Светка из параллельного
Рассказы
Сергей Бураков

Корректор Нина Евгеньевна Русакова

© Сергей Бураков, 2023

ISBN 978-5-0059-6791-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Самый смелый

Этот случай, о котором я хочу вам рассказать, произошел в 1974 году в одной из многочисленных деревушек Горьковской области. Мне на то время едва исполнилось четырнадцать, и я приехал отдыхать на каникулы в родную деревню к своей бабушке. Когда мне было пять лет, несколько семей из нашей деревни уехали на строительство нового города, где и обосновались, среди этих семей были и мои родители. Конечно, меня тянуло в родную деревню, ведь там остался мой лучший друг Вовка. Вот с ним я и проводил всё своё свободное время, а свободного времени у меня было предостаточно. А если точнее – от восхода солнышка и пока на улице не стемнеет.

Примерно в километре от нашей деревни проходила железная дорога, по которой круглосуточно шли длиннющие товарные составы. Только изредка весело пробегала электричка, и снова медленно ползли доверху груженые вагоны. Ну а когда же такая достопримечательность обходилась без ребятни? Да такого просто не может быть! А кто будет считать вагоны? А кто будет прислоняться ухом к рельсе и слушать, далеко ли состав? А перебегать железную дорогу кто будет, когда поезд уже в зоне видимости?

Было на железной дороге особое место, я бы даже сказал – страшное для нас место. Это проложенный сквозь насыпь, прямо под путями, тоннель, видимо, для стока воды. Даже ребятне приходилось сгибаться в три погибели, чтобы пройти через него, настолько он был узким. Не каждый среди нас мог решиться на такой шаг, а уж когда сверху идёт поезд, смельчаков не найдешь.

– Оглохнешь, – говорит Петька.

– Кверху притянет и раздавит, – пугает Витька.

В общем, мы так друг друга напугали, что так никто и не мог решиться пролезть сквозь тоннель, когда наверху идёт поезд.

Однажды я возвращался, видимо, со станции, не помню, много времени прошло, и путь мой пролегал в аккурат мимо этого тоннеля. И я решился. Решился пролезть через тоннель, когда будет идти поезд. Почему без друзей? Если я вдруг струшу и поверну назад или, например, обмочусь со страха, никто об этом не узнает и не будет надо мной смеяться. Ну а если вдруг у меня всё получится и я останусь целым, то я покажу ребятне, кто в нашей деревне самый смелый.

Я дождался поезда и полез. Страху, конечно, я натерпелся, словами не высказать. К своей радости, я оказался на другой стороне железно-дорожных путей, целый и невредимый. Осталось только собрать друзей и показать свою небывалую смелость, но сначала нужно пообедать.

Как сейчас помню… захожу я большую комнату, в кресле сидит бабушка и что-то вяжет.

– Мальчик, тебе кого? – взглянула она на меня. – Ты чей будешь?

– Бабуль, ты чего? – улыбаюсь я бабушкиной шутке. – Как это чей буду… Твой, конечно.

– Не поняла, – поднимается бабушка с кресла. – Фамилия твоя какая? Ты к кому-то приехал?

– Скворцов моя фамилия, – чую я что-то неладное.

– Так мы одни в деревне Скворцовы, – подходит она ко мне ближе. – Я тут всех знаю.

– А меня не знаешь? – бледнею я.

– Нет, – мотает бабушка головой.

Надо признаться, что я здорово напугался. За бабушку испугался. Я ведь подумал, что у нее что-то с головой неладное творится.

Я выбежал на улицу и прямиком к Вовке. Надо ему срочно рассказать про мою бабушку. Может, он чего и подскажет. А может, Вовкины родители вместе со мной пойдут и помогут бабушке. Да вон же Вовкины родители из дома выходят… вернее, его отец с какой-то женщиной.

– Здравствуйте, дядя Миша, – здороваюсь я. – А Вовка дома?

Мужчина остановился и обернулся назад, видимо, выискивая, к кому я обратился.

– Мальчик, это ты ко мне?

– Дядя Миша, вы что, не узнали, что ли, меня? – начинает холодеть моя спина.

– Ну, во-первых, я не дядя Миша, – останавливается мужчина. – Зовут меня Николай. И тебя я вижу впервые. Ты меня, видимо, с кем-то перепутал.

– Как перепутал? – побежали по моей спине мурашки. – Так, Вовка дома?

– Катя, ты знаешь этого мальчика? – обращается мужчина, видимо, к жене.

– Нет, – удивлённо смотрит женщина на меня.

– Какой Вовка? – продолжила движение парочка. – Странный какой-то мальчик.

Вот теперь мне стало совсем не по себе. Ведь не могли же Вовкины родители договориться с моей бабушкой, чтобы меня разыграть. Да и зачем им это надо? Что им заняться, что ли, нечем? Нет, тут что-то другое.

Я медленно шел по деревенской дороге, разглядывая свою деревню. Кого-то из жителей я узнавал, а кого-то не знал вовсе. Может, конечно, незнакомцы приехали в гости, но слишком уж их много. А может, я просто раньше на это внимания не обращал.

Вдалеке я заметил гоняющую мяч компанию ребят. Кого-то я узнавал среди них, кого-то видел впервые. Но ведь могут незнакомые ребята быть детьми приехавших в гости… Хотя вряд ли, незнакомцев вот так просто мы в свою компанию не принимали. Да и не было их вчера. А теперь вдруг больше половины новеньких, что ли?

– Ванька, – крикнул я долговязому пацану.

Мальчик никак не среагировал на мой окрик, продолжая гонять мяч. Странно. В обычный день ребята подбежали бы ко мне поздороваться.

– Иван, – что было сил заорал я.

Ребятня остановилась и стала с интересом меня разглядывать. Я сам подошёл к Ивану и вцепился в его рукав рубахи.

– Ты чего, оглох, что ли, – прошипел я сквозь зубы.

– А ну убери руки, – дёрнул мальчишка свой рукав, да так что тот затрещал.

– Ты чего, Вань? – с удивлением смотрю я на товарища. – Не узнаешь, что ли?

– Ты кто такой? Чего тебе надо? – грозно надвигается на меня Иван. – Ребята, это кто такой?

– Может, приехал к кому, – улыбается незнакомый рыжий мальчишка.

Ребята стали обступать меня со всех сторон.

– Вы чего, пацаны? – криво улыбнулся я. – Прикалываетесь, что ли?

Я совсем не ожидал, что Ванька мне врежет по глазу. Раньше мы, конечно, с ним пару раз дрались, и вроде я выходил победителем, но в этот раз… Да я просто не ожидал, что он вот так сразу даст мне в глаз. Помню только, как сверкнуло в глазах и я уже сижу на траве, ничего не понимая. Вот это дружок у меня оказывается.

– Сам ты Ванька, – развернулся товарищ и пошел к мячу.

Ребята снова погнали мяч, а я стал подниматься с травы, одной рукой прикрывая свой глаз, а другой отряхивая штаны. Вот это дела. Видимо, я действительно был чужим среди этой ребятни. И что теперь делать? Что вообще происходит? Куда мне теперь пойти, если даже родная бабушка меня не узнает?

Я присел на пустую лавочку под старой ивой и стал обдумывать своё положение, потирая распухший глаз. Но ведь лавочка-то стоит? И дома всё те же, и колодец там же. Все то же самое, как и всегда, а люди другие. Вижу, дядя Слава идёт, наш сосед.

– Дядя Слава, – осторожно позвал я мужчину.

– Чего? – остановился мужчина.

Я даже подпрыгнул от радости и подбежал к соседу.

– Дядя Слава? – радостно заверещал я. – Вас ведь дядя Слава звать?

– Ну да, – с удивлением смотрит на меня мужчина, – Вячеслав… А что?

– Вы меня узнаете, дядя Слава? Это я, Сергей Скворцов.

– Скворцов? – с удивлением смотрит на меня сосед. – Что-то я тебя не припомню. Ты с чьей стороны?

– Со своей, – насупился я, понимая, что и дядя Слава меня не узнает.

– Кто это тебя? – разглядывает сосед фонарь под моим глазом.

– Кто надо, – отворачиваюсь я.

– Ну не хочешь разговаривать, не надо, – пошёл своей дорогой сосед.

Я снова присел на лавочку под ивой. Значит, это правда. Значит, параллельные миры существуют. Мы с ребятами иногда обсуждали разные перемещения людей. Особенно много разговоров у нас было на эту тему сидя у костра, на рыбалке, но то, что миры существуют на самом деле, это уже слишком. И кому я нужен в этом мире? Меня, наверное, и родители не узнают? А когда всё это началось… Точно, тоннель. Я ведь в тоннеле пролез под идущим поездом… и потом началась вся эта карусель. Ничего себе… И что теперь делать? Надо бежать к тоннелю, пока не прошло много времени, и пробовать вернуться в свой мир.

Я с разбега пролетел по тоннелю, аккурат когда над ним проходил поезд. Конечно, я не заметил, что здорово ободрал колени, упав парочку раз. Да что там колени, разве это сейчас важно?

Вы не представляете, как стучало моё сердце, когда я возвращался в деревню. Ничего не изменилось. Вроде всё то же самое. Хотя…

Та самая ребятня по-прежнему гоняла мяч, но среди пацанов не было чужаков. Неужели получилось? Неужели я вернулся в свой мир.

– Серёга, – заметили меня ребята и, пнув мяч в мою сторону, побежали ко мне.

Вы не представляете моей радости. Пожалуй, я никогда ещё так не радовался в своей жизни. И ведь чему? Бегущих ко мне ребят.

– Ты куда пропал? – обнимает меня за плечи Иван, глядя на мой фингал. – А кто это тебя? Нет, ты скажи, я враз с ним разберусь.

– Да есть тут один долговязый урод, – расхохотался я.

– Это что за намёки? – изменился в лице Иван. – Не понял…

– Да ладно, забей, – хватаю я мяч. – Встань лучше на ворота. Десять ударов и десять голов. Хочешь? Спорим?

– Что-то ты весёлый сегодня, – пристально разглядывает меня Иван. – Неужели твоя бабушка поправилась?

– А что с бабушкой? – не понял я.

– Странный ты какой-то, – изменился в лице Иван, – видно, здорово тебе врезали, раз память у тебя отшибло.

– Что с бабушкой? – бросил я мяч на траву.

– Да уже неделю как в больнице лежит… С сердцем что-то, – вытаращил на меня глаза Иван. – А ты что, правда не помнишь?

– Неделю? – похолодела моя спина. – Как неделю? А я что теперь один?..

– Почему один? – осторожно отходит от меня Иван. – Твои родители ведь здесь. Они же на следующий день приехали, как бабушку в больницу увезли.

– Мои родители здесь? – потемнело в моих глазах.

Я всё понял. Видимо, не попал я в своё время, а попал опять чёрт знает куда. А может, я сейчас там с родителями сижу… и что тогда будет.

Первая же мысль, которая пришла в мою голову, надо бежать обратно к тоннелю, но… Но что-то меня остановило. Страх парализовал мои ноги. А если меня вообще закинет, откуда я уже никогда не выберусь. Закинет в прошлое, где ещё нет железной дороги и тоннеля. Что тогда? Нет уж… теперь спешить нельзя. Надо Вовку найти. Только ему я и смогу рассказать всё, что со мной произошло.

Я отправился в сторону дома моего лучшего друга. Единственное, что меня пугало, это надо пройти мимо своего дома, где наверняка сейчас мои родители и, возможно, и я там же. Я уже прошел мимо своего дома, как услышал мамин голос.

– Серёжа, мы с папой к бабушке собрались в больницу. Веди себя хорошо.

Я обернулся. Мама стояла возле открытой калитки.

– Хорошо, мам, – крикнул я в ответ.

– Хорошо, мам, – услышал я свой голос со стороны огорода.

Мать в нерешительности вертела головой, глядя то на огород, то на меня.

К моей радости Вовка был дома, и я всё ему рассказал. Рассказал всё до мельчайших подробностей.

– Ну ты и вра-ать, – пропел лучший друг. – Мне вот год надо, чтобы такое придумать.

– Значит, не веришь, – обиделся я. – А я думал ты у меня лучший друг. Зря я тебе всё это рассказал. Хотя ты сейчас можешь сходить к нам домой и увидишь там меня.

– Да ладно тебе, – рассмеялся Вовка.

– А ты сходи… Я тебя здесь подожду.

…Я сидел за кустом крыжовника и с удовольствием поедал спелые, огромные ягоды. Только у бабушки растет этот сорт, с самыми вкусными ягодами. Красота… Одно плохо. Бабушку неделю назад в больницу отвезли, с сердцем что-то. Надо будет и ей ягод нарвать.

– Серёжа, – услышал я мамин голос со стороны дороги, – мы с папой к бабушке собрались в больницу. Веди себя хорошо.

Не успел я ответить, как услышал с той же стороны очень похожий на мой голос.

– Хорошо, мам.

Я даже подпрыгнул от такой неожиданности. Это кто там моей маме вместо меня отвечает?

– Хорошо, мам, – крикнул я второпях.

Минут через пять, как ушли родители, заявился сам Вовка. Я затаился за кустом и не стал его окликать. Можно сказать, что так я сохранил наш урожай ягод. Вовка тем временем подёргал дверь. Закрыто. Посвистел меня… Крикнул меня пару раз, развернулся и ушёл.

Вам, наверное, хочется знать, откуда я-то знаю про другого меня? Так Вовка мне и рассказал. Говорит, что однажды я к нему пришел и рассказал всё то, о чем я рассказал вам. И что после того, когда он меня не застал (когда я сидел за кустом), он со вторым мной пошел к тоннелю и что другой я залез в этот тоннель и исчез. Он даже несколько раз сбегал и заглянул в этот тоннель, но я так и не появился. Да врёт, конечно. Вовка тот ещё врунишка. А может, и не врёт… Ведь кто-то же ответил моим голосом моей маме, когда я поедал крыжовник…

И всё же. Если вдруг Вовка правду говорит и другой я действительно к нему приходил… Интересно, где он сейчас? В какой мир попал?

Семейный ангел

Часть первая. Десять минут чуда

Вера Сергеевна, женщина семидесяти трёх лет, сидела возле своего давно не крашеного окна и перебирала крупу для каши. Любит она это дело – вот так сидеть в тишине у окошка, поглядывая на свой огородик, и думать о своём. Вспоминать молодость. Вспоминать о муже своем, которого давно уже нет в мире нашем. И, конечно же, переживать за сына, который живёт теперь в большом городе. Правда, есть у него семья, жена умница и дочка красавица, но всё равно, мало ли.

– Что-то давно сын не приезжал, – думает женщина. – И внучку давно не видела. Соскучилась очень. Сколько же они не приезжали? Так с юбилея моего и не были. Три года, значит. Внучка большая уже, наверное. Конечно, можно позвонить в любое время, но телефон – это не то. Обнять внучку хочется. Может, приедут этим летом? Надо вечером позвонить, как они с работы придут. Узнать, приедут ли погостить этим летом. Ой, какой дождь ливанул.

В дверь постучали.

– Бабуля, ты дома? – послышался с улицы детский голос.

Вера Сергеевна вздрогнула.

– Батюшки, – ставит она блюдо с крупой на стол, – кто это может быть? Больно уж голос на внучку мою похож. Неужто приехали?

– Бабуля, – вновь послышался детский голос.

– Бегу, внученька, бегу, – спешно поднимается женщина со стула. – Сейчас открою.

Вера Сергеевна широко распахнула дверь. На крылечке стояла её внучка Катенька в лёгком летнем платьице, ещё не успевшем промокнуть от только что начавшегося дождя. Девочка звонко рассмеялась, бросив под ноги резиновый мячик, и кинулась в объятия бабушки.

– Бабуля, – звонко смеётся девочка, – а я в гости к тебе… Только ненадолго.

– Внученька, – целует бабушка девочку, – Катенька. Как же я рада, что вы приехали. Ой, Господи. Вот радость-то. А я только что о вас вспоминала. Думаю, приедут не приедут? А папка-то где?

– Папа на работе, – крепко обняла шею бабушки внучка.

– Так ты с мамой приехала? – вносит бабушка Катю в избу, не закрыв дверь. – А мама-то где?

– Да нет, бабуля, – целует в щеку девочка бабушку, – я сама. Я ненадолго. Я только повидаться.

– Ну да, – не верит женщина внучке, – конечно сама. Ой, промокла вся. Сейчас я тебя переодену, а то заболеешь ненароком.

Вера Сергеевна посадила внучку на диван и пошла к двери встречать Светлану, маму девочки. Женщина вышла на крыльцо под проливной дождь и, быстро глянув по сторонам, вернулась в дом, прикрыв за собой дверь.

– Ох и льёт, – отряхивается женщина, – давно такого дождя не было. Куда Светлана-то делась?

Бабушка присела рядом с внучкой

– Мама в магазин, что ли, зашла? – вытирает женщина лицо от дождя. – Так у меня хлеб есть, и молоко тоже.

– Да нет, бабушка, – смеётся внучка, – я же говорю, что сама. Соскучилась я по тебе. А мама дома.

– Как ты выросла, Катенька, – поднимается Вера Сергеевна и подходит к окну, конечно же, не веря внучке. – В этом году в школу? Где же мамка-то твоя? Переодеть тебя надо.

– Да, бабуля, – смеётся внучка, – в этом году в школу пойду. Да нет там мамы, бабуля. Говорю же, дома она осталась.

– Разыгрываете, наверное, старуху, – улыбнулась женщина. – Спряталась, что ли, мамка? Ну вот чего мокнет под дождем?

– Ой, бабуля, – подходит девочка к бабушке и берет ее за руку, – ну как же тебе объяснить? Почему ты не веришь?

– Да верю я, внученька, – смотрит в окно бабушка, выискивая сквозь дождь маму девочки. – Конечно, я верю, что ты одна приехала. Села в поезд и приехала. Семьсот километров – это теперь не расстояние.

– Не садилась я в поезд, – вернулась на диван девочка.

– Катенька, – засеменила женщина к двери, – ты пока платьице снимай, а я мамку твою приведу. Нашла время баловаться в такой дождь. Не хватало только, чтобы заболели здесь обе.

– Ох, бабушка, бабушка, – надула губки внучка. – Платье высохло, а мне уже пора.

Вера Сергеевна стояла возле калитки, прикрыв целлофановым пакетом голову и разглядывая сырую деревенскую дорогу.

– Да куда Светлана-то делась? А может, правда внучка сама приехала? Да нет, самой ей не добраться. На автобусе пять часов до Нижнего: с площади Лядова до Московского вокзала добраться надо, и на поезде пять часов. Да и не дадут ей билет. Кто ребенку билет-то продаст? Да ну, глупости. Нашла, о чем думать. Нашла, чем голову забивать. Мамка уже поди в доме, а я здесь мокну.

– Светлана, – на всякий случай крикнула женщина, – Света.

Дождь неожиданно прекратился.

Вера Сергеевна вернулась в дом насквозь промокшая, прихватив по пути мячик внучки. Девочки в доме не было.

– Катенька, – позвала женщина внучку, – Катя, ну хватит прятаться. Чего вы всё прячетесь.

Женщина обыскала весь дом, где только было можно, но внучки так и не нашла.

– Господи, – обессиленно села Вера Сергеевна на диван, – да что же это происходит? Куда они подевались?

Она ещё раз провела взглядом по комнате.

– Мне это что, привиделось, что ли? – испуганно шепчет женщина. – Вот тебе на. Только этого мне не хватало… Подожди… А мячик? Вот же мячик у меня в руках. Он же не привиделся. Надо позвонить Володе. Где-то в комоде номер телефона сына был.

Часть вторая. Семейный ангел

Светлана сидела на лавочке возле песочницы, бросая взгляд то на дочку, играющую с мячом, то на пакет, в котором лежала мороженая рыба.

– Катенька, – позвала дочь Светлана.

Дочка подбежала к матери.

– Ты поиграй пока одна десять минут, а я сбегаю рыбу в морозильник положу. Хорошо?

– Мама, – кивает дочка в знак согласия, – а мы к бабушке когда поедем?

– Ой, доченька. Этим летом не получится. Дел очень много. Папу с работы не отпускают, да и тебя надо к школе готовить.

– Ну тогда я сама, – задумалась Катя, – сама у бабушки побываю.

– Сама так сама, – улыбается Светлана, поднимая сумку. – Побывай. Только недолго. Я через десять минут вернусь.

– Хорошо, мама, – бежит дочка к своему мячику.

– Фантазёрка, – улыбнулась Светлана, направляясь к своему подъезду.

Светлана не успела разложить рыбу в морозильник, как по окну забарабанил дождь. Да что там дождь. Ливень. Светлана подбежала к окну и взглянула на песочницу. Дочки не было. Во дворе совсем никого не было.

– Наверное, домой пошла, – прошептала женщина, – что-то на сердце тревожно.

Светлана выбежала из подъезда под проливной дождь. Никого вокруг.

– Катенька, – крикнула женщина, – Катя.

Светлана обежала двор, заглядывая в подъезды. Дочки нигде не было.

– Может, мы с ней в подъезде разминулись, – шепчет женщина, вытирая слёзы с дождем. Может, она на лифте проехала? Да нет, лифт у нас третий день не работает.

И вдруг дождь внезапно прекратился, и Светлана увидела возле песочницы свою дочку.

– Катенька, – с облегчением выдохнула женщина.

– Катюша, – обнимает мать дочку, – ты где была? Ох, и напугала ты меня. Платье сухое.

– У бабушки была, мама, – улыбается Катя. – Ты же мне разрешила на десять минут с бабушкой увидеться.

– Фантазёрка ты моя, – целует мать дочь. – Ну пойдем домой. Сейчас рыбку пожарим. Папа скоро с работы придет. А где мячик?

– Ой, – вытаращила глаза девочка, – у бабушки забыла.

– Ну Бог с ним, с мячиком, – улыбается мама. – Пойдем, доченька.

Едва мама с дочкой переступили порог квартиры, как услышали знакомую мелодию мобильника. Звонил Володя, папа Кати. Светлана нажала кнопку и уселась в кресло.

– Да, Володя, – выдохнула Светлана, – слушаю.

– У вас там всё в порядке? – раздался тревожный голос мужа.

– Всё хорошо. А что случилось?

– Только что мама звонила. Напугала она меня. Говорит, Катенька сейчас у неё была. Представляешь?

– Какая Катенька? – не может понять Светлана.

– Дочка наша, – с тревогой в голосе говорит муж. – Видимо, что-то с головой у нее сделалось

– Да ты что, – смотрит мама на дочку, – боже упаси. Она ведь там совсем одна.

– В том-то и дело, что одна. Мама ещё говорит, что мячик у неё Катин. Представляешь, что у нее с головой творится. Только вот откуда она о мячике узнала. Мы ведь его купили месяц назад. Мячик-то на месте? Только не говори, что мячика нет…

– Мячик? – смотрит мать расширенными глазами на дочь. – Катюша, а где мячик?

– Мама, я же тебе уже говорила, что у бабушки забыла, – виновато улыбнулась девочка.

– Володя, – шепотом говорит в трубку Светлана, – Нет мячика. Катя говорит, что мячик у бабушки забыла.

На том конце трубки сильно раскашлялись.

Вера Сергеевна лежала на диванчике, положив на лоб мокрое полотенце. На полу лежал мобильный телефон.

– Значит, все же с головой у меня неладно, – шепчет женщина. – Вроде не такая уж и старая. Надо, наверное, скорую вызвать. А может, пройдёт? Может, это одноразовое видение было?

– Не надо скорую, – прозвучал красивый голос над головой.

– Ой, – подскочила женщина, хватаясь за сердце, – да что же это происходит?

Женщина осмотрела комнату, но никого не увидела.

– Кто здесь? – на всякий случай спрашивает женщина

– Я здесь, – послышался справа от нее голос, – я ангел.

– Ангел? А почему я тебя не вижу, – испугано спрашивает Вера Сергеевна.

– А чего на меня смотреть. На внучку бы лучше смотрела. Ты же всё обнять её мечтала, а как внучка появилась, ты и забыла о ней, всё маму её искала. Думаешь, это так просто внучку было сюда доставить?

– Ой, ангел, так это ты внучку мне показал? Значит, мне это не почудилось?

– Конечно, я. Кто ещё такое может на вашем свете? Да никто. Теперь жди в гости своих. Любят они тебя, беспокоятся теперь. Так что завтра жди гостей.

– Ангел, – присаживается женщина на краешек дивана, – а интересно, какие вы? Вот бы посмотреть.

– А не много ли чудес на сегодня? Имей совесть, – устало говорит голос. – Да и пора мне к внучке твоей возвращаться. За ней ведь глаз да глаз. Прыгает, бегает везде. Как юла целый день.

– Так ты что, не мой, что ли, ангел? Ты ангел Катеньки?

– Ваш я ангел, – звучит голос со стороны окна.

– Как это наш? – не поняла женщина.

– Вашей семьи ангел. Нынче ангелов не хватает, вот и приходится за всей вашей семьей приглядывать. Летаешь целыми днями и ночами туда-сюда, туда-сюда. То у тебя сердце кольнет. То Катенька коленку ушибет. Неправильно вы, люди, живете, неправильно. Вы же вместе жить должны. Рядышком. Помогать друг другу. Дети должны за родителями приглядывать, а не ангелы. А вы бежите друг от друга, как черт от ладана. Бывает, что дети не сразу узнают, что родителей их уже похоронили. Разве так должны люди жить? Да и нам, ангелам, легче будет, когда вы рядышком. Вот тебя сколько раз дети к себе звали?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.