Не нарушив принцип домино
Философская лирика
Дмитрий Константинович Ломакин

Составитель Таисия Алексеевна Ломакина

© Дмитрий Константинович Ломакин, 2023

ISBN 978-5-0059-7659-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Взгляд сквозь годы

Лишь в фотографиях осталось
Воспоминания о былом,
А ведь недавно всем казалось,
Не быть нам в облике другом.

Не видеть в зеркале морщины,
Что нас так грубо искажают
И груз тяжёлой годовщины,
Той, что в раздумье погружает.

В которой с проседью в словах,
Уж нет завидной прыти,
А встреча с солнцем на волнах, —
Спустивший парус для открытий.

Через очки на мир глядим,
Листая годы Божьей книги,
Путь уступая молодым
На стыке мировых религий.

Путнику

«Либо я найду путь, либо проложу его.» Ф. Сидни.

Тихая звёздная ночь
С нежной луной на погосте,
Видно придёт ко мне гость,
С слаженным телом и ростом.

Что он захочет сказать,
Путник души сокровенной?
Как мне его называть
В этой бескрайней вселенной?

Сколько же дней он в пути,
В тяжких судьбы испытаниях?
Чтобы с ума не сойти,
В вечных душевных скитаниях?

Раны на теле его,
Порваны обувь, одежда,
Было порой нелегко,
Но согревала надежда.

Кто-то бросал ему вслед
Камень заляпанный грязью,
Но приходящий рассвет
Гнал, что помечено мразью.

Кто-то его предавал,
Дружбу продав за богатство,
И свою жизнь проживал
Поступью лжи и лукавства.

Кто-то в упадке сил
Дальше идти отказался,
И, от борьбы отступив,
Как механизм сломался.

Вот и ко мне он пришёл
В звёздную ночь полутенью,
Тихо молитву прочёл,
Дом мой предав освященью.

Позже, присев к очагу,
Взглядом меня исповедав,
Путник откушал чайку,
Сытного хлеба отведав.

Крошки собрав со стола
В тёплые солнцем ладони,
Начал во славу Христа
В путь собираться Господний.

С утренней яркой звездой,
Той, что зовётся Венерой,
Стал я просить, чтоб с собой
Взял он меня с Божьей верой.

Чуть приоткрыв в мир глаза,
Он отряхнул пыль с одежды…
– Это, сын мой, для меня,
Ты же – другим стань надеждой.

С шелестом листьев и трав
Путников жди отовсюду,
Твой, с добрым словом, очаг
Их защитит от Иуды.

А радость встречи и кров
Вмиг озарят ваши лица,
И на волне облаков
Встретишь меня в колеснице!

Бренности жизни

Придёт время, когда ты решишь, что всё кончено.

Это и будет начало». Луис Ламур.

Кто в жизни дал нам вечное страданье?
Кто руководство даровал на путь,
Дающее нам в вере пониманье,
В чём бытия божественная суть?

К нам время так бывает равнодушно.
И ничего не сможет нам вернуть,
Оно капризно, дерзко, непослушно,
Свечу в окне пытается задуть.

Как избежать нам бренности порочной,
Её петли земного жития
И мухобойкой гибкой, очень прочной,
Убить безбожности седого мотыля.

И в пляс пуститься, пол круша ногами,
Со свистом разгоняя хмурый люд,
Столкнув их твёрдыми, морщинистыми лбами,
Смыв кровь водою, выставить на суд.

Чтоб там найти вершину совершенства,
Прося у Искупителя мольбы,
И, доведя себя до врат блаженства,
Забыть навеки город зла и тьмы.

В мольбах

В мольбах, что читаются страстно,
На фресках дорог каменистых,
Всё страннику жизни подвластно
В обеих руках мускулистых:

Подняться скользя на вершину,
Ломая до боли запястье,
Иль прыгнуть в морскую пучину,
Ловя сетью вечное счастье.

А то, на сценичных подмостках,
Под дробь боевых барабанов,
Зажечь яркий факел форпоста
Для плясок могучих титанов.

В мольбах просыпаются чувства
И кровь к голове приливает…
Есть смысл в сумасбродном безумстве,
Оно нашу жизнь украшает.

И дарит надежду мирянам
На вечный покой в поднебесье:
Евреям, арабам, славянам,
Как Авгур¹ в божественной пьесе.

Сакральное

Копнув ковшом своих воспоминаний,
Пространство временное разбудив,
То уходил в эпоху начинаний,
То в будущем гулял, всех удивив.

Вот так перемещаясь в атмосфере,
Преодолев всю гравитацию Земли,
Служа исправно православной вере,
Зашёл в сакральную страну я в эти дни.

Язык богов там в ритуалах вечен
И отдалённость от мирского высока,
Но я был в том саду небес замечен
Смиренным глазом их проводника.

Явился он мне в облике святого —
Благочестивым и иссохшим стариком,
Но с божьей искрой тела воскового,
С Животворящим, истинным Крестом.

Он вёл меня цветущей рощей,
Через холмы, поляны в чудный храм,
В изношенных сандалиях на ощупь,
Чтоб поклониться трижды образам.

Потом учил великому искусству
С сакральным назначением внутри,
Высокому и радостному чувству
Познать бескрайние в галактике миры.

Оно отмечено особенным влиянием —
Потусторонним циклом дней, недель:
И в празднестве, и в скорбном состоянии
Всегда хранить земную колыбель.

В священных текстах сокровенных знаний
С потусторонним откровением божеств
Я открывал страницы назиданий
Для вечной жизни человеческих существ.

Пил эликсир бессмертия во благо,
Нечеловеческую силу испытав,
Сразил мечом хранительницу мрака,
Молитву на победу зачитав.

Закончив путь, мудрец присел на древо,
Сказав простые для меня слова:
Иди по жизни с Господом и смело,
Сакральное живёт с тобой всегда.

Оно в твоей семье, в любви и детях,
И в памяти о тех, кто уж ушёл,
Ты человек, всегда за них в ответе,
Вот потому со мной сей путь прошёл.

Кукушка

Трепещут крыльями в груди
Стрекозы-речники,
Куда бежать, куда идти,
Дни жизни коротки.

Но вот я слышу вдалеке,
Где роща словно храм,
Кукушка, спрятавшись в листве,
Кукует по годам.

«Ку-ку» – годок, «ку-ку» – другой,
Их много, не считать,
И я спешу, друзья мои,
Об этом написать.

С рассвета летнего звучит
Кукушкино: «Ку-ку!»,
Она гадаем всем про всё,
Усевшись на суку.

Её стеклянный голосок,
Скорее громкий клич,
В вопросе даст такой ответ,
Что хватит паралич.

Он радость, тайну и печаль
В себе несёт зараз,
Что и не знаешь, как тут быть,
Задумав сей рассказ.

Я верю в порчу, в чёрный сглаз,
Но верю и в неё,
Хотя бросает так легко
Другим своё гнездо.

Но это так заведено,
Не мне менять уклад,
Порой кукушкино яйцо
Несёт в себе нам клад.

В нём детства чудные года
С конфетами во рту
И фотография отца,
Где с ним в кино бегу.

Потом из школы, кто куда,
В потоке шумных дней,
Но помнить будем мы всегда
Заботу матерей.

За годом год «ку-ку, ку-ку»,
Меняемся в лице,
И птица, вспомнив о тебе,
Напомнит о конце.

А дальше годы, что не знал,
Не ведал никогда,
Вот оттого вся голова,
Как ствол берёз, седа.

К закату день уж подошёл,
Стихает всё вокруг,
И я поставлю точку здесь,
Чтоб избежать разлук.

Воспоминание о будущем

«Всякий, кто не верит в будущую жизнь,

мёртв и для этой». И. Гёте

Пересекая линию событий,
К которым мы ещё не подошли,
Я в будущем, в концепции открытий,
Где люди своё счастье обрели.

Здесь каждый шаг заранее известен,
В модели времени уже определён:
Шагами прошлого, конечно, интересен,
Но по размаху мозгом превзойдён.

И опираясь на шкалу цивилизаций,
Владея в совершенстве всей Землёй,
Я не боюсь эпохи девальваций
И перевыборов в России с болтовнёй.

Теперь живу я в нравственном покое,
С любовью ощущая жизнь насквозь,
С готовностью внедрить передовое
И не смещая магнитудой ось.

Так, обозначив сингулярность² интеллекта,
Я в бесконечность ход смогу найти,
В которой встречу разум совершенства,
Чтоб нас от войн и голода спасти.

Большое сжатие или разрыв Вселенной…
Другая раса сможет уберечь,
Объединив всех жизнью полноценной,
Способной к творчеству разумному привлечь.

Пройдя дорогой предсказания пророков,
Сверхдальнего прогноза на века,
Найду страницу старых некрологов,
Где с фотографией две строчки про меня.

Но это позже, я ведь в настоящем,
Оно прекрасно в облике своём,
Как и в прошедшем времени, уж спящем,
Пока мы любим, молимся, живём!

Взгляд в прошлое

«Всегда чти следы прошлого.» П. Стаций

Зелёный свет в глазах вдруг появился —
То аура, сошедшая с небес,
И взгляд на прошлое мгновенно изменился,
Как будто я попал в страну чудес.

Да, это чудо, чтоб туда попасть
И пережить события в пространстве,
Где время повернуло вспять,
Когда рождались для великих странствий.

В них изучал историю эпох,
Своих корней и величавых предков,
Осознавая бесконечности подвох,
Где можно жизнь сгубить простой рулеткой.

Я извлекал всю пользу бытия
И набирался опыта в ошибках,
Чтоб правильно оценивать себя
В открытом взгляде и сияющих улыбках.

Во всём причинно-следственную связь
Сквозь череду физических открытий,
Я находил, всё крепче становясь
И с каждым годом жизни даровитей.

Вот так из прошлого я в мир пришёл другой,
Он настоящим временем представлен,
Неотделимо связанный с судьбой
И в будущее Господом направлен!

Картинки детства

Спустя шестой десяток лет
Легко и грустно прикоснуться к детству,
В котором вижу на себе берет
И пацанов, живущих по соседству.

Картинки детства, как они нежны:
В них солнца уст улыбка золотая
И звёзды в небе ярко зажжены,
А мама в них навечно молодая.

Притопнув ножкой, с радостным лицом
Бегу навстречу к ней не понимая,
Что вновь играя во дворе с мячом,
Дорогу детства только сокращаю.

Но невозможно всё остановить,
Не допуская боль непонимания…
В кармане сладости я буду находить
И ощущать душевное внимание.

Время далёкого детства

Увы, устроен так печально мир,
В нём мало времени для детства,
Чтоб протирать штаны до дыр
И на песке под солнцем греться.

С разбега прыгать в глубь реки,
Пугая стаю мелких рыбок,
И выпускать из ила пузырьки
В лучах из солнечных улыбок.

Бродить с утра по лужам в сапогах,
Пуская плотик из игрушечного флота,
Который гибнет где-то в островах
От ног бегущих дядек на работу.

Придя домой увидеть диафильм,
Включив проектор старенькой модели
И на полу собрав пижамой пыль,
Уснуть с любимым мишкою в постели.

Во сне летать под куполом Земли,
Расправив руки словно крылья птицы,
Не понимая, что там впереди
И как скорее к маме возвратиться.

Чтоб ощутить тепло родимых рук,
Услышав голос только ей присущий,
Открыть глаза забыв про свой испуг,
Смотреть на мир загадками влекущий.

Короткий срок даёт нам время детству,
Но неизменно только лишь одно:
Оно всегда живёт в глубинах сердца,
Играя в салочки и в прятки заодно.

Метафизическая рапсодия

Я жить хочу до исступления,
Сжимая пальцы в звонкий хруст,
И бить врагов без примирения
Посредством фраз из пылких уст.

Сменять закаты на рассветы,
Гулять часами под дождём
И ощущать прохладу ветра,
Во ржи купаясь знойным днём.

Скатиться с горки снова в детство,
Ударив в форточку мячом,
И обратиться быстро в бегство,
Где пахнет вкусно калачом.

Потом, надев костюм и галстук,
Пройтись по юности моей,
В которой мило так смущался,
Увидев взгляд её очей.

А дальше по дороге комсомольской:
Друзья, подруги, институт
И дом на улице Грановской,
Где папа с мамою живут.

Куда ещё дойти, доехать,
Что вспомнить, дабы уберечь?
Да, избежать в судьбе огрехов
И никому не нужных встреч.

И рассказать своим потомкам,
Что жил, сжимая пальцы в хруст,
Не поддаваясь фразам колким
Из обречённых вражьих уст.

В память о маме

За день до своего рождения ребёнок спросил у Бога:
– Я не знаю, зачем я иду в этот мир. Что я должен делать?
Бог ответил:
– Я подарю тебе ангела, который всегда будет рядом с тобой. Он всё тебе объяснит.
– Но как я пойму его, ведь я не знаю его язык?
– Ангел будет учить тебя своему языку. Он будет охранять тебя от всех бед.
– Как и когда я должен вернуться к тебе?
– Твой ангел скажет тебе всё.
– А как зовут моего ангела?
– Неважно как его зовут, у него много имён. Ты будешь называть его «Мама».

                ********
Был месяц январь, было холодно всем,
но маме было тепло,
она носила меня в животе,
собирая в груди молоко.

Мы близкими были, как никогда,
мой срок наступал, вот-вот,
на небе все звёзды собрал в кулёк
для песни пушистый кот.

И вот в колыбели я тихо лежу,
мне Богом отмерен путь,
чтоб кто-то, когда-то, слезу утерев,
свечу мог легко задуть.

Но верю и знаю, что там, в небесах,
навек обретя покой,
с игрушкой из детства летая босой,
я, мама, буду с тобой!

Поминальный набат

Ну, бей же в колокол, монах,
Всем нам, живущим на Земле,
Пусть кучка пепла, мамин прах,
Развеется в реке.

И обретя покой, взойдёт,
Шумя листвой берёзы,
И в рай душа её придёт
Красивой русской прозой!

На душе из наростов печаль

Уж не помню когда был у предков,
Всё пади заросло уж давно…
На участке гербарий из веток
И собак вороватых дерьмо.

С заржавелым налётом ограда,
В твердь осевший цветник типовой,
Где из тусклой меди лампада
Обрела свой безмолвный покой.

Да и крест, что в ногах, покосился,
Он сакральный символ христиан…
До чего же я докатился,
Перейдя допустимую грань?!

В лунках узких сточные воды,
На душе из наростов печаль,
А на сердце стальные разводы
И из чёрной тенёты³ сусаль.

Кровь в висках монотонно клокочет,
Слышу голос родной в голове:
«Приезжай на могилку сыночек,
На часок, с семьёй, по весне».

Как обрести душе покой…

Душа как выжженное поле,
В ней место для щемящей боли.
Пол века за моей спиной
Обмотано в дерьме слюдой.

И те, кто близкими казались,
Врагами в жизни оказались.
Вот от того с ума схожу
И в одиночестве брожу.

Мечтая глупо о тепле
И о домашнем очаге.
Быть может это испытание,
Или простое наказание?

Как обрести душе покой
И подружить с самим собой?
Какое будет предложение,
Чтоб ощутить вкус изумления?

А может просто мне уйти
За совершённые грехи?
И там, в полёте находясь,
Найти любовь, за всех молясь!

Где ты бродишь, любовь, настоящая?

Даль безмерная, звоном манящая
Под ногами, на всю глубину,
Где ты бродишь, любовь, настоящая,
Может спишь на покатом боку?

Может память от травм потеряла
И не хочешь встречаться с людьми?
Им когда-то ты всласть доверяла,
Несмотря на соблазны, грехи.

Отзовись бескорыстная, пылкая,
Научи нас прощать и терпеть,
Одаряя любимых улыбками
И от счастья в полях захмелеть.

Позабавь поцелуем неистовым,
Сладострастным, до боли в зубах,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Авгур (лат. augures) – член почётной римской коллегии жрецов, выполняющий официальные государственные гадания для предсказания исхода тех или иных мероприятий по ряду природных признаков и поведению животных, для того чтобы узнать волю богов.

Вернуться

2

Сингулярность – единичность существа, события, явления.

Вернуться

3

Тенёта – паучья паутина.

Вернуться