Лилла Сомн
Опасные игры с тенями. Том 0. Часть 2

Сезон 2. Обустраиваемся без комфорта.

Свет 23. Нутро цвета кофе.

Кажется, Ами начинала потихоньку осваиваться здесь. Нутро её кружки приобрело зеленоватый оттенок от количества выпитого кофе. Нутро Ами, вероятно, тоже. Что уже делало её немного омиллькой.

Она удовлетворённо хмыкнула, потягивая подогретый Кими кофе. Рассвет начинался просто отлично. Эксплуатировать коренное население ей определённо нравилось.

Перебирая горы табличек, она не только оказалась в курсе практически всех последних дел, но и нашла несколько любопытных, не дававших ей покоя. Её не оставляло желание взять их на заметку и проанализировать на досуге. Да, это в любом случае было поинтереснее, чем «странная вмятина на поле Ады» или «таинственная пропажа огромного жбана из-под эля». Ами таращилась на странные значки. Ни на что не похожие значки. С чем она их ещё не сравнивала? Надо бы где-то разжиться большим количеством материала о…

О чём? Что, если эти письмена специально придуманы для коммуникации определённой группы людей? Причём необязательно людей. На Материке живут и другие существа. Некоторые совершенно не изучены. С какими-то и вовсе контакты до сих пор не налажены. Ранее упомянутые океанские чудища, мары, например. Что о них известно? То, что они жёстко прогоняют всех, пытающихся зайти в воду. И топят особо настырных. На этом общение с ними обычно заканчивалось. Во всяком случае, Ами иные исходы неизвестны.

Есть ли у них письменность? Кто знает. И что им делать на поверхности? Извести всех, чтобы точно в воду не лезли?

Майло сказал, значки не похожи и на эльфийские. Какие-то шустрые уже и с этим сравнили. Почему бы и нет? По идее, для неё это означает, что в этом направлении можно было бы не работать. Можно было бы. Если бы ей самой до смерти не хотелось бы увидеть эти самые эльфийские значки. Где это сделать? Вероятно, в Прайме. Может, и в библиотеке Ведьмария у Финиана что-нибудь нашлось бы. Нашлось бы для неё, если был бы доступ. Но ведь и здесь ещё есть куча того, что можно изучить. Уже мельком виденное при разборе гор – поподробнее. А потом и то, что выше. Неизвестное и неизведанное.

Путешествие в пространстве и времени, не выходя из каморки. Прекрасный вариант… для трусишки.

Хотя, сложно называть так Ами, для которой баланс между любопытством и комфортом вновь качнулся в сторону покоя. Исследований и соприкосновений с неизвестным, временами со сложным и пугающим, в последние циклы было более чем достаточно.

А изнутри её спокойствие вновь начинали расшатывать непрожитые и непереваренные чувства, невозможность вести обычный подвижный образ жизни, недостаток привычных типов деятельности и связанных с ними приливов адреналина. И избыток непривычного сидячего образа жизни, тоска, скука, стагнация… тоже адреналин, но не тот тип, к которому она привыкла.

Ами, сделала ещё глоток кофе, выдохнула и оглядела героически приведённое ею (за короткий срок, к радости Майло) в порядок пространство.

Она была скована и практически заперта целый свет в тёмном углу, который… Можно сказать, что ей почти уже нравился. По-крайней мере, она примирилась с ним – он был закрытым, одиночным и почти уединённым, что давал ей то самое требуемое ощущение безопасности. И опоры. И был полным интересных дел и событий.

Она нашла спокойствие и даже развлечение и здесь, и при таких условиях.

– Ами.

…Вот если бы ещё не мотались все подряд. Секретара оторвала взгляд от стеллажей с потенциально интересным чтивом.

– Выдай мне, пожалуйста, данные о перевозках между Омиллом и Кантином.

С дурацкими просьбами.

В окошке оказалась столь же хмурая, как и она сама, Рейлин. Ами, видя усталое лицо служивой, молча нашла и выложила перед той требуемое.

– Ох ты. – вздохнула та. – Надо браться за работу. А я… думаю только о кофе.

– Неплохое начало. – подбодрила Ами.

– Пожалуй. – согласилась служака.

– Отгулы были бы прекрасным продолжением?

– Да, наверное…

Рейлин отправилась к кофейнику, а Ами вернулась к табличкам. Что начать изучать? Последние странные дела. С чего именно начать изучать? Хороший вопрос.

– Ами.

Дааааа..

– Выдай мне, пожалуйста, сводку происшествий за прошлый цикл. И забери вот это.

– Донни. Ты точно хочешь сейчас этим заниматься? – усмехнулась секретара, не сдержав свою язвительную натуру.

И, несмотря на собственное нежелание, таблички, однако, забрала.

– Совсем не хочу! – честно признался Донни. – Но, вроде как, надо.

– Ну, надо так надо… Вон, бедолага Рейлин на кофейном заряде работает сейсвет.

– Да уж, на неё смотреть страшно. – полушёпотом добавил Донни. – Ей бы в отгулы…

– Я ей о том же только что говорила.

Перемыв косточки Рейлин, как и полагается настоящей всезнающей секретаре, Ами продолжила свою, становящуюся уже всё более профессиональной, деятельность.

Участковая подошла к шкафу и задумалась. Она же сама вот только что раскладывала этот массив. Болотный банкет… Почему она не помнит, где нужное?

…По причине того, что он довольно-таки большой, видимо.

Ладно. Найти что-то сейчас гораздо легче. Хоть и выполнялось это неторопливо, в силу аминых особенностей, но в целом давалось уже гораздо легче и делалось быстрее, чем до этого.

– Как ты, вообще, осваиваешься? Завела близких? – перевёл тему на неё саму человекоориентированный Донни.

– Нормально. Осваиваюсь. – ответила Ами. – Иногда даже читаю словарь по ночам… чтобы уснуть.

Да где же… Вот.

– Брожу по городу и вокруг. – продолжила она после небольшой паузы. – Нашла много тихих красивых мест, куда хотелось бы дойти, посидеть там подольше… Как холм за городом… А что про близких – не могу я себе позволить подсовывать людям столь мрачный озадаченный персонаж. Это как-то подло.

Секретара выложила перед служакой запрошенные тем таблички.

– Холм – чудесное место! – понимающе кивнул Донни. – Обязательно поднимись на него, если ещё этого не сделала. Вид оттуда красивущий… Главное – не свалиться и не скатиться пока таращишься.

В долгом разговоре омиллец явно скучал. Его гиперактивная деятельная натура не позволяла ему долго останавливаться на каком-то одном аспекте этого бесконечно разнообразного мира. Диалог с ним, как всегда, не претендовал на глубину и не задержал Донни у окошка Архива надолго. Оно и к лучшему.

Зачем нормальному человеку лишняя информационная нагрузка от Ами, привыкшей носить в себе тяжести и охотно делиться ими с окружающими. Вероятно, в этом и был секрет лёгкости Донни. Он не отягчал себя ненужными мыслями и действиями. Кантинская зануда, конечно же, ему немного завидовала, но понимала, что она сама в таком режиме и полсвета бы не протянула.

А теперь можно было бы вернуться к выбору особо интересных табличек для себя. Расставив только что принятые от Донни, разумеется.

– Люси. – раздалось от окошка.

Да гнусьи пляски!

– Да, Кэлвин. – назвала она наобум имя, явно не принадлежащее визитёру.

– Моки. – поправил пришедший.

– Ами. – повторно представилась кантинка.

– А, да, конечно, Ами. – продолжил Моки. – Прости, я задумался.

– Ничего, я уже почти привыкла к новому имени, вжилась в образ властительницы Архивов и даже поладила с местным глиняным населением шкафа. А тебе незачем отвыкать на полцикла от имени вашей секретары.

– Что для тебя?

– Забери у меня отчёт по вчерашнему делу.

– Забираю… – эхом ответила Ами уже пустому окну.

Что-то они все сейсвет не горят желанием общаться.

Ладно. Лишний повод приступить к одностороннему обмену информацией с табличками. Так даже лучше. Пока Ами молчит и читает, меньше вероятность, что она надоест кому-нибудь или скажет какую-нибудь очередную ерунду.

Так. Что тут у нас…

«Перечень прибывшего с последним караваном из Прайма». Не. Это чтиво ей ещё в Кантине наскучило. А что от Донни? «Осмотр места, где нашли неизвестного и результаты его обследования».

Хм… В кармане найдена ткань с теми же символами…

Интересно… Это к тем странным делам.

И совсем непохоже на то, чем обычно занимается Донни. Его перебросили с контрабанды и отслеживания караванов на исчезновения?.. Хм опять.

Вот что действительно любопытно, так это символы. Жаль, ведьмография с ними не прилагается. Должно быть, всё опять у Майло. Загребущий жаднюга.

Это нечестно. Ему-то не скучно сидеть там, в своём светлом большом кабинете.

Так. Это можно поставить ближе к делам с протоколами опроса свидетелей от Таллы и отчётом о результатах совместной работы с храмовыми ведьмами по поводу их… проблемы от Кими.

Кстати… Кими. Она ведь тоже принесла с утра что-то… ещё не прочитанное и быстро поставленное на полку, чтобы спокойно и не отвлекаясь попить кофе.

Ещё вчера под конец света пришло нечто любопытное и не дающее покоя… «Что Келе выяснил у эльфов». Точно. Келе. И эльфы. Что может быть более интереснее.

Пара вещей, прекрасных и недостижимых… как светила.

Вчера она пробежала по этой табличке взглядом но, памятуя о том, что бесед с эльфами тут целая ветка, которую не мешало бы изучить поподробнее и попытаться как-то сгруппировать эти документы, не нарушая общей структуры, не стала вдаваться в подробности. Хотя если бы она не была в столь тошнотно усталом состоянии, взялась бы за них сразу же.

Ведь это эльфы!

Если романтические отношения в итоге приносят лишь разочарования из-за несоответствия внутренних ожиданий с внешними условиями, то между ней и эльфами такого точно не может произойти. Потому как у Ами нет ожиданий относительно ведьмического народца. Вообще нет идей о том, что они из себя представляют, кроме той ерунды, что написана в альманахах. А так же ещё более глупых кантинских баек и анекдотов.

Посему, надо наизнанку вывернуться, но к эльфам в течение жизни найти способ подобраться. И начать, хотя бы, с их письменности.

Она встала и принялась искать, вытягивать и складывать на рабочий стол заинтересовавшие её материалы. Надо будет подумать, как поставить их по-новому.

Кантинка села и пододвинула к себе поближе стопку с извлечёнными табличками. С некоторым нетерпением поднесла к глазам первую. Тот самый отчёт от Келе…

Хмхмхмхм.

Ничего примечательного. Кроме… почерка. Значки у Келе выглядели несколько необычно. Некоторые буквы выжжены… Как это? На сэльвский манер? Хм…

Подстрекаемая любопытством секретара-исследовательница схватила в другую руку для сравнения табличку авторства Кими.

Да. Что-то похожее есть… Интересно, чем вообще отличается начертание символов в разных регионах? Здесь в Архивах так или иначе есть документы практически из всех городов.

Служака положила рядом с отчётами свои заметки.

Омилльские буквы в сравнении с кантинскими имели чудные хвостики на символах. Кантинские символы по сравнению с ними довольно-таки угловатые. Как и сами кантинские. Шутка. Просто так удобнее писать, придерживая ткань. Короткими клиньями, нежели завитушками, которые остальные могут выжигать легко и непринужденно, сколько угодно и как хотят.

Впрочем, если положить рядом записи несэльва Иржи, то можно заметить, что его почерк – нечто среднее между геометрическими фигурами аминых букв и вензелями Келе… Праймские будут писать все символы чуть скругляя их и снабжая точками в нужных местах, их символы самые строгие и плавные из всех.

Ами точно помнила, где именно на стеллаже находиться несколько документов из Зета и даже пара из Лима, которую она, найдя в общей куче, долго рассматривала с ощущением какого-то благоговения. Она охотно достанет и посмотрит на них ещё раз.

Вот. Зетские символы. Ещё более причудливы и витиеваты, нежели омилльские. И как они не ленятся их выводить? Впрочем, если не изменяет память, слова у них короткие. Так, видимо, и не ленятся…

В Зете высокие обжитые горы и самый большой сэльвский процент среди городского населения. Город мечты…

Надо всё-таки набраться смелости и двинуть туда, если здесь ничего не получится… И все оба два имеющиеся здесь документа из Лима…

Занятный этот их материал, на котором это всё начертано. Шершавый и гладкий одновременно, лёгкий и текучий. Значки напоминают ранее виденные… да. Как у Иржи. И вот… как у Рейлин. Но на внешней форме сходство заканчивается. Лимские записи с трудом читаемы для Ами. Если начать читать их как омилльские или кантинские – получится такая угарная тарабарщина, что комические номера можно не сочинять. Ами не хочет сейчас ржать на всю каморку, как в тот свет.

А теперь… наши таинственные заметки. Положим их ко всему остальному ослепительному великолепию. Эти символы. Они явно выжигались по очереди, как кантинские или омилльские, но… Практически без определённых черт и фигур, составлены точками и завитками… не читаемо.

Ладно… Нельзя терять ни момента до очередного «Люси, выдай». Ами углубилась в чтение документов. Как она поняла из отчётов, эльфы ничего подозрительного в округе не заметили, потому как для них, вероятно, все действия людей можно было бы классифицировать как подозрительные. Или невнушающие подозрения. Не потому, что они не наблюдательны. А потому, что им, в общем-то, наплевать.

Очень «полезным» оказалось общение, нечего сказать…

Впрочем, ничего удивительного. Всем счастливым личностям наплевать на дрязги других. Как Донни наплевать на её нытьё. Как…

Ами, остановись. Мы тут не за этим. Не за тем, чтобы всем нравиться, всех привлечь и очаровать. Не за тем, чтобы до нас «кому-то было дело». Лучше в тени. Чем меньше людям от тебя нужно, тем спокойнее.

– Ами.

Болотники! Ох, нет, всего лишь Эльсу.

«Кто тут на недостаток внимания жаловались? Пожалте. Получите дозу.»

– Слушаю! – нарочито бодро отозвалась архивница.

– Выдай мне, пожалуйста, последний перечень проходящих лечение в Лекарне ещё разок.

«Получила. Много, но не сытно».

«На тебя не угодишь.»

– За какой период?

«Да никто и не пытается угодить.»

«Потому и не пытается»

– За прошлый малый.

– Хорошо, сеймомент найду…

Бессмысленные диалоги с собой. Ну и ну… Совсем одичала тут, в своей каморке. Амелия с лёгким вздохом принялась озадаченно рыскать вдоль полок. Ну вот, куда она поставила?.. Да никуда не поставила. Перечень всё ещё у неё на столе. Сама хотела просмотреть. Она вернулась к столу и, подвинув «эльфийские» таблички, нашла нужное и нехотя понесла к окошку.

– Вот, держи.

«Мы сами себе не интересны. Чего же ждать от других. Если ты ничего из себя не представляешь, то ты… ничего из себя не представляешь. Ты кичишься тем, что ты паршивенькая секретара, но вспомни… Ты и оперативница-то паршивенькая. У тебя просто нет талантов. И, кстати, ты опять кое в чём облажалась.»

И в чём же?

Ами оглянулась на полки. Точно. Что-то ещё… Было что-то ещё…

А! Часть отчётов у Майло! Надо пойти забрать. Быстро… Эта внутренняя гнусь опять права.

«Да. Что бы ты без меня делала».

Жила бы спокойно в качестве уверенной в себе уравновешенной персоны. И разговаривала бы с нормальными людьми из плоти и крови, не тратя на тебя и твои упрёки времени. Тошнит уже от колебаний от собственной грандиозности до ничтожности. Эонное количество раз в течение одного света. Заколебалась. Не без твоей расшатывающей психику помощи, между прочим.

Досадливо фыркнув покидая комнату, Ами направилась к двери кабинета Майло и воспроизвела над той теперь уже известный ей жест.

Ха. Прямо как настоящая омиллька. Кофе, пропитав её тело, оказал влияние на разум. Того гляди, вскоре она и ведьмовать научится…

Получив разрешение войти, она это немедленно и сделала.

Кипа табличек возвышалась у главного на столе. Несравнима меньшая, чем недавние кучи у Ами, но всё же впечатляющая. Оставалось надеяться, что ведьмография с последними найденными значками где-то в ней. Впрочем, это неважно. Если нет – нужно будет попросить.

Ами хмыкнула, привлекая к себе внимание.

– Майло. У тебя есть момент?

– Полмомента… Чего хотела?

– Забрать таблички.

– Хорошо… Забирай.

– Скажи. А ведьмографии по упомянутым в отчёте Донни значкам… у тебя имеются?

– Конечно! – начальник поднял на неё взгляд от какого-то чтива и неодобрительно прищурился. – Опять ты за своё?

– Ну да. – состроила невинное лицо секретара. – Чем мне ещё здесь развлекаться?

– Поизучай декларации караванов и отчёты со складов. Поищи несоответствия. Здорово разгрузишь меня, Моки и того же Донни…

Ами устало и непреклонно мотнула головой.

– Скучновато для «занятия на досуге»… не находишь? Я этим в Кантине занималась. Но, как-нибудь гляну, конечно, какой-никакой опыт у меня в этой области есть…

– Чем тебя так привлекают эти значки?

– Кроме того, что это что-то загадочное и неизвестное?

– Да. Обычный шифр наверняка.

– Обычный, ага…

– Да. Ничего загадочного. Скупка, контрабанда и никакой мистики.

– Совсем ничего. А амнезии?

– Ведьмотехнология…

– Тоже обычная? Нет ведь. Где, скажи мне, простые обычные люди, занимающиеся обычными нечистыми делишками, её взяли, а? Если это люди, конечно…

– В том-то и дело. Внимательно изучив всё имеющееся ещё раз, я сеймомент уже не утверждаю, что эти вещи связаны напрямую… или же вообще как-то связаны. Я уже склонен полагать, что нужно отдельно рассматривать махинации на таможне и амнезии со странными лесными звуками и прочими аномалиями… Да, они появились практически одновременно, что заставило нас думать об их связи… Но это не так. Кайл, конечно, не согласится… Но моё мнение таково. Амнезии напрямую связаны только со значками.

– А моё нутро говорит, что нужно вплотную заниматься значками. Мне кажется, это путь ко всему… Если это, конечно, не голос моего любопытства.

– Да, больше похоже на личный палеографический интерес, нежели полноценное расследование. – покачал головой Майло, возвращая взгляд на читаемый документ.

– Да ещё бы меня допустили… – досадливо фыркнула Амелия.

Начальник вновь поднял на неё глаза.

– Мы над этим почти три больших цикла бьёмся. Что ты планируешь успеть за половину, когда у тебя прямые обязанности есть?

– Значит, у вас есть наработки по которым я могу продолжить изыскания.

– Что заставляет тебя думать, что они будут успешнее? – Майло язвительно ухмыльнулся.

– Тогда и не говори мне ничего о помощи. – досадливо прошипела Ами.

Она резким жестом сгребла таблички с начальского стола.

– Эту пока оставь…

Он ловко выдернул табличку из стопки в её руках не развалив ту. На момент амина досада сменилась некоторым восхищением.

Вот это мастерство! Практика?

– Ты и так помогаешь Участку в качестве секретары. Начать хотя бы с того, как быстро ты разобрала завал. – примирительно произнёс Майло.

– Да уж, обифрительное начало, нечего сказать… Я не хотела… – мрачно огрызнулась Ами.

– Лучше, чем никакого! Без начала нет и продолжения. – весело перебив, пожал плечами начальник.

– Это верно. – уступила Амелия. – Каким бы это начало ни было… Кстати, тогда уж по поводу наших болотных значков и начал. Где у нас в городе самая большая Библиотека со сведениями по ним?

Майло на момент призадумался.

– Ммм… у храмовых ведьм, я думаю. В ведомстве Финиана.

– Могу я… к нему как-нибудь заглянуть?

– Заглянуть-то, конечно, можешь. Только вот чем это для тебя закончится…

– В смысле?

– Финиан не обладает ни милым характером, ни запасами терпения и дружелюбия. А, впрочем… ты же видела его.

– Да. Сам вид отметает всякие игривые мысли. Я думала он весь Участок в тот момент не спалит, так схлопнет.

– Этот мог бы. – серьёзно кивнул Майло.

– Ладно, я тоже не душечка… И к отсутствию проявлений дружелюбия я привыкла больше, чем ко встреченному мной здесь нормальному человеческому отношению. Можно сказать, у меня кантинская местечковая резистентность к неприязни и недоброжелательности. Вот только к стихийным воздействиям – нет…

– И к рапорту, который он накатает на тебя Главе Храмов, у тебя резистентности тоже не будет. Поэтому ты ещё легко отделаешься, если он просто вскипятит или подморозит твою кровь. А не возьмётся за табличку. Ладно. Ступай. Работай хорошо. Не разбей по пути таблички. И лучше не суйся к Финиану. Вздорный он ведьмъ, поверь тому, кто не первый цикл с ним работает.

Майло вновь вернулся к чтению.

– Ладно. Пойду… – согласилась секретара. – Попробую для начала действительно не разбить документы… Мне действительно недавно приснилось, что я нашла то, что ты искал, но не донесла до тебя. Разбила. Не повторить бы наяву этот трюк.

– Да. Ты уж постарайся… – полурассеянно полураздраженно хмыкнул занятый документом Майло.

– Уж постараюсь… – передразнила Амелия. – Мне про эту работу уже кошмары снятся. И как Люси с этой страхожутью справлялась…

– С блеском! Ещё и кофе приносила. – между делом ехидно улыбнулся омиллльский гнус.

– Люси навсегда останется для меня недостижимым идеалом в секретарском деле. – возвела очи долу вынужденная архивница. – Таким, который не хочется достигать.

Начальник уже не слушал. Она вышла из кабинета спиной вперёд, отодвигая неопасное с этой стороны «одеяло», и медленным шагом, осторожно неся гору табличек. О, ужас-страх… Так дальше нельзя.

Служака развернулась и так же неспешно двинулась к своей каморке. Стоявший у кофейного столика Иржи подскочил, помогая отодвинуть её входную занавесь.

– Спасибо, Иржи. – улыбнулась неведь. – За уменьшение вероятности сбычи моего кошмарного пророчества о разбитых документах.

– Почему ты не таскаешь их в пару приёмов или не просишь его же помочь тебе? – сделал возмущённый жест участковый. – Всё равно он к кофейному столику вскоре попрётся.

– Сама сейчас над этим же думаю. – бодро соврала гордая кантинка.

На самом деле, она просто не привыкла просить о помощи. Сама не знает почему… Потому что всё равно обычно никому нет дела?

– Давай отвлекись. Попей с нами кофе. – настойчиво предложил омиллец.

– Хорошо, сеймомент… – согласилась из каморки секретара. – Только положу таблички и возьму кружку… Кто сейсвет на заварке?

– Рейлин! – Иржи сделал пружинистый восторженный жест.

– Отлично! – одобрительно щёлкнула языком Ами.

Она прихватила кружку и практически вприпрыжку направилась к кофейному столику. Невероятно чарующий аромат уже разливался по Холлу.

– Пришла всё-таки пытаться влиться в коллектив? – муркнула банальную омилльскую шутку огромная Эльсу, уже наливая себе кофе.

Котелок в её руке казался более уместным, чем её маленькая кружка. Она могла бы пить прямо из него.

– Да. – хмыкнула неизбалованная местным юмором Ами. – Правда, не знаю, насколько у меня получится влиться… Иногда у меня ощущение, что я… какая-то тяжёлая жидкость. И всё равно буду там у себя на дне чем-то отдельным.

– Мы будем тебя перемешивать и не отвяжемся, пока ты не сбежишь отсюда. – ухмыльнулся Дейв.

– Неважно кто мы, пока пьём кофе вместе мы – одна заварка! – весело заявила Кими.

– А состоя из кофе уже на две трети – мы почти как родные. – резюмировала Рейлин.

– На оставшуюся треть состоим из плющиков. – добавил Иржи. – Что вообще сводит все различия практически на нет.

– Я счастлива быть частью этой кофейно-плющиковой семьи. – искренне улыбнулась и церемонно поклонилась Ами. – Позже подниму за это чашку… Как только доберусь до котелка.

– Кстати, о плющиках. – нахмурилась Талла. – Где они?

– Несу-несу! – послышался голос Донни от входной двери.

Не успел он донести до стола увесистый мешочек, как в тот уже потянулось несколько рук.

– Эй! Ну! Мне бы хоть поставить… Вот. – довольный Донни опустил мешочек на кофейный стол и взял плющик и себе. – Донёс почти все. Могу собой гордиться.

– Ты не съел бы столько. – усомнилась Фаэлла, отправляя в рот сладость.

– Съел бы. Просто времени много понадобилось бы. Да и ты знаешь эти линдины плющики. Они коварны. Кажется – ну всё! Не единого больше, а то лопну… А в следующий момент обнаруживается, что всё не так и ты уже жуёшь ещё один.

Остальные понимающе кивнули.

– А как вы определяете, кто идёт за плющиками? – полюбопытствовала Ами, делая глоток из своей чашки. – По графику дежурств?

– Нет, зачем… – пожал плечами Донни. – Идёт, у кого плющиковое настроение. Бери плющик.

– Спасибо. А если ни у кого нет?

Все переглянулись.

– Ну… – развёл руками Донни. – Такого ещё ни разу не бывало. Чаще случается, что оно возникает сразу у нескольких.

– Чую кофе! – рядом с кофейным столиком вдруг образовался Майло. – А корни ирфи ещё есть?

– Есть! – быстро отрапортовала Кими. – Я только вчера принесла. Но я тебе не рекомендую..

– Это почему? – удивился тот.

– Сейсвет Рейлин на заварке. – многозначительно подняла бровь сэльва.

– Аааа. – понимающе протянул Майло. – Принял-понял… Не портить шедевра.

– Амелия.

Ами чуть вздрогнула. Кому здесь известно её полное имя? Тем, кто читали её служебную характеристику. Одной из них, видимо, была Рейлин.

– Ты наполнила свою кружку? – продолжила участковая после краткой паузы.

– Да!

Ами с готовностью продемонстрировала свою до краёв полную бодрящей зелёной жидкостью чашу.

– Тогда – за нас! – Рейлин дружески ширкнула по поверхности аминой кружки своей.

– За команду! – Кими подняла в воздух чашку и все подняли за ней.

– За оффки! – добавил Иржи.

– За элементы земли и воды, так причудливо сложившихся в этих прекрасных напитке и десерте! – присоединилась Талла.

– За причудливо сложившиеся элементы в нас, позволяющие воспринимать это! – подыграла Фаэлла.

– Ну вы даёте. – одобрительно фыркнул Донни, помотав головой.

– Уииии! – подытожил Дейвин и все синхронно вернули кружки поближе к себе и сделали первый самый вкусный глоток.

Кофейный перерыв закончился, и Ами побрела со своей кружкой в каморку. Пора расставлять стопку со стола Майло, перекочевавшую на её стол.

«Перечень редкостей отправленных из Лима в Прайм». «Северный склад. Отчёт.» и «Незаконный ввоз приправ из Прайма».

Ну просто шикарно. Чего ещё пожелать…

За отлаженным делом рабочий свет прошёл непривычно быстро и не принёс много усталости.

Вечером Ами покинула Участок.

Она ощущала в себе новый прилив сил и исследовательского любопытства. Что делать в этом случае?

Конечно же, отправиться в сторону давно манившей горы! Хотя по большому счёту, тащиться ей было лень и она прекрасно понимала, что мало дойти туда, придётся ещё и возвращаться, но… ноги уже сами несли её к горе.

Выйдя из города и ступив на горную тропинку, вдохнув ведьмического лесного воздуха, она, сама того не замечая, начала мурлыкать какой-то давно забытый мотивчик. Напевая его, она дошла до того самого эффектного плато с озером, практически не заметив пути.

Уже у подножья проблемы стали оставлять её. То ли им было лень подниматься, то ли её голова, не желая тащить в горку дополнительную тяжесть, избавлялась от лишних мыслей. То ли им не нравилась манера её пения. В любом случае, уже на горе остались только лёгкие мотивчик и Ами.

Если даже сейчас зачарованно смотрящая на вечерний город сверху кантинка осознала бы, что поёт, скорее всего, она всё равно не смогла бы вспомнить что именно, не говоря уже о всех словах песни.

В Кантине пение особо не одобрялось, если это не было традиционными праздничными песнопениями. Считалось, что с таким инструментом, как голос, надо быть максимально осторожными, неверное использование его привлечёт злых духов и ты встанешь на «скользкую дорожку».

Учитывая то, что Ами с этой своей излюбленной дорожки и не сходила, терять ей было особо нечего. И на своих одиноких прогулках в лесу она частенько напевала. Сначала традиционные песни, а потом и услышанные тут и там, а то и просто что подскажет ветер, шум деревьев и звёзды. У неё был жадный до мелодий ум и прекрасная на них память. Которая не держала и момента любую другую информацию. В этом плане Амелия была отпетой савантой.

Небо успело потемнеть, пока было видно только одно закатное светило. Оно и огни вечернего города смотрелись столь потрясающе, что от радости и восторга амина песня стала звучать громче, уже почти во весь голос, заставляя задумчиво постукивать по ногам в такт. Тут уж её сложно было не заметить. И даже уже можно было разобрать слова.

«…Смотри, как ярко светят звёзды. Всё будет хорошо после заката…»

Ммм. Подцеплено в Прайме! Хит сезона и песня всего её предпоследнего визита, не отпускавшая как во время прогулок тогда, так и сейчас, даже при том, что половины слов кантинка не помнила… Но…

Стоп! Что это?

Амелия замолчала и резко оглянулась.

По загривку холодком пробежало полное ощущение того, что за ней кто-то наблюдает. И слушает…

…Но, нет… Никого не было.

Слава светилам. Ещё не хватало покрыть себя позором. Даже если перед лесными духами, которые никому не скажут. Они в любом случае не заслужили такого издевательства. Это только сэльвы могут петь ровно и безошибочно, подхватывая с любого места. Так оставим это занятие им.

Песня в голове утихла и теперь там было совсем пусто. Ами перевела взгляд в тёмное небо. Вышедший второй спутник красиво подсвечивал тучки. Она посидела ещё немного в тишине и отправилась домой.

Свет 30. Жизнь налаживается снова.

Времяпрепровождение на работе становилось всё более увлекательным. Ами вплотную занялась делами. Чужими делами, которые стали её делами. Она перечитала бегло уже почти всю нижнюю часть отчётов, выбрав самые любопытные для себя и выписав факты из интересующих её дел. Кантинской сорвиголове больше не было скучно в каморке и начавшая было разгуливаться по мере уменьшения стресса даже зависть оттого, что все бродят на воле и занимаются реальными загадочными делами, уже не была такой сильной.

«Оторву» поглотила «умница», уже привычная к тьме, в которой она работала и существовала большую часть времени, и в чьих руках оказалась вся информация о происходившем вокруг, в городе, в окрестностях и даже за их пределами… Ни один мало-мальски занятный факт не оставался неподмеченным и неизученным.

Ами решила для себя, что всему своё время.

Она соберёт информацию в Омилле. И по возвращению приступит в Кантине к своему собственному расследованию.

Сеймомент ничего не изменить… а значит, надо развлекаться с помощью того, что есть под руками. А под руками оказался ни много ни мало – настоящий омилльский кофе в практически неограниченном количестве и интересное, более увлекательное, чем обычные книги о героических персонажах, чтиво, которое в ближайшее время никто не отберёт.

Один вопрос сейчас – лезть ли выше, подбираясь к делам, доступным со второго этажа, и просить Майло открыть доступ. Или… поискать новое в горизонтальной плоскости, набравшись наглости и посетив всё-таки Архивы Ведьмария. Если её, конечно, допустят к ним. В свете последних исчезновений материалов все начальствующие храмовыми подразделениями развили в себе запоздалую подозрительность. Даже в отношении своих же подчинённых.

Самым простым же в этой ситуации было подождать, пока принесут что-то ещё. Ответом на её незаданный вслух вопрос была легко узнаваемая неслышно подобравшаяся тень, внезапно замаячившая в окошке. Ами отставила в сторону чашку с остывшим кофе.

– Келе. Давно не появлялся, рада видеть здесь твою тень.

– Кофе разогреть некому? – мило состроил язвительную гримаску показавшийся в окошке сэльв. – Зато, зацени, я не отвлекал тебя часто. И принёс сразу кучу отчётов. Выдай мне взамен вчерашние материалы по… опросу всевозможных родственников от Кэлвина.

– Будет сделано. Благодарю за твою деликатную заботу… Кофе разогревать есть кому – тут уйма народу мотается.

– Лучше меня этого всё равно никто не делает. Просто признай это.

«Зачем ты дразнишь меня? Впрочем, неважно. Дразни дальше.»

Возведя очи долу в темноте, Ами отправилась на поиски таблички. И те ожидаемо увенчались успехом. Властительница табличек.

– Нарываешься… – глухо ответила она. – Не только на комплементы… кофе в моей чашке как раз подостыл. Вот. Получи. Материалы от Кэлвина – прекрасный выбор. Академический… стиль, увлекательная подача. Скучно не будет… Только вот тему он недораскрыл. Что теперь с этими людьми? Начали ли они новую жизнь? Или пытаются вновь собрать по кусочкам старые? Так интересно, что хоть сама всех обходи ещё раз…

Взгляд Келе был полон приятного для Ами недоверчиво внимательного удивления.

– Ты что… их читаешь? – смешливо прищурился он. – Откуда… такой интерес к амнезии?

– Не только к амнезии. Ко всему происходящему. А чем мне ещё заниматься тут во мраке. Только общаться с такими же помещёнными сюда неподвижными неживыми предметами как я сама. Чтобы, чувствуя зависть, подглядывать за живыми в ваши отчёты. Как вы там резвитесь под светилами и занимаетесь реально интересными делами. – вздохнула Ами, досадливым жестом отодвигая от себя в сторону участкового таблички.

– Дела зачастую не столь интересны, как хотелось бы. – усмехнулся тот, недоумевающе качая головой. – Почитай моё сейсветное, если уснёшь… Ну… тебя быстро здесь разбудят.

– Обязательно почитаю, будь уверен… Сон в этом пыльном месте дарует мне заслуженный покой. Особенно, сон без кошмаров.

– Рассыпь здесь сушёные ягоды кики от кошмаров. И проветри, чтобы выгнать отживший дух. Приятного чтения.

– Спасибо, приноси ещё…

Ами, привстав, проводила взглядом уходящего от неё великолепного Келе. Который отправлялся в место, в котором помимо бесед с реальными живыми плотными людьми были ещё и большие нормальные окна. И откуда можно было выходить на улицу, чтобы расследовать что-то ужасно интересное и получать свою необходимую живому организму как лучи светил дозу новых знаний и захватывающих приключений.

Но… Это для нормальных удачливых людей. Ами подобного не заслужила. Такой, как она, лучше скрываться во тьме и не показываться на свет. Эх, рано она решила, что справилась с завистью.

Зло выдохнув, секретара разложила новоприбывшие из нормальной жизни таблички от осветившего на момент мрак каморки Келе, всё же радуясь новому чтиву. Её устроит общение и с символами.

Оно и лучше. Не надо думать, что ответить. Меньше неловких ситуаций при общении. А что про мелкие окошки Архива… Она уже так привыкла к скудному интимному освещению, что даже не удосужилась приобрести у караванных и принести сюда нормальный человеческий кантинский масляный фонарь. Здесь ей итак уже было всё видно и знакомо.

Вот только каждый раз, покидая каморку, дитя мрака слепло от подсветильного мира. На короткое время. Наверное, что-то подобное испытывают покидающие пещеры гномы. Только их трагедь в этом случае, конечно же, больших масштабов. На поверхности днём они не видят совершенно ничего. И ночью ситуация для них значительно лучше не становится.

Вздохнув, служительница тьмы вернулась к чтению.

…А… великодушный сэльв лукавил…

Дела были, по большей части, интересными… Для неё его дела всегда были интересными точно. Даже безрезультатное блуждание по лесу было тем, от чего бы она сеймомент не отказалась. Хотя, в отличие от Келе, ориентировалась она там отвратительно и искать в итоге пришлось бы её саму.

А… вот это совсем интересно!

Напоминает… то, о чём недавно писал Кэлвин… то, что забрал Келе. Но ничего страшного в отсутствии того документа нет, потому как всё значимое уже в её заметках. Можно дополнить.

Она широко и мстительно улыбнулась в темноте сама себе.

Это – почти уже собственное расследование! Только без приказа и допуска… А, значит, секретное. Ну, не то чтобы совсем… но в меру такое секретное.

И развлекательное.

Как не поприставать к начальству с глупыми вопросами? Не отмокать же тут в собственном соку, когда нелепые версии продолжают извлекать себя из небытия и возвращаться в него же. Хочется и обсудить это с кем-то, кроме своих голосов. Эти-то ничего нового не скажут.

– Ами. Ты можешь мне выдать таблички по недавнему делу Фаэллы о скупке гномьей блестяшки.

«Вот и повод.». Талла.

– Я мельком видела подробности… – быстро ответила кантинка. – Кто-то скупает порошок. Здесь у нас. Уже ясно кто? И зачем, когда блестяшку можно скупать прямо у гномов? Для перепродажи подобного количества было бы уже достаточно, чтобы задрать цены, необязательно было бы скупать всё на корню, вот так. Впрочем, я не очень хорошо понимаю в торговле. Я соприкасалась со всем этим, лишь сопровождая караваны и сверяя таможенные записи.

– Да мы теми же вопросами задаёмся… – надула щеки и фыркнула устало сэльва. – Приглашали экспертную группу… Те тоже остались в недоумении. Зачем заказывать блёстки сюда, и ещё и закупать дополнительно, те, что поступают на рынок? Поступали. И непонятно, куда ушли потом. Некоторые предположили, что где-то строится что-то большое… или что-то производится в массовом порядке… Хорошая версия ни о чём. Думаю, если так, то вскорости всё будет очень заметно. Как и внезапный рост чьего-то благосостояния. Никогда не понимала этих болезных, кто стремится заполучить больше, чем может съесть. Ведь итак всего в достатке, зачем организовывать себе дополнительный стресс?

– Болезнь есть болезнь. Ей чуждо рациональное. Это уже по части знахарок Кионы… А как заметили складские несоответствия?

– Глазастый Моки углядел. Как всегда. Циферка большая ему не понравилась. Иногда оттого, что он такой зануда, выигрывает весь Участок. Впрочем, нет. Не иногда. Всегда выигрывает. Нам повезло иметь самого занудного сэльва на Материке… Что там по моим документам?

Сэльва полуигриво вопросительно уставилась на разлюбопытствовавшуюся секретару.

– Талла, я сеймомент всё выдам! – спешно пообещала та. – Только ответь мне, пожалуйста, ещё на пару вопросов…

– Услуга за услугу. – милостиво согласилась та. – Спрашивай. Помогу, чем смогу.

– Ты сама когда-нибудь разговаривала с эльфами?

– И да, и нет… С эльфой невозможно инициировать разговор «самой», если та не хочет с тобой говорить. Но да, я разговаривала, потому что иногда эльфы по каким-то своим причинам посчитали нужным поговорить со мной.

– То есть, искать их в лесу бесполезно.

– Абсолютно. Если ты сама им не понадобишься. А уж если зачем-то понадобишься, то они могут тебя и в городе найти.

– И что, никто не пытались остановить их поговорить?

– Нет. Они могут передвигаться с сумасшедшей скоростью, игнорируя все препятствия на своём пути к цели. Да и… о чём их спрашивать?

– Ну, не знаю… О жизни. О них самих. Чем они интересуются. Что любят. Что едят. Как живут… Много чего. Неужели никому не интересно? Хотя если бы передо мной оказалась эльфа так же близко, как ты, я бы, наверное, растерялась и не знала что спросить…

– Я и сама терялась всякий раз, когда они передо мной оказывались. Резко. Иногда это пугает. Но чаще замираешь от восторга. Они такие… Концентрированная сила и грация. Да. Какое-то время ты просто таращишься.

Ами завистливо вздохнула.

– Эх… Пора устраивать ещё одну экспедицию в эльфийские земли. Или хотя бы изучить внимательнее то, что узнала предыдущая…

– Это тебе в праймские университетские Архивы за материалами по материкологии! Возможно, туда успели что-то внести до закрытия Королевств. Это же их люди к эльфам ходили. Может, конечно, у Финиана есть какие-то копии… Если он что-то после окончания Университета принёс с собой из своей праймской жизни. Но не знаю, насколько разумно к нему соваться… – сэльва поморщилась. – Я бы не пошла точно… Даже по крайней надобности. Скорее отправилась бы в эльфийские земли с вопросом, чем к нему… Если честно.

– Я бы отправилась и туда, и туда! – восторженно заверила Амелия.

– Ну так вперёд! – Талла сделала широкий жест. – Весь Материк в твоём распоряжении, только решись.

– Возможно, так и сделаю! – улыбнулась кантинская бродяжка. – Жила без страха, и померла без страха.

– Только сначала таблички мне выдай. – напомнила участковая. – Потом отправляйся куда угодно. Я свою часть договора выполнила. И перевыполнила. Вопросов было больше, чем пара.

– Справедливо. – серьёзно кивнула секретара. – Могу тебе выдать больше табличек, если хочешь.

– Ладно уж. Просто дай мне это фаэллино дело и… отчёт Моки, кстати говоря. Пригодится.

– Хорошоооо… Вот. Держи.

– Спасибо.

– И тебе спасибо…

…Значит, эльфу можно только подманить. На сэльву? И то не на любую… На нужную эльфе сэльву. Где такую взять? Или ещё можно явиться в земли чудесных существ. План действий начертан.

И как они только пустили тех северных, что пришли к ним тогда?..

Вот бы всё узнать. Но проще наверное было бы отправиться в эльфийский Лес, нежели оформить доступ в университетские Архивы. Этот самый доступ ей едва ли дали бы. На каком основании? Только если… Можно было бы соврать, что она хочет продолжить материны картографические исследования… Впрочем, не такое уж это было бы враньё. Действительно ведь хочет. Все родители хотят, чтобы дети продолжили их дело. Она не виновата в том, что является дочерью перверты.

– Ами.

Кипучие болота!

Пора опечатывать эту упырью каморку… Никакого времени для мыслей, которых в последнее время приходит всё больше и больше. Несравненно больше, чем посещающих. Скоро им всем будет очень тесно здесь.

– Слушаю.

– Забери у меня, пожалуйста, эти таблички.

Талла не ушла? Где она взяла эти… А! Пфф, нет. Это просто её точная столь же деловитая копия.

– Хорошо. – стараясь не выдать моментного замешательства, односложно ответила секретара. – О. Гномья сияшка обратно пришла.

– Ты про меня? Не. У меня не столь пылкий характер… Вот ещё копия запроса в Зет.

– Угу… Где бы мне её поставить, там свободных ячеек уже нет… Фаэлла. А почему Лейви живёт здесь?

– Не знаю. – развела руками сэльва. – Просто живёт.

– У неё нет дома?

– Есть.

– Ладно… спрошу у самой Лейви.

Таинственная подлестничная Лейви, как выяснилось при разборе документов, не только оберегает Участок ночью. Но и по необходимости участвует в силовых операциях. Видимо, когда удаётся её разбудить… По счастью, силовых операций в Омилле проводится, мягко говоря, немного.

Незаметно для задумавшейся Амелии сэльва сменилась сэльвом.

– Люси… тьфу. Ами, дай мне таблички по последнему делу. – как всегда, рассеянно глядя в сторону, пробубнил Моки.

– Хорошо.

Источники информации сами приходят бесперебойно. Всё-таки Архив не замое плохое на Материке место. Он ведь затем и создан, чтобы сведения аккумулировать, верно?

Ами сделала паузу, размышляя, стоит ли говорить то, что она собиралась.

– Моки. – всё-таки продолжила она. – Ты ведь… за складами присматриваешь? И за караванами?

– Да. А что?

Служивый хмуро непонимающе уставился на неё.

– Пока я тут, раскладывая дела, мельком прошлась по ним взглядом… мне тоже кое-что показалось подозрительным… Ты это и сам наверняка заметил. Мне просто интересно твоё мнение на этот счёт… оно ни в одном документе не отражено.

– И? – Моки смотрел на неё с таким удивлением, как будто только что увидел, что в будке находится живой человек, а не самовыдающие изрыгающие таблички полки.

Ами быстро, пока тот не пришёл в себя, вытащила со стеллажа три связанных таблички и ткнула пальцем в одну из них.

– Посмотри на промежутки времени по нашим происшествиям… Они примерно равные и, если я не ошибаюсь… они соответствуют времени отправления торговых грузовозов из Кантина. Вот, здесь. Это лишний раз показывает, что оттуда стебли всего этого растут. Наряду с Зетом… Не смотри на меня так, мне до гениальности далеко. – Ами пожала плечами в ответ на недоверчивый взгляд участкового. – Я какое-то время, служа в Кантине, отслеживала и записывала отправки. Моей задачей было следить за особо ценными мешками и расписание движения караванов после этого я примерно помню. Вот, смотри здесь и здесь… А вот наши даты происшествий. Если смотреть на даты прибытия это не так заметно, грузовозы движутся с разными скоростями, но вот даты отправления имеют примерно равные промежутки… Впрочем, я могу ошибаться, надо попросить Майло сделать новый запрос в Кантин. А с блестяшкой мне вообще ничего не понятно…

– Хм. Это надо перепроверить. – задумчиво поскрёб козырёк окошка мрачный сэльв. – С блестяшкой действительно вообще всё странно… Спрос на неё скакнул внезапно и очень круто. И, да… Я забыл, что ты была оперативницей.

– Я тоже уже почти забыла. – печально махнула рукой служака. – Не сказать чтобы я была какой-то успешной или эффективной… Расследовала когда-то пару мелких дел. И всё.

Ами хмуро умолкла. Чего ворошить… Да и Моки, наверняка, это неинтересно.

– Хотела бы расследовать крупные? – внезапно полюбопытствовал тот.

– Да… и подавакой из тьмы точно никогда быть не хотела бы. – нерешительно уточнила Ами.

– Тебе это дело настолько не нравится?! – удивлённо поднял брови Моки.

Нет, сэльв явно решил побеседовать…

– Ну, я привыкла. Почти. И меня ото всего этого уже не так кошмарит… Но я даже не знаю, кому бы безвылазно неподвижно сидеть в тёмном углу понравилось.

– Люси явно нравилось.

– Мы… очень разные.

– Почему ты тогда согласилась?

Моки испытующе посмотрел на неё, склонив голову набок.

Сеймомент, когда он нашёл время, чтобы задержаться здесь и посмотреть в её сторону, стало заметно, что прямой и цепкий взгляд его фиолетовых глаз неподвижен и пронзителен.

– Потому что до этого моей тёмной душной комнатушкой был весь Кантин! Мне хотелось пожить в другом месте. – ответила пришлая, всё ещё стараясь максимально сократить повествование, дабы не перегружать сэльва.

Но тот не планировал останавливаться.

– Я… никогда не был в Кантине. – признался он. – У меня не было там никаких дел. Всё так плохо там?

Вот это да. Он ещё и… разговаривает! Не только бурчит и хмурится. Ну… видно, такое у него сейсвет настроение.

Ами старалась не подавать виду, но удивлена она была не меньше, чем если бы встретила здесь эльфу.

– Если ты раститель – то нет. – стараясь сохранять будничный тон голоса и скрывая лёгкое волнение ответила она. – Тебе не будет скучно. Даже наоборот, все пути будут открыты для тебя. Но горе тебе, если тебя хоть в малой степени не волнуют вопросы плодородия и размножения.

Затронув болезненную тему, Ами вложила в свою фразу всю язвительную горечь, на которую была способна.

– Меня они и не особо волнуют. – состроил скептическую гримаску Моки.

Кантинка хмыкнула. Кто бы могли подумать, что у них есть что-то общее.

– Вот и меня не колышут совершенно! – улыбнулась она. – Просто пить здесь кофе куда как интереснее… Моя мать говорит, что любой город приедается… Зажравшаяся гнусь. Вероятно, через пару-тройку больших циклов я и Омилл воспринимала бы как что-то привычно разумеющееся… Возможно. Но я об этом никогда не узнаю…

Амелия печально вздохнула.

– Может и нет. – пожал плечами Моки. – Здесь объективно хорошо. Я родился в этих местах… и вполне могу прожить здесь всю жизнь. Хотя нельзя сказать, что мне было бы неинтересно как-нибудь после отставки посмотреть на другие…

– Я тоже хочу! Ещё до отставки. Может, я несправедлива к Кантину, и на тебя он не наведёт такую тоску и скуку, как на меня.

– Я смотрю здесь, в Архивах тебе немногим веселее… Изучать со скуки чужие дела. А могла бы расследовать свои. В чём… твой выигрыш в итоге?

Ами задумалась. Зрит в корень. Даже ещё в зерно.

– Надеюсь, что… в перспективе. Хочу испробовать ещё одну возможность вырваться из родного города. И начать что-то делать здесь. Хоть что-то… Чисто чтобы с тоски не сдохнуть. И птому как, как говорит Майло, если не будет совсем никакого начала, никогда не будет и продолжения.

– Это правда.

Моки веско, кивнув, отправился к себе, оставив удивлённую Ами с подошедшей Рейлин.

– Да? Что для тебя? – выходя из ступора, уже привычно поинтересовалась секретара.

– Забери уменя, пожалуйста, всё вот это.

Рейлин осторожно положила на козырёк большую стопку документов, которую Ами поэтапно втащила внутрь.

– Я снимаю с тебя этот груз! – пафосно произнесла архивница.

– Спасибо! – лихо отсалютовала участковая служака. – Можно отправляться домой с облегчением.

– Ох ты! Уже окончание рабочего света! Я и не заметила. Воистину – трепаться – не таблички ворочать. Счастливо, Рейлин!

– И ты не засиживайся тут.

Да с радостью…

Пока собираться. Надо не забыть, зайдя к Майло с просьбой опечатать каморку, спросить, что там слышно от Люси…

Очень интересно, как ей там работается, вместо Ами. А ещё непонятно, что это кантинка сама прямо сеймомент ощущает по этому поводу. Любопытство или злорадство? Всё сразу? Или… скорее, беспокойство?

Ладно… Понятнее будет, когда станут известны подробности.

А, вообще-то, ей размышлять особо некогда, сейсвет ещё много дел. Нужно сходить в лес за едой. Подновить знания, полученные от заботливого Иржи.

С одной стороны никуда тащиться неохота… но с другой – ничто не очищает душу и мысли так, как это делает лес. Лес возвращает к себе и даёт дельные советы. Сообщество деревьев помогает ощутить, что ты тоже часть существования и с тобой всё хорошо. Или сосредоточиться на внутреннем дискомфорте и понять, что не так. Приятный размеренный шум скажет больше, чем гам человеческих голосов.

Итак. Продуктовая сумка с собой. Вперёд – к нему.

К мудрому прекрасному месту, в котором бродят сэльвы и эльфы.

Свет 33. Просто рабочий свет.

Восход начинается с кофе. И с Кими, которая просит что-то найти для неё. И разогревает для Ами подостывший кофе, как уже привычно делают все, кто приходят сюда первыми что-то просить.

– Ох, зря я тебе кофе грею! – внезапно воскликнула участковая, поставив чашку на козырёк и хлопнув себя по лбу.

– Ну, прости за напрасно потраченные на меня силы и время. – усмехнулась Ами.

– Я не это имела в виду, ты знаешь. – поспешно отмахнулась сэльва. – Просто у тебя нет тех документов, что мне нужны. Все «исчезновения» лежат у Майло и не покидают его кабинета уже долгое время. Страшные дела, конечно, но всё-таки… он, по-моему, чересчур на них зациклен.

– А тебе они зачем?

Ами отхлебнула приятно тёплый кофе и чуть зажмурилась от удовольствия. Обифрительно.

– Я почему-то уверена, что люди пропадают вовсе не в лесу. – задумчиво начала Кими. – Да, там есть странные шумы и иногда обнаруживаются всякие там непонятные вещи… но я уверена – сам по себе лес тут ни при чём. И… вовсе не потому, что послезавтра моя очередь делать лесной обход, а мне ужасно не хочется.

Быстро добавила участковая упырица, скорчив потешную гримаску.

– Давай я пойду в обход вместо тебя. – без веры в успех предложила Амелия.

– Уууу… Я была бы счастлива… но Майло будет против. Хотя спроси у него, конечно… Этот сезон – не лучшее время бродить по омилльской части леса. Всё размывает. Мокрая трава, мокрые ноги, мокрая драпировка, холодок за шиворотом… Испортит тебе всё впечатление.

– Другого сезона у меня может и не быть! Обходы сеймомент делаются всё затем же, что и раньше или у них теперь есть новые или дополнительные цели?

– Да, те же, чтобы посмотреть, не потерялись ли кто из местных в лесу, не попали ли в беду и не нужна ли кому помощь, и новые – Майло не хочет сбрасывать со счёта лесные аномалии, непостоянные или возникающие время от времени. Обходы ныне делаются… чаще, чем обычно и в них…

– …вовлечено сейчас больше участковых, насколько я заметила. А как Майло хочет обнаружить эти аномалии? Когда кто-то из вас пропадёт – он скажет «ага! Вот оно! Аномалия была активна в такой-то свет. Чудесно. Надо отправить ещё парочку людей, чтобы убедиться, в подходящее время и место предполагаемой активности».

Кими хихикнула.

– Да, наверное, так и есть. Он… как-то уже очень надеется на наше чутьё, что ли. А вообще, я не знаю, что бы я делала на его месте. Едва ли в Академии или даже Университете дают инструкции на случай возникновения таких ситуаций.

– Вы ходите в одиночку?

– Сеймомент – да.

– Видимо, из-за частоты обходов… Что ж. Разумно. Да и в одиночку отправлять вас как-то экономнее. Если вы по двое пропадать будете, это ж сколько народу набирать потом…

Участковая быстро протянула руку через окошко к аминой голове и легонько щёлкнула по той тремя пальцами.

– Хэй! Я не скучала по Лейви. Незачем дублировать её, пока она спит… Да, по двое было бы ходить намного веселее, но Майло говорит, что народу не хватит… Вот сеймомент мне интересно, не имел ли он ввиду то же самое, что и ты… Зачем я это слышала…

– Потому что я сказала.

– Нет, на самом деле. Он говорил о том, что иначе нам придётся делать обходы ещё чаще. И мы не будем успевать заниматься своей основной деятельностью. И станем быстро уставать. Впрочем, мы и так уже очень устали… Он говорил ещё и о том, что обсудит с Сандрой и Чиффской Администрацией вопрос об увеличении штата. И будет просить другие службы участвовать в обходах с нами. Или же… задействовать добровольческие силы. Так что, рабочие места есть, люди нужны, может, тебя и оставят тут. Если, конечно, отдадут кантинские.

Омиллька пожала плечами и по-сэльвски широко улыбнулась.

– Я думаю, наши меня отдадут с радостью. – ухмыльнулась в ответ Амелия. – Только если не решат оставить себе из вредности, чисто чтобы омилльским не досталось… Помимо моих курьерских обязанностей, особой ценности я для Управления не представляю… А… далеко в лес заходите?

Скучающей Ами явно было интересно хотя бы поговорить об активности, которую можно проявлять снаружи тесного помещения.

– Кто как… – Кими призадумалась. – Раньше только пригородскую часть обшаривали. Какая глупышня на другую сторону леса за орехами пойдёт… Сеймомент забираемся чуть поглубже. Эх, ладно. Пойду всё-таки дойду до Майло.

– Зачем он тебе? – хитро улыбнулась секретара. – Мы и так тут вроде хорошо стоим.

– Начальство этого не оценит.

Кими отсалютовала и отправилась к Майло. И Ами бы следовало заскочить к нему же позже, невинно поинтересоваться… Нельзя ли ей прогуляться по лесу вместо сэльвы. И полюбопытствовать, по какой загадочной причине тот упорно не сдаёт часть документов в с нетерпением дожидающийся их Архив.

Увлекательное чтиво сеймомент не помешало бы. Особенно, учитывая то, что в участии в обходах тот ей наверняка откажет… Что ужасно несправедливо не только по отношению к ней.

Конечно, участковым скучно в исхоженном ими вдоль и поперёк лесу, который большинство из них знает, скорее всего, с рождения. А для Ами это было бы в новинку…

Рвать бы всё да метать, но таблички не из ткани. И у нынешней секретары, по счастью, найдутся дела более интересные.

Она отошла к столу с разложенными на нём заметками со значками и ведьмографиями по ним.

Так… Опять нездоровая активность у окошка выдачи.

Кто там?

– Ами.

«Это я – Ами. А ты – нет. Повезло тебе.»

– Да, Иржи. Что для тебя?

– Забери у меня вот эти дела, а вот это – можешь занести к Майло? Мне бежать пора.

Иржи звучал обеспокоенно. Потому Ами вложила в свой ответ максимум тепла и умиротворения.

– Конечно, могу. Беги и береги себя.

Оставалось надеяться, что это сработало…

Да. Участковый шумно фыркнул и, кажется, приободрился.

– Спасибо. Давай, до заката!

Как удобно он появился. Вот и самое время добраться до начальства, которое подло оставило для себя самые «вкусные» документы… А то очень хорошо и комфортно омилльскому шляпнику там читается с кофейком. Пора это пресечь. Она сама не наслаждается работой, и в своё дежурство никому не позволит.

Секретара деловито сгребла с козырька оставленные участковым документы и решительно направилась к кабинету главного.

– Майло. – сходу решительно начала она.

– Да, псевдоЛюси? – ответил тот, не поднимая глаз от табличек.

«Пфф! Что… за выпад?»

Она его даже ещё выбешивать не начала… А вот сеймомент и начнёт.

Кажется, чутьё подсказало этому временами прямо-таки омерзительному хитрошляпому омилльцу, зачем она здесь. Тем лучше. Облегчает задачу. И в его интересах сотрудничать, иначе она будет торчать здесь ещё дольше, вытягивая из него информацию по частям и ещё больше раздражая его.

Быстрее удовлетворит её любопытство – быстрее от неё отвяжется. Вперёд.

– Я принесла тебе кое-что от Иржи. Для твоей более убедительной симуляции бурной трудовой деятельности. – решилась она на ответный выпад.

– Отлично. Положи сюда.

Участковый устало махнул рукой.

Ага. Дела на столе. Это, должно быть, то, о чём говорила Кими… Что-то новенькое, нечитанное. Важное.

– Эти таблички у тебя здесь… – осторожно начала Ами, подбираясь к документам. – Они, по-моему, ни разу не появлялись у меня?

– Не появлялись… Сеймомент это приоритетные дела. И их берут прямо у меня вместе с указаниями.

– Какого рода… указаниями? И… Что это за дела?

– Указаниями обращать внимания на всё, что выглядит странно и очень странно. И не вписывается ни в какие границы разумного и рационального.

Болотные гнусы! И он оставил это только для себя…

Задушить. Шляпой. Ничего иного этот бесчестный тип не заслужил.

– Довольно… большие стопки. – процедила любопытная секретара сквозь зубы, стараясь не рычать. – А я-то думаю… Все обеспокоены этими пропажами и странностями, а материалов по ним в Архиве… так мало.

Занятый изучением этой роскоши Майло не обратил внимания на угрожающие интонации её голоса.

– Их на самом деле в принципе чудовищно мало. А происходит всего этого… ну очень много. – отмахнулся он.

«Ами, расслабься. Он тебе ничего не должен.»

«Ты можешь что-то попросить здесь. Но не требовать.»

Кантинка шумно выдохнула.

– Лес всё ещё – один из главных подозреваемых? – поинтересовалась она.

– Сложно сказать точно… – служака задумчиво почесал подбородок. – Лес был первым, что помнят почти все потерявшие память, когда очнулись. Но они неуверены… Всё было так спутанно. Странные шумы, свечения, вещи из леса… Много чего указывает именно на него.

– Не опасно ли тогда отправлять участковых патрулировать по одному, с учётом последних событий?

Майло резко поднял на неё гневный взгляд. Видно, тут она задела его за живое. Упомянуло решение, бывшее дискомфортным для него самого.

– Участковые могут за себя постоять! – сердито отчеканил Начальник Участка. – И мы патрулируем лес так со времён основания участка при Храмах! Да, последние события вызывают тревогу… Я собирался поговорить с Сандрой на предмет увеличения нашего штата или задействования добровольческих сил и сделаю это в ближайшее. К тому же, ничто пока не указывает на то, что именно лес – причина бедствия… Немалая часть находок и событий имеет место и в черте города. Я сеймомент собираюсь внести предложение выставить наблюдающих вдоль торгового тракта и около складов. Я уверен – так мы быстро отследим и пресечём всё это… Откуда бы оно ни шло, оно не минует Омилл. Просто потому, что все крупные дороги сходятся здесь.

Майло устало сдвинул шляпу чуть вперёд, прикрывая глаза.

– Чудится мне, зло идёт из Кантина. – ошеломлённая неожиданным гневом, пактически промямлила Амелия. – Вовсе не потому, что я считаю родной город средоточием всего зла на Материке. Нет. Но я подозреваю, хотя бы в отношении аномалий и амнезий, что указания идут оттуда. Ведь первые случаи потери памяти были зафиксированы именно у нас.

Майло досадливо отмахнулся от нелепой идеи.

– И как кантинские справляются со столь сложной ведьмией, приводящей в восторг и замешательство даже искушённых храмовых ведьм? Маловероятно.

– Тем не менее. Я не говорю, что этим заняты сами кантинские. Я говорю, что кто-то работает из Кантина. Где прятаться мощным ведьмам, как не в ведьмофобном городе. В подобной атмосфере отрицания проще всего спрятать реальный порок. Тверди изо всех сил, что у тебя этого нет и, главное, обвиняй в злоупотреблении этим окружающих – и все дела.

– Это уже из разряда философского…

– С которым, я так понимаю, ты вообще не настроен связываться. Как и с необъяснимым и мистическим. И тебя больше интересует контрабанда?

– Именно. Надо стараться максимально эффективно работать с тем, с чем можешь. Иначе можно завязнуть. Я решил начать отсюда. А то голова лопнет.

– Хорошо, что её шляпа держит.

Майло невесело усмехнулся, сдвинул головной убор в его обычное положение и перевёл беседу в более практическое русло.

– И к чему ваши пришли при расследовании? – уже более спокойно буднично поинтересовался он.

– Да ни к чему! – досадливо фыркнула Ами. – «Потерялись в лесу». «Пропали на пустошах». «Ушли в другой город.». Пропаж людей было не так много, дела были не столь громкие, как пропажи имущества и потоптанные поля. Так что, закрыли и забыли, проблем других хватает… Жертвы были, вероятно, по большей части одинокими и/или не очень-то популярными в своих семействах. Потому как наши никогда не допустят, чтобы из семьи ценная рабочая сила пропадала. Прогрызут стены и череп Главе Управления Порядка, да хоть и самому Старосте, если доберутся, через все бюрократические препоны, перетряхнут все окрестности и сами Пустоши вместе с эльфами, но пропавших тунеядцев обратно на поля вернут. Вообще, странно всё это, конечно… Очень странно.

Ами и Майло на момент замолчали, будучи не в состоянии найти хоть какое-то объяснение происходящему и как-то собрать у себя внутри все разрозненные сведения. Первым очнулся практичный омилльский служака.

– А ты сможешь дать примерные данные по Кантину? – он вопросительно посмотрел на неё.

– Думаю, что смогуууу. – призадумалась Ами. – Но очень примерные.

– Лучше, чем ничего…

Кантинка, подумав, назвала цифры, и Майло быстро выжег те на уголке таблички, которую в этот момент держал в руке.

– Последнее, что упомянула большая часть найденных беспамятных, это совсем не лес. – заметила Ами. – Кто-то помнили Пустоши, а… одна личность даже назвала местом начала своей новой жизни питейную. Дадада. У нас свои особенности. И наши доблестные порядочные на основании этого единственного случая радостно решили, что дело, разумеется, в безмерно забористой перебродившей выпивке. Всем же известно, какие от неё бывают проблемы… Кто будет спорить. Легко и понятно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.