С первого взгляда…
Элис Райт

© Элис Райт, 2023

ISBN 978-5-0059-6452-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

Дорогой читатель, спасибо, что выбрал мою книгу. Для меня это действительно очень ценно. Приятно знать, что стараешься не зря.

Обычно я не пишу предисловие, но в этот раз решила сказать пару слов об этой книге и предыдущих.

Итак, книга «С первого взгляда…» является первой частью двухтомника. Пишу это для тех читателей, которые не любят прерываться и ждать следующую часть. Ну а тем, кто будет читать уже после выхода второй части – приятного погружения в историю! С предыдущими сериями эта книга никак не связана.

Что касается предыдущих книг, вошедших в серии «Роковая дружба» и «Сложные» – для удобства новых читателей перечислю по порядку вышедшие книги. Каждая история самостоятельная и её можно читать отдельно, но все герои так или иначе появляются в сюжетной линии других. Их объединяет общее прошлое и дружба, поэтому для лучшего понимания характеров и мотивов, рекомендую начать с начала.

Серия «Роковая дружба»

Непрошеный шанс

Потанцуй со мной

Второй шанс – продолжение Непрошеного шанса

Просто чувствуй

Поспорь со мной

Серия «Сложные»

Выбор

Правил нет

Мечтай

Партнёры

Нокаут

Одно правило – продолжение Правил нет

Плейлист

Stole the Show – Kygo feat. Parson James – Главная тема Книги

For the Glory – All Good Things feat. Hollywood Undead – Главная тема Блэйка

Love You Like a Love Song – Selena Gomez & The Scene – Главная тема Шеннон

Feel It Still – Portugal. The Man

So Happy It Hurts – Bryan Adams

Dance Monkey – Tones And I

This Love – Maroon 5

Sexbomb —Tom Jones feat. Mousee T.

The Lion Sleeps Tonight (Wimoweh) – The Tokens

Thunder – Imagine Dragons

Let Me Blow Ya Mind – Eve feat Gwen Stefani

Don’t Wanna Let You Go – Five

Got My Mind Set On You – George Harrison

Summertime Sadness – Lana Del Rey

Original Prankster – The Offspring

Give It to You – Eve feat. Sean Paul

Lost on You – LP

Bleeding Love – Leona Lewis

Пролог

Десять лет назад

Перемены.

Обожаю их. Такое щекочущее чувство, что всё скоро обязательно изменится в лучшую сторону, я смогу расправить крылья и не бояться реакции отца на свой выбор. Сидя в парке на клетчатом пледе и слушая песню Love You Like a Love Song от Selena Gomez & The Scene, которая взорвала все мировые топ-чарты и звучала буквально из каждого утюга, я ждала его. Мы с Блэйком встречались весь прошлый год. Ну, точнее большую его часть. Когда мы только познакомились, то я боялась его и старалась лишний раз не попадаться ему на глаза. Однако он, как назло, постоянно мелькал. То в школьном коридоре мог случайно легонько задеть меня плечом, то в столовой ел, в упор смотря на меня, то на уроке садился сзади и, как мне казалось, пытался прожечь дыру в моём затылке.

Он перевёлся к нам в выпускном классе, но совершенно не стремился заиметь друзей. Он одиночка. Молчаливый, закрытый, опасный. Смотря ему в глаза, никогда не догадаешься, о чём он думает. Может, именно это меня и пугало и, признаться честно, до сих пор иногда мурашки от его взгляда пробегают. Он скрытный. Я ни разу не была у него дома, не видела его родителей и даже не знаю, есть ли у него братья или сёстры. Тем не менее мы начали встречаться через пару месяцев после начала учебного года.

Сказать, что я без ума от него – будет преуменьшением. Я совершенно точно потеряла голову от этого парня. Господь всемогущий, он шикарен. Блэйк определенно не тот парень, о котором я мечтала. Потому что я не могла осмелиться мечтать о таком парне, при взгляде на которого, у меня подкашиваются колени. Разность наших темпераментов приводит к тому, что мы с ним практически каждый день ругаемся. И это не преувеличение. Он говорит, что у меня дерьмовый характер. Я отвечаю, что его характер вообще похож на священный Грааль, который откроется только избранным, а раз я до сих пор всего о нём не знаю, значит, не являюсь для него таковой. Обычно после этих слов наша ссора приобретает вселенский масштаб. Так же обычно после этого он заваливает меня на кровать и начинает вытворять такое, что не поддается никакому описанию…

Я бы сказала, что Блэйк для меня идеален. Только моё мнение не разделял мой отец. Папа занимается фермерством, разводя птиц и выращивая несколько зерновых культур. У нас небольшой дом с приличным участком, на котором при желании можно было бы разводить лошадей.

Мы с ним остались вдвоём, когда мне было пять лет. Моя мама погибла в авиакатастрофе и, наверное, папе было не просто смириться с потерей любимой жены и необходимостью в одиночку растить девочку. Мы живём в пригороде Су-Фолс, что в Южной Дакоте. Что так же означает, что самым опасным для меня может стать торнадо, которые здесь периодически случаются, или койоты, которые водятся на наших равнинах. Однако в папином воображении опасность кроется почти везде. Особенно в его понимании она исходит от мальчиков. Поэтому я старательно делала вид, что мы просто очень хорошие друзья с Блэйком, но всё же подготавливала почву и несколько раз заводила разговор, что этот парень мне очень нравится. Однако папа был непреклонен и каждый раз сбривал мои доводы, говоря, что от таких, как Блэйк, стоит ждать одних неприятностей.

Я очень люблю своего папу, но не разделяю его беспокойства и уже мечтаю, когда уеду в университет Миссури¹, в город Колумбия. Мы с Блэйком оба успешно прошли отбор в этот универ, с той лишь разницей, что он поступил в город Ролла, где расположен ещё один кампус нашего университета и преимущественно там преподают инженерные науки, IT технологии и бизнес. Нас будет разделять всего пару часов езды на машине, как-нибудь справимся.

Близился конец августа и Блэйк решил устроить мне нечто похожее на свидание в нашем любимом парке. Мы хотели насладиться последним днём перед отъездом в университет, поскольку завтра нам предстоит путь в соседний Штат. Солнце приятно грело мои оголенные руки, птицы щебетали на ветвях раскидистого дуба, около которого я разложила своеобразный пикник. Сэндвичи, которые любит Блэйк, его любимый вишневый сок (такой сладкий, что я не понимаю, как он его пьет), чипсы и лимонный сок (который не переваривает он, зато обожаю я). Я уже прождала полчаса, но его нигде не видно. Обычно он не опаздывает. Он невероятно пунктуален.

Достав телефон, набрала его. Гудки. Ещё гудки. Снова гудки. Голосовая почта.

– Эй, Блэйк, привет! Я жду тебя уже тридцать минут! Имей совесть, иначе на тебя обрушится всё моё негодование и «добрыми» кулачками дело не ограничится! – улыбаясь, произнесла в трубку, оставив ему сообщение на голосовой почте.

Этот парень придумал называть мою манеру трясти сжатыми кулаками перед его носом «добрыми» и «злыми» кулачками. Когда я просто в шутку грожу ему кулаком, то это «добрый». А когда он выводит меня из себя, и я фактически бью его по лицу своими кулаками, то это «злые». У него богатая фантазия, чего уж.

Расправив своё платье на коленях, прислонилась затылком к стволу дерева. Как же я люблю начало осени. Блэйк пахнет ею. Понимаю, что странно звучит, но тем не менее. Человек может пахнуть как любое время года. Точка. Так вот он пахнет свежестью после лёгкого сентябрьского дождя, табаком и сандалом.

Мы с Блэйком познакомились при весьма забавных обстоятельствах. Я в который раз решила поставить на место очередного школьного хулигана, который не мог удержать руки при себе и норовил облапать меня. Тряся своими «злыми» кулачками, я орала на него на весь школьный двор. А потом заметила его. Блэйк стоял, прислонившись к забору в паре метров от нас и в упор смотрел на меня. В его взгляде было что-то такое, что заставило меня улыбнуться и пригрозить ему кулачком (скорее всего, «добрым»), на что он только прищурился и склонил голову набок, как щенок. Собственно, я и сказала ему тогда: «Щенок, ты бы тоже шёл своей дорогой, а то и до тебя доберусь». Он ничего не ответил, но еле заметно улыбнулся. А потом практически каждый день на мой шкафчик стабильно кто-то прикреплял записки со странными вопросами.

«Что все люди делают одновременно на Земле»?

«Чем можно поделиться только один раз»?

«Что может лечить и убивать человека, не касаясь его»?

«Что всегда приходит, но никогда сегодня»?

И ещё с десяток подобных, но эти мои любимые. Я долго ломала голову, но всё-таки разгадала эти загадки: живут, секретом, время, завтра.

Долгое время не могла понять, от кого эти послания, а главное – зачем. Так продолжалось месяц, пока я случайно его не застукала на месте преступления. Хотя вру. Не случайно я его застукала, а устроила специальную операцию по поимке анонимного любителя загадок. Придя в школу пораньше, я притаилась за углом и точно агент Джонни Инглиш² следила за своим шкафчиком. Блэйк появился за пятнадцать минут до начала уроков и приклеил очередной стикер к дверце, но уйти незамеченным ему не удалось. Я буквально выпрыгнула из-за угла с криком, что он попался. Бедолага, по-моему, тогда перепугался до смерти, но виду не подал. Я его прижала к стене (фигурально выражаясь, поскольку он выше меня почти на две головы и шире раза в три) и учинила допрос. Он тогда впервые заговорил со мной, и от звука его голоса у меня подкосились колени. Хотя и от взгляда тоже. И от запаха. И от какой-то пугающей силы, исходящей от него. И от таинственной ауры молчаливого красавца.

А потом всё закрутилось достаточно стремительно. Я буквально потеряла рассудок из-за него. Вот только он как был таинственным, таким и остался. Из него просто невозможно что-то выудить. Если он решил, что вам не нужно знать подробности его жизни – вы их ни за что не узнаете. Где он жил, кто его родители, чем он увлекался в детстве, о чём он мечтал – неизвестно. Я знаю только, что он Блэйк Дэвис, ему восемнадцать и он хочет изучать бизнес в университете. Всё. Остальные мелочи, такие как: любимая группа, книга, еда и время года – нельзя назвать полезной информацией, когда ты встречаешься с человеком. Но я приняла его таким, какой он есть и надеюсь, что в будущем он мне всё же откроется. Возможно, его напрягает мой отец, который норовит прострелить из дробовика его задницу каждый раз, когда видит его на нашей улице. Возможно, ему просто нужно больше времени, чтобы начать доверять. Это я, живу с душой нараспашку. Могу рассказать о себе всё после пяти минут знакомства. Честное слово! А зачем что-то скрывать?! Я же не маньяк какой-нибудь, чтоб плести сети вокруг себя, желая запудрить людям мозги. Чем проще, тем лучше. Так всегда говорил мой папа.

Вдруг резко поднялся сильный ветер и, посмотрев на небо, я увидела надвигающиеся пунцовые тучи. Ну, конечно. Почему нет? Гроза сейчас вот прям очень уместна. Чертыхнувшись себе под нос, начала быстро собирать всю провизию в сумку. Где же Блэйк?! Чёрт, я ведь даже не знаю его адреса, чтобы съездить и проверить. Нет, всё-таки надо устроить очередной скандал, чтобы выудить из него хоть какую-то личную информацию! Разве нормально, что, встречаясь около десяти месяцев, я совершенно не имела представления о личности своего бойфренда?!

Накинув плед на плечи, я понеслась в сторону дома, параллельно отправив ему сообщение:

Блэйк, я буду дома ждать тебя. У тебя всё хорошо?

Под ливнем, промокнув до нитки, добежала до дома. Папа ещё не вернулся, поэтому я спокойно переоделась, убрала еду в холодильник и поднялась на второй этаж в свою комнату. И снова принялась ждать. Час прошёл. Два. Гроза закончилась. Солнце село. Папа вернулся. Отправила Блэйку десять сообщений от беспокойных до самых гневных. Двадцать три раза позвонила, но он не брал трубку. Он ни с кем не дружил, поэтому позвонить кому-то, чтобы узнать о его местонахождении, просто не представлялось возможным. В итоге я так и уснула с телефоном в руках и приоткрытым для него окном.

Едва солнце встало, я подскочила на постели и оглянулась. Его не было. Мой взгляд зацепился за очередной стикер, с которых у нас всё началось. Записка была прикреплена к лампе на прикроватной тумбочке. Сердце пропустило удар, но внутри разлилось тепло. С ним всё в порядке. Улыбнувшись, потянулась за запиской.

«Никогда не держись за мужчин, Шеннон».

Что за чёрт?!

О чём он?!

Протерев глаза, схватила мобильный и вновь позвонила ему.

– Набранный Вами номер временно не доступен…

Сбросив звонок и нахмурившись, ещё раз перечитала записку. Что всё это значит?! Он же не…?

Позвонила ещё пару раз – аналогично.

Отправила пару сообщений с требованием объясниться.

Он начал встречаться со мной со своими записочками и…

Блэйк, мать его, Дэвис, бросил меня?! Через бумажульку?!

А я? А наши планы? А наше будущее?

Как такое возможно? У нас же всё было хорошо. Нет. Всё было прекрасно. Я жила словно в сказке. Очевидно, с печальным концом.

Я буквально услышала, как разбилось моё сердце, когда осознание замаячило на горизонте. Сжав в кулаке чёртову записку, дала волю слезам. Нельзя держать это в себе, иначе оно погребёт меня заживо. Моё сердце было переполнено чувствами к нему, о которых он знал. Вот только он никогда не признавался мне в любви… Боже, какая же я дура. Лёд сковал все внутренности и меня бросило в дрожь.

И этому подонку я подарила всю себя, наплевав на папино мнение?! Ему я доверяла свои секреты и мечты?! Его я полюбила?!

Вот же дура, чёрт возьми!

Глава 1
Шеннон

Наши дни

Перемены.

Ненавижу перемены.

В моей жизни уже неоднократно происходили землетрясения, которые буквально выбивали почву из-под ног. Ненавижу это ощущение, когда ты понимаешь, что твоя жизнь рушится на глазах. Или, когда ты осознаешь, что сама себе что-то напридумывала и к реальности это не имеет никакого отношения. Или, когда ты расписала себе план на десятилетие вперёд, а он неожиданно резко меняется. Не по твоему желанию, а по воле случая.

– Шенни, я думаю, ты обязана попробовать, – вновь насела на меня подруга Полли, сидя напротив меня за моим рабочим столом. Её серые глаза всматривались в меня не то с надеждой, не то с молчаливым приказом. Русые волосы были собраны в высокий хвост, а на загорелом круглом личике едва проглядывалась россыпь забавных веснушек, которые она вечно маскировала корректором и пудрой.

По спине пробежала капелька пота, и я сделала глубокий вдох.

– Что я там буду делать?! Как ты вообще додумалась отправить моё резюме, не спросив меня?! Ты вообще с головой не дружишь?! – ошарашенно обратилась к ней.

Нет, ну это ж надо додуматься за моей спиной провернуть подобную аферу! Я её просила?! Я жаловалась на свою жизнь или работу? Мне вполне нравилось моё однообразное существование, и я вообще не понимаю, зачем она забила тревогу. Я работаю маркетологом в небольшой компании в городе Омаха уже шесть лет, куда устроилась сразу после выпуска. До папиного дома в соседнем Штате на машине около трёх часов езды, правда я езжу туда не так часто, но всё же приятно знать, что папа совсем близко. Меня вполне устраивал мой распорядок дня. Утром я обязательно выпиваю кофе в абсолютной тишине, доезжаю на своей машине до работы, тружусь, вечером возвращаюсь, смотрю какой-нибудь сериал в обнимку с китайской лапшой и спать. Всё же нормально, правда? Зачем всё менять?! Тем более она прекрасно знала, как я ненавижу перемены.

Мы с Полли познакомились в университете и даже вместе устроились в эту компанию. Хотя я бы сказала, что она взяла шефство надо мной и буквально на буксире притащила сюда за собой. На самом деле она единственный человек, кроме папы, с кем я общаюсь. Так было не всегда, но я с определенных пор сторонилась людей из прошлого. Любое напоминание о школьных годах, точнее последнем годе, вызывало во мне странное чувство. Такое щемящее и разъедающее изнутри. Поэтому я порвала со всем, что связывало меня с тем временем и редко приезжала к папе в родные края.

– Послушай, у тебя огромный потенциал, а здесь тебе не дадут вырасти! Я не верю, что ты довольна своей жизнью. Я знаю тебя достаточно долго, чтобы заметить, как с каждым днем ты всё глубже погружаешься в болото имени себя и тонешь в нём, – с умным видом продекларировала моя подруга, смотря мне в глаза.

Фыркнув, откинулась на спинку рабочего кресла. Глянув в окно, заметила, как листья на деревьях из насыщенно-зелёных стали желтовато-золотистыми, а местами алыми. Сентябрь заканчивался. Я заметила, что солнце всегда по-разному светит в зависимости от времени года. Зимой как-то пронзительно ярко, особенно когда вокруг всё заснежено. Весной словно искрит и дарит какую-то надежду. Летом оно максимально высоко и горячо, и ты не представляешь, что может быть иначе. А вот осенью оно какое-то особенное. Мягкое и тёплое. Золотое. Ласкающее.

Единственное разнообразие в моей жизни – это смена природных декораций за окном. За шесть лет я изучила все рядом растущие деревья, знаю наизусть трель птиц и запахи, доносящиеся из кафе напротив. Наша компания находится не в центре города, за что я и люблю это место. Я выросла в пригороде и не люблю большие города. Не люблю незнакомых людей. Не люблю тайны. Не люблю загадки.

– Если ты считаешь, что кому-то нужны перемены, то сама их себе и устрой.

– Шенни, я без Тима никуда не поеду. Безусловно, я бы сама не отказалась от жизни в Миннеаполисе, но у Тима здесь всё. Поэтому извини, подруга, я через тебя буду реализовывать свои амбиции! – хлопнув в ладоши, заключила Полли.

Гениально. Всё, что нужно знать о ней – если у неё что-то не получается сделать, то она обязательно внушит своему близкому окружению, что это «что-то» жизненно необходимо им. Порой это забавно, но только когда это не касается моей жизни.

– Миннеаполис – огромный город! А ты знаешь, как я отношусь к ним! Меня от них тошнит.

– Сказала Шеннон, живущая в таком же огромном городе, – закатив глаза, цокнула Полли. – Согласно последней переписи населения в нашем городе почти на пятьдесят тысяч человек больше.

– Слушай, Википедия, мы работаем на окраине и не видим этот хаос. Мы не суемся туда, все встречи проводятся в нашем офисе и это прекрасно. Спокойно и предсказуемо, а значит – безопасно. А ты мне предлагаешь перебраться в соседний Штат в самый центр огромного города. Нет уж, я пас. Да и вообще, что это за компания?! Почему ты именно туда оправила резюме?! Почему мне ничего не сказала?! Когда ты вообще отправила его?! Что за чертовщина, в конце концов?

Полли, накрутила на палец кончик своего конского хвоста, и с деловым видом ответила:

– Это молодое, но очень перспективное PR агентство. Мне не так давно попалась статья, где их коммерческий директор расписывал их план по развитию, и мне показалось, что ты станешь идеальной кандидатурой, чтобы помочь им завоевать всю страну. В их постоянных клиентах уже сейчас числятся крупные фирмы в Миннесоте, но в их планах выйти за пределы своего Штата. Тем более Миннеаполис не так далеко отсюда, равно как и от Су-Фолс. Просто идеальное место. Резюме отправила неделю назад, ответили они на следующий день. А тебе я не рассказала, потому что знала, что ты струсишь!

Я чуть не задохнулась от негодования, но, в сущности, она была права. Я бы струсила и отступила. Да я вообще не отправила бы это чёртово резюме! Я бы даже не подумала об этом, если уж на то пошло.

– И ты неделю молчала?! Да что ты за подруга такая, в самом деле?! Ты поставила меня перед фактом!

– Именно так я и сделала, – гордо заявила Полли. – Стыдно ли мне?! Нисколечко.

Естественно. Полли и стыд – антонимы.

– Что ещё тебе известно о них? – уточнила я, заметив вспыхнувшую искорку в серых глазах подруги. Она знала, что выиграет эту дуэль.

Развернув мой рабочий ноутбук к себе, она быстро что-то начала печатать, а затем вернула его мне.

– Это Пит Колстон, их коммерческий директор, а по совместительству тот чувак, который одобрил твоё резюме и ждёт завтра на собеседование…

– Завтра?! – выпалила я.

Чем дальше, тем веселее.

– Ага, – непринужденно кивнула Полли и продолжила: – Офис находится на семнадцатом этаже в бизнес-центре в деловой части города. Судя по описанию, к услугам персонала фитнес-центр на крыше здания, бассейн, парковка, несколько кафе на территории и даже, внимание, предоставляется жильё и медицинская страховка! Ты себе такое представляешь?!

Да уж, звучит слишком заманчиво. Кроме того факта, что работать придется среди стекла и бетона, огромного количества людей и разных интриг, как принято в больших и развивающихся компаниях.

– Нет, не представляю. Но больше всего, я не представляю, что моя подруга так поступила со мной.

– Шеннон, я всё понимаю, но уноси ноги отсюда. Эта компания через год-два загнётся. Они не слушают наши предложения по выходу в диджитал, привлечения новых клиентов, общения с заинтересованными через социальные сети. Они живут в каменном веке, считая, что лучше по старинке иметь только один сайт и стационарный телефон. Камон! На дворе XXI век, каждый год выходит новый iPhone, Ким Кардашьян развелась с Канье Уэстом, а мы разве что пейджерами не пользуемся! Всё меняется, кроме нашей компании. Мы скоро сможем открыть музей давно вышедших из оборота вещей. Например тамагочи, геймбой…

– Эти вещи не имеют к работе никакого отношения, а часы Casio образца девяностых совсем недавно были на пике популярности, – заметила я, перебив её тираду.

– Смысл ты уловила. А зная твою любовь к прокрастинации, ты потом не найдёшь себе работу, потому что это сулит перемены. Поэтому ноги в руки и бегом в Миннеаполис, подруга!

Разглядывая на экране ноутбука фото улыбающегося блондина в духе «Хэй, я крутой бизнесмен, поэтому показываю большой палец вверх и улыбаюсь так, что челюсть заклинило», поняла, что моя подруга права. Директор нашей компании по неведомой мне причине отрицает очевидное и не хочет выводить нашу компанию на новый уровень, говоря, что у нас есть постоянные клиенты, для которых мы раз в год придумываем новую рекламу или разрабатываем упаковку для их товаров и все счастливы. Но Полли права. В век диджитал глупо отсиживаться в пещере. Хоть мне и комфортно в ней, но не хочется в один прекрасный день остаться без работы.

– Ла-а-адно. Твоя взяла, как всегда, – выдохнула я. Полли взвизгнула и подпрыгнула на месте. Покачала головой на её реакцию и уже успела пожалеть. Желудок скрутило от предвкушения, ладони вспотели, а дыхание предательски сбилось.

Остаток рабочего дня я провела за изучением их сайта. PR агентство «DLF Agency» было основано пять лет назад, но уже сейчас имело все шансы стать лидером на рынке предоставляемых услуг за счёт их стратегии. Про учредителей компании на сайте совсем мало информации, только про этого Пита, но в его вступительном слове на главной странице сказано: «Мы открыли…». Кто это – мы? Штат сотрудников около тридцати человек. Для меня это много. До хрена, я бы даже сказала. В нашей компании вместе со мной семь человек. Куча фотографий их офиса и все такие улыбающиеся, профессиональные, идеальные. В основном – девушки. Либо Пит Колстон в их окружении. И есть ещё один парень. Темноволосый и явно любящий одежду в обтяжку.

Боже, на что я подписалась?!

Вернувшись домой после работы, я быстро собрала только самые необходимые вещи, поскольку в глубине души уверена, что совсем скоро я вернусь сюда. Эта квартира у меня проплачена до Нового года, поэтому до этого времени мне было куда вернуться, если среди идеальных PR-акул станет слишком невыносимо.

До Миннеаполиса ехать около шести часов на авто, а поскольку самолетами я не передвигалась, то решила выехать в ночь. Да я и уснуть-то не смогу, а собеседование было назначено на десять утра. В отдельную сумку сложила одежду для встречи, решив переодеться в каком-нибудь кафе.

Закинув чемодан с вещами в багажник, заметила Полли с Тимом, идущих в обнимку ко мне.

– Шеннон, покажи им, на что способны скрытные сучки, – улыбнулся Тим.

А скрытная сучка – это я. Если раньше я жила открытой ко всем и каждому, то с течением времени стала носить «покер фейс» по жизни, никого близко не подпуская. Тим знаком со мной пару лет и, кажется, до сих пор не в курсе, какой мой любимый цвет. Но он не мой парень, в конце концов, чтобы это знать.

– Смотри, а то однажды проснёшься, а твоя девушка решит за тебя и махом закроет твою кофейню, переквалифицировав её в товары для дома и сада, перенеся весь бизнес, скажем, в Европу, – вяло улыбнулась я, обнимая Полли.

– Шенни, помни – ты лучшая. Держи морду кирпичом на любую провокацию местных акул, а если что – звони мне.

– Спасибо, но всё же тебе не стоило переворачивать мою жизнь без разрешения.

– Если бы я спросила разрешения, то уже не получилось бы перевернуть её, – подмигнула Полли и чмокнула меня в щёку. – Кстати, чуть не забыла, – пролепетала она с заговорщической улыбкой. Я нахмурилась. Знаю я эти нотки в её голосе, не предвещающие ничего хорошего. Полли полезла в свою сумку и протянула мне небольшую коробочку. – Это, если вдруг ты продолжишь избегать всех мужчин на планете, поможет скоротать тебе вечер, – пояснила она.

Пыталась разглядеть коробочку, стоя под уличным фонарем, едва освещающим улицу, на которой был нарисован предмет розового цвета, отдаленно напоминающий креветку. Тим начал хрюкать от смеха и до меня дошло что это.

– Полли, это уже слишком! Я не возьму вибратор! – возмутилась я, отпрянув от подруги и её протянутой руки.

Нет, ну в самом деле!

– Ничего не хочу слышать! Тебя ждёт стресс из-за смены места жительства и работы, новый коллектив и новый босс. Это, – она указала взглядом на коробочку, – поможет немного расслабиться.

Показав ей средний палец, я потянулась к двери, как в этот момент она фактически засунула коробочку в мою сумочку и, схватив своего парня за руку, рванула вниз по улице.

Ну что за люди меня окружали?!

Вздохнув, плюхнулась на сиденье, бросила сумочку назад и завела машину. Из динамиков тут же заиграла песня Feel It Still в исполнении Portugal. The Man и я, посигналив бегунам и напоследок взглянув на своё пристанище в течение последних шести лет, отъехала от обочины. Барабаня пальцами по рулю, смотрела на пробегающие мимо дома, деревья, закрытые до утра рестораны, и сама не верила, что я решилась на переезд. За один день.

Когда-то (десять лет назад, если быть точнее) я была такой же, как Полли. Любая авантюра была для меня желанной. В любой ситуации я видела исключительно перспективы. Я была наивна и тупа, не иначе. После окончания школы поток дерьма не закончился, а словно выстроился в очередь и один за другим стучался в мою дверь. В итоге всё это привело меня к заключению – быть скрытной сучкой это не какая-то там блажь. Уметь скрывать от людей свои истинные чувства – это жизненно необходимый навык.

Учась в университете, я встречалась с Ноем. Он ухаживал за мной с девятого класса, жил по соседству и в общем-то казался нормальным парнем. Но что-то меня останавливало от отношений с ним. Наверное, чуйка. Ну а потом я просто согласилась. Он подвернулся под руку, если можно так сказать. Я была разбита, и так уж получилось, что он поступил в тот же университет, что и я. Так уж совпало, что, когда он сделал очередную попытку подкатить, я была разбита вдребезги. Я отчаялась. Мы с ним встречались три года, а потом я завязала с любыми отношениями и уже шесть лет никого близко не подпускала к себе. Я научилась прятать свои эмоции так глубоко, что порой мне казалось, что уже и не умею реагировать на внезапно появляющиеся обстоятельства жизни должным образом. Даже с этим переездом и собеседованием. Раньше я бы сделала такую свечку, что от Полли живого места не осталось бы. А сейчас я просто сдалась, особо не сопротивляясь. Хотя, по правде говоря, внутри меня щекотало беспокойство, и нервная дрожь сотрясала всё тело. Значит, реакция всё-таки присутствует.

Проведя в дороге всю ночь, к утру я въехала в Миннеаполис. Глаза устали от вечного сосредоточенного вглядывания в дорогу. Шея затекла, голова гудела, но нервозность затмевала любые ощущения. Припарковавшись у небольшой кофейни, взяла сменные вещи, свою сумочку и вышла на улицу. Солнечные блики, отражаясь от окон высотных зданий, ослепляли, и голова закружилась от осознания предстоящего. Тряхнув головой, зашла в кофейню, заказала фраппучино и направилась в уборную. Быстро привела себя в порядок, обрадовавшись, что мои волосы не начали виться и прическа выглядела вполне сносно. Нанесла на губы матовую помаду арбузного оттенка, надела лодочки в тон помаде и расправила платье-футляр по фигуре. Я готова.

Ни черта я не готова, но разве это кого-то волнует?!

Просидев в кофейне следующий час, я бесцельно листала ленту новостей. Затем просмотрела в социальной сети фотографии своих знакомых, в глубине души позавидовав им. Они показывали каждый свой шаг в Сети. Вот Джулианна поела. А здесь Макс прыгнул с тарзанки в озеро. А вот и Полли отличилась. Уже успела выложить пост, что она лучшая подруга и пожелала мне хорошо обустроиться на новом месте. Написала ей комментарий «Сучка» и убрала мобильный в сумочку, попутно заметив лежащий в ней вибратор, помимо тысячи других жизненно важных вещей, которые я всегда носила в ней. Неосознанно улыбнувшись на проделку Полли, решила, что лучше пораньше расправиться с этим чёртовым собеседованием, поэтому вышла на улицу и направилась к главному входу высотного здания.

Время было 09:45 и на первом этаже творился настоящий хаос. Люди в костюмах, подобно муравьям, пробегали мимо со стаканчиками кофе в руках. Прикладывая свои пропуска к турникетам, они спешили к лифтам, успевая при этом болтать по телефону, пить кофе и здороваться со знакомыми. Всё это на ходу. Какие многозадачные. Паника начала зарождаться где-то очень глубоко, но я проглотила её и подошла на ресепшн.

– Доброе утро. У меня назначено собеседование в «DLF Agency», – произнесла я, обращаясь к блондинке с такими огромными губами, что создавалось впечатление, что она вмонтировала в них свисток.

– Одну минуту, – пропела она тоненьким голоском и потянулась за телефоном. Набрав пару клавиш, она зажала трубку плечом и ещё более тонким голосом оповестила: – К вам посетитель. Пропустить или спуститесь?

Кивнув, она положила трубку и посмотрела на меня.

– Ваши документы, пожалуйста. За Вами сейчас спустятся, я пока оформлю пропуск.

Дала ей водительское удостоверение и продолжила изучать местную публику. Хоть я и выросла в пригороде большого города, но всю жизнь чувствовала себя простой девчонкой, любящей простые вещи. Весь этот шик и блеск не для меня, несмотря на то что я научилась выглядеть подобающе им. Без тюнинга внешности, конечно, но я ухоженная. Следила за фигурой, выщипывала брови, делала эпиляцию, маникюр, педикюр и разные маски для лица, мазалась всякими кремами от целлюлита. На заметку – они не работают. Это всё маркетинг. Но даже делая это всё, сейчас чувствовала себя простушкой среди этих небожителей.

Блондинка со свистком вместо губ протянула мне пропуск с моим удостоверением и указала на диванчики недалеко от турникетов. Не успела я подойти к ним, как увидела того самого Пита Колстона, идущего навстречу мне.

– Шеннон Льюис? – обратился он, пройдя через турникет и протянув мне руку. Кивнув, я быстро пожала её. – Очень приятно познакомиться. Меня зовут Пит и я провожу Вас. Собственно, собеседование буду проводить я и мой партнёр по бизнесу, – озвучил он, рукой показывая мне следовать за ним. Я поспешила, ловя каждое его слово, поскольку ни черта не знала о его партнёре. – Дело в том, что за последний месяц на эту позицию пробовались уже десять человек и никто дольше пяти дней не задержался. Я, если честно, уже отчаялся найти нужного человека и очень надеюсь, что Вы справитесь, – торопливо объяснял он, улыбнувшись мне, как только мы подошли к лифтам.

Десять человек не справились с должностью ассистента по продвижению?! Это что ж у них за требование такие? В горле внезапно образовалась горечь, и я сглотнула, параллельно разглядывая этого Пита.

Высокий, блондин с очень живыми серо-голубыми глазами и совершенно обезоруживающей улыбкой. Просто Кен наших дней. Версия 2.0. Где первая версия – Кен в лице Бреда Питта с налётом шарма Тома Харди.

В идеально сидящем голубом костюме и кипенно-белой сорочке, что она слепила, Кен-Пит снова улыбнулся и вновь указал мне рукой, когда двери лифта открылись.

– Мой партнёр, – продолжил он шепотом, как лифт тронулся, – человек непростой. Не могу сказать, что он зверь или что-то вроде того. Нет. Просто очень требовательный. Не терпит тривиальные решения, глупость или непунктуальность. А в остальном очень приятный человек.

Я натянуто улыбнулась, чувствуя, как сердце стучало в глотке. Мои предшественники что, сыпали тупыми банальностями, всё время опаздывая?! Все десять человек?!

М-да. Что-то здесь не так, но деваться мне некуда. Сделав глубокий вдох, я решила, что, если он всё же окажется зверем, то я просто уеду восвояси. Меня здесь ничего не держит, я никому и ничего не должна. Да и вообще. Мне папа с детства говорил, что я его лучшее произведение, поэтому мне нечего переживать. Это всего лишь собеседование. Всего лишь очередная авантюра в духе моей подруги.

Глава 2
Блэйк

Работа. Деньги. Женщины.

Репутация.

Важные вещи для меня. Необходимые, если можно так сказать.

Поправив часы на запястье, смотрел в панорамное окно на проснувшийся город. Каждое утро одно и то же. К девяти утра город был похож на улей пчел, а ближе к десяти наступало затишье, как бывает перед грозой. К двенадцати улицы города вновь наполнялись людьми, спешащими в ближайшую кофейню за дозой кофеина, которую они могли и в офисе получить, но так приятно выйти на улицу и глотнуть свежего воздуха. С той высоты, с которой я наблюдал, люди не больше муравья по размеру, но я отчётливо видел, как они поднимали головы, чтобы подставить лица под солнечные лучи и улыбались.

Ну да и бог с ними. Достав телефон из кармана брюк, пробежался по своему сегодняшнему графику.

Собеседование, встреча с потенциальным клиентом, встреча с ненужным клиентом, совещание, встреча с действующим клиентом, звонок в Канзас-Сити по поводу возможного сотрудничества и куча всякого дерьма сверху.

И так каждый день. Но я люблю свою работу. Реально люблю. Я живу, чтобы работать.

Первым пунктом на повестке дня, чтобы день стал ещё более дерьмовым, чем он мог быть, стояло собеседование.

Господи боже.

Я…

Мои мысли прервал стук каблуков по плитке (по-любому это шпильки, судя по звонкому звучанию) и голос Пита, который явно рисовал в воображении новоприбывшей шикарные перспективы от работы в нашем агентстве.

Какая чушь. Нет, перспективы, безусловно, имеются. Только работать в коллективе змей – такое себе удовольствие. Только если ты не чёрная Мамба.

Дверь за моей спиной открылась, тогда я медленно убрал телефон в карман, но продолжил смотреть в окно, мечтая, чтобы этот цирк с перечислением заслуг на предыдущем месте работы, навыках и умениях, полученных при усердном саморазвитии, прошел бы побыстрее.

– Проходите, пожалуйста, – вежливым тоном произнёс Пит, и я невольно улыбнулся, смотря на панораму города. Как всегда, расточает всю свою любезность перед новенькой. Может, ради разнообразия ему стоит поискать мужчину на эту должность?! – Кофе? Воды?

– Воды, пожалуйста, – ответила девушка.

На мгновение перестал дышать, сердце оглушительно застучало в груди.

Этот голос…

Нет, не может быть.

Плечи напряглись и мне показалось, что я проглотил лом, резко выпрямившись. Напряжение пронеслось по всему телу, подобно разрастающейся трещине на льду.

– Пожалуйста, Шеннон, – снова обратился Пит к девушке, очевидно, дав ей воды, как моё сердце резко упало в пятки.

Твою мать.

Шеннон. Лиса…

Сколько Шеннон в США с похожим мягким тембром голоса? Может, миллион? Это же не может быть она, правда?

Медленно повернулся к ней, как раз в тот момент, когда она поставила стакан с водой на стол и подняла на меня голову.

Неправда. Это она.

Что за чёрт, мать вашу?!

Вот же хрень. Передо мной стояла Шеннон. На шпильках. В платье, так облепившем её охрененную фигуру, что каждый изгиб её тела был подчеркнут и выставлен на всеобщее обозрение. Длинные каштановые волосы, почему-то совершенно прямые, струились по плечам. Её кожа, явно обласканная солнцем, имела завораживающий золотистый оттенок. На изящных запястьях были часы и какой-то браслет, а на длинной тонкой шее, вкус которой я помню до сих пор, висела тонкая цепочка. Губы, почему-то накрашенные какой-то помадой ягодного оттенка, безмолвно открывались и закрывались. И глаза. Вроде те же, орехового оттенка, смотрели в упор на меня. В ужасе. В недоумении. Но помимо шока, написанного на её лице и читающегося во взгляде, эти глаза были почти мёртвыми. Не лисьи глаза, полные жизни, а обесточенные.

Это не та Шеннон, которую я помнил. И в то же время та.

Но… какого чёрта она здесь забыла?!

– Ну, что мы стоим? – нарушил звенящую тишину Пит. – Присаживайтесь, Шеннон.

Голос Пита и то, как мягко он произнёс её имя, вывело меня из транса, и я невольно сделал шаг вперёд. Из рук Шеннон выпала сумка и всё её содержимое рассыпалось по полу. Мне под ноги подлетел какой-то предмет, и я опустил взгляд.

Хм.

Нет, я, конечно, всегда знал, что в её сумке есть абсолютно всё на случай ядерной войны, голода, засухи, обморожения, перегрева на солнце, внезапной диареи или головной боли, аллергии или обморока, порванных вещей или отлетевших пуговиц. В ней так же всегда был томик любимой книги, блокнот, пять ручек и три карандаша, ластик, ключи от дома и машины (в двух экземплярах, если вдруг первый потеряется), зарядное устройство, гигиеническая помада (другие раньше она не признавала), влажные салфетки трёх видов, различающиеся только по запаху, предметы женской гигиены (тоже в ассортименте), духи и это я только начал перечислять.

Но вибратор?

Выдохнув, я присел и поднял коробочку. Судя по упаковке, ещё не успевшей затереться и помяться, он новый.

Поднял глаза, а Шеннон по-прежнему глотала ртом воздух, уставившись на меня, словно она приведение увидела. Или скорее паука. Она боялась их до жути.

– Я помогу, – снова встрял Пит, явно не догоняющий происходящего, и присел на корточки. Но Шеннон отмерла и принялась судорожно собирать весь свой скарб по полу моего кабинета. Изредка поглядывая на меня исподлобья, она трясущимися руками яростно запихивала в сумку то, без чего она не представляла своей жизни. А я продолжал пялиться на неё, не в силах вымолвить хоть слово.

Как она здесь оказалась?! Почему? Зачем? Десять лет прошло. Сука, десять лет и один месяц, есть быть предельно точным.

– Я сама, – произнесла Шеннон, выхватив из рук Пита потрепанный томик романа Патрика Зюскинда «Парфюмер».

Да, некоторые вещи не меняются. Любимая книга всегда с ней.

Пит вскинул ладони, демонстрируя ей свои добрые намерения и поднялся. А затем достаточно нагло оглядел ползающую по полу девушку, слегка облизав губы. Этот жест привычный для него, когда он прикидывал в уме, сколько времени ему понадобится, чтобы уложить цыпочку в свою постель. Вот только в данной ситуации этот жест мне показался неуместным и почему-то взбесил меня до усрачки. Пит мельком глянул на меня и подмигнул, явно будучи довольным собой.

Посмотрев на ползающую Шеннон, я наконец-то вновь обрёл дар связывать слова в предложения и задумчиво спросил:

– Чего никогда нет в женской сумочке?

Шеннон на миг замерла, а потом медленно поднялась на ноги, прижимая сумку к груди.

– Порядка, – одними губами ответила она.

Я сдержал улыбку, вспомнив, наше с ней знакомство. Я засыпал её простенькими загадками на логику и смекалку. Эта была одна из них. Хотя не сказал бы, что в ней есть логика. Это даже не загадка. Это риторический вопрос к Шеннон, потому что её сумка – это колодец желаний, в котором хаотично лежали такие вещи, которые не должны быть там.

Как, например, вибратор.

Вспомнив, что до сих пор держу его в руке, протянул ей.

Шеннон буквально вырвала его из моей ладони, но я успел заметить замешательство на её лице и услышать сдавленный смешок Пита.

– Прекрасно, а теперь давайте присядем и начнём наше собеседование, – снова вернул меня в реальность голос Пита. – Шеннон, это мой партнёр – Блэйк Дэвис. Собственно, он здесь главный, но информации о нём Вы не найдёте на нашем сайте или где бы то ни было.

Говоря это, он жестом пригласил её за длинный овальный стол в моём кабинете и выдвинул для неё стул.

– Блэйк ищет себе ассистента по продвижению. Ему нужен человек, умеющий работать автономно, но чётко соблюдающий его видение ведения бизнеса. Без стремления выслужиться, но с желанием прыгнуть выше своей головы. Умеющий принимать самостоятельные взвешенные решения, но с оглядкой на репутацию нашего, то есть его, агентства. Без скрытых мотивов, но с непреодолимым желанием вывести нашу компанию на новые вершины. Умеющий работать в стрессовых ситуациях, но не провоцирующий эти самые стрессовые ситуации на рабочем месте. Без тормозов, но с головой на плечах. В общем, Блэйк ищет несуществующего человека, – хохотнул Пит, когда Шеннон опустилась на стул, смотря на моего партнёра во все глаза. – Ах да, чуть не забыл: умение пользоваться Power Point и Photoshop является неоспоримым преимуществом.

С самодовольной улыбкой Пит занял своё место за столом напротив неё и выжидающе посмотрел на меня. А я так и стоял, около окна и смотрел на них.

– Это какая-то ошибка, – еле слышно ответила Шеннон.

– Ошибки быть не может. Power Point и Photoshop – очевидное преимущество перед остальными соискателями, – улыбнулся Пит своей фирменной улыбочкой.

Вот ведь павлин, мать твою.

– Нет, я про работу. В целом. Здесь какая-то ошибка, – пояснила Шеннон и вскинула на меня растерянный взгляд. Её ореховые глаза излучали непонимание.

Я наконец отмер и подошел к своему месту во главе стола. Справа сидел Пит, слева она. Опустившись в кресло, расстегнул пуговицу на пиджаке и положил ладони на стол. Пит протянул мне её резюме, и я уставился на данные о её заслугах на предыдущем месте работы. Единственном месте работы за последние шесть лет. Штат Небраска, город Омаха, компания специализируется на рекламе. Мы не рекламщики, PR подразумевает создание в обществе нужного имиджа компании или человека, а это означает, что мы незаметно продвигаем бренд, подталкиваем аудиторию к взаимодействию с нашими клиентами. Тем не менее пару лет назад я принял решение разнообразить наши возможности и помогать клиентам с разработкой рекламы с нуля или, например, с упаковкой товаров. Так даже проще понимать концепцию продвижения, когда ты от начала и до конца всё создаёшь самостоятельно и делаешь «под ключ». Короче, мы не тривиальные пиарщики в привычном смысле слова, чем дико бесим своих конкурентов.

Итак. Шеннон Льюис. Двадцать восемь лет, через месяц – двадцать девять, младший маркетолог, владеет Power Point и Photoshop, её клиентами были: компания по производству корма для кошек, небольшой завод, выпускающий пылесосы и, о боже, молодой стартап, специализирующийся на биоразлагаемых эко прокладках для женщин в особенные дни.

Я прямо вижу слоганы для её клиентов.

«С нашим кормом Ваша кошка забудет о поносе и запоре, аллергии и язве, а её шерсть будет такой же шелковистой, как кожа Вашей жены после эпиляции».

«Наш пылесос сосёт как любимая девушка, но стоит намного дешевле. Всего сорок девять девяносто, против пожизненного обеспечения».

«Наши прокладки заботятся об окружающей среде, позаботься и ты. Если уж подтекаешь, то хотя бы с пользой для природы».

Прикусил щёку, вспоминая университетские годы, когда мы на пару с Питом придумывали подобные или ещё хуже слоганы на занятиях по маркетингу. Преподы нас либо ненавидели, либо обожали.

– Вы нам не подходите, – наконец озвучил я, оторвав взгляд от сухих фактов на бумаге. Когда-то я знал её от и до. Эти слова мне ни о чём не говорят, а даже если бы и сказали, то она всё равно не будет здесь работать.

Пит выпучил на меня глаза, а Шеннон, кажется, перестала дышать. Она либо не ожидала снова услышать мой голос, либо то, что я сказал.

– То есть? – непонимающе уточнил Пит.

– Ты слышал. Мисс Льюис не подходит на эту позицию, – безапелляционно заявил я.

Шеннон вскинулась и прищурилась, смотря мне в глаза, в которых вспыхнул огонёк, но быстро потух.

– Да, совершенно верно, – кивнула она, посмотрев на Пита. – Я не подхожу. Здесь все слишком недосягаемые. Я, пожалуй, пойду.

От её интонации в сердце кольнуло, но я облегченно выдохнул. Ей здесь не место. Не рядом со мной, во всяком случае.

Однако у Пита всегда было на всё своё мнение, за что я, в принципе, его и люблю. Он всегда либо балансировал меня, либо, наоборот, вставал плечом к плечу, когда ситуация накалялась. Он надёжный и преданный друг.

– Минуточку, – он деловито поднял вверх указательный палец, не сводя взгляда с девушки, – здесь я принимаю решение насчёт найма персонала.

Шеннон вновь опустилась на стул, а я нахмурился, посмотрев на Пита. Он невозмутимо продолжил:

– Насколько мне известно, Вы, Шеннон, благодаря своей рекламной кампании спасли фирму от банкротства, в которой на тот момент проработали меньше месяца. Кроме того, судя по Вашему резюме, Вы числитесь на отличном счету у руководства. Я разговаривал вчера с Вашим бывшим начальником, и он сказал мне, что я буду дебилом, если не возьму Вас. Он охарактеризовал Вас как усидчивую, креативную, ответственную и нацеленную на результат сотрудницу, которой нет дела до сплетен в офисе, – на этих словах Пит многозначительно посмотрел на меня, на что я стиснул челюсти так, что чуть зубы себе не сломал, – и для которой не составит труда задержаться на работе, если этого потребует ситуация.

Господи.

Он же не собирается сейчас взять её, только из-за её безотказности и желания быть полезной?!

Кто здесь главный, в конце концов?!

– Пит, мы ищем ассистентку для меня, а не для тебя. Значит, последнее слово за мной, как, впрочем, и всегда. Поэтому повторяю – мисс Льюис мне не подходит, – чётко отчеканил каждое слово, вперившись взглядом в своего друга.

Он же прекрасно знал меня и должен уловить намёк в моем голосе, интонации и чёртовой мимике, что нельзя брать её!

Шеннон выпрямилась и гордо подняла подбородок, услышав мои слова.

– Да, – кивнула она, – я не держусь за это место.

Медленно выдохнув, я неосознанно сжал кулак, прогоняя из головы воспоминания десятилетней давности.

– Ну а я держусь за потенциальных сотрудников, которые могут улучшить атмосферу в нашем коллективе, помочь нам достичь поставленных целей и, что немаловажно, готовы чем-то пожертвовать ради компании, например, свободным временем. Шеннон, жду Вас завтра на новом рабочем месте. Это смежный кабинет с Блэйком, напротив моего. Завтра же я познакомлю Вас с остальными сотрудниками. Испытательный срок три месяца. Мы предоставляем всем сотрудникам, переехавшим из других Штатов квартиру. Поэтому Вам сейчас на выходе выдадут ключи и адрес Вашего нового жилища. Если Вам что-то нужно, пожалуйста, дайте мне знать. Вас проводит до первого этажа наш охранник Соул.

Нервно дёргая ногой под столом, я сдерживал себя из последних сил, чтобы не заорать на друга или не размолотить его головой этот грёбаный стол из оргстекла, за которым мы сидели. На лице Шеннон тоже сменилось несколько эмоций, но последняя была готовность, что ещё больше вывело меня из себя. Но не успел я возразить, наложить грёбаное право вето на это идиотское решение друга, как он встал из-за стола и своим фирменным жестом показал Шеннон, что собеседование окончено и она свободна. Не смотря на меня, она встала и, расправив свои изящные плечи и медленно покачивая бёдрами, вышла из кабинета.

– Костыль, ты охренел?! – выпалил я, только дверь закрылась.

– Мать твою, о чём ты, Пупсик?! Она идеальна от кончиков пальцев до волос. От своей десятисантиметровой шпильки до взмаха ресниц.

– Костыль, мы не эскортницу нанимаем на вечер, а сотрудника на долгосрочную перспективу! Сотрудника, который, мать твою, будет работать со мной и на меня! Который не обязан красиво хлопать своими идеальными ресницами, эротично вилять бёдрами на, сука, этих ходулях и волосы которой ты в уме уже намотал на кулак!

– Ах вот оно что! – рассмеялся Пит, заняв своё место за столом и вальяжно откинувшись на спинку стула. – Скажи, она сногсшибательна?! Я сам охренел, если честно. В её резюме было фото, но вживую… Чёрт, она хороша.

Давление подскочило, и я наклонился вперёд, уперев локти в стол, чтобы найти хоть какую-то опору.

– Даже не думай. Забудь. Выкинь это из головы немедленно, – процедил я, сам не понимая, кого я больше убеждал: его или себя.

– Пупсик, Шеннон будет здесь работать, и ты не сможешь этому помешать. Чего ты так взъелся на неё?! Предыдущим десяти сотрудницам ты давал хотя бы день, чтобы продемонстрировать себя, – искренне, как мне показалось, недоумевал мой друг.

Хоть он и знал меня лучше всех, но всё же есть одна часть моей жизни, в которую он не посвящен.

Это Шеннон, мать её, Льюис.

Это та часть жизни, к которой я сам старался не возвращаться уже шесть лет. До этого периодически наводил справки. Так, ради спокойствия. Только это, наоборот, приносило беспокойство и привело к очень печальным последствиям.

– У неё недостаточно квалификации для работы, – стараясь звучать непринужденно, ответил я и ослабил узел галстука. Чёртова удавка.

– Неправда. Может она и не топ-специалист, за которым охотятся все хэдхантеры, но и не глупышка. Она старательная и явно вдумчивая. Идеальная, чтобы дать ей шанс.

– Нет.

– Мать твою, да, – ухмыльнулся Пит и слегка нагнулся вперёд, смотря мне в глаза. – Напомни мне главное условие, которому мы следуем уже пять лет ведения нашего совместного бизнеса? – Пит самодовольно провел кончиком языка по губам, прекрасно зная, что он в шаге от победы в этом споре. – Я не лезу в твои дела, ты не лезешь в мои. Прибыль делим пополам, женщин не делим вовсе.

Я невольно улыбнулся на последнюю фразу. Да, женщин мы не делили. Когда я решился открыть свой бизнес, то единственный, кому мог доверять, был Пит. На тот момент мы уже пять лет фактически жили вместе, и он был единственным другом за всю мою сознательную жизнь, но я так боялся его потерять, что выдвинул это условие. Мы чётко разграничили наши обязанности по работе, чтобы не дай бог не поругаться и не просрать нашу дружбу. Пит ответственный за коммерческое направление, наем персонала и вообще функционирование нашего небольшого коллектива. А я, можно сказать, серый кардинал. Я решаю, куда мы всей тусовкой направляемся, к чему стремимся, как себя позиционируем на рынке, с какими клиентами работаем и какой стратегии придерживаемся. Он светит своим лицом на всех мероприятиях, я тихо работаю из своего кабинета. Он разруливает скандалы, зачинщиком которых являюсь я. Он распределяет бабки внутри компании, которые мы вместе зарабатываем благодаря моей стратегии и чутью. Он нанимает персонал, который потом бежит, сверкая пятками, из-за моего несносного нрава.

– Костыль, напомни мне, почему я считаю тебя своим другом?! – поддел его, усмехнувшись.

– Пупсик, это была любовь с первого взгляда, – рассмеялся этот оболтус.

Мы познакомились буквально в первый же день учёбы в университете Миннесоты. Так уж получилось, что я пропустил первый семестр, поскольку должен был учиться в универе в Миссури, но мне пришлось поменять жизненный план, и я не успел своевременно перевестись и потратил полгода на поиск нового подходящего места учёбы, оформление документов и переезд. А затем начался поиск соседа в квартиру, поскольку в общежитии мест не было.

Однажды я пришёл в административный корпус, проверить, откликнулся ли хоть кто-нибудь на моё сообщение о поиске сожителя и у двери столкнулся с парнем. На костылях. Как выяснилось, он тоже пропустил первый семестр из-за аварии, в которую он угодил в сентябре и не смог физически присутствовать на занятиях, поэтому вынужденно взял академический отпуск на полгода. Прозвище «Костыль» моментально приклеилось к нему и не отлипает уже девять с половиной лет. Он не остался в долгу и прозвал меня «Пупсиком» за моё вечно недовольное выражение лица. Как он шутит, что я похож на героя разных мемасиков, где огорчённые, взбешённые, с выпяченной нижней губой дети тыкают в тебя пальцем и что-то выговаривают. Такой вот я в его понимании.

– А теперь серьёзно, – продолжил Пит. – За последний месяц десять человек не выдержали работать с тобой. Это уже не смешно. Такой текучки у нас никогда не наблюдалось. Я не понимаю, что с тобой происходит и чем тебе не угодили её предшественницы, но Шеннон останется и попробует.

– Они не угодили мне тем, что вместо работы, они сидели в социальных сетях и делали селфи на рабочем месте со стаканчиком соевого латте, параллельно делая маникюр. Вместо внимательного анализа сводной таблицы, они рентгеновским зрением изучали содержимое моих трусов. Вместо…

– Когда-то ты, – перебил он, ткнув в меня пальцем, – не только рентгеновским зрением, но и опытным путём изучал содержимое их трусиков на рабочем месте.

Я закатил глаза.

– Это…

– …было в прошлом, – снова самодовольно перебил он меня, – но ты сам прекрасно знаешь, что значат слова «репутация», «слухи», «сплетни» и «конкуренция». Скольких ты перетрахал в этом кабинете? А в туалете во время обеденного перерыва? Часть из них по сей день здесь работают и по-любому своим длинным языком растрепали всему Миннеаполису, какой ты пылкий любовник. Да я сам видел посты в ленте у некоторых с тонким намёком на «жаркий рабочий день и многообещающий график встреч». Вот именно поэтому эти несчастные десять девушек и жаждали оказаться на их месте, не веря, что ты сможешь им отказать.

Да, всё так. Я перетрахал практически всех сотрудниц. Слава богу только малая их часть здесь задержалась и до сих пор работает. Когда до меня дошло, что я уже плюю на общепринятые нормы и даже жалюзи в кабинете не закрываю во время секса, то принял решение, которое по сей день у многих вызывало смех. В частности, у Пита. Я внёс в договор о приёме на работу особенный пункт. Сделан он больше для меня, чем для остальных, ведь восемьдесят процентов моих сотрудников – женщины. Пункт гласит: «Никаких отношений с коллегами и подчиненными на работе, в рабочее или свободное время».

Красавчик, чего уж. Обезопасил себя, так сказать. Сообразительный я.

Сам себя по рукам линейкой ударил, но иначе никак. Я слетел с катушек и вовремя, надеюсь, смог остановиться. Но молва обо мне действительно пошла за пределы нашей компании и теперь каждая новая сотрудница мысленно трахала меня, сидя на совещании. Ситуация усложнилась, когда мне потребовался ассистент, потому что я решил часть обязанностей, которые меня больше всего раздражали, переложить на чьи-нибудь плечи. Раньше я сам готовил презентации к тендерам, делал сравнительные анализы, расписывал, какие мы охрененные ребята. Но я устал от этой рутиной работы, решив сконцентрировать все свои силы на расширении, увеличении нашего влияния и освоении новых площадок. Мне стало тесно в одном Миннеаполисе. Мне нужен масштаб.

– Тем не менее, Шеннон Льюис не подходит, – возразил я, взяв карандаш со стола. Взгляд снова зацепился за её резюме. Не замужем. Последняя информация у меня на неё была другой. «Помолвлена» – гласила она.

– Вот объясни мне, такому тупенькому болвану, чем она тебя так зацепила, что ты даже часа не хочешь дать ей? Что в ней не так?!

Всё в ней именно так, как должно быть. В этом вся беда.

– Она не потянет объём работы, – сказал первое, что пришло на ум.

– Откровенная ложь и ты знаешь это.

– Она не справится с коллективом. У нас работают суки, а она производит впечатление загнанного ягнёнка, – сделал ещё одну попытку одурачить своего друга.

– Научится кусаться. В жизни это полезный навык, – отбил мою подачу Пит.

– Она сотрудничала только с маленькими компаниями, работающими преимущественно в своём Штате. Мне же нужен человек, не пасующий перед гигантами, – не сдавался я.

– Когда у неё за спиной будешь стоять ты, поверь, она не спасует, – ухмыльнулся Пит.

– Она…

– …абсолютно в твоём вкусе, – снова перебил меня Пит, улыбаясь так, словно раскусил меня. – Она просто стопроцентное попадание в яблочко и поэтому ты боишься, что твой собственный пункт в договоре будет подвергнут сомнению. Знаешь, до меня только сейчас дошло, что все те, с кем ты спал с момента нашего знакомства, словно её плохая копия, – задумчиво произнёс Пит, разглядывая меня. А у меня дыхание сперло и по позвоночнику пробежал нехилый холодок. – Ты словно серийный маньяк, который не может добраться до своей главной мишени, и вместо неё развлекается с «суррогатами». Пупсик, ты ничего не хочешь мне рассказать?!

Я перестал дышать. Лишь на мгновение. За свою жизнь я привык сталкиваться с дерьмом и похлеще домыслов моего друга. Я научился держать лицо даже тогда, когда хочется спрятаться и больше никогда не высовываться. Научился управлять своим гневом, который одно время не давал мне жить спокойно. Потом я встретил Шеннон, и она стала моим чёртовым балансом, которым теперь являлся Пит. Я научился не думать о ней. Так же я научился делать так, чтобы девушки сами сбегали с этого, как они считали, золотого рабочего места с прямым билетом в мою постель. Не думаю, что Шеннон мечтает там очутиться после того, что я с ней сделал, но мне она здесь тоже не нужна. Я не хочу проверять свою выдержку. Достаточно и того, что я сказал, что научился управлять собой.

Посмотрел на друга и решил зайти с другой стороны.

– Нет. Пусть работает, – уверенным тоном ответил я, стараясь скрыть свои мысли по этому поводу.

Это будет весёлая неделя. Ведь она просто не выдержит большего времени нахождения рядом со мной. Уж я-то постараюсь. Придется поднапрячься, но зато потом я смогу спокойно работать, не думая, что за стеной сидит она. К чёрту, после неё не буду больше искать ассистента. Сам продолжу хреначить эти грёбаные презентации в Power Point. Главное – сделать так, чтобы Шеннон сбежала отсюда как можно быстрее.

Вот только…

– В какой квартире она будет жить? – задумчиво утонил я, стуча кончиком карандаша по её резюме.

– Как обычно. Наш жилой фонд для всех сотрудников одинаковый. Никакой дискриминации.

– Что, в этой коморке два на два?! – изумился я, подняв глаза на Пита.

– Не всё так плохо, – улыбнулся он. Задумавшись, перевёл взгляд в окно. С этой позиции были видны только такие же высотки, в которой работал я, и небо. Осеннее небо, которое так любила Шеннон. Не знаю, почему она так любила это время года. – Но если ты хочешь, то могу устроить ей проживание в пентхаусе.

– Да, отличная идея, – кивнул я, продолжая витать в своих мыслях.

Пит расхохотался, запрокинув голову назад, и я в недоумении вновь посмотрел на него.

– Пупсик, с каких пор у нас имеется пентхаус в наличии для обычного ассистента, когда сам его Величество Босс живёт в обычных апартаментах?!

А?

Пит прищурился и буквально всматривался в мои глаза.

– Короче, у нас есть квартира попросторнее этих кладовок?! – не выдержал я его проницательного взгляда и поднялся с кресла.

– Есть одна. Она немногим больше, но мы её держим для сотрудников с детьми. На последнем этаже, с выходом на крышу.

Крыша…

Тормози, Блэйк.

– Вот пусть там и поживёт, – распорядился я, подойдя к окну.

Хоть она тут долго не задержится, но всё ж приятнее жить в квартире, в которой ты можешь выпрямить ноги и потянуться с утра, не задев противоположную стену.

Может, я и отвратительный босс, но всё же думаю о своих подчиненных.

Иногда больше, чем надо.

– Но ей уже ключи отдали от той, – возразил Пит.

– Отправь к ней Лео. И пусть поможет с её сумками, – не поворачиваясь и продолжая смотреть на город, ответил ему.

Десять лет и один месяц.

Шеннон, мать её, Льюис.

Ну какого хрена ты снова ворвалась в мою жизнь?!

Глава 3
Шеннон

Ненавижу перемены!

Это не смешно.

Это вообще ни разу не весело.

Что за извращенное чувство юмора у жизни?!

Блэйк Дэвис – мой босс?

Нет, мать вашу, ни хрена подобного!

С трудом дойдя до машины, плюхнулась на водительское сиденье, бросила сумочку с чёртовым вибратором на пассажирское, и прислонилась затылком к подголовнику. Нужно просто подышать и всё это исчезнет. Это плохой сон. Это кошмар.

Наяву.

Он так изменился, но в то же время это всё тот же Блэйк, который пробирался ночами по приставной лестнице ко мне через приоткрытое окно, нырял под одеяло и устраивался между моих ног, не давая мне потом спать.

Всё те же тёмные волосы, только ставшие очевидно длиннее, и теперь были оформлены в интересную причёску. Всё те же чёрные графичные брови, словно он их подкрашивал, но, надеюсь, он этого не делал. Всё та же видимая пятидневная щетина, правда теперь выглядевшая куда более мужественно. Всё то же сухое лицо, с заостренным носом и подбородком. На лбу прибавилось морщин, словно он вечно хмурился и удивлялся. Всё тот же цепкий и колючий взгляд, который заставлял тебя цепенеть или падать навзничь.

Прочь из моей головы, ублюдочный хрен!

Завела машину и, вбив в навигаторе адрес этой чёртовой квартиры, я выехала на дорогу. Из динамиков стереосистемы зазвучала незнакомая мне песня, и я уменьшила громкость на минимум. Мне не нужен сейчас шум. Мне необходима тишина, спокойствие и душ. А потом я позвоню Полли и выскажу ей на хрен всё, а завтра приеду в офис и демонстративно брошу ему ключи от этой квартиры, а потом вернусь в Омаху.

Отличный план, Шеннон.

Действуй.

На дорогах было оживлённо, но мне удалось добраться до пункта назначения, не застряв в пробке, равно как и не заблудиться. А я это умею. Вообще, у меня талант заблудиться в трёх соснах. Припарковавшись около здания, я пригнулась и посмотрела на него через лобовое стекло. Симпатичный пятиэтажный дом. Слава богу не очередная высотка. Есть в нём что-то живое и настоящее, в отличие от зданий из стекла и бетона, где чувствуешь себя рыбкой в аквариуме.

Всего на одну ночь я согласна остаться здесь. Сделав глубокий и очищающий мой затуманенный разум вдох, я вылезла из машины и достала чемодан. Судя по брелоку на моих ключах, квартира находится на втором этаже. Чувствуя себя мулом на шпильках, потащила сумки и своё бренное тело к дому. Отперла входную дверь и поднялась на второй этаж, чертыхаясь себе под нос. Наверное, от выброса адреналина за минувший час я вспотела как мышь. Открыла дверь и вошла в квартиру. Симпатичная компактная студия в стиле лофт для холостяка. Хоть я и не люблю подобный стиль, но здесь всё же не так противно, как могло быть. Я любила пространства в рустикальном стиле. Когда огромные деревянные балки на потолке, деревянные полы и большой обеденный стол, камин, выложенный камнем, гигантский диван кофейного оттенка… В общем, как мой дом в Су-Фолсе.

Но это место для ночевки сойдёт. Стена из красного кирпича в кухонной зоне, из черного – в спальне. Черные споты на сером бетонном потолке, пара таких же тёмных светильников висят на кухне прям над «островом». Бетонные полы.

Бе-е.

Кто делает в квартирах бетонные полы?! Даже обувь не снимешь, а я так мечтала уже стянуть себя это орудие пыток с ног.

К чёрту.

Поставила сумки и полезла в сумочку, чтобы найти мобильник и зарядное устройство. Боже, после сегодняшний катастрофы в его кабинете, в моей сумочке с когда-то идеальным порядком теперь невозможно найти хоть что-то. Подошла к кровати, заправленной чёрным покрывалом, и вытряхнула всё содержимое сумочки на него.

Внезапно в дверь требовательно постучали. Сердце ухнуло куда-то в область желудка, но я быстро взяла себя в руки, уверенным шагом подошла к двери и распахнула её. На пороге оказался темноволосый высокий парень, которого я видела на фотографиях на сайте их агентства. Тот, кто любит обтягивающую одежду. Внешность у него располагающая. Точеные черты лица, стильная стрижка и явно ухоженный вид.

Он демонстративно оглядел меня с ног до головы, и подбоченился.

– Шеннон Льюис? – с претензией в голосе поинтересовался он.

– Я.

– Давай сразу на «ты»? Меня зовут Лео, и я здесь, чтобы помочь переехать в другую квартиру. Так что, стерва, пошевеливайся.

Что?!

Кто?!

– Я вообще-то только въехала…

– Нет, ты как раз не въехала в суть происходящего, – перебил он меня, закатив глаза. – Мистер Флюгер, очевидно, по приказу мистера Метроном-антистресс велел освободить это жилище и перетащить твою тощую попку на пятый этаж.

Какого…?

– Флюгер? Метроном-антистресс? – ошалело переспросила я.

Парень по имени Лео закатил свои лазурно-голубые глаза и цокнул.

– Флюгер – это наш коммерческий директор, Пит Колстон. Метроном-антистресс – это биг босс, Блэйк Дэвис. Строго говоря, это я их так прозвал по сведениям очевидцев, сам-то я не имел удовольствия увидеть это воочию. В общем, у первого член встает от дуновения ветерка, а у второго покачивается в эрегированном состоянии из стороны в сторону, туда-сюда, влево-вправо, от того, насколько он огро-о-омный, – и Лео на руках показал огро-о-омный размер. – Ну и как рукой снимает стресс своим «метрономом», то есть членом. Но ты-то, очевидно, и без меня знаешь, какой он, раз тебе выделили квартиру для семьи на пятом этаже.

А?

Господи, о чём этот парень?!

– Ну так-то да, деньги сами не заработают, понимаю. Никакого осуждения, – продолжил сыпать словами Лео, выставив ладонь вперёд, а я таращилась на него во все глаза. – Так что, стерва, впустишь меня?!

Чувствуя, что я попала в психушку, только и смогла кивнуть и пропустить парня в квартиру. Он по-хозяйски зашёл и тут же взял мои сумки.

– Подожди, – прохрипела я, вспомнив, что устроила бедлам на кровати, – мне нужно сумочку собрать.

На ватных ногах, переваривая услышанное, подошла к кровати.

Туда-сюда. Влево-вправо. Огро-о-омный.

Ну-у.

Да, твою мать.

Из того, что я помню, а помню я, к сожалению, каждую секунду, проведенную с ним, Блэйк очень щедро одарен природой. Ну очень щедро. Там на двоих хватит. Или на троих, если эти двое обычные, среднестатические мужчины, а третий лилипут.

Боже, Шеннон, прекращай.

– Ого, – воскликнул парень из-за моей спины, заглянув на кровать и напугав меня до чёртиков, – ты что, носишь с собой первую и последнюю помощь для половины Миннеаполиса?!

– Эм. Я просто держу под рукой всё, что может внезапно пригодиться в течение дня, – пояснила я и взяла свою пустую сумочку.

– Ага. Я понял. И как часто ты теребишь свою «фасолинку» в течение дня?! – дразнящим тоном протянул он, схватив чёртов вибратор.

О господи…

Почувствовав жар, я выхватила у него коробку и яростно затолкала на дно сумки. Ну, Полли. Берегись. Этот вибратор сегодня просто приглашенная звезда.

– Какой стыд! – паясничал Лео, продолжая копаться в моих вещах.

– Эй, тебе не говорили о правилах приличия?! – не выдержав, хлопнула его ладонью по руке.

– Милочка, работая на Флюгера и Метронома, забудь слово «приличие», – деловым тоном ответил он, но руки от моего добра всё же убрал. Вместо этого он скрестил их на груди, и снова оценивающе оглядел меня с ног до головы. Я старательно избегала смотреть на него, но боковым зрением видела его чрезмерную заинтересованность.

Впервые за много лет, я ощутила, что нахожусь на грани дать волю чувствам и показать свои эмоции постороннему человеку. Просто день не задался с самого начала. Я сутки не спала, ночь провела в дороге.

Душ, разговор с Полли, обед, ужин, ночёвка, бросить ключи в лицо и домой. Таков мой план.

– И ты этот бесформенный мешок называешь сумочкой?! – возмущенно просипел Лео, наблюдая за моими сборами.

Это не мешок! Просто большая сумка. Вместительная.

– Лео, давай мы в тишине побудем пару минут?! – предложила я, запихнув кошелек в сумку.

Он закатил глаза.

– Красивая задница, – заметил он, на что я стиснула челюсти. – У меня пунктик насчет задн…

– Лео! – почти заорала я, свирепо глянув на него.

– Ух, какая львица! – присвистнул он. – Настоящая стерва.

Боже, помоги мне.

С утроенной скоростью собрала свою сумочку и пошла следом за ним на пятый этаж. Лифтов в доме нет, поэтому я была благодарна, что этот неугомонный парень помог мне дотащить сумки. Хоть я взяла с собой немного вещей, но когда ты на шпильках, то каждый грамм на счету. Однако моя сумочка тем не менее почти ничего не весит.

Лео открыл дверь и пропустил меня вперед. Туфли мгновенно утонули в длинном и пушистом ворсе ковра, и я сразу же стянула орудие пыток с ног. Ощутив непередаваемое облегчение, я на мгновение прикрыла глаза и выдохнула. Лео протиснулся мимо меня и занес чемодан в квартиру.

Здесь было намного уютнее, чем в квартире на втором этаже. Светлее и приятнее. Стены выкрашены в песочный оттенок и, от попадающих на них солнечных лучей, даже казалось, что краска перламутровая или с золотистыми частицами. Молочного оттенка ковер. Отдельная спальня, но гостиная и кухня совмещены. Слева от входа сразу ванная, направо спальня. Удобно. На одну ночь.

– Ладно, стерва, мне пора назад на работу. До завтра, – сказал Лео и, не дожидаясь ответа, скрылся за дверью.

Просто ураган, а не человек.

Решила не откладывать дело в долгий ящик и перед душем набрала Полли.

– Ну рассказывай, – вместо приветствий тут же произнесла подруга в трубку.

– Рассказывай?! Ты серьёзно?! Хочешь сказать, что ты не в курсе, кто является моим новым боссом?! – едва сдерживая себя, процедила я и, бесшумно топая пятками по ковру, промаршировала до дивана сливочного оттенка и плюхнулась на него.

Господь всемогущий, какой мягкий.

Плечи тут же расслабились, и я чуть не замурлыкала от удовольствия.

– Пит Колстон, разве нет?! – послышался недоуменный голос Полли.

– Нет! Блэйк Дэвис!

– Да чтоб меня! – выдохнула подруга.

– Да что тебя! – согласно кивнула я, откинувшись на подушки. Какое наслаждение. – В общем, я не намерена работать на него. Завтра же вернусь назад.

Полли знала мою слёзную историю. Как-то однажды ещё учась в университете, она устроила девичник и позвала меня в свою комнату в общежитии. Мы выпили вина и, как это обычно у девочек бывает, после этого полились разговоры по душам. Тогда за мной уже ухаживал Ной, но сердце ещё болело по Блэйку. Оно долго болело, если уж на то пошло.

– Клянусь своими мизинчиками, я не знала! – ошарашенно просипела Полли. – Какова его реакция?

– Мне показалось, что он тоже не знал, что это буду я. Было бы странным, если бы он пригласил меня на собеседование, чтобы глянуть в моё резюме и сказать, что я ему не подхожу. А потом ещё пару раз повторить эту фразу.

– Что, так и сказал?!

– Ага.

– Вот сволота! – взвизгнула Полли.

Я ухмыльнулась. Не то слово.

– Я не смогу на него работать. Это жестоко и как-то сюрреалистично, – озвучила я свои мысли, закинув ноги на небольшой деревянный столик. Сжимая пальцы на ногах, я невольно начала разглядывать гостиную. Здесь мило.

– Шенни, а почему, собственно, ты снова хочешь отказаться от своего будущего из-за него?! – взвизгнула Полли.

Я нахмурилась, потому что из-за Блэйка я не отказывалась от своего будущего. Ни тогда, ни сейчас. В конце концов, я не осталась дома с папой, а всё-таки переехала, закончила университет и снова переехала. Я двигалась дальше. Просто медленно и очень осторожно. По стеночке. На цыпочках. Постоянно озираясь по сторонам. Именно поэтому Полли считала, что, если я не несусь со скоростью торнадо высшей категории по своей жизни, то отказалась от своего будущего.

– Я и не думаю отказываться. Всего лишь создаю подушку безопасности между мной и им. И чем больше Штатов нас будет разделять, тем безопаснее буду чувствовать себя. А моё сердце и подавно.

– Послушай, это точно судьба, а от неё не спрячешься и не убежишь. Ты сама говорила, что прошерстила весь интернет, когда он испарился, но ничего не нашла, словно этого человека не существует. И вот спустя десять лет вы совершенно случайно встречаетесь на работе, о которой ты даже не подозревала до вчерашнего утра. Я твоя фея-крёстная, не благодари, – воодушевленно тараторила Полли, на что я лишь покачала головой.

– Полли, нет.

– Шеннон, да. Ты себя или его боишься?!

Какого…?

– Я ничего не боюсь.

Кроме пауков.

– Тогда тебе ничего не стоит просто попробовать выполнить ту работу, которую они предложат на испытательном сроке и только потом сделать выводы. А не бежать, как маленькая девочка, испугавшаяся собственной тени в виде паука. Не за горами тридцатник, подруга. А ты ведешь себя как ребёнок. Ты боишься, что он снова сбежит?! Откуда? Из своего агентства?! Смешно и неправдоподобно. Кто и сможет уйти, громко хлопнув дверью, так это ты! Но сначала всё же осмотрись, – напутственным тоном говорила Полли, как в моей голове завертелись колёсики. Со скрежетом, правда. Я давно не попадала в подобные ситуации, и колёсики успели заржаветь, но тем не менее в голове появился характерный шум, который всегда сопутствовал усиленной мозговой деятельности. – Шеннон, вылезай из своего комфортного болота. Покажи этому спринтеру и мастеру иллюзий, как умеют девочки из Южной Дакоты ставить на место и загонять под каблук любого. Любого, милочка.

Я улыбнулась на её стервозный тон. Полли отличная подруга.

– Кстати, про вылезти из комфортного болота – твой чёртов вибратор сегодня заставил меня покраснеть. Дважды! – воскликнула я. Полли расхохоталась. – Он побывал в руках Блэйка, а потом ещё одного… весьма забавного парня, который, как мне показалось, очень любит мужчин.

– Значит, подружись с ним. Он по-любому знает все сплетни и, в случае чего, поможет тебе держать ухо востро, а каблук наготове.

Туда-сюда Влево-вправо. Огро-о-омный.

Да, он точно знает все сплетни.

– Просыпайся, красавица. Попробуй. Уехать ты всегда успеешь, но мне бы хотелось, чтоб ты это сделала элегантно, а не поджав хвост. А самое главное – тогда, когда сама решишь это сделать, – продолжила Полли, и я вдруг ощутила давно забытое предвкушение перемен. – Ну и… как он? Сильно изменился за десять лет? – аккуратно поинтересовалась она спустя пару мгновений, но я услышала сдерживаемое любопытство, что её голос слегка подрагивал, как натянутая струна.

– Он… стал мужчиной, полагаю, – вздохнула я, вспоминая его образ на фоне города за его плечами. Могущественный, властный, знающий себе цену. – Теперь он носит костюмы, а не худи с джинсами. И волосы… он изменил прическу. Выбритые виски остались, но на макушке отросшие пряди собраны в небольшой хвостик.

Десять лет назад эти пряди были сантиметров на пять-семь короче, но виски он всегда выбривал. И ему шёл образ эдакого хулигана. Особенно когда натягивал на голову капюшон и смотрел исподлобья. Я всегда подбирала слюнки и старалась устоять вертикально, поскольку колени подкашивались каждый раз, как я его видела.

В своё время я показывала Полли фотографии на телефоне, которые не удалила в приступе ненависти к нему, поэтому она более-менее представляла, как он выглядит. И всё же вживую он по-прежнему производил неизгладимое впечатление, словно видишь надвигающуюся бурю на тебя. Замираешь, не можешь пошевелиться, сердце норовит зайтись в бешенном ритме, а в голове срабатывает сигнализация, что пора уносить ноги.

– Пф-ф. Позер, – фыркнула Полли, включив режим лучшей подруги, которая готова обосрать любого, кто обидел её подругу. Даже если он фантастически хорош собой.

– Но взгляд остался прежним. Такой цепкий, что не можешь отвернуться.

– Значит, смотри на него всегда в упор, представляя, как кастрируешь за свои слёзы. Чтобы не отвернуться, сосредоточься на переносице, – дала дельный совет Полли, на что я улыбнулась. – И ни при каких обстоятельствах не позволяй ему почувствовать, что ты его боишься или избегаешь. Ты повзрослела, поумнела и стала женщиной. Молодой и невероятно красивой женщиной. Захочет слово тебе сказать, пусть в очередь встаёт, сволота эдакая.

Тихо рассмеявшись, я поблагодарила её за напутствия и попрощалась. Внимательнее осмотрела квартиру. Значит, я здесь не на одну ночь. В этой квартире, конечно, будет намного приятнее жить, чем в студии на втором этаже. Встала и подошла к окну. Выглянув из-за занавески, увидела небольшой балкон с лестницей на…

Крышу?!

О боже.

Сколько приятных часов я в своё время провела на крыше своего родного дома вместе с Блэйком, когда мы весенними и летними вечерами, завернувшись в одеяло смотрели на звёздное небо. И даже сексом занимались. Хотя, где мы только этим не занимались. Блэйк был у меня первым и, положа руку на сердце, лучшим любовником. Справедливости ради стоит сказать, что у меня было мало мужчин. Двое, если уж на то пошло.

Туда-сюда.

Влево-вправо.

Огро-о-омный.

Кажется, пора в душ.

Глава 4
Блэйк

– Пупсик, ты идешь? – спросил Пит, заглянув в мой кабинет. Кивнул ему и выключил ноутбук.

Сегодня первый рабочий день Шеннон и мне предстоит работать, зная, что она за стеной. Кроме прочего, я обязан присутствовать при её знакомстве с коллегами. Эдакая корпоративная этика, мать её, которую я сам и придумал.

Обычно я приезжал в офис около половины восьмого утра. Пока никого нет можно спокойно поработать, не отвлекаясь на вечные телефонные звонки или электронные письма. Сегодня же я на работе с шести утра, поскольку ночью не мог уснуть. Вероятно, бессонница будет преследовать меня ровно до тех пор, пока в моём офисе будет она, а мне нужен ясный мозг.

За последние несколько лет я научился выстраивать свой день с максимальной пользой и выгодой. Открыл своё агентство. Завязал с выпивкой, которой в один момент моей жизни было до хрена. Занялся спортом и благотворительностью. Я старался быть хорошим человеком. Достойным. Только навряд ли женщины, с которыми я трахался, скажут то же самое. Есть вещи, которые мне неподвластны. Например, мой мозг. Он буквально отдает сигналы моему члену, и я делаю то, от чего порой и сам не получаю абсолютного наслаждения. Как только меня не называли… В основном, бабником, ходоком и ненасытным чудовищем.

Вышел из кабинета и направился следом за Питом в нашу переговорную, рассчитанную на сорок человек. Мой штат тридцать два человека. С Шеннон тридцать три. Вообще я правда люблю свой офис. Пять лет назад, спустя год после выпуска из универа, я понял, что нужно что-то менять в своей жизни. На тот момент я был на грани какого-то сумасшествия. Моя жизнь перевернулась так, что на плаву меня держал только Пит. Однажды мы с ним пошли в бар и за бутылкой пива я рассказал ему о своей идее, за которую я ухватился, чтобы не сорваться. Мне показалось, что открытие своего бизнеса сопряжено с постоянным преодолением себя, многочисленными препятствиями в государственных структурах и кучей прочего дерьма. И я не ошибся. И я этому радовался, потому что в таком случае думать о своей жизни приходилось в последнюю очередь. Я с головой погрузился в это дело и сейчас, смотря на своё творение, понимаю, что всё не зря.

Наш офис достаточно типичный в плане дизайна – эдакий современный минимализм без лепнины на потолке или милых занавесок на окнах. Светлые полы и стены. Чёрные столы и стулья. Много света и воздуха. Открытое пространство для рядовых сотрудников, несколько кабинетов для тех, кому должность позволяет спрятаться от пытливых взглядов остальных. В общем и целом, я доволен тем, как за пять лет смог своё отчаяние превратить в нечто, дающее другим людям крышу над головой, еду в холодильнике и возможность строить планы на жизнь.

В переговорной уже собрались все, кроме Шеннон.

– Где она?! – буркнул я, посмотрев на Пита и заняв своё место около стены с маркерной доской.

– В уборной. Носик пудрит, наверное.

Я её сегодня ещё не видел, поскольку старательно делал вид, что не являюсь боссом и вообще, что это всё не моё и я случайно в гости зашел.

За большим прямоугольным столом сидели двадцать семь девушек. Разных возрастов, но в основном от двадцати до тридцати пяти. Из-за своего гениального пункта о запрете каких-либо отношений на работе большая часть из них не побывали в моей постели. Или на моем столе. Или на моём диване в кабинете. Или на полу. Или у стены. Или в нашем туалете. В общем, я с ними не трахался. Однако это вовсе не означает, что они об этом не мечтали, поэтому каждое совещание или планёрка была ознаменована модным показом. Была б их воля, они бы устроили шоу покруче Victoria’s Secret. Каждый раз они надевают платья покороче с декольте поглубже и с каблуками повыше. Каждый раз бросают на меня томные, а иногда жадные взгляды. Справедливости ради отмечу, что не только на меня. Питу и Соулу, нашему охраннику, тоже перепадает. Но почему-то я их главная цель. Не понимаю, чем я их так привлекаю. Возможно, слухи обо мне несколько преувеличены. Ну да и бог с ними, с этими слухами.

Сейчас, стоя перед ними, я чувствовал себя под прицелом. Словно я их мишень, и каждая старается чем-то обратить моё внимание на себя, но в этот момент дверь открылась, и я повернул голову направо.

Мой взгляд пополз снизу вверх по стройным ногам, миновал бёдра, прикрытые узкой юбкой, по груди, спрятанной под блузкой кремового оттенка, и остановился на ореховых глазах.

Слева от себя услышал сдавленный смешок Пита, я же сглотнул.

Ту Шеннон, которую я помню, точно кто-то подменил. Десять лет назад она любила носить платья или юбки, но не такие… подчеркивающие фигуру. Между ней и вещью всегда был воздух и ей это очень подходило. Она так же обожала широкие летящие брюки, которые струились по её ногам, и я всегда втайне наслаждался, когда она их носила. В этом была вся она. Одежда всегда чётко отражала её стремительный и порой неуправляемый характер. Она неслась по жизни, а не сдержанно плелась в общем потоке.

Сейчас, мать её, она одета, как большинство акул, сидящих за столом. Но она же не такая. Или такая?

– Шеннон, подойди, пожалуйста, к нам с Блэйком, – прочистив горло, произнёс Пит. Цокая каблуками, она медленно подошла и встала между нами, избегая зрительного контакта со мной. Шлейф её парфюма едва ли не вызвал у меня желание прикрыть глаза и сделать глубокий вдох. Цветущий миндаль и спелая вишня. Этот запах… Как же я мечтал забыть его.

– Итак, коллеги. Как вы знаете, мы не отчаиваемся найти идеального ассистента для Блэйка. Это Шеннон Льюис и теперь она будет выполнять львиную долю той работы, от который наш дорогой Блэйк блюет, – улыбнулся Пит, бросив на меня игривый взгляд поверх головы Шеннон. Я выгнул бровь, глянув на него. Друг, ты ещё не знаешь, что ей придется делать. Есть у меня одна идея, как выпроводить её отсюда… – Шеннон, поскольку мы – PR агентство, то связи и коммуникации для нас всё, а значит, мы ратуем за непринужденное общение, поэтому со всеми, в том числе со мной и Блэйком, общаемся на «ты». Единственное, что ну ни в коем случае нельзя делать в нашей компании – это спать с кем-то, встречаться и планировать миленьких детишек. Это не я придумал, если что, – рассмеялся Пит, подмигнув опешившей Шеннон. – Кроме того, ты всегда можешь обратиться к каждому из нас с любым вопросом. Наша позиция проста и понятна – мы все делаем общее дело и хотим лучшего будущего для себя, поэтому работаем в команде, но чётко выполняя собственные обязанности. Ты будешь работать в отдельном кабинете, в отличие от большинства коллег. Но сделано это для твоего же удобства, чтобы ничто не отвлекало от задач, поставленных Блэйком. Ты подчиняешься непосредственно ему, но, повторюсь, всегда можешь рассчитывать на помощь остальных, – сделав театральную паузу, он повернулся к остальным и спросил: – Я прав?

От меня не ускользнуло, как часть моих сотрудниц презрительно фыркнули, несколько закатили глаза, остальные рассматривали Шеннон так, словно она музейный экспонат. Хм. Нет, не так. Словно у неё сумочка Hermès Birkin за четыреста тысяч долларов, и они в уме прикидывали, как бы её выкрасть. Да, я знал про этот бренд, поскольку мои сотрудницы в обеденный перерыв трещат без умолку, и порой я нехотя что-то улавливаю, а потом вся эта муть оседает в моём подсознании.

– Да, – в итоге вяло отозвались девушки. Зато я заметил улыбку Лео, который подмигнул Шеннон. Какого лешего они все ей подмигивают? Даже он!

– У тебя есть вопросы, Шеннон? – спросил Пит. Я чувствовал, что ещё немного и взорвусь от её такого близкого нахождения. Казалось, что её запах был везде и мне ужасно захотелось на свежий воздух.

– Эм-м. Да, есть, – тихо ответила она. Я стиснул челюсти. Её голос тоже выводил меня из равновесия. – Чем конкретно я буду заниматься? Каковы мои обязанности?

– О, об этом подробнее тебе расскажет Блэйк. Моя задача помочь тебе влиться в коллектив и отвечать на любые повседневные вопросы, но в дела Блэйка я не лезу. Только он решает, куда мы стремимся и какую задачу каждый из нас выполняет, – с чересчур учтивой интонацией пояснил мой друг. – Блэйк, я думаю, что с официальной частью покончено, я своё дело сделал. Шеннон теперь твоя, – обратился он ко мне. Я вытаращился на него, забыв, как дышать. Он совершенно непринуждённо продолжил с игривым блеском в глазах: – В смысле, теперь твоя очередь заняться своей ассистенткой. То есть поведать Шеннон про её обязанности и полномочия.

С самодовольным видом он улыбнулся, смотря мне в глаза. По-любому он что-то подозревал, но помоги ему бог не перейти грань с этими намёками. Эти его междустрочия заставляли меня нервничать ещё больше, а я здесь босс, чёрт подери!

Шеннон продолжала стоять, никто не расходился, зная, что последнее слово всегда за мной.

– Спасибо всем за уделенное время, возвращайтесь к своим обязанностям, – наконец произнёс я.

– Блэйк, а можно вопрос? – подняла руку шатенка с карими глазами, Элен. Насколько я помню, она из Мексики. Я с ней трахался до внесения поправок в трудовой договор. Она жила в том же доме, что и Шеннон. На третьем этаже. У неё не квартира, а кладовка. Я еле развернулся там, когда в ночи сбегал от неё.

– Можно.

– Шеннон будет твоей секретаршей? То есть я имею в виду, мне с ней надо согласовать встречу с тобой? У неё узнавать твой график?

Раздались смешки, а Элен невинно хлопала глазами, глядя на меня.

Вот стерва.

Шеннон, как мне показалось, задержала дыхание и оступилась.

– Нет. Шеннон не моя секретарша. Вы все знаете, что я лично регулирую и составляю свой график и для связи у нас есть телефоны и электронная почта. Шеннон не будет ответственна отвечать на подобные вопросы, поэтому прошу не задавать ей их. Шеннон ассистентка, что означает, что я переложу на неё ту часть работы, которая отвлекает меня от более глобальных вещей и попросту забирает моё время. Ещё вопросы?

Что за грёбаное клише? Секретарша… Не будет она ею. На ней будет куда больше ответственности, чем на человеке, отвечающем на звонки и составляющем график встреч своего босса.

Вопросов не оказалось, слава богу, и все поспешили на свои рабочие места.

– Пупсик, постарайся быть поласковее. Я уже задолбался подбирать тебе идеальную кандидатуру, – шепнул Пит, встав напротив меня. – Ты добьешься того, что твоя репутация – наша репутация – пострадает. Если ты продолжишь выпускать своего дьявола наружу, то с нами никто не захочет взаимодействовать.

Чуть не закатил глаза на его комментарий. Я не выпускаю дьявола. Просто мне надоело, что каждая соискательница искала глазами очертания моего члена в брюках. Ну серьёзно!

Пит, поправив пиджак, отправился в свой кабинет, а я повернулся к Шеннон. Она подняла голову и посмотрела мне в глаза.

Внезапно я оказался не здесь, а в школьном коридоре около её шкафчика, пойманным с поличным, когда клеил ей очередной стикер с загадкой. Я уже несколько недель занимался этим по утрам, но никак не ожидал, что она решит подкараулить меня. Эти ореховые глаза, этот запах… Тогда на меня нашло нечто такое, что спровоцировало прижать её к стене после кучи вопросов, которыми она меня закидала. Я зажал её своими руками, уткнулся носом в её шею и сделал глубокий вдох. Помню, как она задрожала и едва слышно застонала. С тех пор мы были обречены. С тех пор всё изменилось. С тех пор она стала для меня всем. С тех пор цветущий миндаль и спелая вишня символизировали то время. Её. Нас. Тогда я просто понюхал её, как бы это ни прозвучало, и ушёл. Чтобы потом вернуться под покровом ночи. Тогда я сделал это впервые. Нашёл старую деревянную лестницу, приставил к стене дома и пробрался в её комнату через окно. И… снова понюхал.

Нет, я не псих и не похож на героя её любимого романа «Парфюмер», хотя она потом смеялась, что я именно он и есть. Я не знаю, как объяснить моё непреодолимое желание понюхать эту девушку. Может, я и впрямь больной? Однако я никогда не мог отказать себе в этом удовольствии – просто зажать её в углу и вдохнуть её аромат. Потом я и в других вещах не мог себе отказать, но это было позже.

– Пойдём. Покажу тебе твой кабинет и расскажу, с чем тебе придется иметь дело, – взяв себя в руки, произнёс я, разглядывая её глаза. Она только кивнула и поправила идеально прямую прядь волос. Проследив взглядом за этим жестом, я закусил изнутри щеку. Язык так и чесался спросить, какого черта она стала выпрямлять свои слегка вьющиеся волосы, но нельзя.

Мы вышли из переговорной и направились по коридору в сторону её и моего кабинета. По сути, в мой кабинет можно попасть только через её и отчего-то это решение дизайнера теперь мне не нравилось. Раньше мы думали, что здесь будет работать Пит, но потом он увидел кабинет напротив и ему понравился вид из окна на небольшой парк и реку Миссисипи. Тогда я не противился его решению, но вот сейчас… Мне каждый раз, выходя из своего кабинета, придется видеться с Шеннон.

И помоги мне бог это пережить.

Нужно срочно завалить её работой.

Завёл её в светлое помещение, подвёл к рабочему столу и отодвинул кресло на колесиках для неё. Она послушно села, а я встал сбоку, невольно посмотрев на её голые колени, которые теперь не были прикрыты подолом юбки.

– Пароль от ноутбука, WiFi и закрытой Сети написаны на стикере, – начал я, указав рукой на прикрепленную бумажку на крышке новенького ноута. – В закрытой Сети общаемся только Я, Пит, Лео, наш бухгалтер Кэнди, айтишник Тодд и теперь будешь ты. Там мы обсуждаем новые проекты, которые потом на совещании доносятся до сведения остальных сотрудников. В своем договоре ты должна была видеть пункт о запрете на любое обсуждение того, что увидишь там, – объяснял я, смотря куда угодно, только не на неё. – Не каждый проект увидит свет, а если кто-то вдруг решит почесать языком с нашими конкурентами, то сама понимаешь… Я уже однажды видел свой проект в чужих лапах, на котором они теперь зарабатывают сотни тысяч долларов.

– Поняла, – кинула она. – Никаких сплетен.

– Именно. Начну с того, что мы, как PR агентство, являемся посредником между клиентом и его целевой аудиторией. Наша миссия – создать такую коммуникацию между ними, чтобы потребитель остался верным нашему клиенту во всём многообразии предлагаемых товаров и услуг. Но мы работаем не только с коммерческими компаниями. У нас есть несколько политиков и парочку некоммерческих организаций. Но пока акцент на коммерции. Мы придумываем, как продвинуть то, что нужно нашему клиенту и как сделать, чтобы люди нашли это и выбрали. Мы не используем чёрный PR, не пишем грязные статьи и не занимаемся прочей лабудой. Мы создаем имидж, который служит на нашего клиента и корректируется в зависимости от их новых потребностей. Пока всё понятно?

Я мог часами говорить о своей работе. О том, насколько в современном мире важно грамотно налаживать связи с общественностью, чтобы не остаться за бортом и повысить узнаваемость продукта. Как важно максимально чётко выделять и понимать свою целевую аудиторию, чтобы потом ваш товар или услуга были востребованы. Как принципиально важно заботиться о своей репутации. Порой одного неверного шага достаточно, чтобы разрушить жизнь, бизнес, карьеру, будущее.

Шеннон повернулась в своём кресле на колесиках ко мне, и положила одно ногу на другую. Я выпрямился и расправил плечи, сам не зная на хрена. Словно мне к спине доску присобачили. Ощущение было, что не я здесь главный, а она.

Проклятье.

Шеннон всегда умела скрутить меня в бараний рог, только она об этом не знала.

– Да. Каково моё место во всей этой цепочке? – поинтересовалась она, положив локти на подлокотники и уверенно посмотрев мне в глаза.

– Для начала ты должна будешь создавать презентации для тендеров, в которых мы частенько участвуем. К тому же необходимо создавать сводные таблицы, в которых я хочу видеть результаты и динамику всех наших текущих кампаний и проектов. Для этого тебе необходимо анализировать статистику, которую тебе будет присылать Элен, а потом оформлять её в должном виде. Кроме этого, мы устраиваем офлайн презентации для повышения лояльности наших потенциальных клиентов. На твоих плечах будет та часть, которая связана с вовлечением в это нужных нам СМИ, публичных людей и лидеров мнений. Здесь тебе в помощь будет Лео, – спокойно перечислял я, как заметил её беспокойство. Бинго! Она ненавидела быть в центре внимания и большое скопление людей. Так же она не была сильна в точных науках. В статистике, в частности. Я завалю её тем, с чем она просто не сможет справиться и сбежит отсюда. От меня.

– То есть я должна делать презентации, создавать таблицы и приглашать людей на ваши вечеринки? – уточнила она.

– Да.

– Но я… – она осеклась, опустив взгляд и нервно закусив нижнюю губу. Склонил голову набок, наблюдая за её усиленным мыслительным процессом.

По правде говоря, это работа совершенно не сложная. Презентацию сделать, если ты маркетолог, для тебя не составит труда. Получить данные от Лео и на их основе выделить нужных людей для очередной презентации – тоже не сложно, если понимаешь суть предстоящего мероприятия. Внести данные в таблицу? По-моему, с этим и ребенок справится. Но вы не знаете Шеннон. Её можно надурить на кассе в любом магазине на счет раз. Она совершенно не умеет считать (не в том смысле, что она неуч, а в том, что у неё не математический склад ума), поэтому цифры она ненавидит. Она творческая личность, любящая фантазировать, создавать что-то новое, читать и писать красивые тексты. Но я не дам ей ту часть работы, где нужно писать пресс-релизы, статьи или создавать рекламу. Не-а. Я сущий дьявол. Пит был прав.

– Что ты?! – надавил я, продолжая стоять у неё над душой.

– Я… Кхм, – прочистив горло, она подняла на меня свои невозможные глаза.

И тут я увидел это. У меня перехватило дыхание, а кровь внезапно хлынула в пах. Всего на миг на меня смотрела Лиса. Тот самый взгляд, который бывал у неё десять лет назад, когда она задумала очередной скандал или выходку. Этот лисий взгляд всегда предвещал моё беспокойство и её оргазм впоследствии. Этим взглядом она всегда как бы намекала, что не пальцем деланная. Этот взгляд я в своё время и боялся, и обожал. Хитрый, прищуренный и шаловливый.

– Хорошо. Что-нибудь ещё?

В её тоне больше не было неловкости. Я всё никак не мог разгадать её. Выглядела и одевалась теперь как сексуальная бизнес-леди, но мне казалось, что где-то очень глубоко жила та самая Лиса, которую она по какой-то причине спрятала. И я не уверен, что это плохо. Та Шеннон, которую знал я, способна перевернуть мой мир с ног на голову. Эта Шеннон, сидящая передо мной, надеюсь, этого не сделает.

– Если в течение трёх месяцев ты не справишься, то я тебя уволю, – озвучил я, сделав новый ход, чтобы она занервничала и начала ошибаться.

Проклятье. Я воистину дьявол.

– Да, я помню, ты говорил, что не подхожу тебе, – кивнула она. – Только к сожалению или к счастью, но не я отправила своё резюме сюда. Что означает, что мне, в сущности, плевать, уволишь ты меня или нет.

Да ну?

А кто тогда решил всё за неё и почему она позволила этому человеку распоряжаться её жизнью?! Чёрт, у неё кто-то есть?

Тормози, Блэйк. Тебя это не касается.

– Ну, раз ты здесь, значит, решила попробовать, – резонно заметил я. – А значит, на твоих плечах теперь ответственность за эту работу. Ты проделала такой путь, целых шесть часов из Омахи до Миннеаполиса явно не для того, чтобы облажаться на новом месте.

Дыхание Шеннон участилось, как и моё. Когда-то подобные словесные пикировки неизменно заканчивались сексом. Чаще всего я нырял между её ног и до-о-олго ласкал. Вылизывал, посасывал, покусывал…

Твою мать, тормози.

– Но я же смогу уйти сама в любой момент в течение этих трёх месяцев, когда мне надоест? – спросила она.

На это я и рассчитывал.

– Разумеется. Мы никого насильно не держим.

– Прекрасно, – кивнула она. – А то меня жизнь научила не держаться за что бы то ни было. Людей, места, воспоминания, – непринужденно произнесла она, а меня словно ударил под дых.

Ну зачем ты это делаешь?

– Да, это бывает полезно, – только и смог ответить я, внезапно осознав, что мне пора сматывать удочки и бежать в свою берлогу. – Если у тебя будут вопросы насчёт рабочих программ и их настройки, то у тебя на почте письмо от Пита с контактом нашего айтишника, который работает удаленно. Я тебе скоро пришлю всю информацию для нового тендера. Начинай готовить презентацию

Которую я не приму. Или приму, но после до-о-олгих корректировок.

Она молча отвернулась, и что-то дёрнуло меня поинтересоваться:

– Как обустроилась? Всё в порядке?

– М-м, да. Лео привёз мне ключи и помог переехать на пятый этаж. Спасибо, – ответила она, открыв ноутбук и включив его.

– Не за что. Мы всем сотрудникам, переехавшим ради нас, предоставляем жилье.

– Я про другое. Лео сказал, что это метро… то есть ты распорядился улучшить мои жилищные условия.

– Да? Впервые слышу об этом, – невозмутимо соврал я, заметив, как её плечи напряглись. – Это типичный офис, здесь всё полнится слухами и сплетнями. Привыкай.

– О да. Сплетни тут и впрямь интересные, – процедила она, что теперь напрягся я.

Могу себе представить, какие сплетни и о чём они. Точнее – о ком.

– Ну, не стоит верить всему, что видишь или слышишь. Порой всё не так, как выглядит, – задумчиво ответил ей и поспешно скрылся в своём кабинете, чтобы не ляпнуть чего-нибудь. В кармане брюк просигнализировал мобильный, и я тут же достал его.

Костыль:

Может, передумаешь насчет своего идиотского пункта?!

Мне кажется, ты не дышишь, когда она рядом.

Сукин сын.

Покачал головой и сел в рабочее кресло.

Знал бы он, как я раньше не дышал, видя её. Как я практически каждую ночь пробирался в её окно и не давал ей спать. Как я мечтал, чтобы меня похоронили между её ног. Как я терял рассудок, едва она начинала на меня кричать и трясти своими «злыми» кулачками перед моим носом, показывая всё своё негодование. Как я жил ею. Как я видел её своим будущим. Как я был готов в восемнадцать лет пойти на весьма взрослый поступок. Как я ревновал её до провалов в памяти. Как я жадно ласкал её в любом более-менее подходящем месте, поскольку не мог отказать себе в этом удовольствии. Как я был предан ей и ни на кого больше не смотрел.

Тогда Шеннон была для меня отдельной Вселенной. Смотря в её глаза, мне казалось, что я готов горы свернуть и метнуться кабанчиком до Луны и обратно. Я правда поставил её на пьедестал. Сам же потом и снял с него. Наверное, это было самое трудное решение, какое мне приходилось принимать в своей жизни. Никакие трудности в бизнесе или грязные проделки конкурентов не смогут выбить меня из колеи так, как это сделал я сам десять лет назад.

Так надо было. Я должен был оставить её.

А теперь она сидит за стеной и работает на меня. И помоги мне бог придерживаться моего плана. В противном случае она снова может пострадать. Снова от меня. Я этого не хочу, правда. Лучше ей уйти раньше, чем что-то может произойти.

Набрал ответ другу:

Может, оставишь меня в покое с этим вопросом?

Я жду от тебя отчет по последней кампании.

И да. Скоро у нас новый тендер.

Костыль:

Какой ещё тендер?!

Ты ничего не говорил.

Я:

«Great Products Corporation» хотят поправить свою репутацию.

Костыль:

С каких пор ты согласился работать с этим чмырём?!

Я:

С сегодняшнего дня.

«Great Products Corporation» наверное неплохая компания, но их директор настоящий мудак. Беспринципный и любящий грязные ходы в бизнесе. Я с такими не работал и уже не раз им отказывал. Но. Во-первых, сегодня утром я узнал, что в тендере будут участвовать наши главные на данный момент конкуренты. Во-вторых, на меня теперь работала Шеннон. Если объединить эти два пункта, то может выйти нечто шедевральное.

Порой мне кажется, что я ни хрена не вырос. Что я так и остался тем восемнадцалитнем парнем, который был готов на разные безумства, лишь бы завладеть вниманием одной забавной и своевольной красотки. Порой я до сих пор чувствую дуло её отцовского ружья, направленного на мою задницу.

Открыл ноутбук, ввёл пароль и тут же вылезло оповещение рабочей почты. Открыв вкладку, увидел письмо от Элен.

Тема: график встреч

Блэйк, раз для связи у нас электронка, то может, назначишь мне приём?

Мне есть что обсудить. Например, за бокалом белого сухого в пятницу вечером у меня дома?

До некоторых как до жирафа доходило. Пункт о невозможности каких-либо отношений я внёс год назад. Год! С тех пор я с ней не спал, но она не оставляла попыток. Особенно они участились, как я начал искать себе ассистента. Ревность? Скорее всего. Конкуренция? Определенно.

Быстро напечатал ей ответ:

Тема: график встреч. Раздел три, пункт один.

Прочитай свой трудовой договор ещё раз.

Внимательно.

Без бокала белого сухого, чтобы мозг лучше функционировал.

По рабочим вопросам у нас существуют еженедельные совещания.

Когда я создавал свой бизнес, то не думал, что через мою постель будет проходить итоговый этап собеседования. Правда. Я просто искал утешение, наверное. Я уходил от реальности, набрасываясь на каждую девушку с каштановым цветом волос. Стоит ли удивляться, что все сплетни в этом офисе обо мне и моих похождениях? Конечно, нет. А теперь их услышит Шеннон.

Проклятье.

Глава 5
Шеннон

– Господи, Шеннон, я не могу надышаться тобой, – прошептал Блэйк, лёжа на мне и уткнувшись носом мне в шею, из-за чего мурашки пробегали по всему телу и хотелось сорвать с себя всю одежду.

– Когда ты так делаешь, то мой мозг перестаёт работать и я тупею, – призналась я, услышав его тихий смех.

Он сильнее вжался в меня, буквально не давая мне пошевелиться. Его джинсы царапали оголенную кожу моих обнаженных бёдер, а прохладная ткань толстовки охлаждала мои руки. Блэйк поднял голову и посмотрел на меня. На его голове был капюшон и несколько прядей волос падали ему на лоб. А его взгляд был таким голодным, что дух захватывало. Я начала елозить под ним. Блэйк довольно улыбнулся и накрыл меня своими горячими, упругими и очень умелыми губами. Я теряла голову от его поцелуев каждый раз, как он набрасывался на меня.

Влажный и тёплый язык завлекающе играл с моим. Но я не оставалась в стороне. Дразня его, я то проводила кончиком языка по его, то захватывала его в плен и посасывала, то вовсе отстранялась, чтобы он снова набросился на меня.

– Лиса, у меня к тебе предложение. Если я тороплю события, то дай мне знать, – тихо произнес он, замерев в считанных сантиметрах от моего лица. Шоколадного цвета глаза буквально умоляли меня. Я кивнула, чтобы он продолжил, хотя догадывалась о его желании. – Я умираю, как хочу попробовать тебя на вкус. Везде. Особенно вот здесь, – опаляя своим дыханием, признался он и положил ладонь на мою промежность. – Я сплю и вижу, как мой язык погружается в тебя, а ты выгибаешься мне навстречу. Как я целую твой клитор, отчего ты начинаешь извиваться. Как…

– Я согласна, – рьяно закивала на его предложение, вызвав его хриплый смех.

– Ты станешь моей женщиной, Шеннон. В один день ты станешь моей на всю жизнь, – лаская своим мечтательным взглядом, пообещал он.

Каждая клеточка моего тела отозвалась на эти слова. Блэйк такой непонятный. Человек-загадка. Но когда он произносил нечто подобное, то я готова простить ему его нежелание открываться мне. Потому что я верила ему. Верила этому взгляду, который говорил, громче слов. Верила его прикосновениям, которые иногда подчеркнуто нежны, а иногда чересчур требовательны. Я верила его молчанию.

– Тогда сделай меня своей, – произнесла одними губами.

Блэйк медленно провёл кончиком языка по своей верхней губе, а затем поднялся и стянул с себя толстовку, откинул её в сторону, оставшись в светло-серой футболке с V-образным вырезом. Я затаила дыхание, наблюдая за ним. Казалось, что он хотел этого не меньше меня, а даже больше. Словно доставить мне удовольствие для него в приоритете.

– Родная, только не шуми, – предупредил он, смотря на меня исподлобья и подцепив пальцами мои пижамные шортики, Блэйк спустил их вниз вместе с трусиками.

– Проклятье, Шеннон, – выпустив воздух сквозь плотно сжатые зубы, прорычал он. – Ты прекрасна.

Ощутив смущение, я свела бёдра, но Блэйк предупреждающе покачал головой.

– Не стесняйся меня, Шеннон. Ты моя Вселенная и каждый миллиметр твоей кожи вдохновляет меня. В один день я назову свою компанию твоим именем, – улыбнулся он, встав коленями на матрас и мягко разведя мои ноги в стороны. – Однажды ты войдешь в наш дом, который я куплю для тебя, и будешь спать обнаженной в моей постели каждую ночь.

С этими словами он устроился между моих ног. Я замерла. Под его вспыхнувшим взглядом каждый нерв завибрировал. Блэйк наклонился ниже и, прикрыв глаза, жадно провел языком снизу вверх по моим складкам.

– А-а-ах, – застонала я и выгнулась. Как же это, оказывается, приятно. Волнующее тепло пронеслось по всему телу, сосредоточившись в промежности. Мне захотелось закричать от удовольствия. Ничего подобного никогда не испытывала.

– Проклятье, Шеннон, я знал, что ты прекрасна от кончиков пальцев до кончиков волос. Но, родная, папа внизу спит в обнимку с дробовиком. Умоляю тебя, не шуми, – предупредил меня игривым тоном, и резко приподнял мои бёдра, что мне пришлось схватиться за простыню.

В следующее мгновение он накрыл меня своими губами. Плотно обхватив клитор, он начал жадно сосать его, крепко держа мои бёдра. Уперлась головой в изголовье и отдалась ощущениям. Я парила, будучи не в состоянии управлять своим телом. Оно само двигалось навстречу его ласкам. Оно точно знало, что нужно делать.

– Блэйк, это невероятно, – задыхаясь, призналась я.

– М-м, – промычал он в меня, но всё же оторвался на мгновение. – Зря ты меня к себе подпустила. Ох как зря, Лиса. Я теперь буду жить между твоих ног. Меня похоронят здесь. В этом самом тёплом, мягком и сладком месте. А твой папа может сделать решето из моей задницы, но я буду ублажать тебя на завтрак, обед и ужин. Ну ещё на ночь, чтобы тебе снились самые приятные сны.

Я тихо рассмеялась, забыв про смущение, хотя лежала раскрытая для него, а моя промежность была в сантиметре от его лица. Блэйк вновь обрушил свой голод на меня, продолжив интенсивно ласкать. Вроде его движения были мягкими, но очень настойчивыми. Он провёл языком по кругу, захватив и губы, и клитор. Невольно прижалась к его рту вплотную, прося большего.

– Пожалуйста, Блэйк, – застонала я, и он впился в меня с неистовой силой. Сомкнув губы вокруг клитора, он резко втянул его в себя. Меня подкинуло, тогда он повторил.

Искрящееся ощущение зародилось внизу живота, словно лопающиеся пузырьки, которое постепенно начало распространяться по телу. Блэйк крепче обхватил мои бёдра, ни на секунду не замедляясь. Я чувствовала, что стою на грани. Что ещё мгновение и я полечу в неизвестность. Он то посасывал клитор, то настойчиво ласкал его языком. Снова и снова. Волна сумасшедшего удовольствия понеслась по телу. Зажмурившись, я выгнулась и практически заорала на всю комнату. Он тут же поднёс ладонь к моим губам и накрыл мой рот. Клитор запульсировал так сильно, что мне стало больно.

– Блэйк, стой, – кое-как промямлила я в его ладонь, сотрясаясь в оргазме. Я не могла лежать спокойно, моё тело сотрясала дрожь, а мышцы живота напряглись.

Блэйк тут же оторвался и лёг сбоку от меня.

– Ш-ш-ш, родная, – тяжело дыша, прошептал он. – Что такое? – Он прислонил палец к клитору и продолжил его ласкать, внимательно смотря мне в глаза. Меня словно подключили к сети и хреначили током. Глотая воздух, я попыталась отстраниться от него. Ощущения были настолько сильными, что терпеть их просто невыносимо.

– Мне… это слишком, – просипела я. Блэйк замер, и его палец перестал давить на клитор.

– Слишком? Ты имеешь в виду, что ощущения за гранью? – обеспокоенно уточнил он. Я кивнула. – Я знал, что ты на всё чересчур остро реагируешь, – прокомментировал он с самодовольной улыбкой. А потом прищурился и начал считать: – Один.

В этот момент в дверь громко постучали. Мы оба замерли и повернули головы на дверь. Блэйк дразняще облизал губы, покосившись на меня.

– Два…

– Шеннон, с тобой всё в порядке? Ты кричала? – послышался сонный голос отца.

Блэйк игриво посмотрел на меня, ожидая моего ответа. Просто искуситель какой-то.

– Д-да, – прочистив горло, ответила я. – Просто кошмар приснился.

Блэйк начал опускаться вниз, плавя меня своим обжигающим взглядом.

– Точно всё хорошо?

Блэйк выразительно выгнул бровь.

– Три…

– Д-да. Всё в порядке. Не волнуйся.

– Может, я войду? – не унимался отец.

– Четыре…

– Нет! – почти выкрикнула я, на что Блэйк тихо рассмеялся, заняв свою позицию между моих разведенных ног. Затем подул на всё ещё пульсирующий клитор и меня обдало волной жара.

– Ладно. Если что, я внизу! – предупредил отец и послышались его удаляющиеся шаги.

– Пять. – Блэйк еле заметно провёл кончиком языка вокруг клитора. – Лучше? – Я рьяно закивала. – Тогда я могу продолжить?

О боже…

О господи!

Подскочив на кровати, я обнаружила, что держала в кулаках простыню, а мой клитор отчаянно пульсировал. Капельки пота проступили на шее и лбу. Я пылала.

Вот это сон.

Только это был не просто сон, а самый настоящий секс, который случился у нас десять лет назад. Если быть точнее, то это был наш первый оральный секс, поскольку я тогда была ещё девственницей. Мне периодически снились наши прошлые свидания в течение первого года после того, как он испарился, но, чтобы так отчетливо, да ещё и кончить от этого?!

Твою мать, это плохо.

Сон был настолько реалистичным, что я до сих пор чувствую жар его губ на своей коже. Посмотрела на будильник – 03:59.

Ничего нового. После разрыва с ним я не могла спать всю ночь. Стабильно засыпала около двенадцати ночи и просыпалась в четыре, реже в три утра. Каждый день в течение десяти лет. Но я привыкла. Правда складывалось ощущение, что мой организм начеку, чтобы не проспать что-то. Вспоминая день его исчезновения, я думаю, что тогда мой мозг решил, что нельзя много спать иначе проспишь что-то важное. Или кого-то.

Поэтому я встала, включила кофеварку и пошлепала в ванную. Встала под тёплый душ, и мурашки пробежали по коже. Подставив голову под сильные струи, закрыла глаза.

Я уже больше двух недель работала на Блэйка. Каждый день я старалась довести до идеала презентацию в чёртовом Power Point, но ему всё время что-то не нравилось. Господь всемогущий, он придирался к отступу в заголовке! Видите ли ему не нравилось, что текст начинался слишком близко к центру. Потом он не оценил мою идею с всплывающим окном на одном из слайдов, мол, это прошлый век. Покончив с колкостями в адрес внешнего вида презентации, он перешёл к сути и раскритиковал в пух и прах основные тезисы, которые я, на секундочку, взяла из его же источников, которые он любезно предоставил мне. А там пятьсот страниц. Мелким шрифтом. Я их все изучила и выделила основное.

Клянусь, мне кажется, он решил вывести меня из себя. Ещё совсем немного и ему это удастся. И так напряжение колоссальное от осознания, что он сидит за дверью, так ещё и его вечные недовольства. Он сущий дьявол. А когда я отправляю ему презентацию, то не проходит и минуты, как он отвечает с критикой. Что за минуту можно проверить?! Ну серьёзно!

Вышла из душа и тут же включила «утюжок» для волос. Мои волосы от природы слегка вьются. Когда-то Блэйк тащился от «моего пушка», как он это называл. Но когда он исчез, я стала выпрямлять их. Не знаю почему. Просто так мне проще давалось пережить наше расставание. Так, смотря в зеркало, я не видела ту Шеннон, которая влюбилась в подонка. Так я была другой.

Быстро приведя себя в порядок и выпив кофе, я выехала на работу. Время всего 05:15 утра, но я намерена отстоять свою презентацию, доведя её до грёбаного идеала. Я не сдамся. Если в первые дни я была готова собрать свои манатки и отчалить, то чем дальше, тем больше во мне просыпалось щекочущее предвкушение.

Кстати, большой плюс от таких ранних подъемов в большом городе – отсутствие людей на дорогах. Поэтому я даже особо не почувствовала, что жила и работала в самом центре. Приезжала рано, уходила поздно. С Блэйком виделась только в обед, когда он выходил из своего кабинета, или когда он уходил с работы после всех сотрудников.

Включила свет в офисе и осмотрелась. Что мне нравилось здесь, так это наличие растений. На выходе из лифта стояли два каких-то достаточно высоких раскидистых растения, названия которых я не знала. Но больше всего меня удивило другое – остальные деревья были лимонными. Реально на некоторых висели плоды! А удивительного в этом то, что Блэйк на дух их не переваривал.

Только я сняла куртку и включила ноутбук, как за спиной раздался его низкий голос.

– Шеннон?! Какого чёрта ты так рано на работе?!

Я бы тоже хотела знать, какого лысого он тут забыл в 05:30 утра. Обычно он приходил к восьми.

Я сдержалась, чтобы не подпрыгнуть от неожиданности и не показать ему своей растерянности.

– Не спалось.

– Почему не спалось? Что-то случилось? Соседи мешают?

Я нахмурилась на его заинтересованность и повернулась. Господь всемогущий. Ну что за утро такое?! Его волосы были влажными и распущенными, словно он только недавно вышел из душа. Без своего небольшого хвостика он выглядел ещё более властным. Рубашка была расстегнута, и я видела треугольник голой кожи его мускулистой груди. В руке он держал пиджак и галстук.

– Шеннон?

А?

– Эм. Ты что-то спросил?

От вида его груди и ключиц совершенно внезапно мне вспомнился сон, который довел меня до оргазма. Уперев руку в стол для надёжности, я сосредоточилась на его переносице.

– Всё в порядке? – поинтересовался он.

– Абсолютно.

– Так почему тебе не спалось?

– Не спалось.

Чёрт, мне кажется, что я потеряла нить диалога, уловив аромат его геля для душа. Во рту пересохло, а на языке словно появился привкус его кожи после того, как он принимал душ и который, я думала, что забыла. Мне стало жарко.

Блэйк напряг челюсть и склонил голову набок. Точно щенок.

– Почему?

– Мне приснился кошмар, – озвучила я. В моих словах было пятьдесят процентов правды, но пятьдесят процентов лжи. Блэйк был шикарен. Даже во сне.

– Кошмар, говоришь, – задумчиво повторил он. Я кивнула. Мы стояли, не шевелясь, словно боясь друг друга. Он мельком скользнул взглядом по моему телу и, прочистив горло, добавил: – А я по утрам хожу в фитнес-зал на последнем этаже.

– Замечательно.

Мы впервые были наедине. Одни. В целом здании. Ну, может, тут были охранники и уборщики, но не суть. Мы впервые за то время, что я на него работою, говорили не о работе. Но он после душа, а я после оргазма. Мой кабинет показался слишком тесным для нас двоих, и я наконец отвернулась от него. Ввела пароль на ноутбуке, как Блэйк наконец зашевелился и направился ко входу в свой кабинет, который был чётко напротив моего рабочего стола. Фактически, мы за своими столами сидели напротив друг друга. Нас разделяли только столы и стена.

– Я собираюсь поработать над презентацией. Очень надеюсь, что она тебе понравится.

– Надейся.

– Что?!

Мне же не послышалось?! Он издевается?!

– Работай, говорю.

Точно издевается. У меня со слухом никогда проблем не было. Я как дельфин, ультразвук слышу!

– Послушай, я не дурочка и раскусила тебя, – твердым голосом заявила я, он замер, держась за ручку на двери. – Своими едкими комментариями ты меня не выпроводишь отсюда. Если я и уйду, то только по собственному желанию. Я, к твоему сведению, ехала шесть часов наверх по навигатору не для того, чтобы меня пытался уколоть самурай какой-то! Ясно тебе?!

Я почувствовала гордость за себя. Я сказала это вслух и мой голос не дрогнул, зато его плечи напряглись, и он оглянулся.

– Наверх по навигатору ехала? – переспросил он, и, как мне показалось, пытался сдержать улыбку. На навигаторе же показывается, что ты едешь наверх. Разве нет?! Вечно он придирается ко мне! – Запомни, Шеннон, я всегда сверху. Я здесь решаю, кто будет подо мной. Так что работай. У тебя очень много дел.

С этими словами он открыл дверь и скрылся в кабинете. Не помня себя от злости, показала средний палец его двери, как она вновь открылась. Резко опустила руку, но, по-моему, он заметил, судя по его прищуренному взгляду.

– Забыл добавить, сегодня совещание в десять. Твоё присутствие обязательно.

Он скрылся и я, досчитав до десяти, показала уже два средних пальца его белой двери.

– Подонок! Сверху он. Ну-ну. Я покажу тебе, что значит бесить меня. Ублюдочный козёл! Скотобаза. Самурай недоделанный.

Нет, ну правда! Мне его прическа напоминала такую же, как у героя из фильма про самураев. Не то чтобы я любила такое смотреть, но однажды мельком видела.

Яростно нажимая на клавиши, я открыла бесячий Power Point и погрузилась в работу, на блаженных четыре часа забыв про своего босса.

Без пяти минут десять Блэйк вышел из кабинета и вопросительно посмотрел на меня. Я за это время не встала даже, чтобы в уборную сходить! Даже второй кофе не выпила, а если верить его взгляду, то я словно прохлаждалась.

– Пора, Шеннон.

Захлопнула крышку ноутбука, взяла телефон и пошла за ним. Какая задница…

Господи, ну почему этому мужчине досталось такое тело?! Особенно в костюме он выглядел сногсшибательно. Его тёмно-синие брюки идеально облепили задницу, что возникало непреодолимое желание потискать её.

Твою мать, это плохая идея.

Мы зашли в переговорную, где уже все ждали нас. Быстро оценила обстановку. Я до сих пор ни с кем не подружилась и, если честно, не особо-то стремилась. Обед я обычно брала с собой и ела в кабинете, а всё остальное время я работала. Поэтому сейчас не знала, куда примостить свою задницу. Кругом одни акулы. Но тут я заметила Лео, который болтал о чём-то с миловидной девушкой с пирсингом в носу и двумя французскими косичками. Рядом с ним был пустой стул, и я тихонько опустилась на него.

– Привет, стерва. Как оно?! – тут же поздоровался он, посмотрев на меня.

Его глаза были настолько живыми, как у ребёнка. Но вот манера его общения заставляла меня вечно вздрагивать.

– Привет, Лео. Всё в порядке. Как у тебя?

– У меня всегда всё зашибись. Кстати, это Кэнди, наш бухгалтер, – представил мне девушку с косичками, и я быстро пожала её руку. – Она такая же, как и ты – вечно в кабинете прячется…

– Так, начинаем, – перебил его низкий и немного хрипловатый голос Блэйка, и я повернула голову налево. Он стоял около проектора, недалеко от него сидел Пит и что-то внимательно изучал, смотря на кипу документов.

– На сегодня у нас два вопроса на повестке. Первый, я в конце этой неделе уеду в командировку, за старшего на несколько дней останется Пит. Все вопросы решайте с ним, но если что-то неотложное, то пишите мне.

Все закивали, а Пит только мельком улыбнулся и вновь уставился в бумаги.

– Второй, мы будем участвовать в тендере. Компания «Great Products Corporation» ищет исполнителя для своего репозиционирования на рынке. Их прошлые пиарщики что-то наворотили, отчего страдают продажи их удобрений. Хотя все мы знаем, что прибыль сократилась из-за качества их продукции. Поэтому они хотят, чтобы новая команда создала для них идеальный имидж белых и пушистых, заботящихся о природе, ответственных людей. Меня блевать тянет от них, но всё же я решил поучаствовать. Но я так же принял решение передать этот проект другому человеку.

В этот момент Пит нахмурился, оторвавшись от своих бумаг, и посмотрел на Блэйка. Тот невозмутимо продолжил:

– Теперь ответственным за его выполнение будет Шеннон.

Что?!

У меня фактически отвисла челюсть, но усилием воли я удержала её на месте. Зато моё сердце ёкнуло и провалилось в желудок. Пит тоже ошарашенно посмотрел на меня, а потом снова на Блэйка.

– Ух ты ж, прикольно тебе живется, стерва, – присвистнул Лео справа от меня.

Все, кто был в помещении, устремили на меня свои взгляды. В основном презрительные.

– Блэйк, не думаю, что это хорошая идея. Шеннон на испытательном сроке. Какой проект? Это огромная ответственность, – произнес Пит, явно пребывая в недоумении.

– Мне нужен ассистент, который не боится подобной ответственности, – невозмутимо ответил Блэйк, устремив на меня взгляд. – Шеннон, ты же не боишься?

Я ненавидела повышенное внимание к себе. Все эти публичные выступления вообще не моя история. И он об этом знал. Или забыл? Да ни черта он не забыл. Подонок!

– Наш Метроном разошёлся. К чему бы это? – шепотом поддел меня Лео, толкнув плечом.

Мне стало нечем дышать, а на глазах внезапно образовались слёзы. Это всё уже слишком. Зачем он так поступает?! Почему он так стремится избавиться от меня?

Блэйк стиснул челюсти, в упор смотря на меня. Я заметила, как его грудная клетка начала высоко подниматься, словно он только что пробежку совершил. Нас разделяло около четырёх метров, но я кожей ощущала его негодование. Проглотив непролитые слёзы, я ответила:

– Не боюсь.

Пит лишь обреченно покачал головой. Блэйк на мгновение стрельнул в него взглядом, а потом кивнул.

– Прекрасно. Через полтора месяца ты участвуешь вместе с нашими главными конкурентами. Очень надеюсь, что у тебя получится произвести правильное впечатление.

Ну, конечно. Надеется он. Он ждёт моего провала, это очевидно.

– Стерва, не знаю, что ты ему сделала, но научи меня, а? Он ни одному человеку, кроме Пита, не доверяет свои проекты.

Его игривый тон немного рассмешил меня, и я наконец смогла выдохнуть.

– Ничего не сделала.

В этом вся проблема. Я просто когда-то полюбила его, а он меня бросил. Сейчас же он вновь пытался выкинуть меня из своей жизни. Упёртый парень, что ни говори.

– То есть на его «метрономе» не прыгала? Не «играла на его антистрессовой флейте»?

– Что?! – взвизгнула я, громче чем нужно, на что Блэйк нахмурился, вновь посмотрев на меня. – Извините, – пробормотала я и опустила взгляд. Лео тихо захрюкал от смеха, смотря на меня и играя бровями.

– Приступайте за работу. На сегодня всё, – распорядился Блэйк.

Я моментально подорвалась со своего места и направилась к выходу. Боковым зрением заметила, как к Блэйку подошла Элен, та самая, кто посчитала меня секретаршей, и слишком фривольно взяла его за руку. Меня разрывало от негодования из-за его выходки с проектом, но я старалась не бежать, а идти спокойно. Я самодостаточная женщина. Я умею брать и нести ответственность. Я умею управлять своими эмоциями.

На дрожащих ногах дошла до своего рабочего места и рухнула в кресло. Если он презентацию для этого проекта две недели критиковал, то что будет со всем остальным материалом, который я должна подготовить? А там куча статистики и математики. Нужно собраться и надрать ему задницу. Нельзя сдаваться. Однажды ему удалось застать меня врасплох, второй раз не позволю.

– Шеннон, – произнёс Блэйк, стоя в дверях со стаканчиком кофе в руках. Я молча подняла на него голову. – Ты всегда можешь уехать обратно, если тебе кажется, что всё это слишком.

Да, так бы я и поступила еще пару недель назад. Никаких перемен. Никаких внезапных обстоятельств. Но сейчас что-то начало меняться во мне. И я пока не поняла, как к этому относиться.

– Я не бегу, когда встречаю что-то непонятное или неизвестное.

Я вдруг почувствовала неимоверную усталость. Глаза устали от четырехчасовой работы за компьютером, виски пульсировали от напряжения. Сопротивление с ним отнимало львиную долю моих жизненных сил.

– Кофе хочешь? – неожиданно мягким тоном спросил он, покачав своим стаканчиком в воздухе.

– Хочу.

– Тогда иди выпей и принимайся за работу, – отчеканил он и зашёл в свой кабинет.

Ах ты скотобаза!

Отработанным движением вскинула средний палец и скорчила гримасу отвращения, глядя на его дверь.

Я добьюсь того, чтобы он меня уважал. А потом уеду.

Глава 6
Блэйк

Помоги мне бог.

Просто помоги, а?

Ну серьёзно. Я уже не справляюсь.

Шеннон с достойным упорством работала над идеальной презентацией уже почти три недели. А я, красавчик, не принимал её. Там уже вообще придраться не к чему, правда. И если честно, то она изначально была весьма неплоха, разве что всплывающие окна делать не стоило, но всё остальное очень даже хорошо. Поэтому я решил сделать ход конем и назначил её главной за этот проект. Такого я никогда не делал, но почему-то решил, что именно это и выбьет её из колеи и она сдастся. Но она не сдается. Она усердно трудилась, задерживаясь допоздна, изучая нашего клиента. Она практически не покидала рабочее место и ни с кем не общалась. Зато регулярно вскидывала свои средние пальцы, стоит мне закрыть дверь. Да, я заметил. У меня это вызывало только дебильную улыбку.

Я был уверен, что она через неделю сбежит, но ошибся.

А я тем временем замуровал себя в кабинете, стараясь лишний раз не высовываться. Только мы всё равно пересекались в течение дня. Я всегда задерживал дыхание, когда она проходила мимо или когда я шёл через её кабинет в свой, потому что этот сладковатый и тёплый аромат её парфюма буквально пропитал стены, мебель и всё вокруг.

Сидя за столом, я развлекался с презентацией, которую Шеннон прислала минуту назад. Выделял красным то, что мне якобы не нравится. Чёрт, только мне всё очень нравится. Ладно. Последняя правка и пусть займётся другими материалами для тендера. Времени у неё с лихвой, чтобы подготовиться. По сути, ей осталось только согласовать с Кэнди и Питом бюджет, с Лео маркетинговую составляющую, с Элен статистику, со мной сроки выполнения. Если честно, я бы хотел, чтобы она справилась с этой задачей. Но, с другой стороны, мечтал, чтобы провалила.

Открыл почту и написал ей.

Тема: последний рывок

Шеннон, во вложении последние правки.

Сделаешь их и можешь приступать к следующему пункту.

Детальный план того, что необходимо сделать, прикрепляю.

Отправил и услышал за стеной оповещение, что ей дошло. На самом деле такая глупость, писать ей по почте, а не сделать три шага, выйти и сказать. Но так будет лучше.

В дверь постучали и тут же заглянул Пит.

– Пупсик, войду?

– Со смазкой если только, – улыбнулся я, не отрывая взгляда от экрана и отвечая на письмо потенциального клиента.

Пит заржал и вальяжно зашёл в мой кабинет. Расстегнув пуговицу светло-серого пиджака, он расположился за столом напротив меня.

– Ну и как поживает мисс Шеннон Льюис? – непринужденно поинтересовался он.

Пальцы замерли над клавиатурой лишь на секунду, но я продолжил печатать и ответил:

– Спустя три недели она всё-таки добила презентацию в Power Point, которые делают на уроках информатики в средней школе.

Пит заржал на весь кабинет.

– Ах ты негодяй. За что ты так мучишь девушку? Я готов дать голову на отсечение, что презентация была охренительной ещё в первый раз, не так ли?

– Не так ли.

– Так же готов поспорить, что ты не выходишь из своей берлоги, лишь бы не встречаться с её выразительными глазами, изящными ногами и, чёрт возьми, стоячей и упругой грудью. Правда же?

– Правда же.

Стоп.

Я вскинул на него взгляд, как он расхохотался, стуча по столу.

– Я знал!

– Костыль, какого хрена?! Ты просто подловил меня. Я отвечаю на письмо, в конце концов!

– Ага-ага, рассказывай мне. Сколько раз я видел тебя с женщинами? Не счесть, правда? – не унимался мой друг, развалившись на стуле и закинув одну руку на спинку соседнего. – Я знаю, как ты смотришь на женщин. Знаю, как ведёшь себя с ними. Пара фраз, лёгкая полуулыбка, хищный прищуренный взгляд и вуаля. Очередная цыпочка потекла и уже готова отдаться тебе в обеденный перерыв в кафе на первом этаже. Но вот что странно. С Шеннон ты ведёшь себя совершенно иначе. Ты не флиртуешь с ней, не улыбаешься, не смотришь! Если бы ты ослеп, то я бы понял. Но, чёрт возьми, глазки твои всё видят. Тогда какого хрена ты до сих пор не сделал попыток? Значит…

– Значит, Пит, у нас есть трудовой договор с…

– Ага-ага, ничего, что я продолжу говорить, пока ты пытаешься перебить меня?! Так вот, никакой договор тебя не остановит, если ты действительно кого-то захочешь, это так, к слову. Но вернусь к своей мысли, ты видишь, какая сногсшибательная девушка пришла к тебе на работу. Ты трахал всех с похожим типажом, а лучшую из них избегаешь. Поэтому я снова спрошу: ты ничего рассказать мне не хочешь?

Его самодовольное выражение лица меня взбесило. Сколько можно допытываться? Я и так делаю всё возможное, чтобы она побыстрее уехала обратно в свою Небраску.

– Не хочу.

Я реально не хотел возвращаться в прошлое и вспоминать всё это.

– Ладно. Твоё право. Я, собственно, зашёл, чтобы предупредить тебя, что сегодня хотел пригласить её на ужин.

– Что?! Пит, раздел три…

– Пункт один. В курсе.

Моё правило о запрете секса с коллегами распространялось на всех, в конце концов. Правда Пит никогда и не охотился на работе. Ему больше нравились сайты знакомств.

– Тогда какого хрена?!

По венам с шумом пронеслась кровь и галстук вокруг шеи словно начал душить меня. Ослабил узел и размял шею, повернув голову сначала налево, потом направо. Пит молча наблюдал за мной, сдерживая улыбку.

– А что я не могу просто попытаться подружиться с новенькой? Мне кажется, она очень забавная.

Забавная – это мягко сказано. Шеннон порой могла отмочить такое, что мне хотелось расхохотаться. И раньше я бы так и сделал, но не сейчас. Я еле себя сдержал, когда она выдала, что ехала наверх по навигатору. Я ещё десять лет назад пытался понять, как работает её мозг. А потом плюнул на это и просто наслаждался. Интересно, в её понимании, если она поедет обратно в Омаху на юг, тоже будет двигаться наверх? По-любому да. Стрелочка врать не будет. Она же так когда-нибудь за пределы карты выйдет, если всё время будет двигаться только наверх.

Покачал головой на свои мысли и улыбнулся.

– Что есть, то есть.

– Я тут краем уха слышал её, когда она разговаривала с нашим айтишником по телефону насчёт статистики предыдущих проектов. Чуть не обоссался от смеха. Короче, Шеннон, видимо, решила освоить Excel и обратилась к нему за помощью. Думаю, Тодд после этого разговора нажрался в говно, – рассмеялся Пит.

Невольно расслабился и склонил голову набок, откинувшись на спинку кожаного кресла.

– Что она выдала?

– Она, вероятно, хотела вставить функцию и не могла разобраться, куда надо нажать и какую выбрать. Увидев, что там есть «логические функции», она взвизгнула: «Это же программа для цифр, а не задач на логику! У меня бракованный эксель, Тодд». Не знаю, что ответил ей Тодд, но она долго бурчала что-то себе под нос, а потом воскликнула: «Так вот откуда он брал свои загадки на стикерах!». Я вообще не понял, о чём она. Думаю, Тодд тоже. Ну а потом она увидела, что там можно рисовать и сказала, что нарисовала метроном. Не знаю, к чему, но её мозг явно работает на других скоростях, не доступных мне.

Я рассмеялся. Узнаю Шеннон. Хоть мы когда-то провели вместе чуть меньше года, но мне всё же удалось изучить её, потому что мы не отлипали друг от друга. Так вот она всегда отличалась порой нестандартным мышлением и сделанными выводами. Её мозг, как и сумочка, наполнен разнообразными вещами, которые иногда неожиданно выстреливали и заставляли окружающих недоуменно хлопать глазами и пытаться понять, о чём она толкует. Но это правда забавно.

И нет. Задачки на логику я не оттуда брал.

– Вот я и решил поближе познакомиться с ней. Люблю лёгких людей. Плюс хотел бы помочь ей влиться в коллектив. По-моему, она слишком сосредоточена на работе. Это, безусловно, отлично, но всё же не единственная вещь в жизни.

Резонно. Но чёрт. Она здесь не задержится, но Пит продолжает верить, что Шеннон останется здесь надолго.

– Не отвлекай её от работы, – ответил я.

– На хрена ты это делаешь? – вдруг спросил он, подавшись немного вперёд. Я непонимающе посмотрел на него. – Зачем поручил ей проект? Да ещё и с этим чмырём? Ты его сам на дух не перевариваешь, а хочешь, чтобы хрупкая девушка вещала ему, какие мы охрененные, чтобы он выбрал нас для своей работы. Твоё поведение совершенно не логично, Пупсик.

Да, всё так. Основатель «Great Products Corporation» та ещё заноса в заднице. В прошлом году его удобрения чуть не угробили несколько гектар земель в пригороде Миннеаполиса. Когда недовольные фермеры начали жаловаться, то основатель компании Фил Сэйз и его PR команда выступили с обращением ко всем пострадавшим, в котором они все стрелки перевели на своих поставщиков. Мол, это они задержали поставку и удобрения испортились. Никто ему не поверил и продажи удобрений резко упали, а его имя полгода полоскалось во всех СМИ, как недобросовестного предпринимателя, убивающего природу. Очевидно, он устал от потерь и хочет поменять стратегию, поэтому организовал тендер и предлагает хорошие бабки впоследствии, если мы сработаемся. Вот только я по-прежнему не хочу иметь с ним никаких дел.

– Костыль, я лишь расширяю зону нашего влияния. Чем меньше мы дадим клиентов «PR Heroes», тем лучше.

Эти ребята наши главные конкуренты. Они берут тем, что на рынке уже больше пятнадцати лет, поэтому их имя работает на них. А их основатель, Ричард Финч недолюбливает меня, считая, что я ещё совсем «зелёный», чтобы что-то понимать в настоящем бизнесе.

– Тогда я тем более хочу подружиться с Шеннон, чтобы помочь ей. Ты толкаешь её в лапы к зверям. Что Фил, что Ричард обожают молоденьких девушек. Она может пострадать от их сальных взглядов и шаловливых ручек, – невозмутимо ответил Пит.

По позвоночнику пробежал холодок. Никто из них и пальцем её не тронет. Отрублю руку, если увижу.

– Я буду на тендере, чтобы за всем проследить, – напомнил ему.

– Тем не менее я пойду с ней на ужин. Сегодня. Вот прям сейчас выйду из твоего кабинета и приглашу её, – уверенно заявил Пит. Вот только по его взгляду я понял, что он провоцирует меня, пытаясь нащупать ту кнопку, нажав на которую, я выдам ему все подробности.

Сукин сын. Работают ведь его манипуляции. Стиснув челюсти, я ответил:

– У тебя работы до хрена. К тому же я хотел скинуть тебе парочку предложений насчёт нашего расширения.

– Скинь на почту. Вечером посмотрю.

– Там много, – заметил я, постукивая карандашом по столу.

– Не вопрос, после ужина с Шеннон я займусь этим.

Да что ж ты бесячий такой, а?!

– Я вообще думал, может ты со мной в Канзас-Сити сгоняешь? – предложил я, прищурившись.

У меня вылет сегодня вечером. Там я должен посмотреть помещения, если вдруг мы решим открыть там наш филиал. С недавних пор я решил, что пора расширяться и открыть филиал в другом Штате, но пока не решил, в каком именно.

– Не могу, Пупсик. У меня ужин с Шеннон, – пропел Пит, подмигнув мне.

– С чего ты взял, что она согласится?! – вдруг выпалил я, чуть не сломав карандаш. Не нравилась мне эта идея. Пит слишком обаятельный хрен, будь он не ладен.

– А когда мне отказывали?! – искренне удивился он и в следующее мгновение встал, застегнул пуговицу и, подмигнув мне, летящий походкой направился к двери.

Какого…?

– Костыль!

– Пупсик, я занят, – не оборачиваясь, ответил он и распахнул дверь кабинета. В пяти метрах от меня сидела Шеннон. Она подняла голову и посмотрела на Пита, а этот индюк решил не закрывать дверь, чтобы я стал свидетелем его триумфа.

– Шеннон, у меня к тебе вопрос. Ты можешь уделить мне минуту своего времени?

– Конечно, – она кивнула, положив ладони на стол.

– А если я обнаглею и попрошу не минуту, а целый вечер? Точнее пару часов?

– Эм-м, – она замялась, и я прищурился. Скажи: «Нет» – мысленно приказал ей. – Да, хорошо.

Проклятье.

Она никогда меня не слушалась…

Пит приосанился и мельком обернулся, бросив на меня многозначительный взгляд. Я выгнул бровь, смотря на него, но этот урод прикрыл за собой дверь и их голоса теперь звучали приглушенно, а затем и вовсе стихли.

Класс, чего уж. А мне в командировку надо. А он тут развлекать её будет.

Придурок.

Погрузился в работу, но спустя пятнадцать минут вдруг услышал песню So Happy It Hurts певца Bryan Adams, которая явно доносилась из её кабинета. Поднял голову и увидел, что Пит не до конца закрыл дверь. А следом послышался голос Шеннон.

– Привет, Лео. Не отвлекаю?

Я встал, чтобы закрыть дверь, но, подойдя к ней, замер. Шеннон не видела меня, поскольку была увлечена своим обедом. Нанизав на вилку нарезанные овощи, она откусила кусочек, при этом активно качая головой в такт песни, и ей совершенно не мешал телефон, который она зажала плечом.

– Отлично. Я чего звоню. Мне нужна твоя помощь насчёт списка лидеров мнений, которые могут помочь нам с новым проектом. Мы всех должны привлекать или есть какие-то особенности?

Я прислонился плечом к стене, положив ладонь на дверную ручку. Какая же она красивая…

Шеннон снова откусила огурец и активно жевала его, кивая на ответ Лео, которого я не слышал, но догадывался, что он отвечал. Он профессионал в том, что касалось СМИ.

– Но там, как я поняла, люди пострадали из-за дерьма, которым обработали свои земли! – воскликнула Шеннон, на что я улыбнулся. – Значит, когда мы запустим кампанию, нам нужны люди, которые привлекут внимание к новому имиджу этого… как его там… Ладно, назовём его Навоз, – произнесла она. Чуть не хрюкнув от смеха, сжал губы. Боже, она невероятна. Это та самая Шеннон, которую я знал. – Ну а что?! Компания занимается удобрениями, значит, её босс – Навоз. Это ж логично. Так я быстрее запомню. У меня плохая память на имена, – усмехнулась она. – Так вот, этот Навоз продал людям дерьмо. Фермеры негодуют. Кто нам поможет умаслить фермеров? А вообще, почему мы не можем предложить их компании поменять босса? А что, отличная идея! Рыба гниет с головы. Может, нам стоит в нашем проекте сделать акцент на том, что их репутация изменится, только если они поменяют босса? – предложила она, поедая свой огурец. Я покачал головой, наблюдая за ней. На самом деле она права, но это не наше дело, кто стоит у руля компании. Мы не этим занимаемся.

– Ой, да не кричи ты! – Она поморщилась и отложила вилку. А потом достала лимон и нож.

Твою мать, только не это.

Надрезав его кожуру, она оттянула её и впилась зубами в мякоть. У меня свело челюсть и появилась оскомина на зубах. Тонна слюны выработалась за секунду, и я сглотнул. Я не любил кислую еду, но самый кошмар начинался тогда, когда люди ели лимоны передо мной. Но Шеннон переплюнула всех – она поедала целый, мать его, лимон. Целый! И не морщилась даже! Ни один мускул на её лице не дрогнул. Ни сейчас, ни десять лет назад. Почему она не могла обойтись долькой?! Нет же, она всегда ела целый, откусывая по кусочку, словно это яблоко. А я, словно собака Павлова, страдал от слюнотечения.

Судорожно глотая слюну, я скривился, но не отвернулся. Подобно мазохисту, я не мог оторвать свои глаза от неё. Её каштановые волосы струились по плечам, тонкая блузка нежно-розового оттенка подсвечивала золотистую кожу, на которой ещё сохранился летний загар. Шеннон медленно облизала губы от лимонного сока, и в пах хлынула вся кровь, какая была в моём организме. Прислонился головой к стене и чуть не застонал. Это мука – работать с ней и не иметь возможности прикоснуться, понюхать и зарыться головой между её ног. Проклятье, я по-прежнему хочу её. До жути. До чёрных точек перед глазами. Даже лимон, который она сейчас снова откусила, не остужал мой пыл.

Я помню каждый наш секс. Как она всегда двигалась мне навстречу. Как стонала, когда кончала. Как во время оргазма нужно было остановиться ровно на пять секунд, потому что она слишком чувствительна, и дополнительная стимуляция в таком состоянии могла причинить ей боль. Как после этих пяти секунд можно и нужно продолжать. Как её киска сжималась, когда я входил в неё. Как ей нравилось, когда я говорил какие-нибудь грязные словечки, но она никогда в этом не признавалась.

Проклятье.

Член набух и натянул тонкую ткань брюк. Всё тело словно проснулось и жаждало разрядки. С ней.

Пит был прав. Я трахал только тех девушек, которые отдаленно были похожи на неё. Только они и в подметки ей не годились. У Шеннон свой шарм, который любого заставит потерять голову. Прекрасная фигура с упругой грудью, которая идеально помещалась в моей ладони. Мягкая и тёплая киска, которая словно была создана для меня.

После неё со всеми, с кем я спал, всегда замирал на пять секунд, хотя многие молили не останавливаться. Но нет же. Я тормозил, считал про себя до пяти, и только потом продолжал. Серьёзно! Это где-то на подкорке прописано у меня, видимо. Однако трахая других, я фактически представлял на их месте её.

Вот только смотря на неё сейчас, я по-прежнему не видел ту Шеннон. Постоянно смеющуюся, часто недовольной мной (хотя это я как раз вижу), но сейчас её негодование видно только по сжатым губам. Нет больше кулачков, норовящих расквасить мой нос к чертям. Нет больше прищуренного взгляда, который как бы спрашивает: «А не пойти-ка тебе на хрен, подонок?!». Нет больше искры во взгляде её ореховых глаз.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

University of Missouri – исследовательский университет, расположенный в городе Колумбия, Штат Миссури. Основан в 1839 году. Здесь и далее примечания Автора.

Вернуться

2

Агент Джонни Инглиш – британская кинокомедия, пародирующая фильмы о шпионах-суперагентах.

Вернуться