Оскал дикарки
Юлия Чепухова

Дизайнер обложки Алена Цуркан

© Юлия Чепухова, 2023

© Алена Цуркан, дизайн обложки, 2023

ISBN 978-5-4496-2823-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ОСКАЛ ДИКАРКИ

Еще будучи волчонком семи лет Зания попала в поле зрения военных лабораторий. Долгое время изучали и ставили эксперименты над маленьким оборотнем. Но чем старше становилась девушка, тем большей силой обзаводилась, и правительство решило использовать ее иначе, нежели биоматериал. Используя нанотехнологии, ученые заблокировали способность Зании перекидываться в волчицу, оставив тем не менее первичные признаки хищника (скорость, ловкость, сила, регенерация, обостренные зрение и слух). Превратив ее в суперсолдата на вооружении Америки, они не думали, чем может для них обернуться удержание дикого зверя на коротком поводке.

Минуло двадцать лет. Зи рыщет по миру, послушно исполняя любые приказы министерства обороны, будь то кража информации, шпионаж, либо убийство неугодных Америке личностей. И так шло бы и впредь, пока очередным заданием солдата с позывным «волчица» не становится некая группировка в Восточной Европе, что не гнушается скупать американское оружие и использовать же против них. Зании было поручено выследить их, внедриться и разрушить изнутри. Меры были избраны крайними. Раз группировка не входит в юрисдикцию соединенных штатов, то ее необходимо ликвидировать…

Но никто не учел того факта, что Зания – не единственный оборотень на земле. И существуют ей подобные особи. И румынская группировка из Бухареста именует себя ни как иначе, нежели СТАЯ…

ГЛАВА 1

Свет раздражал сетчатку своим ярким голубоватым сиянием флуоресцентных ламп. Мониторы лабораторных компьютеров монотонно гудели, выдавая терабайты информации о сложных исследованиях, проводимых здесь. В поле зрения то и дело попадались кипенно-белые халаты сотрудников, но то все были рядовые пешки, снующие от датчиков к разному медицинскому оборудованию и обратно с заученной точностью. Но атмосфера в стерильном помещении поменялась моментально при появлении нового персонажа. Вот истинный Доктор Зло. Волосы дыбом поднялись у каждого при его размеренном неторопливом шаге. Его разрушительные, но всегда чистые и прохладные руки как всегда были заложены за спину, будто он прятал свои главные орудия пыток от людских глаз. Однако та, что была прикована к медицинскому, металлическому и чертовски неудобному столу не понаслышке знала их своеобразную «ласку».

– Как ты себя чувствуешь сегодня, малышка Зи? – Голос доктора был сочувствующим, но за этим показным участием крылся сугубо научный интерес к подопытному существу. Подтекст читался примерно так: «Готова ли ты к дальнейшим мучениям и не сдохнешь ли в процессе?»

– Так же, как и вчера. И позавчера. Суть от времени суток не меняется, доктор. – Тихий девичий голос таил в себе преждевременное увядание и безысходность. Не было в этих звуках ни малейшего проблеска жажды жизни.

– Что ж, тогда не будем откладывать в дальний ящик то, что запланировали. – Мужчина подошел к столу из нержавеющей стали, где были разложены всевозможные скальпели, зажимы, ножницы, потирая свои бледные руки, но не разогревая плоть, а предвкушая удовольствие от своей работы. – Нам предстоит произвести забор спинномозговой жидкости и хрящевой ткани… только не думаю, что твой специфический организм отреагирует на анестезию должным образом, так что…

– Доктор… – Снова этот детский голосок, от которого у мужчины порой мороз по коже пробегал, и это он ненавидел в себе больше всего. И жутко было не оттого, что его «подопытным кроликом» был ребенок, а оттого что то было дитя монстра. И он, кандидат наук, доктор Спэлмэн не должен проявлять жалости к чудовищу.

– Что еще? – В нетерпении отозвался он, дернув плечом.

– Будет… очень больно?…

– Не больнее обычного, Зания. – Доктор надел защитную марлевую маску на нижнюю часть лица и натянул с неприятным шлепком эластичные перчатки. Примерив в руке выбранный острый инструмент, он решительно повернулся к своей «пациентке».

Двадцать лет спустя. Наши дни

Безмятежное и солнечное утро Венеции было беспощадно нарушено оглушительным воем сирены и ревом моторов катеров. Кто-то за кем-то гнался по узким каналам города на такой бешенной скорости, что волны бурным потоком выплескивались на мостовую, заливая лужами древние камни. Преследование велось уже добрых сорок минут, и это время превратилось в бесконечный калейдоскоп из холодных брызг по разгоряченной коже и свиста пуль в опасной близости от головы.

Три катера петляли по водным артериям европейского города, не обращая внимания на такие пустяковые препятствия, как мирно-раскачивающиеся на волнах туристические гондолы или товарные баркасы, которые, как щепки, отшвыривались прочь. Их ценность мало бралась в расчет, когда на кону стояла рыбка куда дороже – микрочип с информацией стоимостью в пару миллиардов евро. И только за это стоило сберечь жизнь хрупкой фигурке на угнанном катере, что будто перышко первым несся вперед, навстречу восходящему итальянскому солнцу. Следующие за ним две моторки были куда массивнее и принадлежали блюстителям порядка и, как это ни странно звучит, местной бандитской группировке. Казалось бы, здесь должно сыграть на руку такое определение, как «враг моего врага – мой друг». Однако когда полиция полностью подмята под преступный синдикат – помощи ждать неоткуда.

Вот и человек на первом катере надеялся только на себя. Хрупкого телосложения и невысокого роста, он, тем не менее, обладал железными нервами, не дрогнув ни разу от лязга пуль по металлической обшивке. Отстреливаться было бессмысленно на такой неустойчивой поверхности. И приоритет был не столько выжить, сколько доставить по нужному адресу украденный час назад малюсенький кусочек пластика, что хранил на себе не один секрет теневого бизнеса итальянской мафии.

Очередной шквал огня достиг катера, когда соперники вышли на финишную прямую среди узких улочек. Еще пару десятков метров и вот она – открытая лагуна в Адриатическое море. Впереди замаячила баржа с мусором, почти перекрывая свободный проход между крайними домами, и беглец, смачно ругнувшись, резко крутанул руль. Разворот почти в девяносто градусов создал приличную волну, заливая днище и самого рулевого в темном гидрокостюме. Этот маневр от ухода столкновения с большим судном не остался без потерь. Скорость при повороте спала, приближая гончих непозволительно близко, как следствие одна из пуль прошила лучевую кость чуть выше запястья, другая застряла в бедре. Хриплый вскрик сорвался с плотно сжатых губ от ослепляющей на мгновение боли. Однако рассматривать, а тем более перевязывать раны времени нет. Важные вены не задеты, и на том спасибо. Так что остается крепче сцепить зубы для последнего рывка.

Петляя между буксирами и баржами, поднимая сонмы брызг и обдавая ими недоумевающих портовых работяг, катер, подпрыгивал, как мячик, на воде и, хрипя мотором от нагрузки, упрямо шел вперед, огибал резкими виражами препятствия и все больше и больше увеличивал расстояние между собой и преследователями. Вот она – открытая гладь с восстающим из ее темных глубин ярким солнечным шаром, слепящим глаза бликами по водной поверхности. Последний штрих в этой погоне – зафиксировать ручку скорости ремнем и установить распорку на руле, чтобы шел заданным курсом и дальше, но уже самостоятельно. Позади вдруг что-то взорвалось. Это что, базука стреляет вдогонку? Пора рвать когти… Дым и огонь только на руку сейчас, чтобы скрыть плавный прыжок в воду. Все дальше уходящий катер уводит за собой преследователей, когда как юркий вор все ниже погружается в глубины венецианской лагуны.

Прыжок именно в этом месте был скрупулезно просчитан и отмечен бакеном, когда как снизу к его якорю уже был прикреплен акваланг для дальнейшего продвижения под водой. Вернуться обратно на ничем не примечательную рыбацкую баржу было делом десяти минут. Забравшись на палубу по специально сброшенному канату и скользнув тенью в рубку капитана, возмутитель утреннего спокойствия стянул с головы резиновый капюшон, тряхнув длинной косой черных волос.

– Как все прошло? – Даже не повернув головы от просматриваемой карты лагуны, спросил высокий бородач в прорезиненном и пропахшем рыбой костюме.

– Как и запланировано. Ты же меня знаешь. – Хмыкнула девушка, сверкнув на собеседника неестественной желтизной раскосых глаз. Подняв левую руку, она придирчиво осмотрела кривой багровый свежезатянувшийся рубец на том месте, куда угодила касательная пуля бандитов, гнавшихся за ней. Через два дня и следа не останется, разве что только на ее профессиональной гордости шрамов станет на один больше. – Я на связь с руководством, а ты давай завязывай с рыбалкой.

– Зи, ну ты и зануда. Тут такой клев! – Послышался в ответ возмущенный тон.

– Да? И с каких это пор ты неравнодушен к морепродуктам? Помню, как совсем недавно, после ужина с той жирной семгой ты…

– Хватит! Я помню. – Мужчина даже штурвал из рук выпустил, затыкая уши. На что девушка только ехидно усмехнулась. – Хорошо, сворачиваю сети.

– Я отмечу в рапорте о твоих «заслугах» перед государством. – Подмигнула Зания и скрылась в своей каюте с радиоаппаратурой.

Отчет прошел на автомате. Четкость действий, постановка голоса и дикция – ничего не выдавало в ней волнения. Его не было ни сейчас, ни когда бы то ни было на другом задании. Все по продуманному до самых мелочей плану – придти, совершить необходимое и уйти. И приказ никогда не обсуждался. Убить, украсть, заминировать, освободить, проследить – без разницы. Солдат Зания исполнит невозможное. Без чувств. Без сожалений. Без оглядок назад, потому что там, в прошлом лишь тьма и бездна боли. Поэтому только вперед, от задания к заданию. Она выполняет, в ответ ее личное пространство не нарушается, вот единственное условие, которое устраивает обе стороны. День за днем, год за годом. Так будет и впредь.

Чувствуя мерное гудение моторов в железных недрах баржи, Зания не спеша разделась и извлекла, даже не морщась, сплющенный кусочек металла из своего бедра. Это не больно, по сравнению с тем, что она пережила. Стараясь смыть с себя в небольшой раковине грязь последнего задания, она испытывала куда большую дрожь. Обычно Зания не была столь придирчива к своим оппонентам. Отчего же сегодня, порывшись в «грязном белье» этих бандитов, ей хотелось отмыться в кипятке с порошком? Столько крови, сколько было на их руках, она еще не видела до сегодняшнего дня. А видела она достаточно. Наркотики, проституция, торговля, и не только оружием. Но те файлы с проводимыми нелегальными опытами… всколыхнули мрак в душе девушки. Как долго она уже бежит от своих воспоминаний? Однако они имеют неприятную закономерность нагонять ее в самый неподходящий момент.

Вот и сегодня она чуть не погорела в самом начале операции, поддавшись на миг тому приступу панической атаки, что не навещал ее уже долгое время. И той погони можно было избежать, не наткнись она случайно на те снимки из местной лаборатории.

Снова те же чувства, будто иглы проникают под кожу до самых костей, будто скальпель без анестезии рассекает мышцы. До зубовного скрежета… Воздух покидает легкие от немого крика. Пот проступает по дрожащему телу, сводимому судорогами. Сейчас все пройдет… Этого нет… ЭТОГО НЕТ! Вдох-выдох… Вдох-выдох, уже спокойнее. Вот так. Все в порядке… Ложь! Она не в порядке. И это чувство будет преследовать ее до самого конца. Кто раз побывал в тисках ученых, навсегда останется полуразрушенным разумом в их клетке.

ГЛАВА 2

Частный самолет перебросил мобильную группу тайных агентов через океан в рекордные сроки. Вечер еще только начал окутывать округ Пенсильвании розовой дымкой, когда пять теней забрались на борт военного вертолета на лесной опушке.

– Ну, согласись, Зи. Это задание было для тебя точно курортом! Италия… ммм? – Подначивал девушку бородач с баржи, когда они час спустя входили в двери административного корпуса на территории военной базы.

– Да, Блейк. Только в моем рационе не значились спагетти. Лишь отбивные из преступников. А это, знаешь ли, не самое мое любимое блюдо. – Фыркнула Зания своему собрату по камуфляжу.

Она мало кого считала здесь своим другом, чтобы делиться чем-то сокровенным, например, мыслями и впечатлениями о проделанной работе. Одиночка по жизни, она доверяла лишь себе. Доверие было непозволительной роскошью для той, чье детство прошло в застенках научных лабораторий. И ей крупно повезло, что в конечном итоге она выбралась оттуда. Не всем так сказочно везет. Зания помнила Алану, девочку, которая разделяла ее проклятье. Жаль, что у нее не хватило сил противостоять. Но, так или иначе, смерть сестры по несчастью подтолкнула Занию к действиям. Она вовсе не хотела превращаться в овощ на операционном столе, и она дала отпор своему мучителю. Пусть это и случилось через шесть лет опытов и экспериментов над ее юным телом.

С того переломного дня ее не мог сдержать ни один седативный препарат, вводимый ей ранее. Ее дух взбунтовался и рвался на волю, переключив глубоко в ней незримый переключатель. И что больше ее сподвигло на бунт – смерть подруги или подростковые гормоны – Зания затруднялась ответить. Она не знала, сколько на тот момент было вложено в нее правительственных денег, но именно сей скупой факт спас ее от мгновенного уничтожения. Командование просто рассмотрело ситуацию с другого ракурса и приняло единственное верное решение для образца №1. Так что Зании удалось разгромить на своем пути две лаборатории и положить к своим ногам десятка три белых халата, прежде чем ее усмирили лошадиной дозой транквилизаторов.

Девушка не могла понять, откуда у нее взялась столь разрушительная энергия на такую ожесточенную бойню, когда как раньше она не могла даже руку поднять, не приложив всех своих тщедушных сил. Алая пелена застлала ей взор, и разум взял бразды правления над ее телом, действуя под воздействием слепой отчаянной ярости и жажды свободы. Очнулась она в своей клетушке, с мягкими стенами и прикрученными к полу кушеткой, столом и стулом. Про нее забыли на целую неделю, и девочка все гадала, когда за ней придет долгожданная смерть, как избавление от ужаса, что звалась ее жизнью.

Но дни сменяли друг друга, а к ней так никто и не приходил. Лишь незримый персонал приносил еду, будто в зоопарке, предпочитая оставаться по ту сторону решетки. И это время наедине с собой, не обремененное давлением лекарств на сознание, помогло ей немного успокоиться впервые за все то время, что она провела в этом сомнительном учреждении. Она вспоминала свою семью, пусть уже и не так отчетливо как раньше. Медикаментозное вмешательство повредило ее воспоминания, а может тому виной были сотни операций, проведенных на ней? Сколько образцов тканей с нее взяли, Зания и сосчитать не могла. Не иначе, что и до ее мозгов однажды добрались. Лишь во сне она видела глаза матери, такие же желтые и яркие, как и ее, да слышала добрый урчащий смех отца. Но было ли то на самом деле или Зания все выдумала, девушка уже не могла сказать с точностью. Что было, а что не являлось реальностью. Лишь чувства, приглушенные лекарствами, порой пробивали брешь в сознании яркими вспышками, чтобы вновь безвозвратно погаснуть. Была ли та девочка Алана ее кровной сестрой, или Зи это выдумала? Ответов не могли дать молчаливые белые стены.

Когда о ней, наконец, вспомнили, Зания почти сошла с ума в своем одиночестве с враз обострившимися чувствами от отсутствия долгое время лекарственных препаратов. Усилившийся слух заставлял прятать голову под подушку от невообразимого грохота ее сердца и раздражающего шуршания вентиляции. А свет флуоресцентных ламп уничтожал чувствительную сетчатку глаз. Голова раскалывалась, пронзенная тысячью импульсов, заставляя скрести стены скрюченными пальцами и выть в голос. Мышцы всего тела и десны нестерпимо зудели, и Зания не могла найти тому причины. Что это? Ответная реакция организма, освобожденного от бесконечного потока химии и наркотиков?

Нужда чего-то неведомого рвала ее изнутри, заставляя бросаться на решетку двери с утробными звуками, рвавшимися из охрипшей глотки, больше напоминающие рычание зверя. Она была готова на все, стерпеть вновь все издевательства врачей, лишь бы унять нестерпимый тремор всего тела, больше не подчиняющейся ее воле, заглушить непослушный организм горстью разноцветных таблеток. Тщетно, ее мольбы и крики никто не слышал, или не хотели слышать.

К ней пришли, когда было нужно им, когда она обессилено затихла в дальнем углу, будто не живая. Хотя это и было почти реальной смертью. Транс, когда сознание, спасаясь от перегрузки, уходит на такие уровни, где нет ничего, кроме безмолвия уничтоженной души.

К ней пришел человек, который все так же спустя двадцать лет встречал ее с заданий, стоя прямо, с заложенными за спину руками, вздернутым волевым подбородком и проницательным взором ясно-синих глаз. Он один вошел в ее камеру, не страшась, как раньше скрывали свой страх перед ней санитары, опустился рядом с ней на корточки, сверля, будто лазером, глазами и произнес лишь одну фразу, что стала ее отправной точкой в новую жизнь. «Хочешь покинуть это место навсегда – пойдем со мной». И она слепо потянулась за силой и уверенностью, которыми было пропитаны каждое его слово.

Сейчас, спустя долгие годы, уже полковник, а тогда был еще сержантом, мужчина заимел на своих висках налет седины, да и морщин вокруг глаз прибавилось. Он забрал ее с собой в военную часть, что примыкала к корпусу с лабораториями, и там началось ее усиленное обучение абсолютно всему с самого нуля. Полковник Сойер передал ей все, что знал сам, создав под суровой муштрой идеального солдата. Ему Зания верила, как себе. Не доверяла, но прислушивалась, признавая его абсолютное лидерство, следуя за ним, боготворя за то, что сделал ее неуязвимой, бесстрашной, сильной. Свободной от лабораторных стен. У этих двоих сформировался своего рода симбиоз – она безоговорочно выполняет его приказы, а он охраняет ее личный покой от любопытных ученых, которые спустя долгие годы продолжали интересоваться ею…

– Опоздание на два часа. – Категоричный выговор вместо радушного приветствия и обнимашек вернули Занию в настоящее из неприятных воспоминаний.

– Задержка произошла из-за дозаправки, сэр. – Отчеканил сержант Блейк, вытянувшись по стойке смирно и отдав честь главнокомандующему военной базы.

Полковник Сойер сдержанно кивнул и перевел свой ястребиный взор на Занию.

– Я получил твой рапорт, сержант Мун. Содержательный. Хорошая работа. Но я до сих пор не наблюдаю главного. – Мужчина протянул руку в ожидании.

Зания послушно извлекла маленькую плоскую коробочку из потайного кармана брюк и передала ему. Полковник повертел между пальцами невзрачный кусочек пластика и удовлетворенно кивнул.

– Следуй за мной. – Велел командующий и резким шагом преодолел расстояние по коридору до своего кабинета.

Занию не стоило звать дважды. Между этими двумя давно был выработан свой язык на уровне подсознания. И Зания знала, раз Сойер зовет ее для конфиденциального разговора, значит что-то пошло не так. Или наоборот, она нарвалась на новое задание. Однако сейчас осечек с ее стороны не было. Так остается второй вариант. Не то чтобы она не любила свой стиль жизни, но даже ей порой требовался отдых, которого не было… Ну, не было.

Мучимая сомнениями, она зашла в кабинет и замерла на месте. Полковник разломал микрочип в руках и бросил в массивную хрустальную пепельницу. Он присыпал обломки каким-то серым порошком, после чего пластик задымился и начал плавиться на глазах.

– При всем уважении, сэр… но что вы делаете?! – Не смогла смолчать Зания.

– Закрой дверь. – Мужчина даже не повысил голоса и не взглянул на нее. Зания повиновалась. От души.

– Я чуть не погибла за этот чип! – Прошипела она, ощутив алую пелену ярости перед своим взором. Нет, она знала, с кем говорит. И о субординации ей тоже было известно. Но, черт возьми, когда видишь, что то, зачем ты рвалась сквозь огонь и воду превращают в пыль на твоих глазах – это мало способствует мозговой активности.

– Я не наблюдаю потерь в строю. – Сойер с завидным равнодушием проигнорировал ее выпад. Обогнув угол стола, он все так же невозмутимо уселся в свое кресло и подвинул к себе знакомую Зании по прошлым заданиям папку с досье.

– Да, но зачем?…

– Зания, меня не интересует, что хранил на себе этот носитель информации. Для меня важен тот факт, что преступники знают о его утере, их будет подначивать страх о раскрытии. Пусть ждут за каждым углом засаду, пусть суетятся с переводом своих грязных денег на новые счета. Это как вирус в программных файлах, затормозит на время всю их систему. Этого достаточно. – Как ребенку разъяснял полковник. Но после этих слов его взгляд вновь посуровел. – Еще вопросы есть, сержант?

– Никак нет, сэр. – Привычно вытянулась по швам Зания, наконец, прикусив язык и дав себе мысленную затрещину. Не ее дело вникать в игры начальства. Ее дело – исполнять.

– Вот и хорошо. Что ж, теперь по делу. Тебя ждет новое задание. – Сойер раскрыл папку и, повернув, толкнул ее по столу к девушке. – Наркопритон на границе. Они незаконно переправляют

свою отраву на нашу территорию, что не приветствуется моим руководством.

– Мало зелени отстегивают? – Фыркнула себе под нос Зания, просматривая черно-белые фотографии со спутника.

Ее пренебрежение не осталось без внимания. Полковник нахмурил кустистые брови, хлопнув ладонью по отчетам разведки перед ней. Все знали, какой бывает вспыльчивой солдат с позывным «волчица» и что она состоит на особом счету за свои суперспособности у командования, но даже для нее были обрисованы рамки дозволенного, о чем сейчас и напомнил ей полковник Сойер.

– Твое задание заключается в следующем. Определить верхушку притона и истребить. Вплоть до пешек. По возможности, обойтись без лишней шумихи и привлечения внимания. Вопросы?

– Климат жаркий. И не переносимость острой пищи. – Приняв бесстрастное выражение на лице, проговорила Зания. В ответ на недоуменное молчание старшего по званию, Зи пожала плечами. – Но это, естественно, не помеха, сэр.

– Не та граница. Ты отправляешься не в Мексику. Так что отложи из вещей сомбреро и лучше утеплись. Тебя ждет Канада.

ГЛАВА 3

– Доктор… Что сегодня? – Спросил робко детский голосок.

– Почему ты спрашиваешь, Зания? – Отвечал равнодушно мужчина в белом халате, перебирая шприцы с инъекциями, которые на данный момент занимали его куда больше бесполезных слов.

– Просто… Алана всегда молчит, когда я спрашиваю ее… – Нехотя отозвался ребенок с хирургического стола. Девочка может и промолчала бы, но желание общения было куда сильнее ее.

– Алана? Хм… – Нахмурил светлые брови ученый, взглянув задумчиво через плечо на объект №1. Странно, как это она могла говорить с объектом №2?! Их же держали изолировано друг от друга. – И как часто вы разговариваете?

– Редко… чаще говорю я. Но бывает и она отвечает мне. Я слышу ее плач… здесь. – Тоненький детский пальчик указал на висок, скрытый темными волосами.

Телепатия?… Это что-то новое, но необычайно полезная информация для более интенсивного изучения мозга этого существа. Может ли она читать мысли лишь себе подобных или и человеческие тоже? Но это потом… Сейчас на первом плане стоит внедрение в плоть испытуемой новой военной разработки – блокирующего микрочипа.

Просматривая записи видеонаблюдения в ночное время в камере образца №2, доктор Спэлмэн мог наблюдать поистине завораживающее действие. Особь, что была старше Зании года на три, могла неосознанно трансформироваться во сне. Медикаментозный транс был столь крепок, что в сознание не приводили даже выворачивающиеся с хрустом суставы, перестраивание костей и прорастание сквозь кожные покровы грубой темной шерсти. Оборотень!

Доктор Спэлмэн всегда подозревал об их существовании, но до последнего не верил. Даже проводя свои эксперименты на двух детенышах, которых доставили в лабораторный комплекс после одной из военных операций в глуши амазонских лесов, мужчина искренне смеялся над рассказами вояк об огромных тварях с острыми клыками и когтями, что рвали их сослуживцев, как котят. Но теперь доктор верил. И с удвоенной, маниакальной жаждой взялся за свои исследования.

По идентичным образцам крови, он мог с точностью утверждать, что особи женского пола были из одного помета, лишь с разницей в возрасте. И старшему образцу№2, достигшей репродуктивного возраста, уже пришлось провести операцию по стерилизации. Доктор не хотел, чтобы подобные твари плодились. Пусть его и терзали угрызения совести от содеянного, но не по отношению к девочкам. Нет. Было бы прелюбопытно понаблюдать за протеканием беременности у этих существ, но ученый не мог так рисковать.

Операцию Алана перенесла успешно. А вот внедрение микрочипа, блокирующего ее видоизменение – нет. Ее скосила лихорадка. Организм не принимал чужеродный предмет, все время пытаясь перевоплотиться. И медики, как могли, поддерживали ее состояние стабильным. Вот тогда доктор Спэлмэн решил, что чип нужно вживлять, когда оборотень еще мал. Самое время для Зании. Пусть и был риск обратной вероятности, что образец №1 погибнет быстрее. Но тут уж либо пан, либо пропал. Наука требует жертв во имя будущего.

– Зания, расскажи, о чем вы разговариваете с Аланой? – Как можно добродушнее осведомился доктор, подходя ближе к своей подопытной со шприцом в руке.

Девочка взглянула на него с паническим ужасом, который постепенно потускнел в ее желтых глазах. Эта особь уже в таком юном возрасте могла превосходно владеть своими эмоциями. И только поэтому доктор выделил ее, поставив впереди своей старшей сестры. Более выносливая, тихая, Зания будто уходила вглубь себя, не воспринимая окружающую реальность, пока ученые корпели над ее телом. Девочка обладала не по годам удивительно разумным взглядом, лишь по нему можно было определить ее реальные чувства. По зеркалам ее нечеловеческой души, по озерам из жидкого золота. И своим спокойствием эта особь была более взрывоопасна, чем Алана, которая лишь плакала и кричала в руках медиков, пока ту не накачивали до бессознательного состояния убойными дозами снотворного.

Зания «смирилась» слишком быстро. Не шумела, лишь следила за малейшим движением, будто запоминала на будущее, от чего мороз шел по коже. Со временем анестезия перестала действовать на оба объекта, как и наркотики, что усложняло работу ученым. Оставались лишь транквилизаторы, и все равно доктор не был до конца уверен, чувствуют ли особи что-то в насильственном сне или нет.

– Алана мало говорит… Лишь плачет. И я успокаиваю ее, что скоро все закончится… – Едва слышно шепчут детские губы. Девочка даже не дергается, когда в ее шею вонзается игла шприца…

Зания резко пробудилась от тревожного сна, в котором она вновь вернулась в лапы безумного доктора. Все тело, покрытое липкой испариной, трясло как в лихорадке. Зубы стучали от неконтролируемого тремора, голова раскалывалась от невыносимой пульсации крови в висках. Это всего лишь сон… Сон… Вдох-выдох… Закрыть глаза и сосчитать до двадцати помедленнее… Но подождите-ка! С зажмуренными глазами острее слух. И она слышит… Пиканье и жужжание мониторов жизнеобеспечения! Что это, черт возьми, такое?! Сойер сдал ее обратно в лаборатории?! ГДЕ ОНА?! В темной комнате отчетливо чувствуется запах медикаментов и крови. ЕЕ КРОВИ! Рычание зарождается где-то в глубине горла и рвется наружу… Но она не прикована к койке, разве что капельница затрудняет движение.

Луна тускло светит в едва занавешенное окно, и оно без решеток… Как она сюда попала? Переведя обезумевший взгляд на дверь, Зи распознала простую белую панель, не отягощенную обшивкой из стали и кучей запоров. В щель под дверью пробивался свет из коридора… Пусть девушка ни дня не провела в больнице, как только покинула ненавистные стены научного комплекса, но она могла с уверенностью утверждать, что лежит на койке лазарета. Вопрос другой, как она сюда угодила?

Сделав еще серию успокоительных вздохов и осознав бушующим в груди сердцем, что ее не собираются вновь разделять на атомы, Зания уселась поудобнее. Продолжая размеренно дышать и тем самым успокаивать истеричные трели кардиомонитора, она углубилась в свое подсознание. Она помнила о последнем задании полковника Сойера. На следующее же утро она села в штатный внедорожник и покатила через два штата в канадский Квебек, где по докладам разведки и был выявлен неугодный правительству притон. Еще пару дней у нее ушло на сбор собственной информации и на разработку плана по уничтожению. Сблизившись с одним из дилеров, она почти легла под него, чтобы в пьяном угаре выяснить о большой сделке года, которая намечалась в пятницу в местном клубе «Гадюка». Эта прибыльная точка и являлась потайной перевалочной базой, это Зания поняла по несвязным бормотаниям и намекам пьяного тела, что отчаянно пытался залезть к ней в трусы. Но солдату «волчице» было уже не до его «ухаживаний».

Все ниточки уже были собраны, и ей только и оставалось заявиться на шумное сборище в клуб в пятницу ночью. Будут пострадавшие среди мирного населения? Да, этого не избежать. Но такова ее грязная работа. Зания была несказанно благодарна современным разработкам спецслужб. И уже к намеченному дню у нее все было готово, а именно тайно заминировано все трехэтажное здание. На первом его этаже находился сам клуб, на втором были расположены хранилища Бог знает с чем, замурованные за толстенными стальными дверьми и с огромными тушами накачанных охранников, которые, впрочем, не помешали ей наклепать детонаторов с внешней стороны стены, воспользовавшись парочкой собственных козырей в рукавах, в буквальном смысле. На третьем этаже старого здания располагались кабинеты и комнаты влиятельных хозяев, и именно там будет всеобщий сбор в полночь. Но этим этажом она займется вплотную в ночь танцев со смертью.

Все прошло чисто, на автомате. Эта операция была не первой. Она же и не последняя. В Зании вновь пробудилось нечто древнее и свирепое, готовое к бою и победе. Она в неестественной тишине давила всех на своем пути к вершине «айсберга», не щадя никого, вырубая, вырезая и расстреливая из пистолета с глушителем с поразительной точностью снайпера. Даже тревоги никто поднять не успел. И по поводу хранилищ ее догадки оказались верны. Ящики с оружием, тюки с первоклассной дурью и залежи шуршащей зелени, на которую можно было бы прокормить целый штат не один месяц. Однако с главным, третьим этажом вышла определенная заминка, потому что память отказывала в доступе Зании. Она помнила лишь чудовищный взрыв, что спровоцировала, вывалившись с высоты в десяток метров в окно. Все, дальше чернота…

Черт! Надо же так позорно провалить операцию! Сойер ее в порошок сотрет! Если еще не договаривается на счет камеры в лабораториях для нее. НЕТ! Она должна все исправить! Она свяжется с командованием и закончит начатое, только сначала выберется из этих белых простыней в цветочек!

Но было намного легче сказать, чем сделать. Отбросив покрывало с себя, Зания уставилась на бесконечное множество слоев марли на своем теле. Бинты, они покрывали ее, точно одеяние мумии. Такое ощущение, что ее собирали по частям на операционном столе. Неужели взрыв задел и ее?… Нет, но вот припаркованному возле стены клуба серому Понтиаку должно быть мало понравилось приземление Зании на свою крышу. О да, это вряд ли забудешь. Удар был достаточно жестким, со всем тем стеклом и металлом, что прошили ее, как подушечку для булавок.

Сейчас Зания не чувствовала боли, только зуд по коже. Она всегда регенерировала с поразительной скоростью. На ней все заживало, как на собаке. Этот факт в купе с ее сверхъестественными желтыми глазами и обеспечили ей кличку на военной базе. Волчица. Однако сама девушка не охарактеризовала бы себя так. Она не дикий зверь, что будет обнюхивать чьи-то хвосты, не будет подчиняться единому лидеру. Прошло то время. Она выросла и пережила многих своих врагов, хоть в стане лабораторий, хоть на поле боя. Лишь ночью порою возникало неуместное желание взвыть на луну от одиночества и диких кошмаров, что не прекращали терзать ее.

Она не верила в магию, не верила в существование тварей, которых так успешно пиарили в современных фильмах и книгах. И себя считала вполне нормальным человеком, лишь более сильной и выносливой. Но в том не ее заслуга, а безумного ученого. Одному Богу известно, какие препараты он прогонял через ее вены. Немудрено превратиться в монстра от подобной химии. Кто знает, одна ли она такая вышла из-под скальпеля доктора Спэлмэна.

Ухмыльнувшись горько своим мыслям, Зания выдернула иглы капельниц из вен и попыталась подняться. Акцент на слове «попыталась». Что ей здесь вливали, она понятия не имела, но следующее, что Зи осознала, как летит на пол, так и не сумев совладать с собственными конечностями. Слабость, словно цунами, накрыла ее с головой, добивая жесткой тошнотой, в которой ей было в итоге отказано из-за пустого желудка.

– О Боже… – Прохрипела девушка, прижимаясь разгоряченной щекой к холодной плитке пола.

Может, стоит задержаться в этом гостеприимном помещении еще часик-другой? Разумная идея, посетившая черепную коробку довольно поздно. Где ей теперь взять сил отлепиться от пола?

Кряхтя и чертыхаясь себе под нос на семи известных ей языках, Зания ухватилась трясущейся рукой за боковой поручень металлической кровати. Ощущая себя паралитиком древним, она, до крови кусая губы, подтянулась и забросила торс на матрас. Вот так тренировочка! Многочисленные швы под бинтами неприятно натянули новую едва сформировавшуюся кожу. Пот проступил по всему телу, добавляя неприятного озноба и так «божественным» ощущениям. Но не останавливаться же на полпути! Стискивая зубы до скрежета, чтобы не застонать в голос, Зи все же сумела перекатиться на спину и подтащить одну вялую ногу на кровать, оставляя вторую свешанной. Выдохнув с облегчением, будто взобралась на Эверест без страховки, а не на больничную койку с пола, Зания моментально провалилась в сон без видений прошлого.

ГЛАВА 4

Вторая попытка. Занию разбудил шорох поднимаемых жалюзи и солнечный свет, что щедро плеснул в палату. Девушка моментально распахнула глаза и как могла поспешно забралась к изголовью кровати, усаживаясь с самым невозмутимым видом. Негоже встречать неизвестность распластанной в неудобной позе среди больничных простыней. Сколько она проспала? Разум вяло оценивал ситуацию, в отличие от тела с отработанными годами рефлексами. Отходя от дремы, солдат в ней сканировал помещение, отметив свежий букет цветов на столе и женщину в белом халате, что отходила от окна по направлению к ней. Еще один врач на ее бедную голову. Как же ее тошнило от них! Сейчас начнутся вопросы, на которые Зания не может ответить. Просто права не имеет!

– Я вижу, тебе гораздо лучше. Это радует. Не в пример вчерашнему дню, когда шесть врачей держали твой пульс стабильным. – Ухмыльнулась женщина, тряхнув гривой рыжих кудрей и усаживаясь в изножье кровати. На Занию смотрели с молодого и необычного по экзотической красоте лица самые удивительные глаза янтарного цвета. Не желто-цитриновые, как у нее, но глубокое красное золото с прожилками настоящего буйного костра. Они вихрились силой и умом, лучились теплым светом, скрывая за своим лукавым прищуром не одну тайну. Губы женщины искривились в понимающей, даже отчасти заговорщицкой улыбке, обнажая ряд белоснежных зубов с ярко выраженными острыми клычками. – Ну что, подруга. Откроешь мне свой секрет, откуда ты к нам такая свалилась на голову?

Зания судорожно сглотнула, ощущая, как воздух в палате потяжелел, даже едва заискрился вокруг женщины напротив. Зи опустила глаза и прочла на золотистом бейдже имя. Скайлер Блекторн, главврач. (Здесь и далее упоминается героиня из романов серии «Мир Скайлер») Ха! Ну конечно! Добрый доктор! Вы только вглядитесь в эти глазищи! Да ей от силы лет тридцать и уже такая должность?! С кем спит эта красотка, чтобы иметь на своих хрупких плечиках целую больницу?! Плевать Зания хотела на нее и ее вопросы. Ей самой давно пора сматывать удочки.

– Мне нужен телефон. – Просипела Зания, ежась под сканирующим взором доктора Блекторн. Было в ней что-то настораживающее, о чем вопили все инстинкты Зании.

– Не сомневаюсь. Но только я решаю, что действительно нужно моим пациентам. – Очередная улыбка рыжеволосой женщины более походил на оскал хищницы. И этому уже Зи верила куда больше. – Ты не так проста, как показалось всем вначале. Восемь часов назад фарш из твоих органов буквально собирали по кусочкам. Вправляли кости и дважды реанимировали сердце. А сейчас… – Скайлер окинула Занию задумчивым взором, прежде чем вновь остановиться на ее глазах. – О твоем состоянии известно только мне, но что будет, если тебя увидят другие? Пациент из тяжелого конструктора и комы до здорового человека за одну ночь…

Зания понимала, чего от нее хотела эта дамочка. Информацию. Вопрос, зачем ей это? Упрямо сжав губы, Зания скрестила руки поверх больничной одежонки. Интересно, ее вещи сильно пострадали или ночью придется сбегать в этом «наряде»?

Скайлер склонила голову набок, будто прислушиваясь к слишком громким мыслям Зании. Кивнув чему-то своему, она вдруг резко поднялась на ноги.

– Будь по-твоему. Но такова процедура. Если ты добровольно не раскроешь мне свою личность, я буду вынуждена обратиться к копам и передать тебя им. Рисковать своим персоналом ради тебя я не буду. – Небрежно пожав плечом, она повернулась к двери.

А вот это уже не есть хорошо. Сойер и так с нее три шкуры спустит за провал операции. Но если к делу подключится полиция – будет хуже. Черт! Какая-то слуга Гиппократа умело загнала ее в тупик! Сама виновата! Зания не должна была допустить, чтобы до ее бездыханного тела добрались медики. И ранее осечек не было… до сего дня. Что ж ей делать? Справиться даже с одной женщиной у Зании просто не было сил. И добраться до телефона без нее – тоже не вариант. Она не хотела, чтобы на нее вновь смотрели, как на «чудо природы из пробирки». Если ее и правда доставили сюда вчера в тяжелом состоянии, свидетелей было достаточно. Придется крутиться и выпутываться из столь щекотливой ситуации самой.

– Подождите. – Нехотя окликнула Зания доктора, когда та уже тянулась к двери.

– Ты хочешь еще что-то добавить? – Женщина не обернулась, но ее рука все же опустилась от ручки двери.

– Да. Я согласна с вами сотрудничать, пока вы меня не поставите на ноги. – Буркнула Зи, прикидывая в уме, дорого ли ей это обойдется. Но напугать ее было нечем. Анализы, исследования? Ха! Она столько их претерпела, что стандартная клиника была для нее, как детская игровая.

Доктор Блекторн обернулась с сияющей улыбкой, отчего Зи невольно шарахнулась. Уж больно знакомым был ей сей маниакальный блеск в глазах.

– Не стоит бояться меня, милая. Я не кусаюсь. Просто жуть как люблю слушать занимательные истории. Ты же усладишь мой слух? – Женщина вновь присела на кровать у ног Зании, раскрыв белую папку с анализами пациентки. – Для начала давай разберемся с основными пробелами с твоим именем, датой рождения и адресом проживания. Далее – номер страховки, если таковая есть. Место работы, чтобы известить руководство… Если оно, конечно, уже не в курсе… Думаю, ты справишься. – Фыркнула Скайлер, повертев шариковую ручку в руке. Но Зании живо представился вместо канцелярской безделушки острый кинжал, который отчего-то подходил больше этой рыжей бестии. Мисс Блекторн вызывала у Зании странные чувства, которым она не могла дать определение. От этой особы за версту веяло сногсшибательной харизмой, будто живой огонь был облачен в человеческое тело. И Зания могла поклясться, что перед ней был достойный противник, равный ей по духу. Что это? Интуиция или остаточное влияние лекарств? – Знаю, всей этой ерундой должны заниматься медсестры, а никак не главврач. Но так уж вышло, что я вчера оказалась на дежурстве. Бывают у меня такие проблески альтруизма. И надо же! Тебя привезли так вовремя, с пылу с жару, буквально. С места взрыва злачного местечка. И вот же загадка в чем – твое тело. Оно восстановилось само. Мы лишь немного ему помогли. Закрыли наиболее серьезные раны и вправили кости. А так быть не должно.

В ее глазах сверкала решительность. Либо она знала достаточно, либо хотела узнать. Ни то, ни другое Занию не устраивало. Больше рыжая ничего не произнесла, предлагая своей пациентке заполнить пустоту. И та подхватила эстафету «охотно».

– Что ж… Меня зовут Лиза Батлер. Я здесь в гостях у подруги, Хлои. Мы с ней пошли после променада по магазинам в местный клуб. С парнями познакомиться, потусить последний вечер в городе. Но что-то пошло не так. То алкоголь паленый, то танцпол горит под ногами, буквально. – Монотонно бубнила Зания свою версию, состряпанную наспех. – Вот и вся история.

– Не повезло же вам, жаль. – С самым участливым видом качнула головой доктор Блекторн. – Помню свою бесшабашную юность… – Мечтательно добавила она, прежде, чем вновь сменить маску лица с доброжелательной на непробиваемую сталь. – Но эта «сказка» не прокатит. Я чую твою ложь. И она попахивает криминалом, детка.

– Вы не следователь, чтобы допрашивать меня! К черту весь этот цирк, ведь вам известно достаточно. – Ощерилась Зи в ответ. – Мне нужно сделать телефонный звонок…

– Не полковнику ли Сойеру?… – Вдруг перебила ее Скайлер, вопросительно вздернув бровь.

– Откуда… – Опешила Зи, моментально растеряв все свои козыри, как перед этой женщиной, так и перед собственным начальством. Однако она не даст взять над собой верх кому бы то ни было. Приняв равнодушный вид, она отругала себя мысленно, а вслух произнесла. – Не знаю, о ком вы толкуете, мисс.

– Да ну?… А вот вашему руководству так не кажется. Он позвонил мне ранним утром домой. Ума не приложу, как он отыскал мой номер телефона… Но думаю, у таких людей достаточно нужных связей по всему миру. Да и без его звонка мне было все понятно с одного только взгляда на тебя. Темная одежда – не дань моде. Практичная и прочная, такую предпочитают военные люди. И твое телосложение далеко от изнеженной любительницы танцулек.

– Говоришь так, будто сама подобную школу прошла… – Не сдержала ответного выпада Зания, поддавшись всем корпусом вперед. Да кто она такая, чтобы судить Зи, не зная ее совсем?! Зания не позволит давить на себя – сама, как танк.

– Было дело. – Дерзко ухмыльнулась женщина, глядя будто в душу Зании и видя как на ладони все ее страхи.

– Ты все знаешь. Чего тебе еще нужно? – Зания перестала претворяться девочкой с хорошими манерами. Ни к чему фамильярность, когда в ход идет неприкрытый шантаж. Ее руки сжались в кулаки, в одно время удерживая ее на месте, в другое же желая порвать когтями все эти тряпки с цветочным принтом. Бесит!

– Ничего. Твой начальник ничего от меня не узнал. Лишь общие сведения о состоянии пациента… достаточно тяжелом, чтобы оставаться в моем распоряжении месяц, а может и дольше. Но мужчина был категоричен. Тебя заберут сегодня вечером. В сознании ты будешь или нет. Если нужно, не поленятся пригнать вертолет. И никто кроме меня, не должен о тебе знать, либо мою деятельность, как врача, да и всю больницу прикроют. – Здесь Скайлер неожиданно свирепо скрежетнула зубами, прикрыв глаза. Однако Зании показалось, что она увидела всполохи искр в этих чарующих омутах. Обман зрения? Что-то уж много совпадений на одно утро. – Ненавижу, когда посягают на мое… И оттого мой интерес к тебе возрос. Выгодно иметь друзей в разных сферах, тебе так не кажется?

– К чему ты ведешь? – Нахмурилась Зания, пытаясь разгадать игру доктора перед собой. Она не стесняясь выкладывала все свои карты, не тая ничего. Старалась заручиться доверием? Переманить на свою сторону? Но зачем ей это?! Какое дело этой дамочке в белом халате до армии штатов? И та охотно поделилась с Зи, да так, что горе-пациентка чуть с кровати не рухнула.

– Мне скучно! Я устала собирать конструктор из человеческих конечностей. Хоть это дело я люблю и никогда не заброшу медицину, уж поверь. Но… у тебя может быть свой тыл здесь. Я могу надежно прятать… Если ты понимаешь, о чем я. – Скайлер выводила чернильные круги на эпикризе Зании, портя его окончательно.

– Что взамен? – Подозрительно прищурилась Зания. Она не верила ни одному слову женщины, стараясь ее подловить на лжи. Но безрезультатно. Зания не могла отыскать ни одной причины, с чего бы ей помогать.

– Ты – солдат. – Не вопрос, а утверждение. И Зания не стала отвечать, предлагая доктору и дальше говорить за нее. – Клуб был твоим заданием. Я наслышана о его репутации и только «за» за подобную зачистку. Но как бы мне хотелось поучаствовать самой в чем-то подобном, размять заиндевевшие косточки от больничной рутины…

– В «подобных» мероприятиях неподготовленный человек будет только мешать. – Упрямо процедила Зания, но все же взглянула на доктора Блекторн под другим ракурсом. Женщина была стройной, подтянутой, даже гибкой. Взгляд Скайлер был знающим, исследующим, не упускающим ни одной детали. Ее с легкостью можно было бы отнести к касте воинов. Но одно дело – первое впечатление, и совсем другое – реальное дело с перестрелкой и рукопашным боем… Стоп! О чем она вообще думает?! Зания реально примеривает на этого книжного червя роль амазонки? Не бывать этому!

– И все же, я была бы рада помочь… в случае чего. – Медленно улыбнулась Скайлер, показывая кончики своих клыков, что будто едва удлинились. Еще один лабораторный мутант? Не оттого ли эта женщина видит Занию насквозь? Девушка с силой удержала челюсть закрытой, дабы не выдать своего удивления или вопроса, что так и рвался с языка. Вместо этого она услышала свой собственный ответ, который поразил не только ее саму, но и Скайлер.

– Хорошо.

Доктор Блекторн кивнула, сдерживая свой восторг, так и не понятный до конца ее пациентке. Она достала из нагрудного кармана визитку и протянула до сих пор ошеломленной Зании.

– Запомни мой номер. Знаю, карточку ты не возьмешь с собой. Но память тебя не подведет, как и я однажды…

Скайлер так же быстро удалилась из палаты, как и появилась здесь. Будто не было ни ее, ни этого странного разговора между ними. Зания смотрела на закрытую дверь и гадала, а проснулась ли она окончательно или лекарства все еще владеют ее сознанием, чтобы привиделось такое? Отчего она могла с точностью утверждать, что главврач этой больницы столь же необычен, как и солдат тайной разведки? А уж обычной сержанта Мун вряд ли можно назвать. Неужели это очередная ловушка, чтобы заманить Занию вновь в клетку с мониторами? Глупости! Она в подчинении полковника Соединенных Штатов и Канаде обломится сей экземпляр. Сойер ей обещал… И значит Скайлер была честна с ней? Кто знает, но определенно эта женщина преследует свои цели, используя Занию. А какой нормальный человек будет скучать от мирской жизни и отчаянно рваться в бой?! Только такой же ненормальный, как и Зания, остро нуждающийся в отвлечении от собственных демонов в голове.

ГЛАВА 5

Зания полдня послушно просидела в палате, никуда не выходя. И благо, ее никто не навещал. Только доктор Блекторн лишь раз заглянула к ней ближе к обеду с коробкой чего-то дивно пахнущего, отчего у Зи потекли слюнки.

– Это пицца?! – Зи в недоумении уставилась на докторшу и тут же ощутила, как ее живот требовательно заурчал.

– Да. И только за это ты должна мне. Старшая медсестра застукала меня с этим фастфудом и решила, что наступил Апокалипсис. Теперь я буду довольствоваться домашней стряпней Норы каждый день, только бы глаза ее не видели сего безобразия снова в этих стенах.

Женщина так комично жаловалась, что Зания не выдержала и все же прыснула со смеху.

– Спасибо, но могла и не беспокоиться… – Начала было Зи, все же потянувшись к вожделенной коробке.

– Ага, как же! На восстановление организм тратит уйму энергии. Но еды ты здесь ни от кого не дождешься. Как ты себе это представляешь – обедающий коматозник?! Для всех – ты в глубокой отключке на внутривенном питании и под строжайшим моим наблюдением. Я запретила медперсоналу приближаться к твоей палате, установив карантин из-за возможного инфицирования. Уж прости за это, но из двух зол выбираешь меньшее. – Подмигнула доктор Блекторн, моментально преобразившись из деловой леди в шкодливого подростка. – Я приду во время вечерней пересменки. К тому моменту до меня доведут инструкции по твоему отбытию.

Больше она ничего не добавила, упорхнув в вихре белого халата и приятного аромата лесной свежести. А Зания ошеломленно убедилась в том, что эта женщина начинает ей нравиться. Какой подругой она могла бы быть? Надежной или ветреной? А сама Зания имеет ли право на друзей? Похоже, что нет. Близкими людьми можно манипулировать, стоит только попасться в плен.

Девушка неторопливо расправилась с большой пиццей. Пусть она была голодна зверски, все же смаковала каждый кусочек, что буквально таял на языке. Напилась она воды из-под крана. Там же умылась и как смогла, привела себя в порядок. Расчески в подобной «комнате отдыха» не было и в помине, поэтому она просто стянула густую черную массу волос одной из тесемок, которую без сожаления оторвала от больничной пижамы.

Ни журналов, ни телевизора… Такого днем с огнем не сыщешь в палате интенсивной терапии. Скука смертная! Зания успела и выспаться, и избавиться от раздражающих и сковывающих все тело бинтов. Под марлей она обнаружила множество свежих рубцов и дорожки черных ниток. Красотка! В одном из боксов, Зи наткнулась на спирт, вату и ножницы, что и позволило ей самостоятельно избавиться от лишнего нейлона в коже. После инструмент девушка предусмотрительно припрятала на бедре и устроилась у окна, дожидаться своей незавидной участи. Что ее ждет за провал – одному Богу известно… ну или полковнику Сойеру.

Зания не заметила, как задремала в очередной раз. Видимо, силы восстановились еще не полностью, ведь в другое время на сон ей хватало и пары часов. Однако от звука открываемой двери она буквально подпрыгнула на стуле.

– Спишь? Нет… Скорее разбавляешь интерьер этого скупого на эмоции помещения. – Фыркнула Скайлер, проходя в палату со стопкой вещей в руках и закрывая пинком пятки дверь. – Не думаю, что тебе захочется встретить своего босса в нашей «дизайнерской» одежде.

Зания согласно кивнула и забрала предложенные женщиной тряпки. Это оказалась не ее одежда. Еще бы! Ее брюки и куртку вероятнее всего пришлось лоскутами срезать с ее безвольного тела. Сейчас же Зания держала черные джинсы и водолазку, слабо пахнувшие стиральным порошком и ароматом полевых трав. Вещи Скайлер. Зания вскинула вопросительный взгляд на женщину напротив.

– Что? Твои вещи были утилизированы в топке в подвале, ведь от них мало что осталось. А раз ты примерно моего размера, я решила, что ты не будешь против благотворительности. – Пожала плечиком Скайлер, усевшись на разворошенную больничную кровать.

Она вела себя свободно и непринужденно, будто пребывала у себя дома. А может эта больница и стала таковой для женщины, что делила свою жизнь с одиночеством? Хотя откуда об этом Зания могла знать? Может у этой красотки и муж дома, и дети, и собака во дворе. Пациентам не было допуска в личную жизнь их докторов.

– Спасибо. – Смущенно пробормотала Зания, поспешно переодевшись под цепким взором Скайлер, которая только присвистнула на зажившее тело девушки, однако комментировать не стала.

После она протянула Зании белый халат и медицинскую шапочку с повязкой на лицо.

– Немного конфиденциальности не повредит. Нас ждут на крыше. В мою клинику часто привозят пациентов из соседних городов на вертолете. Никого посторонний гул сверху не удивит. – Проговорила Скайлер, когда Зания была полностью экипирована.

Обе вышли в почти пустой коридор. Зания даже поежилась от синхронности их движений. «Брось Зи, ты принимаешь желаемое за действительное!» Полумрак окутывал каждый закуток, в окна заглядывала тьма позднего вечера. Как быстро пролетел день, Зания даже не заметила прошедших часов. Когда она дремала у окна, свет солнца успел смениться ярко зажженными фонарями, вводя сознание в заблуждение о времени суток.

Вдвоем они легко преодолели подъем в три лестничных пролета и оказались на обширной открытой семи ветрам крыше больницы, где ночной воздух взбивали лопасти черного вертолета. У Зании перехватило дыхание при виде Фредерика Сойера, что выскочил из нутра транспорта при их появлении и уверенной походкой направился к ним. Подойдя, он сдержанно кивнул Скайлер, которая ощутимо напряглась, как показалось Зании.

– Благодарю вас, доктор Блекторн, за содействие. Если информация не просочится дальше этой крыши, ваша больница может рассчитывать на новое лучшее оборудование для ваших исследовательских лабораторий. – Сухо вещал полковник, даже не удосуживая взглядом свою подчиненную. Его льдистый взор сканировал рыжеволосую женщину перед собой. И в этом взгляде было больше угрозы, нежели облегчения. – Думаю, вам, как никому другому, известно, как трудно восстановить репутацию от ненужных слухов.

Эта двусмысленная фраза, брошенная небрежно полковником, возымела бурный отклик от ранее жизнерадостной Скайлер. Она шагнула к мужчине, и Зания видела, коих сил стоит женщине держать себя в руках. Жилка на ее виске бешено колотилась в такт отчеканенным словам прощания.

– Да, полковник. Мне это достаточно хорошо известно. Благодарю за напоминание о том, чего мне стоило очистить свое имя после гибели моего мужа. Рада, что смогла послужить вашей стране и поставить на ноги вашего солдата в кратчайшие сроки, пусть моей заслуги в том самая малость. Приятного полета.

Соейр еще раз кивнул женщине, но Зи успела заметить едва уловимую усмешку на жестких губах своего покровителя. Что скрывала Скайлер в своем прошлом? Такая молодая и вдова? В чем же был повинен ее муж, что затронуло военных? Не ее дело, ведь вскоре ее собственный пульс подскачет от напряжения в схватке со старшим по званию.

Вертолет плавно взмыл в черное небо ночного Квебека, оставляя далеко внизу вспышку рыжих волос в свете фонарей и держа курс на Пенсильванию. Меньше, чем через час они будут дома. Но ждать Зания не могла ни минуты.

– Сэр… я хотела бы знать ваше решение относительно меня… – Неуверенно начала Зания, сидя напротив, повысив голос в шуме вращающегося винта.

– Доберемся до базы, сержант. – Был категоричный ответ.

Одно радовало – в наручники ее никто не заковал, так что Зи могла еще немного расслабиться. Однако до спокойствия ей было, как до Луны пешком. Сцепив зубы, она не позволила себе больше ни одной просьбы, ни словечка. И только по прибытию на базу, когда дверь в кабинет полковника хлопнула за ее спиной, Зания все-таки взорвалась.

– Чувствую я себя прекрасно, сэр. Спасибо, что поинтересовались. Может, я вернусь обратно для завершения операции?

– Нет необходимости в том, сержант Мун. Вы достаточно постарались, чтобы засветить наше тайное подразделение. – Сухо обронил Сойер, остановившись у окна с заложенными за спину руками.

– Неужели все так плохо? Я помню взрыв достаточной силы. По крайней мере, десять организаторов и крупных дилеров было там!…

– Да. А еще полсотни гражданских. – Быстро заткнул Занию полковник.

Он редко когда повышал на нее голос, и сейчас Занию больно кольнули его слова. Да, она осознавала риски. Но в ее работе без них было не обойтись. Из двух зол всегда выбиралось меньшее – сейчас пожертвовать пятидесятью, чтобы в будущем спасти сотни. Не так ли всегда говорил Фредерик Сойер своей подопечной? И чего он теперь от нее ждет? Оправданий? Да, сработала она грязно. Давненько такого не было. Но и нормального отдыха Зания не получала между операциями. А она всего лишь человек!

– Взрыв был на верхних этажах. Он не повредил потолочные перекрытия и стены, что изготовлены из монолитного камня. Взрывная волна прошлась, как и было запланировано, поверху. Да, второй и третий этажи разрушены. Но первый не пострадал, как и сам клуб. – Сквозь зубы процедила она, вытянувшись по стойке смирно и сдерживая внезапно подступившие слезы. Она никогда не плачет!

Зания всегда старалась угодить этому человеку. Может, она и не подчиняется никому, но похвалы полковника отчаянно жаждал ребенок в ее душе. Подсознательно Зания тянулась к этому суровому вояке, что заменил ей отца, стал спасителем, укрывшим от устрашающих ее лабораторных боксов.

– И лишь это спасло тебя от трибунала. Люди отделались ожогами и переломами. Смертей на первом этаже удалось избежать. Не спорю, ты знаешь подрывное дело. Я хорошо тебя научил. Но этот факт не отменяет главного. – Сойер обернулся и теперь жег девушку осуждающим взором своих бледно-голубых глаз. – Те, кого мы планировали устранить, успели скрыться во время той заварушки, что ты устроила под их крышей. Всего пара минут твоего промедления – и они ушли с наших радаров в подполье. Только за это требуют твоего ареста и отставки. Мне стоило огромных затрат пересмотреть твое дело, Зания!

Девушка теперь не чувствовала себя такой уверенной, как пять минут раньше. От этого человека зависит ее судьба и что же он решит в итоге? Будет ли и дальше вступаться за нее или отойдет в сторону? Она не смогла поднять на него глаз, молча сжимая кулаки от досады. Но он и не ждал ее слов.

– Завтра же отправляйся как можно дальше от штатов. Пройдет время – и твой промах забудется. – Уже мягче произнес полковник.

Зания в недоумении воззрилась на него. Он отсылает ее прочь? Но куда? Панику в глазах ей скрыть не удалось, от чего мужчина фыркнул, но прокомментировал очевидное дальше.

– Тебя ждет Европа и новое задание. Надеюсь, с ним ты справишься куда лучше предыдущего.

– Сэр, я… – Запнулась Зания от мрачного выражения на лице мужчины. Да, она не смела сейчас ни о чем просить. Это было бы сверхнаглостью. Тем более, сейчас и речи не могло идти даже о малейшей передышке для нее. Зания мысленно застонала от безысходности.

– День на отдых. Потом ты получишь все необходимые инструкции. Паспорт, билет, амуницию… – Полковник устало опустился в свое кресло, внезапно постарев лет на десять.

Он всегда держался перед подчиненными несгибаемым стоиком. Годы шли мимо него, но они будто не были властны над ним. И лишь перед Занией изредка он мог дать слабину, за что она уважала его только больше. Ей хотелось подойти и обнять его в утешении, но сержант Мун не могла подобное себе позволить. Это служба. Это ее жизнь.

Когда Зания набрала воздуха в грудь, чтобы покорно со всем согласиться и испросить разрешения удалиться, Фредерик потер ладонями осунувшееся лицо и снова взглянул на нее, но теперь не как наставник. Как приемный отец, ближе кого у нее не было никогда.

– Как ты, Зи?… – И в этом вопросе было все беспокойство и чувства, что он мог ей дать.

– Все так же несгибаема, сэр… – С небольшой запинкой ответила она, прежде, чем покинуть его кабинет. Полковника устроил ее ответ. Что-то меньшее он и не рассчитывал услышать от волчицы Зи.

ГЛАВА 6

Зания не спеша добралась до «казармы». Стоило заранее подготовиться к новой поездке, но у нее просто не было на это сил. Комплекс, что делили солдаты тайного подразделения в глухом лесу у озера Эри, делился на несколько зон: жилую и отведенную под спортзалы для бесчисленных тренировок. Больше напоминая студенческую общагу, здание в три этажа из красного кирпича был вторым домом для Зании. Если она не была здесь, то колесила по свету. Одна ли, в команде – от этого суть не менялась, лишь лица. Найти и исполнить миссию любой ценой.

Отчего же в этот раз она дала слабину? Что столкнуло ее с намеченной орбиты? Так облажаться… Да, самобичевание было одной из ее вредных привычек. Всегда по возвращении домой, Зания начинала критиковать саму себя, раскладывая проведенную операцию на составляющие. Корила себя за малейшие промахи и мельчайшие ошибки. Винила себя в лишних смертях, которых можно было бы избежать, подготовься она немного лучше. Неужели она начала сдавать и пора отойти от активных действий? Что ей стоит обо всем рассказать Сойеру? Он же поймет ее?… И засадит за бумажки и монитор… Ха! Она даже не могла представить подобной «перспективы». Полковник так же рассмеется ей в лицо. Она же Волчица! Непробиваемая. Неубиваемая. Несгибаемая. Так ведь она сказала двадцать минут назад своему наставнику?…

На улице стояла глубокая ночь, но ей не спалось. Выспалась вволю в гостеприимной Канаде. Легко вбежав на третий этаж, она толкнула дверь в свою комнату. Кодовый замок легко поддался под отпечатком ее большого пальца. Здесь никогда ничего не менялось. Все оставалось на своих местах, как и до ее поездки. Односпальная кровать справа, аккуратно застеленная дымчато-серым покрывалом. Книги о боевой подготовке, оружии, ядах, анатомии и многом другом занимали каждое свое место на полках. Шкаф у стены без зеркала хранил в себе лишь одежду темных тонов. Именно эти неброские цвета Зания предпочитала. И не удивительно, что ковролин, устилавший пол, тоже был графитово-серым. Зания большую часть суток бодрствовала по ночам, ведь во мраке легче выполнять опасные трюки, коими преобладала ее жизнь. А темная одежда как нельзя лучше скроет ее в тенях, и жизнь станет чуточку длиннее, вплоть до следующего задания.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.