Алина Савельева
Чумовой развод

Глава 1

Никогда мне не приходилось встречать Новый год в одиночестве. Раньше, как и многие, я встречала его в кругу семьи, с родителями и братом. Потом в компании друзей, где и познакомилась с Лёшей. Первый наш Новый год в браке мы встретили вместе, поздравив родственников, уехали к друзьям, а потом и на новогодние каникулы в Прагу. А вот до второго Нового года в браке мы не дожили. Мы в разводе уже две недели. И этот праздник мне теперь встретить не с кем. Мои родители уехали в Ригу к родственникам, брат служит в армии, а единственная подруга Настя, по иронии судьбы, сестра моего бывшего мужа. С друзьями собирается отмечать Лёша, и, конечно, по этой причине я с ними не буду. Но у Насти возникла идея, как за две недели найти мне новую компанию на новогоднюю ночь.

В нашем городе всего четыре организации, проводящие свои новогодние корпоративы в увеселительных заведениях с большим масштабом. С подругой мы решили пойти на все по очереди. Точнее, проникнуть под видом сотрудников, и она уверена, что я обязательно встречу там интересных людей и кто-то из них пригласит меня присоединиться к ним в праздник.

– Ирка, точно не хочешь с нами? – в очередной раз переспросила моя подруга.

– Насть, ты же понимаешь, что Лёшка приедет к тебе и к вашим родителям. И если я там буду, он испортит мне настроение. Я не хочу встречать с ним Новый год.

– Вот ты хоть и умная, но такая дура, Ирка! Надо было подождать один месяц. Погулять на Новый год, получить подарок, а потом разводиться!

– Обалдела? Ты же сама все и устроила, пока он где-то задницу грел! – возмутилась я ее наглости свалить всю вину на меня.

– Да ладно, – махнула рукой Настя. – Не благодари! Тем более у нас что ни месяц, то праздник, развестись некогда людям, безобразие.

– Ага, – уныло согласилась я. – Жалко, что дома тоже нет возможности остаться, я бы и одна могла отметить. С теликом, тазиком оливье и шампанским просекко или брют.

– Даже не мечтай. Это же прямая дорога к старости с двадцатью кошками минимум.

– А может, просто в ресторане посидим, Насть? Вдвоем.

– У нас денег нет на ресторан. Все, что есть, мы потратим на макияж и прическу. Потом займем еще и опять на это же потратим на следующий корпоратив. Вот смотри. Первые в клубе «Галактика» проводят сотрудники эти… бытовую технику которые продают, сеть магазинов у них, название не помню.

– «Мир техники».

– Да. Сегодня идем к ним. Часам к девяти они уже будут подшофе все, и никто нас не заметит. Сядем на места, которые останутся пустыми. Не все же придут, всегда есть те, кто не любит такие мероприятия или по обстоятельствам не смог приехать.

– Там наверняка на столах будут карточки с именами. И не придут на праздник Вася Пупкин и Арсен Вартанов. Испортим репутацию мужикам, заняв их место.

Настя только рукой махнула, типа – пофиг. И снова принялась мыть кости своему брату.

– Лёшка в край оборзел. Я тебе сразу говорила, что мой брат не создан для семейных отношений, а ты все сохла по нему. Мне даже кажется, что и со мной дружила, чтобы его почаще видеть.

– Вот ты стерва! Сама же меня уговаривала замуж идти!

– Я уговаривала девичник провести, а про свадьбу разговора не было, – раскладывая на моем кухонном столе свои инструменты для маникюра, возразила Настя.

– А разве так можно? Девичник невесты без свадьбы?

– Не знаю. Какая разница? Ты, кстати, что Алёшке хотела на Новый год дарить?

– Хотела квадрокоптер. То есть – он его просил. Но купила свитер. Тепленький. С оленями рогатыми.

– Да не зачтутся теперь рога, надо было в браке изменять, – расстроилась подруга.

Я покосилась на дверь в кухню, где, подперев косяк, стоял бывший муж и хмуро сверлил затылок своей сестренке.

– Насть, давай все-таки в ресторан, ну не хочу я к этим продажникам! Они очень приставучие!

– Нет денег! – отрезала Настя, продолжая красить ногти, расположившись со всеми своими лампами, флакончиками и прочими принадлежностями.

– Могу одолжить, – пробасил Лёшка, и Настя подпрыгнула на стуле, обернувшись, запулила в него каким-то флакончиком.

– Он давно там уши греет? – спросила подруга, и хоть Лёша всячески мне показывал соврать ей, покрывать его я не собираюсь.

– Давно. Про свитер в курсе. И про корпоратив в «Галактике».

– Ирка, а напомни мне, почему вы вместе живете после развода? – язвительно спросила Настя.

– Ипотека, – вздохнула я, а Лёша радостно закивал бестолковой головой.

– Ага, шесть лет ещё, – довольно подтвердил Лёшка.

– У меня денег нет снимать жилье, а твой брат отказывается поступить по-мужски и съехать.

– А я с тобой не разводился! – завел старую песню Лёша и по обыкновению завелся сам. – И хотел бы знать причину, почему я уехал женатый, а вернулся уже разведенный?

– А я хотела бы знать, чем ты занимался в командировке неделю, если конференция была только два дня!

– Я уже говорил! Три дня на пляже полежал…

– Два дня пузо почесал, – продолжила за него Настя. – Ирка, не слушай этого Андерсона, мы все видели, чем он был занят!

– Ирка, я последний раз спрашиваю! Мириться будем? – рявкнул Лёша, подходя ко мне, и, нависнув надо мной, загородил от Насти. Ненавижу его ультиматумы, и этот его «в последний раз» вообще бесит.

– Лёша, я тебя по-соседски прошу, оставь мне квартиру на новогодние праздники! Тебе же есть куда поехать!

– Ну все! Мое терпение лопнуло, Ира! Делай, что хочешь!

Лёшка вылетел из кухни, и я приготовилась реветь, как обычно. Но, оказалось, нам некогда. Пора собираться на первую вечеринку.

– Насть, а давай будем знакомиться только с девчонками. Я бы хотела провести Новый год в женской компании.

– Ира, ну ты и дура, прости господи…

– Прости господи – это то, как вы выглядите в этих платьях! – прорычал Лёша, грозно разглядывая наши маленькие черные платья.

– Лёша, потеряйся уже, надоел! – выталкивая меня в подъезд, ответила Настя, на ходу накидывая шубку из какого-то синтетического зверя.

– Ира! Выше нос, шире улыбку! Сегодня мы встретим твою судьбу, я на картах гадала!

– Ага. На игральных. Мы в них в дурака играем.

– Ну и что? Нет у меня таро.

– А то, что значит – они тебя дурачат!

– Всё, такси у подъезда, поехали, покажем этим утюгам, как надо отрываться!

Кажется, именно с этой фразы моя жизнь превратилась в бесконечный калейдоскоп невероятных событий. Жаль, я не сломала каблук до того, как дошла до такси.

Глава 2

В самом раскрученном и топовом клубе города всегда было много посетителей, но сегодня тут просто яблоку негде плюнуть. Как оказалось, «Утюги» сняли только часть клуба, а танцпол и бар остались открытыми для любых клиентов.

– Ирин, смотри, там уже вовсю веселье, срочно нужно догонять их состояние, – Настя потащила меня в банкетный зал, и оказалось, я зря переживала, к этому времени уже все работники магазинов курсировали из зала и обратно, и никто им не препятствовал. Так и на нас никто не обратил внимания.

Настя прямым ходом подлетела к столу, где сидели два парня и три девушки, и, воспользовавшись их замешательством, гаркнула, перекрикивая музыку:

– Приветик! Мы опоздали! Можно за ваш столик? Парни, налейте нам по штрафной!

– А вы из третьего, что ли? – поинтересовалась у меня девушка, рядом с которой мне пришлось приземлиться. – Мы думали, у вас там ЧП, никто не придет.

– Да все уже. Разобрались, – отмахнулась я и быстро схватила бокал.

– Ну, вы даете! У вас же там целую витрину теликов разгромили! Я думала, списывать полночи придется и разгребать.

– Давай за это выпьем, – предложила я, замахивая уже второй бокал, лишь бы уйти от расспросов.

Настя весело щебетала со своими соседями, рассказывая о назойливом покупателе, которого придумала на ходу.

Наверное, я слишком пристально присматривалась к этим ребятам, так что моя соседка пересела к одному из парней и буквально прилипла к нему, всему миру показывая, что парнишка уже занят.

– Настя! Мы приехали по делу! – напомнила я подруге. – Посмотри, вон там компания вроде ничего. Мужчины импозантные и женщины вроде интересные.

– О, этот комплект уже продан, могу предложить вам менее залежавшийся товар! – пробасил мне в ухо Лёшка, заняв освободившийся стул.

– И какой же? Уж не вот этот ли? – ткнув ему в лоб, поинтересовалась у новоиспеченного продавца-консультанта.

– Этот! – довольно ухмыляясь своей выходке, порадовал бывший. – Мало пьет, мало жрет… то есть энергии мало потребляет. Инновационный и неповторимый!

– А что за царапины у него на лбу? Он у вас б/у, что-ли?

– Да совсем немного! На тест-драйв забирали! Не переживайте, только корпус пострадал. Все функции работают исправно! Вам со скидкой, так и быть, отдадим!

– Спасибо, но мне нужен агрегат для индивидуального использования! Желательно не поношенный! Настя! – рявкнула я на подругу, не соизволившую заметить брата. – У нас тут лишний член… тьфу ты! Лишний человек на корпоративе! Он тут не работает в нашем мире техники!

– Вот нахал! – возмутилась Настя. – Пробрался тайком, на халяву погулять захотелось? Ребята! Надо показать мужчине, где выход!

– Да пусть тусит! Жалко, что ли? – разрешил один из парней, и другие с ним согласились, наливая Лёшке рюмку.

– Тогда мы уходим! Ирка, на танцпол! Там самые веселые всегда!

Протащив меня через половину зала, останавливаясь около каждого столика и поздравляя ни в чем не повинных людей, до танцпола мы добрались уже с приближающимися вертолетами в голове.

Я не была уверена, что вообще попадаю под ритмы музыки, но в том, что двигаюсь как богиня, не сомневалась ни капли. Мы с Настей весело хохотали непонятно над чем и, нацепив на себя мишуру, содрав ее прямо с елки, кажется, заразили весельем всех присутствующих, и на танцполе стало тесно. Настолько тесно, что кто-то прижимался ко мне сзади, положив руки на талию, неприлично близко, и такие же неприличности шептал на ухо.

– Ирка… я соскучился… поехали домой… агрегат сейчас закипит уже…

В пьяном угаре я уже было чуть было не согласилась, совсем забыв про его похождениях в командировке и использование агрегата нелицензированными личностями. Если бы не Настя, выпучившая глаза на наши страстные танцы.

Развернувшись на каблуках, почувствовала, как земля начала крутиться слишком быстро, приближая меня к полу на бешеной скорости. Каким образом я свалила Лёшку, я не знаю, и тем более не поняла, как вслед за ним полетела елка, треща и звеня рассыпающимися вокруг нас игрушками и искрясь рвущимися гирляндами.

– Ирка, бежим! – заорала мне в ухо Настя, помогая подняться и пробраться сквозь суетящуюся в ужасе толпу на сломанном каблуке.

– Каблук сломался! Придется раньше уйти! – сообщила зачем-то охраннику и гардеробщику Настя и, забрав наши шубки, потащила меня на улицу.

– Опять он! – рявкнула Настя, завидев единственную свободную машину, на которой мы приехали. – Он точно маньячина, следит за мной! Сейчас я с ним разберусь!

Мне их разборки и по пути сюда надоели, но делать нечего, и я поковыляла следом.

Глава 3

Настя забралась на переднее пассажирское сиденье, чтобы было сподручнее выносить мозг водителю. А я, как королева со сломанным копытом, плюхнулась на заднее.

– Ты зачем меня преследуешь, маньяк смазливый? – вдруг выдала Настя, а я пыталась разглядеть, вдруг правда симпотный, но отражение в зеркале было сильно мутным.

– Дамочка, я вас не преследую. Вы сумочку забыли, хотя я трижды вам повторил забрать! – ехидно оправдывался водитель. Или наезжал. Я не поняла.

– Я проверю, все ли на месте! – заявила Настя, рыща в своем гомонке.

– А где мой мобильный? – прищурив глаза, спросила Настя, наклонившись к таксисту, чуть ли не полностью перебравшись на разделяющий их подлокотник.

– За утюгом посмотри, – съязвил парень. – У вас же там все, в этих сумочках! От иголки до танка!

– Настя! Моя сумочка в зале осталась! – опомнилась я, слушая их пререкания.

– Жди тут! – почему-то не мне, а таксисту велела Настя и умотала обратно в клуб.

– И давно вы друг друга так терпеть не можете? – поинтересовалась я у водителя

– Три дня уже, – вздохнул он и, повернувшись ко мне лицом, представился: – Дима.

– Ирина, – разглядывая его, убедилась, что действительно ниче такой.

– Идет. Чума Зареченска, – кивнул Дима, указывая на Настю. – С добычей.

Выглянув в окно, сразу разозлилась на всю их семейку. Настя шла с моей сумкой в руке, а за вторую ручку прицепился аксессуар в сто восемьдесят пять с половиночкой сантиметров. Алексей Сергеевич вышагивал с довольной рожей, весь в блестках и нараспашку. Заболеет же, паразит! Я выскочила из машины, налетев на подругу:

– Настя! Ты где этот брелок нашла? На кой черт ты его к сумке прицепила?

– Этот? – уточнила Настена, ткнув в Леху. – Он не отстегивается, я пыталась!

– Так попробуй еще раз! Кобели нынче не в тренде! Я лучше значок повешу. Феминистский!

– А у них есть? – засомневалась Настя.

Я вообще-то тоже не в курсе, но на всякий случай кивнула. Пока мы с Настей отвлеклись, Лёша что-то напел уже водителю и, усадив нас в машину, куда-то вез, пока мы не опомнились.

– А куда это мы? – спросила у меня Настя.

– Твой же маньяк, сама и узнавай! – отмахнулась я, потому что – куда можно поехать со сломанным каблуком, я придумать не могла.

– Товарищи похитители! Вы куда нас увозите?

– В сказку, – сообщил Андерсон, то есть Леха, и нагло мне подмигнул.

– Я не хочу! То есть мы не хотим! – возмутилась Настя. – Везите нас в караоке! А сами чешите к своему лешему или кто у вас там?

– Кикиморы, – услужливо подсказала я.

– Ирка… – начал опять Лёша строить мне глазки.

– Опять безбилетник! Что за человек! Везде приспособиться пытается! Тормози тут, Димочка! – вежливо попросила я, вызвав недовольство всех троих попутчиков.

Дима остановился, тяжело вздыхая. Наверное, еще не привык к пьяным и буйным пассажирам.

– А ты выходи! – выпихивая бывшего из машины, приказала я. – И застегнись! – крикнула ему напоследок, закрывая дверь.

– Насть, он не даст нам в городе проходу, давай в Самару рванем? Два выходных! Оторвемся!

– На чем? – удивилась подруга и сама же себе ответила: – А на этой табуретке и поедем! Вези! – распорядилась Настя и заговорщически мне сообщила: – Денег нам не хватит, поэтому мы его кинем!

Я покосилась на водителя, который криво усмехнулся и закатил глаза.

– Насть, он тебя слышит, – решила я ей подсказать.

– Ну и что? Я нас отмажу! – зачем-то погрозила пальцем Диме подруга, наверное, заранее предупреждая не связываться с ней.

То, что Дима спокойно повез нас в город за двести километров от нашего, слыша, что платить мы не собираемся, должно было нас насторожить. Но мы были уже в состоянии, когда все происходящее не вызывает желания думать.

По пути мы заехали в магазин и, набрав жизненно важных продуктов в дорогу, то есть вино и махонькую шоколадку, расположились на заднем сиденье, готовясь к дальней дороге.

– Насть, а тебя не удивляет, что Дима на «Ягуаре» таксует?

– Нет, конечно! Ты налоги на такие машины видела?

– Много, да? Тогда понятно.

Часть дороги мы пели песни и пили, а на заправке Настя пересела опять вперед и о чем-то спорила с Димой, а я уснула.

Глава 4

– Ах, Самара-а-а-гар-р-ра-а-адок, – запела Настя на весь салон, и я, разлепив глаза, увидела ее за рулем. О-фи-геть!!!

– Настя!!! Ты зачем туда залезла! Где Дима! – то ли промычала, то ли прокричала я, моментально проснувшись.

– Кто? – удивилась Настя.

– Таксист. Который нас вез!

– Бли-и-и-ин-н-н. Я его забыла, – отпустив руль и приложив ладони к щекам, расстроилась Настя.

– Руль держи! – перепугалась я не на шутку, даже протрезвела. Немного.

– Ой! – донеслось до меня, пока я, как цирковой акробат, перелезала на переднее сиденье.

– Настя, останавливайся. Мы же выпили!

– Я в порядке! Трезвая. Почти, – уверенно ответила Настя, и я пыталась определить ее состояние, но и без алкотестера было понятно, что вообще не трезвая.

– Поехали тогда обратно за ним. Где ты его забыла?

– Кого? – опять удивилась Настя.

– Я забыла, про что мы говорим, – пожаловалась я, чувствуя, как меня развозит от теплого потока воздуха на переднем сиденье. А тут теплее, оказывается, чем на заднем. Или это я какие-то кнопки понажимала, пока лезла?

– Ну и ладно! Давай в «Сферу», там сегодня нефтяники гуляют, я у Аньки узнала!

– Давай… ой, у меня же каблук!

– Лёшка, что ли? Ну, ты, мать, загнула. Мне кажется, из вас двоих каблук ты.

– На сапоге, Настя! И спасибо! – надулась я, но ненадолго.

Через пару минут до Насти дошло, и она остановила машину, уверенно выбираясь куда-то. Минут через двадцать я уже собиралась ее идти искать, но увидела, как она идет с уггами в руках, радостно ими размахивая. А я сильно подозревала, что она с кого-то их сняла в подворотне.

– Это чье? – решила я сразу узнать, сообщница я ограбления или они из мусорного бака.

– Одолжила, скидывай сапоги! – распорядилась Настя и опять полезла за руль.

Только она начала движение, как дверь водительская распахнулась, а в ней материализовалось злющее лицо ее персонального маньяка.

– Чума, твою мать! Я тебя убью! – заорал он, пытаясь бежать и схватиться за руль.

Настя с перепугу вдавила газ на полную, и мы понеслись вперед, а Дима, кажется, упал нам под колеса, но это неточно. Если честно, я понимаю Настю, я бы тоже с перепугу от таких угроз поспешила уехать.

Минут пять мы ехали в полной тишине, а потом Настя зачем-то включила музыку.

«И уносят меня, и уносят меня», – донеслось из колонок, и мы, переглянувшись, расхохотались, не заметив красный, пронеслись на скорости через перекресток.

Но проехать много не успели, неожиданно нас ослепил встречный автомобиль, который ехал по нашей полосе. Одновременно завизжав, мы хватались за руль, дергая его в разные стороны, и машину начало заносить и кружить, пока ее не остановил перебегающий в неположенном месте дорогу фонарный столб. Хоть удар и не был сильным, но скрежет металла был ужасающим до дрожи.

– Живая? – спросила меня Настя.

– Ага, а ты?

– И я ага. Как думаешь, Дима расстроится? – разглядывая капот гармошкой, спросила Настя.

– Вряд ли. Он же теперь на налогах сэкономит. Пойдем в клуб? Мы почти доехали.

– Конечно, только записку, наверное, надо оставить.

– Смс отправь, – посоветовала я, выходя из покореженного автомобиля.

Встречная машина куда-то уехала, даже не остановились, вот люди бессердечные.

Выбравшись из машины, Настя заботливо пиликнула брелком сигнализации и с чувством выполненного долга присоединилась ко мне на тротуаре.

– Стой! – крикнул кто-то, но обернуться мне Настя не позволила, быстро потащив меня в переулок с криком:

– Бежим!

Бегать мне часто не приходится, а по такому скользкому покрытию и не очень четкой видимости – вообще впервые. Но нам удалось отбежать немного, пока маньяк нас не догнал и не схватил Настю.

– Знаешь что, Чумакова Анастасия, – зашипел он ей в лицо, схватив мою маленькую подружку своими маньячными лапами и пришпилив ее к стене. Больше он ничего сказать не успел, потому что я треснула его какой-то палкой по голове, и он, осоловело посмотрев на меня, осел на землю.

– Я его убила? – спросила я у Насти, которая так же, выпучив глазищи, на меня пялилась.

– Наверное.

– Мамочки… Что делать? Куда, в тюрьму садиться? Что посоветуешь?

Настя задумалась, но, наверное, приличных вариантов не вспомнила. И только мы собрались вызвать скорую помощь, как Дима зашевелился, садясь и встряхивая головой.

– Бежим! – опять скомандовала Настя, и мы со всех ног пустились наутек.

– В клуб! Там не найдет! Народу много! – решила я, сворачивая к грохочущему даже на улице зданию.

Глава 5

На входе в клуб стоял фейс-контроль в виде одного амбала и одного крепыша среднего роста. Настя, недолго думая, махнула своей корочкой, проговорив:

– Расслабьтесь, мы просто отдохнуть.

Мужики нас пропустили, обсуждая между собой, нужно ли доложить, что прокуратура нагрянула в виде двух пьяных девиц.

Клуб, конечно, впечатлял своим масштабом. Наша «Галактика» по сравнению с ним – это дом культуры в селе Мустаево из бывшего курятника.

Музыка качает не только людей на танцполе, но и стены, и, кажется, даже огромная елка метров пять высотой качается под ритмы треков.

– Ир-р-р-рка! Посмотри, это же диджей Нейв! Знаешь его? – кричала Настя так, что люди оборачивались.

– Ага, лучший МС на Руси. Слышала.

– Я по нему с ума схожу! Он такой! – Настена закатила глаза, прижав пальцы к ладоням, и, пискнув что-то, потащила меня танцевать.

А я застыла перед ёлкой, как год назад в Праге. На ней были точно такие же светящиеся ангелочки, как и там. Тогда я влюбилась в них с первого взгляда. Я весь интернет перерыла, но именно таких не нашла.

– Настя, ты видишь? – подергала я за руку подругу. – Мне нужен один такой!

– Та-а-ак! Ты на стадии неправильной, сейчас опять реветь начнешь! Нужно выпить!

С этими словами Настя потащила меня к бару, но там легче не стало. Точно такие же ангелочки светились на полках среди бутылок, и я, кажется, действительно готова была разреветься от жалости к себе и оттого, что все еще люблю этого недостойного.

– Девчонки, чем вас угостить? – сразу пристал к нам сидящий там мужчина. Почему-то в костюме деловом. Кто так ходит в клуб? Он разглядывал нас как-то снисходительно, что Насте, конечно, не понравилось.

– Дядя, сиди тихо, не до всяких кобелей полутораметровых сейчас! – презрительно фыркнула Настя, а у мужика глаза на лоб залезли и ноздри раздулись от возмущения.

– Из какого отдела? – рявкнул,э еще минуту назад милый дядя.

– Из шестого, гномик! – ответила Настя. – Так что звук убавь, пока я добрая! А то не посмотрю, что ты шмакодявка, да и повыщипыпаю последние три волоска на твоей макушке!

– Фамилия? Должность? Ты уволена! – заорал мужик и пошел красными пятнами.

А я вспомнила, что мы на корпоративе у нефтяников, блин. Настя только рот открыла, наверняка уже придумав, как опустить мужика с небес на землю, но я спешно ее перебила:

– Текилу! Я буду текилу, красавчик! А ей нельзя пить, она с приветом!

Мужик растерялся, глядя на мое искренне заискивающее лицо и на недоуменно вытянувшееся Настино.

– Налей, – коротко приказал он бармену и, зло швырнув купюру на стойку, спрыгнул со стула и сразу потерялся в толпе. Что с его ростом, конечно, немудрено.

– Настя, мы же тут инкогнито! Забыла? – пытаясь не сильно громко орать, спросила я.

– Диму? Да, около магазина. Он меня третий день бесит! За нас! – предложила тост Настя и закинула в себя стопку текилы. – Пей, а то протрезвеешь! – дала Настя сомнительный совет, но я им воспользовалась.

– Знаешь, Ирин. Я вот, между прочим, впервые любви захотела, а он оказался таким… Ну, как сапог на самоваре, понимаешь?

В моем состоянии я, конечно, уже все понимаю, даже за политику готова перетереть, которой принципиально не интересуюсь от слова совсем. Но вот про сапог… моя фантазия занесла меня совсем в другую степь. Что там им делают? Раздувают огонь вроде, а потом убирают, когда гореть начинает.

– Он тебя раздул? – понимая, насколько абсурдно это звучит, все же спросила я. Бармен тоже наклонился поближе, чтобы послушать.

– Типа того, – ответила Настя, не удовлетворив наше любопытство ни на грамм. – И сказал, что я Чума. Что я катастрофа и пандемия в одном лице.

Настя вдруг странно быстро заморгала. Она что, плакать собралась? Настя? Плакать? Разбудите меня кто-нибудь! Или теперь она в этой стадии, где надо быстрее выпить еще?

С трудом прочитав имя на бейдже бармена, попросила нам добавки:

– Алексей, повторите нам, пожалуйста, – и, пристально посмотрев на Настю, решила: – Два раза.

– Александр, – поправил меня повелитель шейкера, – для вас все что угодно!

– Правда? – обрадовалась я. – А можно вон того ангелочка? Одного хотя бы?

– Э-э-э-э… Нет, они не продаются, – старательно выговаривая слова, чтобы до меня обязательно дошло, сказал Саша и выставил нам на стойке рюмочки.

– Забудь все, что он тебе наговорил! – строго приказала я Насте, вручая ее порцию лекарства от депрессии. Или в чем она там. То есть мы обе.

– Кто? – удивилась Настя, оглядываясь. – Он? – ткнув пальцем в танцующую и весело что-то кричащую толпу, уточнила подруга.

Обернувшись, я увидела, что на танцполе проходят какие-то награждения сотрудников компании, круто. Кто-то получил приз – миниатюрную нефтяную вышку. Наверное, этот сотрудник был хорошим мальчиком весь год. Санта его отметил. Собственная буровая теперь на полке пылиться будет.

– Настя, отвлеки бармена. Я хочу его украсть!

– Зачем тебе бармен? Ты же сопьешься, если домой его притащишь! И, мне кажется, Лёшка немножко в бешеной ярости будет.

– Да не бармен! Ангелочек! – пояснила я для особо опьяненных, хотя разозлить Леху – идея замечательная.

– А, ща! Это легко! – Настя полезла на стойку, отвлекать бармена, а я как лучший агент в мини-платье и уггах, прокралась в зону владений алкомастера.

– Ты куда? – раздалось над моей головой, а перед носом возникли ботинки.

Пришлось вставать с четверенек и посмотреть на этого любителя подворотов на джинсах.

– А она на стойке танцует! – попыталась я переключить внимание бармена на Настю, которая по чистой случайности еще не свалилась оттуда на своих каблуках.

– Ну и что? – удивился парень. – Там все танцуют. Ты тоже туда?

– Да. Подумала, вдруг у тебя тут лесенка есть.

– Нету, – ответил парень и, окинув меня взглядом, предложил: – Разувайся, я тебя подниму.

Зачем разуваться, я не поняла, но спорить не стала и через минуту уже зажигала рядом с подругой и еще двумя веселыми зажигалочками, которые тоже решили, что все должны знать, кто тут самые красивые девчонки в клубе. Но вот нашему соседству они рады не были, и одна из них сражалась, за внимание гудящей толпы мужчин, которые как мухи налетели к бару, выкрикивая пошлые шуточки и предложения.

Барная стойка была с сильно нарушенной координацией, ее шатало во все стороны от количества выпитого мной алкоголя, и удержаться было сложно, даже босиком. А бармен еще и налил полосу спиртного в наших ногах и под улюлюканье зрителей зажег, вызвав шквал аплодисментов в свою сторону и предложения снять одежду – в нашу.

– Настя! – позвала я подругу, но она не реагировала на меня совершенно.

Сфокусировав взгляд на сидящем в ее ногах парне, я споткнулась о скинутую одежду сотрудниц нефтепром… забыла как дальше. Ну и ладно. Важно, что прямо перед Настей сидел Дима и спокойно попивал янтарную жидкость из пузатого стакана. Он не отводил взгляд от Насти, не стесняясь, разглядывая все, что не сильно-то и было прикрыто коротким платьем, а теперь и вовсе снизу прекрасно видно.

– На-а-а-а-астя! – опять проорала я ей в ухо.

Теперь она отреагировала, но мне уже стало не до нее. Прямо над ее головой висел ангелочек. Я была в восторге от уверенности, что точно уйду отсюда с сувениром.

– Ирка! Надо… – начала говорить Настя, но в этот момент Дима приподнялся на стуле и схватил ее за ноги.

Пытаясь отбиться, подруга выбрала меня в качестве опоры. В тот момент, когда я уже схватила свою желанную игрушку, она повисла на неустойчивой моей тушке, и мы полетели со стойки на пол под хохот людей и мат Димы.

Я не видела, насколько удачное приземление было у Насти. Последнее, что я видела, то, как погас ангелочек в моей руке. После того как оказалась, что вся эта огромная гирлянда была протянута от елки. Я схватила ее ровно посередине. Там, откуда вторая часть уходила на полки стеллажа бара.

Падающая елка меня уже не удивила, как и летящие с полок бутылки, некоторые из которых падали на все еще догорающий спирт на стойке и зажгли уже приличный такой пионерский костер.

Все это пронеслось за несколько секунд, пока мой затылок не встретился с чем-то сильно не гостеприимным и твердым. Кажется, я умирала, ведь последнее, что мне мерещилось, это Лёшкины глаза, шоколадные. Как у горького бельгийского цвет, мой любимый. А потом все погасло, и ни музыки, ни шума толпы я уже не слышала, только обрывками мелькали заснеженные дома за стеклом. И наконец-то наступил спасительный сон.

Глава 6

Утром, едва проснувшись, я поняла, что у меня две проблемы. Первая – я очень сильно хочу пить. Второе – убийственная головная боль не позволяет мне даже пошевелиться, отдаваясь вспышками режущих спазмов при каждом движении.

Я лежала на кровати одна, но полностью раздетая, даже белья нет. Хотя висящая тряпочка на люстре сильно напоминала мой бра, я сильно сомневалась, что вчера была способна на такие глупые поступки. Я же взрослая женщина. Мы просто посидели в баре и приехали… куда, кстати? Где это я?

Эта комната мне совершенно незнакома, более того, стены тут бревенчатые. Значит, это дом, и кому он принадлежит, я не знаю. Дверь со скрипом отворилась, и в проеме появилась очаровательная панда или привидение с черными кругами вместо глаз, завернутое в простынь.

– Ира, – просипело это нечто и поплелось ко мне, еле передвигая конечности, но, задержавшись около зеркала, Настя подпрыгнула с противным писком и шмыгнула ко мне, зачем-то спрятавшись вместе со мной под простыней, укрывая нас с головами.

– Мне страшно, – пожаловалась Настя.

– И мне. Теперь тоже, – выбираясь из ее «фигвама», поплелась к зеркалу. С удивлением обнаружила, что я, в отличие от Насти перед сном умылась и сняла макияж.

– Насть, а ты помнишь, что вчера было? И где это мы сейчас?

Выглянув в окно, залюбовалась заснеженным лесом. Точнее, больше снегом, так пить хочется.

– Я все помню. Дима нас привез в клуб. Мы танцевали и пили.

– А потом?

– А потом не помню. Я проснулась и пошла искать… хоть кого-нибудь. В домике мы с тобой вдвоем. Только запертые.

– Нас похитили?

Настя задумалась и, разглядывая мой лифчик на рожке люстры, решила:

– Кто-то специально его там повесил. Так невозможно закинуть случайно.

– Да, я тоже так подумала. Что получается, нас маньяки похитили?

– Наверное, – пожала плечами подруга. – Что ты так глаза вытаращила, боишься, что ли?

– Конечно, боюсь, это тебе хорошо. У тебя маньяк свой собственный, знакомый. А мне-то за что такая радость?

Настя собиралась мне возразить, но за дверью раздались мужские голоса, и я повторила финт подруги, с писком залетев опять на кровать. Как раз вовремя. Коротко постучав в дверь, кто-то ее открыл, а Настя снова нас накрыла с головой простыней, зачем-то приложив палец к губам в просьбе не разговаривать. Так-то спрятались мы крайне ненадежно, не заметить нас на кровати можно только сослепу.

– Димон, ты только посмотри на это! – пробасил Леха.

– Да я бы хотел в глаза Чуме посмотреть. Настя! Вылезай!

Мы слышали, что они ходят по комнате, но сдаваться, конечно, не собирались, как и выполнять их требования.

– Я бы тоже хотела свои глаза увидеть. Но не нашла, – прошептала Настя, а я не выдержала и захихикала, глядя на ее припухшие веки и размазавшуюся тушь под глазами.

– Слышишь? Они ржут там над нами! – возмутился Дима.

– Милая, как голова? Не болит? – прямо над ухом ехидно поинтересовался Леха. Знает же, как я ненавижу, когда он называет меня «милая».

– Ты куда меня привез, похититель? – спросила Настя, не вылезая из-под простыни, но повернувшись к силуэту около окна.

– Я? – уточнил Дима. – А на чем, не интересно? На машине, которая в столбе заночевала?

Мы с Настей переглянулись, но ни я, ни она не поняли, о чем он говорит.

– Несите нам пить! – решила я использовать возможность поэксплуатировать Лёшу, раз уж он сам за мной мотается как хвост, то хоть польза от этого будет.

– Конечно, милая! – тщательно выговаривая это противное слово, пропел Лёша. – Что тебе? Водка? Текила? Или с шампанского начнешь?

Мы с Настей одновременно скривились от такого предложения, и, кажется, начало мутить обеих.

– А потом покатаетесь на «Финике», а то он еще не отрестайлен совсем. Даже все фары целые и ни одной очаровательно всмятку помятой детали! – опять завелся Дима, под фиником, наверное, имея в виду Лёшин «Инфинити».

– Я же тебе говорила, что он неадекватный! – сказала мне Настя, я кивнула, хоть и не помнила, говорила она так или нет.

– Настя, выходи по–хорошему! Не вынуждай меня сдернуть с тебя эту тряпку! – грозно повиснув над нами тенью, потребовал наглый таксист.

– Вообще-то я голая тут, извращенец! – воскликнула Настя, вцепившись покрепче в ткань.

– Я не понял. Ты меня сейчас останавливаешь или уговариваешь? – уточнил Дима, почему-то сразу изменив интонацию с грозного рычания на мягкий баритон.

– И я, – на всякий случай сообщила я, хотя это и так понятно, ведь всю мою одежду они видят разбросанную по комнате. – Не смейте даже лапы сюда тянуть! Я воды дождусь сегодня, милый?

– Ладно, пойдем, – сказал Леха Диме, а нам сообщил: – Вы в этом домике одни, все необходимое найдете. И да, вы тут заперты, верхняя одежда и обувь у нас. Через пару часов вернемся, заберем вас, Алкашоныши.

– Если вы едете за выкупом, то так и знайте, за меня вам не заплатят! – сообщила Настя, зачем-то погрозив пальцем, который вижу только я.

– Выкупом? Да я сам бы заплатил кому угодно, чтобы меня избавили от твоего общества, Чума! – рявкнул Дима, странный. Мы же его не заставляли с нами ездить. Или заставили? Чума могла.

– Нет у нас таких денег, – вздохнул Леха, – и сумасшедших людей таких тоже нет. Я уже пару лет пытаюсь найти.

– Фиговый у тебя маркетинг, братишка. Так что сам виноват, – съехидничала Настя и довольно усмехнулась, что последнее слово осталось за ней, а мужчины наконец-то ушли, позволив нам вдохнуть свежего воздуха и не дышать этим амбре под простыней.

Послушав, как они еще немного побродили и чем-то пошуршали, прежде чем захлопнулась входная дверь, мы побрели на изучение «всего необходимого».

Нашли действительно все. И душ, и все принадлежности. И даже новенькие комплекты белья и спортивные костюмы. На кухне нас ожидали продукты и лекарство от похмелья.

– Заботливые какие нынче маньяки, – проворчала Настя, – пойдем кино, что ли, посмотрим? Комедию романтическую найдем.

– Давай, – согласилась я, чувствуя себя разбитым корытом лет ста пятидесяти.

Позавтракав, ну или скорее уже пообедав, мы уселись на диван и, разобравшись с пультами, включили телек и блю-рей.

Из колонок раздалась громкая музыка, а на экране появилось видео, где мы с Настей танцуем на барной стойке, весело крутя задом, то ли танец такой странный, то ли нас кто-то сильно-сильно шатал.

– Я грохну твоего брата! – сообщила я Насте, поняв, что снимал именно он, раз Дима сидит, перед танцующей Настеной со стаканом.

– Я тебя отмажу! – обрадовала меня подруга. Хорошо иметь связи в прокуратуре.

– А еще у меня возникла одна идея! Они нам за все заплатят – и за сфальсифицировано развешанные лифчики, и за это! – махнув рукой на экран, сказала подруга и, выключив видео, со странным блеском в глазах приказала:

– Слушай мой план, Иришка!

Глава 7

– Ой, нет, Настя. Из меня еще предыдущий план не весь вышел, я овощ. Может, все же дождемся Леху и таксиста, и по домам?

– Он не таксист, – пробубнила подруга, – это и был мой план! Только с небольшой поправкой, мы их дождемся обязательно, даже приготовим покушать!

– В чем подвох?

– Мы поедем без них! Заберем одежду и обувь и уедем. Мы, скорее всего, где-то на дачах, значит, до Зареченска недалеко. Вызовем такси.

– Подожди, мы же в Самару уехали вчера, ты не помнишь?

Настя похлопала глазами и принялась бродить по дому и разглядывать пейзажи из окон. Я зачем-то ходила за ней и тоже пыталась определить, наш за стеклом снежный лес или самарский. Но различий не обнаружила.

– Ирка, мы на базе в Бузулукском бору, – вынесла свой вердикт подруга, – и посмотри на это, – ткнула мне пальцем в машину во дворе, укрытую брезентом.

– Мы не будем угонять, – на всякий случай сообщила я.

– Догонялись уже, – вздохнула Настена. – Я вспомнила. Вчера я очень сильно захотела в туалет по дороге, но… мне было неловко просить Диму остановиться по этой причине.

– Почему? – удивилась я. – Что в этом такого?

– Не знаю. Просто он… Да ладно. Не в этом суть. Я попросила его остановиться у магазина и сходить купить мне воды, думая, что успею быстро сбегать куда-нибудь. Но только я выбралась из машины, Дима уже шел обратно, и я разозлилась. Решила отъехать немного, и, пока он бы догонял, сделать свое дело.

Настя нахмурилась, вспоминая детали. Было видно, что она старается, но память девичья подводит всегда в самый неподходящий момент.

– В общем, почему я потом уехала без Димы и насколько немножечко проехала, я не помню. А потом нам на встречку выехал «Камаз», и мы врезались в столб.

В этот момент я отчетливо вспомнила момент удара и искореженный автомобиль Димы. Чуть не разревелась. Такая машина красивая была.

– Почти все правильно, – раздался голос Димы за спиной, – только не «Камаз» выехал на встречку, а вы влетели на дорогу с односторонним движением. И навстречу вам ехала «Газель» по своей полосе, а не под кирпич, как ты, Настя!

– Дим, я… – начала Настя, а за нее закончил владелец мятой консервной банки:

– Будешь делать все, что я прикажу! Да, Чума?

– Я не это хотела сказать! Ничего не перепутал?

– Не перепутал! Лично для тебя наступил Великолепный век.

– Чего? Наложницей твоей я не буду!

– Да ты и не сгодишься. Отсутствие мозга считается дефектом! А с таким серьезным отклонением в гарем не берут! А в мой и подавно не пройдешь по целому ряду критериев!

– Знаешь что?! Я не для этого тут собралась, чтобы твои нравоучения и оценки моему интеллекту выслушивать!

Дима и Настя продолжали скандалить, а я вернулась в спальню, совершенно забыв про план кормить и усыплять бдительность двух разъяренных мужчин. И мне казалось, что помимо аварии я еще что-то важное не помню.

– Ира, я к тебе, – сообщила подруга, забравшись на кровать, где я страдала от угрызений совести и похмелья.

– А почему Лёша не вернулся?

– Этот тиран сероглазый, – кивнула на дверь Настя, – сказал, что Леха елки повез в клуб. Мы там вчера елку свалили.

– Да, это я помню.

– Я имею в виду – в Самаре. В клубе. Уронили, и она сломалась и обгорела немного.

– Почему обгорела? Мы что, еще и клуб сожгли? – перепугалась я не на шутку, пытаясь вспомнить, как вообще этот клуб выглядит.

– Не знаю. На этом месте мы разругались окончательно. После его фразы: «Ты меня отвлекла своими прелестями под юбкой».

– Давай досмотрим видео? Наверное, там есть продолжение? У меня шишка на голове ещё.

– Давай. Только надо позвонить Аньке. Пусть заберет нас отсюда.

Настя ушла за своим телефоном, потому что мой аппарат сел совсем, а зарядки у меня не было. А вот Настин кто-то зарядил на все сто процентов. Но едва подруга вернулась и включила его, посыпались сообщения ей в мессенджере. И она округлила глаза, которые к этому времени уже нашлись и даже не сильно были отекшими.

– Ты посмотри, что они вытворяли с нашими спящими телами!

Настена повернула мне экран, и мы вместе просматривали фото, где мы с ней спали, сидя на диване в этом домике, а парни вовсю развлекались, фоткая нас в разных позах, с гитарой, с бутылками алкоголя и сигаретками в губах. В шляпе какой-то несуразной. С банными вениками и портфелями под мышками. И на некоторых фото они были с нами, строя рожицы, делали селфи. Но Настю добило последнее фото, где меня уже не было, а на моем месте сидел Дима, обняв Настю, и если бы не знали, что это неправда, то можно подумать, что они целуются. Хотя видно только его затылок, а Настина голова откинута на спинку дивана, но ее лица не видно. Может, и правда целовал. Он же маньяк ее. Вдруг у них это нормально. Я не сильно в маньяках разбираюсь, это Насте по долгу службы с ними встречаться приходится.

– Ира, я считаю, что за машину он мне отомстил. Причем очень гнусным способом.

– Да ладно тебе. Ничего они особенного не сделали. Ну, повеселились чуток. Наверное, стресс так снимали. После всех наших приключений.

– Нет, это война, подруга! Я этого так не оставлю. За машину я ему выплачу. Возьму кредит, а вот за это у него денег не хватит рассчитаться. И нам надо продолжить поиски нормальных людей.

– Судя по сложившейся тенденции, нам лучше не посещать места, где есть елка.

– Согласна. Но я не верю, что нормальные люди с нами связываться захотят.

– У нас еще больше недели есть. Не отчаивайся. Такси дорого будет, позвоню Ане всё-таки.

С подругой Настя болтала минут тридцать, обсудив ее детей, собаку и подарки новогодние, в чем надо встречать этот новый год и какие должны быть блюда на столе. И даже каким должен быть маникюр и педикюр цветом по феншую или еще по каким-то правилам. И в итоге чуть не забыла, зачем она вообще ей позвонила, опомнившись только в конце, уже попрощавшись раз пять. Оказалось, что Аня сможет забрать нас только вечером, когда муж приедет домой, а без него оставить детей не с кем.

– Ладно, пойдем приготовим еды, что ли, – предложила Настя, а у меня закралось смутное подозрение, что она хочет реабилитироваться в глазах Димы своей стряпней. Но готовит она вкусно, как минимум лучше меня, так что, может, и подобреет ее тиран.

Глава 8

Пока Настя готовила ужин, я опять впала в свою депрессию, из которой не могу выбраться уже две недели, несмотря на все старания подруги, которая со дня развода не оставляла меня ни на один вечер.

– Ирка, – позвала меня Настя, – овощи мой и почисть, – указала она мне на пакет.

– Насть, я поняла, что это я сама во всем виновата. Ну, что Лёша от меня все чаще стал уезжать в эти командировки и все подольше там задерживаться.

– С чего ты так подумала? – нахмурилась Настя, продолжая лупить мясо молоточком.

– Потому что до свадьбы как было? Всегда ухоженная, с прической и в красивом наряде. Шпильки там, да он меня без накрашенных ресниц ни разу не видел! А потом принцесса превратилась в тыкву. Халаты, бледное лицо без косметики, растрепанные волосы с гулькой на макушке вместо голливудских локонов. Еще и готовлю отвратительно.

– Ой, Леха говорил, они в армии с червяками каши ели. Там в крупе какие-то личинки заводились, и им прям с ними и варили. Так что в этом вопросе он неприхотливый.

– Все равно. Я скучная. Ты же видела эти видео. Они там с голых баб роллы ели. Без помощи рук и приборов. Вечеринки эти пенные в одних плавках. И ему весело было. То, что дома ждет жена тоскливыми одинокими вечерами и спит в холодной постели, его не волновало. Но мне стыдно за свои поступки теперь тоже.

– Знаешь. Когда он за тобой бегать начал, я очень злилась и ревновала, что он увел у меня подругу. Отнял наше время, и ты бегаешь на свидания чаще, чем встречаешься со мной, зачастую на бегу. И тогда я его предупредила, если обидит тебя, то пусть пеняет на себя. Поэтому – нет. Мне не стыдно. Все это уже история. Плевать.

– А та девушка на видео, ты узнала, кто она?

Настя закусила губу, явно не хотела меня расстраивать еще больше, хотя больше некуда.

– Ириш, прости, что сразу не сказала. Я ее узнала на видео. Это Катя. Они учились вместе и встречались. Незадолго до тебя, но и недолго. Поэтому их мало кто вместе видел.

Все-таки права Настя. Я расстроилась еще больше. Слезы обиды и боли покатились по щекам. Я не злилась на нее, что она сразу не сказала. В тот момент, когда мне прислали видео, просто меня надо было видеть. Я то впадала в истерику, то в ярость. Насте и так досталось, и всей их семье во всех поколениях.

– Ира, не здесь. Приедем домой и будем вместе реветь. У меня теперь тоже есть причина. Мне кажется, у нас с Димой что-то ночью было.

– Что? – вытаращила я глаза. – Какого лешего ты молчишь об этом?

– Я сомневалась. Смутно помню. По-моему, маньяк сопротивлялся до последнего, но потом сдался. Или мне уже это приснилось, я не знаю.

– Наверное, приснилось, Насть. Он бы не вел себя так отвратительно, если бы было. Так что не переживай. У тебя же девиз – не помню, значит, не было. Вот и не вспоминай.

Шницели выглядели очень аппетитно, аж впервые за день захотелось есть. На ароматы подтянулись и оба наших тюремщика. И даже удосужились натянуть на лица довольные, одобряющие улыбки. Лёша сразу же занял место рядом со мной, не оставляя мне маневра, зажал в угловой лавочке. Дима устроился по другую сторону, но, конечно, подальше от меня и поближе к королеве половников и сковородок.

– Ириш, давай потом погуляем по лесу. Тут красиво. И тебе не помешает свежий воздух, вон какая бледненькая, – предложил Леха, не подозревая, как он одним последним словом меня обидел, зацепил и разозлил.

– С бабами своими гуляй. Вы, наверное, и по снегу в одних трусах бегаете друг за другом.

– С какими еще бабами, Ир? Я последние две недели бегаю только за двумя, за тобой и за Настей!

– А до этого за сколькими успевал?

– Блин. Я не так выразился! Ты же поняла! Зачем переворачиваешь?

– Лёша, отстань от меня. Все, мы в разводе. Свободные люди.

– Ирка, я же не железный. Сколько можно издеваться? Было бы за что!

Я завертелась в поисках выхода из-за стола, потому что устраивать личные разборки при посторонних мне было неловко и неприятно. Даже всерьез хотела лезть под стол, чтобы сбежать. Но Настя приказала всем оставаться на местах и рот открывать только для хвалебных речей повару.

Как ни странно, все замолчали. Но мы с Лехой – понятно, мы Настю хорошо знаем. Может и выкинуть что-нибудь, потом не только кушать передумаешь, а вообще будешь боятся попадаться ей на глаза пару часов. Но почему молчал Дима, непонятно. Обычно новички сразу проваливали уровень. То ли Леха проинструктировал, то ли оголодал парень. Жует и чуть ли не преданно заглядывает ей в глаза.

Пока я наблюдала за этой парочкой, Лёша время не терял и, опустив руку под стол, поглаживал мою коленку. Перехватив поудобнее вилку, я пригрозила ему расправой, но Лёша делал вид, что не замечает моих злых взглядов и оружия в руках, продолжал меня дразнить и заставлял испытывать то, что я не должна по отношению к предателю. Я, конечно, очень соскучилась по его объятиям и поцелуям, по нему и по нашим бессонным ночам.

Не реагировать на его прикосновения не получалось, и я немного потерялась в ощущениях и не заметила, как вышли Настя и Дима из кухни.

– Ириш, давай мириться, а? Я уже не могу без тебя, – жарко зашептал мне Леха, притягивая к себе ближе.

– Нет, Лёша. Я тебя предупреждала сразу. Измены я терпеть не буду. Ты знал, на что идешь.

Глава 9

Мне порядком надоели эти разговоры, и я собралась сбежать от Лёши, но он меня крепко держал в объятьях и нежно гладил спинку, мурлыча мне в плечо очередные отмазки, что не было такого ничего. И вообще все папуасы, а он д’Артаньян. А я, как кошка блудливая, тут же опять чуть не сдалась в плен любимых губ и рук.

– Кхе, кхе, – послышался неестественный и явно намеренный кашель Насти.

Оказывается, она уходила привести себя в порядок, уже и моську разукрасила. У нее в сумке, что ли, реально есть все?

– Я накладываю санкции на твои лапы на территории моего тела, понятно? – прошипела я бывшему за то, что опять заставил меня растаять как снег в июле. Хотя нет, в прошлом июле он лежал еще дня три.

– А где Дима? – спросила я у Насти.

– Я не знаю. Вроде пошел снег к фингалу приложить.

– У него вроде не было? – удивился Леха.

– Теперь есть, – зло фыркнула Настенка, воинственно задрав подбородок.

Входная дверь очень громко хлопнула, и Настя поспешила вооружиться сковородой, теперь нет сомнений, откуда фингал. Если, конечно, найдется тот, кто до этого сомневался в его происхождении.

Дима подошел к столу, выгружая бутылки со спиртным на стол. Ассортимент как в алкомаркете. На любую степень опьянения и вкус.

– Что будете пить, дамы? А то вы с похмелья злые! – спросил Дима, поглядывая на Настю покрасневшим глазом.

– Мне и так плохо. Я больше никогда сегодня пить не буду, – заявила Настя, убирая сковородку.

– Что? – Дима умудрился одновременно нахмурить и поднять брови. Так вот что такое «бровки домиком», а я все пыталась это представить себе. – Что значит «никогда сегодня»? Настя, ты мне мозг окончательно сломать решила?

Дима застыл с бутылкой шампанского, ожидая ответа Насти, но ей пофиг, она разглядывала свой маникюр, как будто ничего интересного для нее вокруг не происходит. Что непонятного? Все же нормально объяснила девушка. Мужики – тупицы.

– Перевожу. С женского на человеческий, – сжалился Лёша, сексист на всю голову. – Она имеет в виду, что вчера перебрала, так что сегодня отходняк. А завтра ничего ей не помешает повторить. Да, малявка?

– Короче, вы тут пейте, а мы с Настей прогуляемся без вас! У нас женский разговор! – решила я воспользоваться моментом и сбежать от соблазнителя, пока он в любимом образе самого умного и взрослого зануды.

– Девчонки, ключи от машины в надежном месте, – строго заявил Дима. – И еще. Мы уже вторые сутки на ногах из-за вас. Надеюсь, вы дадите нам хоть немного времени отдохнуть и не гоняться за вами по всем местам, где есть елки?

– Мы погуляем, а вечером уедем к Аньке. Еще вопросы есть или дашь мне пройти? – прищурила глаза Настя, подойдя к Диме вплотную. Странно, там между Димой и шкафами два «Камаза» развернуться смогут, что ей обязательно там, где он стоит, идти понадобилось?

– Вопросов миллиона три. Но не смысла, ни сил, задавать их нет, – ответил Леха. Вставая вслед за мной и топая рядом, как на коротком поводке, провожая до двери.

– Иришка, давай поговорим. Только спокойно, без психов, ладно?

– Зачем? Ты же сам говоришь, нет смысла.

– Разве? Я тебя люблю. Очень. Разве это без смысла? – заговаривая мне зубы, Лёша опять доставил свои ладони контрабандой, нарушая мой запрет, прижимая меня к себе так, что почувствовать, чего он хочет, было можно и через слои одежды. Впрочем, как и увидеть топорщуюся ширинку и сверкающие, опьяняющие своим горящим призывом глаза.

– Отпусти меня! – потребовала я. – В обоих смыслах. И сейчас, и вообще отпусти! У тебя целая коллекция бывших женщин, которую ты неустанно пополняешь. Так вот. Я хочу тоже наконец-то стать твоей бывшей! – под конец фразы меня уже колотило от злости и ревности.

– Даже не мечтай! – рявкнул Лёша и буквально припечатал меня к стене и прижался губами, требуя подчиниться его поцелую и впустить наглый язык, по-хозяйски раздвигающий губы.

Я, кажется, две вечности не целовалась и не смогла отказать своим порочным желаниям, снова почувствовать, каково это – быть его желанной женщиной. Снова окунуться в наш омут любви, в океан нежности и страсти, в котором я была счастлива. Лёша, почувствовав свою победу, уже нагло забрался под верх спортивного костюма, медленно проводя ладонями по спине и пальцами по позвоночнику. Знает, как мне это нравится, продумал. Я истосковалась по нему, почти каждую ночь смотрела наши фотографии и видео, вспоминала, как нам было хорошо вдвоем. Никто в целом мире был не нужен больше, час вместе пролетал как минута, а минуты в разлуке как часы. Только потом оказалось, что это мне никто больше не нужен, а у Лёши на всех любви хватит с горочкой.

Я даже не поняла, как мои руки оказались под его футболкой и жадно шарили по разгоряченному животу, обновляя воспоминания месячной давности. По телу Лёши пробежала дрожь, и я даже допустила мысль, что он не врет и действительно никого у него не было, раз так соскучился и так нетерпелив, что даже в прихожей готов продолжить.

Неожиданно в дверь раздался громкий стук, и Лёша нехотя выпустил меня из капкана, в который я угодила по собственной глупости. Но что я могу поделать? Ведь сердцу не прикажешь и оно не понимает, что он ходок и лжец.

Пока бывший принимал у курьера какие-то коробки, появилась Настя, почему-то пряча от меня глаза. Наверное, видела все, но не стала вмешиваться, хоть и обещала меня тормозить.

– Мы недолго и недалеко! – предупреждающе ответила Настя на неозвученный вопрос в глазах Димы, который приволокся за ней следом.

Но едва мы вышли во двор, Настя потащила меня в соседнее строение, сильно смахивающее на большой гараж. Впрочем, им он и оказался.

– Я стырила ключи от снегохода, – непонятно чему веселясь, сообщила Настя.

– Ты же в курсе, что я не люблю экстрим?

– Ира, ну ты что? Какой экстрим на снегоходе? Тем более в лесу снег и погулять нам можно только вокруг дома. Больше нигде не чищено. Меня на втором круге мутить начнет.

– Ладно. Покатаемся. Но пусть сначала уснут. Им и правда надо отдохнуть.

Погуляв около часа, мы тихонько вошли в дом и, убедившись, что мужчины спят, поехали кататься по лесу. Но, как и положено натуральным блондинкам, про оставшееся количество бензина мы не подумали и даже телефоны с собой не взяли.

Первые минут двадцать мы катались на одном снегоходе. Хоть их было там несколько, мне за руль не хотелось, да и не умею я ими управлять. Восхищались видам и волшебству заснеженного елового леса, искрящегося под заходящими лучами солнца, слушали чириканье птиц, споря друг с другом, какая птичка именно нам поет. И решили ехать обратно, так как солнце заходит, а по-другому сориентироваться будет сложно. Вот тут-то нас и настигла кара за все, что мы натворили за вчерашнюю ночь.

– Ира, у нас, кажется, бензин закончился, – сообщила мне Настя после того, как минут десять разбиралась, почему снегоход заглох.

– Что же делать? Пешком пойдем?

– Шутишь? Снега по пояс, даже со снегохода нельзя сходить. Если только ползком.

– Или нас волки сожрут, или мы замерзнем! – решила я поделиться позитивом с подругой.

– Там водка есть в заднем ящике. Достань. Будем греться.

– С ума сошла? Водка в меня не полезет.

– А в меня полезет. У меня душа горит, – печально сказала Настя, наверное, из-за Димы, хоть она и молчит как партизан.

– Душа горит, а жопа мерзнет? – проворчала я, но за водкой полезла. Сейчас я ей язык развяжу. И себе.

Глава 10

Не знаю, может, на морозе водка не берет, а может, организм привык, что в крови циркулирует алкоголь и уже не опьяняет. Но хоть согревает. Горло и желудок так точно горят. Закусывать-то нечем, даже конфетки нет в кармане. Чтобы потом как в анекдоте всем рассказывать, что именно с нее плохо и стало.

– И вот когда он сказал, что я ему должна теперь за разбитую машину как минимум тридцать три ночи в его постели, я ему и врезала.

– Почему? Это много? – кажется, уже не соображая ничего, спросила я Настю. Прикольно у нее ресницы замерзли. Беленькие такие на концах. Интересно, не отвалятся потом?

– Не смешно, Ир, – обиделась Настя. – Мало. Очень мало. Но такие, как он, на дольше и не задерживаются.

– Вот и Лёши надолго не хватило.

– Я вот думаю. На всех этих видео, конечно, понятно, что он в своих командировках неплохо время проводит, но ведь факта измены там нет.

– Ну и что? Не мог же тот, кто снимал, в номер за ним идти. Зато есть, как он их лапал на этих вечеринках. Тимбилдинги, блин. Укрепляют командный дух во всех плоскостях.

– А зачем вообще этот оператор за ним хвостом ходил и все снимал? Прям папарацци для звезды Зареченска.

Руки в перчатках уже превратились в ледышки, как и ноги уже онемели от холода. Мы с подругой обнялись, прижимаясь друг к другу и передавая согревающий напиток премерзкого вкуса, но делать нечего, и маленькими глоточками удавалась его в себя заливать.

– Это как раз ты должна была выяснить. Кто этот доброжелатель и зачем он все снимал и прислал мне? – этот вопрос меня тоже очень мучил. Какая выгода у этого самаритянина?

– Выясню. Потом. Дела закрою. Сама же понимаешь, конец года. Начальство в истерике. Опять год закончился неожиданно. Кто же знал, что этот декабрь так сразу после ноября завалится на порог? – усмехнулась Настя

– Всегда так. Знаешь, я бы сейчас плюнула уже на все принципы и забралась бы к Лёше под бочок. Горячий, – сразу в голове возникла картинка, как он спит сейчас там в домике. В одних боксерах. Такой милый и такой желанный.

– Знаешь. Я сейчас уже согласна к Диме в постель. Согрел бы хоть. Маньяк мой.

Вот и правда, у дураков мысли сходятся, сидим две кукушки в лесу, мерзнем. А дома два горячих парня всячески нам прямым текстом намекали, что можно и без приключений на нижние девяносто прекрасно время провести.

– Смотри. Едет кто-то, – я махнула замерзшим носом в сторону приближающихся фонарей на снегоходах.

К нам приближались сразу четыре снегохода и слепили нас своими фарами, так что разглядеть ничего, кроме темных силуэтов, было невозможно. Но из-за того, что наши следы замело, а глаза залило, мы не поняли они едут с той же стороны, что и мы приехали, или нет.

– Тепло ли вам, девицы? Тепло ли вам, синие? – пошутила девушка, спрыгивая со снегохода и двигаясь к нам.

– Настя, это не по пояс! По колено максимум! – наехала я на подругу, пока остальные девушки, тоже приехав, шли к нам.

– Это же лес! Не весь снег до земли доходит, в кронах много остается. Да и не было столько снега еще, – миролюбиво пояснила одна из девушек.

– Как не было, а около дома тогда почему-по пояс? – удивилась Настя.

– Так там, когда чистят дороги и тропы, накидывают, – улыбнулась еще одна. Рыженькая. Красивая очень. Люблю ярких людей. – А вы тоже в Яхонтах отдыхаете?

Мы с Настей смотрели друг на друга вопросительно, и стало понятно, что ни я, ни она не удосужились узнать название места, куда нас доставили вчера после клуба. Не дождавшись от нас вразумительного ответа, девушки приняли решение за нас.

– Ладно, сосульки-красотульки. Едем к нам, греемся и решим, что дальше делать. Есть кому позвонить, чтобы вас забрали?

– А если нет, с нами оставайтесь! – предложила рыженькая. – Мы вчетвером отдыхаем. Корпоратив у нас чисто женским коллективом.

– Класс! – обрадовалась я. Я ведь такую компанию и хотела на праздники! – Некому звонить! Мы хотим к вам!

– А елка у вас там есть? – все же уточнила Настя, вспомнив Димин запрет.

– Да была во дворе какая-то. Она прямо там и растет. Ее просто нарядили и все.

– Супер! Нам подходит! – весело сказала Настя, и мы, весело болтая и знакомясь, пересели к девушкам на их снегоходы.

Интересно, почему они без мужчин отдыхают? Просто решили девочками собраться. Или они в принципе мужчин не любят?

Девчонки, веселые хохотушки, смеялись над нашим незапланированным пьянством на опушке и показывали нам все красивые места по пути, которые они тут обнаружили, пока катались.

Даже если они нетрадиционной ориентации, нам-то что? Мы толерантны и ни капельки не осуждаем их выбор. Даже иногда понимаем.

Подъезжая к их месту отдыха, я уже поняла, что это не то место, где мы были. Эти коттеджи намного богаче и больше наших домиков, и забором обнесена территория очень высоким, даже охрана на въезде и ворота автоматические. Мы-то выезжали через старенькие, покосившиеся. Да и территория этой базы была намного ухоженнее и наряднее. Все аллеи в разноцветных гирляндах. Под подстриженными кустарниками и красиво сформированными кронами деревьев – подсветка. Сказочно, волшебно. А жизнь-то налаживается!

Глава 11

Мы подъехали к большому дому, украшенному мигающими гирляндами-сосульками. Наверняка декорирован «под ключ» профессионалами, судя по всяким штукам из еловых веток, новогодних шаров и мишуры и различных светящихся фигур на американский манер.

– За нашим домом зона белок. Их там около сотни. Владельцы парк-отеля их кормят, да и постояльцы тоже балуют, вот они и обосновались тут, – сказала блондинка за рулем снегохода, на котором ехала я. Лиза, вроде. – Спрыгивай, приехали.

– А неподалеку есть дом с бассейном на втором этаже, и прямо из него горка в уличный бассейн с подогревом, – добавила еще одна девушка.

– Я вспомнила, мы тут были с Лешей и его друзьями. Они еще подогрев забыли тогда включить и весело проскакали попами по льду в этом бассейне, съехав с горки.

Девчонки рассмеялись этой истории, а я загрустила, вспоминая наши с ним моменты семейной жизни. Тогда казалось, что ничто в мире не может омрачить нашего счастья и сломать такую сильную любовь.

– Скорее в дом! – позвали нас наши новые знакомые.

Мы с Настей резво зашевелили замерзшими конечностями и устремились в сказочный домик. В котором грохотала музыка, несмотря на то, что все девушки были на прогулке.

– А у вас просто девичник или вы мужчин не любите? – решила уточнить я, чтобы понимать, какие темы не затрагивать с ними в общении.

– Почему не любим? Очень любим. Просто они нам на работе надоели. Мы танцовщицы, стриптиз-клуб «Голодная кошка», слышали?

– Нет. Это в Самаре?

– Да. Недалеко от набережной.

Это определение местоположения мне ровным счетом ничего не дало. Протяжённость набережной там ого-го какая.

В доме было тепло и уютно, новогодняя атмосфера была и тут. Просто как в американских фильмах, все в разных штуках красивых, даже не представляю, как они называются.

– Девчонки, вашу одежду лучше снять, так быстрее согреетесь, оставьте только белье, – посоветовала Марго, кажется, так зовут рыженькую. – Вот там возьмите пледы – и в гостиную.

– Сейчас будет готов глинтвейн, – обрадовала еще одна красотка, Лиза.

– Они все как на подбор, – заметила и Настя, что внешность у девушек модельная. – Ты тоже такая стройняха была. Шесть килограмм назад.

Завернувшись в нежные пушистые пледы, мы сидели в гостиной с девочками и пили глинтвейн из больших кружек с изображением оленей и саней Санты.

– У нас, конечно, много всяких противных извращенцев бывает, но есть и такие красавчики, тоже постоянные. Я даже в одного влюблена, тайно, – заговорщически сообщила Марго. – Он просто шикарный мужчина. Бывает у нас пару раз в месяц с друзьями. У них там один лысый есть. Так вот, у него голова пустая не только снаружи! Вечно на сцену лезет и к девкам подкатывает, обращаясь «мадемуазель», как будто он на променад вышел, а не в стрипе виснет.

Девчонки принялись травить байки о своих рабочих буднях в клубе, вспоминая смешные моменты, а я чувствовала, как в тепле меня развозит ранее принятый алкоголь. Как бомба замедленного действия, на улице пили, пили и не пьянели, а как зашли в тепло, накрыло беспощадно.

– Зря мы еще и глинтвейн пьем, – произнесла Настя заплетающимся языком и продолжила хлебать из кружки.

– У нас же баня тут есть! – воскликнула Лиза. – Сейчас растопим, а пока греется – потанцуем! Марго, найди нам что-нибудь веселое и танцевальное!

– Так мы же без одежды, все мокрое еще, снег налипший растаял, – пыталась возражать Настя и отказывалась танцевать в одном белье.

– Мы так каждый день танцуем! Вы хотите сказать, это аморально? Вы такие все принцессы, а мы падшие женщины? – обиделись девчонки.

– Нет! – спорила Настя. – Только сейчас-то вы одеты! Нам неловко.

– Тьфу ты. Девочки, устроим без-пижамную вечеринку?

– Легко!

Не знаю, как Насте, а мне уже не было неловко. Мне уже было очень хорошо и я точно определилась, с кем буду встречать Новый год. Определенно с этими девушками. Веселыми, компанейскими и без пафоса. Мне они нравятся.

– Девочки, а все-таки без елочки настроение не новогоднее, – сообщила я, уже решив, что нужно оторвать хотя бы одну веточку для елового аромата. Так как искусственные украшения совершенно этому не способствовали.

– На втором этаже стоит маленькая, давайте принесем, – пожала плечами Марго.

– Ура! – обрадовалась Настя и рванула на поиски главного новогоднего украшения. – Лиза, пойдем со мной!

– Слушай, а у твоей подруги кличка не Чума случайно? – поинтересовалась почти всегда молчавшая Соня. – Очень уж похожа на грозу Зареченска.

– Она и есть, – кивнула я, и мы опять врубили музыку, услышав один из веселых новогодних треков.

Но порезвиться толком не успели, в дверях возникли две обмороженные морды неженской национальности.

Что за незваные гости, я, конечно, поняла сразу, а девочки подбоченились и грозно на них взирали, пытаясь за красными носами, щеками и побелевшими на морозе бровями и щетиной опознать двух Санта Клаусов без подарков.

У Леши с Димой лица вытянулись от удивления. Наверное, не ожидали увидеть столько красивых девушек в одном белье. И если поначалу Леша хмуро огляделся по сторонам и, не увидев мужчин на вечеринке, уже довольно расслабился, то Дима продолжал шарить по комнате взглядом и даже направился к лестнице на второй этаж, не заходя к нам в гостиную. Наверное, услышал голоса Насти и Лизы, что-то громко щебечущих наверху. Мы с девочками, не сговариваясь, двинулись посмотреть, что он собрался там делать.

Настя попятилась назад попой в крошечных трусиках, ухватившись за макушку уже наряженной маленькой елочки, всего метра полтора высотой, а Лиза тащила ее же за ствол с другой стороны. Дима застыл внизу лестницы, от удивления открыв рот и округлив глаза.

– Лиза, в поворот не вписываемся, давай через верх перил! – командовала Настя, и Лиза послушно подняла ствол деревца вверх.

Дима двинулся им на помощь, видимо, но не успел. Что-то у девочек пошло не так, и елка полетела вниз, весело звеня игрушками, и приземлилась рядом с Димой, зацепив его многострадальную голову ветвями.

Настя и Лиза бежали следом и пытались догнать зеленую беглянку.

– Дмитрий Маркович! Миленький! Вы в порядке? – закудахтала Лиза, на что Настя заскрипела зубами громче музыки. – Хорошо, что не на вас упала!

– Что хорошего? – проворчала Настена. – Он же сейчас ругаться будет!

Пока все собрались вокруг пострадавшей елочки, ко мне пробрался Леша, плотоядно пожирая глазами. Мне, конечно, это польстило, что среди таких красавиц он не смотрит ни на кого и топчется вокруг меня, хоть и недобро.

– Ира, я тебя забираю. Хватит уже куролесить. Одевайся.

– А ты что тут раскомандовался? У нас девичник, вы чего приперлись?

– Совести у тебя нет, Ирка! Мы чуть с ума не сошли, когда ваш снегоход обнаружили в лесу! Я пол-леса оббегал, искал тебя. Все, домой! Быстро! – потерял терпение бывший, и я чуть и правда не рванула собираться, поежившись от его сердитого взгляда, но алкоголь в крови не разрешил мне быть послушной овечкой, и я, гордо задрав нос, проплыла как королева обратно в гостиную, присоединяясь к танцующим девушкам, которым неинтересно стало, что происходит вокруг, и они продолжили веселье.

– Ира! – опять зарычал мне в ухо Леха, догнав и обхватывая холодными руками. Хорошо, а то мне уже жарко давно. Но то, что он опять нарушил мой запрет, меня злило.

– Иди в баню! – наорала я на него в ответ и вспомнила. – Девочки! Баня-то, наверное, согрелась! Идем париться!

– Я с тобой! – заявил бывший и, не слушая возражений, закинул меня на плечо и, строго приказав никому не приближаться к жарким помещениям, поволок меня, не обращая внимания на мое сопротивление. И так и донес до разогретой баньки.

– Иди в парную. Я сейчас. Выберу, чем тебя наказывать, и приду, – распорядился Леша, задумчиво разглядывая стену предбанника, на которой висели веники всех видов на свете.

– Ой! – натурально перепугалась я, предвкушая наказание. – Березовым, он самый полезный, – посоветовала я Лехе, снимая белье как можно эротичнее. – Посмотрим, кто из нас больше будет страдать от наказаний, дорогой!

Глава 12

В парилке было всё отделано деревом, как, наверное, и во всех традиционных саунах и банях. Аромат разогретых хвойных досок вперемешку с запахом горячих камней в специальной емкости сразу настроили на расслабленное времяпровождение. А мысли, что через пару-тройку минут ко мне присоединится Лёха, меня заставляли трепетать, и я старательно выбирала выгодный ракурс, раскладывая свою тушку. Чтобы всё особо интимное было прикрыто, но при этом выглядело привлекательно. Вот ненормальная, как будто он меня никогда голой не видел.

Я решила не забираться на самую верхнюю полку не только потому, что боюсь оттуда съерашиться, но и потому, что там меня точно развезет от выпитого спиртного окончательно. Или сердце остановится от такой нагрузки. Растянувшись на нижней полочке, я прислушивалась к звукам в предбаннике. Если меня не подводит фантазия, Лёха там чай делает. Какой же он догадливый. Чай для меня сейчас – то что нужно. С травками какими-нибудь. Чабрец там или смородиновые листья. Блаженно улыбаясь своим мыслям, я совсем расплылась по полочке, что, даже услышав открывшуюся дверь, поленились повернуть голову к входящему бывшему, но одним глазом покосилась. Леша приволок большой веник и, покрутив его в руке, сообщил:

– Надо бы, конечно, тебя отшлепать, зай. Но я боюсь, твое сердечко не выдержит. Алкоголь и парилка – это перебор.

Пока я раздумывала над этой информацией, закрыв глаза, Леша отбросил веник и подошел ко мне.

– Ириш, – тихо позвал меня Лёха, присев перед лавочкой на корточки, – уснула?

– Нет. Я кайфую. Мне очень хорошо, – сказала я ему чистую правду.

– Я нашел тут штуки всякие бабские для бани. Намазать тебя? – предложил Лёха, впрочем, уже начал поглаживать спину безо всяких там банных косметических плюшек.

– Мажь, – разрешила я. Он же все равно не отстанет, так что же не попользоваться услугами массажиста бесплатно?

– Слушаюсь и повинуюсь, – обрадовался Леха и аккуратно нанес мне на спину прохладное и ароматное масло. Лавандовое. Медленно растирая мне его по коже, Леша не упускал возможности оставлять поцелуи везде, где хотел.

Хорошо, что глаза у меня закрыты, а то бы Леша увидел, как я млею от его нежных прикосновений, которые, впрочем, очень быстро сменились на настойчивые и однозначные. А я слабачка. Не могу устоять. Никогда не могла. Во мне уже температура была выше, чем в этой парилке. А наглец вовсе осмелел и уже совершенно не скрывал своих намерений, спускаясь все ниже и все больше заставляя меня поддаться желаниям и отключиться хотя бы ненадолго от всего. Совсем от всего.

– Перевернись, – хрипло сказал бывший, намазав меня до кончиков пальцев на ногах.

Повернувшись и встретившись с его взглядом, я уже поняла, что опять пропала. Его должность генерального в самой крутой рекламной кампании отложила на нем отпечаток. Его приказы не оспариваются и власть не подвергается сомнению. Жесткий и непреклонный, и, похоже, ему надоело делать мне поблажки и давать время изменить решение самостоятельно.

Еще и по-мужски красив. Волевой подбородок, четкий контур чувственных губ и тяжелый взгляд карих глаз, ярко подчеркнутых черными и густыми ресницами. У меня не было ни одного шанса не влюбиться. И разлюбить уже, наверное, не смогу никогда.

– А как же веник? Отшлепать там вроде надо, – все же попыталась я не поддаваться и сделать вид, что все еще держу оборону. Смешно даже. Как с промокашкой над головой, спасая прическу от ливня.

– Потом, Ириш. Иди ко мне, – Леша не стал ждать, пока я соизволю встать, и помог мне подняться на ноги.

Я, конечно, не успела забыть, какой он потрясный. Куда там забыть, если я фотки наши пересматриваю сотню раз в день.

Мы оба были влажные и горячие не только от температуры в бане, по-честному, не так уж сильно ее девочки и разогрели. Леша продолжал поглаживать меня, все теснее прижимая к твердому торсу . Наблюдал из-под пушистых ресниц за мной, хрипло говорил мне, что все равно мы поговорим потом, и не отводил своих карих глаз, потемневших в полумраке и в пару казавшихся почти черными. Несмотря на то, что и его тело предавало, он все еще настаивал, что нам нужно разобраться, но я уже растворилась в собственных ощущениях и не слушала его. Поговорить мне сейчас хотелось меньше всего.

От жары и возбуждения губы пересохли, и я не нашла лучшего способа это исправить, чем подставить их для поцелуя. Чем Леха тут же и воспользовался, перестав болтать, схватив мою голову обеими руками, набросился, как будто никогда меня не целовал. Пробегая пальцами по шее и чувствительному месту за ушками так, что я была готова мурлыкать от удовольствия. Сама к нему тянулась и дрожала от разбегающихся легкой щекоткой мурашек.

От этой короткой прелюдии вспыхнули искры, разрядами поражая нас и заставив не тянуть с основным блюдом.

– Держись за плечи, – прервав на секунду поцелуй, выдохнул Лешка и снова вернул мне вкус и страсть его губ и ласк шустро проникающего языка.

Его сильные руки сводили с ума, задевая все чувствительные зоны. Он знал все, что мне нравится, и умело доводил меня до черты невозврата.

– Не отпущу, – грозно прорычал Леха в момент, когда мне уже ничего было не интересно и не слышно из-за собственного вскрика и ощущений долгожданной наполненности любимым и единственным желанным.

А потом и вовсе все вокруг исчезло, и в этом мире остались только мы одни. Растворяясь друг в друге, как раньше, и забывая обо всем. Пока оба не достигли наивысшей точки наслаждения, утонув в поцелуе и делясь своими чувствами. Я была уже в полной его власти, как всегда. Безотказно подчинилась и отдалась, полностью открывая ему душу и сердце.

Выплывая из эйфории, я видела только его глаза напротив, которые были полны обожания, как когда-то. Он смотрел так на меня в последний раз очень давно. Эта мысль меня отрезвила, и, чтобы сделать ему больно, я не придумала ничего лучше, чем укусить его плечо, на что Леша рассмеялся и, опустив меня на лавочку, развалился рядом, кое-как протиснувшись боком и уложив свою буйную голову мне на живот.

– Ириш, я люблю тебя, – прошептал Леха. – Мне без тебя ху… худо совсем.

– А что ты тут улегся? – полюбопытствовала я, впрочем, не имея сил прогонять нахала.

– Ириш. Хватит, пожалуйста. Ну не было у меня ничего и ни с кем. Что ты там придумала, а?

Я опять собралась уходить в несознанку, так как раньше не видела смысла с ним разбираться. Зачем. Я все своими глазами видела. Но если первое время Леша ждал, пока я одумаюсь, полагая, что это просто глупый женский бзик, то теперь он действительно таскается за мной по пятам, и давать ему надежду нечестно. Пора ставить точку.

– Леша, все из-за твоих командировок вечных и того, чем ты там занимаешься в нерабочее время.

– Не понял, – нахмурил брови Леша, что не мешало ему продолжать гладить мой живот. – Я не изменял тебе.

– Ну, хорошо. Я расскажу. Мне прислали несколько видеофайлов и много фото. Везде ты с разными женщинами. То развлечения какие-то в одних плавательных костюмах…

– Ну, это, наверное, просто конкурсы эти дурацкие, все там участвуют, в этом нет никакого подтекста, даже если я кого то там на руках ношу, – возмутился Леша, кажется, начиная закипать в остывающей бане.

– Не перебивай, – твердо осадила я его. – На последнем видео ты весь вечер провел со своей бывшей девушкой. Танцевал с ней. Целовал ее. И потом вы вместе ушли в номер. Это стало последней каплей, Леш.

Леша молчал, не пытаясь более оправдываться, и я решила высказаться до конца, раз уж начала.

– Мне было больно, Леша. Очень больно. Наверно, я в тот момент почти умерла. А ты приехал через неделю как ни в чем не бывало, радостно всучил мне очередную побрякушку. Но я не буду жить во лжи и доверять тебе больше не могу. А без доверия…

– Я понял, не продолжай, – уставшим голосом сказал Леха, вставая и выходя в дверь, задержался, бросив через плечо: – Пойдем чай пить. Любимая.

Глава 13

Леха вышел в предбанник и загремел там посудой. Я немного покорила себя за проявленную слабость, но не особо старалась. Быстро сполоснувшись в душе, не успела подумать о полотенце, как оно появилось. Не само, конечно, притопало, а с помощью красавчика в одних боксерах. Нарядился, ёшкин кот. Все лучшее сразу. Носки и боксеры.

Леша протянул мне полотенце, но потом передумал и сам промокнул влагу с кожи, особенно тщательно старался на своих любимых местах.

– Фиговину эту на голове сама крути, я так не умею, – все же сдался он, покрутив вокруг головы, показывая, видимо, ту самую фиговину.

– Леша, а почему у тебя спина сильно загорела, а спереди загар не такой насыщенный?

– Потому что не умеют строить пляжные бары там. Сидишь за стойкой так, что только голова в тени, а спина на солнце жарится. Навес короткий.

– Здорово, – невпопад ответила я, задумавшись, что Леша никогда меня не брал с собой. Но я не обижалась, думала, что он там работает, а по факту он и расслабиться не упускал возможности.

– Пойдем, зай, поговорим.

– А у тебя все зайки? Чтобы имена не путать? – разозлилась я на пустом месте. Наверное, это был еще один повод сбегать от меня из дома. Я скучная, вечно в домашних делах, уставшая после работы и могу пылить без причины, если в голову взбредет.

Леша не посчитал нужным отвечать и, усадив меня за плетенный из ротанга стол – в такое же кресло, – деловито разливал чай из самоварчика. А ведь дома всегда говорил, что не мужское это дело – по кухне скакать.

Самовар электрический, расписной и пузатый, а на столе пряники и мед в красивых вазочках. Очень атмосферно и душевно все тут сделано. Но разговор начался не из приятных, не подарил душевного спокойствия в такой обстановке.

– Ира, – подняв на меня свои карие глаза, начал Лёха. – Я дал тебе достаточно времени подумать? Две недели, Ира, я ждал. Две недели я думал, что ты объяснишь мне, что произошло. Две недели я позволил тебе делать все, что тебе и твоей безбашенной подруге взбредет в головы. Две чертовых недели я надеялся, что ты перестанешь уходить от разговора.

– Я не ухожу. Просто не о чем больше говорить. Ты, конечно же, считал, что завел себе послушную, глупую жену с встроенными функциями стирать, гладить, готовить и делать прочие домашние радости «выходного» дня женщины?

– Я думал, что нашел женщину, которая любит меня так же, как и я ее. Но она даже не посчитала, что я достоин разговора. Или это месть такая? Заставить меня жить в аду эти две недели, не понимая, почему любимая жена внезапно превратилась в стервозную бывшую? – сердито засверкал глазами Леша, не замечая, как кладет уже десятую ложку меда себе в чай.

– Отстань от меня. Что тебе, баб мало? Судя по тем фото и видео, ты их способен на ощупь уже различать! А бывшую так вообще, наверное…

– Перестань, Ира. Не было ничего. Ты должна мне верить…

– С чего это? И вообще, мне уже это неинтересно!

– А в бане сейчас только что было? – рассвирепел Леха, подлетев ко мне.

– А что такого? Мы свободные люди. Что хотим, то и делаем, – пожала я плечами, насколько могла в капкане упирающихся в стол по бокам от меня рук.

– То есть поговорить с мужем тебе в голову не пришло? Ты сразу решила серпом по яйцам, да? Развод и баста?

Я молчала, потому что, если честно, не хотела с ним говорить, боясь услышать неприятную правду о самой себе.

– Хорошо, детка! Свободные так свободные! – не стал долго ждать Леша и, выдернув меня из кресла, повернул к себе лицом. – Только ты же в курсе, что времени у меня немного свободного?

Я кивнула, не понимая, к чему он клонит, точнее, догадывалась, но мне это не понравилось.

– Так вот, – продолжил Леха, зло чеканя слова, – встречи по расписанию, в остальное время прошу не беспокоить. И да. Я съеду, как ты просила. Договорились?

– Договорились, – кивнула я, уверенная, что придумаю что-нибудь обязательно, но потом. Когда он не будет так близко обнимать и завораживать, лишая меня способности здраво мыслить. Еще и в нетрезвом состоянии. В совокупности факторов миссия невыполнима.

– Отлично! Первая встреча прямо сейчас! – сообщил Леха, стискивая меня крепче и целуя.

Сейчас так сейчас. Я и не против, тем более все равно завтра все можно будет списать на алкоголь.

– Только учти, Иришка, – между поцелуями продолжал угрожать бывший, – спрашивать, где я и с кем, ты больше не сможешь. И я не обязан брать телефон, если ты позвонишь, когда мне неудобно ответить.

– Конечно, Алешка! – согласилась я. – И симметрично. Удовлетворен?

– Нет еще, – прохрипел Леха, кусая мочку уха и раздевая, развернул меня к столу.

– И ты должен переехать до Нового года, – пыталась я воспользоваться ситуацией.

Ответить Леха не успел: в двери начали стучать, требуя выходить немедленно, как на пожаре, ей-богу, раскричались девчонки хором, так что понять, что случилось, невозможно. Кроме мелькающего в криках имени моей подруги.

– По одной, – рявкнул Леша, разозлившийся, что нас прервали, впуская Соню и Марго, требуя излагать понятнее.

– Настя с Димой дровник развалили. Все дрова по двору разбросаны.

– Ну и что? – продолжал злиться Леха. – Завтра приедут, уберут.

– Да нам скидку дают в пятьдесят процентов, только потому что мы всегда дом сдаем в идеальном состоянии! Надо идти всем вместе и собирать!

Девушки еще немного поспорили с Лехой, но в конце концов он сдался, пожалев девчонок и их бюджет на следующий приезд сюда.

– Как они его умудрились развалить?

– Настя пошла за дровами для камина, а Дмитрий Маркович набирал там их же для мангала. Шашлыки же у нас, – радостно сообщила Соня, – помните, как летом в кошках на улице делали? Маринад суперский, да?

Я не с первой секунды навострила уши, заботясь больше о том, что мне на улице после бани находиться нежелательно, но все же фиксировала, что с Лешей девушки явно знакомы хорошо. И не так давно даже шашлыки в их клубе отведал, козел!

– Как развалили дровник? – напомнил Леха, о чем спрашивал Соню, а Марго уже ушла к мангалу.

– А, это. Настя отказалась от помощи донести дрова до дома и решила подвезти их на снегоходе. Привязала к нему эту штуку, в чем дрова носят, и поехала. Короче, дальше как – не знаю. Но Настя утверждает, что это Дмитрий Маркович ей веревки перепутал и к снегоходу она привязала другую, которая была обвязкой, что ли… и вот результат, смотрите.

Поленья действительно были явно не из маленькой переноски для камина. Их тут валялось сотни две по всему двору. Настя, уже в своей одежде, бродила по сугробам в одиночестве, поднимая по одному полену и таская их в дровник. Дима стоял у мангала с присоединившейся к нему Марго и просто наблюдал за подругой, гадко ухмыляясь. Мне стало ее так жалко, особенно, когда трижды проходя мимо нас, она бормотала:

– …двести шестое… пятьсот сорок второе… тысяча сто восьмое… – жалостливо посмотрев на брата, явно плохо считающая Настя вздохнула и поплелась дальше.

– Ириш, в дом идите с Настей, я разберусь, – доставая телефон, сказал Леха. Хорошо, конечно, когда он рядом, он всегда знает, как правильно делать. Не сомневаюсь, что сейчас найдет кого-нибудь тут в помощь. Тусовщик. Везде всех знает и в любом месте найдутся люди, с кем он где-либо пересекался.

– Настен, – позвала я подругу, – пойдем в дом. У Алексея Владимировича везде связи, от стриптиз-клубов до главных по дровам. Без нашей помощи справится.

Настя радостно обняла Лешку и, звонко чмокнув его в щеку, потащила меня обратно в баню.

– Помирились? – лукаво спросила меня подруга, растянувшись на полке.

– Насть. А вы все меня за нос водите, да? Ты ведь Лехе позвонила, сказала, где мы?

– Я. Просто… Я тебе уже говорила. Мы обе знаем, что он тусовщик и любит всякие мероприятия веселые. Но не верю я, что он с ней… да и вообще. Он любит тебя.

– Видео есть.

– Да. Поэтому пока мы не разберемся, я на твоей стороне. Но и позволить ему в лесу нас искать до утра, это слишком, Ириш. И я не вожу тебя за нос. Хоть Лешка и просил.

Молча согласившись с подругой, немного согревшись, вышли в предбанник и решили сменить тему на более первостепенную.

– Насть, с этими девочками я теперь не хочу на Новый год. Они хорошие вроде, но то, что Лешу знают как клиента своего, меня напрягает, и не смогу я просто… не хочу об этом думать вообще, а тем более в новогоднюю ночь.

– В среду корпоратив у молокозавода. Пойдем?

– Пойдем, – вздохнула я, ну не на улице же к людям приставать: «Возьмите меня к себе под елочку».

Вдоволь попарившись уже в разгоревшейся бане и выпив литров пять чая, мы решили отправиться спать.

Во дворе работали два парня, собирая дрова обратно. Молодые люди, увидев нас, весело поздравили с наступающим Новым годом и позвали присоединиться к их вечеринке в домике у самого пруда.

– Девчонки, у нас там площадка расчищена, на коньках можно покататься! – уговаривал лично меня высокий блондин. Ничего, приятный внешне, но я не люблю блондинов.

– Мы подумаем, – ответила за нас обоих Настя, – а пока нам в дом надо, мы после бани!

– Будем вас ждать, девчонки! Приходите!

– Или мы вас придем и украдем, – пошутил второй мужчина, жонглируя поленьями. Гора мышц просто. Его же не прокормишь. Ужин в промышленных масштабах готовить надо.

Парни нас развеселили, и мы с Настей, улыбаясь, забежали в дом, где настроение сразу испортилось у обеих. Все девчонки сидели за столом, облепив со всех сторон Диму и Леху, которые как коты на весеннем солнышке довольно улыбались, пялясь на полуголых красоток. Они, скорее всего, забыли, зачем сюда вообще приехали и наслаждались жизнью в полный рост. А что, все прекрасно. Шашлыки, салаты и девушки в одном белье. Что ещё желать?

Глава 14

У меня не было мыслей, что делать теперь, когда Леша то, что хотел, получил и снова пустился в привычный ему режим развлечений. Но зачем мне думать, когда для этого есть Настя.

– Ира, я не хочу тут оставаться. Есть идея. Сушим волосенки, красим глазки и в гости.

– А Аня? Она же за нами приедет туда, в то место?

– Сейчас, – Настя унеслась к Лехе и, взяв его телефон, позвонила подруге, опять проболтав с ней минут двадцать и обрадовав, что забирать нас не надо.

– Насть, а как мы поедем отсюда? – насторожилась я ее решению.

– А вот так! – продемонстрировав мне кредитку Лехи, показала Настя. – Пин-код я знаю. Будет думать в следующий раз, прежде чем меня в магазин посылать! Он же не привык сам. Ты на побегушках была раньше, у него голова об этом и не болела!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.