Владимир Харитонов
Иллюзия смерти

Глава 1. Жизнь до смерти

«Не говорите мне о жизни после смерти, я вас спрашиваю о другом: есть ли жизнь до смерти?» …

На вопрос мы можем ответить, что жизнь до смерти существует, и эта же жизнь продолжается после смерти…

На улице небольшого волжского города глубокая летняя ночь. Небо покрыто яркими звездами, которые своими лучами стараются проникнуть всюду, где не встречают препятствий. В восточной части небесного купола красуется желтоватый полумесяц. Вдоль центральной довольно широкой дороги с обеих сторон, словно часовые стоят панельные высотки, перед которыми растут редкие молодые деревья. В старинном поселении этот новый микрорайон спроектирован и обустроен для рабочих крупного завода, расположенного в двух километрах от жилых застроек. До начала двухтысячных годов, когда предприятие обанкротилось, оно обеспечивало работой около семи тысяч человек. Люди трудились, строили планы на будущее и вдруг в одночасье оказались никому не нужны. Рады были те, кто успел уйти на заслуженный отдых, но и они с огромным разочарованием наблюдали, как некогда известный на весь Советский Союз завод превращался в бетонные скелеты разрушенных производственных цехов….

Полупрозрачные занавески в двухкомнатной квартире на третьем ярусе девятиэтажки чуть приглушают мерцающий свет далеких светил. В приоткрытое окно время от времени дует слабый ветерок, прогибая легкие шторки и создавая замысловатую игру теней на полу и на стенах. Слышно как тикают ходики на бетонной перегородке, да где-то вдалеке в частном секторе незлобиво перелаиваются собаки. Иногда нарушит тишину проезжающий под окнами автомобиль. Тихий провинциальный городок мирно погрузился в сон, даже байкеры, облюбовавшие асфальтированную без выбоин дорогу в эту ночь не насилуют двигатели мощных импортных мотоциклов….

Однако Алексей Михайлович, лежа в двуспальной кровати рядом со своей супругой, долго не мог уснуть. Он ворочался с боку на бок, невольно перебирая в памяти события сегодняшнего дня, особенно его вторую половину…. После многих откладываний визита в местную поликлинику, он, наконец, решился посетить специалиста. Находилась больница недалеко от дома, и будущий пациент не спеша прогулялся пешком. Однако вскоре почувствовал усталость, появилась неприятная одышка. Пришлось присесть на одну из лавочек у подъезда близ стоящего многоквартирного дома. Отдохнув, доплелся до намеченной цели…. Минут двадцать пришлось посидеть в коридоре районной лечебницы в ожидании приема кардиолога. Наконец, Татьяна Николаевна освободилась и, увидев знакомого больного в проеме двери, первая поздоровалась с ним. Услышав приветствие в ответ, произнесла привычные в таких случаях слова:

– Присаживайтесь. Как вы себя чувствуете? Принимаете ли лекарства, что я выписала вам в прошлый раз?

– Таблетки пью, не пропускаю. Но, Татьяна Николаевна, мне кажется, они уже не помогают. Давление более-менее держится возле нормы, а пульс редкий раз ниже сотни ударов в минуту…и постоянно задыхаюсь. Вот и сегодня прошел до вас пешочком, не торопясь, а устал так, словно бегом бежал во всю прыть. Так дорогой пришлось отдохнуть на лавочке минут пять….

– С вашей аритмией это неудивительно…. И как долго у вас такое самочувствие?

– Около десяти дней. К вам никак не соберусь, все думал, что наладится само. Ведь когда начинал курс лечения и пульс держался не выше семидесяти и не задыхался….

– Раздевайтесь до пояса, ложитесь на кушетку. Сделаем кардиограмму, посмотрим, как бьется сердечко….

А после этой процедуры врач категорично произнесла:

– Вам просто необходимо полежать недельки две в нашем кардиоцентре. Серьезно полечиться в стационаре…. Я вам выпишу направление.

– Может как-то без этого? У меня дочка с зятем все ругаются, вот я и понервничал. Попью еще лекарство, и все пройдет?

– Заставить лечиться я вас, конечно, не могу. Но уверяю, само не пройдет, вам все-таки шестьдесят три года, а не тридцать. Имейте в виду, при подобном заболевании иногда происходит неожиданная остановка сердца, порой даже во время сна. Шутить с аритмией нельзя. Так что решайте.

Это «решайте» и мешало уснуть. Он, как и многие представители человеческого рода панически боялся стационаров. Анализы, одно обследование за другим будут выявлять все новые заболевания, которые тяжелым грузом лягут на нервную систему и больно ударят по весьма незначительной пенсии. А неведение…в любом случае лучше знания, что жизнь вот-вот оборвется. Опять же новые знакомства с соседями по палате, бытовые неудобства, не ахти какое питание…. Да и вообще в этом возрасте любые изменения режима жизни крайне неприятны сами по себе. Алексей Михайлович с завистью поглядел на спящую супругу Верочку, которая чуть слышно похрапывала на своей половине кровати и подумал: «Дочь Юлька-то ей такая же родная, как и мне, а она спит без задних ног и ни о чем не переживает…. И сердце не болит, и нервы в порядке. Одним словом торгашка». Он иногда упрекал свою половину, мол, не перенапряглась, работая до самой пенсии директором продуктового магазина. На что всегда получал ответ, что и сам «не сильно уставал в отделе снабжения любимого завода». Однако невеселые мысли все же прервались, наконец пришедшим забытьем….

…Он шел по воде какого-то озера вместе с незнакомым странным юношей. Тот невысок ростом, худощав и возраста не более тридцати пяти лет. А вот одежда…, на ногах светлые сапожки и такие же светлые узкие штаны, именно штаны, а не брюки. На теле серебристая легкая накидка и без какого-либо головного убора. Достаточно длинные волнистые волосы соломенного цвета свободно развевались от дуновения слабого ветра. Внешне весь какой-то миловидный, с добрыми глазами, вызывающими чувство родства и давнего знакомства. О таких людях обычно говорят «не от мира сего»…. Однако все усилия вспомнить, где Алексей мог видеть своего спутника, так ни к чему и не привели. Судя по листве на окружающем водную гладь леса, на улице начало осени. Солнце спряталось за плывущими в небе облаками, однако еще светло. Время явно чуть перевалило за полдень. «Вода в озере, наверное, холодная, но не настолько, чтобы превратиться в лед»,– подумалось бывшему снабженцу. Однако хождение по ней не вызывало ни малейшего удивления, словно это для него обычное, повседневное занятие, ничем не отличающееся от прогулки по тротуару. Мужчины шли бок обок, но молча, будь-то, оба точно знали, куда и зачем направлялись…. Жидкость под ногами казалась стеклянной твердью, однако Алексей почему-то был уверен, что это обычная вода в текучем состоянии. Дул легкий ветерок откуда-то с запада, но, ни волн, ни зыбкой ряби на поверхности не наблюдалось. Между тем посередине водоема довольно интенсивно кружилась воронка по часовой стрелке размером не менее пяти метров.

– Что это такое? – спросил у незнакомца Алексей Михайлович.

– Это пуп Земли, – ответил тот, не добавляя при этом никаких пояснений.

А как-то спросить, уточнить, что имел в виду этот загадочный юноша, пенсионер постеснялся. Почему-то возникло непреодолимое желание усердно помолиться Господу, именно сейчас и именно здесь. Конечно, он считал себя человеком верующим. Время от времени посещал храм, но верил не настолько фанатично, чтобы отбивать поклоны при крестном знамении перед каждой иконой или другой православной святыней. А тут…какой-то непонятный «пуп Земли». Однако он как-то по-будничному встал на колени рядом с водоворотом, и стал шептать про себя «Отче наш…», наклоняя голову до касания с водой. При этом она почему-то не ощущалась мокрой и даже не мочила брюки. Спутник Алексея стоял чуть в стороне, скрестив руки на груди, и спокойно наблюдал за ним.

Продолжалось это действо не менее двадцати минут. Затем незнакомец, словно почувствовав, что Алексей собирается подняться, спокойно направился к берегу, противоположному от того, откуда они начали движение. На берегу стояла, по-видимому, очень старая рубленая церковь. От времени бревна и доски почернели, а крест на деревянном куполе наклонился в сторону, грозясь вот-вот упасть. Она явно давно заброшена верующими прихожанами. Перекошенная дверь оказалась незапертой, и путники вошли вовнутрь. На стенах ни одной иконы, сквозь грязные окна где-то там наверху еле-еле пробивался свет, всюду паутина и ощущение какого-то уныния и запустения. Вдруг из темного угла на Алексея неожиданно набросились два не очень старых мужика…. В каких-то старинных зипунах и шапках на голове. Однако выражения лиц казались совсем не добрыми, а перекошенными от злобы. Их беспричинная ярость невольно передалась и пенсионеру. «Грабители, – подумал он,– совсем обнаглели, средь бела дня в бывшем храме»….

В молодости бывший снабженец увлекался боксом, даже имел первый взрослый разряд, но ударить нападавших незнакомцев ему никак не удавалось. Происходила даже не драка, а непонятная возня, отнимающая много сил, но не приносящая видимого результата противоборствующим сторонам. Тем не менее, бывший боксер улучил момент и взглянул в сторону своего напарника…. А тот держал входную дверь, не позволяя вломиться вовнутрь еще не менее десяти разбойникам. Они издавали какие-то агрессивные звуки, еле различимые угрозы. Алексей Михайлович крикнул своему попутчику:

– Может вам помочь?

– Ты, главное удержи этих двоих, а с теми, что снаружи я справлюсь.  И помни, что   Господь призывает человека к покаянию и спасению до последней минуты его жизни. В эту последнюю минуту еще отверсты двери милосердия Божия всякому, толкущему в них. Никто да не отчаивается! Последние минуты человека могут искупить всю жизнь его….

На этом странный сон оборвался. Но в памяти остались необычные последние слова юноши, сказанные как бы, и не к месту. Алексей Михайлович мог повторить их буквально, при этом не до конца осознавая смысл. Он непроизвольно взглянул на настенные часы, которые показывали три часа ночи. Стараясь не разбудить супругу, бывший снабженец слез с кровати, привычно сходил в туалет и улегся обратно. Быстро уснуть не получалось, невольно перед глазами крутился только что виденный сон и…звучала фраза сказанная в конце. Главное, что его поразило, необычная реальность видения, словно это и не сон вовсе….

На этот раз ему ворочаться с боку на бок пришлось не менее часа. Забылся только под утро, и…сразу оказался в какой-то столовой или ресторане. В общей раздевалке еле нашел свободное место, чтобы повесить свои пальто и зимнюю шапку. Про то, что на улице середина лета он даже не вспомнил. Раздевшись, присел за длинным сервированным столом, где сидели, как ему показалось на первый взгляд, незнакомые люди в каких-то темных невзрачных одеждах. Он непроизвольно спросил свою соседку, женщину лет пятидесяти, одетую во все черное:

– А что здесь происходит?

– Алешенька, ты только не пугайся, но ты умер, и мы собрались помянуть тебя.

Она назвала именно так уменьшительно ласкательно «Алешенька», чем крайне его удивила. Так его называла покойная мама, и то только до третьего класса общеобразовательной школы. Кстати сказать, среди присутствующих ее не оказалось.

– Да вы что? Я же живой…. Вот я вас всех вижу и вы меня тоже. Этого не может быть….

– Умер ты Алешенька, умер, – зашумели люди со всех сторон, – просто ты этого еще не осознал. Так часто бывает….

Проснулся пенсионер в холодном поту…. Страшный сон ему показался коротким, но часы показывали восемь тридцать утра, и с кухни слышался шум переставляемой посуды. Супруга Вера Павловна готовила завтрак. Пора вставать…. Обычно ночные видения на пенсионера особого впечатления не производили и он их быстро забывал. А тут…. Весь следующий день пытался понять, что это – фантазия вышедшего из-под контроля сознания или намек высших сил на что-то значимое для него самого или его семьи. В принципе он уже принял решение полежать в стационаре, но не сегодня, а через день или два. Во время привычного завтрака супруга заметила какую-то задумчивость и необычную молчаливость сотрапезника и спросила:

– Ты ничего не рассказал мне о визите к врачу. Что она порекомендовала? И как ты себя чувствуешь сегодня?

– Она посоветовала мне пройти курс лечения в нашем кардиоцентре, полежать в стационаре….

– И что ты решил? – продолжала допытываться Вера Павловна.

– Думаю, через день-два недельки на две сменю место жительства, познакомлюсь с молодыми медсестрами, – пытался отшутиться пожилой мужчина.

– Хорошо, если никто не согласится с тобой знакомиться, а то, что делать-то будешь, притворишься мертвым? – поддержала шутку некогда любимая женщина.

– Да, кстати, Верушка, сон мне сегодня приснился чудной какой-то…. Будь-то я по воде большого озера, с незнакомым юношей гулял, как по асфальту и при этом даже не удивлялся своей способности. Потом в старой церкви на берегу на меня какие-то злые мужики напали…. И юноша помогал мне с ними справиться. Кстати, я ощущал его своим давним знакомым, даже родным, но…вспомнить не смог, где, раньше, видел…. И слова какие-то странные мне сказал, они, прочно, засели в моей памяти –  «И помни, что   Господь призывает человека к покаянию и спасению до последней минуты его жизни. В эту последнюю минуту еще отверсты двери милосердия Божия всякому, толкущему в них. Никто да не отчаивается! Последние минуты человека могут искупить всю жизнь его…». Молодой юноша мне пожилому мужчине…и такие поучения. Уснуть не мог до утра, все думал и думал…. А потом, когда все-таки забылся, увидел сон еще более странный…. Я сидел в ресторане с незнакомыми людьми на моих поминках. Все присутствующие в черном одеянии и… мне сказали, что я умер. Ни одного знакомого человека. Но одна женщина обратилась ко мне – Алешенька, как раньше мама называла. А мамы на поминках не оказалось…. Главное, я им говорю, что я живой…. А они мне: «Нет, ты умер, но пока не осознаешь этого»…

– Да…. Ну, и сны тебе снятся. Сплошные кошмары…. Как раз ты напомнил вовремя, мы с тобой давненько храм в деревне не посещали, с батюшкой Владиславом не общались. Завтра воскресенье, поехали на воскресную службу с утра. Свечки за здоровье живых и упокой родителей поставим. Помолимся, чтобы у Юленьки с мужем все наладилось…. «Москвич» – то твой на ходу?

В свою бытность работника отдела снабжения Алексей Михайлович через свое родное предприятие приобрел «Москвич-2141» серого цвета и тот верой и правдой служил ему более десяти лет. И предприятие-то уже давно развалилось и машины эти сняты с производства, хорошо, что в свое время основными запчастями запасся….

– Да на ходу, чего ему будет, только бензинчику надо заправить. Знаешь, а я не против того, чтобы батюшку посетить, вдруг и мой сон он поможет понять.

Поутру в воскресенье в гаражный кооператив, расположенный недалеко от дома, где проживала пожилая пара, Алексей Михайлович пошел один. Его супруга присела на лавочку возле подъезда в ожидании экипажа. По дороге у бывшего снабженца вновь появилась одышка, заставившая присесть на одну из скамеечек во дворе ближайшего дома. Прекрасная летняя погода, голубое небо практически без облаков, и солнце, приближающееся к зениту, настроили его на лирический лад и улучшили самочувствие. Отдохнув, двинулся дальше. Мощная железная дверь хоть и с трудом, но отперлась. Распахнув обе половинки ворот, подложил под них специально приспособленные кирпичи, чтобы случайно не закрыло ветром. Привычно вставил ключ в замок зажигания.

Однако верный советский автомобиль никак не хотел заводиться. Правда стрелка бензобака находилась возле нуля, но топлива километров на десять должно бы хватить. И вдруг, когда уже аккумулятор натужно провернув коленный вал, грозился вот-вот совсем умереть, двигатель, чихнув пару раз, наконец, заработал. Дав ему прогреться, несколько минут, Алексей Михайлович потихоньку двинулся в сторону своего дома.

– Ты чего как долго возился-то? – спросила уставшая ждать супруга.

– Застоялся мой верный конь, еле завелся…. Ну, в пути раздышится.

Сначала заехали на заправку в районе молокозавода. Там образовалась небольшая очередь из машин, и минут пятнадцать пришлось ожидать, прежде чем залили полбака бензина. Затем двинулись дальше….

По обе стороны дороги, как только выехали за город, виднелся смешанный лес. Зеленые молодые березки вперемежку с елями и соснами создавали неповторимый пейзаж средней полосы России. Водитель любовался им с некоторой ностальгией, вспоминая далекое детство, проведенное в деревне, окруженной такими же лесами…. Вера Павловна прервала непроизвольно возникшее молчание:

– А мне сегодня тоже странный сон приснился…. Явился ко мне мой Ангел Хранитель, очень красивый юноша и обратился с вопросом: « Хочешь, я покажу твою жизнь?». «Хочу», – ответила я. Ангел поднял меня над землей. И я словно увидела всю свою жизнь и две пары следов, идущих рядом. « А чей след рядом с моим?» – спросила я. «Это мой, – ответил Ангел, – я сопровождаю тебя всю жизнь». « А почему на поворотах видна только одна пара следов?». «Это самые трудные периоды твоей жизни», – ответил Ангел.

«И что же, ты бросал меня в самые трудные минуты?» – Возмутилась я. «Нет, я нес тебя на руках…»,– тихо ответил Ангел….

– А почему ты не рассказала про это за завтраком?

– Самое странное то, что вспомнила ночное видение только сейчас, по дороге к церкви….

Рассказанный Верой Павловной сон произвел сильное впечатление на супругов и они какое-то время молча смотрели по сторонам. Нарушать возникшую тишину совсем не хотелось. «Ну и семейка у нас, – подумал Алексей Михайлович, – почти в один день приснились сны и мне и жене, мягко говоря, необычные…». Однако вслух он ничего не сказал. А его супруга не удержалась от вопроса:

–А как ты думаешь, Алеша, в моем сне Ангел не пытался предупредить меня о каких-то сложностях в жизни…или беде?

– Ну, что ты какая мнительная? Это просто фантазия отдыхающего мозга,…она ничего не значит и все будет хорошо….

В молодости Алексей произносил эту фразу довольно часто, говоря в шутку: «Все будет хорошо, и мы поженимся». Однако в данную минуту он озвучил ее не полностью, сам не зная почему. Свежая зелень вдоль обочины привлекала взоры воскресных паломников, а свет яркого солнца на безоблачном небе невольно поднимал настроение, разгоняя страхи и мрачные предчувствия. Его тепло, щедро раздаваемое всем людям без исключения, молодым и старым, добрым и злым, словно давало понять – есть кто-то, кто нас всех любит и помнит.

Показалась небольшая белокаменная церковь Введения во храм Пресвятой Богородицы. Слева виднелся остроконечный шпиль, окрашенный, яркой синей краской с небольшим позолоченным куполом и крестом на самом верху. К нему примыкала пристройка с пятью куполами на крыше. Один позолоченный, размером чуть больше остальных и четыре такие же синие, как и основной шпиль. Огорожен храм невысоким кованым забором со столбами из красного кирпича. Центральный вход украшен фигурными металлическими воротами черного цвета с позолоченным крестом наверху. Справа от них Алексей и припарковал свою машину. Прошли пешком через небольшое кладбище при церкви ….

Перед каждой дверью храма супруги крестили лоб и склоняли голову. Прихожан оказалось не очень много. Осмотрев почти каждого, Алексей не увидел никого из своих знакомых. На утреннюю службу опоздали на полчаса, зато отстояли до конца, не забывая время от времени совершать крестное знамение и поясные поклоны. После чтения кафизмов, тропарей и псалмов, как обычно, батюшка Владислав произнес поучительную проповедь. Начало ее Алексей слушал небрежно и без интереса, но вдруг ухо прорезали страшные слова:

–…Священное Писание повсюду называет адские муки вечными: это учение постоянно проповедовалось и проповедуется святою Церковью. Господь наш Иисус Христос несколько раз в святом Евангелии подтвердил грозную истину. Преисподние темницы представляют странное и страшное уничтожение жизни при сохранении жизни. Там полное прекращение всякой деятельности; там – одно страдание; там господствует лютейший из сердечных недугов – отчаяние; там плачи и стоны, не привлекающие никакого утешения душе, раздираемой ими; там узы и оковы неразрешимые; там тьма непроницаемая, несмотря на обилие пламени; там царство вечной смерти. Так ужасны адские муки, что ничтожна пред ними лютейшая из земных мук – насильственная смерть.

Слово Божие и содействующий слову Дух открывают нам, при посредстве избранных сосудов своих, что пространство между небом и землею, вся видимая нами лазуревая бездна, воздух, поднебесная, служит жилищем для падших ангелов, низвергнутых с неба. Падшие ангелы рассеяны во множестве по всей прозрачной бездне, которую мы видим над собою. Они не престают возмущать все общества человеческие и каждого человека порознь; нет злодеяния, нет преступления, которого бы они не были зачинщиками и участниками; они склоняют и научают человека греху всевозможными средствами. Когда душа христианина, оставив свою земную храмину, начнет стремиться чрез воздушное пространство в горнее отечество, демоны останавливают ее, стараются найти в ней сродство с собою, свою греховность, свое падение, и низвести ее во ад, уготованный дьяволу и ангелам его. Так действуют они по праву, приобретенному ими.

Этот Херувим, с сонмом ангелов падших, князь воздушный, князь мира и века сего стал на пути от земли к Раю, и с того времени до спасительного страдания и животворной смерти Христовой не пропустил по пути тому ни одной души человеческой, разлучившейся с телом. Врата небесные заключились для человеков навсегда. И праведники и грешники нисходили во ад. Врата вечные и пути непроходимые открылись пред Господом нашим Иисусом Христом, который, восприяв вольную смерть, сошел Пресвятою Душою Своею и не разлучившимся с нею Божеством во ад, сокрушил его вереи и врата, освободил его пленников. Все, явно отвергшие Искупителя, отселе составляют достояние сатаны: души их, по разлучении с телами, нисходят прямо во ад. Но и христиане, уклоняющиеся ко греху, недостойны немедленного переселения из земной жизни в блаженную вечность. Самая справедливость требует, чтоб эти уклонения ко греху, эти измены Искупителю были взвешены и оценены. Необходимы суд и разбор, чтоб определить степень уклонения ко греху христианской души, чтоб определить, что преобладает в ней – вечная жизнь или вечная смерть. И ожидает каждую христианскую душу, по исшествии ее из тела, нелицеприятный Суд Божий….

Терпения дослушать проповедь до конца у четы Петровых не хватило. Впрочем, у Алексея Михайловича, как и у большинства живущих на Земле, имелось ложное убеждение, что все, что касается смерти, это касается других людей, не его. Соответственно и страсти посмертные его еще долго не ожидают. Однако в потаенных уголках души возникла неприятная тревога…. Обойдя помещение храма, и расставив горящие свечи Богородице Марии и Спасителю, а также Святым, встали в небольшую очередь на исповедание. Увидев знакомых, но давно не бывших в храме прихожан, батюшка Владислав тихо произнес:

– Конечно, я могу вас исповедовать сегодня, но без причастия. Слишком давно вы посещали меня в последний раз, да и сегодня опоздали. Давайте мы так с вами решим, приезжайте в следующее воскресенье к самому началу службы, по окончанию я вас исповедаю и причащу, если вы пожелаете…. А сейчас у меня по договоренности крещение младенцев, вон люди с детьми стоят, ждут этого таинства. Неудобно их заставлять ждать….

– Отец Владислав, мы, конечно, приедем, – нерешительно начал Алексей Михайлович, – но… можно мне с вами немного поговорить с глазу на глаз? Я вас совсем недолго задержу, буквально на минутку.

Получив согласие, священник и пенсионер отошли подальше от людей, ходящих по храму и крестящихся возле икон. Батюшка Владислав по возрасту казался чуть старше прихожанина. Среднего роста и телосложения, с седыми волосами, зачесанными назад и умным, проницательным и строгим взглядом, он невольно вызывал уважение у любого собеседника. Алексей Михайлович кратко рассказал о своих ночных видениях и спросил:

– Вы не поможете разобраться, что бы все это значило?

– Вообще-то к снам церковь рекомендует относиться как к ничего не значащим видениям. Крайне редко сны бывают вещими. Не рекомендуется читать различные толкователи и тем более, нам, священнослужителям не положено в этом оказывать помощь. Однако не хочу тебе отказывать и в качестве исключения, попробую по мере сил помочь…. Второй сон о поминках, возможно, связан с какой-то болезнью, о которой тебе стало известно…. А первый,…твой попутчик, очевидно Ангел-Хранитель. Пуп Земли – однозначно Иерусалим…. В храме на тебя напали бесы и те два, с которыми ты боролся…они внутри тебя. Поэтому твой Хранитель и сказал тебе, чтобы ты сдерживал именно их и не губил свою душу. Сказав про покаяние, которое может спасти душу в последнюю минуту перед смертью, он тебе внушил надежду, чтобы ты никогда не впадал в отчаяние. Помнишь из Нового Завета разбойника, распятого вместе с Христом? Он попал в Рай, раскаявшись на кресте и уверовав во Христа. Однако покаяние должно быть искренним… и в храм надо ходить регулярно, а не время от времени…. А сейчас извините….

– Спасибо вам, батюшка, я все понял….

Про проблемы с сердцем, по мнению прихожанина, батюшка ничего знать не мог и то, что он сам заговорил о болезни, вызывало доверие к правильности разъяснения ночных видений. После душевного разговора бывший снабженец подошел к своей супруге Вере Павловне. Она стояла возле главной достопримечательности этого храма – иконы Божией Матери «Всех скорбящих радость». Супружеская пара с давних пор перед уходом из церкви ставила свечи и стояла молча возле этого образа минут пять, а затем покидала храм. Эта традиция образовалась сама собой после того, как Алексей Михайлович прочитал в интернете историю чудотворной Святыни.

…Она до Великой Отечественной войны, находилась в церкви соседнего села, и была очень почитаема местными жителями. Но перед самым началом всемирной бойни храм загорелся, как знак приближающейся большой беды. Местные жители собрались вокруг строения в большом количестве, но никто не решался проникнуть в горящее помещение и спасти главную местную святыню. Откуда-то появился очень смелый подросток четырнадцати лет по имени Валентин, проживающий в этом же селе. При нем оказался топор и через церковное окно мальчик проник вовнутрь, так как сама дверь оказалась объята пламенем. Всенародную любимицу юноша разрубил на три части и вытащил их через то же оконце. Следом вылез сам. Взрослые не решились на то, что сделал подросток! Икону, после этого решили везти на телеге с запряженной лошадью в соседнее село, но кобыла шла почему-то очень неохотно. На мосту неширокой речки повозка встала, и как ни погонял извозчик свою «тягловую силу», она не реагировала. Священник местной церкви, передвигаясь на коленях по земле к мосту, умолял икону войти к нему в храм. Вдруг лошадь без понуканий тронулась, и «Всех скорбящих радость» приобрела новое место «жительства»….

Эта история сильно впечатлила чету Петровых и, кстати сказать, посещать сельский храм они стали гораздо чаще. Стоя перед иконой, Алексей Михайлович краем глаза смотрел на таинство крещения, крестили сразу трех младенцев, и не мог вспомнить, совершали ли они этот обряд над его младшей внучкой Вероникой. На обратном пути владелец советской машины спросил у своей второй половинки:

– Верушка, а ты не помнишь, мы крестили Вероничку или нет?

– Не помню. Надо у дочки Юленьки спросить. Наверное, они с Юрой сделали все как надо.

Солнце стояло в самом зените. Алексей Михайлович открыл форточку в машине и со своей стороны, и со стороны супруги.

– Тебя не надует, Верушка?

– Да нет, ветер теплый, – ответила она.

Заботливый муж подвез свою супругу прямо к подъезду их дома, а сам направился в гараж. Поставил автомобиль, запер ворота и пешком неторопливо двинулся к своему дому. Ничто не предвещало беды, и на сердце не было чувства тревоги. Этот путь он проделывал в тысячный раз, все вокруг знакомо вплоть до мелочей, и все казалось обычным. По дороге внезапно дважды кольнуло в левой стороне груди, довольно сильно. Появилась неприятная одышка, ноги ослабли, и голова слегка закружилась…

Глава 2. Первые шаги за гранью

Алексей Михайлович присел на лавочку возле подъезда одного из домов и… с огромным удивлением увидел справа от себя попутчика из своего сна. Тот стоял молча, но с заметным умилением смотрел на бывшего снабженца. Пенсионеру на минуту показалось, что от него исходит еле заметное золотистое свечение и какая-то ощутимая душой доброжелательность. Видел Алексей его абсолютно четко, как и обычных людей, проходящих мимо со своими заботами и проблемами, которые еле заметными признаками отражались на их лицах. Дома вокруг и деревья нисколько не изменились. Это родной район любимого города, в котором прошла большая часть жизни Алексея Михайловича. Но все, же имело место какое-то чувство, будто что-то стало чуть иным в окружающем мире, воспринималось не совсем так, как он привык.

Он поднял голову вверх, и увиденное повергло его буквально в ужас. Воздух кишел невообразимыми сущностями, похожими на людей. Они кривлялись, строили «рожи», кричали какие-то несуразицы и непристойности. При этом поднимались вверх и вниз, не имея крыльев, и меняли свои внешние формы. То становились драконами с огромными пастями и клыками в них, то ужасными великанами, то скромными и тихими словно ангелы, сложив руки на груди, что-то тихо бормоча, будь-то бы, читали псалмы и молитвы. «Неужели это бесы?», – подумал бывший снабженец. Он читал про этих тварей в третьем томе книги святителя Игнатия Брянчанинова, которую как-то дал ему для ознакомления батюшка Владислав. Солнце, однако, оказалось на своем месте, только светило необычно ярко. В подобную погоду Алексей обычно ощущал себя достаточно комфортно. Однако приятные ощущения на душе портили страшные существа в вышине. Отдельные бесы спускались на землю. На некоторое время, они принимали вид обыкновенного человека, идущего по своим делам. Затем преображались в сказочное чудовище и с диким смехом взлетали вверх. От них исходило какое-то напряжение и возникало чувство внутреннего страха, дискомфорта и тревоги. Ожидание чего-то ужасного, что может произойти, но пока не произошло. Некоторые призраки внешне напоминали знакомых людей, но через какое-то время превращались в ненасытных монстров. Между собой у них явно отсутствовало всякое согласие. Они ругались, скандалили, даже дрались. Страх и ужас овладели душой Алексея Михайловича. Вспомнились прочитанные где – то слова Иоанна Кронштадтского: "Если бы люди видели кто (что) их окружает – они сошли бы с ума"!

Ему очень хотелось думать, что видит очередной страшный сон, но проснуться, никак не удавалось. Паника сковала рот, и он не мог промолвить ни слова…. При этом, однако, пенсионер ощущал необычную легкость в теле, нигде ничего не болело, и оно казалось наполнено давно забытой внутренней силой. Рядом слева, словно манекен, неподвижно и с открытыми глазами сидел… он, Алексей Михайлович Петров! Все, что происходило в этот момент в мозгу новопреставленного можно описать одним словом – шок. Он не успевал переосмыслить огромное количество новой для него информации. Между тем попутчик из сна не проявлял ни малейшего беспокойства….

– А теперь постарайся успокоиться, – произнес незнакомец, – и начинай задавать вопросы. Думаю, у тебя их много, я на все постараюсь ответить.

Как только юноша начал говорить, Алексей пришел в себя. Он ощутил какую-то добрую энергетику в обилии исходящую от собеседника, которая завораживала и успокаивала. Когда к новопреставленному вернулась способность произносить слова, дрожащим голосом спросил:

– Вы кто и откуда? Почему я вас видел во сне? Что вообще происходит и почему на лавочке неподвижно сидит кукла, как две капли воды похожая на меня?

– Обращайся ко мне на «ты», ведь мы с тобой были близки всю твою жизнь. Я тот, кто сопровождал тебя всюду с момента твоего крещения…. Во сне ты меня видел неоднократно, но очевидно, проснувшись, забывал. То, что с тобой происходит сейчас не настолько страшно, как тебе кажется, скорее наоборот. Ведь ты не лежал парализованный долгие годы в постели…и не испытывал страшные боли как умирающие от рака. Господь даровал тебе тихий выход из тела. Ты умер…и родился одновременно. Ибо, как пишет святитель Григорий Богослов в письме к монашеской братии,– «Такое событие есть повод к радости и ликованию для всех, кто стремится жить по евангельской истине». А то, что ты назвал «куклой», является твоей плотью….

– Но ведь я ощущаю себя самим собой, тем, кем был и раньше…, – робко произнес Алексей.

– Твоя душа это творение Божие, это твое «я», которое содержит все твои характеристики, кроме бренной оболочки. Тело твое умрет, уже умерло, на лавочке сидит оно, а душа никогда. Твоя душа знает, кем была, что делала, кто ее родственники, где она жила и как. Она уносит с собой все элементы твоей личности. Скоро ты привыкнешь к своему новому положению и поймешь, что жизнь для тебя только начинается…и она даже более реальна, чем та прежняя.

– Я вижу людей, проходящих мимо, а они…на меня не обращают внимания. Смотрят на того…на лавочке. – Сказал в полной растерянности новопреставленный.

– Людей ты видишь, как и раньше, только…они тебя не видят, впрочем, меня тоже…. Человеческие кожаные ризы скрывают саму сущность человека, душу его, словно защитный панцирь. Таково значение второго момента библейского откровения о сотворении человека – Бог по грехопадении первых людей по состраданию к ним "одел их … в одежды кожаные". Премудрость и благость Божия положила преграду между людьми, изверженными на Землю из Рая, и духами, низложенными на землю с неба – грубую вещественность тела человеческого.

– Но почему я стал видеть вон этих…страшных в воздухе? Это бесы? – В какой-то спешке, словно боялся что-то забыть, спрашивал Алексей.

При этом он непроизвольно еще раз посмотрел вверх. Сущности кружились в воздухе парами, словно в вальсе. Причем одни имели вид женщин в нарядных белых платьях, другие – мужчин в черных фраках. Опускаясь все ниже и ниже, они приблизились к новопреставленному до двадцати метров, а затем, поймав на себе взгляд Ангела, взмыли к небесам, превратившись в огромных черных птиц. Собеседник Алексея, как ни в чем, ни бывало, ответил:

– При разлучении души с телом видимой смертью люди снова вступают в разряд и общество духов. Поэтому ты их и видишь. Как сказал Антоний Великий, Преподобный: – «Страх Господень хранит человека и бережет, пока он не сбросит с себя этого тела…». Да, это бесы, слуги дьявола.

Между тем демоны, став похожими на обычных людей, устроили между собой драку, выкрикивая друг другу оскорбительные матерные слова.

– Но почему их так много? Почему они ругаются даже между собой?

– Тот же Преподобный так учил, касаемо бесов: «Великое множество их находится в объемлющем нас воздухе; они недалеко от нас; господствует меж ними великое несогласие».

– Но у меня все ощущения какие-то странные, необычные, – неуверенно сказал бывший снабженец.

– Когда человек умирает, уходит из этой жизни, его ощущения полностью меняются, и он получает новый «взгляд» на происходящее, через призму которого в дальнейшем будет смотреть на свою прошлую жизнь.

Конечно, новопреставленного поразило несоответствие внешнего облика юноши и духовных речей, более характерных для умудренных опытом старцев или священнослужителей. Однако как можно спокойнее он ответил:

– Да. В последнее время моя память часто подводила, я многое забывал, что-то не мог понять…. А сейчас у меня ощущение, что я могу усвоить абсолютно все. И действительно, мой взгляд на прошлую жизнь и…сегодняшнюю, мягко говоря, мне непривычен. Я словно лучше понимаю себя. Передо мной наподобие кинематографической ленты буквально за секунды предстала вся моя жизнь. И, главное, я все помню…. Даже самое малое дело, совершенное за мою бытность. И мне становится страшно от того, сколько я сделал глупостей и сколько грешил. Я не хочу сейчас умирать, хочу все исправить….

– Это и есть иной взгляд на свою жизнь, – начал незнакомец, – ты действительно стал гораздо внимательнее к себе и совершенным ошибкам. Однако исход души из тела происходит не по человеческому желанию, а насильственным способом. Это и является великим таинством смерти.  Она – рождение человека из земной временной жизни в вечность. При совершении смертного таинства люди слагают с себя грубую оболочку – тело, и душевным существом, тонким, эфирным, переходят в другой мир, в обитель существ, однородных душе. И этот процесс необратим….

Бесы в этот момент вновь привлекли к себе внимание Алексея, образовав что-то наподобие похоронной процессии. Впереди в черном покрывале с капюшоном и косой в руке шла «смерть», за ней несли такой же черный гроб, в котором явно кто-то лежал. Вся процессия сзади состояла из смеющихся и орущих непристойности бесов, одетых в цветную пеструю одежду. Несмотря на неприятное зрелище, умерший человек спросил:

– А что я действительно стал умнее и все осознаю в окружающем мире?

– Ты сейчас многое можешь понять, но все-таки не все,… это обманчивое ощущение. Все известно только Создателю…. Но, надеюсь, я смогу тебе разъяснить кое-что об окружающем тебя мире…. Все, что вокруг нас, это различные энергии, их достаточно много и все принадлежат Господу, только Он может распоряжаться ими по своему усмотрению.

– И человек энергия Господа?

– В тот момент, когда человек зачинается в чреве его матери, Божественная энергия создает его душу, она дает как духовную жизнь, так и биологическую.

– А весь мир вокруг меня…это тоже энергии?

В этот момент демоны закружили хоровод, вновь став похожими на людей, но у каждого вместо головы горела электрическая лампочка. Твари явно реагировали на разговор человека с ангелом.

– Тот мир, который люди называют физическим, это тоже энергии…. Ибо согласно Святым отцам, как солнце своим лучом и освещает, и согревает, и пробуждает, и взращивает, и оживотворяет, так и Бог посредством единой энергии совершает все. Тот мир, который ты видишь вокруг себя, воспринимается сознанием людей, как нечто твердое с четко очерченными геометрическими линиями границ – здания, деревья, Землю и все живущее на ней. На самом деле физический мир не совсем такой, точнее совсем не такой, как воспринимает сознание, скрытое в грубом теле. Можно сказать – это просто иллюзия.

–А почему я сейчас вижу все окружающее в более ярком свете? У меня улучшилось зрение?

– Это не так, у тебя сейчас восприятие более объективно, чем в кожаных ризах. И твое сознание довольно скоро подстроится под изменившиеся органы чувств. Адам с Евой ощущали окружающий мир по-другому и тела у них были совсем другие и возможности несоизмеримо большие, чем у людей. Они должны были жить вечно, ни в чем не нуждаться, обогреваемые энергиями Господа, но нарушили один единственный запрет – не кушать яблок с древа познания Добра и Зла и за это Создатель облек их в грубые тела и они познали Смерть.

– Их Создатель за ослушание наказал смертью?

– В Священном Писании много раз повторяется, что Бог не сотворил смерть, но смерть вошла в мир через грех Адама. Смерть является результатом нашего собственного произволения и злобы, а не наказанием и действием Божиим. Ты сейчас такой же, как те сущности, которых ты четко видишь в воздухе – дух. То же самое и с Ангелами….

В это время бесы в воздухе все вместе выстроились в огромную фигуру, напоминающую образ смерти. Она «смотрела» на Алексея своими пустыми «глазницами». Новопреставленный опустил взгляд и всеми силами старался не смотреть в сторону глумящихся над ним демонов….

– Так получается, что я…сейчас и не я вовсе, а моя душа?

– Душа есть сущность или субстанция простая, невещественная, но все же тварная. Имеет силы мысленную – ум, чувствующую или раздражительную – сердце и желательную – волю. А так же свободу и совесть, и этим она похожа на ангелов, которые имеют те же силы, но в более совершенном виде и могуществе.

–Извини, что я тебя перебил, – начал Алексей Михайлович, – но я все-таки считаю себя человеком верующим. Однако меня мучает вопрос: как бесконечно милостивый и добрый Бог допустил появление Зла? Ведь эти бесы, как и их господин, дьявол озлоблены на весь мир.

Мгновенно после этих слов бесы внешне стали похожи на светлых ангелов с крыльями. Они стояли, скрестив руки на груди и преклонив голову, смотрели в сторону солнца. Но Ангел Хранитель, казалось, на них абсолютно не реагировал:

– Вот и ты пытаешься съесть запретный плод. Понятия Добра и Зла во власти единого Бога. Господь не создал ничего злого, но он дал своим творениям сознание и дал свободу поступать, так или иначе и воспринимать по-своему. Правда, в определенных рамках…. Даже демоны созданы благими. Впоследствии, отпавши от небесной мудрости, низверженные на Землю, они обольстили язычников привидениями. Добро или Благо – это Субстанция, это Сам Бог, это Абсолютное благо и Источник всякого блага. Зло же не имеет субстанции, оно возникает при уклонении разумных существ от благой Воли Божией и творении ими своей воли. Зло зарождается в бесах и людях, не исполняющих заповеди Божии, которые и есть выражение Его Воли. Только исполнение заповедей Божиих доставляет Благодать ангелам и людям, соединяя их с Богом.

– Почему, когда я увидел этих…в воздухе, то крайне напугался. А вот с тобою разговариваю и не испытываю страха?

– Явление святых духов не производит смущения в душе. Поэтому ты не ощущаешь опасности от общения со мной. Присутствие бесов зарождает в душе страх, в мыслях смущение и недоумение, тоску, отвращение от подвига, леность, уныние, воспоминание о родственниках, боязнь смерти, потом греховные вожделения, охлаждение ревности к добродетелям, нравственное расстройство.

Между тем бесы «превратились» в стаю кровожадных волков. Они издавали злобные рыки в сторону новопреставленного, с клыков многих из них капала кровь….

– А как точно понять, что передо мной бес?

– Если тревога не будет отступать от души, то это – признак присутствия врагов.– Преподобный Силуан Афонский сказал так: – «Но это только смиренная душа, которая не считает себя достойной видения, при вражеском действии почувствует или смущение, или страх, а тщеславный может не испытать ни страха, ни даже смущения, потому что он хочет видений и считает себя достойным, и потому враг легко обманывает его».

– Как же спастись от них? Они же всюду….

– Спасение падшему человеку даровано "туне" Богом; но предоставлено на произвол, принять или отвергнуть это спасение. Святитель Феодор Едесский так учит: – «Если же кто прилепится умом своим к Богу нашему и Владыке, то – верен Бог – Сам Спаситель всех избавит такую душу от всякого пленения…. Но сподобиться сего от нас зависит».

– Мне необходимо бесов презирать и осуждать?

Бесы состроили скорбные лица, словно дети, готовые вот-вот заплакать…. «Юмор, конечно, у них циничный, но он явно имеет место», – подумал новопреставленный.

– Не совсем так. Не давай оценки действий кого-либо, не суди, да не судим, будешь…. И не пытайся жестко разделить понятия – это есть добро, а это зло. Это епархия Господа, не наша. Твоя забота другая – не делать того, что твое сознание, совесть воспринимает, как зло. За все, что делал вопреки этому, придется отвечать.

– И кто меня будет спрашивать за мои поступки, бесы?

А демоны уже сидели полукругом за столами в судейских мантиях и шапочках с деревянными молоточками в руках. Иллюзия оказалась настолько достоверной, что Алексея внутренне передернуло….

– Судить в какой-то мере ты себя будешь сам…. Твои память и совесть покажут все твои ошибки. Проходя мытарства, придется ответить за каждое праздное слово, за каждый поступок. Любой грех, который совершает человек, подчиняет его определенной страсти. Свободно подчинившись своим грехам и страстям, он уже является их рабом. Как учил святитель Василий Великий: – «Тебе нельзя сказать в день Суда: я не знал добра; тебя обличают собственные твои весы, достаточные к различению добра и зла».

– То есть я за свои грехи стану рабом у всех бесов?

Вопреки своему желанию, Алексей вновь посмотрел вверх. Часть бесов стали похожими на бурлаков. Они за лямки тащили колесные телеги, на которых сидели с видом русского барина и кнутом в руках другие демоны, погоняющие первых непрерывными ударами по спине….

– Каждая страсть и каждый грех, как утверждают люди, осененные Святым Духом, управляется разными бесами. Ты вспомнишь все и сам удивишься, сколько раз поступил вопреки своей совести и не заметил, в душе оправдал себя. Уважаемый верующими людьми, Иоанн Синаит говорил, что гордые, которые полагали, что они бесстрастны, «во время исхода увидели свою нищету». То есть гордые люди тогда видят свое внутреннее убожество.

– А почему у тебя нет крыльев, ведь ангелов люди изображают с крыльями?

– А в отношении крыльев у ангелов…. Ангелы разделяются по разрядам и чинам. Различия эти огромны, как и возможности. Вот мне поручено помогать тебе, найти путь к Богу и не сворачивать с него. Хорошо я выполнил это задание? Оценку скоро мы узнаем, и она будет зависеть от того, куда определишься ты. Мытарства – экзамены я буду проходить вместе с тобой….

Алексей еще раз поймал себя на мысли о несоответствии внешне незамысловатого вида своего собеседника и теми знаниями, которые он с легкостью выдает. Однако его нисколько не удивило, что сам он с такой же легкостью все понимает и запоминает, ведь в школе не всегда усваивал материал, преподаваемый учителями. По крайней мере, с первого раза….

– А у тебя есть имя? Как мне можно к тебе обращаться? – спросил новопреставленный.

– Имя у меня есть. Но, возможно оно тебе покажется несколько странным…Амалиэль.

– Что же меня ожидает в дальнейшем, там впереди? – спросил несколько напуганным голосом Алексей.

– Плохо, конечно, что ты не успел исповедаться и причаститься…. Но этого уже не изменить. К тому же прямо перед исходом ты посетил храм, возможно, это зачтется…. А что тебя ожидает? Имей в виду, что понятия дней для тебя стали условны, время над тобой уже не властно, оно словно остановилось… навсегда. У Киприана Карфагенского имеется изречение: – «…Смерть это и не есть исшествие, а только переход, или переселение в вечность, по окончании временного пути».

– А как же, я читал о важных днях для души умершего третьего, девятого, сорокового?

– Понятия третий, девятый, сороковой день – это для живущих родственников и твоих близких. Конечно, пока твоя душа не покинула Землю, ты будешь видеть восходы и закаты солнца и как-то ориентироваться по ним.

– А сколько времени я буду находиться на Земле?

– Слушай и запоминай – в продолжение первых двух дней позволяется душе, вместе с находящимся при ней ангелом, ходить по земле, где хочет, как птица, ища гнезда себе. В третий же день… вознесется всякая христианская душа на небеса для поклонения Богу всяческих. После повелевается от Него показать душе… красоту Рая. Рай не для всех одинаков, он имеет разные уровни обителей.

– Сколько дней я буду там находиться?

– Ты пробудешь там в сопровождении высших Ангелов в течение шести дней… По рассмотрению высот Рая – тех, которые позволено увидеть твоей душе…, она опять вознесется Ангелами на поклонение Богу. После вторичного поклонения Владыка всех повелевает отвести душу в ад и показать ей находящиеся там места мучений… По этим различным местам мук душа носится тридцать дней… В эти дни она как бы сдает экзамены на добро и зло. И они, естественно, могут быть сданы различно.

– Я знаю, что грешен…. Значит, я останусь в аду?

После этих слов Алексей увидел в воздухе большой котел с кипящей водой, в которой сидел демон, приняв образ самого новопреставленного. Остальные бесы кружили хоровод вокруг, не забывая подбрасывать дров в горящий под котлом огонь. Амалиэль с завидным спокойствием ответил:

– В сороковой день душа вновь возносится на поклонение Богу; и тогда уже Судия определяет приличное ей по ее делам место….

– Про мытарства я, конечно, слышал, – начал Алексей, – но знания мои весьма поверхностны…. Расскажи мне о них поподробнее.

– О мытарствах могу сказать следующее: проходя по разным уровням ада, бесы попытаются оставить твою душу именно у них. Будут убеждать и тебя самого, и сопровождающих ангелов, что она принадлежит им. Ты, я и какие-то Ангелы из высших разрядов должны доказать, что этот конкретно грех или прощен Господом через покаяние, или смягчен подаяниями, или замолен тобой лично, или твоими близкими.

– Жена моя Вера, наверное, службы по мне закажет в церкви….

– Если твои родственники закажут молебны в храмах именно в эти дни, то сильно облегчат судьбу твою. Обязательно панихиду на третий, шестой, девятый и сороковой дни. Священнослужитель и члены церкви будут просить для усопшего прощения грехов и упокоения в Царствии небесном. Перед самым погребением необходимо отпевание. Оно совершается в храме или часовне один раз. Прямо во время погребения нужна лития, усиленное моление. Проводится прямо на кладбище или священником или обычными христианами. Об этих очень полезных для твоей души службах ты можешь попросить своих верующих родственников в момент их сна. Напомнить им.

– А вот я постоянно молился Николаю Угоднику, Святому Пантелеймону, Сергию Радонежскому, Андрею Юродивому, Иоанну Кронштадтскому…. Это мне поможет?

– Могут нам оказать помощь и те Святые, которым ты молился при жизни и ставил свечи. Есть и последняя надежда на милосердие Божие. Так что отчаиваться не стоит ….

– А сколько мытарств и уровней, адовых я должен пройти? – в полном смущении спросил бывший снабженец.

– Мытарств обычно называют двадцать, – ответил Ангел Хранитель. – Они распределяются по страстям, в каждую из которых входит много соответствующих грехов. Празднословие и сквернословие. Ложь, осуждение и клевета. Далее: объедение и пьянство. Леность, воровство. Сребролюбие и скупость. Затем следуют: лихоимство – взяточничество, лесть. Неправда и тщеславие, зависть…. Конечно же: гордость, гнев, злопамятство. Потом: разбойничество (избиения, ударения, драки). Колдовство (магия, оккультизм, спиритизм, гадания…). И наконец: блуд, прелюбодеяние, содомство. Идолослужение и ересь. Немилосердие, жестокосердие. Что-то я, возможно, упустил, что-то перепутал, ведь нечасто приходится вместе с подопечным спускаться в адские темницы. Ефрем Сирин проповедовал: «Как различны грехи, так различны и мучения! Иначе мучится прелюбодей, иначе блудник, иначе – убийца, иначе – вор и иначе – пьяница. Осквернившие себя ересями услышат: да возмется нечестивый, да не видит славы Господа!».

– Там надо мной издеваться будут, душу мучить?

Картина над ним при этих словах развернулась довольно страшная…. Демоны изображали страдальцев на крестах, объятым огнем, сидящих в котлах с кипящей смолой. Одни бесы нещадно били других дубинами, кистенями, топорами, крюками на длинных палках. Изображали сексуальное насилие друг над другом. В клетках со змеями сидели несчастные мученики, не могущие расправить свое тело из-за маленьких размеров камеры…. Алексей оказался близок к тому, чтобы потерять сознание, если…это вообще возможно для бестелесной души….

– При этом надобно представлять мытарства не в смысле грубом, чувственном, а сколько для нас возможно в смысле духовном, и не привязываться к частностям. Бесы, вместо страшных нападений, хоть они и встречаются, могут представлять нечто прелестное. Порой обольстительно-прелестное, по всем видам страстей, проходящей через них душе одно за другим.

– Так любой человек знает, что в аду плохо…. Как же его обольстить-то можно?

А демоны в виде красивых обнаженных девушек закружили в воздухе хоровод, напевая нежными голосами непристойные песенки. Алексей с удивлением ощутил в себе похоть. А Ангел, не обращая внимания на нечисть, спокойно ответил:

– Когда из сердца, в продолжение земной жизни, изгнаны страсти и насаждены противоположные им добродетели, тогда что ни представляй прелестного, душа, не имеющая никакого сочувствия к тому, минует, отвращаясь с омерзением. А когда сердце не очищено, тогда к какой страсти наиболее питает оно сочувствие, на то душа и бросается там. Бесы берут ее будто друзья, а потом уж знают, куда ее девать… душа сама бросается в ад. К этим испытаниям тебе надо очень серьезно подготовиться.

Во время беседы раба Божия Алексея со своим Ангелом Хранителем к ним подошла худощавая женщина, лет сорока. Она сначала спросила, обращаясь к телу усопшего:

– Мужчина, что с вами? Вам плохо? Мужчина….

Затем стала звонить в скорую помощь. Вскоре к ней подошел полный мужчина, лет пятидесяти. Кстати сказать, обоих подошедших сопровождали юноши, похожие на Амалиэля.

– Что случилось? – Спросил мужчина.

– Да вроде человек умер, я уже позвонила в скорую помощь…. Может, он еще жив.

– Лицо вроде знакомое…. Это не снабженец с нашего завода Алексей Петров, отчество я не помню.

– Не знаю, я там не работала…. Но живет он определенно где- то в соседних домах, мне тоже кажется, что я его раньше видела в нашем районе с женой, такой миловидной.

То, что он ясно слышит каждое слово, крайне удивило бывшего снабженца, и он спросил замолчавшего Амалиэля:

– А почему я слышу, о чем они говорят? Кто эти два юноши рядом с мужчиной и женщиной, которых я так же четко вижу?

– Потому что слова – это особый вид тонкой энергии, более тонкой, чем ты или я. Это очень важная божественная энергия…. Помнишь из Библии «Новый Завет» первый стих Евангелия от Иоанна звучит так: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог». Поэтому за каждое сказанное при жизни слово придется отвечать. А многие, даже верующие христиане не придают этому значения и удивляются, как это отвечать за каждое праздное слово?… А те, как ты сказал, юноши – Ангелы Хранители этих живых людей.

Раздались звуки сирены, подъехал автомобиль с надписью «Скорая помощь». Из него вышли одетые в синюю униформу медицинские работники, мужчина и женщина, обоим не более тридцати лет. Чуть сзади усматривались их Ангелы Хранители. Врач и медсестра направились не к Алексею, а к рядом сидящему неподвижному манекену. Умерший человек смотрел на все это с крайним удивлением. Послышался мужской голос:

– Он мертв. Мы ничем помочь не можем.

– Надо сообщить в полицию, – ответила женщина.

Вдруг подбежала запыхавшаяся Вера Павловна:

– Алеша, Алеша, что с тобой? Доктор, его можно спасти?

В звуках ее голоса ощущались отчаяние и надежда. Медик-мужчина ответил:

– Нет…. Он умер не менее получаса назад. Назовите ваши данные, вы кто будете умершему? Нам надо отметить в карточке, отчитаться за вызов.

– Вера Павловна Петрова, я его жена, – с еле сдерживаемым рыданием ответила вдова.

– Мы уезжаем, а вы дождитесь приезда работников полиции, мы с ними связались. И, если хотите, я дам вам телефоны двух похоронных служб? Они сейчас работают очень оперативно, после оформления документов полицией, увезут тело в морг.

Супруга покойного один из номеров, данных медиком, машинально набрала на своем телефоне. Затем так же, не задумываясь, позвонила и ответила на ряд вопросов работника ритуальной службы. Единственное, что запомнилось новоявленной вдове:

– Ждите на месте, в течение получаса к вам подъедет наша машина, и мы доставим тело в морг.

После отъезда скорой Вера Павловна присела рядом с умершим мужем и тихо заплакала, вытирая слезы своим платком. Незнакомые женщина и мужчина, что обнаружили тело, стояли рядом, не говоря ни слова. Оставить одну супругу возле покойного мужа, они не решились. А для того, чтобы как-то ее успокоить не находили подходящих слов.

Глава 3. Осознание себя заново

А Алексей сочувствующим взглядом смотрел на свою супругу, …ее слезы привели его в умиление. Хотелось как-то успокоить, обнять…. Рядом с Верой Павловной, сзади лавочки стоял юноша внешне такой же, как и Амалиэль. «Наверное, это ее Ангел Хранитель», – подумал недавно умерший. Он осмотрел и ощупал себя сверху донизу. Такие же ноги, руки, голова, уши, нос и рот, как и раньше. Даже одежда оказалась та же самая, в которой Алексей ездил в храм – светлая рубашка с коротким рукавом и темные легкие брюки, на стопах летние ботинки….

Машина скорой помощи уехала, но так, же с сиреной появился другой автомобиль, ярко зеленый, словно только что с конвейера, милицейский Уазик. Из него вышел высокий полицейский в звании старшего лейтенанта. Алексею бросилось в глаза, что сопровождающего ангела рядом не оказалось. Зато вокруг офицера хороводила целая группа бесов. Некоторые из них оказались одеты, как и сам сотрудник правоохранительных органов. Они что-то кричали, дурачились, а один уселся на погон и что-то нашептывал в ухо. «Не хотел бы я иметь дел с таким работником полиции», – подумал Алексей. А тот спокойно обратился к присутствующим:

– Кто обнаружил тело? Есть ли среди вас родственники?

При этих словах представителя власти, мужчина, который спокойно присутствовал при работниках скорой помощи, поспешил ретироваться в ближайший подъезд жилого дома. «Видно просто не захотел быть свидетелем», – предположил новопреставленный. С этим мужчиной раньше Алексею явно приходилось общаться по работе, но вспомнить, как его зовут и кем он работал, не получалось. Да это казалось и не очень важным. Между делом Алексей заметил, что ощущает сознанием четко некую границу между значимой для него информации и не очень…. Бывший снабженец обратился к Амалиэлю:

– Почему рядом с полицейским полно неприятных сущностей, а Ангела Хранителя нигде не видать?

– Он до сих пор некрещеный, – с нескрываемым сожалением ответил тот.

– Обнаружила его я, – как-то робко заявила сорокалетняя женщина. Ее приятное лицо показалось Алексею знакомым. – Шла домой, а он сидит с открытыми глазами, но неподвижно. Я спросила, что с ним, а он молчал. Я подумала, может ему стало плохо, и позвонила в скорую помощь. Но я его не знаю, вон подошла супруга….

Бывший снабженец искоса бросил взгляд на Амалиэля, хотел убедиться, что тот не стал вновь невидимым. Но Ангел Хранитель спокойно продолжал стоять возле лавочки, с заметным безразличием взирая на происходящее. Его смиренный вид успокаивал и давал какую-то надежду на благоприятный конец такого необычного приключения. Кстати сказать, еле заметное свечение виднелось, вокруг, всех сопровождающих живых людей ангелов….

– Вы жена покойного? – Спросил полицейский, обращаясь к Вере Павловне.

– Да я его супруга,… он пошел в гараж, ставить машину в гаражный кооператив, здесь неподалеку. Гляжу, долго не идет, пошла встречать. У него сердце больное, аритмия, гипертония, а тут скорая….

В это время рядом с Верой ее бывший супруг увидел двух неприятных существ, похожих на людей, спустившихся буквально с неба. Роста они были со среднего человека, среднего телосложения, на вид лет до сорока, однако ярко пестрая несуразная одежда бросалась в глаза и придавала им дурацкий вид. К тому же они стали строить рожи, кривляться, и с каким-то гиканьем кружиться вокруг вдовы. К ним присоединилось еще несколько бесов, которые минуту назад крутились вокруг полицейского. Ее Ангел Хранитель с грустным видом и опущенной головой просто стоял рядом. В воздухе толпа подобных существ издавала звуки, похожие на смех. «Наглые бесы, – подумалось Алексею, – даже Ангела не боятся, творят беззаконие». Амалиэль и Ангел хранитель Веры Павловны словно услышали эти мысли. Оба спокойно посмотрели на глумящихся над вдовой бесов и те шарахнулись в разные стороны, словно были обожжены невидимым огнем. Затем вся неприятная компания с криками и визгом поднялась выше ближайших панельных домов. Между тем полицейский, обращаясь к новоявленной вдове, произнес:

– Вы подождите немного, я пока со свидетельницы возьму объяснение, а потом займусь вами. Тело надо везти в морг, вскрытие в данном случае обязательно, так как смерть наступила внезапно. Я все оформлю. Вы позвонили в похоронное агентство?

– Да, мне телефон дал врач скорой помощи ….

– Тогда вам в любом случае придется ждать их машину. Так что посидите рядышком с…мужем на лавочке. А вы, женщина, подойдите ко мне….

В этот момент Алексей еще раз сконцентрировал свой взор на том неподвижном теле, что еще вчера он отождествлял со своим «Я» и еще вчера сомнений на этот счет у него никаких не существовало…. Увиденное его вновь потрясло. На лавочке с открытыми глазами абсолютно неподвижно сидел он, Алексей Михайлович. На секунду произошло даже некое раздвоение сознания, но…только на секунду. Чувство, что это он собственной персоной, быстро сменилось на безразличие к похожей на него кукле. Правда, ему все-таки казалось ее жалко, жалко, что она больше не сможет притворяться человеком и…в ближайшие дни непременно будет закопана в землю.

Однако Вера Павловна присела рядом с телом покойного мужа и, не сдерживая слез и вытирая глаза носовым платочком, тихо причитала:

– Как же так, Алешенька, ты ушел и даже не попрощался. Ведь день с утра так хорошо начинался…. Съездили в храм…, ты не переживай, я все службы закажу – и литию, и за упокой, и панихиду. Все сделаю, как положено…и на кладбище буду ходить к тебе часто. Тут рядом, пешочком дойду, не торопясь. Юленьке, дочке позвоню завтра, хоть эту ночь поспит спокойно, все равно сегодня она мне ничем не поможет. А с утра попрошу зятя Юру со мной покататься на их машине, документы все положенные оформить. Твоего любимого внука Николая даже и не знаю, стоит ли тревожить похоронами? Восемь лет ему всего, боюсь, сильно переживать будет. Ведь он постоянно тебя вспоминает…деда, деда,…а деда нету…. Посоветуюсь с его родителями. Внучке-то Веронике не скажем, четыре годика, совсем ребенок, мол, уехал дедушка в командировку.

Раздался голос сотрудника полиции:

– Извините, я не спросил, как вас зовут. Подойдите ко мне, я запишу показания и оформлю документы в морг. Вон, кстати, и катафалк подъезжает. Тогда еще чуть-чуть обождите, я для них бумажки сначала напишу. Тело отправим, а потом вас быстренько опрошу.

Алексей с абсолютным безразличием смотрел, как работники похоронного бюро грузят то, что некогда являлось его телом. Рядом с ним уселись две отвратительные сущности с наигранным выражением сострадания на лице. Новопреставленного данный факт нисколько не обеспокоил. Газель черного цвета, специально оборудованная для подобных случаев, неторопливо выехала на центральную дорогу и направилась в сторону центра города. Потом сотрудник полиции задал ряд вопросов Вере Павловне, тщательно записал ответы на протоколе опроса. Алексей дождался освобождения супруги и …непроизвольно поплелся за ней в сторону бывшего своего жилища. Попутчики супругов, их Ангелы Хранители, молча шли рядом. Вера тяжело поднялась на третий этаж, останавливаясь на каждой площадке для отдыха. Войдя в квартиру, упала на кровать животом вниз и, обхватив руками подушку, громко зарыдала. Видеть эту сцену Алексею оказалось тяжело, и он сказал, обращаясь к Амалиэлю:

– Сюда я вернусь ночью…, может, увижусь с Верушкой. А как бы мне посетить семью дочки, не пугая их? Они живут в другом районе города.

– Ты даже представить не можешь, как это для тебя стало просто. Просто захоти быть в любой точке Земли, и ты сразу там окажешься. А напугать…ты их не напугаешь, они тебя не увидят и не услышат, даже если закричишь….

– А почему на мне одежда, причем та же, в которой я был перед…перед своей смертью?

– Это одежда души…. Первоначально она выглядит как та, что была на умершем человеке в момент смерти. Потом может меняться, по усмотрению Божию.

– Впрочем, неважно какое на мне одеяние. Я очень хочу увидеть дочь.

Действительно, как и утверждал Амалиэль, в следующую минуту новопреставленный оказался в трехкомнатной квартире дочери. Красивая и стройная женщина, чуть старше тридцати лет, в цветном фартуке поверх домашнего халата резала овощи на кухонном столе. Рядом стоял ее Ангел Хранитель. Отец девушки начинал привыкать к такому положению дел и воспринимал его в порядке вещей. Она тихонько напевала незнакомую Алексею песенку. « Юля, Юленька, доченька…. Готовишь ужин для семьи и…даже не подозреваешь, что я умер», – с грустью подумал покойный. Муж Юли, Юра сидел в большой комнате возле компьютера, читал российские новости. Рядом стоял сын Николай и жалобно просил:

– Ну, пап, ну, включи мне стрелялки….

– Подожди, сынок, я дочитаю новости и стреляй, на здоровье, – отвечал его отец.

Сзади Юры и Николая так же стояли Ангелы Хранители, один из них смотрел с каким-то особым умилением на своего еще не достигшего зрелого возраста подопечного. По крайней мере, так показалось Алексею. В маленькой комнате внучка Вероника рассаживала кукол, приговаривая:

– Ты, Машенька, сегодня вела себя хорошо, вот тебе мороженое. Ты, Танечка, не слушалась мамы, тебе не дам никаких сладостей….

Рядом с ней никого не оказалось, …вообще никого.

– А почему она одна? Где ее Ангел Хранитель? – спросил своего сопровождающего Алексей.

– Ее до сих пор не крестили и ей пока не положено иметь защитника и наставника. Она под защитой непосредственно Господа, поэтому рядом нет и бесов. До семи лет ребенок не несет ответственности за соделанные им грехи. Но все равно крестить его надо обязательно, чтобы, ни в коем случае не умер некрещеным….

Алексей с тоской в сердце смотрел на близких ему людей и боялся даже представить, что через два дня покинет Землю и долго – долго никого из них не увидит. Появившееся в душе желание посетить свою малую Родину… тотчас же сбылось, и он оказался возле родительского дома в деревне недалеко от города. Старый рубленый дом стоял с заколоченными окнами, на входной двери висел навесной замок. Прямо напротив по-прежнему росли две огромные березы. Будучи маленьким, Алексей любил с друзьями залезать на ее мощные ветви очень высоко. А сейчас на них сидели несколько бесов, по виду напоминающие детей. Они качали ножками и насвистывали какую-то несуразную мелодию. В воздухе над деревней этих тварей оказалось без счета. « Как же живут люди с ними бок обок и даже не подозревают об этом», – пришло на ум Алексею. Новопреставленный из всех сил старался не обращать на демонов никакого внимания.

…Он вспомнил, как отец Михаил Игнатьевич и мать Мария Павловна часто ругали его за лазание по высоким веткам. Мол, упадешь, станешь никому не нужным инвалидом. Иногда дополняли ругань более убедительным аргументом – кожаным ремнем…. Люди простые, деревенские, отец тракторист в колхозе, мать – доярка и методы воспитания подрастающего поколения у них незамысловатые. Такие же, как и у их родителей.

Перед глазами четко возникли две родных согбенных фигуры, стоящие возле берез и смотрящие вслед отъезжающему в город Алексею. Воспоминания о родителях невольно навеяли грусть…. Сзади дома, как и в прежние времена, имелся огород в десять соток. Раньше на нем отец с матерью сажали картошку. Имелись и фруктовые деревья – яблони, груши, вишня, кусты крыжовника и черной смородины. Сейчас огород зарос бурьяном чуть не в человеческий рост, но на яблонях и грушах висели не созревшие фрукты. « Когда станут спелыми, наверное, местные мальчишки в ночное время соберут урожай, как и мы в свое время», – с некоторой иронией подумал новопреставленный. Как давно это было, как бы хотелось увидеть все это вновь…. После смерти родителей предприняв несколько безуспешных попыток продать свое родовое гнездо, Алексей решил все оставить так, как есть, только окна заколотил досками, чтобы несовершеннолетние хулиганы не лазили и не разбивали стекла. Вовнутрь он попал без проблем, захотел – и сразу оказался в комнате. Убранная старая металлическая кровать, старинный сундук у стены, самодельный деревянный стол с лавками и даже иконы в углу оказались покрыты слоем пыли и паутины. Своего попутчика, который молча стоял рядом, он воспринимал как давнего и единственного своего друга:

– Вот здесь я жил до самого окончания школы, пока не поступил в машиностроительный техникум в областном центре.

– А я знаю…. Я же везде находился с тобой, – ответил тот.

– Ах, да…. я не подумал. А где сейчас мое…тело? Мы можем на него посмотреть?

– Плоть быстрее всего лежит в местном морге. Если хочешь, можем там побывать, но…зрелище не очень приятное.

…В следующую минуту они уже стояли в комнате с несколькими бетонными столами, на них лежали без одежды четыре некогда живых тела. Через окно рванули наружу несколько сущностей, по виду напоминающие вампиров из западных фильмов. На бетонном полу валялся резиновый шлаг, из которого подтекала вода и сливалась по специальному желобку в канализацию. Специфический запах этого мрачного места всегда неприятно раздражал новопреставленного. Вот и сейчас он непроизвольно поморщился. На одном из столов лежала голая древняя старуха с распущенными седыми волосами. Ее дряхлый живот был разрезан и грубо зашит на всю длину груди и живота. Рядом довольно молодые мужчина и женщина с яркими гематомами по всему телу, похожими на последствия страшной автомобильной аварии. Наиболее вероятно они являлись при жизни супругами. А на столе у окна…лежало до боли знакомое и некогда родное тело. Грудная клетка и живот оказались также разрезаны, но пока не зашиты. Вместо внутренностей изнутри выглядывала, непонятно, как оказавшаяся там простыня, перепачканная кровью. Алексей большим усилием воли поборол возникшее неприятное чувство.

– А можно я попробую войти в него, в свое тело? Может оно оживет, хотя бы на минуту?

Амалиэль посмотрел на подопечного с выражением лица, взрослого человека на наивный вопрос младенца, по крайней мере, так показалось новопреставленному, и произнес:

– Войти ты просто не сможешь, впрочем, можешь попробовать. Но предупреждаю, ощущения будут крайне неприятные. А насчет оживет,…бывали, конечно, в истории случаи, когда человек оживал на второй или даже третий день после смерти. Но если тело не вскрывали и по особому усмотрению Господа и никак иначе. Ему, возможно абсолютно все, помнишь Лазаря из Библии Христос оживил на четвертые сутки.

– А вскрытое тело Он может оживить? – Спросил Алексей.

– Конечно, может, Господу все по силам. Преподобный Максим Исповедник, к примеру, писал: – «Нелепо сомневаться относительно того, что всемогущий Бог может осуществить что-либо, когда возжелает этого». Однако…история таких случаев не знает, – ответил Амалиэль.

Алексей все-таки подошел к своей плоти и пытался неуклюже занырнуть в нее через разрезанную грудную клетку. Ощущения действительно оказались крайне неприятными, словно ныряешь в холодный лед, помня при этом, как нырял в летнюю чуть прохладную воду. В общем, одной неудачной попытки для новопреставленного оказалось вполне достаточно.

Затем они перенеслись, по желанию Алексея, в родной город. Долго и молча прогуливались по набережной известной реки, любуясь спокойными неспешными водами российской красавицы. Однако злые духи и тут портили всю картину. Они летали по воздуху, кружили вокруг живых людей, некоторым из них что-то нашептывали в ухо.

– А вся эта нечисть каким-то образом влияет на жизнь человека? – спросил Алексей у своего Ангела Хранителя.

– Не одно преступление на Земле не совершается без участия бесов. Как сказал святитель Игнатий Брянчанинов: « Князь тьмы приставляет к человеку одного из лукавых духов, который, повсюду следуя за человеком, старается вовлечь его во всякий вид греха».

Дальше развивать эту тему новопреставленный не стал….

Посидел на лавочке под старыми липами, потом переместился к памятнику Ленину. Некогда подобные памятники возводились в каждом городе. В дальнейшем где-то снесли, а в родном районном центре сохранили….. Мимо прошли два смуглых человека, явно не православной веры. Они о чем-то громко ругались между собой. Рядом с ними двигались с десяток демонов, которые что-то нашептывали в уши спорящих, при этом успевая скандалить и между собой. Новопреставленный долго провожал их взглядом, пока они не скрылись из виду. После этого Амалиэль со своим подопечным не спеша прогулялись по тротуару вдоль берега. Причем при ходьбе Алексей старался не сталкиваться с людьми, обходил их стороной. Предыдущий жизненный опыт давал о себе знать. Амалиель же шел неторопливо, слегка опустив голову, но,…не петляя, не обходя препятствий в виде живых людей, словно кроме него на бульваре никто не находился. Казалось, его нисколько не заботило, что ненарочно заденет прохожего плечом. Или даже столкнется в лобовую. А идущие и сидящие на лавочках горожане новопреставленного и его Ангела Хранителя явно не видели и не обращали ни малейшего внимания.

Вдруг их обогнала молодая девушка с большим букетом цветов, к которому время от времени наклонялась и осязала, по-видимому, прекрасный запах. Она одета в легкое светлое платье, которое чуть прикрывало красивые стройные ноги. Вокруг нее кружились голые бесы с возбужденными фаллосами, выкрикивая ей различные непристойности. А девушка шла, ни на кого не обращая внимания, цокая высокими каблуками по асфальту. Сзади в отдалении с опущенной головой и грустным, как показалось Алексею, выражением лица следовал ее Ангел Хранитель. Заметив, что Алексей любуется молодой очаровательницей, провожая ее взглядом, Амалиель тихо произнес:

– Видимо, она идет со свидания с молодым человеком, ее голова полна непристойными воспоминаниями и фантазиями. Антоний Великий поучал: «Возбуждаемая воспоминанием похоть есть корень страстей, родственных тьме. Находясь в сем похотном воспоминании, душа не знает о себе, что она есть вдуновение Бога, и бросается на грех, не помышляя о крайней беде, в какой будет находиться по смерти, – безумная».

Новопреставленный ничего не ответил, однако сразу отвел взгляд от предмета соблазна.

…А через минуту Алексей бродил по лесу, где прошлой зимой иногда прогуливался на лыжах вместе со своей супругой. Словно солдаты стройными рядами стояли ярко зеленые сосны. Этот хвойный лес искусственно посажен людьми на месте некогда сгоревшей смешанной чащи. Меж деревьев проходила извилистая тропинка. Лыжня зимой, по-видимому, проторялась именно по ней. Алексей узнал даже сломанную березку, под которой приходилось низко нагибаться, катаясь на лыжах. Амалиэль шел чуть сзади, по-видимому, вполне осознавая душевное состояние своего подопечного.…В памяти возникла завораживающая картина. Какая-то необычная тишина среди ровных шеренг сосен, ветки которых покрыты снегом и чуть провисли от его тяжести. Впереди петляет меж деревьев накатанная лыжня…. Лыжи скользят по ней, заметно увеличивая скорость передвижения. Сзади старается не отстать верная супруга. Дыхание перехватывает морозный воздух и…ощущение абсолютной беззаботности и счастья. «Верушка, наверное, без меня в лес не пойдет», – подумал бывший лыжник. Между тем на улице потемнело, но видеть Алексей окружающие предметы хуже не стал. Немного поблекли краски и все….

Вдруг по ходу своего движения, чуть в стороне от тропинки, по которой двигался, новопреставленный увидел мужчину. Тому явно не исполнилось и сорока лет, но безмерно грустное выражение лица создавало ложное впечатление повидавшего жизнь человека. В руках веревка, а взор обращен чуть вверх на толстые сучья сосны. Вокруг незнакомца водили хоровод не менее двадцати демонов, разного внешнего вида. Они пели какую-то песню, в которой припев звучал примерно так: «Давай, давай, уже начинай. Мы заждались, а ты удавись». Ангел Хранитель несчастного стоял в стороне, молитвенно сложив руки на груди и подняв голову к небу.

– Почему бесы не боятся Ангела Хранителя? – Спросил Амалиэля трясущимся голосом Алексей.

– Этот человек сам отверг помощь Бога и добровольно предал себя в руки демонов. В такой ситуации мы ничем помочь не можем, кроме как молиться Создателю, чтобы Он вразумил готовящегося нечестивца к непростительному греху….

Алексей не пожелал оказаться очевидцем суицида и неизбежной расправы бесов над своей жертвой.

– Хочу в свою квартиру. Вера, наверное, пытается уснуть, может она покинет тело, и я ее увижу? – Сменил тему разговора новопреставленный, обращаясь к своему Ангелу Хранителю.

Тот промолчал, однако практически в этот момент неразлучная пара оказалась в квартире Петровых.

Супруга при включенном свете лежала на кровати, ворочаясь с боку на бок, и никак не могла уснуть…. «Как я прошлую ночь», – с нежностью подумал бывший муж. Он стоял в ногах у родной женщины, а Амалиэль возле иконки в углу на кухне, скрестив как обычно руки на груди. Рядом стоял и Ангел Хранитель Веры Павловны, похожий на Амалиэля словно брат-близнец. Но между собой они не проронили, ни единого слова и этот факт казался несколько странным для новопреставленного. Однако и он сохранял молчание. Четко слышно, как тикают старые ходики на стене….

Вдруг из заснувшего, наконец, человеческого тела показалась родная и некогда, любимая Вера Павловна.

– Вера, Верунчик, – обратился к ней Алексей, – ты только не пугайся….

Однако договорить он не успел, супруга вскрикнув от неожиданности и ужаса, скрылась в своей кожаной крепости. Она вновь продолжила ворочаться с боку на бок. Затем, натянув на голову летнее одеяло, замерла и притихла…

Глава 4. Последние часы на Земле

Видя, что дальнейшие ожидания бесполезны, новопреставленный раб Божий обратился к Амалиэлю:

– А мы можем сходить на кладбище, здесь рядом, где похоронены родители Верушки? Там мы огородили большое место, заняли…для себя. Вот и потребовалось….

– Конечно, можем. А страшно не станет? Ты и так сегодня наблюдал немало ужасного.

– Мы в детстве с пацанами иногда ходили ночью на деревенское кладбище, уровень адреналина поднять. Встряхнуть нервную систему и каждый раз у нас получалось. Особенно, когда кто-нибудь закричит неожиданно, чтобы напугать друзей. Помню, Колька Галкин так заорал, что мы стремительно убежали, а он зацепился брючиной за какую-то арматуру на могиле и визжал нам вдогонку, словно на него зомби набросились.

– «Гордая душа есть раба страха; надеясь на себя, она боится слабого звука тварей, и самых теней». Это высказывание Иоанна Лествичника, – тихо произнес Ангел Хранитель.

…В ту же минуту, как только Амалиэль закончил говорить, нарушители покоя усопших оказались возле знакомой ограды. Новой ямы рядом с двумя аккуратными могилками еще не выкопали. Новопреставленный поднял голову. Небо усеяно яркими звездами, полумесяц светится с восточной стороны слабо желтым цветом и вокруг ни души. … Тишина такая, какая бывает только на кладбище, причем ночью. Куда ни глянь, всюду могилы и кресты, впрочем, есть и памятники, некоторые довольно крупные и красивые. Растущие в беспорядке деревья, зачастую посаженные сразу после похорон в память об усопшем, создавали ощущение густого леса. Вдруг вдалеке между могил показались две фигуры. Причем сзади идущая, излучала слабое светло золотистое свечение. «Видимо, это такой же умерший человек, как и я, вместе со своим Ангелом Хранителем»,– подумал Алексей, поборов желание окрикнуть коллегу по несчастью. Ему показалось, что тот умерший при жизни являлся мужчиной, причем довольно крепкого телосложения. Однако нарушать кладбищенский покой бывший снабженец не решился.

Вдруг с левой стороны где-то вдалеке послышался нарастающий шум. Он приближался и четко послышался истошный женский визг. Прямо на Алексея бежала молодая женщина с выпученными от страха глазами. Она не лавировала между оградами, неслась напролом. Послышались ее отчаянные крики:

– Не надо. Ну не надо, отстаньте. Помогите.

За ней буквально по пятам полубежала, полулетела толпа странных чудищ. Один оказался огромный, до самых макушек взрослых берез, какой-то синий и трясущийся словно студень, другой, который висел в воздухе прямо над головой беглянки, – с оскаленной пастью, в ней виднелись огромные клыки. У третьего все тело словно состояло из сплетенных в комок змей, изо рта также виднелись змеи, готовые укусить. Четвертый был лохматый, сплошь покрыт бурой шерстью, с рогами на голове, хвостом и копытами, вылитый черт, как его рисуют в детских сказках. Остальных разглядеть Алексей не успел, но их вид явно разнообразно ужасный. При приближении беглянка оказалась абсолютно голой…. Примерно метров за пятнадцать до могилы, где похоронены родители Веры Павловны, монстры схватили душу бедной женщины и с дикими криками и визгами утащили с собой. При их удалении крик беглянки стал слышен все тише и тише.

– А что здесь происходит? – выдавил из себя перепуганный Алексей. – И почему ты не остановил их своим присутствием?

– Это грешная некрещеная душа, она по праву принадлежит бесам и аду. «Если кто здесь не искал и не приял жизни душе, т.е. божественного света Духа, то он во время исшествия из тела отлучается уже на шуюю страну тьмы, не входя в небесное царство, и в геенне имея конец с диаволом и с аггелами его», – такие страшные слова произнес Макарий Египетский. Помочь я некрещеной душе не имею права, иначе сам буду наказан вместо нее. Постарайся ее забыть, она обречена на вечные мучения и впереди ее ждут гораздо ужаснее события….

Между тем ночь плавно перешла в утро, это Алексей понял по восходящему на востоке солнцу, внутреннего ощущения времени, присущего всем живым людям у него не оказалось абсолютно. Чтобы отвлечь как-то своего подопечного от воспоминаний ужасов, увиденных в эту ночь, Амалиэль обратился к нему с предложением:

– Сейчас твоя супруга позвонит дочери, у той быстрее всего возникнет истерическое состояние…. Твой зять с вдовой на своей машине весь день будет кружить по городу, собирать документы на твои похороны…. Они, кстати, состоятся завтра. Не думаю, что эту суету тебе приятно наблюдать…. Я предлагаю посетить Иерусалим, храмы Свято-Троицкий, Рождества Христова, Гроба Господня, Вознесения и Успения Пресвятой Богородицы…. Ведь в твоем сне ты не случайно молился Спасителю возле «пупа Земли». Тебе батюшка правильно молвил, иносказательно «пуп Земли» обозначает Иерусалим….

– Но ведь это в Израиле, далеко…. Как мы туда доберемся? Мы успеем на мои похороны? – Спросил Алексей.

Амалиэль вновь посмотрел на подопечного как на маленького ребенка, хотя внешне и выглядел моложе его, пока тот был жив, и ответил:

– Мы вернемся с тобой к вечеру. А ночью может быть, все-таки с женой простишься, когда она уснет.

…В ту же минуту паломники оказались в Иерусалиме. Алексей перестал удивляться мгновенному перемещению и даже не обратил внимания на то, что и беседа-то, возможно, происходила во время сверхскоростного передвижения, то есть уже в пути. Лишь ноги новопреставленного коснулись земли, как он непроизвольно поднял взор к небу. К своему удивлению лукавых духов он заметил мало, причем на значительной высоте. Время от времени, то один, то другой ныряли вниз, но вскоре вновь поднимались ввысь. Однако спрашивать у Ангела Хранителя о поведении нечисти не решился, посчитал, что такие вопросы в святых местах не уместны…. Амалиэль по своей инициативе стал на некоторое время добровольным гидом для своего подопечного:

– Перед тобой город трех религий, расположенный на семи холмах! Видишь дома из белого иерусалимского камня, словно гигантские ступени-террасы? Они ведут прямо к самому центру, где за каменными стенами спрятан древний город. Древняя часть поселения окружена гигантским рвом. Это – Кедронский поток или «геенна огненная». Здесь в Иосафатской долине будет совершаться Страшный Суд, восстанут мертвые при Втором Пришествии Господа нашего Иисуса Христа. По преданию, перейти через поток в Небесный Иерусалим, который опустится с Небес на землю в конце времен, смогут праведники, а грешники будут падать прямо в «геенну огненную»….

Паломники прошли через Яффские ворота в древний город. В том же направлении двигалась толпа живых и мертвых людей вместе со своими Ангелами Хранителями. Запестрело множество узких улочек. Буквально душой ощущалось, что каждый камень дышит историей. Сколько поколений людей здесь прошло! Подошвы обуви отполировали древний камень до блеска.

– Ты осязаешь необычный запах здешнего воздуха? – Спросил Амалиэль.

–Да, каким-то ароматно сладковатым привкусом пропитана вся атмосфера вокруг. А почему? Что это такое?

– Это ни с чем несравнимый запах Святости этих мест, – ответил Ангел. – Ты, я заметил, хотел спросить меня о причине немногочисленности демонов в этих местах? Теперь, я думаю, ответ тебе известен. Вот, кстати, дворец царя Давида, а рядом дворец Понтия Пилата, где судили Спасителя. А вот улица от этого дворца тянется к горе…. Видишь? Это гора Голгофа и улица Крестного хода. По ней когда-то вели Спасителя к месту крестной казни: « И взял Он на Себя все грехи мира и понес Свой Крест во имя нашего спасения»…. Идем здесь не торопясь. Вот порог Судных врат. Эта ступень находится под сводами русского храма на Александровском подворье, месте, где жила царская семья во время паломничества в Иерусалим….

Путники прошли несколько поворотов по узким переулкам, и вышли на небольшую площадку перед Храмом Вознесения. Видны два входа, правый заложен, а левый открыт настежь. Душа Алексея пришла буквально в трепет…. «Неужели я здесь? Как такое может быть? – Размышлял он про себя, – сколько раз по телевизору я смотрел схождение благодатного огня на Пасху и не помышлял войти в высочайшую святыню, какая только существует для христиан на земле…». Перед ним стоял огромный храм, внутри виднелся таинственный полумрак…. Храм Гроба Господня расположен на месте Распятия, Погребения и Воскресения Иисуса Христа. Именно здесь находятся такие святыни, как Голгофа, Камень Помазания, Гроб Господень. При входе в Храм Вознесения прямо на полу расположен Камень Миропомазания – место, где обмывали Господа, накрывали плащаницей. Алексей опустился на колени и поцеловал большую плиту из бледно-розового мрамора, политую маслом. Ангел Хранитель стоял рядом, скрестив руки на груди и опустив взор к полу. Этот камень окружен гигантскими свечами, вокруг всегда стоящие на коленях люди живые и мертвые…. «Неужели Ты, Господи, допустил меня сюда?»– промелькнула мысль у новопреставленного.

– Было бы полезнее, посетить эти места при жизни и искренне помолиться, – произнес Амалиэль, словно в ответ.

Перед глазами возникло круглое здание. Оно служит как бы футляром для маленькой часовни или кувуклии, как называют ее греки. В ней имеются два отделения, в первом находится известный камень, отваленный Ангелом от Гроба Господня, во втором – пещера Гроба Господня. Греческие батюшки строго следят за порядком. Стояла довольно длинная очередь. Алексей, по-привычке, пристроился последним…. Не стал пользоваться посмертными возможностями мгновенного перемещения. К тому же, он мог запросто пройти сквозь толпу и никто бы ничего и не заметил. Людская река двигалась, шумела на разных языках,… иногда вдруг зазвучит орган на полную мощность. Алексей сосредоточился на своих мыслях, не замечая других людей, ушел в молитву о себе и близких, словно остался один на один со Святыней. Запах ладана, мерцание свечей. Придел Ангела. От плиты Гроба Господня исходит тепло. На три секунды коснулся лбом камня. Поцеловал и вышел, словно во сне….

– Ты помнишь, в твоем сне я тебе о круговороте воды в центре озера сказал, что это «пуп Земли»? Хочешь увидеть настоящий «пуп Земли»? – Спросил Амалиэль.

– И сон этот забыть не могу и увидеть, конечно, хочу, – ответил взволнованный Алексей.

– Вон там видишь купол Кафоликона? Это второй, меньший, из двух куполов Святого Гроба, видных отовсюду, – приходится не над самым центром, а над западной частью храма. Но зато это «центр» совсем в другом, куда более глубоком смысле. Сквозь этот купол проходит земная ось, и маленькая мраморная полусфера на специальной вазе-подставке, помещаемая точно под куполом, обозначает место, именуемое «мезомфалос» – «Пуп земли»….

Новопреставленный смотрел на то, что показывал Ангел с душевным трепетом. Затем он поднялся по лестнице вверх на Голгофу, место, где стоял Крест, на котором распят Христос. В глубине притвора высится Распятие. Преклонил колена пред престолом, под которым в полу помещен серебряный диск с отверстием в середине, обозначающий место, где был поставлен Крест. Прикоснулся к святыням – ощущение, что тебя нет, ты растворяешься во времени, в скорби, событиях, которые здесь произошли. Соприкосновение наполнило душу светом, миром, любовью и …непомерной тяжестью. Алексей не смог выдержать этого ощущения и мгновенно оказался на улице.

– Почему мне вдруг стало тяжело находиться на Голгофе? – Спросил он у Амалиэля.

– На месте казни Господа каждый человек реагирует по-разному. Чувства и ощущения людей на Голгофе и на местах мучений христиан совершенно разные. Зависит от многих причин: от духовного и душевного состояния, веры человека, от действия Бога на душу конкретного человека. Тяжесть ложится для того, чтобы человек понял хотя бы отчасти, каково было Христу во время казни…. Тяжело бывает людям, одержимым нечистыми духами….

– Я слышал, что в святых местах некоторые люди вылечиваются от тяжелых болезней, – скорее вопросительно, чем утвердительно произнес Алексей.

– Да, такое бывает, по благодати, обитающей здесь, некоторые верующие получают исцеления. А иногда человек чувствует необыкновенную благодатную легкость и святость места. Испытывает трепет, благоговение и благодарность Богу за его крестный подвиг…. К тому же твоя душа не защищена кожаными ризами, она более ранима. И, наконец, душевная тяжесть – напоминание, впереди, тяжелые испытания с неизвестным концом. Как я уже говорил, лучше бы тебе посетить эти места при жизни…. Ты должен понимать, что потерял для себя, не побывав здесь….

– Мне стало страшно, и я хочу домой, – дрожащим голосом произнес Алексей.

И он, и Ангел в ту же минуту оказались в родном городе…. Тем не менее, чувство страха и роковой неизбежности, тяжелым грузом упавшие на душу новопреставленного, и здесь не давали покоя. « От самого себя не убежишь», – промелькнувшую в голове Алексея…. Однако, исходившая от Амалиэля благотворная энергия ощутимо успокоила, и чтобы окончательно прийти в себя, новопреставленный продолжил беседу:

– А после меня…в смысле, после того, как Бог устроит меня в какое-то место, ты, куда будешь направлен?

– Я не могу знать, какое будет новое поручение от Господа….

– А после прохождения мною мытарств…, ну, если по милосердию Божьему мне удастся это сделать, где я буду находиться?

– В некоем месте, в аду или райских обителях и там будешь ожидать воскресения мертвых и Страшного Суда. Можно сказать, условно, райские обители Господь предоставляет в соответствии твоим представлением, Богу оно известно.

– Это какой-то новый мир?

– Если подходить строго, то этот мир создаст для тебя Господь, по твоему желанию, но в определенных рамках, коих ты заслуживаешь.

– Я там буду один?

– Ты через Божье попустительство сможешь пригласить в него тех людей, которые с тобой будут одного уровня и сами пожелают быть с тобой. Это ты скоро увидишь сам. Этот мир ты как бы строил сам, живя на Земле и греша перед Владыкою. Ефрем Сирин говорил: «Каждому определено свое, по мере того, что сделано им». Подобное произнес и Святитель Григорий Богослов: «Здесь ты странник и пришелец на чужой земле. Отсюда возвратит тебя Бог в твое Отечество. Подвиги твои не долговременны, а награда выше труда». На улице между тем стемнело, и недавние путешественники, не прерывая разговора, вернулись в квартиру Петровых. « Мы столько времени провели здесь вместе с Амалиэлем, а я даже и не подозревал об этом», – подумал новопреставленный….

Вера Павловна так же при включенном свете только что легла в постель. Она объехала столько инстанций со своим зятем,…похоронное бюро, ЗАГС, МОРГ, снова бюро. Отказать зять не мог, ведь машину «Форд-Фокус» купили практически на деньги тестя. И везде бумажки, бумажки, бумажки…и оплата услуг. Не забыла посетить и Троицко-Успенский Собор в центре города…. Заказала все необходимые службы, рекомендованные священнослужителями. И в заключение в ресторане, самом ближнем к кладбищу, забронировала зал, где собиралась провести поминальный вечер для родственников и друзей. Устала так, что только прилегла, как…увидела прямо на кровати своего покойного супруга. Но ужаса, как в прошлую ночь не ощущалось. Она внутренне поняла, что уснула сразу, как голова коснулась подушки и…что видит обычный сон. Вера спросила:

– Алешенька, это ты? Как ты там? Где?

– Здравствуй Верушка. Как хорошо, что ты решилась поговорить со мной, а то завтра после похорон я покину Землю. Здесь мне помогает и все разъясняет Ангел Хранитель, его зовут Амалиэль. Он ушел на кухню, чтобы не пугать тебя и дать возможность нам поговорить. Кстати, был вчера на квартире у Юли, всех видел…. Обязательно скажи дочери, чтобы, срочно, крестила Веронику. В любом храме, только, пусть не откладывает. Скажи, что я тебе приснился и наказывал.

– А ты мне не снишься? Ты на самом деле здесь сидишь со мной?

Алексей улыбнулся, но чтобы не пугать супругу неоднозначной правдой ответил:

– Конечно, я тебе просто снюсь…. Но Юле ты все равно скажи, не забудь. Ее мужа Юру попроси продать нашу машину, «Москвича» имею в виду. Какие никакие деньги, тебе они потребуются. Гараж, кстати, тоже продайте. По мне сильно не плачь, даст Бог, скоро увидимся. Все будет хорошо, …ведь мы не грешнее многих. Ты в храме заказала панихиду?

– И на третий, шестой, девятый и сороковой дни, все как положено, – торопливо ответила Вера Павловна. – В похоронном бюро договорилась, что придет батюшка и перед выносом тела произведет отпевание, а на кладбище…перед тем, как предать тебя земле – литию.

При этих словах она зарыдала, поняла, что говорит, как ей показалось, страшные вещи. Она думала, что слушать их Алексею неприятно. Он решил ее успокоить:

– Верушка, я знал, что ты сделаешь все правильно, эти службы сильно помогут мне там….

Однако супруга пропала так же неожиданно, как и появилась и разговор непроизвольно прервался.

Алексей, зайдя на кухню, увидел Амалиэля, который смотрел на звездное небо через окно. Рядом точно в такой же позе стоял и Ангел Хранитель Веры Павловны. Между собой они не проронили ни слова. О чем думали, известно только Господу. Свечение, исходящее от обоих на фоне ночи, приобрело светло-золотистый оттенок. Новопреставленный сел на табурет рядом и также молча стал наблюдать за маленькими светящимися точками, находящимися где-то там, в непомерной глубине космоса…

Глава 5. Хоронить самого себя. Как это?

Как и обещало звездное небо ночью, последующий день выдался солнечный. На улице около двадцати градусов по Цельсию и к обеду явно поднимется до тридцати. « Жаль, что я умер в такую прекрасную летнюю погоду, – подумал Алексей, – ну, зато земля не мерзлая, легче копать». Эта мысль несколько позабавила покойника, на ум пришли стихи Анны Ахматовой:

«Пусть миру этот день запомнится навеки,

Пусть будет вечности завещан …».

Он, не советуясь с Амалиэлем, перенесся на кладбище к могилам родителей своей супруги. Впрочем, Ангел оказался рядом без особого приглашения. За оградой два незнакомых мужика, с голыми торсами копали новую глубокую яму. Их рубашки висели на металлической ограде. Рядом спокойно стояли их Ангелы Хранители, а в воздухе кружились, ставшие уже привычными, демоны….

Работа спорилась, лезвия лопат вгрызались в землю и вскоре поверх ее стали видны только головы копальщиков.

– Как интересно устроена жизнь. Люди при большой власти и просто бродяги, богатые олигархи и откровенная нищета перед этой ямой становятся равными, – тихо произнес Алексей.

– Не совсем, – ответил Амалиэль, – эта, как ты выразился, яма – входная дверь в новую жизнь. И она будет очень даже разная. Для одних это вход в Рай, для других – в ад. Как сказал Преподобный Ефрем Сирин: «Мучительность раскаяния грешника при смерти превышает даже страх смерти и разлучения». Ты хочешь присутствовать при отпевании?

– Конечно, хочу. А что, уже пора?

– У тебя есть небольшой запас времени и возможность проститься с городом, в котором прошла большая часть твоей жизни. Ты его больше никогда не увидишь…. Подумай, что бы хотел в последние часы на Земле посетить?

Как-то непроизвольно вспомнился некогда известный на всю страну завод. Предприятие, на котором трудились тысячи земляков. Для них и построен целый район многоэтажных домов, в одном из которых прошла большая часть жизни бывшего начальника отдела снабжения. А сейчас? Именно этот вопрос, на который, впрочем, ответ заведомо известен, заставил новопреставленного посетить некогда родное учреждение. Постояв среди полуразрушенных цехов, Алексею довольно быстро захотелось покинуть это место…. Тем более что по территории бегали, летали и прыгали буквально сотни разновидных бесов. Они кричали, визжали, спорили между собой, иногда дрались. «Здесь тоскливее, чем на кладбище», – подумалось покойному.

По возникшему внутреннему порыву новопреставленный оказался на центральной площади города – Красные ряды, центральный универмаг, здание речного вокзала из стекла и бетона, вызывали непонятную ностальгию, которая возникает обычно по давнему прошлому. И какую-то тоску от мысли, что этого больше он никогда не увидит. Толпы народа шли мимо, торопились по своим делам, чуть сзади почти за каждым человеком двигались Ангелы Хранители. Однако и среди людей и над ними кружились демоны всех мастей и разрядов, и…никому никакого дела до недавно почившего такого же жителя славного города. А он тихо побрел по набережной, в последний раз любуясь рекой красавицей, известной во всем мире. Вспомнился почему-то давний разговор с жителем утопающего в цветах городка на берегу Черного моря, куда Алексей с женой приехал отдыхать в 2004-м году.

– Вы с каких мест? – Спросил тот.

– С Волги…. Приехали с супругой полюбоваться морем, позагорать, искупаться. В общем, прекрасно провести отпуск.

– А мы с женой собираемся в Ярославль, там живут наши родственники. Мечтаем отдохнуть душой и телом, искупаться в матушке Волге…. Там неповторимо красивые места.

« Не ценим мы очарования местности, где живем, – подумалось Алексею, – все думаем, мол, хорошо, где нас нет»…. Между тем небольшой ветерок вызвал волнение обычно спокойных вод, образовав небольшие волны. В этом месте Волга широка и напоминает море, но свое, родное, ни с чем несравнимое. Над рекой кружат белые чайки, выискивая свою законную добычу. Они что-то выкрикивают на своем языке, иногда резко касаясь воды, при этом хватая когтями или клювом зазевавшуюся рыбешку, и также быстро поднимаются в небо. Насмотревшись вдоволь на речные красоты, Алексей присел на лавочке меж старых лип на верхней набережной…. Вдруг он увидел молодого мужчину, который прошлый вечер встретился в лесу. По всей видимости, тот так и не решился отяготить душу суицидом. Парень, упершись руками о чугунное ограждение, с заметным наслаждением любовался неспешно текшими водами и парящими над ними чайками. А рядом с ним, чуть сзади стоял Ангел Хранитель, с умилением смотря в небо, по-видимому, вознося хвалы милосердию Создателя. Новопреставленный с удивлением посмотрел на Амалиэля, но спросить ничего не успел, тот опередил его ответом:

– Очевидно, заступник грешника умолил Господа вразумить своего подопечного….

Немного помолчав, добавил:

–Если хочешь успеть на свое отпевание и вынос тела, пора.

В ту же минуту бывший снабженец оказался в похоронном бюро, неподалеку от места, где он находился. Посередине небольшой комнаты стоял красивый, полированный гроб из какого-то ценного дерева. На стене висело распятие, а под ним фотография улыбающегося Алексея, сделанная лет пять назад зятем Юрием. Бросалась в глаза черная траурная полоска в углу. Новопреставленный поглядел на свое какое-то ссохнувшееся тело, в ногах которого лежало много цветов и денег, пожертвованных, по-видимому, родственниками и друзьями на его похороны. У изголовья покойника стояла заплаканная вдова, одетая в скорбное платье. На голове черный платок. В гардеробе супруги подобного одеяния Алексей никогда не видел. Видимо долгие годы лежало где-то в шкафах среди белья и одежды. Рядом с Верой Павловной стояла дочь Юля, так же во всем черном. На ее глазах виднелись невысохшие слезы. Дочь новопреставленного за локоть поддерживал зять Юрий, а с другой стороны к нему прижался, обхватив ноги руками, сын Николай. Он явно казался, напуган и растерян. Тут же находился и приехавший с Москвы родной младший брат Евгений со своей супругой Ольгой. Однако их детей на церемонии прощания не оказалось…. «Видимо нашлись более важные дела, чем похороны родного дяди», – с грустью подумал усопший.

С обеих сторон гроба стояли знакомые люди, с бывшей работы, соседи по дому. У всех лица выражали скорбь и соболезнование. Сзади каждого из пришедших проститься находились ангелы и…никакой нечисти в траурном зале. Пришел батюшка в церковном одеянии и с кадилом в руках. Он ходил вокруг гроба, читая молитвы и распространяя дым и специфический запах от своего рабочего орудия. Алексей и его Ангел Хранитель встали справа у изголовья неподвижного тела и, скрестив руки на груди, повторяли заупокойные слова священнослужителя. В руках присутствующих оказались горящие свечи, многие люди время от времени крестились…. Когда батюшка закончил ритуал, работники похоронного бюро вынесли тело на улицу и вместе с гробом поставили на два табурета. Кто не хотел ехать на кладбище, подходили к гробу и прощались….

Затем домовину с неподвижным телом загрузили в автобус-катафалк, вместе с крышкой, венками и большим деревянным крестом. В это же транспортное средство уселась супруга Вера Павловна, дочь Юлия и брат Евгений с женой Ольгой. Остальные сопровождающие разошлись по своим автомобилям. Печальная процессия направилась в сторону кладбища. Алексей присел на свободное место на лавочке прямо напротив своей жены, его Ангел Хранитель встал рядом, скрестив руки на груди и чуть наклонив голову вниз. Новопреставленный с грустью смотрел в окно последнего средства передвижения, время от времени переводя взгляд на свое тело и родных. До боли знакомые улицы с зелеными деревьями вдоль дороги вызывали у него странное чувство. Ему казалось, что он смотрит документальный фильм о родном городе, а не видит наяву знакомые пейзажи.

Наконец подъехали к кладбищу. Остановились на дороге, рядом с тропинкой, идущей к могиле. Гроб поставили на два табурета рядом с автобусом-катафалком. Родные и знакомые по очереди подходили к неподвижному телу и по старому обычаю целовали покойника в лоб. Непроизвольно и Алексей подошел к некогда «самому себе» и еле удержался от того, чтобы сделать поцелуй. Дальше бренную оболочку в гробу понесли меж кладбищенских оград на руках. Возле свежей ямы процессия вновь остановилась. Тот же батюшка прочитал литию и, наконец, тело Алексея с его новым тесным домиком на веревках стали опускать на дно последнего пристанища. Зарыдала супруга и дочь…. Внук Николай отвернулся в сторону, стараясь скрыть свои слезы. Он ведь мужик, он не должен плакать…. Раздались звуки падающей земли на крышку гроба, которую своими руками кидали родственники. Вскоре в дело вступили работники похоронной службы. Они быстро закопали яму свежей землей, сделав сверху характерный холмик. Поставили деревянный крест и снизу у подножия фотографию покойного.

Алексей смотрел на происходящее с двояким чувством. С одной стороны с каким-то непонятным удовлетворением, вот, мол, наконец, все и закончилось. И в тоже время появилась жалость к близким и родным людям, которые явно страдали. При этом покойный не совсем понимал, зачем переживать о бездыханном теле, ведь сам он по-прежнему жив и к тому, же бессмертен. Своя плоть, которая раньше ассоциировались с ним самим, не вызывала никаких эмоций. Ему казался, безразличен неподвижный манекен, закопанный в землю и совсем не интересна его дальнейшая судьба…. Люди меж могил потихоньку стали пробираться к автобусу и своим машинам. Алексей поднял глаза. Метрах в тридцати над ним кружились веселые бесы. Некоторые махали руками новопреставленному, приглашая к себе, другие открыто кричали: «Очень скоро ты будешь наш». Несколько пар нечисти кружились в танце…. «У них, видимо, смерть грешника всегда праздник», – с грустью подумал новопреставленный. А себя в этот момент он осознавал именно грешником, которому нет прощения….

Между тем организованная транспортная колонна направилась к ресторану, где должен пройти поминальный вечер. Таков русский обычай – и в горе, и в радости выпить чарку вина. Когда прибыли на место и стали рассаживаться, Алексей присел на лавочку рядом с женой и дочерью. Прямо на него уселась толстая соседка из квартиры на втором этаже. При случайных встречах всегда здоровалась, изображая доброжелательность на своем лице. Правда, ни новопреставленный, ни толстушка от необычного контакта плоти с духом ничего не ощутили…. Амалиэль встал за спиной подопечного. Во время застолья после того, как кто-то из присутствующих прочитал по памяти «Отче наш», Ангел сказал виновнику траурного торжества:

– Твое время на Земле подошло к концу. Нам пора …. на поклонение Господу. Как начертано в Библии: «Благоволит Господь к боящимся Его, к уповающим на милость Его»….

– Неужели я увижу самого Бога? – спросил наивно Алексей.

– Нет. Никто из людей не мог видеть существа Божия таким, каково Оно есть, но Бог, приспособляя себя к немощи людской, принимал соответствующий этой немощи образ и являлся пророкам. Ты посетишь Небесный храм и ощутишь там славу Божию, ей и поклонишься.

– А где находится этот храм, и как мы с тобой попадем туда?

– Мы очень скоро встретим Ангелов из высших, и они доставят нас в храм, а потом покажут райские обители.

Алексей общался с Амалиэлем в полный голос, нисколько не заботясь о том, что кто-то может их услышать. Он просто встал из-за стола и отошел чуть в сторону. Однако живые люди, не могли улавливать подобные звуки, а их Ангелы Хранители на привычную для них беседу не обращали, ни малейшего внимания.

– А сколько всего существует уровней Рая? – поинтересовался новопреставленный.

– Ответа на этот вопрос я не знаю, выше третьего уровня или неба я ни разу не поднимался, – ответил Амалиэль. – Я не из высших, большую часть времени провожу на Земле.

– Ты сказал, что есть высшие Ангелы, а их,… сколько разрядов ты знаешь?

– Я знаю девять ангельских чинов, слуг Царя Небесного…. Каждому чину соответствуют свои таланты, например, у одного есть дар молитвы, у другого – бодрствования и бдения и так далее.

– А бесы все одинаковы? – Спросил Алексей.

Прежде чем ответить, Амалиэль мягко взял за локоть своего подопечного и повел его к выходу. При этом продолжил беседу:

– Бесовские чины так же различны и имеют свои страсти и грехи. И если душа человеческая на момент выхода из тела не решила все свои духовные вопросы, не исповедовалась в каких-либо грехах, то соответствующие бесы имеют над ней власть, считают ее своей и пытаются увести с пути к Богу….

– А если я не пройду мытарства, то какова будет моя судьба?

При этих словах Алексей остановился у самого выхода из ресторана и с явной заинтересованностью ожидал ответа.

– Если же не пройдешь, какое мытарство, на каком-то круге ада, то останешься там до второго пришествия Христа и окончательного Суда Его.

– Там надо мной будут издеваться дьявол и его слуги? Жечь в огне и в котлах с кипятком? Избивать и всеми способами причинять боль?

– В аду люди томятся и страдают от лишения света Благодати Святого Духа, от невозможности видеть Христа, общаться друг с другом, от осознания невозможности покаяться и исправить свою жизнь, от возможностей творить добрые дела и прочее….

– Ты сказал, что кругов ада много и на каждом присутствует дьявол? Как это возможно?

Ангел Хранитель прекрасно понимал состояние своего подопечного, важность данного разговора для него. Именно перед исходом с Земли люди пытаются в течение нескольких минут узнать все и сразу,…поэтому не торопил, а терпеливо разъяснял. При этом Амалиэль старался не обращать внимания на то, что многие вопросы повторяются и он уже давал на них вполне исчерпывающие ответы:

– На каждом уровне ада хозяйничают бесы во главе со своим князем. Эти существа нуждаются в Божественной энергии для своего существования и, будучи лишенными ее, ищут и берут от других тварей, прежде всего, от людей.

– Так если у человека забрать энергию, он, наверное, умрет?

– Они забирают энергию страстей человеческих. Возбуждение любой страсти связано с выделением энергии. У каждой страсти: гнева, блуда, сребролюбия, чревоугодия, гордости, и других свой вид энергии. Поэтому бесы и разделяются на категории – бесы блуда, гнева, печали и прочее. Любая страсть, даже лень лишает человека энергии, силы…. Ее и забирают бесы, чтобы существовать. Человек для них просто кормушка.

– Ну, это у живых людей они отнимают часть энергии, а с мертвых…, то есть с души человеческой после смерти тела, что они могут взять?

– На Земле они к грешнику имеют ограниченный доступ, а в аду получат полную власть над ним и будут выкручивать как тряпку, стремясь выжать из него все до последней капли….

– А молитвы близких людей и заказанные в храме могут как-то изменить мою будущую жизнь, улучшить ее?

– Конечно, могут. «…Как мы молимся за живых, которые нисколько не отличаются от мертвых, так можно молиться и за умерших»,– гласит святой Иоанн Златоуст. Есть случаи, когда участь усопших менялась по молитве святых людей. Или даже раскаявшихся грешников, получивших прощение и угодивших Богу добрыми делами и находящимися в Раю. Они также имеют дерзновение умолять Бога о своих потомках, живущих на Земле. Иначе, какой смысл панихид, литургий, милостыни…. Если бы не было от этого никакой пользы, то не было бы смысла все это делать. Земная Церковь молится об усопших, а Небесная о земной церкви, всех ее членах.

– А что такое милостыня? Это когда я подал кому-то деньги? – Спросил новопреставленный.

– Не совсем так. Милостыня – это доброе дело, которое можно попросить Бога вменить душе умершего человека. По сути, милостыня – это добрые дела усопших, которые они продолжают делать на Земле руками живых. Именно живые должны поминать мертвых в своих молитвах и помогать им, творя милостыню. В этом и проявляется любовь живых к усопшим, забота об изменении их участи и спасении.

– А до какого момента живые люди могут помочь своим умершим близким?

– Эта возможность будет до Страшного Суда, в дальнейшем участь грешников перемене не подлежит. Основание этой молитвы – власть Иисуса Христа над мертвыми: «Ибо Христос для того и умер и воскрес, чтобы владычествовать всегда над мертвыми и над живыми». Это изречение Апостола Павла из послания римлянам. Усопшие сами теперь не могут помочь себе, а живущие сейчас, могут. Так что ты возможно и не поймешь, что некое улучшение твоего нового положения вызвано молитвами твоих близких или служителей Божьих в храме по их просьбе…. А теперь нам действительно пора, я ощущаю приближение своих старших собратьев.

После этих слов новопреставленный и его Ангел Хранитель оказались на улице возле ресторана, где происходило поминание. Солнце клонилось к закату, посылая прощальные лучи некогда живому человеку. Алексей невольно окинул взором небо над собой, заметив при этом неорганизованную толпу демонов, кружащих, словно птицы высоко в воздухе.

Легкий ветерок пошевелил ветки деревьев, растущих перед входом в увеселительное заведение. Они прощально помахали своими широкими ладошками, как делают дети, провожая родителей на работу. Грусть и тревога овладели новопреставленным…

Глава 6. Поклонение Богу. Первые райские обители

Вдруг Алексей услышал какой-то шум в вышине над ним. Подняв голову, заметил разлетающихся во все стороны с громкими криками бесов. Прямо сквозь их скопление с неба плавно опускались два Ангела с большими золотистыми крыльями. Именно они, по-видимому, вызвали переполох у нечисти. Ростом посланники Божии оказались значительно выше Амалиэля и его подопечного. Телом оба стройные. Лица их невыразимой красоты казались лицами прекрасных юношей с длинными до плеч вьющимися светлыми волосами. Ангелы буквально сияли, взор исполнен любви; одежды сверкали, как молния. По сосцам препоясаны златыми поясами. Вокруг головы просматривался светящийся золотисто белым цветом ореол. Светились и сами тела. Это свечение просматривалось даже сквозь белоснежные накидки, прошитые нитями тонкого золота, в которые они оказались одеты. На ногах такие же белые узкие штаны и сапожки из необычного золотистого бархата. От высших Ангелов исходила ощутимая любовь, тепло и спокойствие….

Ни слова не говоря, они взяли под локти новопреставленного и стали возноситься вместе с ним вверх, в небесную даль. Взмахи огромных крыльев оказались настолько мощными, что появился чуть свистящий звук от соприкосновения их с воздухом. Амалиэль держался сзади, за спину Алексея и взлетал вместе с ним. Новопреставленный заметил, что направление их движения соблюдалось в сторону востока, туда, где начинало по утрам свой путь солнце. Вскоре Земля оказалась далеко внизу. Она стремительно удалялась и немного погодя исчезла из виду. И даже огромное солнце постепенно превратилось в маленькую звездочку. Солнечный свет сменился чернотой космоса с миллиардом необычно ярких звезд. Но это нисколько не пугало, а само парение среди неописуемой красоты Вселенной оказалось даже приятным.

Новопреставленный через какое-то время осмелел настолько, что решил продолжить беседу с Амалиэлем. Спрашивать о чем-то Ангелов с крыльями он в тот момент не решился.

– А я смогу там узнать своих родных и близких? А они меня? – спросил Алексей, все более и более удаляясь от родной планеты.

Однако Ангел Хранитель почему-то промолчал, словно не слышал вопроса. Зато заговорил один и высших Ангелов. Звук голоса разительно отличался от голоса Амалиэля, но также не вызывал тревоги, а успокаивал каким-то непонятным гипнотическим воздействием. Он очаровывал и заставлял слушать с особым вниманием.

– Конечно, узнаешь, ведь по смерти люди не теряют свою личность. Узнаешь даже тех, кого при жизни не знал. Основанием для этого можно считать евангельский рассказ о преображении Христовом на горе Фавор. И это несмотря на то, что в том мире не будет стариков, инвалидов, отроков. Все будут молодые, примерно одного возраста.

Не сразу Алексей решился задать следующий вопрос, он тщательно обдумал каждое услышанное слово, словно от этого сейчас зависела вся дальнейшая судьба. Однако любопытство побороло страх:

– А они останутся такими же, какими я их знал или станут другими?

– Учитывая твое нынешнее состояние и новые обстоятельства, жизненные приоритеты несколько изменятся. Души умерших людей, покинувших свое тело, невольно станут более праведными, если Господь позволит мне так выразиться…. Как проповедовал святитель Феофан Затворник: «…Смерть не пресекает хода духовной жизни». Отношения, даже с самыми близкими, станут несколько иными.

– А при втором пришествии Христа, у нас у всех воскреснут тела?

– Воскреснут абсолютно все, без исключения, – вмешался в разговор второй из высших Ангелов,– но тела в тот, же миг изменят свое состояние, станут духовными. В послании святого Апостола Павла коринфянам начертано: «Так и при воскресении мертвых: сеется в тлении, восстает в нетлении; сеется в уничижении, восстает в славе; сеется в немощи, восстает в силе; сеется тело душевное, восстает тело духовное». Они не будут нуждаться в пище, не будут ограничиваться расстояниями и другими факторами.

– На том, Страшном Суде нас будет судить Сам Христос?

– Ты забегаешь много вперед…. Что же касается Суда, то это не будет некий диалог человека с Богом. Это будет явление Христа, Он явит себя миру. Однако души по-разному отреагируют на это событие. Все, кто любил Его и очистил свою душу, соединятся с Ним в совершенной любви, в меру той, что имели на Земле. Кто не полюбил Его и не принимал Его в своей жизни, ощутят тьму от его света, поэтому Его явление для них станет вечным адом. Это будет собственная реакция людей на присутствие Христово ….

– Скажите, как обращаться к вам? У вас тоже есть имена, как у моего Ангела Хранителя? – спросил Алексей.

– Да, есть. Меня зовут Ремиэль, а мой спутник Сихаил. Мы будем сопровождать тебя и на поклонение к Господу, и по райским кущам до того уровня, до которого тебе будет позволено Господом, и по адским темницам….

– А в адских темницах я буду проходить мытарства, меня бесы будут мучить? – спросил Алексей.

Тот же Ангел ответил:

– Под мытарствами следует понимать ненависть и агрессивную ярость демонов, а также существование страстей, требующих удовлетворения и не находящих его по причине отсутствия тела. Бесы тебя будут истязать бесконечными расспросами о твоих грехах, иногда будут обвинять в том, чего ты и не делал. Будут пытаться запугать или, наоборот, заманить различными соблазнами, называя себя твоими друзьями и благодетелями….

– А вы за меня там будете заступаться? – Спросил озадаченный таким ответом новопреставленный.

– Заступаться за тебя будет твой Ангел Хранитель, а мы защитим тебя от прямого воздействия бесов и будем толковать закон Божий и следить за его исполнением. – Ответил Ремиэль.

За разговором Алексей не заметил, как окружающие звезды постепенно померкли в неестественном свете, исходящим от невообразимо огромного храма, неожиданно показавшегося вдалеке. Он свободно парил в воздухе, хотя казалось, по человеческим меркам, весит много-много тонн. Тридцать три купола отливались чистым золотом. Они блестели удивительно ярко в свете, окружающем храм со всех сторон. Как будь-то само грациозное здание, излучает свечение. Стены из белого камня, какого на земле нигде не встретить уходили высоко вверх.

При дальнейшем приближении стали видны тридцать три ступени, по которым можно войти вовнутрь. Они отделаны драгоценными камнями – алмазами, чистыми, как детская слеза, зелеными изумрудами, сапфирами, рубинами, александритами и прочими, коих названия Алексей не знал. Камни блестели, переливались разными цветами, создавая такую прекрасную картину, что вступить на них ногами казалось кощунством. Каждая ступень являлась и площадкой, на которой легко могло поместиться не менее пятисот человек. В храм направлялось невероятное количество людей и сопровождающих ангелов, что казалось невозможным их совместное пребывание даже в таком большом доме Божьем. Однако не видно никакой, по всей вероятности неминуемой тесноты.

Все двигались с одной скоростью, на каждой ступени степенно крестясь и поклоняясь настолько низко, что руки касались до самых камней. Из храма слышалась божественно красивая музыка и пение ангелов невероятно чистыми голосами. Эти сверхъестественные звуки звали и притягивали к себе. В душе появлялась неописуемая радость и трепет перед величием происходящего. Огромные двери из красного дерева с отделкой чистым золотом открыты настежь. На последних ступенях перед ними люди непроизвольно вставали на колени и дальше двигались только на них. Ангелы на колени не вставали, но шли с низко опущенными головами. Руки их при этом оказались скрещены на груди. Алексея крайне удивило, что из храма никто не выходил, люди заходили вовнутрь и… как-то размещались там. «Рано или поздно людская река должна затопить здание своими телами, пусть и более тонкими, чем при жизни», – невольно промелькнула мысль в голове новопреставленного. Однако он продолжал двигаться на коленях, очарованный небесными звуками. Таким образом, бывший снабженец и сопровождающие его Ангелы попали в невообразимо огромное помещение.

Внутри храма виднелся еще более яркий золотисто-белый свет. Он заставлял стены, отделанные драгоценными камнями переливаться всеми цветами радуги. Ни евангельских рисунков на стенах, ни привычных для земных храмов икон не оказалось. Посередине виднелось большое распятие со Спасителем, от которого и исходил означенный свет. Сзади него стояли двухметровые юноши с прекрасными лицами в белоснежных одеждах, с огромными золотистыми крыльями за спиной. Они выглядели точь-в-точь, как Ремиэль и Сихаил, что доставили новопреставленного в храм…«Это, наверное, тоже Ангелы из высших чинов и разрядов», – подумал Алексей. Их взоры потуплены в пол, и весь внешний вид выражал смирение и послушание, а также нечеловеческую скромность и милосердие. Поднять свои глаза выше колен Иисуса Христа никто из пришедших на поклонение не решался. Люди подползали к распятию, целовали основание креста и…исчезали, словно растворялись в воздухе. Вдруг Алексей неожиданно ощутил себя за пределами храма. Он поднимался вверх все выше и выше, с обеих сторон его за локти поддерживали те же два Ангела, что и подняли с Земли. Они плавно размахивали своими крыльями, унося в неизвестность новопреставленного. Амалиэль вновь оказался сзади Алексея, держась за его плечи. Один из юношей с золотистыми крыльями произнес:

– Раб Божий Алексей, нам поручено Господом нашим, показать Райские обители. Смотри и запоминай. Ты будешь пребывать здесь до девятого дня по земным меркам.

– А я их все увижу?

– Нет, только до того уровня, которого ты можешь удостоиться после прохождения мытарств.

Летели довольно долго, так показалось Алексею, впрочем, время для него уже не имело ни малейшего значения и никакой власти над ним. Неожиданно по пути движения открылся портал, похожий на те, что показывают в фантастических фильмах. Путешествующих человека и Ангелов словно втянуло в него, и они оказались над прекрасным оазисом в черноте бесконечного космоса. Внизу виднелась неизвестная и огромная планета, покрытая яркой зеленью и цветами. Открылась взору и река, имеющая одно начало и разделяющаяся на четыре рукава. Воды в них текли в разные стороны. Поразительным показался Алексею свет, яркий, но не слепящий, исходящий откуда-то сверху, но непонятно откуда. Ничего, напоминающего земное светило на небосводе не наблюдалось. Высшие Ангелы начали плавное снижение.

В какой-то момент под ногами ощутилась твердая земля, почти такая же, как та, на которой прошла вся жизнь новопреставленного. Только цветом черная, словно чернозем и непривычно упругая. Ноги в нее не проваливались, а мягко пружинили. Трава внешне напоминает земную, однако, фантастически высокая и ярко-ярко зеленая. Между ней затейливой змейкой проходила тропинка. Слева и справа от нее стояли огромные деревья с сочными листьями, некоторые с такой же ярко зеленой хвоей. На отдельных деревьях виднелись распущенные цветы, причем разноцветно сияющие и огромные, по сравнению с земными цветами. Названия этих деревьев путешественник не знал, да и не мог знать, ведь ранее он ничего подобного не видел. Правда встречались растения, сильно напоминающие обычные березы, сосны, ели и даже пальмы.

Одни из деревьев непрестанно цвели, другие украшались златовидными листьями, иные имели на себе различные плоды несказанной красоты и приятности. Со всех сторон слышалось веселое щебетание птиц. Они порхали с ветки на ветку, изумляя разнообразием окрасок и размеров. Температура воздуха по ощущениям абсолютно комфортная – тепло, но не жарко. Алексей непроизвольно оглядел свою одежду – та же светлая рубашка и темные брюки. « Здесь я не замерзну в своей летней одежде», – подумал покойный. Было светло, как при ярком солнце. Но физическое его отсутствие казалось более чем странным. Поняв мысли паломника, Ремиэль негромко произнес:

– Здесь свет и тепло, исходят от Господа нашего. Как изрек Иисус Христос своим Апостолам: «Я свет миру; кто последует за Мною, тот не будет ходить во тьме, но будет иметь свет жизни». Аромат окружающего тебя эфира, который ты ощущаешь, имеет тот же Источник.

Алексей только сейчас почуял неописуемую сладость воздуха и такой же ненавязчивый запах. Самые лучшие французские ароматы не могли с ним сравниться.

– Ты как хочешь путешествовать, пешком или лететь с нашей помощью по эфиру? – Спросил до сих пор молчавший Сихаил.

– Если можно, то пешком, мне так привычнее, и…я хочу немного привыкнуть к этим чудесным местам.

Ангелы шли не торопясь, давая возможность сопровождаемому человеку налюбоваться окружающими пейзажами. А он помимо пейзажей наслаждался и легкостью своей походки. Такой непринужденности при ходьбе, заметной пружинящей упругости стоп при соприкосновении с землей он давно не испытывал. И главное, никакой ставшей уже привычной одышки. Как ему показалось, Амалиэль так же с любопытством смотрит по сторонам, а Ремиэль и Сихаил вели себя как-то обыденно. Шли не спеша сзади Алексея, чуть склонив голову вперед, не говоря ни слова и не озираясь по сторонам. Очевидно, что в подобных местах они довольно частые гости…. Вдруг новопреставленный заметил прямо перед собой на тропинке взрослого довольно упитанного лося с мощными ветвистыми рогами. Тот не спеша с достоинством, чуть сошел с пути движения человека и ангелов и продолжил питаться спелыми фруктами, обрывая их с ближайших деревьев. По всей видимости, путники его нисколько не беспокоили. Чуть в стороне пара мощных волков лакомилась ягодами, внешне весьма похожими на виноград, не обращая внимания ни на парнокопытное животное, ни на человека с сопровождающими ангелами…. Ремиэль, видя замешательство Алексея и опережая его вопрос, тихо произнес:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.