Симон Абелерес
Красноглазые

Часть 1

«…клянусь, не щадя жизни, защищать

Конституцию и законы Республики…»

–– из текста присяги АГБ

Глава 1

Перед серым зданием с помпезными колоннами и вывешенным над входом бело-зеленым флагом c четырехконечной золотой звездой посередине стоял молодой человек и рассеяно глядел на позолоченную надпись над колоннадой, гласившую: «ГЛАВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ АГЕНСТВА ГОСУДАРСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ СОЮЗА ДЕМОКРАТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК». Стоял он так столь долго, так что стоявший у входа охранник счел нужным подойти и спросить, с какой целью он таращится на охраняемый объект. Молодой человек, выйдя из оцепенения, показал зеленую обложку удостоверения и быстро зашагал к входу.

Немного спустя он же вошел в просторный кабинет на восьмом этаже и, замерев перед сидевшим за широким столом лысым мужчиной белом пиджаке, с легким заиканием, придававшем странное звучание его голосу, осведомился:

– Вы хотели меня видеть, г-гражданин Мюнцер? Я с-старший агент Квазимор.

Сидевший, которого назвали Мюнцером, поспешил натянуть на лицо некое подобие улыбки и жестом предложил вошедшему сесть.

– Мне очень жаль ваших товарищей, погибших в Луисаре, Квазимор. – начал Мюнцер, сменив улыбку на соответствовавшую его речи скорбную мину. – Они были достойными людьми и способными оперативниками. Директор уже распорядился представить их к награде…посмертно.

– Им уже не нужны побрякушки на китель, гражданин генерал-инспектор. Было бы лучше, если бы мы поймали убийц. – ответил Квазимор.

– Боюсь, это невозможно. Вы сами доложили, что они пересекли границу с Наппоном. Там их не достать.

– Я мог бы отправиться… – попробовал предложить Квазимор, но Мюнцер властным жестом остановил его.

– Нет, нет, для вас у меня есть дела здесь. В ваш отдел уже подобрали новых людей и руководителя. – не допускающим возражений тоном проговорил он. – Спецгруппа ведь не понесла потерь?

Квазимор ответил утвердительно.

– Ну вот и прекрасно! А вам я даю пять дней отпуска, пока не будет сформирован новый состав отдела. Всё, вы свободны. – бодро закончил Мюнцер и начал перекладывать бумаги на столе. Квазимор поднялся и вышел не попрощавшись.

***

Всякому государству нужны спецслужбы, и Союз Демократических Республик, для краткости именуемый СДР, исключением не был. Однако, характер деятельности этих структур и степень их контроля над жизнью общества сильно отличается от страны к стране. В СДР, как и положено в государстве демократическом, Агентство госбезопасности не лезло в политическую жизнь, а занималось отловом террористов, шпионов и радикалов, а заодно боролось с организованной преступностью и коррупцией. И хотя могущество этой спецслужбы было ограничено законами и надзором со стороны парламента СДР, АГБ считалось весьма грозной организацией.

Одним из тридцати тысяч её сотрудников и был старший агент Квазимор, но его постоянным местом работы было не величественное здание штаб-квартиры АГБ на окраине Эзрамаса, столицы СДР. После своего разговора с Мюнцером он, пройдя несколько кварталов, подошёл к прячущемуся за глухим забором особнячку из темного кирпича и требовательно постучал в калитку. Открыл ему одетый в черное детина с квадратным подбородком и немедленно впустил его, тотчас заперев калитку за ним.

Квазимор легко взбежал на крыльцо, распахнул входную дверь и, быстро пройдя через небольшой коридор, вошел в просторную комнату с длинным столом по центру, напоминавшую скорее офис, чем жилое помещение. В комнате было много людей, тоже одетых в черное, и лишь женщина в сером платье и сгорбленный мужчина в клетчатом костюме выбивались из общего мрака.

– Эльдар! Эльдар! – раздалось сразу несколько возгласов.

Пожалуй, следует описать внешность Квазимора. На вид ему было никак не больше тридцати; узкий в плечах, худой и сутуловатый, с высоким, покрытым не по годам глубокими морщинами лбом и аккуратно расчесанными светлыми волосами – словом, внешность его была самой обыденной, если не сказать невзрачной. Лицо его, весьма бледное, казалось ещё бледней из-за надетого на нём строгого черного костюма с черной же рубашкой. Выделялись лишь его холодные голубые глаза, которые внимательно смотрели на мир из-за стекол круглых очков в золотой оправе. В глазах этих читалось лишь абсолютное, почти безжизненное спокойствие, заставлявшее всякого смотрящего в них невольно содрогнуться.

Навстречу Эльдару поднялся один из одетых в черное и спросил:

– Ну, что сказал Мюнцер?

Эльдар обвел присутствующих взглядом и медленно ответил, обращаясь к задавшему вопрос:

– Отдел не будет расформирован, Альферес. К нам пришлют нового начальника и новых людей.

– Ну и чудесно! – проскрипел вдруг клетчатый господин. – Я, в этом случае, подаю в отставку. Я служил в этом отделе с момента его основания, и я устал. Я не желаю больше… хоронить своих друзей!

– Йокер, как ты можешь уйти сейчас?! – воскликнула женщина в сером платье.

– Ну и отлично. Желаю тебе всего наилучшего, Йокер. – спокойно сказал Эльдар, и, повернувшись на каблуках, покинул комнату.

Поднявшись по небольшой лесенке на второй этаж, он пересек пустой квадратный холл и, распахнув темную дверь с табличкой «Начальник отдела», вошел в маленький кабинет, обставленный по стенам шкафами, с узким письменным столом, креслами и бело-зеленым флагом СДР в углу. Тяжело опустившись в кресло, Эльдар взглянул на стоявшую на столе печатную машинку, в которой торчал недописанный лист, аккуратно сложенные папки, черный матовый телефон – и, прикрыв глаза, словно впал в забытьё.

***

Лето 113 года по Единому календарю выдалось неспокойным для Союза Демократических Республик – союза трех стран – Эзракии, Септентьера и Джиллирии. Хотя Септентьер и больше Эзракии по площади, но политический перевес был явно на стороне эзраков; столица Союза, Эзрамас, находилась в Эзракии. Джиллирийцы же и вовсе пребывали на третьих ролях в этом причудливом государственном образовании. В самом Септентьере, который был населен народом лоудитов, были два восточных региона – Луисаршир и Мараншир¹ – где большинство населения составляли маранцы, чьё положение было ещё хуже, чем у Джиллирии. Маранцы попали в состав Союза не добровольно, а потому гористый Мараншир был вечной угрозой спокойствию Союза.

И вот этим летом Мараншир попробовал отделиться. Совпало это с ещё одним событием – в Наппоне, восточном соседе СДР, началась гражданская война. Маранцы получали помощь от антиправительственных сил в Наппоне, и союзное правительство сначала бросило армию в мятежный Мараншир, а затем отправило войска на помощь наппонским властям. Мятеж маранцев был подавлен, но слабо тлеющая партизанская война в Мараншире продолжилась. На фоне всех этих событий маленький Луисаршир, находившийся к северу от Мараншира на границе с Наппоном, тоже решил добиваться независимости.

Он вспоминал тот проклятый день в охваченном беспорядками Луисаре. Их, шестерых агентов Отдела специальных расследований Главного Управления АГБ, послали туда перекрыть канал поставки оружия, текшего через границу с Наппоном. С ними отправился в командировку и отряд спецназа, восемь профессиональных бойцов, ударный кулак их отдела. Сначала всё было просто и буднично: по наводке местного управления АГБ вычислили двоих контрабандистов, за ними других, нашли схрон с оружием, и после короткой операции они накрыли всю группировку. Среди задержанных оказался Джереми Лютер, отморозок, который уже однажды попадался их отделу. Но тут Кира, суровая и решительная начальница отдела, допустила первую ошибку: отправила арестантов под конвоем полиции из бурлящего города. Лютер же ухитрился сбежать и покинуть пределы Луисара. Нужно было организовать облаву…но, как назло, беспорядки достигли своего апогея, все силы полиции и АГБ оказались заняты. Здесь же была и вторая ошибка: спецгруппа Альфереса, вместе с отрядом военной полиции, была заблокирована протестующими на близлежащей военной базе, и Кира решила броситься в погоню вшестером, не дожидаюсь их. Напасть на его след было нетрудно, многие видели его побег из полицейского фургона; отследить же его бегство из города было делом техники. Лютера настигли скоро: не рискнув двигаться по дорогам, перегороженным блокпостами, он остановился в небольшом поселке недалеко от города, проникнув в дом к какой-то старушке и взяв её в заложники. При аресте он не стал сопротивляться, садясь в машину, балагурил и нагло улыбался Кире.

Ехали назад в двух машинах, без полицейского конвоя: Эльдар, Фред и Катрин в головной машине; Кира, Теодор, Сидрагор и арестант – за ними. Бояться было нечего – округа кишела солдатами и полицейскими, сами они были вооружены до зубов, да и какой дурак рискнет напасть на сотрудников АГБ? И эта самоуверенность стоила им жизни. Две машины, припаркованные на обочине пустынной дороги, не привлекли их внимания. Что это засада, Эльдар понял лишь тогда, когда стоявший у машин человек что-то метнул под колеса их машины… Грохот, вспышка… и чернота.

Очнулся он, все еще сжимая руль машины, с окровавленным лицом и звоном в ушах. Всё было кончено: только стреляные гильзы, два изрешеченных автомобиля да пять тел его сослуживцев. Нападавшие исчезли, и Лютер вместе с ними. Выбравшись из разбитой, лежащей в кювете машины, Эльдар огляделся. Его напарник Фред, сын бывшего директора АГБ, сменивший теплое местечко на опасную службу в их отделе, лежал на переднем сидении, засыпанный битым стеклом, с изуродованным до неузнаваемости лицом. В придорожной канаве лежала Катрин, отчаянно храбрая женщина, бывшая всегда впереди в любой перестрелке, с одной аккуратной дырочкой в бронежилете. На дороге, прислонившись к заднему колесу машины, с багровой дырой вместо правого глаза, сидел Сидрагор, пожалуй, лучший стрелок в АГБ. Неужели он, с двадцати шагов попадавший в монету из своего револьвера, не успел забрать кого-нибудь из врагов с собой? Теодор, военный топограф, бросивший карьеру в армии ради службы в органах вместе со своей женой Кирой, даже не успел выбраться из машины. У раскрытой передней двери, еще сжимая именной пистолет, с остекленевшими глазами лежала она сама, первая женщина, получившая звание майора АГБ и должность начальника спецотдела. Жёсткая, вселявшая страх даже в матерых бандитов, Кира и в этот раз сражалась до последнего: земля вокруг нее была усыпана гильзами, а бронежилет был изорван в клочья. Как же так? Его друзья, опытные оперативники, погибли за каких-то пару минут? А убийцы – исчезли, просочились через кордоны и утекли в пылающий Наппон. Правда, двое все же попались ему и Альфересу на следующее утро. Так он узнал имена всех тех, кто участвовал в нападении. Но что толку – найти их в неразберихе наппонской гражданской войны не под силу даже АГБ…

***

Деликатное покашливание вывело Эльдара из задумчивости. Подняв глаза, он увидел пожилого джентльмена, совсем седого, но подтянутого и сохранившего благородную осанку.

– Тессер? Ты как сюда попал? – удивился Эльдар.

– Через дверь, твой боец меня впустил. – усмехнулся Тессер, присаживаясь на диванчик у стены. – Всё-таки я бывший начальник этого отдела и отставной бригадир госбезопасности.

– До сих пор не верится, что они все… погибли. – Квазимор понурил голову. – Они были моими друзьями… а теперь я один. Я не знаю, что мне делать. В отставку подать, что ли…

– В отставку? А знаешь сколько я друзей схоронил? Кира, Сидрагор… я ведь всех их сам на службу брал, учил… Но это всё лирика. Я к тебе по делу пришёл. – покончил с сентиментальностями Тессер.

– Мюнцер сказал, что к нам пришлют новых людей и нового начальника.

– Новые люди пусть тебя не заботят, они расходный материал. А вот новый начальник… Там, – Тессер указал пальцем куда-то в потолок, – к нему отношение какое-то странное. Но что он натворил – увы, мне не говорят. Для этого человека назначение в ваш отдел – это испытание.

– А что ещё говорят в высших сферах? Ты ведь там всех собак знаешь.

– Слушай внимательно: наверху сомневаются, что ваш отдел способен приносить пользу. Вам дадут задание – вроде несложное, но требующее… нестандартного подхода. Провалите его – нового начальника выкинут со службы, а отдел расформируют.

– Понятно. – Эльдар встал и прошёлся по комнате, кусая губы.

– Эльдар, ты учился у лучших – у меня, у Киры; ты один из лучших оперов в АГБ. Но тебе нужны свои люди, кто-то, кого ты противопоставишь этим новым…

– У меня есть спецназовцы.

– Они были преданы Кире, но не факт, что они будут верны тебе… На твоём месте я бы взял в отдел Ирэн, пока ещё новый начальник не взял бразды правления.

– Ирэн? – Эльдар удивленно приподнял бровь. – Приёмная дочка Киры и Теодора? Она, кажется, только закончила Академию АГБ. Ей сколько? Двадцать три? Здесь ей не место.

– Вы с ней хотите одного – найти убийц Киры и Теодора, так что она будет на твоей стороне. А тебе, мой друг, понадобятся любые союзники, даже столь слабые. – Тессер поднялся и направился к выходу. – Прощай, Эльдар. Дальше всё в твоих руках.

Глава 2

Через несколько дней в большой комнате вокруг стола снова собрались те же люди: семеро спецназовцев в черном, нацепивших значки и медали, женщина в аккуратном платье; в углу, на месте Йокера, сидела бледная девушка с тонкими чертами лица и волнистыми иссиня-черными волосами, стриженными под каре. Эльдар, все в том же костюме, мерил шагами комнату.

Вошел давешний здоровяк с квадратным подбородком и тихо объявил:

– Идут!

Вслед за ним появились двое: низкорослый, щуплый мужичок в потрепанной куртке, похожий на птицу из-за завязанных в хвост волос, и толстощекий субъект, своим важным видом напоминавший вельможу со старинных портретов.

– Ну, здравствуйте, – обвёл взглядом комнату мужичок, закашлялся и, утерев рот мятым платком, продолжил, – капитан Дженхолл, новый начальник отдела… –тут он запнулся, пытаясь вспомнить название.

– …Специальных расследований. – услужливо напомнил его спутник.

– Да, да, точно, борцы с оргпреступностью! А это, кстати, инспектор Фредхорст, мой заместитель… Ну, будем знакомы! – как-то неестественно закончил он и вопрошающе посмотрел на Эльдара.

– Инспектор Эльдар Квазимор, к вашим услугам, – сухо представился Эльдар. Новый начальник произвёл на него не слишком приятное впечатление.

– Командир спецгруппы Очер, позывной – Альферес, – отрапортовал стоявший по стойке «смирно» светловолосый спецназовец.

– Ба, отдельный конспиративный особняк, собственный отряд спецназа – эк этот отдел начальство балует! – Дженхолл весело подмигнул казавшемуся безучастным Эльдару.

Альферес меж тем стал поочередно называть присутствующих:

– Ядозуб, Кулак, Счастливчик, наш снайпер; Рейдер, пулеметчик; Гиацинт, фельдшер; Ядро, гранатометчик; (здоровяк-привратник вытянулся по струнке) и Грация. Так повелось, что мы друг друга по именам не называем, только позывные используем.

– Грация, кхм… – повторил Дженхолл, глядя на последнего спецназовца, оказавшегося бритоголовой девицей.

– А это кто? – подал голос тот, кого назвали Фредхорстом, кивая в сторону сидевших женщин.

– Патриция, делопроизводитель, – тотчас отозвалась женщина в платье.

– А вы? – обратился Дженхолл к черноволосой девушке.

– Стажер Ренник…Ирэн Ренник. – робко ответила она.

– Ну, что ж, будем знакомы! Людей, я вижу, не так и мало, да еще и пополнение завтра прибудет. Квазимор, идемте со мной введете меня в курс дела, покажите, где у вас тут что. – подвел итог всему действу Дженхолл.

Когда Эльдар наконец отделался от начальства, он поспешил в свой кабинет, также располагавшийся на втором этаже, откуда доносились голоса Ирэн и Альфереса. Он остановился за дверью и вслушался.

– …а по-человечески тебя как зовут?

– Генри. Альферес – это лейтенант по-лоудитски. Кира, когда мне позывной давала, сказала, что до капитана я пока не дорос. – ухмыльнулся спецназовец.

Ирэн оглядывала нехитрую обстановку кабинета: пара шкафов, два стола, один из которых занимал Эльдар, а другой предназначался ей, множество пыльных папок на полках. Она обратила внимание на рабочее место Эльдара – на столе его царил идеальный порядок и всякий предмет занимал строго определенное ему место.

– Слушай, Ирэн, – Альферес подошёл поближе к ней, – мне жаль, что так вышло… с Теодором и Кирой. Я их не уберёг.

– Тут нет твоей вины… – Ирэн отмахнулась, но Альферес успел заметить слёзы в её глазах.

– Нет, я подвёл их. Это я и мои люди должны были закрыть их от бандитских пуль. – продолжал спецназовец. – Я Кире был многим обязан. И раз уж тебя каким-то боком занесло в этот отдел, то мой долг – защищать тебя. Хоть так я смогу загладить свою вину перед ними…

Дальнейший разговор был прерван Эльдаром, который, зайдя в кабинет и тщательно притворив за собой дверь, уселся на своё место.

– Да уж, прислали нам… начальничка. – как бы самому себе сказал Эльдар и затем пристально взглянул на Альфереса и Ирэн. – С кем вы будете? С ним или со мной?

– С тобой. – тут же дала ответ Ирэн.

– Этот Дженхолл здесь теперь главный… – Альферес не дрогнул под взглядом Эльдара, – и я должен исполнять его приказы. Но если что – я буду верен тебе.

– Отлично. Стало быть, хотя бы спецназ со мной. – меланхолично резюмировал Эльдар.

– А как же я? – обиделась Ирэн.

– Ты – никто, девочка на побегушках. Перекладывать бумажки – это всё, на что ты способна. Всё, оставьте меня. – Квазимор жестом приказал им выйти, а сам задумчиво стал перебирать бумаги на своём столе.

– Характер у него скверный, – уже за дверью прокомментировал всё произошедшее Альферес, – но зато умён, как чёрт. Ох, несдобровать новому начальнику, коли Эльдар против него играть начнёт.

***

На следующий день действительно прибыли четыре новых сотрудника: молодая женщина и трое мужчин. Встречали новоприбывших Эльдар и Ядозуб. Ирэн украдкой наблюдала за ними из боковой комнаты, где помещался архив.

– Я – старший агент Севрон, я очень рад, что смогу работать в вашем отделе – полез знакомиться один из них.

– Работают в банке, в АГБ служат. – осадил его Эльдар.

– Я ставлю на девчонку. – оскалился Ядозуб.

– Я не девчонка, я младший агент Виктория Мербано, – почувствовав враждебность, резко ответила ему светловолосая девушка, – и, если вы хотите делать ставки, идите к букмекеру.

– Не обижайтесь, спецназовцы просто поспорили кого из вас убьют первым. – с притворным дружелюбием, столь несообразным с его словами, объяснил ей Эльдар. – Добро пожаловать в Отдел специальных расследований.

Новые сотрудники несколько смутились, а Севрон попробовал поддеть Эльдара:

– Я вот слыхал, что агентов этого отдела называют палачами. Будто бы все уголовники их боятся. Как же вышло, что всех ваших положили, как птичек на охоте?

В комнате повисло тяжёлое молчание. Севрон сообразил, что сказал что-то не то. Эльдар повернулся к висевшей на стене круглой эмблеме. На багряном фоне красовалась четырехконечная звезда СДР, поверх которой был изображён череп и перекрещенные револьверы.

– Палачи… да, это про нас. Мы боремся с самыми опасными, самыми жестокими бандитами, которые не по зубам прочим правоохранителям. Мы волкодавы; нас не подкупить, от нас не скрыться и мы готовы убивать без раздумий. – Эльдар перевёл взгляд ниже, на доску с черно-белыми фотографиями и надписью сверху «Убиты при исполнении». – Но и наши противники не лыком шиты. И здесь очень легко погибнуть… Чтобы служить здесь мало быть хорошим сыщиком – нужно быть готовым умереть ради общего дела. Умереть, как умирали в луисарских степях мои товарищи. Помните об этом.

Речь Эльдара сильно подействовала на новых агентов, но осмыслить её они не успели. Дженхолл спустился вниз и приказал им идти в занятый им маленький кабинет наверху. Неизвестно, о чём он с ними беседовал, но почему-то он остался не слишком ими доволен.

– Балаган какой-то! Что я с ними делать буду? – жаловался он Фредхорсту.

– Гражданин капитан, мы с вами сумеем превратить это сборище в нормальный отдел…

– Мы? Фредхорст, я о ваших достижениях на ниве руководства наслышан. – капитан многозначительно посмотрел на своего зама. – Я не знаю, какого чёрта вас сюда назначили, но заниматься вы будете бумагами и прочей хозяйственной частью. Надеюсь, хотя бы это у вас развалить не получится.

Фредхорста такое отношение начальства к его способностям, которые он почитал за выдающиеся, несколько оскорбило. Но приказ есть приказ, и Фредхорст рьяно взялся за «наведение порядка» в отделе. Начал он документации, но стараниями Патриции вся весь документооборот содержался в идеальном порядке. После этого он заглянул в оружейную комнату и обомлел от количества хранящегося там оружия. Служивший ему гидом Ядро любовно показывал автоматы с подствольниками, бронежилеты, ручной пулемёт, гранатомёт, ящики с патронами и гранатами, пару снайперских винтовок…

– Откуда вы столько набрали? Неважно, мы всё лишнее вернём на склад, – сразу решил Фредхорст после ревизии.

– Как лишнее? Здесь всё нужное! – возмутился Ядро.

– Если я сказал лишнее, значит лишнее! – отрезал зам.

Ещё Фредхорст обнаружил целый шкаф, забитый униформой всевозможных ведомств. Там была и военная форма, и полицейские мундиры, и черное обмундирование войск АГБ, к которым принадлежали спецназовцы.

– Это нам для маскарада бывает нужно… – невразумительно объяснил назначение гардероба Альферес, и Фредхорст решил это всё тоже выкинуть. Альфереса решения нового заместителя не на шутку разозлили, и в конце концов разбирать их спор пришлось Дженхоллу.

– Вы издеваетесь, что ли? Не прошло и дня, а вы уже переругались из-за какого-то барахла! Ничего отдавать мы не будем, нечего своё добро разбазаривать! – начальник встал на сторону Альфереса, и Фредхорст на время поумерил свой организаторский пыл.

Глава 3

Тессер, как всегда, оказался прав. Не успел Дженхолл как следует устроиться на новом месте, как сверху ему подбросили задание. Собрав всех своих подчинённых в большой комнате для совещаний, он кратко обрисовал стоящую перед отделом задачу.

– В восточном пригороде Эзрамаса объявилась банда байкеров, возглавляемая парнем по кличке Череп. Они подмяли под себя всю эту территорию и выбили оттуда конкурирующие группировки. За этими байкерами уже числятся несколько перестрелок и нападение на полицейского…

– Разве полиция не может разобраться с этой шпаной? – перебил Дженхолла Эльдар. Фредхорст сурово поглядел на нарушителя субординации.

– Этой шпаны без малого пятьдесят человек, и у половины есть огнестрел.

– Откуда столько? – изумился Фредхорст. – В Союзе легально ничего, кроме охотничьих ружей, купить нельзя, да и на те нужна лицензия.

– У нас под боком в Наппоне творится чёрт знает что, и оттуда к нам оружия ввозят немерено. – разъяснил ему Эльдар. – Прошли те времена, когда эзрамасские полицейские могли идти в патруль, вооружившись только свистком и дубинкой.

– Штука заключается в том, что эти байкеры зачистили всех наркодилеров на своей территории, при этом сами ничего не продают. – вернулся к повестке совещания Дженхолл.

– Они расчищают для кого-то место на рынке… – предположил Квазимор.

– Именно. – согласился капитан. – А вот для кого, нам с вами и надо узнать. Прижмём Черепа – выйдем на заказчика всего представления. На Черепа лично у нас пока что ничего нет, так что сначала займёмся сбором информации о нём и его окружении. Потом возьмём за жабры кого-нибудь из его людей, а через них – его самого. Всё по классике.

– Гражданин капитан, тут вроде дело нехитрое, – начал предлагать иную стратегию Рейдер, – у нас на такие случаи есть простые и надежные методы…

– Раз уж вы вспомнили о методах, – посуровел Дженхолл, – репутация этого отдела мне хорошо известна. Я предупреждаю всех: мы тут с вами защищаем законы и оперируем строго в рамках законодательства. О методах, не предусмотренных процессуальным кодексом, приказываю забыть. Всё ясно?

Спецназовцы и агенты закивали, и Дженхолл велел всем вернуться к работе.

– Всё все свободны. Чем конкретно будет заниматься каждый из вас, вам скажет Фредхорст.

Эльдар прекрасно понял, что речь начальника была в первую очередь обращена именно к нему. Также было ясно, что новый начальник собирается изменить отдел сообразно со своими представлениями о том, как должны работать сотрудники органов. Вопрос был в другом: зачем Дженхолла назначили в их отдел, известный своим жестким подходом к ведению дел? Хочет ли Мюнцер изменить заведенные здесь порядки? Или же он намеренно поставил сюда Дженхолла, чтобы тот обломал зубы, пытаясь решать задачи, неисполнимые при стандартном подходе, раз уж он чем-то не угоден наверху? От ответа на этот вопрос зависело многое, но пока что Эльдар решил подчиняться. Поэтому он даже не стал перечить Фредхорсту, когда тот со злорадной улыбкой взвалил на него целую гору бумажной работы, и предпочёл сосредоточиться на деле.

Конечно, Эльдар и не думал перебирать бумажки лично, но, когда он приказал Ирэн разобраться с документами, та попробовала отказаться.

– Фредхорст мне тоже дал задание и сказал, что, если я не справлюсь, он устроит мне проблемы.

– Ты подчиняешься мне, и твоя задача – делать мою жизнь проще. О Фредхорсте же я позабочусь сам.

После этого Эльдар куда-то уехал на полдня, оставив Ирэн заниматься бумагами. Но не успела она приступить к делу, как в кабинет влетели двое спецназовцев.

– Что за времена настали! Из-за всего этого бардака мы даже толком не познакомились! – затараторил первый.

– Счастливчик, правильно? – вспомнила Ирэн и посмотрела на второго. – А ты Гиацинт?

– Верно, – подтвердил тот, присев на крышку стола, – медик, и по совместительству, поэт.

– Ага, и неизвестно, что у него получается хуже – писать стихи или оказывать первую помощь. – засмеялся Счастливчик.

– Вот что приходится терпеть, а ещё лучший друг, называется. – придав своему лицу скорбное выражение, пожаловался Гиацинт. – Так как такую красивую девушку занесло к нам?

– Эльдар предложил мне работать здесь.

– У тебя прекрасные глаза. – Счастливчик уже успел оценивающе оглядеть Ирэн и решить, что она весьма недурна собой. Глаза у неё были какого-то необычного оттенка голубого, отчего порой они казались фиалковыми, и словно излучали мягкий свет.

– Имей совесть, брат, ты же нацелился на Викторию. Брюнетки – это больше по моей части. – Гиацинт подмигнул Ирэн.

– Ты ещё расскажи ей, как ты на вечерних курсах на гинеколога учишься… – снова поставил подножку товарищу Счастливчик, а Ирэн покраснела.

Появление Альфереса остановило это маленькое состязание в галантности.

– Исчезли, – раздалась команда, и спецназовцы тут же ушли, а Альферес, заметив некоторое смущение на лице у Ирэн, добавил, – они нормальные, просто любят подурачиться. Ты не удивляйся – мои ребята все малость странные.

***

Сбор информации о Черепе и его банде занял четыре дня. За это время Эльдару стало ясно, что быстро справиться с этим делом не получится. Сам Череп был на удивление осторожен, пребывая всё время либо дома, либо в мотоклубе, служившем байкерам штабом, либо в баре напротив. Известно про него было немного: сидел за разбой, потом обретался в Хуан-Лехое, там сколотил группировку из таких же отморозков, с которыми он и откочевал в Эзрамас.

Пожалуй, наиболее примечательной была жестокость, с которой действовали байкеры. Среди эзрамасских криминальных авторитетов устраивать разборки со стрельбой было непринято – слишком много внимания привлекали подобные выходки. И то, что люди Черепа успели прикончить добрых полдюжины конкурентов за тридцать дней, сильно настораживало Эльдара. Действовать так нагло можно, лишь опираясь на какие-то очень влиятельные силы. Возможно, этим объяснялась и удивительная близорукость полиции, которая не проявляла интереса к всплеску насилия в восточном пригороде. А тут ещё приключилась эта скверная история с информатором, над которой он сейчас и размышлял.

Один из старых знакомых Дженхолла, обитавший в восточном пригороде и имевший крепкие связи с тамошним криминальным миром, вдруг изъявил желание дать информацию на Черепа и попросил начальника о встрече. Беда была в том, что прямо перед встречей начальника вызвал к себе Мюнцер, поэтому он приказал Фредхорсту взять кого-нибудь из агентов и поговорить с информатором самому. Фредхорст перепоручил это дело Симкену, одному из новых агентов, так как ему не хотелось тащиться на другой конец города.

Хуже всего было то, что перед этим ему на глаза попалась Ирэн, и заместитель спросил её, как продвигается данное ей задание. Ирэн, которую завалил работой Эльдар, как назло, в этот момент уехавший, честно ответила, что никак.

– Ирэн, ты забыла, кто здесь главный?! Если твой дружок Квазимор протащил тебя сюда по блату, то это не даёт тебе право игнорировать мои приказы! – заорал на съежившуюся Ирэн Фредхорст. – Одно моё слово, и ты вылетишь отсюда пулей!

– Но Эльдар…

– Квазимор здесь никто. Я скоро выкину его отсюда. У меня большие связи в верхах, и моё покровительство дорогого стоит. Будешь делать, что я говорю – глядишь, тебя не выгонят вместе с Квазимором.

Фредхорсту с первого взгляда не понравился Эльдар, в нём он видел потенциальную угрозу своему благополучному пребыванию на посту замначальника. И возможность унизить его протеже он упускать не собирался.

– Ладно, у тебя есть шанс загладить свою вину, – сменил гнев на милость Фредхорст, – поедешь с Симкеном, поговорите с информатором.

Встреча была назначена в баре, и когда Ирэн и Симкен явились туда, там были лишь информатор, фото которого им дал Фредхорст, и ещё два амбала, сидевших у стойки. Подойдя к развалившемуся за столиком информатору, Симкен показал ему удостоверение в зеленой обложке. Тот посмотрел на агентов, потом покосился на мордоворотов у стойки и вдруг заорал:

– Это красноглазые! Бей их, ребята!

Ирэн быстро повернулась к стойке: те двое встали и надвигались на неё, а кричавший вскочил и рванул к служебному выходу в углу зала.

– Граждане, мы агенты госбезо… – закричал Симкен, но удар по голове вылетевшей из рукава одного из амбалов цепью оборвал его крик.

– Ну что, девочка, потанцуем? – оскалился второй, сверкнув выкидным ножом.

Шансов отбиться от двух противников у Ирэн не было, тем более что оружие ей, как стажеру, не полагалось. Но, видно, провидение сочло, что умирать ей ещё рано.

– Бросай оружие! – раздался громовой голос Альфереса, влетевшего в бар с пистолетом в руках. К счастью, он слышал весь разговор между Ирэн и Фредхорстом и на всякий случай поехал вслед за агентами.

Бандиты послушно бросили свои железки и подняли руки вверх. Симкен поднялся, зажимая рассеченную бровь, а Ирэн в оцепенении переводила взгляд с Альфереса на бандитов. Слова Эльдара про готовность умереть перестали казаться фигурой речи.

Эльдар, выяснив, что нападавшие состояли в банде Черепа, но так и не сумев добиться от них показаний, пришёл к неутешительному выводу. Информатор был подставой, а нападение на агентов – политическим ходом. Слухи о том, что люди Черепа настолько отмороженные, что нападают на «красноглазых», как называли агентов из-за красного всевидящего ока на эмблеме АГБ, должны были вселить страх в оставшихся конкурентов. И тот факт, что Череп не боится даже АГБ говорил о том, что за ним стоят очень серьёзные люди.

Следовало подумать о практических шагах. Во-первых, Черепа, посмевшего устроить нападение на сослуживцев Эльдара, следовало поставить на место. Это было дело чести. Эльдару уже не до соблюдения приказов Дженхолла – жизни его товарищей были под угрозой, и виновные заплатят за это кровью. К тому же нельзя допустить, чтобы в криминальной среде перестали бояться их отдел – а кто будет бояться тех, кто и за себя-то постоять не может?

Во-вторых, следовало разобраться с Фредхорстом. Его разговор с Ирэн свидетельствовал, что он не оставит Эльдара в покое. Тогда остается одно – превентивный удар.

Самому Фредхорсту пришлось и так несладко: Дженхолл был в ярости, узнав, что его зам нарушил приказ, да ещё и подставил под удар двух новичков. Но после головомойки в кабинете начальника его ждало нечто более страшное. Его ждал Эльдар.

– Фредхорст, сегодня вы грубо обошлись с Ирэн, а ваша дурость чуть не стоила ей жизни. Я не позволю так обращаться с моими людьми.

– Будьте повежливее, Квазимор, – повысил голос Фредхорст, – я старше вас по должности. И здесь нет ваших людей, а вас самого отсюда скоро погонят поганой метлой.

– Фредхорст, я здесь, чтобы бороться с преступностью, а не устраивать подковерные склоки. Но раз вы ищете схватки со мной – вы её получите… – Эльдар прервался, так как из кабинета выглянул Дженхолл.

– Что опять за скандал? Всё, хватит, разойдитесь. – Фредхорст и Эльдар разошлись по своим кабинетам, но было ясно, что конфликт этот будет иметь продолжение.

Глава 4

После того случая в баре Альферес отвёл Ирэн в оружейную комнату и приказал Ядру выдать ей оружие.

– Держи. Как раз под твою руку. – Ядро вытащил из несгораемого шкафа маленький серебристый пистолет.

– Я же стажёр, мне не положено…

– Бери. Приказ Дженхолла. – Альферес вложил пистолетик ей в руку.

Пока Ирэн крутила его в руках, Ядро взял из шкафа пистолет с толстым круглым стволом, разобрал его, протер каждую деталь и собрал обратно.

– У Эльдара игрушка, конечно, посерьёзней, – Ядро показал на букву «Э» на рукояти, – семь патронов, точный, лёгкий и практически бесшумный. Лучшее оружие для агента.

– Ядро обожает оружие. – с усмешкой кивнул на него Альферес.

– А это чьё? – Ирэн заметила длинный тесак с прямым лезвием, лежавший на столике в углу.

– Альфереса. Ему это тесак один монах подарил, большой умелец по части холодняка. Альферес его везде с собой таскает. Ему монах сказал, что пока с ним этот клинок, он из любого боя невредимым выйдет.

– Наверное, это была метафора… – предположила Ирэн, но появление Эльдара вынудило её прекратить разговор.

– Поедешь со мной, – инспектор забрал у Ядра свой пистолет и жестом позвал Ирэн за собой, – будешь учиться оперативной работе.

***

Ехать пришлось в северную часть города, где располагался наппонский иммигрантский квартал. Попетляв по его загруженным транспортом улочкам, Эльдар остановил свой служебный черный седан около магазина антиквариата.

– Зачем мы сюда приехали? – задала вопрос Ирэн, но Эльдар лишь приказал ей выйти из машины и следовать за ним. Ирэн покорно вошла за ним в магазинчик, заваленный разным хламом минувших эпох. Отсутствие посетителей не удивило её – кому нужен антиквариат в бедном иммигрантском районе?

Эльдар подошёл к продавцу, благообразному смуглому наппонцу лет сорока.

– Сеньор начальник! А я-то думал, что вас нет в живых! – наппонец узнал Эльдара и заискивающе улыбнулся. – Ах, какая нехорошая история с сеньорой Кирой вышла, таких людей убили, ай-ай…

– Рики, я к тебе по делу.

– Ба, а что же вы не представите свою очаровательную спутницу? – наппонец заметил Ирэн и галантно ей поклонился.

– Это Ирэн, моя помощница, – Эльдара явно раздражала болтливость наппонца, – Ирэн, это Рики Куарена, жулик, шулер и первейший скупщик краденого во всем северном Эзрамасе.

– Сеньорита, не слушайте его, я честный бизнесмен, – замахал руками Рики, но тут же перешёл к делу, – так что вас интересует?

– Байкеры из восточного пригорода, а именно Череп.

– Череп – беспредельщик, он уже многим надоел. Особенно сеньору Малатери. Надоел настолько, что сеньор Малатери забил Черепу стрелку в старом ангаре на 11-й улице.

– Малатери? Это же его люди держали восточный пригород. – вспомнил Эльдар. – Да, у него есть повод для недовольства. Череп будет там лично?

– Да. Информация надежная, сеньор начальник. Вот время и адрес, на всякий случай, – Рики быстро начеркал что-то на клочке бумаги и отдал его Эльдару, – больше у меня ничего нет.

– Этого хватит. Спасибо. – Квазимор поспешил назад к машине, Ирэн побежала за ним, попрощавшись с Рики.

– Эльдар, а почему он тебе помогает?

– Пять лет назад его приперла к стенке Кира и дала ему выбор: провести лет десять в местах весьма отдаленных или стать информатором. Он выбрал второе. – сжато объяснил Эльдар, садясь в машину. – Поехали, нам нужно ещё в два места.

Первым место оказался кабак, где Эльдар выловил не в меру накрашенную девицу, о чём-то с ней переговорил и дал ей денег. Содержание их разговора Ирэн не слышала, а спрашивать Эльдара ей как-то не захотелось. После этого Эльдар сделал два звонка из телефонной будки, и они поехали дальше. Вторым местом было небольшое кафе, где он нагло подсел за столик к мордатому господину в песочном костюме и показал ему своё удостоверение.

– Какого чёрта вам нужно? – господин бросил газету, которую он читал и недовольно уставился на Эльдара.

– Ваши люди не должны явиться на стрелку с Черепом, гражданин Малатери.

– Что? Агент, ты что, перегрелся? – опешил Малатери.

– Сделайте, как я сказал. Вместо ваших людей с Черепом пообщаюсь я. У АГБ к нему тоже есть претензии. Я позабочусь о Черепе, а вам нужно только не отменять стрелку и не появляться там самому. В противном случае мой отдел займется вами наравне с Черепом.

Малатери был одним из крупных игроков в эзрамасском криминальном мире. И об Отделе Спецрасследований он, конечно, слышал. И раз этот отдел интересуется Черепом, то путаться у красноглазых под ногами, рискуя попасть под раздачу, было бы глупо. И раз АГБ любезно предлагает Малатери отойти в сторонку, то грех им отказывать.

– Я сделаю всё как надо.

– В таком случае, всего хорошего. Если что, этого разговора не было. – Эльдар покинул кафе и вернулся к машине, где его поджидала Ирэн.

– Что ты задумал, Эльдар?

– После расскажу. – Квазимор, поглощенный созданием плана будущей операции, не стал вступать в разговор.

Лёгкость, с которой Эльдар нашёл Малатери объяснялась просто – весь прошлый год этот тип находился в разработке у их отдела, и Квазимор помнил наизусть, где тот бывает в течение дня. Конечно, просить бандита об услуге Эльдару не хотелось, но присутствие людей Малатери на стрелке могло стать помехой. Сам же Малатери будет наверняка рад, если АГБ разберется с Черепом, и неофициальную просьбу Эльдара выполнит в точности. Единственной проблемой мог стать Дженхолл, но он беспокоил инспектора меньше всего.

***

Патриция, Севрон, Ядро и ещё один новый агент, Мика Бадур, находились в небольшой комнате, где напротив друг друга стояли два стола. За одним сидела Патриция, деловито печатавшая на машинке, за другим – Бадур, подключавший провода к установленному монитору. Ядро и Севрон с любопытством наблюдали за его действиями.

– Я думал, он будет больше… Те компьютеры, что я видел в информационном центре АГБ, занимали целую комнату. – осматривал чудо электроники Севрон.

– Так это же персональный компьютер! Жалко, таких в продаже пока мало. А в будущем, как знать, может быть, компьютер будет помещаться в обычный портфель, а то и просто в карман штанов. – отвечал ему Бадур.

– Чтоб такая штука – и в карман влезла? – рассмеялся Ядро. – Да ну, брешешь!

– Патриция, а ты Квазимора хорошо знаешь? Я просто никак понять не могу, чего с ним не так? Мрачный он какой-то, недружелюбный… Даже на Фредхорста наехать не побоялся. – сменил тему разговора Севрон.

– В тебя бы бомбой швырнули, тогда бы понял. – проворчал Ядро.

– Видишь ли, – Патриция перестала печатать, – мы тут все были значительно ближе друг к другу, чем обычно бывает между коллегами. А у Эльдара, кроме сослуживцев, никого и не было – не семьи, ни друзей. Для них эта служба была не просто работой – общим делом. Их можно было назвать фанатиками, пожалуй. События в Луисаре стали для него страшным ударом и, боюсь, дурно сказались на его психике. И появление здесь вас или этого болвана Фредхорста он воспринимает как оскорбление памяти наших погибших друзей, помеху их общему делу.

– Мне вот интересно, чем занят Дженхолл. То из кабинета носу не кажет, то в главке пропадает целыми днями… – размышлял вслух Ядро, по знаку Мики сдвинув без малейшего усилия тяжеленный шкаф и освободив путь к розетке.

– Думается мне, что у него с начальством в главке какие-то проблемы. Но это не наше с вами дело. – Патриция решительно прекратила пересуды и бойко застучала клавишами машинки.

***

Как ни странно, предположение Патриции оказалось недалеко от истины. Едва Дженхолл обосновался в отделе, как ему пришлось решать множество проблем, доставшихся в наследство от прежней начальницы. То управление снабжения требовало отчёты о расходе боеприпасов, то какая-то мымра из генеральной прокуратуры грозила проверкой по факту превышения полномочий покойной Кирой… А ещё был кадровый вопрос – вместо обещанных Дженхоллу оперативников ему прислали технаря и девчонку прямиком из Академии АГБ, проштрафившегося дуролома и Симкена, который только и умел, что вычислять схемы отмывания денег. На кой черт он нужен в отделе, занимающемся вооруженными отморозками?

Но главное было не это. Дело в том, что по внутренностям бюрократической машины АГБ болталась одна кляуза на Дженхолла, связанная с его деятельностью на предыдущей должности. Кляуза была насквозь лживая, но попади она на стол Мюнцеру – быть беде. И всё своё время и новоприобретенные полномочия Дженхолл употреблял на остановку хода этой проклятой бумаги, но пока что ничего не получалось.

Словом, ему было совсем не до ведения расследования, поэтому, когда Эльдар сказал ему что-то про Черепа и его стрелку с ещё каким-то уголовником, он только покивал и разрешил инспектору делать всё, что тот посчитает нужным.

Хорошо, что хоть трения между Фредхорстом и старослужащими вроде прекратились – он сам видел, как Альферес приглашал зама выпить с ним и его бойцами после службы, и Фредхорст согласился. После перепалки между Квазимором и Фредхорстом тоже никакой эскалации не последовало, и Дженхолл, пустив прочие дела на самотёк, вернулся к своей главной проблеме.

***

Примирение между Альфересом и Фредхорстом на самом деле состоялось. Генри извинился перед замом за предыдущие склоки и заявил, что его люди хотят, по доброй армейской традиции, попотчевать Фредхорста выпивкой. Тот, хотя спиртного не любил, счёл, что отказаться будет невежливо. Если бы заместитель был чуть-чуть внимательнее, то он бы заметил, как в глазах бравого командира спецназа во время этой речи мелькали насмешливые искорки.

Тем же вечером спецназовцы привели Фредхорста в бар, находившийся в двух кварталах от особняка, занятого их отделом. Там им выделили отдельный стол в углу и сразу принесли несколько бутылок какой-то крепкой дряни, название которой Фредхорст позабыл. Он собирался выпить рюмочку из вежливости и откланяться – но не тут-то было. Сначала Альферес поднял бокал за Фредхорста – пришлось пить до дна. Потом – за армию Союза, и опять пришлось пить. Потом пили за здоровье каждого из присутствующих, потом ещё за что-то… И если на доблестных воителей алкоголь, похоже, никак не влиял, то Фредхорст уже скоро перестал вообще что-либо соображать.

Что было дальше, Фредхорст помнил плохо. Сначала к ним подсела какая-то девушка, показавшаяся ему редкой красавицей, потом она сидела у него на коленях, потом он провожал её домой… У дверей её квартиры она притянула его к себе, жарко поцеловала и решительно увлекла в своё жилище. Что было после, Фредхорст не помнил совсем.

Утром он проснулся с жуткой головной болью в незнакомой комнате и первые мгновения пытался понять, где он находится. Он пошарил рукой по кровати – прекрасной незнакомки не было. Тогда он перевёл взгляд в угол комнаты и чуть не грохнулся с кровати – в углу в кресле сидел Эльдар.

– Доброе утро, Фредхорст! – с насмешкой поприветствовал его Квазимор.

– Вы…вы что здесь делаете? – Фредхорст с надеждой подумал, что, может, это просто галлюцинация.

– Я? Это вы мне скажите, что вы делаете на квартире у проститутки? И почему вы весь обсыпаны наркотой?

Фредхорст посмотрел на одеяло – оно было выпачкано в ярко-красном порошке, в котором он сразу признал корундин – тяжёлый наркотик, простое хранение которого было чревато крупными проблемами с законом.

– Я не знаю откуда здесь наркотики, – хмель быстро выветривался из головы Фредхорста, – а разве она была… проституткой?

– И не просто проституткой, а ещё и информатором полиции. А вон там, над зеркалом, – Эльдар показал пальцем, – стоит скрытая фотокамера. И все ваши…гм, утехи попали на плёнку.

И Фредхорст понял. Он понял, что не было никакого примирения, и что этот очкарик вместе с проклятыми спецназовцами развёл его, как последнего дурака.

– Вы подставили меня! – заорал он.

– Подставил, – ядовито осклабился Эльдар, – а за дверью сейчас стоят двое полицейских из отдела по борьбе с наркотиками. Когда они войдут, то вас задержат за незаконное хранение корундина, а потом фотоотчёт о вашей ночи ляжет на стол начальнику управления собственной безопасности АГБ. И даже ваш дядюшка, занимающий большой пост в главке, вам не поможет – вас выгонят поганой метлой, как вы изволили раньше выразиться.

– Откуда…

– Откуда я знаю про ваши «связи»? – Эльдар упивался растерянностью своего противника. – Просто у меня есть свои… связи.

Эльдар торжествовал – ничто так не приятно, как барахтающийся в грязи враг. Но затеял он это всё из практических соображений – и пора было перейти к практическим же шагам.

– Фредхорст, я не стану топить вас… Я не такой, как вы. Тех полицейских я сейчас отправлю восвояси, и мы тихо уйдём отсюда, а вы сохраните свою должность и репутацию. Но если вы ещё раз хотя бы бросите косой взгляд в мою сторону или кого-то из моих людей, если будете строить мне козни – те фотографии дойдут до адресата. Если будете против меня – я уничтожу вас, и вы теперь знаете, что я не бросаю слов на ветер.

Конечно, вся эта затея была несколько рискованной – но даже если Фредхорст попробует обвинить Эльдара в организации подставы, то он всё равно вылетит из АГБ – управление собственной безопасности ревностно следило за моральным обликом сотрудников, и дядюшка Фредхорста над управлением власти не имел. Почему Эльдар не добил Фредхорста? Нет, дело не в благородстве: просто лучше пусть заместителем остается дурак, на которого у Эльдара есть компромат, чем пришлют нового и придётся всё начинать сначала. Вопрос с Фредхорстом был решен – очередь была за Черепом.

Глава 5

Хотя Череп и вёл себя крайне осторожно, Дженхолл счёл необходимым поместить того под наблюдение. «Пасти» Черепа силами отдела было накладно, а людей у Дженхолла и без того не хватало, поэтому он попытался получить помощи от службы наружного наблюдения АГБ. Однако, начальник «наружки» вежливо объявил, что все его люди заняты.

– Что, совсем людей нет? – бранился с ним по телефону Дженхолл.

– Для вас – нет.

Позднее Патриция объяснила начальнику, что руководство «наружки» пребывало в дурных отношениях с Кирой, и добиваться от них помощи бесполезно. Поэтому уже который вечер Севрон и Виктория были вынуждены таскаться по городу за Черепом, тешась слабой надеждой увидеть хоть что-то, что может помочь посадить его.

– Может, они нажрутся, и мы их за езду в нетрезвом виде прижмём? – горько пошутил Севрон, когда на шестой день наблюдения они с Викторией торчали возле бара, где по вечерам пьянствовали Череп и его братва.

– Слушай, а ты где раньше служил? – от скуки спросила его Виктория.

– В спецотделе по борьбе с оргпреступностью.

– Почему же тебя перевели сюда? Там же вечно людей не хватает.

– Я облажался, – Севрон смущенно почесал бритый затылок, – мы брали помощника одного наркобарона, и был приказ брать его только живым. А во время штурма его дома он выскочил прямо на меня, и мне показалось, что у него был ствол. Я выстрелил и убил его. Ствола у него, как выяснилось, не было. Ну, и меня выгнали сюда.

В дверях кабака показалась шкафообразная фигура Черепа, за ним потянулись семеро его мордоворотов. Оседлав мотоциклы, вся компания отъехала от бара, не заметив прицепившуюся к ним приземистую машину агентов.

Поездка вышла недолгой: проехав несколько кварталов и достигнув окраины восточного пригорода, байкеры остановились перед полураскрытыми воротами ветхого ангара. Уже стемнело, и припарковавшимся поодаль агентам были видны лишь неясные силуэты сгрудившихся байкеров. Севрон лишь смог разглядеть, как Череп, выделявшийся габаритами на фоне прочих, и трое других бандитов проскользнули внутрь ангара.

Едва эта четверка исчезла, как перед вокруг остальных байкеров и их стальных коней материализовались четыре одинаковых тени. Байкеры тихо попадали на колени, тени засуетились рядом с ними.

– Что-то тут неладно… Надо вызвать подмогу. – Севрон потянулся за рацией, но тут в боковое стекло постучались. Севрон поднял голову – у машины стоял Рейдер в полной боевой экипировке.

– Здорово, ребята! А вас что, Дженхолл не предупредил, что сегодня мы за Черепом присматриваем?

– А что там творится? – Виктория показала на ангар.

– У Черепа там внутри встреча назначена. Сейчас вторая сторона появится, и мы их разом накроем. А тех баранов снаружи мы просто от греха подальше мордами в асфальт уложили.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Шир – традиционное название территориальных единиц (провинций) в Эзракии, позднее распространенное на прочие республики.

Вернуться