Алукард Огнеяров
ZAW

Глава 1. Заградительная стена

Первый выход за заградительную стену я запланировал через три дня.

Восьми метровая стальная сетка с навьюченными колючкой вихрами, отобьёт чьё угодно желание пробраться за её пределы. За ней вторая, из бетона, серая двенадцати метровая непреступная гряда. Между ними пространство в десять метров.

Если мыслить как человек, то первая стальная стена уже является непреодолимой, а видимая сквозь неё вторая серая, тем более отнимает всякое желание пытаться проникнуть за неё. Только это совсем никому не нужно. Все кто попал на эту сторону, больше никогда в здравом уме не захотят обратно, как не проберутся уже и на ту сторону, даже имея на это большое желание. Все кроме меня.

Расставленные каждые триста метров вышки с пулемётами не способствуют желанию пытаться. Как и пятидесяти метровая полоса минного поля между стенами и контролирующими эту часть пулемётами. Противоборствующая сторона это наша. А та что за неприступной стеной, обходящей заброшенный город геометрически неровным кольцом, вообще не думает в большинстве своём. Им как-то всё равно. На то что думаем мы, на нас и на стену им в принципе одинакого безразлично. Для них всё едино. У них своя беззаботная жизнь. Жизнь в изоляции огромного города-мегаполиса. Оставленного почти всеми, кто не пожелал мириться с новым порядком. Впрочем с нашей стороны, за последние три года всем тоже стало всё равно. Особенно последний год – как-то смирились уже. Привыкли. Особенность психики людей.

Прогуливаясь вечером вдоль последней полосы, где начинались предупреждающие знаки, я поймал только несколько безразличных усталых глаз, выставленных на пограничную заставу молодых но весьма подтянутых солдат. Больше их внимание привлекала моя крупная собака. Я не то чтобы часто с ней здесь ходил, но моя хорошая знакомая – она же её хозяйка, второй день ухаживает за захворавшим сыном трёх лет и мне выпала возможность пройтись здесь без особых подозрений.

– Как зовут? – спросил меня сидящий у поста молодой скучающий солдат, давно наблюдающий за собакой.

– Риджи.

– Красивая. Я такую же хочу завести. Да подруга не радуется им. У неё коты да кошки на уме. Но я знаю, что в доме нужна собака. Она и не предаст и верна будет до конца жизни. И об опасности предупредит и врага почует вовремя. Риджи–Риджи, подходи… – он вытянул руку с пирожком из кармана. – Иди ко мне. У меня для тебя кое что есть вкусненькое. Ты не против?

– Не, – я положительно ровно кивнул. – Она ещё без ужина.

– Порода чистая, я в этом понимаю, – он гладил её, пока она быстро ухватывала один за другим все его пирожки. – На ещё. У меня смена кончается. Я лучше сразу домой и на горячее. Нечего всухомятку тут есть. А ты я смотрю, любишь пирожка да? – он стал улыбаться, как мальчишка первому щенку и обратился ко мне. – Не ощенилась ещё?

– Нет, но ещё несколько месяцев и будет первый приплод.

– Слушай. Давай я первый в очереди буду на выбор.

– Да легко.

– Я здесь каждый четвёртый день, сутки. Найти меня нетрудно.

– Ладно, тебе первому скажем. Да Риджа? – собака понимающе посмотрела на нас, кивнула и облизнулась, словно за верный ответ получит ещё пирожок.

– Ишь молодец. Спасибо.

– А как служба вообще? Есть прорывы по периметру?

– У нас с Западно-восточной всё тихо. Сам видишь. А вот на Восточно-северной четверти сейчас укрепляют.

– Нашлась лазейка? Опасность есть?

– Я всех подробностей не знаю. Но инцидентики всякие случаются. Давно не было, уж год как. Вроде тихо, мирно, а вот нет. Неспокойная часть там сейчас. Основная часть стянута сейчас туда сил. Для контроля. Так что думаю опасаться пока нечего.

– Ясно. Значит крепка наша часть стены, – к своей досаде сказал я и плавно пошёл, ведя Риджу на коротком поводке в обратную сторону.

– Да. Беспокоиться точно не о чем. Особенно с Риджей, – солдат улыбнулся и пошёл в свой пункт.

Вернув собаку хозяйке, я вернулся домой сам. Выходила не очень красивая картина. Периметр по-прежнему неприступен. Что же, того и следовало ожидать. Солдат верно сказал. По моим и другим данным, за год, не произошло ни одного проникновения за стену. А вот внутрь? По статистике проникновения внутрь у меня данных не было. Это часть строго держалась в секрете и для обычных людей тема была строго закрыта. Хотя было очевидно, есть четыре главных официальных входа с укреплёнными по всем правилам воротами. Пробраться через них – ещё менее реально, чем перелететь как птица. Хотя я предусматривал и такой план. Но он был сложен и длителен в подготовке и осуществлении. А времени у меня не было.

Этим же вечером у меня была встреча. Тайная. На границе дальней части поселения у заградительной стены и лесом.

Мужчина средних лет и роста явился на встречу вовремя. Аккуратная и ровная причёска каштановых волос, серый джинсовый костюм, чистые ботинки. Внимательные серые глаза и общая собранность. Я вышел из тени леса навстречу

– Лиис, – протянул я руку

– Яр.

– Пройдёмся, Яр. Разговор к тебе есть, – мы пошли вдоль леса.

– Павел мне ничего не сказал.

– Всё верно. Он должен был лишь предупредить. Нужна услуга по твоей специальности.

– По моей специальности я инженер-электрик.

– И ты знаешь, как попасть за стену.

– Есть идеи. В теории попасть мы сможем.

– Послезавтра.

– Ну, – Яр задумался. – Ну, можем и послезавтра. Но тогда выйти мы не сможем с неделю-две. Если не через месяц.

– Меня интересует только проникновение. Дальше мы можем разойтись. То есть чтобы ты понимал, тебе необязательно идти со мной. Главное устроить моё проникновение за стену.

– Так не выйдет. Я смогу тебя завести. Но выйти не смогу некоторое время. Просто стоять с той стороны и ждать тебя или время, у меня-то как раз не выйдет. Придётся волей неволей нам идти вместе. Я про это. Как ты далеко хочешь зайти?

– Я иду к центру.

– Тогда я иду с тобой.

– Зачем Яр?

– А зачем идёшь ты?

– Извини это личное.

– У меня тоже, – он сделал паузу. – Личное. Так что нам по пути.

– Твоя цена Яр?

– А что у тебя много денег?

– Деньги есть.

– Меня не интересует, то что ты можешь дать мне здесь. Но мне нужен напарник, чтобы дойти до центра. И главное – чтобы вернуться потом обратно.

– По глазам вижу Яр. Ты мне подходишь. Помоги мне пробраться внутрь и я доведу нас до центра. А потом так же выведу нас. Когда будет удобное время для выхода – по твоей части.

– Лиис, а ты бывал ранее за стеной?

– Да.

– Много раз?

– Раз в две недели – два года подряд. Пока не возвели окончательную стену и не перекрыли любые пути входа.

– Хм. Хорошо Лиис. С тобой у нас высокие шансы.

– Всё верно. Павел мне посоветовал сапёра.

– Да, я минёр-подрывник.

– Отлично. Где работал?

Действовал в рамках своих обязанностей, первые два месяца, в составе больших и малых специальных групп.

– Почему перестал?

– Ресурсы закончились. Операция по спасению провалилась. Необходимость прошла.

– Ясно. Всё как у всех. О характере моей работы спрашивать не будешь?

– Нет. Мне всё понятно. Твои вылазки раз в две недели в течении двух лет – говорят сами за себя. Мужик ты я вижу серьёзный.

– Значит договорились.

– Да, – мы крепко пожали друг другу руки.

– Тогда завтра ночь-день на сборы. Вечером после пяти – будь у меня. Я тут через две улицы обитаю. Напротив белой опушки – одинокий дом мой. Выступаем ночью, куда скажешь.

– Да, понял. Завтра у тебя буду в пять ноль-ноль вечера. Готовность два ночи. В три выступаем.

– Лады.

Глава 2. Выход

На следующий день пунктуальный Яр был у меня дома в пять вечера. В два после короткого инструктажа, мы уже сидели наготове у меня в прихожей, в полном походном снаряжении и балаклавах.

В полтретьего за нами, как и положено по моей договорённости заехала машина без опознавательных знаков. Водитель в целях конспирации и сам был с платком на лице. Сев на пол в крытый кузовной отсек, мы закрыли двери и поехали. После двадцати минут объездных кругов, мы выехали на главную дорогу и поехали к точке заброса. Яр указал водителю направление в стороне, на обочине у дороги, на самом краю селения и тот остановился.

Машина остановилась на пару минут. Я открыл люк в полу и включил самый тусклый режим фонарика.

– Назад плавно сдавай, я скажу когда всё, – сказал Яр водителю и машина легко покатила назад. – Ещё, ещё. Всё! – одновременно хлопнул по стенке ладонью Яр.

Откопав ладонями люк, Яр подцепил его монтировкой и я помог ему оттащить его в сторону. Далее Яр спустился первым. Затем я. Водитель перелез в кузов и присыпал люк обратно песком и землёй. Пока мы спускались по длинной, ржавой, вертикальной лестнице, он закончил и успел отъехать. Ему предстояло выехать за территорию селения, чтобы не оставлять никаких следов заброса. Мы спутились вниз, а Ян достав взрывчатку, поднялся наверх и заложил её у основания люка.

– Зачем?

– Нужно всё устроить так, чтобы создалось впечатление, что это прорыв наружу. Так нас не будут искать и не отправят никого в погоню. Хотя в серьёзную погоню я особо не верю. Военным внутрь особо не надо.

– Да, логично.

Далее, следуя по старой заброшенной канализации, мы шли некоторое время, пока не добрались до толстой стальной решётки. Используя термитные стержни, Яр срезал несколько основных толстых прутьев, чтобы мы прошли. Через несколько поворотов мы добрались до главной проблемы. Высоко идущий свод канализации в этом месте был завален, а местами зацементирован в одну сплошную стену.

Яр достал всю имеющуюся при нём взрывчатку и стал методично её раскладывать кольцом у основания стены. Когда он закончил мы ушли за несколько соседних поворотов и присели.

– Готов? – просто спросил он и я кивнул.

– А потолок не обвалится?

– Нее. У меня взрыв направленного действия.

– Тогда да.

Яр вжал пуск дистанционного детонатора. Хлопок был ощутимый. Прождав пять секунд, мы пошли обратно. Сквозь подсвеченные нагрудными фонариками клубы дыма и пыли мы дошли до округлого отверстия сквозь стену. Пробоина взрыва бала почти ровная, метр на метр. Мы пролезли на ту сторону.

– Отлично, – прокомментировал я.

– Да, теперь побежали.

Через пять минут Яр взорвал наше место заброса. Взрыва мы не услышали, слишком далеко ушли. Он знал куда мы идём, так что через пятнадцать минут, мы уже вылези из подвала старинного заброшенного здания. Вдоль заградительной стены уже светили прожекторы и лучи фонарей. Искали всё равно по обеим сторонам. Но за нами скорее всего далеко не пойдут. Тем более из своего здания мы проникли в соседнее, а дальше потерялись на узких улицах заброшенного района.

Когда мы ушли достаточно далеко, то перешли на шаг. Началась не самая безопасная жёлтая зона. Безопасная зелёная зона осталась за пределами стены. Я достал из-за спины винтовку и устроил её на ремне справа на бедре, стволом вниз. Яр тоже перевесил пистолет-пулемёт поудобнее на живот.

– Заброс устроил безупречно, – очень тихо заговорил я. – Твой «Тетерев» с интегрированным глушителем, весьма скорострельная машинка и почти беззвучная. Всё хорошо, но далеко с такой не уйдёшь. – Критически отметил я его главное оружие.

– Смотря где ходить Златозар, – подёрнул плечами Яр. – Я же не разведка. Твою последнюю версию АСМ Вал, достать было негде – раз, не по карману – два. К тому же мы ещё не дошли до моего схрона.

– Другое дело. Только это не АСМ Вал, а его славный потомок. Их сейчас только в музеях искать, старых хранилищах. Сходства у них только визуальные остались, а вся автоматика усовершенствована. Болезни вылечены. Даже сплав другой стал.

– В деле покажешь. Был у меня ещё аварийный вариант – протаранить главные ворота на бронетехнике. Угнать заранее у военных. Но вся мощная техника давно уехала. И нет у нас столько времени. Тебе же срочно надо было. Сказал бы заранее. Всё бы сделали с шумом, эффектно.

– Да, знаю. Северо-восточный сектор обслуживает стену. Им нужнее техника сейчас. Опасная это затея ворота на скорости ломать. Да и завалы плит не дадут.

– Ты меня недооцениваешь. Был бы у месяц, я бы такую технику пригнал, что можно было бы прямо сквозь стену пройти. После пары-тройки выстрелов прямой наводкой. Да справятся. Народу много. С вышек постреляют. Пока временную делают. А потом нормальную возведут попутно.

– Хм, да. Армия уже не та верно?

– То что от неё осталось. Два года войны и карантина, какую хочешь страну поставят на колени. Я раньше, всё хотел переехать. Наймитом податься. Перспективы сапёра, они знаешь ли безграничные. Военных конфликтов давно нет. Коммандировки на ближний восток мои закончились ещё тринадцать лет назад. Я самый огонь был. Молодой. Затосковал даже. Работы почти не было для меня. Так лишь, совсем молодых учить уму разуму.

– Так тебе сейчас сколько Яр?

– Тридцать семь.

– Семья дети?

– И семья и дети. Двое. Мальчик, девочка. Год назад из службы попёрли.

– Не может такого быть. Профессия актуальная.

– Может-может. Я здесь внутри сначала, а потом на Северо-западной стене пару первых лет служил, пока заварушка была. Единственная отрада. А потом был уволен, когда наш нетрезвый полковник подорвался там, где я по приказу заминировал подступы с внутренней стороны. С тех пор, уже полгода безработный.

– Устроиться обратно не пробовал? На другую часть. Стена большая. Ценные кадры нужны везде.

– Нет. У меня отпуск был. Уже хотел вернуться, как вдруг ты на меня вышел.

– Так ты стал по сути вольным наёмником Яр.

– Как и ты Златозар.

– Я не наёмник. У меня здесь дело есть.

– Так у меня тоже, – он заулыбался. – Просто мы деловые люди.

Последнее он сказал таким комическим тоном, что мы чуть не засмеялись беззвучно в кулаки, и засмеялись бы, если бы не…

– Контакт, – сказал я очень тихо, как вдруг встал как вкопанный, остановил его рукой и мы присели на одной колено в изготовку.

– Ничего не вижу, – сквозь темноту, попытался что-то увидеть Яр.

– На одиннадцать часов, силуэты. Отходи пока за ту нишу в сквере. Я за тобой сейчас приду.

– Добро, – низко-низко пригибаясь, тихо ушёл мой спутник.

Я приник к оптике ещё раз. Высококонтрастный, четырёх-кратный оптический прицел явил мне трёх человек. Один стоял на белой красивой лоджии второго этажа и спускал что-то в мешках своим подельникам, стоящим внизу. Чуть вдалеке от них, правее уже обозначились первые любопытствующие. Видимо они немного были шумнее, чем нужно быть ночью.

Я приподнялся и посеменил к Яру, залёгшему в оборонительную позицию, чтобы меня прикрыть. Сквер хоть и был заросший, но хорошо просматривался во все стороны. Приди кто сюда, мы бы сразу заметили.

– Кто там не спит? – спросил Яр.

– Мародёрка.

– Так ночью не ходят же.

– Так обычные люди нет. А разведка только ночью и ходит по долгу службы. Ну и мародёры тоже, они самые бесстрашные.

– Скорее самые отмороженные.

– Тоже верно. Пошли, обойдём по кругу правее. Там сейчас к ним в гости придут. Глянем что да как вообще. Если начнётся заварушка, обогнём ещё большим кругом, нам ночные встречи ни к чему.

– Согласен.

Мы вышли и ближе к концу сквера, сидя в заброшенном фонтане, застали сцену, как один мародёр сбежал, а двое стали отбиваться увесистыми дубинками от пришедших зевак.

– Это вот они мертвых разбудили? – показал в них рукой Яр.

– Да. Только их мёртвыми уже давно не зовут если что.

– А как зовут? – удивлённо спросил Яр.

– Любопытные.

– Как нежно. Впрочем, везде их зовут по-разному. Главное чтобы они на зов не приходили. Как думаешь, отобьются? – спросил он меня, потому что между нами было метров сто, а я смотрел на них в оптику.

– Жить захотят, отобьются.

– Ну я за них в целом. Пусть отбиваются. Не охота ещё один круг давать, если вдруг они начнут пальбу в ночи и сюда их стянется с десятки.

– Да здесь и сотнями стянутся. Если долго палить.

– Так ты спец в этих делах Лиис? Часто ночью ходил?

– Ходили. Часто.

– Я вот нет. Я всё больше под прикрытием. Днём. По проторенным дорогам. Работа у меня другая была. Для меня здесь ночные вылазки – в новинку.

– Всё. Отбились. Уходят. И мы уходим. Вон вдоль посадок. Домами что-то нет у меня желания пока идти.

– Чувствуешь?

– Да.

– Это хорошо что чувствуешь Лиис. Дольше жить будем.

Вскоре не потребовалась даже оптика. Очень малая часть любопытных стала в полу сне бродить бесцельно по округе. Чем была вызвана бессонница, мы знать не могли. Потому что мародёры справились в тишине и привлечь никого не должны были. Впрочем активность нам на руку. Меньше шансов встретиться с кем-нибудь из живых людей. Большая часть любопытных, удачно притворялась мёртвой, лёжа в разных, самых непредсказуемых местах.

Мы ступали тихо и мягко. Едва начинало светать. Так что вскоре, дабы не светиться самим, мы вышли на большую улицу и прижались к стене первого попавшегося, треугольной формы семиэтажного дома, в длину, по меньшей мере с полкилометра. Прокарабкавшись по стальным решёткам и художественному рельефу стены, мы оказались на пятиметровом балкончике третьего этажа, с давно выставленными на него высохшими цветами. В сильных сумерках, Ян расковырял своими инструментами раму окна и мы беззвучно влезли в пустующий зал.

Когда мы оказались внутри и поставили раму с окном обратно, свет с улицы проник внутрь здания. Почти нетронутый зал с пианино, несколько рядов лавочек и чистый ковёр, всё то что было доступно для взора.

– Думаешь в доме никого нет?

– Почти никого не должно быть. На окраине всегда мало признаков жизни и любопытных. Все стремятся к центру. Там шансов на выживание по определению и больше и меньше.

– Парадокс, – мы проверили массивные старинные двери. Двери все заперты на ключ.

– Ключей у нас нет. Предлагаю четырёх часовой отдых. Пока есть возможность. По два на брата. Потом завтрак.

– Я за, – быстро стал раскладываться на полу Яр. – Прошлую ночь не спалось. В эту тоже не очень. Сейчас усну сразу. Устал я.

– Хорошо, – я осмотрел светающую округу в оптику. – Я в дозоре. Укладывайся подальше от окон.

– Само собой. Мне у пианино комфортно. Люблю музыку.

– Так это мы удачно зашли, – я улыбнулся, а Яр уже провалился в сон, едва вытянул ноги и положил голову на свой подсумок.

Когда я уже задумался о вечном, наблюдая все признаки готовящегося рассвета, по будильнику на часах, проснулся Яр.

– Доброе утро Яр. Всё тихо. В моём подсумке есть завтрак. Если хочешь налегай. Я на полтора часа прилягу.

– Доброе. Лады.

Едва я положил голову на ладонь, используя вместо подушки рюкзак, как сам быстро уснул.

– Доброе утро Лиис. Я как раз чайку вскипятил. Давай по чашке.

– Доброе. Отлично, – мы сели завтракать. – Днём будет жара. Пойдём сначала внутри зданий, они здесь почти непрерывны. Почти до самого ЖД депо.

– Ага, я видел на карте. Потом после ЖД депо, заглянем в мой схрон. Там недалеко нам. Потом моё время и силы, на твоё усмотрение. Пока не дойдём до центра.

– Хорошо. Ты с собой всегда чаёк берёшь в дорогу?

– Обижаешь. Я без чайка, даже из дома не выхожу.

– Раньше бы тебя в мой отряд, – я усмехнулся.

– Никогда не поздно, – усмехнулся и Яр.

После хорошего завтрака, мы собрались уходить, как не тут-то было. Дверь оказалась настырная и даже после того как мы вывинтили её замок, она отказывалась открываться словно приморозилась.

– Может её этого… – вытер пот со лба Яр. – Денёк чувствую, будет очень жаркий.

– Будет. Ещё какой жаркий. Нет. Только не этого. На шум столько придёт…

– Нам бы взломщика… Да где его уже взять. Всё своими руками приходится делать. А это не совсем моя работа. Хоть и инструменты почти все есть.

– Как там говорится – просите, да дано вам будет.

– И не говори, – Яр поднажал и дверь впервые поддалась.

Так как полностью открывать дверь нам было не нужно. Мы протиснулись без части снаряжения и вновь одев его, пошли по коридору. Я сменил винтовку на пистолет с глушителем. В пространстве с ограниченной видимостью так сподручнее. Яр остался при своём «Тетереве». Он у него весьма малогабаритный. Даже с вытянутым прикладом и глушителем. Самый раз в общем, по зданиям шастать. Мой потомок Вала тоже не особливо длинный, но тут уж – кто с чем привык работать.

Первым, мягкой поступью по на редкость чистым коврам в коридоре шёл я. Выходило это была часть музыкального учебного здания для детей и подростков. Так как наш этаж оказался тупиковым, мы спустились на второй. Где нас и встретил застрявший в декоративной оградке консьерж. Он просто смотрел на нас и мычал. Пока не получил от меня пулю в лоб. Больше не было никого. Неудивительно впрочем. Мародёров художества, высокое искусство и музыка не интересуют. Даже спустя три года. Похоже мы тут первые за столь долгое время. Я поднял гильзу с ковра и забросил туда же, где лежал консьерж.

– А это зачем? – спросил Яр.

– Привычка конспирации. Видишь как чисто теперь. Словно нас тут никогда не было.

– За исключением выломанной рамы и двери.

– Мы бережно. Без почти имущества.

– Это да.

Коридор второго этажа уходил и разветвлялся по всей длине. Лишь иногда приходилось подниматься всё выше. Чтобы исключить лишних столкновений с любопытными. Да и мало ли кто здесь мог обосноваться. Лёгкие признаки заброшенности в виде мелкого мусора всё же проявлялись.

Переход в другое здание был через четвёртый этаж. Эту часть коридора мы прошли гуськом, чтобы не привлекать лишнее внимание в большие окна. Дальше открывая, за собой одну за другой двери, мы наткнулись на целую группу любопытных родителей, оставшихся здесь волей случая взаперти, либо укрывающихся с тех самых старых пор. Так как одежда почти на всех была соответственная – старая и парадная. Одиночными в головы мы ни кого не оставили без внимания. Когда последний присел обратно в кресло, откуда встал, Яр перезарядился, убирая недоразряженную обойму, в поясничный отдел. Я перезарядился быстрее его. Но отметил, что с огневой подготовкой у него всё на должном уровне.

– Норматив выполнил, – сказал я, чтобы он не был очень серьёзен.

– Кто не выполняет – долго тут не проживёт. Проверенная аксиома.

– Ну, раз у всех хорошее настроение. Продолжим в том же духе.

– Ага.

Продолжать больше не пришлось. Здание имело дальше сквозняк, а значит где-то были открытые двери и окна, а значит все входящие могли уже давно выйти. Это было нам на руку. Патроны тратить не надо. Нервы тоже.

Глава 3. Жёлтая зона

По мере наступления утра, температура воздуха за окном начинала доходить до предельной отметки. Если ранее стояла жара в тридцать градусов, то сегодня она дошла до тридцати семи. Естественно в целях конспирации большую часть пути, мы старались пройти заброшенными зданиями. Там, где можно было не шуметь, мы старались идти по кошачьи, чтобы спящие любопытные не сообразили, что это мы крадёмся и принялись нас встречать сипением и ворчанием, как это у них в основном было принято.

Иногда правда не удавалось. При одном таком бесшумном проходе, совсем обветшавшая за долгие годы женщина, порывалась ухватить Яра за ногу, за что получила нож в голову.

– Завтрак надо заработать, – спокойно сказал Яр, вытирая и пряча нож. –

– Патроны экономишь?

– Необязательно. Если так и дальше тихо идти, то совсем скоро и до ЖД депо дойдём.

Стычек больше не было. Мы умудрялись обходить скопления как спящих, так и бесцельно бродящих. Заросшее железнодорожное депо казалось бы слишком уж заброшенным, если не огромное количество бродячих тут и там любопытных.

– Откуда здесь столько мертвяков? – сказал Яр риторически. – Ума не приложу. Не было раньше их столько. Обойти бы.

– Обойти не получится. Проще пройти клином, а потом зайти в депо по крышам поездов. Группа у нас не большая, шума поднимать не будем. Остальные сбежаться не должны. Сразу по крайней мере. Так что патроны лучше экономить. У тебя далеко схрон?

– Ладно. Схрон в дальней стороне депо. В одинокой сторожке. Прямо в ремонтных ангарах.

– Тогда тем более шума поднимать нельзя. Готов?

– Ага.

– Тогда пошли Яр. Держи дистанцию в три метра.

Не доставая винтовку, я так и пошёл с пистолетом. Неузнаваемый HK P30, после апгрейда, совмещал удлинённый магазин на 20 патрон, а лазерный целеуказатель с фонариком, дополнялся сверху коллиматорным прицелом и был заменён ствол под калибр 45 ACP. Яр каждый раз ловил его взглядом, имея в кобуре привычную «Гюрзу» СПС. Но ничего не говорил на этот счёт. У каждого свои предпочтения и привычные инструменты.

Лавируя между бетонными столбиками новеньких шпал, мы наткнулись на первые препятствия. Небольшая группа отдыхающих мертвяков, не спешила пропускать нас. Глухими щелчками я устранил их по одному, не успели они даже пойти к нам.

В целом, если так и идти между вагонов, много внимания мы не привлечём, потому что основная масса толпилась вдоль центральной площади. Пролезая в местах сцепки, а иногда через сами сквозные грузовые вагоны, мы нашли первые признаки массовки.

Всюду дальше, куда бы мы ни пошли, валялись относительно свежие, двух дневные тела. Нетронутые автоматы и пистолеты лежали рядом с ними. Это неудивительно, мародёры тоже не дураки, чтобы соваться в самую гущу, лучше дождаться неделю другую, а может и месяц, когда все по своим делам разбредутся, а потом и наведаться в пустое депо за наживой.

Тел всё становилось больше и больше. Я уже сменил магазин на новый, как ко мне подключился харкающий и посвистывающий одновременно ПП «Тетерев». Напарник следил за тылами и смотрел по сторонам. Пока я вёл нас самым оптимальным путём. И чтобы никто сбоку к нам не успел подойти, он заранее контролировал подступы.

Залезть как планировалось вначале на крыши и идти по ним, отменилось. Слишком большая активность. Есть риск привлечь слишком много зевак. Когда поезда закончились, мы остановились перед двухэтажной будкой с радио вещанием, хотели даже зайти внутрь, но там пребывала такая тесная компания разлагающихся во всех смыслах покойников, что пришлось отсиживаться просто сидя у стеночки в тени, под небольшим навесом для стола.

Смотри Яр. Дальше придётся ползком, вон там, между шпал. Как раз до ворот. Трава высокая. Лучший вариант. Пробежка не лучший вариант. Есть ещё вариант до той стены и вдоль неё, но скорее всего приманим к себе внимание.

– Не охота конечно, – он стал кусать губы. – Гранатой бы часть толпы закусить, а пока они соображают откуда прилетела, мы бы уже добежали пригибаясь в травке.

– Лучше не стоит шуметь. Слишком велик риск быть обжатыми со всех сторон. Плюс неизвестно, что там сейчас внутри творится и открыты ли ворота.

– Ворота закрыты. Мы обойдём здание. Позади пожарная лестница. Залезем через крышу…

Вдруг на противоположной стороне стали доноситься одиночные выстрелы из помпового ружья. Затем целый град коротких пистолетных выстрелов. Будто человека четыре напоролось сразу на толпу мертвых. Пока целеустремлённые с любопытством стали медленно разворачиваться в стороны интересных звуков, мы воспользовались моментом и побежали вдоль заросшей травой линии. Лишь пару раз пришлось на бегу срезать одиночными самых глазастых. Впрочем, удачно. Нас никто больше не заметил и мы забежали за искомое здание.

Далее впереди пошёл Яр. Внимательно оглядывая всю лестницу.

– Осторожно, здесь стоит растяжка.

– Ага, вижу, – внимательно присмотрелся я и заметил тончайшую серую леску. – Твоя?

– Нет кстати. Стоит давным давно. Решил не снимать. Мне-то не мешает. Больше здесь никого нет.

Окружённые высокими густыми цветущими липами, мы были под их ярко-зелёным прикрытием. С пожарной лестницы, мы не стали проходить в стальную дверь. Очевидно она была закрыта. А полезли на саму крышу, цепляясь за редкие отдельно вбитые скобы и трубу для натяжения электрокабеля.

Раскопав кучу с мусором, Яр открыл под ней замок своим ключом. Так мы спустились в люк ведущий внутрь и закрылись на щеколду изнутри. Только мы открыли дверь в подъезд с лестничными пролётами вниз, как до нашего обоняния донёсся запах дыма и одновременно застоявшегося гаража. Играясь с длинным мачете, нам навстречу вышел настоящий дикарь, в линялой грязной одежде и спутанным клоком волос на голове. Наверное он прикинул свои шансы на успех, раз решил рвануть к нам на опережение, за что тут же от меня получил две пули в грудь, а затем одну в голову. Чтобы насовсем.

– Видать сквозняк почуял, когда мы вошли, – тихо сказал Яр.

Я жестами показал – «тишина».

Снизу, у открытого огня, прямо на замасленном полу, среду старых изношенных деталей сидело ещё двое. Они отрезали крупные куски мяса с зажаренной человеческой ноги длинными ножами и увлечённые трапезой не заметили нас. Больше никого вокруг не было. Лишь стеллажи, детали и инструменты.

Я показал Яру счёт. Три, два, один. С железной лестничной площадки, парными выстрелами мы сняли их на месте. Затем ещё раз всё обследовали. Никого. Ворота были взломаны. А теперь заперты изнутри на большие стальные щеколды. Мы оттащили тела в дальний угол и сложили в большой пустой ящик. Пока мы ходили, костёр сам по себе догорел и мы не спешили разводить его опять. Все их вещи мы бросили к их телам.

– Фух. Людоеды дикари, прямо рядом со схроном! Ну нельзя уподобляться мертвецам снаружи. Нельзя!

– Так надо выбирать осмысленно, – стоя на столе, я осмотрел улицу в узкие застеклённые щёлки под самым потолком. – Зеваки почти все ушли. И активности никакой после тех выстрелов.

– Оно понятно. Мне тогда некогда было искать тут дворцы почище. А тут смотрю тишина. Ценного ничего нет. Вот и устроил схрон тут. А те залётные наверное были. Началась заварушка, стрелки и сбежали, как прикинули свои шансы против той толпы. Я про местных аборигенов, что в ящике и говорить нечего.

– Согласен. Так где твой схрон? Скоро оранжевая зона начнётся. Там нужно серьёзное вооружение.

– Помоги отодвинуть столы и вот эти шкафчики.

Отодвинув препятствия, Яр оттащил последний стальной лист от стены и из открывшейся ниши, стал доставать увесистые сумки и пакеты. Пока все не были теперь разложены по столам.

Чего у него только не было. И автоматические винтовки, и пистолеты, и гранаты и более серьёзная взрывчатка имелась. Даже несколько костюмов с бронежилетами.

– Тут небольшой отряд хватит снарядить. Откуда столько добра?

– Излишки профессии. Павшим собратьям по оружию это всё не нужно, а запасные выделенные средства назад в гарнизон на себе я нести не стану. А машины и так полные раненых и эвакуированных возили. Так что освобождённое место от излишек – спасло несколько человеческих жизней. Моя совесть чиста Лиис.

– А я только за, что ты такой запасливый. Ведь как говорится. Наёмник однажды – наёмник навсегда.

– Ладно не начинай, – усмехнулся Яр. – Сколько у нас времени?

– Собирайся, обедаем и выходим.

– Тебе чего надо? – кивнул он головой.

– Да, спасибо. Я ещё подумаю. Аппетит приходит во время еды.

– Блин, ну такое место хорошее чуть не испортили.

– Ты про этих, – показал я рукой за плечо.

– А про кого же.

– Тем лучше. Скорее всего кто–то да знает, что здесь эти дикари поблизости пасутся и просто так сюда никто уже не полезет. Тем более ценного здесь искать нечего в теории.

– А ты оптимист и везде ищешь позитивные стороны Лиис.

– Иначе Яр, тут никак.

– Вот и я тоже оптимист.

– А судя по схрону нет.

– Хорош юморить, – он не унимаясь улыбался. – Тебе аппетит я смотрю ничем не испортишь да? – пока он снаряжался, я принялся обедать.

– Наоборот, он у меня возрос. У всех кругом обед, куда ни посмотри, один я с тобой по жаре всё бегаю и бегаю. Надо восстановить запас сил и это самое главное. Всё остальное – будничная лирика.

– Пожалуй да. У меня тоже в животе уже урчит. Пора значит. Но сначала сборы.

Когда я закончил трапезу, Яр закончил снаряжаться и встал.

– Ну всё. В таком виде я хоть куда теперь.

– Отлично. Теперь моя очередь.

Пока он обедал, я осмотрел всё содержимое сумок. Пара лишних осколочных гранат – лишними не будут, берём. Пару светошумовых – тоже не помешают. В остальном всего в достатке своего.

– 45-го нет патрон?

– Откуда такая экзотика?

– Ну, это у вас оно экзотика. А у нас они были завсегда.

– Так-то были. А когда это было?

– В разведке есть всё. Всегда.

– А я и смотрю на твой нетипичный грязно-зелёный по цвету комбез, винтовку эстетическую весьма, пистолет роскошный и только в этом убеждаюсь всё больше.

– Это уже после. С момента самонаёмничества так сказать. Я самозанятый, если ты понял.

– Ага, – посмеялся коротко Яр. – Я тоже самозанятый. Поэтому всё должно быть своё, – он посмотрел на слегка опустевшие сумки. – Желательно побольше и запасом.

– Видимо это не единственный твой схрон.

– Конечно нет. Я как белка на зиму. Всё с весны заготавливаю, по самую холодную осень.

– Вижу ты готов Яр. Форма у тебя тоже необычная. Серо-чёрная, не уставная. На дальние рейды? Как у наёмников. У них похожие кстати.

– Да, это я купил. У нас нигде такую не выдают. У нас синтетики слишком много. Дышит плохо в жару. А наёмники комфорт любят.

– Ладно. Идти надо. До темноты ещё долго идти. Пакуемся и выходим.

– Тогда помоги со шкафами опять.

– Хорошему человеку и помочь не в тягость.

Уходили по той же схеме. Только через территорию депо естественно уже не пошли. А перелезли через забор и прошли по прилегающей бывшей частной территории, производства надувных лодок. Тоже место не популярное. Да настолько, что обошлось без единого выстрела.

Однако как только мы покинули частную территорию, тут же нас окружили коварные пустоши, с неестественно большим количеством мёртвых гуляк.

– Да что у них тут сегодня за день встречи, – не удержался от комментария Яр.

– Скорее всего, местные группировки делят земли. Много стрельбы, много движухи. Это их и приманивает.

– Кому нужны эти земли…

– Бандам всё равно в принципе. Но чем больше твоя территория, тем ты круче других. Принцип простой.

Стало слышно, как по дороге недалеко от нас, в нашу же сторону проехало несколько машин. Сбив несколько любопытных, они исчезли из поля зрения.

– Вот и первые следы банд, – прокомментировал я.

– Да, эти не похожи на мирных беженцев.

– Все беженцы, были эвакуированы впервые же два месяца. В последующие месяцы, была частичная принудительная эвакуации отпещепцев и прочих аморальных индивидов. Кто не ушёл спустя первые полгода – тот сам решил остаться, а значит объявлен автоматически вне закона. Их всё устраивает. Они сами решили устроить себе такую судьбу. Сколько я таких повидал Яр. Не пересчитать.

– Карма у них плохая. Детям какого будет у них родиться здесь. Практически карантинная, зараженная зона, плюс непрекращающиеся боевые действия.

– Сейчас нам нужно дойти до электростанции. Когда зелёнка закончится, мы будем как на ладони. Это примерно к полудню. Оттуда по обстоятельствам.

– Я бы не хотел ходить посредине дня улицами. Без конвоя сопроводительной бронетехники и пулемётчиков.

– И не придётся. Придумаем что-нибудь. На месте уже. А конвой это блаж, мой друг.

На электростанции собралось множество оставленных на ходу машин. Самые любопытные мертвяки теперь ходили вокруг них, но никого не находили. Тех кто глазами находил нас, я снимал по одному из винтовки, точно в голову, используя удобную для этого случая четырёхкратную оптику. Изготовленные специально для подобных операций дозвуковые патроны СП–8, с разрывными пулями, едва сталкиваясь с препятствием – раскрывались красивой ромашкой быстро теряя оболочку, почти ничего не оставляя от головы противника, при этом сердцевина продолжала проходить дальше, нанося урон за тем, кто стоит позади. Эффект от выстрелов из моей винтовки Яру очень понравился, но в глазах у него читалось: «Всё у вас не как у людей».

Проникнуть на территорию электростанции они не могли из-за большого сетчатого забора. Ворота оказались застёгнуты на толстую цепь и внушительный замок. А мы смогли, немного в стороне. Яр кусачками проделал для нас небольшой лаз, а потом используя валяющийся моток проволоки, заделал на скорую руку проход, чтобы никто за нами не полез.

Проходить сейчас в обход целую электростанции неразумно. Слишком много ходит зевак. Проще проскользнуть через группу вооружённых людей. Большая территория это позволяла. Мы пошли левее и быстро ушли от забора, чтобы не приманивать новых зевак. Отметив в оптику какие-то переговоры, во что попало одетых вооружённых людей, мы забрали ещё левее. В процессе хода мы заметили, как подозрительно загудели провода над нашими головами.

– Тут разве есть электричество? – спросил я Яра.

– Не должно. Быть. Совсем. Всё давно обесточено. Я сам тут поблизости работал полтора года назад. Вон теми полями не ходи. Там до сих пор заминировано всё – с первого года.

– Очень странно.

– Более чем Златозар. Более чем.

Далее гул нарастал. Словно мы сами были возбудителями. Когда мы уже изрядно ушли, вдруг ни с того ни с сего с неба ударил разряд и пробил одну вышку. Сила удара была такая мощная, что грохот от удара изрядно застал нас врасплох.

– Представляю, как испугались сейчас банды, – сказал Яр и сам перекрестился. – Нездоровая обстановка. Удар прямо над ними прошёл.

– Уходим быстро, – сказал я и мы перешли на бег.

Резко стало темнеть и уже через минуту грохотал мощнейший ливень. Последовало ещё несколько разрядов прямо в центр станции. Но самое неприятное то, что когда мы покидали её территорию с другой стороны, мертвяков пришло чрезмерно много. Мы затаились за трансформаторами, пропуская мимо себя целую волну. Сквозь упавшую секцию забора они прошли внутрь и вскоре завязалась стрельба. Мы дождались когда основной поток схлынет, а он был просто огромный, затем перебежками стали скрываться между бывших жилых зданий.

Оглянувшись назад я увидел необычное явление и постучал по плечу Яра, чтобы он увидел сам. Над электростанцией провисло, словно сквозь дождь голубоватое свечение, напоминающее воронку. Жаль банда его скорее всего не видит. Поливая из автоматов целые толпы пришедших по их души любопытных.

Часть бандитов из них, успела уехать – соображают. И проезжая мимо нас, когда мы прятались в самых неожиданных местах, от подъездов, до куч с мусором, совсем озверев стреляли в идущих зевак прямо на ходу. Всё это носило очень плохой разворот событий. Теперь в нашу сторону стекалось всё больше и больше мертвецов со всех сторон. Заливший все улицы ливень, плотными потоками воды по рассохшемуся асфальту, обступал наши ноги. Норовя захватить с собой вниз по улице. Словно этого было мало, навстречу нам выехали новые машины. Толи у них начался форменный обмен любезностями, толи это была настоящая война за данный район.

– Не вовремя это они устроили, а мы тут в центре событий оказались, – посетовал Яр, вытирая лицо от воды.

Вскоре, окопавшись за забором бывшей ветеринарной клиники, мы проникли внутрь и наконец, зловещий дождь перестал заливать наши головы водой. Зачистив помещение от дюжины мёртвецки бледных медработников и ещё нескольких бывших посетителей, я встряхнул свою кепку от воды. Яр тоже снял лёгкий шлем и дождался, когда с него скапает вся вода. Вдруг из-за дивана резко выпрыгнул крупный мужчина без руки, но Яр оказался хватче, чем казался и воткнул ему в глаз длинный нож с широким клинком. Повалив тело мимо себя, на пол, он достал нож, вытер и убрал в ножны на груди.

– Чуть было не того, – сказал он.

– Нет, я бы ему башку раньше прострелил, – пистолет всё ещё оставался у меня в руках, с тех пор как мы вошли. – А смотрю, ты ловко с ножом управляешься.

– Я имею ввиду чуть не промокли, – учитывая что под нами сейчас воды было, словно мы тут пару тазов опрокинули, это было очень комично.

– Умеешь ты разрядить обстановку.

– А ты обойму Лиис. У тебя со стрельбой я смотрю совсем всё прекрасно. Ты целишься вообще, когда стреляешь? Или у тебя пули просто заговорены в головы им лететь? Нормальному человеку чтобы прицелиться, мне например, требуется чуть больше времени.

– Просто у нас миссия очень важная. Некогда долго целиться. Мы не на охоте тут. Не в тире.

– Она как-то связана, с тем нечто что мы видели в небе над электростанцией?

– Надеюсь что нет, – честно признался я, потому что тоже не знал, что это было.

– Ладно, – за окнами в пределах района, продолжалась канонада выстрелов. – Вот, упорные. Нет бы после дождичка продолжить. Когда солнышко выйдет ласковое. А то ведь нет, сейчас сюда со всего города трупаки прибегут, посмотреть, что тут из меню есть бандитского.

– Я уже работаю над этим вопросом, – я быстро осматривал карту. – Вот. Тут поблизости есть продовольственный склад. Скорее всего, дело всё в нём. Под ним есть сеть тоннелей. Они ведут за реку. Это лучше чем идти в грозу по мосту, без варианта бегства если зажмут. Кроме прыжка вводу естественно.

– Пошли уже. Неуютно тут.

– Зато сухо, – я свернул заламинированную карту и убрал в кармашек. – Готов?

– Выводи картограф.

– Только не отставай. Дождь это очень хорошо.

– Как я сразу не подумал, – он комично сильно шмыгнул носом.

– Он будет нашим лучшим прикрытием, для отхода.

Выйдя через задний вход, мы направились к главному входу. Дверь за пределы сада клиники оказалась не заперта, но едва отворилась, так как давно не открывалась. Мы быстрой пробежкой между бродячих туда-сюда мёртвых, быстро сменили пару улиц. Приманив за собой целую их толпу. Пришлось выбить в одном доме окна, чтобы пробежав через первый этаж на другую его сторону, выбить окно ещё и там. А потом кануть в пушистых декоративных туях, чтобы осмотреться. Дождь, как и ветви туй на ветру, слестали по лицам не на шутку яростно.

– Фух. Я не так молод для такой беготни Лиис. Какие у нас дальше перспективы?

– Тише, – мимо по улице проехала пара машин полных боевиков с автоматами. – Сейчас бежим туда по уклону. Там какой-то ров в земле под коммуникации. Оттуда по нему до тоннелей.

– Норм, – поднял он большой палец вверх, было видно, что дождь его беспокоит больше чем перестрелки вокруг и толпы бродячих мёртвых. – Разведка лёгких путей не ищет, да?

– Только оптимальные.

Перейдя на лёгкую пробежку, зигзагами мы миновали ещё несколько особо любопытных. Потом съехали по ливневым стокам прямиком в ров и шлёпая почти по колено от накопившейся там воде, добежали до первого входа. Пока Яр возился с дверью, я устранял возникающие перед нами препятствия. В виде глазастых не смотря на сумерки и ливень бывших рабочих.

– Долго ещё? – спросил я напарника, меняя магазин пистолета на новый.

– Не идёт. Придётся взрывать.

– Взрывай.

– Хотя постой. Попробую прожечь замок.

– Давай. Только побыстрее.

– Я спешу. Спешу.

Разрядив ещё один магазин я вставил новый и только хотел поторопить Яра, как он дёрнув дверь на себя, сам застрочил из своего «Тетерева». Изнутри на него вышло четверо мёртвых. Все они сейчас завалили своими телами проход. Пока я отстреливал идущих к нам, Яр быстро оттащил тела.

– Лиис забегай.

– Фух. У меня патроны не вечные. На будущее.

– Не я устроил всю эту заварушку, – он показал рукой за дверь, по которой уже стучали десятки рук. – Это всё там, горячие головы. От них столько бед.

Заперев стальные двери на все засовы и включив подствольные фонарики, мы исследовали помещение. Это была аппаратная. За ней мы вышли в отгрузочный склад. Бывшие работники были против, но встать не успели, оставшись с простреленными головами сидеть на полу.

– Здесь въезд для грузовых и дальнобойщиков, – сказал Яр, когда мы обходили ряды длинных гружёных фур, – Значит, поезда должны быть дальше по курсу. О, а вот и наша награда за муки.

Он остановился у открытых дверей последней фуры. Там стояли высокие початые ряды разной газировки в стеклянной таре.

Через минуту мы уже пили по второй бутылке.

– Много брать не будем.

– Сколько унесём? – усмехнулся Яр.

– Чуть меньше, – показал я ему небольшое расстояние между большим и указательным пальцем и улыбнулся.

Спастись от разборок банд, неистового дождя и напасти быть растерзанными десятками рук, попивая теперь сладкую газировку в сухости да тепле – было хорошо.

Глава 4. Жаркий денёк

От пятой бутылочки сладкой газировки, у Яра началась икота. В отличие от него я могу держать себя в руках, потому остановился уже на четвёртой. Тишина стояла такая ватная, что можно было расслышать малейший хруст мельчайших камней, вроде соли под ногами. Вот только икота у Яра переросшая в отрыжку, сотрясала всю округу громовым эхо.

– Дыхание задержи, – не выдержал я. – Ты нам всю конспирацию портишь. – А потом отпей из гидратора и резко выдохни из себя весь воздух. Должно помочь.

– Сейчас, – проделав всё как я сказал, его отпустило. – Надо же. Сработало.

– Ладно. Давай за мной пока. Дистанция три метра. Связь через гарнитуру.

– Принял. Но по свету фонариков мы и так тут как на ладони.

– Любопытные иногда с закрытыми глазами. А есть такие, кто на свет не реагирует. А вот на звуки – реагируют почти все.

– Ясно.

Мы двигались тихо. Буря развернувшаяся сейчас за пределами склада, нас совершенно не беспокоила. Но тишина была подозрительная. Давящая такая. Не хорошая. Пройдя через складские перроны, мы вышли на развилку поездов. Почти все грузовые составы были на месте.

Мы взяли свой путь сместившись к левой стене. Так было проще контролировать только одну сторону. Немного затхлый воздух почти не имел сквозняка. Вскоре в воздухе повис тяжёлый дух. Мы посмотрели друг на друга, прекрасно понимая к чему это ведёт. Но мы не собирались отступать и идти обратно на улицу, под ливень, под град случайных шальных пуль, под неумолимые взгляды оставленных там без внимания мёртвых ходоков.

Вдали мерцал единственный горящий красным семафор. Зловоние усилилось. Рядом с аркой семафора, всё было перегорожено сваленными поддонами, ящиками и прочим крупногабаритным мусором. Когда свет наших фонарей достиг стены и стало достаточно ясно что произошло, картина нас не сильно обрадовала. Прямо перед заблокированной стеной в разных позах развалилось не менее сотни тел, точно они хотели очень перебраться за ту сторону стены, но им её преградили и они обессилев в один момент, решили просто остаться и отдохнуть.

Несколько самых любопытных голов повернулось в нашу сторону.

– Уходим, – очень тихо сказал я. – Только тихо.

– Икк! – вдруг вырвалось в ответ от Яра и тут же ещё несколько десятков тел зашевелилось в любопытстве.

– Блин. Яр. Ну ты чего.

– Да чёртова газировка.

– Валим обратно. Сейчас они всей гурьбой рванут за нами.

Мы перешли на лёгкий бег. Добежали до первых вагонов, обогнули их и по моей команде с почти выключенным светом забрались на их крышу. Залегли. Через пару минут мимо прошла первая бодрая десятка. Я забросил стальной пруток, из заранее набранного хлама в ремонтном ящике, в противоположный край, откуда мы пришли. Оживившиеся ходоки замычали и последовали почти в полной темноте, не считая тусклого света аварийных жёлтых огней, выяснять что там. За ними подтянулись другие. И так пока почти вся процессия не проследовала далее мимо нас. Я встал в полный рост и как следует, со всей силы и далеко, раскидал остатки мусора по всем дальним углам.

– Яр. Спускаемся с той стороны. Только тихо. Прикуси загубник гидратора, если захочешь икнуть очередной раз.

– Принял. С этим проблем больше не будет. Иду за тобой.

– Может растяжку поставим? Вдруг кто обратно сунется.

– Нет. Если кто сунется мы его сами обезвредим. А если рванёт один, к нам пожалуют сразу все.

– Ну-да.

Мы спустились и на цыпочках пошли обратно в тоннель. Дойдя до стены из хлама, я потратил целую обойму патрон, прежде чем угомонил самых ленивых, из тех кто решил остаться. Мы проверили, нет ли для нас лазейки. Слишком много мусора. Причём наваливали его явно с той стороны.

– Здесь ниша с техническим проходом, – вдруг вышел на связь удалившийся ненадолго Яр. – Думаю если ты мне поможешь, мы эту дверку снимем.

– Что с ней?

– Электрический замок. Но обесточена. Давай её просто скинем с петель. Вот этими трубами. Я подсажу своей монтировкой, а ты снизу мне помоги другим концом трубы.

– Давай.

– На три четыре. Три…

Мы поднажали, дверь сошла с петель и мы её плавно опустили обратно, чуть отодвинули её в сторону. Позади нас стало доноситься недовольное мычание. Мы зашли внутрь комнаты и приставили за собой её обратно. В комнате, за столом сидел покойный операционист. На столе лежал револьвер.

– Заперся, а потом застрелился, – констатировал Яр и начал изучать его револьвер.

– Бывает. Не всем хочется жить в новом мире. Пушку его лучше взять. Лишней не будет.

– Ну да. Учитывая сколько их здесь кишит. На них всех патрон не хватит.

Посветив в крохотное оконце коридора, подствольным фонариком пистолета за второй стальной дверью, я удовлетворительно кивнул головой.

– Можно открывать. Обозримые шестьдесят метров никого нет. Дальше стена, скорее всего поворот.

– Ага, – Яр обшарил карманы операциониста и нашёл целую пачку патрон. – Вот это удача. Целая. Я почти готов, – он рассовал всё найденное по карманам.

Открыв внутренние засовы, мы вышли. Дошли до поворота и пошли по новому коридору. Потом другому. Потому ещё одному, пока наконец не вышли в сам тоннель. На этот раз тоннель раздваивался.

Мы пошли в правый, так как из него шёл лёгкий сквозняк. Да и левый очень сильно поворачивал, он мог вести обратно. Либо вдоль реки. Нам это не подходило. Пройдя с десяток горящих красным, каждые несколько сот метров семафоров, мы дошли до нового перекрытого участка. Здесь уже был обычный стальной забор и обмотанная множеством цепей сваренная из труб дверь.

– Кто-то изолировал проход к себе, – сказал Яр.

– Мы не в гости. Просто мимо пройдём. Сможешь открыть без шума?

– Сейчас посмотрим, – глубоко вздохнув, Яр что-то заговорил.

– Только взрывать?

– Да нет. Сейчас попробую вскрыть, – он достал из рюкзака длинные кусачки и стал пробовать надкусить цепь, с наибольшим усилием с его стороны цепь поддалась. – Щёлк и нет цепи. Поможешь может?

– Давай, – мы поднажали и надкусили ещё в нескольких местах цепь. – Всё. Нам хватит протиснуться.

– Калёная падла, – осмотрел свои кусачки сапёр и убрал назад. – Лучшие кусачки чуть не впорол.

– Будут тебе кусачки, – успокоил я его.

Спустя двадцать минут осторожного хода, я прикинул, что мы уже должны были пройти реку под землёй и оказаться на другой её стороне, примерно под самой старой частью города. Вдруг впереди стал маячить свет. Я дал знак идущему в семи метрах позади меня Яру, чтобы он выключил свет и остановился. Некоторое время постояв в темноте, он занервничал. Я же осмотрел всё в оптику.

– Златозар, что там уже? – ожила гарнитура.

– Чья-то обитель. Похоже это выход на поверхность. Тоннель уходит направо. Одиночный фонарь. За ним есть окна. Там слабый свет. Там кто есть сейчас. В окнах пару раз мелькнули тени. Иди за мной, в пяти метрах как раньше. Огонь после моей команды.

– Есть.

Мы выдвинулись. Когда бледного света хватило, чтобы осветить нам пространство, мы выключили свои фонари совсем. Пройдя к самой стене, я дал знак Яру прижаться внизу к стене. А сам стал подниматься по лестнице на площадку под самым потолком. Внутри играла непотребная музыка. Я внимательно осмотрел в окна помещение. Никого. Дверь с виду была без ловушки. Скорее всего заперта. Поманив рукой Яра, я дождался когда он подойдёт.

– Дверь закрыта. Замок простой. Выкрутить сможешь как тогда в музыкальном?

– Как меня заколебали эти двери ты бы знал Златозар. Я не взломщик, а сапёр. Это же разные вещи.

– Значит будем искать взломщика в команду, – улыбнулся я и поддержал его в нелёгком начинании. – Только взрывать не надо пока, пожалуйста. Мы в гости без шума к ним зайдём. Кто бы там ни был.

– Сюрпризы заметил?

– Вроде нет.

– Я вроде тоже нет, но так их часто и ставят, – изрёк он осмотрев дверь с внутренней стороны и принялся копаться с замком. – Готов, – сказал он через десять минут и убрал инструменты.

– Говоришь не взломщик, а действуешь весьма профессионально.

– Богатая практика. Все же думают что сапёры и запертые двери – это близкие по сути вещи. Не только ты.

– Ну, у нас с тобой выбора просто нет. Но чтобы тебе было спокойнее, я так не думаю, – вдруг я заметил, как кто-то идёт в нашу сторону. – Контакт.

Мы присели под стеной. Едва тень мелькнула мимо нас, мы привстали и посмотрели ей вслед. Истатуированный вплоть до лысой головы крепкий мужик с бутылкой в руке, шатаясь прошёл мимо.

– Заходим. Я возьму этого на себя. Ты прикроешь нам спины, – Яр кивнул.

Я медленно открыл дверь, быстро и бесшумно, на одних носках догнал лысого и ударом основания рукоятки пистолета, положил его на пол, придерживая грузное тело, чтобы он не разбил в падении бутылку. Так тихариться не было смысла, скорее привычка. Музыка всё равно заглушала любые звуки.

Мы оттащили тело обратно за дверь, обыскали и основательно приковали одноразовыми наручниками к перилам лестничной площадки. Из оружия при нём был только огромный нож, изъяли и выбросили в темноту тоннеля. Вновь вошли, пошли в том направлении откуда он пришёл. Потому что он оказывается шёл до этого в туалет. Пройдя дальше, мы обнаружили большое помещение уставленное многочисленными ящиками, столами и стеллажами. В середине сидели на ящиках и жгли костёр четыре крупных мужика, стол их ломился от еды и бутылок. Все в майках. Все изрядно истатуированные. Похожи на нацистов или уголовников. Или и то и другое сразу.

Пройдя дальше, по закрытому обходному коридору, мы обнаружили натуральную клетку. В ней сидело двое мужчин, одна женщина и ребёнок, девочка лет семи.

Мужчина лежал без сознания на полу, девушка обнимала ребёнка и не заметила нас, так как сидела к нам спиной. Но вот четвёртый персонаж, а назвать его простым человеком не поворачивался язык, сидел по-турецки с голым торсом, с длинными разведёнными надвое волосами и хитро смотрел на нас.

Я показал ему знак «тихо» и он меня понял. Затем поманил его пальцем к себе. Медленно поднявшись со своего куска картона, он встал, обнажив синяк на скуле и изрядно побитые до синяков бока. Впрочем, его это не беспокоило.

– Сигаретки не найдётся? – сразу спросил он.

– Не курю. Сколько их и кто такие?

– Бандиты. Схватили нас в тоннеле.

– Кто вы такие?

– Я проводник. Переводил семью на другую сторону реки, – он показал большим пальцем назад.

– Ясно. Сидите пока тихо. Мы сейчас вернёмся.

– Ага. Ключи у того что со шрамом во всю морду, – вернувшись к себе на картонку, он опять сел по-турецки, – я кивнул ему

Мы вернулись обратно в главное помещение. Я отправил Яра прикрывать меня в обход, на девять часов. Так чтобы в случае чего, взять их в кинжальный огонь.

– Господа, – сказал я как можно более ясно и выключил музыку, наставив на них свою винтовку. – Руки вверх. Так чтобы я и мой друг их видели.

– Чего за шипушило? – сказал один самый умный и не спешил поднимать опущенные руки, – но Яр пальнул для острастки в бутылку на столе и тот сразу их поднял вверх.

– Оружие на стол, – лишь двое сложили на стол пистолеты. – Всё оружие я сказал, – ещё четыре ножа оказалось на столе. – Нам не нужны свидетели. Но и жизни ваши жалкие тоже не нужны. Ты, – я обратился глазами к тому, что был со шрамом во всю морду. – Ключи плавно кидай на пол, в сторону моего друга. Только очень плавно. А то мой друг сначала стреляет, а потом разбирается, – тот повиновался, хотя сделал всё ехидно и презрительно.

– Теперь вы идёте медленным строем по два. Впереди. Так чтобы я вас всех видел. Одно резкое движение и мои разрывные пули разорвут все ваши внутренности. Идём молча. Одно слово и мой друг будет стрелять без предупреждения. Руки поднимаем высоко вверх. Шагом марш по моей команде. Марш!

Они неохотно пошли. Поглядывая на пистолеты и автоматы оставленные прямо на ящиках, рядом с ними в каких-то нескольких метрах.

– Теперь отходим к стенке напротив клетки. Встаём в ряд. На колени. Руки по-прежнему на головах. Мордой в стену. Кто не слушается, автоматически получает пулю в коленную чашечку. Кто скажет слово – получает пулю в голову.

Дождавшись когда они всё сделают, я кивнул Яру головой в сторону клетки и тот открыл замок клетки. Волосатый встал и вывел девушку и девочкой. Потом он помог Яру вытащить тело мужчины без сознания. Яр вновь направил на них свой пистолет-пулемёт, я продолжил.

– Вы пока стойте в коридоре, – обратился я заложникам. – А вы господа, заходите в клетку по одному. Начиная справа. По моей команде. Молча и медленно, – когда все вошли, я дал знак Яру и тот закрыл за ними дверь. – А теперь слушайте сюда. Сейчас мой друг постоит и покараулит вас пару минут. Он как правило меня не очень слушает. И если кто-то из вас скажет слово или будет себя как-то странно вести, то он обязательно начнёт стрелять по вашим рукам и ногам. А когда один или двое из вас умрут и оживут, то он будет смотреть как вы справитесь с ними. Или они с вами. Если понятно – киваем, – все как ни странно закивали.

Я повёл заложников в общий зал и помог патлатому донести тело мужчины. Мы уложили его наподобие кровати из ящиков. Я обратился к нему.

– У тебя минута, чтобы всё объяснить.

– Они поймали нас здесь в тоннеле. Хотели её изнасиловать и оставить себе. Меня, его и девочку – продать в рабство. Они не заслуживают жизни. За их бандитизм – приговор один.

– Ладно, – я обратился к девушке, держащей напуганную девочку на руках. – Вы остаётесь здесь. Мы сейчас вернёмся через пару минут. Теперь всё будет хорошо, – девушка кивнула. – Вот и ладно. Тебе как зовут-то?

– Хэк.

– Меня Лиис. Напарника – Яр. Хэк возьми всё оружие и сложи вон в тот ящик. Побудешь с нами тогда пока, – я дождался, когда он спрячет с вида у женщины оружие. – Пошли, поможешь. – Мы вернулись к клетке. – Хэк, отпирай. А вы господа, руки вверх. Высоко над головой держим. Выходим, строимся парами и по моей команде уходим в сторону туалета. Если поняли, киваем. Непонятливым друг прострелит колени, – все закивали и мы дошли до двери в которую мы зашли сюда. – Двое берут тело своего спящего друга и несут с собой.

Мы втроём отконвоировали их подальше. Но вдруг один, тот что со шрамом во всю морду, хотел быстро уйти в сторону и попытаться вытянуть второй спрятанный нож из-за голени. Попытка пресеклась ещё на приседании. Яр просто сделал ему в спину три выстрела и он завалился на бок. Остальные встали как вкопанные.

– Все на колени. Руки за голову. Молчать.

– Дай я, – посмотрел мне в глаза Хэк.

– Держи, – я дал ему свой пистолет и он по одному прикончил всех в затылок.

– Хладнокровный ты убийца, – сказал Яр.

– Времена… вот, – он вернул пистолет. – Спасибо что спасли.

– Пожалуйста, – я взял свободной рукой пистолет и проконтролировал первого в висок, чтобы уже не встал никогда. – Возвращаемся. Яр, это Хэк. Ну что Хэк, какой был план с ними? Они семья? – мы пошли назад.

– На той стороне реки, я их передаю другим доверенным лицам. Там их должны забрать.

– Это уже не безопасный тоннель.

– Раньше был. Но безопасных тоннелей в принципе нет. Раньше этот тоже был «безопасный».

– Мы с той стороны стены пришли. Шли тоннелем. Сейчас там с сотню любопытных бродит. Лучше пока туда не ходить. Тем более одному или с ними.

– Сотня зомбаков, – он почесал затылок. – Это дохрена конечно. Надо другой путь искать.

– Не спеши. Чем занимаешься вообще?

– Я проводником тут работаю. По городу в основном. Вожу одних людей туда, других сюда. Редко помогаю кому-то выбраться за стену.

– Как вы попались им?

– Пару часов назад, мы шли по тоннелю. Вдруг очередь в потолок. Фонари наставили в лица и автоматы. Дальше мы у них оказались. Убогие короче. Избили меня с Ваней. Его сильно приложили. Он понял, что они хотят с ней сделать. Но жить будет, думаю. А вы не действующие военнослужащие уже. Правильно?

– Правильно. Мы тут по делу. Каждый своему.

Мы вернулись к девушке. Она как сидела так и сидела тихо с ребёнком. Только уже рядом с мужчиной.

– Как тебя зовут? – спросил я её.

– Меня Елизавета. Дочь Мария. Мужа Ваня. Его сильно избили. Вы из армии да?

– Да, – не стал я говорить, что уже нет. – Что скажете о Хэке?

– Он хороший. Он нам помогал тут выживать три года. Еду приносил. Припасы всякие. Он любые двери открывает, поэтому нам выжить помог, – на словах «любые двери» Яр чуть не подпрыгнул на месте, сверля меня глазами. – Мы сами почти никуда не ходим. У меня муж не очень здоров, поэтому сам ходить на вылазки не может. Вот, Хэк и помогал нам всё время. У него золотые руки и доброе сердце. Мы жили по соседству раньше, на последних этажах многоэтажки. Ваня с Хэком общались иногда. Просто как соседи.

– А чего раньше не эвакуировались? Когда военные в городе были.

– Они вдалеке от нас были. Хэк и раньше хотел нас вывести. А мы боялись тогда. За нами никто не пришёл, а идти с ребёнком было очень, очень не безопасно нам тогда. Боялись выйти. Хотели отсидеться дома. А теперь вот… – она проронила слезу.

– Ясно.

– Ваню осмотрите. Я уже осмотрела, вроде так в порядке всё. Но побили сильно.

– Сейчас осмотрим. Яр, глянь пожалуйста что с ним.

– Сейчас гляну, – подскочил Яр. – Девушка… Елизавета, вы не бойтесь. Все позади. Вы уже в безопасности. Мы придумаем, как вас эвакуировать. Просто нужно подождать немного.

– Я готова подождать. Главное, чтобы вырваться из этого ада. Я готова заплатить сколько угодно.

– Ничего не надо, – сказал я. – Мы просто выведем вас и всё. А потом поможем основаться за чертой стены.

– Спасибо вам. Вы тоже хорошие. Я чувствую это. Я как вас увидела, сразу поняла, что спасители наши пришли.

– Устные благодарности примем после того, как мы вас за стену выведем, – сказал Яр. – С Ваней всё впорядке. Пусть поспит. Столько – сколько потребуется его организму. У него упадок сил сильный похоже.

– Ну да, он же всё не спал. Третий день как мы идём. С привалами. На нервной почве – спать не мог.

– Ладно, – сказал я. – Яр, побудь с Елизаветой. Приберитесь, стол накройте. Покушать надо всем. А мы пока с Хэком поболтаем и я на разведку схожу.

– Давай. Я на связи.

Пока мы обходили всё помещение и прилегающие к нему комнаты, то проверили надёжность всех дверей и замков. Выхода было только два, один через который мы пришли, другой выводил в шахту на поверхность.

У Хэка были длинные чёрные прямые волосы, небрежно разведённые на пробор, двухнедельная щетина, переходящая в начинающуюся бороду, но так и не дошедшая до таковой, в силу особенности слабой растительности на лице. Точно вечная юность запечатлела свой лёгкий лик. Из всего снаряжения, которое он вернул, поискав его на ближайших ящиках: одет он был в плотные чёрные джинсы и тактическую серо-бежевую рубашку в крупную чёрную клетку, на ногах старые, но крепкие охотничьи ботинки. Видавшие виды чёрные наколенники и налокотники. Рюкзак с аптечкой и мелочёвкой, да сумка инструментов. Из оружия у Хэка был лишь охотничий дробовик, да старый пистолет ПЛ-15 и нож.

Мы вернулись в общий зал. Осмотрелись. Провизии тут на пару лет хватит. При текущем раскладе. Банда поработала на славу. Либо те, кто до неё здесь ошивался, перед тем как они просто захватили это место. Что больше вероятно. Мы устроили хороший ужин и развели костёр. Вытяжка слишком обширная и сливается с общей вытяжкой тоннелей, так что тот редкий дым, что поднимался под потолок и незаметно исчезал в скрытых трубах, нас никак выдать не мог. Когда девушка с ребёнком пошли отдыхать, у нас состоялся разговор.

– Елизавета сказала, ты хорошо открываешь двери, – начал я первый.

– Есть такое, – откинулся назад Хэк, так как поел весьма плотно.

– Откуда опыт? – спросил Яр.

– Раньше работал по вскрытию дверей и замков в лицензированной конторе. Люди постоянно теряют ключи от офиса, машин, дач, квартир. Я тот кто приезжает и вскрывает. За деньги. Раньше так было. Потом этот навык мне невероятно пригодился.

– Хорошо способствует выживанию, – подтвердил я.

– Не жалуюсь.

– С нами пойдёшь?

– Чем и сколько платите?

– А какой у тебя тариф?

– Ну, я бы тоже хотел выбраться за стену. Устал я тут ошиваться. В отпуск хочу. Надоело на эти мёртвые рожи смотреть.

– Можем устроить. Поможем освоиться на местности за стеной. На первое время. Вместе с твоими друзьями.

– Они мне не друзья. Бывшие соседи. До того как жена умерла.

– Во время эвакуации?

– Нет. Раньше.

– Сожалею утрате. Ну так что, идёшь с нами?

– Надолго?

– До центра и обратно.

– Это неделя значит. Плюс минус.

– Ну, примерно так. Твой навык нам очень пригодится. Эта семья как раз отдохнёт. Подлечит раны. А пойдём назад, заберём их с собой. Тут они запрутся и будут в безопасности. Неделей больше – не заметят разницы. Раз три года тут выживали. Ивану всё равно несколько дней отлежаться лучше. Вид у него болезненный.

– Мне нужно снаряжение посерьёзнее. Я всё растерял из-за таких как те, кого мы грохнули в тоннеле. Центр это серьёзно. Я рисковать в одной рубашке не буду.

– Всё что хочешь, мы тебе подберём. Только сначала до хлебозавода доберёмся. Это рядом тут по берегу. У меня там свой схрон.

– Ага. Вы значит наёмники, – он немного помолчал. – Пришли куш сорвать?

– Нет. У каждого из нас есть своё дело.

– Ясно. Лишних вопросов не задавать значит?

– Да нет, почему задавай.

– Что будет, когда мы будем в центре?

– Смотрите. Когда мы будем в центре. Я оставлю вас на пол дня. Потом вернусь к вам. Далее я свободен.

– У меня та же история, – сказал Яр. – Вернётся Лиис, уйду я. Потом вернусь.

– Ну, раз всё секретно. То ладно. Мне всё равно. Главное, чтобы вернулись и помогли выйти за пределы. Так как сроки мы провалили эвакуации, а я им обещал, что помогу выбраться.

– На счёт этого не волнуйся. Ночь остаёмся здесь. Утром дадим всем инструктаж и выдвигаемся. Из оружия здешнего для себя что-нибудь будешь брать?

– Нет. Пусть тут остаётся. Мне пока своего достаточно. Раз Лиис говорит, что тут до его схрона рукой подать.

Мы разошлись и устроились на ночлег. Ранним утром, в пять утра, когда мой будильник в часах меня разбудил, я обнаружил Яра и Хэка готовящих нам завтрак. Вот ведь ранние пташки. Обычно я встаю раньше всех. А тут сморил крепкий сон. После того как мы устроились на завтрак и собрались, то разбудили всю семью. Иван не задавал вопросов. Видимо Елизавета ещё ночью ввела его в курс дел. Вид у него действительно был больной и замученный.

– Доброе утро, – сказал я, когда Хэк позвал их к столу. – Расклад такой. Мы оставляем вас в этом убежище на неделю, так как нам нужно кое-зачем вернуться в центр. Максимум нас не будет десять дней. Самое большее две недели. Но это очень врядли. Возможно, придём раньше срока. Загадывать не получится. Потом все вернёмся за вами и дружно эвакуируемся за пределы стены. Оружие у вас будет. Три автомата, два помповых ружья, два пистолета, ножи. Шкаф со всякой разной аптекой есть в том краю. Пока отдохните, наберитесь сил, полечитесь. Все условия комфортной жизни. Наружу за пределы данного убежища не выходить. Для вашей же безопасности. Хэк усилит вашу входную дверь. Но сюда и так никто не должен в теории пожаловать. В любом случае сидите тихо и ждите нас. Аварийный источник питания работает от автономной подземной атомной электростанции. Должно хватить ещё лет на пятнадцать, так что можете не волноваться на этот счёт.

– Вопросы?

– Нет вопросов, – впервые заговорил Иван. – Спасибо за помощь. Только обязательно возвращайтесь. Без вас мы никуда не пойдём. И если надо, будем ждать хоть месяц. Хоть два. Из меня плохой боевик в таком состоянии. Мне нужна операция. Я слышал за пределами стены есть действующая хирургия.

– Есть военные и гражданские госпиталя, – сказал Яр. – Поправишь там здоровье. Главное береги его пока.

– Хорошо. Будем тут вас ждать, как и условились.

– Берегите Хэка, – сказала Елизавета.

– Я о себе могу позаботиться, – улыбнулся широкой улыбкой Хэк.

За несколько часов, Хэк и Яр помогли укрепить и без того сносную дверь. Я в это время научил Ивана и Елизавету простому обращению с оружием. Он был достаточно умён и всё схватывал на лету. Хотя было видно, оружия в руках раньше не держал. Если он на курок нажать не сможет, то у Елизаветы явно были руки на месте и рука её не дрогнет. Так как она будет защищать дочь, во что бы то ни стало.

Потом мы вышли, проконтролировали чтобы они закрыли за нами все двери. Свет в этой части коридора включать они не будут. Узкие полоски окон, в которые и руку то просунуть трудно, мы заставили мебелью. Даже включённого света не видно. Шума тоже не слышно. Когда мы с Яром впервые сюда пришли, даже орущая музыка едва доносилась, не то что человеческий голос и шаги. В общем, все втроём были за них спокойны. Сами они вроде тоже обрели уверенность. По крайней мере мы её в них с Яром вселили, как веру и надежду.

Теперь предстояло выйти на поверхность. Хэк как никто другой хорошо здесь ориентировался. Потому он теперь шёл рядом со мной. А Яр замыкал нас. Пользоваться оружием мы ему запретили, это ему с нами не придётся. Кроме ножа разумеется, но это опасно если не умеючи пользоваться. К тому же оно у него издаёт такой шум, что своим громогласным эхо подымет мёртвых со всех окрестностей, если таковые поблизости имеются.

Глава 5. Хлебозавод

Тоннель нас ждал. Вернее не сам тоннель, а два забредших сюда каким-то образом любопытствующих. Не успели мы пройти и двухста метров, как ребята из бывшей строительной бригады, держа увесистые лопаты и кирки вышли на нас, весело сипя и позвякивая инструментами о шпалы.

– Вы сказали, будете меня прикрывать, – сказал сразу Хэк и отступил назад. – Никогда не перестану удивляться тому, откуда они все вылазят. Вот уже сколько времени прошло, а для таких как они оно словно остановилось. Даже не переоделись, как уволились с работы и начали тут слоняться после смерти.

– Я левых двух возьму, Яр ты правого возьми.

– Сейчас поближе подойдут только.

– Какая для тебя комфортная дистанция стрельбы в голову?

– Десять метров – рекомендуемая. Пятнадцать эффективная. Комфортная – это когда я на возвышении стою, например на крыше броневика. И знаю, что до меня не никто доберётся.

– Тогда пятнадцать метров. Покажи свой лучший выстрел. Хотя я понимаю что «Гюрза» не для этого создавалась.

– Вот именно.

– Огонь, – я произвёл два выстрела с короткой осью смещения, так что два любопытных замолчали и свалились синхронно.

Яр выстрелил с небольшой задержкой, но его цель с ровной дырочкой на лбу упала сначала на колени, а потом завалилась назад.

– Стрельба не мой конёк, – ответил Яр. – Да ещё с глушителем. Профиль «Гюрзы» – не с глушителем стрелять дозвуковыми если что.

– А мне не надо пояснять. Я в теме если что, – поднял руки проходя мимо нас Хэк. – А какой твой профиль? – он изучил пропуска рабочих, но видимо не найдя ничего интересного не стал смотреть дальше, а вот кирку у одного забрал.

– Сапёр, – ответил Яр и мы пошли дальше.

– Какой старпёр?

– Он подрывник, – вмешался я.

– А сапёр, – извините меня. – Я не специально. У меня просто лёгкая контузия была недавно.

– Гранаты не умеешь кидать? – спросил я. – Научим.

– Да нет. Какие гранаты. Я не военный. У меня откуда… Самодельную взрывчатку делал. Чтобы обескураживать зомбарей. Бывает надо носить при себе такую. Спишь например где-нибудь на балконе чужом, а потом просыпаешься под ворчание собравшихся зомбаков. И чтобы смотаться по-быстрому – надо достать ту самую взрывчатку, запалить и кинуть чуть в сторону от них или в самую гущу. Тогда, пока они ходят порванные да посечённые в неадеквате гвоздями и всяким мусором стальным – все шансы убежать благополучно.

– Какие ВВ используешь? – спросил Яр.

– Взрывчатые вещества имеешь ввиду? Да всё просто у меня, что найду из того и собираю. Чаще всего коктейли Молотова. Самый ходовой продукт скажу я вам. Бензин и машинное масло. В пропорции один к четырём. Это если по-быстрому. А если есть время, приличный хозяйственный или там другой магазин аналогичный, то начинаю экспериментировать.

Самая удачная моя такая ручная взрывчатка была из простого пороха из охотничьего магазина и коротких стальных труб сантехнических. Я такие упрощённые динамитные шашки гвоздями обложил и скотчем обмотал. Только с порохом переборщил. Его много было, а у меня времени не было сидеть дозировать. Это полгода назад было, за мной банда одна отморозков попутно увязалась.

Так вот я дождался, когда отморозки приблизятся к витрине, чтобы битами своими увесистыми доработанными – черепа зомбакам повскрывать, чтобы потом до меня добраться. И аккурат одну выбросил. Она в цветник упала, даже не заметили. Фитиль куцый был. Я даже забеспокоился что затухла. Начал уже вторую шашку поджигать – вдруг как жахнет. Ни витрины. Ни отморозков. Ни зомбаков. Все валяются, кто без башки, кто с пробитой гвоздями насквозь. Тел двадцать короче, если и тех и тех посчитать.

Вот с тех пор я и немного слабоват на слух правым ухом. Правда он уже вернулся, восстановился значит. Ну так вот, я в себя только через пару минут пришёл. Гул в голове такой стоял. Ну думаю только хуже сделал. Ко мне со всей улицы на взрыв столько стянулось зомбарей… – он даже замолчал. – Я не долго думая сразу две шашки поджог и раскидал, так чтобы побольше зацепить. Сам естественно убежал, заперся в кабинете, присел пониже, уши глаза, всё как положено. А то разлёт гвоздей и осколков слишком серьёзный получается. Дождался когда рвануло дважды, с интервалом в секунду вышло. И сбежал благополучно. Зомбаки понятно не все наглухо, но на ногах никто не устоял.

Ещё случай был я цистерну взорвал – вариантов не было других. Нужно было от погони оторваться. Её бензина хватило чтобы зажечь целую стоянку и все машины на ней…

– Ладно. Мы поняли. Я понял. Ты пироман. Тебе с Яром отдельно надо на этот счёт поговорить. Он тебя хорошему научит, – Яр глубокомысленно вздохнул.

На поверхность мы вылезли по такой ржавой лестнице, будто она была века из шестнадцатого, не раньше. Но что меня порадовало, выход был на свалке металлолома. Совершенно пустая никому не нужная свалка была огорожена забором. Когда все были на поверхности, Хэк бережно замаскировал люк и присыпал его сверху песком с мелким мусором. Так что определить, что он тут есть, стало почти невозможно.

Двигаясь вдоль невероятно запущенной набережной, вдоль бесконечно длинного ряда брошенных машин, мы дошли к примыкающему к хлебозаводу зданию старой котельной. Непонятно уже какую роль оно играло здесь. Но именно через него я впервые проник на территорию завода и понял, что лучше места для ночлежки поблизости не найти. А потом и вовсе организовал тут собственный перевалочный пункт и попутно схрон. До того как почти безвозвратно вернулся за стену и чуть там и не остался.

– Хм, занятная идея в бомбоубежище, – размышлял взявшись за подбородок Хэк, когда мы через короткую сеть подземных тоннелей, пройдя через подвал оказались внутри. – Как ты понял вообще, что это не холм, а бомбоубежище? Пройди я тут раз сто, всё равно не догадался бы.

– Я не искал бомбоубежище. Я присматривался именно к выходу в канализацию.

– А что тут и таковой имеется?

– Имеется. Это чёрный выход. Ради твоего любопытства, я сейчас не буду разбирать эту стену.

– Ладушки. Я понял. Чётко нашёл.

Я включил дополнительное освещение и мой небольшой бункер весь осветили походные светодиодные светильники.

– Хэк иди сюда. Переодевайся. Вот тебе новые штаны. Не горят, не рвутся, не прокусываются.

– О отлично. У меня рубаха такая же – мотоциклетная значит, падений не боится и укусов тоже соответственно. А вот со штанами всё не везло никак последнее время.

– Заодно оставишь тут и своё оружие. Я тебе новое подберу. Полностью.

– Я за. У бесшумного оружия все плюсы на лицо.

– HK UMP тебе в дар. Со всеми обвесами. Позже покажу как сносно управляться.

– Вот откуда у тебя столько патрон к 45 ACP, – всплеснул руками Яр. – Плюс немецкие ПП.

– Да приезжала к нам делегация, в гости. На совместные учения как-то. Члены делегации выжили не все. А вот имущество их ценное я сберёг и свёз всё сюда. Хочешь такой же?

– Нет, спасибо. Я с «Тетеревом» спелся уже. Плюс мой калибр он мощнее и взаимозаменяем с «Гюрзой». Так что спасибо. А вот покопаться я с удовольствием. Вдруг что-то новое найду для себя интересное у немцев.

– А давай. Мой дом – твой дом.

– Я хочу такой же пистолет как у тебя, – сказал Хэк.

– Нет. Такого нет. Мой это чистый эксклюзив – на заказ собран, под мои руки. Вот тебе тюнингованный HK45 от их покойного командира. Царства ему небесного. Хороший мужик был. Удлинённый магазин на пятнадцать патрон и ствол, компрессор, коллиматорным прицел и тактический фонарик на сменных литиевых батарейках. Что ещё для счастья надо?

– Нож новый.

– Они SOG-ами пользовались. Я и тебе рекомендую. Сталь держит заточку очень долго. Можешь и томагавк взять. Если таскать не в тягость будет.

– Мне не в тягость. Патрон надо побольше взять и сменных магазинов тогда.

– Разгрузка основная, поясная и рюкзак есть. Серые – городской камуфляж. Будешь как элитный наёмник. Бандану, кепку надо?

– Платок возьму.

– Смотри, чтобы за такую снарягу тебя не грохнули теперь, – сказал Яр смеясь его радости.

– А по мне, так в таких грязных тактических цветах я скорее схожу за ходячего покойника в линялых тряпках.

– Не грохнут. Он с нами же. Ты главное Хэк нам двери ходи открывай. Остальное за нами.

– С дверьми проблем не будет, – заверил на Хэк.

– Вот и хорошо. А если будут Яр с ними разберётся по-своему. Да Яр?

– Так точно.

Пока ребята доукомплектовывались я сам пополнил боезапас и захватил свой проверенный временем, лёгкий и компактный ПНВ последнего поколения. Потом мы дружно разбирали и чистили оружие. Потом перекус. Потом выход и длинный марш-бросок, через самые непримечательные районы.

К вечеру мы уже попали в лабиринт из плотной застройки зданий. Где старый город отходил на задний план, но всё ещё не кончался и вместе с тем начинался новый, заслоняя своими нагромождениями и современностью, красивую но не всегда долговечную историю. Хуже всего то, что с повышением плотности, ограниченность манёвра не давала простора для действий. Будь то побег или скрытое перемещение. Зато ограниченная видимость, позволяла двигаться теперь более уверенно. Правда так можно быстро угодить в ловушку, либо быть окружёнными толпами любопытствующих зевак.

В итоге было решено передать бразды правления в руки Хэку, так как там где мы с Яром начали теряться, Хэк начинал чувствовать себя как рыба в воде. Чувствовался не столько опыт, сколько знание местности. Там где я гадал, куда пойти лучше – Хэк сразу действовал и предлагал варианты. Поэтому я быстро определил его в голову нашего отряда.

– Хэк. Идёшь первым. Возьми пистолет. Огнём если что прикроем. Главное веди и находи безопасный и максимально возможно тихий путь.

– Да, ладно. Я сам не хочу, чтобы к нам на хвост присела какая-нибудь самая умная банда. Тут вообще много мест для облав есть, но я вроде большую часть знаю уже.

– Постой, ты куда? – спросил Яр, смотря на меня как будто я его сообщник.

– Как куда? – удивился Хэк. – Идите за мной. Я почти местный.

– Давай за ним, – сказал я Яру. – Я замыкаю.

– Смотри нас в тупик не заведи, – пригрозил ему Яр.

– Потом благодарить будете. Потом.

Уже в сумерках, сменив не один и не два, а целую дюжину, не всегда пустующих домов, мы вышли на крышу. Хэк, отчего-то опасался выходить на крышу, пока была хорошая видимость. Теперь же в густых сумерках наш камуфляж прекрасно сливался со средой.

– Банды? – догадался Яр, так как для него подобные вылазки были впервые, его работа всегда проходила днём и в окружении большого количества солдат.

– Много стрелков, – вдруг сказал Хэк. – Я так один раз сам потерял проводника. Спустя год, после эпидемии, мне потребовались таблетки для Ивана, Лиза просила принести ему, если найду. А таблетки редкие, я даже название не то что запомнить, выговорить не всегда могу. Мне нужно было попасть в красную зону. Когда я ещё не опытный был. Я говорю, давай с темнотой пойдём. А он, нет. Я тут уже двадцать раз ходил. И утром и в обед и вообще… Ну вот и подстрелили. Только мы прошли метров пятьдесят. Я упал. Темноты дождался и ползком свалил. А на следующий день выследил стрелка. Шакалами оказались обычные сопляки. Играющие с охотничьей винтовкой отца.

– Ты их убил?

– Нет. Но тому, кто убил проводника рожу начистил. Впрок. Вместо отца. Чтобы чужое оружие не брал. Не баловался. И вообще в людей не стрелял почём зря. Киллер хренов. Наиграются в свои игры дебильные. А потом вот такие истории.

– Ясно. Надеюсь сейчас мы тоже не на прицеле.

– Нет. Ночами по крышам никто не шастает. Я эту идею у покойного проводника и взял за основу безопасных передвижений по городу.

– Хэк, а чего ты раньше не вышел за пределы стены? – спросил Яр. – Если такой умелый проводник? Работу бы себе там точно нашёл.

– Я хотел. Но… Когда умерла моя жена. То всё потеряло прошлый смысл. И чтобы его обрести, мне уже не нужно было выходить ни за какие рамки. В том числе стены. Это случилось за полгода до всего этого дурацкого зомби апокалипсиса.

– А почему моё чутьё говорит, что ты скрывался от правосудия. Ничего личного Хэк, мне всё равно, я уже сам тут незаконно. Просто интересно.

– Были небольшие разногласия. С медициной. Я клинику одну спалил. В которой в результате неудачной операции… Ну вы поняли. Клиника частная была. Никого в клинике не было. Я спалил её так удачно… за день до начала эпидемии. Сидел дома. Ждал, когда за мной придут. К ответственности привести. И тут это началось. Я подумал и хорошо. Начинаю новую жизнь. А чтобы не думать, брался за любую работу. И соседям начал помогать потом. Ну моя жена, она с Елизаветой в хороших отношениях была. Вот я и подумал, что мой жене бы это понравилось, – он остановился, а по его лицу потекли две слезы.

– Ладно, – я положил ему руку на плечо. – Всё уже в прошлом. Она на небесах. И сейчас смотрит за тем, как ты помог своим соседям из лучших побуждений. И продолжаешь помогать. Я тебя прекрасно понимаю.

– У тебя тоже умерла жена?

– Нет, но… вернее я не знаю. Где она и что с ней. И с моей дочерью. И…

Вдруг в соседнем доме разразились две автоматные очереди. Мы мгновенно упали в лежачее положение и укрылись, кто за чем был. Выстрелы предназначались явно не нам. Я стал осторожно выглядывать. К ним присоединилась ещё одна автоматная очередь. Затем выстрелы пистолета и гулкий грохот выстрелов из винтовки.

В доме напротив нас, этаже на двенадцатом шла перестрелка. Вспышки свидетельствовали о том, что группа отбивается от целой толпы неспящих зевак.

– Зря это они, – сказал Хэк. – Теперь весь квартал зомбаков проснётся. Только нас уже здесь не будет.

– Нарвались когда искали привал? – спросил сидевший рядом с Хэком Яр.

– Или искали чего. Редкие, самые умные или жадные, или и то и другое одновременно – группировки, только ночами и промышляют. Легче ныкаться. Но риск конечно запредельный. А вдруг вляпаешься… убежать будет сложнее чем днём. Загрызут нафиг.

Выстрелы становились всё реже. А очереди короче. Пока не затихли совсем.

– Оторвались похоже, – сказал я.

– Чистое везение, – ответил Хэк. – Патроны тут тоже дефицит.

– Ну всё, отдохнули и уходим. Сейчас тут людно будет.

– Скорее уж тогда зомболюдно.

Мы успели сменить несколько крыш. В это время, иногда поглядывая вниз, было видно, как со всех сторон сюда стекались любопытствующие. Больше происшествий не происходило. В нашем районе, по крайней мере. Только вдалеке иногда доносились редкие выстрелы. Тоже кому-то не спалось. И не сиделось дома. Прямо как нам. Целенаправленно бредущим, по целой цепи соединённых друг с другом домов и крыш.

Иногда мы спускались по верёвке и сматывали её назад. Иногда Хэк закидывал кошку и мы поднимались по верёвке. Иногда он показывал хитрые обходные пути. Почти всегда, требовалось знание какого-то особенного перехода. Будь-то чердаки, лифтовые шахты или другие неслучайно устроенные переходы в виде труб и других систем тепло и электро коммуникаций.

Не всегда Хэк с первого раза осмыслял что стоит делать. Но потом спохватывался и начинал соображать. Для нас же это был чистый фарс. Так как мы шли почти в полной темноте. Все крыши для меня и Яра слились в одну сплошную мрачную полосу препятствий. Где одно неосторожное движение или неверный шаг и можно было улететь вниз, с немалой, а иногда огромной высоты. Почти сухие крыши с редкими лужами и переходы, были относительно безопасными. Пока к середине ночи не начался накрапывающий дождь, мгновенно увлажнив все поверхности до опасно скользких.

Мы спускались по старой водосточной трубе, которая давала изрядную течь. Когда дождь усилился на столько что стал просто одним сплошным потоком смывать нас, мы к счастью оказались на узкой крыше, одного перехода между зданиями. Карабкаться теперь по аналогичной трубе на стене соседнего здания, в которое нам надо было проникнуть –было далеко не лучшей идей.

– Дальше не безопасно, – вдруг сказал подойдя ко мне со спины Хэк, как будто раньше было сплошь безопасно.

– Сколько ещё надо дождей, чтобы отмыть тебя от всей грязи… – риторически сказал я в темноту, осматривая ночной и казавшийся оттого ещё более мёртвым город.

– Чего? – закрылся от воды Хэк руками, будто это поможет. – Не слышу.

Дождь всё не прекращался, а мы уже изрядно подустали, постоянно находиться в напряжении. Я внимательно осмотрел края крыши нашего перехода.

– Спустимся здесь, – я стал пинать единственную выступающую трубу. – Эта труба вентиляции должна выдержать наш вес. Если по одному. Я вышибу окно. В такой ливень, это не будет громко. Если внутри слишком много зевак. По команде «Тяните» – втащите меня назад. Дальше по обстоятельствам.

– Да, – одобрил Яр. – Ясно Лиис.

– Подожди. Возьми мой стеклорез. Там окно сухое должно быть, выступы большие. Сначала втыкаешь с лёгкого размаху присоску, потом вот так откачиваешь воздух, потом делаешь рез по кругу, максимальный, в диаметре это метр, потом бьёшь в центр, дальше плавно тянешь на себя, либо оставляешь вместе со стеклорезом внутри где-нибудь. Если всё сделаешь правильно. Бить стекло не придётся.

Когда я привязался и свесился с края крыши, глядя на то какой чудесный вид у сырой улицы с четырнадцатого этажа, с шастающими по ней одиночками, то у меня очередной раз возникло острое желание справится с задачей, не смотря ни на что.

Проделав небольшой спуск и упираясь ногами в стену, я достал стеклорез. Проделав всю процедуру, у меня получилось протолкнуть круг вырезанного стекла внутрь. Пришлось аккуратно поставить его на подоконник. Потом отодвинуть и плавно просочиться сквозь круглое окно внутрь.

Не отстёгивая карабина, я огляделся. Двери заперты с двух сторон. Внутри только застоявшийся запах.

– Как обстановка? – ожила гарнитура голосом Яра.

– Тут никого. Двери вроде закрыты. Ждите.

Я прошёлся немного сначала к одной двери, потрогал – заперто. В небольшое окно я осмотрел следующий за дверью пустой зал. Потом подошёл к другой двери, в здание за которую нам следовало попасть – аналогично не открывается. В мутную узкую полоску цветного стекла ничего не видно, дверь тоже закрыта.

– Спукайтесь. Двери заперты. Позади нас вроде тихо. Впереди неизвестно.

– Ага, – отозвался Яр. – Идём.

Сначала влез Хэк. Чтобы он ненароком не разбил окно, я схватил его за ноги и пока он плавно опускался, втянул внутрь целиком. Следом за ним, раскачнувшись, сложенными ногами вперёд влетел Яр. Спецназовец блин! Всё у него впорядке с подготовкой значит. Хэк дал мне понять, можно ли нам уже говорить?

– Нужно посмотреть, что за этой дверью. Очень тихо. Никого не разбудив.

– Ясно. Я сейчас.

Хэк, трудился у двери, осторожно пытаясь извлечь кусочек цветного непрозрачного стекла. Когда она закончил, обтекая водой мы втроём образовали у двери хорошую лужу. Одежда, плюс снаряжение вобрали так много влаги, что теперь стремились как можно быстрее отдать её обратно. Хэк посмотрел внутрь первый и показал нам «класс».

Я сам посмотрел следом – внутри полный порядок. Кресла, диваны, доска планёрка. Какой-то нетронутый временем и людьми престижный офис.

– Дверь надо тихо вскрыть?

– Это я завсегда, – быстро подобрав подходящие отмычки, Хэк за считанные полминуты провернул открывшийся замок. – Только после вас.

– Спасибо, – я вошёл первый, показывая знаком, чтобы все пока оставались снаружи.

Внутри было чисто. На столах документы. Аквариум высох до дна. Всё на местах. Никакого беспорядка. Я прошёлся по кругу офисного зала для собраний и проверил дверь выхода. Заперта.

– Заходим. Тут никого нет.

– Наконец-то, – довольный тем, что больше не льёт на голову, негромко сказал Хэк.

– Давай ещё вот эту сразу откроем. Не хочу сюрпризов на утро.

– Момент, – момент, вместе с доставанием, работой и убиранием инструмента обратно на место – длился полторы минуты. – Можно, – сказал он и отошёл на несколько метров.

Держа пистолет правой рукой, я левой осторожно потянул ручку двери вниз. Массивная стальная дверь открылась бесшумно и мягко, что меня очень порадовало. Впереди почти в полной темноте находился очень длинный и абсолютно пустой коридор. Я прикрыл дверь назад.

– Закрываемся Хэк. До утра. Обе двери.

– Слава небесам. Я уж думал, вы меня без крохи во рту и минуты сна, до рассвета гонять будете сырого до нитки.

– Мы не звери, – присел на диван Яр и убрал автомат, когда Хэк закрыл все вскрытые двери. – Мы тоже кушать хотим.

– И спать, – добавил я и положил на стол в коробочку для карандашей свой фонарик, прибавив яркости, так чтобы свет бил в потолок и освещал всё вокруг. – Но сначала всем подкрепиться.

– Кстати у этих дверей звукоизоляция отменная, – авторитетно сказал наш опытный взломщик дверей. – Можно говорить нормально. Даже если впритык подслушивать придут – не услышат нас.

– А вот свет интересно с улицы видно твой? – сказал Яр.

– Жалюзи закрыты наглухо. Тринадцатый этаж, плюс ливень. Свет тусклый. Никто не увидит. Видимо этот офис подготовили перед закрытием на время эпидемии. И скорее всего сюда планировали вернуться уже через несколько дней – неделю. Потому что эпидемии в этой стране всерьёз никто не воспринимает. До сих пор похоже, судя по количеству живущих в городе людей, прямо нос к носу с заразой.

– Кто-нибудь будет печеньки? – тут стал Хэк мастерски марадёрить всё подряд. – Они тут в упаковках. Нетронутые. О, а ещё конфетки есть. И о чудо! Шоколадки! А ещё тут кофе целый вагон.

– Да у тебя хорошая практика Хэк, – сказал я. – Сразу видно человека, который здесь давно выживает.

– Вот именно. Выживает… Но я не такой. Я здесь именно жил. Не было у меня путёвок за стену и отпускных тоже. Никогда.

– Тащи всё что найдёшь, – сказал Яр падая на мягкий диван. – А кофе на завтрак будем.

– Естественно на завтрак, – принёс целую кучу еды Хэк. – ктож на ночь стимуляторы пьёт? Чай поспать надо.

– Чай тоже на утро, – сказал я сам ложась на мягкий кожаный диван напротив Яра через стол, попутно раскрывая карту. – До рассвета осталось два часа. Хэк мы госпиталь уже прошли?

– Да, как раз, пару домов назад.

– Ясно. Поздравляю, мы вошли в оранжевую зону. Уровень опасности поднялся в несколько раз. Но думать об этом лучше утром… – меня стала пробирать зевота.

Глава 6. Оранжевая зона

Утром я проснулся от нездоровой атмосферы. Яр что-то говорил сам себе под нос, а потом с лёгким вскриком вскочил со своего дивана, пороняв половину снаряжения на пол.

– Фух, – я убрал выхваченный пистолет обратно в кобуру с магнитной застёжкой. – Перепугал меня не на шутку.

– Тоже страшные сны?

– Нет, я из-за тебя проснулся.

– А у меня страшные. Приснилось, как мой бывший командир оборотился, пришёл ко мне ни жив ни мёртв, нечто среднее, со свезённой половиной лица. И давай рассказывать, как он там на рыбалку любил по выходным ездить. Как ни в чём не бывало рассказывает, я иду рядом с ним по коридору, подыгрываю ему, будто всё нормально, а потом мы в зал заходим, а там вся наша команда такая же. Мёртвая. И все к нам идут. Рыбаки хреновы… – с досады Яр махнул рукой.

– Доброе утро джентльмены, – зашёл с кухни Хэк, неся поднос с тремя дымящимися чашками свежесваренного кофе.

– Аромат потрясающий, – сказал я.

– Ага, сейчас умоемся и проверим на вкус, – сказал Яр.

– Давайте быстрее, а то остынет и уже не то будет. Захватите там тогда поднос ещё один. Я вкусняшек на него нагрузил с горкой, не перепутаете.

– Ты же уже взял, – пробубнил Яр.

– Вкусняшек много не бывает, – мне одному и тише, Хэк добавил. – Он чего такой мрачный по утрам всегда?

– Да не. Сон плохой.

– А. Ну сейчас разукрасим. Завтраком.

Завтракали молча. Потом видимо кофе начал действовать. И уровень сахара поднялся до нужной величины.

– План такой, – начал я.

– Может ещё по одной? – предложил Хэк.

– Ну давай. И План расскажу.

– Ага, я быстро.

Через минуту Хэк уже принёс новые порции.

– Так вот. План такой. Сейчас придётся идти улицами. Доступа по зданиям в нужное нам нет. Дальше можете затаиться где-нибудь поблизости.

– А что тебе не надо ничего открывать будет? – держа чашку кофе как истинный английский джентльмен, спросил Хэк. – Это я решил уточнить.

– Надо будет. Одну. Дальше я сам. Дальше вам без меня надо схорониться где-то на местности. Найдём на месте чистый уголок вам. Несколько часов от силы. Максимум полдня. Если проблемы будут. Но их быть не должно в теории.

– Ладно, – хлопнул по коленям Яр, явно веселея после плотного завтрака. – На связи будем. Если что вызывай на подмогу.

– Идёт.

Выбравшись из здания, мы пользуясь тесными внутренними подворотнями, ограждёнными со всех сторон сплошными глухими заборами, вышли на искомую точку. Всего то с дюжину слоняющихся зевак пришлось утихомирить навеки. Разве это цифра… для оранжевой зоны.

Нужное здание стояло несколько особняком.

– Хорошо когда у всех зомби выходной, – махнул за спину Хэк. – Везуха прям. А то по закону подлости бывает и так, что именно в то место куда тебе надо, именно сегодня кишит битком зомбями. А это часом не правительственное здание? – начал размышлять Хэк. Такое бывает, когда это чья-нибудь крутая резиденция. Например, посольство. Кстати это посольство? Всё как-то мимо проходил. Больно вид неприступный лазить туда.

– Почему ты их зомби называешь? – спросил вдруг Яр.

– Ну а как ещё? То ли они инфицированные вирусом. То ли в аду больше нет места для их душ и они бродят теперь тут – в это верится меньше всего. То ли Земля сама стала адом. Возможно это просто биооружие. Одним словом зомбари. Куда проще и унивесальное понятие. В народе давно закрепилось.

– В том то и дело, никто не знает. Кодовое слово у военных – зеваки.

– Зеваки. Любопытствующие. Слишком буднично звучит. Не отражает реальной опасности.

– У военных война – будни.

– А ну это всё меняет, – засмеялся чему-то своему Хэк.

– Зачем тебе в штаб СК, Лиис? – спросил Яр.

– Так это СК? – вновь заговорил Хэк. – Ерунда какая-то. СК это же всякие проверки и контроль. Бюрократы одни. Что ты там забыл? Нет, мне просто интересно.

– СК это Служба Контроля, – поправил его Яр. – Секретная организация между прочим, по всеобщему контролю. То что ты знаешь – это пущенный миф, чтобы скрыть у всех из под носа очевидные вещи. Все госслужбы подчиняются СК. Да вообще все.

– Так вот почему тут всё не разграблено до сих пор, – вдруг осознал всё Хэк. – Умно. – Хотя кто подчиняется… времена уже не. Ни правительства, ни армии, а значит и СК давно не та стала.

– Господа, – я вдохнул и вместе с воздухом набрался терпения. – Мне нужно проникнуть за главные ворота. Потом внутрь. Далее вы возвращаетесь. Какие есть варианты проникновения и идеи?

– Могу вынести взрывом забор, – предложил Яр. – Но так сюда полгорода придёт, посмотреть.

– Не годится.

– Через главные ворота, – сказал Хэк. – Думаю, все те пропускные двери КПП я смогу взломать. В них не должно быть ничего для меня сверхнового.

– Тогда пошли.

На подходе я снял несколько бывших охранников и гражданских. К первой двери подошёл Хэк. Пока он её вскрывал в нашу сторону подошло ещё несколько самых внимательных. Пока Хэк занимался дверью, мы с Яром, словно не сговариваясь, поделили зону видимости на девяносто градусов на каждого. Приседая за бетонными заграждениями, чтобы лишний раз не маячить у всех на виду идущих мимо. Яр быстро уложил их со своей части сектора обстрела. Тупые пистолетные пули его «Тетерева» почти не прошивали головы насквозь. Что было бы удобно, будь это перестрелка среди союзников. Кажется, хотя не кажется, а действительно так, я начинал понимать, почему он ему нравится.

– Хэк, помощь нужна? – спросил Яр перезаряжаясь.

– Нет. Почти всё.

– Надо быстрее, – напомнил я. – большое количество тел у дверей привлечёт лишнее внимание со стороны тех же бандформирований.

Замок защёлкал. Хэк активно стал его проворачивать.

– Заходите быстрее.

– Яр этих не стреляй, – показал я ему на группу бредущих в нашу сторону зевак. – Пусть тут ходят. Внимание отвлекают. Заодно двери сторожат.

– Ага.

Оказавшись за непроницаемой стеной, в буферной зоне, между несколькими коридорами сетчатых заборов, мы очистили всё видимое пространство от помех. Оживившиеся от нашего присутствия, помехи с ногами, будучи в составе двух дюжин, пытались взять нас численностью, но у них ничего не вышло. В два ствола с Яром, мы быстро пощёлкали их головы, как орешки.

Последняя дверь далась Хэку с трудом. Он даже позвал на помощь Яра. Замок оказался просто сломан и заблокирован. Но обошлось без шума. Без них я бы тут быстро точно не справился. А взрывать все двери подряд, во первых никакой взрывчатки не хватит. Во вторых слишком шумно, со всеми вытекающими.

Сам вход в здание оказался заблокирован огромными бетонными плитами. Вокруг здания шастали бывшие сотрудники.

– Подготовились ещё перед штурмом видать, а потом эвакуировались на вертолётах, – прокомментировал Яр.

– С обратной стороны есть подземный гараж. Войдём через него. Пойдём зелёнкой, незаметно. Сады у них тут запущенные стали. Нам на руку.

– Чувствую, ты тут был.

Я пропустил его реплику мимо. Ворота подземного гаража, оказались закрыты. Естественно. И даже заблокированы нескольми легковыми машинами. Явно наспех.

– Как быть? – показал я на это дело рукой.

– Надо осмотреться, – Яр поводил голой в стороны.

– О, а давайте протараним двери на том броневике.

– Завести сможешь? – спросил я.

– Будет глупо не попробовать.

– Ну да, – кивнул Яр. – Взять разгон небольшой с горочки вниз. И вместе с машинами протаранить и двери. Там внизу уже никто не услышит особо. Тоннель вон какой подземный и глубокий.

– Я тоже так думаю.

Мы отправились к броневику. Люк оказался открыт. Внутри пришлось угомонить в головы пару проснувшихся от шума вместе с нами зевак. Запах там конечно стоял почти невыносимый.

Надев на лицо респиратор, Яр скинул с сидений тела и уселся сам.

– Вы идите. Вдруг броневик застрянет. Поможете мне потом вылезти из него если что. – Вот Лиис, тебе на всякий случай кусок взрывчатки с таймером простым. Вдруг и люк заклинит.

– Компания не нужна? – спросил Хэк.

– Компания у меня уже отличная.

– Хорошо, – я согласился. – Только люк за собой закрой.

– Разумеется. Проветривать уже не обязательно, – усмехнулся Яр.

Мы ушли.

– Как думаешь, заведётся вообще? – спросил Хэк.

– Конечно. Это же спецтехника. Ей что три года простоять. Что десять. Там что топливо, что масло с особой химией – почти вечные. Не ссохнутся, даже если полвека стоять будут. В мороз и жару.

– А искру где брать?

– Всё продумано. Как раз на такой случай. Там искра, почти механически должна извлекаться. Сейчас сам увидишь. Разве что не камень о камень.

– Вот только не продумано, что людей почти не осталось.

– Это верно.

Броневик завёлся. Чёрная копоть пошла густым дымом из двух выхлопных труб, выведенных на уровень крыши. Погазовав немного, он тронулся и доехав до спуска, стал стремительно набирать обороты. Когда он съехал, мы поспешили за ним, посмотреть.

Две легковые машины, тоже явно бронированные седаны с тонированными окнами для важных шишек, отскочили словно бутафорские. Не тот вес, чтобы быть препятствием, для этого танка на колёсах. Броневик взял такой сильный разгон, что весь коридор заезда представлял теперь один сплошной чёрный выхлоп. Тут же, донёсся удар.

– Всё, побежали, – сказал я.

Броневик прошёл укреплённые ворота насквозь и даже слегка врезался в стену. Мы вбежали сквозь дыру и в свете включённых по всему периметру броневика габаритных огней, обнаружили полный автопарк машин. Никто не уехал. Ни одна машина. Ехать было уже некуда. Да и закрылся штаб СК, сразу же. В нашу сторону стали сходиться оживающие зеваки.

– Проснулись, – сказал Хэк. – приготовившись стрелять.

– Одиночными в голову давай. Не давай им зайти со спины.

– Понял, – дальше заработал его HK UMP.

– Куда дальше? – высунулся из люка Яр с автоматом.

– Сдай назад. Нужно перекрыть вход. Чтобы снаружи не стеклись. А то уже пребывают, – я всмотрелся в коридор, дым и пыль развеялись и теперь по нему двигались тёмные на фоне белого света силуэты. – Я пока на разведку. Всем перейти на внутреннюю связь.

– Давай, – откликнулся по внутренней связи Яр и сдав назад закрыл вход. – Мы если что в броневике переждём.

– Нет. Плохая идея. Лезьте на крышу.

– Меня только не оставляйте, – сквозь стрельбу нервно заговорил Хэк. – Я вам не герой боевика.

– Сейчас помогу. Подходи к броневику и залезай на крышу. Их тут немного вроде.

– Полсотни, это немного по-твоему?

В ответ Яр заговорил из своего автомата. Я тем временем, двигаясь в темноте, ушёл от них. Одев на голову ПНВ, я стал обходить идущих к свету зевак. Я отошёл достаточно далеко и они уже не видели меня в темноте. Поэтому я старался идти совершенно бесшумно. В отличие от шаркающих и врезающихся во всё подряд зевак.

– Яр, как у вас там?

– Пребывают. Слишком много их тут.

– Гасите свет. Одевайте ПНВ и по тихому в сторону западного направления идите ко мне. Лестница наверх свободна.

– Сейчас сделаем.

Минут через пять они пришли. Кажется у Хэка был лёгкий шок. Ошалелый взгляд, сырое лицо и автомат без магазина. Пустой магазин он держал в другой руке, не зная что с ним теперь делать.

– Хэк. Водички попей.

– А? Ага? Пришли уже? – положив автомат и отомкнутый магазин на капот машины, далее достал пол-литровую бутылку воды и полностью её опустошил.

– Только бутылку не кидай на пол, – в темноте, неподалёку от нас ещё бродили зеваки. – Вы там очень нашумели. Сейчас они все туда стекаться будут. Это хорошо. Хэк, автомат перезаряди. Пустой магазин в подсумок за спину сунь. Потом дозарядишь.

– Ага, – сообразил Хэк, перезаряжаясь.

– Ну, если все готовы, то пошли.

– А говорил, посадишь нас в тихое местечко, – сказал Яр.

– Ну ты сам всё видел. Негде мне было вас оставить. Ни за забором, ни здесь на парковке. Внутри посидите. Если будете хорошо себя вести, найдём вам приличную комнату отдыха.

– Другое дело, – сказал Хэк, приходивший в себя. – С ними рядом я и броневике себя не важно чувствую. Был у меня аналогичный опыт, спал ночь в контейнере строительном для мусора, мертвяки не хотели расходиться до самого утра. Пока их не отвлекло чего-то. Так вот они полночи там шарились. С тех пор не люблю их присутствие очень сильно.

– Откуда такие классные ПНВ? – спросил Яр. – Дальность не страдает. Цифровой сигнал такой чистый.

– Особый заказ. Для разведки.

– Вот опять… сливки в разведку. Остальным войскам, что попадёт. Мой старый ПНВ весил столько, что в конце ночи болела шея, как будто я привязывал к голове в шлеме гантелю.

– Не всегда так. Ладно. Идём.

Лестница оказалась пустой. Только несколько старых тел с простреленными головами. Видимо их тоже успела коснуться заварушка, до эвакуации. Либо переполох наступил в процессе, а потом уже на вертолётах не успели забрать всех. Да и были ли вертолёты на всех? Скорее уж нет. Хотя как и везде, просто могли не успеть.

Я действительно хотел оставить их на одном из этажей в зоне отдыха. Но зона отдыха была настолько заполнена бывшими сотрудниками организации, что они сразу не согласились. Особенно Хэк был против.

– Я себе отдых как-то по-другому представлял. А не пробежки наперегонки с Яром по этажу от зомбаков. Пока ты там по всему зданию в одиночку прохлаждаешься.

– Да. Я согласен с ним Лиис. Мы давай либо с тобой пойдём, либо сами найдём себе тихое местечко. Есть же серверная какая-нибудь или лучше кафешка закрытая. В общем, непопулярное местечко нужно.

– Ну, зона отдыха раньше всегда и пустовала. Не знаю, почему туда все стеклись отдыхать. Со мной вы не пойдёте, не пройдёте контроль. У вас допусков нет. А мой фэйс, система ещё помнит. Раз мы без взлома со стороны Хэка в зону отдыха уже смогли попасть, только за мои красивые глазки. Тем более один, я тихо пройду. А втроём – нам придётся с пальбой пробираться. Так что айда ещё восемь пролётов пройдём. Есть надежда для вас.

– Для ног её точно нет, – сказал задыхающийся Хэк.

– Я думал, ты выносливее нас должен быть, – сказал Яр.

– Должен. Но не с таким количеством вещей на горбу. Тактика у меня другая обычно. И стратегия тоже.

Вскоре мы подошли к дверям на нужный этаж.

– Так, парни. Смотрите по сторонам, я пойду прямо.

– Давай, – кивнул Яр, проверяя свой автомат и напарника. – Хэк прикрываешь левую сторону, я правую.

– Тогда пошли, – я нажал на сканер и он сканировал моё лицо.

– Добро пожаловать, – ответил сканер вежливым голосом.

– Откуда у тебя такая популярность тут? – Яр внимательно осмотрелся.

– Бывал раньше частенько. Всё. Тихо.

Наш коридор был пуст. Большой зал для совещаний был полностью закрыт плотно закрытыми жалюзи. Сбоку мы заметили в редкие просветы, что он оказался битком забит бывшими сотрудниками. Зрелище то ещё.

– Кто их туда? – спросил Яр.

– Похоже специально загнали. Со всего этажа. Стекло толстое. Давай проверим двери.

– Значит мы не одни и за нами следят? – сказал Хэк.

– Не факт, – ответил я. – Это могло быть очень давно. Когда кто-то хотел банально выбраться живым. Не думаю, что он тут остался на эти долгие годы. Не перспективное место для жизни. А с такими соседями крыша может поехать.

Я ушёл вперёд на разведку. Дав жестами понять, чтобы они тут осмотрелись тихо.

– Двери замотаны цепями, – доложил Яр, первый добравшийся до потенциально опасного входа в зал. – Тут замок висит. Слой пыли старый. Коридор ведущий сюда тоже закрыт был.

– Ладно. Давайте ко мне. По главному коридору прямо. Хэка не потеряй. И двери все закрывайте за собой, что открыли.

– Принял. Хэк, уходим. Идём за Лиисом.

Находившийся офис данного отдела удивил своим порядком и Хэка и маловозмутимого Яра.

– Его бросили словно вчера, – подвинул стволом автомата несколько листов со стола Яр и они разлетелись по полу.

– Лучше ничего не трогайте в этом отделе. Особо. Они здесь исследованием аномальных проявлений занимались. Это сверхпонимания может оказаться и смертельно опасно. А лучше идите подкрепиться в буфет. Но сначала помогите мне разблокировать кабинет у их босса.

– А оружейная у них тут есть? – спохватился Яр.

– Конечно есть. Открывается как раз из того самого кабинета, о котором я и говорю.

– Тогда пошли скорее. Хэк, хватит глазеть. Быстрее откроем, быстрее перекус устроим. А пока Лиис будет ходить по своим делам, обшарим их оружейку.

– Идея на двести процентов верная, – одобрил замотавшийся Хэк.

Через пятнадцать минут, я проник внутрь кабинета. Парни отказались рыться в шкафах, ящиках, столе и ушли подкрепиться в кухню. Что меня более чем устраивало. Я достал жёсткий диск из компьютера, закрыл в водонепроницаемый и противоударный контейнер и убрал к себе в рюкзак. Затем пробежался по основным делам с грифами совершенно секретно. Пока случайно не наткнулся на тот факт, что напольный сейф был открыт.

Правда там ничего кроме других документов и пары пистолетов, интересного не оказалось. Видимо когда всё случилось, главы просто не было. Слишком всё оставлено нетронуто.

Я отделил все имеющиеся документы от остальных по заглавию «ZAW» сформировал в одну папку и вышел. Пока парни трапезничали за чашкой местного чая и тарелкой чайных сладостей, я изучил документы.

Неразгаданной осталась только аббревиатура «ZAW». В остальном информация подтверждала лишь некоторые догадки. В целом она казалась бы более чем фантастической, если бы я сам лично не достал её отсюда.

Из отчётов я узнал следующую информацию. Она касалась возобновления проведения однотипных экспериментов с электромагнитными полями повышенной мощности. На основе новых собранных установок, по схемам взятым из экспедиции тридцатилетней давности на Северный полюс. Частично сами схемы были на чёрно-белых фотографиях. Это была идеальная наскальная письменность, на отполированной до зеркала наскальной породе. Сами плиты достали военные ныряльщики с глубины, когда проникли в подземную пещеру. Транспортировать на корабль их не удалось, так как они не проходили по ширине в затопленный тоннель, ведущий сначала в пещеру, а потом в заброшенный город под ледниками, но фотографии получились отличные.

С помощью новых данных, чертежи откорректировали и собранная установка, питающая невероятный количеством энергии была готова к запуску уже пять лет назад. Сначала это были пробные запуски и они ничего не принесли. Зато когда установку откалибровали в соответствии всё с той же информацией с плит и дали ей подходящую мощность, то образовался портал. Портал в цивилизацию, оставившую город подо льдами, после того как в результате смещения оси земли, пришло глобальное похолодание.

Пока я читал сам документы, то ко мне вскоре присоединился Яр, а следом и Хэк. Яр брал у меня уже прочитанные листы и передавал дальше Хэку.

Когда все дочитали, первым нарушил тишину Хэк.

– Это как-то связано со всем, что произошло три года назад?

– Да, – вдруг раздался голос в наш динамик на стене, а свесившаяся вниз камера резко оживилась и осмотрела нас. – Я знаю и другие подробности проекта «ZAW», – голос принадлежал девушке. – А заодно я знаю, зачем ты здесь Лиис. Я раньше видела тебя. А сегодня я прочитала твоё досье. Я знаю, как тебе найти свою жену и дочь. Но для начала вам нужно срочно покинуть здание. Сейчас за вами уже отправили пару вертолётов. Через пару минут они будут на крыше. А потом придут за вами.

– Кто ты? – спросил я.

– Меня зовут Элина. Я работала в рамках этого проекта. Пока они всё не испортили.

– Почему я должен тебе доверять?

– Потому что, то во что они превратили наш мир своими экспериментами, мне не нравится. Я и раньше это говорила. Но разве кто-то будет слушать генного инженера и микробиолога занимающегося молекулярным клонированием?

– Хорошо, что ты предлагаешь Элина?

– Сейчас спускайтесь через тайный лифт. Он находится внутри кладовой. Этажом выше. Попасть туда можно будет через вальшдверь внутри кабинета, в котором ты уже был. Код от двери 46757. Панель ввода скрыта за картиной. Лифт довезёт вас до подземной станции. Там выбирайтесь на фиолетовую ветку. Потом с неё на зелёную. Когда будете на конце зелёной у входа в мою лабораторию, я свяжусь с вами сама.

– Надеюсь всё так и есть.

Связь резко оборвалась, а камера поникла.

– Поверим ей? – спросил Яр замечая в окно летящие к нам тёмно-серые боевые вертолёты.

– У нас нет особого выхода. Спецназ спустится сюда очень быстро.

– Валить я за, – дёрнув плечами сказал Хэк.

– Тогда валим быстрее. Яр, поставь пару не смертельных сюрпризов на случай погони.

– Это я быстро.

Вальшдверь ввела нас в узкую клетку с обычной настенной лестницей. По ней мы залезли на склад, этажом выше и оттуда вызвали лифт. Лифта не было долго. А когда он прибыл, донёсся звук сработавшей светошумовой гранаты.

– Вот и спецы, очень торопятся взять нас, – прокомментировал Яр.

– Вторую тоже найдут? – спросил Хэк.

– Найдут, – двери стали закрываться и мы услышали ещё один хлопок. – На этот раз слезоточивая.

– Пусть плачут на здоровье, – сказал я.

– Точно, – обрадовался Яр.

Глава 7. Подземка

Спуск вышел быстрым. Лифт спустился весьма исправно. В этом и была вся его проблема. Так как делал он это грохоча, как старинный ржавый мусоровоз, набитый пустыми стальными бочками. Чтобы больше такого не повторилось, я вытянул Яра из увлекательной стрельбы.

– Яр, хорош стрелять. Хэк один справится.

– Что? Не бросайте меня одного с ними! Их тут слишком много оказалось.

– Не дрейфь Хэк. Стреляй в ближних трёх, потом меняй рубеж и стреляй в новых и так чтобы никто к нам не подошёл.

– А вы что там делать будете? – снова дал несколько выстрелов Хэк, немного трясущимися руками, отвлекаясь на идущих на нас около мёртвых бывших сотрудников. – Развлекаться или меня учить?

– Яр, лифт надо заминировать, так чтобы он проехав этажей семь обратно – взорвался.

– Это можно. Прикрывай тогда. Я Хэку свою спину на 100% не доверяю. У него руки трясутся.

– Сейчас. Нормально всё будет.

Чтобы не мешать, но и не уходить, я зажал большим пальцем левой руки кнопку лифта, а сам правой рукой достал пистолет и стал снимать по одному каждого, кто спешил подойти к нам двоим со своей не свежей головой. Хэк неплохо справлялся, зачищая на две стороны нашу платформу, а я добивал тех кого он пропускал.

Когда Яр закончил, мы выдвинулись в обход всех нерабочих платформ. Свет горел только вокруг одной. К ней мы и отправились, обойдя по кругу собравшуюся на наше появление толпу зомби. Ну вот оно, дурное влияние. Хэк недавно с нами, а я уже стал называть их зомби…

Не успели мы далеко отойти, как донёсся взвыв.

– Не доставайся никому. Хороший подход, сжигать мосты, – поделился Хэк. – А всё же вы зря меня бросили. Я вам не боевик. Пока.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.