Екатерина Михалькова, Светлана Радченко
Психология особенных детей. Учебник для студентов и социальных работников

Предисловие

В книге рассматриваются личностные особенности детей с ограниченными возможностями здоровья. Большое место в работе занимает изучение характера детско-родительских отношений в семьях, воспитывающих особенных детей.

В представленном материале дается характеристика мышления детей с РАС в контексте нейропсихологического подхода. Помимо этого исследование ведется через рассмотрение таких проблем, как волевая сфера подростков, склонных к девиантному поведению. В работе анализируется теоретические наработки о стилях воспитания и обучения детей с ограниченными возможностями здоровья. Помимо этого проводится глубокий анализ учебной мотивации подростков.

Преимуществом данной книги являются практические рекомендации для психологов в рамках изучаемых вопросов. Полученные результаты исследования можно использовать в психологической работе, в научно-психологической деятельности для освещения вопросов о детях-инвалидах, а также при подготовке научных докладов, статей, методических пособий.

Пособие предназначено для студентов психологических факультетов, практических психологов, педагогов, родителей и специалистов смежных областей.

Глава 1. Детско-родительские отношения в семьях, воспитывающих особенных детей

Введение

Данное исследование посвящено проблеме детско-родительских отношений в семьях, воспитывающих детей с ограниченными возможностями здоровья. Проблема обусловлена тем, что на сегодняшний день детско-родительские отношения как психологический феномен, находятся под постоянным воздействием динамично обновляющихся ценностей социума; и глобализации общества в целом. Такое положение дел способствует тому, что прежние научные наработки в изучении данного феномена являются недостаточными, неполными и немного устаревшими для решения современных задач в контексте детско-родительских отношений. При этом за последнее десятилетие, в системе развития и воспитания детей увеличивается перечень важнейших задач, требующих решения. Одной из таких задач является консультирование семей, в которых есть особенные дети.

Стиль воспитания в системе детско-родительских отношений выступает как основная психологическая атмосфера, в которой ребёнок растет и развивается. По мнению исследователей М. Б. Батюта, Ю. Б. Гиппенрейтер, Ф. Дольто, Р. А. Даировой, М. Н. Елиашвили, А. С. Спиваковской и Г. Г. Филипповой, здесь очень важен набор основных методов и способов воспитания, формирующий эмоциональный тон и психологическую составляющую условий детского развития.

Фундаментальной базой любого развития является специфика родительского воспитания, в котором вырос человек. На сегодняшний день существует целый ряд научных исследований стилей родительского воспитания как фактора развития ребёнка. К их числу можно отнести труды Л. С. Выготского, Ю. Б. Гиппенрейтер, Х. Гинотт, Е. М. Ижвановой, А. А. Кузьминой, А. С. Спиваковской и др.

При этом существуют многочисленные исследования личностных особенностей детей подросткового возраста в работах Д. Байярд, Р. Байярд, К. Гонсалес, Ф. Дольто, А. И. Копытина, Т. П. Мараловой, И. М. Марковской, А. В. Симоновой и др. Однако объективных исследований детско-родительских отношений в семьях, где воспитываются особенные дети, обнаружено не было.

Таким образом, проблема исследования состоит в том, что, несмотря на существующие работы в области детско-родительских отношений, недостаточно изучены особенности семей, в которых есть дети-инвалиды. Научные наработки в этой области имеют фрагментарный характер, что вызывает необходимость проведения более глубокого и тщательного исследования специфики детско-родительских отношений в таких семьях. Кроме этого, в процессе психологического консультирования семей, воспитывающих особенных детей, существует масса проблем, требующих от себя решения, в частности проблемы психологической помощи семьям с особенными детьми. Исходя из этого изучение детско-родительских отношений в семьях, воспитывающих особенных детей, является актуальным для науки. На основании выше изложенного нами была выбрана тема данной работы.

1.1. Понятие и сущность детско-родительских отношений

Проблема взаимоотношений между родителями и детьми с позиции психологических подходов рассматривается Л. С. Выготским, Ю. Б. Гиппенрейтер, Х. Гинотт, А. В. Запорожецем, Е. М. Ижвановой, А. А. Кузьминой, А. Н. Леонтьев, В. Сатир, А. С. Спиваковской и другими.

Существенный вклад в изучение особенностей детско-родительских отношений внесли представители классического психоаналитического направления. При этом психоанализ является первым психологическим подходом, в контексте которого отношение родителей к ребёнку рассматривалось через призму фундаментальных факторов развития последнего.

Так, например, А. Фрейд и З. Фрейд полагают, что мать представляет собой с одной стороны объект либидо и источник удовольствия, а с другой стороны – «контролирующей и законодательной властью». Фрейд старший постулировал идею о том, что для социального благополучия обеих сторон взаимодействия необходимо отделять мать от ребёнка, то есть в определенный момент разрывать симбиотические отношения в диаде «мать-дитя». Данную идею поддерживают большинство существующих современных концепций, рассматривающих проблемы детского развития и детско-родительских отношений в том числе. Сюда следует отнести теории Д. Боулби, К. Роджерса, Э. Фромма, Э. Эриксона. Помимо этого наиболее популярной концепцией взаимоотношений между родителями и детьми является теория привязанности, представленная Д. Боулби и М. Эйнсворт. Основным понятием в рамках данного подхода выступает «внутренняя рабочая модель», представляющая собой взаимообусловленное и неразрывное единство себя и другого человека. Ребёнок, с точки зрения концепции привязанности, познаёт самого себя непосредственно через отношения к нему со стороны матери, а мать воспринимает через призму данных отношений к самому себе. Такое положение дел позволяет констатировать тот факт, что между матерью и ребёнком существуют сложная и в тоже время не полностью изученная взаимосвязь, в контексте которой ребёнок обретает определенную степень безопасности и защищенности.

В современном мире существуют психологические концепции, которые рассматривают привязанность ребёнка по отношению к матери не как феномен самосознания, а как поведение в рамках компетенции и адаптации. Так, например, Е. Мосс привязанность исследует как стратегию поведения ребёнка во взаимодействии с матерью. Автор выявил положительные корреляционные взаимосвязи между надёжной привязанностью в диаде «мать-дитя» и адаптацией в школе, конструктивной коммуникацией во взаимоотношениях «родитель-ребёнок». П. М. Криттенден утверждает, что привязанность ребёнка к матери определяет стратегии поведения школьников всех возрастов.

Кроме теории привязанности весьма популярными в науке психологии являются различные модели стилей поведения, разработанные Д. Баумрид, Р. К. Беллом, Е. С. Шеффером и др. Данные модели будут рассмотрены более подробно в следующем параграфе. Однако, раскрывая понятие и сущность детско-родительских отношений, стоит отметить, что каждая модель стилей воспитания имеет множество различных взаимосвязей с психологическими факторами. Несмотря на то, что все имеющие классификации стилей родительского воспитания были предложены более 20 лет тому назад, они являются актуальными моделями, раскрывающими отношения между родителями и детьми.

В XXI веке широкое распространение в контексте исследований детско-родительских отношений стали гендерные и кросскультурные подходы. Проведенные исследования в области взаимоотношений в диаде «родитель-ребёнок», показали, что стиль воспитания определяет специфику детского темперамента. Современные исследования, в частности исследования Е. И. Михальковой, указывают на то, что матери и отцы используют в воспитании своего ребёнка разные стили. Помимо этого Е. А. Сорокоумова выделяет следующие особенности в гендерном различии родительского воспитания: матери чаще всего ориентированы на использование демократического стиля, отцы – попустительский или авторитарный [Е. А. Сорокоумова, 2017].

Детско-родительские отношения имеют свою специфику: противоречивость и двойственность в отношениях родителей с ребёнком. С одной стороны, это объективное оценочное отношение, ориентированное на становление и развитие общепринятых социальных норм поведения. С другой стороны – это глубокая связь и безусловная любовь в диаде «родители-ребёнок». Подобная противоречивость и двойственность характерна не только для данного вида отношений, наличие этих двух полярностей наблюдается и в межличностных отношениях вообще.

Внутренняя конфликтность и некое своеобразие в сфере родительского отношения заключается в максимальной напряженности и выраженности этих особенностей взаимодействия с ребёнком. Беспокойство за будущее детей и одновременно с этим ответственное отношение в вопросе воспитания способствует формированию различных оценочных позиций родителей, обусловливая контроль над действиями ребёнка, непосредственно превращает его в объект воспитания.

Стоит отметить, что на сегодняшний день не определено однозначно в научно-психологической литературе понятие «детско-родительские отношения». Это связано с тем, что данное понятие разными авторами раскрывается по-своему. Во-первых, данное понятие как психологический феномен понимается в науке психологии как подструктура семейных отношений. Эти отношения объединяют в себе неравнозначные, но одновременно с этим взаимосвязанные между родителями и ребёнком. Во-вторых, детско-родительские отношения рассматриваются как взаимовлияние, взаимоотношение, активное взаимодействие в контексте «родители-ребёнок». Помимо этого данный контекст наполнен социально-психологическими особенностями межличностных взаимодействий (А. Я. Варга, Л. С. Выготский, А. Г. Лидерс, М. И. Лисина, А. С. Спиваковская и др.). В рамках зарубежной психологии детско-родительские отношения исследуются в основном такими направлениями как классический психоанализ (З. Фрейд, М. Кляйн, Ф. Дольто, Э. Эриксон и др.), бихевиоризм (Б. Скиннер, Дж. Уотсон и др.) и гуманистическая психология (Дж. Байярд, К. Роджерс, В. Сатир и др.).

В связи с тем, что феномен «детско-родительские отношения» не имеет чёткого определения, приходится использовать терминологические разночтения, которые приводят к выводу о том, что детско-родительские отношения представляют собой один из видов отношений между людьми. Однако, эти отношения отличаются от всех остальных межличностных отношений своей спецификой. Специфичность данного вида межличностных отношений обусловлена эмоциональной значимостью обеих сторон взаимодействия и амбивалентностью в отношениях «родитель-ребёнок».

Таким образом, понятие детско-родительских отношений раскрывается как сложная и в тоже время не полностью изученная взаимосвязь между матерью и ребёнком, в контексте которой преобладает эмоциональная значимость с обеих сторон взаимодействия и амбивалентность в отношениях родителя к ребенку. Сущность детско-родительских отношений определяется стилем родительского воспитания, основные виды которых будут рассмотрены в следующем параграфе данной работы.

1.2. Основные классификации стилей родительского воспитания

В контексте детско-родительских отношений существует три основных критерия, не утративших актуальности исследования на протяжении последних 20-ти лет: родительская установка, родительская позиция и стиль родительского воспитания.

В рамках данного исследования мы рассмотрим стили родительского воспитания в контексте детско-родительских отношений. Стиль воспитания подразумевает под собой характерные, обобщенные, ситуационно неспецифические способы общения родителя с ребёнком.

Родительская установка и родительская позиция – это компоненты стиля родительского воспитания. При этом понятие «родительская установка» включает в себя неосознанные аспекты родительского отношения к ребёнку, а понятие «родительская позиция» – осознанные. На практике в детско-родительских отношениях эти отношения, чаще всего, проявляются в совокупности.

В психологическом словаре понятие «стиль воспитания» включает в себя характер руководства поведением ребёнка со стороны взрослого, количество ограничений и запретов, а также степень опеки, заботы, контроля, тесноты эмоциональных контактов в контексте детско-родительских отношений. Стиль воспитания – это некая система, способы поведения с детьми и совокупность эмоционального отношения родителей к ребёнку. А. С. Спиваковская отмечает, что стиль воспитания – это способы и формы взаимодействия с детьми, основой которых является бессознательная и сознательная оценка ребёнка [А. С. Спиваковская, 1986].

И. М. Марковская утверждает, что под стилем воспитания следует понимать систему способов и приёмов воспитательного поведения родителя, обусловленную его личностными особенностями и выступающую как средство эффективной адаптации к объективным требованиям [И. М. Марковская, 2007].

Стиль родительского воспитания подразумевает под собой характер взаимоотношений родителей с ребёнком. При этом стиль воспитания охватывает характер опеки и заботы о ребёнке, руководство его поведением со стороны родителей, тесноту эмоциональных контактов между родителями и ребёнком, «включенность» взрослых в жизнь своего дитя, количество запретов и т. д.

Стиль семейного воспитания – это многогранная система, функционирующая под воздействием целого ряда объективных и субъективных факторов, включающая в себя всю совокупность методов, способов воздействия на ребёнка в контексте воспитательного процесса, заботу и опеку о ребёнке, а так же разнообразие различных родительских позиций, установок, мнений, поведенческих паттернов во взаимоотношении с детьми. При этом следует различать понятия «стиль воспитания», «родительские установки», «методы воспитания», «типы отношений к ребёнку» и «способы воспитания». Стиль воспитания – это совокупность различных компонентов системы воспитания, а установки, методы, способы и т. п. – лишь компоненты стиля воспитания. Поэтому рассматривая и анализируя различные родительские позиции, установки, типы взаимоотношений с детьми, мы изучаем стиль воспитания.

Стиль родительского воспитания является уникальным психологическим феноменом, который всегда актуален для исследования в контексте детско-родительских отношений. Родительские позиции, установки и параметры – это некая модель воспитания родителями ребёнка, способ поведения с детьми и совокупность эмоционального отношения родителей к ребёнку. А. С. Спиваковская это определение конкретизирует следующим образом: стили родительского отношения к детям представляют собой реальную направленность, фундаментом которой является бессознательная и сознательная оценка ребёнка. Эта направленность, по мнению автора, выражается в формах и способах взаимодействия с ребёнком [А. С. Спиваковская, 1986].

Анализируя многообразие научных подходов в исследовании родительских позиций в отношении ребёнка, можно выделить несколько основных классификаций стилей родительского воспитания. Одной из основных классификаций на протяжении последнего десятилетия считают классификацию, которую предложила Д. Баумринд. Исследователь считает, что в детско-родительских отношениях, в большей мере, фигурируют четыре основных стиля воспитания. Свою классификацию Д. Баумринд аргументирует тем, что в контексте детско-родительских отношений превалируют два фактора воздействия на ребёнка – это родительская теплота и родительский контроль. Первый фактор подразумевает под собой степень родительского одобрения и любви по отношению к ребёнку. Данный фактор проявляется в критике, наказаниях, упрёков или, наоборот, в поддержке и похвале от родителей. Второй фактор генерируется в степени детских обязанностей, правил и запретов, которые устанавливают родители. Благодаря этому фактору родители направляют вектор деятельности своего ребёнка в то русло, которое с позиций родителей является наиболее правильным и верным.

В дальнейшем Д. Мартин и Э. Маккоби видоизменили классификацию стилей родительского воспитания, которую предложила Д. Баумрид. Они аргументировали свою позицию тем, что внутрисемейные отношения следует измерять двумя параметрами:

– принятие / отвержение;

– требования или контроль.

Параметр «принятие-отвержение» включает в себя степень родительского одобрения, любви, поддержки и похвалы, показатель наказуемости и критики за неудачные действия и поступки, наличие эмпатии и улыбок со стороны родителей в отношении с детьми. Параметр «требования или контроль» подразумевает под собой степень проявления у родителей тенденции к запретам и выраженности требованиям подчиняться родительским правилам и нормам.

По мнению Д. Мартин и Э. Маккоби, пересечение этих двух измерений дополняет классификацию Д. Баумрид. В результате была выделена новая классификация стилей воспитания, которая включила в себя четыре стиля:

– авторитарный;

– демократический;

– попустительский;

– либеральный.

Стоит отметить, что впоследствии были выделены и другие стили воспитания, но, в рамках данной работы, мы рассмотрим более подробно лишь основные.

Попустительский стиль воспитания подразумевает под собой безразличное, холодное отношение родителя к ребёнку, его переживаниям и потребностям. В данной ситуации родители исключительно заняты своими проблемами и не устанавливают каких-либо ограничений для ребёнка. Родители считают выполненным долгом то, что их ребёнок накормлен, одет, обут, имеет необходимые вещи, игрушки, школьные принадлежности. Как правило, в воспитании детей здесь используется метод «кнута и пряника», то есть родители могут ругать и следом же хвалить ребёнка. В присутствии посторонних людей родители, придерживаясь такого стиля семейного воспитания, проявляют к своему ребёнку безграничную любовь, оправдывают его шалости и подчёркивают достоинства.

При попустительском стиле воспитания ребёнок чувствует себя одиноким, так как не дополучил любви и ласки от родителей. Он вынужден самостоятельно и в одиночку решать свои детские проблемы. Такие дети имеют много тайн при себе, они не доверяют окружающим, иногда слишком самоуверенны. Находящиеся в условиях такого стиля воспитания, дети чаще не имеют своего собственного мнения, не умеют сопереживать, сочувствовать, говорить правду, любить, дружить. Это происходит потому, что их этому не научили. Они привыкли видеть двуличие в лице родителей: на людях они любят ребёнка, а дома его игнорируют, не замечают, на нём «срывают зло» из-за своих проблем. В обучении дети заинтересованы не процессом, а результатом. Они не требовательны и не критичны к себе, но слишком требовательны и критичны по отношению к другим. У них всегда кто-то виноват. В отношениях они демонстрируют своё равнодушие и безразличие.

Либеральный стиль воспитания характеризуется тем, что, в данном случае, родитель намеренно ставит себя на одном уровне с ребёнком. Реальная помощь, запреты, обучение правилам поведения, участие в жизни ребёнка, контроль – всё это отсутствует. Ребёнку представлена полная свобода. Родитель придерживается мнения о том, что при таких условиях у ребёнка быстро сформируется ответственность и самостоятельность. При этом отношения родителей к ребёнку тёплые и доверительные. Как правило, родители, придерживаясь такого стиля воспитания, снимают с себя ответственность за результат. Это происходит потому, что они не хотят или не способны требовать, организовывать и руководить воспитанием ребёнка.

Ребёнок при либеральном стиле воспитания предоставлен сам себе. Столкнувшись с проблемой, он сам вынужден её решать. Такие дети испытывают недоверие к окружающим, тревожность и отчуждённость. В данном случае, формирование личности во многом зависит от окружающего социума, то есть от среды вне семьи. Существует большая вероятность того, что дети будут вовлечены в различные антисоциальные группы. Это связано с тем, что их родители не хотят и не способны контролировать поступки своих детей. Как показывают исследования, у родителей-либералов вырастают либо импульсивные и неуправляемые, либо неуверенные в себе и безответственные дети. Очень редко у таких родителей дети становятся активными, творческими и сильными людьми.

Авторитарный стиль подразумевает под собой воспитание детей при наличии холодных отношений и высокого уровня контроля. Авторитарные родители имеют чёткие представления о том, каким должен быть их ребёнок и в процессе воспитания они стремятся всеми способами этого добиться. Они устанавливают жёсткие правила для ребёнка, постоянно его контролируют, отвергают всяческие инициативы и часто наказывают. В тоже время они стремятся дать ребёнку всё самое лучшее: еду, одежду, игрушки, образование, – всё, кроме ласки, понимания и любви.

Ребёнок при авторитарных родителях испытывает огромный дефицит в эмоциональных проявлениях. Он не уверен в себе и своих способностях. У такого ребёнка слабое «Я». Ребёнок чувствует себя одиноким, ничтожным, не нужным родителям. К окружающему миру относится с подозрительностью и враждебностью. Соответственно, формируется личность, не способная контактировать с окружающими. В результате такого воспитания вырастают либо агрессивные, либо пассивные личности. Они замыкаются в себе или заканчивают жизнь самоубийством.

Демократический стиль представляет собой воспитание с тёплыми, доверительными отношениями. Родители-демократы контролируют своих детей и в мягкой форме координируют их действия. Такие родители поощряют инициативы детей, прислушиваются к их мнению. Родители требуют соблюдения дисциплины, но, в тоже время, признают права и свободы своих детей. Они устанавливают правила с учётом интересов и потребностей подрастающего поколения. Родители-демократы постоянно включены в жизнь своих детей: всегда готовы помочь в решении проблем, интересуются их жизнью, слышат и слушают их.

Ребёнок при демократическом воспитании чувствует заботу, любовь и понимание со стороны родителей. Он вырастет уверенной в себе и своих возможностях, рассудительной, инициативной, самостоятельной личностью. Дети родителей-демократов прислушиваются к окружающим. Умеют контролировать свои поступки и поведение. Чаще всего, становятся лидерами и успешными людьми в будущем.

Е. О. Смирновой и М. В. Соколовой была представлена своя классификация стилей воспитания, которая включает в себя семь пунктов:

1. Строгий стиль воспитания. Данный стиль подразумевает под собой использование директивных методов воспитания, навязывание своего мнения и установление системы требований. Этот стиль воспитания характерен жестким направлением детей по пути социальных достижений и успехов. При этом строгий стиль воспитания специфичен тем, что, в данном случае, блокируется инициативность, активность и самостоятельность детей. По мнению родителей, использующих этот стиль воспитания их дети неспособны принимать самостоятельные решения в силу недостаточной зрелости. Строгий стиль воспитания, по своим характеристикам, похож на авторитарный стиль воспитания из классификации Д. Баумрид.

2. Объяснительный стиль воспитания. Этот стиль характеризуется наличием родительской позиции о здравом смысле их ребёнка. Родители убеждены в том, что их ребёнок достаточно развит в силу своего возраста и способен понять причинно-следственные связи между явлениями. При этом родитель всегда может объяснить поведение своего ребёнка.

3. Автономный стиль воспитания. Специфика этого стиля воспитания обусловлена тем, что родитель всегда предоставляет ребёнку возможности найти самостоятельно выход из сложившейся ситуации. При таком стиле воспитания ребёнок имеет максимум независимости, самостоятельности и свободы в выборе и принятии решения. Родители, придерживающиеся этого стиля воспитания, спокойно относятся к нарушениям дисциплины и правил ребёнком. Они возлагают полную ответственность за содеянное на подрастающее поколения. Такое положение дел родители объясняют тем, что ребёнок сам должен приобретать свой опыт, учиться на тех ошибках, которые совершает.

4. Компромиссный стиль воспитания. Для решения проблем родитель предлагает ребёнку выбрать наиболее приемлемый вариант действий. Первый вариант подразумевает под собой разделение трудностей и обязанностей пополам. Второй вариант – это замена чего-либо привлекательного для ребёнка взамен имеющегося, непривлекательного. Родители с компромиссным стилем воспитания ориентируется на предпочтения и интересы ребёнка, его сильные и слабые стороны, что можно предложить взамен существующей проблемы.

5. Содействующий стиль воспитания. Этот стиль воспитания отличается тем, что родитель всегда видит, когда ребёнку нужна помощь и готов её оказать. При содействующем стиле воспитания родитель сопереживает и сочувствует ребёнку в затруднительной ситуации, ориентируется в его интересах и потребностях, конфликтах и проблемах, реально участвует в жизни своего ребёнка, стремится разделить с ним трудности и максимально помочь ребёнку.

6. Потакающий стиль воспитания. Данный стиль воспитания обусловлен ориентацией родителей на интересы и потребности ребёнка, которые ставятся превыше всего остального. Родитель готов сделать всё возможное для обеспечения психологического и физиологического комфорта ребёнка.

7. Ситуативный стиль родительского воспитания. Главной особенностью данного стиля является принятие решений родителями в зависимости от конкретной ситуации. При таком стиле воспитания нет универсальной стратегии в воспитательном процессе. Каждый раз родители выстраивают стратегии, корректируют своё поведение, используют те или иные методы в зависимости от множества факторов, формирующих конкретную ситуацию. К этим факторам относятся: цели и потребности родителя и ребёнка, их состояние, точки зрения и интересы на данный момент.

Анализируя научно-психологическую литературу, можно встретить большое разнообразие описаний типов и стилей воспитания. При этом типы воспитания существуют следующие:

• чрезмерно оберегающие родители;

• авторитетные родители;

• гипертрофированная родительская любовь;

• авторитарный родитель;

• либеральный родитель;

• отсутствие воспитания как такового;

• устранившийся, раздражительный родитель;

• раздражительный, эмоционально лабильный родитель;

• гиперсоциальная требовательная позиция;

• демократичные родители.

Теперь более подробно об этих типах родительских позиций.

Чрезмерно оберегающие родители. Данный тип родительской позиции к ребёнку обусловливается преувеличенной заботой. Дети, воспитываясь в семье, где преобладает этот тип родительских отношений, не имеют возможности самостоятельно принимать какие-либо решения, а также в различных ситуациях самостоятельно действовать. Родители с такой позицией категорически запрещают ребёнку самостоятельно справляться с жизненными препятствиями и трудностями. В воспитании постоянно преобладает гиперопека, которая ограничивает социальные контакты ребенка. При этом родители всегда дают советы и ждут подчинения. В результате такой позиции, в будущем ребёнок может встретиться с трудностями и препятствиями, терпеть поражения на пути к реализации различных целей. Это повлечёт за собой формирование и развитие неуверенности в себе, недоверие к своим способностям, низкой самооценке, страхе перед будущим и перед любыми жизненными трудностями.

Авторитетные родители. Данный тип родительских позиций к детям характеризуется теплотой, нежностью, пониманием. Здесь присутствует контроль детей, родители много общаются с детьми и особо не требуют от них осознанного поведения. Несмотря на то, что в такой позиции к детям родители прислушиваются к желаниям и мнениям ребёнка, они имеют определённые установленные правила в воспитании и, как правило, свои требования и правила обсуждают с детьми. Следовательно, дети в таких семьях имеют в наличии много эффективных для жизни качеств, такие как: сдержанность, уверенность, способность преодолевать препятствия, уравновешенность, адекватная самооценка, умение реально оценивать ситуации.

Гипертрофированная родительская любовь. Этот тип родительских позиций выражается в снижении требовательности и критичности родителей по отношению к своим детям. Здесь преобладают два основных явления: 1) родители не замечают недостатки ребёнка и 2) нередко родители приписывают ребёнку несуществующие достоинства. В результате таких явлений у ребёнка формируется и развивается завышенная самооценка как следствие того, что он в процессе общения с родителями, не получает критических оценок своих поступков и личностных качеств. А. Б. Добрович характеризует такой тип родительской позиции к детям следующим образом: «Кумир семьи», – ребенок вызывает всеобщее восхищение домашних, как бы он себя ни вел. На эту роль подходит и другой образ – «мамино (папино, бабушкино…) сокровище», то есть он подчёркивает, что ребёнок в семье не всегда является всеобщим кумиром, а чьим-то личным.

Авторитарный родитель. Такой тип родительской позиции к детям руководствуется девизом «строгость и наказания». Родители крайне редко общаются со своими детьми и не имеют представления (и не хотят его иметь) о том, что есть другие типы позиций, отношений и воспитания детей. Многие авторы этому типу родительской позиции дают название «приказная модель», «властная модель». Такое название аргументировано тем, что здесь преобладает жесткий контроль над детьми: родители очень легко применяют власть, ни при каких обстоятельствах не учитывают мнение и желания детей. Такой тип родительской позиции не имеет в своём смысле ничего хорошего, и, в результате, может привести к тому, что ребёнок станет недоверчивым, замкнутым, неуверенным в себе. Всё это влечёт за собой следующее: ребёнок, будучи взрослым, может стать человеком, зависящим от мнения окружающих и абсолютно не самостоятельным.

Либеральный родитель. Этот тип родительской позиции отличается тем, что здесь родители снисходительны, не организованы, не очень требовательны по отношению к детям. При такой позиции, в случае провинности ребёнка, родители не уделяют этому должного внимания, не выступают как носители правил и норм, имеют низкий уровень притязаний.

В случае, если возникла необходимость всё же высказать замечание, то они это делают не настойчиво и крайне редко. Руководствуясь такой позицией, родители не акцентируют внимания на воспитание уверенности в себе. Следовательно, дети имеют низкую самооценку, ориентируются на мнение других.

Отсутствие воспитания как такового. В данном случае, дети, как правило, предоставлены сами себе. Такая позиция во взаимоотношениях с детьми встречается в случаях, если родители злоупотребляют алкоголем (даже в случае, если алкоголизмом страдает один из родителей). Лишь случайный характер представляет собой контакт родителей с ребёнком. Ребёнок бесконтролен и имеет полную свободу в своих действиях. Следовательно, можно сделать вывод, что при такой родительской позиции к детям полностью отсутствует нравственное воспитание.

Устранившийся, раздражительный родитель. Для родителя, который руководствуется такой позицией, ребёнок является всегда помехой в жизни. Дети в такой семье – это обуза, «тяжёлая ноша», «кошмар» и причина всех неудач. Такие родители считают, что ребёнок своеволен и всегда непослушен. В результате, дети вырастают злопамятными, мало способными к какой-либо деятельности, замкнутыми и жадными.

Раздражительный, эмоционально лабильный родитель. Этот тип родительской позиции к детям имеет основную черту – противоречивость эмоций, которая представлена различными сторонами завышенных требований. В данном случае, тревожность уживается с доминантностью, а гиперопека – с эмоциональной отзывчивостью. Этот тип родительской позиции к детям имеет разрушительный момент – беспричинный и резкий перепад настроения, в результате которого ребёнок не понимает, что происходит, что именно от него требуют и как вести себя правильно. Это рождает в ребёнке чувство незащищённости и неуверенности, которые могут лечь в основу развития заниженной самооценки. Следовательно, образуется препятствие для усвоения нравственных норм и реализации их в поведении.

Гиперсоциальная требовательная позиция. Этот тип родительской позиции к детям характеризуется тем, что от детей требуют обязательной дисциплины, порядка и обязательного выполнения своих обязанностей. При этом требования, предъявленные ребёнку, очень высоки, и их выполнение связано с мобилизацией всех его возможностей (физических и умственных). Здесь от детей также требуется умение подстраиваться под настроение родителей, беспрекословное послушание, бесконфликтность с окружающими. Такая позиция родителей ведет к тому, что у ребёнка формируется страх, и он будет выполнять те или иные социальные нормы лишь из-за страха, а при отсутствии родителей, будет руководствоваться своими эгоистическими интересами.

Демократичные родители. Этот тип родительской позиции почти схож с авторитетным типом. Различие лишь состоит в том, что, в данном случае, родители внешне не отвергают контроль, но пользуются им крайне редко. В результате этого, дети в таких семьях без всякого видимого нажима со стороны родителей, поступают так, как хотят родители. В этих семьях высок уровень вербального общения между родителями и их детьми. Родители верят в успех своих детей, но при этом всегда готовы прийти им на помощь. Дети включены в обсуждение семейных проблем, учитывается их мнение.

Безусловно, каждое индивидуальное отношение родителей к своему ребёнку неповторимо, так же, как и неповторима и неоднозначна личность каждого человека. Это же можно сказать и о стилях семейного воспитания детей, под которыми понимается совокупность родительских стереотипов, воздействующих на ребенка. Наблюдения за воспитанием детей в различных семьях позволили психологам составить описание различных стилей воспитания. Важно понимать, что стиль воспитания используется родителями не всегда осознано. При этом отсутствие воспитания – это тоже стиль.

Чтобы понять сущность стиля воспитания, необходимо знать, как меняются с возрастом детей специфика родительского воспитания и связанные с ними представления. В глазах ребенка родители выступают в нескольких «ипостасях»:

– как источник эмоционального тепла и поддержки, без которых он чувствует себя беззащитным и беспомощным;

– как власть, директивная инстанция, распорядитель благ, наказаний и поощрений;

– как образец, пример для подражания, воплощение мудрости и лучших человеческих качеств; как друг и советчик, которому можно доверить всё.

Соотношение специфики стиля воспитания, и психологическая значимость каждой из них, безусловно, с возрастом меняются.

Рассуждая абстрактно, хорошие родители знают о своем ребенке значительно больше, чем кто бы то ни было другой, даже больше, чем он сам. Ведь родители наблюдают за ним изо дня в день на протяжении всей его жизни. Но изменения, происходящие с ребёнком, часто совершаются слишком быстро для родительского глаза. Ребенок растёт, изменяется, а любящие родители все еще видят его таким, каким он был пару лет назад, причем собственное мнение кажется им непогрешимым. Родительские отношения к детям при нарушении могут стать фактором, который спровоцирует нарушение социальной адаптации, психологические и неврологические расстройства, отклонение в поведении и т. д.

А. П. Петровский представляет свою классификацию стилей воспитания, в которую входит пять следующих типов семейных воспитаний:

• сотрудничество;

• мирное сосуществование на основе невмешательства;

• конфронтация;

• опека;

• диктат.

Д. Элдеру выделяет классификацию из семи типов семейного воспитания, критериями которых выступает различная степень давления и контроля за детьми. В эту классификацию входят следующие стили:

• автократический (максимальное подавление воли ребёнка и тотальный контроль);

• авторитарный (при высоком уровне контроля ребёнок может высказывать своё мнение);

• демократический (решения принимаются вместе с детьми);

• эгалитарный (обязанности и права детей и взрослых полностью равны);

• разрешающий (низкие показатели контроля);

• отсутствие контроля со стороны родителей (полная свобода действий у ребёнка);

• игнорирующий (полное отсутствие интереса к жизни ребёнка).

Р. Белл и Е. С. Шеффер создали модель родительского отношения к детям. Авторы обозначили свою модель как динамическую и двухфакторную, в основе которой лежат две полярности «контроль-автономия» и «ненависть – любовь». В рамках данной модели разнообразные стили воспитания и типы поведения в отношениях с детьми создаются на основе различной степени выраженности полярных характеристик.

Отечественный психолог Л. Г. Сапотовская на основе личной включенности и эмоциональности родителей в отношения с детьми выделила следующую классификацию стилей воспитания:

• эгоистические отношения к детям, основой которых является понимание того, что дети – это рабочая сила;

• безразличное отношение к детям, где отсутствует интерес родителей к делам детей;

• чрезвычайное пристрастное отношение, в котором основной принцип: дети – главное в жизни;

• отношение к детям как к помехе в личных делах и продвижения по карьерной лестнице;

• уважительное отношение в сочетании с возложением на ребёнка определённых обязанностей;

• отношение к детям как к объектам воспитания без учета их особенностей личности.

В. В. Юстицкис выделяет следующую классификацию:

• семья с ориентацией на удовлетворение своих потребностей, поиск удовольствий (легкомысленная семья);

• семья с ориентацией на недоверие социуму (недоверчивые семьи);

• семья с ориентацией на применение силы (драчливая семья);

• семья с ориентацией на авантюризм при достижении своих целей (хитрая семья).

Помимо данной классификации, В. В. Юстицкис совместно с Э. Г. Эйдемиллером выделяют шесть типов семейного воспитания:

• повышенная моральная ответственность;

• эмоциональное отвержение;

• жестокое обращение;

• безнадзорность;

• доминирующая гиперпротекция (гиперпротекция + доминирование);

• потворствующая гиперпротекция (повышенная протекция + потворствование).

Интересным представляется подход в изучении стилей родительского воспитания, основанный на специфических характеристиках темперамента, представленный Д. Н. Исаевым, А. И. Захаровым и В. И. Гариузовым. В основе данного подхода лежит утверждение о том, что система неправильного воспитания детей тесно переплетается с основными тремя типами темперамента (сангвистическим, холеристическим и флегматическим) и психоневрологическими состояниями детей. В рамках данного подхода выделяют три стиля воспитания: «отвергающее», эгоцентрическое и гиперсоциализирующее.

Стоит отметить современную типологию отношений в семье, представленную А. С. Спиваковской:

• «Внешне спокойная семья». Такая семья со стороны выглядит как гармоничная и спокойная, в которой всё гладко, согласованно и упорядочено. Однако за «маской благополучия» скрываются подавленные чувства друг к другу.

• «Вулканическая семья». Этот вид отношений характеризуется открытью, изменчивостью и полярностью. В таких семьях супруги постоянно выясняют отношения, ссорятся и мирятся, «разводятся» или проживают очередной «медовой месяц». Отношения между супругами напоминают «американские горки» с взлётами и падениями, спонтанностью и повышенной эмоциональностью. Специфичность семейной атмосферы непосредственно отражается на личности ребёнка.

• «Семья-третий лишний». Особенностями данного типа семейных отношений являются ориентация на супружеское счастье и одновременно абстрагирование от родительских функций, воспринимаемыми супругами как помеха гармоничных взаимоотношений между супружеской четой. В результате, формируется скрытое непринятие в отношении к ребёнку. В атмосфере таких семей дети отличаются высоким уровнем безынициативности, неуверенности в себе, подчиняемости и зависимости от родителей, фиксации на слабостях. Кроме этого, детям свойственны длительные и мучительные переживания собственной неполноценности. Они тяжело переносят разлуку с родителями, переживают за здоровье и жизнь родителей и с трудом адаптируются в детских коллективах.

• «Семья-санаторий». Такой тип отношений обусловлен наличием дисгармонии. Поведение характеризуется функцией куратора с наличием своеобразного коллективного самоограничения. Супруги стремятся быть всегда рядом друг с другом и детей держат около себя. Тем самым дефицит любви и понимания они компенсируют в отношениях с ребёнком. При этом происходит обесценивание предпочитаемых ребёнком форм проведения свободного времени и общения, а также дискредитация внесемейных ценностей. В таких семьях отношения к детям обусловлены жестким контролем, мелочной опекой, а так же чрезмерной защитой от мнимых и реальных опасностей. В результате таких отношений происходит сильная перегрузка нервной системы ребёнка, вследствие чего происходят невротические срывы.

• «Семья-крепость». Такой тип семей характеризуется установленными внутрисемейными рамками с дисгармоничными внутренними связями. Помимо этого, специфическим отличием семей данного типа является жестко регламентированное отношение к детям и строго фиксированные рамки внесемейных связей. В семьях такого типа любовь к детям имеет лишь условный характер, следствием чего у ребёнка большая предрасположенность к повышению таких показателей как низкая самооценка, неуверенность в себе, негативизм и упрямство. Семейная атмосфера ставит ребёнка в ситуацию внутреннего конфликта, вызванного рассогласованием собственного опыта ребёнка и требованиями родителей. Результатом данного противоречивого аспекта, чаще всего, является невротизация ребёнка.

• «Семья-театр». Отличительной особенностью таких семей выступает непосредственно театральный образ жизни. Трансляция окружающим идеальных семейных отношений, как правило, основана на демонстрации желаемого, а не действительного. Ориентация родителей за театральным образом скрыть недостатки ребёнка приводит к потере внутрисемейной дисциплины и ослаблению самоконтроля. Фальсификация близости способствует формированию эгоистической направленности личности.

• Семья с «кумиром». Такой тип отношений обусловлен наличием установки: ребёнок – это единственное, что держит супругов вместе. Соответственно, дети являются центром внимания в семье. Такая детоцентрированность выступает показателем стабильности в супружеских взаимоотношениях. В случаях ослабления опеки за ребёнком негативно отражается на сплочённости семейной группы. В атмосфере такого воспитания ребёнок лишён самостоятельности и инициативности. Помимо этого, у него возрастает потребность в одобрении и позитивной оценке со стороны окружающих. Требования признания формируют определённый стиль поведения, целью которого выступает достижение желаемого любой ценой.

• «Семья-маскарад». Данный тип отношений характеризуется несогласованностью жизненных планов и целей супругов. К воспитательным функциям супруги подходят непоследовательно. В результате такого воспитания ребёнок видит мир противоречивым и неоднозначным, следствием чего формируется чувство тревожности. Одновременные гиперопека, со стороны матери, и гипоопека, со стороны отца, приводят к растерянности ребёнка и расщеплении его самооценки.

Несмотря на то, что, на сегодняшний день, существует многообразие исследований о критериях воспитания, невозможно выделить единую классификацию стилей родительского воспитания. Исследователь делает акцент на том, что в научно-психологической литературе понятия «стиль» и «тип» воспитания тождественны. По мнению исследователя, тип родительского воспитания формирует отношение ребёнка к окружающему миру, а так же выступает определяющим фактором в становлении его Я-концепции и психологического развития в целом. Тип воспитания подразумевает под собой родительские установки, ценности и эмоциональное отношение к ребёнку.

Исследователи Л. И. Божович, М. И. Лисина, B. C. Мухина отмечают, что стиль и тип воспитания зависит от ряда факторов. Во-первых, сюда можно отнести общепринятые, на данный момент, нормы и правила социума. Во-вторых, это индивидуальная точка зрения родителя, его собственная педагогическая позиция относительно того, как должна выглядеть система детско-родительских отношений в семье. Исходя из этого, именно родитель задаёт модель своего поведения в детско-родительских отношениях.

Ю. Б. Гиппенрейтер, исследуя стили родительского воспитания, делает акцент на понимании важности стиля общения взрослых людей с ребёнком. Свою идею автор аргументирует тем, что стиль воспитания отражается на развитии ребёнка, его психологическом здоровье и удовлетворении жизненно важных потребностей. Согласно этому, Ю. Б. Гиппенрейтер отметила, что взаимодействие между родителями и детьми может быть двух типов: здоровое и ущербное. Неблагоприятный (ущербный) стиль воспитания в той или иной степени наносит вред психологическому здоровью ребёнка [Ю. Б. Гиппенрейтер, 2016].

Стиль родительского воспитания обусловлен дифференцированностью соблюдения принципов рефлективности и чувствительности взрослых. Автор отмечает, что родитель, при необходимости, должен менять свой стиль поведения при общении с ребёнком так, чтобы поддерживать гармоничный баланс в детско-родительских взаимоотношениях.

Анализируя в многочисленных исследованиях сущность ДРО, следует отметить, что стиль воспитания – это целостная система, включающая в себя ряд разнообразных чувств взрослых по отношению к ребёнку. Кроме этого, авторы рассматривают в этой системе поступки детей, особенности понимания и восприятия их характера, а также многообразие поведенческих стереотипов, которые практикуют родители в общении с детьми.

Особенностью стиля родительского воспитания является наличие сильной эмоциональной значимости, как для родителя, так и для ребёнка. В тоже время авторы отмечают, что отношения между родителями и детьми двойственны. С одной стороны, родители должны давать детям возможность набирать собственный опыт взаимодействия с окружающим миром, но, с другой стороны, взрослые оберегают детей от угроз этого мира. Кроме этого, следует выделить ещё одну особенность родительского стиля воспитания, которая выражается в изменении ребёнка в процессе взросления: стили и способы воздействия всегда разные и зависят от его возраста.

Возрастные особенности детей следует учитывать в системе детско-родительских отношений. При этом автор отмечает, что отношения между родителями и детьми могут изменяться в связи с возрастными особенностями обеих сторон. Возраст в той или иной мере диктует отношение человека к окружающему миру. И в каждый возрастной период эти отношения имеют свои особенности и специфику.

Взрослые играют наиважнейшую и ключевую роль в процессе становления будущей личности ребёнка. Пытаясь понять, как устроены окружающие их предметы и окружающий мир, дети, в первую очередь, полагаются на помощь взрослых. Л. С. Выготский также отмечает, что «…взрослые бессознательно подстраивают своё поведение таким образом, чтобы передать детям информацию, в которой они нуждаются для того, чтобы разрешить интересующие их проблемы. Следовательно, дети узнают с помощью взрослых о своей культуре и обществе» [Л. С. Выготский, 2017].

Стоит отметить, что семья может выступать буфером как позитивных, так и негативных воздействий на детей. Многие исследователи (П. П. Блонский, Ф. Дольто, Д. Винниккот, Ю. Б. Гиппенрейтер, И. М. Марковская, В. Сатир, Г. Хуг-Хельмут, Д. Б. Эльконин и др.) утверждают, что эмоциональная составляющая родителей в контексте родительского стиля воспитания – это важнейший элемент в воспитательном процессе детей дошкольного возраста. Именно эмоциональное состояние и поведение родителей оказывает воздействие на развитие ребёнка.

Проблема влияния внутрисемейных взаимоотношений на развитие будущей личности рассматривали также Е. М. Ижванова, А. С. Макаренко, М. И. Лисина, В. А. Сухомлинский, К. Д. Ушинский и др. В исследовании этой проблемы авторы использовали психолого-педагогический подход.

Существенный вклад в изучение особенностей стилей воспитания внесли представители классического психоанализа. Данный подход является первой теорией, которая обратила внимание на стиль родительского воспитания как ведущего фактора развития детей. Психоаналитики полагают, что мать для ребёнка – это основной и важнейший источник удовлетворения, первый объект либидо, а также «контролёр» и «законодатель». Так, к примеру, психоаналитик Д. Винникотт утверждает, что для ребёнка очень важны качества материнской заботы. М. Кляйн отмечает, что взаимоотношения мать-дитя предопределяют психологическое развитие и здоровье ребёнка.

На классическую психоаналитическую теорию в дальнейшем опирались и опираются многие исследователи стилей родительского воспитания. Э. Эриксон отмечает, что в стилях родительского воспитания наблюдается двойственная интенция, в которой основными звеньями являются полное личное доверие к ребёнку и чувственная забота о его потребности. Именно поэтому родители оберегают своего ребёнка от внешних опасностей, но и одновременно с этим дают ему в той или иной мере свободу, в результате чего дошкольник устанавливает нужный баланс между родительскими требованиями и собственной инициативой [Л. Ф. Чекина, 2018].

Изучая сущность стиля родительского воспитания, Э. Фромм пришел к выводу, что стиль воспитания отца и стиль воспитания матери к ребёнку качественно отличаются. В своих работах он подробно аргументировал свой вывод и показал наличие различий в этих отношениях с помощью двух аспектов:

1) контролируемость – неконтролируемость;

2) условность-безусловность.

Как правило, материнская любовь безусловна и не зависит от контроля со стороны ребёнка. Такую любовь невозможно заслужить. Мать любит ребёнка за то, что он есть. Однако любовь отца обусловлена оправданием или неоправданием его ожидания. Такую любовь можно либо заслужить, либо потерять. Э. Фромм отмечает, что здесь речь идет не о конкретном родителе, а об отцовском и материнском началах, которые в разной степени представлены в личности отца или матери [Э. Фромм, 2012].

Такие виды родительской любви как условная и безусловная рассматривают также и представители гуманистического направления. К. Роджерс утверждает, что полноценное развитие личности возможно лишь при наличии безусловной любви. Он делает акцент на том, что дети нуждаются в позитивном внимании со стороны родителей, как бы себя они ни вели и какие бы поступки ни совершали [К. Г. Роджерс, 2011].

Д. Боулби считает, что привязанность ребёнка к родителям имеет полярности. С одной стороны, ребёнок нуждается в безопасности и защите, но, с другой стороны, в нём заложено любопытство к чему-то новому, где он рискует, стремясь познать неизведанное. Та полярность, где ребёнок рискует, вызывает у него желание отделиться от родителей, быть свободным, самостоятельно устанавливать новые связи во внешнем мире. Однако, та полярность, где ребёнок нуждается в защите и безопасности, тянет его обратно от внешних опасностей под опеку родителей. В своей теории Д. Боулби отмечает, что для полноценного развития ребёнка важно, чтобы родители умели сбалансировано и адекватно поощрять эти две противоположные полярности [Дж. Боулби, 2003].

Таким образом, стиль воспитания – это различные способы отношений родителей к детям, применение ими определённых методов и приемов воздействия на ребёнка, выражающиеся во взаимодействии и общении с ребёнком. На сегодняшний день в современных исследованиях активно изучаются и анализируются различные аспекты влияния разных стилей воспитания и типов родительских отношений, условий воспитания и, в целом, семьи на развитие ребёнка. Многие исследователи отмечают четыре основных стиля воспитания: авторитарный, демократический, либеральный и попустительский.

1.3. Специфика взаимодействий «мать-дитя» в семьях, воспитывающих особенных детей

На сегодняшний день существует достаточное количество исследований, которые подчёркивают родительскую роль как важный фактор развития психологического, психического и физического компонентов здоровья ребёнка. При этом авторы, выделяя данный постулат, исследовали причины возникновения различных расстройств психосоматического и соматического характера. Так, например, Ф. Дольто в своём подходе видит приоритетной причиной проявлений нарушений в сфере здоровья у детей семейные конфликты. Автор, исследуя связь между психологическими феноменами «расстройства здоровья» и «конфликты», утверждает, что все, о чем умалчивается в первом поколении, второе носит в своем теле. Помимо этого Дольто подчёркивала, что любое ограничение возможностями в сфере здоровья является результатом деструктивных межличностных отношений и патологических связей, складывающихся у детей с взрослыми, и у взрослых с детьми. Страдающий заболеванием ребенок представляет собой симптом родителей. Отсюда следует, что заболевание ребенка – это часть семейной коммуникации, то есть, ответная реакция ребенка на испорченные отношения матери и ребенка [Ф. Дольто, 2010].

К психологическим факторам, способствующим становлению и развитию нарушений в сфере детского здоровья относят недостаточно развитую взрослую позицию матери, пониженную самооценку, конфликт между супругами.

Л. С. Выготский считает, что взрослые играют наиважнейшую и ключевую роль в процессе становления будущей личности ребёнка. Пытаясь понять, как устроены окружающие их предметы и окружающий мир, дети в первую очередь полагаются на помощь взрослых. Л. С. Выготский также отмечает, что «…взрослые бессознательно передают своё поведение и эмоциональное состояние детям» [Л. С. Выготский, 2017]. Родители являются как позитивными, так и негативными факторами в развитии ребёнка. Из этого можно утверждать, что различные нарушения в сфере детского здоровья возникают в контексте детско-родительских отношений.

Преобладание чрезмерно заботливых, активных, во все вмешивающихся и гиперопекаемых матерей, является предпосылкой формирования различных форм аддитивного поведения ребенка. В тоже время Ю. Ф. Антропов и Ю. С. Шевченко в своём подходе выделяют такие стили родительского отношения к своему ребёнку как «кумир семьи» и «повышенная опека», в рамках которых существует большая вероятность развития психосоматических расстройств [Ю. Ф. Антропов, 2000].

Основной фактор в развитии у детей нарушений здоровья – это подавление матерью эмоциональных проявлений, таких как крик, плач и т. д. При этом Э. Т. Эйдемиллер и В. В. Юстицкис, наблюдая за семьями, отмечают, что люди, которые имеют различные ограничения возможностей в сфере здоровья, имеют такую специфическую особенность как постоянное сдерживание своих эмоций [В. Юстицкис, 2008].

М. Н. Елиашвили [М. Н. Елиашвили, 2012], Р. А. Даирова [Р. А. Даирова, 2015], Е. И. Михалькова [Е. И. Михалькова, 2021] в проведенных исследованиях выяснили закономерности между правлениями различных расстройств в сфере здоровья и психологической ситуацией в семье, деструктивным поведением родителей, системой детско-родительских отношений, индивидуально-личностными особенностями самого ребёнка. Помимо этого исследователи акцентируют внимание на тот то, что ранние взаимоотношения матери и ребёнка выступают источником конструктивных и деструктивных развитий. К деструктивным развитиям в частности относится проявление различных психосоматических патологий, которые негативно отражаются на поведении ребёнка, его здоровье и в целом на его развитии как личности.

В научных трудах Д. Винникотта и М. Кляйн прослеживается идея о том, что в контексте конфликтных взаимоотношений между матерью и ребёнком формируется благоприятная атмосфера для развития нарушений здоровья различного спектра. При этом кляйновский подход выделяет соматизацию как некий психологический защитный механизм, который присущ несформированной способности «пропускать через себя» психологический опыт. Данный механизм наблюдается у детей в период раннего детства. По мнению М. Кляйн, источником становления, проявления и развития нарушений в сфере здоровья у детей выступают деструктивные отношения в диаде «мать-дитя» [М. Кляйн, 2016].

Подход Д. Винникотта основан на идее рассматривать ядром заболеваний внутрипсихическое нарушение единства. При этом исследователь выделяет причины данного нарушения – это отсутствие или недостаток материнской заботы. С позиции подхода Д. Винникотта соматизацию следует понимать непосредственно как патологию, сформированную вследствие внутриличностного разделения, в рамках которого постепенно слабеет и в дальнейшем практически исчезает связь между психикой и телом. Это происходит потому, что психологические защиты ребёнка, ориентированы на защиту против угроз, исходящих из внешнего мира, со временем утрачивают свой функционал.

В «Драме одаренного ребенка» А. Миллер писал о роли нарушения единства психики ребенка в контексте происхождения нарушений здоровья у ребёнка. Автор считает, что плохая забота со стороны матери развивает у ребенка чувство глубокого одиночества, для преодоления которого применяются различные защитные механизмы. Ребенок должен подстраиваться к родительским потребностям, вследствие чего теряет свое «Я» и формируется мнимое «Я». Все это приводит к тому, что ребенок не может свободно проявлять свои эмоции.

Г. Амон утверждает, что неспособность матери конструктивно развить свою идентичность в семье, её завышенные притязания в сферах «идеальная мать», «идеальная семья», «идеальный ребёнок», которые не совпадают и в какой-то степени противоречат реальности, являются «пусковым механизмом» для формирования патологий в сфере здоровья. Как правило, такая мать воспринимает потребности ребенка как оскорбление и считает ребенка дефектным. Может происходить навязывание ребенку своего требования совершенства, при этом осуществляться жесткий контроль детских жизненных проявлений. Мать реагирует непониманием и враждебностью, если ребенок протестует против этого контроля. Соматическое заболевание ребенка дает матери понять свое бессознательное представление о себе как о совершенной матери, и поощрить за это ребенка своей заботой и вниманием. Г. Амон описал противоречивую установку матери: нельзя любить не зрелое, не идеальное, не совершенное, не соответствующее ожиданием существо. Такое положение дел вызывает в ней чувство вины и неполноценности. В результате этого она всеми силами стремиться избавиться от неприятных чувств с помощью совершенствования собственного ребёнка, вследствие чего в отношениях между матерью и ребёнком преобладает конфликтная атмосфера, а чувства неполноценности и вины у матери постепенно усиливаются. Однако всё изменяется, когда начинает заболевать ребёнок. Тогда позиция матери меняется: ранние чувства нивелируются, а на их место приходит самоубеждение доброй, заботливой и хорошей матери. В результате этого формируется новая «позиция» матери: я забочусь о больном ребёнке, я – хорошая, я – самая лучшая, я – совершенная во всех смыслах [Г. Амон, 2000].

Р. А. Даирова раскрывает расстройства в сфере здоровья как результат деструктивных отношений в диаде «мать-дитя» в период предэдипова развития ребёнка [Р. А. Даирова, 2017]. В первоисточнике (Speling 1955) такие отношения носят название «взаимное страхование жизни»: мать чувствует себя совершенной, удерживая около себя ребёнка, а ребёнок получает уверенность в том, что нужен матери и наличие заболевание не позволит матери отвергнуть его.

М. Н. Елиашвили указывает на то, что ограничения возможностей в сфере здоровья у детей формируются в контексте отношений «люблю и ненавижу». В данном случае, подразумевается бессловесное понимание ребёнком эмоционального настроения партнёров по взаимодействию. Например, мать «считывает» чувство вины и раздражение ребёнка, а ребёнок без слов понимает, что его мама недовольна или счастлива [М. Н. Елиашвили, 2012].

У ребенка данная ситуация порождает страх и тревогу, а мать запрещает проявлять чувства («Не плачь!», «Перестань кричать!»), возникает страх оттолкнуть её. Блокирование выражения чувств вызывает развитие телесных коммуникативных каналов, к которым относится стремление заслужить похвалу и заботливое отношение матери в период болезни. Симптомы болезни становятся для ребенка способом манипулирования матерью или лицами его окружения, а для семей способом сохранения отношений.

Р. А. Даирова отмечает, что в семьях, где дети страдали заболеваниями, у матерей проявляются:

• неприятие ребенка, так как он не смог оправдать ожидания матери, с ним сложно, он отнимает много времени и не дает реализовать жизненные планы;

• завышенная требовательность и нетерпимость к ребёнку, критика и часто незаслуженные наказания, компенсируют чувства неудовлетворенности собой и низкого уровня самооценки;

• наличие ряда важных идей, отражающих их паранойю и тревожно-мнительные черты характера, такие как: боязнь лишиться власти над ребенком, оберегать от всех трудностей и опасностей жизни, ощущение того, что на него плохо влияет другой родитель и т. д.

И. Г. Малкина-Пых, изучая истории жизни пациентов с различными заболеваниями, выявила, что у них был ранний дефицит тактильных контактов с матерью. Больные описывали свою мать как строгую или холодную, отца – как человека, у которого всегда не хватает времени и терпения. Также, по мнению автора, различные детские заболевания появляются в контексте наигранной нежности со стороны одного из родителей. Способность ребёнка чувствовать напряжение может проявляться в виде различных заболеваний как сообщение о помощи, которое не может быть выражено другим способом, и таким образом достигать того, что раньше не могло быть достигнуто иначе [И. Г. Малкина-Пых, 2008].

В современной научно-психологической литературе можно встретить целый ряд исследований факторов, способствующих проявлению и развитию патологии в сфере здоровья, которые выделяют одним из ведущих факторов – это ранние отношения матери и ребёнка. При этом авторы подчёркивают, что источником развития заболеваний выступает именно отсутствие нормального психологического развития ребёнка. Исследуя источники заболеваний, многие авторы в качестве причин патологий рассматривают несоответствия материнской среды общей логике развития ребенка. Так как средой развития ребенка в раннем возрасте является мать, то она обеспечивает правильный или неправильный путь развития. Соответствовать особенностям ребенка является ее главной задачей. В тоже время Д. Винникотт указывает на то, что мать, которая заботится о ребёнке в соответствии с наличием его потребностей, следует называть «достаточно хорошей матерью». Автор делает акцент на том, что мать должна быть проживать вместе с ребёнком его жизнь. Для этого необходимо быть погруженной в заботу о ребёнке, чувствовать его, понимать, принимать свою роль материнства и соответствовать общей логике развития ребёнка. В противном случае, когда мать не желает выполнять функции матери и противоречит компетенциям матери, возникают различные заболевания как сигнал о межличностном конфликте в диаде «мать-дитя».

Стоит отметить, что мать и ребёнок никогда не существуют как единый, независимый, изолированный объект. Заболевания у детей возникают в результате деструктивных отношений в семье, между родителями ребёнка. При этом А. Бергман, М. С. Малер, Ф. Пайн считают, что не только взаимоотношения «мать-ребенок», но и семья, как единое целое, способствует, поддержанию болезни, а симптоматика болезни является не чем иным, как способом приспособления.

Психоаналитический подход рассматривает ограниченные возможности здоровья у ребёнка как патологию детско-родительских взаимоотношений. В данном случае, патология охватывает в себя нарушения триангуляции, формирование симбиотической диады «мать-дитя» и вытеснение отца за ее пределы. Это в корне неправильный путь развития, потому что общение ребенка с отцом являются принципиально важными для полноценного развития ребенка. Именно в рамках полноценного развития ребёнок он преодолеть симбиотические связи с матерью, а это как раз является основным условием психологически здорового развития человека.

Если нормальные отношения «мать-ребенок-отец» отсутствуют, то у ребенка не формируются отношения по типу «оптимальная дистанция с матерью», нарушается отношение к окружающему миру и развивается неспособность выстраивания им личных границ.

Межличностное взаимодействие имеет несколько форм, самой ранней из которых является непосредственное общение между матерью и ребёнком на фоне эмоциональных переживаний.

Эмоциональное взаимодействие в диаде «мать-дитя» осуществляется с помощью проявления различных эмоциональных реакций. Автор отмечает, что все проявления эмоциональных реакций имеют непосредственных характер, то есть, в данном случае, эмоции проявляются непосредственно. При этом важный «канал» этого взаимодействия имеет в себе заражение эмоциональным содержанием друг друга: раздражение матери «считывает» ребёнок и начинает тоже раздражаться, малыш доволен, и мать спокойна.

В дальнейшем, когда ребёнок начинает обладать речью, появляется большое разнообразие компонентов коммуникативного воздействия в межличностном взаимодействии между матерью и ребенком: «Мам, посмотри!», «Иди сюда!», «Нельзя!» и так далее. Эти компоненты как речевые побудительные воздействия включают в себя советы, поручения, предложения, запреты, просьбы, приказы, выражения несогласия и согласия. При этом они, чаще всего, имеют эмоциональный оттенок.

Стоит отметить, что эмоциональное сопровождение общения между матерью и ребёнком может называться словом («я возмущена», «я горжусь», «я обиделся» и т. д.). При этом эмоции могут полностью осознаваться и контролироваться человеком. То есть, владение речью позволяет, как сдерживать эмоции, так и выражать их иными способами. Помимо этого, эмоции могут тесно переплетаться со словами. В данном случае, формируются эмоциональные речевые побудительные воздействия, такие как:

• эмоционально оценочное воздействие («Ах ты, негодяй!», «Ты – супер!»);

• ругательные пожелания («Да пошёл ты!», «Отстань от меня!»);

• мольбы («Умоляю, перестань плакать!»);

• крик («Иди сюда!», «Замолчи!») и др.

Эмоциональное воздействие подразумевает под собой способ давления на другого человека, то есть человек принуждает другого делать что-то против своей воли. В контексте взаимодействия родителя с ребенком эмоциональное давление имеет различные формы: выговаривание в адрес ребёнка, повышение голоса, угрожающие жесты и интонации.

Выбор того или иного инструмента побудительного воздействия (например, приказа, предложения или просьбы) обычно обусловлено отношениями власти, которые связывают партнёром по взаимодействию.

Иерархическая система социальных позиций и статусов, преобладающая в каждом обществе, не только обусловливает меру уважения в контексте данного общества, но и определяет отношения подчинения/власти в межличностных взаимодействиях, то есть приписывает, кто кого должен слушаться. Так в рамках детско-родительских отношений ребёнок должен подчиняться родителям. При этом человек, обладающий властью, способен не только оказывать эмоциональное давление, но и использовать различного рода социальные санкции: награды (и обещания наград) и наказания (или угрозы наказания). В рамках детско-родительских отношений спектр возможных наказаний очень широк: от самых легких (например, за провинность ребёнка родители лишают его десерта) до самых серьёзных (например, когда ребёнка за любую, даже самую незначительную, провинность, бьют ремнём). При этом диапазон возможных наград и поощрений также широк.

В зависимости от соотношения социальных статусов и целей людей в рамках межличностного взаимодействия характер коммуникаций строится в соответствии того или иного типа. В данном случае, выделяют три основных типа взаимодействия: сотрудничество, противоборство и подчинение. Для ребёнка, то есть для его личностного развития, наиболее приятным способом взаимодействия является сотрудничество, которое подразумевает под собой взаимодействие с учётом желаний и интересов друг друга. Для того чтобы ребёнок научился взаимодействовать с окружающими людьми по типу «сотрудничество», родителям необходимо показывать ему данную модель взаимодействия в рамках постоянного сотрудничества с ним.

Мать должна помогать ребёнку осознавать свои желания и чувства, научить его понимать эмоциональные проявления других людей, давать возможность проявлять инициативу ребёнку и предоставлять различные варианты решения спорных вопросов. При этом важным компонентом эмоционального взаимодействия между матерью и ребёнком, по мнению французского психоаналитика, является поддерживающее и уважительное отношение со стороны матери к своему ребёнку.

Ф. Дольто в своих научных трудах делала акцент на высокую значимость эмоционально-речевого взаимодействия с ребёнком. Она считала, что ребёнок, с первых дней своей жизни стремиться к самоутверждению и пониманию со стороны окружающих. Уже с первых дней жизни, по мнению Ф. Дольто, ребёнок желает насладиться речью со своей мамой. В рамках детско-родительских отношений для ребёнка очень важно, чтобы его слышали, чувствовали и понимали. Человек приходит в этот мир генетически, анатомически и социально предрасположенный к тому, чтобы взаимодействовать на равных с другими. При помощи осязания, обоняния и зрения он воспринимает окружающий мир. Но только слово, которое обращено к нему, является средством, позволяющим ребёнку причислять себя к людям. По мнению Ф. Дольто, в случае если нарушается эмоциональное взаимодействие ребёнка с окружающим миром, и в, первую очередь, с матерью, он передаёт эти противоречия с помощью «языка тела». То есть у ребенка при неконструктивном взаимодействии с матерью начинают развиваться различные нарушения как соматического, так и психосоматического характера [Ф. Дольто, 2006]

Таким образом, в рамках эмоционально взаимодействия между матерью и ребёнком ведущую роль играет материнское отношение к нему. Наиболее оптимальной стратегией взаимодействия в диаде «мать-дитя» является сотрудничество, в рамках которого мать должна ребёнка не только научить данному типу взаимодействия с окружающими путём постоянного использования как демонстрации модели поведения, но и общаться с ним на равных, учитывая то, что ребёнок – равноправный член общества.

Изучение детско-родительских отношений в семьях, воспитывающих особенных детей, позволяет выделить следующее:

1. Понятие детско-родительских отношений раскрывается как сложная и в тоже время не полностью изученная взаимосвязь между матерью и ребёнком, в контексте которой ребёнок преобладает эмоциональной значимость с обеих сторон взаимодействия и амбивалентность в отношениях родителя к ребенку.

2. Сущность детско-родительских отношений определяется стилем родительского воспитания. Стиль воспитания – это различные способы отношений родителей к детям, применение ими определённых методов и приемов воздействия на ребёнка, выражающиеся во взаимодействии и общении с ребёнком.

3. На сегодняшний день в современных исследованиях активно изучаются и анализируются различные аспекты влияния разных стилей воспитания и типов родительских отношений, условий воспитания и, в целом, семьи на развитие ребёнка.

4. Многие исследователи отмечают четыре основных стиля воспитания: авторитарный, демократический, либеральный и попустительский.

5. В рамках эмоционального взаимодействия между матерью и ребёнком ведущую роль играет материнское отношение к нему. Наиболее оптимальной стратегией взаимодействия в диаде «мать-дитя» является сотрудничество, в рамках которого мать должна ребёнка не только научить данному типу взаимодействия с окружающими путём постоянного использования как демонстрации модели поведения, но и общаться с ним на равных, учитывая то, что ребёнок – равноправный член общества.

Таким образом, имеющие исследования указывают на то, что семья, воспитывающие особых детей, имеют специфические особенности во взаимоотношениях «родитель-ребёнок».

1.4. Эмпирическое исследование сецифики детско-родительских отношений в семьях, воспитывающих особенных детей

Исходя из теоретического анализа мы предположили, что детско-родительские отношения в семьях, воспитывающих особых детей, имеют свою специфику, связанную с типом заболевания ребенка и личностными особенностями матери.

Выборка исследования. В исследовании приняли участие 160 матерей, воспитывающих особенных и условно здоровых детей в возрасте 12–14 лет (средний подростковый возраст). Возраст матерей – от 30 до 46 лет (средний возраст – 38,3±4,16 лет). Участники исследования (матери) имеют медицинское образование, в настоящее время не работают. Вся выборка была разделена на 4 группы:

• 1 группа – 40 матерей условно здоровых детей;

• 2 группа – 40 матерей, воспитывающих детей с диагнозом «ДЦП»;

• 3 группа – 40 матерей, воспитывающих детей с диагнозом «аутизм»;

• 4 группа – 40 матерей, воспитывающих детей с диагнозом «рассеянный склероз».

Результаты исследования. Анализ результатов исследования родительского отношения матерей в семьях, воспитывающих особых детей и детей условно здоровых, полученных в ходе тестирования испытуемых по Опроснику родительского отношения (ОРО) (В. В. Столин, А. Я. Варга) показал, что у большинства принявших участие в исследовании матерей условно здоровых детей доминирует родительское отношение по типу «кооперация», а у матерей, воспитывающих особых детей, – «кооперация», «симбиоз» и «авторитарная гиперсоциализация». При этом статистически значимыми являются различия по типам «принятие – отвержение», «кооперация» и «инфантилизация».

Полученные нами данные свидетельствуют о том, что в родительском отношении большинства матерей условно здоровых детей нашей выборки отчетливо просматривается благоприятный стиль взаимоотношений. Эти матери доверяют своим детям, чаще всего осведомлены об их планах и поступках и стремятся оказывать им помощь и поддержку во всем. При этом они поощряют инициативность и самостоятельность подростков, а общение с ними стараются выстраивать на равных.

Что касается матерей особых детей, то, независимо от типа заболевания, большинство из них воспринимают своих детей не приспособленными к жизни, не способными чего-либо достичь в силу своих неразвитых способностей либо черт характера. Нередко они испытывают по отношению к детям раздражение и досаду, а порой и ненависть. Такие матери держат детей на эмоциональной дистанции, относятся к ним холодно и мало интересуются их жизнью.

Выводы, сделанные нами по итогу анализа результатов тестирования по данной методике, в целом, согласуются с результатами тестирования по методике «Стратегии семейного воспитания» (С. С. Степанов, модификация И. И. Махониной), согласно которым у большинства принявших участие в исследовании матерей условно здоровых детей доминирует авторитетный стиль семейного воспитания, а у матерей, воспитывающих особых детей, – авторитетный и индифферентный. При этом статистически значимыми являются различия по авторитетному и индифферентному стилям воспитания. То есть матери здоровых подростков, осознавая свою роль в становлении личности ребенка, тем не менее, признают его право на саморазвитие, они четко понимают, какие требования можно обсуждать с детьми, а какие следует диктовать. При этом они готовы пересматривать свои позиции в разумных пределах, но проявляют твердость в требованиях соблюдения дисциплины. Личная ответственность, самостоятельность, инициативность детей родителями поощряется, они включены в процесс обсуждения проблем семьи и принимают участие в принятии решений в соответствии с их возрастными возможностями. Все это способствует формированию правильного и ответственного социального поведения детей.

Что касается матерей особых детей, то им чаще присущ индифферентный стиль воспитания, при котором ребенок чувствует, что им тяготятся, часто он приходит к мысли, что родителям без него было бы лучше. При этом иногда такие детско-родительские отношения, характеризующиеся эмоциональной дистанцией, носит скрытый характер, т. е. матери не осознают того, что не любят ребенка, гонят от себя мысль о возможности такого отношения к нему, даже возмущается, когда им об этом говорят посторонние люди. Стараясь подавить в себе эмоциональную неприязнь к ребенку, эти матери часто внешне проявляют подчеркнутую заботу и нежность, уделяют детям повышенное внимание, стараются хорошо одеть, потворствуют их желаниям. Однако дети, как правило, чувствуют неискренность и ощущают недостаток эмоционального тепла.

Таким образом, в целом, мы можем констатировать, что детско-родительские отношения характеризуются большей выраженностью эмоционального отвержения и инфантилизации, по сравнению с семьями, воспитывающими условно здоровых детей.

Далее рассмотрим особенности детско-родительских отношений, преобладающих в семьях, воспитывающих особых детей, в зависимости от типа заболевания ребенка.

Результаты тестирования матерей особых детей по Опроснику родительского отношения (ОРО) (В. В. Столин, А. Я. Варга) свидетельствуют о наличии различий в типах родительского отношения матерей в зависимости от типа заболевания ребенка. Так, если в группе испытуемых, воспитывающих детей с диагнозом ДЦП, большинство матерей отдают предпочтение стилям инфантилизации и авторитарной гиперсоциализации, то в группе испытуемых с детьми-аутистами преобладают матери с доминирующим отношением к ребенку по типу отвержения. А в группе испытуемых, воспитывающих детей с диагнозом «рассеянный склероз» у большинства матерей доминирует отношение по типу кооперации. При этом статистически значимыми являются различия по показателям шкал «кооперация», «авторитарная гиперсоциализация» и «инфантилизация». То есть матери, воспитывающие детей с ДЦП, чаще всего уверены, что их дети не добьются успеха в жизни из за низких способностей, небольшого ума, дурных наклонностей. Они не доверяют своим детям и не уважают их, требуя при этом безоговорочного послушания и дисциплины. Они стараются навязать во всем свою волю, не в состоянии встать на точку зрения детей, а за проявления своеволия детей сурово наказывают.

Статистически более высокие показатели по родительскому отношению «кооперация» в группе матерей, воспитывающих детей, страдающих рассеянным склерозом, могут свидетельствовать о том, что, несмотря на то, что дети с таким диагнозом могут быть агрессивны, впадать в депрессию или тревогу, их матери стараются во всем оказывать им помощь, сочувствуют и проявляют интерес к любым сторонам их жизни. Доверяя детям, эти матери в спорных ситуациях стараются встать на их позицию, понять ее и принять. Любая инициатива и самостоятельность ребенка всячески поощряется, даже малейшие успехи вызывают у матерей гордость за своих детей. То есть, вероятно, наличие рассеянного склероза у ребенка сопровождается увеличением стремления родителя к сотрудничеству с ним.

По методике «Стратегии семейного воспитания» (С. С. Степанов, модификация И. И. Махониной) также выявлены различия: если в группе испытуемых, воспитывающих детей с диагнозом ДЦП, большинство матерей отдают предпочтение авторитарному стилю воспитания, то в группе испытуемых с детьми-аутистами преобладают матери с доминирующим индифферентным стилем. А в группе испытуемых, воспитывающих детей с диагнозом «рассеянный склероз», у большинства матерей доминирует авторитетный стиль семейного воспитания. При этом статистически значимыми являются различия по авторитарному стилю воспитания.

То есть матери, воспитывающие детей с ДЦП, в большей степени, чем матери детей-аутистов и детей с диагнозом «рассеянный склероз», крайне категоричны и неуступчивы в своих требованиях к детям. Они четко для себя решили, каким должен вырасти их ребенок, и прилагают к достижению этого идеала максимум усилий. В этой связи дети находятся под постоянным родительским контролем, их самостоятельность и инициатива всячески ограничивается. Матери не считают нужным обсуждать и обосновывать свои требования с детьми. Все это приводит к тому, что у таких детей формируется лишь механизм внешнего контроля, который основан на чувстве вины или страха перед наказанием, и как только угроза наказания извне исчезает, поведение ребенка может стать потенциально антиобщественным. Поскольку такой стиль воспитания исключает духовную близость между родителями и детьми, чувство привязанности к родителям у детей зачастую отсутствует, что в дальнейшем отражается и на отношениях с окружающими: такие дети ведут себя подозрительно, настороженно и нередко враждебно к окружающим людям.

На наш взгляд, полученные нами результаты можно объяснить следующим образом. Как известно, родители особых детей чаще всего находятся в постоянном стрессе, испытывая нервное истощение, повышенный уровень тревожности, неуверенность в завтрашнем дне. Это состояние отражается и на ребенке: видя, что их ожидания в отношении ребенка не соответствует его возможностям, матери испытывают досаду, гнев, раздражение, они пытаются оградить ребенка от трудностей, считая их не способными на успех, что неизбежно сказывается и на их отношениях друг с другом.

Дисгармонию в детско-родительских отношениях матерей, воспитывающих детей-аутистов, можно также объяснить тем, что сразу после рождения между матерью и ребенком, страдающим аутизмом, не устанавливается симбиотическая связь. Поскольку ребенок в силу болезни не проявляет к матери никакого интереса, не выделяет ее из окружающих его взрослых, не улыбается в ответ на прикосновения, может реагировать на них плачем и агрессией, мать, не понимая, с чем это связано, может ощущать чувство вины, у нее может развиться комплекс неполноценности, депрессия и т. д. И в дальнейшем они не может выстроить гармоничные отношения с ребенком.

Кроме того, дисгармонизация детско-родительских отношений в семьях детей с аутизмом может возникнуть вследствие того, что диагноз ребенку ставится примерно в 3–5 лет, еще позднее диагностируются расстройства аутистического спектра, проявления которых становятся заметны лишь в дошкольном или младшем школьном возрасте. Все планы семьи, привычный уклад и выстроенные отношения между членами семьи рушатся в один миг. И на то, чтобы принять диагноз ребенка и перестроить все свои планы и, в целом, жизнь, уходит достаточно много времени. Более того, многим родителям в итоге так и не удается выстроить гармонические отношения со своими особыми детьми.

Необходимо отметить, что полученные нами результаты, в целом, согласуются с выводами многочисленных исследований, связанных с изучением характера детско-родительских отношений в семьях, воспитывающих особых детей.

Так, например, в ходе исследования А. С. Гильяно, в котором приняли 20 родителей детей с ДЦП, была доказана гипотеза о том, что в семьях, воспитывающих ребёнка с ДЦП, наблюдаются такие особенности родительско-детских отношений, как наличие негармоничного (патологизирующего) семейного воспитания (гиперпротекция и эмоциональное отвержение). Установлено, что в таких семьях только для 20 % испытуемых характерен оптимальный эмоциональный контакт между родителями и ребёнком, а наличие негармоничного (патологизирующего) семейного воспитания характерно для 30 % испытуемых. Родители в данной категории демонстрируют следующие типы воспитания: потворствующая гиперпротекция (5 % испытуемых), доминирующая гиперпротекция (10 % испытуемых), повышенная моральная ответственность (5 % испытуемых), эмоциональное отвержение (10 % испытуемых) [А. С. Гильяно, 2020].

И. В. Тимофеевой были получены аналогичные результаты. В ее исследовании приняли участие 306 семей, воспитывающих детей с ДЦП в возрасте 8–10 лет. По результатам анализа полученных данных автором установлено, что детско-родительским отношениям в этих семьях присущ противоречивый характер. С одной стороны, родители стараются проявлять терпение, участие, мягкость по отношению к детям, а, с другой стороны, отношения нередко характеризуются раздражительностью, безучастностью и равнодушием.

И особенно ярко эти различия проявляются в отношении детей с сохранным и нарушенным интеллектом. В исследовании было установлено, что в семьях с детьми с сохранным интеллектом, страдающими ДЦП, родители проявляют излишнюю концентрацию на детях, выстраивают воспитание по типу гиперконтроля и инфантилизации. То есть основной характеристикой родительского отношения в этом случае является любовь к ребенку, родители прилагают максимум усилий в борьбе с болезнью ребенка, стремятся ему помочь во всем и защитить. С другой стороны, такое родительское отношение влечет за собой требовательность и контроль состояния ребенка, его развития. Все это порождает внутреннюю противоречивость и напряженность родительского отношения.

Что касается детско-родительских отношений в семьях, воспитывающих детей с ДЦП, осложненном нарушением интеллекта, то они чаще всего, исходя из результатов исследования И. В. Тимофеевой, характеризуются излишней эмоциональной дистанцией, родители менее ориентированы на сотрудничество с ребенком [В. С. Тихомирова, 2013].

Следует при этом отметить, что в психологической литературе описаны и прямо противоположные результаты, касающиеся характера детско-родительских отношений в семьях, воспитывающих детей, страдающих ДЦП. В качестве примера можно привести исследование В. С. Тихомировой, в котором приняли участие 103 матери, воспитывающие детей с диагнозом «спастическая дисплегия». В ходе исследования автором доказано, что для всех этих матерей, независимо от состояния здоровья, ребенок является значимым и ценным, эмоциональное отношение к нему – положительное. При этом они отдают себе отчет в том, что возможности их детей ограничены, по сравнению со здоровыми детьми. Дети с ДЦП воспринимаются матерями как нерешительные, несамостоятельные и пассивные, тем не менее, значимость своих детей для них матери оценивают чрезвычайно высоко.

Результаты эмпирических исследований детско-родительских отношений в семьях, воспитывающих детей с аутизмом, также убедительно доказывают их специфичность и своеобразие, а также выявляют явные различия с детско-родительскими отношениями в семьях, воспитывающих обычных детей.

Так, в исследовании В. А. Куташова и В. В. Квасовой получены результаты, которые созвучны и с выводами нашего исследования. В частности, доказаны более низкая симбиотическая связь матерей со своими детьми, страдающими РАС, по сравнению с материями, воспитывающими здоровых детей. Лишь 15 % родителей особых детей продемонстрировали высокие показатели по шкале «симбиоз», тогда как в группе родителей здоровых детей их 52 %. Кроме того, авторами установлено более выраженное эмоциональное отвержение ребенка, находящееся в прямой корреляционной зависимости с его инфантилизацией. Так, 58 % родителей особых детей не прошли все стадии принятия ребенка и испытывают отвержение к нему, что положительно коррелирует с неверием в силы и возможности своего ребенка, приводящей к его инфантилизации, у 65 % родителей. В группе же родителей, воспитывающих условно здоровых детей, лишь 7 % отвергают ребенка и 28 % считают, что их дети – не приспособленные, ни на что не способные маленькие неудачники [В. А. Куташов, 2016].

Здесь стоит отметить, что на сегодняшний день в психологии достаточно активно изучается проблема ДРО в семьях, имеющих детей с тяжелыми хроническими заболеваниями. Согласно результатам исследований, во многих семьях выявлен авторитарный стиль воспитания, гиперопека ребенка, повышенная тревожность у родителей. Авторы публикаций отмечают искажения детско-родительских отношений, приводящие к длительному психоэмоциональному напряжению в семье, повышающему риск обострения хронических заболеваний.

Однако, данные о детско-родительских отношениях в семьях с детьми, страдающими рассеянным склерозом, в настоящее время встречаются, в основном, в зарубежных исследованиях. Так, например, U. M. Messmer, S. Traversa, M. Trujano в исследовании чувства родительской компетентности в семье с ребенком, больным рассеянным склерозом, установили, что наиболее серьезными источниками тревожности и неудовлетворенности родительской ролью у матерей и отцов являются: невозможность контролировать процесс и активно влиять на улучшение жизни ребенка; непредсказуемое течение болезни и недостаточная информированность о ней. Также отмечается, что уровень тревожности и депрессии у матерей выше, чем у отцов [U. M. Messmer, 2013].

Е. А. Бойко, Е. В. Иванчук, К. Р. Латий, В. Л. Малыгин, О. В. Быкова, Т. Т. Батышева установлено, что в семьях, имеющих детей с рассеянным склерозом, выявлены симптомы легкой или умеренной депрессии у матерей, преимущественно несбалансированный тип семейной структуры, потребность матерей и детей в изменении дистанции со всеми членами семьи в равной степени, низкий уровень самооценки у ребенка и родителя, стремление родителя к сотрудничеству с ребенком.

Использование проективной методики «Семейная социограмма» позволило выявить ряд особенностей семейной системы. Отличительной чертой этих семей является потребность в уменьшении или увеличении дистанции со всеми членами семьи в равной степени. В то время как родители условно здоровых детей хотели бы изменить дистанцию с одним из членов семьи. Также, в отличие от семей, воспитывающих условно здоровых детей, у всех родителей особых детей выявлялся пониженный уровень самооценки.

Далее рассмотрим результаты корреляционного анализа.

На рисунке 1 представлена корреляционная плеяда, отражающая статистически значимые связи, полученные в ходе тестирования по Опроснику родительского отношения (ОРО) (В. В. Столин, А. Я. Варга) и Опроснику эмоционального интеллекта (ЭмИн) (Д. Б. Люсин).

Примечание: сплошная линия – положительная взаимосвязь, пунктирная линия – отрицательная взаимосвязь

Рис. 1. Взаимосвязь между типом родительского отношения в семьях, воспитывающих особых детей, и уровнем развития эмоционального интеллекта матери

В результате корреляционного анализа были выявлены 14 корреляций между типом родительского отношения в семьях, воспитывающих особых детей, и уровнем развития эмоционального интеллекта матери. В частности, наблюдаются положительные связи между такими типами родительского отношения, как «принятие – отвержение» и «кооперация» и пониманием и управлением как своими, так и чужими эмоциями, межличностным и внутриличностным эмоциональным интеллектом, а также общим уровнем эмоционального интеллекта. Данные связи говорят о том, что матери особых детей, которые отличаются высокоразвитыми способностями к пониманию и осознанию как своих эмоций, так и эмоций окружающих людей, понимания причин возникновения той или иной эмоции, а также способные эффективно управлять своим эмоциональным состоянием и оказывать влияние на эмоции других людей, как правило, принимают своих детей такими, какие они есть. Эти матери уважают своих детей, признают их индивидуальность, одобряют интересы, вникают в их планы и поддерживают их, проявляя к ним искренний интерес, проводят с ними достаточно немало времени и не жалеют об этом.

Отрицательные связи между авторитарной гиперсоциализацией, инфантилизацией и управлением чужими эмоциями, контролем экспрессии и внутриличностным эмоциональным интеллектом свидетельствует о том, что чем в меньшей степени у матерей особых детей развиты способности вызывать у окружающих те или иные эмоции, снижать интенсивность нежелательных эмоций, а также контролировать внешние проявления своих эмоций и управлять ими тем чаще их стратегии семейного воспитания характеризуются авторитаризмом и инфантилизацией. То есть эти матери в своих требованиях к детям крайне категоричны и неуступчивы, считая своих детей неприспособленными и не способными достичь хоть какого-либо успеха в жизни.

На рисунке 2 представлена корреляционная плеяда, отражающая статистически значимые связи, полученные в ходе тестирования по методике «Стратегии семейного воспитания» (С. С. Степанов, модификация И. И. Махониной) и Опроснику эмоционального интеллекта (ЭмИн) (Д. Б. Люсин).

Примечание: сплошная линия – положительная взаимосвязь, пунктирная линия – отрицательная взаимосвязь

Рис. 2. Взаимосвязь между типом родительского отношения в семьях, воспитывающих особых детей, и уровнем развития эмоционального интеллекта матери

Итак, в результате корреляционного анализа были выявлены 12 корреляций между стратегиями воспитания в семьях, воспитывающих особых детей, и уровнем развития эмоционального интеллекта матери. Так, положительные связи наблюдаются между авторитетным стилем и понимание как своих, так и чужих эмоций, уровнем развития межличностного эмоционального интеллекта, а также общим уровнем эмоционального интеллекта. То есть мы можем констатировать, что те матери особых детей, которые обладают хорошо развитыми способностями к пониманию эмоций других людей и управлению ими, в том числе на основе внешних проявлений эмоций (мимика, жестикуляция, звучание голоса) и/или интуитивно, контролировать внешние проявления своих и чужих эмоций, понимать их и управлять ими, вплоть до манипулирования окружающими людьми, чаще всего, осознавая свою роль в становлении личности ребенка, тем не менее, признают его право на саморазвитие, они четко понимают, какие требования можно обсуждать с детьми, а какие следует диктовать. При этом они готовы пересматривать свои позиции в разумных пределах, но проявляют твердость в требованиях соблюдения дисциплины. Личная ответственность, самостоятельность, инициативность детей родителями поощряется, они включены в процесс обсуждения проблем семьи и принимают участие в принятии решений в соответствии с их возрастными возможностями.

Отрицательные связи зафиксированы между авторитарным стилем воспитания и управлением чужими эмоциями, пониманием как своих эмоций, так и эмоций окружающих людей, межличностным и внутриличностным эмоциональным интеллектом, а также общим уровнем развития эмоционального интеллекта. Данные связи свидетельствуют о том, что детско-родительские отношения матерей со своими особыми детьми, которые обладают хорошо развитыми способностями к идентификации своих эмоций и эмоций других людей, а также управлению эмоциями окружающих людей, характеризуются отсутствием духовной близости и чувства привязанности друг к другу. Эти матери, как правило, четко определив для себя, каким должен вырасти их ребенок, прилагают к достижению этого идеала максимум усилий. При этом в своих требованиях они крайне категоричны и неуступчивы, а ребенок находится под постоянным родительским контролем, родители всячески ограничивают его самостоятельность и инициативу.

На рисунке 3 представлена корреляционная плеяда, отражающая статистически значимые связи, полученные в ходе тестирования по Опроснику родительского отношения (ОРО) (В. В. Столин, А. Я. Варга) и методикам «Стратегии семейного воспитания» (С. С. Степанов, модификация И. И. Махониной), «Уровень соотношения «ценности» и «доступности» в различных жизненных сферах» Е. Б. Фанталовой, а также методике изучения самооценки Т. Дембо – С. Рубинштейн.

Примечание: сплошная линия – положительная взаимосвязь, пунктирная линия – отрицательная взаимосвязь

Рис. 3. Взаимосвязь между характером детско-родительских отношений, внутренним конфликтом и самооценкой матери

Итак, в результате корреляционного анализа были выявлены 3 значимые корреляции между характером детско-родительских отношений, внутренним конфликтом и самооценкой матери. Так, наблюдается отрицательная связь между родительским отношением по типу отвержения и внутренним конфликтом. Данная связь говорит о том, что те матери особых детей, которые стремятся к недостижимым целям, отличаются желанием излишне изолировать себя от внешних объектов и состояний, не понимающие своих истинных желаний или сознательно отказывающиеся от них, что вызывает внутренних дискомфорт и конфликт, как правило, не в состоянии принять своих детей такими, какие они есть. Между ними устанавливается эмоциональная дистанция, свидетельствующая о дисгармоничности детско-родительских отношений.

Отрицательная связь между индифферентным стилем семейного воспитания и самооценкой авторитета может свидетельствовать о том, что чем выше оценивают матери особых детей уровень своего авторитета, тем реже они выбирают стиль семейного воспитания, при котором дети постоянно чувствуют, что ими тяготятся, поскольку родители практически не уделяют внимания их воспитанию и общению с ними.

Положительная связь зафиксирована между авторитарной гиперсоциализацией и самооценкой авторитета. То есть матери особых детей, которые уверены в своей авторитетности, как правило, выстраивают свои отношения с детьми по типу авторитарной гиперсоциализации, которая проявляется в требованиях безоговорочного послушания и дисциплины, навязывании ребенку своей воли и нежелании учитывать его интересы.

На рисунке 4 представлена корреляционная плеяда, отражающая статистически значимые связи, полученные в ходе тестирования по Опроснику родительского отношения (ОРО) (В. В. Столин, А. Я. Варга) и методике «Диагностика уровня эмпатических способностей» (В. В. Бойко).

Примечание: сплошная линия – положительная взаимосвязь, пунктирная линия – отрицательная взаимосвязь

Рис. 4. Взаимосвязь между типом родительского отношения в семьях, воспитывающих особых детей, и уровнем развития эмпатических способностей матери

Итак, в результате корреляционного анализа были выявлены 4 корреляции между типом родительского отношения в семьях, воспитывающих особых детей, и уровнем развития эмпатических способностей матери. В частности, наблюдается положительная связь между родительским отношением по типу кооперации и рациональным каналом эмпатии, а также отрицательная – с эмоциональным каналом эмпатии. Данные связи говорят о том, что те матери особых детей, которые проявляют искренний интерес к своему ребенку, высоко оценивают его способности и стремятся общаться с ним на равных, как правило, характеризуются направленностью внимания на сущность другого человека: на его состояние, проблемы, поведения. При этом способность сопереживать и соучаствовать, эмоциональная отзывчивость у них может быть развита недостаточно сильно.

Отрицательная связь между авторитарной гиперсоциализацией и идентификацией в эмпатии может свидетельствовать о том, что матери особых детей, которым присуще умение понять другого человека на основе сопереживаний, постановки себя на место партнера, легкость, подвижность и гибкость эмоций, способность к подражанию, чаще всего не стремятся навязать свою волю детям, не задают им строгие дисциплинарные рамки, контроль за действиями детей практически отсутствует.

Также отрицательная связь выявлена между родительским отношением «симбиоз» и рациональным каналом эмпатии. То есть матери особых детей, внимание, восприятие и мышление которых направлены на сущность своих детей: их состояние, проблемы и поведения, а не на их внутренний мир, чаще всего устанавливают значительную психологическую дистанцию между собой и ребенком, мало заботятся о нем.

На рисунке 5 представлена корреляционная плеяда, отражающая статистически значимые связи, полученные в ходе тестирования по методике «Стратегии семейного воспитания» (С. С. Степанов, модификация И. И. Махониной) и методике «Диагностика уровня эмпатических способностей» (В. В. Бойко).

Примечание: сплошная линия – положительная взаимосвязь, пунктирная линия – отрицательная взаимосвязь

Рис. 5. Взаимосвязь между стратегиями семейного воспитания особых детей и уровнем развития эмпатических способностей матери

Итак, в результате корреляционного анализа были выявлены 11 корреляций между стратегиями воспитания в семьях, воспитывающих особых детей, и уровнем развития эмпатийных способностей матери. В частности, положительная связь зафиксирована между авторитетным стилем воспитания и рациональным каналом эмпатии, а также отрицательная – с эмоциональным каналом эмпатии. То есть матери особых детей, которые ориентируются, скорее, на анализ поведения ребенка, его состояние, особо не вникая в его внутренний мир, как правило, признают его право на саморазвитие и четко понимают, какие требования можно обсуждать с детьми, а какие следует диктовать. Кроме того, эти матери, как правило, стараются избегать личных контактов, считают неуместным проявлять любопытство к личности другого человека. Чаще всего они убеждают себя в необходимости спокойно относиться к переживаниям и проблемам окружающих людей.

Также положительные связи зафиксированы между авторитарным стилем и установками на эмпатию, эмоциональным каналом эмпатии, а также отрицательная – с идентификацией в эмпатии. В данном случае матери, которые ориентируются как раз на внутренний мир своего ребенка, однако не в состоянии понять другого человека на основе сопереживания, чаще всего в своих требованиях крайне категоричны и неуступчивы, а ребенок находится под постоянным родительским контролем.

Положительная связь выявлена и между либеральным стилем воспитания и эмоциональным каналом эмпатии, а также идентификацией в эмпатии. Эта связь говорит о том, что, чем сильнее развито у матерей умение понять другого человека на основе сопереживаний, постановки себя на его место, и чем выше их стремление понять внутренний мир человека, тем чаще они проявляют элементы такого стиля воспитания, который характеризуется постоянным восхищением мнимыми талантами ребенка, преувеличенной оценкой его действительных способностей. При этом отрицательные связи между либеральным стилем воспитания и рациональным каналом эмпатии, а также установками, способствующими возникновению эмпатии, свидетельствуют о том, что эти матери не утруждают себя анализом действительного поведения и состояния ребенка, а их установки личности, касающиеся общения, часто ограничивают диапазон эмоциональной отзывчивости и эмпатического восприятия.

Отрицательные связи между индифферентным стилем воспитания и рациональным каналом эмпатии, а также установками на эмпатию говорят о том, что матери особых детей, которые ориентируются, скорее, на анализ поведения ребенка, его состояние, особо не вникая в его внутренний мир, при этом не в состоянии понять другого человека на основе сопереживания, как правило, мало интересуются жизнью своего ребенка, не вникают в его проблемы и заботы настолько, что нередко ребенок чувствует себя обузой.

Анализ результатов эмпирического исследования позволил нам составить психологические портреты семей, воспитывающих особых детей.

В семьях, воспитывающих детей с диагнозом ДЦП, как правило, преобладают стили семейного воспитания по типу инфантилизации и авторитарной гиперсоциализации. Родители этих детей чаще всего уверены, что они не добьются успеха в жизни из за низких способностей, небольшого ума, дурных наклонностей. Они не доверяют своим детям и не уважают их, требуя при этом безоговорочного послушания и дисциплины, стараются навязать во всем свою волю, не в состоянии встать на точку зрения детей, а за проявления своеволия детей сурово наказывают. Причем, родители крайне категоричны и неуступчивы в своих требованиях к детям. Они четко для себя решили, каким должен вырасти их ребенок, и прилагают к достижению этого идеала максимум усилий. В этой связи дети находятся под постоянным родительским контролем, их самостоятельность и инициатива всячески ограничивается. Родители не считают нужным обсуждать и обосновывать свои требования с детьми.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.