Сандра Грей
Чудовищная история

Глава 00.

На краю пропасти.

Она стояла на парапете старого моста, всматриваясь в темноту воды. Шум реки внизу доносился до ушей. Слез больше не было, ведь все когда–нибудь заканчивается. И слезы, и боль, и предательство. Внутри не было никаких чувств, только гнетущая пустота. Ночной холодный воздух мог бы заставить поежиться, но ей было все равно.

Девушка вытянула одну ногу над этой темнотой, ее туфля полетела вниз, но звук от удара заглушили волны. Это вызвало улыбку боли. Она подумала о том, что никто и не услышит, как ночью это тело брякнется в воду и в лучшем случае смерть будет мгновенной. Сомнений насчет того, как следует поступить, не было, так же как и смысла в этой жалкой жизни. Зачем испытывать всю ту боль, вспоминать мерзкие события и прокручивать перекошенные лица ненависти, когда можно избавиться от всего этого в один миг.

На мгновение она прикрыла глаза, вспоминая о том, что привело к этому мосту. Где-то там, в омуте подсознания возникли теплые воспоминания как когда-то в далеком счастливом прошлом, они гуляли по похожей лесной местности с другом из школы. Наверное, это было одно из самых счастливых событий в жизни. А если за всю жизнь у тебя не накопилось, хотя бы 5 таких воспоминаний, то это уже говорит о многом. Она сглотнула, это воспоминание сменилось другим, тем, что заставило пойти на отчаянный шаг.

«Я… Вы мне нравитесь.… Пожалуй, вы один из немногих, кто относился ко мне с пониманием. Пожалуйста, не надо отвергать меня» – вспомнила она свой дрожащий голос в тот момент, новое чувство отчаяния захлестнуло с ног до головы.

«Это неправильно! Я думаю, что нам надо прекратить наши отношения…. Не появляйся здесь больше, иначе мне придется запросить запретительный приказ. Не нужно доводить до крайностей.… Будь благоразумной» – вспомнились его слова, которые вызвали новый приступ слез.

Крепко зажмурив глаза, не в силах разлепить их, она содрогнулась в рыданиях. Это было больно и невыносимо. Возникало чувство, словно тебя тысячу раз пырнули ножом, но раны так и нет. Тебе хочется сделать с этим хоть что–то, но как можно полечить то, чего даже не видно? Ей было непонятно, почему он поступил с ней так? Зачем давал ложные надежды и намеки? Или это были вовсе не надежды? Возможно ли, что это лишь иллюзия и просто хотелось верить в счастливую картинку?

«Дэвид… Он.… За что он так со мной?! Почему?! Это потому что я уродливая? Или потому что я глупая? Или.… Так много может быть вариантов. Но я–то знаю, что такую просто никто не сможет полюбить, никогда. Я ведь… Я полное ничтожество! Как же я ненавижу себя! Глупая, никчемная тварь!» – мысли заставили пробудить ненависть к самой себе.

Она включила музыку в наушниках, в груди загорелась уверенность, что уже готова сделать то, зачем пришла.

И пока девушка стояла на краю моста, собирая силы, чтобы нырнуть в неизвестность, то из лесной чащи вышел незнакомец, и зашагал в эту же сторону.

Немного пошатываясь, но стараясь сохранять равновесие, молодой, светловолосый человек уверенно приближался к мосту. На своей спине он нес что-то напоминающее рюкзак туриста, но в темноте было не видно, что именно.

«Ох, и почему же ты такая жирная кобыла? Бл*ть, я же знал, что надо было расчленить ее на части, нах*я тогда все это? Не, тогда было бы много крови, а отмывать подвал такая себе затея. Вот черт! Ладно, осталось несколько шагов, а там уже и избавлюсь от тела» – размышлял про себя парень. «Вода смоет все улики».

В темноте ему было не разглядеть того, что на мосту стоит еще кто-то. Да и вообще, кто мог оказаться поблизости в убогом забытом заповеднике посреди ночи, куда даже машина не смогла проехать. Поэтому молодому человеку и в голову не могло прийти, что в ночное время он может оказаться в этом месте не один. Продолжая тащить холодное каменное тело на своей спине, тот только и думал о том, как бы быстрее со всем разобраться, а потом забраться в горячую ванную и смыть этот смрадный запах.

Подойдя ближе к мосту, Кристофер – так его звали, без лишних эмоций, стащил со спины тело и снял капюшон, вглядываясь в мертвецки бледное лицо.

– Ну, что же, до свидания, гори в аду маленькая шл*ха. Ты была до последнего убедительна, когда говорила, что меня поймают и посадят. Но как видишь, я на свободе, а ты сдохла, – с этими словами, он подошел к краю моста и легко скинул тело в ночную тьму.

БУЛТЫХ.

С этим громким звуком, тело шлепнулось о воду. Ему до жути хотелось посмотреть разбилось ли оно или поплыло вниз по течению, поэтому парень подошел ближе к парапету и вдруг замер. Его взгляд привлекла тень, что мелькнула справа. Пришлось прищуриться и увидеть неясный силуэт. Тут же следом за ним раздались сдавленные всхлипы, которые Крис пропустил ранее, ведь был занят разговором с трупом.

– Эй, ты кто? – немного ошарашенным голосом спросил он.

В ответ ничего не последовало. Его не устраивал этот расклад. Вдруг какой–то недетский страх охватил убийцу. Ему показалось, что пришли призраки всех тех, кто погиб от его рук. Паника охватила до такой степени, что дыхание вдруг остановилось. Он почувствовал дрожь в своих руках. Это было до ужаса знакомое чувство, которое тот испытал лишь единожды, когда убил впервые. Но чтобы сейчас взять и испугаться вдруг неизвестную тень. Нет, этого Крис допустить не мог.

– Я, бл*ть, в последний раз спрашиваю, кто ты и что здесь делаешь?! – стараясь придать голосу уверенности, спросил он, делая шаг вперед к незнакомцу.

И чем ближе становился он, тем отчетливее понимал, что это никакой не призрак, а настоящий и живой человек.

– Эй! Ты чего удумал? Я тебе говорю, да, бл*ть, стой!!!! – закричал Кристофер, в этот миг человеческая фигура качнулась в сторону пропасти.

Что случилось дальше? Он и сам не понял. Ему казалось, что все было как постановочный спектакль. Стоило только тому человеку на мосту сделать шаг вперед, то пришлось среагировать мгновенно. Их расстояние и так сильно сократилось, так, что когда она решилась пойти в объятия своей судьбе, он успел схватить ее за талию и оттащить подальше от злосчастного моста. В ходе суматохи, Крис споткнулся и потерял равновесие, откланиваясь назад. Еще пару мгновений, ему казалось, что еще можно устоять на ногах, но тут неудачный суицидник вдруг встал вырываться. Поэтому парень вместе со спасенным человеком, упал на спину, продолжая крепко держать свои руки в замке.

– Да, бл*ть, х*ли ты дергаешься?! – развопился он и встряхнул за плечи, неизвестного человека. – Тебе что жить надоело? Аллё! Приди в себя!

Самоубийца же вдруг развернулся к нему и вынул беспроводные наушники. В ночной темноте было сложно что–либо разглядеть, но Крис все же смог распознать очертания и сам удивился своей догадке.

– Девушка… – он сглотнул, а та вдруг начала вырываться.

– Отпусти! Отпусти! Отстань! Я хочу покончить с этой жизнью! – она стала брыкаться и пытаться разлепить его крепкую хватку.

Он продолжал все так же крепко держать ее в своих руках, несмотря на все сопротивления. В его голове возникли странные ощущения после спасения чужой жизни. Они были ничуть не хуже тех, кто Крис испытывал при убийстве. Неведомое чувство эйфории, словно все гормоны счастья вмиг выбросились в кровь. На губах тут же застыла ясная улыбка.

«Получается я спас человеческую жизнь? Странно ощущение, я и раньше спасал людей, но ничего подобного не испытывал. Что это за неизвестное чувство? Эйфория? Удовлетворение? Наслаждение?» – сквозь чужие крики размышлял он.

Наконец–то, когда мысли собрались воедино и ситуация чуть разрядилась, то Кристофер скинул ее тело с себя и прижал к холодной земле, нависая сверху. Теперь ему было очевидно, что перед ним молодая девчонка, которая по какой–то неведомой причине решила свести счеты с жизнью.

– Отпусти… – уже слабеющим голосом проговорила она.

– Не–а, если я тебя отпущу, то ты опять попробуешь сигануть с моста, а два трупа в одном и том же месте, слишком многовато, полиция точно не спустит это с рук – спокойно отозвался он.

– Что? Два трупа?

– В смысле… Я оговорился. Короче, не судьба тебе сегодня здесь счеты с жизнью свести и все тут. Так что, крошка, отрывай свою задницу, падай мне в ноженьки и благодари, что я оказался в нужное время в нужном месте, – без тени стеснения сказал Крис, продолжая изучать ее взглядом.

– Нет… Нет, я точно слышала, что ты сказал про труп? Какой еще труп? Что ты здесь делал в это время? Почему… Ах!

С каждым новым вопросом, эта девка выводила его из себя еще сильнее. Сначала Кристофер подумал, что было бы неплохо оставить ее в живых, ведь ему удалось спасти чужую жизнь и это чувство окрыляло. Но теперь, когда ты вдруг начала вместо слов благодарности задавать кучу лишних вопросов, ему ничего не оставалось, как ударить камнем по голове и вырубить к черту эту тварь неблагодарную.

– С*чара, вместо «спасибо» еще задает мне вопросы! А не пошла–ка ты.… Не пошла…Так–так–так.… И что теперь делать? Оставлять все как есть? Нет, так не пойдет. Что же, по пути решу, что с тобой делать, а пока придется снова тащить кого-то к себе в машину.

Он наконец–то поднялся, отряхнулся и вдруг с ужасом подумал, что ему снова придется нести что–то тяжелое, только теперь уже обратно в свою машину. Конечно, эта мысль могла бы испортить настроение, но предвкушение от того, что ему удастся сотворить с этой девчушкой, вдруг заставило улыбаться звериным оскалом.

«Мда… Хотела покончить с собой, а попала ко мне? Что ж, вот тебе и подарочек, Кристофер, развлекайся!».

Глава 01.

Хороший парень.

За работой время стремительно ускорялось, даже ночь уже не казалась такой длинной. Кристофер Хант был прекрасным учеником, выдающимся резидентом и любимчиком всех старших коллег, ведь с таким рвением всегда брался за проведение операций, а уровень его знаний значительно превышал все немыслимые человеческие возможности. А еще этот парень был сыном одного из самых известных и блистательных нейрохирургов в стране, поэтому ему пророчили блестящую карьеру после завершения всех стадий обучения. И если степень бакалавра ему удалось получить без лишних проблем, а потом три года заниматься резидентурой, то сейчас в основном все свободное время занимала практика. Правда и учебу никогда не приходилось прекращать, ведь каждый врач должен всегда заниматься самообразованием и развитием. Он ежемесячно колесил по разным медицинским форумам с докладами, что приносили ему известность в своих кругах.

Помимо прекрасной и высокооплачиваемой карьеры, Кристоферу повезло и с его внешними данными. «Он сущий ангел!» – так сказала мама, когда впервые увидела ребенка. Светловолосый, высокий, подкаченный, да с таким личиком можно было бы легко блистать на обложке модного журнала. Девушки, да и что греха таить, парни тоже, просто не могли отвести взгляд в сторону, когда мимо проходил молодой врач. «Как с такой внешностью можно прятать свое лицо под медицинской маской?!» – вопрошали многие, кто не мог смириться с его выбором профессии.

С семьей ему тоже очень повезло. Как уже говорилось, знаменитый нейрохирург и его прекрасная женушка, были такой архетипической парой, коих обычно не так часто встретишь. Матушка – настоящая леди с богатым приданным, отец – доктор, тоже не промах, зарабатывал около миллиона долларов в год. Поэтому своему красавцу–сыночке ни в чем не отказывали с самого детства. Можно сказать, что удача свалилась на него, кто же не захочет, родиться с золотой ложкой во рту?

Идеальный, положительный со всех сторон, куда ни глянь, а Кристофер просто лучший человек на этом свете. Как ему еще не вручили премию? Ах, нет, вручили же, когда тот спас детишек, без тени сомнения ворвавшись в полыхающее здание. За проявленную отвагу – с такой гравировкой, мэр города, вручил ему красивую, золотистую медальку. Имея, лучшие характеристики, усомниться в его святости, было под силу только идиоту. В остальном же, Крис был эталоном для подражания и гордостью для своих близких.

Он отпил отвратительно дешевый кофе, который отдавал привкусом горьковатым, но в то же время сахар перебивал эту горечь, совсем лишая всякого вкуса. Дешевое молоко, что чуть подкисло, едва не свернулось на поверхности темной поверхности кружки. Но если тщательно размешать эту субстанцию ложкой, то пойло становилось вполне годным. За неимением другого даже такой напиток на вес золота, особенно, когда нужно работать в ночь.

Врач как никто другой знал, что от их уровня бодрости зависят жизни других людей. А врачи–хирурги, тем более должны быть всегда сконцентрированы только на одном – своей работе. А что касается резидентов, то зачастую они впахивали на ночных сменах за всех этих врачей. Пока старшие спали, то молодым приходилось выполнять свою работу блестяще, ведь иначе это могло грозить ужасными последствиями. Даже представить сложно, что будет, если тот, кто должен спасать жизнь другого человека, вдруг во время срочной операции решит прикорнуть. Ведь иногда на спасение чужой жизни даны лишь секунды, которые нельзя проморгать.

От этого темные синяки залегли под глазами на таком красивом лице. Ночная смена в отделении хирургии самое худшее наказание, которое можно придумать. Лишенный возможности нормально выспаться, такой человек становится раздражительным, но вынужден подавлять этот гнев внутри себя, чтобы никому не нагрубить. Правда, были и свои плюсы. Если не возникало экстренных случаев, то нужно было лишь наблюдать за состоянием пациентов, списывать показатели приборов и просто заполнять карточку, чтобы потом передать это своему сменщику. Но и это казалось утомительным бременем для того, кто вообще не ценил чужую жизнь.

«Сраный мистер Хоулз, чтоб ты уже сдох, и не мучил меня» – про себя размышлял парень, глядя на лежащего больного, которому только недавно проводил операцию. «Хотя нет, если ты сдохнешь так просто, то мой труд пойдет коту под хвост, так что уж ладно – живи…» – он посмотрел на приборы и записал их показания в журнал, после чего поспешил к другому пациенту.

Обойдя все вверенные ему палаты, симпатичный парень, наконец–то вернулся в ординаторскую, где нужно было заполнить еще несколько важных документов, а потом можно и прикорнуть на кушетке. Конечно, если не возникнет ничего экстраординарного, но Кристофер, надеялся, что ночь выдастся спокойной. Ему хотелось уже как можно скорее избавиться от формы врача, спихнуть всех пациентов на своего коллегу, что придет утром, и отправиться скорее домой, дабы хоть немного вздремнуть и не только это. Настроение было ниже нормы, хотелось плеваться ядом от раздражения, однако никого поблизости не было.

«И на что я трачу свои самые ценные годы? На тупую работу в тупой клинике с тупыми людьми? Разве я этого хочу? Да *банное все! На хер так жить, если не можешь нормально высыпаться по ночам?» – он от злости сжал ручку в кулаке, от чего так треснула. «Бл*ть, надо еще в спортзал, но когда найти на это время? С*ка….» – чтобы избавиться от раздражительности, светловолосый парень решил пойти покурить.

«И почему только айкос нельзя курить прямо в больнице? Эти тупые ублюдки, все равно сдохнут когда–нибудь, тогда какого хера?» – размышляя на тему смерти всех людей на свете, Крис поднялся на крышу и сел, на специально подготовленную для таких курильщиков как он, лавочку.

Затянувшись и выдохнув серебристые облака дыма, ему наконец–то удалось слегка снизить степень раздражения. Повернув головой вправо и влево, он прикрыл глаза. Ему хотелось вернуться домой и закончить с одним важным дельцем, но вся эта работа значительно мешала личной жизни. Врачи до поры до времени должны были посвятить всю свою жизнь на то, чтобы стать хорошими специалистами. И вот ему уже скоро 30 лет, а не семьи, не хобби, не друзей у него так и не нашлось. А все почему? Потому что папочка хирург, решил сделать таким и свое дитятко.

«Ну, спасибо блин за такой подарок! Гребаный лицемер…» – Крис вздрогнул, когда дверь на крышу скрипнула.

Молодая и красивая медсестра, что составляла ему компанию на этом ночном дежурстве, помахала ему ручкой и подошла ближе. Длинноногая, с аппетитными формами и прекрасным личиком, она всегда вызывала сальные фантазии.

– Отдыхаешь? – мягким голосом спросила она.

– Ага, решил улизнуть, пока все мои пациенты спят спокойным сном. А что? Хочешь составить мне компанию? – парень протянул ей айкос.

– Подумала, вдруг тебе совсем скучно, – хихикнула она и затянулась, так же выпуская дым. – Мы с тобой в последнее время только и пересекаемся на ночных дежурствах. Может быть, стоит уже назначить мне свидание?

– Эй, Бекки, если бы у меня было свободное время для свиданий, то ты бы уже давно сходила со мной в самый лучший ресторан этого города, – Крис взял ее руку в свою, наклонив голову чуть вбок, и посмотрел на девушку такими ясными зелеными глазами.

– Ну, может тогда, найдем время, чтобы уединиться в ординаторской? Я готова даже остаться без свидания, раз уж на то пошло.

Она улыбнулась ему в ответ и немного поддалась вперед, как будто бы напрашиваясь на поцелуй, тем более обстановка более чем располагала к происходящему. Ночное небо, луна и звезды, разве может быть что–то более романтичное? Но он лишь встряхнул головой и немного отодвинулся.

– Я не могу так… Это неправильно по отношению к тебе. Ты такая красивая, умная и потрясающая, что достойна большего, чем просто перепихон в ночную смену. Знаешь, я вырос в такой семье, где отношения имели вес. Не хочу использовать тебя, чтобы лишь удовлетворить свои низменные потребности. Но…ты так прекрасна, когда на тебя падает лунный свет, просто богиня – Селена – он все же поддался вперед и поцеловал девушку в уголок губ.

– Кристофер… Ты такой хороший парень, и где же только таких делают? – Бекки едва не прослезилась от этого теплого жеста. – Что же… Тогда может быть, когда–нибудь сходим на свидание?

– Обязательно, Бекки, мы обязательно сходим на свидание, ну, а пока, пора заняться делами, – Крис поднялся со скамейки и поспешил на выход.

«Тупая с*ка! Ну, какого нахер черта ты поперлась на крышу? Покурил бл*ть…» – разочарованно подумал он и решил до конца смены закрыться в ординаторской, заполняя кипу бумаг.

Кроме этого инцидента на крыше больницы больше никто не посмел портить его и так упадническое настроение. Поэтому даже пациенты, что восстанавливались после операции, решили пойти на поправку. Для статистики это было очень даже неплохо, особенно если учесть, что операции проводил именно этот молодой самородок. Ожидание, когда же закончится ночная смена, могло свести с ума, но на удивление она подошла к концу как–то незаметно. Потому Кристофер со спокойной душой передал все отчеты коллеге и отчитался перед своим куратором, после этого поспешил переодеться и свалить домой.

«Ура, бл*ть! Наконец–то домой, там меня ждет еще одно незаконченное делишко. Только надо бы сначала кофеечку хряпнуть, а то сдохну» – укоренившись в своих мыслях о том, что ему необходим кофеин для поддержания мыслительного процесса, Хант поспешил в кофейню, что располагалась напротив больницы.

Это было первое посещение данного заведения. Несмотря на то, что милая кофейня находилась совсем близко под боком, но ему так и не довелось побывать здесь. Обычно, Крис сам готовил себе кофе и наливал его в специальный термос. Однако, из–за того, что дома был полный бардак, то он попросту оставил его. Это была еще одна причина его раздражительности. Воткнув наушники–капельки, открыл дверь и быстро прошел вперед. Забавный колокольчик забренчал, извещая о появлении клиента. Так как смена в больнице заканчивалась ранним утром, то Кристофер был первым посетителем.

Взглянув налево и направо, ему удалось оценить типичнейшую лофт обстановку кофейни. Он даже чуть не хмыкнул от банальности оформления пространства. Почему–то все владельцы подобных мест, считали, что деревянные перегородки, немного цветов и кирпичная стена – то что необходимо для придания атмосферы уюта и домашнего комфорта.

«Очередное говно, а не место, и правильно, что не захаживал сюда раньше. Что же, осталось надеяться на то, что кофе здесь делают нормальный» – парень подошел к стойке, где располагалась касса, однако не увидел рядом никого, кто бы мог приготовить ему кофе. «Вы, бл*дь, прикалываетесь?»

– Ты тупая идиотка! Сколько раз я говорил, что кофемашина работает исправно, просто ты не умеешь ей пользоваться. Вон, у Дженни все хорошо получается, и только у тебя она почему–то все время плюется кипятком.

– Простите, но…может быть, стоит вызвать мастера? Пусть он взглянет…

– Ты что еще и пререкаешься? Какой на хрен мастер? А платить ты сама ему будешь?

– Простите…. Но давайте я оплачу, – ответил тихий и какой–то безжизненный голос.

– Кхм… – кашлянул Кристофер, привлекая к себе внимание.

Из подсобного помещения, где раздавались голоса, тут же вышла невысокая девушка, которая выглядела совсем просто. Ничего такого, за что можно было бы зацепиться. Обычная фигура, какой–то нелепо забранный пучок. Такой красавец как Кристофер, никогда бы не обратил внимания на эту девицу. Потому он улыбнулся дежурной улыбочкой, как обычно, делая это на автомате.

– Доброе утро, я видимо слишком рано, и помешал. Но у меня только закончилась ночная смена, потому мне просто необходимо выпить кофейку. Я возьму латте с апельсиновым сиропом, приготовите?

– Да…конечно, – без энтузиазма ответила девушка и включила терминал для оплаты.

Он поднес смартфон к датчику оплаты и поспешил рассчитаться, попутно проверяя, кучу сообщений, что написали в чате его коллеги.

«*банные придурки, еще нет и 10 утра, как они уже постят всякую дичь. Какие же они мерзкие…»

– Ах! – раздался громкий вскрик, который прервал поток негатива в его светлой голове.

Крис посмотрел в сторону источника шума и увидел, что бариста ошпарила руку о кофемашину, которая извергала из себя кипяток в разные стороны, плюясь им словно кислотой. Девушка обожгла не только руку, но так же что–то попало на белую футболку и фартук. Молниеносно Крис перемахнул через стойку, приблизившись к сумасшедшей кофеварке и выткнув шнур из розетки. Только обесточив этот прибор, удалось остановить все разрушения, что принесла за собой неисправная техника. Благо, что в заведении он был первым посетителем, да и стоял поодаль от кофемашины, потому сам почти не пострадал, за исключением нескольких капель воды на свитшоте. Но вот девушка, что должна была приготовить латте, напрямую взаимодействовала с этим орудием пыток, потому наверняка получила несколько ожогов.

– Как ты? Порядок? – повернув к ней голову, спросил Крис.

Девушка неопределенно помотала головой, поморщившись от боли. Тогда ему пришлось подойти к ней вплотную и осмотреть самому пораженную кипятком руку. Все, как и предполагал: правая рука, по всей видимости ведущая, получила ожог второй степени, от чего кожа покраснела и покрылась вздувшимися волдырями. Крис умел оказывать первую помощь, поэтому не растерялся и тут же потащил девушку к раковине. Нужно было охладить пораженное кипятком место, потому он засунул руку под холодную воду, крепко удерживая за запястье, не давая пошевелить.

– Это травма на рабочем месте, поэтому можешь смело претендовать на компенсацию, если босс тот еще козел, – хмыкнул Крис и немного прищурился, разглядывая незнакомку.

– Нет, это я во всем виновата. Так что нет… И спасибо вам за помощь… – тихо и невнятно пробормотала она.

Кристофер немного удивился такому безэмоциональному ответу, но еще больше его поразило то, что эта девчонка не расстилалась в благодарности и не пыталась выпрыгнуть из трусов, чтобы привлечь его внимание. Обычно, когда тот совершал некий героический поступок, то любая дама, бросалась на шею и готова была визжать от радости, но эта чудачка, даже не поднимала на него свой взгляд. От чего–то внутри кольнуло бешенство. Ему захотелось свободной рукой сжать ее подбородок до боли и заставить посмотреть в свои глаза. Это чувство стремительно распространялось внутри, пока он продолжал полоскать чужую ладонь под прохладной водой. Левая рука уже свирепо взлетела вверх, едва не прикасаясь к ее лицу, как дверь подсобки вдруг распахнулась, к ним выскочил низкий, толстый и, уродливый мужчина с пышными черными усами.

– Эвелин! Какого хрена тут происходит?! Что это еще за бардак?! Кто этот парень?! – упирая руки в бока, заверещал он.

– Простите, мистер Кирби, это…. Тут случилось кое–что и он… В общем–то… – не в силах связать и пары слов, оправдываясь пробубнила она.

– Я ваш посетитель, которого едва ли не ошпарило кипятком, – вдруг подал свой уверенный голос Кристофер. – И благодаря отваге, а также решительным действиям Эвелин, чудом удалось избежать катастрофы. Но она пострадала, а я как доктор, смог оказать первую медицинскую помощь. Ваша дурацкая кофемашина сломана, поэтому вызовете мастера, пока еще чего не случилось. И начислите что ли, своей сотруднице какие–нибудь поощрительные выплаты.

И в этот момент, пока он все так же держал ее руку и говорил вводящие в заблуждение слова, девушка по имени Эвелин, вдруг подняла свои глаза и посмотрела на него. Ее словно прошибло током. Эти зеленые, хищные глаза, светящиеся в темноте, именно их, она видела тогда в ночи, когда собиралась спрыгнуть с моста. В голове вдруг возникла давящая пустота, а на смену ей пришли ужасы от охватывающей паники. Вводящее в оцепенение разум чувство, разлилось по телу и пальцы вдруг задрожали. Она отскочила от него мгновенно, когда страх целиком завладел сознанием.

Кристофер не придал этому особого значения, решив, что девушка просто смутилась того, как долго они стояли слишком близко друг к другу. Он напоследок, еще раз отчитал владельца заведения, подмигнул девчонке и скрылся за дверями. Так и не выпив кофе, настроение продолжало лететь в пропасть, и было лишь одно, что могло бы его улучшить.

Вернувшись домой, парень бросил портфель, потянувшись оглядел пространство своего дома. Родители купили ему прекрасный дом в пригороде. Само собой, а как еще могло быть, ведь стоило только единственному наследнику, что–либо захотеть, то все подавалось на блюдечке с голубой каемочкой. Однако для покупки целого дома была еще и другая причина. Конечно, удобнее было бы снять какую–нибудь хорошую квартиру, но тогда пришлось отказаться от своего хобби. На такие жертвы он не мог согласиться. Поэтому проработав первый год в клинике, и получив хвалебные отзывы от куратора, отец подарил ему в награду собственный дом.

Кристофер снял свитшот, оставшись в темной футболке. Его взгляд упал в зеркало, что висело в коридоре. Про себя он отметил, что фигура по–прежнему выглядит привлекательно. От этого улыбка на лице стала чуть шире. Он взял что–то из нижнего ящика тумбочки и направился в подвал. Казалось, что бы такого может делать молодой и симпатичный парень после работы? Например, вырезать на станке деревянные фигурки? Перебирать двигатель автомобиля? А может у него там была оборудована зона отдыха с аэрохокеем и мини–баром?

Он отодвинул стол вбок, поднял ковер и обнажил скрывающийся под ним металлический люк. Потянув ручку, тот легко поддался манипуляциям и открыл проход к деревянной лестнице, что вела еще ниже под дом. Словно прихлопнув комара, стукнув по выключателю, Крис включил свет. Лампа холодного свечения прежде немного поморгала, но осветила путь, который вел в самый низ под дом. Тишина и больше ничего не встречало его пока он, важно вышагивал вперед. Это само собой немного напрягало, ведь в планах было услышать нечто другое.

«Неужели…. Да быть того не может. Люк невозможно открыть с этой стороны» – успокаивая сам себя, подумал блондин, уверенно двигаясь вперед.

Путь до конца коридора не был слишком долог. Всего лишь несколько шагов и впереди появилась крепкая металлическая дверь, а сбоку от нее голубым сиянием, привлекала к себе внимание электронная панель кодового замка. Даже не глядя он быстро ввел нужные цифры, после чего раздался характерный писк, сигнализирующий о том, что дверь открыта. Крис не стал ждать приглашения и зашел в свою родную обитель.

Стоило ему только оказаться внутри, как чувство тревоги охватило с новой волной. Кровать, стоящая в самом углу темного пространства пустовала. Эта мелочь накрепко завладела его сознанием. На миг, потеряв самообладание, он едва не поддался панике и не ломанулся бежать обыскивать комнату. Однако все разрешилось само собой, когда сзади раздалось тяжелое дыхание. Прямиком из–за двери, так как та открывалась внутрь, на него вылетела девушка, в перепачканном грязью платье. Она налетела на него с такой силой, что удалось сбить парня с ног и повалить на пол. Оказавшись прижатым прямо к бетонному покрытию, Кристофер только и мог, что смотреть на оседлавшую его сверху девушку. Этот план побега мог бы возыметь успех, если бы не одно значительное «но».

– Думаешь, я не знал, что ты прячешься за дверью? У меня и так дерьмовое настроение, не хватало еще, чтобы бл*дь вроде тебя испортила тут все.

– Ублюдок! Тварь! Тебя посадят, и ты сгниешь в тюрьме! – завизжала девушка.

Вдруг ее тело пронзил удар током, не какой–то там метафоричный, а самый настоящий. Кристофер не стал рисковать, а потому, когда спускался в подвал, то прихватил с собой

электрошокер, как раз для подобного случая. Поэтому приложив его к солнечному сплетению, он ударил пленницу током, но не так сильно, чтобы она лишь ослабила свои силы, но не потеряла сознание. Стоило ей лишь наклониться, едва ли не заваливаясь на бок, как Хант резким движением колена ударил ее по лицу, скидывая с себя. Он поднялся на ноги, прежде чем девушка успела сообразить, что происходит, схватил ее за волосы. Теперь уже церемониться с тупорылой дрянью смысла не имело. Она выпустила свои коготки, а подобное поведение бесило больше чем нехватка кофеина. Поэтому Крис впечатал ее голову в стену, а потом еще раз, и еще! По всему пространству разливались крики. Она все еще пыталась сопротивляться, но парень был в несколько раз сильнее, поэтому вырваться из его крепкой хватки – идея, обреченная на провал. Бам–с! Бам–с! Бам–с! Продолжая вбивать ее лицом гвозди, он испытывал настоящее удовольствие, да такое, от которого перехватывало дыхание. Пусть ночная смена заметно повлияла на настроение, но вот сейчас все, что происходило до этого момента, перестало иметь значение.

И вот уже девушка перестала сопротивляться, ее руки обмякли и словно веревки просто колыхались от его резких движений. Когда–то красивое лицо превратилось в одно кровавое месиво, просто настоящий фарш. Кровь стекала по стене, и когда раздался последний хриплый вздох, Крис разжал руку, от чего тело шлепнулось на пол. Он посмотрел на это со страстью творца. Приступ смеха овладел молодым человеком, так что звуки, извергаемые изо рта, наполнили воздух. Настоящее лицо хорошего парня, наконец–то выбралось наружу. Зеленые глаза светились от безумия. Кровь, что попала на руки, согревала и дарила ему успокоение. Кристофер немного успокоился и отвел взгляд от трупа.

– Жаль, что ты сдохла так быстро… Что же, придется подыскать кого–нибудь еще.

Глава 02.

Бесполезный человек.

Если бы вас попросили дать себе краткую характеристику, то чтобы вы тогда написали? Многие, наверняка, начали с самых сильных своих сторон, демонстрируя свои лучшие качества. Кто–то бы обошелся несколькими прилагательными по типу: добрый, ответственный, умный, красивый, внимательный. Однако она могла уместить свою характеристику в одно слово: бесполезный. С рождения ей не суждено было стать какой–то особенной. Скорее всю жизнь нужно было постигать плоды своей никчемности. В шесть лет подвергнувшись насилию со стороны отчима, единственное, что она запомнила – сама виновата в произошедшем. И так было всегда. Поэтому Эвелин смирилась со своим положением и бросила все попытки что–либо изменить.

Ее существование похоже на хождение по мукам. Каждый день напоминал сущий ад. Так больше не могло продолжаться. И вот когда последняя капля переполнила чащу терпения, она решила покончить жизнь самоубийством в первый раз. Но что–то пошло не так. В шестнадцатилетнем возрасте, юная мисс наглоталась маминых таблеток, но вместо легкой смерти ее ожидали мучительные процедуры промывания желудка, а потом принудительное лечение в клинике. Это отбило желание расставаться с жизнью, но

ненадолго. Спустя четыре года, ровно в 20, как раз в день рождения, она пыталась повеситься на шторах. Однако дело тоже оказалось провальным. Гардина не выдержала собственный вес и с грохотом рухнула на пол. Тогда Эвелин отделалась лишь легким испугом. В тот момент, дважды не увенчавшееся успехом дело, перестало быть актуальным. Она до ужаса напугалась необратимости происходящего, потому оставила все попытки уйти из жизни. Но чем дольше продолжала жить, тем обременительнее эта жизнь становилась.

Желая получить любовь и внимание, ей всегда доставались лишь насилие и ненависть. Когда в 16 лет, она больше не смогла молчать и обратилась в полицию, чтобы сообщить о преступлении отчима, то мать назвала ее шлюхой и выгнала из дома. Она считала, именно дочь соблазнила прекрасного мужчину, и не хотела смотреть правде в глаза. Тогда стоило признать, что она не справилась со своей материнской задачей, а на подобное та была не согласна.

Отчима, конечно, посадили, но не сразу. Пока шло разбирательство по этому делу, то Эвелин стала объектом насмешек одноклассников. До них дошли слухи, что девчонка спала со своим отчимом. Какими только словами не поливали ее гнусные подростки. Ужасные слова лились из их рта как гниль, заполняющая навозную яму. Они покрывали ее этой грязью, от чего в какой–то момент психика не выдержала. После первой же попытки уйти из жизни, мать самоустранилась, переехала в другой город, а дочурку оставила на попечение бабушки. Та тоже не была рада воспитывать 16–летнюю кобылу, поэтому отправила ее в семью к своему старшему сыну. Он был успешным бизнесменом и владел несколькими кофейнями в городе. В этой семье, Эвелин жилось относительно спокойно. За исключением того, что ни тетя, ни дядя не любили ее, как будто бы назло показывали, как можно любить ребенка, балуя свою родную дочь. Благо, что прожить в этой семье получилось недолго.

После окончания школы, Эви переехала в большой город. Там ей хотелось уйти от проблем прошлой жизни и забыть все то, что происходило в прошлом. Это требовало больших усилий, и вот, когда как ей показалось, все начало налаживаться, то снова наступило разочарование. Тот парень, с которым тогда встречалась, оказался тем еще ублюдком. Он находил различных дурочек в приложении для знакомств, соблазнял, а потом вымогал деньги, под предлогом, что у него проблемы и нужна помощь. Эвелин имела доброе сердце, а иначе говоря, была просто наивной идиоткой, поэтому старалась во всем помочь и поддержать этого беднягу. Как итог, он забрал все сбережения и исчез из ее жизни, не оставив даже записку на прощание.

После тяжелого расставания она поступила как истинная девушка – коротко обрезала волосы, после чего выкрасила их в неестественный цвет, а еще сменила работу. Ей хотелось забыть обо всем, что было до этого самого момента. Первые несколько месяцев боль убивала все надежды на счастливое будущее. И снова желание свести счеты с жизнью непреодолимо манило к себе все сильнее. На повторе были мрачные треки любимых музыкантов, а алкоголь стал постоянным ночным спутником, облегчающим момент засыпания. Таким образом, за полгода угрюмой и невыносимой жизни, она потеряла тягу, к чему бы то ни было. Желания превратились в прах. Не было ничего такого к чему хотелось стремиться. Скорее каждый день был необратимо похож на предыдущий. Время хоть и шло, но для нее оно вовсе будто бы остановилось. И если раньше эмоциональная боль заставляла чувствовать в себе жизнь, то теперь она куда–то пропала. Эвелин стремительно угасала, словно превратилась в простую человеческую оболочку. Ничего больше не приносило радости. Оставалось лишь доживать свой век, как блеющий и гниющий остаток человека.

Можно было бы на этом закончить ее жизнеописание, однако случилось то, что никто не ожидал. Как–то раз к ним в кофейню под дивным названием «Леди Баттерфляй» зашел один интересный человек. Возможно, сама Эви никогда и не обратила на него внимания, но тот первым заговорил с ней. Казалось бы, ничего такого, но этот мужчина задал вопрос, что пробудил чувство жизни:

«С вами все в порядке?» – учтиво спросил высокий, светловолосый мужчина.

«Эм….да…кажется» – неловко ответила тогда Эвелин.

Этот тон одновременно такой глубокий и теплый, будто бы тебя закутали в самый мягкий плед, который можно себе вообразить. Она подняла голову и посмотрела на него. Их глаза встретились лишь на мгновение, но и этого было достаточно, чтобы потерять себя. Его взгляд задержался на ней чуть дольше чем того требовали правила приличия. Проследив направление, несложно было заметить, что именно привлекло внимание посетителя.

Все дело было в бинтах на левой руке, они не являлись особо заметными, и вряд ли могли бы смутить кого–либо. Под ними скрывались глубокие порезы, ведь каждый раз, чтобы почувствовать в себе остатки жизни, Эвелин хваталась за острый предмет и наносила раны. Только в этот момент, когда раз за разом кромсала свою плоть, ей удавалось оставаться в норме и не переступить грань, чтобы покончить с этой жизнью. Однако мужчина, кажется, оказался не только учтивым, но и довольно внимательным, поэтому протянул ей свою визитку, где на приятной бархатной бумаге было вымощено:

«Дэвид Браун – психотерапевт».

Так начались ее долгие работы с ним. Если бы Эвелин пошла к нему, чтобы разобраться со своими проблемами, то все бы было нормально. Однако лишенная чувства любви и заботы, она видела в нем не просто специалиста, который мог помочь. Нет, для нее он стал целым миром. Каждая сессия вызывала внутри столько страсти и тепла, сколько ни в жизни не удавалось испытать. Только ради него – объекта всеобъемлющей любви, хотелось стараться стать лучше, больше не наносить себе вред, а становиться осознанной и серьезной. Каждый раз, когда в начале сеанса Дэвид спрашивал ее:

«Как вы сегодня?»

Заставляло тепло распространяться от груди и до самых кончиков пальцев. Ей больше не хотелось резать себя. Весь прежний мир уменьшился до состояния лишь одного человека. Будучи буквально одержимой одним лишь им, она не заметила, как потеряла контроль над своими действиями. В свободное время садилась на скамейку напротив клиники, подолгу ожидая, пока он не закончит работу и не выйдет на улицу. Тут девушка делала вид, что они столкнулись случайно. Каждый раз завязывался приятный сердцу разговор. Но через какое–то время и этого стало мало. Она решила проследить за ним до его дома, а потом так же выжидательно сидела рядом, пока мистер Браун не приезжал. Почти за год ей удалось изучить его лучше, чем кого–либо из тех, с кем когда–либо удавалось общаться. Влюбленная в него без всякого остатка здравого разума, казалось, будто бы он отвечает ей взаимностью. И все было прекрасно. Девушка продолжала ходить на терапию и наконец–то смогла найти для себя смысл жизни. Но разве счастье может длиться вечно?

Однажды, когда Эви, как обычно, наблюдала за его домом, то увидела, как Дэвид возвращается домой с какой–то неизвестной ранее девушкой. Это вызвало резкий приступ паники, она даже забыла, как дышать, а паническая атака застала врасплох. Злость застилала глаза, обида разрывала глотку от боли, так что хотелось кричать, пока не обессилишь.

«Не может быть…. Этого не может быть! Он не может встречаться с другой… Почему она? Почему не я? Целый год я делала все, что ему хотелось! Пила таблетки, ходила на эту дурацкую терапию! Он не мог так предать меня!» – только и оставалось думать, пока глаза таранили парочку.

Эвелин решила, что в этот раз ни за что не сдастся. Она слишком часто отходила назад и никогда ни за что не боролась. Но сейчас пришла пора, когда нужно было постараться, чтобы отвоевать свое счастье. Девушка пришла к нему на прием чуть раньше, ей хотелось признаться ему во всем. Эвелин собрала остатки смелости и выпалила свои чувства, как это бывает в дурацких до невозможности мелодрамах. Казалось, что в этот момент его взгляд стал намного теплее, чем раньше. В надежде на то, что в конце этой пламенной речи, Дэвид признается в ответных чувствах, она продолжала говорить о своей любви к нему.

В ответ на это признание, полное такой неиссякаемой жизненной силы и любви, мистер Браун улыбнулся и прикрыл глаза рукой, будто бы ему стало стыдно смотреть на нее.

«Простите мисс Блейк, я должен был сделать это уже давно, но думал, что, в конце концов, терапия принесет свои плоды. Надо закончить наши отношения как терапевт и пациент. Прошу вас, больше никогда не приближайтесь ко мне. Я направлю вас к другому специалисту. И…если вы нарушите мое личное пространство и попробуете приблизиться ко мне, то я буду вынужден получить судебный приказ. Полагаю, вы все поняли? Мне очень жаль, что так вышло. Но мое желание помочь… Оно, к сожалению, в момент нашего знакомства оказалось сильнее здравого смысла» – холодным тоном ответил он на ее признание.

«Нет! Пожалуйста! Вы не можете так поступить! Я умоляю, мистер Браун… Прошу вас не оставляйте меня… Я не смогу, я не справлюсь без вас!» – она упала на колени перед его креслом и рыдая навзрыд стала умолять о том, чтобы он не бросал ее. «Я смогу изменить свои чувства…. Смогу закрыть на них глаза, только не бросайте.… Не надо… Я не смогу… Я убью себя если вы… Нет, прошу… Всю жизнь меня бросали… Если вы не поймете мои чувства… Я не…»

Когда ей наконец–то удалось успокоиться, то Дэвид снова бросил ей в лицо фразу о том, чтобы та шла домой и оставила его, пока не пришлось вызвать полицию.

Созданный своими руками смысл жизни рухнул. Так происходило каждый раз, стоило лишь чего–то пожелать. Разве она просила о многом? Всего лишь почувствовать себя любимой кем–то, просто так, вопреки всему. Это такое детское и наивное желание, ребенка, которого так глубоко травмировали в детстве, что это повлияло на всю жизнь. Когда мистер Браун оставил ее, то больше не было преград к тому, чтобы перестать корчить из себя желание жить.

Именно в этот день Эвелин шла, и шла, и шла, и шла, и шла, и шла, и шла так долго, что мозоли на ногах лопнули, и на этих ранах образовались новые. Не замечая где, как и почему, несчастная вышла к мосту. Чувство святой уверенности охватило ее. Она решила спрыгнуть вниз. Прежде чем тело познало свободный полет в пропасть, кто–то обхватил за талию и повалил на землю.

«Это….мой ангел хранитель» – подумала Эвелин, до того как Кристофер ударил ее камнем по голове.

На удивление девушка очнулась на обочине дороги, без одной туфли и наушников, с шишкой на затылке и звенящей болью в голове. Но она была живой… Живой и почти невредимой, разве что небольшой ушиб, который, впрочем, не доставлял сильного дискомфорта.

Невзирая на самые ужасные события предыдущего дня, разрыва отношений с психотерапевтом и последующее желание свести счеты с жизнью, ей вдруг овладело жгучее желание узнать: кто же тот самый ангел–хранитель, что явился из ниоткуда?

Конечно, Эви предполагала, что это могли быть галлюцинации, вызванные нервным потрясением, не более того. Но его яркие желтые глаза, она никогда бы не смогла принять за плод своей фантазии. Горящий огнем взгляд, безумный, до дикости уверенный в каждом своем действии, вызывал дрожь в коленках. Такое сложно было нарисовать в своей голове. Но как найти того, кого даже не смогла разглядеть в темноте и в реальность, которого поверить сложно. Все следующие несколько дней она находилась в глубоком задумчивом состоянии, и почти не реагировала на внешние раздражители. Конечно, так же продолжала ходить на работу, делать вид, что все в порядке, но мысли само собой заняты лишь тем загадочным спасителем.

Прошло некоторое время, а в голове не было никаких догадок, что это за таинственный незнакомец, а главное, почему он решился на этот отважный поступок? Эвелин стала сомневаться в своих силах, познать эту действительность, а оттого, все чаще в голове возникала мысль о том, что никого на самом деле не существовало. Что если, произошедшее игра воображения? Или же… вдруг, прыжок с моста оказался удачным и она уже мертва, но попала в самый страшный кошмар – лимб, где все повторяется изо дня в день. Однако все сомнения исчезли, когда ранним утром в кофейню зашел ее, как она считала, ангел–хранитель.

Сначала Эвелин не узнала его, так как у нее не было никакого интереса к посетителям. Хотелось только как можно скорее выполнить свою работу и чтобы все отстали. Но сломанная кофемашина сделала свое дело. Когда руку ошпарило кипятком, то посетитель приблизился к девушке и решил проявить заботу. В тот момент, когда он сунул ее руку под ледяную струю воды, их взгляды встретились лишь на какие–то жалкие секунды, но и этого хватило с лихвой. Эти яркие желтые глаза, Эвелин никогда не смогла оставить без внимания. И если бы в их разговор не вмешался менеджер, то все могло бы закончиться иначе.

После этого случая, казалось, что она навсегда потеряла своего ангела, что спас ей жизнь. Но не прошло и двух дней, как этот парень снова возник на пороге кофейни.

– Надеюсь, что кофемашину уже починили? – улыбаясь ослепительно белой улыбкой, спросил он.

– А… Да, вроде… Ну, мы вызывали мастера, он что–то сделал и теперь все хорошо, – все так же не решаясь смотреть на него, ее взгляд был направлен на пол.

– А как твоя рука? Там был серьезный ожог, без должного ухода все может плохо кончиться. Надо оставить тебе визитку, пришла бы на осмотр. Ладно, мне все же нужен латте с апельсиновым сиропом и если можно, то больше сахара, – Кристофер уткнулся в телефон, не обращая внимания, на тот взгляд, который испепелял его.

– Да, с рукой все хорошо. Заживет. Да, конечно, сейчас сделаю, – и с этими словами Эви подошла к кофемашине, все никак не в силах перестать пялиться на него.

Когда кофе был готов, то она не смогла удержаться, перед тем как парень вышел на улицу, крикнула ему вслед:

– А мы…нигде не встречались?

Его рука замерла в нескольких сантиметрах от ручки двери. Плечи вдруг напряглись, а сам Крис словно превратился в одно огромное каменное изваяние. Этот неожиданный вопрос застал его врасплох, в голове уже устроили революцию панические мысли.

«Неужели она одна из подружек убитой? Нет, бл*ть, точно нет. Я никогда не трогал девушек из своего города. С*ка, а что если, она переехала к нам в город? А вдруг она работает под прикрытием и хочет разузнать правду?» – он сжал в руках стаканчик с кофе и повернул голову.

– Не думаю, что я бы смог стереть из памяти твое милое личико. А что касается меня, наверное, видела на главной странице сайта мэрии, я же тот самый герой, который спас детишек из горящего пламени, – блондин подмигнул ей и прежде чем, Эвелин успела спросить что–то еще, то его уже и след простыл, а она осталась наедине со своей внутренней пустотой.

Глава 03.

Красота – страшная сила.

Его взгляд бегал по экрану айфона туда–сюда. В чате всплыло сообщение, которое он так предвкушал увидеть. Всего лишь одно слово: «да» – и губы изогнулись в кривой улыбке. После этого внутри возликовали такие сильные чувства радости и эйфории. Кристофер посмотрел на себя в зеркало автомобиля и взъерошил светлые волосы, произнес:

– Крис, ты просто красавчик! Бл*ть, да с таким смышленым мозгом, надо было идти, работать в полицию.

Раздался негромкий писк смартфона, извещая о том, что пришло новое сообщение. Он внимательно прочитал его, после чего достал из бардачка бумажную карту и сверил название остановки.

«Что же, примерно понятно. Ладно, нужно принарядиться для свидания, а потом уже ехать».

С этими мыслями парень достал из рюкзака на переднем сиденье, черный парик и аккуратно натянул себе на голову. Он скрыл свои красивые светлые волосы, после чего для пущего эффекта натянул очки в аккуратной оправе на переносицу. Теперь Крис выглядел совершенно иначе, чем раньше и узнать его могли разве что близкие друзья. Однако это совсем не означало, что его привлекательность пострадала. Напротив весь этот маскарад создавал образ серьезного и интеллигентного молодого человека. Внимательно осмотрев свои руки, Кристофер натянул кожаные перчатки. Вот теперь, при всем параде, готов был отправиться к месту назначения.

Искать в чужом городе, более того в его пригороде, автобусную остановку было делом не самым приятным. Но карта, которую он купил на заправке ранее, оказалась информативной, поэтому проблем никаких не возникло. Не потребовалось прикладывать дополнительных усилий, как его серый автомобиль остановился в месте назначения, где совсем одна под покровом ночи стояла девушка.

Высокая, длинноногая обладательница модельной внешности предстала перед ним. У нее были длинные светлые волосы, которые девушка даже не удосужилась забрать в хвост. Их трепал ночной ветер, заставляя путаться, придавая образу некоторую небрежность. Сама она едва стояла на ногах, немного пошатываясь из стороны в сторону. В одной руке сжимала смартфон, а в другой баночку пива из которой отхлебнула, прежде чем спутник остановился перед ней.

– Аманда, это ты? – открыв окно, уточнил Крис.

– Да, а ты должно быть, Дастин? Ого, а в жизни ты даже симпатичнее чем на фото, – улыбнулась она пьяной до невозможности улыбкой.

В ответ на это он отвел взгляд, даже слегка покраснев, благо, что в темноте девушка не обратила на подобное внимание. Возникало ощущение, будто бы такие комплименты были в новинку для него.

– Садись в машину, на улице холодно, – заботливо сказал он.

Дверь открылась, и девушка стремительно забралась внутрь, удобно устроившись на пассажирском кресле автомобиля. На сиденья были надеты светлые чехлы, что немного удивляло, ведь машина была слишком дорогой, а этот предмет казался инородным. Но вопросов не последовало.

Теперь уже оказавшись в машине, Аманда смогла согреться и посмотрела на своего спутника, словно пыталась сопоставить внешний вид с тем, с кем она общалась все это время по переписке. Мужчина, появившийся перед глазами, вправду оказался очень красивым, поэтому ей даже удалось немного расслабиться. Часто бывает так, что переписываешься в интернете с кем–либо, а в жизни этот человек оказывается странным или страшным, а иногда и, то и другое. Однако так нельзя было сказать про Дастина. Он понравился сразу. Как только увидела его, то уже решила, что ему можно доверять.

– Это наша первая встреча, – после неловкой тишины, заговорил он. – Я немного волнуюсь. Одно дело общаться в чате, но совсем другое, сидеть рядом с тобой здесь. Вот так неожиданное совпадение, что моя командировка занесла меня в этот город.

– Да уж, обалденное совпадение. Когда ты сказал, что приезжаешь, то я даже подумать об этом не могла, но вот ты здесь… – она отвела взгляд и немного грустно улыбнулась. – Так о многом хочется узнать, столько всего спросить, но вот сейчас, увидела тебя и поняла, что все вопросы вылетели из головы.

– Ничего себе, я ведь испытываю то же самое. Вот так неожиданность. А я ведь еще тогда, в переписке говорил, что у нас особая связь, – он искренне улыбнулся и посмотрел на нее ласковым взглядом.

Прядь белых волос прилипла ко лбу, по всей видимости, из–за сильнейшего ветра, что разбушевался не на шутку, поэтому его рука сама потянулась вперед, аккуратно укладывая волосы за ухо. От такого нежного и трепетного жеста Аманда почувствовала себя невероятно счастливой. Мало того, что парень, с которым она познакомилась несколько месяцев назад по переписке, вдруг приехал к ней, но он еще и оказался таким заботливым и учтивым.

– Хочешь, отвезу тебя домой? Ты, наверное, устала после работы…

– Ох, нет, конечно! Может быть, прокатимся? Ну, я бы еще чего-нибудь выпила. Ты ведь не против? У меня был такой отвратный день. Помнишь, я рассказывала тебе о своем бывшем, том придурке… Ох, он так задолбал меня. П*здец просто…*банный п*здец! Ты даже не представляешь, какой он м*дак! – Аманда вспылила и злобно сверкнула глазами при упоминании бывшего.

Слушать истории о том, каким идиотом, может быть бывший парень, совсем не то, на что рассчитывал Кристофер. Но он старался изображать из себя саму галантность, поэтому даже не спешил перебивать свою новую подружку. Отнюдь, парень сочувственно кивнул и посмотрел на нее с таким осознанным пониманием проблемы, поэтому, такому как он, захотелось рассказать все и сразу. Под щебетание девушки, он легко повернул ключ зажигания и поспешил покинуть слишком приметную остановку.

Хоть Аманда и была пьяна, но в целом понимала, где и с кем находится. Этот его взгляд так цеплял и манил к себе, заставляя верить незнакомому человеку, словно они знали друг друга уже долгое время. Хотя в целом так и было, ведь они переписывались не первый день. Может месяц–два, но все равно эта связь стала для девушки неким сокровищем. Казалось, что Дастин (так представился этот парень), знает, что и как именно нужно сказать, чтобы ей стало легче. Любая фраза в переписке была такой теплой и приятной, никто раньше не мог вызвать нежных чувств внутри. Не было никаких сомнений насчет того, что этот человек на водительском сиденье – гарант безопасности и спокойствия, во всяком случае, для нее точно. Обычно, Аманда никогда не садилась в машину к незнакомцу, но этот парень рядом, совершенно не был чужим. Он понимал ее так, как никто другой. В своем разбитом состоянии, таком, как сейчас, после тяжелого разрыва, ее израненное сердце тянулось к нему – обворожительному созданию.

– Я, кажется, рассказывала как–то, что мы с Майклом постоянно ссорились в последнее время. Не понимаю, почему он такой придурок? Почему все парни не могут быть такими милыми и добрыми как ты? Вот тебе же было несложно приехать, забрать меня из клуба… Господи, где только такие парни водятся? – усталым голосом спросила она.

– Да брось, не все такие козлы как твой бывший. Просто, тебе немного не повезло, но это не повод для того, чтобы всех стричь под одну гребенку, – он искоса поглядывал на свою спутницу, в то же время, не отвлекаясь от управления автомобилем.

– А что насчет тебя? Ты говорил, что в процессе развода? Поэтому просил никому не говорить о нашей переписке? Как ты все это переживаешь? Твоя бывшая та еще с*ка…

Его улыбка на лице выражала легкую грусть. Она заметила это сразу после того как осыпала горсткой вопросов. Задавать такие вопросы было бестактно, но пьяная голова не различала границы дозволенного. Он мог промолчать, и даже это молчание оказывало бы содержательный эффект. Но вместо этого, Дастин снова посмотрел на нее и произнес:

– Да, совсем недавно этот ад, наконец–то, закончился. Даже жаль немного, она мне очень нравилась. Для меня она была особенной женщиной. Так я думал, но, увы, все оказалось не так. Я не был для нее особенным мужчиной. Что же, возможно, когда–нибудь мне повезет в моих поисках. Кто знает, может у нас с тобой, есть шанс на счастливое будущее, не находишь? – после этой фразы, машина наполнилась мягким смехом.

Аманда подумала, это звучит как некий знак к действию. А как еще можно было распознать эту фразу? Он недавно развелся с женой, нашел возможность приехать к той, с кем вел нежную переписку все это время, а теперь так откровенно говорит о том, что лежит на душе. Разве можно упускать этот шанс? Она потянулась рукой, чтобы включить музыку, но он перехватил ее, не давая коснуться кнопок и сам понял, что требуется. Этот жест нельзя было распознать иначе, чем заботу, которой был пронизан ее привлекательный спутник. Ей даже захотелось поцеловать его. Взгляд задержался на этих тонких губах, словно обдумывая все за и против. Но для начала требовалось прощупать почву.

– Кто знает, может быть и есть, – загадочно ответила блондинка и положила свою ладонь на его бедро. – Может.… Найдем укромное место, где можно припарковаться? Подальше от посторонних глаз.

Он замер, стараясь слишком явно не пялиться на девушку, но та, кажется, решила взять инициативу по соблазнению в свои руки. Она откинула немного кресло автомобиля и расположилась на сиденье таким образом, что самые привлекательные части тела

оказались совсем на виду. Ноги закинула на панель приборов, кожаную куртку чуть расстегнула, а грудь выпятила вперед. Ничего не оставалось, кроме как оценить красоту, представленную в лучшем виде.

– Прямо так сразу? – немного смущенно спросил он. – Мы ведь…и 10 минут не общались. Не хочу, чтобы ты подумала, что я какой–нибудь маньяк–извращенец.

– Дастин… Мы общались последние несколько месяцев, мне не нужно никаких больше подтверждений, что ты хороший парень.… Не хочу сомневаться в своих чувствах, так же как и не хочу сомневаться в тебе. Но если ты не хочешь…

– Что ты… Конечно нет. Как можно отказать такой красотке? Твой бывший, полный идиот, даже еще не представляет, что потерял.

Ее улыбка стала шире, девушка не могла скрывать того прекрасного настроения, которое с каждым новым словом охватывало все сильнее. Она уже расслабленно, полностью откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза, предвкушая то, что произойдет дальше.

Однако ей было невдомек, что не будет ничего хорошего. Когда девушка непринужденно сама предложила перейти к интиму, в этот момент он подумал:

«Грязная шл*ха… Вот так сразу решила скакать на х*ю парня, которого совсем не знаешь? Вот бл*дина!»

И пока Аманда ничего не подозревала, скорость машины становилась все выше. Она даже не обратила внимания на то, что они уже давно выехали из города и ехали по пустой ночной трассе. Потеряв всякую бдительность, так как не ожидала ничего плохого, блондинка могла думать только о том, что по-настоящему нравится такому красивому парню, позабыв о том, что красота – страшная сила.

Только когда тело ощутило, как ветер забирается под одежду, а сиденье под пятой точкой завибрировало и загудело, ей пришлось приоткрыть глаза и понять, что скорость машины превышает норму на несколько десятков километров. Она повернула голову на своего приятеля.

– Не слишком ли быстро ты едешь? – это была последняя фраза, которую успела задать Аманда, прежде чем автомобиль резко затормозил.

Разгоняя машину до 220 километров, он и думать не желал, что кто–то будет против этих шалостей. Крис уже проехал по этой дороге до того, как пошел на свое «свидание», убеждаясь в том, что ночью здесь не слишком много машин, а так же местность не патрулируют копы. Он знал, что дорога ровная и не имеет каких–либо явных изъянов. Поэтому можно было выжимать полный газ и гнать в свое удовольствие. Однако когда раздался женский, слегка напряженный голос, то его нога резко бросила педаль газа. Представить себе последствия этого действия было несложно.

Огромный седан, доведенный до большой скорости, вдруг издал истошный свист. Машину с нечеловеческой силой бросило вбок, будто капризный мальчишка откинул игрушку. Ее смело с трассы в кювет. Кристофер не паниковал, напротив, адреналин в крови зашкаливал, вызывая восторг. У него перехватило дыхание от этого манёвра. Он много раз мечтал проделать подобное и вот сегодня, это все осуществилось. Конечно, было неизвестно, к чему приведут последствия неаккуратного и экстремального вождения. Но его спас ремень безопасности, который он предусмотрительно застегнул. А вот подружке повезло меньше, ведь пристегиваться она не стала.

Когда машина задрожала и полетела в сторону, Аманда издала вопль ужаса, в голове прокручивая слова молитвы всем богам мира. Однако это не спасло, она головой врезалась в лобовое стекло, которое треснуло от удара. Сама же девушка потеряла сознание, ведь столкновение оказалось сильнее, чем могло показаться на первый взгляд.

– Ах… – простонала она, прикрывая глаза.

Кристофер повернул на нее голову и наконец, отстегнулся. Осматривая последствия своей выходки, он предвкушал, что же будет дальше. Хоть удар и оказался сильным, но Аманда быстро пришла в сознание. Ее глаза были полны холодного ужаса, что охватил каждую клеточку мозга.

– Что…Дастин, что случилось? – негромко спросила она, но он лишь рассмеялся ей в лицо.

Схватив девушку за волосы, он задрал ее голову и взглядом безумным, бездушным, безучастным проник под кожу в самую душу.

– Я всегда хотел посмотреть, как человек умирает, разбившись в автомобильной катастрофе. Я столько раз видел уже мертвых людей, хотелось взглянуть, как это происходит взаправду, – усмехнулся Крис и снял свои очки. – Но ты *баная с*ка, решила нарушить мои планы! Какая же ты эгоистичная п*зда! Сложно было сдохнуть?! Из–за тебя я помял свою машину, а ты решила не вылететь через стекло на дорогу?! – с силой сжимая волосы, его взгляд стал нечеловеческим.

– Нет! Что ты такое говоришь?! Дастин, ты, что ударился головой?! Отпусти, ты пугаешь меня! – завопила светловолосая красавица и нервно дернулась.

Ее просьба была отклонена. Стоило ей запаниковать, а голос повысить до панического крика, как Кристофер вспылил. Его пальцы сжали волосы, едва не вырывая их из этой тупоголовой девки. Он продолжал испепелять ее взглядом, который можно встретить в самых страшных фильмах ужасов. Когда же Аманда закричала и попробовала вырваться, в его руке сверкнул шокер, которым он не побрезговал воспользоваться. Приличный удар током смог стать веским аргументом в пользу того, что девушка перестала предпринимать попытки к сопротивлению.

– Тупорылая идиотка! Как можно не знать элементарных правил безопасности? Бл*ть, мне иногда кажется, что все вы только и делаете, что ищите смерти. Ей–богу, как суицидники себя ведете…

Он вышел из машины и оглядел пространство, куда их занесло. С трассы их выкинуло в какую-то неприметную канаву. Повезло, что машина не врезалась в дерево. Всего несколько метров отделало их от темного смотрителя лесных массивов, проложившихся по обе стороны дороги. Кристофер хмыкнул, оценивая повреждения. Благо, что кроме бампера и стекла больше с его любимой машиной ничего страшного не случилось.

Обойдя вокруг, подошел к двери со стороны пассажира и спокойно открыл ее. Безвольно лежавшее тело на сиденье, хоть и не подавало признаков жизни, но все еще оставалось живым. Он достал из кармана куртки строительные стяжки, развернул к себе новоиспеченную знакомую, заломил руки за спину и крепко связал их. Так же пришлось поступить и с ногами. Вокруг рта обернул медицинские бинты, лишая возможности говорить, теперь она могла только мычать. Также не забыл достать смартфон из кармана, ведь эта вещица могла впоследствии пригодиться. Наконец, он вытащил тело и переложил в специально подготовленный чемодан, а его уже уложил в огромный багажник, который мог позволить себе вместить и парочку таких чемоданов. Сверху пришлось накинуть старый брезент и еще каких–то ненужных вещей, чтобы чемодан в случае чего не привлекал взгляда. Хотя, если учесть, что дорога пролегала ночью, то вряд ли кто–то будет внимательно смотреть, что лежит в багажнике. Главное чтобы девчонка не стала кричать в самый неподходящий момент, а то если машину остановят, то сложно будет объяснить происхождение этих звуков. Впрочем, Крис надеялся, что у него хорошая шумоизоляция, поэтому волноваться пока не о чем.

– Ну, что, детка, поехали домой, – усмехнулся он и стянул с себя парик.

Пришлось гнать машину всю ночь без остановок. Но это было частью его плана. Нужно было вернуться в родной город до того момента, пока соседи не обнаружат что–то подозрительное. Потому под свет луны и аккомпанемент неповторимой леди Гаги, а так же с непомерным запасом энергетиков, Кристофер ехал и ехал. Остановки были строго запланированы на тех заправках, которые представляли меньшую из угроз. Во–первых, даже если и имелись камеры, то трафик на таких заправках был высоким из–за своего местонахождения. Во–вторых, его машина не имела никаких опознавательных знаков, и запомнить, кто же заправлялся посреди ночи, было довольно сложно.

Сжимая круг руля, он внимательно смотрел на длинную и ровную дорогу. В голове еще не было никаких мыслей насчет того, что делать с девушкой. Хотелось просто избавиться от накопившейся агрессии, что захватывала каждый день все сильнее и становилась неподвластной. На это было множество причин. Одна из них – работа, что отнимала все свободное время и заставляла испытывать высокий уровень стресса. А другая скрывалась в глубине извращенного сознания.

Поэтому, когда ему предложили поехать с докладом на конференцию в другой штат, то Кристофер согласился как миленький. Ему в принципе часто доводилось выступать на различных мероприятиях. Обладая прекрасными способностями оратора, а так же хорошими знаниями в области полостных операций, его кандидатура всегда была в приоритете. Само собой, когда наставник подошел к нему после ночной смены и сказал, чтобы тот подготовил доклад, то это стало манной небесной. И неслучайно, что конференция проходила в одном и том же городе, где жила новая подружка.

Конечно, их знакомство было хитро выдуманным планом маньяка. Это была уже не первая жертва, что попадалась очаровательному юноше преисполненному своими садистскими фантазиями. Он познакомился с ней в чате инкогнито, где одинокие люди могут просто подключиться к случайному собеседнику и начать общаться. Своего рода поддержка для тех, кому тяжело дается общение с другими – хорошая идея, которая оказалась в темных руках. Крис умел подловить своим очарованием. Он строил предложения таким образом, что девушка чувствовала себя важной и желанной. Уже на третий день их короткой переписки она скинула ему свои фото, и о чудо! Девушка на фотографиях оказалась как раз в его вкусе. Высокая, стройная, светловолосая – то, что так цепляло его острый взгляд. Хант придумал глубокую слезливую историю про развод, про одиночество, что невыносимой тоской заставляло сердце сжиматься. И Аманда – поверила ему! Остальное оставалось за малым.

Конференция была хорошим алиби, если вдруг его заподозрят. Впрочем «если вдруг» – хорошее словосочетание. Он проделывал свой трюк множество раз, а полиция так и не начала расследование. Да и выйти на его след было бы слишком сложно, ведь каждый план, парень детально продумывал в голове, Крис умел не только мордашкой торговать.

Был ли у этой девушки шанс выжить? Естественно. Если бы только она не села к нему в машину, то все закончилось благополучно. Но переступив порог машины, она сама подписала себе смертный приговор. Именно так считал Крис. Он полагал, что такие шл*хи, не заслуживают ни единого шанса на жизнь. Они все были всего лишь пустыми куклами, точнее становились ими, когда садились в машину с незнакомцем. Никто не затаскивал их насильно, а потому ему казалось, что каждая из жертв сама, так или иначе, была виновата в своей погибели.

Несколько раз во время поездки до его слуха доносился сдавленный плачь. Приглушенный звук распространялся из багажника, но это не могло разжалобить ублюдка. Ничто не могло повлиять на его решение убить. Но прежде чем совершить подобное, стоило удовлетворить свои потребности.

Нет, Кристофер никогда не насиловал своих жертв. Он не считал себя маньяком или каким–то моральным уродом. Ему казалось, что он делает мир чище, а потому помогает в том, чтобы планета не носила на себе такой мусор. Он ненавидел женщин, точнее ненавидел тех, кто вел себя возмутительным образом. Другие же, вызывали внутри смешанные чувства, но в них не было ничего хорошего.

Дорога прошла без лишних происшествий. Поэтому когда уже за окном едва-едва начал проклевываться рассвет, его машина заехала в знакомый город. Оставалось проехать несколько кварталов, прежде чем покажется его небольшой, но уютный домик. Кристофер чувствовал себя уставшим. Провести всю ночь за рулем было изнуряющим занятием. Не спать – он уже привык, так как за множество ночных дежурств выработалось стойкое ощущение, что ночь это прекрасное время суток. А вот не отрывать свою задницу от кресла, оказалось непросто. Впрочем, даже это было не в первой. Поэтому, как только на горизонте показались знакомые кустарники, ему удалось облегченно выдохнуть.

«Тупая с*ка, миссис Беркли, так и не подстригла свой *банный газон! Вот ведь старая карга!» – раздраженно подумал он, проезжая мимо соседского дома.

Крис нажал кнопку на пульте, открыл дверь гаража, и поспешил сразу же въехать в него. Он не опасался, что кто–то из соседей увидит его возвращение. Напротив, все они были осведомлены о том, что молодой хирург уезжал на конгресс. Так что всегда была вероятность, что рейс обратно может оказаться ночным. Да и в этом тихом месте, соседи знали все секреты друг друга, во всяком случаи, думали, что знали, поэтому такой приятный молодой человек попросту не мог вызывать хоть каплю подозрений.

Заглушив мотор, Кристофер наконец–то вышел из машины и потянулся, услышав, как захрустели позвонки. Такие ночные поездки не шли на пользу его организму, но на что только не оставалось идти, ради своей жестокой натуры. Он открыл багажник и выудил чемодан. Это было нелегким делом, достать 50–60 килограмм даже для такого крепкого мужчины. Но ему все так же удалось справиться. Вложив в левую руку охотничий нож, Крис был готов увидеть морально изможденную девушку.

Так и вышло. Открыв чемодан, на него уставились покрасневшие от слез глаза. Пленница выглядела уставшей и напуганной. Молодой хирург наклонился к ней и холодным тоном сказал:

– Я развяжу тебя, но если попробуешь что-нибудь выкинуть, то прирежу как свинью, ясно? Ах, и да, даже не думай кричать, у меня отвратительное настроение, и от того, станет ли оно еще хуже, зависит твоя жизнь.

Как подтверждение своих слов нож блеснул в его руках, мгновенно развязывая ноги. Аманда испуганно дернулась, но тут же сжалась от страха, так как подумала, что это может разозлить его. У нее не было ни единой зацепки, где именно она находится и что делать дальше. Поэтому казалось, что если выполнять его требования, то есть крохотный шанс остаться в живых. И пока блондинка хлопала глазами, то ее похититель вдруг открыл люк и заставил спуститься по лестнице вниз в подвал.

Она слышала его шаги, а так же чувствовала спиной этот беспощадный взгляд. Такой пристальный, что казалось, если совершит хоть одну ошибку, то нож мгновенно вонзят в шею. Этот мужчина позади, источал беспощадную опасность, что оставалось покорно подчиняться. Они прошли вперед по небольшому коридору, как уткнулись в дверь с кодовым замком. Она легко открылась после ввода пароля, парень грубо втолкнул Аманду внутрь. Похититель заставил ее сесть на кровать, освободил руки и рот.

– За той дверью туалет и душ. Сиди тихо и даже не думай бежать. Если огорчишь меня, то это место станет для тебя могилой, – его голос звучал пугающе отстранено.

– Ублюдок! Да как ты вообще смеешь?! – теряя всякое самообладание, закричала она.

И тут со всей силы ей в лицо прилетел чужой кулак. Удар, заставил девушку отлететь к противоположной стене. Нос хрустнул, а кровь хлынула фонтаном. Она заревела от ужаса и боли, не в состоянии найти в себе силы, чтобы подняться на ноги.

– Я же сказал, чтобы ты не бесила меня, бл*дь! Это было последнее предупреждение. Сделаешь что–то еще и в следующий раз, я ударю ножом, а не кулаком.

Кристофер не стал ничего добавлять, а лишь поспешил выйти, запирая дверь. Эта бешеная с*ка взбесила его, но меж тем, этот удар по ее очаровательному личику, принес ему настоящее наслаждение. Поэтому вопреки всему, его настроение стало просто превосходным. Злость и накопившуюся усталость удалось в один миг разрешить всего лишь одним актом агрессии.

«Эх, чертяга, а ты хорош!» – сам себя похвалил Крис и снял с себя верхнюю часть одежды, обнажаясь по пояс.

По задуманному, он планировал сжечь всю одежду в камине, так как не собирался оставлять то, что могло оказаться уликой. Если хоть одну частицу ДНК жертвы удастся обнаружить, то и этого будет достаточно, чтобы получить ордер на обыск дома, а ему этого не хотелось. Крис никогда не исключал, что полиция когда–нибудь может выйти на его след, а потому делал все с продуманной осторожностью.

Он поднялся в гараж и поспешил пройти в дом, как вдруг замер, оглядывая ручку двери. Что–то привлекло его, взгляд уже переключился с ручки на ковер, который словно лежал как–то не так. Но все это могли быть лишь игры усталого мозга, ведь никто не мог проникнуть в его дом, кроме разве что матери, но та сейчас отдыхала на Мальдивах.

«Значит показалось? Да, не пох*й ли вообще? Даже если кто–то проникнет, в доме нет улик. Здесь вообще ничего нет» – блондин пожал плечами и прошел в гостиную, откуда намеревался выйти в кухню и промочить горло водой.

Спокойно ступая по светлой гостиной, двигаясь по направлению к кухне, он вдруг замер и понял, что находится в доме не один. Не прошло и минуты, как пришлось обернуться и увидеть в кресле своего гостя.

– Ты бл*ть кто?

Глава 04.

Целеполагание.

«Почему же он такой хороший?» – только один вопрос возникал в ее голове, когда этот парень иногда заскакивал за своим утренним кофе.

Каким–то неведомым образом сложилось так, что он всегда попадал в ее смену. Вот уже третий или четвертый раз подряд, он обворожительно улыбался, легкомысленно шутил и желал ей хорошего дня. Эти слова согревали самые холодные и темные чертоги чужой души. Больше всего прочего, прельщала мысль о том, что этот миловидный парень смог уберечь ее от смерти. Но это же и злило.

Когда она уже готова была расстаться с жизнью, он встал у нее на пути, а теперь ей все никак не удавалось решиться снова на этот отчаянный шаг. В тот момент, ей завладевали сильные негативные эмоции, потому единственное желание – избавиться от них любым способом. А вот что касается сегодняшнего дня, Эвелин почему не находила в себе силы, чтобы оборвать собственную жизнь. Но и жить так больше не хотелось. У нее не было никаких планов, так как они все заканчивались плохо. Зачем снова ставить какие–либо цели, чтобы потом разочароваться в том, что не можешь их достичь?

Желание жить, так же отбил очередной звонок от матери, с которой они хоть и поддерживали отношения, но делали это абсолютно без всякого человеческого тепла.

Просто обменивались информацией как чужие люди. Иногда, когда мать звонила, то напоминала, что ее дочь – полное ничтожество и лучше бы та совсем не появлялась на свет. Так же случилось и при последнем разговоре. Это снова повергало в состояние стойкой ненависти к своей невзрачной персоне.

И тут, когда тот симпатичный парень, вдруг поинтересовался как ее ожог, то Эвелин пришла в голову жуткая мысль:

«Я хочу, чтобы он меня убил».

Эта идея стала парадоксальной, но слишком привлекательной. Она внезапно подумала, что хочет перед смертью видеть его красивые желтые глаза, хочет, чтобы именно он стал темным жрецом, который заберет ее душу. Остановить эти мысли было невозможно. Охваченный манией разум то и дело прокручивал перед глазами картины собственного убийства этим прекрасным созданием. По своей былой привычке, Эвелин начала наблюдать за ним, когда тот даже не догадывался об этом.

Эвелин предложила ему оформить бонусную карту и без лишних колебаний Крис (тогда она узнала его имя) согласился. Он без проблем заполнил анкету клиента и поделился важной информацией. Помимо имени, так же написал свой адрес, а еще и дату рождения. Заполучив эту информацию, ей легко удалось найти его страницу на фейсбуке. Написать она не решилась, так как боялась снова получить отказ во взаимности. Теперь ее каждодневным занятием стало просматривать его профиль по нескольку раз, любуясь такими манящими фотографиями. Кристофер смотрел на нее сквозь экран смартфона с легкой улыбкой. На фото преимущественно он был один, поэтому ей показалось, что у него нет второй половинки. Но не это было главное. Важнее всего, что за пару недель наблюдений за чужим профилем, он стал для нее особым человеком. Без колебаний Эвелин могла сказать, что влюбилась в него. В эти жилистые руки, вены, что синевой реки разливались на светлой коже. Скулы, острые, будто бы отсеченные от камня скалы, так они проявлялись на чужом лице. Но самое поразительное оставались желтые, ясные как луна его глаза, глубина которых, измерялась уровнем моря.

Вскоре, просто смотреть стало недостаточно, поэтому ей захотелось узнать о нем немного больше. И тогда на руку пришлось то, что он указал свой адрес. Конечно, всегда была вероятность того, что Крис обманул, но каково же было удивление, когда Эвелин приехала по указанному адресу, и это вправду оказался его дом. С этого дня наблюдать за ним, в свое нерабочее время стало новым смыслом жизни. Чем больше она наблюдала, тем сильнее укрепляла мысль о том, что хочет быть убитой им. Хотелось, чтобы хотя бы уход из жизни соответствовал задуманному плану, если уж сама жизнь пошла по причинному месту.

Благодаря тому, что она проводила все свое свободное время неподалеку от его дома, ей удалось стать свидетелем разных событий. Например, узнать, где хранится запасной ключ от дома. Поэтому пробраться внутрь стало не слишком уж тяжелым испытанием. Она видела, как вечером накануне, парень загружал в свой автомобиль черный большой чемодан, а так же разговаривал с соседкой, рассказывая о том, что на несколько дней уедет из города.

«Грех не воспользоваться такой возможностью… Я хочу посмотреть, как он живет» – подумала Эвелин, после того, как услышала эту информацию.

Когда машина отъехала, она выждала еще час, после этого нашла запасные ключи, которые парень хранил под одной из не прибитых половиц на крыльце. Так вышло, что как–то раз после ночной смены, Кристофер оставил свои ключи в больнице. Поэтому на случай, если вдруг ему потребуется доступ домой, у него был дубликат. Это тоже была своего рода мера предосторожности. Правда, ему было невдомек, что кто–то за ним наблюдает и знает о его маленьких секретах.

Проникнув в дом, Эвелин почувствовала себя на седьмом небе от счастья. Она не стала включать свет, чтобы не привлекать внимание соседей. Прежде всего, ей хотелось узнать о нем что–то личное, которое могло бы рассказать, чем живет Кристофер Хант на самом деле. Его дом выглядел так же стильно и новомодно, каким и был сам Крис. В интерьере преобладали светлые тона и глянцевые поверхности. В доме не было много вещей. Строгий минимализм, идеально расставленные предметы, все на своих местах. Даже дышать было страшно, чтобы не нарушить границ этой стерильности. Из немногочисленных предметов, она приметила для себя семейную фотографию, что стояла в рамке, на одной из полок. Кристофер был не похож на своих родителей. Это очень бросалось в глаза, но разве все дети должны быть копией? Своего рода это было даже забавно, что в семье, где мама и папа не блистали красотой, родился такой сын.

Эвелин обошла каждый закуток, заглянула во все комнаты. Благо их было немного. План дома был примерно таким: на первом этаже кухня, гостиная, кабинет и санузел. На втором комната для гостей, спальня, кладовка и так же уборная. Блуждая по его спальне, Эви провела кончиками пальцев по красным шелковым простыням, рассуждая о том, как много женщин получало удовольствие на этой кровати.

«Наверняка очень много… Ему невозможно отказать в сексе, если он захочет».

Она совсем не следила за счетом времени, не обращая внимания, что провела в чужом доме несколько дней. Ей хотелось дышать ЕГО воздухом, сидеть в ЕГО кресле, и пить из ЕГО чашки. Полная одержимость, сводящая с ума. Это чувство было даже намного лучше, чем тогда, когда Эвелин была увлечена Дэвидом. В этот раз, объект любви даже не был близко знаком ей. Это и заставляло фантазировать, да так, что руки не находили себе места. Хотелось прикасаться к каждому принадлежащему ему предмету. Не замечая этого, руки сами тянулись к различным ящикам, выискивая что–то особенное то, что раскрыло его личность. И оно нашлось.

В прикроватной тумбе, помимо презервативов и смазки, нашлось кое–что личное – потрепанный альбом лежал там поодаль в глубине ящика. Неконтролируемое любопытство, заставило взглянуть, что же скрывает парень?

Бумага зашуршала в ее руках. Она почувствовала, как ноги задрожали, а губы сами по себе сомкнулись от напряжения. На старых страницах скрывались темные во всех смыслах рисунки. Оторванные конечности, разрезанные тела, голых женщин и различные орудия пыток, красовались на каждом листе альбома. Эвелин чувствовала охвативший, вязко растекающийся по сознанию ужас. Но не могла перестать смотреть.

«Если все это его темные фантазии – значит, он может сделать это и со мной?» – подумала Эви, сама еще не зная, страшно ли от этого или нет.

Впрочем, разве не она все время мечтала о смерти от этих божественных рук? Даже если так, но все же ей не хотелось испытывать серьезные мучения перед смертью. Предстоял сложный выбор.

«Но разве если я останусь в живых, меня ждет хоть что–то хорошее? Наверное… И вправду лучше погибнуть в руках такого…красивого человека, чем страдать от своей уродливой жизни?» – она задумчиво посмотрела на картинку, где была изображена женщина с воткнутой в глаз вилкой.

Эвелин решила, что не отступит, поэтому пришлось остаться в доме до возращения своего будущего убийцы.

Эти несколько дней она продолжала наслаждаться чужими угодьями. Свет, естественно включать было нельзя, но днем ей удалось вдоволь изучить все находящиеся в пределах видимости объекты. Удивительно было то, что кроме кровавых и жутких рисунков, в доме больше не имелось никаких улик, что могли бы обличить в Кристофере опасного маньяка. Поэтому у нее все еще возникали сомнения, а сможет ли он сделать это с ней.

Она дремала в кресле, что стояло в гостиной, так как не хотела посягать на чужую святыню, а именно кровать. Не зная, когда хозяин дома точно вернется, это был уже второй день, ее пребывания здесь. Поэтому, поддавшись сну, ей не удалось услышать, как приехал его автомобиль Эвелин резко вздрогнула, когда услышала его голос…

И вот теперь, Кристофер, раздетый до пояса появился прямо перед ней. Его накачанный пресс блестел от капелек пота, невесть откуда взявшихся. Ровный загар покрывал все тело, вплоть до линии трусов, лишь там виднелась светлая полоска, что не было изъяном. Скорее интриговало и заставляло фантазию работать, представляя, а что скрывается там ниже. Это зрелище заставило щеки налиться румянцем. Эви отвела взгляд, стараясь смотреть четко в пол, чтобы не вызвать негатива.

– Ну, дак бл*ть, какого хера? Кто ты такая? Что тут забыла? Ох, да насрать, я вызываю полицию, – Кристофер не стал дожидаться ответов на свои вопросы, а тут же поспешил за телефоном.

Однако стоило ему лишь повернуться к ней спиной, как вдруг почувствовал, как теплые руки обхватили его за ноги. Гостья буквально спрыгнула с насиженного места и, упав на пол, схватила со всей силой, не давая и шагу ступить. Крис мог психануть и просто пнуть ей коленом в лицо. Но вид девушки, что сидела на полу и дрожала, умоляя остаться, заставил все внутри перевернуться.

– Не уходи, постой! Я… Мы виделись в кофейне, помнишь?

Его взгляд упал на нее могильной плитой. Крис действительно вспомнил девушку, и даже ее странный вопрос, который прозвучал тогда. Он снова на мгновение поддался панике,

вдруг это агент ФБР или подружка какой–нибудь убитой им девки. Но быстро вернул себе холодный рассудок, Крис кивнул. Ему не было смысла разоблачать себя, поэтому следовало осторожно подбирать слова для того, чтобы понять кто же все–таки эта девушка.

– Ах, да, припоминаю. Но какого хера ты здесь забыла? Как ты вообще узнала… Ох, бл*ть, точно, анкета! С*ка, так и знал, что это какой–то развод. Так, все хватит. Убери свои ручонки. Я все же вызову полицию. Надо же, проникновение на частную собственность! Да, ты вообще больная!

– Стой! Нет… Не надо никакой полиции, я просто хочу поговорить! Ты ведь еще спас меня тогда! Не помнишь…

– Эм, когда ты ошпарилась? Ну, это нормально, я ж типа врач, клятву Гиппократа давал и все такое, – безразлично пожал плечами он.

– Нет… Но и за это тоже спасибо… Тогда на мосту… Я хотела спрыгнуть, а ты…еще сказал, что два трупа в одном месте это слишком много…

Его взгляд стал отстраненным, будто бы девушка произнесла какое–то запретное слово. Кристофер вдруг узнал ее лицо, и тошнота подступила к горлу. И вправду, даже тогда случайно встретив ее в кофейне, лицо показалось слишком знакомым, но придавать этому внимание было ни к чему. В своей жизни, парень общался с таким огромным количеством людей, что редко запоминал каждую встретившуюся на пути рожу. Но как смог забыть ту, что сам лично, так пристально разглядывал в ту ночь, прежде чем бросить на обочине трассы? Это казалось бредом, было персональной ошибкой, что и привела к такому плачевному положению дел. Он сделал глубокий вдох, стараясь успокоить разбушевавшиеся чувства.

– Я ведь просто пошутил. Неужели, ты приняла все это за чистую монету? – Крис улыбнулся и протянул руку, поднимая ее с пола. – Садись, давай поговорим, – он добродушно указал на кресло.

Эвелин решила согласиться и села в кресло, все еще чувствуя волнение, так как не знала, как продолжить разговор дальше.

– Прости, что залезла к тебе в дом… Я обычно так никогда не поступаю.

– Ты типа сталкер, да? Увидела симпатичного парня и решила, как сумасшедшая фанатка проникнуть сюда? Ну, и что? Уже успела украсть мои трусы или еще чего? – он фыркнул и обошел кресло, вставая позади.

От этих слов Эвелин почувствовала себя паршиво. Она и вправду действовала как сталкер, когда пробиралась сюда. Ей сложно было объяснить мотивы своих действий. Скорее одно большое «хочу» управляло разумом в тот момент. План о том, чтобы поговорить с ним о своем убийстве зародился намного позже, точнее только лишь после того как обнаружила кровавый альбом. Но он был не совершенен, ведь не могла же попросить его об этой услуге.

– Ну, и чего молчишь? – изучая ее затылок долгим взглядом, спросил он.

– Я не такая, как ты думаешь. Это просто…

– Просто что? Проникла в чужой дом, занималась здесь неизвестно чем, а теперь вдруг говоришь, что не такая? Пффф, прости, но в сказки я не верю.

Эвелин вдруг подумала, что для человека, который несколько минут собирался вызвать полицию, Кристофер ведет себя странно, словно намеренно растягивая разговор. А ведь на самом деле все именно так и было. Он не мог позвонить 911, так как боялся, что копы, которые приедут на вызов, будут задавать слишком много лишних вопросов. Ему ни к чему было привлекать внимание правоохранительных органов. Но и выпускать подозрительную девицу было слишком опасно.

«Оглушить и запереть вместе с той шл*хой? Но что если они вдвоем сговорятся и сбегут? А если убить? Черт, нет, если она работает под прикрытием, то значит, ее пропажа быстро всплывет. Тогда у меня не будет возможности даже придумать оправдание».

– Так, все меня это начинает злить! А ну живо, говори, зачем пришла?! – необузданно и грубо сказал Крис, желая испугать и выбить правду из чужой глотки.

И это сработало. Когда тон его голоса изменился до неузнаваемости. Стал таким рычащим и разгневанным, то Эвелин вжалась в кресло, руки ее задрожали, а глаза едва ли не наполнились слезами. Ей стало страшно не от того, что этот человек может быть опасен, а от того, что она разочаровала и вызвала его злость. Поэтому мгновенно выпалила первое, что было на уме:

– Я хочу, чтобы ты убил! – в ответ воскликнула гостья.

Кристофер потерял дар речи и вдруг громко засмеялся, после внезапного признания. Он не знал, как реагировать на эти слова. Девушка и в самом деле оказалась чокнутой, поэтому, что можно с нее взять? Бедняжку можно было отпустить восвояси обратно в сумасшедший дом не более того. Но ее слова показались ему интересными. Парень вышел из–за кресла и поравнявшись с ней, присел на корточки, заглядывая в чужое лицо.

– Аха–ха–ха… Ты, бл*дь, серьезно? Убить? Господи, боже мой, ты реально долбанутая, – никак не мог успокоиться он. – Ох, детка, посмотри на меня. Разве я похож на убийцу? Я и мухи не обидел за всю свою жизнь. С чего ты вообще взяла, что я вообще могу пойти на такое?

– Но… – Эвелин растерялась от этих слов.

– И что вообще должно случиться такого, чтобы возникло желание сдохнуть? Слушай, у нас в клинике работает хороший психотерапевт. Хочешь, я могу записать тебя к нему… Давай так, ты сейчас едешь домой, ложишься спать, время–то ведь ранее, а потом набери меня и мы обсудим все вопросики, идет? – Крис взял ее за руку, словно желая успокоить.

Ей только и оставалось хлопать глазами. Этот добродушный тон не шел в сравнение с тем, криком, который прозвучал ранее. Можно было подумать, что она действительно выбрала не того человека для своей цели, если бы не один веский аргумент.

– Но те рисунки! Я видела альбом… Ты рисовал убитых женщин. Если это просто фантазия, то почему бы не реализовать ее со мной?! – с долей обиды, воскликнула она в ответ.

Боль сковала ладонь, которую резко сжал Кристофер. На его идеальном лице, появились глубокие морщины и желваки заиграли на скулах. В одночасье маска добродушного парня была разбита. Он и так чувствовал себя слишком уставшим, чтобы думать о том, как избавиться от назойливой и поехавшей девки, а тут еще и вскрылась жуткая правда. До потери самообладание отделало лишь несколько секунд. Казалось, он будто бомба с обратным отсчетом. Словно, когда таймер дойдет до 0, то произойдет нечто ужасное.

– Ты рылась в моих вещах?

– Я… Просто… Прости, это вышло случайно. Точнее не совсем, но… – ее словарный запас иссяк.

– Ах, вот как? И что скажешь, понравились рисунки? – все тем же отстраненно холодным голосом спросил Крис.

– Я… Не знаю, они такие жуткие и пугающие… Просто если ты хочешь кого–то убить, то почему бы не сделать этого с тем, с кем у тебя не будет потом проблем? Меня никто не будет искать, у меня нет таких людей для которых моя жизнь что–либо значила. Я…хотела сброситься с моста в ту ночь, но ты почему–то решил вмешаться. Поэтому возьми на себя ответственность за мою жизнь. Только единственная просьба, я не хочу, чтобы мучения длились слишком долго. Поэтому прошу, не мучай меня… Можешь изуродовать мое тело после того, как уже убьешь. Или можно накачать наркотиками. Мне бы не хотелось умирать в тяжких муках.

Она рассуждала на тему своего убийства слишком серьезно. Так, словно действительно все продумала и уже давно приняла решение. Кристофера это даже порядком раздражало. Ему было не по нраву, что кто–то приходит и командует, что ему сделать. К тому же, он не относил себя к сумасшедшим маньякам–убийцам. В основе его действий все так же лежала мысль, что убитые им девушки, заслужили быть убитыми. А тут какая–то девица, появляется в его доме и говорит такие странные вещи. Но в целом, это его заинтриговало. Скука, что преследовала парня вот уже некоторое время, сменилась интересом. Он вдруг решил поиграть с ней и спросил:

– А ты когда–нибудь видела, как умирают люди?

Глава 05.

Ангел–хоронитель.

– Чего? – раскрыв рот, только и оставалось спросить ей.

Кристофер поднялся на ноги и улыбнулся непривычно отчужденной, клыкастой улыбкой. Его желтые глаза, вдруг, сосредоточенно уставились на Эвелин. От этого ей было не по себе. В миг тот о ком она фантазировала все эти двое суток, изменился до неузнаваемости. Ничего из того, что ей так понравилось в этом парне будто бы и не осталось. Поменялась и сама атмосфера вокруг них. Воздух словно наэлектризовался. Напряжение возросло. Становилось тяжело дышать от волнения.

– Ты хочешь умереть, но не видела, как люди умирают? Странно, не находишь? Я…могу выполнить твою просьбу, только если ты выполнишь мою, – уклончиво проговорил блондин.

– И что же ты хочешь?

– Ничего такого… Просто хочу, чтобы ты посмотрела. Пойдем со мной, я кое–что тебе покажу, – он протянул руку, помогая ей подняться.

И вот снова все стало таким же спокойным, как было за минуту до странного вопроса. Настроение Кристофера менялось так стремительно, что сложно было поспеть за этим. Эвелин не посмела проигнорировать его просьбу, совершенно не чувствуя никакой опасности, во всяком случае пока. Она поднялась с кресла и поспешила следом за парнем.

Они вышли из дома в гараж, где была припаркована его большая серебристая машина. Эви помнила марку авто, ведь видела, что она выезжала пару дней назад, как раз когда он поехал в аэропорт. Джип – такой, какой обычно бывает у всех настоящих мачо, с высокими колесами и кожаными креслами внутри. Правда, казалось, что такая машина не совсем подходит ему. Уж слишком громоздкая и неповоротливая. Этому светловолосому парню скорее подошел бы спорткар. Разве что размером машины, тот компенсировал что–то другое.

Не обращая внимания на то, что делает Хант, она продолжала размышлять о габаритах машины, как вдруг щелчок привлек ее. Взгляд направился на источник шума. Оказалось, что Крис отодвинул рабочий стол и открыл люк, ведущий ниже в подвал. Ей в пору было испугаться, но внутри не было страха, только любопытство.

– Идем, придется спуститься, – спокойно проговорил он и приглашающим жестом, позволил ей пройти вперед.

Вниз вела деревянная лестница, ступени скрипели от каждого шага. Благо, что по одной из сторон имелись перила, за которые можно было в случае чего схватиться. Свет зажегся автоматически, ведь здесь имелся датчик движения, который хозяин дома установил совсем недавно. Оценивая новую локацию, Эвелин поняла, что подвал переоборудован подо что–то похожее на бомбоубежище. Они спустились в небольшой коридор, впереди которого виднелась еще одна дверь.

– Прямо, – руководя процессом, подсказал Кристофер.

Она послушно пошла вперед, до сих пор прокручивая вопрос: зачем идет туда? Ей было сложно объяснить, что заставило послушать его. Возможно, где–то подсознательно, глубоко внутри это было следствием саморазрушительного образа жизни. Других вариантов ответа просто не находилось.

Кристофер шел позади, и настроение его стало каким–то загадочно игривым. На лице то и дело блестела улыбка, которую даже не пытался ее скрыть. Ему нравилась такая покорность своей новой знакомой, тем более, она не задавала лишних вопросов, что несомненно, падало монеткой в копилку плюсов.

Они дошли до крепкой двери и тут он поспешил проинструктировать ее.

– Я введу пароль, дверь откроется, зайдешь первая, потом я, поняла?

Эвелин лишь кивнула и послушно выполнила все, что проговорил он. Ей хотелось быть податливой хотя бы потому, что Крис был добр по отношению к ней. Во всяком случае, он не прогнал ее после того как услышал эту сумасбродную просьбу. Может быть, дело было в том, что он изначально вел себя по отношению к ней нормально, а не так как остальные люди?

Как только послышался писк, то дверь мгновенно распахнулась. Стоило только зайти внутрь, как вдруг ее оглушил громкий визг, кто–то моментально сбил с ног, вцепляясь в лицо острыми ногтями. Эви даже не успела отреагировать, падая на спину и инстинктивно закрываясь руками. Само собой это ошеломило, все тело оцепенело от страха.

– Ублюдок! Тварь! Скотина! Подонок! СДОХНИ! СДОХНИ! – истошно кричал кто–то нечеловеческим голосом.

Эвелин лишь тихо вскрикнула и широко распахнула глаза глядя на то, как ее осыпает ударами, какая–то незнакомая раньше девушка. Чужое лицо напротив было покрасневшим от слез, а в углу лба виднелась кровавая рана. Нападавшая, резко остановилась и удивленно воззрилась на нее. Ее ладонь заткнула чужой рот, будто бы испугавшись, что Эви вдруг позовет того ублюдка.

– Ты с ним заодно?! Кто ты, блин, такая?! Зачем пришла сюда?! Или… он тоже похитил тебя? Черт… Скажи хоть что–нибудь?! Скажи, не молчи! – снова истерично завопила светловолосая девица.

От страха и ужала Эвелин не находила в себе сил, чтобы сказать что–то ей в ответ. Она совершенно не понимала, что происходит вокруг, кто эта девушка и почему ее держат здесь? Пазлы никак не складывались в единую картинку. В голове не было ничего кроме желания как можно скорее выбраться из этого места. Эви неуверенно дернула головой и попыталась подняться на ноги, но незнакомка прижала ее руки обратно к полу.

– Ответь мне! Ответь! Где он?! Почему я здесь?! Я не могу…мне так страшно… Боже…

– Я… Я не знаю… – прошептала Эвелин. – Мы просто шли по коридору, он сказал, чтобы я зашла первая….

– Да, бл*дь! Какого хера?! Что за х*йню ты несешь?! ВЫПУСТИ МЕНЯ ОТСЮДА!!!!! – ее глаза снова озверели, и та от своего собственного бессилия снова стала колотить руками по чужому лицу.

– Ай–ай–яй, девочки, хватит ссориться из–за меня. Меня хватит на всех, – дверь вновь распахнулась, Кристофер зашел внутрь.

Взбесившаяся девушка, бросила попытки избить Эвелин, поднялась на ноги и тут же с кулаками рванула к нему. Но он легко поставил ей подножку, из–за чего она споткнулась и пошатнулась. Впрочем, это не помешало удержать равновесие, тогда Крису ничего не оставалось, как толкнуть ее плечом и сбить с ног. В этот момент пленница свалилась на пол, рядом с Эвелин, которая все так же лежала, тихо как мышка, и казалось, что никак не реагировала на происходящее безумие.

Желтые глаза окинули обоих лежавших на полу женщин. Он ногой придавил свою первую жертву, но смотрел все же на Эвелин, оценивая ее расцарапанное лицо. Губы дрогнули от разочарования. Ему определенно не понравилось увиденное. Тогда маньяк склонился над похищенной и злобно усмехнулся.

– Если бы я зашел первый, то ты бы накинулась на меня? Я, бл*дь, ясно тебе сказал: не портить мне настроение. Тогда, какого х*я?! Нет, ты бл*дь, реально мне нерв подняла сейчас этой своей тупорылой выходкой!

– Да, пошел ты нах*й, урод! Меня найдут…. Обязательно найдут! Ты еще не знаешь, с кем связался!

Его пальцы резко вонзились в волосы и с силой оторвали тело от пола, кидая в противоположную сторону. Аманда, что и до этого пострадала в автомобильной аварии, потому была в явно проигрышном положении, отлетела к стене как игрушечная кукла. Ей нужно было несколько минут, чтобы прийти в себя и попробовать подняться. Крис тем временем наклонился к Эвелин, и осторожно помог ей встать с пола.

– Помнишь, ты говорила, что хочешь умереть? Я сделаю все, что ты попросишь, только с одним условием. Я хочу, чтобы ты неотрывно смотрела. Если отведешь взгляд, то… Это очень огорчит меня. А я не люблю огорчаться. Понимаешь? Вон, кое–кто уже испортил мне настроение, видишь, к какому результату это привело? Ты же умная девочка, поэтому делай, как я говорю.

Его руки осторожно обвили ее за талию, и он подвел Эвелин к кровати, указывая, куда следует сесть. Она боялась поступить неправильно, поэтому вела себя тихо, выполняя то, о чем ее просят. В конце концов, все еще была неясна картина происходящего. Кто знает, что это за девушка, и по какой причине она оказалась в этом положении?

Аманда пришла в себя и неловко стала подниматься на ноги. Ее шатало из стороны в сторону, словно девушка была глубоко пьяна. Однако с того момента как в ее организм поступил алкоголь, прошло достаточное количество времени, чтобы он уже выветрился. Поэтому потеря координации – последствия применения грубой физической силы. Кристофер же, впрочем, не брезговал использовать кулаки, пуская их в ход против тех, кто априори был слабее его самого.

Парень уверенно поспешил к светловолосой девушке, что едва держалась ровно, прижимаясь спиной к стене, чтобы не упасть. Когда он сделал шаг к ней, она испуганно отошла назад, но отступить совсем некуда. Это было сравнимо с тем, будто бы хищному зверю на кормежку кинули живой корм. Они были в изолированном пространстве, поэтому от него было не сбежать. Растягивая свое собственное удовольствие, а именно этот перепуганный взгляд, что хаотично носился туда–сюда в поисках спасения, Крис не спешил разобраться с ней слишком быстро. Его шаги отличались нарочитой медлительностью.

– Что тебе нужно?! Пожалуйста… Умоляю… Оставь меня в покое! Тебе нужны деньги? Секс? Боже… Я дам все что угодно, только отпусти меня… Эй ты, там! – она обратилась к Эвелин, продолжая вжиматься всем телом в стену, будто бы желая срастись с ней. –

Почему ты ничего не делаешь?! Этот псих похитил меня! Привез сюда! Что с тобой не так?! Разве ты не понимаешь, что он психопат, убийца и маньяк?! Он ведь убьет меня! Помоги!

Эвелин сложно было поверить в правдивость сказанных слов, ведь Кристофер еще не причинил ей никакого вреда, в отличие от этой девушки. Однако поведение своего кумира и вправду пугало. Она не знала, как ей стоит поступать, потому оставалось только замереть и ничего не предпринимать. Это был главный девиз по жизни. Просто остановиться и ничего не делать, чтобы ситуация не стала еще хуже.

Кристоферу же очень не понравилось, как самоуверенно ведет себя жертва. Потому ему можно было не церемониться, а сразу приступать к жестокой расправе. Он подошел к ней вплотную, зажимая у стены. Одна руку с резким стуком впечаталась в стену рядом с этим красивым женским личиком. В тот момент, Аманда только и могла, что зарядить ему коленкой по яйцам. Но подобный прием был предсказуем, поэтому он сразу же перехватил ее ногу в момент удара, не давая достигнуть цели. Его глаза подозрительно сузились. На лице снова заиграли желваки. Псих едва контролировал свою злость.

– Тупорылая шл*юшья дрянь… Неужели, ты серьезно думаешь, что кто–то здесь собирается тебя спасать? Хотя, всякое возможно…

–Нет–нет–нет! Не трогай, отпусти меня…Дастин, ты же не злодей, зачем тебе это?!

Он обхватил пальцами ее шею и с яростью принялся душить девушку. Аманда в ответ на эту грубость, тоже вытянула руки и схватила его за предплечье, в попытках бесполезного сопротивления. Та сопротивлялась со всем отчаянием и рвением, на которое только была способна, не понимая того, что чем больше брыкается и отбивается, тем быстрее выбивается из сил. Однако хватка, с которой он сжимал тонкую, вытянутую как у лебедя шею, была невероятно крепкой. Словно пальцы состояли из железа, как металлический прут, обвивая все вокруг, без возможности развязать его. От напряжения на руках вздулись ярко–синие вены, а глаза бедной девчонки начали закатываться. Из–за нехватки кислорода ее лицо побагровело, она начала задыхаться. И едва ли только она только попыталась сделать судорожный вдох, как рыба смыкая губы, то Крис резко разжал свои пальцы.

Аманда шлепнулась на пол и начала быстро глотать поступающий прямо в легкие воздух. Она закашлялась, из ее покрасневших глаз, полились слезы, а на шее остались сияющие красным цветом следы. Он посмотрел на нее сверху вниз. При этом взгляд оставался таким же отстраненным. Не давая перевести дух, Хант схватил девчонку за волосы и потащил прямиком к кровати, где сидела гостья.

Эвелин все так же находилась в каком–то странном оцепенении. Она боялась даже подавать голос, то что разворачивалось прямо перед глазами, буквально ломало ту идеальную картинку мужчины из своих фантазий. Теперь на свет явилась страшная тайна – он психопат. Кристофер, в самом деле, сможет прикончить не только ее, но и эту девушку. В голове все никак не находилось ответа: а до сих пор ли хотелось погибнуть от рук этого страшного и жестокого человека?

– Ну, и как тебе такое? Хочешь, я могу придушить тебя. Это будет смерть от асфиксии. Не самая приятная, но и не такая мучительная.

– Не…не знаю… Я не знаю… Нет, не хочу, – отстраненным шепотом ответила она.

Раздались всхлипы. Девушка, волосы которой, он по–прежнему сжимал в своих руках, не давая ей куда–либо рыпаться, разрыдалась от ужасного бессилия. Ей стало до отчаяния страшно от того, что это место станет последним, что она увидит в своей жизни. Ее ослабевшие руки, потянулись к Эвелин и прикоснулись к колену.

– Пожалуйста… Умоляю… Умоляю… Скажи ему остановиться. Я не хочу… Я не хочу умирать, это так страшно… Мамочка, пожалуйста… Мама, спаси меня…

Она мгновенно вздрогнула и прижала ноги к груди, обхватывая их, скукоживаясь в позу эмбриона. Глаза Эвелин также наполнились слезами. Она никогда не хотела, чтобы кто–то умер вместо нее, а тут какая–то незнакомка, которая хоть и напала на нее, но все же не заслуживала смерти. Холодное прикосновение к себе, вызвало брезгливость и все тот же липкий ужас. Ее резко затошнило от происходящего. Захотелось вскочить и рвануть к двери, чтобы спасти себя от подобной участи.

– Тссс… Убери свои руки, – негромко сказал Крис своей жертве и безумно улыбнулся.

– Умоляю… Прошу… Пожалуйста… Он ведь убьет меня! Сделай же хоть что–нибудь! Помоги! Спаси меня!

Чужое лицо с ужасным треском соприкоснулось с бетонным полом. Раздался нечеловеческий крик боли. Эвелин задрожала и закрыла глаза руками, не в силах заставить себя смотреть на то что будет дальше. А тем временем, удары продолжали доноситься до слуха. Чавкающий звук, вперемешку с оглушающими воплями, рисовали в фантазии страшные сцены.

– Остановись! – вскрикнула единственная зрительница. – Не надо… Я не хочу видеть… Не хочу… Не хочу… Не надо… Не убивай… – она шмыгнула носом.

– Вот как? Ну, что же ты сразу не сказала. Могла бы просто попросить. Ты ведь здесь все–таки в гостях, а желание гостя – закон. Но…вот в чем загвоздка. Скажи, ты все еще хочешь, чтобы я тебя убил?

– Нет.., Да… Не знаю! Я не знаю… Я просто хочу, чтобы все это закончилось, – ответила Эви, все так же, не поднимая своего взгляда.

– Спаси…бо – хриплым голосом, прошептала в ответ Аманда, ее нос оказался разбитым и из него хлестала кровь. – Спасибо…

– Оууу, как мило, у вас тут типа женская солидарность и все такое? – хихикнул Крис. – Нет, детка, так не пойдет. Ты влезла в мой дом, просила убить себя, а когда я предложил посмотреть, как по–настоящему умирает человек, вдруг даешь заднюю? Мы так не договаривались. А еще… Ты, бл*дь, отвела взгляд! Я что тебе, с*ка, сказал?! Я сказал смотреть! Вот смотри и наслаждайся! – он вдруг резко стал совсем неуправляемым.

Вся злость, что плохо поддавалась контролю, тем не менее была хотя бы сдерживаема, вдруг обрушилась на бедную Аманду. Он начал без разбору и остановок колотить ее лицом об пол. Ярость, которая управляла Кристофером, была подобна разрушительной силе природы, когда ты ничего не можешь противопоставить высшим силам. Девушка кричала, выла и рыдала уже даже не от страха, а от тех невыносимых мук, которые пришлось испытать. Крис, не останавливаясь, вдалбливал чужое лицо в твердую поверхность, будто бы желая пробить дно. Кровь хлестала во все стороны, оставляя капли на всем, куда попадала. В какой–то момент хрипы и крики просто оборвались, но он продолжал превращать былое красивое личико в одно сплошное мясо, как будто единственной задачей было превратить его во что–то неузнаваемое. Так, Крис не заметил, как продолжал вколачивать в пол уже мертвое тело, что теперь не трепыхалось и не дышало. Его жертва просто болталась будто какая–то игрушка.

Эвелин не видела происходящего, только слышала эти тупые, шмякающие удары. Она не могла позволить себе раскрыть глаза и увидеть страшную картину. Хотелось верить, что все происходящее просто страшный сон. Когда она забиралась в этот дом, то и представить не могла того, что этот милый, добрый и красивый человек способен на такое. Хотя следовало бы забить тревогу, как только обнаружилась жуткая находка. Из глаз непроизвольно текли слезы. Их никак не удавалось остановить. Ничего больше нельзя было поделать, только трястись от ужаса и рыдать, в надежде на то, что ее он не тронет.

– Чего хнычешь? Хочешь, я могу тебя так же прикончить? Ну же, соглашайся. Сегодня две по цене одной – фыркнул Крис, наконец–то отпуская мертвую девушку, брезгливо отряхивая руку.

– Не…нет… Я не хочу так… Зачем ты… Почему… Она ведь просила… – слова все никак не складывались в предложение.

– Я? Я тут вообще не причем. Это ты – идиотка, которая решила, что сдохнуть это так просто! Пришла ко мне, не имея представления о ценности жизни, попросила, чтобы я тебя убил. Ты хоть в своей башке думала о том, что значит сдохнуть? Это никакая–то игра с возможностью перезапуска, если умрешь, то точки возврата уже не будет. Ты тогда на мосту, поступила как *баная эгоистка, и сейчас так же. Думаешь, умирать – это весело и задорно? Я же, открыл тебе глаза. Могла бы сказать спасибо, а не распускать сопли. Вы ведь все такие. Позеры, не способные ничего довести до конца. Хотела бы – давно бы уже все сделала, а не стала искать лишний повод пожить чуть дольше. Решила, переложить на меня ответственность за свою дерьмовую жизнь. Нет, детка, так не пойдет. Ты либо берешь и делаешь, либо не делаешь вообще. А теперь… Вставай!

Но она не могла оторвать себя от кровати. Казалось, что если поднимется, то обязательно увидит последствия убийства. Поэтому сохраняя свою психику в целостности, Эвелин все так же дрожала и не выполняла чужую просьбу. Тогда Крис сам схватил ее за шиворот и скинул с кровати. Она упала в лужу крови и тут же заверещала. Распахнув глаза, напротив нее лежало изувеченное до неузнаваемости лицо. Желудок скрутило, горло непроизвольно сжалось, рвота вырвалась на пол, перемешиваясь с растекающейся кровью.

– Ой–ой–ой… Бл*дь, ты прикалываешься?! Мне ведь и так тут придется все мыть, дак вот ты вообще сейчас не помогаешь. Бл*, хорош, ломать комедию, вставай.

Он подхватил ее за локоть и сам поднял на ноги. Эвелин штормило из стороны в сторону. Как только ее тело приняло вертикальное положение, то она вдруг уткнулась ему в плечо и продолжила тихо плакать. Крис закатил глаза, так словно хотел посмотреть, что у него скрывается с той стороны головы. Но ничего предпринимать не стал. Ему не казалось, что эта девчонка чем–то провинилась перед ним. Да, забралась в чужой дом, но лишь потому, что у нее беды с башкой, а это не причина для убийства.

– Что ты теперь хочешь? Все еще намереваешься отправиться к праотцам?

– Нет… Нет… Домой, я хочу… домой, – прошептала она, вдруг на миг забыв про свои слезы.

Эвелин посмотрела на него умоляющим взглядом, таким, словно этот человек был ее персональным Божеством, которому теперь она будет приносить дары и молить о своих глубинных желаниях. Этот страстный, но не пошлый взгляд, в котором буквально царит полное подчинение, вызвал жуткий зуд в штанах. Его зрачки расширились, заполняя чернотой все пространство глаз. Крис не сводил с нее взгляда. Это зрелище, произвело даже больший эффект чем само убийство. Вот уже некоторое назад, интерес к убийствам стал угасать, однако теперь снова удалось почувствовать нечто, что испытал, когда убил впервые. Он вдруг отошел от нее, из–за чего Эвелин снова всхлипнула, испугавшись, что теперь ее желание, быть убитой, осуществится.

– Тогда нужно попросить меня как следует… На колени.

И она подчинилась, опускаясь на пол, пачкая свою одежду всеми теми жидкостями, что заполонили пространство. Но как бы ей не было противно, Эвелин не могла показать этого, в ужасе, что подобное только разозлит маньяка. Она подняла голову вверх, продолжая смотреть на него все тем же, не умоляющим, а обожествляющим взглядом, его одного, единственного и неповторимого.

«Будто бы я ангел–хранитель… То есть хоронитель» – хихикнул про себя Крис.

Его ладонь, которая недавно сжимала горло убитой девушки, легко коснулась чужого подбородка. Во взгляде возник желанный интерес. Попавшая в дом по роковой случайности девушка, теперь стала интересной фигурой в его обыденной серой жизни. Она обладала совсем невзрачной внешностью по сравнению с той, которую только что прикончил Крис, но между тем, в этой странной чудачке было что–то такое, что ему еще предстояло разгадать.

– А теперь скажи: я хочу жить, – тихим голосом приказал блондин.

Глава 06.

Моральный выбор.

Само собой, ей хотелось ослышаться, ведь эти слова различались по смысловой нагрузке с тем, зачем именно она сюда пришла. В горле встал ком, а первый ужас сошел на нет. Шоковое состояние, что заставило бояться смерти, исчезло. Она не могла выдавить из себя эту мольбу. Как будто бы, если попросит, то предаст сама себя и потеряет навсегда возможность, оставить эту жизнь. Поэтому, продолжая стоять на коленях, они уже стали саднить, девушка молчала.

– Какого хера? Ты что воды в рот набрала? Что, хочешь сдохнуть также как она ? – спросил он, немного наклонившись к ней.

– Я… Нет, не так же… Без насилия. Ты ведь можешь сделать это так будто бы я твоя пациентка, которой осталось жить совсем недолго?

– Ахахах…. – засмеялся Крис и взъерошил волосы. – Бл*ть, что за ролевые игры? Ну, что за детский сад. Походу, пора заканчивать с тобой, – он схватил ее за горло, но не поспешил перекрыть воздух.

Кристофер вдруг задумался о том, что у него не возникло внутри извращенного желания убить. Не было даже малейшего намека на то, чтобы грохнуть эту сумасшедшую. К тому же, парень не считал себя каким–нибудь маньяком психом. Да и типаж этой блеклой девчонки, совершенно не подходил под тот, что нравился ему.

Она же в ответ на этот акт агрессии, зажмурилась, приготовившись к тому, что с ней разделаются точно так же. Но почему–то он медлил, что вызывало еще больше паники в голове. Эвелин и вправду не хотела слишком страдать перед своей погибелью, но не знала, что может прийти в чужую голову. Она сглотнула. Он почувствовал участившийся пульс своими пальцами. Крис не хотел показаться неуверенным и робким. Эвелин в свою очередь боялась, лишь того, что это продлиться дольше, чем нужно. Но почему–то ничего не происходило.

– Бл*, я понял! – вдруг воскликнул Кристофер и отпустил горло. – Ты *банная мазохистка! Получается, что чтобы я не сделал – ты получишь от этого кайф. То есть если я буду угрожать убийством, то сделаю тебе одолжение! Нет уж, знаешь, что?! Да пошла ты нах*й. Я не собираюсь идти у тебя на поводу. Найди для этих целей кого–нибудь другого.

Эвелин не знала, что ответить на эти упреки, прозвучавшие в ее адрес. С другой стороны, следовало молить Бога о том, что этот псих решил оставить ее в живых. Но теперь уже и это стало казаться верхом ее неудач. Неужели любое задуманное желание будет граничить с разочарованием и горечью? Прикусив губу, она поднялась на ноги, задрожала и всхлипнула.

– Почему?! Неужели, я недостаточно хороша для того, чтобы ты убил меня? Что со мной не так? Скажи… – вдруг осмелев, с упреком спросила она.

Эта выходка показалась ему столь же забавной, как и сама девчонка. Крис задумчиво погладил подбородок и взглянул на гостью, размышляя над ее претензией.

– В этом подвале еще не происходило подобного сюрреализма, – хихикнул он. – Ты что считаешь, что я какой–то безумный псих, который убивает всех без разбору? У меня вообще–то есть свои критерии, и ты в них не вписываешься. Поэтому будь хорошей девочкой. Забудь то, что тут было. Поезжай домой, проспись и все будет ништяк.

– А если…нет? Что если, я пойду в полицию, как только ты выпустишь меня отсюда? Разве не проще… Убить лишнего свидетеля?

Это была непростительная ошибка говорить такое тому, кто несколькими минутами ранее жестоко расправился с другой девушкой. Как только Эвелин озвучила эти слова, то бешенство заполонило его в ту же секунду. Кристофер даже не подумал сдерживать себя. Он налетел на нее стремительно и грубо толкнул, впечатывая в стену. Эви и без того не славилась спортивным телосложением, поэтому даже если бы захотела, не смогла бы дать ему отпор. Вжав ее лопатками в бетонную стену, его глаза сверкали от злости.

– Что ты там вякнула? – угрожающе спросил он.

– Я сообщу полиции о том, что видела, если ты…не убьешь меня.

– Да кто бл*ть, нах*й тебе поверит?! Серьезно?

Крис замахнулся на нее и вдруг увидел всю решительность, отражавшуюся в ее глазах. Как будто бы попал в какую–то нелепую ловушку. Ему не нравилось, что эта тварь вдруг начала диктовать свои правила. Хант сжал руку в кулак, но заметил, как девушка задрожала, стоило ему лишь немного пригрозить физической расправой. Он наклонился к ней ближе и шепнул на ухо:

– Послушай, зачем тебе это? Даже если ты пойдешь в полицию, то я скажу, что ты была моей сообщницей в этом деле. Посмотри, на твоей одежде кровь этой шл*хи. По всему дому ты оставила кучу своих отпечатков. Подумай, кому они поверят больше: успешному врачу–хирургу или сумасшедшей, которая пробралась в чужой дом? Ты не в тех условиях. Но попытка засчитана. Только по этой причине, я не сделаю тебе больно.

– Но почему… Почему ты не хочешь убивать меня? Неужели, я не слишком хороша для тебя? – все тем же дрожащим голосом спросила Эвелин.

– А что если, наоборот, слишком хороша? Давай оба успокоимся и оставим твои попытки уйти из жизни до лучших времен? Ты хотела, чтобы я отвез тебя домой, давай так и сделаем.

Тот тон голоса, с которым проговорил все это Кристофер, не позволял отказать. В одно мгновение мужчина, что не мог совладать со своим гневом, превратился в милого и заботливого партнера. Невероятный и мягкий голос, звучал гипнотически. Эвелин посмотрела в его глаза, желтые, такие же как в ту злополучную ночь. Их сияние успокаивало ее. Она больше не хотела противиться. Подтверждением этого, стал спокойный кивок головой.

– Хорошо… Ты отвезешь меня домой?

– Вот и ладушки–лапушки. Ну, ты даешь, конечно, я отвезу тебя. Пойдем, мне нужно переодеться.

– Правда? Да… Хорошо, спасибо.

Крис протянул ей руку, но брезгливо отдернул, когда увидел, что та испачкана в крови. Стоило понимать, что сама кровь не вызывала у опытного врача хирурга никаких эмоций, но вот на теле Эвелин это было слишком примечательной уликой. Впрочем, как и на его джинсах. Потому единственным логичным решением было одно лишь простое действие.

– Снимай одежду, – приказал он.

– Что? Зачем? – услышав эти слова, в голосе зазвучала заметная тревога.

– Да, бл*дь, ты чего как девственница в брачную ночь? Думаешь, я буду тебя тр*хать? *бнулась, что ли в конец? Ты себя в зеркало–то видела? Просто ты вся перепачкалась, поэтому нужно избавиться от одежды. Справа дверь, видишь? Там уборная и душ. Хорошенько помойся, а я пока подумаю, во что тебя переодеть.

После этих слов Крис вышел за дверь, запирая девушку наедине с человеческим трупом. Эвелин осталась один на один с хаосом в своей голове. Высока была вероятность, что он не вернется, а оставит ее с гниющим телом. Теперь уже последний час стал казаться страшным и нереальным сном. В своих фантазиях, ей казалось, что смерть от его рук – деяние исключительно романтичное. Он обхватит пальцами ее тонкую шею, а перед глазами будет блистать только его благородная внешность. Однако на деле смерть была безобразным и безбожным процессом. Никакого флёра изысканности не было. Девица, которую маньяк забил до смерти была изуродована до такой степени, что теперь ее тело придется хоронить только в закрытом гробу.

«На что я надеялась? Я ведь видела все эти жуткие картинки…» – в голове наконец–то проклюнулись зерна сознательности.

Она поспешила в душ, чтобы смыть с себя все безобразие того ужаса, который произошел в этом месте. И снова состояние качнулось в другую сторону. Мозг охватила паника. Ей захотелось выбраться отсюда как можно скорее и забыть обо всем. Теперь уже своя жизнь опять заиграла другими смыслами.

Греясь о горячую воду, ей стало немного лучше. Кровь смешивалась с водой и легко стиралась с ладоней. Эвелин боялась, что пока он ищет для нее одежду, то быстро передумает и вернется с ножом в руке, чтобы убить и ее тоже. Но Кристофер уже дважды мог воспользоваться тем, чтобы избавиться от нее, но почему–то решил, что этого делать не стоит. Но кто знает, что взбредет в больную голову? А вдруг он уже расставляет ловушки? Эвелин оставалось только догадываться о том, что могло таиться внутри разума убийцы.

Из–за шума воды, она не слышала, как металлическая дверь лязгнула и снова отворилась. Крис вернулся и принес с собой свой старый спортивный костюм. А что еще мог предложить девушке этот заядлый холостяк? У него не было подходящей женской

одежды, а отпустить ее с явными уликами было делом глупым и лишенным смысла. Да и стоило ли отпускать?

Он тоже размышлял на эту тему, но не находил доводов, чтобы убить девушку. С одной стороны – она стала свидетелем убийства. А с другой – в ее глазах читалось всеобъемлющее обожание этого харизматичного убийцы, значит, отсюда следовало, что она не поспеет ослушаться его.

«А если посмеет, то я сделаю все, чтобы ей никто не поверил».

Вооружившись этой мыслью как данностью, он вернулся в подвал и зашел в душ без стука.

– Ты готова?

От неожиданности она вскрикнула. Его голос вернул к реальности. Выключив воду, Эвелин не поспешила выйти к нему, так как стеснялась показаться без одежды. Возможно, Крис почувствовал волнение, поэтому просто положил одежду на пол, а сам вышел. К слову, пока она принимала душ, он тоже успел переодеться и даже закинуть испачканные кровью джинсы в стирку.

Надев на свое голое и уродливое тело его мягкий флисовый костюм, Эвелин улыбнулась, проявленной о ней заботе. Никто и никогда еще не был так добр по отношению к ней. Она приложила рукав кофты к ноздрям судорожно вдыхая его запах. И снова помутнение сознания дало о себе знать. В голове возникли нескончаемые фантазии о том, что этот парень мог бы стать для нее кем–то родным и близким. Но это были лишь мечты.

Она вышла к нему. Крис увидел, как нелепо болтается на ней его костюм. Надо было понимать, что он был высоким и стройным мужчиной, а Эвелин невысокой и склонной к болезненной худобе девушкой. Поэтому она буквально утонула в его костюме.

– Ахах… М–да уж, костюмчик–то не самый подходящий, – он подошел к ней и подогнул брюки и рукава, так чтобы они не болтались подобным образом. – Так–то лучше. Идем.

Эвелин бросила многозначительный взгляд на лежащую на полу мертвую Аманду. Она не знала, как спросить его о том, что будет с телом. Но Крис сделал вид, что не обратил внимания, поэтому поспешно вывел ее наружу. Сам он знал, как избавиться от тела, чтобы не оставить никаких подозрений и улик, но раскрывать свои секреты не собирался. Поэтому решил заняться уборкой после того, как выпроводит сумасшедшую гостью.

Они поднялись в гараж, где Крис подошел к своему автомобилю и открыл дверь, позволяя Эвелин сесть. Она была поражена этим жестом. Почему этот человек проявлял себя с лучшей стороны по отношению к ней, все еще оставалось главным вопросом. Она не думала, что заслужила подобного. Ей еще никогда не попадались такие мужчины, разве что Дэвид, но и он не был галантен. Хотелось выть от такой несправедливости, что мужчина, который ей понравился и вел себя так достойно, оказался серийным убийцей. Но ведь у всех свои недостатки?

– Итак, куда едем? – сев в машину, спросил он.

– Можно… Высадить меня возле работы.

Кристофер прищурился и повернул голову к ней.

– То есть ты знаешь, где я живу, а мне твой адрес знать не положено. Ну, что же, ладно, как скажешь, – ему ничего не оставалось, как только пожать плечами и завести машину.

Таким образом, Эвелин удалось покинуть логово психопата без потерь. Конечно, того чего хотелось, добиться не удалось, но это не означало, что все потеряно. После того как она увидела смерть собственными глазами, то наконец–то дошло какое–то странное осознание того, что это действительно конечная точка. Подобная сцена, встряхнула сознание, позволяя на время, выбросить из головы дурные мысли.

Кристофер включил свою любимую музыку, подпевая, безусловно, красивым голосом, выехал за пределы гаража.

– O–o–o–o–ooo–o–o–ooo–o–o–o–o! Это плохой роман. Рa–рa–a–a–a–a! Рoмa–рoмa–мaмaa! Гa–гa–oo–улa–лa! Мне нужен твой грех!¹

Эви повернула голову к нему и удивленно захлопала глазами, а господин Хант, греясь под лучами внимания, не замолчал, а продолжил петь:

– Хочу любовь, лю–лю–бовь, твою любовь! Боже мой, как она это делает?! Обожаю эту святую женщину! А какая музыка нравится тебе?

– Ну… Не знаю, я больше люблю рок. Он ведь содержит в себе столько смысла. Тем более, мне нравится, что многие рок–исполнители умеют не только петь, но играть на разных музыкальных инструментах. Но… могу слушать и это.

– А у тебя как будто есть выбор? Моя машина – мои правила. Здесь я решаю, что именно слушать, с какой скоростью ехать, и когда стоит притормозить. Так что, нравится или нет, но выбора у тебя нет.

– Само собой, я и не собиралась говорить тебе, что–то на счет музыки…

Кристофер снова улыбнулся, кидая на нее косой взгляд. Интерес снова кольнул его мозг. Казалось, что должно быть плевать на девчонку с высокой башни, но нет. Ее персона, безусловно, интриговала, потому он задал тот самый важный вопрос:

– Кстати… Почему ты решила само–выпилиться? Раз уж ты хотела, чтобы я прикончил тебя, то может, расскажешь, что такого случилось? Или все из–за того, что ты психичка неуравновешенная? Тогда это многое объясняет, – фыркнул он и закурил айкос.

– Вовсе нет… Просто, в моей жизни нет ничего хорошего, и сомневаюсь, что будет. Никто бы не захотел поменяться со мной местами. Я пережила слишком многое, чтобы продолжать бороться за жизнь. Пожили, посмотрели на это дерьмо вокруг, теперь пора и завязывать…

– Бл*ть, говоришь как малолетка. А между тем, разве не правы те, кто говорит: все в наших руках? Что такого произошло в твоей жизни, чтобы так разочароваться? Ты ведь вроде молодая девица. Что заставляет тебя даже думать о таком? Разве у тебя нет никого, кто будет переживать? А если и нет, то ради себя не хочется постараться? Знаешь, ты беспечная эгоистичная с*ка, вот и все. Увидела проблемы и развела сопли. Твою напористость, да в нужное русло. Ей–богу, серьезно, вместо того, чтобы залезать в дом к чужому человеку, привела бы себя в порядок, покрасила волосы и пошла бы трясти жопой в клубе. Ну, или не знаю там, записалась бы в волонтерскую программу помогать голодающим детям Африки. Но нет, нет же, только ты, только твои проблемы, только это имеет значение. Бл*, меня тошнит от таких эгоистичных с*к. Ты ищешь легкий путь из–за своей слабохарактерности и трусости. Даже Аманда, до последнего боролась за свою жизнь, я чувствовал, как она сопротивляется, пока колотил ее башкой об пол. Единственная истинная ценность – человеческая жизнь. Ты бы взглянула на то, как неизлечимо больные больше всего на свете охвачены только одним желанием – выжить, и готовы отдать все, даже за призрачный шанс. Это делает их сильными личностями. Думаешь, только у тебя проблемы? Да, они, бл*ть, у всех есть. Ты посмотри вокруг. Ты вообще встречала людей по–настоящему счастливых? Но разве бороться с несчастьем не суть человеческого существования? Быть сильным и вопреки всему побеждать любые *банные неудачи! А что взять с тебя? Ты, бл*ть, убить себя не смогла. Даже это предоставила другому. Да мне даже убивать тебя было бы мерзко от того, насколько ты никчемная и жалкая тварь.

Крис словно нащупал ту тонкую нить, которая вела прямиком к самому болезненному месту в душе этой девушки. Ее лицо менялось с каждой новой сказанной им фразой. Эвелин почувствовала себя вновь обманутой. Ее резко затошнило, будто бы она опять оказалась рядом с трупом в том подвале. Теперь уже ей стало сложно совладать с нахлынувшими эмоциями и ее руки вцепились в руль машины, резко сворачивая с дороги на обочину. Машина тут же закружилась восьмерками по трассе. Благо, что выезд на основную дорогу пролегал через относительно пустынную местность, где не было большого потока автомобилей. Кто знает, чем мог бы закончиться подобный трюк, если бы он успел вовремя среагировать и нажать на тормоз.

– Какого х*я, ты, бл*дь, делаешь?! – завопил Крис.

– Останови машину! Я… не хочу ехать с тобой. Ты сказал там, в подвале, что все не так, а теперь говоришь мне такое? Ты ведь совсем не знаешь меня! Не знаешь, как я жила и что со мной произошло! Как может меня учить жизни, какой–то там убийца психопат?!

Он отстегнул ремень и повернулся к ней, тут же вцепившись пальцами в плечи. Крис посмотрел на нее, его глаза были полны бешенства. Такой же взгляд был у него, когда он раскромсал череп той несчастной. Однако теперь это бешенство было направлено на Эвелин. Она поежилась и дернулась всем телом, вырываясь из его хватки.

– Ты испортила мне настроение. Очень испортила. Обычно, я убиваю тех, кто это делает. Так что еще одна подобная выходка и тогда я точно это сделаю.

– Зачем дожидаться этого? Неужели ты еще не понял, что именно этого я от тебя и хочу? – без страха спросила она.

– Я уже сказал, чтобы ты шла к черту, гребаная психичка! Я не собираюсь тебя убивать!

– Тогда я не оставлю тебе выбора. Я пойду в полицию, и все они узнают твою истинную натуру.

Прежде чем Крис успел ответить на ее реплику, она выскочила из машины и пошла вперед по обочине дороги, по всей видимости, намереваясь выйти на основную трассу, а там поймать попутку. Он завороженно смотрел на ее фигурку, как та медленно отдаляется от машины. Небывалый интерес продолжал будоражить извращенное сознание. Впрочем, угроза, которую высказала она, все еще нависала над ним словно дамоклов меч. Кристофер не мог позволить ей уйти, но точно так же и не хотел выполнять сумасбродные приказы.

Ему предоставили тяжелый выбор: стать марионеткой в руках нервнобольной или же остаться верным самому себе, но при этом была вероятность, что она и вправду сдаст его в полицию. А сейчас это было очень неуместно, потому что он еще не замел все следы своего похищения. Оставалось, только скрипя зубами глядеть ей в след, не в силах принять верное решение.

Ночь уже давно кончилась. На улице наступили синие сумерки. Тот момент, когда солнце еще не встало, но уже вокруг светло и можно увидеть очертания объектов вокруг. Это самое тихое время суток, не слышно даже пения птиц, они начинают летать намного позже. В полной тишине, раздался резкий ХЛОПОК.

Нога уперлась в педаль газа, разгоняя свой любимый автомобиль и направляя в одну единственную цель. Он не мог, просто не мог отпустить ее и подвергнуть свою репутацию хоть капли сомнения. Кристофер, которого все знали, должен был оставаться все тем же добрым, милым и красивым врачом–хирургом, спасать чужие жизни, а не забирать их. Пришлось наступить себе на горло и сделать то, что требовала от него девчонка. Так должна была закончиться эта история их непреднамеренного знакомства.

Ее тело подлетело от удара. Это было очень странное явление, будто бы Эвелин подхватил ветер и резко подбросил вверх. Разрывающая сознание боль возникла повсеместно. Она охватила каждый уголок ее тела, не давая больше чувствовать пугающую пустоту внутри. С глухим шлепком, она упала на влажную землю и только в этот миг смогла увидеть, каким прекрасным бывает утреннее небо. Это было последнее, что видели ее глаза, прежде чем все заполонила тьма.

Кристоферу было жаль бампер своего джипа, в конце концов, он уже дважды пострадал за одни сутки. Злость и ярость распространялись по сознанию как смертоносный вирус. Они выместили собой все рациональные мысли. Ему было непонятно, как такая соплячка может называть его убийцей, а потом еще и угрожать. Дело было не в терпении, а в том, что Эвелин представляла угрозу. Но совершив столь вспыльчивый поступок, он почему–то впервые испытал глубокое разочарование, прежде всего в самом себе. Отрицая, что является опасным маньяком, Кристофер считал, что несет в себе важную миссию по очищению мира от всяких шл*х, но Эвелин такой не была, а значит, что его ориентиры сместились и теперь и вправду он стал настоящим злодеем и убийцей.

Глава 07.

Страшнее смерти.

– Эй, доктор Хант! Доктор Хант! Все в порядке? – раздался тонкий и раздражающий голос ассистентки.

Это вывело его из состояния оцепенения. Крис вдруг взглянул на свои руки. На них были плотно натянуты хирургические перчатки. Перед глазами расположилось тело со вскрытым животом. Края раны были хорошо зафиксированы крючками. Двое коллег хирургов так же находились в операционной. За стеклом за ходом проведения операции наблюдал не только наставник, но и студенты, которые учились на хирургов. Это была легкая, показательная операция по удалению части желудка. Такие операции Крис освоил уже очень давно и зачастую его ставили на них, только когда нужна была демонстрация. Так как его основной профиль – операции брюшной полости и органов, находящихся в этом диапазоне, то проблем никогда не возникло.

Но в этот день, он буквально выпадал из реальности. То и дело забывал, какие инструменты ему нужны, поэтому ассистентке приходилось самой напоминать ход проведения медицинских манипуляций. Такого не случалось даже когда, он впервые оперировал человека. Конечно, все привыкли видеть уверенного молодого хирурга, который с первых минут точно знал, что нужно делать и контролировал весь ход операции. Поэтому рассеянность Кристофера сильно бросалась в глаза.

– Зажим, – наконец–то находя нужный ответ, сказал он.

Ассистентка тут же протянула ему необходимый инструмент, глядя на него с неким сочувствием. Все понимали, что Крис всегда трудился в поте лица, и при этом еще успевал, готовить доклады для международных конференций. Поэтому его провал был не столь критичным. К тому же, как хирург, он выполнил операцию блестяще, и как обычно наложил блестящий шов, которому могли позавидовать и опытные коллеги.

Когда все было завершено, он стоял и намывал руки в предоперационной. Его глаза все так же пялились в пустоту, находясь вне времени и пространства. Крис все прокручивал в голове одну и ту же картину, которую никак не мог выбросить из головы.

– Кристофер, мальчик мой, что с тобой сегодня происходит? То и дело носом клевал. Не выспался? – раздался голос куратора, который снова заставил вернуться в реальность.

– Ох, доктор Стоун, разве при нашем графике работы это возможно? – он беззаботно улыбнулся.

– Я понимаю, но ты наша гордость, поэтому тебе нужно быть собранным. Конечно, те студенты, которые наблюдали за операцией, остались в полном восторге, но я знаю тебя и твой уровень, поэтому уж не разочаровывай меня впредь.

– Ни в коем случае, доктор Стоун. Я ведь все–таки сын своего отца, а все Ханты блестящие хирурги, у нас это семейное, – Крис наконец–то закончил отмывать руки и поспешил вытереть влагу.

– Кстати, что насчет конференции в Коннектикуте? Сможешь выступить с докладом в середине декабря?

– Да, конечно, как вам будет угодно. Просто мне казалось, что вы хотели отправить Эрику. Что–то изменилось?

– Только между нами, – доктор Стоун взял его за плечо и отвел в сторону, так чтобы никто не мог слышать этот разговор. – Но ты же понимаешь, что доктор Левин, все же женщина. Наше общество, конечно изменилось, но не настолько, чтобы на форуме по прогрессивной хирургии выступала женщина. А ты – другое дело. Мои коллеги из других городов всегда дают восторженные отзывы о тебе и твоих докладах. Кристофер, не побоюсь таких слов, но ты наш самородок! Тебе грех скрываться в операционной, – он по–отечески похлопал его по широкой спине.

– Спасибо, доктор Стоун, сделаю все, чтобы не подводить вас. Ох, кстати… Я тут, в общем–то, хотел освежить память. Можете дать обратную связь по поводу протокола действий при переломе ребер? Прежде всего, мы вводим обезболивающее средство, потом накладываем повязку, проверяем, не пострадали ли легкие? Если осколок проткнул легкое, то вводим кровоостанавливающий препарат, при пневмотораксе совершаем плевральные пункции, подкожно вводим 1% метазона, проводим так же профилактику шока – 10% раствор хлорида кальция и аскорбиновой кислоты внутривенно, гидрокортизон внутримышечно, раствор глюкозы внутривенно капельно. И если состояние пациента не ухудшается, то никакого оперативного вмешательства не требуется?

Доктор Стоун, мужчина с благородной джентльменской внешностью, чья голова была покрыта сединой мудрости, внимательно слушал своего главного ученика, кивая в знак подтверждения его слов. Однако был один момент, который его смутил, поэтому старший коллега, сделал важную поправку. Он поднял палец вверх, требуя внимания, после чего произнес:

– В целом все верно, но ты опустил рентгеноскопию, чтобы понять локализацию скопления крови или воздуха. Без этого невозможно безошибочно сделать пункцию.

– А если ошибиться? – тут же выпалил Крис.

– То можно повредить межреберные нервы или сосуды. Но это ведь не твой профиль. Так что можешь не переживать. Если интересно, то можно записаться вторым хирургом на операцию к доктору Стэйтену. Понимаю, сейчас тебе интересно абсолютно все и это нормально. Но в целом, пора бы уже заняться узконаправленными операциями, – проговорил наставник и посмотрел на него с неким укором за подобные вопросы, что не имели никакого отношения к профилю Ханта.

Крис уловил этот неодобрительный взгляд, но ему было плевать. Он и так знал, что вся больница его превозносит, а недовольство куратора, лишь мера профилактики. Однако ему все же удалось получить ответ на свой вопрос. Подобные травмы встречались ему лишь в самом начале карьеры, когда привозили пациентов после автомобильной аварии. Поэтому и требовалось получить подтверждение точности своих действий.

– Спасибо, доктор Стоун, я спросил только ради интереса, не более того. Не думайте, я не собираюсь пока покидать ваше гнездышко – он благодарно пожал ему руку и поспешил уйти.

На этот день у него больше не было дел в больнице. Осталось лишь заполнить бумаги, но об этом он предпочел попросить свою коллегу. Как раз уже упомянутую в разговоре – Эрику Левин. Его коллега, второй хирург, также являлась резидентом больницы и была палочкой–выручалочкой для самого Криса. Тот в меру своей огромной занятости на конференциях, часто не успевал заполнять истории болезней и другие важные документы. Но все это без проблем делала за него эта приятная девушка.

Ее не удивило, когда Крис подошел в ординаторской и умоляющим взглядом посмотрел нее. Эрика сперва закатила глаза и недовольно пробубнила:

– Пффф, только не говори, что ты хочешь мне всучить историю болезни мистера Абрамса? Нет, Крис, можешь даже не стрелять своими глазками. У меня у самой полный завал, а у тебя кроме показательной операции по резекции желудка ничего больше нет. Вот и займись своими бумаги сам.

– Эрика, птичка, рыбка, солнышко, зайка, не знаю, как еще ласково тебя назвать. Тут такое дело. Мне срочно нужно домой.

– Ты, бл*дь, издеваешься? Крис, пока ты рассекал по конференциям, я, бл*дь, тут впахивала за все отделение. Ты серьезно? Думаешь, мне не нужно домой, да от меня потом несет на всю округу, уже пациенты косо смотрят на доктора, которая башку не мыла целую неделю. А ты говоришь, что тебе надо домой?!

– Прости, мне, правда, жаль, что я доставляю тебе столько хлопот. Просто… – Крис прикрыл глаза и скривил лицо, словно ему было трудно собраться духом, чтобы сказать следующее. – Пару дней назад, я попал в аварию…

Реакция Эрики была соответствующей. Ее лицо мгновенно нахмурилось, она с тревогой посмотрела на него. Крис же в свою очередь выглядел и впрямь слишком уставшим и даже потрепанным, не было никаких поводов сомневаться в чужих словах.

– Чего?! В смысле? Ты как, порядок?

– Да, со мной–то все хорошо, машина серьезно пострадала, но… есть и еще кое–что… – он сделал глубокий вдох, будто бы собираясь духом, чтобы преподнести следующую новость.

– Ради Бога, что еще случилось? Неужели… Кто–то погиб? – она побледнела, прикладывая руку ко рту от волнения.

– Ох, нет, это не то о чем ты подумала. Я короче, в общем, сбил…животное – собаку. Она выскочила из ниоткуда, и… Я вышел посмотреть, что с ней случилось, а она, эта сука, оказалась еще живой. Ну, мне пришлось взять ее домой. И теперь я пытаюсь ее выходить, понимаешь? Поэтому мне и нужно отлучиться пораньше. Пожалуйста, Эрика, для меня это очень важно. Если это животное умрет, то что–то внутри меня сломается, понимаешь?

Я не смогу простить себя за это… – Кристофер почувствовал ком в горле и опустил голову, не в силах закончить фразу.

В этот момент молодой хирург, что обычно выглядел таким самоуверенным и сильным, показал свою другую уязвимую сторону. Такой его взгляд, полный сожаления и чувства вины, невозможно было увидеть во время операции или когда он блистал на конференциях. Эрика посмотрела на него с сочувствием, проникнувшись рассказом, и в какой–то момент, даже испытывая стыд за то, что ранее едва не послала его куда подальше.

– Господи, Крис, неужели ты думаешь, что я бесчувственная тварь? Ох, конечно, я все сделаю, даже не переживай. Может быть, тебе взять отгул на следующую смену? Я думаю, что смогу подменить тебя. Подумаешь, одними сутками больше, ничего страшного, – она махнула рукой.

Кристофер улыбнулся ласково и посмотрел на свою коллегу с ярой благодарностью. Он даже не стал сдерживать чувств, дружески похлопав ее по плечу.

– Ох, я не могу пользоваться твоей добротой, поэтому достаточно того, что ты заполнишь историю болезни и на том спасибо, – Крис подмигнул ей.

Эрика широко улыбнулась и жестом показала ему, пока она не передумала. Кристофер прекрасно понимал такие намеки, поэтому поспешил уйти, прежде чем понадобится кому–то еще. В этом случае у него был высокий кредит доверия. Никто и не подумал бы писать на него жалобу за невыполненную работу или за то, что ему требовалось уйти раньше. В свое время Хант был незаменимым помощником для всех старших хирургов и часто подменял их, когда тем требовалось уйти пораньше. И сейчас подобная жертвенность сыграла свою роль, можно было уходить без опасений. К тому же, Крис никогда еще не покидал стены клиники раньше положенного времени.

Он переоделся и вызвал такси, так как свою машину пришлось загнать на ремонт. Едва ли только подъехала машина, как парень плюхнулся на заднее сиденье, приложил голову к окну и закрыл глаза, которые болели от недосыпа. Стоило лишь векам опуститься, как легкая дремота, не оставаясь в стороне, погрузила в странное состояние между сном и реальностью.

БАХ–БАХ–БАХ!

Он слышал лишь звук, ведь закрыв глаза, вцепился в руль и словно сумасшедший выжал газ. Машина рванула по прямой и естественно врезалась. Это было предсказуемо, для этого все и намечалось. Крис открыл глаза и выскочил наружу сразу, как только остановил машину. Самое важное – подхватить тело, закинуть в багажник и умчаться прочь, пока на дороге не возникло неожиданных свидетелей. Он жалел о своем поступке, но решил, что лучше всего избавиться от девчонки «гуманным» образом, чем забивать до смерти в своем подвале.

Крис оказался рядом с упавшим на спину телом, и готов был взять ее на руки, но вдруг увидел на губах странную улыбку удовлетворения. Она хотела умереть, и он сделал в принципе благое дело, позволив ей уйти в мир иной. Наклонившись ближе, его лицо вдруг окропила горячая кровь, вырвавшаяся из чужого рта. Он удивленно отпрянул, но услышал хриплый кашель. Это одновременно ошарашило и напугало, однако внутри себя ему удалось испытать облегчение. Чудаковатая особа выжила…

– Так больно… – хриплым, тихим голосом прошептала Эвелин.

– Черт… Ты жива…жива, – будто бы не веря собственным словам, он коснулся пальцами сонной артерии и смог почувствовать пульс.

Дыхание было поверхностным и слабым, но оно присутствовало. Ему ничего не оставалось, как подхватить ее на руки и положить на заднее сиденье автомобиля. Никто не должен был узреть того, что Кристофер Хант на своей машине сбил какую–то чокнутую идиотку.

– Мы на месте, – грубый голос водителя вывел его из пограничного состояния.

– Ага, спасибо, – Крис вышел из машины, намеренно хлопнул дверью машины недружелюбного таксиста, и только после этого зашел в дом.

«И какого хера эта сцена снова возникла перед моими глазами? Бл*ть, никак не могу забыть ее лицо в тот момент… Конченая с*ка! Почему она улыбалась?!» – он скинул с себя куртку, едва не пнул от злости вешалку.

Стараясь не терять драгоценных минут, сразу же направился в свое секретное место. Кристофер уже по обыденной привычке отодвинул стол, открыл люк и спустился в подвал. Он ввел код по памяти, даже не вглядываясь в цифры и как только замок открылся, то зашел в помещение. Ему не требовалось прислушиваться и брать с собой электрошокер, так как обороняться было не от кого. Впервые за все время существования этой комнаты пыток, никто не набрасывался на него с истеричным воплем. Все так же без сознания, в полусидящем положении, на кровати, находилась она. Крис подошел и опустил свою руку на грудь, внимательно слушая дыхание. Он чувствовал хриплые и неровные вдохи, что давались с трудом. Его ладонь переместилась на лоб, проверяя температуру. Благо, что тело не было охвачено жаром, это, по крайней мере, гарантировало некую стабильность положения.

«Значит, нужна рентгеноскопия? Но если бы я ошибся тогда, то вряд ли бы ее состояние оставалось стабильным. Другое дело… Почему она все еще не пришла в сознание? Это из–за потери крови? А что если был разрыв селезенки? Бл*дь! И как тут поставить адекватный диагноз? Бл*дь, почему меня это вообще волнует?»

– Потому что если она сдохнет, то ты станешь настоящим убийцей, Кристофер… – раздался холодный голос над левым ухом.

– Заткнись! Она это заслужила, она влезла в мой дом и угрожала мне.

– Да, но она не такая, как были до нее. А ты…опустился на самое дно. Если она умрет, то Бог не простит тебе этого. Ты отправишься в ад.

– Не верю я ни в какого Бога! Если бы он не хотел этого, то тогда бы она никогда не пришла сюда!

– Кристофер, мой маленький мальчик… Это твое испытание, которое тебе предстоит пройти, иначе все что ты делал, потеряет всякий смысл. Ты очищал общество от гнили, но и сам стал таким, точнее станешь, если вдруг она сдохнет….

– ЗАТКНИСЬ! – он врезал себе по лицу, мгновенно приводя себя в сознание.

Это подействовало отрезвляюще. Крис встряхнул головой и взялся за то, ради чего и спустился сюда. Он поспешил провести полный осмотр, отмечая все изменения в состоянии здоровья. Однако не было и намека на то, что состояние стало хуже, после того, как маньяк притащил ее сюда. Ему потребовалось вспомнить все свои знания, которые только были в светловолосой голове о том, что требуется делать, если человека сбила машина. Благодаря этому ему удалось оказать первую помощь и выявить основные проблемы со здоровьем, которые возникли после его импульсивного действия. Переломы ребер – самое распространенное явление, которое встречается после подобных столкновений. В целом сам по себе перелом не так страшен, как те последствия, что несет за собой. В случае с Эвелин, по отхаркивающейся крови и тяжелому дыханию, Крис предположил, что осколок ребра мог проткнуть легкое. Далее пришлось действовать по протоколу, который подтвердил старший коллега.

«Если бы я ошибся, то ей стало бы хуже за эти дни, но нет, все стабильно. Конечно, у меня нет техники, но не думаю, что она слишком уж и нужна. В конце концов, в средневековье же лечили людей без всего этого современного говна» – подумал он и воткнул капельницу в безжизненную бледную руку.

Крис подвинул к кровати кресло, что недавно притащил сюда прямиком из гостиной и обессиленно упал в него своим телом. Он не мог уйти и оставить капельницу без присмотра, ведь после одного лекарства, нужно было прокапать другое, а так же не забыть про укол в мышцу. Поэтому парень прижал ноги к себе, устроившись поудобнее, прикрыл глаза.

Улыбка полного блаженства снова показалась перед лицом. Она смотрела на него, продолжая оставаться в сознании пока он накладывал давящую повязку и фиксировал сломанные ребра. Она же смотрела на него, продолжая улыбаться, когда он иглой проникал в плевральную полость, чтобы удалить лишнюю жидкость из легкого. И лишь когда Кристофер ввел обезболивающее с конной дозой снотворного, то Эвелин схватила его за рукав, не отпуская до того момента, пока сознание не погрузилось в сон. В тот момент улыбка исчезла.

Он открыл глаза и посмотрел на падающие капли, постепенно стекающие в трубку. Лекарство вливалось так медленно, что можно было спать не задумываясь, но все время на повторе смотреть события одного и того же дня, будто бы попал в день сурка, было еще мучительнее чем не спать вовсе. Крис поднялся с кресла и пнул ногой стену.

– Да бл*дь! Какого хера вообще?! Я не должен испытывать это дерьмовое чувство! Мне должно быть пох*й! Почему тогда?! Почему?! За что… – он прикусил губу и опустил голову.

Впервые, ощутив внутри себя сожаление за сотворенное, он никак не понимал, откуда это давящее чувство могло возникнуть. Столько женщин было убито от его рук, но ни одна смерть не вызвала никаких чувств, кроме разве что собственного превосходства. Они молили его о пощаде, пытались запугать, плакали и падали на колени, в надежде не то, что хоть что–то сможет подействовать на этого жестокого человека. Его даже не разжалобил рассказ о том, что у одной из жертв осталась маленькая дочь. В момент расправы и после он был уверен, что поступает верно, лишь удовлетворение от совершенного преступления, на мгновение удавалось запечатлеть на красивом лице. Но оно растворялось быстрее чем кофе три в одном. Поэтому ему никогда не было дело до тех, кто умер от его жестокости.

Однако эта случайная встреча изменила все. Крис был компульсивным и предпочитал продумывать все свои действия до мельчайших деталей. В момент совершения убийства и после – все это было единым планом, которого он придерживался даже в мелочах. Именно поэтому копы все еще не смогли выйти на его след. Но эта девчонка, возникла из ниоткуда и порушила все планы. Это злило. Хотя даже не она, а собственное бессилие, что он – великий и прекрасный, ничего не может с ней сделать. Убить ее означало доставить удовольствие и свернуть со своего праведного пути. Крис даже наехал на нее от собственной трусости, ведь не знал, как еще можно поступить. Но вот, кто–то свыше будто бы даровал ему второй шанс искупления, поэтому нельзя даже допустить, чтобы девушка умерла.

И пока Крис погружался с головой во всеобъемлющее чувство вины, которое испытывал впервые, то его спасенная жертва, вдруг открыла глаза. Это произошло в тот момент, когда парень кричал и пинал по стене. Сквозь пелену бессознательных образов, которые появлялись как туманные необрамленные четкостью фигуры, она услышала его голос. Сначала возникло желание открыть глаза и понять, почему он так раздражен. Ей вдруг захотелось увидеть его лицо перед собой, но не так чтобы он злился, а чтобы улыбался своей непревзойденной улыбкой. Самое сложное – оказалось, разлепить свои глаза. Будто бы они были склеены между собой суперклеем и каждая попытка открыть их, требовала усердия. Возникало ощущение, словно пыталась очнуться от кошмара, когда тело не выполняет никакие команды мозга. Но она продолжала предпринимать попытки, и в какой–то момент дрожащие ресницы все же смогли отлепиться друг от друга. Эвелин пришла в сознание.

Боль, раздирающая грудь – это единственное, что ей суждено почувствовать в момент пробуждения. Это было несравнимо с тем, что удавалось испытать раньше. Прежде чем потерять сознание на миг пришло облегчение от того, что  ее желание было исполнено. Поэтому тогда, когда машина на полной скорости сбила ее, то несмотря на боль, Эвелин готова была потерпеть немного, чтобы в итоге осуществить задуманное. А теперь будто бы весь путь оказался напрасным. Эви резко вскочила с кровати. Ее ноги затекли, но оставаться здесь и быть подопытной крысой хотелось еще меньше. Впрочем, девушка упала раньше, чем смогла рвануть к выходу.

Шмякнувшееся на пол тело, заставило Кристофера вздрогнуть. Он резко обернулся и увидел, что его пациентка старательно «направляется» в сторону выхода. Невероятное облегчение, да так, что он громко выдохнул, охватило все садистское нутро. Только и хотелось восклицать про себя:

«Ура! Ура! Она пришла в сознание!»

Но он сдержал все свои яркие эмоции, как всегда контролируя лицевые мышцы, чтобы никто не мог понять его чувств. Взгляд оставался отвлеченным и непроницаемым. Хант смотрел как девушка, тяжело дыша, ползет по направлению к двери. Вид ослабевшей и бессильной Эвелин, вызывал вулкан самых разных чувств: от радости до ярости. Крис поспешил подойти поближе и задал всего лишь один вопрос:

– И куда это мы собрались? – он обошел ее и встал перед лицом.

Эвелин тяжело вздохнула и подняла голову, услышав его холодный тон.

– Ты… Оставил меня в живых. Я не просила тебя об этом. Поэтому… Я не хочу здесь оставаться. Я хочу домой.

– Вау, и это вся твоя благодарность за то, что я три ночи не спал, ухаживал тут за твоим тельцем, а ты едва ли только открыла глаза, решила свалить от меня? Нет–нет, так не пойдет. Теперь, ты моя должница. Дважды, я спас твою жизнь, а значит, отныне она принадлежит мне. Ты не ценила свою жизнь и искала способы от нее избавиться, поэтому ты в моих руках и будешь делать то, что хочу я. И прежде всего, попрошу запомнить главное правило: я ненавижу, когда кто–то портит мне настроение.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Песня – Bad Romance (оригинал Lady Gaga)

Вернуться