Елизавета Соболянская
Чокнутая невеста

Пролог

Алексей глубоко вздохнул, собираясь открыть глаза и начать новый день. Странно, в его комнате никогда не пахло цветами! Осторожно открыв глаза, мужчина уставился в розовый потолок и сглотнул. И где это он?

Рядом кто-то сопел. Алексей перевел взгляд и подавился вопросом – среди вороха мелких подушек торчали разноцветные пряди, а чуть ниже из-под розового одеяла выглядывала аппетитная тугая попка. Хм, а где он вчера был? В клубе? Нет. Голова не трещит, и подробности охотно всплывают.

Его пригласила в гости семья Самсоновых. Павел Александрович – солидный мужик чуть за пятьдесят, его жена – почти ровесница, но ухоженная и энергичная дама, умеющая и себя подать, и мужа похвалить.

Беседа была важной, речь шла о слиянии некоторых активов, инвестициях и перспективном направлении в производстве. После минувших кризисов и пандемии нереально востребованными оказались красители. От типографских красок до порошковых смесей для принтеров и красильных камер. А у Самсоновых как раз было свое химическое производство.

Алексей же хотел вложиться в расширение, с тем чтобы часть продукции поступала на его мини-типографии, печатающие буклеты, рекламу и визитки, и на парочку уцелевших ткацких фабрик. Вот и обсуждали варианты и перспективы под хороший коньячок и великолепную закуску. У Павла Александровича были свои связи на Камчатке и доступ к свежайшей икре и рыбе.

В какой-то момент к ним присоединился мрачноватый, но вежливый подросток – сын Самсоновых. Сидел молча, ел много, пил морс и рассматривал гостя с каким-то нездоровым интересом. Когда он ушел, Алексей почему-то не помнил. И как он очутился в этой постели под розовым потолком – тоже.

Тут девушка рядом завозилась, подгребая под себя мелкие подушечки, потом встала и, не оглядываясь, и, кажется, не открывая глаз, поплелась к двери, ведущей, наверное, в ванную.

Алексей моментально вскочил, огляделся, схватил пиджак и пулей вылетел в другую дверь. Коридор, лестница, знакомый холл.

– Алексей Иванович, доброе утро! – Аглая Николаевна шла, наверное, в кухню и узрела гостя. – Что же вы уже убегаете? Без завтрака?

– Прошу прощения, Аглая Николаевна, спешу, дела!

– Хоть кофе выпейте! – просила вслед хозяйка, но Алексей спешно откланялся, благо его машина стояла у крыльца.

Добравшись до дома, он привел себя в порядок, поморщился, осознав коварство коньяка, а потом полез в папку, собранную его службой безопасности на семейство Самсоновых. Ага. Кроме сына-наследника есть еще и дочь. Очаровательная девица двадцати пяти лет. Барышня мила, недавно окончила университет, не замужем. И попка у нее хороша, и лицо приятное. Серая мышка, конечно, но с пятьюдесятью процентами акций он бы взял и пострашнее кого. Решено. Сегодня же встретится с Самсоновым на ланче и обсудит вопрос слияния и женитьбы!

Глава 1

– Женька, ты с ума сошла?

Юлька ошарашенно смотрела на подругу. Та заявилась к ней домой нетрезвая, в грязной одежде, с размазанной по лицу косметикой.

– Мне плевать! – громко объявила Женька, потом осела на пол и заревела.

– Так, давай по порядку, – подружка села рядом, не щадя модных пижамных штанишек, и обняла зареванную внезапную гостью.

– Меня выдают замуж! – трагично объявила девушка.

– Выдают? Кто? За кого? – не понимая, покрутила головой Юлька.

Девушки дружили несколько лет, жили рядом и многое знали друг о друге.

– За папиного друга! – прорыдала Женька.

– За папиного? – Юлька поперхнулась. Им обеим было уже по двадцать пять лет, возраст родителей стремительно приближался к пятидесяти. И это были не европейские «пятьдесят» с белоснежной улыбкой и бодрой прогулкой в шортах по Альпам, это были наши родные «пятьдесят» – с одышкой, лысиной и корвалолом в кармане.

– Серьезно?

– Серьезно! – Женька подняла лицо и схватила подругу за руки: – Юлька, ты должна мне помочь расстроить эту свадьбу! У нас есть полгода!

– Хм, – тут подружку немного попустило, – полгода – это почти вечность! Давай поднимайся, топай в ванную, а я на кухню, кофе сварю. Будем писать план действий!

План написался на славу! Для начала девушки обсудили – а что же пугает их родителей?

– Мои черное терпеть не могут, – призналась Юлька. – Еще лысых…

– Бриться не буду, – отбилась Женька, тряхнув роскошной прической, которую недавно украсили разноцветные прядки у лица.

– Тогда варианты – афрокосы и муу-муу, цветные пряди и стиль японских «сукебан». Еще можно под монашку закосить…

– Под монашку точно не надо, – вздохнула Женька, – папины друзья все как один вспоминают, какие скромные девочки были во времена их молодости!

Юлька только хохотнула – ее мама сохранила немало фоток из «бурных 90-х», и по ним было видно, что девочки в родительской молодости скромностью не отличались.

– Тогда готы! Стиль устарел, но твои предки его хорошо помнят, – предложила подружка. – Надень черное и балахонистое. Размажь тушь до состояния «панда». Объясни всем, что у тебя траур. Ты прощаешься со свободой и возможностями. Мир такой огромный, в нем много разных мужчин, а тебе выдадут в личное пользование лишь одного. Тяжело быть взрослой, пирожные нельзя, мужиков нельзя…

От хохота Женька свалилась под стол и долго там извивалась, зато потом внесла этот пункт в список недрогнувшей рукой.

– На первое свидание надень самое «бронированное» нижнее белье. Чтоб прям «от самых глаз и до пяток». А под него еще три пары трусов. Зашей бюстгальтер, а еще лучше – обмотайся скотчем. Сделай все, чтобы жених запомнил эту встречу навсегда!

– У Ларисы паранджа есть, из Эмиратов привезла, как экзотику, – задумчиво пробормотала Женька, внося пункт «старомодное закрытое белье» в список. – Можно одолжить.

Юлька поаплодировала.

– Вот прямо сейчас запишись в секцию по бегу и не пропускай ни одного занятия. В идеале – бегай с утяжелителями. Через полгода он тебя просто не догонит! – предложила она, глядя на аппетитную фигуру подруги.

– Точно! Похудею заодно, – помечтала Женька.

На самом деле фигура у нее была очень хороша, но Евгения комплексовала из-за округлостей, считая, что современная девушка должна быть тонкой и звонкой, как струна.

– Что еще впишем? – поторопила подругу Юлька.

– Может, мне на жениха уронить что-нибудь тяжелое? – уныло предложила «невеста».

– Если угодишь между ног, прибьют за членовредительство, – съехидничала подружка, внося в план новый пункт.

День за построением кровожадных планов промелькнул быстро. Вечером Женька надела свои выстиранные и высушенные вещички, чмокнула Юльку в щеку и ушла воплощать план в жизнь, обещая отчитываться в соцсетях.

Первая фотка в «телеграмме» появилась уже утром. На ней красовались миленькие белые кроссовки с розовыми шнурками и бело-розовые браслеты-утяжелители на липучках. Юлька хмыкнула и затаилась. Она-то знала, что «начну бегать с понедельника» – их общая с Женькой болезнь. Однако подружка, похоже, всерьез собралась избежать свадьбы – кроссовки стали появляться в «телеграмме» каждое утро, правда, нарядно-розовый вид потеряли быстро. Теперь это были поношенные, стоптанные и даже слегка покусанные собаками кроссовки – ведь поначалу Женька взялась бегать в ближайшем к работе сквере, облюбованном собачниками.

Следующим шагом стала смена имиджа. Нет, в кардинально-черный перекрашиваться Женька не рискнула, а вот афрокосы заплела, добавила в гардероб полосатые чулки и такой же полосатый шарф, черные круглые очки и шапку-берет с помпоном. Юлька не выдержала – набрала подружку и пригласила к себе на чай с тортом. Женька пришла – румяная, счастливая, постройневшая.

– Да ты цветешь! Жених понравился? – немного ревниво спросила подруга.

Девушка усмехнулась в ответ:

– Он не появился. Прислал букет цветов и коробку конфет, как ребенку.

– А ты?

– А я решила, что я все еще ребенок! – Женька покрутилась на пятке, демонстрируя отлично сидящую водолазку насыщенного вишневого цвета, песочного цвета мешковатые брюки, горчичное пальто, гетры и полосатый шарф.

Скинув пальто на вешалку, она потерла ладошки:

– Хочу чаю с вареньем! И побольше!

За две недели прежде тихая, скромная Женька полностью перекроила свою жизнь. Нет, она не устраивала бунтов, не съезжала из родительского особняка, даже не возражала против разложенных везде журналов с образцами свадебных платьев. Она просто взяла на работе отпуск без содержания и принялась старательно изображать избалованную и капризную дочку богатых родителей.

– Папа в ужасе, мама пьет валерьянку, – призналась Женька, болтая ложечкой в чае. – Мне, конечно, противно, но я не хочу замуж за того, кто свалился пьяным в мою постель, потом сбежал, не появившись ни разу. И даже подарки передает через курьера.

Юлька пристально посмотрела на подругу. Похоже, жених ее все же чем-то зацепил!

– Свалился в твою постель? – переспросила она. – Ты не рассказывала!

– Да что там рассказывать? – фыркнула Женька. – Они вечером с родителями у нас сидели, потом с отцом в кабинете переговоры вели. А папа же хитрый: скажет побольше икры, сыра, острого мяса на закуску подать – и подливает. Наклюкался этот Потапов. А я меня на работе дедлайн – сделку готовим, аудит ждем, в общем, адский ад. Приехала я поздно, поужинала на кухне и спать пошла. Уже заснула, как тут это тело ко мне ввалилось в комнату, расшвыривая по пути одежду, и в постель. И спать. Я его ни выгнать, ни сдвинуть не могла. Хотела уж охрану звать, но устала как собака. Махнула рукой и уснула. А утром, пока в туалет ходила, он уже сбежал.

– История! – восхитилась Юлька. – Ну хоть красивый?

– Ну набери его в поиске и посмотри, – фыркнула Женька.

– Слушай, ну, ладно на работе отпуск взяла, – не унималась подружка, выискивая в сети фото Потапова Алексея Ивановича. – А чем ты занимаешься дома?

Глаза Женьки ехидно замерцали:

– Ты не представляешь, сколько всего интересного происходит вечером и ночью! – заявила она.

– Вечером и ночью?

– Ну да. Говорю родителям, что поехала в клуб, а сама – на курсы! Или на пробежку. Еще на самооборону хожу. Возвращаюсь под утро, глаза красные, в синяках вся. Побрызгаю на себя из фляжки, косметику размажу и заваливаюсь с шумом! Потом сплю до обеда!

– Ну ты дае-е-ешь! – восхитилась Юлька. – А в синяках почему?

– Ну так на тренировке то мимо макивары ногой заедут, то при отработке захвата перестараются. Я вон четыре дня фонарем светила, а маме сказала, что в клубе подралась!

– И как родители? – ужаснулась подруга. – Терпят?

– Возмущаются, дверями хлопают, а что они сделать могут? Гуляю на свои, – фыркнула Женька.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.