Я жизнь свою живу впервые
Милла Генрих

Корректор Венера Ахунова

Дизайнер обложки MH

© Милла Генрих, 2023

© MH, дизайн обложки, 2023

ISBN 978-5-0059-6835-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Посвящаю эту книгу моей Музе, доченьке Сабине.

«Сегодня трудно поверить, что прошлое – это часть самого человека, и нас тянет в те места, где мы жили в прошлой жизни».

Предисловие

– Я помню свою прошлую жизнь, она была намного лучше, чем сейчас, – такими словами моя близкая подруга Ника провожает каждый свой уходящий день.

– Интересно, вот ты все время говоришь про прошлую жизнь, лучше расскажи, кем ты была в прошлом и чем занималась? И почему я ничего не помню из своей прошлой жизни?

– Тебе просто надо на регрессию сходить.

– Куда сходить?

– Это гипноз такой.

– Ты серьезно?

– Регрессивный гипноз в корне может изменить траекторию твоей жизни. Из тебя там вытащат все наружу, все твои перевоплощения. Только надо к хорошему специалисту сходить, их, сама понимаешь, не так много. Также надо быть готовой и к самым неприятным моментам в этом сеансе.

– К каким таким неприятным моментам?

– Например, вспомнить свои смерти, особенно если они были болезненные или перед смертью успела натерпеться страху, от которого может остановиться сердце.

– Да бред какой-то, я думаю, люди просто выдумывают себе легенды и живут этим, а жить надо здесь и сейчас.

– А что делать с памятью? Например, у меня очень много сохранилось моментов из жизни в прошлом. Память прочно осталась в голове. Вот скажи, почему нас привлекают определенные города и страны, откуда возникает ощущения дежавю при встрече с незнакомыми людьми и что означают повторяющие сны. Все – это знаки, оставленные нам предыдущими перерождениями. Например, я четко помню тот момент, как меня в прошлой жизни встречал в своем замке мой будущий муж, и как он выглядит. Могу даже словесный портрет составить. И это, я точно знаю, было, потому что все ощущения живые, как будто это было вчера.

– Ну и где это было, где ты жила, что за замок?

– Ты ведь знаешь, я никогда не была в Англии, а вот такое чувство, как будто всю жизнь жила именно там, мне кажется, я знаю каждый уголок Лондона, но не современного, а тот, когда он еще строился. Не все, конечно, помню, но очень много моментов. Моя жизнь протекала не на Земле, а в другом миру.

– В смысле, в другом миру, Англия как раз таки в нашем находится.

– Да, в нашем, но та Англия как будто оригинальная, а наша – ее копия. Этот момент я, если честно, помню очень смутно. Но все нутро подсказывает, что это именно Англия.

– Допустим, даже если была прошлая жизнь у человека, то наверняка память при пере… – она перебила меня.

– Только не начинай сейчас спорить, что последнее свое перерождение люди не помнят и память стирается. Помнят, но, к сожалению, единицы. И представь себе, я вхожу в эти единицы.

– Да бред это.

– Фома неверующая ты, Алиса, вот сама посуди, почему я никогда не разговариваю пока, ем первое блюдо? Это не моя прихоть, а потому что таков этикет был в том мире, где я жила до последнего перерождения? Меня никто никогда не учил истории этики, а я знаю ее, как свои пять пальцев, это, дорогая подружка, наследственно досталось мне из прошлой жизни.

– Ты сейчас это серьезно, начиталась просто своих заумных книг, да и в университете были пару уроков по истории этике, а теперь мне тут сказки рассказываешь?

– Никакие это не сказки, тысячный раз скажу тебе – это просто все осталось в моей памяти, и я это очень хорошо все помню. Я знаю, что ты не веришь в прошлую жизнь, потому что у тебя не осталось в памяти ничего от твоего прошлого. Ну, давай, скажи мне, а кем ты видишь меня в прошлой жизни?

– Да я вообще не представляю никакую прошлую жизнь, или моя жизнь в прошлом – сплошное черное пятно. Ну а чтобы тебя не обидеть, я скорее подумала бы, что в прошлой жизни ты была монашкой.

– Ешки-воробушки, с дуба упала, я слишком люблю свободу, чтобы быть монашкой.

– Ну, в этой жизни, не спорю, любишь, а вот в прошлой – не уверена.

– Да говори уже напрямую, кем ты меня видишь в прошлой жизни, без подлизывания.

– Заключенной, ну или пиратом, или мошенница, – смеясь, отвечаю ей.

– О как, чем это я тебе напоминаю всех этих бандитов? Вообще-то я правдолюбка, сама знаешь.

– Ну, я основываюсь на другом. Во-первых, материшься как сапожник, во-вторых, твой сосед Прошка со мной бы сейчас согласился.

– Вот, значит, как ты думаешь о своей лучшей подруге. Хотя, может, ты и права, – скептически добавила Ника.

– Ты что, и оспаривать ничего не станешь?

– Нет, слишком я сегодня ленивая на споры. А Прошку точно когда-нибудь грохну, вот тогда и стану заключенной, но уже в этой жизни.

Глава 1

У каждого человека в жизни, помимо родственников, обязательно есть еще другие близкие люди – это друзья.

Именно с ними мы общаемся, исходя из общих интересов, увлечений, или у нас просто родственные души. И знаете, мне повезло встретить такого человека, с которым я подружилась настолько, что уверенно могу сказать: да, у меня есть лучшая подруга, которая поддержит меня в любой ситуации.

Ника – моя лучшая подруга уже много лет. Только не сравнивайте, пожалуйста, ее имя с греческой богиней, изображенной на ладони у Зевса. Как это делают многие при знакомстве. Нет и нет, моя Ника хоть и не богиня, но особенная девушка. Считаю, что у нее невероятное звучание полного имени и фамилии: Ника Ярославовна Королева. Она натуральная блондинка, правильный овал лица с большими светло-голубыми глазами, очень нехарактерный цвет для всей ее родни. Кстати, она очень хорошо видит в темноте, врачи это объясняют тем, что причиной такого уникального зрения является отсутствие защитного пигмента в сетчатке глаз. Она среднего роста, фигурка точеная, очень женственная и стильная красавица. С малых лет на нее заглядывались мальчишки, ну а потом парни, а теперь мужчины. Она привыкла к их вниманию и постоянно с кем-то флиртует. А вот замуж не спешит. Кроме того, она полностью раскрепощенная и общительная. Вообще-то быть общительной, ее обязывает работа, работает она гидом в государственном объединенном музее. О характере могу сказать одно, она воин, но справедливая и самая честная девушка на планете. Вот любит правду и рубит ee в лоб без малейшего стеснения и не боясь последствий. Несмотря на то, что может правдой шокировать человека.

Подруга считает, что правда, хоть и горькая, всегда лучше, чем сладкая ложь. Вот такая она есть. И с этим трудно что-то поделать. А я ее люблю, наверно, именно за это. Задевает ведь чаще не то, что сказали, а как сказали, и она меня еще ни разу правдой не обидела. Я в ней никогда не сомневаюсь, и верю ей, как самой себе. С ней всегда весело и интересно. Ее хобби – это интерес к переселению душ. Она верит, что человек проживает несколько жизней, только в разных телах. Также считает, что от предыдущей жизни в подсознании человека остается все до мельчайших подробностей. Отсюда она все время пытается вспомнить свою прошлую жизнь. Как она говорит: «Для этого не нужно родиться уникальным, это подвластно любому, просто не все этого хотят. И только отдельная личность способна понять свою сущность, побывать в том времени, ощутить эмоции и пережить события тех времен».

Мою внешность Ника всегда считала и считает нестандартной.

А я, наоборот, считаю как раз таки ее самой стандартной из всех стандартных. Рост метр шестьдесят четыре, размер тридцать восьмой. Но каждый человек имеет свои эталоны красоты, и по моим эталонам я не считаю себя красавицей. А вот у Ники моя внешность всегда вызывает споры. Без сомнения, для нее я совершенство – волосы темные средней длины, с хорошо сложенной фигурой, изгибы моего тела красноречиво говорят о моей грации. О симметрии лица, она вообще говорит, можно сочинять оды, брови, словно крылья ласточки в полете, удивительно аккуратные. Полные губы складываются всегда в загадочную полуулыбку. Прямой нос, а на скулах при улыбке играют ямочки. Большие выразительные глаза благодаря черному цвету магнитят прохожих. Не зря ведь она лучшая подруга, и моя внешность, с ее слов, эталон изысканности и привлекательности. Ну чем не Нефертити? Вот только один факт всего этого магнетизма – что мне уже почти тридцать лет, а я так и не сумела примагнитить к себе ни одного стоящего мужчину, с которым захотелось бы вместе просыпаться и дожить до старости. Видимо мой принц еще не родился или же заблудился где-то. А Ника в солидарность со мной тоже не спешит замуж. Хотя мы уже в том возрасте, когда торопиться опасно, а бояться поздно.

Я училась в четвертом классе, когда во время урока к нам в класс директор школы завел новенькую девочку. Это была Ника. Ее посадили позади меня за последнюю парту. Первые дни мы почти не общались. Но так получилось, что наш классный руководитель пересадила всех учеников и нас с Никой посадила вместе, за одну парту. Вот с тех пор мы вместе, оказалось, у нас много общих интересов. Мы обе увлекались английским языком. Вместе ходили на все художественные кружки и занимались баскетболом. Но слава в баскетболе нам не светила – ростом не удались. И нас перевели в запасных игроков. Мы с подругой обиделись и ушли из секции спорта навсегда. Хотя Ника жутко спорила с тренером и доказывала ему, что рост в спорте не важен. А он извинялся и объяснял, что команда уже укомплектована и что запасные игроки такие же важные и нужные в команде люди. Если честно, в душе мы почти с ней и не расстроились, ведь у нас хватало увлечений. Но Ника хотела уйти так, чтобы нас запомнили надолго. Так и случилось – нас запомнили. Больше в центральный клуб нашего города нас не принимали. Школу мы закончили очень даже неплохо и вместе поехали поступать. Она – на исторический, а я – на факультет журналистики. Нам с ней повезло как студентам не потому, что мы были там любимые ученицы, совсем нет. Просто жизнь нам подкинула лотерейный билет. Сейчас уже можно сказать, что это был лотерейный билет, но тогда мы жутко боялись этому выигрышу. Мне на факультете дали задание провести интервью и срок установили неделю, и не важно, с кем, но самое главное условие, чтобы человек был значащий в нашем городе, а значит, не просто прохожий или знакомый. Вот я и пустилась в поиски этих значащих людей в нашем городе. У всех получила отказ на встречу, а некоторые вообще посылали куда подальше, не стесняясь. Время летело быстро, а задание оставалось не выполнено, и мне грозил неуд, который отразится на госэкзамен. Ну, представьте, из-за какого-то интервью у меня будет двойка. Мы с Никой даже пробовали в столицу поехать и там проинтервьюировать тех, кто вливал свой капитал в наш город. Но, увы, там вообще нас никто не стал слушать.

И вот, сидя вечером в унылом настроении у телевизора, жевали сухарики, запивая их чаем. Я пультом листала каналы, но там ничего стоящего не было, все передачи больше навевали грусть. И тут случайно я тормознула, а там шла трансляция, что главного бандита нашего города Новгорода Грачева Михаила Максимовича освободили из-под стражи прямо в зале суда за неимением достаточных доказательств.

Ника быстро смекнула и давай в интернете искать, кто он такой. Оказывается, он владелец нашей мебельной фабрики, инвестор центральной больницы и еще много чего интересного. А самое главное, что весь свой капитал он прибрал к своим рукам во время развала страны. Короче, тот еще бандит. И Ника от радости подпрыгнула на диване в нашей съемной квартире.

– Алиска, это твой шанс. Ты должна с ним сделать интервью, да такое, чтобы вся его черная жизнь легла в золотую кайму, ну, на худой конец, в серебряный ободок. И чтобы никто больше не смел о нем думать плохое.

– Ты чего, с ума сошла или храброй воды хлебнула? Я так не сумею, – начала я, но она перебила.

– А на что у тебя есть я? Давай собирайся, мы к нему без приглашения явимся.

– Да кто нас к нему пустит? Там ведь наверняка его братва охраняет.

– Нет, ты хочешь неуд за госэкзамен или все же оторвешь свой зад от дивана и поедем работать?

– Да я не против оторвать зад, только к бандитам ехать страшновато.

– А нефиг было тогда такую профессию выбирать. Вот представь себе, а если тебя на войну пошлют, ты что, плакать будешь и в обморок падать? Хотя тьфу-тьфу про войну. Алиска, это шанс, ну поехали!

И мы поехали. Ника раздобыла адрес в интернете его компании, но нас туда, естественно, не пустили. В этот момент жизнь нам опять подкинула подарок. Из здания фирмы вышла пожилая женщина, и мы пошли тихонько за ней, чтобы охранники не кинулись ее защищать от нас. Пройдя до автостоянки, она щелкнула пультом, и засветились фары у одной из припаркованных машин. Вот тогда мы ринулись наперегонки, чтобы ее догнать. Она оказалась милая женщина и сегодня в этой фирме работала последний день, ее отправили на пенсию. Она нам и подсказала, где у Грачева есть недвижимость, та, о которой никто не знает.

Мы тогда спросили: а откуда она знает? Посмотрев на нас с улыбкой ответила:

– Когда первый раз его там увидела, думала, случайность, а потом поняла, что он там прячется или как сейчас модно говорить, ложится на дно. Это на восьмом километре по Питерскому шоссе небольшой поселок Ромашка. Там у меня родительский дом, поэтому и знаю.

А вот в каком именно доме он отсиживается, она точно не знает. Но два раза она его случайно видела у терема.

– Это контора или что? – спросила ее Ника.

– Все, девочки, большего сказать я вам не могу, там узнаете, если надумаете туда поехать.

Мы, конечно, ее поблагодарили, и она уехала.

Ника позвонила своему знакомому, с которым она не так давно флиртовала, и попросила его отвезти нас в поселок Ромашка. Но он ответил, что не может, в данный момент он не в черте города.

– Врет, зараза. Небось, с очередной своей пассией в постели кувыркается. Давай такси вызывать! – разозлившись, скомандовала подруга.

– Никусь, у нас денег на такси нету.

– Ну, тогда будем ловить попутку или пригородным доедим.

– Ты уверена, что Грачев сейчас после официального освобождения решил там прятаться? А вдруг его там нет, давай хоть утром поедем, – уговаривала я ее. Но Ника как бык, если у нее шило в заднем месте встало, все, она свой зад не посадит.

– Алиска, не ной, поедем сейчас, и это не обсуждается, – по какой логике на данный момент строилось ее мышление, не знаю, но она уверенно тянула меня за рукав к остановке.

Доехав до конечной остановки мы вышли. На пригородный автобус мы опоздали, но нам опять повезло, это был наш день. Добрый старичок нас подвез, да еще бесплатно, и даже показал, где этот терем. Им оказался старый храм, но в очень хорошем состоянии.

– Подожди, получается, он в этом храме прячется и монахи его покрывают? – удивилась Ника, когда мы вышли из машины и старичок уехал.

– Не знаю, а может, он просто сюда приезжает грехи замаливать?

– Что-то мало в это верится, чтобы он ехал сюда грехи отмаливать, он мог бы в городе такую аудиенцию батюшки назначать и там замаливать все свои делишки.

– Ну а чего стоим? Скоро стемнеет, давай хоть зайдем в храм, раз приехали, – толкнула я тихонько в плечо свою подругу.

Храм был пустой, вечернюю уже отслужили, и прихожане разошлись. Мы недолго посидели у входа, разглядывая храм внутри, и не заметили, как к нам подошел батюшка.

– Могу ли я вам чем-то помочь, барышни? – вежливо спросил он нас.

Первая опомнилась я.

– Мы ищем здесь Грачева Михаила Максимовича.

– Нам назначена с ним встреча, – не растерялась и соврала подруга.

Он заметно повел бровью вверх.

– А вы знаете, дети мои, что ложь не красит человека, – тихо и серьезно ответил батюшка.

– Простите, батюшка, я правда соврала. Но понимаете, вот если мы его не найдем, то моей лучшей подруге суждено будет получить неуд на госэкзамене в университете. Это же столько лет коту под хвост, ой, простите за мой поганый язык.

Батюшка внимательно разглядывал нас, но я заметила, что краем губ он все же улыбнулся на Никины извинения. Потом мы рассказали ему всю правду, зачем именно нам нужен Грачев.

– Дети мои, я не вправе вам говорить за человека, который приходит в храм просто помолиться. Но я могу спросить, хочет ли он этой встречи. И только от него все зависит.

– А он здесь? – спросила Ника.

– В храме, кроме Бога и его служителя, никого нет, – очень спокойным голосом произнес батюшка. – Но вы можете зайти утром, и я вам скажу ответ.

– Простите, батюшка, а мы могли бы переночевать в храме? У нас здесь нет знакомых, а в город попутными машинами ехать уже страшно, – жалобным голосом произнесла Ника.

– Ну зачем же вам спать на лавках, здесь недалеко живет наша прихожанка, дом двенадцать по центральной улице. Скажите матушке Марии, что я прислал. Она вас приютит. А утром захаживайте.

Мы простились с батюшкой и пошли искать дом двенадцать. Нас встретила старая бабушка, как только она услышала, кто нас прислал, сразу же впустила в дом, накормила, напоила и спать уложила. Утром мы явились снова в храм. Но батюшки в нем не было, и только один прихожанин сидел на первом ряду, читал церковный буклет.

Ника сразу же присела рядом и тихонько спросила:

– Извините, вы не знаете, где можно найти батюшку?

Мужчина внимательно посмотрел на Нику, затем на меня и тихо ответил:

– Знаю, пойдемте покажу, – и мы вышли из храма, вот там под лучами солнца мы узнали Грачева.

– Это вы? – удивилась Ника.

– Я, или вы другого ищете Грачева?

– Нет, именно вас ищем, – тут же ответила я. – Спасите, пожалуйста, мой госэкзамен, ну пожалуйста, – жалобным голосом произнесла я.

– Почему именно я? Разве в городе мало известных и достойных, кто мог бы ответить на вопросы журналиста? Или у вас вопросы на засыпку и с подвохом?

– Знаете, я готова у вас спрашивать только то, что вы сами разрешите, а в городе все достойные и известные люди меня послали подальше и сказали больше не возвращаться. Для них студент – это не журналист.

– Ну ладно, поглядим, какие у вас вопросы. Поехали! – командным тоном ответил нам Грачев.

– Куда? – испуганным голосом чуть ли не прокричала я и добавила: – Нам, если честно, немного страшно.

Он засмеялся.

– А какого лешего вы тогда приехали? Я только и согласился на эту встречу, потому что мне стало интересно, что за бесстрашные барышни сюда явились. Интересно, как вы узнали, где я? Вы что, интервью хотите взять прямиком тут, у храма? Видите, у меня самого сколько к вам вопросов. Предлагаю просто переместиться ко мне в дом, тут недалеко.

– А у вас что, тут дом есть? – удивились мы обе в один голос.

– А вы что, подумали, я в храме живу?

– Мы вообще ничего не думаем, потому что ничего о вас не знаем. Хотя, если быть честными, прочли, конечно, в интернете, что о вас пишут, – пролепетала я неуверенным голосом.

В общем, мы сидели у Грачева, это был маленький старенький домик, даже не верилось, что это дом олигарха, и только два амбала у входа подтверждали, что охраняют они непростого человека.

Мы рассказали, почему и зачем мы тут. Он же в ответ:

– Да я уже все о вас знаю, откуда вы, где учитесь, где родители живут, где кто из предков и родни работает. Поэтому у меня к вам обеим встречное предложение, – от его предложения нас пробивает холодный пот и паника, во что мы сейчас влипли?

За эти пять минут, которые он дал подумать, мы только успели переглянуться между собой, страх нас обнял крепко, и потом молча кивнули, как болванчики, давая свое согласие. А предложил он поухаживать за одним стариком, которому восемьдесят семь лет, имя – Илья Максимович Шубин. Живет он в городе один и очень серьезно болен. Вот когда с ним случится неизбежное, нам надо будет его похоронить, здесь, в Ромашках, на местном кладбище, рядом с его женой. Подал листок, на котором было написано имя и фамилия покойной. Еще он вручил нам банковскую карту и назвал код, это деньги на похороны и содержание старика. Если мы все выполним, как он сказал, квартира старика и еще одна квартира рядом достанутся нам. Но и еще одно важное условие: мы не должны никому говорить, кто поручил уход за стариком, даже в мыслях не произносить имя Михаил Максимович Грачев. Сам же он через неделю вынужден уехать. На вопрос «куда?» он ответил:

– Меньше знаете, крепче спите.

Он позвонил при нас по телефону и попросил какого-то Андрея устроить мне завтра интервью с мэром города – мы с Никой сидели как мышки, забитые в угол, держась за руки, и дрожали от страха.

Он еще говорил по телефону о чем-то. Но мы уже не слышали, так как он вышел на улицу.

Войдя обратно в дом, он давал нам четкие указания, что делать, куда обращаться по поводу болезни старика. Какие врачи компетентны, а какие нет в его болезни. И когда придет время отпевать, то это должен быть только батюшка из храма в Ромашках. До самого обеда он нас экзаменовал по поводу того, что мы должны делать и как, а затем без ошибок отвечали на его вопросы. Сам же на вопросы никакие не отвечал, особенно если они касались его личности. Ближе к обеду проводил до калитки и обнял нас обеих на прощание как родных. Но и серьезным тоном добавил:

– Узнаю, что обижали старика или плохо ухаживали, из-под земли достану.

Честно, мы были в шоке. У нас тогда не было слов, мы молча доехали до города, страх, как сильный мороз, прижал к себе своими лапами и не отпускал. Мы, конечно, не поверили Грачеву в то, что он предложил за уход деда. Думали развел бандюган нас, как лохушек, и навязал бесплатную работу. На следующий день мы все же поехали по указанному адресу, и там, действительно, жил старичок, за которым нужен уход. Потом мы поехали в мэрию, и там нас также ждали. Ну, хоть в этом он нас не обманул, и я сумела взять интервью.

За интервью я получила высший балл только за то, что сумела взять его у мэра, такого еще не было, чтобы студент попал к мэру на интервью самостоятельно, без сопровождения опытного журналиста. Что за страна, что за законы? Мэр города такой неприступный для простого народа, как президент страны.

Глава 2

Бросить старика мы боялись, а вдруг придет наказание в виде киллера. От страха ухаживали, и хорошо ухаживали. Надеялись, хоть за это нас не прибьют где-нибудь в темном переулке. Установили график между собой, чтобы старичок не оставался долго один. А вообще, к нему невозможно было относиться пофигительно, да и мы не были с Никой алчными. На той банковской карте лежала немалая сумма, но мы с подругой ни одной копейки оттуда для себя не взяли за все время. Все деньги тратили только на Илью Максимовича, кстати, он был милый и добрый старичок. На его вопрос, почему мы целый день с ним возимся, разве у нас нет других дел, поначалу нам пришлось соврать, что мы из службы опеки и заботы престарелых людей. Он улыбнулся и ответил:

– Ну, не хотите говорить правду, не говорите.

Честно скажу вам, мы с Никой очень боялись последствий от той поездки и встречи с Грачевым. Но прошел год, а нам никто ничем не угрожал, и мы потихоньку успокоились и признались дедуле, что нам не велено говорить, почему мы рядом с ним и от кого. Он заулыбался во весь рот и тихо шепнул:

– Передайте Мишке спасибо.

Мы просто молча в ответ кивнули. Ну не могли мы рассказать, что Грачева не видим и понятия не имеем, где он. Нам было все же удобнее промолчать.

Дед прожил почти два года и ушел из жизни тихо во сне, никого не обременяя. Для нас это был, если честно, удар, за эти два года мы к нему уже так привыкли, что никак не могли поверить в его смерть. Похоронили его в поселке Ромашка, как и было наказано, рядом с его женой, которая умерла на 6 лет раньше его. Отпевал тот самый батюшка из местного храма.

На девять дней мы приехали с Никой на кладбище, хотели прям возле могилы помянуть старичка. Там к нам подошел среднего возраста мужчина в строгом черном костюме и вручил большой конверт. Мы не успели и рот открыть, как он резко развернулся и быстрым шагом пошел на выход с кладбища. Вскрыть конверт было очень страшно, и решили, что откроем его дома в своей съемной квартире. Кстати, банковскую карту мы оставили в квартире старика. Там еще оставалась кругленькая сумма, мы не стали питать иллюзий, что они наши и спроса за деньги не будет, тем более мы знали, кто хозяин. Поэтому не рисковали и оставили карточку в доме прямо на столе. Записали свои номера телефонов на листок и скотчем прилепили к двери, что можем в любой день занести ключи. Но нам никто так и не позвонил.

Вернувшись с кладбища, мы распечатали конверт, там были документы, что квартира Ильи Михайловича была переписана на меня, причем по дате – год назад. Другой документ был на Нику, на ее имя была переписана квартира в этом же доме, только в другом подъезде. Вы думаете, мы от радости прыгали до потолка? Ошибаетесь, мы еще целый месяц тряслись от страха. Пока не получили еще одно письмо без обратного адреса и почтового штампа. В котором было коротко написано: «Дорогие девчонки, спасибо вам за отца. Вы честно заработали то, что я обещал. Не бойтесь, к вам больше никто не придет из моей жизни. Если можно, иногда на могилу родителей кладите и от меня тоже букет цветов, там, на банковской карте, есть для этого средства».

Мы не могли понять, почему у всех троих разные фамилии. У нас много было тогда вопросов, но ни одного ответа. Еще долго мы не решались переезжать, так и жили в съемной квартире. Полгода со смерти Ильи Михайловича, мы опять приехали в поселок Ромашка проведать могилку нашего старичка, там встретили батюшку, он нас и уверил, что душа Ильи Михайловича уже спит спокойно и дар мы можем принять, не стыдясь. Вот после этого мы переехали в подаренные судьбой квартиры. Любопытным соседям и коллегам на своих работах мы сказали, что взяли ипотеку и купили себе жилье. Теперь я живу в первом подъезде на третьем этаже, соседи у меня две пожилые пары. Ника живет в четвертом подъезде на втором этаже. Оказывается, ее квартира раньше принадлежала той женщине, которая похоронена рядом с Ильей Михайловичем, и поженились они, незадолго до ее смерти. Опять у нас возникли вопросы, но и опять никаких ответов. Знаем только то, что рассказали соседи. Кстати, квартиры у нас одинаковые, трехкомнатные. Вот если мне с соседями повезло, то подруге повезло меньше, напротив ее двери, в двухкомнатной квартире, живет молодая чета, но скандалят по-черному. Поэтому в подъезде часто шумно.

В однокомнатной квартире рядом, дверь в дверь с Никой, живет Прохор, вроде интеллигентный, но вид жалкий. В самом начале нашего заселения он умело нас разжалобил своим рассказом о своей горемычной судьбе, и нам стало его жаль. Мы подкидывали денежки то на хлеб, то на дорогу к новой работе, мы верили и помогали, как говорится, чем могли. Пока нас соседи не поругали за то, что мы ему деньги даем на выпивку. С тех пор мы зареклись никакой денежной помощи, если помогать, то только едой или вещами. Я не знаю, что у него случилось на самом деле, но запил он по-страшному. Наверное, поэтому жена сбежала, и он остался один. Всегда охает, строит страдальческий вид, каждый раз стараясь давить на жалость, особенно нам с подругой. Почти каждый день стучит к Нике в дверь и просит взаймы, то на похмелье, то на лекарство. На еду уже не просит, потому как Ника вытаскивает продукты и дает поесть.

В эту пятницу у Ники на работе был корпоратив, на котором она слегка перебрала, но буду с вами честной, хорошо перебрала. Так вот, лежит Ника в субботу утром с ужасной головной болью в кровати, подняться не может, потому как тысячу молоточков тюкают ее по мозгам, а тут стук в двери, настойчивый и как будто знает, что она дома. Моя подруга еле как дотащила свои ноги к двери, открывает, а там стоит Прошка.

– Ника, пожалуйста, спасай, не то помру, займи триста рублей. Клянусь, завтра отдам.

– Прошка, у меня нет налички честно, – спорить с ним и ругаться у нее не было сил. И она захлопнула дверь. Только она улеглась в кровать, опять раздался стук в дверь. Минут десять стучали, не отходя от двери. Ника опять поднялась, собрав больные мозги в свои кулаки, она все же доплелась до двери. Там опять Прошка, умоляя, просил взаймы. Ника вытащила кошелек из сумочки, вытряхнула все до копейки и, захлопнув дверь, вернулась в кровать. Только удобно улеглась, чтобы молоточки в голове утихли, как опять раздался стук в дверь. Ника снова встала, но уже с матом распахнула двери. На пороге опять стоял Прошка с дрожащей протянутой рукой.

– Никусь, ну будь человеком, тут не хватает на пузырь, добавь еще сотенку, пожалуйста, – подруга моя решительно ответила:

– Подожди, сейчас добавлю, не уходи, и Прошка ждал, надеялся, а Ника зашла в кухню, взяла топор и вышла, намахиваясь на него, и матом довила: – Изолента синяя, иди сюда, я тебе сейчас добавлю сколько хочешь.

У Прошки глаза округлились в два блюдца, и он включил заднюю. На ходу крича:

– Титька ты тараканья! Ника, я же к тебе по-дружески, по-братски! Ты чего, тебя же посадят! – кричал он. – А сухари тебе носить некому! – сам бежал вниз по лестнице, теряя свои резиновые шлепки и ища спасения во дворе. Надеялся, что она в ночной сорочке за ним туда не побежит. Но Ника даже забыла, что ее ночная сорочка просвечивает, и бежала за ним по двору почти голая. Весь двор наблюдал за этим событием. Догнать она его не сумела, но пообещала, если он еще раз постучит в ее дверь, то убьет его, и рука у нее при этом не дрогнет. Но вечером она призналась мне:

– Представляешь, пока за ним бегала, весь похмельный синдром выветрился.

– По справедливости, ты должна ему сказать спасибо. А не войну объявлять.

– Нет уж, с той минуты я с ним в контре. Зато прикинь, вечер, а он еще ни разу не стучался. Наверное, я его тоже вылечила.

Мы смеялись, вспоминая уходящий день. Но последствия этого вечера откликнулись совсем скоро. Знали бы мы, но мы не знали и даже не догадывались.

Утром следующего дня мы с Никой отправились в аэропорт, мы летели в Батуми к морю, в отпуск.

Два дня мы наслаждались ленью на пляже у моря, а на третий день Ника выбрала места, которые необходимо увидеть, маршруты, которыми стоит пройти и проехать. Быть в Грузии и просидеть только на песке – это приравнивается к тому, что в Грузии мы не были. И вот на третий день своего отпуска мы ехали в туристическом автобусе по маршруту Батуми – Зугдиди. Обе блаженно прикрыли глаза, путь не близкий, можно и подремать. Я облокотилась головой на плечо Ники, а та припала щекой к стеклу. Но бубнеж впереди сидящих теток нарушал все наши планы.

– Ты слышала? Вчера здесь опять был переполох, новенькая девица не желала возвращаться в свою жизнь и быть наложницей старого гримлита – говорила первая.

– Мне ее очень жаль, такая молодая, и так не повезло.

– А ты знаешь, что опять ищут ту единственную для Нолла Рау, – зашептала первая.

– Ага, слышала, вот же бедняжка, кому он достанется, все прекрасно знают, что все его жены умирают, а по какой причине, никто не знает. Единственная дочь была, так он и ее в змею обратил, – шепотом отвечала вторая.

Конечно, в нашей стране дороги – то еще удовольствие, но здесь нас трясло нещадно, затем автобус резко подпрыгнул, наехав на колдобину, и остановился, я раскрыла сонные глаза и нахмурилась. Мы с Никой почему-то сидели на какой-то старой телеге, которая остановилась у красивого старинного здания. Сердце учащенно забилось: как мы здесь оказались? Я прикрыла глаза, чтобы слегка прийти в себя, но мысли скакали как блохи, затрудняя разуму возможность соображать. Посмотрела на верх здания, там большими золотыми буквами было написано – «КАНЦЕЛЯРИЯ РАСПРЕДЕЛЕНИЯ ЖИЗНИ». Дверь в здании распахнулась, и оттуда вышел мужчина в серой мантии с длинными рукавами, на шее висел металлический медальон, он прямиком направился к нам. Мужчина потряс Нику за плечо, которая, облокотившись на деревянную бочку, еще спала. Он еще раз ее окликнул, и Ника открыла глаза, потянулась.

– Мы что, уже приехали? – спросила она.

Мне не дали раскрыть рот, мужчина сразу же ответил:

– Да, вы приехали, ваша очередь, дамы, – произнес он усталым голосом и помог нам с Никой спрыгнуть с телеги. Сказать, что мы обалдели, ничего не сказать. Вдвоем с открытыми ртами пялились на все то, что нас сейчас окружало. Над входом засветилось табло «войдите».

Так и не успев очнуться ото сна, нас подтолкнули к двери, и дверь заехала за наши спины. Мы оказались в комнате без окон и вроде как без дверей, так как проема от нее не осталось вообще. Единая литая стена – и только.

Стояли с подругой в оцепенении и оглядывались вокруг в небольшой стерильно чистой комнате перед ресепшен, на стене красивыми буквами написано – «Зона регистрации и распределения», но за ресепшен никого не было.

– Алис, мы где? – тихо спросила Ника.

– Не знаю, оказывается, я тоже уснула и ничего не понимаю. Куда мы приехали, где мы?

В этот момент стена за ресепшен сместилась и в комнату вошел высокий мужчина в строгом смокинге с гармоничной фигурой и привлекательными чертами лица. Я посмотрела на Нику, она таращилась на него с полуоткрытым ртом, походу, у нее перехватило дыхание. Я тоже с любопытством стала его пристально рассматривать. Темно-русые волосы волнистыми прядями лежали на высоком лбу, из-под черных бровей светились два темно-зеленых глаза, слегка прикрытые черными ресницами. Видя нашу реакцию на его внешность, он слегка улыбнулся, потом кивнул головой, произнес:

– Итак, вы, Алиса Емельянова, направляетесь в Англетер в замок Нолла Рау.

– Что значит в Англетер? – опомнилась Ника.

– Какой Англетер, уважаемый, мы еще Зугдиди не увидели, – заулыбалась я в ответ. – А вы нам Англетер предлагаете.

Он не дал мне договорить.

– Я не предлагаю, а всего лишь информирую. Ваше время на Земле закончилось, и теперь вы отправляетесь в Англетер.

– Дядя, ты чего за бред несешь тут? – с сарказмом в голосе воскликнула Ника.

– Кстати, с вами, Ника Ярославовна Королева, вообще разговор короткий, вы остаетесь здесь, в Карлоне.

Мы переглянулись с Никой и обе пожали плечами, так как обе не могли припомнить, где находится город Карлон. Но что-то внутри меня подсказывало, что такого города никогда не было и нет. А вот у Ильи Михайловича в аптечке когда-то видела такой препарат от сердечно-сосудистой системы, может, ошибаюсь, но название очень похожее. Ладно, если я запамятовала о таком городе, но Ника историю страны знает как свои пять пальцев. Раз она пожимает плечами, значит, точно такого города нет.

– Никусь, подожди, – вклинилась я, потому как до меня дошли его ранее озвученные слова. – Что значит, наше время на Земле закончилось, мы что, умерли?

– Нет, вы же находитесь в канцелярии распределения жизни, а не души, – со знанием дела ответил мужик.

– А как мы сюда попали? – с удивлением спросила Ника.

– Произошло падение горных пород вниз со склонов гор, сожалею, автобус, в котором вы ехали, как раз и попал под этот обвал. В живых остались только вы двое.

– Раз мы живые, значит, верните нас обратно, с небес на Землю, – произнесла я.

– К сожалению, это невозможно, ваше время там закончилось, понимаете? – спокойно произнес мужик.

– Что значит наше время закончилось, нам еще и тридцати нет! У нас еще вся жизнь впереди, а он тут каркает – закончилась! – перешла на крик Ника.

– Успокойтесь, за хорошее поведение на вашей Земле мы дарим вам, Ника, жизнь рядом с подругой, а значит, вы тоже отправитесь в Англетер, – сверяясь со списком, произнес мужик.

– Ах спасибо за такой чудный подарок, только мы туда не хотим, выпусти нас отсюда, и вообще, мы требуем сюда адвоката, – Ника металась по комнате, ища выход.

Мужик вытащил носовой платочек и нервно промокнул свой лоб, затем продолжил:

– Видимо, вы мне не верите, но обязан вас проинформировать до конца. Поскольку вы, Ника Ярославовна, в этой жизни жили в теле кошки, вас так и оставят, но зато теперь у вас будет хозяйка.

– Хозяйка! Какая хозяйка, твикс ты без палочки, – махала руками Ника. – Говори, гад, что это за место?

– Каждую из вас просто переместили в прошлую жизнь. И этим ваша земная жизнь была сохранена, – все еще спокойным голосом отвечал мужик.

– В моей прошлой жизни я, точно знаю, была представителем знати и власти, и никакой кошкой я не была, – доказывала жестами Ника.

Он опять поглядел в планшет, потом глянул на меня, потом опять посмотрел на Нику и ответил:

– Вы никогда в прошлом не жили в теле человека, вам впервые была дарована эта привилегия.

– Ах ты, мышь дистанционная, откуда ты можешь знать, кем я была?

– Ну вот, пожалуйста, у меня тут все записано, перед последним перерождением вы были черной бездомной кошкой и жили здесь, в Карлоне, возле городской свалки. А до этого вы были в теле змеи гадюки и жили на болоте в Карелии.

– Я тебе сейчас покажу гадюку, я тебе такую городскую свалку покажу, колокольчик недоделанный! – и Ника решительно двинулась на мужика.

Мужик отошел к стене. И замер в ожидании нападения.

– Никусь, погоди секунду, – задержала ее я.

– Алиска, ты что, еще не поняла, кто это?

– Кто? – удивленно посмотрела я на нее, а потом на мужика.

– Он думает, если натянул костюм, прилизал свои волосенки, то стал умнее. Да приглядись к нему, подруга, и ты точно поймешь, кто это.

– Никусь, я правда его не узнаю, – и еще раз посмотрела на мужика. Тот тоже удивленно смотрел на Нику.

– Блин, Алиска, я пупею, это же Прошка. И этот жеваный алкаш сейчас распоряжается нашей жизнью?

Приглядевшись еще раз, я, конечно, нашла сходства с Прошкой, ну уж слишком холеный был мужичок, у него даже маникюр на руках был лучше, чем у меня. Ну, вы наверняка знаете, как выглядит алкаш. И разве можно в такое короткое время вылечить и так преобразить пьяницу? Вот и я, смотрела и не верила в то, что говорит Ника. Хотя очень хотела верить в то, что это Прошка, и уже через секунду нахожу очень много сходства в нем от соседа Ники.

Мужик снова встал на прежнее место. И, заглядывая в планшет, продолжил:

– Не понимаю, о ком вы говорите, но давайте закончим с информацией.

– Скажите пожалуйста, а кем в этой жизни была я? – разглядывая пристально мужика, задаю вопрос.

– Вы Алиса Емельянова, единственная девушка в прошлой жизни новичок, свою жизнь вы живете впервые, и поэтому вас направляют в замок Нолла Рау.

– Кто это? Еще один такой же, как ты, Робин Гуд канализационный? – грозно спросила Ника.

Он игнорировал ее оскорбительные слова и продолжил вежливо отвечать.

– Нолла Рау – это великий маг, но его магическая сила спит, и ее надо разбудить. Такое подвластно только девушке, которая в прошлой жизни никогда в ней не жила. А значит, вам, Алиса. И поверьте мне, с вашим образованием и вашими навыками вы будете прекрасной женой и хозяйкой всех восточных земель Англетера.

– Вот спасибочки, но у нас, понимаете ли, совсем другие планы на жизнь, ни колдуны, ни маги, ни чародеи нам в семье точно не нужны. Тем более у нас есть свои женихи, – я медленно прожестикулировала ему указательным пальцем, как будто хотела доказать правдивость своих слов.

Мужик внимательно глянул в монитор планшета и быстро стал листать в нем страницы.

– Но вы обе не замужем и даже не обручены, – укоризненно глядя мне в глаза, произнес он.

– Ну и что, – опередила меня Ника, – это дело не хитрое, просто мы не хотели прогуляться замуж и поэтому не торопились с таким важным делом, – моя подруга от ярости аж подпрыгнула.

Мужик нервно сглотнул и продолжил:

– Это очень важная миссия, если магия к Нолла Рау не вернется, то на Земле быть катастрофе. Возможно, судьба вас специально для этого готовила, – он не успел договорить, как я его перебила.

– Вот уж точно нас к этому судьба не готовила. Если бы мы знали, что нам придется жить в прошлом, как средство против старческого сна какого-то колдуна, то нафиг мы столько лет учились, старались, чтобы не просто закончить, а хорошо окончить университет. Да если бы мы знали про такое, лежали бы на диване и ждали своей участи. Не хочу я быть никакой таблеткой против сна и вообще, ни в какой Англетер не хочу, немедленно возвращайте нас назад домой!

– К сожалению, но это невозможно.

Почему в этот момент я поверила в его слова, не знаю. Психика не выдержала, видно, Ника тоже поверила и решила отнять у этой канцелярской крысы его планшет и внести туда свои изменения. Я в стороне не осталась и тоже двинулась за Никой.

– Поверьте, Алиса, вам эта жизнь пойдет на пользу, – отходя к стене, нервно говорил мужик.

Стена за его спиной отъехала, и раздался странный хлопок, в этот момент Ника куда-то провалилась.

Я остолбенела на миг, глядя на глянцевый гладкий пол, где ничего не осталось, даже пятнышка. Затем набросилась на мужика:

– А ну, гад, верни Нику назад, иначе я не ручаюсь за себя! – хотела достать руками и ударить по голове, но он умело отбивался. И вдруг между нами с воздуха появилась прозрачная перегородка. И он спокойным голосом произнес:

– Алиса Емельянова, по регламенту вы отправляетесь в Англетер, в замок Нолла Рау, для пробуждения в нем магии. Вам выдается один саквояж с необходимыми вещами и документ о вашей помолвке.

– Ты что, гад, издеваешься? – от ударов по мужику мои ладони горели, но я все же стукнула по перегородке, и она неожиданно расплавилась.

– За нарушение покоя в канцелярии до места продолжения жизни вам придется добираться самостоятельно, – затараторил он. – Но не волнуйтесь, у границы вас встретят, – и мужик исчез за раздвижной стенной. Опять раздался странный хлопок, и вмиг комнату заволокло туманом, пол под ногами дрогнул и повеяло сыростью, я не удержала равновесие и шлепнулась на свою пятую точку. Рядом приземлился саквояж. В горле пересохло, и я с трудом сглотнула.

Оглядевшись, я разревелась, так как сидела в темном лесу на мокрой еще от утренней россы траве. Вдруг сверху на меня кто-то прыгнул, от страха я чуть не лишилась чувств. Черная кошка нежно терлась об мои ноги.

– А ты откуда здесь взялась, тоже закинули без спроса? Вообще кто ты, хищник или нечистая сила? – свозь слезы говорила я с кошкой.

– Мяу, – кошка прыгнула в руки, и я заметила у нее тоже слезы. И до меня вдруг дошло.

– Ника, это ты?

– Мяу, – и кошка завиляла хвостом.

– Неужели, правда, это ты? – заревела еще громче, прижимая к себе и целуя кошку. – Знаешь, моя хорошая, если нам суждено будет вернуться домой, я лично сама прибью Прошку, обещаю тебе. Теперь я уверена, это он, и он нам с тобой мстит.

Ника замурлыкала мне в ухо.

– Подруга, а может, мы с тобой в психиатрическую больницу угодили? Ну не может же такое быть. Все это просто в голове не укладывается, – Ника улеглась поудобней и опять замурлыкала, очевидно, успокаивала меня.

– А если все это правда, то я помню разговор в автобусе двух теток. Тогда я думала, они про какой-то сериал говорят. И самое главное, знаешь, у жениха моего все жены умирают, значит, и мне суждено умереть? – Ника встала на лапы, ощетинилась и оттопырила хвост.

– Ну чего ты на меня так ощетинилась, я правда такое слышала. А может, это просто сон и нам нужно с тобой проснуться? – Ника царапнула по моей ноге. – Больно, ты чего? Ах, да-да, поняла, не спим мы! – в сердцах воскликнула я.

– И что нам теперь делать с этим дерьмом, в котором мы оказались, – Ника походила вокруг меня и уселась на задние лапки, глядя мне в глаза. – Ты хочешь сказать – приспосабливаться? – кошка махнула хвостом. – Но я не хочу замуж за какого-то старого маразматика, у которого, видите ли, магия заснула. Да какая магия вообще, черт подери! – ворчала я, поднимаясь с земли.

Тяжело выдохнула и оглядела взглядом вокруг темный глухой лес, обступивший маленькую поляну со всех сторон, и тоскливым взглядом уставилась опять на Нику:

– Да нас тут с тобой быстрее сожрут, чем мы попадем в какой-то замок.

Ника подошла к саквояжу, обнюхала его и села опять на свои задние лапки, глядя на меня.

– Что ты на меня так глядишь? Думаешь, если ты так умно смотришь, я все понимаю, о чем ты говоришь и думаешь? – Ника махнула хвостом. – Я же не телепат. Ну, хорошо, давай посмотрим, что нам туда подкинули, – открыла старинную походную сумку и придирчиво осмотрела содержимое, документы, футболку, кошелек, пакетик картофельной соломки, маленькую бутылочку воды, насколько мятных конфеток, таблетки от головы, упаковку обезболивающих, упаковку жаропонижающих, мой походный блокнот и планшет и еще кой-какие мелочи. Все эти вещи принадлежали мне, и я их взяла с собой в поездку в Зугдиди. Ничего нового, одним словом, в саквояже не было, кроме сумки-пояса, в которой лежал документ о моей помолвке.

– Ника! Посмотри, эти гады нас точно сюда на верную и голодную смерть закинули, воды нам хватит только на раз зубы ополоснуть, а еды совсем нет. Этот пакетик, сама знаешь, нас не накормит. Они что, думают, от Грузии до Англетера путь в пятнадцати минутах? Кстати, а где этот Англетер, ты знаешь? – кошка поднялась и выгнулась, ощетинив свой мех. – Ты тоже не знаешь или знаешь и поэтому волосы дыбом встали?

Ника обнюхала вокруг нас место и быстро побежала по вытоптанной тропинке вглубь леса. Оборачивалась назад и смотрела, иду ли за ней я или нет. Ну а как мне было не идти, конечно же, собрала всю смелость в кулак и шла за ней. В какой-то момент, пока я оглядывалась по сторонам, Ника резко бросилась в сторону от тропинки и исчезла, через какое-то время появилась с мышью в зубах. Я остолбенела на своем месте, она, как-то особенно и призывно мурлыкая, терлась об мои ноги.

– Ника! Это что? – тыкала я палец в мышку. – Ты где была? Я ведь переживаю! – с ужасом выдавила я из себя.

Она уложила полудохлую мышь мне в ноги, а меня аж передернуло. Я представила настоящую Нику с грызуном во рту, а Ника, недолго думая, взяла и проглотила мышку. От такого ужаса, у меня начался приступ кашля до рвоты. Глядя на меня, до нее тоже дошло, что она сделала. И мышка попросилась назад. Когда желудок у нее освободился от грызуна, она без сил упала на траву. Я, конечно, смелая девочка, но нервы были на пределе, а тут такое, что в мою голову нынешняя реальность не укладывается, но чтобы поддержать подругу, я уселась рядом с ней, взяла ее на руки и нежно глажу за ушком и тихо приговариваю:

– Никуль, ты прости меня, это просто с непривычки такая реакция, а вообще-то, охота за мышами – это не прихоть кошек, а их жизненная потребность. Я, помню, читала статью, что мыши – уникальный поставщик аминокислот, без которых кошкам жить чрезвычайно сложно. Прости меня, и знаешь, подружка, ты не обращай в следующий раз на меня внимание и ешь все, что тебе вкусно, а я постараюсь привыкнуть, обещаю.

Ника разжмурила глаза и спрыгнула с моих рук.

– Урр-рр!..

– Понятно, идем дальше? – кошка вильнула хвостом и побежала опять по маршруту неведомых дорожек, ну а я за ней.

Глава 3

Чтобы добраться до границы, нам пришлось долго плутать по лесу. К вечеру кошка исчезла с моего поля зрения и я устало опустилась на траву.

– Ника! Заразка, ты где? Мне одной страшно в этом чертовом лесу, – со слезами на глазах негромко ворчала я.

Вода закончилась, чипсы были давно съедены. Осталось несколько конфет, но без воды я боялась сунуть хоть одну в свой рот, поэтому, помяв их в руке, засунула обратно в саквояж.

Хлюпая носом, я размышляла сейчас о сложившейся ситуации. И на ум приходили неутешительные мысли. «Походу, я сюда заброшена в рабство, и черная кошка не факт, что это Ника. Просто от отчаянья я приняла ее именно за подругу. Если вспомнить, что говорили в канцелярии, то Ника жила в Карлоне, получается, Англетер она не может знать, и раз ей был дарован подарок – хозяйка, она просто осталась в Карлоне. А эта кошка несется вперед так, как будто живет в этом лесу, ничего ее не останавливает, ни страх перед дикими животными, ни жажда, ни усталость. Значит, это точно не моя Ника, моя бы подружка меня не кинула в этом темнеющем лесу». И я еще громче разревелась. Мне хотелось только одного – домой.

Ох, а реветь здесь хорошо, никто не мешает и не стыдит взрослую тетку, распустившую нюни, но оставаться на ночлег в лесу совсем не радовало. Подтянула ближе саквояж и стала тщательно его обыскивать. Как сказала бы Ника, безвыходных ситуаций не бывает, просто нам надо найти того, кто сможет нас отправить обратно домой. Теперь ясно одно, что Прошка против нас, и этот гад в этом мире устроился хорошо. Пока я рылась в саквояже, не заметила, как вернулась кошка, а когда заметила, чуть инфаркт не схватила с перепугу. Рядом с кошкой стоял мужичок – эдакий колобок, только короткие руки и короткие, в тяжелых ботинках, ноги выдавали, что это человек. Ростом метр с кепкой, и то в ботинках. На голове шляпа, которая уравнивала шею с плечами. Про таких у нас обычно говорят: «Родился, а так и не стал человеком». Этот маленький мужчина растрогал меня своим ангельским голоском. Я чуть опять не расплакалась, хотя, наверно, это просто от радости, что я не одна.

– Это вы невеста с Земли?

– Вроде я, но это еще не точно, потому как мое согласие никто не спрашивал, – собравшись с духом, ответила я.

– Добро пожаловать, а вы очень красивая, думаю, хозяину понравитесь, – улыбался мужичок.

– Э-эм-м, – многозначительно промямлила я.

– Разрешите вас спросить, невеста? – при этом он вздернул лохматые брови вверх, и они округлились, словно оправа от очков.

«Интересно, как у него это получается, большой театр по нему плачет. Да такой мимикой он запросто может взять «Оскара», – а вслух ответила:

– Спрашивайте.

– Это ваша кошка или она просто бегает по лесу?

– Моя, – не задумываясь, ответила я.

– Понимаете, невеста, взять кошку в замок не представляется возможным.

– Это почему?

– Хозяин не переносит их на дух.

– Ага-а, значит так, без кошки я с места не сдвинусь. Так что мотайте отсюда, пока я сильно не разозлилась.

Мужичок ошарашенно помялся, затем ответил:

– Вашей кошке в замке будет тесно, там магия не даст ей жизни.

– Какая, к черту, магия?

– Разве вам не сказали, куда вы направляетесь?

– В замок Нолла Рау, и кошка записана вместе со мной в реестре распределения, – тут я, конечно, соврала, так как не знала, записана она там или нет. Мужичок опять округлил свои лохматые брови.

– Ну, хорошо, тогда возьмем ее с собой.

Ника залезла в открытый саквояж и улеглась в нем, типа она дальше не собирается бежать на своих двоих, теперь уже четырех лапах. Хотя справедливо, пока я тут рассиживалась и страдала, что меня бросили, она добежала до границы и нашла этого колобка и каким-то образом привела его ко мне.

– Простите, а вы вообще кто будете, может, нам стоит познакомиться? – неуверенно спросила я у мужичка.

– Я ваш проводник, зовут меня Ульв.

– А меня Алиса, кошку мою зовут Ника, рада знакомству, – ответила я и протянула руку для пожатия.

Мужичок широко улыбался, словно я дарована именно ему. В глазах играли веселые искорки, этим он вызвал улыбку и на моем лице.

Он взял саквояж, и, указывая путь, мы двинулись по маршруту в замок. Еще отмечу один такой факт: передвигался он, несмотря на свою круглую форму, невероятно шустро, иногда я не поспевала за ним, тогда он сбавлял темп. Меня мучила жажда, я, высунув язык, шла за ним из последних сил.

– Алиса, вы тяжело дышите, может, хотите воды?

– О-о да-а, только вода у меня закончилась еще в обед.

– Так чего же вы молчите? – он вытащил с кармана маленький пузырек, от слова совсем маленький, в таких пузырьках у нас раньше продавали пенициллин, и протянул его мне.

– Вы сейчас издеваетесь надо мной или просто хотите пошутить? Что мне этот пузырек даст, только кончик языка смочить? Честное слово, не смешно, – сердилась я.

– А вы откройте, прежде чем злиться.

– Хм, – я открыла пузырек и посмотрела на издевающегося колобка.

– Пейте-пейте, – указывал он взмахом руки.

Вы не поверите, я жадно пила из пузырька воду, словно из фонтана, она не заканчивалась, мне казалось, еще чуток – и вода польется из носа, до такой степени я заполнила свое нутро этой жидкостью из такого малюсенького пузыречка. Налила воду в ладонь и поднесла ее кошке. Ника понюхала и стала ее лакать. Только тогда я сообразила, что в этом мире я впервые и мне придется закаливать свой иммунитет ко всему, что придется пить, и чем питаться, и что меня окружает. Но раз кошка пьет, значит, не отравлено. Обычно животные чувствуют беду. Но страх все же внутри присутствовал, одним словом, акклиматизация обещает быть не легкой.

Утолив жажду, я вернула пузырек хозяину и спросила:

– Это магия, что в таком маленьком пузырьке столько воды?

– Это подарок хозяина.

– А какой он, ваш хозяин?

– Вы имеете в виду внешность или что-то другое?

– Ну, для начала о внешности.

– Волосы белые, высокий, одним словом, благородный, – оглядывался он по сторонам, и видно было, он не находит слов в описании своего хозяина.

Блин, точно старик, надо как-то бежать отсюда. Но как, это большой вопрос.

– Скажите, а много невест вы встретили и проводили в замок?

– Я работаю не так давно, поэтому не знаю, сколько было уже невест. Вы первая, кого я лично встречаю.

– Почему невест надо встречать, разве нельзя сразу при распределении отправить в замок?

– Такой порядок, магия проверят невесту, пока она в дороге.

– Вы говорите магия?

– Да, магия.

– А вот мне в канцелярии сказали, что магия у вашего хозяина спит.

– И это правда.

– Тогда о какой магии говорите вы?

– О магической.

– А что, магическая отличается от магии хозяина?

– Конечно.

– Понятно, – а про себя подумала: «Какой, к черту, понятно, когда ничего не понятно».

– Ну что, пора продолжить путь, мы и так уже задержались здесь, – вставая с травы, поторопил меня Ульв.

– А далеко еще идти?

– Завтра к вечеру мы должны быть в замке.

– Мать моя тетенька, целые сутки в дороге да голодные?

– О-у, вы проголодались, Алиса?

– А вы сами как думаете? Мы ведь только на экскурсию поехали и чемодан с продуктами с собой не брали.

– Простите, что забыл вам предложить перекусить.

– Хотите сказать, что в вашем кармане есть еще и бутерброд?

– У меня есть все, что необходимо в дороге.

Я не поверила. При себе у него не было ничего, даже маленькой сумочки. Неужели в этом мире все, что надо, умещается просто в кармане.

И в этот момент он вытащил из кармана небольшую матерчатую салфетку. Раскрыл ее и уложил на пень, рядом стоящий с нами, и, не поверите, сразу же появился хлеб, кусок мяса, картошка, яйцо, яблоко.

– Ой, мама родная, опять магия? – я заулыбалась, а в голове мысли летели роем. И я приняла его за иллюзиониста из местного цирка, ведь не зря он такой круглый, как колобок, раз при нем такая скатерть-самобранка при себе имеется.

– Все съедобно и вкусно, не волнуйтесь, быстрее кушайте. К ночи мы должны дойти до деревни, в лесу ночевать опасно.

– Спасибо, но я, наверно, откажусь, что-то мне не внушает доверия такой процесс появления еды. Боюсь, отравлюсь.

Мужичок удивленно на меня посмотрел, потом задумчиво уставился на все продукты, сложенные на салфетке, и озадачено сказал:

– Как они могут быть отравлены? Это тоже подарок моего хозяина, а подарки запрещено магией ломать, подсыпать отраву, одним словом, портить.

– Понимаете, мне надо пройти акклиматизацию, – попробовала я оправдать свое поведение.

– Ну, как знаете, и не смотрите на меня с таким подозрением, если хотите, я поклянусь.

– Ой, типа вы клятву никогда не нарушите. Ну правда, смешно, мы на Земле не верим ни в какие клятвы. Люди часто нарушают их.

Теперь он смотрел на меня ошалевшими глазами.

– Клятву нельзя нарушать, и поэтому в нашем мире вы просто так ее не услышите, тем более первому встречному никто не поклянется.

– Тогда почему вы хотите ее дать, мне, человеку, которого вы не знаете?

– Потому что вы невеста нашего хозяина. И я должен вам служить так же верно, как и ему.

– И какая цена вашим клятвам?

– В основном – жизнь!

– В каком смысле жизнь?

– Алиса, магическая клятва – это, так сказать, заклинание, которое отражается на ауре живого существа. Клятву нельзя нарушить или обойти, иначе магия не простит и заберет самое важное, и обычно это бывает жизнь.

– О как, но я мало в это верю, простите. У нас на Земле нет магии, все это выглядит просто сказкой, ну или пахнет дурдомом. Хотя по вашим ошалевшим глазам понимаю, что у вас с этим все серьезно.

– Наши местные боги суровы, помните это, Алиса.

Отказываться и дальше было глупо.

– Ну, тогда произносите свою клятву! – потребовала я.

– Клянусь вам, невеста моего хозяина, что не причиню вам вреда.

В воздухе появилась красно-синяя молния и сразу же исчезла.

– Что это сейчас было над лесом?

– Местные боги приняли мою клятву. Так вы будете кушать?

– Эм-мм, – не находила я слов.

Он тем временем ножиком, кстати, который тоже появился из салфетки, отрезал кусочек мяса и сунул себе в рот, потом еще отрезал кусочек и кинул Нике. Она даже не понюхала, а проглотила, не думая. Глядя на это, я чуть слюной не подавилась.

– Знаете, я передумала, дайте мне хлеб и картошку с яблоком.

– Ну вот, другое дело. Кушайте все, если будет мало, мы еще раз разложим пехтмаль.

Ага, значить, скатерть-самобранка у них называется пехтмаль. Надо запомнить.

Наевшись и еще раз напившись воды, мы отправились дальше. Ника так и осталась в саквояже, эта хитрая кошка больше не желала бегать, выкинуть ее из саквояжа Ульв не решался. Тащил он его на спине, как рюкзак. Умело смастерил из своего пояса эдакие ручки, привязав оба конца к ручке саквояжа, затем просто перекинул его на спину. Элементарно и просто, как будто всю жизнь таскает сумки по лесу.

Смеркалось, небо темнело, и я уже с трудом переставляла ноги, плелась за шустрым колобком, который, походу, не чувствовал совсем усталость. Видно, и в этом ему помогала магия этого мира. Лес стал редеть, вдруг появились запахи, голоса.

– Мать моя женщина, неужели мы вышли из леса?! – от радости выкрикнула я.

– Да, это уже первая ваша деревня.

– Моя?

– Эта дальняя деревня, которая принадлежит моему хозяину, а значит, и вам тоже.

– А-а-а, – задумчиво проговорила я, а потом снова спросила: – А что будет дальше с невестой, почему мы так странно идем в замок? Все это как-то подозрительно, согласитесь.

– Алиса, мне поручено вас доставить в замок к хозяину, а пока мы идем, заодно показать вам богатство его земли, – он развел руками, показывая на все, что нас окружало.

Вскоре лес закончился и мы оказались в небольшой деревне, у первого дома на деревянной лавке сидел старик, куривший трубку.

– Добро пожаловать, невеста, – улыбаясь беззубым ртом, произнес старик в поклоне.

Склонив немного голову в знак уважения к дедуле, тихо ответила:

– Спасибо.

– Ульв, откуда он знает, что я невеста? – шепотом спросила я, немного пройдя подальше от старика.

– Так наши боги оповестили весь Англетер.

Каким образом они оповестили всех, что даже в такой небольшой и отдаленной деревне знают, кто я такая? Для меня осталось загадкой. А спрашивать у проводника не хотелось, он и так на меня поглядывал как на тупую курицу.

– Ульв, давайте передохнем, пожалуйста, я жутко устала.

– До дома управляющего этой деревни идти осталось недолго, потерпите, там остановимся на ночь, и вы отдохнете.

– А это удобно, без предупреждения ломиться на ночлег?

– Алиса, это ваша деревня, вы будущая хозяйка, вас в каждом доме примут в любое время дня и ночи.

– Тогда почему мы ищем дом управляющего?

– Ну, потому что у него есть свободная комната, где вы можете расположиться. У многих в домах комнат недостаточно.

Ах, этот толстенький проводник еще и заботится о моем комфорте, это так мило с его стороны. Я хоть и не чувствовала от усталости своих ног, сейчас готова была пройти еще пару километров. Но мы свернули на второй улице направо и постучали в высокие ворота. Ворота открыл мужчина пожилого возраста в не особо богатом наряде, а вот спину держал ровно, явно не привык ее гнуть перед каждым. Он склонил голову, здороваясь.

– Добро пожаловать в наш дом, невеста.

– Здравствуйте, благодарю вас. Надеюсь, мы вас не стесним, если остановимся на ночь? Кстати, меня зовут Алиса, а это мой проводник Ульв.

– Меня Угги звать, дом большой, места хватит, входите, и мы всегда рады видеть вас в нашем доме. А Ульва я давно знаю.

Мы еще не успели войти во двор, Ника выпрыгнула из саквояжа и удрала в неизвестном направлении. Я дернулась за ней, чтобы поймать, но Ульв меня остановил и тихо шепнул в ухо.

– Нельзя кошку в дом.

– Но… – он не дал мне договорить.

– Утром ее найдем, честное слово.

Мне было не по себе от того, что я буду спать в доме, а Ника на улице. Но, походу, подруга моя в этом мире ориентировалась лучше меня, поэтому исчезла, даже не мяукнув.

Двор был большой, ухоженный, огороженный добротным забором. Сам дом выглядел очень необычно, особенно соломенная крыша, опускающая почти до окон. А может, крыша вовсе не соломенная, но вид необычный. Из дома вышла низенькая пухлая женщина. Тоже склонилась в поклоне и пригласила в дом. В их доме было уютно, а еще очень вкусно пахло, у меня аж слюни потекли. В небольшом квадратном помещении посередине стоял большой деревянный стол, на котором стояла еда. Увидев мой голодный взгляд, хозяйка дома пригласила разделить с ними ужин. Нас усадили за стол и налили по тарелке супа. Принюхавшись к ароматному бульону, я не стала мучить себя угрызением совести, что зашла в небогатый дом с пустыми руками. И съела суп до донышка. Вкусно, почти как дома, хотя какие-то незнакомые на вкус специи придавали бульону другую пикантность. После ужина я вызвалась помочь убрать со стола, у хозяйки, которую звали Бэра, от моего предложения полезли глаза на лоб.

– Что вы, что вы, я сама, – замахала она руками. – Негоже невесте хозяина убирать со стола, лучше пойдемте я вам покажу комнату, где вы можете с дороги отдохнуть.

И она проводила меня в дальнюю комнату. Комната небольшая, в ней стояли кровать, стол, умывальник, комод. Ничего лишнего, я быстро разделась, умылась. Достала из саквояжа свою походную футболку, быстро натянула ее на себя и упала в кровать солдатиком. Обычно я долго не могу уснуть на новом месте, но усталость меня вырубила, как только голова коснулась подушки. Ни снов, ни кошмаров – вообще ничего не снилось, спала как убитая. Благодаря этому утром я проснулась отдохнувшая. Когда в дверь постучали, я была уже готова заниматься делами, а вернее разбираться с возникшими проблемами, найти Нику, а затем сильного мага. Который сможет помочь вернуться домой. В общем, настроила себя на оптимизм. В комнату вошла хозяйка.

– Ага, наша невеста, оказывается, ранняя пташка, – с улыбкой на лице то ли спросила, то ли утвердила хозяюшка дома. – Доброе утро. Как вам спалось у нас?

– Доброе утро, Бэра, спасибо вашему гостеприимному дому, спала очень хорошо, даже сумела выспаться, поэтому рано и проснулась.

– Оу, меня это радует. Ну что, прошу к столу, пора завтракать.

– Спасибо, с удовольствием.

От запахов у меня заурчало в животе. Нас ждал вкусный и сытный завтрак из каши, оладьев, сыра и мяса.

Зов живота снова оповестил громким урчанием, что пора подкрепиться. Все заулыбались.

– Простите, – засмущалась я.

– Ну, садитесь к столу, быстрее усмирите свой разбушевавшийся живот, – улыбалась Бэра. – И вам, Алиса, не нужно извиняться, мы же понимаем, какой трудный у вас был путь.

Ох, хоть один человек меня понимает в этом мире. Словно бальзамом прошлись по сердцу. И я принялась за завтрак. Наевшись, я, конечно же, не забыла и о Нике. И попросила несколько кусочков мяса и сыра дать мне в дорогу, хоть и стыдно было просить, но оставить подругу голодной я не могла.

На прощание Бэра сказала:

– Очень жаль, что у вас было мало времени и уже пора уходить, а мы даже не успели с вами поговорить. Если честно, мне очень хотелось услышать какую-нибудь чудесную историю из вашего мира. Все знают, что девушки с Земли знают много удивительных вещей, ведь так?

Я пожала плечами, просто не нашла, что ответить. На прощание мы обнялись. Угги открыл ворота, и вдалеке от дома я заметила: нас ждала Ника. Я заторопилась к ней. Она, не двигаясь, сидела, смотрела на меня в упор голубыми глазами.

– Моя ты хорошая, ты где была? – не удержалась я и взяла ее на руки, прижав к себе. Ника замурлыкала, обнюхивая меня. – Ты голодная? А у меня кое-что есть для тебя. Сейчас угощу тебя, моя девочка.

– Алиса, посадите свою кошку в саквояж, здесь не принято так лелеять кошек. Чуть подальше от деревни покормите, вы ведь для нее выпросили еду. Хотя знаете, что накормить вас я и сам могу.

– Ой, не обижайтесь, Ульв, я честно забыла про вашу скатерть-самобранку. Почему у вас не любят кошек?

– Эти твари служат гримлитам.

– Кто это?

– Наши враги, это самая загадочная раса в нашем миру, они очень враждебны к другим расам. Ни с кем не дружат и всегда ищут повод отнять земли те, которые им не принадлежат.

– А где они обитают и как выглядят? – с любопытством спросила я. У меня сразу же зародилась мысль обратиться к ним за помощью, вернуть нас домой на нашу любимую Землю.

– Ростом почти как вы. Густой волосяной покров по всему телу, с двумя руками и ногами, как все, но с большими ушами. С широко открытым улыбающимся ртом, с острыми зубами. Они очень похожи на гуманоидов. Но все же отличаются от них.

– Жуть какая-то, а как распознать человеку, который без понятия, кто как выглядит?

– Есть добрые гримлиты, волосяной покров у них светлый, а вот у злых ярко-рыжий. Но у всех у них свои морали, свои законы, их надо остерегаться.

– А здесь их рядом нету? – с оглядкой по сторонам спросила я.

– Они всегда живут закрыто и подальше от всех.

– Тогда зачем им нападать и отбирать земли?

– Они считают себя хранителями всего живого.

– А почему злые? Логики не вижу.

– А у них ее и нету. Поэтому они для всех остаются самой загадочной расой.

– Мм-м-да уж, – не нашлось больше слов, осталось только промычать в ответ. И мысль обратиться к этим жутким существам испарилась вмиг.

Мы вошли в лес. Ника замяукала, пытаясь выбраться из саквояжа

– Ульв, остановитесь, пожалуйста, я покормлю Нику, и еще я вам так скажу, моя кошка никому не служит, можете быть уверены, она вместе со мной попала сюда с Земли.

Мы сделали привал. Подруга моя чуяла запах еды, сразу же подбежала к корзинке, в которую Бэра сложила все, что я выпросила, типа в дорогу.

– Ульв, скажите, а какая магия самая сильная в вашем мире?

– Родовая магия, ее охраняет магическая сила богов.

У меня прям язык чесался спросить, а у его хозяина какая сила и кто охраняет. Но я состроила задумчивую гримасу, уставившись на Нику.

– О чем вы задумались, Алиса?

– Да так, ни о чем, хотя честно скажу, думаю, раз у вашего хозяина магия спит, значит, он бессильный, никто его не охраняет, никому он не нужен.

– Что вы, если вы разбудите его магию, он будет равен с магической силой богов.

– У него же была жена, отчего же они его магию не будили вместе?

– Она не успела стать его женой, умерла прям у алтаря.

От такой новости по спине побежали мурашки и спрятались в районе копчика.

– Почему умерла, она была больна? – спросить спросила, но ответ услышать боялась.

– Нет, не болела. Она была не настоящая невеста.

– Что значит не настоящая? Откуда вы можете знать, какие невесты бывают настоящие, а какие нет?

– С настоящей невестой наш хозяин будет самым счастливым, – уходил он от прямого ответа. А у меня закралась мысль, что ее убили или отравили. И стало совсем жутко, даже мурашки ретировались куда подальше от такой ситуации.

Получается, этот старый маразматик решает сам, какая из доставленных девушек в его замок невеста настоящая. Пока удовлетворяет, будет настоящей, шаг в сторону – и все, кирдык тебе – ты не настоящая. Половину пути я находилась в замешательстве и не проронила ни слова. В голове происходил взрыв мозга, как сбежать и куда. Ника чувствовала мое настроение и все время громко мурлыкала, высунув голову из саквояжа. Интересно, она знает, куда мы попадем, или она в этом мире обычная ленивая кошка.

Так, стоп, о чем это я, лучше надо думать, как найти того, кто поможет.

– Ульв, а почему магия у хозяина спит? – решила выяснить больше информации.

– А вы случайно не шпионка, все спрашиваете и спрашиваете?

– Я могу даже документ вам о помолвке показать из канцелярии.

– Просто наш хозяин очень долго жил один, потерял интерес к самому важному.

– А что для него является важным?

– Наследники.

«Пипец, – подумала я, – этот старый хрыч еще и с длительным воздержанием, точно надо драпать». А вслух спросила:

– Откуда появляется магия у всех тех, кто ей обладает?

– Этого я не знаю.

– А у вас лично есть магия?

– Нету, я из сословия крестьян. А у крестьян практически никогда не бывает магии.

– Как можно узнать, есть ли у человека магия или нет?

– У инструктора, он точно определит, есть магия или нет.

– И что, все жители проверяются у инструктора? Тогда у него, очевидно, нескончаемый поток работы.

– Много магов, много академий, много инструкторов. В каждом населенном пункте есть свой инструктор. Но иногда бывают и шарлатаны, потому как процедура дорогостоящая.

– Дорого, это сколько? Может, и я захочу узнать, есть ли во мне магия, тогда буду знать, сколько это стоит, – хитрые мысли меня не покидали.

– Десять шиллингов.

– Например, вы сколько зарабатываете? Просто хочу понять систему денег в этом мире.

– Вообще-то, моя заработная плата составляет один фунт в год.

– Один фунт в го-о-д?! – от удивления повысила свой голос и почти прокричала, так как вспомнила курс одного фунта на земле и цены на все.

– Да, весь обслуживающий персонал так получает, – он остановился и повернулся ко мне от удивления на мою реакцию о его зарплате. У него опять брови сложились в очки. – Но нам повезло, хозяин лучше всех оплачивает наш труд, на целый фунт больше. Соответственно, я получаю два фунта в год.

Он развернулся, и мы продолжили путь. А у меня в голове мысли летали роем.

«Подкупил весь персонал, чтобы боялись потерять свою работу. Однако, хорошо продуманный ход, вряд ли кто из персонала будет его подставлять, раз такая разница в заработке».

– Десять шиллингов, интересно, это сколько от фунта? – рассуждала я вслух, надеясь, что он ответит мне на этот вопрос.

– Один фунт равен 20 шиллингам, – как бы между прочим он тоже произнес вслух.

– Ого, получается, инструктор стоит половины зарплаты за год. М-м-да уж.

– Зачем вам, Алиса, все это знать, поверьте, когда вы станете женой хозяина, вам не надо будет ни о чем думать, у вас будет все.

– Кто знает, доживу ли я до жены, вдруг меня кондрашка хватит у алтаря, – тихо бурчала я себе под нос, чтобы Ульв не услышал.

Глава 4

«Что делать, кто спасет, у кого искать защиты? – неслось в голове. – У себя дома я бы обратилась к адвокату, а в магическом – к магу. Значит, надо найти компетентного мага и проконсультироваться об аннулировании брака. Ведь я сама не подписывала договор помолвки и не давала согласия. Значит, договор по закону не обладает юридической силой».

– Ульв, а есть такие маги, которые могут сами посещать Землю или кого-то отправить туда?

– Точно не знаю, но недалеко от сюда есть городок, где живет маг Хаук, вот он приносит некоторые вещи с Земли для нашего хозяина.

Я от радости за спиной Ульва подпрыгнула, мне срочно нужно к этому магу, и сейчас от проводника зависело многое.

– Вы сказали, недалеко есть город, я правильно расслышала?

– Да, правильно, вон там, слева за утесом, начинается небольшой город Касл.

– Тогда давайте прогуляемся до города, пожалуйста, – сложив ладошки вместе, умоляла я.

– Но у нас нет времени, к вечеру мы должны быть в замке, осталось всего три часа пути.

– Но ведь у вас есть распоряжение показать богатство и земли. Ну пожалуйста, раз мы тут рядышком, мне очень хочется посмотреть, как в этом мире выглядят небольшие городки, давайте зайдем, ну, опоздаем на часик или два. Обещаю, я возьму на себя извинение за опоздание, – мне, конечно, было немножко стыдно впутывать хорошего человека в свои замыслы. Но что поделать, надеюсь, он меня сможет когда-нибудь простить.

У мужичка брови сложились в кривую оправу. Ну вот как он так может ими двигать, ну правда, «Оскар» по этой мимике плачет.

– Если вы так хотите, думаю, хозяин не рассердится, – и мы свернули с узкой тропинки на более широкую. Я вдохновилась своей идеей обратиться за помощью, хотя в глубине души все же переживала.

Показались невысокие строения, и я обратила внимание на указатель – «Королевство магов», указывающий в другую сторону от городка. Ниже был еще один указатель, на котором было написано: «Касл – глубинный город гномов», и стрелка указывала в сторону, куда мы шли.

– Ульв, здесь что, королевство гномов? – шепотом спросила я, боясь, что меня кто-то услышит.

– Не королевство, конечно, но это их город.

– Ого, а в нем проживают только гномы?

– Гномы хорошо уживаются с людьми, поэтому дома, что повыше, это людские, а те, что крышей упираются в землю, дома гномов.

Представь себе, читатель, идешь по улице, и крыши домов на уровне глаз. Теперь вы, надеюсь, понимаете мое состояние. Но для оптимизма я рисовала себе иную картинку в голове, представляя, что это просто детский городок, пока не увидела группу гномов. Все коренастые человечишки с длинной бородой, которая у них растет с малых лет. Нет, вы еще представьте, что перед вами стоит ребенок, но уже с бородой до пуза. Просто жесть, правда. Женщины, я так понимаю, бороду у них не носят. Так как одна из них была в платье и без бороды. Увидев нас с Ульвом, они все поклонились и поприветствовали:

– Добро пожаловать, невеста.

– Спасибо, – еле как промямлила я в ответ, не отрывая глаз от бородатого ребенка- гнома. Но затем собралась с духом и спросила: – Вы не подскажете, добрые люди, где находится дом мага Хаука?

Гномы все как один удивились, состроив свои бровки домиком. В этом мире, оказывается, все мастера шевелить бровями, как мне и не снилось.

Потом кто-то из них что-то крикнул, и они бросились врассыпную, и только один ребенок остался на своем месте, глазея на меня в ответ. Ульв тоже дернулся бежать и потянул меня за руку под дерево, но я выдернула руку и смотрела на всех разбегающихся, не понимая, что происходит. Пока я хлопала от удивления глазами, на маленького гнома налетела птица, похожая на нашего породистого голубя, только размером во много раз больше, и голубь с легкостью стал поднимать ребенка ввысь, намереваясь утащить.

– Эй, твою ж мать, птица мира, ты что творишь? – я схватила ребенка и стукнула птицу корзинкой от Бэры, но птица проворно вывернулась и клюнула меня в плечо, да так больно, что я еле удержала ребенка. – Ах ты паршивка! – закричала я. – Я тебе сейчас покажу, – опустила гномика в ноги и со всего размаха стала сбивать птицу корзинкой. Птица усердно махала крыльями, но не сдавалась. Пока я не попала ей в голову. Она шлепнулась на землю, не растерявшись, я сразу же придавила ее ногой. Но сила у птицы оказалась неимоверная, она стряхнула мою ногу и с легкостью взвилась в небо.

Как только птица отдалилась, я была сцеплена в объятия Ульва.

– Простите, простите, Алиса! Я ничего не мог сделать, от запаха этой птицы у меня сильное удушье.

Мамаша, забывшая от страха свое чадо, бросилась обнимать и целовать ребенка. Все гномы повылазили из своих укрытий. Самый старый гном с поклоном обратился ко мне:

– Спасибо вам, невеста, вы спасли внука мага Хаука. Боги вовремя послали вас к нам. Мы хотим вас отблагодарить подарком, пройдемте к нам в дом, тут совсем недалеко. Там же и живет маг Хаук.

Я посмотрела на Ульва, он стоял смущенно в стороне, не зная, что ему делать.

– Мне не нужен подарок, если можно, просто устройте мне встречу с магом Хауком.

– Алиса, от подарка нельзя отказываться, так положено, тем более вы спасли жизнь, – прошептал Ульв, подойдя ко мне близко.

Когда меня завели во двор к местному магу, я открыла рот, он, кстати, тоже был гном с короной на голове. Дом маленький, но у входа была еще одна дверь выше моего роста, меня повели туда.

Вот где находится сокровищница мира. Огромная пещера была завалена драгоценностями.

– Охо-хо! – не удержалась я и, кажется, произнесла это вслух.

– Да, наш род славится добычей руды, драгоценных камней и даже золота.

На стенах висели топоры, булавы, молоты, арбалеты. Заметно, что семейство гномов – мастера высшей категории.

– Госпожа наша, вы можете взять все, что вам понравится, – произнес маг.

И пока мы были наедине с магом, я не стала терять время:

– Мне не нужны драгоценности, я слышала, вы иногда приносите вещи с Земли, значит, вы можете туда перемещаться?

– Нет, моя госпожа, это просто контрабандные вещи, – зашептал он. – Я только в процессе создания артефакта по межгалактическим перемещениям.

– Но ведь вы можете меня спасти?

– Спасти? Спасти вас? Я не ослышался?

– Нет, не ослышались, я прошу вас, помогите расторгнуть помолвку, я не давала свое согласие на это. Меня никто не спросил, хочу ли я быть невестой.

Маг Хаук стал странно отступать назад, а потом извинился и вовсе исчез в этой огромной пещере. Но чувство меня не покидало, что я не одна. За мной наблюдали, интуитивно чувствовала, огляделась и заметила два глаза.

– Ника, это ты? Иди сюда, проказница, опять ты сбежала, сказала же тебе, сидеть в сумке.

Из темноты вышел грузный коренастый мужчина, ростом вроде не гном, но и не достиг среднего роста. Одним словом, высокий гном с короткой бородой.

– Приветствую тебя, невеста, в моем доме, – вдруг произнес он.

– А разве, эм-м… – указывая в сторону, куда исчез гном в короне.

– Он тоже Хаук, но не маг, – улыбнулся мужчина.

– Он меня обманул и я ему выложила свою тайну?

– Не переживай, что знает он и я, дальше этих стен не уйдет, обещаю тебе.

– Так это вы настоящий маг Хаук? Или нет? – с подозрением спросила его.

– Я слышал, о чем ты просила, невеста. Прости, даже если бы очень хотел тебе помочь, не могу это исполнить. Аннулировать помолвку не входит в компетенцию магов. Это только подвластно силе богов.

– А я так надеялась на вашу помощь.

– Но ты ведь еще не дошла до замка, а хочешь отказаться, почему?

– Наверное, вы меня не поймете, у нас на Земле все по-другому, и меня пугает сложившаяся ситуация. Тем более что все невесты умирают у алтаря.

– Не все, только ненастоящие.

Блин, успокоил, называется. Каждый житель здесь, я так понимаю, крутит эту заигранную пластинку о настоящей или ненастоящей невесте.

– Ну, раз он до сих пор не женат, значит, все невесты в этом мире для него не настоящие. Да больно надо, я и не хочу быть его невестой. Поэтому прошу мне помочь вместо подарка. Вы же маг, а значит, все умеете. Прошу вас, тогда спрячьте меня и мою кошку так, чтобы нас не нашел никто, ну или сделайте, чтобы на моем месте оказалась та, которая очень хочет быть его женой.

– Даже если я могу все, как ты говоришь, то как раз этого и не могу сделать, это решение сверху, – он указательным пальцем указал вверх. – Ты ниспослана богами, такое произошло впервые за очень много лет.

– И что мне теперь делать?

– Не пытайся бежать, тебе это не поможет. А теперь ответь, что это за кошка рядом с тобой?

Я подозрительно на него посмотрела и ответила на вопрос вопросом:

– А что вам сделала моя кошка, зачем вы о ней спрашиваете?

– Просто вижу, что она тебе дорога.

– Да, вы правы, она очень мне дорога.

– Вот поэтому спросил, что это за кошка? Только отвечай честно.

– Вообще-то, это моя подруга с Земли, но в вашем мире она кошка и по регламенту в канцелярии дарована мне. Я ее хозяйка. Почему вы интересуетесь?

– За ней началась охота, и она в опасности.

– Какая охота, какая опасность? Она всего лишь маленькое доброе существо в вашем мире.

– О нет, в нашем мире кошки находятся на службе у гримлитов.

– Как эти существа могут находиться на службе, вы что, издеваетесь?

– Не кипятись, невеста, кошки подвластны магии гримлитов, они шпионят, разносят болезни, да много чего они делают плохого. В нашем мире их не любят и очень остерегаются. Вот скажи, ты хоть одну кошку встретила на своем пути?

– Так мы только лесом шли, а в деревне я просто не обратила внимание.

– Твой проводник умен, раз вел тебя с кошкой лесом. Ни в один дом кошку не впустят, мало того, ты попадешь в изгои за связь с гримлитами.

– Дикость какая-то. Это неправильно.

– Раз ты не хочешь подарок из пещеры, но я должен тебя отблагодарить за внука и могу сделать, чтобы твоя кошка для всех была невидима.

– Даже для меня?

– Ну, если пожелаешь, дам тебе такую возможность – видеть ее.

– Конечно хочу.

– Ну, тогда неси кошку.

– Стоп, стоп, стоп, я не могу рисковать жизнью Ники, перечислите все предложения, что вы можете для нас с ней сделать. А вдруг еще получше пункты имеются.

– Да тебе, невеста, палец в рот не клади. Ладно, слушай, могу ее отправить обратно в Карлон. Там магия гримлитов для кошек бессильна.

– Не подходит, дальше.

– Ну, остается еще один вариант, перенаправить ее в перерождение.

– В смысле, домой, на Землю?

– Ну, я не знаю, в какую следующую жизнь она попадет и куда.

– Без гарантий на такой риск не согласна. Как там насчет сделать ее невидимой, подробнее расскажите.

– Наложу на нее шаль, она исчезнет, но для начала надо с нее удалить кошачий запах. Иначе дело пустое.

– А запах как удаляется?

– Для кошек этот процесс болезненный.

– Кастрировать, что ли? – на ум мне только это пришло.

– Ты догадливая.

– Нет, не согласна. Она и так в стрессе, вы представляете себе, как это, быть человеком, а потом в один миг бац – и кошка?

– Не торопись, невеста, давай спросим, она сама согласна или нет?

– Не надо из меня делать дурочку. Как вы у нее спросите и как она вам ответит?

– Не забывай, я маг Хаук.

Я была в растерянности, но попробовать можно, раз Ника в опасности.

– Как я узнаю, согласна она или вы силой ее кастрируете.

– Ты будешь ее слышать.

– Буду слышать мурлыканье кошки?

– А ты не понимаешь кошачью речь? – удивился маг.

– У нас на Земле нет магии, и, конечно же, я не понимаю звериный язык.

– А мы слышали, что ты училась в академиях, а значит, имеешь дар.

– Я училась в обычной школе и в университете, но не в академии. И никакой магии у нас в учебных заведениях нет, вообще магии нет, от слова вообще.

– Это ведь и есть статусное обучение академии, где обучают магии.

Похоже, меня не понимают, хотя и я не понимаю про их академии.

– Уж извините, понятия не имею, как у вас обучают и что значит академия.

– Привыкнешь и все поймешь. Ну что, согласна спрятать кошку?

– Но сначала спросим ее.

В пещеру внесли Нику, отдали мне в руки. Все вышли, и даже маг Хаук типа дал нам время поговорить наедине. Я прижала ее к себе. И вдруг услышала:

– Алиса соглашайся, я не против.

Мать моя женщина я услышала реальный голос Ники и разревелась на всю пещеру.

– Моя дорогая, прости меня.

– Ты ни в чем не виновата, не извиняйся. Просто на земле я твою жизнь принимала за свою. Это ты из сословия знати и власти. А я просто твоя кошка, дарованная тебе Прошкой.

– Тебе правда угрожает опасность?

– Да, моя хорошая. Меня уже преследуют эти твари. Все началось в лесу, когда я убежала от тебя. Тогда мне удалось спастись от преследования. Поэтому по возвращению я залезла в сумку, чтобы мой запах притупился и след затерялся.

– Никуль, я очень боюсь за тебя, если с тобой что-то случиться я не переживу.

– Эй, подружка! Забыла про наш девиз – не унывать? Зови Хаука, быстрее начнем быстрее от меня отстанут.

– Интересно, а у них есть ветеринарные больницы?

– Какие больницы ты у мага в доме, он сейчас одним движением отрежет все что воняет и наводит на след, и я исчезну для всех.

– Ох, не пугай меня, я и так боюсь.

– Зови- зови. Но требуй оставить и этот пунктик, чтобы ты меня понимала.

– А он точно ничего плохого с твоей жизнью не сделает? Ну, типа не умертвит?

– Не переживай, это настоящий маг, а за спасенную жизнь он должен тебе тоже одну жизнь. Поэтому он спасет меня, даже не сомневайся. И только тогда он будет с тобой в расчете. А теперь зови его. У меня, правда, мало времени. Мой запах все больше и больше распространяется в округе.

– Хорошо, моя дорогая, как скажешь.

Когда маг вошел, я хотела было поставить условие, чтобы я понимала Нику. Но он не дал и рот открыть.

– Ты будешь ее понимать. Это тебе мой подарок за твою храбрость и честность. А теперь молчи, ничего не говори.

Он взял Нику в свои руки, поднял ее на уровне своих глаз и пристально на нее смотрел, бедная кошка выглядела примагниченной к его взгляду, вдруг Ника задергалась, ощетинилась и обмякла.

– Ну вот и все, положи ее обратно в твою сумку и два часа не давай ей ходить.

– Но ведь ее видно?

– Ты же сама хотела видеть ее.

– А вы ее видите?

– Вижу, – улыбаясь, ответил маг.

– А где гарантия, что другие не видят?

– Это же моя магия, а хозяин имеет на то право, поэтому я вижу. Не переживай, больше никто ее не увидит. Еще один совет, невеста, если позволишь.

– Какой?

– Не упрямься богам.

– Я подумаю над вашим советом, но не сейчас, может, когда-нибудь позже.

Он рассмеялся.

– Возьми еще один маленький подарок, – и протянул кулон с красным прозрачно-сияющим камнем.

– Половинка сердца? Зачем? Вроде за мой героизм вы уже щедро отблагодарили.

– У кого увидишь вторую половинку этого камня, доверься этому человеку. Он за тебя будет готов отдать жизнь.

– Да ладно, с чего бы это? Или это опять магия?

– Это не магия, – услышала я слабый голос Ники. – Камень балангус – символ жизни, страсти, любви и верности. Бери, подруга, он тебе пригодится.

Так как уже вечерело и мы опаздывали в замок, маг Хаук предложил воспользоваться порталом, но Ульв сказал, что ему велено невесту доставить в замок без магии. Тогда нам просто выделили лошадь с телегой и извозчиком гномом. Чтобы доехать до замка, пришлось хорошо потрястись и поплутать по проселочным дорогам. Зато я вдоволь налюбовалась местным пейзажем, ухоженными домами с черепичными крышами, добротным хозяйством и засеянными полями. Когда мы выехали на главную дорогу, я обалдела, оказывается, Глубинный город гномов является пригородом города Идзор и находится по левую сторону реки Исаис. А на правой стороне на возвышенности красовался дворец, который не был похож ни на один из тех, которые я видела в своей жизни. Красота неимоверная. Воистину королевский дворец.

– Чей это дворец? – не выдержала я и задала вопрос. Кстати, я уже начала понимать, что женщины у них не задают так много вопросов, но я ведь чужеземка в этом мире, мне можно. Так я решила.

– Это замок нашего хозяина, – без эмоций ответил проводник.

– В моем понятии замок – это небольшая крепость, скажем так, а тут город в городе. Да это огромный дворец.

– Императорский дворец находится в Англере. Примерно семь часов езды с такой скоростью, как мы едем сейчас.

– И вы хотите сказать, в таком огромном замке живет один ваш хозяин?

– Почему один, еще и обслуживающий персонал.

– Ну, понятно, почему у него все заснуло, пока он в этом огромном замке найдет кого-то, то и сам потеряется.

Ульв засмеялся.

– Не знал, что землянки такие странные.

Мы проехали мост и свернули с дороги, затем проехали еще один мост и въехали на туманный остров. С этой стороны замок выглядел удручающе. Ни у ворот, ни на стенах не было никого. Может, оттого, что мы к замку подъехали в сумерках. И поэтому стены казались мокрыми и поросшие мхом. Нервные клетки сразу ожили и зашевелились. Мертвая тишина нагнетала обстановку не хуже любого фильма ужаса. Вот не зря я не хотела ехать в этот замок и считать это место домом, вовсе не хочу.

Я машинально сунула руку в саквояж и почувствовала, как Ника напряглась.

– Не бойся, – услышала я ее тихий голос.

– Никусь, как ты?

– Точно как кастрированная кошка.

– Больно?

– Да нет, подумаешь, яйца откусили.

– Шутишь?

– Нет, не шучу, но, если честно, даже говорить больно.

– Может, я тебе свою обезболивающую таблетку дам, вдруг поможет.

– Давай, только не целую, хрен знает, вдруг доза окажется смертельной. Му-р-р.

– Я тебе четвертушку отломила, – сунула ей в рот, и Ника свернулась в комочек.

– Я посплю еще, когда буду здоровой, поболтаем, – голос у нее был очень слабый. И мне стало еще страшней.

Почему у меня в сумке нет электрошокера, подумала я.

Глава 4

Ника

Когда меня вышвырнули непонятным образом из канцелярии, прямиком в лес, первую минуту думала – чокнусь. Вместо рук и ног мохнатые лапы, да еще хвост, торчащий трубой. И не смогла сдержать вопль ужаса. Орала, хотела, чтобы весь мир услышал и хоть кто-нибудь поспешил на помощь. Но из горла слышала только тихое мяу. Залезла от страха в кусты и боялась шевельнуться. Через несколько минут увидела приземлившуюся на пятую точку Алиску. Вот что значит лучшая подруга, она услышала, она спасет – неслось в голове. Но ужасное разочарование настигло незамедлительно. Она тоже слышала только кошачье мяу да мурлыканье. Но я ведь четко мыслю, какого черта меня не понимают. Мне хотелось умереть, чтобы не видеть и не чувствовать весь этот ужас, но, видя состояние подруги, я не могла ее оставить и просто умереть. Мне надо устроить ее в этом прошлом мире, где она действительно оказалась впервые. Но какой-то противный нечеловеческий зов с яростью тащил меня в какую-то тайну. В ушах слышался приказ немедленно явиться на службу.

– Кошка на службе, вы серьезно? – подумала я, но меня услышали, представляете. И неведомая сила потащила меня к черту на кулички, где меня встречала группа волосатых ужастиков с острыми зубами и длинными ушами.

– Мама моя, – от ужаса шерсть встала дыбом.

Самый злой из них схватил меня за хвост и, глядя в глаза, своей магией сделал меня беспомощной тряпкой, от ужаса, который я испытывала, не слушала и не вникала, что говорит этот волосатый жлоб. Вот когда он кинул меня на пол и приказал облизать его ноги, моя человеческая гордость была уязвлена и просто убита.

– Прости меня, Алиса, – пронеслось в моей голове, и я бросилась в обрыв, у которого мы стояли. Я летела вниз, а вдогонку слышала голоса, что это меня не спасет и как только я попадусь, меня сразу же казнят. Я не умерла, не зря говорят: кошки – живучие существа. Выбралась из оврага и старалась сосредоточиться. Магия волосатых тварей тащила меня к ним, но Алискина сила любви была сильнее. Не спрашивайте меня, я не знаю, каким образом Алиска сумела заглушить зов ужастиков. Вот в эту минуту я почувствовала инстинкт настоящей кошки, преданной своей хозяйке, и от большой любви к ней поймала с легкостью мышь в подарок и принесла Алисе. Но самое ужасное было, когда кошачий инстинкт победил человеческий разум и я сожрала эту мышь, а потом разум тут же вернулся на свое место, и, глядя на Алиску, чуть сама не померла от этого ужаса. С этой минуты я боялась всего, но воспоминания кошачьей жизни тихо-тихо всплывали в моей голове. Я начала вспоминать, что я все же жила в Карлоне, и даже вспомнила, что город распределения защищает всех его жителей от магии. У меня начиналось раздвоение личности женщины и кошки. Как нас учили в университете: «поняв себя, ты обретешь свободу». Я уже четко стала осознавать, что обратной дороги нет и надо учиться приспосабливаться к этой жизни. Инстинкт сам подсказывал, от кого надо прятаться и когда. Пока возле Алиски находиться открыто было нельзя, я пряталась, не давая, чтобы подругу заподозрили за нашу связь. Хотя, когда размышляла разумно, не могла понять, почему. Кто были те волосатые ужастики? Почему они так сильно действовали на меня? Я ведь все время кошачьим нюхом ощущала приближение этих тварей. Зачем я им? Вопросы, вопросы, а ответа не было. Но как только выпала такая возможность – исчезнуть для всех, я ни секунды не раздумывала. Тем более я отгоняла все мысли, что какой-то кот может меня поиметь как кошку.

– Тьфу, тьфу, тьфу – не дайте боги такому случиться. Очень надеясь, что, исчезнув от всех, это будет означать именно от всех тварей, зверей, людей, и доживу свой кошачий век в спокойствии. Но спокойствие мне только снилось. Как только мы въехали во двор замка Алискиного жениха, я почувствовала: что-то не так. Таинственная сила гладила по шерсти, я напряглась. Боль от кастрации немного утихла после таблетки. Я не хотела пугать Алису, потому как сама не понимала, что происходит, что нас ожидает в этом загадочном месте. Поэтому разговаривать не хотела, сославшись на боль. Да я в жизни была правдолюбка, говорила только правду, независимо, какая она была. Но на кону сейчас психическое состояние моей подруги, и ради ее спокойствия я готова врать. Я знаю, если Алиса спокойна, она будет действовать правильно и четко, но если появится страх, будет теряться даже в своих шагах. В этом мире как кошка я оказалась ей не помощница, а только обуза. За которую она может поплатиться жизнью.

Глава 5

Алиса

Дверь в замок со скрипом распахнулась, и из нее вышел слуга в униформе коричневого цвета с прилизанными волосами. Склонился в поклоне и удивил меня своим приветствием.

– Здравствуйте, мисс Алиса, добро пожаловать домой.

– Здравствуйте, а мы с вами разве знакомы?

Слуга растерялся и склонился еще ниже.

– Как вас зовут, знает все королевство Англетера, а также знают, что вы посланы с Земли. Магия богов оповестила, но и, конечно же, Алиса, с Игулем вы лично не знакомы, – комментировал Ульв.

– Спасибо, Ульв, за информацию.

Затем мы шли по длинному каменному коридору вглубь замка.

– Ульв, а где ваш хозяин, почему он не встречает нас? – и про себя добавила: «Козел старый».

– Хозяина дома нет, – вместо Ульва ответил слуга,

Имя у слуги странное – Игуль, но надо запомнить.

Интересоваться, где хозяин, вообще не хотелось, пусть подольше отсутствует. Даже немного полегчало.

– Игуль, проводи мисс Алису в комнату, ей с дороги надо привести себя в порядок, и, надеюсь, хозяин скоро вернется, – распорядился мой проводник-толстячок.

В этот момент по лестнице вниз спускалась худая, ну прям очень худая женщина, определить сколько ей лет, мне было трудно. Кожа да кости с узлом из волос на голове, в платье черного цвета, с белым воротничком и манжетами. Мне показалось, я даже услышала звон ее костей.

– Мама родная! – прошептала я. Смерть ходячая улыбнулась и двинулась ко мне навстречу.

– Здравствуйте, мисс Алиса. Добро пожаловать домой. Меня зовут Далла, я управляющая в этом замке, все, что вас будет интересовать, с удовольствием покажу и расскажу.

– Здравствуйте, Далла, тогда покажите мне, пожалуйста, мою комнату, от усталости просто валюсь с ног, – настроения любезничать у меня не было.

Мы попрощались с Ульвом, и как жаль, что он не работает в самом замке, а значит, видеться с ним мы не будем. За эти сутки я привыкла к нему. Но да ладно, у меня есть Ника, и теперь я понимаю ее речь, это меня радовало.

– Игуль, возьми дорожную сумку у мисс Алисы! – приказала управляющая слуге.

Тот протянул руку, но я его остановила.

– Не надо, я сама.

– Но-о, – испуганно и не находя слов, Игуль уставился на управляющую.

– Мисс Алиса, не беспокойтесь за сумку, Игуль просто отнесет ее в вашу комнату.

– Я совсем не беспокоюсь, я сказала сама, значит, сама, – скривила гримасу, типа отстань от меня. Но спорить со мной они оба не стали.

Меня повели опять по коридору и, как мне показалось, в другое здание, я пыталась запомнить дорогу обратно, но тут же путалась, преодолевая очередной зал или галерею. И что бросалось в глаза: унылый вид и запустение.

Саквояж прижимала к телу, чтобы не трясти Нику. В конце еще одного коридора мы поднялись по широкой лестнице на второй этаж и наконец-то достигли цели, остановившись у высокой резной двери, которая была богато украшена фигурками, в некоторых даже поблескивали драгоценные камешки.

– Это ваши покои, мисс Алиса, – с такими словами Далла распахнула со скрипом тяжелую дверь. – Здесь купальня, там кабинет, а вот тут спальня, – с улыбкой на лице прокомментировала она. – Сейчас я пришлю к вам Свану, она будет вашей личной служанкой, будет выполнять все ваши поручения, также помогать одеваться, причесываться и так далее.

– Да я вроде не больная, сама оденусь и разденусь, тем более искупаюсь.

У управляющей глаза полезли из орбиты, мне показалось, что еще секунду – и она хлопнется без сознания. И я решила не доводить даму до такого состояния, сказав:

– Ладно, присылайте вашу Свану, – при этом заставила себя улыбаться.

Управляющая молча махнула головой и вышла.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.