковину. Он выключил кран и, вытерев мой рот, повесил полотенце на держатель.

– Ну вот, мы справились. Отличная командная работа, как считаешь? – подмигнул он и легко подхватил меня на руки.

– Считаю, что командой тут и не пахнет. Ты всё сделал сам, словно целыми днями только этим и занимаешься.

Он рассмеялся, выходя со мной из ванной.

– Поверь, такой опыт с девушкой у меня впервые. Но мой близкий друг Нэйт иногда подкидывает мне работу, когда нажирается в слюни.

Джастин аккуратно положил меня в постель, и я почувствовала, что тело потихоньку начало приходить в себя. Но сил в мышцах пока не наблюдалось.

– Я отнесу поднос на кухню. Ты, может, что-нибудь хочешь? Ещё сок? Мороженое? Кофе? Воду? Проси, что хочешь.

Это всё уже слишком. Но, чёрт возьми, как же мне была приятна его забота. До слёз приятна. Мне бы бежать от него, не глядя… Но так сладка мысль, что я останусь ещё ненадолго с ним.

– Сок, пожалуйста, – хрипло попросила его.

– Будешь плакать, буду щекотать тебя. Ты, кстати, боишься щекотки?! – поиграл бровями, задорно улыбаясь.

– Боюсь.

– Ну, значит, не плачь. Иначе страшные щекотки замучают тебя, пока ты не можешь пошевелиться, – и взяв поднос, он вышел из комнаты.

Судорожно вздохнув, постаралась взять себя в руки. Я была на грани непонятной мне истерики. Я встретила парня, о котором даже не смела мечтать. Но он был богат и занят. Он был не из моего мира. Но его доброта и отношение к совершенно незнакомому человеку сразили меня наповал.

Когда я была маленькой, то из-за отсутствия отца мне не хватало ощущения защиты, поддержки и безопасности. Когда я была подростком, то начала искать это в парнях. Тогда я впервые влюбилась до потери пульса, но наши отношения долго не продлились. Это была ослепительная вспышка, за которой последовала беспросветная мгла. Теперь, в двадцать лет, я продолжала мечтать о защите и огромной, всепоглощающей любви. Я чувствовала себя неполноценной без этого чувства. Как будто жила лишь наполовину. Как будто использовала свой внутренний потенциал не на полную катушку. Словно берегла себя и свои силы для кого-то, не растрачиваясь попусту.

Наверное, именно о таком парне, как Джастин, я и мечтала. Который мог так же ласкать взглядом. Который так трепетно и аккуратно мог вытереть моё лицо полотенцем. Который носил бы меня на руках и не сокрушался, что я безмозглая курица и надралась до потери памяти. Который кормил бы меня, словно это самая логичная вещь в мире. Который действительно был бы моим парнем и прикрывал меня от моего начальства. Который подшучивал бы над моим бельём. С которым то, что хранилось под «понедельником» и всеми остальными днями недели что-нибудь да грозило. Разумеется, в приятном смысле.

Вот бы и мне встретить такого, как Джастин, только свободного. Встретить моего Джастина. Моего супергероя.

Глава 5

Джастин

Только зашёл домой после утомительного дня, наполненного учёбой и работой над новым проектом, успев даже мимоходом увидеться с Диего. Наш боксёр в этом году заканчивает университет, получит степень бакалавра искусств³ и уйдёт с головой в бои.

С кухни доносился заманчивый аромат трав и каких-то специй. Нанни всегда вкусно готовила. Помню в детстве обожал наблюдать за ней, пока она суетилась около плиты, попутно рассказывая мне истории из своей жизни. А жизнь у неё была сложной. Когда ей было семнадцать, ещё живя в Эфиопии, она забеременела. Замужем она не была, отец ребёнка слился. Беременность протекала хорошо, но ребенок родился мёртвым. Как я понял в то время и в тех условиях УЗИ особо не делали и не отслеживали течение беременности. В общем, для неё это стало огромным потрясением. Но самое отвратительное было другое – её затравили родственники, что она проклята и вообще гулящая. Ей пришлось бежать. Нанни решила уехать в Штаты за свободой, но здесь у неё никого не было, и никто её не ждал с распростертыми объятиями, поэтому с восемнадцати лет она работала то посудомойкой, то уборщицей, то курьером, то продавцом в лавке специй. У неё были проблемы с документами, поэтому работала она везде неофициально. Пока случайно не попала к богачам, у которых работала до нас. Они сделали ей документы и дали работу по дому. Она так и не вышла замуж, не родила больше детей.

Прислонившись к дверному проёму, наблюдал за этой невероятной женщиной с самым добрым сердцем, какое только может быть. Она что-то напевала, поглядывая на духовку, где, судя по аромату, запекалась лазанья. Прикрыл глаза и представил себе свою собственную семью, где жена готовит мне. Не успел я вдоволь насладиться несбыточными мечтами, как зазвонил мой мобильник.

Увидев звонившего абонента, я уже знал, о ком пойдёт речь.

– Привет, Глен, – поприветствовал его, пока, подойдя к столу, решил налить себе сока из кувшина.

– Привет, Джастин. Как ты, наверное, догадался, я звоню насчёт Нэйта. Он опять подрался и сидит у меня в участке, – отчитался Глен.

Опять. Или снова? Я уже сбился со счёта, сколько раз Нэйт подрался с того момента, как Лесли улетела. Стабильно раз в неделю.

– Он сильно бухой?

– Прилично. Но котелок пока соображает, поскольку он попросил позвонить тебе, а не Трэвису, – рассмеялся он. – Но я его не послушался и позвонил сначала его брату, который, кстати, предложил мне в качестве воспитательной меры закрыть его на сутки у себя в участке. Что скажешь? Заберёшь его или будем воспитывать?!

Вздохнув, сел на стул.

Трэвис сейчас был занят с Джойс. Буквально утром разговаривал с ним, и он пожаловался, что она очень нервничает насчет предстоящего заседания суда, которое перенесли из-за очередной выходки её отца. Он даже в камере умудрялся натворить дел. Трэвис практически не отходит от своей девушки, оберегая её душевный покой. Им сейчас не до пьяных проделок его брата.

– Поздновато для перевоспитания, поверь мне. Я приеду за ним. С кем подрался на этот раз? – поинтересовался, отпив сока и глянув на Нанни, которая забавно танцевала около плиты.

– Говорит с каким-то итальянцем, – хохотнул Глен. – Я сам не видел. Когда я приехал, его и след простыл. Судя по всему, тот несчастный в больницу поехал, – рассмеялся он. – А у нашего гонщика только пару царапин. Слушай, ему реально везёт, что никто заявлений не подаёт. Не понимаю, каким таким образом он выбирает себе грушу для битья, но пока ему удаётся оставаться безнаказанным.

– Он сам себя наказывает, – заключил я, наблюдая, как Нанни вынула из духовки дымящуюся лазанью.

– Согласен. Короче, он сейчас читает у меня в кабинете и ждёт твоего решения.

– Читает?! – рассмеялся я.

– Ага. У него с собой какая-то книга, с которой он не расстаётся. Через сколько приедешь?

– Минут пятнадцать. Уже выезжаю.

– Давай, жду, – закончил он звонок, и я положил телефон на стол.

– Нанни, я сейчас не успею поесть, мне надо забрать нашего драчуна из участка.

Она повернулась ко мне, положив прихватку на кухонную столешницу.

– Бедный мальчик. Так красиво страдает, – задумчиво протянула она, сверкнув своими тёмно-карими глазами.

– Красиво страдает?! – нахмурился я.

– Да. Убивается, напивается, дерётся. И всё из-за любви к девушке, – пропела она, театрально приложив ладонь к груди. Я рассмеялся. – Ты же понимаешь, что пока она не вернётся, он будет из крайности в крайность прыгать?! Только она и сможет привести его в чувства, – улыбнулась мне, сев напротив.

Эта мудрая женщина значила для меня очень много. Нанни появилась в нашей семье, когда я только родился. Как она сама рассказывала, мои родители приехали со мной новорожденным из клиники и увидели её недалеко от нашего дома. Ей было негде жить, нечего есть и не на что жить. Её выгнали из другой семьи, в которой она проработала около пятнадцати лет за подозрение в воровстве. Она ничего не крала, но тем людям было всё равно. Кроме готовки и уборки она ничего не умела делать. А мои родители по какой-то неведомой мне причине поверили ей. Почему неведомой? А потому что они скорее первыми обвинили бы в краже любого человека, чем стали его защищать.

Но потом, позже я узнал от них, что они решили взять на работу темнокожую женщину, чтобы в обществе о них сложилось правильное впечатление, как толерантной и сострадательной семьи. Ничего нового. Никакого милосердия или сердечности, только бизнес и репутация, мать её.

Однако мы с Нанни от этого только выиграли в итоге. Она заменила мне мать. Научила меня всему, что я умею. Вложила в меня всю свою душу и безграничную любовь. Она учила меня быть с открытым сердцем и не держать камня за пазухой. Она показала мне, что чистая душа намного важнее набитого кошелька. Я её боготворил. Когда мне исполнилось восемнадцать родители подняли вопрос о её увольнении, но я запретил даже вслух это произносить и начал платить ей из своего кошелька, на что они, разумеется, не возражали. Свои деньги у меня появились в семнадцать лет в качестве наследства от моей бабушки по маминой линии. В итоге это наследство по сей день помогало нам с Нанни не зависеть в бытовых вопросах от моих родителей. Еда, счета за дом, оплата разных взносов в нашем комплексе – всё оплачивал я сам. Также стабильно раз в месяц переводил определённую сумму на счёт Нанни. Хотя она отказывалась от этих денег, говоря, чтобы я просто покупал продукты в дом, а она будет мне готовить. Но я не слушал её, мне было спокойнее, что у неё всегда есть доступные средства. Мало ли что могло произойти, а она не будет голодать.

– Нанни, я люблю тебя, ты ведь знаешь это? – улыбнулся ей, встав из-за стола и подойдя к ней.

– Я тоже люблю тебя, сорванец, – приобняла она меня. Чмокнул её в висок и, взяв ключи от тачки, вышел из дома и направился в полицию.

Интересно, может, мне тоже пора начать топить своё горе в алкоголе?! Начну бухать с Нэйтом, стану алкашом. Тогда я точно буду не нужен Кайле и её родителям.

Впереди замаячило знакомое здание. За последние месяцы я в этом участке буквально прописался.

Зашёл внутрь и уже привычным маршрутом уверенным шагом направился к Глену. Пару копов узнали меня, приветственно кивая.

– А вот и он, – заржал бухой Нэйт, увидев меня в дверях кабинета Глена.

– Поехали, Тайсон. Тебя ждёт унитаз и постелька, – улыбнулся ему, прислонившись плечом к дверному косяку.

– Джастин, ты всё-таки подумай над предложением Трэвиса. Ты отличный друг, но, может, ему и впрямь будет полезно посидеть ночь в камере? – тихо обратился ко мне Глен, пока Нэйт убирал свою книгу и пытался встать из-за стола.

Наблюдая за ним, почему-то в голову пришло сравнение, что я забирал своего непослушного ребёнка со школы, ей-богу.

– Глен, он влюбился. Никакая камера не поможет и не спасёт от его внутренних переживаний. Он их выплёскивает наружу, потому что не может справиться с этим. Перебесится и успокоится. Но ему нужно время. Закрыв в клетке, вы его тем самым загоните в тупик, и он начнёт ещё сильнее загоняться. Ему нужно пространство для манёвра, – поделился своими размышлениями.

Мне было не сложно забирать этого оболтуса из участка, лишь бы он не натворил дел похуже.

– Ты лучший друг, каких я только видел, Джастин, – сжал моё плечо Глен, тепло улыбнувшись.

У Глена и его жены, Сьюзен, не было своих детей. Не знаю почему, просто не сложилось. Поэтому всю нашу банду он считал своими детьми и защищал в любой ситуации. Трэвиса не трогал на дорогах, вечно моргая в нужный момент и не замечая его ракету, проносящуюся со скоростью звука.

Диего, насколько я знаю, он высвободил из участка всего один раз, когда тот сильно избил парня. Но там было за что чебурахнуть, поэтому никто ему слова не сказал. С тех пор больше случаев не было. Вроде бы.

С Нэйтом было куча приключений. Глен его ангел-хранитель. То голого и пьяного на улице подбирал и домой отвозил, то приезжал по вызову соседей Нэйта на шум из его дома и просил сделать музыку немного тише, но не разгонял нас и не отбирал алкоголь. Святой человек.

Со мной хлопот у него было не так много. Разве что пару раз он приезжал забрать ублюдков, наподобие тех, кто Мишель чуть не изнасиловал. Я их вырубал и звонил ему. Был ещё случай, когда меня забрали в участок за вождение в нетрезвом виде. Но я тогда только купил тачку и решил это сразу отметить, но не рассчитал дозу и нажрался. Как назло, меня остановили и отвезли в участок. На помощь пришёл Глен и замял это дело. А, вспомнил ещё, однажды он тоже моргнул вовремя, когда мы с Нэйтом неслись по набережной, доказывая Трэвису, что моя тачка тоже умеет летать.

– Кстати, раз уж ты заехал, насчёт того ублюдка с вашей вечеринки. – Он сосредоточенно посмотрел на меня, а я стиснул челюсти, внимательно слушая его. – Его посадят на три месяца, плюс выпишут штраф на штуку баксов. Больше, к сожалению, судья не даст, потому что он первый раз попался, – вздохнул он, покосившись на Нэйта, который, вставая, чуть стол не снёс.

– Хоть так. Но если я его ещё раз увижу на вечеринке, ему не поздоровится, – предупредил Глена. – Мне тогда понадобится твоё доброе расположение и связи, – подмигнул ему.

– Сынок, всегда помогу, чем смогу. Только без трупов, идёт?! – улыбнулся он и сжал моё плечо.

– Это уж как получится, – лукаво ухмыльнулся, и Глен, рассмеявшись, покачал головой.

– Я готов, – протянул Нэйт, встав напротив меня и пошатываясь.

Его бровь была немного рассечена, губа распухла. С прошлой драки остался фингал под глазом и синяк на шее.

– Пистон, когда тебя отпустит вся эта история, клянусь, я сам всеку тебе за мои бессонные ночи, – улыбнулся ему и отошёл в сторону, чтобы он вышел из кабинета.

– Я охренительный красавчик… мать твою… – бормотал он себе под нос, пока мы шли по коридору на выход.

Усадив его в тачку, отъехал от участка.

Меньше чем через два месяца Рождество. А значит, моя петля на шее затянется окончательно. Возможно, постоянно спасая Нэйта, я отвлекался от своих проблем. Плюс Мишель, которая провела минувшие выходные у меня дома. Это был глоток свежего воздуха. Она невероятно скромная девушка, всё время извинялась и боялась напрячь меня, а я буквально вился вокруг неё два дня. Предлагал каждые пять минут то одно, то другое. Мне не хотелось, чтобы она уходила. Но выходные закончились, и она уехала. А я даже не взял её номер телефона. Хрен знает почему. Просто не взял. Просто решил, что так у меня не будет возможности сорваться с катушек и сделать то, что так хотелось. А хотелось мне много чего. Очень.

У неё потрясающая фигура. Я слюной изошёл, когда Нанни её переодела и оставила наедине с ней. Совершенно беззащитная девушка лежала в постели и спала сладким сном, а я не мог лечь рядом с ней и насладиться этой близостью. Зато мой взгляд жадно вбирал в себя те изгибы, которые были спрятаны под рубашкой. Я и пальцем к ней не притронулся, хотя хотелось. Только с волосами поигрался. А ещё от неё пахло ванилью. Сладко, тепло и маняще.

– Ну и… как там твоя… Мишель? – запинаясь, пробормотал Нэйт, откинувшись на спинку сиденья.

– Ты даже имя запомнил?! – удивился я, покосившись на него.

– Я всё помню… Ебобо… Всё, – пьяно протянул он.

Покачал головой, понимая, что он сейчас больше о своих тараканах думал, чем о моих. Но ему полезно. Пусть осознает, что не всё в этой жизни праздник и веселье. Иногда наступает время для сбора урожая.

– Мишель ушла в свою жизнь. Я её видел три дня назад, в воскресенье. Подышал немного свежим воздухом и вернулся в своё болото, – ответил ему, включив поворотник, чтобы перестроиться в левую полосу.

– На хрен тебе жениться… это ж балласт… – бросил он, прикрыв глаза.

Не стал комментировать, не зная, что ответить. Было несвойственное мне ощущение, что я устал. Совсем недавно мне исполнилось двадцать один, а ощущение, что шестьдесят один. Жизнь как-то стремительно закрутилась, словно я сел в экспресс поезд и нёсся навстречу неизбежному. В гроб, мать его.

Подъехал к дому, который находился в охраняемом комплексе. Соседи были тихими и, пожалуй, самый шумный был как раз мой дом. Особенно, когда здесь оставался Нэйт. Порой он мог ночью проснуться и пробежаться в чём мать родила по окрестностям. Колбасило парня, что поделаешь.

Зайдя в дом нас оглушила песня Don’t Stop Me Now в исполнении Queen. Нанни обожала эту группу и частенько включала, когда убиралась.

– Нанни! Любовь моя! Я вернулся! – завопил вдруг мой друг.

Господи боже, что за человек?! То бормотал под нос, то орал как потерпевший.

– Я не люблю алкоголиков! – в той же манере выкрикнула Нанни из недр нашего дома.

Я тихо рассмеялся, зайдя в кухню.

– Нанни! Я есть хочу! – не унимался Нэйт.

– А у тебя что, ручки оторвало?! Я думала только мозги отъехали. Так что пьяных я не обслуживаю, – фыркнула она, зайдя на кухню и скрестив руки на груди.

Я усмехнулся и подошёл к кухонному «островку», где стояло блюдо с лазаньей. Она, разумеется, уже остыла, пока я ездил, но аромат от неё исходил бомбический.

– Ну Нанни! Ну пожалуйста! – начал паясничать мой друг-дебил.

– Пистон, отвали от моей женщины, – бросил ему, нарезая лазанью. – Я сам тебя накормлю. Точнее, положу, а есть будешь своими щупальцами. Потом спать. И не дай бог ты ночью меня поднимешь. Клянусь, выгоню на улицу с голой жопой и потом не заберу из участка, – шутливо рыкнул на него, но это подействовало.

Он, подняв ладони, сел и заткнулся. Реально порой ощущал себя отцом с непослушным ребёнком. Раньше мы были как братья-близнецы, исполняя разную дичь на равных. Но после его кризиса в личной жизни мы изменили наши роли, и мне приходилось вовремя тормозить этого несчастного и влюблённого дебила.

Нанни довольно улыбнулась, слегка пританцовывая на месте. Как у многих афроамериканских женщин, у неё была сногсшибательная фигура и очень выразительная внешность. Она очень красивая женщина. И несмотря на то, что ей было шестьдесят лет, духом она была молода и любила потанцевать и подурачиться с нами. Нэйт, оценив танец Нанни, подлетел к ней и начал изображать Фредди Меркьюри, поющего в микрофон.

Наблюдал за ними, прислонившись к кухонному «островку» и наворачивая тёплую лазанью. Иногда я и сам танцевал с Нанни, когда настроение было подходящим. Только в последнее время я всё меньше испытывал посыл потанцевать. Точнее, не так. Танец для меня всегда был способом снять напряжение и отключить голову на несколько минут. Но недавно я заметил, что даже это уже не помогало. Даже отчаянно отплясывая под какой-нибудь популярный трек, меня не отпускало отчаяние. В голове был рой мыслей, мешающих кайфануть по-настоящему. Ощущал себя пленником собственного мозга, честное слово. И ведь не выберешься из этого плена, не спасёшься от самого себя.

– Ебобо, смотри! – заорал Нэйт, изображая Фредди Меркьюри.

Улыбнувшись, решил не комментировать. Точно ребёнок. Интересно, а с детьми всегда так? Надо поощрять любое их творение или можно высказаться, что порой лучше не делать так?! Нэйт неплохо двигался. Трезвым. Но вот пьяным… Это было жалкое зрелище.

– Я, чёрт меня дери, долбаный Фредди Меркьюри, мать его! Король вечеринок и веселья! – гоготал мой друг, пока выделывал свои пируэты.

Нанни рассмеялась и подошла ко мне.

– Вкусно тебе, мальчик мой? – провела ладонью по моим волосам и заглянула в глаза. Столько тепла и любви в её взгляде.

Эта женщина отдала мне, совершенно чужому ребёнку, двадцать один год своей жизни. Она ночами не спала, кормя меня из бутылочки, потому что мама не хотела кормить меня грудью. Нанни была тем человеком, кто увидел и запечатлел на фото мои первые шаги и даже записывала в блокнот мои первые слова или приколы, которые я, будучи ребёнком, выдавал. Я любил её. Любил, как никого. Даже родителей. Ради неё я готов и в пекло полезть, если бы понадобится. Она посвятила мне жизнь, я собирался отплатить ей тем же.

– Нанни, это шедевр. Просто отвал башки! Но ты и не умеешь готовить иначе, – подмигнул ей, жуя нежное блюдо.

– А что у нас на ужин?! – очухался Нэйт.

– Лазанья, – довольно протянул я, только сейчас осознав, что это итальянское блюдо, а у него с недавних пор всё, имеющее отношение к этой стране, вызывало отторжение и агрессию.

– Лазанья, говоришь?! – тут же напрягся он, подойдя к нам. Кивнул ему, не сводя взгляда и продолжая уминать за обе щеки. – Вкусно? – изогнул вопросительно бровь. Опять кивнул. – А это прямо классический рецепт из этой страны?! – не унимался он.

– Головастик, еда здесь ни при чём! – не выдержала Нанни, и я заржал. – Либо ешь, либо иди спать.

Нэйт насупился, но плюхнулся за стол и начал есть с каким-то странным остервенением. Точно ребёнок.

– Хоть поест, – пробормотала Нанни и, улыбнувшись мне, вышла из кухни.

Сел напротив Нэйта. Забавно, как нас с другом одновременно накрыло волной осознания происходящего в наших жизнях. Раньше мы постоянно шутили и прикалывались нон-стопом, а сейчас стали больше думать и анализировать. Хоть он бухал постоянно, но я знал, что в его мозгу тоже происходила бурная деятельность, которую он и не мог вытерпеть без анестезии. Поэтому я и не трогал его. Это пройдёт.

– Вкусно, – тихо признал он, задумчиво смотря в одну точку.

– Согласен, пистон. Когда следующие соревнования?

– Через месяц. Когда меня отпустит? – посмотрел он на меня своими печальными голубыми глазами. – Я не выдерживаю уже. Меня разрывает изнутри. Хочется заорать от беспомощности и бессилия, – признался он. Наконец он начал говорить. – Я… Я её ненавижу… Но… Чёрт… – он опустил глаза, перестав жевать. Я положил вилку и внимательно посмотрел на него. – Я скучаю по ней… Она мне снится практически каждую ночь. Этот взгляд, посылающий меня далеко и надолго. Эти соблазнительные губы… Чёрт… – прошептал он, положив приборы и уперев локти в стол.

– Время. Просто подожди. У тебя, в отличие от меня, есть в запасе время. У тебя ещё есть шанс вновь стать живым и счастливым. Тебя никто не принуждает ни к чему. Просто подожди, и всё наладится, – тихим голосом посоветовал ему.

Он поднял голову, и я заметил слёзы в его глазах. Нэйт никогда при мне не плакал. Я при нём тоже. Это как-то не принято среди парней. Нам же в принципе с детства внушают, что слёзы – это не мужское занятие. Правда, что ли?! А мы не люди, разве?! У нас нет сердца или души?! Нам не бывает больно?! Мы вообще-то тоже чувствуем и порой острее, чем женщины. Хотя эмоции – это такая субстанция, которую не оценишь и не взвесишь. Но мне кажется, что мы правда некоторые вещи переживаем глубже, чем девушки. Просто виду не показываем. Потому что не принято. Потому что страшно показаться слабым.

– А что, если это и впрямь… любовь? – еле слышно спросил меня, часто моргая.

Аллилуйя! Дошло! Я бы отметил это, но ему уже достаточно пить.

– Ты справишься, вот увидишь. Поверь, в этом нет ничего чудовищного, хоть сейчас тебе так и не кажется.

– Нет. Не любовь. Я её ненавижу, – покачал он головой, сжав челюсти.

Не дошло. Ладно, подождём.

– Как скажешь. Моё мнение ты знаешь.

– А почему ты собираешься жениться на Кайле, если не любишь её? Она же бесит тебя, раздражает и явно не в позитивном смысле. Зачем тогда? – вдруг спросил он, потерев переносицу.

– Хотел бы я сам знать, если честно. Я не могу бросить универ, а мои родители именно этим меня и шантажируют. Они считают, что слияние финансовых потоков наших семей – лучшая сделка века. А моё мнение не учитывается. Как они теперь говорят: «Стерпится, слюбится». Только вот я не очень понимаю, как я вдруг могу полюбить ту, на которую у меня уже даже не стоит. Ну, стоит, но вяло. Я что, вяло полюблю?! Я так не хочу. В моих мечтах я живу в любви, купаюсь в ней, если хотите. Я хочу любить. Хочу отдавать. Хочу что-то делать ради своей девушки. Хочу, чёрт подери, быть для неё супергероем! Я хочу… Знаешь, когда здесь была Мишель, то я реально почувствовал себя мужчиной. Не мальчиком, не парнем, а мужчиной. Тем, кто искренне заботился о своей женщине, которая плохо себя чувствовала. Я кайфовал от этого, веришь? – Нэйт внимательно слушал меня, но в ответ неопределённо покачал головой. Однако я продолжил: – Я крутился вокруг абсолютно незнакомой девушки, словно она центр моей Вселенной, и не чувствовал себя при этом каким-то ущербным или мягкотелым. Каждая её скромная улыбка отзывалась во мне взрывом гордости, мол, «Я смог. У меня получилось». Я кормил её с ложечки и, чёрт подери, это было лучшее, что со мной произошло за последние пару лет. Да какие пару… Мне кажется, я никогда так не наслаждался обществом девушки. Без секса, без дикого флирта, без намёков. Хотя нет, парочку намёков я сделал, не смог удержаться. Но она невозможно притягательная девушка. Совершенно бесподобная. Рядом с ней я чувствовал себя значимым и важным. Я жил, дыша полной грудью, – признался ему в своих сокровенных мыслях.

Я старался не анализировать минувшие выходные, чтобы не отчаяться совсем. Но Мишель правда потрясла меня своей неимоверно женской сутью. Она мягкая, тёплая, пленительная. Она женщина, хоть ей всего двадцать. Вот о такой я мечтал с детства. Такую жену я хотел, которая ест со мной жирную еду, не считая дебильные калории. Которая громко смеётся, не сдерживая себя. Которая краснеет, когда смущается. А смущается она от моих двусмысленных намёков. Которая при этом любит своё тело и не издевается над ним. Которая ценит себя. Которая искренняя и настоящая.

– Судя по всему, исходя из вашей с Трэвисом логики, ты запал на неё, – заключил Нэйт, который в принципе не обсуждал дела сердечные, обсуждая только дела постельные.

Прогресс на лицо.

– Мне нельзя западать на неё. Я не могу решить вопрос с Кайлой, а тут ещё и это. Мне просто нельзя. Это чревато последствиями. Если бы я был свободен, то не упустил бы её ни за что. Если бы я мог расстаться с Кайлой без последствий, то по-любому завоевал бы Мишель. Но чёрт, я не могу так поступить с Кайлой, как бы я к ней ни относился. Не могу. Я топлю за искренность, а сам буду за спиной воду мутить?! Как это называется?! Лицемерие и двойные стандарты. Это не моя история, – обречённо произнёс и встал, чтобы взять кувшин с соком и стаканы.

– Ты сам говорил, что сердцу не прикажешь, а сейчас говоришь, что нельзя западать на неё. Разве этот вопрос контролируется сердцем или мозгом?! – задал слишком глубокий вопрос Нэйт.

Я аж растерялся и подвис, пока наливал нам сок.

– Ну, сердцу не прикажешь, это факт. Однако в моих силах не искать встреч с ней и постараться не думать.

– И как? Получается не думать? – усмехнулся он, взяв стакан.

Бросил на него взгляд. Вот ведь, сукин сын, какой умный и прозорливый стал.

– Не очень, – признался ему.

– То есть, если бы не Кайла, то ты приударил бы за ней?

– Да. Я бы добился её. А потом носил бы на руках, кормил с ложечки и боготворил каждый божий день, – улыбнулся, сев обратно и сделав глоток сока.

– Серьёзно тебя зацепила, – задумчиво заключил он, разглядывая стакан. – Помнится, ты именно о таком и мечтал. Помню, как ты лет в тринадцать сказал мне, что твоя жена будет самая счастливая женщина, потому что ты будешь отдавать ей все заработанные деньги, – улыбнулся он, рассмешив меня.

Было дело. Но в моём мировоззрении ничего не поменялось. Я бы своей жене отдавал все свои бабки. Только, блин, Кайле отдавать свои деньги мне вообще не хотелось.

– А в пятнадцать, кажется, ты выдал, что сделаешь ей ребёнка как можно быстрее, чтобы вам было веселее втроём. Мол, так любви будет втрое больше, – продолжил вспоминать мои подростковые мечты Нэйт.

И здесь ничего не поменялось. Я любил детей и хотел их. Я бы видел в них продолжение нашей любви. И первого ребёнка действительно хотел побыстрее. Я не верил в то, что надо сначала притереться и наладить быт. Всё можно делать параллельно, если ты реально любишь человека. Может, я слишком романтичен, но я верил в одно: в силу любви.

– Ну а что?! Представь, как здорово видеть нового маленького человека, похожего либо на тебя, либо на твою любимую женщину?! Это ж космос! Не было человека и вдруг появился, да ещё и твой. Это фантастика, – улыбнулся, представив, каким был бы мой ребёнок.

– Я бы повесился, если б мой ребёнок был по темпераменту похож на меня, – заржал Нэйт.

– А я бы вместе с ним с ума сходил, – пожал плечами я.

– Тогда твоя жена от тебя свинтит, – захрюкал он от смеха.

– Ни хрена! Моя жена будет со мной на одной волне и поддержит наше веселье, – довольно ответил ему.

– Кайла?! Серьёзно?! Что-то я слабо представляю её, радостно прыгающую под 50 Cent или Eminem рядом с тобой и вашим ребёнком, – вернул меня в реальность Нэйт, и я тут же перестал смеяться.

М-да. Точно. Кайла. Она не только не поддержит, но и скорее начнёт вопить, что мы мешаем ей медитировать или ловить дзен около бассейна с каким-нибудь фито-коктейлем из шпината и соевого молока.

– Пистон, ты обломал мне весь кайф сейчас, – горько усмехнулся я.

– Я теперь мистер Облом, – подмигнул мне. – Что мне одному страдать?! Нет уж, ты мой лучший друг, значит, вместе будем сопли жрать.

Я рассмеялся, покачав головой.

– А что за книгу ты с собой постоянно носишь?

– Теперь ты обломал мне весь кайф, сукин ты сын, – горько улыбнулся он. – Эта та самая книга тупых советов для тупых пикаперов, которую я купил в магазине пираньи. Мне кажется, я её уже наизусть знаю, но не могу расстаться с ней. Просто ношу всегда и перечитываю. Эти наитупейшие советы поднимают мне настроение, – поделился Нэйт. – Хочешь зачитаю один из любимых? – Кивнул ему, и он тут же полез за книгой, озорно улыбнувшись. Ну, точно ребёнок. – Слушай: «Перед свиданием не брейтесь! Девушки любят настоящих альфа-самцов, от которых за версту несёт мужчиной. А это означает, что все волосы на вашем теле должны остаться нетронутыми. Лицо, грудь, руки, ноги и, конечно же, ваш дружок, должны быть покрыты шерстью», – давясь смехом, он посмотрел на меня. – Как тебе?! Скажи, дебильнее ты ничего не слышал?!

– «Дружок»? «Шерсть»? – заржал я. – Неужели это кто-то всерьёз воспринимает?!

– Надеюсь, что нет. Иначе такие тупые советы не доведут ни один болт до финиша, – захрюкал он.

– Слушай, если этот болт называет свой член «дружком», то может, ему и не стоит доходить до финиша?! – задал резонный вопрос я.

– Именно! – ткнул он в меня пальцем. – Альфа-самец и «дружок, покрытый шерстью» не сочетаются как-то. Пусть тогда косички плетут из волос, торчащих из ноздрей, и крутят дреды на заднице, а девушек оставят в покое.

Я расхохотался и покачал головой, смотря на него. Ну, хотя бы он смеётся. Хотя бы мы оба смеёмся. Вот же чёрт. Раньше мы только и делали, что ржали, а сейчас два унылых говна. Надо с этим что-то делать. Только что? В его случае время поможет. А в моём? Мне что делать, чтобы вновь почувствовать себя счастливым и полным жизни?! Как выбраться из этого капкана живым?! Как получить профессию, оставшись при этом без оков и цепей?! Сколько вопросов сразу. А ответы есть?! У меня нет.

Интересно, а чем сейчас Мишель занимается? Я искренне старался сделать эти выходные для неё максимально ненапряжными и приятными. Мы немного пообщались про учёбу и планы на будущее. Узнал, что она только в этом году перевелась в универ, любила начос с гуакамоле, чай с мятой, лаймом, корицей и сахаром, и жить не могла без пирожных. Мы даже вместе фильм посмотрели, лёжа в кровати и жуя чипсы. И плевать нам было на калории. Она, кстати, оценила мое коронное блюдо – чипсы с Nutella.

В какой-то момент мне показалось, что ей со мной спокойно и комфортно. Она расслабилась, забыв про свою работу и разрешив мне вдоволь наиграться с её волосами.

Однако деньги так и не взяла, а я два дня пытался ей их всучить, но пришлось сдаться, потому что она сказала, что её это унижает. А у меня и мысли подобной не было. Ещё она живо интересовалась моей жизнью, задавая вопросы. Она была такой настоящей и искренней. И много улыбалась.

Интересно, а она думает обо мне?!

Глава 6

Мишель

Поправив рюкзак на спине, вышла за пределы территории кампуса и направилась в сторону кафе, в котором подрабатывала официанткой. Из-за тех выходных, что я пропустила неделю назад, пришлось сократить свои расходы. Я, конечно же, не взяла денег, которые Джастин предлагал мне. Кому дают деньги за проведённое вместе время? Правильно, проституткам. Ну или можно иначе назвать – эскортницам. Но суть не меняется. А я осталась с ним по своей воле и неспособности организма слушаться меня. Правда к вечеру субботы мне полегчало, и я даже смогла сама сходить в душ. В воскресенье после вкуснейшего обеда я уехала. Его няня, Нанни, совершенно невероятная женщина с огромным сердцем и кучей смешных историй про детство Джастина в арсенале. В ней столько тепла и любви, что мне очень хотелось подольше задержаться у них, но это просто невозможно.

Джастин мне тоже очень понравился. Я бы даже сказала слишком понравился. Он ни на минуту не дал мне подумать, что я для него обуза или гость, которого он не очень-то хотел видеть. Наоборот, не отходил от меня и окружил вниманием и заботой, словно я самый долгожданный человек в его жизни. Никогда прежде не сталкивалась с таким отношением от парней. Тем более настолько обеспеченных.

Но. Всегда есть «но».

У него есть девушка. Ха! У него невеста, а не девушка. Он обмолвился, что скоро должен сделать ей предложение, поэтому мои мечты, что он как-то по-особенному относился ко мне, можно засунуть глубоко в задницу. Да, мы пообщались немного, но остались незнакомцами, которые разошлись в свои жизни.

Однако я думала о нём всю неделю. Так странно… Но я скучала по нему. По тому, кого практически не знала.

– Слушай, прости, что я тогда оставила тебя одну. Просто тебя и так никогда не вытащишь на вечеринку, а тут получилось, и вот чем всё закончилось, – сокрушалась Эшли, взмахнув рукой. – До сих пор не могу простить себе, что не предусмотрела подобной ситуации, – пробормотала моя подруга, которая тоже шла в сторону своей работы, только в кофейне.

– Эшли, да успокойся ты уже! Если не считать того, что я испытала дикий шок на утро, то я легко отделалась, – улыбнулась ей.

Когда я рассказала ей о своём приключении в мир роскоши и богатых парней, то она заключила, что это похоже на сказку про Золушку. Пришлось расстроить её, сказав, что принц занят. Да и вообще, разве такой парень заинтересуется бедной девушкой?!

– Шок она испытала! Да я бы там коньки отбросила и трусики обмочила! Но тебе действительно повезло, что твоим супергероем стал Джастин. Я наслышана о нём и его компании. Там все парни такие… мощные и какие-то идеальные, – рассмеялась она. Поправила шарф, затянув его потуже. Ноябрь в Лос-Анджелесе хоть и тёплый, но не жаркий месяц. – Но особенно я наслышана именно о Джастине. Ходят слухи, что он очень искренний парень и ко всем знакомым девушкам относится как к принцессам. Всегда поможет и поддержит, обнимет и приголубит. Душка он, короче говоря. И это несмотря на то, что он из супербогатой семьи.

Обнимет… Да, в течение выходных он обнимал меня несколько раз, особенно когда мы смотрели фильм. Он лёг рядом со мной и положив мою голову себе на грудь, зарылся рукой в волосы и делал что-то невообразимо приятное. Его ладонь сначала массировала кожу головы, потом проходилась по волосам, пропуская пряди сквозь пальцы, а потом повторяла всё по новой. Он так делал практически полтора часа, пока шёл фильм. А я от этой ласки буквально отупела и чуть слюни на его футболку не пустила.

– Да, Джастин был невероятно добр и щедр ко мне. Никакого высмеивания моей глупости или высокомерия от его положения я не почувствовала. Он хороший парень с добрым сердцем. Во всяком случае, за два дня я не увидела никаких подводных камней. Но! Мы с ним живём разным жизнями и давай закроем эту тему. Я жива и это главное, – покосилась на неё.

– Ладно-ладно, – вскинула она ладони, посмотрев на меня своими карими глазами. – Но я рада, что ты оказалась именно в его руках. Значит, так должно было случиться.

Вздохнув, поняла, что после тех выходных я ненароком сравнивала знакомых в университете с ним. Мимику, жесты, манеры… Это происходило непроизвольно. Видимо, он покорил меня своим отношением. Раз в мире есть один такой невозможный парень, то, значит, существует вероятность встретить ещё одного, но свободного. И желательно из моего мира. Более скромного и приземлённого, что ли. Наверное, когда у тебя денег куры не клюют, легко оставаться добрым, весёлым и открытым. Тебе не нужно ломать голову, как прокормить себя, оплатить счета и при этом ещё желательно нормально выглядеть. И это я молчу про праздники, когда надо покупать подарки…

Наверное, когда у тебя много денег, жизнь не кажется каким-то сплошным квестом, где ты носишься как курица с отрубленной головой от одной цели к другой, попутно разгадывая разные ребусы. Возможно, приличный счёт в банке даёт тебе свободу действий и выбора. Я никогда не жила в тех условиях, в которых Джастин вырос. Одна ванная комната в его доме сопоставима по размерам с моей комнатой в общежитии. А в моем родном доме моя спальня и того меньше. А про изобилие продуктов в холодильнике я вообще молчу.

Однако в век толерантности и свободы чего бы то ни было, стоит отметить, что многие обеспеченные люди по-прежнему ведут себя по-хамски. Это я периодически наблюдаю, работая официанткой. Наше кафе не из самых дорогих, но там действительно вкусно готовят, и поэтому пустующих столиков практически никогда не бывает. Разумеется, к нам заходят совершенно разные личности. Бывают и очень приятные, а бывают не очень. Так вот откровенное хамство до сих пор можно услышать только от богатых и зажравшихся людей, мнящих себя избранными. Сверкая бриллиантами, они унижают тебя, указывая на твоё место в пищевой цепочке. Чего только не бывает. Например, могут демонстративно опрокинуть стакан с соком или горячий чай на тебя. Так вот Джастин явно не из их песочницы. Он воспитанный и культурный.

– Слушай, а ты не в курсе, можно ли в нашем общежитии жить с ребёнком? – неуверенно поинтересовалась, остановившись около кофейни, где работала Эшли.

– С ребёнком? Твоя мама Итана привезёт, что ли?

– Да, – вздохнула я, – она решила поехать на День благодарения к своему новому ухажёру, а Итана не с кем оставить. Как ты понимаешь, я не могу оставить работу и поехать домой. Мне надо что-то придумать.

– Оу, не думаю. Это же студенческое общежитие, какие дети?! Но ты узнай, на всякий случай, – нахмурилась она.

– Узнаю. Ладно, спасибо. Я побежала дальше, – чмокнула её в щеку и поторопилась на свою смену.

Наше кафе было знаменито завтраками, тщательно отобранных из кухонь разных стран мира, которые подавались весь день. Были варианты для веганов и фитнес зависимых. Гранола, авокадо, яйца пашот, лосось или жареные колбаски с тостом, бекон, каша или пудинг. Голодными точно не уйдёте. Место было популярным и молодёжным, хотя открылось всего год назад. Такая фишка принесла владельцу миллион долларов, а мне возможность работать.

Гарольд, непосредственный владелец кафе и мой начальник, был порядочным человеком. Он считал, что основа любого бизнеса – это слаженное взаимодействие людей, увлечённых своим делом. Он сам лично дотошно отбирал персонал на работу, даже официантов. Если ты не умел общаться с людьми ненавязчиво, но при этом дружелюбно, то тебя не брали. Если ты мечтал плюнуть в тарелку гостю, то тебя не брали. Если ты втайне ненавидел людей, то, естественно, тебя не брали. Короче говоря, Гарольд считал, что мелочей в бизнесе не бывает. Всё должно быть на уровне. От нас, официантов, требовалось только одно: желание быть полезным. Мне нравилась такая позиция. В коллективе была здоровая атмосфера, без подковёрных игр. И я была несказанно рада, что Гарольд с пониманием отнёсся к моему «отравлению», как тогда это преподнёс Джастин.

Когда я вышла на работу в понедельник, то он удивился тому, что у меня есть жених. И дело не в том, что я страшная уродина, как он сказал, а в том, что я никому про него не говорила. Пришлось соврать и сказать, что я просто очень суеверная и не треплю о своей личной жизни налево и направо.

– Привет, кудряш, – улыбнулся Гарольд.

На вид ему было лет тридцать пять. Шатен, с бородой, в очках и светло-карими глазами. Иногда он дополнял свой образ вязаной шапочкой. Любил джинсы и грубые ботинки, футболки и свободные клетчатые рубашки. Он был привлекательным мужчиной. А ещё у него были какие-то татуировки на предплечьях, витиеватые узоры и орнаменты, явно скрывающие тайный смысл.

– Привет, Гарольд, – улыбнулась и прошла в служебное помещение, чтобы переодеться.

Надев чёрный фартук и заколов волосы по бокам, вышла в зал. Из колонок лилась песня No Roots исполнительницы Alice Merton.

– Обслужишь третий столик? Она только подошла, – обратился ко мне один из новеньких парней-официантов, имя которого я забыла.

Кивнув ему, подошла к блондинке.

– Добрый день. Могу помочь вам с выбором, или вы уже определились? – вежливо улыбнулась ей, приготовив небольшой электронный планшет, куда мы вбивали выбор гостя, и он автоматически отображался на дисплее в кухне.

Девушка подняла на меня свои голубые глаза и недовольно фыркнула.

– У вас всё очень жирное, а мне говорили, что вы способны удовлетворить требования всех посетителей, – скептически изогнув бровь, писклявым голосом произнесла она.

Вот о чём я и говорила. Бриллианты в её ушах от искусственного освещения буквально слепили меня, аккуратный маникюр показывал, что руками она не работала, волосы идеально прямые и блестящие. У неё полно денег и очень мало воспитания.

– Есть обезжиренный йогурт с гранолой. Есть желе с ягодами, тоже без жира. Есть яйца пашот с салатом из рукколы, – перечислила я очевидные варианты нежирных блюд.

– В яйцах желток сплошной холестерин, в граноле одни углеводы, в желе полно сахара, – цокнула она.

– А что бы вы хотели попробовать? Я могу передать ваши пожелания нашему шеф-повару. Возможно, он сможет порадовать вас, – моя улыбка уже была неискренняя, скорее, натянутая или дежурная.

– Откуда я знаю, что хочу?! – взвизгнула она. – Я привыкла выбирать, понимаешь?! Выбирать, а не самой изобретать велосипед!

Мысленно досчитала до пяти.

– Может, начнём с напитков? Сок, вода, чай, кофе?

– Кофе без кофеина с соевым молоком.

Ну, разумеется! Кофе без кофеина. Мясо без мяса. Шоколад без какао бобов. Голова без мозгов.

Подавив желание закатить глаза, вбила её заказ в планшет. Блондинка продолжила нервно крутить меню в руках, как зазвонил её телефон. Решила не стоять над душой этой привереды и отошла на пару метров, поглядывая в сторону кухни.

– Алло, – недовольно и громко ответила она на звонок, – да, я пришла в это кафе, где завтраки, и тут совершенно нечего поесть! – повысила децибелы эта девушка. – Нет, дорогой, для всех людей тут полно выбора, но для меня нет ничего. Я же не могу есть жиры и сахар! Целлюлит появится, морщины, прыщи. Ты вообще о чём?! – недоуменно ответила, очевидно, своему парню.

Увидела, что кофе без кофеина готов и, подхватив её заказ, принесла ей.

– Сколько мне ещё тебя ждать?! Ты постоянно учишься или работаешь! Я устала находиться в режиме ожидания! Я отсюда не выйду, пока ты не приедешь! А учитывая, что мне здесь даже поесть нечего, то это будет на твоей совести, что твоя будущая жена голодает! Голодает, понимаешь?! – театрально завыла эта индюшка.

Нет, ну правда! Натуральная такая индюшка. Интересно, а какой у неё парень?! Ему нравится такое поведение?! А её писклявый голос?!

– Да, дорогой! Совершенно нечего! Вообще! Поэтому жду тебя здесь! – практически выкрикнула она и, отключив звонок, бросила телефон на столик. – Что ты стоишь и подслушиваешь?! – прищурилась она, глядя на меня. – Ни еды нормальной, ни обслуживания. Пошла вон, мне больше ничего не надо, – и она демонстративно отвернулась от меня и закинула ногу на ногу.

Да я только с радостью отойду подальше! А то не хотелось, чтобы зацепило брызгами говнеца.

Блондинка в итоге уткнулась в телефон и практически не поднимала головы. Оставив её, занялась другими столиками. Остальные посетители были намного приветливее и дружелюбнее. Баланс соблюдён. На десять адекватных будет один неадекватный.

Где-то через полчаса пошла на кухню за очередным заказом. Выйдя с подносом в зал, чуть не выронила его. Мне пришлось несколько раз перебрать руками в воздухе, чтобы удержать его, а учитывая, что на нём стояли стаканы с соком, то я точно фокусник танцевала с подносом в проходе.

Боже, до чего же я жалкая!

За столик к этой взбалмошной и невоспитанной блондинке подсел он, Джастин. Я обомлела и оторопела. Пульс мгновенно взлетел до небес, а перед глазами словно петарду взорвали. Это и есть его девушка?! Серьёзно?! Но как?! Как такой приятный и добрый парень мог жениться на такой высокомерной хамке?!

Это не моё дело.

Взяв себя в руки и вцепившись в поднос, прошла мимо к другому своему столику. Пока расставляла еду, невольно услышала их диалог.

– Кайла, здесь полно вкусной и полезной еды. В чём проблема?! – изумился Джастин.

Кайла, значит. Тут я вспомнила, как он с ней разговаривал по телефону у себя дома. Тогда в его интонации не чувствовалось какого-то особенного отношения к ней, словно он со знакомой разговаривал, а не с будущей женой.

– Полезная?! Ты сейчас серьёзно?! Одни жиры и углеводы, – фыркнула она.

– Но… – начал он, как вдруг заметил меня.

Наши взгляды встретились. Джастин явно потерял дар речи, но быстро собрался и едва заметно улыбнулся. Моё дыхание сбилось, и я нервно облизала губы, почувствовав смятение. На секунду в моём мозгу пробежала мысль спрятаться за подносом, но потом я поняла, что это будет по меньшей мере глупо. Поэтому поспешно отвернулась, засунув несчастный поднос подмышку и, чуть ли не подпрыгивая от нервозности, устремилась в сторону кухни.

– Девушка, – тут же полетело мне в спину. Я замерла, не поворачиваясь. – Вы не могли бы принять у меня заказ? – с какой-то игривой интонацией произнёс Джастин, явно обращаясь ко мне.

Что ж, я на работе, а это мой стоик, поэтому вновь развернулась и подошла к ним. Попыталась изобразить на лице непосредственность, но уголок губ нервно дёргался.

– Конечно, – выдавила из себя. Он внимательно посмотрел на меня, в его взгляде плясали озорные огоньки. – Я буду жареные сосиски, тост с творожным сыром, вишневое желе, круассан с пастой Nutella и кофе, – уверенно перечислил он.

– Ты с ума сошёл столько жрать?! Джастин, я вообще-то тоже хочу! Пойдём в другое место, где мы оба сможем поесть! – процедила его девушка.

– Кайла, если ты даже здесь не смогла ничего выбрать, то я тогда не знаю, куда нам пойти. Иди траву во дворе пощипай, – бросил ей, а я сжала губы, чтобы не рассмеяться. Джастин вновь перевёл взгляд на меня. – К сосискам ещё бекон, пожалуйста, – обратился он ко мне и подмигнул.

О господи… Он очарователен. Я вот никогда не умела подмигивать одним глазом, у меня всё лицо ходуном ходило, но у него это получилось так органично. А от осознания, что он подмигнул мне при своей девушке, у меня начался нервный тик.

– Кофе декаф или классический?! – уточнила у него, еле ворочая языком.

– Кофе с кофеином и с коровьим молоком. Сосиски из мяса. Бекон из жирной свиньи. А круассан обязательно с глютеном и побольше жирной пасты, – забавлялся он, сверкнув в меня игривым взглядом.

Наверняка я покраснела, но всё вбила в планшет и поспешно удалилась, стараясь не запнуться и не растянуться посреди зала. Спрятавшись за стойкой, где стоял кассовый аппарат и различные стаканы, наблюдала за ними, точно в засаде сидела. Чувствовала себя малолеткой, которая следила за своим кумиром из кустов.

Джастин был очень симпатичным парнем. Эдакий Кен. И рядом с ним была его Барби. Оба светленькие, оба идеальные, оба богатые и успешные.

Вот что за несправедливость такая?! Почему таким парням, как Джастин, нравятся такие суки, как Кайла?! Я была достаточно застенчивой и стеснительной. Порой могла покраснеть от неловких ситуаций. Но также я была доброй и понимающей, не выносила мозг людям, не навязывалась им и не доставала. Однако размазнёй или соплёй меня тоже нельзя было назвать. Я вполне могла постоять за себя. Ну, когда не пила наркоту из рук незнакомцев. Но я точно не была сукой или стервой. А, видимо, именно такие и имели популярность у парней, как Джастин.

Взяла его заказ и подошла к их столику. Джастин довольно потёр ладони, улыбаясь и смотря на меня.

– Мать моя женщина, как всё аппетитно выглядит, – промурлыкал он, пока я расставляла перед ним тарелки трясущийся рукой. – Можно мне ещё апельсиновый сок? Очень хочется кислого. Знаете, иногда бывает такое состояние, когда жажда мучает?! – стрельнул в меня озорным взглядом. Сдержав улыбку, кивнула. – Вот у меня сейчас такое состояние. Мышцы ломит, тело буквально не слушается после тренировки в зале. Очень хочется сок, – протянул он, продолжая провоцировать меня на улыбку.

На подносе остался стакан, в который наш шеф-повар заботливо воткнул нарезанную морковь и сельдерей. Поставила его перед блондинкой.

– Это ещё что?! – брезгливо цокнула она.

Джастин заржал в голос.

– Это чтобы ты не скучала, Кайла. Грызи, бобёр, – смеясь, он вытащил сельдерей и воткнул ей в рот.

Быстро убежала за соком, не дождавшись волны её негодования, но внутренне ликуя, что Джастин понял наш с шеф-поваром юмор.

– М-м, потрясающе вкусно! – тут же поделился со мной Джастин, как только принесла ему сок. – Как жаль, что я раньше не знал об этом заведении. Здесь так атмосферно, тепло и светло. Так хорошо, – жуя тост, он поднял на меня свои серо-зелёные глаза. На секунду мне привиделось, что он рад именно мне. Пощечину бы мне влепить за такие мысли. – Благодарю за вашу заботу, – и захватив губами трубочку, он сделал большой глоток. – М-м, выпил бы целый стакан, а лучше два. Очень вкусно, – подмигнул мне, и я, залившись краской, ушла.

Но в этот раз встала недалеко от стойки, чтобы видеть все свои столики. Джастин то и дело посматривал на меня, и в его взгляде читался интерес. Пару раз он слишком долго смотрел, будто думая о чём-то. Я же от неловкости быстро отводила взгляд, но кожей чувствовала, что он изучал меня. Мне бы тоже хотелось поразглядывать его ещё, но я была на работе, а он был с невестой.

Джастин ел не спеша, смакуя каждый кусочек. Его спутница то и дело утыкалась в свой телефон и что-то говорила ему, но он был увлечён едой и особо не отвечал ей. Мой организм как-то странно реагировал на его присутствие. Мне безумно хотелось, чтобы он меня обнял, и вновь ощутить себя, как дома. Это удивительно, но я правда впервые в жизни с незнакомым человеком чувствовала такую необъяснимую близость, словно мы родственные души. Бред? Знаю. Но мечтать не вредно. Поэтому я внаглую предавалась фантазиям, пока он ел. Надеюсь, глупой мечтательной улыбки на лице у меня не было.

Возможно, из-за отсутствия богатого опыта в отношениях, я так легко уплывала в мир грёз и фантазий. Но я правда неискушенная в романтических переживаниях. За двадцать лет влюбилась только однажды, после чего завязала с этим делом. Не то чтобы я специально сторонилась парней, нет. Просто как-то потом не сложилось, никто меня не привлекал и не будоражил моё сознание. Никто не вызывал учащенного сердцебиения и разливающегося тепла по всему телу. Никто не снился. Никто не мерещился везде и всюду. Я просто жила и мечтала изо дня в день. На свидания не ходила, но меня никто на них и не приглашал, если честно. Никто не проявлял заинтересованность во мне. Наверное, потому что сейчас модно быть другими, всё время тюнинговать своё лицо, сидеть на диетах и демонстрировать свою сексуальность. Я же, наоборот, была слишком натуральной, но подмышки брила! Я не совсем про бодипозитив сейчас с растущими лианами и сотней лишних килограммов, нет. Я ухаживала за собой, но не переделывала себя в угоду модным стереотипам, которые меняются со скоростью звука. Я не старалась никому понравиться, в глубине души надеясь, что могу вызвать интерес именно своей самобытностью.

Через час, когда его невеста превратилась из стервы в разъяренную фурию, Джастин довольно потянулся, закончив свой приём пищи. Подошла, чтобы убрать со стола и принести счёт.

– А доставка на дом у вас есть? – между делом поинтересовался Джастин, достав свой кошелёк.

– Есть.

– Прекрасно. Я нашёл своё любимое место с потрясающей кухней.

– У тебя твоя прислуга готовит. Зачем тебе доставка еды?! – возмутилась его девушка.

– Она не прислуга, Кайла, это раз. Её зовут Нанни, это два. Ей тоже надо отдыхать от плиты, это три, – отчитал её Джастин, протянув мне карточку.

Боже, до чего же неприятная она. Как он с ней живёт?! Как он собирается всю жизнь провести с ней бок о бок?!

Напоминание о Нанни и её безумно вкусной еде вызвало во мне приятный трепет. Мне очень понравилась эта женщина. Бывают люди, около которых тепло как от костра или камина. Вот она из таких.

Принесла терминал для оплаты, игнорируя накалённую обстановку за их столиком. Джастин явно разозлился на свою девушку, судя по напряженной челюсти и острому, как лезвие, взгляду. С вежливой улыбкой протянула ему чек с карточкой, как Джастин вновь полез в кошелёк и, достав оттуда двести долларов, положил их на стол. Его заказ был на тридцать пять долларов. Я непонимающе посмотрела на него.

– Мне здесь очень понравилось, – пояснил он с лёгкой полуулыбкой.

– Ты с ума сошёл оставлять такие чаевые?! – уже завопила его фурия.

– Кайла, труд людей должен оплачиваться. Особенно, когда им приходиться иметь дело с такими персонажами, как ты, – невозмутимо ответил он, поднимаясь.

Я сделала шаг назад, не притронувшись к деньгам. Это слишком. Мне стало неудобно и некомфортно.

– Возьми их, пожалуйста. Это всего лишь чаевые за такой дивный обед, – прошептал он, пока его девушка проверяла свой макияж, достав из сумочки зеркало.

– Это много, – еле слышно пробормотала, замотав головой.

– Мишель, – протянул моё имя, словно смакуя его, – клиент всегда прав. Или мне Гарольда позвать?! – игриво подмигнул он, а я в шоке приоткрыла рот.

Он и имя моего босса запомнил?! Да что за человек такой?! Слишком внимательный и правильный! Слишком учтивый!

– Я готова, – оповестила Кайла, и Джастин, мельком посмотрев мне в глаза, развернулся и вышел из кафе.

На ватных ногах подошла к столику и забрала чаевые. Этого мне хватит не на одну неделю. Фактически он с лихвой компенсировал мои нерабочие выходные. Посмотрела на улицу, где они стояли и о чём-то оживленно говорили. Она вновь размахивала руками, а Джастин, запустив руку в волосы, смотрел на неё с каким-то странным выражением. Словно его всё достало. Словно он не хотел её слушать. Словно он был сыт по горло её воплями. Но он ведь собирался жениться на ней, а значит, это игра моего больного воображения.

Где я и где он?! Но самое главное: где я и где она?! Раз он встречался с девушкой модельной внешности, то мои фантазии насчёт него просто несбыточны. У неё не только внешность модели, но и рост и фигура в целом. Высокая, с пышным бюстом, стройная с плоским животом, длинноногая, с прямыми волосами и идеальной кожей. А я?! С формами, но невысокая. Мой рост остановился лет в пятнадцать. Я имею в виду в длину, в ширину-то я росла ещё. Вместо глянцево прямых волос, была необузданная грива. Вместо идеальной кожи – веснушчатая. Вместо плоского живота – слишком женственный. Вместо длинных ног – просто ноги.

Да и вообще! Неужели я сейчас всерьёз думала о возможности романтических отношений с таким Кеном, как Джастин?! Где мой мозг?! Как вообще мои фантазии оказались связаны с ним, совершенно незнакомым и занятым парнем?! Какая глупость плескалась в моем воображении! Кому расскажешь, на смех поднимут. Это всё в книгах, точнее, в сказках, возможно, чтобы такой парень обратил внимание на простушку, как я. А в реальной жизни они встречались с девушками под стать себе, с ровней. У них свой мир, куда таким, как я, вход воспрещён.

Однако вопреки здравому смыслу я продолжала смотреть на него и представлять, как он обнимает меня и ласково шепчет моё имя. А я дышу им. Настоящим мужчиной.

Мечтать не вредно.

Вредно не мечтать.

Глава 7

Джастин

После очередной гонки Трэвиса, где он, как всегда, всех обставил, я ехал в своей тачке и улыбался, как дебил. Почему? Потому что я, умненький мальчик, срубил бабла, поставив на своего друга. Все думали, что я купался в деньгах, вытирая ими задницу.

Камон, чуваки, вы серьёзно?!

Это мои родители так себя вели, но не я. Разумеется, бабки у меня были, чего уж скрывать. Но я не пользовался родительскими счетами с тех пор, как купил тачку, стараясь зарабатывать то на гонках Трэвиса, то работая в бюро помощником архитектора. Мне хотелось самому чего-то добиться в жизни. Однако, как ни печально это признавать, но я все ещё зависел от родителей. Точнее, моя учёба зависела и возможность закончить этот дорогой частный универ. Поэтому я не такой уж охренительный красавчик, каким мне хотелось быть. Но ничего. Придёт время и стану совершенно независимым. Надо немного потерпеть и потянуть время с этой долбаной свадьбой.

Но настроение сегодня было приподнятым не только из-за выигранных денег. Через несколько дней будет День благодарения, а я любил праздники. Нанни всегда готовила что-нибудь особенное, и мы с ней вдвоём смотрели фильмы, обжираясь до отвала.

Нашёл в проигрывателе песню Remember The Name в исполнении Ed Sheeran feat Eminem & 50 Cent. Охрененая вещь, прям под моё сегодняшнее настроение.

Барабаня пальцами по рулю и качая головой в такт, заметил на противоположной стороне дороги идущую по тротуару Мишель. Я не видел её больше недели, с тех пор как узнал, где она работает. Конечно, я испытал шок, увидев её тогда, но это было приятным открытием. Как будто появился лучик света среди тумана моей жизни. Правда я не искал с ней встреч и больше не заглядывал к ней на работу. Не хотелось провоцировать самого себя и проверять на прочность свою силу воли. Но сам факт того, что я теперь знаю, где её найти, почему-то очень радовал меня.

Боже, эти волосы… Как можно было родиться с такими шикарными пружинками?! Нет, правда! Они невероятные и очень прикольные.

Она подошла к светофору, собираясь перейти дорогу. Остановился на красный и опустил окно вниз. Высунувшись из него, громко посигналил, перепугав какую-то старушку, которая как раз переходила дорогу рядом с моей тачкой.

Мишель подняла голову и увидела меня. Мой пульс подскочил до небес. Она невероятно красивая девушка.

– Крошка! Почему ты так поздно одна гуляешь?! – улыбнулся ей, неосознанно разглядывая её потрясающе красивое лицо.

Она мало красилась. Только на пухлых губах был прозрачный блеск. А её светло-васильковые глаза буквально завораживали. Тёмно-русые брови сдвинулись к переносице, образовав на лбу две параллельные морщинки. Выражение её лица стало слегка озадаченным, но при этом казалось, что она рада меня видеть. Не буду скрывать, я тоже несказанно обрадовался. Во всём теле начало покалывать, словно я предвкушал что-то.

– Я не гуляю, а иду домой с работы, – ответила она, смотря на меня во все глаза.

Разглядывая её, понял, что не хочу сейчас вот так взять и отпустить. А ещё мне хотелось вновь увидеть её искрящуюся улыбку. Поэтому я, как натуральный дебил, высунулся сильнее из тачки и начал активно качать головой в такт песни и подпевать. Моё настроение и так было хорошим после гонки друга, а сейчас взлетело до небес. Я не мог удержаться от этого порыва, мне хотелось танцевать. Возможно, я выглядел как собака, морда которой торчит из окна с высунутым языком, и она жадно глотает воздух. А может, я был похож на героев видеоклипов 2000-х годов, когда воистину крутые чуваки клеили девушек, сидя в тачке и вальяжно качая головой. Мне было плевать, как я выглядел и что подумают люди. Меня буквально штырило от этой энергии.

– Камон, крошка, хочешь, подвезу?! – подмигнул ей, продолжая трясти своей гривой.

М-да. Наверное, я реально выглядел как дебил, потому что её взгляд был удивленным и немного недоверчивым. Словно спрашивала сама себя: «Мальчик, а не больной ли ты случаем?!». Она рассматривала меня, но на губах появилась смущенная улыбка.

– Не стоит. Тебя невеста дома ждёт.

– Это её обычное состояние – всё время чего-то ждать, – пожал плечами я. – Поехали, – кивнул ей на пассажирское сиденье.

Она нерешительно осмотрелась по сторонам, но всё же приняла приглашение и села в машину.

– Куда держим путь? – улыбнулся я, посмотрев на неё.

Сзади мне начали сигналить, потому что зелёный сигнал светофора горел уже минуту, а я дебил, не трогался с места.

Высунув руку из окна и показав всему миру средний палец, наконец тронулся, подпевая себе под нос.

– В общежитие UCLA, – тихо ответила она.

– О, я там раньше был частым гостем, – ответил ей, перестраиваясь в правую полосу, чтобы ехать помедленнее. А значит, подольше. – Там жил мой друг Трэвис до того, как он со своей девушкой переехал в свой дом, – пояснил, отчаянно качая головой.

Боже, вот это вштырило меня!

– Ты ночевал в общежитии?! Зачем?! У тебя же такой роскошный дом, – спросила она, и я заметил неподдельное удивление в её глазах.

– Мне бывало скучно и одиноко. А с ним мы могли полночи болтать. Иногда просто сбегал, находя там спокойное убежище от своей жизни. Короче говоря, роскошный дом ещё не означает, что всё в твоей жизни так же ажурно.

Мишель еле заметно начала качать головой.

– Любишь рэп? – с надеждой в голосе спросил у неё.

Все мои друзья плевались от такой музыки. Хотя что-то мне подсказывало, что им нравилось наблюдать за мной, когда я слушал подобную музыку. Потому что в этот момент я становился заряженной батарейкой и одаривал всех позитивным вайбом.

– Я меломан. Слушаю всё, кроме, пожалуй, электронных направлений.

– Типа техно? – уточнил, посмотрев на неё и слегка придвинувшись вправо.

В салоне автомобиля теперь пахло ванилью. И это было так дурманяще прекрасно, что мне захотелось зарыться носом в её волосы и вдыхать этот аромат до посинения.

– Да. Не моя история, – с лёгкой полуулыбкой она с каким-то особым вниманием смотрела на меня.

Почему мы не встретились два года назад?! Ну какого хрена?! Я бы приударил за ней без сомнений.

– Я тоже всеядный, но рэп – моя любовь на веки вечные, – поделился с ней, чувствуя себя так естественно рядом с ней.

В моей жизни только Нанни не пыталась меня переделать. Ну и друзья, разумеется. А вот родители и Кайла вечно пытались меня втиснуть в какие-то рамки своего собственного видения, перевоспитать или загнать в угол. Но кто они такие, чтобы указывать мне каким быть?! Никто из них не участвовал в моей жизни с рождения. Даже родители. Им было плевать на меня в своей погоне за капиталом.

– Мне всегда казалось, что такая музыка для торчков всяких. Обдолбаешься разной дичи и трясешься под техно. А я против наркоты, поэтому электронная музыка мне тоже не заходит. А вот везде, где есть чёткий бит, классная рифма и крутой посыл – с удовольствием послушаю, – поделился с ней своей музыкальной философией, качая рукой и головой, как настоящий рэпер.

Это уже рефлекс, ей-богу! Друзья говорили, что у меня костей нет в организме, наблюдая мои вечные танцульки. Ну что поделать? Я любил дурачиться.

Мишель рассмеялась, запрокинув голову назад.

– Ты такой…

– Какой?! Очаровательный?! Невозможный?! Просто мечта, да? – поиграл бровями, и она рассмеялась пуще прежнего, кивнув мне.

Моё самолюбие было довольно. Она смеялась из-за меня. Любил вызывать у людей положительные эмоции. И плевать я хотел, что меня могли посчитать клоуном. Серьёзно?! Камон, чуваки, я может и не монументальный, как скала. Но и инфузорией туфелькой меня нельзя назвать. Я неплохо соображал и стремился в один прекрасный день стать главным архитектором Лос-Анджелеса. Поэтому моя придурковатость – эдакая вишенка на торте ко всем остальным положительным качествам.

– Ты правда очаровательный, Джастин, – кивнула Мишель, вытащив заколки из волос.

Я подвис, наблюдая, как она, запустив ладонь в свою пышную гриву, начала их взбивать. Кончики пальцев начало покалывать от неимоверного желания прикоснуться к ней. Как тогда у меня дома, когда под просмотр фильма гладил её по волосам. Я словно медитировал, вот правда!

Просто. Прикоснуться.

– Мишель, можно глупую просьбу? – обратился к ней, остановившись на очередном светофоре. Она кивнула, посмотрев на меня исподлобья. – Можно я запущу ладонь в твои волосы?

Она на мгновение опустила глаза, а потом кивнула. Оперевшись правым локтем в подлокотник, потянулся левой рукой к ней.

Её волосы, мягкие, как шёлк. Пальцы буквально утонули в этой роскошной копне. Пропустил несколько кудряшек сквозь пальцы, наблюдая за своими движениями. Мишель прикрыла глаза и словно не дышала. А я уже привычным движением сначала помассировал кожу головы, потом провёл по всей длине волос, рассматривая её расслабленное лицо. Эти губы…

Чёрт. Дело дрянь.

Сжал челюсти и начал глубоко дышать, пытаясь совладать с собой и не сорваться. Мне до дрожи хотелось притянуть её к себе. Вместо этого просунул палец в идеальную по форме спиральку. Не знаю, почему мне так нравилось играть с её волосами, но в этом была какая-то магия для меня.

Мишель открыла глаза и устремила на меня лучистый взгляд. Я, не моргая, смотрел в её глаза. Всё вокруг померкло. Были только мы вдвоём, окружённые ароматом ванили. Пульс эхом отдавался в ушах. Я мучительно сильно хотел поцеловать её. До чёрных точек перед глазами. Я даже был готов на неделю отказаться от своего любимого шоколадно-орехового лакомства, только бы почувствовать на вкус эти губы. Я не понимал, какого чёрта со мной происходило, но определённо это отличалось от всего, что было раньше в моей жизни. Особенно с Кайлой. И меня это озадачило. В глазах Мишель читался интерес и мечтательность, словно она была не здесь со мной, а где-то очень далеко. Она была неискушенной девушкой. Возможно поэтому у меня сейчас возникло желание показать ей весь мир, попутно отдав всего себя.

Вот же чёрт! Что делать-то?!

Соберись, Джастин!

– Ты так странно смотришь на меня, – нарушила она тишину, и я вспомнил, что вообще-то стоял на перекрёстке и пора ехать.

Опустив руку, схватился за руль и вдавил газ в пол.

– Странно?!

– Да, никогда не видела такого мягкого, но словно… жадного взгляда, – запнулась она, не смотря на меня.

– Жадного?! Хм. Ну, возможно, я завидую твоим кудряшкам, – отшутился я, но в глубине души был поражён её проницательностью.

Именно так я себя и чувствовал. Хотел и приласкать, и сожрать её. Я точно спятил. Точно больной дебил. Это лечится?!

– Это у нас семейное. – Я оторвал взгляд от дороги, посмотрев на неё. – У моей мамы и Итана, младшего брата, такие же волосы.

– У тебя есть брат? Сколько ему?

– Пять лет в сентябре исполнилось, – мечтательно улыбнулась она.

– Судя по твоей тёплой улыбке, ты его очень любишь, – заметил я.

– Больше жизни. Он невероятно добродушный и отзывчивый парень, – почти прошептала она.

Давно я не видел таких искренних эмоций у людей. К сожалению, я привык видеть вокруг себя ложь и высокомерие. Я не про друзей сейчас, разумеется. В моей семье, куда так отчаянно хотела влиться Кайла, царила атмосфера пафоса и лицемерия. Если ты умел с первого взгляда оценить стоимость украшений своего собеседника, то тебе точно будут рады мои родители. Они сразу же понимали: какая на тебе вещь, из какой коллекции и какого года. Такая зацикленность на внешнем с уходом от внутреннего и раздражала меня больше всего.

Я стремился раскрыть глубину человека, узнав, чем он дышит, чем увлекается или о чём мечтает. Мне было намного интереснее обсудить новый фильм или книгу, чем предстоящий показ или очередную сплетню, увиденную в Сети. Несмотря на то, что родители занимались антиквариатом и предметами искусства, их нельзя было назвать высокодуховными. Для них это был бизнес в первую очередь. Казалось бы, именно предметы старины и должны были увлечь их в необъятный мир нематериального, но нет, не сложилось. Они просто находили редкие товары и задорого их продавали. Всё.

Я же мечтал окружить себя людьми, у которых на уме есть что-то помимо долларов, яхт и бриллиантов. Мечтал утонуть в омуте, а не погрязнуть в болоте. Мечтал взахлёб слушать собеседника, а не затыкать рот сельдереем. Но так уж случилось, что из-за банального секса, я оказался привязанным к Кайле. Она не совсем плохая, нет. Но, чёрт, туповата, высокомерна и плохо воспитана. А ещё хитрая как лиса.

Мишель мне казалась воплощением искренности и неиспорченности, не следующей различным модным стереотипам. Типа накаченных губ или сисек, отполированных лиц, нарисованных бровей и наклеенных ресниц. В ней присутствовала очень редкая черта среди взрослых людей в наше время – натуральность. Поскольку я был с Кайлой два года, то немного поднаторел в определении, делала ли девушка что-то со своим лицом и телом или нет. Так вот Мишель абсолютно точно ничего не делала. Она была естественной, и это подкупало.

– Ну, глядя на тебя, могу себе представить, какой он классный, – улыбнулся ей, подъезжая к общежитию.

– А у тебя есть братья или сестры?

– Нет. Мои родители ограничились только мной, хотя я всё детство мечтал о младшем брате или сестричке. Мне не хватало общения, видимо. Хотя Нанни окружила меня теплом и любовью, но было ощущение, что чего-то не хватало. Родителей мне не хватало, если быть предельно откровенным. А им было не до меня. Родив, мама крайне редко брала меня на руки или играла со мной. Поэтому Нанни для меня как родная мать, и я окружил себя друзьями, которых очень люблю и ценю, – признался ей.

Слова сами шли из меня, хотя я практически не знал Мишель. Но с ней хотелось говорить, обсуждать, открываться и делиться.

– Я думала, в мире богатых всё намного радужнее и оптимистичнее, – вздохнула она, задумчиво смотря вперёд.

– Крошка, это не так. Деньги не решают проблему духовной наполненности людей. Не помогут они и с налаживанием внутрисемейного общения. Рассорить могут, но вот сплотить… – тихо произнёс я, припарковавшись около входа в общежитие.

– Спасибо, что подвёз. Уже во второй раз ты протягиваешь мне руку помощи. Надеюсь, я тебя не сильно отвлекла, – отстегнув ремень безопасности, она мельком скользнула взглядом по моему лицу.

А я сидел вполоборота и наблюдал за ней. В моей голове было слишком много неправильных мыслей. Неправильных с точки зрения морали и моих собственных убеждений. Я не переваривал ложь и предательство. Именно поэтому меня в некотором роде смущало, что я, глядя на неё, представлял совсем не платонические картинки. Отнюдь. Я детально видел, как изучаю губами это восхитительное тело. От этого мой член начал увеличиваться в размерах, натягивая джинсы в области паха.

– Ты меня никоим образом не отвлекла. Ты скрасила мой вечер, и я бы с удовольствием пообщался с тобой побольше. А ещё я хотел извиниться за поведение моей девушки в кафе. Могу себе представить, как она разговаривала, пока меня не было. Поверь, я старался изменить её манеру общения, но тщетно, – тепло улыбнулся, смотря ей в глаза.

– Ну что ты. Во-первых, ты оставил огромные чаевые за её поведение. Во-вторых, я всего лишь официантка. А, как ты верно тогда подметил, клиент всегда прав… – как-то грустно пробормотала она, положив ладонь на ручку на двери.

– Крошка, стой, – потянулся к её руке. – Никому не позволено хамить людям. А я знаю Кайлу и её характер. Но знаешь… я рад, что она зашла именно в то кафе. Чертовски рад, – подмигнул ей, поглаживая её ладонь.

Она посмотрела на наши руки, потом перевела затуманенный взгляд на меня.

Твою ж мать! Этот взгляд…

Мне стоило огромных усилий, чтобы не подать виду, как она действует на меня и возбуждает. Сильно возбуждает. Я буквально сдерживал себя на месте, чтобы не притянуть её в свои объятия.

– Рада была увидеть тебя, – пролепетала она и, высвободив свою руку, вышла из машины.

Проводил её взглядом и чуть не взвыл в голос.

– Чёрт. Чёрт. Чёрт!!! – прошипел я, уперевшись лбом в руль. – Ну как так-то?! Крошка, почему сейчас, а не два года назад?! Ну что за несправедливость?! – сжал руль, что оплётка под пальцами заскрипела.

Глубокий вдох. Медленный выдох.

Член в джинсах слабо пульсировал и изнывал. Давно я не испытывал такого возбуждения. А ведь мы даже не целовались. Я всего лишь подержал её за руку, но всем своим существом чувствовал её манящее тепло.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Калифорнийский Университет в Лос-Анджелесе (UCLA) – государственный исследовательский университет.

Вернуться

2

Наркотик, вызывающий угнетение сознания и повышенную расслабленность. Часто используют для изнасилований, подмешивая в алкоголь.

Вернуться

3

В американской системе образования степень бакалавра искусств присуждается в области гуманитарных и общественных наук.

Вернуться