Ульяна Туманова
Всадник ищет Амонну

Глава 1

Я еще никогда не видела мужчин. Ни одного разу. Представляла ли я себе момент, когда наконец– то встречу одного из них? Скорее да, чем нет. Монахини то и дело шептались о высоких, отважных и широкоплечих представителях мужского пола. Не обходили эти разговоры и меня.

Представляла ли я, что первым мужчиной, которого я увижу, будет демон? Никогда. Даже в самых страшных снах…

Этой ночью я решила нарушить запрет настоятельницы. Если уж быть совсем откровенной – я проникла в ее тайник, чтобы вскрыть сундук с письмами. Десять лет она говорила, что отсылала в столицу запросы на поиск моей семьи. И все десять лет я ей верила.

Но сейчас пришло время узнать правду. Дрожащими от холода руками я подняла тяжелую склизкую крышку сундука и тихо прислонила ее к стене. Слабый огонек свечи, которую я приберегла именно для сегодняшней ночи, осветил слипшуюся массу десятков, если не сотен писем! Есть ли там мои?..

Что же, долго ждать не пришлось. Бережно разъединив несколько слипшихся листов, я наконец увидела синие расплывшиеся чернила с собственными инициалами.

– Как же так?.. – я закусила губу, не веря, что настоятельница все– таки лгала.

За спиной внезапно раздался легкий шум, будто еле слышный шелест одежды. Я обернулась и приложила ладонь ко рту, чтобы не закричать. Хуже разоблачения и наказания могло быть только одно. Демоны из– за стены.

Из темноты самой запретной комнаты монастыря на меня смотрела пара горящих глаз! Опешив, я чуть не уронила огарок свечи прямо в сундук с письмами. Сердце бешено забилось, во рту пересохло. До рези в глазах я вглядывалась в существо, которое тоже не сводило с меня взгляда.

– Что ты делаешь здесь одна, глубоко за полночь? – существо заговорило и, к моему удивлению, оказалось мужчиной.

Я еще никогда не слышала такого голоса. Низкого, объёмного, будоражащего. Ведь мужчинам наведываться сюда запрещено строго– настрого. За попытки проникнуть в монастырь карает Властелин.

– Кто здесь? – собственный голос предательски задрожал. Вытянула огарок перед собой и все равно ничего, кроме силуэта не увидела. – Кто здесь? Я закричу! – рукой попыталась нащупать на сыром полу палку или хоть что– нибудь, чем можно отбиваться.

– Не сегодня, – прозвучало прямо над ухом, и я замерла. Внутри все заледенело. Голос тем временем продолжил: – Ты воруешь чужие письма?

– Что?! – возмутилась я с полным намерением развернуться, но меня перехватили за талию и закрыли рот ладонью в кожаной перчатке.

– Тише, монахиня. Не хочу, чтобы нас застали… – тихо проговорил незнакомец мне в макушку. Ростом он был чуть ли не на голову выше. И таким горячим!

Я брыкнулась и стукнула его пяткой по ноге, чтобы отпустил. В ответ он тихо что– то буркнул, но не пошевелился.

Только я собралась ударить его еще раз, как за дверью послышались шаги. Шоркающие и грузные. Я их узнала! Так ходит настоятельница монастыря. Та, в чьих письмах я копалась под покровом ночи, пока меня не застукал…

– Кто ты? И как ты сюда проник? – требовательно прошептала, как только тяжелые шаги за дверью стихли.

– Через коридор, – обыденно ответил голос.

– В коридоре было пусто. Я точно знаю! – недовольно шикнула я, пытаясь вырваться.

– Не такой коридор, – усмехнулся он, щекоча дыханием, но не отпустил. – И мне помогла ты.

– Я? Но как…

Осознание придавило каменной плитой. Не зря же монахиням запрещают разжигать огонь! Этот запрет существует, сколько я себя помню, и создан, чтобы защищать от таких, как он.

– Ты демон, – прошептала я, кусая губы. – Тот, кто ходит через огонь…

– Верно, – уже громче проговорил он, наматывая мою косу себе на руку. – А ты?

– Пусти! – попыталась вырваться снова. Нужно срочно рассказать настоятельнице о том, что в монастырь проникли демоны, или снова погибнут монахини.

– Чтобы ты убежала и все мне испортила? Нет уж, воровка чужих писем.

Демон потянул на себя основание косы так сильно, что пришлось задрать голову. Я чувствовала его руку в волосах. Он что, в них копается? О, Всевышний! Но ведь он не может видеть в темноте. Или может?

– Какого черта? – он произнес на выдохе. – Твои волосы, они красные. Как тебя зовут?

Он молниеносно развернул меня лицом к себе и взял за плечи. Несчастный огарок свечи, который я все это время отчаянно сжимала в ладони, почти иссяк и вот– вот погаснет. Горячий воск стекал по пальцам, но я терпела.

У меня была только одна возможность взглянуть на демона, поэтому я медленно подняла свечу, чтобы увидеть его лицо.

– Понравился? – совершенно серьезно спросил демон, во внешности которого, вопреки рассказам, не было ничего ужасного.

Короткие черные волосы, нахмуренные брови, ровный нос, сжатые губы. Он был недоволен, больше на строгом лице не было ни одной эмоции. А в глазах никакого огня – странно.

– Ни капли, – пожала плечами и бросила в него расплавленную свечу.

Демон, кажется, ругнулся мне вслед, но я успела выбежать из тайника настоятельницы. Повезло, что я знала каждый миллиметр монастыря, поэтому и неслась по узким коридорам, подобно ветру.

Забежав наконец в свою комнату, я закрыла рот ладонью, чтобы никого не разбудить сбитым дыханием, и прислонилась к стене.

Что теперь делать?!

По собственной глупости я позволила демону проникнуть в монастырь! Надо же было додуматься использовать свечу!

И рассказать настоятельнице не могу. Лучше лишний раз и вовсе не попадаться ей на глаза…

Вздохнула, собирая растрёпанную косу.

Демон увидел мои краснеющие волосы. Их всего одна прядь на затылке, а он рассмотрел.

Сердце сжалось, ведь красный – это цвет демонов.

Но я– то человек.

***

Еще никогда в жизни я не видела мужчин. Ночь в тайнике с демоном не считается, потому что он не человек. А сегодня и без того хлипкий монастырь с дырявыми полами наводнили десятки вооруженных до зубов стражей.

Кто– то болтал, что они приехали защитить нас от демонов из– за Стены. Но настоятельница быстро объяснила, что они сопровождают Властелина.

Ведь пришло его время найти избранных. Или избранную.

Что это значило для меня? Если никто не узнает, что мои волосы из черных медленно становятся красными – то ничего. Но если узнают…

– Заплети потуже, пожалуйста, – я зашла в комнату с крохотным окошком и плюхнулась на набитую соломой лежанку, – Чтобы никто не увидел.

– Хорошо. – Веста присела за спиной и принялась вплетать ярко– красную прядь волос в косу так, чтобы не было заметно. Она даже придумала травяную чёрную смесь, которая хорошо скрывала изменившийся цвет.

– Как только Властелин уедет, я сбегу, – тихо проговорила, прислушиваясь к шуму за дверью.

– Но куда? – волновалась подруга.

– Да куда глаза глядят, – схватила себя за ненавистную косу. – Ты же знаешь, о чем говорит красный цвет. Жизни здесь мне не будет.

– Но, Аврора…

Быстрые шаги из коридора заставили замолчать. Кто– то явно спешил с новостями. Тяжелая дверь со скрипом распахнулась, впуская одну из послушниц.

– Вам велено умыться, – рот, полный серых зубов, оскалился, – все уже закончили, только вас ждут. Как зазвонит колокол, чтобы явились в верхние залы. Понятно?

– Понятно, – отозвалась я, чувствуя подвох. – Дай угадаю, вы всю воду израсходовали?

– А нечего языками чесать, – серая улыбка стала еще шире. – Настоятельница велела пошевеливаться. Конкретно вам нужно пошевеливаться в сторону колодца! – заливаясь каркающим смехом, послушница испарилась из комнаты.

Дела были плохи! Ходить к колодцу за водой не любил никто. Все потому, что забор вокруг территории монастыря был довольно стар и изрядно подгнил.

Как раз у колодца он обветшал настолько, что в нем зияла огромная дыра, а через нее виднелась Стена, разделяющая полуостров людей и мир демонов.

– Послушай, – железное ведро ударилось о водную гладь, и я зашептала, – а ты веришь, что тех сестер убили… они?

– Демоны? – Веста поджала губы. – Конечно, верю! А кто же еще?

Историю пропавших сестер знали все. Они украли у кухарки огниво и ночью убежали за огороды, чтобы развести костер и погреться. На следующий день их обезображенные тела нашли возле Стены.

Говорят, это сделали демоны. Те самые, что ходят через огонь.

Я вздохнула. Мне просто повезло, что прошлой ночью он меня не тронул. Хотя мог.

– Поэтому и запрет! – продолжала подруга. – Лучше без света и тепла, зато живые.

– Ну только что живые, – хмыкнула и покосилась на монастырь, который по жестокой иронии судьбы стал моим домом.

Большое и почерневшее от времени сооружение с частыми мутными окнами носило гордое название Белый Дом. Говорят, что на полуострове их много, и названы они были в честь самого главного монастыря, который находится в столице и построен из камня снежного цвета.

Когда наконец зазвонил колокол, все поспешили наверх. Десятки послушниц в полотняных платьях кучками неслись в верхние залы, откуда уже доносились крики настоятельницы.

Я тоже спешила за всеми. Опаздывать было нельзя – настоятельница никогда не медлила ни с наказаниями, ни с резкими высказываниями. Это я выучила давным– давно, когда еще была совсем маленькой. Тогда мир мне казался светлым и добрым, и я жила в уверенности, что однажды меня отсюда заберут родители. Почему– то я была уверена, что моя семья полная и счастливая.

Стоило мне заикнуться об этом перед настоятельницей, как она наклонилась ко мне и, улыбаясь гнилыми зубами, сказала:

– Нет у тебя семьи, дурочка. Тебя принесли на порог да бросили, как собаку. Это тогда еще даже был не монастырь, мы тут только обживаться начали.

В горле моментально образовался ком, а по щекам хлынули горячие слезы. Иллюзия семьи, за которую я так отчаянно держалась, рухнула, и теперь внутри меня появилась огромная дыра. Будто мне вырвали сердце!

Но мои слезы не остановили настоятельницу. Уже позже я поняла, что она любила наблюдать за чужой болью.

– Да– да! – настоятельница закивала. – Я уж подумала, что это твоя мать нерадивая. Оставила тебя и давай бежать! Но не тут– то было! Бежала она недолго, согнулась пополам да упала. Слава Всевышнему, что у меня хватило ума к ней не подходить и не помогать. Она болезная была, хрипела и задыхалась. Кожа вся в пятнах да рытвинах. Врачевательница пришла уже на неживую смотреть.

– Моя мама умерла? – спросила я, проглатывая слезы.

– Та тетка тебе никто. Слишком старая, и к тому же больная.

В тот день во мне погасла надежда отыскать семью, но со временем снова вспыхнула с новой силой. Хорошо бы еще узнать, кто меня маленькую сюда принес. Бабушка, тетя?

Через пару лет мне удалось получить разрешение настоятельницы на поиск семьи. Делалось это через письма, которые доставляли в столицу. Я их писала, надеясь на ответ, но его не было. И только вчера я наконец выяснила, почему.

– В пол кланяйтесь Властелину нашему! – звонкий женский голос, который и так не отличался красотой, напоминал визг. – Кланяйтесь, кому говорят!

Все послушно согнули спины и потупили взгляды. В монастыре не перечили, потому что это было чревато. Настоятельница всегда носила с собой прут.

– Не нужно, – тихий и глубокий голос заставил девушек напрячься.

Юные послушницы еще никогда не видели, да и не слышали мужчин. Конечно же, кроме меня.

– Поднимитесь! – недовольно гаркнула настоятельница и девушки несмело выпрямили спины.

В абсолютной тишине парадного зала, в котором из– за сырости от парадного не осталось и следа, все рассматривали Властелина.

Это был высокий мужчина средних лет, облаченный в светлые одежды. Прямые темные волосы с редкой сединой были собраны в низкий хвост, а шею украшал круглый медальон на толстой цепочке. Длинные пальцы были усеяны перстнями с большими разноцветными камнями, очень красивыми. Так и хотелось рассмотреть поближе.

– Сегодня вас ожидает трапеза, я привез гостинцы! – он сделал легкий шаг в сторону, открывая вид на десятки доверху заполненных вкусностями ящиков, и окинул всех мрачным, изучающим взглядом. – Но сначала нас ждет дело во имя Всевышнего.

Властелин медленно прошел вдоль выстроившихся в линию девушек и остановился напротив меня. Окинул взглядом лицо и почему– то задержался на макушке.

Черт! Я же просила Весту спрятать ненавистную красную прядь!

Властелин молчал. Его внешний вид настолько отличался от обстановки монастыря и нас – его обитателей, что даже самой себе я казалась недостойной, ничтожной, жалкой. Все мы по сравнению с ним были просто серыми мышками.

Он не был молод, но и до старости ему было далеко. Только тонкие сетки морщин, что поселились в уголках глаз, намекали на прожитые годы.

Сами же глаза… Я не понимала, какого они цвета. Карие, но не такие, как у Весты. Моргнет, и они почти черные. Быть не может, глаза ведь не меняют цвет!

Ровный нос, густые черные брови, квадратный подбородок, губы… на которых покоится ухмылка!

Я ахнула и растерялась, пряча взгляд в пол.

– Хорошо, – Властелин наконец отошел и встал напротив. – Очень хорошо! – он громко хлопнул в ладони. – Внести писание!

Глухие распашные двери на ржавых петлях со скрипом отворились, впуская в зал стражей. Фигуры в темных доспехах из простеганной материи и железной броне вошли, громко топая сапогами.

Один из них бережно опустил на деревянный стол сверток, из которого Властелин достал толстую, потрепанную книгу. Не оборачиваясь, он приказал настоятельнице вывести послушниц из зала и небрежно махнул рукой.

В тусклом и пропахшем сыростью коридоре выстроилась живая, во всех смыслах, очередь. Послушницы горячо обсуждали таинственное писание, гостинцы и, конечно же, мужчин. Крепкие, высокие и широкоплечие стражи сильно отличались от Властелина.

Меня больше волновало Священное Писание, потому что никто не знал, что оно из себя представляет. Даже настоятельница.

Которая сейчас была в бешенстве. Словно разъярённая тень в длинном коричневом одеянии, она вылетала в коридор, хватала девушек за руки и грубо проталкивала в зал, громко хлопая дверьми.

Когда очередь дошла до меня, она с таким же рвением потащила меня к Властелину.

– Какие бездари! Хоть ты не подведи!

Последние слова она сказала шепотом, потому что подвела меня прямо к деревянной подставке, на которой лежало священное писание. Тихо прошелестев одеждой, она моментально удалилась, найдя себе место в дальнем конце зала.

– Открывай, – уже знакомый тихий голос прозвучал из– за спины.

– Какую страницу? – неуверенно спросила я.

– Любую. Открывай и читай, что видишь.

Казалось, что приятным голосом Властелина можно было успокоить всех перепуганных послушниц разом.

Я проглотила вязкую слюну и неуверенно раскрыла Писание ближе к концу книги. Проведя кончиками пальцев по шершавой странице, я испытала какую– то странную радость и одновременно грусть, ведь в монастыре книг почти нет.

Причудливые и витиеватые буквы на глазах складывались в слова, и я начала читать:

«Всадник ходит повсюду, при нем сотни змей.

Ему служат заиф и огонь, города и люди.

Всадник ищет Амонну. Найдя, никогда не забудет.

Смерть обходит его стороной. Он не нужен ей».

Собственный голос вздрагивал, будто натянутая струна. Кто такие всадник и Амонна? Хотелось продолжить чтение.

Я зацепилась взглядом за новый абзац, но не успела прочесть и слова. Властелин незаметно подошел и захлопнул книгу с такой силой, что я еле успела одернуть руку.

На секунду в зале воцарилась тишина, в которой слышались только приглушенные голоса из– за дверей. И, кажется, мое сердцебиение.

Эти глаза, что меняли цвет, сейчас смотрели на меня в бешенстве. Ноздри Властелина трепетали, жилистая шея покраснела.

– Имя? – злой голос не попросил, а требовал.

– Аврора.

Он грубо развернул меня к себе, взял за плечо и потащил в другой конец зала, к настоятельнице. Недовольство Властелина можно было объяснить только тем, что я его разозлила.

Но чем? Я же прочла тот отрывок. И мне так хочется еще.

Взволнованная настоятельница теребила широкий рукав и, приподняв взгляд к небу, тихо читала молитву. Но, услышав приближающиеся шаги, тут же замолчала и потупила взгляд в ожидании. Я никогда не видела ее объятой трепетом.

– Что же, – голос Властелина скрипел, как старое колесо, – должен признать, порадовали.

Я уже ничего не понимала. Он так сильно сжимает мою руку, потому что рад?

– Неужто правда? – настоятельница обрадовалась и поцеловала вытянутую руку.

– Послушница Белого Дома Аврора завтра же отправится со мной в столицу, – он перевел страшный взгляд на меня. – Ты счастлива?

– Счастлива, – как назло, в горле образовался песчаный ком, – Властелин.

Хватка ослабла, и он выпустил мою руку.

Настоятельница начала восторженно хлопотать и заискивать, а он не сводил с меня взгляда. Непонятного, злого взгляда, от которого хотелось скрыться, и как можно скорее.

– У нас ведь еще одна послушница имеется! Те же таланты, что и у Авроры. Сейчас приведу! – Махнув коричневым подолом, настоятельница быстро нырнула за дверь.

Я нахмурилась, пытаясь понять, что происходит. Властелин не был рад тому, что я прочла писание. Он был зол, а настоятельница не хотела этого замечать.

Взгляд снова привлекло лежащее вдалеке писание. Шершавая страница и витиеватые прописные буквы привели меня в восторг, а прочитанные строки, казалось, навсегда отложились в памяти.

– Вот! Привела!

Матушка подвела к властелину Весту. Он тут же сменил выражение лица, указал ей на писание, и они удалились. Приглушенный, ласковый голос и бархатный смех заставили меня тряхнуть головой. Ведь меня он хватал!

Толстый переплет стукнулся о деревянную поверхность. Настоятельница снова запрокинула голову к небу и замерла.

Веста помедлила и громко выдохнула – она не смогла прочесть Писания.

По взмокшей спине прошла холодная дрожь. В столицу с Властелином я отправлюсь одна.

Глава 2

Привычный монастырь изменился до неузнаваемости. Столько движения и шума в нем отродясь не было.

В обычный день измученные и тихие монахини перемещались по стертым половицам, словно тени. Шуметь было нельзя, все боялись гнева настоятельницы.

А сегодня в коридорах группами передвигались стражи. Они громко топали сапогами, звенели доспехами и оружием и выглядели так, будто были готовы защищать Властелина ценой собственной жизни. Суровые лица в шлемах давили тяжелыми взглядами, но мне никакого чувства безопасности они не внушали. Потому что я прекрасно понимала – напасть на нас могут только те, против кого у людей нет шансов.

Говорят, что Стену возвел сам Властелин, чтобы уберечь людей от кровожадных монстров. Она сделана из камня и высотой достает до самых высоких деревьев. Но как она может защищать, когда тонкого пламени свечи хватило, чтобы сюда проник демон? Что, если он вернется, и не один, а с армией таких же, как он?

Мне нужно было поговорить с Вестой. Срочно. Это моя последняя ночь в монастыре, и в столицу с Властелином мне нельзя. Значит, придется бежать, и без ее помощи мне не обойтись.

Но настоятельница снова сорвалась на визг, созывая послушниц в трапезную, которую от остальных сырых и темных покоев монастыря отличало только название. И уже там нас с подругой и вовсе рассадили по разные стороны.

Время ужина шло. Я смотрела на угощения, названий которых не знала, вдыхала незнакомые вкусные запахи, от которых рот наполнялся слюной, и понимала, что от волнения не могу проглотить и кусочка еды.

Осмотрелась по сторонам. Никто из послушниц Писания не прочел – только я. И теперь они перешептываются о том, что будет дальше. Замужество, дети, семья…

Вздохнула, собираясь с мыслями.

А что будет со мной? Служение в Белом Доме столицы и неминуемое разоблачение? Там не будет Весты, которая делает красящие пасты для волос и плетет тугие косы.

Отломила кусочек от сдобы, что лежала перед глазами.

Всевышний, как вкусно! Я никогда такого не ела. Взяла еще немного, и еще, затем слизала с пальцев сахар.

От еды вдруг отвлекли вздохи послушниц. Все внезапно отпрянули от столов, что ломились от самой вкусной еды на свете, и начали испуганно переговариваться.

– Огонь!

– А как же запрет?

– Как тепло!

Наперебой защебетали перепуганные монахини.

Высокий камин со сколотыми краями жадно поглощал белую древесину, тихо потрескивая. Тепло растекалось по залу торопливыми вихрами. Первым делом я почувствовала его на ногах, потом закололо щеки. Все вдруг замолчали, боясь лишиться самого настоящего чуда, и все же недоумевали, что происходит. Ведь есть запрет!

Властелин появился из ниоткуда и заслонил собой очаг. Его фигура была одним черным пятном, за спиной которого разрастались желто– красные и свистящие языки пламени.

Я обратила внимание на его фигуру. Он был крепок и хорошо сложен. Отведенные за спину руки были большими и мускулистыми, туловище пропорциональным, ноги тоже. Я уже подумала, что он занимается физической работой, но тут же себя остановила, потому что он скорее выглядел, как воин.

– Сегодня я отменяю запрет на разжигание огня, – гордо произнёс он и руками указал на расставленных по залу стражей. – Нам с вами нечего бояться.

По трапезной снова пробежал встревоженный шепот. Монахиням это не нравилось, и я с ними была солидарна. Сколько же демонов смогут проникнуть в монастырь, если крохотного огарка хватило на целого демона?

Я старалась о нем не думать, но вчерашняя ночь никак не выходила из головы. Почему он меня не тронул? Почему говорил и церемонился? Мог расправиться со мной в два счета, как с теми сестрами… Хотя, может, он просто разведчик?

– В ваших комнатах тоже будут растоплены очаги, – продолжал Властелин, – это мой вам подарок!

А вот это уже ни в какие ворота, нужно его остановить! Никто не приставит стражей к спящим послушницам, да нас тут всех перебьют!

– Постойте, – я вскочила с места и ахнула.

Я не успела договорить – кожу на бедре рассекло кривым гвоздем, что торчал из– под стола. Отпрянула и увидела медленно расползающееся по платью пятно крови. Только этого не хватало!

– Встать! – заорала настоятельница, морща недовольное лицо. – Трапеза окончена, все по комнатам!

Вот так испарилась моя возможность остановить Властелина. Пока я копошилась у стола его и след простыл. От страха лицо обдало жаром. Я пожевала губу и принялась обдумывала варианты как перехватить Весту и залечить рану. Подруга откуда– то знала, какими свойствами обладают различные неприметные глазу травы и умела делать лечебные мази. Но применять свои знания и помогать монахиням ей запрещалось, ведь на все была воля Всевышнего.

Окинув толпу девушек зорким и недовольным взглядом, настоятельница нашла меня и взмахом руки в коричневом рукаве поманила к себе.

– Властелин тебя услышал, – она схватила меня за предплечье и вывела из зала. – Такой стыд! Я бы выпорола тебя, но не успею. Надеюсь, что это сделает он, – шипела настоятельница, пока тащила меня по темному коридору.

– Я хотела предупредить! – оправдывалась я. – Хотела напомнить про демонов.

– Закрой свой рот, – замахнулась настоятельница, как только мы остановились у чистой и свежеокрашенной двери. – Не смей никогда говорить Властелину о демонах, слышишь? Никогда! Это его злит, а покровителей злить нельзя!

Она осторожно постучала и, услышав приглашение войти, протолкнула меня в проем, тут же захлопывая за мной дверь.

– Проходи и садись. – Властелин сидел в кресле у небольшого очага и держал в руке красивый наполненный бокал. Повинуясь, я села напротив. – Удобно? – поинтересовался он.

– Да, – честно ответила я, ведь никогда в таком кресле не сидела и даже не знала, что в монастыре такие есть! Мягкие и удобные.

– Ты боишься демонов, Аврора? – спросил он, глядя мне в глаза.

– Конечно, боюсь, – осторожно ответила я, ведь настоятельница строго приказала не говорить с ним о демонах.

– Как думаешь, ты бы узнала демона, случись тебе с ним столкнуться? – он пригубил ярко– красный напиток, не сводя с меня взгляда.

– Понятия не имею, как они выглядят, – я солгала на удивление уверенно. В конце концов, откуда ему знать про демона из тайника.

– Имеешь, – с тихим смехом произнес Властелин и сделал еще один глоток, от которого явно получил удовольствие. Я почти не дышала, ожидая, что еще он скажет. – Демоны ничем не отличаются от тебя и меня. Внешне они выглядят, как люди.

– Понятно, – я медленно выдохнула, чтобы он не заметил моего облегчения.

– Ты что– то хотела сказать в зале? – и снова в его голосе скользнула сталь. Такие перепады в его настроении пугали, и от греха подальше я прикрыла руками кровавое пятно на платье. Чем меньше у нас тем для разговора, тем быстрее он меня отпустит.

– Да я, честно говоря, уже и забыла, – договорив, выдавила правдоподобную улыбку, чтобы поверил и оставил в покое.

Властелин меня пугал одним своим видом. Сидящий в полумраке комнаты, в расслабленной позе и разглядывающий меня, он заставил меня вжаться в кресло. Кровь из бедра тем временем быстро просачивалась через ткань, заставляя меня нервничать еще больше.

– Говори правду, – нажал он и опустошил бокал.

– Я хотела сказать, что огонь опасен. Но вы и так это знаете куда лучше, чем я.

– И чем же опасен огонь? – почти ласково спросил он, вгоняя меня в ступор.

– Через него ходят демоны, – тихо ответила я.

– Ходят, – кивнул он и с силой швырнул в огонь свой бокал. От звука разбитого о каменную кладку стекла по спине пробежала горячая волна. Властелин был в бешенстве. – Но знаешь, что? – он наклонился ко мне и скрестил перед собой пальцы.

– Что?..

– Они уязвимы, – сказав это, он улыбнулся собственным мыслям и продолжил: – И я знаю, как их убить, – он поднялся с кресла и присел на пол прямо передо мной, обе его ладони мягко легли мне на колени. Он незаметно погладил их и посмотрел мне в глаза. – Этой ночью никто сюда не проникнет, а если посмеет – то пожалеет и умрет в страшной агонии. Ты мне веришь?

– Верю, – прошептала я, несмотря на то, что мне хотелось заорать и выбежать из этой комнаты. Даже демон из тайника не напугал меня так, как пугает Властелин. Его касания вызывали отвращение. Я попыталась отодвинуться от его рук, но он не позволил.

– Покажи, – приказал он и убрал мои ладони от большого и мокрого пятна крови.

– Ничего страшного, – я попыталась отказаться от его помощи, но он все равно задрал подол до колена. – Прошу, не надо!

– Ты нужна здоровой, – отрезал он и все– таки обнажил мое бедро. Я была готова провалится под землю из– за стыда!

– Я здорова, а это – так, царапина, – сопротивлялась я, хотя сама видела, что рана выглядит плохо.

– Упрямая… – протянул Властелин и наклонился к моему бедру так низко, что я чувствовала его дыхание на коже. Каким бы могущественным он ни был, и что бы о нем не говорила настоятельница, рядом с ним я ощущала только животный страх и отвращение. Когда он прикоснулся к моей ране губами и слизал с нее кровь, сердце отчаянно забилось где– то в горле. – Я люблю упрямых, Аврора.

Я видела на его губах собственную кровь, которую он тут же смахнул кончиком языка.

– Необходимо наложить повязку. Не двигайся, – приказал он и ушел вглубь комнаты.

Лучше бы меня сожрали демоны из огня, чем снова трогал Властелин. Я смотрела на огонь и слышала, как он наливает воду и что– то разрезает. Вернулся он с двумя кусочками ткани. Той, что была смочена водой, он протер возле раны, и несколько раз подул на чувствительную кожу. Ярость и отвращение, что бурлили внутри, полностью заглушили боль. Он перевязал рану сухой полоской ткани и медленно убрал свои руки.

– Завтра утром искупайся и надень чистое, – он подошел к двери и несколько раз ударил по ней кулаком, призывая стражей. – А сейчас тебя проводят в новую комнату.

– Новую? – я робко поднялась с кресла, так и не решаясь подойти к выходу.

– Да, – он снова провел по губам кончиком языка. – Она большая – туда поместятся стражи, которым я приказал тебя охранять. – Он посмотрел мне в глаза и зло добавил: – От демонов.

– Это лишнее, – замотала головой я.

– Перечишь?!

– Простите меня, Властелин, – склонила голову я. – Просто я всегда делила комнату со своей подругой Вестой. И мне грустно думать, что я больше никогда ее не увижу.

– Она так тебе дорога? – заинтересованно спросил он.

– Как сестра.

– Если ты хочешь, я могу сделать так, чтобы в твою комнату принесли еще одну лежанку. Для Весты.

– Я была бы очень благодарна!

– Хорошо… – медленно протянул он. – Я отдам приказ, а ты запомни мою доброту, Аврора.

– Конечно! – я радостно закивала и собиралась мимо него выйти в коридор.

– Потому что однажды, – он схватил меня за локоть и убрал прядь волос со щеки, добавляя: – Исполненные желания придется возвращать.

Я как ошпаренная выскочила в коридор, где меня уже ждали двое стражей. Властелин отдал им приказ найти Весту и отвести нас в приготовленные покои. Найти подругу получилось быстро, она сидела на лежанке в нашей комнате и очень удивилась, когда я сказала ей, что эту ночь мы проведем в другом месте. Один из стражей подхватил лежанку, и они провели нас по, казалось, привычному коридору, но за одним из замков нашлась лестница, ведущая наверх. Здесь я никогда не была, и даже запахи здесь витали иные. Вместо привычной сырости пахло пылью и старым деревом.

Отворив незнакомую дверь, стражи вошли в комнату и осмотрели каждый угол. Помещение было больше десяти шагов в длину и столько же в ширину. Правда, кроме двух лежанок и заколоченного очага здесь больше ничего и не было.

Стражи разделились. Один поставил у заколоченного камина большую лантерну с металлической ручкой и встал к стене, не говоря более ни слова. Другой захлопнул дверь, проверил замок и, присев перед камином, принялся отламывать наглухо приколоченные доски.

Через пару мгновений комнату окутал мягкий свет огня, и я опустилась на лежанку в надежде поскорее уснуть. Но мысли роились в голове, словно пчелы в беспокойном улье. Что делать и как себя спасать? Мне никак нельзя в столицу, и нельзя, чтобы хоть одна живая душа узнала про мои волосы! Я даже думала их состричь, но это ничего не изменит.

Властелин и его стражи пугали сильнее демонов! Перед глазами до сих пор стояла дикая картина, как он слизывал мою кровь… Да и где это видано, чтобы мужчины оставались ночевать с монахинями? По испуганным глазам Весты я догадалась, что она думает примерно о том же.

Треск огня заставил открыть глаза. Совсем тихо и не привлекая внимания, я повернула голову к очагу, где огонь жадно поглощал древесину. Я даже не знала, сколько пролежала вот так, глядя в одну точку. Тем временем дыхание Весты изменилось – стало более глубоким и редким. Подруга уснула, да и мне тоже не мешало бы. Но я все вертелась из стороны в сторону, прокручивая в уме слова, сказанные Властелином. Я нутром чувствовала, что говорил он одно, а думал другое. Его слова были то загадками, то издевками. И сдалась я ему?!

Пламя в камине шептало на незнакомом языке и тихо потрескивало, делясь теплом. Неожиданно щелкнув, огонь выплюнул увесистый скоп искр прямо на каменный пол. Подгоняемые потоком воздуха, искры пронеслись по полу, угасая где– то в дальнем углу. Это выглядело красиво и странно. Монастырь хоть и стар, но сквозняков здесь никогда не бывало.

Стражи властелина сидели по разные стороны очага. У обоих ноги были вытянуты, а руки сложены на груди. Я тихо хмыкнула – хороши защитники. То, что они спали так же мирно, как и Веста, было понятно по опущенным головам и легкому храпу.

Покрывало на худых плечах подруги медленно вздымалось и опускалось, напоминая, что мирный отдых лучшее лекарство от беспокойных мыслей. Отругав себя в очередной раз, я решила, что заставлю себя спать, но тут же услышала шелест. Она что, проснулась?

В воздухе прямо над Вестой зависли два огонька… Я часто заморгала, отгоняя странное видение, но они никуда не исчезли и, казалось, наоборот, немного увеличились в размере.

Я медленно приподнялась на локтях и готова была поклясться, что в темном углу комнаты кто– то есть! Высокая фигура, неуловимая и черная, с расплывающимися из– за слабого освещения контурами, смотрела на меня пылающими глазами.

Демон! Это невозможно… Здесь же стражи. Стражи…

Я только набрала в легкие воздуха, чтобы позвать застывших в неподвижных позах мужчин, как лицо накрыла ладонь в кожаной перчатке. Той самой кожаной перчатке, которая уже закрывала мне рот!

– Спящих будить нельзя, – знакомый голос насмехался, а я сжалась в ужасе.

Отчаянно мотая головой, я не верила тому, что происходит. Хоть бы сон, хоть бы просто кошмар!

Вот теперь нас всех перебьют!

Глава 3

Демон из тайника вернулся. Только сейчас выглядел он совсем иначе.

Тело облегала черная форма с серебристыми пластинами. Маска скрывала нижнюю часть лица. Множество ремней с оружием пересекали широкую грудь и пояс.

Сам он был натренированным, крепким. И совсем точно не разведчиком, а самым настоящим воином.

В глазах, что смотрели прямо на меня, плескался огонь. Страшный, живой и беспокойный, он переливался то желтым, то красным. Пугал и манил одновременно.

Теперь я понимала, почему таких, как он, называют монстрами.

Он сжимал меня крепко. Так, что пошевелиться было практически невозможно. Я чувствовала, как от страха из глаз прыснули слезы.

Дернулась, пытаясь вырваться. Но ему все было все равно. Парой жестов он отдал какой– то приказ другому демону. Горький ком поднялся к горлу, это все из– за меня и моей глупости!

– Скоро все закончится, – утверждение прозвучало спокойно, надменно и устрашающе.

Он упивался своей силой, глядя мне в глаза.

От этого необычного взгляда меня отвлек и напугал всхлип Весты, которая проснулась и тут же была схвачена другим демоном. Так же, как и я, она пыталась вырываться и кричать, но кроме глухого мычания не получалось ничего.

Я хотела окликнуть стражей, которые должны были нас охранять, но тело было сдавлено каменными силками. Это было еще одним отличием демонов от людей – многократно превосходящая сила.

Раздался легкий свист, и рассеченный ножом воздух всколыхнул прядь волос у виска. Я почувствовала, как что– то теплое и вязкое выплеснулось на спину и плечи.

Тошнотворное чувство скрутило желудок. Это что– то оказалось кровью и тонкой каплей стекало вдоль переносицы демона, пока он наблюдал за происходящим. Под маской не было видно выражения лица, но совершенно точно он наслаждался тем, что видел.

Борьба за спиной становилась все громче, и тиски, сжимавшие голову, внезапно исчезли. Демон меня выпустил. По крайней мере, мне так показалось. Я хотела ускользнуть, но не успела. Он схватил меня и прижал к лежанке. Над головой снова просвистело оружие и раздался скрежет металла о камень.

Я подняла голову, не до конца осознавая, действительно ли хочу видеть происходящее, но оторвать взгляда уже не смогла.

Как в тумане, я наблюдала за схваткой единственного живого стража и демона. Движения монстра были завораживающими и слишком быстрыми.

Страж впустую размахивал мечом, не в силах задеть нападавшего, а тот, казалось, играл. Подобно черной тени, демон сделал молниеносный бросок вперед, а затем, потеряв интерес к врагу, развернулся ко мне, в несколько шагов преодолевая расстояние.

Вопрос, почему он не боялся повернуться спиной к стражу отпал сам собой. Воин безжизненно сполз вниз по каменной стене, оставляя размазанный кровавый след.

Наступила тишина.

Демон расправил плечи, вытер кинжал о бедро и бросил команду своему напарнику:

– Коридор открыт. Я за тобой.

К тому времени, как я спохватилась, Весты уже не было на лежанке. Безжизненное тело повисло на плече второго демона, который внезапно рассыпался снопом искр и исчез, забрав ее с собой.

– Наша очередь, – демон из тайника, который, судя по всему, у них главный, возвышался надо мной, протягивая руку.

Его слова и жест обескуражили. Он что, действительно думает, что я дам ему свою руку? Хотя…

Неуверенно слезла с лежанки и шагнула вперед, протягивая ладонь. Подгадав момент, я со всей дури толкнула его в грудь и ринулась к двери, в надежде сбежать. Дрожащими руками ощупала ржавый замок, в котором конечно же не оказалось ключа. Всевышний!

Я стукнула по двери, дернула ее на себя и закричала, что было сил. Только на помощь все равно никто не пришел.

Да и демон устал церемониться. Подошел сзади и схватил меня поперёк живота, будто я ничего не весила.

Из– под ног вдруг исчезла почва. Между лопаток тут же расцвела обжигающая боль – я даже не успела понять, чем именно он меня ранил. Отчаянно дернулась, чтобы вырваться, но тело совсем ослабло. Последним, что я видела, была огненная воронка, уносящая меня за собой.

***

– Рамис, почему она без сознания? – голос демона звучал отчетливо, будто он был совсем близко.

Остатки обморока тут же испарились. Я снова почувствовала, как щупальца страха сжимают грудь, лишая дыхания. Значит, ничего не закончилось и хуже того, даже не началось!

– Организм ослаблен, – сказал незнакомый голос. – Взгляни, – теплая ладонь бережно подняла мою руку, удерживая за предплечье, – девушка истощена.

– И ранена, – добавил демон.

Отчаяние затопило разум. Они меня трогают! Я открыла глаза, чтобы посмотреть на чудовищ. Тех самых, что живут за Стеной, ходят через огонь и убивают таких, как я.

Нахмурив брови, мой похититель изучающе осматривал мое тело. Все в той же черной форме, перчатках, высоких сапогах. Я всхлипнула, увидев на бедре окровавленный кинжал, которым он убил стража.

Демон услышал. Устрашающий взгляд тут же мазнул по лицу.

Я сжалась, ожидая снова увидеть огненные глаза, но они были обыкновенными, даже человеческими. Наши взгляды на мгновение встретились.

Я боялась на него смотреть, но отворачиваться было еще страшнее. У демона было молодое и симметричное лицо. Развитые скулы, четкая линия подбородка, сжатые губы. За темными ресницами скрывались серо– синие глаза, которые смотрели в упор. Безразличные глаза цвета шторма.

Он отвернулся и с прищуром смотрел на худого парня, что стоял радом с ним. На нем не было черной формы. Я видела только белую рубаху и зеленый фартук, сшитый из маленьких фрагментов ткани. Длинные каштановые волосы были собраны в хвост, большие глаза прятались за круглыми стёклами очков.

– Похоже на то, – он потянулся к моей ноге, чтобы осмотреть рану, но я не дала к себе прикоснутся и подскочила, забиваясь в изголовье лежака. От резких движений закружилась голова.

– Не бойся, я помогу, – глядя на меня, сказал незнакомец.

Хотелось ответить, что не нужно ни помощи, ни утешений, но попытка сказать это обернулась настоящей мукой – в горло как песка насыпали. Я хрипло закашляла.

Незнакомец снова аккуратно до меня дотронулся и, убрав от лица растрепавшуюся косу, поднес ко рту воду. Я перехватила стакан и жадно выпила все до последней капли. Во мне родилась мимолетная благодарность. Но стоило всего лишь вспомнить почему я здесь, как она испарилась.

– Меня зовут Рамис, я доктор, – он улыбнулся и протянул руку. Ничего не отвечая, я вжалась в угол еще сильнее и покачала головой. – Хочешь еще воды?

Кивнула и тут же напряглась, жалея, что ответила.

– Сейчас принесу, – он успокаивающе улыбнулся и выпрямился. – Когда я вернусь, ты скажешь, как тебя зовут?

Я снова промолчала. Тот, кто назвал себя доктором, не стал настаивать и удалился.

Теперь я осталась наедине с демоном, который не сводил с меня взгляда. От страха по спине пробежали мурашки.

Почему меня еще не убили? Что им нужно? Чего они ждут? Повторяя эти вопросы снова и снова, я покрепче обняла себя и даже начала читать молитву одними губами.

Подняла взгляд и теперь, когда слез больше не осталось, смогла рассмотреть зал, в котором находилась. Казалось, что если не смотреть на демона, то будет легче сдерживать отчаяние, которое разрывало изнутри.

Внимание привлек необычный пол, вымощенный гладкими красными и белыми квадратиками. Затем я осмотрела покрашенные в белый каменные стены и низкие потолки, с которых свисали многочисленные лантерны.

За спиной демона горел большой очаг, который по высоте и форме напоминал те, что были в монастыре. Только у этого края были целыми, не сколотыми, как было у нас. . Я прищурилась, пытаясь рассмотреть рисунок, но не смогла.

– Ты все время молчишь, – голос демона рассек тишину, приковывая к себе внимание. – Почему?

Он стоял напротив, руки были сложены в карманы, поза напряженная и небрежная одновременно.

– Ты не глухая. И не немая. Я помню тебя. Так почему молчишь сейчас? Это не поможет, – продолжал демон, глядя на меня.

Я спрятала глаза, сама не зная, на что надеюсь. Сколько он будет терпеть молчание, прежде чем достанет кинжал и заставит говорить? Взгляд снова ощупал помещение, и внутри меня что– то екнуло.

Низкие потолки, крепления для лантерн, очаг… нижний зал монастыря, в котором я выросла, выглядел точно так же, как и этот. Точь– в– точь!

Я решила, что раз полуостров и земли за Стеной когда– то были одним целый, значит, и строения могли быть похожими друг на друга. От мысли, что я могу быть права, перехватило дыхание.

Я повернула голову и заметила, что дверь, в которую вышел доктор Рамис, не заперта. Из груди вырвался тихий всхлип надежды. Если моя догадка верна и это здание похоже на монастырь, то я легко найду выход. Не думая дважды, я подобрала полы ночной рубахи и выбежала в приоткрытую дверь.

Шаги демона, который тут же ринулся догонять, я расслышала прекрасно. И это дало еще больший стимул.

Помимо того, что я быстро сориентировалась, в какой части здания нахожусь, я знала, где находится черный вход. Мне часто приходилось им пользоваться, чтобы избежать наказания или просто затеряться на несколько минут, чтобы передохнуть от жары. Не знаю, кто еще в монастыре о нем знал, но точно не настоятельница.

Я бежала так тихо, как только могла, едва касаясь холодного гладкого пола. В душе я, конечно, понимала, что слух демона развит сильнее человеческого, но сдаться без боя я просто не могла! Даже темнота не помешала найти незаметную дверцу высотой мне по плечи. Я рассчитывала на то, что демон туда не сунется – просто не пролезет со всеми его ножами и ремнями. Юркнула в низкий и холодный проход, беззвучно закрыв за собой дверь. Дернулась, когда дверь на другом конце коридора распахнуло порывом ветра. Повезло, что не закрыта. Я двигалась вперед быстро, но осторожно. Кроме дождя и бури ничего другого не слышала.

До улицы оставался всего один шаг, когда от очередного порыва ветра дверца захлопнулась прямо перед носом. Я толкнула ее вперед – та не поддавалась. Пришлось навалиться всем телом, так как стучать по ней я не хотела. Слишком опасно.

Стиснув зубы, я продолжала на нее давить, как вдруг она отворилась, и я вывалилась прямо на землю. А если точнее – в лужу.

– Да что же такое, – шепотом успела пожаловаться я, как тут же поняла, что грязь – меньшая из моих проблем.

Демон схватил меня, словно тряпичную куклу, и поставил на ноги. Я молчала, не сводя с него взгляда. Ненормальный демон стоял на месте, как вкопанный. Казалось, что от него самого исходит настоящее невидимое пламя. Или я слишком долго бежала и мне просто жарко?

Странный демон не был похож ни на одного из мужчин, которых мне довелось увидеть. Пусть все и сводилось к сегодняшнему дню и стражам Властелина.

По его напряженному лицу стекали капли дождя, то торопливо огибая брови, то задерживаясь у линии плотно сжатых губ. Из– за высоких скул щеки казались впалыми, но мощная фигура намекала на то, что он вряд ли голодает.

Сердце екнуло. Природа не ошибается, когда наделяет страшного хищника красивой наружностью. Так легче отвлечь жертву. И я понимала, что мой палач красив.

– Пора начать говорить. – Черные брови сошлись на переносице, совершенно не портя правильное лицо.

Я поёжилась от его голоса и дождливой погоды. Холодный воздух саднил легкие, пальцы на руках заледенели, а мокрая рубаха неприятно прилипла к телу.

Взгляд зацепился за медальон демона. Круглая сфера наливалась желтым светом в ритме, похожем на сердцебиение. Это завораживало, потому что казалось, что внутри медальона переливается самый настоящий огонь.

Но я поспешила отвести взгляд. Не на что там смотреть. Он демон и похититель!

– Мне нужно доставить тебя в Совет, – сказал он и схватил меня за руку. – Пусть там тебя разговорят.

Демон потянул меня обратно в здание, и я еле поспевала за его шагами, то и дело запинаясь! Босые ноги утопали в холодной грязи, а рана на бедре все сильнее о себе напоминала. Наконец мне пришлось вырвать руку и остановиться, чтобы передохнуть. Иллюзий у меня не было – вырваться мне позволил он.

– Не шевелись, – приказал он и подошел совсем близко. Теперь медальон был на расстоянии ладони. – Мне нужно открыть коридор.

Я понятия не имела, о чем он говорит, какой еще коридор? Демон схватил меня за запястья, прижал к себе, и я снова почувствовала исходящий от него жар. Да что же это такое? Как мне может быть приятно получать тепло от такого, как он? Неужели я настолько устала и замерзла, что у меня не осталось сил на отвращение к демону?!

Медальон тем временем начал меняться. Еще минуту назад он был мерцающей сферой, а сейчас сияет так ярко, что напоминает маленькое солнце. И глаза демона… они тоже поменяли цвет!

– Коснись, – сказал он немного сдавленно, будто медальон тоже причинял ему боль. Но вряд ли это было так, скорее всего – это мое воображение. Что больно монахине – укус комара такому, как он.

Сердце забилось в груди быстро– быстро. Я слышала собственный пульс, чувствовала его в горле. Но я не могу подчиниться демону и отправится с ним в какой– то Совет по доброй воле. Сдаваться нельзя!

Я послушно накрыла медальон изогнутой ладонью так, чтобы его не касаться, и подняла взгляд на демона. Огненные глаза чудовища вызывали животный страх, но посмотрим, на что он способен без медальона.

Я резко дернула цепочку, и та, к моей радости, оборвалась. Металлические звенья были теплыми, и видимо стали гибкими из– за обжигающего света медальона.

Демон пришел в бешенство, а я отошла на безопасное, как мне казалось, расстояние.

– Лучше отдай, – прорычал он и шагнул ко мне, предупреждая: – Если ты войдёшь в коридор одна – то умрешь. Мы в такой глуши, что никто и никогда тебя не найдет, даже я.

Мне было так страшно, что я даже не могла говорить. Кроме демона только один Всевышний знает, что я держу в руке и как именно работает медальон. Я почему– то решила, что раз медальон перенес меня сюда, то сможет вернуть обратно.

– Ты погибнешь, – не унимался демон. – А я останусь без медальона передачи. Поверь, тебе лучше подчиниться.

Подчиниться? Сначала жестокой настоятельнице, потом безумному Властелину, а теперь демону из огня? Больше никогда! Если я сгину из– за медальона, то так тому и быть.

«А рабыней я больше не буду», – с этой мыслью я приложила медальон к груди и в последний раз взглянула на демона.

Глава 4

После яркой красной вспышки глаза долго привыкали к темноте. Боль от медальона прошла очень быстро. Она не достигла и десятой части той агонии, что я испытала в самый первый раз. Видимо, без демона он работает иначе.

Первым, что я услышала, был дождь. А затем в темноте начали проявляться черты леса и дороги, разделяющей его. Я поглубже вдохнула свежего воздуха и прислушалась к тишине. Она настолько обнадёживала, что я чуть не заплакала от облегчения!

Сойдя с тракта на густую короткую траву, я обняла себя руками, не веря, что наконец свободна. Да, выбираться из незнакомого леса и искать ближайшее селение будет непросто и, скорее всего, очень опасно, но все же лучше, чем попасться в лапы Властелина или демона.

С мокрых ветвей внезапно сорвались десятки птиц и, взмыв вверх, растворились. Я не успела предположить, что их могло напугать как сама услышала цокот копыт. Конь не шагал, он несся в мою сторону во всю силу!

Стиснув зубы, я ринулась в непроглядный лес. Кем бы ни был всадник, лучше мне его не встречать. Пробираясь по мху и жухлым листьям, я молилась, чтобы это не был демон. Но тут же остановилась, как в ступоре. Медальон! Я руками обшарила мокрое одеяние и даже рассмотрела ладони в лунном свете – нигде на мне его не было. Значит, он остался на тракте, и сейчас мерцает, призывая своего хозяина.

Смирившись с потерей, я двинулась дальше в густую чащу и скоро поняла, что впереди ждет непроходимая стена из поваленных деревьев и ломаных веток. Здесь вряд ли когда– то ходили люди. И мха под ногами больше не было, только холодная грязь. Дальше я не пройду, значит, нужно прятаться. Только времени на поиск укрытия совсем нет. Пока я топталась на месте, вглядываясь в чащу, где– то неподалеку раздался глухой треск.

Это был он… Я просто знала, что он!

Прислонившись к старому дереву, я тихо сползла вдоль толстого шершавого ствола, уже ни на что не надеясь. Сначала послышалось чавканье гниющих листьев и грязи, а потом высокие черные сапоги промелькнули на уровне глаз. Горячая ладонь вздернула подбородок вверх, и, вопреки своему желанию, мне пришлось столкнуться с пылающим взглядом снова.

– Напрасно бежала, мы возвращаемся.

– С места не сдвинусь, – я отрицательно помотала головой.

Демон быстро осмотрел меня.

– Оденься и выходи на дорогу, – он достал что– то объёмное из– за спины и бросил в меня.

– Не надо мне ничего, – я скинула его накидку на землю.

– У тебя одна минута, монахиня, – пригрозил он, смотря в глаза, и достал блеснувший в темноте клинок. Небось тот самый, которым совсем недавно он убил стража. Ноги от страха стали ватными. – Ты отправишься со мной в любом случае. Вопрос только в том, одетая и верхом, или голая и пешком? – демон подбросил клинок в воздух и поймал его. – Поняла?

– Гори в аду, – отчаянно прошипела, сжимаясь от страха.

– Пятьдесят секунд, – спокойно ответил он, прислушиваясь к звукам леса. Затем развернулся и ушел.

Я обернулась, хлопая глазами. Демон слился с тенями леса, и только серебристое лезвие в сильной руке изредка поблескивало, удаляясь.

Безумный демон меня не убил и зачем– то отдал мне свой плащ! Я покосилась на скомканный мех, что выглядывал из– под блестящей намокшей кожи. О такой одежде в монастыре не слыхивали, да и не мечтали! Тяжелый добротный плащ так и манил завернуться в него и отогреться.

Демон сказал, что будет ждать у дороги. Значит ли это, что поблизости его нет?

«Попытаться сбежать еще раз?» – из груди вырвался нервный смешок.

Какая несусветная ерунда! В лесу наверняка есть хищники, не уступающие демону в скорости и желании поживиться. А я от холода почти не чувствовала даже земли под ногами. Зато рассмотрела потекшее кровавое пятно вокруг раны на бедре и грязную повязку, что болталась на щиколотке. Хороша беглянка.

Я медленно поднялась, опираясь о ствол дерева. Расправила порванную рубаху и осторожно шагнула вперед, чтобы подобрать плащ. Я еще придумаю, как ускользнуть. Должна придумать! Но сначала я приму подачку и хоть капельку согреюсь.

Мех накрыл раздраженную, исцарапанную кожу тяжелым пологом, и я осторожно двинулась в сторону тракта. Смотря под ноги, размышляла, зачем нас вообще похитили? Если ради того, чтобы убить, как сестер, то отчего медлят?

Тело обдало жаркой негой, от ушей и до самых кончиков пальцев. Да чей же это мех, что так согревает? Что за зверь носил его на себе?

По чаще леса внезапно пронесся вой. Я подняла глаза, не понимая, что происходит. Демон стоял прямо передо мной с заведенной за голову рукой, в которой был клинок. Другой рукой он указывал, чтобы я продолжала идти к нему навстречу, и, что самое удивительное, совершенно на меня не смотрел. Горящий взгляд устремлялся куда– то вдаль.

Лесную тишину пронзил еще один звериный рык, утробный и громкий. Демон схватил меня и задвинул себе за спину. Между поваленных стволов и корявых веток медленно пробиралось нечто, похожее на ожившую кучу соломы. Я прищурилась, рассматривая животное в редких столбах лунного света.

Оно было размером со взрослую собаку. Выглядело жалко, двигалось неуклюже. Маленькая, непропорциональная по отношению к туловищу, голова болталась из стороны в строну. Зверь внезапно замер. Черная морда взметнулась, что– то активно вынюхивая, и тут же опустилась. Я не понимала, почему демон решил нападать, ведь ни о какой опасности не шло и речи.

Но он все так же пристально смотрел вперед, ни на что не отвлекаясь. Я отшагнула, и он, кажется, не заметил, все так же стоял, как вкопанный.

– Не двигайся, – тихий приказ был еле различим, но я услышала. Голос демона отпечатался в глубине сознания, и мне это не нравилось.

Слушаться я не собиралась и сделала еще один шаг назад. Тут под ногой шевельнулась лягушка или что– то другое холодное и живое. Я с визгом отскочила в сторону, стряхивая с себя несуществующую живность. Собственные крики раздались по чаще громким эхом.

Демон снова никак не отреагировал. Зато неуклюжее животное внезапно сгруппировалось и перекатилось вперед, а когда остановилось и встало на лапы, я поняла, что догадка о лесных хищниках была удачной и скорее всего, последней в моей жизни.

То, что до этого казалось соломой, было иглами. Длинными и толстыми иглами, натянутыми вдоль головы и мощного туловища. Зверь зарычал и недовольно махнул хвостом, обнажая короткие, оттопыренные отростки, больше похожие на шипы.

Хлопок – и шип впился в толстую кожу плаща на моем плече.

От страха задрожал подбородок! Зверю даже не нужно подходить ко мне, чтобы убить. Два хлопка – один за другим, и шипы впились в ствол дерева, у которого я стояла.

Было понятно, что животное перешло в атаку и может послать в меня целую порцию игл. Кажется, именно это оно и собирается сделать прямо сейчас.

Поджав передние лапы, зверь пригнулся и начал замахиваться тяжелым хвостом. И только краешком глаза я заметила, что демон тоже собрался атаковать, но немного опоздал.

Очередной хлопок раздался чуть раньше момента, когда мощная черная тень сделала выпад и клинок рассек полный напряжения воздух.

Демон тут же дернул меня за руку и повалил на землю, увлекая под себя. Клинок достиг своей цели. Побежденный зверь глухо упал на землю, а победитель шумно дышал над моей головой. Не сильно вдаваясь в размышления о том, почему демон так поступил, пришлось признать, что он меня спас.

– И все– таки с пониманием у тебя туго, – он ловко откатился в сторону. – Фатус мог тебя убить. В его иглах яд.

– А вы похищаете послушниц для чего– то другого? – собственный голос дрожал от пережитого шока.

Демон поднялся, покачал головой и выругался. В его бедре торчали как минимум пять желтоватых и длинных иголок. А ведь, по его же словам, в них смертельный яд!

Эта мысль заставила меня подскочить на ноги. Демон все еще стоял на ногах, немного покатываясь, и пытался выдернуть ядовитые иглы. Прикусив губу, я наблюдала за тем, как у него не получалось и …ну не могу же я помочь такому, как он! А если бы и хотела, то как? Набравшись смелости, шагнула вперед.

– Как мне вернуться домой? В какую сторону двигаться? – потеребив край плаща, я неуверенно добавила: – Тебе уже все равно, а я хочу жить.

Прозвучало ужасно, и я скривилась от собственных слов. Но никто, кроме демона, мне не поможет.

Он поднял лицо и посмотрел на меня затуманенными глазами. Как назло, столп белого лунного света падал на его фигуру, давая мне возможность рассмотреть его слишком хорошо.

Особенно глаза. Синие, глубокие, штормовые. Демонские глаза.

– Меня зовут Кристиан, – с этими словами он качнулся и резко осел на землю.

– А я Аврора, – опустилась следом и приблизилась к умирающему демону. – Хочешь, я отдам тебе плащ? Чтобы не холодно б– было…

От последних слов в горле запершило. На моих глазах еще никто не умирал.

– Монахиня, – он откинул голову и усмехнулся, сверкая белозубой улыбкой. – Меня зовут Кристиан Демортен. Я капитан боевых демонов Объединённых Земель Наймарра, – туманной пелены в его глазах больше не было, зато разгоралось пугающей силы пламя. – И я точно не умру.

Последние слова ударили невидимым хлыстом, и я отползла от демона, как от ядовитой змеи. Все– таки это конец! Я вскочила и ринулась прочь, не различая ничего, кроме тонкого просвета, через который виднелся освещенный лунным светом тракт. Зря я расчувствовалась, только потеряла драгоценное время!

Даже если он и правда не умрет от яда, то все не так радужно, как он хотел показать. Не зря же он остался сидеть на мокрой земле вместо того, чтобы догонять меня.

Я выскочила на дорогу и метнулась к смирно стоящему скакуну. На фоне непроглядного леса он был различим только благодаря тому, как переливалась при луне его шерсть. Стоило мне потянуться к поводьям, конь недовольно мотнул головой и отошел в сторону.

– Прости, миленький, но и мне деваться некуда, – я снова приблизилась к вороному и погладила его по шее, надеясь успокоить, но ему не понравилось.

Сняв накидку, я осторожно перекинула ее через широкую спину животного. Реакции не последовало. Уже лучше. Я ухватилась за седло и уже собиралась забраться верхом, как конь взбесился. И только Всевышний знает, что бы со мной случилось, если бы не демон, по традиции появившийся из ниоткуда. Он вырвал меня из седла, и, судя по тому, с какой силой меня сжимали его руки – яды ему действительно нипочем.

– Два ноль, Аврора, – демон развернул меня лицом к себе. – Ты так и ищешь глупой смерти.

– Пусти меня! – я попыталась убрать его руку со спины, но оказалась прижатой к каменному телу еще сильнее.

– Нет, – отрезал он. – Есть разговор, монахиня.

– К– какой? – от холода и усталости зуб на зуб не попадал. Что– то со мной было не так.

– Мне нужно, чтобы ты рассказала мне все, что знаешь про полуостров и того, кто им управляет.

– Что? – я уставилась на демона, не понимая, о чем это он. – Так я ничего не знаю… и не чувствую, – я посмотрела на правую ногу, которая полностью занемела. – Там…

Я внезапно потеряла равновесие и уткнулась лицом в грудь демона. Он взял меня за плечи и встряхнул, но это не помогло. Я даже головы прямо держать не могла.

Демон резко опустился и начал ощупывать ногу, а я сложила руки ему на голову. Очень уж хотелось на что– нибудь опереться.

– Будет неприятно, – прозвучало где– то вдалеке. – В тебя попала небольшая игла.

Неприятно? Игла? О чем это он говорит? Я качнулась в сторону, но рука демона вовремя остановила меня от падения.

– У тебя интересное имя, – чистосердечно призналась я, слабо разбирая собственные слова, – и ты такой… большой!

– Ты меня отвлекаешь, – невозмутимый и низкий голос с толикой иронии снова прозвучал издалека, – но продолжай.

Его руки массировали ногу, периодически сжимая, и под такт этих убаюкивающих движений мне было все тяжелее держать веки открытыми. Затем он сделал странное. Достав из нагрудного кармана кожаный чехол, демон выудил маленький нож и сделал им надрез у себя на запястье. Я даже испугаться не успела, как он царапнул тем же ножом мою ногу и приложил к порезу свою руку.

– Не молчи, монахиня. Самое время для откровений.

Вместо ответа я сонно качнулась вперед и чуть не перевалилась через голову демона, но в последний момент он подхватил меня и поставил на ноги. Вернее, попытался. Потому что я снова и снова скатывалась вниз, а он меня держал.

– Эй, приходи в себя, – прошелестело прямо над ухом. – Нужно возвращаться. Аврора!

Меня как ледяной водой окатило. На секунду отступила даже дремота.

– Вы нас тоже убьете? – замерзшими губами спросила я, внезапно осмелев.

– Тоже? – демон нахмурился и слегка наклонил голову вперед, будто не понимал, о чем речь.

– Как тех сестер, – мое сердце билось гулко, быстро, насмерть. – Их нашли растерзанными, и это сделали демоны.

– Они живы, – уверенно ответил он после небольшой паузы.

– Нет, – я покачала головой, глядя на беспристрастное лицо. В монастыре был траур. Я помню два деревянных заколоченных гроба. – Мы сами их хоронили!

– Ты видела тела?

Очень хотелось ответить, что да! Но я ничего не видела. Настоятельница говорила, что растерзанных сестер собирали буквально по частям. И всё что видели послушницы – это два деревянных гроба.

– Молчишь, значит, я прав. Вы скорбели у пустых могил.

– Я тебе не верю, но, допустим, ты говоришь правду. Так зачем мы вам? – задрала подбородок, глядя ему прямо в глаза. – Вы проникли в монастырь, убили стражей и похитили нас, чтобы что?!

– Полуостров находится во власти преступника, – спокойно объяснил он. – Можешь считать, что вас спасли.

– Бред, – покачала головой, желая сбросить этот разговор, как странный сон. – На полуострове все хорошо. Было хорошо до прихода демонов. Нас защищала Стена!

– На полуостров можно добраться и по морю, было бы желание, – рассуждал он. – И от чего такого вас защищает Стена?

– От чудовищ, демонов – таких, как ты. Там живут люди, в мире и согласии. Никто ни на кого не нападает, не ходит через огонь и не крадет!

– Ты ничего не знаешь, – подозрительно тихо произнес он, или мне снова становилось плохо.

– Не знаю чего? – по телу прошла неприятная дрожь, зрение потеряло остроту. – Только не это…

Я чувствовала, как падаю в темноту.

***

– Тебя здесь быть не должно!

Эта громко сказанная фраза напугала и разбудила. Я попыталась разлепить глаза. Онемевшее тело не слушалось, но все же мне удалось немного приподнять веки.

– Тихо, тихо, – знакомый голос прозвучал совсем близко. Краем затуманенного взгляда я увидела Властелина, – Щенки из Наймарра нарушили наше с тобой соглашение!

– Никакого соглашения нет, – незнакомый мужчина активно жестикулировал прямо перед моим лицом. Белые закатанные рукава почти скрывали большое коричневое пятно на светлой коже правой руки. – Ты хочешь ее обратно? – судя по голосу, он был молодым.

– Я хочу обратно все, что у меня украли, – медленно проговорил Властелин. – И чтобы ни один милитар на совал свой нос на мою территорию. Иначе я их всех убью.

– Я не могу отдать тебе всех. Только эту, – тихо, но упрямо заявил молодой мужчина, чьего лица я не видела.

– А остальные?

– Будут держать рот на замке. Я позабочусь.

Собственное сердцебиение заглушало все остальные звуки. Мне было так плохо, что казалось, будто я умираю.

Властелин еще некоторое время неразборчиво говорил с незнакомцем, а потом я почувствовала, как тело пронзает уже знакомая боль – та, которую я испытала, когда меня похитил демон.

Глава 5

Я не знала, сколько времени провела в дурмане, и если бы меня попросили угадать, где я – то первым на ум бы пришел густой туман.

Пар, густой и белесый, обласкивал мое тело и заполнял легкие, слегка щекоча дыхание. Я лежала в одной позе, изредка двигая потяжелевшими конечностями.

В голове совсем не было мыслей, а те, что приходили, тут же растворялись и исчезали без следа. Оставалась только абсолютная пустота.

Иногда мне снились сны. Как ни странно, все они были обращены к демону, который меня похитил. Первые разы я сопротивлялась, а потом поняла, что вреда они не несут и никто никогда о них не узнает.

Во снах я называла его по имени и даже привыкла к пламени в его глазах. Он больше не пугал. Наоборот, сильная высокая фигура воина внушала незнакомое чувство. Будто случись со мной что-то – демон защитит.

Наконец вынырнув из марева, пропитанного странными образами и желаниями, я жадно глотнула воздуха. Горячего и соленого.

Белесый пар клубился под высоким потолком незнакомого помещения и медленно оседал, расползаясь по влажным каменным стенам.

Я не сразу поняла, что пар исходит от воды, край которой почти доставал до шеи. Ослабшее тело нехотя дернулось, и поверхность воды пошла рябью.

Я сделала решительную попытку приподняться из углубления, наполненного мутной водой и размякшими душистыми травами, но не смогла.

– Приветствую.

Высокая стройная женщина появилась из ниоткуда. На ней было белое сияющее платье в пол, пояс со множеством мешочков и головной убор, безупречно покрывающий волосы и шею.

За ее спиной мгновенно выросли несколько таких же, совершенно одинаковых с виду женщин.

«Безымянные дочери» – осенило меня. Монахини, которые служат Властелину.

Значит, я в столице… Но как?!

Картинки начали проноситься перед глазами с бешеной скоростью. Как я сюда попала? Последним моим воспоминанием был демон. Тогда почему я снова на полуострове?

Я сама не поняла, почему сердце было не на месте. Полуостров мой дом, а демоны – похитители и убийцы. Но почему все внутри неприятно всколыхнулось?

Тем временем монахини смиренно разглядывали новоприбывшую, то есть меня. Некоторые взгляды были излишне острыми, недобрыми.

– Скоро состоится твое посвящение.

Пока главная Безымянная говорила, остальные окружили меня с разных сторон и помогли подняться из странной чаши. Широкое и мягкое полотно ткани тут же легло на плечи и облепило тело, немного намокнув у щиколоток.

– Ты готова, – смиренно пропела женщина, разглядывая меня. – Хочешь взглянуть на себя, послушница Белого Дома?

Я неохотно кивнула, и мы вышли из странной комнаты, в которой по ощущениям я провела очень много времени.

Храм, построенный из гладкого камня, был обителью Безымянных. Тот самый первый Белый Дом, что дал свое имя всем другим монастырям, где воспитывают юных послушниц.

Настоятельница рассказывала об этом месте, и некоторые описания буквально оживали в мечтаниях маленьких девочек. Привыкшие к лишениям и работе, они толком и не знали о другой жизни. Поэтому редкие рассказы о почтении к Безымянным Дочерям, что носят белые одежды в пол и живут в белом, как снег, храме, приводили девочек в блаженный восторг.

Это сейчас я внезапно поняла, что замерзшим и забытым детям не сложно навязать желание стать всеобщими любимицами. Но когда– то эта история была моей единственной сказкой.

Пол из квадратных плит с волнистым узором холодил мокрые стопы, и это помогало быстрее сбрасывать с себя морок.

Храм казался бесконечно большим не только в высоту, но и в ширину. Мы двигались вдоль нескончаемых колонн и дверей, пока, наконец, не дошли до той, что показалась мне знакомой.

Дверь отворилась бесшумно и плавно, приглашая зайти вовнутрь. Ожидаемо комната была такой же белой, как и каждый камешек, из которого был возведен храм. И все же я вертела головой так, будто взглядом хотела за что– то зацепиться.

Мелкие обрывки воспоминаний навалились градом, но я не была уверена, настоящие ли они. Ведь сегодняшний день повторялся до деталей!

Две Безымянные сняли с меня мокрое полотно и бесшумно отодвинулись, подобно теням.

– Дитя, – голос единственной говорящей монахини раздался из– за спины, – обернись.

И я обернулась, некоторое время не понимая, что происходит. Никогда в жизни не видевшая стекляшки размером более ладони, сейчас я смотрела на себя в отражении самого настоящего зеркала. Огромного и начищенного до блеска.

В очаге вспыхнул огонь, отвлекая непрошенными воспоминаниями о демоне. Я стыдливо спрятала их подальше и вернулась к своему отражению.

Пришлось хорошо проморгаться, потому что это отражение было не мной!

Дрогнувшей рукой я собрала волосы и принялась рассматривать пряди цвета самой настоящей крови, которые до этого всегда были черными. Даже мокрые, они и отдаленно не были похожи на цвет волос, с которым я жила всю жизнь. Не считая одну красную прядь, которая появилась совсем недавно.

Безымянные мягко кивали в ответ на мой вопросительный взгляд. Что это значит?

Быстрые шаги к злосчастному зеркалу раздались мокрыми шлепками, и теперь я жадно разглядывала не только свои волосы, что факелами вспыхивали в бликах огня, но и изменившее вид тело.

Плечи из заостренных стали ровными и мягкими. Не веря, я провела по ним ладонями, и пламя в камине снова издало громкий треск, напоминая о себе.

Из прямых и тонких бедра приобрели форму и округлились, а впалый живот распрямился. Я не стала убирать волосы назад, но заметила и явно потяжелевшую грудь.

Смущение и какое– то незнакомое, но приятное чувство затрепетало внутри. Я смотрела на себя обнаженную, и в голове вертелось слово, которое я никогда не говорила сама себе.

Только вот теперь и без него я чувствовала себя… красивой?

Встретившись взглядом с главной монахиней, я только и смогла проронить сиплое:

– Как?

– Твоя воздержанная жизнь осталась позади. Теперь ты в шаге от того, чтобы исполнить свое предназначение, – она легко подошла и, не обращая внимания на мою наготу, продолжила. – Это твой истинный облик.

– Вы что– то со мной делали?

– Кормили, – уголок рта безымянной дрогнул в улыбке, – омывали, ухаживали.

– Но я ничего не помню… Это из– за одурманивающих трав?

Или из– за яда фатуса, который ранил меня в лесу. Сердце ухнуло, ощутимо ударяясь о ребра. Как я оказалась здесь, на полуострове? Почему демон отдал меня обратно?

– Не помнишь, – возразила собеседница, – потому что ты пережила страшное! Не удивительно, что твой разум защищается от губительных воспоминаний о демонах. Ты вскрикивала каждую ночь из прошедших восьми.

– Восьми? – выдохнула я.

Безымянная кивнула, а затем указала рукой в сторону, где лежало аккуратно сложенное белоснежное одеяние.

– Твое посвящение… состоится скоро. Мы и так потеряли много времени.

Я никогда особо не мечтала о посвящении, а теперь и подавно. Безымянная сказала, что я пережила страшное. Но из страшного я помню только похищение и фатуса.

Демон меня не тронул. Мог, но не тронул. И его слова… все, что он говорил, я помнила так отчетливо, будто выучила наизусть.

Что, если сестры живы и полуостровом действительно управляет преступник? Но как мне узнать, Властелин это или нет?

– И все же, – я прочистила горло, – ничего из последних дней я не помню. Что со мной сделали демоны?

– Всевышний даровал тебе благословение и отвел от смерти. Какие ответы тебе еще нужны? – с напором ответила монахиня, явно намекая, что тема закрыта.

Через некоторое время Безымянные вышли. Самая главная из них напоследок сказала, что им нужно подготовить все для посвящения, и мне тоже не помешало бы подготовиться. Что именно имелось в виду, мне не объяснили.

Да и как я могла подготовиться? В этих покоях нет ничего, кроме кровати и аккуратно сложенного одеяния. Кстати, про одеяние! Я ведь так и осталась стоять абсолютно голая.

Деваться было некуда, поэтому я развернула белую длинную тунику и натянула ее на себя. Никакого белья не предлагалось, но и так было уже намного лучше.

Опустилась на кровать и выдохнула. Как только монахини ушли, в голову тут же полезли неприятные мысли. Главная не зря увильнула от ответа, ничего так и не сказав про демонов. Но как– то же я здесь оказалась!

Пламя в камине засвистело, выплёвывая искры на белый каменный пол. Я повернулась к очагу и зачем– то начала вглядываться в огонь. Что, если бы демон прямо сейчас заявился сюда? Ведь он легко перемещается через огонь…

Сердце с грустью стукнулось о ребра. Да что же это такое?

Перед глазами само собой нарисовалось лицо. Смуглое и серьёзное. Наверное, демон мне запомнился из– за противоречий и странного поведения, причин которого я совсем не могла понять.

Сначала он похитил меня против воли, а потом спас. Хотя кто знает, какие у него мотивы на самом деле?

Покачала головой и поднялась с постели. Не может в нем быть ничего особенного! Просто он один из первых мужчин, которых я когда– либо встречала. И первый, с кем я провела время наедине, в лесу, перед ядовитым зверем. Вот и все! Это обычное любопытство, интерес, да что угодно.

Да и кто вообще сказал, что он является тем, кем кажется?

Я горько рассмеялась собственным мыслям и снова подошла к огромному зеркалу. Правды ради, стоило признать, что я никогда не видела своего отражения в полный рост. Но, как ни крути, из зеркала на меня смотрела другая Аврора.

Что со мной стало? Меня так изменила еда?! На вопросы безымянная ответила расплывчато, и это не нравилось. Уж на правду о себе– то я имею право.

Я провела руками по волосам. Длина и текстура были знакомыми, но вот цвет. Почему красный, и почему так быстро? Это же известный факт, красный – запретный цвет!

Пламя снова затрещало, привлекая внимание. Но я намеренно не смотрела в его сторону. Хватит.

Расхаживая по белой комнате в ожидании Безымянных, я вспоминала, как однажды в монастыре нам показывали причудливые камни – магниты. Они притягивались то друг к другу, то к иным предметам. Интересным было то, что видимых оков, которые бы притягивали эти камни, не было, однако между ними существовало притяжение. Что– то похожее наверняка произошло между мной и капитаном демонов. Или, скорее всего, только со мной.

Я даже не заметила, как комнату снова наводнили монахини.

– Началось? – я обратилась к единственной разговаривавшей монахине.

Та в ответ лишь странно улыбнулась, разглядывая меня с головы до пят. Уголки ее рта несколько раз дернулись, а глаза сузились, будто спокойствие было внешним. Раньше я не обратила внимания на внешность этой женщины, но сейчас видела, что она была достаточно молодой.

Немного вытянутое лицо и высокие скулы с яркими губами делали ее красивой, а вот глаза – странной.

– Скоро, – монахиня хищно сощурилась и добавила, – скоро решится всё.

– Всё? – я проглотила вязкую слюну.

– Да, – раздался легкий ответ, – ты что же, волнуешься?

– Я не…. – конечно, я волновалась, и на это были причины. Странная монахиня была одной из них! – Я в порядке.

– Хорошо, – она улыбнулась и решила огорошить меня вопросом: – Властелин тебя волнует?

– Всевышний, нет, конечно… – забормотала я.

– Брось отнекиваться. Мы пусть и монахини, но все же женщины, и к тому же не слепые. Властелин сильно отличается от других мужчин. Это тяжело не почувствовать.

– Я ничего не знаю о мужчинах и чертах, которыми они отличаются друг от друга.

Это было ложью. Но звучала я уверенно и даже легко вложила свою руку в раскрытую ладонь монахини.

– Я рада это слышать, дорогая, – мы двинулись к выходу. – Значит, мы уживемся. На какое– то время.

Свои неоднозначные слова монахиня завершила игривым смешком, что насторожило еще больше. Не такого поведения я ждала от одной из тех, на кого учат равняться маленьких послушниц.

Двигаясь в центре небольшой процессии, я покидала храм, который своей красотой превосходил все мои фантазии. В нем было так чисто, что и полы, и стены отражали дневной свет, которого здесь было много. Он лился прямо из круглых окон и, кажется, обещал, что облачная весна отступает.

Из храма мы вышли прямиком в пышный зеленый сад. Деревья нежились на палящем солнце, под ногами росли всевозможные цветы. Пахнущие сладостью кустарники с помощью ветра отмахивались от ненасытных пчел, а те снова садились на ветки. Казалось, что сад живет сам по себе, и только вымощенная из камня тропа указывала на то, что здесь бывали люди.

Внутри внезапно закрутилась воронка страха. Я опустила взгляд, стараясь отогнать плохие мысли. Точного ответа, чего именно я боюсь, не было.

Или был, и имя ему Властелин?

Витиеватая тропинка под ногами плутала, и через несколько шагов я начала замечать развеянную по округе пыль. Но откуда могло взяться столько пыли, да еще и на природе? Ее становилось все больше, и ступать по тропинке получалось мягко.

– Мы пришли, – безымянная отпустила мою руку и взяла за предплечье, еле заметно толкая вперед.

Я хотела вывернуться, но прямо перед глазами будто из ниоткуда выросла круглая площадь, вымощенная из множества выпуклых камней. Видимо, она находилась в густоте дикого сада, потому что глазами я уже не могла зацепиться ни за одно строение, даже сам Белый Дом.

Монахиня отвела меня прямиком в центр площади и удалилась. Наступила недолгая тишина, мои ладони вспотели от ожидания. Мир, кажется, замер, и я даже не слышала птиц.

– Приветствую тебя, благословением отмеченная! – голос Властелина прозвучал скрежетом битого стекла. Я была готова поклясться, что расслышала в его словах смех. Следом за ним эти слова повторила еще дюжина мужских голосов.

Я повернулась туда, где в тени деревьев располагалась трибуна с наблюдателями в нарядных одеждах. И как я сразу ее не заметила? Они все были похожи на Властелина – будто подражали. На шеях и пальцах мерцали камни. На лицах – холодные маски.

И они все смотрели на меня. Так пристально, что я попятилась.

Надменность сочилась из глаз людей, которые свысока и нехотя осматривали меня, как букашку. Кто– то морщил нос и указывал пальцем. Кто– то перешептывался с соседом.

Я понимала, с чьей подачи происходит мое унижение.

К горлу подступил ком, но я сдержалась. Возможно, послушниц не просто так отгораживали от мужчин всю жизнь?

За спиной Властелина, что восседал впереди трибуны, появилась та самая Безымянная, которая пообещала, что мы уживемся. Наблюдая за тем, как тонкая ладонь легла на его плечо, я поняла, что упускаю нечто важное.

Я здесь, потому что смогла прочесть Священное Писание. Настоятельница была вне себя от счастья и гордости. Так что же тогда происходит?

– Расскажи нам, дорогая, как ты себя чувствуешь? Все ли хорошо? – заботливо поинтересовался Властелин, скрестив перед собой пальцы, усеянные драгоценностями.

Прежде чем я ответила, он подначил:

– Ну же! Заодно поведай нам, как с тобой обращались за Стеной?

Я ахнула и застыла с открытым ртом, не зная, что ответить. Он вот так просто рассказывает о то том, что произошло!

– Я не помню, – коротко солгала, чтобы закончить разговор.

– Зато я помню, как ты сбежала с демонами, что убили моих стражей.

По площади прокатилась страшная тишина.

– Я не сбегала, меня похитили!

– Но тебе понравилось, – Властелин склонил голову на бок и облизнул нижнюю губу кончиком языка. – Тебе было хорошо с демонами, не так ли?

– Не так! – от его слов горели щеки.

– И все– таки думаю, что я прав, – он снова пробежал языком по губам, а потом хлопнул в ладони, меняя тему. – Оставим это, Аврора. Мы здесь для другого, ведь так? От посвящения в монахини Белого Дома тебя отделяют два задания.

Я насторожилась и до боли переплела вспотевшие пальцы.

– Ничего сложного, уверяю, – продолжил он. – Для начала расскажи нам, что ты прочла в священном писании? Помнишь?

К удивлению, слова с шершавой страницы впечатались в память:

«Всадник ходит повсюду, при нем сотни змей.

Ему служат заиф и огонь, города и люди.

Всадник ищет Амонну. Найдя, никогда не забудет.

Смерть обходит его стороной. Он не нужен ей».

– Хорошо. О ком идет речь в этих строчках? – Властелин потер подбородок, не сводя с меня взгляда, – Подумай, дорогая.

– Я не знаю, – честно призналась я, – понятия не имею!

Тишина снова накрыла площадь. Властелина боялись все, никто даже не двигался. И только я, стоящая в центре, привлекала к себе все его внимание. Он будто о чем– то думал, потом поморщился и сбросив с себя руку монахини, двинулся ко мне.

Он шел так зло и быстро, что я сделала пару шагов назад и серьезно подумала, в какую сторону бежать. Пока я металась, он пересек площадь и оказался прямо передо мной.

Я была готова поклясться, что что– то было не так! Движения Властелина были не нормальными для его возраста.

– Я терпеть не могу, когда все идет не по– моему, Аврора, – он был так близко, что я чувствовала его дыхание на лице. – Но у тебя еще есть шанс все исправить и вернуть на свои места.

– Как я могу это сделать? – мне казалось, что Властелин безумен, поэтому самым умным решением будет просто подчиниться.

– Ты готова мне служить? – абсолютно серьезно произнес он. – Ты готова?

– Я… – я была готова согласиться и на это, но слова застыли на губах, когда на дне глаз Властелина появились тонкие огненные воронки.

– Признать меня своим Всевышним? – торжественно и громко произнес он, чем вызвал бурное одобрение зрителей.

Он демон. Властелин один их тех, от кого отгородился Стеной! И хочет, чтобы я признала его своим богом. Никого, кроме меня, судя по довольным голосам, это не смущало.

Еще минуту назад я была готова согласиться на все, что угодно, чтобы только избавиться от повышенного внимания к себе. Но передо мной стоял самый настоящий демон. Вот почему его движения, быстрые и пластичные, напоминали мне Кристиана.

– Я не стану этого делать, – твердо заявила я, задрав подбородок. – Вы демон, а не бог!

Властелин рассмеялся, будто я его забавляла. Интересно, какое у него настоящее имя, потому что называть его Властелином язык не поднимался.

– Твой глупый протест ничего не изменит. Никто ничего не изменит. Даже Кристиан Демортен. Это ведь он утащил тебя в Наймарр?

Я попыталась отойти, но он схватил мое запястье и притянул к себе.

– Какое обворожительное молчание, – его голос неприятно щекотал ухо. – Но тебе придется сделать выбор прямо сейчас.

Я пыталась увернуться от неприятной близости, но не получалось, он был в разы сильнее. Отворачиваясь от него в очередной раз, я заметила, что мы стоим в кругу низкого огня, который с каждой секундой становился все выше. А когда очевидный едкий запах ударил в нос, Властелин брезгливо отбросил меня на землю и вышел из круга.

Я замотала головой, все еще не веря, что никто не собирается мне помогать. Он же меня убьет… Я всхлипывала и пыталась закричать, но дым лишал воздуха.

– Жаль! – он всплеснул руками, привлекая к себе внимание. – Прошу вашего внимания!

Хищным броском он схватил меня за запястье и вытащил из нетронутого пламенем островка, прямо в огонь. Я кричала так громко, как только могла, и готовилась к боли.

Но шли мгновения, и я чувствовала только одну боль. От хватки Властелина.

Я открыла глаза и увидела, как ткань рукава горит и превращается в пепел. Моя кожа осталась нетронутой. Слова застыли на губах, покрытых горькой пылью. Как это возможно?

Властелин отпустил руку, и я отскочила обратно в центр островка, туда, где не было огня.

– Как я уже говорил, мне жаль, – он обратился собравшимся, – но послушница Белого Дома нас обманывала все это время.

– Что? – от страха начали дрожать колени и руки. Что он несет?

– Такое уже случалось ранее, послушницы обманывали нас, выдавая себя за тех, кем не являются, – продолжил Властелин. – Увы, сейчас мы станем свидетелями казни.

Его слова вызвали у собравшейся толпы возбужденный гул.

– Нет! Я никого не обманывала! Вы не можете…

Но он как раз, таки мог, и никто не собирался ему противостоять.

Стоя в сужающемся круге смертельного огня, я понимала, что сейчас умру. От едкого черного дыма сложно было что– либо разглядеть, но я видела, как Властелин бросает в огонь белый песок. От него огонь вырос почти в два раза и уплотнился, стало трудно дышать.

Несколько песчинок попали на кожу и тут же оставили глубокие раны – я зашипела от боли, смахивая их.

Из невидящих глаз градом катились слезы – какие– то из– за дыма, а какие– то из– за отчаяния.

Я не хотела умирать, но с ужасом поняла, что это происходит. Потому что последним, что я видела, была расплывчатая фигура демона. Мне привиделось, что он наклонился, окутывая взглядом штормовых глаз, взял на руки и унес куда– то в темноту.

Глава 6

Я вышел на широкую каменную площадку и вдохнул ледяного воздуха. Перед глазами открывался хорошо знакомый вид на холодное синее море, что омывало границы Объединённых Земель.

Под ногами лежали кучи прошлогодних листьев и мусора, который никто уже давно не убирает. За поместьем нужен уход, и нужна прислуга, учитывая периодичность, с которой я наведываюсь в когда– то семейное гнездо.

Обернулся и посмотрел на облупившиеся стены, разрушенные арки и сколотые участки балюстрады. Это всё сделало время.

Много лет здесь не было ни одной живой души, ведь добраться до особняка на ногах невозможно. Не демону – невозможно.

По той же причине все ценности семьи Демортен оставались на местах, покрывались пылью и паутиной.

Сложил руки в карманы и отвернулся от поместья. Я здесь не для этого.

Мысли роились вокруг полуострова и вокруг Совета, который все это время его скрывал. Такое неожиданное открытие произвело на меня двоякое впечатление. С одной стороны, это было преступлением, а с другой, возможностью, которую я долго и терпеливо ждал.

Когда две монахини с полуострова необъяснимым образом оказались в цитадели, полной боевых демонов, власти моментально их забрали, не дав мне возможности их допросить.

Но кое– что я узнать успел.

По словам девушек, на полуострове все живут в мире и согласии, служат Всевышнему, а Стена защищает их от зла. Самым непонятным был момент о Священном Писании и ком– то, кто называет себя Властелином.

Для себя я четко понимал, что речь идет об опальном наместнике, который, скорее всего, сошел с ума и решил учинить свои порядки. Я такое уже встречал.

Объединённые Земли таковые только на бумагах, а в жизни мне не раз приходилось навещать строптивых наместников. Поддержание порядка силой – это основная обязанность боевых демонов или, как нас еще называют – милитаров.

Совет отказался давать какие– либо ответы по поводу полуострова, и я решил копать в этом направлении сам, пока не узнаю, что именно они скрывают. Дальше дело было за малым.

Я нашел старые карты Объединённых Земель в архивах цитадели милитаров и сравнил их с новыми. Кто– то действительно пытался спрятать полуостров и уничтожил всю информацию о нем. И тогда я решил провести собственное расследование.

Черти меня раздери, что это была за ночь! Холодный облезлый монастырь, в котором истощенные и раненые девушки в лохмотьях спали на досках и соломе.

И два полу– воина, которые не смогли за себя постоять. Какого черта они вообще там делали?

Монахиня, что досталась мне, была упрямой, дикой и абсолютно меня не слушала. Когда я застал ее за чужими письмами, она вела себя куда лучше. А в ту ночь приходилось ловить ее несколько раз и спасать от самой себя.

Но именно благодаря ей я получил то, что так долго искал. И это никак не укладывалось в голове…

Милитары, боевые демоны, отличались от других тем, что могли управлять силой огня. Он должен нам подчиняться, открывать коридоры для перемещений, помогать в бою… но все это было только в теории и древних книгах.

Огонь давно перестал подчиняться просто так, и милитарам доставались только жалкие крупицы силы.

Я точно знал, что огонь может сделать демона неуязвимым, и много лет пытался наладить эту связь, но ничего не получалось! В плане физической подготовки мне не на что жаловаться. Я знаю, что такое тренировки и владение своим телом.

Но вот огонь… его было очень тяжело подчинить.

По какой– то странной иронии монахиню потянуло в лес прямо в лапы дикого фатуса. В небольших дозах его яд не опасен, и, организм приходит в норму достаточно скоро.

Но того яда, что получил я, было много. До сих пор помню, как тело отказывалось слушаться и слабело на глазах.

А потом произошло невероятное – мой внутренний огонь уничтожил яд, и я выжил. Древняя сила не просто очнулась, чтобы спасти. Она осталась и теперь, кажется, подчиняется моим желаниям.

Даже сюда, в семейное поместье, я попал через коридор огня. А ведь никогда до этого открыть его самостоятельно не получалось. Мне была необходима сила еще одного, или лучше двух, милитаров, но сейчас я легко перемещаюсь в одиночку.

И хочу большего. Знаю, что способен на большее.

Прежде, чем вернуться в Наймарр, столицу Объединённых Земель, я решил пройтись по особняку.

Мне нравилось состояние покоя и тишина. Особенно сейчас, когда у меня есть козыри против Совета, которыми нужно правильно воспользоваться. Ведь права на ошибку у меня нет.

Собранно обошел все коридоры и комнаты особняка, пропустив только смотровые башни, которые себя изжили. Их построил отец, в целях безопасности, но они его не уберегли.

Я остановился в рабочем кабинете. Здесь осталось только старое кресло, тяжелые шторы в пол и большой камин с блестящими черными змеями, что оплетали его по краям.

Снял перчатки и руками прошелся по их шершавым очертаниям. Странное ощущение не покидало. Змеи были холодными, каменными, но я почему– то ожидал другого.

Отойдя, посмотрел на свои ладони, ощущая под кожей слабое движение, и сунул руки в карманы. Наверное, это огонь.

Мысль о том, что сила огня подчиняется каким– то собственным желаниям – напрягала. Я хочу ее понимать и контролировать. Подчинить себе.

Пальцы в кармане наткнулись на полоску ткани. Эту повязку отдал Рамис после того, как взял образец крови у монахини.

Внутри тут же зародилась сумасшедшая идея. Азарт и любопытство моментально подсказали идею. Достал повязку из кармана и посмотрел на камин.

Могу ли я заставить огонь показать мне монахиню?

Это было вызовом, потому что огонь в лучшем случае создает коридоры, но никак не показывает девиц.

Перед глазами тут же встал образ, который я хорошо запомнил, пусть и старался не думать о диковатой монахине. Наше знакомство было слишком необычным, поэтому детально отпечаталось в памяти.

Аврора, так ее звали. Совсем истощенная и юная, с длинными черно– красными волосами. С большими зелеными глазами, яркими губами. Там, в лесу, ее мягкая белая кожа пахла дождем и совсем немного цветами.

Необычная и манящая, потому что, скорее всего, не человек…

От мыслей отвлек характерный треск. Стряхивая с себя образ, внезапно понял, что увлекся. И тут же отбросил совершенно ненужную мысль.

Какая мне разница, человек она или нет?

Яркий огонь растекся по сырым поленьям, словно ручей, и вырос в переливающуюся алым, желтым и белым стену. А ведь я его не разжигал, даже не пытался. Просто вспоминал монахиню и ее черты.

Повинуясь чутью, я аккуратно опустил повязку с кровью Авроры в пламя.

Ожидание могло занять некоторое время, да и вообще не привести ни к чему, но на всякий случай я придвинул к камину старое кресло, в котором и расположился.

Огонь продолжал стремительно пожирать старую древесину. Я немного разочарованно откинулся на спинку кресла. Это было эмоциональным решением, оттого необдуманным.

Как огонь найдет Аврору через кровь? И зачем мне ее видеть?

Огонь затрещал, снова привлекая к себе внимание. Его алые лепестки стремительно растворялись в ярко– желтом столпе. Таком ярком, что я несколько раз моргнул.

Превратившись в белое пылающее полотно, огонь сделал именно то, что требовалось – показал монахиню.

Я замер, не понимая, что происходит. Воздуха внезапно стало мало. Рука тут же потянулась, чтобы расстегнуть сжимающие шею пуговицы.

Я видел девчонку в лохмотьях, раненную и измазанную грязью. Но не такой, как сейчас. Сам того не осознавая, слегка наклонился вперед, потому что не мог перестать разглядывать изменившуюся Аврору, на которой совсем не было одежды.

Только длинные красные волосы.

Инстинкты обострились и отодвинули разум на второй план. Я со свистом втянул воздух, чувствуя себя одновременно преступником и неприкосновенным. Естественно, я понимал, что это нужно прекратить прямо сейчас.

Но понимать – не значит делать, поэтому с места я не сдвинулся.

Кажется, Аврора стояла перед зеркалом и удивленно себя разглядывала. То же самое делал и я. Буквально впился в изображение взглядом.

Где это она? И что за люди вокруг нее?

Демон внутри меня был ослеплен вожделением, а воин настороженно наблюдал за картиной, представшей перед глазами.

Белые недвижимые силуэты, судя по всему, монахини, стояли рядом с ней. Но кто они?

Огонь подсказывал, что это совершенно точно не Наймарр. Это другое место, и оно далеко.

Пульс зашкаливал от ярости. Я резко встал с кресла, которое тут же шумно отлетело в стену. Аврора все еще разглядывала себя, и с не меньшим интересом, чем это делал я. Трогала свои плечи, бедра. Тонкие пальчики порхнули вдоль живота, вверх, к груди… Я сжал кулаки до побелевших костяшек.

Как, черт подери, из костлявой девчонки она стала такой?

Хотелось крушить все вокруг, но я не мог оторвать от нее взгляда. Я ведь отдал ее в руки Совета, так почему она на полуострове?!

В этом я был уверен на сто процентов – так говорил огонь. Более того, я понимал, что у меня хватит сил прямо сейчас открыть коридор и шагнуть туда, к ней.

Картинка в огне изменилась.

Монахини увели Аврору из комнаты, и я больше ничего не видел. Первой реакцией было пойти за ними следом, и я уже открыл коридор, но в последний момент остановился.

Что– то не так. Почему ее одну сопровождает целая процессия монахинь? Из всевозможных вариантов в голове почему– то пульсировал только один, и он совершенно мне не нравился.

Какое– то жертвоприношение на полуострове сектантов?

Огонь затрещал, издавая свистящие звуки. Пламя дрожало, выплескивалось из камина и облизывало стены, будто загнанное животное.

Я пристально вглядывался, но ничего не видел. Все тело было напряжено, я был максимально собран и сосредоточен. Сердце билось размеренно, под кожей волнами перетекал огонь, обжигая руки и кончики пальцев, будто хотел выплеснуться наружу, но не мог.

Когда я наконец увидел монахиню, сразу же решил, что заберу ее. Хочет она того или нет. Можно это сделать или нельзя. Вообще наплевать.

Понимал, что это говорит кровь демона, но ничего поделать с этим зовом сейчас не мог и не собирался.

Жгучее мужское желание ослепляло. Взгляд и мысли были прикованы к монахине, которая с кем– то говорила и… боролась.

Я видел, как она пыталась выдернуть руку из захвата, а затем оказалась на земле в кругу огня, который совершенно точно был создан другим демоном.

Пульс бешено забился в висках, зрение застелило красным.

Я шагнул в коридор и очутился на каменной площади. Круг огня был высотой с мой рост, а в центре лежала Аврора. Я наклонился и подобрал ее с земли. Тонкую, испуганную, беззащитную.

За секунду до того, как я шагнул в коридор, спину пронзила незнакомая боль – разъедающая и жгучая. Что за порошок опальный наместник бросил в огонь? Будто раскаленный песок прожигал мою одежду и кожу. Ублюдка надо найти и наказать.

Но этим я займусь чуть позже, а пока нужно унести Аврору в безопасное место.

Глава 7

Огненный хаос на площади растаял, и на его место пришел полумрак слабо освещенной комнаты. Глазам было больно. Всему телу было больно.

Я осторожно покрутила головой в надежде осмотреться и неуклюже уткнулась носом прямо в грудь демона. Будто в ответ мужские пальцы ощутимо, но не больно вжались в кожу под ребрами.

Я зажмурилась от чувства стыда, не понимая, как теперь слезть с демона, который держит меня на руках.

– Так и будешь продолжать делать вид, что меня здесь нет? – прозвучало прямо над головой.

– Я… – прочистила сухое горло, – я хочу с тебя слезть.

Он, кажется, хмыкнул, но больше ничего не сказал и опустил меня на пол. Я тут же отошла на пару шагов. Ватные ноги подрагивали, пока я разглядывала обгоревшую и грязную тунику.

Подняла исцарапанные руки и покрутила их перед собой, ища ожоги. Почему огонь меня не ранил?

– Расскажи мне, как ты очутилась на полуострове? – голос демона помог вынырнуть собственных мыслей.

– Не знаю, – повела плечом, и с него тут же осыпалась обгоревшая часть рукава, – я думала это ты меня отдал.

– Нет, – твердо заявил он. Я обняла себя руками и почему– то посмотрела ему в глаза. Наверное, хотелось увидеть в них правду, пусть она ничего и не изменит. – Я этого не делал.

– Я тебе верю, демон, – призналась и шепотом добавила, – никогда не думала, что скажу это.

– Потому что я монстр из– за Стены? – тень улыбки быстро ускользнула с его губ.

Кристиан постоял на месте, не сводя взгляда, а потом в один шаг сократил дистанцию. От такой близости мое дыхание сбилось. Даже через плотную черную форму и остатки своей туники я чувствовала исходящий от него жар.

Интересно, демоны всегда такие горячие?

– Ты изменилась, – его взгляд скользнул по красным волосам, а потом по всему остальному.

– Что со мной будет дальше? – поспешила сменить тему. Я понятия не имела, почему так изменилась за считаные дни.

– Ты присоединишься к другим монахиням с полуострова. Они уже обучаются в пансионе Юджинии Кловер.

От мысли, что я скоро увижу Весту, стало так хорошо, что я улыбнулась. Но улыбка тут же исчезла с моего лица. Я не привыкла к бесплатной помощи. В монастыре ее либо не было вообще, либо за нее потом приходилось расплачиваться временем и работой.

А раз демон спас меня от Властелина и смерти, то о размерах такой платы остается только догадываться.

– Ты снова оказался на полуострове… – я не знала с чего начать, – в очередной раз подыскивал, кого украсть?

– Вроде того, – он слегка наклонил голову на бок. От его глубокого голоса по телу пробежали мурашки.

– Что я должна тебе за то, что ты меня спас? – задрала подбородок и встретилась с таким пронзительным взглядом, что захотелось развернуться и убежать.

– Считай, что я просто оказался в нужном месте в нужное время, – спокойно произнес демон, но мне показалось, что фраза, слетевшая с его губ, отличалась от того, чем на самом деле были заняты его мысли.

– И все– таки, – не унималась я.

– Если ты не перестанешь спрашивать, то я и правда назову цену, – его лицо приобрело незнакомое выражение, темные глаза поблескивали, слегка ходили желваки. – И поверь, монахини такого не делают.

– Назови.

И чем это он планирует меня удивить?

– Поцелуй, – снова эти блестящие глаза и какая– то недобрая ухмылка.

– И все? – не веря, поинтересовалась я.

С лица Кристиана на секунду пропала невозмутимость. Рот дернулся, будто он хотел что– то сказать, но передумал.

– Ты это уже делала, – со странной интонацией произнес он и резко втянул воздух.

– Как и все в монастыре, – пожала плечами, – выбора– то не было.

– Очень интересно, – слегка откинув голову назад демон спросил: – И кого ты целовала?

– Настоятельницу в руку.

Он с головы до пят смерил меня еще одним взглядом и зашевелился, снимая с себя одежду. Расстегнув куртку с серебристыми пластинами, он бросил ее на пол рядом с собой, затем стянул через голову тонкую черную рубашку, оставаясь в одних штанах и обуви.

– Что ты делаешь? – я тут же отвернулась.

Смотреть на демона без одежды было неудобно. Щеки тут же обдало стыдом, да еще каким!

– Порошок, который бросили в огонь, прожег мою одежду и спину, – спокойно объяснил он и повернулся боком, демонстрируя красные ожоги по всей спине.

– Почему ты не сказал, что ранен? – подлетела к нему и ужаснулась. Одежда, которую он снял, сзади была прожжена насквозь. А широкая и гладкая спина демона была усыпана красными сморщенными островками кожи. – Тебе больно?

Он резко развернулся и прижал меня к себе, удерживая за талию. Ему точно ни капельки не больно!

– Я демон, ты же помнишь. На мне все быстро заживает.

– К сожалению помню, – дернулась со всей силы. – Убери от меня руки!

– Не могу, – коротко ответил он, будто это что– то объясняло. Я запрокинула голову, чтобы посмотреть наглому демону в глаза. И тут он произнес: – Останови, если не понравится.

– Не понравится что…

Демон прильнул к моим губам и осторожно коснулся своими. Горячими и горькими из– за пепла. Пара невесомых прикосновений, и он попытался вторгнуться в мой рот языком, чем напугал. Я оттолкнула его, не понимая, что он делает.

– Почему ты меня лижешь?! – возмутилась я.

Кристиан сдавленно усмехнулся и посмотрел так, что стало не по себе. На самом дне штормовых глаз закручивалась тонкая огненная воронка.

– Вообще– то это был поцелуй, – глухо ответил он, не двигаясь с места.

– Прямо как в жизни с мужем? – спросила с замиранием сердца, потому что отчетливо помнила слова настоятельницы.

«Муж вам не подружка! Ему до вашей болтовни и слез дела никакого нет. Ваша задача содержать быт в чистоте, рот без надобности не открывать и рожать детей. Третье – самое легкое, матушка природа тут обо всем позаботилась. Чтобы ребенка зачать, вам всего– то нужен мужик да терпение. Он вас приголубит, поцелует, а там и дитя получится!».

– Что– то вроде этого, – туманно ответил демон.

– Теперь у нас будет ребенок?!

– Конечно, нет, – Кристиан слегка отстранился, заглядывая в глаза. После небольшой паузы он добавил: – От поцелуев не бывает детей, от объятий и ласк тоже. Просто люди и демоны так делают друг другу приятно.

– Тогда откуда они берутся? – наивно спросила я, догадываясь, что не в моем возрасте задавать такие вопросы.

– Ты действительно хочешь, чтобы я тебе рассказал? Сейчас?

– Да, – я всмотрелась в лицо, которое снова было слишком близко, – или нет. Это что– то плохое, да?

– Наоборот, монахиня. Это нечто… – он на секунду остановился, подбирая слова, – хорошее. Мужчина и женщина занимаются любовью, и тогда у них рождаются дети.

– А у тебя есть женщина? – взболтнула лишнего и сразу же прикусила язык. Какое мне дело до того, есть ли у демона кто– то?

– Нет.

– То есть ты никогда не занимался любовью? – логично предположила я.

– Занимался. – с легким нажимом ответил он.

– И… как это? – не удержалась от вопроса и тут же пожалела, потому что руки Кристиана переместились на бедра, затем ниже, требовательно сжимая.

Я хотела что– то сказать, возразить, но не смогла. По телу прошла мелкая дрожь, к животу будто приложили теплый кувшин.

Кристиан наклонился к моему лицу, жесткие губы снова требовательно впились в мои. Это было так необычно, странно… и приятно.

Настойчивые и глубокие поцелуи чередовались с невесомыми и нежными. Демон изредка прислушивался, иногда останавливаясь, будто ждал моей реакции и ответа.

И, кажется, я тоже его целовала, распадаясь от приятных ощущений на частицы. Он гладил меня по спине, вжимал в себя, вонзал пальцы в бедра. Мне это нравилось. И нравилось касаться его в ответ.

Тело наполнила приятная лёгкость, а внизу живота образовалась ноющая пустота. Я отстранилась, глядя на Кристиана с тревогой. Наша близость совершенно точно выходит из– под контроля, а я даже не знаю, кто он такой. Демон– убийца, который ходит через огонь, или кто– то иной? И что будет, если мы потеряем контроль?

Он часто дышал и смотрел на меня затуманенным взглядом. Его губы были совсем близко. Красивые, четко очерченные, горячие – я даже мельком сделала вывод, что именно такие губы и должны быть у мужчин.

Сложила руки ему на плечи и остановилась, собираясь с мыслями. Вдруг я совершаю ошибку?

Нас отвлек тонкий и высокий звук, исходящий от медальона. Маленькая сфера, заключенная в прозрачный шар, быстро вращалась, мерцая желтым цветом. И как эта штуковина может перемещать людей?

Я подняла вопросительный взгляд, но демон на меня не смотрел. Его грудь все еще тяжело вздымалась, а необычный медальон мирно покоился где– то на уровне сердца.

Чуть ниже, вместо ожидаемо плоского живота, я снова увидела бугорки мышц, только в два ряда. У меня совсем не такой живот.

И волосы! На животе у демона были волосы, правда, немного и совсем внизу. Тонкая полоска уходила под штаны, и я озадаченно свела брови.

Демон довольно хмыкнул, пришлось быстро отвернуться.

– У тебя началась другая жизнь, я надеюсь, ты это понимаешь, – как– то отрешённо сказал он, и это… ранило?

Я часто заморгала и опустила голову, позволяя волосам спрятать лицо. Ужас сегодняшнего дня медленно оседал на плечи, а сколько всего еще ждет впереди! Сфера снова начала вращаться, привлекая к себе внимание.

– Что это такое? – я указала на медальон.

– Коснись.

Я удивилась такому предложению, но смело протянула руку к янтарному шару.

«…Возможно, ты прав. Но есть риски… Огромные риски!..».

Одернула руку, будто ошпарилась. Запыхавшийся голос зазвучал прямо в голове и казался до боли знакомым. Этот медальон позволяет слышать других людей!

Я пожевала нижнюю губу, припоминая, откуда я могу знать этот голос.

– Это тот парень, алхимик! – вспомнила я.

– Ты рада, – холодно прокомментировал демон.

– Рада, – от его взгляда хотелось поежиться. Я освободилась от его рук и отошла. – В моем положении не приходится выбирать. Стоя в огне, я даже тебя была рада видеть. Смерть умеет переубеждать, демон.

– Я слышу ноты неприязни?

– Тебя опередили, – если уж я и могла кого– то ненавидеть, так это Властелина.

– Тогда расскажи.

И я как на духу рассказала о том, что случилось в Белом Доме, а потом и на площади. Пусть демон не лучший собеседник, мне нужно было разделить эту ношу хоть с кем– то.

У меня было столько вопросов, что голова начала раскалываться. Но вот в том, что Властелин преступник, который возомнил себя богом, я не сомневалась.

Стоило мне наконец замолкнуть, как за спиной зарычал очаг. Оранжевые языки пламени выросли в два человеческих роста, не меньше. Огонь был живым, подвижным и, казалось, вот– вот выплеснется на пол. Демон тоже был в бешенстве, на дне темных глаз зарождались огненные воронки. Я даже снова разглядела в нем воина, который одним движением убил стража.

– Жди здесь, – прозвучало как– то зло, и мне на секунду показалось, что демон и огонь вели себя если не одинаково, то очень похоже.

Кристиан вышел из комнаты, закрыв за собой дверь на замок. Я тут же ринулась за ним и дернула ручку на себя – та не поддавалась. Он меня оберегает или не доверяет? Скорее, второе.

Еще несколько минут назад мне казалось, что демон таинственен и полон противоречий, но все оказалось немного не так. Я просто его не знаю.

Кружа по старой комнате, я старалась думать о чем угодно кроме того, что отчаянно лезло в голову.

Я даже не знала, как назвать произошедшее. Такого со мной еще никогда не было. Тело до сих пор дрожало, кожа горела, и какое– то необъяснимое желание затмевало собой рассудок. Вздохнула и закрыла пылающее лицо ладонями.

Вдруг из ниоткуда громко раздался звук то ли копошения, то ли воркования. Птицы?

Я принялась оглядывать комнату, с усердием ища источник звука. Только вот кроме потрёпанного кресла, старой мебели, мирно догорающего камина и нескольких пыльных картин на стенах здесь не было ничего.

Что это вообще за место? Неужели здесь живет демон?!

Гулкий рокот вперемешку с шуршанием раздался еще громче. Видимо, это большая птица. Я на всякий случай решила попятиться к выходу, но не успела сделать и одного движения, как из огня выкатился шар.

Да сколько можно?! Не зря монахиням запрещалось разжигать огонь!

Хотелось бежать к выходу, колотить в запертую дверь и кричать о помощи, но я боялась оторвать взгляд от… да я даже не знала, что это!

Шар больше не катился навстречу, он замер на месте и начал менять форму. В голову сразу пришла мысль о ядовитом фатусе из леса. Но огненный шар был маловат.

Утешение не сработало, пульс бешено бился где– то в горле. Объект застыл и какое– то время не шевелился, а потом на меня посмотрела пара маленьких глаз.

– Что же ты такое? – прошептала себе под нос, вытирая взмокший лоб.

Маленькие глаза как по щелчку зажглись ярким желтым светом, среагировав на мой голос, и я чуть не застонала от негодования. Мне точно не выжить в мире демонов!

– Тррр, – существо издало птицеподобный звук, и нахохлившееся тельце приняло гладкий обтекаемый вид.

– Так ты просто демонская птица, – подытожила я, переступая с ноги на ногу, – которая только что выкатилась из огня. Я сойду с ума.

Птица пискнула, демонстрируя загнутый клюв с острым кончиком и тонкую шею, а затем поднялась и расправила крылья. На маленькой голове торчком стояли несколько ярких перьев алого цвета.

– Тррр, – произнесла гостья, складывая крылья по бокам.

– Если ты пришла сожрать демона, то клянусь, что не стану тебе мешать, – чуть расслабленно подшутила я, успокаиваясь.

Чем бы ни было это существо, похожее на птицу, опасным оно не выглядело.

– Тррр, – снова высказалась птица и, издав непонятный визг, побежала в мою сторону.

Я отскочила, пусть бежать мне было и некуда. Птица неслась следом – отчетливо слышался стук коготков о пол. Запрыгнув на ветхое кресло, которое издало жалобный треск, я решила, что буду отбиваться любой ценой. Найти бы еще чем!

– Тррр, – раздалось прямо над ухом.

Птица бесшумно порхала в воздухе, размеренно перебирая крыльями, будто летела не по воздуху, а плыла по воде. Живот хоть и был прикрыт тонким полупрозрачным пушком, я отчетливо видела, как стремительно колотится маленькое сердце.

Яркое, огненное, беззащитное.

Меня кое– что смутило… Я принялась отсчитывать ритм и поняла, что наши сердца бьются в унисон. Удар к удару. Как это вообще возможно?

Заранее отругав себя за наивность, я протянула руку, ожидая, что мы сможем… подружиться? Птица все так же бесшумно парила в воздухе, размеренно двигая крыльями, а затем опустилась на мою руку. И была абсолютно невесомой.

– Уже лучше, – выдохнула я, стараясь не двигаться лишний раз.

Но, как оказалось, птица реагировала на мой голос, а не движения. Глаза снова вспыхнули, как два маленьких солнца, и существо склонило голову на бок.

– Тррр, – снова потребовала она.

– Это что– то значит, да? – вымученно спросила я.

Вместо ответа птица больно клюнула меня в руку. С криком, полным не столько боли, сколько испуга, я отмахнулась от существа и бросилась– таки к выходу.

До двери оставалось несколько шагов, и я уже замахнулась, чтобы заколотить по ней обеими руками, но споткнулась и с грохотом приземлилась спиной прямо на твердый пол.

И вот это было больно! Я заерзала, тихо постанывая.

Демонова птица, которая не имела веса, пока сидела на руке, смогла сбить меня с ног и теперь порхала прямо у лица, явно демонстрируя свое превосходство.

Судя по всему, в мире демонов – это традиция. Я молчала, так как уже поняла, что голосом провоцирую гостью на "общение".

Взмахнув крыльями, птица снова обнажила свое брюшко и опустилась на мой живот. Страх, что она выколет мне глаза, лучше всего помогал не издать того истошного крика, который клокотал внутри.

Птица пристально смотрела мне в глаза, а потом зажмурилась и начала кружиться вокруг своей оси, топчась по моему животу и груди, иногда задевая мой подбородок длинным хвостом.

Она остановилась, только когда за стеной отчетливо послышались шаги и голос.

Кристиан! Наконец– то вернулся! Я решила, что сначала позволю демону разобраться с птицей, а потом саморучно выцарапаю ему глаза. Шаги прекратились, дверная ручка дернулась.

– Допрыгалась, – радостно сказала я, высматривая демона за красной тушкой.

В ответ прозвучало привычное «тррр», и птица замерла. Вместе со мной она продолжала смотреть, как дергается старый дверной замок, но никто не заходит.

– Аврора? Все в порядке? Аврора?!– вопросы демона чередовались с гулкими ударами, но дверь так и оставалась запертой.

Как ни странно, мне уже было не до него.

Птица, сидящая на груди, начала медленно подниматься, и вместе с ней что– то поднималось из моей груди. Полупрозрачные оранжевые и красные ручейки струились вверх, огибая крылья, тело и шею существа. Тонкий звук все же пробился через сомкнутые губы, и я завыла от ужаса.

Отчаянно и протяжно, набирая в легкие еще больше воздуха, я то ли стонала, то ли выла, наблюдая, как демонова птица нежится в светящихся нитях, что нас соединяли.

Кристиан все слышал. Дверь содрогалась и трещала от ударов, еле держась на месте. Птица поднималась все выше, и уже вся была покрыта легким свечением, которое продолжало тянуться, а затем лопнуло и погасло.

Птица обратилась в шар и метнулась в огонь за секунду до того, как демон ворвался в комнату.

Дверь распахнулась с такой силой, что от стены откололись сразу несколько фрагментов и с горстью пыли упали на пол. Кристиан вошел, вернее, влетел, как разъярённый зверь.

Я уже поднималась с пола и на протянутую руку демона даже не посмотрела. Стряхнув грязь с ладоней, покосилась на очаг, размышляя о том, что сказать. Поделиться тем, что меня напугала вылетевшая из огня птица?

– Почему ты кричала? – коротко спросил он. Широкая грудь высоко и быстро вздымалась.

– Испугалась, – я легко пожала плечами, избегая требовательного взгляда.

– Чего? – он взял меня за плечи и вынудил посмотреть в залитые лавой глаза.

Я вздохнула, продумывая ответ. Сказать правду, несмотря на то, как это прозвучит?

– Из огня… вылетел… шар.

– Шар? – Демон посмотрел в сторону камина. – И где он?

– Превратился в птицу, – сдалась я.

Не сказав ни слова, он принялся осматривать комнату. Кажется, порцию его злости получило дряхлое кресло, которому и так уже изрядно досталось. Скрипя и пошатываясь, оно отлетело куда– то в темный угол. Ящики из тяжелого комода по одному летели в кучу к креслу.

Больше проверять было нечего. Демон пересек комнату и осторожным движением отодвинул тяжелые шторы. Помещение тут же залило светом через большое окно. Кристиан распахнул его, и освежающий порыв теплого морского ветра ворвался в комнату, принося с собой очередной вопрос:

– Ты уверена в том, что видела?

– Я не безумна. Из чертова огня вылетел шар и превратился в птицу, которая меня клюнула и улетела обратно.

– Таких птиц не существует, – поучающее ответил он, тут же спрашивая: – Ты что, ругаешься?

– До недавнего времени для меня и демонов не существовало, но вот ты здесь.

– Тебя ждет много открытий, – Кристиан подцепил с пола свою рубашку и накинул ее на мои плечи.

Затем взял за руку, и стены потрёпанной комнаты оплавились золотистыми потоками.

Глава 8

Пред глазами внезапно встали дощатые стены с белыми рядами прогнувшихся стеллажей. С потолка лениво свисали несколько пошатывающихся лантерн с дрожащими огнями. Где– то упала и разбилась склянка. Рука демона тут же схватила и притянула меня к голой груди.

Мне не было страшно, но вырываться я не стала. Еще до того, как глаза окончательно привыкли к полумраку, я услышала знакомый голос.

– Вот это да! – с придыханием сказал молодой алхимик, снимая тряпичную маску с нижней части лица, а затем вскочил с колченогой табуретки и на ходу снял зеленый фартук из кожи.

– Но… как? – он изумленно улыбнулся, раскинув руки в широком жесте, – Я рад тебя видеть, Аврора, не пойми меня неправильно… Святой Пантеон, кажется, у вас припасена непростая история!

Рука Кристиана исчезла, забирая тепло. Я поежилась и отошла.

– Непростая, – сухо сказал он и покосился на меня, – Ты сказал, что первый состав готов? Значит, начнем сегодня.

– Первый – не значит проверенный и безопасный, – Рамис сложил руки на груди, украдкой поглядывая на меня, – не уверен, что ты понимаешь риски.

Это он обо мне? Какие риски, я же только появилась в мире демонов?! Кристиан сложил руки за спину и размял шею, будто ему было скучно. Затем развернулся в мою сторону, так и не ответив алхимику. В демонских глазах было что– то, чего я не понимала. Что– то темное, и я не про цвет.

Рамис звучно выдохнул и упер руки в боки, вопросительно смотря демона.

– Оставайся здесь, – приказ капитана был отдан тихо и уверенно. И приказывал он мне. – Рамису можно доверять. Я поговорю с Юджинией.

– Не хочу показаться бестактным, – Рамис поднял руку, привлекая внимание – но Юджиния – дама не на шутку воспитанная, а ты полураздет.

– Плевать, – бросил Кристиан, уходя.

Глядя ему вслед, я думала, что он насквозь промёрзлый демон, у которого огонь только в глазах. И в руках. А в остальном он льдина!

Наедине с Рамисом я чувствовала себя неуютно. Чтобы забыть про неловкую тишину, начала оглядываться по сторонам. Не каждый же день выдается возможность побывать в подвале алхимика демонов.

Внушительное помещение было разделено на зоны. Одна была уставлена стеллажами с прогнувшимися от веса вещей полками. Где– то были нагромождены кучи книг, а где– то просто пожелтевшие листы бумаги.

Местами с потолка пучками свисали засушенные травы, и я подметила, что некоторые из них мне знакомы. Желтые скукоженые бутоны на тонких ножках грустно покачивались от моего дыхания.

– Ты здесь живешь? – поинтересовалась я.

– Нет. Да! Я хотел сказать, что живу наверху, в доме, но там я только сплю. И то не всегда. А все свое время провожу здесь.

Он рукой обвел ту часть подвала, где была идеальная чистота и порядок. На железном столе стояли несколько светильников, были разложены странные предметы, похожие на ножи, и много стеклянных сосудов разной формы на деревянных подставках.

– Ты лекарь?

– В том числе, – он дружелюбно улыбнулся, – но есть вещи, которые увлекают меня куда больше.

– Какие?

– Эксперименты, загадки, – деловито объяснял Рамис. – В нашем мире не все является тем, чем кажется, Аврора.

– Это я уже заметила, – хмыкнула, морщась от воспоминаний.

– Да– а, – мечтательно растянул алхимик, но думали мы явно о разном.

Он рассказывал мне что– то еще. О травах, необычных животных и почему– то о лягушках. Последние особенно его увлекали. Алхимик даже рассказал что– то о себе и о том, как его дед – глава семьи – отрекся от него, так и не признав наследником. Но оплатил обучение в докторской школе Лавии. Рамис сказал, что это земли, далекие от Наймарра, и оттуда привозят лучшие вина и ткани.

Я хотела спросить, скучает ли он по дому, но не успела. Со стороны лестницы раздался сначала грохот, а затем звук быстрых шагов, и в помещение ураганом ворвалась девушка. Длинное платье зеленого цвета еле поспевало за ней и путалось в ногах. Небольшая шляпка слетела в головы и держалась только лишь на лентах, завязанных в бант на шее. Держась за дверной косяк, девушка прикрыла лицо рукой и тяжело дышала.

Мне хватило нескольких секунд для того, чтобы узнать подругу.

– Какая ты красивая! – я бросилась навстречу Весте и крепко ее обняла, рыдая. – Как я скучала и боялась за тебя! Всевышний, как же я скучала…

– А я– то как! С ума сходила! Извела вопросами монну, но она ничего не знала. Где же ты была?! – недоумевала Веста, смахивая слезы прозрачными перчатками в тон платья.

– На посвящении в Белом Доме, – ответила севшим голосом.

– На посвящении? – Веста нахмурилась и потрясла головой, несколько кудряшек выбились из прически, – Ты что, умудрилась вернуться обратно? Но зачем?

– Так вышло, – пришлось отмахнуться. Да я понятия не имею, что случилось на самом деле. – Я… я думала, что тебя убили!

– Всевышний, со мной все в порядке! Как только я очнулась, мне объяснили, что я буду в безопасности, и велели подписать какие– то бумаги. Дальше мне рассказали ужасные вещи, – Веста покачала головой. – То, как мы жили, ни в какое сравнение не идет с тем, что я увидела здесь, в Наймарре. Красивые и счастливые люди живут в крепких теплых домах, и они свободны! – Она сделала паузу и уверенно добавила: – Мы тоже будем такими.

Я ничего не ответила. Кажется, только сейчас я начала осознавать, что именно произошло сегодня. Пальцы задрожали. Единственным желанием было спрятаться ото всех, даже от любимой Весты, свернуться калачиком и заснуть.

– Ты дрожишь. Тебе холодно? – Веста взяла мою ледяную ладонь и обратилась к Рамису, который учтиво молчал, стоя в стороне. – Ра, пожалуйста, принеси, во что обернуть Аврору, она продрогла.

Тот кивнул и юркнул в дверь, которой до этого я даже не заметила. Возвратясь ко мне взглядом, Веста начала меня рассматривать. Добрый и немного любопытный взгляд, к которому я привыкла и по которому так сильно скучала, настойчиво принялся изучать изменения в моем облике. Карие глаза пристально осмотрели капну красных, словно кровь волос. Веста слегка приоткрыла рот, будто намеревалась что– то сказать, но передумала. А потом увидела сожжённый подол и черную рубашку поверх испачканной туники и наконец заговорила.

– Это не твое, – она указала на рубашку демона, – пожалуйста, расскажи мне, что произошло и почему ты так выглядишь?!

– Поверь, ты не захочешь этого слышать. А я не хочу рассказывать. По крайней мере сегодня.

– Нет уж, подруга, давай рассказывай! Так одеваются милитары, – она подцепила пальцами воротник, – и тот, что пришел в пансион, был только в штанах и обуви. – Веста на секунду замолчала, черты ее лица заострились.

Подруга тихо спросила:

– Он что– то с тобой сделал?

– Ничего дурного, – отмахнулась я, – он меня не обижал. Как ни странно.

– А из не дурного? – подруга никак не успокаивалась.

– А из не дурного – он закрыл меня собой от Властелина. Тот как раз собирался меня убить каким– то песком или порошком… он бросал его в огонь, и мне не хватало воздуха…

Ошеломленная Веста громко всхлипнула.

– Вот же гад! – гневно вскрикнула она. – Чтоб его черти…

– О чем бы вы, девочки, ни говорили, я уверена, что у тебя, Веста, есть весомые основания так выражаться, – тонкий, явно немолодой голос заполнил помещение. – Но не при мне, дорогая.

В подвале алхимика внезапно прибавилось людей. В противоположных сторонах лаборатории застыли: Рамис, сжимавший сложенное покрывало, и женщина в возрасте, которая тут же поспешила представиться.

– Здравствуй, Аврора. Меня зовут Юджиния Кловер, я хозяйка самого лучшего пансиона Объединённых Земель Наймарра. Честно говоря, я рассчитывала познакомиться с тобой гораздо раньше, но ничего. Упущенное ты наверстаешь быстро, я уверена.

Юджиния говорила громко, не торопясь и очень красиво. Наверное, именно так говорят люди, способные влиять на других одним лишь словом.

Седые, почти белые волосы были собраны в безупречную прическу, на шее красовалось украшение из множества маленьких блестящих камней, формой и цветом похожих на слезы. Бордовое платье со вставками черного кружева прекрасно сидело на ее пышной фигуре, на руках красовались подходящие по цвету перчатки.

– Дорогая, – она обратилась ко мне и шагнула ближе, брезгливо смотря под ноги, – я только вкратце знаю о том, что произошло, но искренне тебе сочувствую. Это чудовищно.

– Я не хочу говорить об этом, – хотелось добавить, что и слышать тоже.

– Вот это правильно! – Она приобняла меня за плечи и утешающе улыбнулась. – Сила в нашей крови, девочка.

– В нашей? – переспросила я.

– Ах, столько лет живу на белом свете, а память совсем девичья! – Юджиния хлопнула себя по лбу перчатками, которые успела снять, и шуточно закатила глаза. – У меня для тебя много интересных новостей.

Я ошеломленно посмотрела в глаза молчаливой Весты, та снова открыла рот и тут же закрыла. Сердце пропустило удар, а ведь демон тоже что– то упоминал о том, что меня ждут открытия.

– Веста, прояви больше такта. Я сама обо всем расскажу, – она снова обратилась ко мне: – Пойдем домой, дорогая.

Рамис накрыл спину чем– то шерстяным и мягким, а новая покровительница завернула меня в полог, как в кокон.

Вместо прощания я посмотрела на алхимика и слабо улыбнулась. Совсем не хотелось говорить. Юджиния вела меня рядом с собой, поддерживая за предплечья двумя руками, и беспрестанно о чем– то говорила. Когда ступеньки закончились, мы наконец вышли из подвала– лаборатории. Вытоптанная трава во дворе образовала тропинку, по которой мы вышли на оживлённую улицу.

На меня сразу же обрушился шквал звуков. Это были голоса, громкие разговоры, стуки, ржание лошадей. Совершенно не хотелось сталкиваться с кем– нибудь взглядами, поэтому я опустила голову.

Под ногами мелькала однообразная вымощенная дорожка, кое где поросшая молодой травой. Нагретые солнцем гладкие камни слегка обжигали стопы. Юджиния наконец завела меня на высокие выкрашенные белой краской ступеньки. Это был вход в здание пансиона. Я удивилась – мы очень быстро дошли.

Голубое здание с белыми окнами встречало гостей настежь распахнутыми дверями. Через них Юджиния привела меня в холл, затем прямиком на второй этаж. Я повертела головой, отмечая, что это самый красивый дом, который я когда– либо видела.

Широкая лестница была покрыта мягким и чистым ковром. Перила и стены отделаны гладкими панелями из темного дерева. В воздухе витал приятный свежий аромат цветов.

Не останавливаясь, хозяйка пансиона проводила меня в комнату с большими окнами и усадила прямо на чистое розовое покрывало. Я попыталась встать, но меня настойчиво вернули обратно, надавив на плечи.

– Осматривайся! Я пока велю сделать тебе ванну с успокаивающими маслами.

– Не нужно, – я ненароком перебила Юджинию, – спасибо за заботу. Я просто хочу немного тишины. И чтобы со мной ничего не происходило. Ничего.

« И никого».

– Понимаю, – женщина присела рядом и положила ладонь мне на колено, – но прислушайся к старухе, которая тоже пережила немало. Горячая ванна с плотным ужином ускорят твое восстановление, и я строго настрого запрещу кому бы то ни было приближаться к твоей комнате, дорогая, пока сама не захочешь.

Я кивнула, не в силах что– либо возразить. Да и не имею права вертеть носом после такого приема.

– Вот и чудесно! – Юджиния поднялась и энергично направилась к выходу.

– А где Веста? – окликнула ее я.

– Где– где, у докторишки! – она развернулась и уперла руки в пышные бока. – Благо девицы для него – дело последнее. Сколько тут живет, ни одной не было. Ну а Веста что, слушает его сказки!

Юджиния прикрыла глаза, поджала губы и осуждающе покачала головой.

– Так, милая, я вернусь с едой, а ты располагайся.

Дверь тихо закрылась. А я раскинулась на непозволительно мягкой постели. Наконец– то меня окружала спасительная тишина. Вопросы кружились в голове, как стервятники над утомленной жертвой. Хотелось их разогнать, но не получалось.

Хозяйка пансиона не говорила слащавых слов. Она была напористой, упрямой и слишком бодрой для своих лет. Но показалась мне честной, и это было важно. Ложью я была сыта по горло.

Веки становились тяжелыми, но я пообещала себе дождаться покровительницу. Лежа на боку, я попыталась подтянуть к себе ноги – мешала одежда. Черная рубашка капитана мягко прилегала к коже, согревая. Только вот о нем думать не хотелось совсем.

Я еще немного повертелась в постели, отгоняя сон, но тело налилось свинцом, и я, кажется, задремала.

Юджиния не обманула, когда обещала вернуться с едой. Ванну мне тоже приготовили. Пока я внимательно осматривала место, в котором теперь буду жить, из смежной комнаты по потолку поплыли белесые разводы пара.

Стены были нежными, розово– белыми с золотым тиснением. Напротив кровати стоял столик с зеркалом и подносом с разноцветными стеклянными баночками, а также ваза с живыми цветами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.