Faster
S-T-I-K-S. Шустряк. Человек с кошкой

Глава 1

Тело Ки-А почти мгновенно зафиксировалось в полусфере навигационного управления, руки ухватились за пять специальных выступов, на что система мгновенно отреагировала множеством засветившихся панелей. Нужды в этом не было, так как через мгновенье Сим-Ка произвел соединение с кораблем, и перед глазами уже вовсю разворачивалась тактическая промышленная карта. У Ки-А не было нужды в визуальном наблюдении, как у других операторов, да и суммарная мощность всех мозговых модулей позволяла выполнять всю работу по сбору и переработке астероидного поля единолично.

Остальные операторы, получив уведомление о перехвате процесса строительства базисной верфи Ра, переключились на выполнение других задач. К тому времени, как последний оператор выполнил переподключение, эффективность добычи ресурсов уже начала увеличиваться. Ки-А не было известно, что несколько последних Тсут за показателями тщательно наблюдает Ти-А-Су.

Сим-Ка неожиданно передал уведомление о необходимости личного присутствия перед Ти-А-Су, что вынудило незамедлительно начать распределение нагрузки по доступным операторам и сразу же после его завершения покинуть точку доступа. Анализ журналов за последний орбитальный цикл не дал ответа о причине возможного личного вызова к Тимит. Ошибок не допущено. В период смен контроля эффективность выше, а, следовательно, отрицательных причин нет.

После того, как дверь очередного шлюза закрылась, перед Ки-А открылась невиданная ранее капсула центрального контроля Тиммит, где располагалось контрольное ложе Ти-А-Су. Ки-А было известно, что поколение Тиммит ковчега Су, было аналогично поколению Ки, что делало всех из поколения А схожими не только внешним видом, но и функционалом. Разве что у Тиммит для большего удобства имелось две конечности только для фиксации, а у Ки-А все пять имели одинаковый гибкий функционал.

– Спасибо, что вы так спешно прибыли, Ки-А. Можно не фиксироваться. Я разрешаю в текущий момент не исполнять данное правило.

– Понятно, – послышался ответ Ки-А, а по телу существа пробежала мелкая дрожь, парализовав на мгновенье, и все, кроме одной руки, отпустили фиксаторы. Вся мощь мозга задавалась лишь одним вопросом: почему слышно звук? Применение звукового общения принято лишь при коммуникации среди равных, но Тиммит не может быть приравнен к оператору потока ресурсов.

– Полагаю, тебе известно, что твои показатели крайне велики, и те пять Тсут, что ты управляешь ресурсной линией строительства верфи Ра, её значительно ускорило?

– Подтверждаю, – прозвучал официальный ответ от Ки-А.

– В связи с этим совет Тиммит пяти ковчегов, всех доступных для связи в пределах одного Тсут, дали согласие на инициацию тебя, как Тиммит ковчега Ра.

– До завершения строительства базисной верфи еще треть Тсут и постройка ковчега еще не начата, – официальным слогом поступил ответ от Ки-А.

– Это известно, и причин видеть изменение перспективы нет. Помимо этого, имеется информация о том, что это твоё базовое тело и в скором времени тебе предстоит его смена?

– Подтверждаю, – все такой же сухой ответ.

– Для тебя имеется особое предложение. Как тебе известно, после прибытия в данную звездную систему мы обнаружили, что это третья в нашем опыте система, где имеется жизнь. Планета меньше нашей и той, что обнаружил экипаж ковчега Ти, но разнообразие здесь намного многочисленнее, чем даже на нашей родной планете. Это связано с большим количеством мест, где отсутствует вода. И всё это разнообразие мы уже двадцать Тсут изучаем.

– Мне известны данные о третьей планете этой системы и об имеющейся на ней фауне.

– Хорошо. О том, что ты, помимо прямых указаний к изучению, выбираешь свободные разделы, мне известно, это отличает тебя от многих. Суть моего предложения состоит в том, что мною было принято решение о возведении биоферм в верхних слоях водной поверхности. Данная планета сможет обеспечить наши потребности без траты ресурсов. Совет Тиммит принял решение о том, что данную планету можно заселить нашим и новым гибридным видом, способным жить на поверхности вне водной основы. Но для этого нам необходимо убедиться, что на данной планете не имеется развитых разумных существ. В случае, если таковые будут найдены, нужно будет проанализировать их уровень, совершить контакт и уже полученные данные предоставить совету. На текущий момент на планете имеется группа, чьи новые тела адаптированы для существования в водной среде, они занимаются возведением биоферм. Следующая группа будет заниматься изучением безводных мест. Будет ли эффективно призвать тебя к выполнению данной задачи?

– Подтверждаю, – тут же выдал голосовой аппарат Ки-А. Другой ответ в данной ситуации был бы непростительной ошибкой. Многие ковчеги даже за десятки смен звездных систем не находили столь подходящих для зарождения жизни планет, как эта.

Легкая встряска, и тело ощутило непривычную тяжесть, а открытые глаза вызвали легкую дезориентацию, но исправление этой ситуации не заняло много времени. Тело было специализировано, имело всего пять конечностей, одна из которых была слабо функциональна и необходима по большому счету для внешней идентичности с местными видами. Сим-Ка вовсю проецировал новый функционал и помогал совершать первые действия. Вскоре Ки-А-Ра удалось встать на все четыре конечности, в полной мере почувствовав гравитацию.

Непривычность положения на одной плоскости сбивала с толку. Но еще через мгновенье удалось выполнить простейшую операцию передвижения, а следующая почти закончилась неудачей. Сказывались не полностью удаленные моторные навыки предыдущего тела. Покидая капсулу сброса, пришлось изменить уровень восприятия освещения. Свет звезды очень ярко высвечивал цвет местной флоры. Сим-Ка массово подсвечивал растения, информируя об их безопасности, проводил анализ атмосферы, для чего потребовал использовать рецепторы на полную.

Полный вдох поразил разнообразием запахов и их цветом. Базовое тело имело аналогичные органы для восприятия. Это было необходимо для развития модулей мозга, но тут это было удивительно ярко. Вскоре Сим-Ка зафиксировал первого представителя фауны. Создание имело две конечности снизу и, не сильно выраженные, две другие, прижатые к телу. Сим-Ка, идентифицировав, выдал информацию о том, что данное существо имеет возможность полета в данной атмосфере, и Ки-А-Ра очень захотелось посмотреть на это.

Передней конечностью были подобраны мелкие остатки растительности и брошены вперед. Существо совершенно не испугалось данного действия, так как гравитация сработала опять не на стороне Ки-А-Ра, приземлив брошенное неподалеку. Сим-Ка призывно потребовал начать обучение владением тела, поскольку запаса питательных веществ хватит не более чем на два цикла планеты, а питание в достаточном объёме нужно будет обеспечить самостоятельно.

До того, как свет звезды покинул ту часть планеты, где проводились тренировки, удалось освоить многое. Тело быстро начинало подчиняться и вскоре, помимо медленного и быстрого передвижения, удалось освоить прыжки и передвижение по местной толстой растительности. Также удалось пополнить запас питательных веществ благодаря странным растениям на толстой ножке с коричневой крышкой сверху. А вскоре и их видовые родственники желтого цвета с воронкой сверху, также отправились в пищеварительную систему. С жидкостью тоже не возникло проблем. Легкая пробежка привела к водной артерии небольшого размера размером в два прыжка, где, утолив потребность в жидкости, было решено продолжить движение вдоль нее.

В период темноты фауна сменилась. Летающих представителей удавалось фиксировать редко, в то время как разнообразие передвигавшихся на четырех конечностях фауны увеличилось. К тому моменту, когда удалось достигнуть следующей контрольной точки на небольшом возвышении, Сим-Ка зафиксировал, описал и отправил отчет о множестве новых видов фауны. Точка на возвышении не являлась случайностью в маршрутной линии, в местном рельефе она была значительно выше других аналогичных мест, давая возможность обозревать пространств.

Еще подымаясь по пологому склону, Сим-Ка зафиксировал значительное увеличение влаги в атмосфере, но поскольку ничего вредного в ней не имелось, путь был продолжен. Произвести обзор окружающей местности не представлялось возможным, да и фиксация флоры и фауны была остановлена очень плотной завесой пара. Сим-Ка по-прежнему не идентифицировал ничего вредного, вследствие чего было принято очередное решение о временной остановке, хотя мышечная усталость отсутствовала.

Все резко изменилось в один момент. Сильный разряд атмосферного электричества создал шум, заставивший Ки-А-Ра прижаться к поверхности планеты, а Сим-Ка тут же разразился множеством предупреждений о мгновенно изменившейся среде. Быстрый анализ ничего не дал, и единственное решение, которое можно было принять в текущих обстоятельствах, это отход к предыдущей изученной точке. Мощными и стремительными прыжками путь был преодолён быстро, и зона странной водяной взвеси в том числе, но Сим-Ка по-прежнему проецировал множество предупреждений.

Главное, что волновало сейчас Ки-А-Ра, это уже установленный факт проникновения неизвестного вещества в ткани тела. Состав Сим-Ка практически сразу проанализировал, но определить вредность или применимость понятия вредоносной субстанции не мог, а запросы к материнскому кораблю были безуспешны. Два этих факта озадачили, но удивило именно то, что местность возле контрольной точки, куда производилось перемещение, изменилась.

Помимо изменившейся флоры, впереди появились объекты, которые Ки-А-Ра и Сим-Ка мгновенно идентифицировали как искусственные. Несколько коробок, созданных из мультиматериального состава, имели прямоугольную поверхность и прозрачные отверстия в стенах. Увидев ограждения, а также полосы между ними, указывающие направления для перемещения, можно было сразу провести аналогию с жилыми капсулами на ковчегах. Там они располагаются в трехмерном пространстве, а здесь с учетом наличия гравитации на плоскости, но схожесть очевидна.

Сим-Ка по-прежнему не мог установить связь. Задрав голову и увидев на темном небе странные конфигурации космических тел, тело Ки-А-Ра замерло. Сим-Ка практически мгновенно добавил к предыдущим предупреждениям сообщение о невозможности идентификации данной конфигурации и сомнения в возможности таковой вообще.

Диагностика зрения, которая была проведена по требованию Сим-Ка, также как и диагностика нейросвязей, не дала отрицательных результатов. Но статус задачи был по-прежнему актуален, что привело к логическому выводу о необходимости продолжения выполнения.

Глава 2

Спутницу я стал называть Ки после того, как она мне объяснила суть своего имени, состоявшего из порядкового номера плода, типа поколения и номера чего-то, что я понял как космический корабль. Хотя она и не могла объяснить все толком, не позволял словарный запас. К озеру мы выходили почти неделю. Я старался не рисковать своей новой попутчицей, а она при этом пыталась как можно больше узнать новых слов. Такой тандем складывался до тех пор, пока нам не встретился кластер, где все надписи были на немецком языке. И вот тут-то у нас с ней во второй раз случился прорыв, который закончился тем, что от меня настоятельно потребовали все слова и предложения с примерами диктовать на всех доступных мне языках. К тому моменту, как мы все-таки вышли к водной глади, она могла сносно изъясняться на тех же языках, что и я, а мне уже не приходилось сомневаться, что её уровень интеллекта значительно выше моего.

Помимо стандартных предметов, в моём рюкзаке также имелось с десяток книг, которые мы прихватили в подвернувшейся по пути библиотеке. Хотя она и раньше читала все подряд, сейчас это увлечение Ки стало переходить в манию. Я её понимал. Она постоянно, пытаясь что-то рассказать, упирается в невозможность изложения своих мыслей, и её стремления найти подходящие слова и выражения я только поддерживал.

Без курьёзов не обошлось. В какой-то момент времени она предложила снарядить её чем-то похожим на мой рюкзак, и в подвернувшемся спортивном магазине мы попробовали это сделать, но, увы, уже через два квартала были вынуждены отказаться от данной идеи. Проблем с переносом веса не возникло, но только до тех пор, пока она двигалась на двух конечностях, а при первом же переходе на все четыре появилась нерешаемая проблема в виде сползания рюкзака на бок. После того, как эта проблема помешала Ки бесшумно расправиться с парой бегунов, что неудачно заняли позицию на углу возле супермаркета, куда мы планировали зайти, а шум привлек проблемы побольше, я принял решение, что пока и меня в роли грузчика достаточно. Но проблему с её снаряжением решать нужно, не откладывая надолго.

Кластер, что примыкал к гигантскому озеру, был лесным и заканчивался за несколько метров у водной глади ровно по линии с небольшим перепадом, превращаясь в речной песок. Я сидел на берегу, изредка активируя дар, чтобы ощупать окружавшую нас местность, а огромная кошка стояла по самую шею в воде. Она уже давно помылась и теперь просто наслаждалась новыми ощущениями, при этом созерцая куда-то на другой берег через водную гладь. Лишь только увидев такой большой объём воды, она коротко рассказала, что в её родном мире большая часть планеты занята именно водой, а клочки суши крайне редки и не блистают разнообразием жизни.

Три дня тому назад мы сделали незапланированную остановку, когда вдруг у Ки сначала отказали руки, а потом и задние лапы. Я тогда её дотащил до самого высокого здания, прежде чем на её голове начала резко набухать странная шишка. Вскоре она даже говорить не смогла, а температура её тела поднялась настолько, что я был уверен – она вскоре сварится заживо. К вечеру, когда Ки была без сознания, нарост на голове лопнул. Я понимал, что это не споровый мешок, так как его вид был совершенно другим, и из него появился кусок чего-то круглого, сделанного из мягкого геля и странных тончайших волосков, уходивших внутрь головы.

В тот момент я ничего не знал, да и она сама ничего не рассказала. Но, как оказалось, это было устройство-коммуникатор. По крайней мере, оно служило для связи с её кораблем и другими индивидами. Я извлекал его несколько часов. Благо, грибок воспринял этот прибор как чужеродный и сам помогал от него избавиться. Я лишь потихоньку убирал то, что с гноем и слизью выходило из раны до тех пор, пока все устройство не оказалось рядом на полу.

К полуночи Ки очнулась, а через час уже сидела и крутила в руках прибор, пытаясь мне объяснить его функционал. Он уже давно не работал, сломавшись за несколько дней до встречи со мной, но организм смог от него избавиться только сейчас и, по её словам, так вообще быть не должно. Тут уже я принялся ей объяснять о том, что тело у нее теперь необычно. Мне было трудно, но на примерах удалось объяснить, что все чужеродное из него исторгается. А произошло это сейчас по простой причине, по крайней мере, я был в этом уверен. Все дело в том, что раньше она обсасывала спораны, растворяя их собственной слюной, и почти все время находилась на черте спорового голодания, а повстречав меня, стала получать живец на регулярной основе. Вот и принялся загадочный грибок СТИКСа за наведение порядка в новом теле.

Кстати, именно Сим-Ка спас ей жизнь, когда то самое споровое голодание началось. Хоть и с задержкой, но этот странный прибор определил, что в тело Ки проникла странная инфекция. Не её тип, но лечение он определить не смог. И когда Ки в очередной раз наткнулась на тварь, которая, судя по описанию, была почти топтуном, ей удалось того убить, разорвав споровый мешок. В том, что это самый эффективный метод их убийства, она уже разобралась. Именно в тот момент Сим-Ка, так она называла этот мягкий, круглый и волосатый сгусток, указал ей на валявшийся споран с предложением анализа оного. Осмотрев, она его лизнула. Вот тут-то и произошла реакция на странную виноградину того, что находился внутри Ки. Дальше были эксперименты, которые привели к выводу, что его можно примерно полдня держать за щекой безопасно.

Именно во время её охоты за споранами мы и встретились, точнее, во время неудачной охоты. Она старалась нападать на тварей поодиночке и незаметно, быстро поняв, в каких спораны есть, а в каких нет. С едой у неё проблем не возникало. Она очень быстро поняла, что в магазинах она есть. Да и, как я понял, поймать дичь для неё не проблема, так как, судя по описанию, она неоднократно ела вездесущих местных крыс.

После того, как Ки потеряла свой коммуникатор, она изменилась. Не сильно, но изменилась. Мне показалось, что у неё появились эмоции. Не припомню, чтобы она до этого так долго, как сейчас, на что-то смотрела, словно любуясь. Убедившись в том, что в данной местности тварей нет, здесь уже началась та самая бесконечная промзона, что длится вплоть до того места, куда мы стремимся, я решил ночевать прямо на берегу. Про охрану я вообще могу теперь забыть. Дело в том, что Ки не спит вообще. У её расы имеется нужда в отдыхе, но по большей части в физическом, для проведения процессов восстановления. А её тело, хоть и содержало такой же мозг, было сконструировано без таких требований, так что спать ей было не нужно.

Утром мы двинулись на юг по берегу, вскоре выйдя к следующему кластеру. Это был какой-то кусок завода с огромными цистернами и трубами, уходившими в сторону озера. Они торчали обрубками, и из них вытекала неприятная бурая жидкость. Ки объяснила, что она нехорошая и решила воспользоваться ранее прихваченной для неё обувью. Единственное, что держалось на ней нормально – это сапоги, уж больно отличается анатомия её задних конечностей в сравнении с человеческой ногой, но сапог маленького размера держался. Мы сразу подумали о данной проблеме и в одном из магазинов прихватили детские синие сапожки, естественно без каблука, которые она сейчас и натянула.

«Да», – подумал я, при этом хмыкнув, – «кому расскажи, что видел бежевого тигра в синих детских сапожках, навечно в психи запишут». Такое даже по меркам СТИКСа перебор. Шла она свободно, мне даже казалось, что она раньше нечто подобное проделывала, но, спросив об этом, получил отрицательный ответ. Уже почти миновав завод, источающий токсичную жижу, я узнал о том, что это часть целлюлозного завода «Zellstoff Stendal» и располагался он в Германии. Это все, что удалось узнать, проходя мимо огромного штендера возле гигантской парковки.

Ки уже давно сняла сапоги, промыла в озере и сдала их мне для переноски, осуществляя теперь дальнюю бесшумную разведку. Я, правда, все равно постоянно активировал дар, боясь, что моя спутница попадет в переплет, но ей с легкостью удавалось изничтожать попадавшихся медляков и пустышей. По всей видимости, те из тварей, кто поумней, уходят из этого региона. Уж больно здесь скудная кормовая база, а питаться им нужно постоянно. Мне, правда, тоже приходилось иногда стрелять, но это в основном были бегуны, слонявшиеся в поисках добычи и нашедшие меня на свою голову.

На пятый день мы вышли к той самой базе, о которой мне поведал Грэй. На карте, что они мне дали, она, как и два предыдущих кластера, уже была нанесена, следовательно, я уже близко. Эх, лишь бы Матвей не наделал глупостей и не пошёл меня искать. Хотя именно в его героизм я не верю. Кластер выглядел почти правильным треугольником, принеся в СТИКС кусок военной базы, причем не край, а именно кусок, выдранный откуда-то из середины и состоящий всего из пяти зданий, куска парковки и забора. Уже подходя ближе, я убедился в других словах Грэя. Все машины были сожжены, четыре постройки также имели следы горения из окон, а пятое вообще сгорело дотла, судя по большим воротам, это был гараж или автомастерская.

Снайк, какой же ты урод! Самому не надо, мог бы дать забрать другим. Хотя его логика ясна: вооружать тех, кто может составить тебе конкуренцию в будущем – опасно. Мы прошлись через территорию, посчитав найденные обгоревшие остатки человеческих тел и костяков. Всего я смог обнаружить около трех десятков таковых. Хм, с учетом местных реалий вряд ли сюда приходят развитые твари. Непохоже, чтобы здесь была чья-то кормовая территория, а, следовательно, тактика, что использует Снайк, подходит и нам, тем более что кластеру через три дня на перезагрузку.

Проверив запасы еды, мы решили дождаться нового прилета этого кластера и попытаться разжиться оружием для людей Грея. Сидеть на месте в ожидании я не видел смысла, и поэтому, обустроив нечто вроде временного лагеря в одном из зданий по соседству с кластером базы, сначала собрал уцелевшее от огня оружие, а потом принялся за разведку, где и налетел на людей Спайка в первый раз. Мы как раз двигались обратно на север, к базе, когда я даром почувствовал группу из четырёх человек, причем направлявшихся точно в нашу сторону. Попросив Ки не высовываться и отойти назад, начал наблюдать за их действиями. В том, что у них есть сенс, сомнений не было. О качестве его дара судить не могу, но они точно двигаются к нам, и несколько наших попыток уйти в сторону их не сбили.

Четверка уверенно меняла направление, явно чувствуя своё преимущество. Скорее всего, они думают, что мы поисковый отряд местных отверженных или заводских, и поэтому церемониться не станут. И в том, что мы не знаем о них, они так же уверены, ибо прут напролом, не прячась. Все логично, кроме них, стволами мало кто обеспечен, точно не пара разведчиков или добытчиков, а значит, смысла осторожничать нет.

План в голове родился мгновенно. Выбрав длинный, не очень широкий проём между двумя складами, я попросил Ки убежать в конец и спрятаться там, а сам, прижавшись к ней, перешел в состояние призрака. Так сенс не поймет, что я пропал, решит, что мы бежим вместе, если, конечно, он не крутой, а судя по рассказам Грэя, тут таких быть не должно. Миновав стену ближайшего здания, я принялся ожидать преследователей, которые, поняв, что Ки затаилась, наконец-то начали вести себя осторожно. В проход они вышли по очереди, предварительно несколько раз выглянув, и лишь когда убедились, что проход чист, вышли все.

Я дождался, когда они достаточно далеко отойдут от спасительного угла, окружив себя только стенами склада, после чего, совершенно не торопясь, вышел из стены. Моё появление обнаружили сразу. Трудно было пропустить выходившую из стены зеленоватую фигуру. Стволы тоже быстро навели, чувствуется какая-никакая тренировка, да и разошлись в стороны, тоже особо не мешкая.

– Стоять! – заорал рыжий огромный детина с огненной бородой, что шкрябала низом по его разгрузке. Остальные поддержали его нестройным ором. – Брось палку, мордой в пол, – перекрикивая всех, уже в соло прокричал он.

Я продолжал стоять и смотреть на них, сожалея о том, что в призрачном состоянии я могу только слышать, а вот ответить не могу, но жесты еще никто не отменял. Сначала я крутанул указательным пальцем у виска, а потом показал знакомый совершенно всем нациям жест, отправляющий получателя в далекое эротическое путешествие.

Первым, к моему удивлению, не выдержал коротышка. Он вообще с момента моего появления постарался зайти за спину рыжего, явно им прикрывшись. Но сейчас он, демонстративно вытащив из кобуры пистолет, произвел в меня пару выстрелов, чем изрядно напугал отпрыгнувшего рыжего, да и остальных тоже. Я решил продолжить развлекательную программу дальше, изобразив картинное попадание себе в сердце, а затем улыбнулся.

То ли мой актерский дар был не на уровне, то ли публика нецивилизованная, но вместо аплодисментов в меня зарядили несколько нестройных автоматных очередей. Ясно, сделал я вывод, разговора у нас не выйдет. Мало того, что шумят без повода, так еще и предпочитают начинать общение с пули.

– Это призрак, – высказал свою догадку азиат, который стоял слева от рыжего.

– Тебе-то откуда знать? – возразил ему коротышка, что опять заступил за большую спину стоящего спереди него.

– Да, – подтвердил рыжий, – Снайк говорил, что был у заводских крыс паренек, который умел такое.

– Так его же кончили, – удивился коротышка из-за спины рыжего.

– И че, ты думаешь, что он один такой, вон, у нас факиров аж трое, почему еще одному не быть с призраком? Люпа, ты че чуешь? – обратился он к последнему в группе.

– Один там, – тот, кого назвали Люпой, указал в конец прохода.

– А второй где? Ты же говорил, что чуешь двоих?

– Да они вроде вместе туда рванули, черт его знает, может, там и прячутся оба.

– Че тогда стоять? Пошли, завалим. Плевать на призрака, он все равно ничего не может сделать, – сказал коротышка, выйдя из-за спины рыжего, и демонстративно направился вперед.

Ко мне подошли все, кроме сенса, убедились, что я бесплотный и, свистнув последнего, направились к зданию, где затаилась Ки. Я дождался, пока все пройдут мимо, в том числе и сенс, после чего на мгновенье проявился, свистнул и, взяв в руки гранату, опять перешел в состояние призрака.

– Че за херня? – первым отреагировал сенс, уже падая на бетонное покрытие.

– Граната! – завопил коротышка, рванув к погрузчику, что так и держал пару фанерных ящиков на железных клыках.

– Спокойно, – скомандовал рыжий, – это же призрак!

– А вот и ни хрена это не призрак, – отозвался сенс, – я его почувствовал за спиной на мгновенье, еще до того, как свист услышал.

Я улыбнулся и вытащил чеку из гранаты медленно и демонстративно. Коротышка к этому моменту уже прятался за погрузчиком, а азиат залег за тюками. С другой стороны видно было только черную шапку волос и дуло автомата. Я бросил гранату навесом в сторону рыжего и сенса, так, как будто хотел, чтобы они её поймали, и та, оторвавшись от моей ладони, мгновенно прекратила быть призрачной, полетев по дуге в их сторону.

Ловить гранату, естественно, никто не стал, а расторопность, с которой они рванулись в разные стороны, меня нехило удивила. И когда прозвучал хлопок, хорошо накрыло только рыжего и азиата. Первый рванулся в сторону погрузчика, где прятался коротышка, но просто не успел, а азиат даже не пытался откатиться дальше за преграду. А вот сенс меня действительно удивил, прикрывшись азиатом, хотя и не избежал осколков, но был явно не сильно ранен. Коротышке тоже досталось. Я увидел, как он упал, хоть и был почти полностью закрыт металлом, а вот про ноги забыл, вот по ним-то ему и прилетело.

Я достал еще один заряд и вышел так, чтобы меня все видели, даже раненый рыжий, что сейчас отползал за погрузчик. По сути дела, мне для того, чтобы узнать подробности житья замковых, как их называли местные, хватит и одного, правда, желательно допросить командира. В том, что таковым являлся рыжий, у меня сомнений не было, а вот в его разговорчивости были. Даже увидев летящую в него гранату и услышав её хлопок, он не испугался, а лишь удивился. Это признак сильного человека, а с такого много важной информации не получить. А вот трусливый коротышка, что прятался за его спиной, совершенно другое дело. Тот при любом нажиме запоёт лучше соловья.

В тот момент, когда я внимательно вглядывался в силуэты тех, кто прятался за погрузчиком, чтобы определить их состояние, из-за наваленных тюков по мне открыли огонь в два ствола. А азиат начал орать на неизвестном мне языке. Странно, по виду был похож на китайца. Даже не оглянувшись, через спину оправил туда гранату, что крутил в руках. После криков и очередного взрыва выстрелы стихли. Двое за погрузчиком замерли и не шевелились. Я перевел фокус дара на тех, кто лежал за тюками и сделал вывод, что на сей раз их накрыло основательно. Жизнь азиата угасала стремительно, а вот сенс еще пытался выкарабкаться, видимо, сожалея, что не носил бронежилета, так как в его груди я насчитал четыре отверстия.

Посчитав, что вопрос с теми двумя решен, я обошел погрузчик. Рыжий бинтовал правую руку. Вот его-то как раз и спас бронежилет и удача, в голову ничего не прилетело. Хотя так, как он прыгал, скорее бы в филейную часть попало. Переведя взгляд ниже, я увидел покрасневшую штанину. И попало, сделал я вывод. Коротышка орал благим матом, пытаясь содрать с ноги черный армейский ботинок, матерясь при этом на английском и каком-то языке, похоже, на румынском.

Дождавшись, когда все внимание сфокусируется на мне, жестами попросил откинуть оружие, не забыв указать на поясные пистолеты и ножи. Когда данное действие было выполнено, я проявился, тут же оприходовав их стволы.

– Разгрузки тоже снимайте, – спокойным тоном приказал я.

– Ты кто такой? Чтоб тебя черти драли, – спросил рыжий. Да таким рыком, что даже коротышка стонать перестал.

– Я прохожий, – с широченной улыбкой попытался начать, но был тут же перебит очередным рыком.

– Ты что творишь, свиное дерьмо?

– О как, – удивился я, – тебе что, жить надоело?

– Ты ни за что двоих уложил и нас ранил! – проревел рыжий.

– Нормально, – неподдельно восхитился я от такой борзости, – стрелять в меня, это значит – просто так?

– Это же был призрак, – судорожно проговорил коротышка.

– Да ладно. Ты выстрелил почти сразу, – ткнул я пальцем в него, – на какой разговор вы после такого рассчитывали?

– Мог бы объяснить. Не валить сразу. А ты гранатами тут же начал разбрасываться…

– А ты? – ствол винтовки уткнулся в рыжего. – Многим объяснял?

– Кому? Ты про местное быдло, что живет по подвалам?

– Ага, – подтвердил я.

Они оба вздрогнули разом, и их взгляды уставились за мою спину. И так уставились, что мне показалось, что за моей спиной нарисовалась тварь не меньше, чем рубер. Я инстинктивно провалился в призрака и тут же понял, что такую реакцию вызвала Ки, явно спрыгнувшая с крыши мне за спину, да так, что я и шороха не услышал. Проявившись, я обернулся и чуть сам не отпрыгнул. Нет, для меня, конечно, не новость, что она цвет шерсти менять может, но вот так, с наскоку, увидеть перед собой гигантскую кошку темно-зеленого цвета, стоящую на задних лапах, это еще тот стресс. Я пересилил себя, оставшись на месте и смотря в её фиолетовые глаза, которые сейчас почти полностью покрывал этот цвет, не считая узкой полоски зрачка.

– Кто вы такие? Мать вашу, – послышался вопросительный рык рыжего.

– Я же хотел представиться, но ты меня перебил, – посетовал я, – Меня зовут Шустряк, я пришел с востока, очень издалека с востока, это Ки, – я указал себе за спину,– она, судя по всему, инопланетянка.

– Ты что несешь? – взвизгнул коротышка, – мы ходили на восток, мы ходили на запад, мы много раз ходили во все стороны, и там невозможно выжить. Там обновление быстро происходит. Сектора огромные, и такие твари водятся, каких мы здесь отродясь не видели!

– Какой смысл мне врать?

– Ты прилетел на вертолете? – неожиданно спросил рыжий.

– Да, но это была лишь малая толика пути, сами понимаете, с заправкой такой машины беда, – я опять посетовал на жизнь.

Крадущаяся Ки была нечаянно обнаружена коротышкой, когда выходила с другой стороны погрузчика.

– Убери! Убери эту тоже! – уже членораздельно начал вопить попятившийся крикун.

– Мда. Как вас тут с таким поведением еще твари не зажрали, – удивился я, – Ки, оставь его в покое, мне надо поговорить.

– Сколько у тебя этих тварей? – спросил рыжий, когда Ки, сначала запрыгнув на крышу погрузчика, спрыгнула возле меня.

– Я одна, – проговорила она, меняя при этом цвет шерсти с бежевого на черный. Красиво так, волной. И добавила, – твари – это те, кто питаются вами, а я пока не вижу в этом нужды, но могу и передумать, – при этом в конце забавно ощерилась, заметив, как оба раненых невольно дернулись. Я оценил шутку, заметив очередное изменение в Ки. Раньше она хоть и пыталась шутить, это одно из наших занятий по улучшению языка, но выходило у нее не очень хорошо, а вот сейчас прямо к месту.

– В общем, так, ребятки, – я решил закончить ненужное общение, да и поднятый шум мне не нравился, – есть предложение: я спрашиваю, вы отвечаете, отвечаете на все вопросы, я вас не убиваю.

– Она, – рыжий указал пальцем здоровой руки на Ки.

– Она тоже.

Разговор вышел недолгим. Как я и заподозрил с самого начала, это те, кто должен был доложить о завершившейся перезагрузке и обращении тех, кто будет на базе. Они так делают, потому что один раз попытались приехать на базу до того, как все, кто там находился, стали пустышами и получили ожесточенный отпор военных. Местных они ищут побочно. Как правило, отряда из четверых хватает, так как у тех автоматического оружия практически нет, а к тому, что есть, нет патронов. Местные добывают оружие, нападая на патрули замковых, а там много боезапаса раздобыть не выходит.

Про замок он толком ничего не знал. Их группа живет на берегу в гостевых домиках у пристани. На острове был, но не дальше причала. Зато о тех самых домиках я узнал все. Всего там около тридцати до зубов вооруженных бойцов. Вся их задача состоит в мародёрке двух кластеров, где имеется пищевой запас в виде небольшого склада алкоголя и снеков к нему на одном и микрогрузовика, забитого обычной едой, на другом. Тот, видимо, работал на снабжении небольшого магазина. Ну, и эта военная база тоже входит в их обязанности, правда, все больше просто сжигают, так как запас оружия и боекомплекта и так есть.

Остальные мелкие и неважные подробности я выспрашивал, уже упаковывая в рюкзак изъятые стволы и разгрузки, Ки же прибрала к рукам нож рыжего, сказав, что так ей будет удобнее убивать пустышей, а то постоянно шкуру приходится чистить от их вони. Ушли мы поспешно. Ки аккуратно подала сигнал, что она чует тварей. Её нос позволял такое с легкостью, чему я завидовал. Оставив подранков, мы двинулись в сторону временной стоянки.

Вскоре я убедился, что подранки не врали. Кластер с базой перезагрузился довольно быстро. От момента скопления дыма до прилета в этот мир не больше полутора часов, что, как правило, исключительная редкость, да еще и днём. Быстрая загрузка и большое расстояние до кластеров с развитыми тварями не способствовали их появлению здесь, и за шесть часов на базу вышла всего лишь жалкая горстка бегунов, пяток лотерейщиков и один матерый топтун. Несмотря на пропажу половины базы и неразбериху, военные есть военные, из своих они умудрились потерять всего лишь одного, да и того уже умирающий топтун зашиб на излете прыжка, придавив своей тушей.

Обращение было таким же стремительным, как и загрузка. Всего шесть часов, и в строю не осталось ни одного военного. Мы наблюдали тщательно в надежде выявить иммунного, но, увы, не в этот раз. Ки надела разгрузку, которую удалось подогнать так, чтобы она не сползала при любых её кульбитах, правда, использовала она её, чтобы разместить два отобранных ранее ножа. Когда бежевая кошка щеголяла передо мной в черной армейской разгрузке, периодически выхватывая тот или иной нож из разных положений, с треском щелкая заклепками, я заметил странные искорки у неё в глазах. Спросил, и она, призадумавшись, мне загадочно ответила: «Это существование мне нравится больше», что я расценил как радость от попадания в этот мир.

Ликвидация неотъевшихся пустышей прошла быстро, так же, как и еще нескольких тварей, припозднившихся на перезагрузку. Я использовал винтовку нолдов, практически подпуская тварей вплотную, а Ки вовсю применяла нож. Неумело орудуя им, она умудрялась крайне четко попадать остриём лезвия в споровые мешки медлительных тварей. Сделал себе зарубку о том, что при возможности ей нужно найти учителя. Я, увы, нож использую только для вскрытия консервов, даже метать толком не могу.

Рыжий не соврал. Люди Снайка на базу не приехали. В этот раз задача была простая: выкатить из гаража несколько бочек соляры, накидать тряпья и поджечь. Себе можно было забрать все, что угодно. Оружие замковым пока не нужно. Но расслабляться было нельзя. Во-первых, подранки могли и выжить. Хотя Ки уверяла, что к нам тогда подбиралась крупная тварь, она не так сильно воняла, как мелкие, и шум, если создавала, то тяжёлый. Раньше она не ошибалась, вот и в этот раз я, не сомневаясь, оставил подонков дожидаться смерти. Но шанс, что они выжили, есть. Во-вторых, по словам рыжего, черный дым, что поднимается при поджоге, хорошо видно с острова, и если они его не заметят, то по любому вышлют людей для проверки. А нас ни тот, ни этот вариант не устраивал.

Быстро осмотрев все здания, сделал вывод, что и вправду негусто, но мало. Лучше, чем ничего. Эта часть базы не являлась складом оружия, скорее всего мехчасть, имевшая ремонтный бокс на четыре машины и казармы, которые сюда даже полностью не прилетели. Из оружия, помимо того, что мы собрали с поля боя, а это порядка пятидесяти стволов, еще два раза по столько забрали из оружеек, которые имелись в каждой из казарм. Даже с решётками возиться не пришлось, благо, во время паники и неразберихи никто и не думал их закрывать.

Чтобы не дать повода волноваться замковым, уже через полчаса после нашего прихода на базу вовсю полыхал гараж, в котором имелись внушительные запасы резины для здешних авто, и дыму она давала в достатке. Настолько же, насколько дым уменьшал вероятность появления дополнительной группы Снайка, он увеличивал вероятность того, что сюда все-таки придёт развитая тварь. Ведь столб такого черного дыма видать на несколько десятков километров, и именно поэтому мы спешили.

Рыжий, помимо всего прочего, рассказал, что в обратную дорогу они обычно не ходят пешком, а берут одну из имевшихся на базе машин. Вот и я решил воспользоваться таким вариантом. Загрузив все в кузов, положил в кабину несколько автоматов со вставленными магазинами и снятыми предохранителями. Ки разместилась в кузове вместе с четырьмя почти полными ящиками патронов, накиданными в беспорядке автоматами, пистолетами и военным обмундированием. Брали все, я не побрезговал даже личными шкафчиками в казарме, вытащив все, что хоть как-то походило на военную форму и сваливая все в кузов.

Рыча по-военному громким дизелем, мы доехали до того самого поселка на берегу озера, где обитали собратья рыжего. Помимо острова с замком, их выдавал дымок, а Ки, еще до того, как мы поднялись на пригорок, с которого я все разглядел, сообщила, что чувствует запах еды. И самое главное, что она сообщила это по рации, которая наряду с ножами заняла место в её разгрузке, а с обучением использования оной не возникло никаких проблем, хотя её и позабавила необходимость нажимания кнопки.

Самый сложный этап нашего пути начинался сейчас. Если при съезде с горки по нам откроют огонь из кучи стволов, то грузовик придется кинуть. Некуда тут на нем уходить, а рисковать жизнью Ки я не хотел. Разглядывая поселение в электронный прицел, я увидел, что нас заметили. Это логично при таком уровне создаваемого шума, но суеты не было. Хотя не факт, что рыжий не врал, когда сказал, что нет у них никаких опознавательных сигналов. Могут на шестом канале спросить какую-нибудь ересь, но ответить можно также в стиле, что, мол, едут свои, никто другой с этой стороны так нахально ехать не может.

Разглядев пулемет на крыше металлического контейнера, который явно не вписывался в местный ландшафт и был притащен с другого кластера, я занервничал, несмотря даже на факт отсутствия самого пулеметчика. Когда до наезженной по жухлой траве колеи в сторону домиков оставалось не больше полусотни метров, рация, что валялась рядом со мной, ожила.

– Рыжий, это тебя несет?

– Ага, с ветерком, – подтвердил я, пытаясь сымитировать голос рыжего.

– Давай-давай, – проговорили опять из рации и тут же добавили, – ты к офицерам заходил?

– Ага, – подтвердил я, не понимая, о чем идет речь, и уже заподозрив кодовую проверку.

– Сколько было? – последовал очередной странный вопрос.

– Много, – все еще не понимая сути, я дал максимально расплывчатый ответ.

– Рыжий, че, правда, опять повезло на целый ящик вискаря? – удивлённо переспросили меня.

– Почти, – ответил я, уже сообразив, что к чему.

В эфир понеслись радостные вопли и благодарности рыжему, когда я уже миновал поворот к домикам, но я по-прежнему двигался вперед к следующему пригорку. Лишь когда я проехал второй поворот на домики, по которому, видимо, чаще всего съезжали, двигаясь в противоположном направлении, в рации сначала зашипело, а потом раздалось удивленное: «Рыжий, ты это куда?».

Ни на этот, ни на последующие вопросы я не ответил, лишь выключил уже ненужную рацию, а на своей включил режим пеленга и вдавил акселератор в пол до упора. Мы миновали треть подъёма, когда в нашу сторону полетели первые автоматные очереди, их я опасался несильно. Всегда имеется шанс получить шальную пулю, но о прицельной стрельбе из местного оружия на две сотни метров речи идти не может, хотя исключать наличие снайперов я не мог. Больше, чем заполошная стрельба, которая едва ли одним из полусотни выстрелов отзывалась попаданием в машину, я переживал за пулемет. Что за модель, я не разглядел, но в том, что он был крупнокалиберным, я совершенно не сомневался. А по небыстро ползущей в горку цели при наличии трассёров даже полный дебил пристреляться сможет.

Первыми я увидел куски вздыбленной земли, что взметнулись впереди и левее, а уж потом услышал заухавший длинными очередями пулемёт. Твою мать, еще какая-то сотня метров и буду прикрыт от него, а основательную погоню они так быстро не соберут. Да и с ней повоевать уже можно, не потащат же они с собой пулемёт. Следующая неоправданно длинная очередь ударила гораздо ближе, мне даже показалось, что я почувствовал запах пороха. Похер на меня, мне ничего не будет, я уверен, а вот если зарядят таким калибром по Ки, ей конец. Тут накатанная колея раздваивалась, объезжая небольшое кирпичное строение, и я неожиданно даже для себя заложил вираж направо, там, где явно давно никто не ездил.

Новую очередь услышал, но куда она попала, не заметил, сменив направление почти на девяносто градусов, двигаясь теперь почти вдоль гребня. Такой маневр для опытного пристрелявшегося пулеметчика был бы просто подарком, но для новичка, который только-только почти пристрелялся к одному вектору, будет усложнением задачи по прицельней стрельбе. Так и вышло, следующая очередь опять прошла мимо, где именно, я не понял, но справа было отчетливо слышно, как нечто каменное разлеталось под натиском пуль.

К этому времени постройка закончилась, и я со всей дури повернул машину за неё, почти сразу услышав, как с треском разлетаются кирпичи. К моему сожалению, объездная дорога на этом и заканчивалась, упираясь через полсотни метров в непроходимый лес. Уже слетая по склону, был вынужден опять вернуться на прежний маршрут, скашивая по пути кустарник и высокую траву. Мой маневр они проморгали, и я еще несколько раз слышал, как пулеметчик стрелял куда-то в район кирпичной коробки, но на сей раз нам уже было нечего бояться.

Рация тем временем нащупала переговоры преследователей, из которых я выхватил главное, что погоня будет, да непростая. Вслед за нами выдвигаются три машины, в которых будут все те, кто был на берегу, а по воде на перехват из замка вышлют катер, что будет поджидать нас на «закидке». Якобы нам все равно сейчас деваться некуда. Дорога и вправду шла вдоль берега до следующего холма. Местность мне эта была неизвестна, и что за ним, я не знал. Справа была густая лесополоса, из которой местами проглядывался высокий металлический забор. Вариантов, чтобы свернуть, я не видел, но проверять наобум, смогу ли я прорваться через этот самый «закидок», не хотел.

– Ки, как ты там? – Спросил я, переключив рацию на наш канал.

– Вибрация, неудобно, – скупо ответила она.

– Трясет, шатает и неудобно, – механически поправил я и добавил, – раны есть?

– Нет, шерсть целая, пуля соприкоснулась с кузовом, в железе дыра.

– Шкура целая, – почти улыбаясь, поправил я, – попали по машине, в кузов.

Катер я услышал первым, когда проехал почти половину пути до следующего холма. Он с диким ревом пролетел вдоль берега, быстро скрывшись за невысокими деревьями вдали. А оперативно, однако. Чувствую, я горько ошибся, посчитав, что местные абсолютные олухи, и десяти минут не прошло, как они выдвинулись. Скорее всего, у них имелась на острове дежурная группа, готовая к подобным неожиданностям. Машины я сначала услышал, а потом уже увидел в заднее зеркало, когда практически заехал на холм. Две легковых, по виду внедорожные, и одна грузовая, точная копия моей.

Те, которые находились в кузове грузовика, нещадно палили в нашу сторону, даже не осознавая, что расстояние побольше, чем полкилометра, и толку от этого ноль. Но они загонщики, а мы дичь, им по статусу положено. Поднявшись на очередной холм, который был значительно более пологим и низким, чем предыдущий, я понял, что они имели в виду под словом «закидка». Это было название населенного пункта, от которого впереди имелся знак, написанный латиницей, но название отдавало чем-то родным.

В самом низу склона, куда уходила накатанная колея, резко возникала асфальтированная дорога, а чуть дальше имелась стела с внушительной надписью. Самого населенного пункта не было, я отчетливо видел вдали другую границу узкого кластера, а вот непреодолимое препятствие я обнаружил сразу. В кластере, помимо стелы и дороги, имелся мост, небольшой, метров пятьдесят в длину, возле которого мне и удалось разглядеть ту самую лодку. Объехать оный в стороне было невозможно из-за небольшой речки, что СТИКС пристыковал к озеру. Знать бы глубину, можно было бы и попробовать, а так, на дурачка, проскочить не выйдет. Справа имелся лес, уже не тот, что был раньше, хвойный, и забор сквозь него не просвечивался, а вот небольшая узкая просека не осталась мною незамеченной.

Я опять вдавил газ и понесся по асфальту в сторону моста, где несколько бойцов уже выбрались и рассредоточились в ожидании меня. Я их не обрадовал, когда резко свернул с дороги, при этом изрядно поплясав, пересекая кювет. Скорость упала, поскольку была реальная вероятность перевернуть машину. Съехав с дороги и миновав кювет, я выскочил на странное поле, поросшее сплошными кочками. Это скорее напоминало высохшее болото, но мне от этого было не легче. Машину бросало из стороны в сторону так, что я едва держался за руль и был вынужден сбросить скорость до минимальной. Как там, в кузове, Ки, я даже представлять не хотел, она бы, наверное, бегом передвигалась быстрее, чем на машине.

Преследователи повторили наш маневр и, когда мы почти добрались до леса, вслед за нами по кочкам прыгали обе легковушки, а грузовик только выбрался из кювета. Судя по тому, что я видел в заднее зеркало, кочки для мелких внедорожников стали более серьезным препятствием, чем для нас. Ну да, тут некоторые экземпляры на глаз до полуметра торчат из земли, а у них, поди, клиренс не такой, как у военных авто.

Виденный мною лес с заросшей просекой оказался угловой вставкой другого кластера. Уж больно причудливо тут они нарезаны. А просека – заросшей и давно неиспользовавшейся дорогой. Выскочив между высоких деревьев, я быстро набрал скорость, подрезая бампером молодую поросль. Судя по всему, эта дорога была заброшена, когда еще находилась в своём родном мире, но для армейского грузовика это не являлось особым препятствием. Слева послышался натужный рев двигателей. Те, кто караулили возле моста, явно не обрадовались моему маневру и сейчас опять пытались сработать на опережение.

Резкий поворот вправо, в то время как дорога все время плавно шла в сторону реки, оказался неожиданным, но я его не пропустил, и лишь ветки скрежетнули по кабине, когда я в него заходил. Судя по тому, что я не увидел преследователей, бросив взгляд в зеркало заднего вида при повороте, у нас имеется фора примерно пять минут. Видать, мелкие машины не смогли преодолеть преграду из кочек, а грузовик с народом сейчас так трясет, что им не до тщательных наблюдений за нами.

Идея родилась мгновенно. Проехав метров тридцать после резкого поворота, я остановился и посмотрел туда, где примерно начиналась просека, ведущая в лес. Не удалось рассмотреть даже небо, не то, что едущие машины, но звук ревущего двигателя я слышал. Нет, я не полагаю, что преследователи оставят нас в покое, на такой исход рассчитывать глупо. Тем более что в эфире сканер по-прежнему фиксирует переговоры. Глушить мотор я не стал. Быстро пододвинул к себе рюкзак, из бокового кармана достал нейлоновую веревку. В идеале надо бы зеленую, но у меня лишь белая, как-то я не готовился к таким развлечениям в лесу. Быстро положив в боковой карман разгрузки семь гранат, выпрыгнул из машины, не забыв скомандовать заинтересованной Ки сидеть на месте.

Поворот довольно резкий и объезда там нет, слишком плотный лес и толстые стволы. Было бы идеально подорвать здесь машину, чтобы заклинить это место, получив тем самым хорошую фору. Добежав до поворота, я увидел преследователей, как я и ожидал, главным в погоне теперь выступал грузовик, а легковые, вихляя, тащились позади. Вытащив веревку, привязал её к небольшому деревцу и, пригнувшись, начал отступать по диагонали. Скобу каждой гранаты я обвязывал одинарным узлом без особой затяжки, лишь бы та держалась, после чего другой конец веревки так же закрепил за дерево. Быстро вернулся и принялся выдергивать чеку из каждой, при этом присыпая всю конструкцию имевшимся под ногами мусором.

Растяжка получилась так себе, даже начинающий пеший рейдер такое заметит. Но тут, во-первых, они на машине, и когда вырвутся в лес, водитель однозначно нажмет педаль до упора. Во-вторых, они загонщики, а мы до этого усердно изображали дичь, не давая отпора и убегая сломя голову. Поводов подозревать подлянку у них нет, да и поворот тут такой, что сразу впопыхах не заметишь. Вот и надеюсь я, что все пройдёт удачно.

Когда я закончил, им до въезда в просеку оставалось не больше полусотни метров. Рванул обратно и тут же тронулся вперед. На сей раз дорога шла неровно, немного загибаясь влево, и вскоре я не смог разглядеть в зеркало заднего вида то место, где оставил растяжку. Мне пришла в голову еще одна мысль, что не стоит пускать всё на самотек. Если моя конструкция не остановит машину, то хотя бы их напугает, а вот остановить грузовик можно и другим способом.

Вновь остановив машину, я выпрыгнул, схватив только винтовку нолдов, и опять скомандовал Ки сидеть на месте. Пробежав метров двадцать назад, я увидел поворот, где стояла моя растяжка, и не успел лечь, как в него влетел грузовик. Да, тут повезло неслыханно. Я, конечно, никогда не считал себя хорошим водителем, особенно грузовых машин, но в такой же ситуации отреагировал бы быстрее. Грузовик, что шел по нашим следам, с шорохом колес проехал поворот и глухо стукнулся бампером в дерево. «Сорвал, однозначно сорвал», – подумал я, инстинктивно прячась за широкий ствол.

Нестройные хлопки ознаменовали успех моей затеи, а последующие крики еще и наличие раненых. Не выходя из-за ствола, я активировал винтовку в режим коротких очередей, включил прицел и выкатился в позицию лежа. Судя по всему, при ударе немало народу вывалилось из кузова, получив по полной от оставленных мною гранат. Некоторым этого хватило, в то время как другие корчились или, матерясь, отползали к деревьям. Первым делом в прицел я поймал двигатель грузовика, отправив в цель три короткие очереди. Из-за криков я даже не услышал, как звякнуло, но отчетливо увидел появившиеся отверстия в нужном мне районе.

Рация в ухе разразилась множеством команд и вопросов в эфире. Ага, план-минимум выполнен, можно ехать. От преследования мы оторвёмся точно, от этих несомненно, но что-то мне подсказывает, что текущий момент весьма удачный. Не успел я додумать мысль, как со стороны грузовика раздался одинокий хлопок. Надо же, сработала еще одна граната на растяжке, и крики с того направления значительно усилились. Упало несколько тех, кто не пострадал и занимался ранеными, не все, но и это неплохо в сложившейся ситуации. В общем, мой маневр вывел из гонки десяток бойцов, по крайней мере, навскидку, а это добрая половина тех, кто мог ехать в грузовике.

Я решил не останавливаться на достигнутом. Поймал в прицел одного из целых, он как раз пытался осмотреть кусты в поисках очередной закладки и со словами: «Нужно было раньше смотреть!» – выпустил в него короткую очередь. Вставший на одно колено мужик просто повис, уткнувшись головой в куст, не вызвав при этом никакой видимой реакции у других, да и в том хаосе, что творился из-за орущих раненых, мало кого заинтересовал странно нагнувшийся боец.

О происходящем они догадались только на третьем убитом, открыв заполошную стрельбу во все стороны, в том числе и в мою. Я не стал больше рисковать и, прикрывшись деревьями, отступил к машине.

– Грузовик больше не поедет, на повороте затор, много раненых, – прокомментировал я, когда увидел вопросительный взгляд Ки.

– Запах, кровь, очень много, – подтвердила она.

– Очень много запаха крови, – поправил её я, продолжая обучение, и запрыгнул в кабину.

Лес кончился минут через десять, и мы выехали на небольшой пустырь. Только я решил оглядеться, как с другого конца раздалась очередь из нескольких автоматных стволов. «Мда, это их территория, и они явно тут лучше меня ориентируются», – подумал я, сдавая обратно в лес. Но в лодке не могло находиться столько же, сколько ехало в кузове грузовика, и поэтому проще их перестрелять, чем искать альтернативный путь.

В очередной раз покинув кабину и попросив Ки сидеть в кузове, перешел в призрачное состояние. Посчитав нападавших, обнаружил, что их пятеро, всего пятеро и так нагло, в полусогнутом состоянии идут через пустырь. Эх, тутошние уроды совершенно не такие, как тамошние, сделал я вывод и, пригнувшись, подошел к самому широкому дереву. Я не боялся, что в меня начнут стрелять, я боялся, что они меня заметят, но они по-прежнему быстро двигались к нам.

Присев на одно колено, я навелся в сторону, где дар подсвечивал силуэт. Через высокую траву можно было видеть только спину, и то для этого мне нужно было встать в полный рост, а так можно оставаться незамеченным. Наведя ствол, я проявился и дал короткую очередь в то место, где видел бежавшего в последний раз. Снова активировав дар, увидел, что не промазал, правда, и не убил, но силуэт лежал и корчился. Добивать не стал, меня и такой исход устраивает.

То, что их убивают, они сообразили, лишь когда остались вдвоём. Видимо, один из раненых сообщил по рации, и те упали на землю, выставив вперед себя стволы. Но, к моему уважению, огонь не открыли, чтобы не обнаружить себя. Да мне, собственно, это и не было нужно. Следующий получил очередь в голову, и позиция за холмиком его не спасла. Он бы даже для моего родного автомата не стал препятствием, а уж для винтовки нолдов как в масло. Последний из подвижных пополз в сторону деревьев и поэтому получил свою очередь в бок, что окончательно решило исход перестрелки. Двое мертвых, трое раненых, один из которых тот, что был подстрелен последним, орал так, что сразу становилось ясно – долго он не протянет. Я вернулся к машине, где в кабине меня ждала Ки. В это время в рации кто-то истерично требовал помощь на пустырь, не подозревая о том, что она будет очень нескоро.

– Чего это ты тут делаешь? – спросил я её.

– Там, – она показала за спину, намекая на кузов, – неудобно.

– А тут опасно, – возразил я, попытавшись быть убедительным.

– Враг, как тварь. Ты говорил, нельзя не убивать, там они враг, почему они все еще живы? – спросила Ки, когда грузовик почти миновал пустырь.

– Некогда, надо уходить, тут опасно, – попытался пояснить я.

– Те, что там, – она немного замешкалась и, указав в сторону леса, продолжила, – они не идут к нам, они много ран и кровь.

– Сзади много раненых, – машинально поправил я, – и что?

– Я могу этих быстро, как тварей, нет шума, – выдала она, показав при этом на нож.

– Уверена, что хочешь рисковать?

– Рисковать? – переспросила она.

– Возможность – вероятность плохого, в данном случае твоя смерть, – попытался я разъяснить новое понятие.

– Да, я рисковать, – незамедлительно выдала она, и я остановил грузовик.

Она быстро достала один нож, выложив его на панель машины. Скрежетнули липучки быстросъемов разгрузки, и уже через несколько секунд, начав менять окрас, она грациозно выпрыгнула в окно. Очень просто и очень быстро она адаптируется к ситуации. Меня это даже немного пугает. Еще недавно она задавала вопрос: «зачем убивать не тварей», а теперь стремится добить врага. Сколько я ни вглядывался, но увидеть передвижение Ки не смог. Да и как, если цвет её шкуры стал в точности как местная растительность, а передвигалась она и так бесшумно. Моргнув призраком, я все же смог её обнаружить, и сейчас она точно напоминала дикого хищника, что я неоднократно видел по телевизору. Разве что зажатый в левой руке нож тут выглядел необычно, но и СТИКС никак не назвать обычным миром.

Бросив наблюдение за действиями Ки, я сосредоточился на переговорах. В эфире творилась паника. Не меньше шести абонентов пытались о чем-то говорить, зачастую перебивая друг друга. Но о том, что из замка выдвинулась еще одна группа, информацию я получил. Ки вернулась минут через пять, так же неожиданно влетев в правое окно грузовика, при этом произнеся: «Враг весь кончился, можно ехать». Я покосился на нож, который она тщательно терла пучком травы.

– Как ты и говорил, сюда, – она показала себе в район виска, – сложно, но быстро, – она провела по горлу, – много кровь, запах много.

Я не стал её поправлять и сосредоточился на вождении. За пустырем был небольшой спуск с подъёмом, завершившийся свалкой с кучей разбитых машин. Пришлось немного объехать, прежде чем мы выехали на дорогу. Я остановил машину между двух зданий, попытавшись отыскать наше положение на рукописной карте. Найдя его, обрадовался тому, что недалеко отсюда имеется дорога, которая нас быстро приведет к острову Грэя.

К уже хоженым мною местам мы приехали через сутки, и до острова тут было рукой подать. Так что еще до обеда завтра мы будем на месте. Ночью нас неплохо потревожили. Видимо, наш грузовик создавал достаточное количество шума, чтобы нас можно было отследить. А на ночной стоянке нас навестили твари.

Мы специально оставили грузовик на открытом и хорошо просматриваемом месте с незакрытыми дверями, чтобы твари не начали его громить. Уже когда стемнело, первыми нас посетила парочка из лотерейщика и матерого бегуна. Видимо, они с самого начала были вместе, и по какой-то причине один стал развиваться лучше, но их обоих это не спасло. Ки, почуявшая тварей, приложила палец к губам, имитируя мой жест тишины, и, взяв нож, исчезла в ночи. Вернувшись через десять минут, она принесла три спорана, отдав их мне. Следующий гость пришел через несколько часов после первых, явно по следам машины, так как вышел, по словам Ки, с того направления, откуда ехали мы. Тоже лотерейщик, но не чета первому, этому был лишь шаг до топтуна, и я запретил Ки рисковать, прикончив его сам с почтительного расстояния, а она принесла еще пару споранов, распотрошив его.

Уже утром явилась тройка одинаковых бегунов, но те явно следовали мимо, как раз туда, откуда приехали мы. Они заинтересовались машиной меньше, чем трупами собратьев, приступив к их употреблению незамедлительно. Их я тоже убил с почтительного расстояния, не обращая внимания на предложение помощи от спутницы.

С рассветом мы продолжили движение, не обращая внимания на заинтересовавшихся нами пустышей, коих нам встретилось несколько десятков по пути. Чуть раньше обеда я выкатил грузовик прямо на берег, где в последний раз меня высаживали из лодки. Жать на клаксон и привлекать к себе внимание я не стал, лишь попросил Ки спрятаться в кабине, а сам, заглушив двигатель, вылез из кабины и уселся рядом. Я ничем не рискую, зато меня однозначно должны заметить. Это произошло почти сразу. С другой стороны из кустов показался силуэт, похожий на парня, который замахал руками и тут же удалился вглубь леса.

Через десяток минут на том берегу появилась целая делегация, а еще через четверть часа во все имевшиеся лодки грузилось то, что нам удалось добыть. Когда на берег вышел Матвей и Грэй, я их обрадовал тем, что на днях мне удалось увести из-под носа Снайка оружие с базы, и продемонстрировал им один из автоматов, что захватил из кабины. Но когда те попытались рвануть к кузову, чтобы оприходовать имущество, я их остановил, потребовав всех опустить оружие и не пугаться. Также я добавил, что тот, кого я покажу, прекрасно понимает, кто такой враг, а кто такой друг. И если хоть кто-то решит причинить ей вред, я незамедлительно запишу его в ряды первых с последующим уничтожением.

Помня о бытующих тут правилах в отношении квазов, я очень переживал о том, как примут Ки, поскольку в моём понимании она еще более странное существо, чем любой кваз. Мы с ней заранее договорились о её действиях, и когда она мягко вышла из раскрывшейся пассажирской двери грузовика, вызвала больше удивление, чем негативную реакцию. Именно на это я и рассчитывал. Многие в своём мире видали больших кошек по телевизору. Вид Ки при беглом взгляде не должен был вызвать бурной реакции, но несколько человек из встречавших отшатнулись назад.

– Так, все выдохнули и успокоились, помня, что она неопасна. Её зовут Ки, – попытался я успокоить собравшихся.

– Это что? Бенгальский тигр? – на русском спросил Матвей. О нём я до сих пор не мог думать, как о Беркуте, уж больно он не соответствовал желаемому прозвищу.

– С чего ты взял? – спросил я на английском, чтобы все могли включиться в обсуждение.

– На других она не тянет по размеру, а вот на мелкого тигра в самый раз, а из белых я только про бенгальских слышал.

– Насколько мне известно, даже у белых тигров есть полосы, а тут, как ты видишь, бежевый цвет, шерсть коротковатая и полос нет, – разбил в пух я предположение Матвея.

– Тогда кто? – не выдержав, поинтересовался уже Грэй.

– Все расслабились и успокоились. Еще раз повторяю, первый, кто направит на неё ствол, получит от меня пулю. Предупреждаю в последний раз, – выдал я, немного прикрыв телом Ки, и попросил, – представься.

Ки, медленно поднявшись на две конечности, выпрямилась, чем заставила всех невольно отступить еще на шаг в сторону воды, после чего вытянула перед собой обе руки, показав ладони в примирительном жесте, и произнесла:

– Меня зовут Ки. Я та, кого у вас принято звать пришельцем. В этот мир попала так же, как и вы, случайно, исследуя вашу планету.

Массовая оторопь, что произошла у стоявших перед нами, закончилась резким появлением одного из вновь прибывших. Я пропустил этот момент, сосредоточившись на тех, кто был рядом, и упустив из зоны внимания еще одну швартовавшуюся лодку немного левее от машины. Неожиданно выскочивший из капота машины парень с двустволкой в руке явно намеревался что-то спросить у Грэя, но, проследив его ошалелый взгляд, заметил стоящую во весь рост Ки, тут же начал браться за оружие.

Шагнув вперед, я закрыл спутницу, в мгновенье увидев полог зеленоватого морока. Оттаяв, увидел, что одна из крупных дробин вошла в аккурат по центру моей груди. Тут же развернулся к Ки и удивился, увидев, что она уже полностью прижалась к земле и одной рукой тянулась к моему поясу. Ни хрена себе реакция. Пусть еще мне порассказывает, что с земными кошачьими у неё ничего общего, кроме внешнего вида. Такая реакция бывает только у них.

Когда я оттаял, рука Ки тут же скользнула вниз, а она сама приготовилась к прыжку, и только мой крик: «Стоять!» не дал ей выполнить бросок в сторону парня. Она замерла, явно не понимая, как я очутился там, где стою. После чего, оглядевшись, удивленно уставилась на зеленоватые призраки встречавших и того парня, что по-прежнему направлял на нас винтовку.

– Это тоже мой дар. Я тебе уже объяснял, – начал я, – именно из-за него меня трудно убить, – я показал на пулю, что должна была войти в мою грудь. – Дар срабатывает сам, когда мне угрожает смерть. В пределах этого купола я могу контролировать все. Если покину его, то время опять вернется в норму.

– Это хорошо. Я не успела тебя отпустить, – посетовала она, после того, как попыталась понять суть сказанного мною. Уж не знаю, насколько она все поняла, но тут же встала и с удивлением начала проходить сквозь прозрачные объекты. – У нас нет ничего подобного в мире. Это очень сильная технология.

– Развитая технология, – поправил я очередную ошибку и, прикоснувшись к висевшей пуле, оттаял её. Та почти беззвучно упала на землю, а я продолжил, – все, что я тут проявляю или, как я говорю, оттаиваю, теряет скорость, силу или нагрев, который имело в том мире, но я также могу произвести и обратный процесс, – я взял пулю из руки Ки, которая успела её подобрать, и опять подвесил её в виде зеленоватого призрака самой себя. – Если я эту пулю размещу внутри него, – я указал на стрелявшего парня, – то он умрет.

– Он враг? – спросила Ки, проследив за пальцем, указывающем на парня.

– Нет, он дурак и убивать его не стоит, хотя наказать надо.

– Дурак? Наказать?

– Дурак, неумный человек, глупый, – с выдохом в очередной раз принялся я объяснять новые слова. – Наказать, – я призадумался, но тут же сообразив, подошел к стоявшей во весь рост Ки и слегка хлопнул её по ягодице, – больно, но не убивать или отобрать что-то, что ему нужно.

– Не очень понятно, – выдала на мои действия Ки, будучи немного удивлённой.

Под пологом мы провели еще некоторое время. Я проявил всю летевшую в нас дробь, заодно убедившись, что олух пальнул с двух стволов разом. После чего я отыскал в машине кусок железяки и поместил его поперёк обоих стволов. Ки наблюдала за моими действиями с интересом. Дальше мы оба встали позади рядка ошалелых и прозрачных людей, и я отпустил время.

Звук выстрела резанул по ушам. Все отскочили в сторону от державшего ружье и почти сразу навели в его сторону своё оружие, а я во всю глотку заорал: «Стоять!». Все инстинктивно остановились, а парень, стоявший ко мне спиной, услышав мой крик, прыгнул вперед и опять выставил перед собой ружьё, но тут же, заорав, бросил на землю задымившееся оружие.

– Тихо всем и спокойно! – скомандовал я, пытаясь держать ровный тембр голоса. После чего, сделав два шага в сторону олуха, протянул руку, показав на ладони крупные дробины, – это я мог вернуть в тебя точно так же, как испортил твой ствол, – я указал на валявшееся оружие, у которого в месте, где я вставил железку, стволы раскалились докрасна, а от травы, где оно лежало, поднимался жженый запах. – Это последнее китайское предупреждение и наказание от меня. Ки?

Ки грациозно, по-кошачьи, прыгнула, перемахнув нас обоих. В мгновенье очутившись за парнем, крайне звонко шепнула его рукой по булке, да так, что тот, не успев отреагировать на её пируэт, улетел на меня. Тут же сложился, схватился за зад и застонал.

– Ки, это, по всей видимости, было слишком сильно, – посетовал я на то, что напарница слегка переборщила.

– Может умереть? – поинтересовалась она, распрямляясь и не сводя взгляда с остальных.

– Не думаю, но сидеть ему будет сложно, – ответил я, разворачиваясь к ошалевшей группе по встрече, при этом улыбаясь, – надеюсь, на этом сегодняшние сюрпризы окончены.

Все еще некоторое время приходили в себя от произошедшего, а рванувшегося к нам второго парня с лодки дружно остановили еще на подходе, хотя у него и не было с собой оружия. Я и Ки на остров пришвартовались последними. После того, как Грэй провел разъяснительную работу среди поселенцев, и те, уже зная, чего ожидать, массово вывалились на берег, желая первыми увидеть говорящую кошку.

К вечеру наказанная пятая точка парня изрядно вздулась, на что одна из женщин отреагировала укоризненной фразой в сторону Ки, из которой, судя по всему, та мало чего смогла понять. Но в основном все прошло гладко. Несколько имевшихся тут детей довольно быстро привязались к большой и пушистой животине, а её фортели со сменой цвета в восторг приводили всех. Правда, я понимал, что она себя ведет нарочито вежливо специально и сама по себе пребывает в крайней растерянности. Ей удалось найти разумных существ на планете, вот только сообщить об этом она никогда не сможет.

Утром следующего дня на наш остров прибыла целая делегация заводских в составе четырех человек. Мы, после короткого знакомства и аккуратного знакомства гостей с Ки, принялись за обсуждение дальнейших планов. Если здесь, на острове, Грэй был главным, то у них, в заводских катакомбах такового не имелось. По крайней мере, все четверо вели себя совершенно одинаково, из чего я сделал вывод, что, по всей видимости, главный не пожелал посещать нас. Еще вчера, после того, как закончилась перевозка всего нами привезенного на остров и сортировка оного, Грэй сказал, что здесь больше, чем им нужно, и предложил щедро поделиться с остальными обитателями этих земель.

С нашей стороны был Грэй, Беркут – Матвей, что сам себя так окрестил, а я противиться не стал, худощавый парень – сенс, что крутился постоянно возле главного, я и Ки. Собрались мы все в доме, где жил староста и гостили мы с Ки, Беркут уже давно перебрался в другую постройку. После того, как все уселись на разномастных стульях, которые натащили со всего лагеря, Грэй на правах хозяина принялся всех знакомить. Первыми представили меня и Ки, при этом почему-то пропустив Беркута. По всей видимости, гости его уже знали.

– Вайт, – продолжил представлять Грэй, указывая на высокого худощавого альбиноса примерно пятидесяти лет, что лично меня еще при первом взгляде серьезно озадачило. В то, что свежак может занимать достаточно высокий пост в иерархии, чтобы участвовать в данном совещании, я сомневался. Но такой возраст в СТИКСе является очень нехарактерным внешним признаком. Тот, на кого указывали, не проявил никакого участия. – Флай, – продолжил представляющий, указав на мужика классического журнального вида с аккуратной бородой, широкими плечами и средним ростом. Такой бы здорово смотрелся на каком-либо плакате с рекламой товара для мачо. Этот представляемый, в отличие от альбиноса, учтиво поклонился. – Ниб, – перешел Грэй к третьему невысокому мужчине. Негр с побритой налысо головой и забавной кучерявой бородкой, что опоясывала нижнюю часть его лица от уха до уха, забегая тонкой линией под нос.

– Всем здравствуйте, – отозвался он с удивительно сильным французским акцентом, при этом также поприветствовав всех кивком.

– И последний из Северных представителей – Маршал, – закончил Грэй, представив последнего мне незнакомого за столом. Выглядел он почти в точности как обычный американский шериф, разве что шляпы не хватало и нагрудного значка, а так в точности обычный полицейский из знакомой мне северной Америки. – Я думаю, для начала пусть гости зададут свои вопросы, – неожиданно добавил Грэй, закончив представлять.

Беркута он пропустил, как и своего помощника. Следовательно, эти четверо с ними уже знакомы. Видимо, Беркут тут не терял времени зря, наводя нужные связи.

– Ну что же, пожалуй, я воспользуюсь твоим предложением, Грэй, – взял на себя инициативу Маршал, – в первую очередь нас интересует всего два вопроса – сколько оружия вы хотите отдать и на каких условиях, – обратился он почему-то именно ко мне, а не к главе поселения.

– Сколько, будет решать Грэй, а вот с условиями все просто, оно только одно. Вы должны поспособствовать тому, чтобы на этой территории иммунные прекратили враждовать с иммунными и стреляли только по тварям.

– Иммунные? – недовольно фыркнул альбинос, – Грэй рассказывал про вашу терминологию и впечатляющие знания, но если вы хотите, чтобы мы пошли воевать с замковыми, то мы заранее не согласны, – возразил Вайт.

– У меня такое же мнение. Взять остров с воды невозможно, у них, помимо автоматов, имеются еще и пулеметы, – поддержал Маршал.

– Стоп, – прервал я явно желавшего продолжить Маршала, – я ни в коем случае не планировал просить вас о таком, я хочу лишь, чтобы это оружие не направлялось на других людей и служило лишь средством защиты от тварей.

– Аха-ха, – рассмеялся Вайт, – ты откуда такой наивный взялся? Ублюдки Снайка приходят и берут что хотят, а если не отдать, то кучу людей положат. У них нет проблем с оружием, такое уже бывало. А у нас что есть: пять автоматов, что с убитых бригад Снайка подняли, десяток пистолетов и полсотни охотничьих стволов, про запас патронов я вообще молчу, к некоторым пистолетам и обоймы не набрать…

– Кстати, Грэй, – обратился я к хозяину стола, – вы вчера без меня сортировали. Расскажи, чего и сколько?

– Много и мало одновременно, – загадочно начал Грэй, – автоматов рабочих почти сотня, еще десяток повреждены, но я думаю, что половину из них мы соберем. Пистолетов без двух три десятка, все в рабочем состоянии, из некоторых даже пострелять не успели, к каждому по два магазина, они все были в месте с одеждой с одеждой, что, как я понимаю, вы с мертвых снимали?

– Да, было такое. Я посчитал, что это уместно, – попытался оправдаться я. – В оружейных на стойках имелись только автоматы, пистолетов там не было вообще.

– Уместно, – подтвердил Грэй, продолжив, – Пистолет – это личное табельное, а автоматы постоянно носит только патруль и охрана, так что все логично, я неплохо знаком с натовской службой.

– С натовской? – удивленно переспросил я.

– Ты разве не видел там забора? Сетчатый такой, со звездами. Да и на машине, что ты пригнал, такой же был, – поинтересовался у меня Маршал.

– Видел, но не придал значения, не до этого было.

– Это символика НАТО. Военный альянс нескольких стран против России, – пояснил Маршал.

– В моём мире такого не было, хотя альянсы и имелись…

– Не столь важно, – прервал меня Грэй, – теперь по боекомплекту: к автоматам четыре ящика патронов по десять тысяч в каждом, некоторые початые, но не сильно. Расфасовка по полсотни штук. С пистолетными хуже: только то, что было в них самих и в запасном магазине. В итоге, если усреднить, то штук десять на ствол выйдет. Разгрузок почти шестьдесят штук, грязные и поврежденные. Женщины уже стирают и ремонтируют. Также есть и камуфляжа, преимущественно новая.

– И много, и мало, – задумчиво процитировал Грэя Маршал, – но это в любом случае намного больше, чем у нас раньше было, но все равно недостаточно, чтобы вооружить всех.

– Всех и не нужно, – впервые подал голос Ниб, – раньше их бригада в пару десятков рыл могла нас загнать под землю и заставить там прятаться. Сейчас же мы сможем дать отпор, понеся потери. И встретив множество стреляющих из автоматов по ним, они явно перестанут себя так нагло вести.

– Стрелять по ним? – почти по-детски передразнил негра Шериф, – стрелять еще и уметь надо. Бесполезная пальба – это только расход боеприпасов, а автомат – это совершенно не то, что охотничье ружьё.

– Согласен, – поддержал Альбинос, – нужно будет проводить обучение.

Сидели мы долго, сделав перерыв лишь на обед и по его завершению сразу же продолжили. Ки, которой, по всей видимости, стало скучно, ушла, причем так, что даже я не заметил, в какой момент. Принесли обед, а её уже нет рядом. Грэй не жадничал, оставив в своём поселении три десятка автоматов, фактически по одному на каждого активного рейдера и все пистолеты. Никто не возражал, так как при наличии десятка патронов к стволу ими много не навоюешь. А вот как резерв при нападении на поселок Грэя, это аргумент. К автоматам Грэй забрал ящик патронов, треть разгрузок и камуфляжи, а все остальное передал заводским, что жили значительно дальше на север и весьма близко к самому замку.

Для перевозки добра сгодился все тот же грузовик, что был угнан мною с базы. Его еще вечером отогнали на соседний кластер, но сейчас уже послали пару ребят, чтобы его вернуть, после чего начать погрузку. Флай, единственный из четверых гостей, кто почти все время молчал и не высказывал своего мнения, под конец тоже подключился к общению, но не так рьяно, как остальные трое.

Гости покинули нас уже ближе к вечеру, уверив, что сопровождение мне нужно, а местные кластеры они знают, как свои пальцы. А до этого я смог немного расспросить про их поселение. Называют их кто как, некоторые – северными, некоторые – заводскими, а замковые – крысами или норными. Все дело в том, что обитают они на странном объекте, который прилетает сюда уже в состоянии запустения. Раньше, по всей видимости, это был секретный завод. Это они определили по остаткам оборудования. Имеется неплохая вентиляция, несколько входов и выходов с множеством гермодверей и даже почти работающая система освещения.

Когда кластер обновляется, им хватает нескольких часов, чтобы его занять. Технология у них уже давно отработана. Первым делом несколько бригад направляются к шлюзовым дверям. Из пяти доступных два входа всегда открыты и, зайдя внутрь, их тут же закрывают. Замковые знают про такую особенность и несколько раз именно после перезагрузки организовывали нападения, но ни разу им не удалось удержать преимущество. Не ориентируются они внутри.

Обе группы несут с собой генераторы с топливом и занимаются подключением их в местную сеть. Там тоже все налажено, и сюрпризы бывают редко. В итоге через сутки подземелье уже оживает. На полную наладку и восстановление жизни уходит неделя, но когда всё всегда одинаково и стабильно, к этому можно подготовиться заранее. Хотя замковые и пытаются периодически обнаружить схроны, что готовятся перед перезагрузкой.

Самое главное, что меня удивило, это то, что у них и в самом деле не имеется лидера, хотя когда-то давно он все же был. Правда, после его смерти, которую, кстати говоря, организовали именно замковые, был весьма плохой период для завода, и теперь главных у них четверо. Маршал, как и ожидалось, у них по военной части: оборона, отбивание нападений как тварей, так и замковых, и периодическая помощь с охотой на тварей. Флай отвечает за походы в кластеры и охоту на тварей. Как он сам сказал, имеет дар отталкивать предметы, также может ими швыряться. Я попросил его продемонстрировать свой дар, и он любезно согласился, нисколько не впечатлив меня. По местным меркам, может, он и хороший кинетик, но по сравнению с теми, что видел я, он абсолютно никакой. Говорить я ему об этом, конечно же, не стал, лишь спросил его об употреблении гороха. На что он мне тут же поведал, что через пару дней после моего ухода они уже знали о новых знаниях, что принесли мы с Беркутом. Именно он и еще несколько местных пришли к ним, чтобы об этом рассказать.

К новым знаниям заводские тоже поначалу относились с недоверием. Но демонстрация, что произвел Беркут, не оставила всех равнодушными, и сейчас они начали употреблять горох и по-новому готовить живец. Беркут тут же посетовал, что пока данная роскошь доступна только тем, кто имеет хорошие дары. Раньше к гороху они относились плохо, и ни у кого даже в голове не зарождалась мысль его копить. А с тех тварей, что они в основном убивают на охоте, его много не добудешь. Про жемчуг вопрос я тактично опустил, ибо тот добывается с таких тварей, которые весь их бункер расколупать могут.

Вайт оказался у них ответственным за социальную часть. Мне такая формулировка показалась размывчатой, но я получил уточнение от Маршала в виде фразы: «Куда кого селить, кого на ком женить, кого, чем и когда кормить». А еще у него был дар предчувствия опасности, который не раз помогал им подготовиться к нападению. Правда, Маршал посетовал, что Вайт до усрачки боится покидать подземелья и ни разу на его памяти не ходил в рейд. Сюда-то он поехал только потому, что с нами был Флай. Он его считает непобедимым бойцом. За снабжение у них отвечал Ниб. Ничего интересного о нем узнать не удалось, и я его про себя окрестил кладовщиком.

Помимо дележа трофеев мы обсудили и дальнейшую стратегию развития, взаимодействия и обороны от замковых. Особенных проблем с тварями тут нет. Бывает, забредают, но, как я понял, больше, чем до топтуна, отожраться не успевают. Это и понятно, тут некоторые из прилетающих кластеров и десяти человек с собой не приносят. Но, как известно, у любой палки есть два конца: мало людей – это мало тварей. Вроде как хорошо, а с другой стороны, это еще меньше иммунных.

Из общения с главными я понял, что здесь бывают периоды, когда за несколько месяцев не выходит ни один иммунный. Правда, и специально их тут не ищут. А вот твари постоянно пытаются проредить численность местного населения. Снайк тоже вносит свою толику в неестественную убыль, ликвидируя отряды добытчиков и разведчиков. Иногда, конечно, происходят и спланированные нападения, как то, что случилось незадолго до моего первого прихода сюда. Целью его было похищение девушки, у которой развился крайне редкий дар для этих мест.

Новоиспеченную знахарку отбили, напав на остров изгоев с воды, прижимая автоматным огнем и напрочь подавляя сопротивление местных. Итогом этой акции стали пятнадцать убитых, еще десяток раненых и похищенная девушка. Снайк вообще объявил правило, что каждый, у кого имеется полезный дар, сам обязан прийти к замку, а если нет, то его ожидает только рабство.

Анализируя всю получаемую информацию, я все больше и больше склонялся к тому, что либо у Снайка есть человек с каким-то даром, который позволяет определять дар другого человека на большом расстоянии, либо у него имеется обширная агентурная сеть. Причем второе мне кажется более реальным. Пообещать, к примеру, что, мол, пару лет постучишь на своих, а дальше мы тебя под крыло к себе заберем, будешь там, как сыр в масле кататься. Такой вариант вполне вероятен. Вот только как выследить стукача, да и вряд ли он в единственном экземпляре. Но озадачиться таким вопросом стоит, также, как и заняться подготовкой местных.

За обучение заводских взялся Маршал, он как-никак бывший военный, да и по службе кое-что мог, а вот за подготовку наших взялся я и Беркут. Помимо местных, я хотел обучить стрельбе Ки, тем более что местные женщины умудрились перешить разгрузку под неё. Как выразилась полноватая русая дама, она в той реальной жизни имела подработку в виде кустарного производства костюмчиков для всяких ручных пород собак. Её опыт очень помог сделать разгрузку, которая не съезжала с Ки, добавив несколько лямок из тянущегося материала, чтобы те, в случае чего, не мешали вставать ей на задние лапы. То, что получилось в итоге, смотрелось чужеродно, странно и одновременно забавно, но со своими задачами справлялось.

Когда я попытался обучить Ки огнестрелу, сразу же наткнулся на серьезную проблему. Я почему-то раньше не задумывался над этим, но у нее не было как такового большого пальца. Все пять пальцев, растущие из ладошки, были прямыми. Нет, они, конечно, имели фаланги, и она их без особых проблем могла их растопырить, но держать пистолет за рукоять она не могла. Мы сделали с ней несколько попыток, и выяснили, что для двух её рук пистолет неудобен, а для одной он совершенно не подходит. Если бы дело происходило в Бастионе, то возможно, что местные механики смогли бы что-то придумать, ну, а здесь решение такой задачи невозможно.

С автоматом все пошло на ура. Держать она его могла, хотя не так, как это делают люди. Все та же проблема с рукояткой, но стрелять она могла. Уже после отстрела второго рожка одиночными она начала уверенно поражать цель, а через несколько часов, как заправский вояка, стреляла короткими и длинными очередями, на зависть всем местным. Но и с этим оружием все было не просто. Все найденные нами винтовки были одной марки «SIG 516». Вид мне показался знакомым, возможно, я видал их раньше, но в руках не держал. Патрон для них шёл стандартный – пять пятьдесят шесть на сорок пять. Я такие часто встречал и на кластерах, да и у нас в Бастионе это был ходовой товар, не то что хрень с базы Беркута. Беркут, кстати, свой ствол не сменил, хотя и припас себе новый вместе с патронами.

Большинство винтовок, что мы забирали, имели идентичную комплектацию: коллиматорный прицел и дополнительная рукоять, что крепилась на планку под стволом. А вот когда собирали валявшиеся по периметру базы, смогли найти и другие. В итоге у нас получилось, что имеется десяток автоматов, где в рукоятке фонарь, а еще у пяти были четырёхкратные оптические прицелы. Правда, имелось еще некоторое количество без того и без другого. Я выяснил, что зрение Ки совершенно не нуждается в четырёхкратнике, а когда сравнил её глаза со своим электронным прицелом, то и он проиграл её зоркости. Так что ей достался экземпляр без фонарика и без прицелов вовсе.

Я уже было обрадовался, когда возникла проблема, которую с наскока не решить. Все дело в том, что длина оружия, что я вручил Ки, была около метра, а для переноски его нужно крепить на разгрузку. Проблем с этим не возникло, крепления соорудили за тридцать минут, но, когда перешли к полевым испытаниям, нас постиг провал. Её физика бега, как и передвижений, была кошачьей. Да, она могла не тащить пузо по земле и не цеплять автоматом, но при беге он ей всё равно серьезно мешал. Пробовали что-то придумать сбоку, наискось, в разных проекциях, но и так и так она постоянно теряла подвижность, с чем Ки была категорически не согласна. Единственным приемлемым решением оказалось крепление к спине в стороне от позвоночника. Но тогда случалась другая беда – ни о каком быстром выхватывании оружия речи уже не шло. Ей приходилось расщелкивать быстрые крепления на разгрузке, стряхивать её на бок и уже только после этого высвобождать оружие. Не придумав другого умного решения, пока оставили это. Но я оставил в голове зарубку, что Ки при таких раскладах даже со своей запредельной реакцией не оперативный боец, скорее тактический.

Нам еще достался десяток бронежилетов, и я хотел один сосватать для своей напарницы, воспользовавшись услугами той же швеи. Но, надев его, Ки наотрез отказалась носить такую тяжесть, чем расстроила меня. Может быть, потом, когда она проживет здесь достаточно, чтобы набрать силу и мощь, ей не будет казаться, что вес бронежилета её сковывает, а сейчас мне придется её защищать.

Тренировки шли десятый день, когда к нам пришла группа северных. Как выяснилось, это были те же ребята, что чуть не попали под удар замковых из-за нашего с Ки мероприятия по добыче оружия. Они как раз организовали себе точку наблюдения в кирпичном здании, что стояло почти наверху холма. Вместо предъявления претензий нас, наоборот, поздравили от всей души со столь дерзкой аферой, но предупредили, что второй раз такое не пройдёт.

– Это почему? – спросил я белобрысого пацана лет семнадцати на вид, что представился Ксором. У него, кстати, как и у его напарника, имелся полный комплект вещей, что вывезли мы: экипировка, разгрузка, автомат и даже нож.

– Да потому что они через пару дней натащили с ближайшего кластера бетонных обломков, а на проезде поставили пару самопальных ежей из труб. И вообще бардак резко прекратился. Пулеметчик теперь и днем и ночью сидит на контейнере. Еще одну пулеметную точку соорудили поодаль, и там тоже постоянно кто-то есть. Патрули стали ходить. Теперь, если и наблюдать, то только в бинокль из леса. Так близко, как раньше, уже не подойти. Из хороших новостей: там после разбора полётов пару человек показательно застрелили. Уж не знаю, раненых добили или виновных, но, судя по звукам, точно расстреляли.

– Новость, конечно, так себе, особенно на фоне второго пулемёта, – возразил я ему. – Наличие одного такого, конечно, и можно было бы списать на случайность, но вот наличие двух уже никак.

– Двух? – удивлённо спросил он. – Да мы как минимум о пяти знаем. – В еще большее уныние вогнал меня он.

– Так какого хрена ваши, что приезжали, об этом не рассказали?

– А хрен его знает…

– Хотя, я догадываюсь, они боялись, что тогда им могут меньше оружия дать, – почти шипя, выдал я. – Ты же, когда вернёшься, встретишься с Маршалом?

– Конечно.

– Передай ему, пожалуйста, дословно: «Еще раз будет такая же подстава, как с пулемётами, договорённостям конец», – выдал я зло и закончил на этом общение с прибывшими, передав их Грэю.

Чтоб вас всех, идиотов! Я двигался к импровизированному стрельбищу, по пути зло пиная все, что попадалось под нос ботинка. Да всего один пулемёт, установленный кое-как на лодку, позволит вырезать весь этот остров, даже не высаживаясь на него. Тут-то бункерных дверей нет. Люди, они везде эгоисты, даже в такой заднице, как тут, в первую очередь думают о себе, рвя жопу, обсуждая тактику разведки и осады замковых, и умалчивая про наличие таких козырей у тех на руках.

Поразмышляв до самого вечера, я все выложил Грэю. Как оказалось, о таком он и не знал. С замковыми в основном враждуют именно северные, а те, кто жил здесь, похоже, просто пытались все вытерпеть и переждать, спрятав голову в песок, как страус. Хотя страус голову никогда в песок не прячет. Почти в приказном порядке потребовал от него прорыть окопы по периметру и пару дополнительных, чтобы укрыть тех, кто не будет вступать в бой. А в том, что бой будет, я уже не сомневался. Я даже не сомневался в том, что замковые уже в курсе, куда уехало унесенное из-под их носа оружие. И, как мне кажется, должна последовать акция возмездия.

Вопрос «Когда?» не давал мне заснуть до глубокой ночи, пока на меня не снизошло озарение. Ответ прост, точнее, их могло быть всего два. Первый – это мгновенная месть. Броситься за обидчиком и наказать его. Но те десять дней, что прошли в период «сразу», не вписываются. Это и хорошо. Теперь хоть немного люди обучились стрелять и готовы к отражению нападения. И тут сразу возникает второй временной период – «когда расслабятся». Интервал сильно неопределенный, но при наличии агентурной сети его начало можно определить легко. Сейчас все ждут нападения со стороны замковых, дежурят днем и ночью, даже сигнальные посты по берегу выставили, чего раньше тут совсем не делали. И насколько хватит сего запала? Неделя, месяц, может быть, полгода. Вряд ли, думаю, второй вариант будет почти точным. Так что у нас есть еще одна, максимум две недели на подготовку.

Описав Грею свои мысли, увидел отклик и понимание. Рытьё укреплений началось незамедлительно, и уже через неделю в черновом виде было готово всё. Ну, а я с Ки тем временем занялся разведкой. Об изменениях на самом острове мы ничего не знали, так как сейчас в бинокль я наблюдал его в первый раз. Убедился, что разведчики северных не соврали. На замковых имитациях башен отчетливо разглядывались укрепленные пулемётные точки. А тут на берегу возле базы появилась дополнительная, что мне описал Ксор. Идею о втором таком же прорыве можно было отвергать сразу, тут не пройти, разве что объехать через кластеры, что дальше от озера, но эту идею отверг Грэй и его карта.

Объезд с высокой долей вероятности обречён на провал, так как там имеется несколько трудно преодолеваемых кластеров в виде карьера, свалки и заброшенного завода. При их объезде мы будем слишком близко к территориям, где активность тварей зашкаливает. Еще раз проанализировав карту, я согласился с Грэем и оставил такой вариант на самый крайний случай. Сейчас же меня больше волновал вопрос происхождения крупнокалиберных пулемётов. Как ни странно, заявившийся лично с извинениями Маршал сказал, что они, скорее всего, прилетают вместе с островом, где находится замок. Другого объяснения у них нет, так как они неоднократно наблюдали за разграблением и поджогом базы и никогда не видели там такого оружия.

Бред, это просто бред. Я уже не раз рассматривал замок с разных направлений. Это явно старинный замок, который переоборудовали под отель или что-то в этом роде. Я рассмотрел замаскированные кондиционеры, а наличие нескольких, хоть уже и частично разобранных кафе, только подтверждало мои выводы. Неоткуда в таком месте взяться пулемётам, просто неоткуда. Если, конечно, это не отель для торговцев оружием.

Выходя из леса к нашему наблюдательному пункту, Ки резко встала и показала рукой стоп-сигнал. Я замер и сосредоточился на ней, точнее, на её носу, который ходил ходуном. Она припала к земле, и я незамедлительно последовал её примеру. Тихо, едва слышно, Ки прошептала: «Там есть враги, где обычно были мы». Я также шепотом её машинально поправил: «Можно сказать одним словом – засада». Ки еще некоторое время принюхивалась и сказала, что не может понять, сколько, но не один, это точно.

Я прервал её попытку выхода на разведку и сказал, что все сделаю сам. Дар не помог. Они явно засели дальше, чем я мог ощущать пространство. Представив в голове местность, откуда мы вели наблюдение, понял, что далеко от того места залегать они не могут. Призраком я аккуратно, прикрываясь всем, чем можно, двинулся к кромке леса, но прошёл через забор не там, где мы проходим обычно, а немного ближе. Я был один, и нужды лезть через дырку в заборе у меня не было.

Уже почти подходя к травянистому пустырю, я засек первого, а пройдя вдоль кромки на север еще два десятка шагов, и остальных вместе с оставленными ими сюрпризами. На том месте, с которого мы так удобно могли наблюдать за лагерем на берегу, эти упыри поставили растяжку, а сами залегли с двух направлений, явно зная, что мы приходим через лес. Странно, что еще в дырке забора растяжки нет. Все-таки у них есть еще один сенс. Хуже всего то, что получив от него сообщение о нашей лёжке, нашей почти каждодневной лежке, они не кинулись в слепую атаку, а, дождавшись, когда мы уйдём, организовали засаду.

Сфокусировавшись даром на каждом, я попытался разглядеть дары, и они у всех имелись. Двое вообще имели пару. К сожалению, я не знахарь и не могу судить об их развитии, но рассчитывать буду, что по максимуму. В итоге – они точно знают, что мы пришли. Призрака они не чуют, но Ки их сенс видит точно. В том, что он по-прежнему сидит в замке и отдаёт команды по рации, я даже не сомневался и проверять не стал. После потери одного сенса они вряд ли выпустят за ворота второго, а в том, что их у них вагон, я серьезно сомневаюсь. Те двое, что на холме, сидят в окопе, причем глубиной на половину тела, а вот вторая пара просто прилегла за холм, не забыв на него подтащить ещё немного растительности.

Ждать долго нельзя. Они могут заподозрить, что мы почуяли засаду и готовы повернуть. Могут выкинуть какой-нибудь фортель. Вдруг у них вон за тем холмом, куда не дотягивается мой дар, заныкан ещё и пулемёт? Я сейчас мало чему удивлюсь. Мне пришлось изрядно озадачиться поиском места, где бы я мог спокойно выйти из призрачного состояния. Вряд ли наблюдатели оставили бы без внимания взметнувшиеся в разные стороны ветки и листья от кустарника. Приготовился, поводя зеленоватой винтовкой нолдов по двум силуэтом первой пары, проявился и дал два комплекта коротких очередей в каждого.

Тут же, снова перейдя в состояние призрака, нашел двух других и начал целиться, как вдруг один из них стал отползать назад. Ясно, моё проявление не осталось незамеченным сенсом. А вот второй замешкался и тут же был наказан, правда, не особо удачно, и только после третьей очереди он перестал шевелиться. На всякий случай я еще раз обратил внимание на первую пару, но там все прошло удачней, чем здесь. Став призраком, я распрямился и пошёл в полный рост к отползающему.

Заметив меня, тот выдал несколько безуспешных и заполошных очередей, которые отозвались приглушённым эхом от забора, что проглядывал сквозь лес, и, уже пригибаясь, рванул прочь от меня. Когда я уже почти вышел из состояния призрака, чтобы прострелить ему ноги, сбоку меня взметнулся кусок земли, а повернувшись, я увидел опадающие стебли травы. Ну что же, пулемётчика на холм не завезли, а вот снайпер, да ещё и с бесшумной, у нас в наличии. Я проводил взглядом убегавшего уже в полный рост и попытался понять траекторию выстрела.

Вскоре еще одна пуля звякнула за спиной, обнаружив, по всей видимости, камень в местной почве, а я четко выявил место, откуда велся огонь. Именно то самое старое здание, что облюбовали разведчики северных, теперь занимал вражеский снайпер. Я, конечно, могу ошибаться, но что-то мне подсказывает, что это единственное место, откуда беспрепятственно можно накрыть всю местность. Высота позволяет накрыть даже тех, кто попытается залечь в какую-либо впадину.

Спина убегавшего бойца скрылась за холмом, когда я закончил прикидывать, сколько мне нужно пробежать и где лучше сделать выход из призрака, чтобы перезарядить дар. Определившись с планом, я рванул в сторону, немного вихляя, чем в очередной раз пытался обмануть неопытного стрелка. Это работало. По крайней мере, периодически я успевал замечать, что по мне ведут огонь.

Пройдя две трети пути, уже после того, как сделал удачную перезарядку дара, я почувствовал того, кто стрелял. От удивления чуть не замер посредине поля перед подъёмом на холм. Снайпер был мертв, а за кирпичной постройкой прослеживался силуэт Ки, перекладывавшей содержимое карманов мертвого тела в свою разгрузку. К тому времени, как я добежал, она, уже прижавшись к земле, наблюдала за мной.

– Ствол понесу я. Все забрала? – быстро выдал я прижавшейся кошке.

– Да, – тихо ответила она, при этом продемонстрировав мне еще и какой-то мешок в руке.

– Рюкзак мой где?

– Унесла на завод, на крыше маленького дома за большим.

– Чтоб тебя с твоей самодеятельностью! – выразился, не став пояснять смысл фразы, и рванул призраком по склону холма, уходя в лес.

Без погони и стрельбы мы попали на останки здания, где дожидался меня рюкзак. Без передышки отступили, пробежав примерно полтора часа во весь опор. Вот знать бы, на какое расстояние их сенс нас чует, чтобы не влипнуть. Немного переупаковавшись, я рассмотрел прихваченное оружие. В том, что это была снайперская винтовка, сомнений не было из-за установленного прицела, но её общий вид был настолько уродским, что испытывал почти брезгливость к данному несуразному оружию. Складывалось ощущение, что его слепили из того, что было под рукой. Пистолетная рукоятка с наростом впереди для установки в него магазина несуразно перетекала в огромный толстый ствол с интегрированным глушителем. Приклад был такого вида, что складывалось впечатление о заимствовании его со старой охотничьей винтовки, а прицел, что располагался на всем этом сверху, придавал совершенно не заводской вид изделию. Покрутив в руках, я не смог обнаружить следов кустарной переделки, но даже это и наличие серийного номера рядом с надписью «MSSR marksman rifle» не могло ослабить моё неверие, что кто-то будет создавать такое уродливое оружие.

Отстегнув магазин, я выщелкнул один патрон и удивился, увидев маркировку пять пятьдесят шесть на сорок пять. Не поверив, даже изъял запасной магазин Ки и сравнил имевшийся в нём патрон. Глядя на двух братьев близнецов, что у меня лежали в ладони, я еще больше озадачился. Я всегда был уверен, что калибры для оружия снайперов никак не могут быть теми же, что и автоматные. Черт с ними, с винтовками, где патрон, как у пулемета, но, чтобы обычный автоматный, даже не слышал о таком. Защелкнув патрон, что позаимствовал у Ки, в магазин винтовки, куда тот влез как родной, открыл ранее закрытый прицел и, нацелившись на надпись, что размещалась на соседнем здании, выстрелил дважды.

Первым ушел патрон, что был в стволе, а вторым позаимствованный, чем доказал свою полную совместимость с данным оружием. Ну вот, хоть и странное на вид, но бесшумное оружие добавилось в арсенал местных. Я сделал еще пару пробных выстрелов, уже не прицельно, практически от бедра, чтобы оценить громкость, и, довольно хмыкнув, понял, что по тишине она даже вроде как выигрывает перед моим Калашниковым. Правда, винтовке нолдов она, естественно, с треском проиграла.

Увидев заинтересовавшуюся странным оружием Ки, протянул ей его, и она почти сразу к нему приспособилась, сказав, что ей удобнее из-за того, что ручка имеет больший наклон, и тут же начала стрелять. Ей приходилось забавно наклонять оружие, чтобы пользоваться установленным прицелом, уж очень тот не подходил для кошачьей морды. Сделав пару выстрелов, она попросила его снять. Без него она так же неплохо стреляла, в чем я убедился, обозначив пару целей. Конечно, у прицела имеется возможность настроить смещение по ветру и по пристрелу, но мы обычно не ведём бои на дальних дистанциях, так что всем этим можно пренебречь.

Прицел выкидывать я даже не думал. В этих местах такая вещь редкость, да и вдруг все же Ки решит попробовать использовать его. Еще минут десять мы потратили на то, чтобы переснарядить Ки, поскольку та выказывала желание быть либо тихим бойцом с ножами, сняв с себя всё, либо вести огонь с дальней дистанции. Еще раз удивился тому, как быстро проходит её адаптация. Еще даже месяца тут не прожила, а уже четко знает, что и как она будет делать. Говорит почти нормально на трех языках и постоянно поглощает книги пачками, развивая их.

Закрепив новое оружие у неё на спине, уложив магазины от винтовки ей в разгрузку, благо, тех обнаружилось достаточно у убитого нами, и разобрав его мешок, мы двинулись к более опасным местам, понемногу загибая в сторону. Первоначально я хотел вернуться на остров, но сейчас мне показалось, что самой лучшей стратегией будет подоставать их. Сегодня я планировал переночевать поближе к опасным кластерам, там, куда вряд ли сунутся бригады Снайка, а завтра с утра опять что-либо учудить на их территории.

Ночь прошла тихо, если не считать самоволки Ки, которая, устав маяться от безделья, притащила разных консервов и других вещей, в основном, сладких продуктов, невзирая на мои предупреждения, что не только у неё ночью хорошо работают глаза. Когда я повторил свои напутствия, она молча достала из разгрузки пакетик с двумя споранами, как бы говоря мне, что она уже бывалая. Она, конечно, никак не походит на новичка, но есть шанс, что ей тоже свойственна излишняя самоуверенность и болезнь переоценки своих сил, хотя пока я такого не замечал. Очень трудно судить о её способностях, практически нечего о ней не зная, но я уже полностью уверен, что она может выживать и сама. Правда, эта мысль меня радовала мало. Возможно, она захочет пойти со мной разными дорогами. Я, конечно, неплохо переносил одиночество, но, как-то обзаведясь то ли напарницей, то ли питомцем, стал чувствовать какую-то необходимость в напарнике, которого у меня до этого не было. Может быть, я созрел для того, чтобы создать свою группу?

На подходе засады не обнаружилось, но мы по-прежнему тратили время на тщательный осмотр всей местности, пока не добрались до удобной точки, чтобы наблюдать за поселением замковых на берегу. Нас уже ждут и знают, что мы рядом. Вывод был очевиден, поскольку все те, кого мне удалось разглядеть в прицел винтовки нолдов, явно были готовы отражать наше нападение. Я достал электронный прицел и замерил расстояние – восемьсот с малым метров. Мы засели по обоим краям от здания, где вчера была позиция снайпера. Кстати, тела тут не было и следов его поедания на месте тоже. Видимо, у них имелась хоть какая-то культура, и они его забрали, чтобы похоронить.

Мы заранее договорились, что я открою огонь первым. Я и лежал справа, чтобы Ки, как можно больше, была прикрыта углом здания. Самую главную проблему в виде двух пулеметов должен был решить именно я. Моё оружие пробьёт любую преграду, хотя с такого расстояния я его не тестировал. Не может же оно игнорировать законы физики. Вот поэтому и должен был попробовать первым. А вот уже когда поднимется паника, пусть присоединяется и она.

Самой удачной целью был ближний к нам пулемёт. Он, хоть и был прикрыт какими-то железными конструкциями, но все равно возвышался над строениями, будучи взгромождённым на металлический контейнер, так что положение стрелка можно было просчитать. Прицелившись, я выстрелил и обрадовался появившимся отверстиям в металлической конструкции, а вот тому, что несколько выстрелов не попали в одну точку, я даже не удивился. Все же ничто обычное винтовке нолдов не чуждо. Разброс все-таки есть. Вот только те несколько миллиметров отклонения с восьми сотен метров можно не считать.

Сидевшие внизу засуетились, явно услышав звон от попадания пуль в металл. Я выдал еще несколько коротких очередей с небольшими отклонениями, чтобы однозначно повредить стрелка или пулемёт. Второй открыл огонь в нашем направлении в тот момент, когда я брал его на прицел, да так косо, что никакой пристрелкой по этому зданию даже и не пахло. Правда, трассеры быстро отмечали изменявшийся вектор, и вскоре стрелок должен был накрыть нас. Со стороны Ки также были слышны выстрелы. Правда, о её целях я ничего не знал.

С третьей очереди мне, по всей видимости, удалось зацепить стрелка. Пулемет продолжил вести огонь, но уже в небо. По всей видимости, спусковую скобу тот так и не отпустил, но я решил не оставлять все на самотёк и еще двумя очередями вывел из строя и само оружие. С той стороны громко хлопнуло и, судя по долетевшему до меня звуку, разлетелось на куски. Видимо, я попал в ленту или заклинил ствол, но это было не столь важно, обе опасные для нас точки перестали вести огонь. А те жалкие потуги, что долетали до нас приглушенными хлопками, даже не пугали. О точной и прицельной стрельбе речи точно не шло, хотя наличие еще одного снайпера я не исключал.

Я продолжил рассматривать позиции в прицел, пытаясь обнаружить снайпера, но замечал лишь силуэты перебегавших бойцов в щелях, на что тут же реагировал очередной очередью, правда, не зная, достигла та своей цели или нет. Они огрызались не меньше часа, после чего инициатива полностью перешла на нашу сторону. По нескольким отверстиям, появившимся у меня в прицеле без моего на то участия, я понял, что Ки, так же, как и я, пытается выцелить тех, кто продолжает мелькать в щелях. Вскоре все движение стихло.

Было бы самонадеянно полагать, что мы всех достали. Скорее всего, те, кто там есть, просто затаились, поняв наши действия и бесполезность своих потуг. Я предполагал, что замковые могут выслать помощь или обойти нас, но ни того, ни другого не произошло. Я даже, оставив напарницу в одиночку пугать врага, спокойно приготовил еду, разумеется, предварительно покинув линию огня. Судя по редким глухим хлопкам, Ки продолжала беспокоить притихших бойцов, но в особом успехе этого начинания я сомневался.

Когда мы уже почти собирались уходить назад для ночёвки, чтобы пройти по кластерам дотемна, Ки насторожилась и, без объяснения забежав за здание, заняла позицию на верхушке склона так, чтобы рассматривать в прицел не базу, а лес. Я медленно подполз к ней и так же начал вглядываться в ту сторону, правда, через электронный прицел, чтобы шарик на нолдовской винтовке меня не выдал.

– Что там? – спросил я медленно втягивавшую носом воздух Ки.

– Запах, ветер принёс запах, там двое прячутся в лесу.

– Точно двое? – переспросил я, подозревая, что для обхода нас в тыл этого явно маловато.

– Точно двое и я знаю их пот, – проговорила она.

– Запах, – поправил я, – враг?

– Они были на острове, двое, Ксор и Хинт.

– Ксора я знаю, а Хинт это тот, что был с ним?

– Да, – подтвердила она.

– Ты точно в этом уверена? – переспросил я, прикидывая, что от нас до лесу, судя по показаниям электронного прицела, почти полтора километра, и сидят они явно не за первыми кустами. Да, её возможности поражают и пугают одновременно.

– Ки, как думаешь, они нас заметили?

– Не знаю, – ответила она, продолжая нюхать воздух.

– Есть мысль. Разденься полностью и прогуляйся через лес к ним. Предупреди их, что мы тут, но на рожон не лезь и рацию используй только в крайнем случае.

Ки двумя резкими движениями сбросила разгрузку, оставив на себе только экстренный пояс. Это я настоял на данном элементе, проведя аналогию со своим нагрудным рюкзаком. Именно там у неё были средства для выживания и первой помощи и еще пара карманов про запас, в один из которых отправился нож и рация. Сменив цвет под жухлую траву, она скрылась, быстро уходя по склону хребта в сторону леса, а я вновь развернулся к далёким строениям на берегу и принялся выцеливать тех, кто будет неосторожен.

Минут через десять я услышал долетевший до меня отголосок истеричного крика, к которому на мгновенье присоединился второй, и все резко стихло. Я выругался, понимая, что это явно Ки до усрачки напугала двух разведчиков своим появлением. Нам явно необходимо придумать опознавательный знак. Рации, что были у местных, не имели функций шифрования и поэтому ненадежны. Все же подумать над этим стоит.

Я периодически поглядывал туда, откуда, по нашему уговору, должны были явиться Ки с разведчиками. Вскоре заметил двух аккуратно пробиравшихся парней. Напарницу я так и не смог разглядеть. Только услышав лёгкий шорох, обернулся и заметил, как она уже облачается в свою разгрузку. Мне даже жалко стало вчерашнего снайпера, который, судя по всему, даже не понял, что его убило. Я вот сейчас вполне мог оказаться на его месте. Меня передернуло, и я снова прильнул к прицелу.

Подошедшие парни вместо приветствия в унисон покрыли меня и Ки отборным матом, причем на языке, которого я не знал, так что даже толком не смог обидеться, а уже потом рассказали, чего такого она вытворила. Правда, Ки тоже не отмалчивалась, вставляя свои комментарии. История меня забавно насмешила. Эти два горе-бойца специального назначения пытались понять, засел ли кто-либо возле здания. Для этого осматривали его с разных ракурсов, передвигаясь вдоль холма, периодически выглядывая с биноклем. Вот в один из таких моментов и схватило сначала одного, а следом и другого странное зеленовато-полосатое существо, коим и являлась Ки. Правда, с её слов, все имело другой вид. Двое шарахались по лесу, шуршали, хрустели и вообще общались даже не шёпотом, а она ходила за ними, пока не поняла, что это может продлиться еще долго.

Не думаю, что до тех, кто засел на берегу, крик долетел, у меня-то его еле было слышно, да и о нашем присутствии здесь известно всем. Мы же, в свою очередь, поведали парням о своих деяниях, на что они обрадованно отреагировали. Ксор даже попросил мою оптику, чтобы разглядеть последствия. Оба разведчика, созерцая последствия нашего разгула, оценили идею постоянного напряга уродов Снайка. Тактика явно приносила результат. Ксор пошутил, высказав предложение о ночёвке прямо здесь, с костром, пьянкой и песнями, для еще большей деморализации их.

И неожиданно мне эта идея приглянулась. Правда, с музыкой у нас имелся напряг, но развести костёр перед зданием особой проблемы нет. Но не сразу, пожалуй, нужно немного обождать. Вскоре мы, расположившись за зданием и выкопав небольшую лунку, разогревали консервы на спиртовке, а на берегу начал работать одинокий генератор. Осажденные за последние три часа расслабились, и Ки неоднократно сообщала, что они начали двигаться, перетаскивать что-то и выглядывать. Мы же себя никак не обозначили, даже когда домики осветились несколькими включенными прожекторами.

Еще через час из трубы одного из сооружений потянулся дымок, а вскоре и Ки сообщила, что чует, как те готовят еду. В ночную оптику я разглядел небольшую кучку из пяти трупов, которые вытащили и сложили справа от домов. Рация в эфире перестала улавливать панические крики и призывы о помощи. Безумно захотелось, чтобы у меня в рюкзаке нашелся мегафон. Ночь была тихой и безлунной. Ки в очередной раз сообщила, что видит, как пара, не прячась, стоит и курит, выдавая местоположение своих голов для снайпера.

– Пожалуй, начнём, – выдал я перед тем, как активировать прицел на винтовке.

Двое упали сразу, а я принялся стрелять по всем местам, где раньше появлялись прятавшиеся. Шума не было, а если и был, то к нам долетали лишь обрывки звуков. А вот рация вновь разразилась матами и бранью мне в ухо через наушник. Последними мы уничтожили фонари. Пусть боятся, что мы придём за ними в ночи, может, сами к утру от нервов подохнут. Парни уже вовсю разжигали огромную кучу сушняка, не забывая подкладывать и большие брёвна, чтобы до утра было видно тлеющие остатки.

Ксор подал еще одну идею. Оставить им послание. Увы, ни у кого из нас с собой не оказалось ручки, но выход из положения мы все-таки сумели найти. На стене, что смотрела аккурат в их сторону, обугленным концом палки мы начертили незамысловатое послание: «Если не хотите, чтобы такая музыка продолжалась вечно, канал № 9, Шустряк». Конечно, мы не рассчитывали, что они с нами свяжутся, но эта надпись сможет еще немного больше придавить психику тех, кто засел на берегу. Единственное, о чем я жалел, так это о том, что они явно разменная монета и тем, кто сидит в самом замке, глубоко плевать на них, в чем я лично сегодня убедился.

Ночь мы провели двумя кластерами дальше, используя, на удивление парней, именно цокольный этаж здания. Выбрали тот, что почище. Пришлось им объяснять причину того, что мы, когда давали им расслабиться, перешли на другую сторону холма. Парни очень удивились, узнав, что сенсы неспособны разглядеть что-либо через землю, а вот бетон или лес для них не препятствие. Именно поэтому ночного нашего появления они совершенно не ожидали. Утром разведчики покинули нас, объясняя это тем, что им необходимо вернуться и сделать доклад, но мне почему-то показалось, что им просто не терпелось поведать о таком бесчинном надругательстве над местными хищниками.

Мы с Ки еще два дня наблюдали за лагерем. Он полностью вымер, по крайней мере, нам не удалось в нем обнаружить хоть кого-то. Вскоре мы настолько обнаглели, что решили посетить его. К обеду третьего дня, когда нам вновь не удалось обнаружить присутствие хоть каких-то признаков обитаемости, я первый выдвинулся на разведку. Как я и предполагал, они ушли, причем ушли, бросив все. Сваленные трупы, что я видел раньше, так и остались на своём месте, собирая вокруг себя тонны разных насекомых и неизвестно откуда взявшегося ежа, что с аппетитным чавканьем грыз уже не первый палец у трупа.

Осмотр показал, что уходили в спешке, но оружие и боезапас забрали весь, даже к пулеметам ничего не оставили. Это навело меня на мысль о том, что с патронами для них у замковых не так уж и густо. Зато нашел целый подсумок гранат. Его попросту не заметили у одного из убитых, а разгрузку уж очень сильно измазало кровью, и они явно решили её не снимать. Пулемёты в хлам, причем их явно подорвали, поскольку такие разрушения я не мог им нанести, да и хлопок я слышал только после расстрела одного, а тут прямо в обломки все.

Подсчитав убитых, я получил результат в семнадцать человек. Предположительно, около половины тех, кто, по словам рыжего, тут находился. Ки обнаружила две канистры с соляркой, предложив поджечь тут все, чтобы, как с военной базой, им ничего не досталось.

– Бессмысленно, Ки.

– Почему? – удивилась она.

– Я как на этот берег вышел, сразу понял, почему они ушли. Кластеру этому через пять дней на перезагрузку. Какой смысл из-за него терять людей?

– Верно, – резюмировала Ки, оставив канистры в покое.

– Но мы все равно тут все сожжем.

– Зачем?

– Как бы тебе объяснить попроще? Чтобы они поняли, что мы были здесь.

– Все равно непонятно. Они там, – она махнула в сторону острова, – а гореть будет тут, в чем страх, нет опасности.

– А ночной костёр, – усмехнулся я, – там тоже не было опасности.

– Там нас не разделяла вода, они сидели в темноте. На холме горит огонь, это будет работать как страшно?

– Это тоже будет работать, тут другое, – решил я разъяснить, не поправляя её косноязычность, – ночь, темнота, это страшно. Страшно напрямую, что придут и убьют. А тут будет страшно по-другому. Они как бы получат послание, что мы за ними наблюдаем.

– Не могу просчитать, но выполнить несложно, – после небольшой заминки отрапортовала напарница и начала разливать топливо по периметру.

Маячить на берегу я ей запретил, опасался снайпера, но с задней стороны мы все облили. Ежика я решил не оставлять в пекле и, оторвав от очередного пальца, унес с собой от начинающегося пожара. Мы двигались к лесу, чтобы, миновав холм, направиться в сторону поселения Грэя. Тут моя рация разразилась запеленгованным сообщением, от которого я замер.

– Слышь, тварь ебаная! Я достану тебя и твою четырехлапую тварь! Я достану тебя или тех, кто тебя приютил. Я найду и задушу каждого, кто тебе помог. Каждую блядь, что отстирывала украденную униформу, каждого ублюдка, что посмел взять в руки то оружие, что украл у меня! – Я вначале остолбенел, и Ки, заметив это, напряглась, но я почти сразу отошел, переключив рацию с наушника на внешний динамик.

– Это русский, мой родной язык, – прокомментировал я Ки, не понимавшей ни слова. Дождавшись паузу в череде потока угроз и оскорблений, зажав тангету, начал приветственную речь. – Приятно познакомиться, я Шустряк. Если ты еще не понял, то я именно тот, кто устроил тебе развлечения последних дней, но это не столь важно, как информация о том, что ты каким-то образом следишь за островом изгоев. Я об этом и раньше знал, но никак не мог понять способ. Вот теперь я хочу выразить тебе свою признательность за то, что помог прояснить данный вопрос.

– Прояснить вопрос?!! – проорали в рацию. – Ты скоро сдохнешь!!! – не выдержав спокойствия моего голоса, опять перешёл на оскорбления говоривший. Смысла слушать не было, я отключил рацию, продолжив движение к лесу.

– Ки, скажи, пожалуйста, ты пока была в деревне Грэя, где мылась?

– Там, где и все. Женщины сказали, что я самка и должна мыться там, где моются они, – выдала нелепое объяснение Ки.

– Это не важно, важно место…

– Северо-запад острова, – незамедлительно уточнила она.

– Отлично. А вещи, что мы снимали с убитых и потом привезли на остров, где стирали?

– С северной стороны, где причал, где лодки.

– Ну вот, теперь я понял, откуда эти твари получают свою информацию. Я, конечно, не исключаю, что у них все же имеются засланные шпионы, но все, что он сейчас перечислил, он мог видеть только своими глазами.

– Что он сказал? – спросила Ки, элегантно обходя очередной куст.

– Он рассказал про то, что женщины стирали кровавые вещи, про тебя рассказал и про оружие.

– Ты хочешь сказать, что он видел меня своими глазами, когда я мылась, женщин, когда они стирали, а оружие, когда его с лодок перегружали? – поразила она меня очередным своим мгновенным выводом. – Траектория позволяет, но из-за того, что берег неровный, от нас видна только крайняя часть замка, и то небольшая. Слишком далеко, даже я столько не вижу, и с твоим хорошим прицелом, скорее всего, я не смогу так точно рассмотреть.

– Есть приборы мощнее, чем этот прицел. Например, телескоп, это как огромный бинокль, он может в десятки раз увеличивать.

– Вполне возможно. Такие цифры в оптике возможны без особых проблем, – констатировала она, – их вполне будет достаточно, чтобы разглядеть человека и то, чем он занят.

– Я знаю. – Подтвердил я. – Думал об этом, но откинул как глупость, а оно, видишь как.

– Если тебе в следующий раз нужно будет просчитать вероятности или еще что, ты можешь ставить задачу мне, – как-то почти обыденно начала она, – мой мозг имеет шесть вычислительных модулей, способных в самые кратчайшие временные интервалы решать огромное количество задач. Можешь на меня рассчитывать.

– Угу, – ответил я, не придумав ничего умнее. Вот когда она так говорит, никогда не могу понять, то ли хочет показать, что её мозг лучше, то ли просто предлагает себя как инструмент и твердит каждый раз о своих модулях.

Глава 3

На остров мы добрались через два дня. Спешить нам было некуда, и мы по пути, сделав крюк, разведали еще несколько соседних кластеров, не найдя там ничего интересного. По приезду меня и Ки ожидали сюрпризы. Местные, которые уже изрядно привыкли к столь непохожей на них кошке, натащили кучу научных книг, по всей видимости, прознав про её увлечение, и от этой новости мне стало не по себе. Дело в том, что при всех моих познаниях в английском и немецком, я не могу адекватно разъяснить некоторые научные термины и выражения. Никогда не увлекался иностранным техническим языком, точнее, я читал и понимал, но только в сфере компьютерных технологий и программирования, а вот интересы у Ки лежали совершенно в других направлениях.

Сюрпризом для меня оказалась установленная связь с заводскими. Пока мы устраивали концерт для замковых, местные все же воспользовались описанной мной идеей связи, создав свою по аналогии с той, что была между Бастионом, Клином и Береговым. С оптической аппаратурой тут не задалось, зато массово имелись радиостанции разного промышленного исполнения. На них раньше не обращали внимания, поскольку таскаться с такой по кластерам смысла нет, а вот использовать их как стационарные очень даже можно. Хорошего специалиста-электронщика тут не имелось, так что первый мост они реализовали крайне просто. Одна из раций стоит на постоянном приёме, а вторая – на передаче, и микрофон одной подключен к другой.

Таким образом и осуществлялась передача по цепочке, используя разные каналы, чтобы не вызывать эхо. Сами же станции подключались к одному или двум автомобильным аккумуляторам, а те, в свою очередь, к солнечным батареям. Правда, почти сразу пришлось всю систему модернизировать, припаивая выход динамика одной станции к микрофону другой, поскольку постоянные звуки речи привлекали пустышей, а те, кучкуясь возле узлов ретрансляторов, привлекали тварей поумнее, и уже те, в свою очередь, выводили оборудование из строя. Как побочный эффект таких точек связи появилась карта окрестностей, из которых, выбрав нужный канал того или другого ретранслятора, можно связаться с нужным поселением. Её-то мне и вручил Грэй.

В том, что наш план по озадачиванию замковых удался, мы узнали через несколько дней, когда очередной патруль заводских доложил, что уже прошло три дня после перезагрузки берегового кластера с домиками и пирсом, и его никто не обживает. Наблюдатели там теперь сидели постоянно, благодаря одному из репитеров, им не нужно было отлучаться от наблюдения и возвращаться на базу, достаточно было пройти всего пять километров, миновав при этом две границы кластеров и, уже получив в своё распоряжение связь, доложить о происходившем на берегу. Да и два поста, что выставил Грэй, также пользовались такой возможностью. Причем ни одна трансляция не могла доходить до замковых, так как в СТИКСЕ редко когда радиосигнал проходит более трех границ кластеров. О такой особенности я узнал еще от инженеров Бастиона. Именно из-за этого они и применили лазерную связь, где искажения также имелись, но значительными становились только на десятой, а то и пятнадцатой границе кластера.

Подготовительные работы к обороне острова и экстренной эвакуации подходили к завершающей стадии. Вообще, оружие много чего смогло изменить в жизни местного населения. Самым главным, на мой взгляд, стало полное искоренение проблемы со споранами. Во-первых, из-за показанного нами метода, во-вторых, из-за уменьшения боязни развитых тварей. Теперь при виде того же топтуна они не разбегались в ужасе, а просто валили тварь наглухо, успевая, распотрошив, исчезнуть подальше в кратчайшие сроки. У заводских тоже все пошло на лад. Особенно их радовала новость, что замковые не вышли в рейд кластера, где им удавалось перехватить небольшой авторефрижератор со свежим мясом и морепродуктами. Да и позже они также проигнорировали второй свой постоянно посещаемый кластер.

Правда, я, в отличие от местных, этому совершенно не радовался, поскольку длительное отсутствие активности со стороны агрессора может означать всего две вещи: отказ от своих планов или подготовку к финальному рывку. Увы, поверить в первое я не могу. Все пришло в движение на двадцатый день после нашей вылазки к береговым домикам, причем произошло сразу два события. Первое произошло ночью, когда меня подняли для того, чтобы я попытался чем-то помочь рейдеру, которого подобрал патруль заводских. Второе событие случилось в обед того же дня в виде замковых, явившихся к одному из аванпостов заводских с требованиями о переговорах, причем вести их должен был именно я.

Когда посреди ночи меня подняли с постели, я в мгновенье ока схватился за своё оружие, логично предполагая нападение. Но девушка меня успокоила, сказав, что нужно срочно явиться в узел связи. Так все тут называли пристройку возле дома Грэя, где размещались радиостанции. Протерев глаза, я в сопровождении Ки выдвинулся туда, узнав о том, что патрулём был найден серьезно покалеченный рейдер, причем именно рейдер, я был в этом абсолютно уверен, после того, как они его описали.

Группа добытчиков выдвинулась к одному из самых дальних кластеров, что посещают заводские. Там имелся неплохой аптечный склад, где разом можно было набить несколько рюкзаков нужными медикаментами, в основном перевязочным материалом и обезболивающими, другой товар здесь был не особо в ходу. В этот раз они, подойдя к кластеру со стороны карьера, дождались, когда там все затихло, и направились к нужному зданию, где и обнаружили совершенно свежие кровавые следы. Заинтересовавшись, они проследили их, найдя не меньше четырех разорванных трупов. Причем все имели разгрузки и одежду, схожую с армейской. Оружие так же нашлось, причем весьма недурственное.

Все тела были обглоданы мелкими тварями. Некоторых из них отряд прикончил на месте, но сами тела разорвала тварь побольше, точнее, объела. Именно так пояснил мне один из добытчиков, поскольку ни одной конечности или их остатков найти не удалось. На самого рейдера наткнулись случайно. Уже закончив осмотр, они увидели внушительный кровавый след, вокруг которого имелась масса кровавых отпечатков рук. Проследив его, они нашли в подвале одного их зданий того самого рейдера, что смог туда уползти. Хотя со слов докладчика, то, что они нашли, совершенно трудно было назвать человеком. Но он был еще жив и даже каким-то образом, имея всего одну руку, сумел кое-как себя перебинтовать. Возле него им удалось обнаружить два шприца, в одном из которых имелись остатки грязно-жёлтой жидкости. Я сразу понял, что речь идет о спеке, и это мгновенно дало мне понимание того, что он не из местных жителей, поскольку те о данном веществе ничего не знали пока, я сюда не пришёл.

В группе имелся фельдшер, который мгновенно указал, что необходимо принести с медицинского склада и, как мог, на месте оказал первую помощь. Соорудив носилки, они как могли, помыли его от крови и понесли к поселению заводских. Ребята молодцы, это да, но они знатно рисковали, даже помыв, тащить столь аппетитно пахнущий кусок для тварей, но все обошлось, а уже имевшийся в поселении хирург зашил раненого нормально. С хирургом мне также удалось поговорить, выяснив, что он вообще-то стоматолог и, увы, его квалификация совершенно не удовлетворительна для лечения такого пациента с хирургической точки зрения. Об этом он, кстати, сам заявил.

Я пообещал принести для лечения спек и уже собирался выходить, когда сидевшая рядом Ки предложила свою помощь, аргументировав это тем, что ночью она гораздо быстрее меня сможет добраться до точки. Не принимая никакие мои доводы, вызвалась доставить шприцы заводским. Спек для себя я не использовал, а затарился этой панацеей хорошо еще в Бастионе, так что пожертвовать парой шприцов я мог, тем более что в выживании этого рейдера я заинтересован. Он явно пришел из тех мест, где уровень жизни повыше, чем у местных, и если это место не очень далеко, то у тех, кто живет здесь, появляется нешуточный шанс на переселение.

Достал ранее початый кейс, в котором осталось два шприца, вручил Ки, дав устные инструкции, и через десять минут она скрылась, выпрыгнув из лодки, когда та не доехала с десяток метров до берега, чем изрядно напугала перевозившего её парня. Через два часа по каналу связи передали, что она появилась, чем очень сильно удивила не только всех тех, кто дежурил у рации, но и меня самого. Если прикинуть на глаз, то до заводских по прямой километров сто двадцать, а она преодолела их чуть больше чем за два часа. Это что получается, она бежала со средней скоростью в шестьдесят километров в час? «Ни хрена себе», – выдал сначала я, потом и связист, оторвав свой взгляд от часов на стене. Мда, машина ей точно не нужна. А ведь там по пути до здания овраги и даже речка есть, и, самое главное, что маршрут этот ею ни разу по прямой не хожен. Вот после таких выкидонов даже я начинаю с опаской смотреть на нее, особенно когда оттуда докладывают, что она отлежалась минут пятнадцать, попросила воды и рванула обратно. Если бы я постоянно бежал, добежав, упал и не встал следующий час, это точно, молчу уже про скорость, а она отлежалась, попила и рванула в обратку. Причем в СТИКСе она около месяца и еще точно не вошла во всю свою силу.

Ки вернулась уже на рассвете, потратив на обратный путь на час больше, но все равно ошарашив всех во второй раз, показав по-прежнему нереальную скорость для человека в сорок километров в час. Выйдя из лодки, она спокойно подошла и, увидев странные взгляды, спросила меня:

– Шустряк, а почему на меня так дико смотрели парни в лодке? И тут почему все так смотрят?

– Да так, не бери в голову, – попытался отмахнуться я, но увидев, что это не пройдет, продолжил, – просто ты передвигалась со скоростью машины, когда бежала туда, да и обратно ненамного медленнее.

– Да, я знаю, было долго. Я держала указанный тобою вектор, но приходилось обходить, не везде прямо можно было двигаться. Еще приходилось забираться высоко, чтобы ориентир смотреть. В следующий раз можно будет быстрее.

– Вот поэтому на тебя все так и смотрят, – выдавил я, после того, как гомон собравшихся на берегу стих. – Ты делаешь нереальные вещи, и когда тебе говорят об этом, не понимаешь этого.

– Я же тебе говорила, это тело создано для бега и прыжков, правда, если бы я знала, что придется бегать по стеклу, я бы попросила, чтобы покрытие нижних конечностей было твердым, – выдала она в очередной раз, погрузив всех стоявших в оцепенение.

– Стоять! А ну-ка покажи руки! – почти рявкнул я, и когда Ки, встав на две лапы, продемонстрировала кровоточащие ладони, выматерился на отборном русском. – Заднюю дай! – уже и впрямь рявкнул, удерживая её за руку. – Вот же дура! – выдал я, подхватывая её на руки.

Занеся её в наш дом, бросил боком на свой топчан, чем удивил не только следовавшего за нами Грэя с вечно трущимся рядом сенсом, но и саму Ки.

– Лежать! – скомандовал я, когда она попыталась шевельнуться, и она замерла. Схватив тазик, который использовал обычно для бритья, принялся промывать ей лапы, выдернув при этом несколько осколков. – Как же ты иногда меня бесишь, – начал я, – вот скажи, зачем было драть свои лапы, несясь, не разбирая дороги.

– Спасти, это важно, – парировала она.

– Важно, согласен, но твоя жизнь важнее, сначала думай о себе, потом о других, я уже устал вбивать в твою голову эту мысль, – при этом я ткнул её мокрым пальцем в лоб.

– Я тебе уже говорила, что это тело не проживет больше тридцати вращений планеты вокруг звезды, оно искусственное.

– Форменная дура, – констатировал я факт, – ты – иммунная, споры тебя признали, а это значит, что ты можешь жить вечно, если не умрёшь, – повысив голос, попытался я ей объяснить в очередной раз.

– Так быть не может, ресурс конечен.

– Да твою же мать, – выругался я по-русски, – люди в моём мире в среднем лет до семидесяти жили, а тут я лично видел молодого парня, который, попав сюда стариком, уже прожил полторы сотни и умирать совершенно не собирается.

– Хорошо, я буду учитывать твои пожелания в следующий раз.

– Вот, теперь лежи тут, не вставая, хотя бы сутки, – рявкнул я, заливая гелем пластырем все конечности, изображая что-то вроде тапочек. – Ты наказана.

– Наказана? Я виновата? – спросила она, при этом покосившись куда-то назад в сторону хвоста.

– Да, за глупость, за то, что о себе не думала, – проследив её взгляд, улыбнулся и продолжил, – ты уже сама себя наказала, будешь лежать, пока все не заживет.

– Не понимаю, почему сделала правильно, оптимально и эффективно, лучше, чем кто-либо, при этом наказана неправильно, – выдала Ки, и я почувствовал в её тоне обиду.

– Не переживай, – сказал подошедший Грэй, – я уже понял, что тебе трудно нас понять и нам тебя тоже, но ты скоро станешь понимать нас лучше. Он, – Грэй ткнул в меня, – злится на тебя, потому что переживает, он не хочет остаться один, ты важна для него. Так что просто прими сейчас это все как данность и послушай, что тебе говорит Шустряк.

– А есть можно? – спросила Ки, когда Грэй отошел.

– Да, сейчас будем завтракать, – ответил я

– Нужно много еды, я сильно потратила ресурсы, много движения, больше половины предела.

– Половины? – удивленно выдал я, глядя, как Грэй так же удивленно уставился на неё. – Ки, прекрати шокировать людей такими заявлениями. Мясо нужно?

– Не понимаю, но мясо нужно, много, если в банках, как мы едим, то десять будет нормально.

– Ну и аппетит у твоей киски, – заметил уже выходивший Грэй, и добавил уже из-за дверного проёма, – сейчас всё будет.

Вскоре одна из местных девушек принесла эмалированный тазик с куском говядины килограмма в три на вид. Я вспомнил, что вчера Грэй упоминал, что им удалось взять целый ларь мяса, хоть и разморозившегося, но вполне съедобного. Вот они и сварили его, чтоб хранилось дольше. Еще через несколько минут нарисовался и десяток консервных банок с рыбой и разным мясом, а мне поставили тарелку с яичницей. Я, правда, не удержался и отрезал ножом кусок вареного мяса у Ки, при этом переживая, что нож, который она использовала для отрезания кусков, отсечет мне кисть, но все обошлось. Закончив с мясом, она почти полностью приговорила все консервы, после чего, отвалившись набок, растеклась по моему ложу.

– Книги можно? – спросила она.

– Сейчас принесу, – ответил я, допивая чай.

Надолго Ки не хватило. В тот момент, когда меня в очередной раз вызвали в узел связи, и я узнал о том, что замковые хотят поговорить, она нарисовалась рядом. Я недовольно поцокал, но видя, что она старается ходить аккуратно, чтобы не повредить вспенившийся бинт внешников, смирился и продолжил разговор. Замковые требовали, чтобы переговоры вел я, максимум, взяв с собой кошку. Это только усилило мои подозрения о том, что те задумали организовать какую-то гадость, точнее, я даже понимал какую. Они просто хотят избавиться от нас. Тамошние стратеги сложили два плюс два и поняли, что все их проблемы начались в тот момент, когда двое неизвестных совершили посадку на боевом вертолете в их владениях. А поскольку Беркут не проявлял особой активности, пытаясь решать мелкие проблемы, они сделали вывод, что во всем виновен именно я. Они правы, если бы не то оружие, что удалось у них отбить, им бы до сих пор никто не оказывал сопротивления, а теперь даже отряды боятся в кластеры направлять.

Вот только я не такой дурак, чтобы дать себя убить и вообще мне совершенно не хочется вступать с ними в переговоры. С другой стороны, я не вижу других вариантов, кроме как мне воевать с ними, надеяться на мирный исход не приходится. В том, что я бы смог перебить всех или большую часть замковых вплоть до их капитуляции, не сомневался. Хотя рассчитывать на то, что там тоже имеется склад, забитый реактивными минами, не приходится. Но проблема не в том, как это провернуть, а в том, как мне попасть на остров. Призраком я ни при каких условиях не смогу миновать столько воды, да и мой призрак проваливается сквозь воду, не выйдет по воде, как Иисус, ходить. На лодке тоже не вариант, по ней еще на подходе откроют огонь, быстро исчерпав количество доступных мне активаций смены пространств. Да и та же проблема с водой остаётся актуальной. Отмерзну над водой и что дальше? Проплыл до края и новая пуля в голову. Ну уж нет! Самому лезть – это форменное самоубийство.

Как ни крути, но согласиться на переговоры все же придется. Нужно сделать так, чтобы меня позвали к себе, как только ступлю на их берег, сразу смогу действовать спокойно. Обдумав всё, вернулся в рубку связи и попросил передать тем, кто пришёл, что переговоры будут, пусть ждут меня завтра, я свяжусь с ними на первом канале, когда прибуду к прибрежному поселению.

До вечера я обдумывал все, не найдя ни одного оптимального решения. Первой мыслью было поставить условие о проведении встречи на берегу, где я бы спокойно мог один противостоять всем им, ликвидировав их лидера в случае чего. Вот только имелась одна загвоздка во всем этом. Никто из заводских или из людей Грэя не знал в лицо Снайка, да и вообще никого из верхушки замковых в лицо никто не видел. Значит, на встречу может явиться кто угодно, представившись Снайком. Остаётся вариант с голосом, который я слышал в рации, но не факт, что это был именно он, ну, или они так могут заявить. Во-вторых, то рычание, что я слышал тогда, очень трудно перевести в нормальное звучание. Так что тоже сомнительный вариант. Как не крути, но в переговорах на берегу будет мало толку, я только раскрою перед ними свои карты, ликвидировав фактически у них на глазах высланный отряд, раскрыв свои козыри.

Ки, получив от меня все вводные, сделала вывод, схожий с моим, заявив, что с максимальной вероятностью главная их цель – это ликвидация меня, а вторичная – определение моих возможностей, так что наличие засады гарантировано. В общем, она согласна с моим мнением и тоже считает, что необходимо попасть на остров, где мы с ней сможем действовать быстро и свободно.

– Никаких вместе, – оборвал я рассуждения Ки о стратегии проникновения в логово замковых.

– Почему не вместе?

– Ки, я уже устал тебе отвечать на этот вопрос. У меня есть дар, который может меня спасти практически от чего угодно и не раз, а тебя, при всей твоей реакции, может убить шальная пуля.

– Я быстрая.

– Не начинай этот разговор опять, – прервал я её, – а располагать тебя со снайперской винтовкой на берегу бессмысленно, вряд ли они будут встречать меня снаружи, скорее всего, пригласят внутрь за стену и от тебя будет толку ровно ноль.

Ки притихла, но по её взгляду было видно, что она продолжает что-то обдумывать, главное, чтобы эта несносная животина не рванулась все делать сама, а то у неё проклевывается геройская жилка, собирай её потом по кускам.

– Решено, прикинусь троянским конём, – сообщил я, еще раз пройдясь по всем имевшимся фактам.

– Троянский конь? – переспросила Ки, не поняв сути выражения.

– О, извини, – протянул я, – объяснять очень долго, но, если когда-нибудь мне на глаза попадётся эта книга, я дам тебе её прочитать, – поймав её взгляд, добавил, – ты не участвуешь ни при каких обстоятельствах.

Ки промолчала, но при этом фыркнула, явно выразив своё недовольство. Вот и сказалось общение с местными, стала вести себя как обычная женщина, ладно, не обычная, но женщина. Тоже мне, самка геройского внеземного леопарда.

Выдвинулся я на рассвете, позаботившись о транспорте еще вчера. Дорога почти везде по пути асфальтированная, поэтому с машиной я не заморачивался, взяв первую попавшуюся легковую машину, что смог завести. Тварей, способных догнать машину, тут тоже было немного, и поэтому ехал, практически не скрываясь, лишь изредка замечая бегунов, выскакивавших вслед за мной на дорогу.

Поездка закончилась за полтора часа, хотя пешим ходом сюда не меньше двух дней ходу. Еще до обеда въехал на тот самый знаменательный холм, что довелось недавно штурмовать на грузовике под обстрелом. Таиться не стал, включил рацию и несколько раз вдавил клаксон, подавая длительные сигналы, разрушавшие тишину вокруг.

– Шустряк, это ты? – раздалось из рации.

– Нет, это Санта Клаус, – съязвил я.

– Хреновый из тебя Санта, – парировал голос в ответ, – и подарки у тебя херовые.

– Кто как себя вел, так и получил, – съязвил я еще раз, продолжив, – хватит лясы точить, вы вроде поговорить хотели?

– Хотели, вопрос в том, где и когда?

– Вопрос когда не стоит, это прямо сейчас, а вот где, решать вам, для меня особой разницы нет, – соврал я, – но тащиться к вам для встречи еще раз не собираюсь.

– Мы тоже не желаем откладывать встречу, но ведь ты не согласишься приехать к нам, – закинул удочку говоривший.

– Я же сказал, что мне без разницы, могу к вам, можете вы сюда приехать, тут вон домики свежие, – слукавил я, пытаясь получше подцепить на крючок говорившего.

– Если к нам не проблема, бери лодку и приезжай на пирс.

– Не, не буду, – отрицательно отреагировал я на предложение, которое не входило в мой план, – веслами грести влом, а мотор еще нужно завести, не умею я.

– Не умеешь? – удивился говоривший, – не очень верится, конечно, но ладно, можем прислать людей на лодке за тобой, вот только где гарантия, что ты всех там же не положишь?

– Тебе что, нотариально заверенный договор нужен? Так его не будет, только моё слово, но я, так и быть, встречу их с опущенным оружием. Оптика, думаю, у вас есть, точнее, знаю, что есть. С острова и поглядите на меня. Вот только предупреждаю, что стою я так до первого выстрела. Убить все равно меня не выйдет, а вот о дальнейших переговорах можете забыть, да и обозлюсь я на вас. Лагерь тут поставлю, буду вас стеречь днем и ночью, пока вы все не перезагрузитесь вместе с замковыми.

– Договор, – явно ухмыльнувшись, весело продолжил говоривший, – хотелось бы, но и слова достаточно. Про то, что призрака пулей не убить, мы в курсе. Жди, в общем, собираемся.

Не став отвечать, я перевел рацию в режим сканирования, вдруг что найдёт. А сам озадачился, это откуда же они знают про моего призрака? С бинокля такое не разглядеть, это точно, да и не использовал я призрака в последней заварушке, хотя стоп, понял, выжил все-таки кто-то из тех, кого я и Ки оставили на съедение твари. Ну да, говно само не тонет, вспомнил я поговорку дяди. Интересно, кто из тех двоих всплыл? Как пить дать, мелкий засранец.

Завидев, как от острова отделилась лодка, я вышел из машины, демонстративно опустив свой автомат. Я даже готов пойти на то, чтобы сдать свой Калашников, если они будут сильно настаивать. Основной сюрприз в виде винтовки нолдов я оставил в боковом кармане рюкзака, не думаю, что без тщательного осмотра они признают в этом бруске оружие.

– Ничего так комитет по встрече, – поприветствовал я прибывших, когда резиновая армейская лодка с пятью бойцами уткнулась носом в берег.

– Важный гость, – выдал стоявший спереди.

– Страшный гость, – парировал я и шагнул в лодку, ожидая, что сейчас от меня потребуют разоружиться.

– Отчаливай, – скомандовал тот же, что и говорил со мной, и мотор изменил тональность.

«Хм, неужто они японские камикадзе», – подумал я, разглядев у одного из сидящих на задней лавке бойцов зажатую гранату. Остальные также не сводили с меня глаз и нервно теребили автоматы. Лишь главный демонстративно смотрел куда-то вперёд.

– Ты бы это, сказал своему салаге чеку в гранату вернуть, а то, неровен час, всех вас угробит, – обратился я к старшему.

– Тюк, выкинь за борт, – скомандовал тот, поглядев на нервничающего бойца, и он нехотя швырнул гранату прямиком в струю воды за лодкой. – И что, тебе на гранату будет пофиг?

– Пофиг, – согласился я, нисколько не соврав, – замечу любое шевеление и нырну в призрака, а вы уж тут сами развлекайтесь.

– Ясно, – ответил старший, при этом кивнув чему-то своему. «Меньше знает, быстрее умрёт», – подумал я.

На пирсе, что располагался с другой стороны острова, меня встречало еще больше народу, рассредоточившись почти по всем причалам, а моя задница отчетливо ощущала сведенные на мне прицелы снайперов. Я выбрался на пирс еще до того, как остановились, опередив старшего, который явно планировал сделать это первым.

– А где музыка? – выдал я, тупо боясь показать своё волнение, ведь я до конца не был уверен, что лодку не расстреляют с берега, пожертвовав сидящими в ней бойцами.

– Музыка? – удивился стоявший впереди мужик средних лет в армейском кителе, по виду парадном или что-то вроде того, после чего продолжил, – разрешите представиться, я генерал Корт, – отрапортовал он.

– Генерал? – вопросительно протянул я, не скрывая своего удивления, – это, простите, кто же вас назначил генералом и каких войск?

– Президент Снайк, а войска тут только одни, наши, – с гордостью доложил он.

– Да с какого это рожна, теперь у нас тоже есть оружие…

– Да, но быдло, – он немного завис, – не чета тренированному солдату!

– О как, быдло значит, спасибо за ваше мнение, вот только, может быть, вы не в курсе, но мы тут уже давно ведем обучение людей, и у нас есть профессиональный военный, причем из части, что действовала на момент её переноса в этот мир, ну, и я далеко не последний боец.

– Вы про пилота, что прибыл с вами или про ваше животное? – выдал он своё незнание.

– Животное? – удивился я, при этом начав неспешно подыматься по ступенькам, – Животные – это тут вы, а она инопланетянка, знаком вам такой термин?

– Вы хотите сказать, что она сюда прибыла с другой планеты? – постарался не выказать он своего удивления.

– Сюда она прибыла, как и все, провалившись с кластером, а вот туда она и вправду прилетела с другой планеты, – ответил, опуская подробности.

– А мы ломали голову над её странным поведением, – посетовал Генерал

– О да, я знаю о ваших извращенных пристрастиях, – тихо, так чтобы все слышали, заговорщицки прошептал я, наклонившись к генералу, заодно и увидев, как у бойцов нервно дернулись автоматы.

– О нет, ничего такого, – попытался откреститься генерал, – мы просто ведем разведывательное наблюдение за своими территориями.

– Ну да, разведка как раз с той стороны острова, где бабы моются, – заигрывающе пригвоздил я генерала, – простите, а когда будет аудиенция с вашим великим и ужасным?

– Президент Снайк примет вас в скором времени. Сейчас накрывают столы для праздничного обеда.

– О как, обед, значит, праздничный, а почетный караул без музыки встречал, – в очередной раз поддел я генерала. – Хорошо, но вот только я не люблю долго ждать.

– Нет, что вы, – учтиво начал генерал, – к тому моменту, как мы войдём в зал, все будет уже готово.

Дальнейший путь мы продолжали молча, вскоре обойдя добрую половину здания, хоть тут и имелись двери, причем явно использовавшиеся по назначению. Я укрепился в своих подозрениях, что меня ведут на убой. Вопрос только в том, когда они решатся напасть. Генерал идет рядом, так же, как и два его прихвостня, сзади еще две пары вооруженных, остальные остались у причала. Может быть, задумали меня на мину какую завести или газом травануть. Ну не верю я в праздничный обед. Хотя яд тоже не исключаю. Но думаю, что до яда дело не дойдёт, за стол они меня с оружием явно не пустят, а требований снять пока не поступает. Значит, их план состоит из внезапности и мой автомат не помеха. Ох, что же вы такое задумали, ну не верю я в мирные переговоры, вообще не верю. Ну, да ладно, посмотрим, что будет дальше.

Обойдя добрую половину замка, мы вышли к парадному входу, который хорошо просматривался с берега. Двое таких же ряженых вояк демонстративно перед нами открыли двери. За ними была небольшая лестница и еще одни двери, их также раскрыла пара стоявших возле них ряженых. Внутри открылся внутренний двор, а в голове промелькнула мысль, что сейчас именно здесь весь этот цирк закончится.

Я ошибся. Это стало понятно, когда мы, миновав ухоженные клумбы и четыре работающих фонтана, прошли весь двор насквозь. И на кой черт они меня водят кругами? Хотя предположение имеется, цель всей этой прогулки вокруг – вывести меня из равновесия, заставить паниковать или что-то в этом роде. Согласен, тактика неожиданная, изощренная до клинического безумия, но тем она и опасней, что непредсказуема. Да, у здешних власть держащих с головами беда.

Когда мы зашли в небольшой коридор, куда вела дверь из сада, те, что шли позади нас, остановились у стены, разойдясь в обе стороны парами. Ну, вот и близится развязка. Еще больше укрепили мои подозрения те двое, что сопровождали нас, сделав несколько быстрых, вычурных шагов вперёд, они одновременно взялись за ручки дверей, приготовившись их раскрыть. Боже, какая же банальность – поводить меня, расслабить, отвлечь, а потом кончить. Так глупо. Резко открывается дверь, генерал отпрыгивает, а оттуда по мне сразу с десяток стволов лупят.

Тратить активацию смены пространств я не желал и поэтому, как только створки двери начали открываться, перешел в состояние призрака, сильно удивившись, когда не обнаружил за дверью десяток автоматчиков. В мгновенье дар подсветил контурами все окружавшее меня, и я с удивлением разглядел стол, суетившихся вокруг него иммунных, пару зараженных в клетках, чему даже не удивился, и две шеренги военных вдоль стен.

Я тут же проявился, а генерал улыбнулся уголками губ, сделав вид, что он вообще не заметил произошедшего. Ладно, согласен, переиграли. Вот только этот маскарад и званый стол еще больше убедили меня в том, что без подлянки тут не обойдётся. Видимо, все же будут меня травить. Ну, я тоже не лыком шит, если уж развлекаться, то до конца.

Моим оружием так никто и не озаботился. Генерал проводил меня, усадив с торца стола на десяток персон, не считая меня. Другим торцом стол упирался в некое подобие подиума, на котором сидело пять девушек, причем все они были прикованы цепью к нему. Беглый взгляд показал, что все те, кто обслуживал стол, также имеют на шее внушительных размеров металлические кольца, при этом не имеют одежды, кроме трусов или шорт, невзирая на пол.

– Здравствуй, рабовладельческий строй, – выдал я, когда генерал присаживался на стул, который ему пододвигал один из тех, кто стоял в шеренге.

– О, это не то, чем кажется, мы даем им еду, кров и защиту, – парировал мой выпад генерал, при этом провожая глазами грудастую девушку с подносом, на которой синяки были видны невооруженным взглядом.

– Ага, а ещё, помимо пряников, непокорным ослам положено кнут прописывать, – ответил я.

– Не без этого, но вы поймите, повиновения просто так не бывает.

– О да, – ответил я, скрежетнув зубами.

– Ваши вещи убрать? – поймал меня врасплох голос подошедшего ряженого из колонны, что стоял сбоку, явно желая забрать мой рюкзак, который я поставил рядом со столом так, чтобы ручка винтовки была под рукой.

– О нет, я не люблю сдавать в гардероб свои вещи, – попытался я вежливо отмахнуться от него, но тут же решил поиграть сам, – а вот мой автомат можно и убрать, только недалеко, чтобы я его видел, неудобно с ним трапезничать.

Ряженый взял моё оружие и чеканным шагом дошел до колонны, где и прислонил отданный ему автомат. Просто караул, вот же балаган, точно травить будут, теперь я уверен на сто процентов. Вскоре в помещение начали входить такие же ряженные, как генерал, субъекты, по очереди занимая свои места, при этом все действие происходило молча. Никто не пытался представиться и вообще не обращал на меня внимание. Я еле сдерживался от хохота. Мне почему-то казалось, что каждый из них боится взглянуть мне в глаза, чтобы я не увидел там страх или еще что. Главное, тигру не смотреть в глаза, когда входишь в его клетку, хотя тут вроде как я у них в клетке.

Все расселись и принялись ожидать главного действия, кое не заставило себя ждать. Я чуть не подпрыгнул, когда раздались фанфары, ну, или что-то подобное. Я такое видел в художественном кино, когда в зал входит какой-либо знатный вельможа. Правда, в данном случае вельможа не входил, его вкатывали, причем, как инвалида, на троне. Все сидевшие за столом, кроме меня, подскочили, отдавая честь левой рукой. Я, не отрывая взгляда, следил за тем, как четыре таких же ряженых, как и те, что стояли в колонне, вкатывали огромную жирную тушу в синем то ли кителе, то ли камзоле, никак не мог понять из-за кучи складок, причем все это располагалось на огромном золотом троне с красной отделкой.

Мне еле удавалось сдерживаться, и всё моё нутро требовало упасть под стол, начав биться головой об пол. Мне кажется, если бы я увидел тут череп элитника в сатанинском круге с монахами, призывающими его дух на борьбу со мной, то удивился бы гораздо меньше, чем сейчас. Пафосное выкатывание жирдяя длилось бесконечно долго, ну, или может, мне так казалось, но генералы, продолжая преданно следить за этим процессом, по-прежнему отдавали честь.

– Присаживайтесь, – проговорило то, что выкатили на подиум, да так, что его бревноподобные ноги теперь были выше уровня стола, и чтобы разглядеть его морду лица, даже мне с конца стола пришлось задрать голову. Все отдававшие честь тихо сели, а подскочившие ряженые, пододвинув стул каждому, опять вернулись в две шеренги. – Господа, начнём наш праздник, – скомандовала гора сала, и рабы тут же начали выносить блюда.

Зал наполнился движением, что на миг меня отвлекло от созерцания столь отвратительного зрелища. Вернулся я в колею, когда всем, включая меня, выставили блюда с несколькими внушительными ломтями мяса и запечёнными овощами, к трону же подкатили отдельный стол. Все принялись есть, все, кроме меня. Я отставил в сторону тарелку с предложенным вместе с той, что была под ней, нагнулся к рюкзаку, достал оттуда банку с кашей, горелку, котелок, бутылку воды и прочие принадлежности. Ни один из сидящих за столом даже глазом не повел, когда все доставал, и даже когда я, запалив спиртовку, принялся греть открытую банку, а вот сидящий на троне растянул улыбку от уха до уха, жирную такую улыбку в ошметках мяса. Немного попялившись на меня, он резко ногой пнул одну из девушек, после чего та встала и принялась утирать его рот полотенцем.

– Шустряк, вы подозреваете, что я хочу вас отравить? – спросил сидевший на троне.

– Нет, что вы, – парировал я, – просто привычка, выработанная годами жизни в этом мире, есть только то, что сам добыл или приготовил.

– Понимаю, понимаю, – выдал жирдяй, – у меня вот тоже персональный повар и у первых лиц тоже свой, и у ребят, – он ткнул пальцем в шеренгу ряженых, – тоже свой.

– Так зачем же вы меня позвали? – решил я свернуть комедию.

– Чтобы с вами обсудить наше дальнейшее существование, – отодвинув от себя столик с подносом, перешел он к делу. – Как ты понимаешь, – перешел он на русский, – у нас с тобой возник конфликт, недоразумение, так сказать.

– Вот как, – ответил я, также перейдя на русский, – по мне, так кажется, что была небольшая потасовка.

– Возможно, но начали её не мы, мы тут вообще пострадавшая сторона. Сначала ты со своей кошкой напал на наших людей, потом украл наше оружие, а позже напал на береговую стоянку.

– Позвольте, позвольте, – перебил я толстяка, – не знаю, кто уж из тех двух подранков, что я оставил на волю СТИКСа, выжил, правда, подозреваю, что ушлый коротышка, но я вас могу заверить, что первыми напали именно они. Оружие я у вас не крал, так как оно не было вашим, а все последующее вызвано вашей стрельбой по моему грузовику.

– Коротышка, – повторил жирдяй, – да, именно он и выжил.

– Не сомневался, – в очередной раз я перебил жирдяя, ему это явно не нравилось и, как и в первый раз, его глаза сузились, хоть это и казалось невозможным из-за наплывов жира. Я вообще говорил с ним, а сам думал, вот интересно, там два или три центнера живого веса?

– Ну, тут еще спорный вопрос, – пожевав губами, продолжил он, – потери мы понесли первыми.

– О как, – я наигранно удивился, – то есть вы считаете, что виноват тот, кто первый убил, а не тот, кто первый выстрелил. Судя по вашей логике, сначала мне следовало дождаться, когда ваши люди убьют одного из нас и уже потом отвечать на их стрельбу?

– Это скользкий вопрос …

– О да, – протянул я, опять перебив его, – еще какой скользкий.

– Может быть, давайте забудем, что было до и попробуем все начать заново? – помедлив, предложил жирдяй, все больше и больше меня удивляя.

– Именно за этим я и тут.

– Для начала я бы хотел знать, чего вы хотите? – спросил он

– Все просто, условий всего два: вы отпускаете всех ваших рабов, если, конечно, кто-либо из них не захочет остаться и прекращаете нападать на другие анклавы.

– А альтернатива? – ни на секунду не задумавшись, спросил Снайк. – Альтернатива – это война?

– О нет, никакой войны, мне и без этих детских забав есть чем заниматься. Альтернатива для вас только одна – полное уничтожение.

– И как же вы это планируете сделать, – начал толстяк, при этом хохоча, – скинете на нас атомную бомбу?

– Нет, все будет гораздо проще, – спокойно, перейдя на английский, продолжил я, увидев, что все давно уже только номинально едят, больше прислушиваясь. Как тебе известно, – нарочито нагло начал я, – я пришёл с востока, отмахал я по некоторым оценкам в районе восьми тысяч километров, с точностью в этом мире беда, может, десять, может, семь, точно не скажу. А вот то, что я видел тварей, которые могут сожрать вас всех до того, как ты «мама» произнести успеешь, сказать могу, даже больше, мне доводилось убивать таких тварей, потрошить и даже ночевать в их охотничьих угодьях. Так что вы для меня, – я обвел всех присутствующих взглядом, – просто мусор.

– Что ты о себе возомнил? Ты до сих пор жив только потому, что я так хочу, – прорычал Снайк, плюясь так, что слюна долетала на добрую половину стола, – я в любой момент могу убить каждого в этом зале и ты тому не исключение!

– Слышь, пузан, может, проверим? Но я гарантирую, что ничего у тебя не выйдет.

– Ты думаешь, что твой дар призрака всесилен? – прошипел он, чем-то напомнив жабу, хотя явно пытался изобразить змею. – Мы уже имели дело с таким, как ты, он тоже проходил сквозь стены, воровал оружие, устраивал диверсии, но мы научились с ним бороться. Сказать, как он закончил свою жизнь?

– Застрял в чем-то? – перебив его, спросил я.

– Да, да, именно! Мы загнали его, как дичь, а потом я полдня наслаждался его мольбами о смерти, когда его пополам разделил металлический кусок стены, это была музыка для моих ушей. И ты знаешь, что я сделал? Я подарил ему смерть. Мы его вырезали и принесли сюда, в этот зал, где я его скормил Пете, – толстый палец указал на одну из клеток, где сидел весьма развитый лотерейщик. – Петя тогда еще был маленьким и несмышленым, начал с ног, и тот орал еще сильнее, пока все же не умер.

– Забавная история, – констатировал, дождавшись театральной паузы в повествовании жирдяя, – но, видишь ли, скармливать тебя Пете я не буду, мне даже тварь будет жалко кормить таким количеством жира.

– Жира?! Да как ты смеешь, придя в мой дом, оскорблять меня? – взвыл толстяк нечленораздельным воплем, и я тут же почувствовал, как у меня сперло дыхание, а изо рта вырвался воздух, практически в то же мгновенье весь мир накрыл зеленоватый морок.

«Ну, наконец-то!» – подумал я, отмерзая и разглядывая зеленоватую проекцию стола. Замысел был прост, у каждого из сидящих за столом был небольшой пистолет и сейчас все выстрелили в моём направлении. Подло, конечно, но это еще не все. Большая часть ряженых, что стояла в две линейки по обеим сторонам зала, уже либо стреляла в моём направлении, либо наводила ствол, а командой ко всему этому действию послужил активированный Снайком дар. Вспышку его дара я даже сейчас вижу. Ну что же, вы первые начали, хотя не скрываю, даже рад такой развязке.

Я вынул из пространства свой рюкзак, достал винтовку нолдов, активировав её, сам рюкзак изо всей силы швырнул в угол, предварительно убрав в него все своё имущество со стола. Когда рюкзак, коснувшись границы купола, завис, я приступил к отстрелу целей, словно в тире. Процедура знакомая, и уже не в первый раз я использую свой дар для массового убийства тварей в обличии людей. Именно поэтому, даже не задумавшись, в режиме метронома приступил к вынесению приговора каждому.

Стрелял я одиночными прямым попаданием в голову в двух разных местах. Мало ли, вдруг тут все же имеются товарищи с развитыми способностями к регенерации. Закончив, я выбрал направление с наименьшей плотностью пуль, разбежался и прыгнул в сторону стоявшего у колонны автомата. Винтовка нолдов хороша, но что-то мне подсказывает, что сегодня её запаса по патронам может не хватить, а вот магазинами автомата у меня предусмотрительно забита вся разгрузка.

При пересечении границы морока, что почти достигала стены, мир ухнул многоголосьем нестройного залпа, в то время как я уже ощупывал окружение своим даром. Все открывшие по мне огонь превратились в крайне положительных парней, в смысле, лежат там, где их положили, а вот жирдяй меня удивил. Раньше за собой не замечал особой неприязни к людям с пышными формами, но этот урод был мне просто отвратителен, и сейчас эта радость мясокомбината, перебирав ногами, почти скатывалась колобком по пандусу, что находился за его тронным пьедесталом.

«Вот же ублюдок», – промелькнула яростная мысль. Сваливая, эта туша пристрелила одну из пленниц, что были прикованы рядом с троном. Я даже было вскинул винтовку, чтобы расстрелять его, но обратил внимание на более шустрых посетителей. Группа в полтора десятка человек, поспешно миновав внутренний двор, направлялась к тем дверям, что вели в зал, следовательно, данные посетители гораздо актуальней жирдяя, тому все равно далеко не убежать.

Под несколькими перекрытиями тоже происходило что-то странное, что привлекло моё внимание. Когда я сосредоточился, тут же выматерился про себя. Суматоху снизу вызвало появление моей напарницы, которая стремительной пулей металась от одного к другому, которых я наблюдал также отчетливо, как и тех, кто сейчас сгрудился за дверью. Дожидаться, когда гости вломятся в зал, я не стал, вышел из состояния призрака, посмотрел на индикатор оставшегося боекомплекта в винтовке и, оценив, что в ней еще осталось около половины, принялся расстреливать пришлых через дверь и угол стены.

Легкий шелестящий звук винтовки померк за стрекотанием пчел, что с легкостью прошивали как двери, так и стены, и уже через секунду оттуда послышались крики боли. Призраком я огляделся ещё раз, убедившись, что вновь прибывшие вряд ли смогут что-то предпринять и заняты лишь попыткой выжить, двинулся вслед продолжавшему удаляться Снайку. Проследовав через весь зал по диагонали, я остановился, лишь раз проявившись возле оставшихся в живых девушек, глядя в их ошарашенные глаза, произнёс:

– Цепи я сейчас разорву, а вы забейтесь где-нибудь в угол, пока все не кончится. А лучше возьмите у кого-то из этих, – махнул в сторону трупов, что сгрудились у стола, – стволы и стреляйте в любого из подонков, если приблизятся.

Одна из девушек замотала головой и что-то начала говорить, но я не стал дожидаться, взяв со столика, что по-прежнему стоял у трона, металлический поднос, ушел в призрака и принялся обрезать цепь с его помощью через замещение. К тому моменту, как я закончил с освобождением рабынь, толстяк уже вышел через дверь на улицу, ту самую, что я видел с пирса и сейчас спускался по каменным ступенькам, что были выполнены под старину.

По всей видимости, планирует свалить на лодке, ну, да это не вариант, там же его и достану. Хотя стоп, а какой смысл его убивать, может, отдать местным на откуп? Не увидев атаковавших, проявился и, закинув винтовку нолдов в рюкзак, взял в руки свой старый и надежный автомат. В небольшом помещении, что располагалось сразу за дверью из зала, меня встретили двое, тут же высадив в меня по полному рожку, а перезарядиться я им не дал, автомат дважды лязгнул короткими очередями и смельчаки осели.

Сваливать Снайк планировал на яхте. Это стало очевидно, когда я увидел пару ребят, уже, правда, не настолько глупо одетых, как те, что были в зале, но все же в форме. Они скидывали швартовые тросы. Толстяк весьма шустро семенил своими толстыми конечностями в сторону трапа, не забывая по пути отдавать команды по рации, что сжимал в правой руке. Расстегнув карман на разгрузке, извлек оттуда гранату для подствольника, и уже через пару секунд корма яхты расцвела облаком осколков. Яхта хоть и была на вид деревянной, но я решил, что одного заряда может не хватить, и отправил второй, уже более прицельно, пробив левый борт почти у кромки воды.

Снайк, сделав еще пару шагов по инерции, даже не пригнувшись от осколков первого взрыва, отчетливо увидел, как второй заряд пробил борт, а вода хлынула внутрь. Смахнув запястьем пот, что начал капать в глаза, он оглянулся, увидев, что лодки еще есть, но все они располагались на другом причале, ведь он сам сделал своим властным распоряжением этот причал личным. «Властным», – промелькнуло в его голове, он мог все, и вот теперь этот пришлый ублюдок, которого он недооценил, полностью разрушил его мир.

Постояв, Снайк почувствовал, что его злость питает его силу, и если в первый раз это ничтожество выдержало, то сейчас ему придет конец. Как мог резко, он развернулся и скрестил пальцы, активировал свою суперспособность. Но тот, что разрушил его мир, по-прежнему прыгал через пролеты ступенек, продолжая приближаться. Снайк увидел, как несколько его подчинённых, что еще пытались что-то предпринять, начали хватать воздух ртом и через мгновенье осели, но чужак продолжал идти, игнорируя все его усилия.

Когда преследователь вышел на пирс, Снайк уже почти исчерпал свой резерв, но по-прежнему пытался задушить этого подонка, держась лишь на своей ярости. Остановился, лишь когда зеленоватый полупрозрачный человек навел на него огромный пистолет. Снайк осел, каждый вздох ему давался тяжело, а голова разразилась резкой болью. Никогда, до сегодняшнего дня он так долго не использовал свою способность, всегда минуты хватало, чтобы задушить любого, а этот урод продолжает жить даже после пятой.

Стоявший рядом пренебрежительно спросил: «Толстый, ты успокоился? Или тебе провентилировать мозг?». При этом в лоб уперся отвратительный огромный револьвер.

Глава 4

Ки сидела на пирсе, наблюдая за тем, как из лодок высаживались все новые и новые люди, она просто глядела в никуда, не фокусируя зрение на чем-то конкретном, а лишь пытаясь понять, почему Шустряк так сильно накричал на неё. Ей было совершенно понятна причина такого поведения, он ей раньше объяснял, что это злость. Она усвоила это понятие, но сейчас никак не могла его применить, будучи до сих пор уверена – его распоряжение о том, что она должна остаться на острове, было неэффективным. И так считала не только она, но и Грэй, а её помощь в уничтожении врагов не могла быть лишней. Подняв по очереди обе передние конечности, оглядела их и поняла, что придется долго отмывать покров, уж больно плохо в холодной воде удаляются биологические жидкости, а она в них успела изрядно испачкаться, ведь по большей части орудовала именно ножами.

Спрыгнув с пирса в воду, принялась оттираться, используя песок, здесь он имелся в отличие от того острова, где она обычно находится с Шустряком. Сзади несколько раз скрипнули доски настила, но Ки даже не подумала оборачиваться, уже давно почуяв, что к ней подошёл он.

– Ки, – начал Шустряк, – когда уже ты поймёшь, что эффективно – это не то же самое, что разумно. Тебя могли убить, даже случайно, – после небольшой паузы продолжил он, но тут же был перебит.

– А тебя?

– Ки, у тебя еще даже первый дар не раскрылся, а ты уже пытаешься меня защитить. Я, в отличие от тебя, тут прожил немало времени и бывал в тех местах, где тебя не спасет твоя скорость и твой интеллект, как бы ни эффективно ты поступала. Мой дар позволяет мне быть практически бессмертным, по крайней мере, в ситуациях, подобных этой.

– Ты учил, что убить можно любого, – сказала Ки, не поворачиваясь, продолжая оттирать руки.

– Да, и я не врал, но в данной ситуации у них практически не было шансов. Ты же сама видела, как работает мой дар смены пространств.

– Видела, – подтвердила она, – но ты сам говорил, что не можешь его использовать постоянно.

– Не могу, но еще есть призрак, и он тоже даёт неуязвимость.

– Дает, знаю, но все равно есть вероятность, что тебя могут убить.

– Есть, согласен, но ты сама уже не раз убеждалась, что у местных дары не развиты. Конечно, абсолютной защиты нет, и у них был шанс со мной разобраться, – Шустряк огляделся в поисках тех, кто мог слышать, несмотря на то, что говорили они на русском, после чего продолжил. – Они могли что-то предпринять, пока я был на лодке, с водой имеются проблемы, но с того момента, как вышел на берег, мне ничего не угрожало.

– А мне? – спросила она, и Шустряк услышал в её голосе нотки обиды, она вообще последнее время стала проявлять эмоции, неярко, понемногу, но начала, что не могло его не радовать, хотя обиду он слышал в первый раз.

– А тебе угрожала, и не спорь, – он прервал её попытку возразить, – я тебе уже много раз объяснял понятие «случайность», и что такое шальная пуля.

– Я могу просчитать траекторию выстрела по звуку, по направлению ствола, и с высокой долей вероятности увернуться.

– Ки, забудь ты про свои способности, пойми, что смысла рисковать для тебя не было.

– К тому моменту, как начали стрелять, я уже наверху почти всех убила и спустилась вниз, – парировала она.

– А вдруг бы они не стали открывать огонь? – тут же возразил он.

– Вероятность такого была не больше двадцати процентов.

– Ух ты, как заговорила, – с удивлением хмыкнул он, – я погляжу, общение с другими людьми тебе идет на пользу.

– А что не так? Вроде фраза построена правильно?

– Правильно, но раньше ты не выражалась в процентах.

– Глупая мера коэффициентов, но у вас это в ходу, и я решила использовать такую меру оценки вероятности.

– Умная, – ухмыльнулся он, – заканчивай давай, на вот, держи мыло, – при этом кинул ей кусок мыла в бумажной упаковке, которое успел достать из рюкзака во время разговора.

– О чем разговор? – поинтересовался подошедший вместе с Беркутом Маршал.

– Да вот, пытаюсь объяснить Ки, что не всегда расчетная вероятность срабатывает.

– Хм, а может, поведаешь, что тут за парад был? – Маршал при этом неопределенно указал в сторону, где стояли разодетые в парадные прикиды солдаты.

– Не вопрос.

Маршал, как и все, прибыл сюда после того, как по рации вызвали ожидавших на берегу. Ки сюда доплыла своим ходом, заодно раскрыв еще одну из своих способностей. Как выяснилось, ей ничего не стоило провести под водой почти четверть часа, а уж с плавательными способностями у неё дела обстояли еще лучше. Она заверила, что ее средняя скорость передвижения под водой в районе девяти километров в час, уж не знаю, способен ли кто в моём мире плавать так же, но вот лично я точно нет. А самое главное, что она опять об этом рассказывает, как об обыденности, вводя не только меня, но и всех слушающих в ступор, в поселении и так подтрунивают, что еще чуть-чуть, и я стану наездником боевого тигра.

Маршалу коротко изложил все произошедшее здесь, и его мнение соответствовало моему, он не знал о том, что местные обитатели замка любят наряжаться столь глупо, хотя и не исключил версию, что это было сделано в показных целях. Я, правда, не согласился, высказав своё мнение о том, что у Снайка явно имелись проблемы с головой, а уже после допроса смог убедиться в этом полностью. Помимо всякой высокопарной фигни, что нес жирдяй, который, кстати, попытался разок использовать свой вакуумный дар, я так его окрестил, за что и получил выстрел в руку, прежде чем поведал немало интересного.

Лично меня интересовали пулеметы, и я был немало удивлён, узнав, что их притащили с той же базы, что и все остальное оружие. Как выяснилось, иногда, а точнее, крайне редко, в ремонтном боксе стоит американский армейский внедорожник военного образца, так вот именно на нём и имеется пулемёт, просто они за много лет сумели скопить целых пять штук. Один стоял на берегу, а четыре – на верхних точках, для охраны подходов к замку, ленты и патроны оттуда же, благо, даже машинка для перезарядки лент в комплекте имелась.

          Выслушав еще пятнадцать минут всякого бреда, я оставил допрос на Маршала и предложил Ки прогуляться к заводским, посмотреть на того спасенного рейдера, тем более что он сегодня утром пришел в сознание и даже может говорить. Поинтересовавшийся вопросом о нашем направлении Беркут потерял интерес, лишь уведомил, что остается пока здесь, а нам лучше всего с собой взять девочку-знахарку, ту самую, что выкрал Снайк. Я отказался, обосновав тем, что толку от неё будет мало, а ей и без того сейчас будет чем заняться, если, конечно, Маршал не решит перебить всех оставшихся владельцев замка.

Вообще итоги побоища были не так внушительны, как у заварушки в лагере муров, правда, там мне повезло с минами, а здесь я работал напрямую. В основном зале уложил под тридцать человек, еще с десяток в тамбуре, что вел в зал из внутреннего двора, да мимоходом пяток, хотя точно не считал, стрелял во все, что стреляло в меня. Ки тоже отличилась, вырезав одним ножом патруль и охрану периметра, что располагалась на верхних этажах и стене замка. Там, как выяснилось, имеется возможность передвигаться по стене, прямо как в настоящем средневековом замке, чем и пользовалась местная охрана, а что – хорошо, высоко, есть где спрятаться, да и заведомо укреплённые пулеметные точки со всех сторон тоже аргумент.

После верха Ки умудрилась незамеченной спуститься вниз, приступив к зачистке местных катакомб, коих под замком имелось немало, даже я, осматривая, удивился их размеру и количеству. В итоге она сообщила, что упокоила почти три десятка, и еще с полсотни сдались сами, когда поняли, что замку пришла хана, но их уже выковыривал Маршал со своими бойцами. Там тоже не обошлось без трупов, причем с обеих сторон, не желавший, как он сам кричал, позорно проиграть, боец удачно выдал струю огня из баллона с газом. Отряд Маршала тогда как раз протискивался в узкий проход, вот и вышло так, что трое бойцов обгорели нехило, а один умер.

Это, собственно, и поставило точку в попытках поиска более или менее бескровного решения, впоследствии все коридоры закидывались гранатами, их хоть и было немного, но терять людей никто не хотел. А уже когда я вновь принялся за дело, оборонявшимся поплохело, и они логично решили, что умирать вот именно сейчас им не с руки, тем более им обещали, что отпустят тех, за кем зверств не водилось.

В общей сложности в замке имелось не больше пары сотен бойцов, и почти полторы сотни рабов, среди которых тоже были жертвы, а если бы не Ки, то, скорее всего, их бы всех перестреляли в их клетках. Беркут, кстати, предположил, что не все рабы – это рабы, поскольку у ублюдков имелось время переодеться и влиться в ряды ими же угнетенных и сейчас он планировал заняться именно выявлением таких оборотней.

До берега нас отвез один из северных, попутно забрав тех, кто уже ожидал переправы на остров, а нам выделили машину, да еще и с персональным шофёром, который знал кратчайшую дорогу до завода. Ки уже одела разгрузку, которую была вынуждена сбросить на берегу, и со своим обычным непоколебимым выражением наблюдала за местностью, изредка принюхиваясь к чему-то, что только одна она могла почуять.

Добрались мы быстро, не встретив по пути ни одной твари. Водитель пояснил, что этот маршрут постоянно чистится от неразвитых зараженных, а крупные сюда почти никогда не заходят, а сейчас, если явятся, есть чем их поприветствовать, намекнув на автомат, что лежал на пассажирском сиденье пикапа. На заводе нас встретил Вайт, что в принципе было ожидаемо, так как он почти не покидал территорию, и после короткого приветствия нас проводили к рейдеру. Миновали вход с массивной гермодверью, затем несколько коридоров и лестниц, по одной даже пришлось спускаться вертикально. Оказалось, что дальше, где был обычный спуск, проход был завален и расчищать его не стали, пользуясь железным люком, который, по-видимому, когда-то являлся запасным маршрутом.

Рейдер лежал в местном госпитале, по крайней мере, Вайт именно так назвал комнату, где в два ряда стояло восемь кроватей, занятыми из которых оказались лишь две. На одной, что была возле входа, лежал невзрачный мужик с загипсованной ногой, он неудачно упал в люк, аналогичный тому, через который спускались мы, и уже третий день тут отдыхает, а вот на второй был искомый мною рейдер.

– Привет, – поздоровался я с лежавшим огрызком человека, когда тот, ощутив наше присутствие, открыл глаза. Я заранее попросил Ки не показываться сразу, и она, сидя вне зоны его зрения, принюхивалась к его запаху.

– Вот же падла, – выругался он, шевельнув культей ноги, резко сморщившись.

– Русский, что ли? – спросил я, перейдя на родной язык с английского.

– Хохол, – сквозь стиснутые зубы прошипел он.

– Могу спек вколоть, сразу полегчает, – предложил я.

– Не, не надо, – тут же отказался он, – это ты, что ли, спек местным подогнал?

– Я.

– Ну, тогда понятно, – сказал он, при этом пристально оглядев меня.

– А что не так?

– Да нет, просто я, когда очнулся, увидел, что спек колют, удивился, у меня-то с собой его не было, у Финта был, но тот я еще в подвале весь потратил, а этот явно высшей пробы, у нас такой хрен достанешь.

– Грязный использовал, потому что Финт наркоман?

– Не, просто не каждый по десять горошин за куб готов отдавать, – пояснил он, а я впал в ступор, мне и раньше говорили, что он совсем не местный, но сейчас я в этом уверен, как никогда. Мало того, что он знает, что такое спек, так еще и горох горохом зовёт.

– У меня еще есть.

– Да тут у них тоже еще почти шприц остался, ты им вроде как два дал, чика, что у них тут за медика, пояснила, но мне все равно не нужно. Боль я могу и потерпеть, тем более что они мне обезболивающее колют, а переводить ради этого спек почти кощунство. Руки и ноги быстрее все равно не отрастут, – он при этом подергал культей руки.– Если дадут отлежаться в долг, то месяца через два, максимум через два с половиной поднимусь и отработаю.

– А что так долго? – удивился я.

– Было бы быстрее, если бы они мой рюкзак прихватили, там горох был, а так только на одной споровке долго будет все отрастать, даже если жратвы вдоволь будет.

– Не вопрос, – сказал я, начав доставать из переднего рюкзака пакет с горохом, – я им сейчас отсыплю, как и чего делать, уже рассказывал.

– Ты точно не местный, – уставившись на меня, задумчиво начал он, – я в толк не возьму, ты альтруист или тебе что-то от меня нужно?

– Угадал, ты далеко не первый, кто мне пеняет тем, что я страдаю альтруизмом, но это не такая уж и большая ценность, если сравнить с жизнью.

– Не такая, – подтвердил он, разглядывая пакет, из которого я достал десяток горошин, – может, ты еще и жемчуга отсыпешь? – сказал он и сморщился от очередного приступа боли.

– Одной могу угостить, у меня у самого десятка полтора осталось, а это на двоих, мне и моей напарнице, я давно больших тварей не потрошил.

– Ты странный, – как-то натужно пробормотал он почти себе под нос, – ты просто так можешь отдать жемчуг?

– Могу, – я достал пакет и извлек из него красный шарик, протянув ему к здоровой руке.

– Что я тебе буду за это должен?

– Ничего, – ответил я, опуская в его ладонь жемчужину, и он тут же её проглотил.

– Слушай, кто ты такой? – спросил он через пару минут.

– Прохожий.

– Это как?

– Шёл мимо, наткнулся на людей, пока нахожусь тут, помогаю, – ответил я, пребывая в замешательстве от столь странного вопроса.

– Откуда ты сюда пришёл?

– С востока.

– Там все такие, как ты, щедрые? – спросил он, ухмыльнувшись при этом.

– Нет, не все, но я не вижу в этом проблемы.

– Ты хочешь сказать, что в одну каску потрошишь красных? – как-то опомнившись, спросил рейдер.

– Красные, это самые большие, я правильно понял?

– Да, такая тварь половину легковушки откусить, не поморщившись, может.

– Если честно, я предпочитаю не вступать в прямые столкновения с такими развитыми тварями, у них иногда дары бывают такие, что иммунные завидуют, а уж про силу я вообще молчу, но, если приспичит, то можно. Главное, свиту вырезать, чтобы не мешались.

– Может у тя, помимо вертолёта, еще и танковый батальон неподалёку есть? – с наигранным удивлением спросил он.

– Откуда про вертолёт знаешь?

– Да местные немного поведали о тебе, еще утром, когда про спек спрашивал.

– Ясно, но разочарую тебя, вертолёт тот был не мой, меня на нём Беркут подбросил, а его я на базе, прилетевшей сюда, подобрал.

– Далеко отсюда? – воодушевившись, спросил он.

– Беркут говорил, что мы тысячи две пролетели, но это примерно.

– Два косаря на восток? – уже не наигранно, а искренне удивился он, – да это нереально тут – хотя бы сотку отмахать и столько тварей, что шагу не ступишь. Это как же ты узнал, сколько с твоих земель досель лететь?

– А я и не знал, так вышло, мои, как ты выразился, земли еще дальше.

– Насколько?

– Не знаю, не стремился замерять, но по прикидкам, до базы Беркута я тысяч шесть по Пеклу отмахал, может, больше, может, меньше…

– Да ну на хер, не может быть, – не дав договорить, прервал он, – ты кто такой, парень?

– Шустряк, – я тупо представился.

– Чип, – представился он в ответ, протянув целую руку, – но это ни хрена не объясняет, как ты в этом аду ходишь спокойно.

– Есть методы, – не стал вдаваться в подробности, – но это не столь интересно, а вот откуда ты тут взялся, уже интересней.

– Взялся, – он хмыкнул, – как и ты, пришёл на своих двоих, они еще тогда у меня были. – Начал рассказ Чип.

Рассказывал он много и весьма подробно, отвечая на все мои вопросы и, как мне показалось, ничего не скрывая. Если двигаться от того места, где его нашли, триста километров или около того на север, то можно выйти к черноте, но она там не сплошная, в ней имеются впадины. И если придерживаться правой кромки, то вскоре удастся выйти к мешку, так они называют внушительную территорию, которая находится внутри мертвых кластеров, имея похожую на тот самый мешок форму. Узкая горловина, не больше пары десятков километров, вскоре расширяется, переходя в весьма обширные территории с медленными кластерами и стабами, коих там имеется аж пять штук.

Точнее, там их больше, но только на пятерых обосновались местные жители, а два из тех стабов даже можно назвать цивильными. Еще два этнические, один из которых заняли китайцы, а другой мусульмане, их так и называют Китайский и Шариат. Последний из крупных, где есть постоянное поселение, называют Нагорным или Холмом, там хоть и не имеется особой сформировавшейся власти, но все же зайти можно. В Шариат же он заходить не рекомендовал, собственно, как и в Китай. Цивильные зовутся Пяток и Триозерье, последний вообще в самой глубине мешка, а вот Пяток почти в его середине, но оба они прижаты к западному краю черноты.

Есть еще стабы, но все мелкие, некоторые не больше пары сотен метров в поперечнике, там тоже иногда селятся, но, как правило, до первой крупной забредшей твари, так что там ловить нечего. Есть еще один большой стаб, но там живут внешники, они их называют серыми из-за цвета бронекостюмов, но из описания я с легкостью узнал старых знакомцев, правда, они от мешка живут довольно далеко и крайне редко доставляют проблемы, хоть и случается.

В самой горловине кластеры весьма быстрые, интервал перезагрузки от десяти до пятнадцати дней, а дальше, в глубине мешка, значительно медленнее, почти все крупные, с городской застройкой, поэтому еды и прочего хватает всем. С оружием тоже не беда, с легким, по крайней мере, есть кластер, куда прилетают военные склады с оружием на консервации, с русским оружием, на чем Чип сделал особый акцент. С базы той тащат все стрелковое, и даже по паре пулемётов иногда прилетает. Ближе к горловине имеется другой вкусный кластер с военной частью, там стрелковки мало, а вот тот же аналог легкой бронемашины пожалуйста, правда, все натовское и не очень много. Третье место, где можно смародерить, почти все это военная база китайцев, но она окружена быстрыми кластерами и находится вне мешка, да еще и внешники рядом, так что туда мало кто решается ходить, хоть и имеется весьма заманчивый ассортимент. И еще дальше, но уже к югу от входа в мешок, есть очень жирный склад федералов, войск специального назначения, куда, собственно, и шел Чип со своими подельниками, пока не нарвался на тварей.

Политическая, так сказать, обстановка им была обрисована кратко, но ёмко, не исламской веры – в Шариат не лезь, а то в рабы угодишь, у них там такое практикуется. Разрез глаз не узкий, к азиатам не лезь, те рабов не практикуют, но других не жалуют, и вообще, как и первые, претендуют на захват всего мешка, может быть, и захватили бы, вот только кластеры с оружием от них расположены далековато. Триозерье и Пяток, те под законом, правители разные, но живут вместе, благо, между ними одна военная база и находится, а меж самими не больше трех сотен километров по безопасной территории, если что, друг другу помощь быстро высылают. Связь у них тоже имеется, как точно организована, Чип вопросом не задавался, но в том, что есть, сомнений не имел, даже нечто похожее на телеграф имеется.

Холм, он тоже вроде как ничего, вот только там нет единого лидера или чего-то в этом роде, просто так убивать не будут, но если, как я, продемонстрировать жемчуг или мешок гороха, то прикопают по-тихому, и никто разбираться не будет. Население разное, возле Китайского кластера с ближайших сыпятся азиаты, вот они там и обосновались, с Шариатом все немного по-другому, там вокруг мусульмане не прилетают толпой, но их по другим кластерам достаточно, а уж они своих везде собирают. Все остальные из сборной солянки, кого только нет, от негра до немца, даже есть азиаты, не желающие уходить в свой кластер.

Вообще с азиатами вести дело еще можно, они торгуют, правда, все больше имеют запросы на покупку оружия, причем не легкого стрелкового, а чего-то помощнее гранатомёта. Промышляют добычей потрохов тварей в горловине, и если особенно не нарываться, то и они лезть не будут. С Шариатом все гораздо хуже, что там у них в стабе творится, вообще мало кто знает. Все, кто пытались попасть внутрь, либо в качестве рабов там остались, либо тварей собой накормили. Но, по слухам, рабство там цветёт и пахнет среди гаремов, ходят слухи, что они в налетах женщин воруют, но подтверждения особого нет, как и выживших. В общем, Шариат воюет со всеми, а все вяло с ним, вот и вся политика.

По мелким кластерам часто квартируют банды, тех в мешке хватает, причем так много, что очень часто с ними ведется реальная война на истребление, но рано или поздно это явление опять возрождается, как подснежник после зимы. Явление это объяснимо, поскольку почти все обитатели ходят охотиться в горловину, чтобы поднять потрохов, или на тамошней базе оружия прихватить на торг. Вот и выходит, что по пути небольшие группы весьма просто перехватить, а иногда, наглея, даже на колонны крупных стабов пытаются залезть.

После его рассказа и ответов на интересующие вопросы образовалась пауза, во время которой подошедшая девушка сделала очередную инъекцию рассказчику, благо, привыкания здесь нет, а я размышлял на тему возможности вывода туда местных.

– Шанс довести туда группу меньше десяти процентов, – видимо, поняв мои мысли, произнесла Ки.

– О, кто тут, – рейдер начал пытаться оглядеться, вращая головой, услышав невидимого собеседника, да еще и с столь странным голосом.

– Моя напарница.

– Где, не вижу, на кой прячется?

– Ки, покажись, только не резко, а то мало ли чего, вдруг убежит.

– Охренеть, – протянул рейдер, округлив глаза и оглядывая вставшую на задние лапы Ки сверху вниз. – Это еще что за животина?

– Я Ки, – проговорила она, представляясь, – и если вдруг вы не знали, то вы по вашей же классификации тоже животное, причем млекопитающее. Хоть вы себя и выделяете в отдельный вид, но по мне, так некоторые от обезьян недалеко ушли.

– Аха, – рейдер попытался заржать, но тут же съёжился и прошипел, – я уж точно животное – орангутанг, вот только вместо хвоста одна рука осталась.

– Шустряк, это была шутка?

– Угу, – подтвердил я, – ты же пошутила, и он тоже в ответ пошутил.

– Обучаешь киску? – прекратив морщиться, спросил он.

– Что-то вроде того, вот только учится она так быстро, что не уверен, кто кого скоро будет учить.

– Порадовал, нет, честно порадовал, я думал, что уже все в этом мире повидал, а сейчас, если была хотя бы еще одна конечность, глядишь, рванул бы с койки. – Он продолжал осматривать Ки, изредка задерживая взгляд то на пистолете, то на подсумках, а потом впился взглядом в её опущенные руки. – А это ведь не просто говорящая киска?

– Не просто,– подтвердил я.

– И разгрузка на ней не для того, чтобы тебе было проще…

– Не для того, но, может, ты напрямую спросишь, мне кажется, что у тебя имеются вопросы, причем для Ки?

– Лапу, нет, руку покажи. – Ки протянула левую руку, слегка растопырив пальцы. – Генетический эксперимент?

– Нет, инопланетянка, – весело ответила Ки.

– Не видел бы сам, хрен бы поверил.

– Можем на память сфоткаться, – предложила Ки.

– Подруга, это где ты такого набралась? – Удивился я.

– Читаю все подряд.

– Это же чисто русское выражение, а тебе, как я видел, по большей части немецкую литературу принесли.

– Есть такое, но среди них все же была книга на русском, точнее, две, совершенно бесполезные, но для тренировки я их тоже прочла.

– Кому расскажу, да даже с фоткой мне хрен поверят, – вторгся в нашу пикировку Чип.

– А если так, – Ки сделала что-то напоминавшее подмигивание и сменила окрас на классический тигриный, подождав, когда у смотревшего на нее, не отводя глаз, рейдера схлынет первый шок, снова сменила окрас, но уже под леопарда. – Ах да, еще у меня есть хвост, – выдала она, продемонстрировав его, и мы все невольно заржали, правда, рейдер почти сразу опять съежился от боли, но все равно улыбался от уха до уха.

Я решил не возвращаться пока в поселение Грэя, а пару дней пожить у заводских, нужды в этом особой не было, но лучше сразу задать Чипу вопрос, если надумаю, чем опять сюда тащиться. Так и вышло, все те три дня, что я провёл у местных, где нам выделили отдельное помещение для проживания, что по местным меркам считалось роскошью, я продолжал размышлять. Меня не столько интересовал вопрос похода к мешку из обитаемых кластеров в черноте, он не имел особого смысла, так как местных я все равно туда не доведу, сколько возможность раздобыть там знаний для местной знахарки. Расстояние вроде фигня, три сотни километров на той же машине можно за несколько часов преодолеть, вот только твари в тех местах такие, что сожрут вместе с машиной, о пешей прогулке речи вообще нет. А пристроить местных в столь удачном месте хотелось бы, хотя с какого перепуга я решил, что здесь неудачное место?

Хм, а ведь и вправду, еды тут для всех вдоволь, есть как минимум три места, где можно обосноваться, пускай не стабы, но все же. Твари развитые приходят редко, правда, если придут, то спасаться только бегством, точнее, вплавь, нечем тут отпор дать, это тебе не Бастион с Клином, где по два круга оборонительных сооружений с танковыми позициями. В общем, пока дальний поход нереализуем, и на этом точка, может, через год или два, когда местные, начав употреблять горох, разовьют дары, можно попробовать прорыв, но не сейчас, это точно.

Еще вызывает вопросы мой новый дар, в тот момент, когда я отпрыгивал от своего места за столом и активировал призрака, я увидел, что у меня активирован второй дар, помимо призрака. Это странно, поскольку даже информер в состоянии призрака не работает, я от удивления даже несколько раз его деактивировал и снова активировал, повторив это еще и не в призрачном состоянии, а эффекта никакого.

Вчера тоже пытался поиграть с ним, и опять не вижу каких бы то ни было изменений, я, конечно, уверен в том, что это не пустышка, так как уже имею такой, и новый кардинально по структуре от него отличается, а что за дар, понять не могу. Как же мне не хватает знахарского взгляда, они видят не только активацию и форму, но и содержание дара, даже если не знают его точного предназначения, могут хотя бы по его внутренней конструкции определить примерный функционал, а я нет. Теперь буду башку ломать, пока знахаря толкового не найду, вот, кстати, и повод как минимум сходить на разведку в мешок только ради этого, Чип говорил, что знахари у них имеются.

Маршала на острове сменил Флай, вернувшийся из дальней вылазки на крупный логистический склад, где пополнял запасы. О произошедшем он узнал через сутки, как раз тогда, когда связывался с базой благодаря одному из репитеров. Явившись, он быстро засвидетельствовал нам с Ки своё почтение, и, едва успев переодеться во все чистое, рванул к замку, еще один торопится на раздел вкусностей.

Маршал вернулся вечером, поведав весьма интересные новости. Как и предполагал Беркут, нашлись светлые головы, смекнувшие, что замку пришёл конец, и прикинувшие, что скрыться проще, мимикрировав под одного из рабов. Они наивно предполагали, что коль рабов содержали группами в разных местах, они не могут знать всех своих в лицо, а стоит сменить одежду да испачкаться, как их примут за своих.

Умников оказалось всего семеро, пятерых из которых просто отпустили вместе с теми, что были признаны невиновными в зверствах, а вот остальных, как и тех, что отобрали из сдавшихся, несмотря на все мольбы, расстреляли. В итоге большая часть выживших, лишенная оружия, была выслана на берег, хотя оружие изъяли не полностью, прибывшие с удовольствием меняли свои охотничьи стволы, приобретая себе взамен них автоматы. Особенно Маршал радовался приобретенным пулемётам, и вообще, по его словам, тамошний оружейный склад позволит весьма долгое время не задумываться об оружии.

Отпущенным поставили жесткое условие: жить на карьере, и ни о каких походах в эту сторону даже не подумывать, а иначе смерть. Этот кластер, хоть и был гораздо ближе к быстрым, но, из-за того, что имел вокруг кольцо воды, был практически безопасен, его раньше даже использовали на постоянной основе. В общем, как не раз в истории случалось, угнетатели поменялись местами с угнетёнными.

Главный же вопрос, который было необходимо решить быстро, был одновременно и прост и сложен, и мог вызвать еще одну ненужную здесь потасовку, кто будет командовать островом, и главное, кем его заселить, помимо бывших рабов. Тут-то я и понял, что именно от меня ждут то ли решения, то ли предложений на данную тему и поспешил откреститься. Я и в прошлой жизни не очень любил политику, в Бастионе к ней не притрагивался, хотя и не мог избежать полностью, а уж тут извольте пройти мимо.

На остров Грэя мы вернулись до него, нам сказали, что он еще минимум пять дней пробудет в замке, видимо, очень они там заняты распределением власти. Мы с Ки стали просто прохлаждаться, сделали несколько вылазок в быстрые кластеры, чтобы пополнить свои личные запасы, а на десятый еще раз сходили к заводским, чтобы навестить рейдера.

Ки изрядно похихикала, увидев, как у того начали проклевываться маленькие детские конечности, её такой жуткий диссонанс забавлял, а вот пациента, наоборот, радовал. Процесс отращивания конечностей мог бы идти и быстрей, но, увы, для этого нужен хороший знахарь, а его у местных не было вообще. Та самая освобожденная знахарка его тоже посещала, но её способностей, а главное, знаний едва хватает лишь на снятие боли и заращивание ран. Чип же сходил с ума от скуки, кляня всех местных за отсутствие бухла и борделя, мол, как только оформятся ступни и он сможет вставать на ноги, то сразу свалит из этой подземной монашеской обители. Кстати, мне он предложил пойти с ним, собственно, как и Ки, я не спешил соглашаться, поскольку с непроверенным человеком идти в быстрые кластеры, это лишь собою рисковать.

Вскоре все определилось, как я ни пытался уклониться, меня все равно затащили на совещание по замку, где практически хором предложили возглавить это поселение и были крайне удивлены моим отказом. Дело в том, что консенсус им удалось достигнуть только при условии, что замок отойдёт третьей стороне, причем дружественной и, естественно, выбор пал на меня. Но мне влезать в трясину руководства не хотелось совсем, поэтому я предпочел отказаться, при этом выдвинув встречное предложение.

Если нужен старший именно тут по месту, вон, пожалуйста, есть Беркут, он, конечно, не чиновник, но, по его словам, весьма долго работал с курсантами, а это чего-то да стоит. Но на этом не остановился, задав каверзный вопрос: «А зачем вам разделяться?», чем вызвал еще большую бурю обсуждений. Когда вся пена перебранок осела, они все же согласились, что можно попробовать жить в трёх местах, будучи одной единой коммуной, мне это слово не понравилось, но именно так выразился Беркут.

В общем, в итоге решили так: Грэй так и остаётся старшим на своём острове, Вайт – в катакомбах завода, а Беркут в Замке. Маршал будет отвечать за всеобщую безопасность, ну, а Флай, как ходил в кластеры, так и будет туда ходить, правда, теперь уже он будет водить не только свою группу, а создаст несколько. Такое решение хорошо восприняли все, на чем решили остановиться, правильность такого выбора покажет лишь время.

Я по мере своих сил помогал с обучением юных мародёров-рейдеров, мы уже перевели на английский мою брошюру и весьма спокойно печатали её на принтере, благо, в СТИКСе с этими устройствами и бумагой проблем нет. Помимо чисто образовательной части я помогал и в практической. Уже через месяц моя группа, совершенно без какой-либо помощи, приманила и удачно завалила рубера, у которого в свите имелся целый кусач. Добыча вышла знатная, правда, обошлось без жемчуга, в руберах он, хоть и попадается, но, увы, крайне редко.

          Первый жемчуг заработал Флай, его группа, как и та, которой руководил я, устраивала засаду с пулемётами, но в этот раз к ним наведался элитник, и их великое счастье, что тот был молодым. Группа, что занималась приманиванием, не смогла понять, что виденная ими тварь уже перешагнула на следующий шаг эволюции, вследствие чего из пятнадцати охотников, которых вел Флай, жизнью расплатились пятеро. Если бы не узкое место, где тварь закидали гранатами и с двух сторон накрыли пулемётами, скорее всего, полегли бы все. А так молодой элитник, что преследовал добычу, схватил пару гранат, получил дезориентацию, и уже потом его накрыли шквальным огнём, впрочем, кроме пулемётов, других шансов и не было.

          Узнав о происшествии, я выдвинулся к месту разборок, благо, к мертвой туше никто из тварей так и не решился подойти. В том, что это был элитник, сомнений нет, защитный покров не успел набрать полную силу, хотя уже покрывал все тело, и лишь это их спасло. Они в два ствола почти отрезали твари лапы, перебив их в суставах, недаром я им вбивал это в голову, как единственный шанс, вот эта тактика их и спасла. Правда, и тварь в долгу не осталась, покалечив двоих и убив пятерых, пока кто-то, извернувшись, не прострелил споровый мешок, который уже был прикрыт защитным козырьком.

Единственная черная жемчужина далась дорого, обсудив все на совете старших, было принято решение больше так не рисковать, нужно сначала развить дары, а уж потом пытаться воевать с такими тварями. Я лишь усмехнулся, слушая их выводы, и рассказал о том, какими они все-таки могут вырасти, так что даже танк для матёрой твари совершенно не аргумент. Также была поднята и другая тема, в оке Пекла было уже аж целых два знахаря, от которых толку ровно столько же, сколько от бутылки с йодом, а мои рассказы о настоящих возможностях обладателей такого дара всем будоражили мозг.

– Привет, Чип, – поздоровался я с рейдером, который из обрубка потихоньку превращался обратно в человека, правда, его смешные отростки ног и руки пока не были полной заменой, но уже позволяли ему передвигаться без посторонней помощи.

– Привет, Шустряк, зачем пожаловал?

– Да вот проблемка тут у местных нарисовалась серьёзная.

– Это какая? – спросил он, забавно перебирая короткими ножками.

– Тут имеется два обладателя дара знахарства, но ты сам видел, на что они способны.

– Видел, – хмыкнув, подтвердил он.

– Вот и я о том, но меня больше интересует, как много у вас в мешке знахарей?

– Достаточно, причем иногда не по одному на стаб, уж очень их берегут и, кроме как для профилактики, они те стабы не покидают.

Общаясь с Чипом, я выяснил, что жители мешка ничуть не меньше знают о СТИКСе, чем жители мест, откуда прибыл я. Меня данный факт изрядно удивлял, наведя на два предположения. Либо раньше каким-то образом поддерживалась связь между востоком и западом, что сейчас звучит нереально, либо есть кто-то вроде меня, способный пересекать столь опасные регионы. Причем ко второму предположению я склонялся больше, но аргументов в пользу хотя бы одной из версий в рассказах рейдера я не нашёл. Чип вообще сказал, что все, что он знает, у них знают все, и тех свежаков, что подобрали на кластерах, целенаправленно обучают местным премудростям.

– Видишь ли, в чем засада, чтобы обучить знахаря, нужен другой знахарь.

– Ага, слышал такое, – согласился он и тут же, уставившись на меня, добавил, – ты че, удумал из мешка сюда знахаря припереть? Я тебя разочарую, тебе без боя его не забрать, да и довести вряд ли сможешь. Знахарь, конечно, может быть весьма сильным, сцепился я как-то из-за одной симпатичной жопки с одним из их братии, отхватил по самые помидоры. Но разборка – это одно, а кластеры с тварями – другое.

– Не спорю, и с боем добывать знахаря тоже желания нет.

– Ну-ну, мне тут рассказали, как ты местный замок в одну каску зачистил.

– Не совсем в одну, да и как ты уже сам заметил, дары у местных совершенно не развиты.

– Ага, – он хохотнул, – я тут, когда показал свой кинетический щит, а потом еще, что и огнём плюнуть могу, так почти легендой себя почувствовал.

– Про это слышал, мне рассказывали, а чего еще умеешь?

– Не так много, как бы хотелось, кинетика – это мой первый дар, могу щит ставить, предметы швырять, он у меня хорош. С пламенем все похуже, попугать хватает, а вот о том, чтобы спалить дотла, речи уже не идёт, максимум три метра, и то не больше, чем на десять секунд, а откат почти полминуты. Но, если честно, даже он меня не раз выручал.

– Один человек, что помог мне выжить в этом мире в самом начале, говорил так: «Бесполезного дара нет».

– Согласен, третий дар недавно получил, всего полгода тому назад, тоже пироманский, позволяет прикосновением предметы нагревать или охлаждать, прямо радость медвежатника.

– Кого? – удивился я.

– Да так зовут тех, кто сейфы вскрывает, могу рукой любой металл расплавить, или пальцем окно проплавить, в общем, весьма удобно. А когда в походе делаю лед для пацанов, – после этой фразы он на секунду замолчал и уже не так весело продолжил, – в общем, лед в жару тоже по кайфу было.

– Понимаю, вы, походу, были сбитой группой?

– Были, – уже совсем понуро ответил он, – но да, похую, я-то живой, – снова встрепенулся он. – Так если ты не собираешься нашего знахаря тащить, неужели хочешь одного из этих туда доставить?

– Ага, как же, ваши прокачанные знахари не бойцы с тварями, а эти недоросли, значит, бойцы?

– Не, я такого не говорил, – возразил он, – просто интересно, чего ты задумал, я бы с тобой пошёл, естественно, в один конец.

– Да ничего особенного, есть у меня знакомый знахарь один, и видал я у него книженции, что сами знахари рисуют, он, кстати, тоже постоянно этим занимался. Так он говорил, что благодаря такой вот книжке знахарь может сам кое-что освоить, хотя, конечно, без нормального обучения никак, но как говорится: «Что-то – лучше, чем ничего». Я, конечно, тех пустышей, что для острастки рабов в замке держали, посоветовал отдать местным знахарям на опыты, да и впоследствии отлавливать пустышей, но это полумера.

– Да, наши вроде тоже периодически просят себе зеленых, причем посвежее, есть смысл в твоих словах. Кстати, а помимо призрака у тебя какие дары?

– Извини, Чип, но я предпочитаю не распространяться об этом.

– Про кошечку свою тоже не скажешь?

– У Ки есть дар, и уже созрел, но, увы, я не знахарь, не знаю, что за дар и поэтому даже не могу подсказать, как бы она могла его использовать.

– А откуда ты знаешь, что есть, если ты не знахарь?

– Дар у меня такой, вот ты, например, про три рассказал, а о четвертом умолчал, – поддел я Чипа.

– Ясно, но, как ты понимаешь, я тоже не хочу всем обо всем рассказывать.

– Понимаю и поэтому промолчал, я тоже не горю желанием всем рассказывать о своих дарах, а то мало ли что.

– Мало ли что, – повторил Чип, – но и скрывать все подряд нет смысла, да и не получится.

Изначально я не хотел брать с собой Чипа, немало говна в своё время повидал от незнакомых рейдеров, желавших получить за мою голову баснословную выгоду, но по прошествии месяца общения пересмотрел своё решение. Конечно, доверять полностью не стал, но в его присутствии в группе при походе к мешку имелись и свои плюсы. К примеру, рейдер не ориентировался в ближайшей сотне километров, так как они сваливали от орды без оглядки, и всем было не до картографирования или примечания знаковых мест, но дальше, по словам Чипа, шла неплохо знакомая ему территория. Чип вообще оказался из группы, специализировавшейся на дальних рейдах, посещая обе им известные базы, что были возле мешка, особенно ту, что для нас сейчас была по пути. По его словам, именно там был самый цимус, на ней они брали оружие и боеприпасы, которых было не сыскать в самом мешке, для этого в их группе даже мул имелся, так они окрестили рейдера с даром изменения веса. Сразу вспомнился Жига из группы Глыбы, тот уверял, что с легкостью может переносить до полутонны веса, причем прошагать с ним весь световой день.

Вообще, в рассказах Чипа за все время не удалось найти хоть какую-нибудь нестыковку, и в итоге я пришел к выводу, что либо он искусный лжец, либо скрывать ему просто нечего. Он уже встал на ноги, но все равно попросил отодвинуть дату выхода на десять дней, обосновав свою просьбу тем, что хочет набить гороха, мало ли, пусть в местной больнице будет запас, чем, надо сказать, меня порадовал. По истечении срока ему удалось собрать почти сотню гороха, половину которой он хотел отдать мне, а остальное тем, кто его подобрал и выходил. Я отказался, потому что с горохом проблем не имелось, так что почти все им заработанное осело у местных. Несколько раз я вместе с Ки тайно наблюдал за его поведением в кластерах во время охоты и пришёл к выводу, что он и вправду весьма бывалый рейдер, знающий свои возможности и умеющий выживать в опасных кластерах.

За день до выхода мы проверили всю экипировку. Ки предпочла снайперскую винтовку, Чип же за отсутствием выбора взял стандартный автомат, что имелся уже почти у каждого местного. Он очень долго матерился и всячески ругал тот мир, из которого принесло это паршивое изделие, но идти с голыми руками все же не решился. Правда, мы заранее определились, что поскольку у него и Ки нет глушителей, они открывают огонь только в самом крайнем случае.

Стратегию передвижения мы отрабатывали в еще относительно безопасных местах. Если ветер дул в нашу сторону, то нос напарницы использовался как замена сенсов, хотя не всегда это получалось. Далее шла тихая зачистка с использованием моего автомата, благо, даже оптика имелась, я, кстати, не стал показывать Чипу винтовку нолдов и Ки запретил о ней говорить, сам же Чип интереса к моей амуниции не проявлял. После того, как очередной отрезок был зачищен, первым шел призраком я, а уже после меня остальные. Если ничего не мешало, то мы двигались весь световой день, не делая остановок на обед, а благодаря моему дару информера я всегда знал форму кластера, его размер и когда тот должен перезагрузиться.

– Слушай, Шустряк, – начал Чип в тот момент, когда я призадумался, шагнув на соседний кластер. – Ты можешь не отвечать, просто скажи, ты что, чувствуешь кластеры?

– Угу, – отмахнулся я, прикидывая, хватит ли нам девяти часов на то, чтобы миновать данный кластер, и не будет ли слишком опасно искать ночлег уже на закате солнца.

– Понятно, просто ты каждый раз, как за границу заступаешь, смотришь куда-то сквозь деревья или здания, будто что-то видишь, а потом четко говоришь, сколько и куда нужно идти.

– Так и есть, я вижу границы, размеры и знаю, когда кластер пойдет на перезагрузку, вот этому осталось примерно девять часов. Обычно часа за четыре до перезагрузки твари чувствуют собирающийся кисляк, и кластер начнет пустеть, но есть шанс, что конец пути будем преодолевать в тумане, да еще и потом по темноте ночлег искать.

– Так это же хорошо, когда все разбегутся, быстрее пройдем, помех не будет, – приободрился Чип, а Ки фыркнула.

– Так-то оно так, вот только потом нам навстречу ломанётся толпа тварей, что захотят посетить новую кормовую точку, и нам как минимум день, а лучше два, придется куковать в укромном месте. Сам понимаешь, потеря времени, вот я и думаю, может быть, его обойти.

– Реально?

– Да, Чип, реально, но тот крюк займет столько же времени, а может быть, и дольше, так что я в нерешительности.

– Ты вообще бесстрашно ходишь, мы с ребятами всегда по границам ходили, такие петли, бывало, вырисовывали, что просто караул. А с тобой уже который день почти напрямки идём и ничего.

– Я тоже так ходил, пока этот дар не проклюнулся, и бывало, что это спасало мою шкуру. Всегда ночевал вблизи границы с соседним кластером, чтобы успеть свалить, если вдруг перезагрузка начнётся.

– Если твари сейчас заняты отходом с данного кластера, то я могу вести быструю разведку, – предложила Ки.

– Пока нет, – возразил я, – когда уже появится туман, можно будет попробовать.

Еще раз взвесив все плюсы и минусы, я шагнул вперед, решив все же пройти кластер напрямик, не тратя время на обход. Туман начал собираться через четыре часа, он был пока едва заметен лишь в глубоких овражках или сточных жалобах, но уже виден невооруженным глазом. Наушник в ухе издал предупреждающую трель о слабом противнике, Ки как раз запрыгнула на высокий козырёк магазина и сейчас, когда я обратил на неё внимание, показывала куда-то в сторону небольшой площади, даже скорее сквера. Подойдя ближе, я вскинул автомат и разглядел в оптику двух пустышей. Эти ребята, видимо, слишком печальные и еще не приобрели инстинкта выживания, больше никак не объяснить то, что они не пытаются покинуть кластер. Еще до того, как мы стали замечать первые признаки кисляка, уже была видна явная миграция тварей, правда, от этого они не становились безопаснее, но все же больше предавались бегству, чем поиску еды.

Рация тренькнула сигналом запроса на ликвидацию, и я ответил сигналом подтверждения. Мне и так пришлось поиздержаться, я уже давно вскрыл предпоследний цинк с патронами, а пополнить боекомплект мне пока негде. Глушитель тоже был последний и давно просился на замену, вот только заменить было нечем. Я, конечно, в любой момент мог воспользоваться имевшейся в моём рюкзаке альтернативой, но по-прежнему не решался перед Чипом светить всеми козырными картами. Кстати, еще при подготовке к выходу он, разглядывая мой автомат и патрон к нему, заверил, что на той базе, которая будет у нас по пути, я смогу пополнить запас патронов как минимум. Автоматов, похожих на мой, он там не видел, а вот патрон такой там точно имеется.

Получившая сигнал Ки бесшумно скользнула вниз, попутно изменив свой окрас на зеленый. Толку от этого было немного, пустыши и так не отличаются хорошим зрением, но поскольку для неё такое было инстинктивным действием, она даже не задумывалась над этим. Чип в очередной раз заворожённо наблюдал за тем, как огромная кошка бесшумно подбирается к своей цели, я вообще заметил, что у него к ней очень сильный интерес, иногда даже нездоровый.

Ки, пробравшись к последним кустам, достала нож из нагрудного кармана, приготовилась к прыжку и исчезла, я аж остолбенел от такого и пришел в себя только когда услышал странный шум дальше, за следующими кустами возле здания, а пустыши на него навелись. Щёлкнул предохранитель, и два одиночных выстрела упокоили мелких тварей, я тут же активировал призрака и с удивлением обнаружил, что шумела именно Ки.

Быстро сориентировавшись, она покинула место, да и мы тоже укрылись, замерев в ожидании того, кто явится на случившийся шум, но, просидев примерно четверть часа, я отдал команду сниматься и продвигаться вперед.

– Ки, что это было? – поинтересовался я, когда она подошла, вынырнув из кустов.

– Шустряк, я не знаю, – посетовала она озадаченным голосом, – подкралась, взяла нож, приготовилась и вдруг, лежу в куче мусора, уткнувшись носом в стену здания. Отпрыгнула, что-то зацепила и сильно нашумела, а дальше все сам видел, ты их убил, я отступила и затаилась.

– Так и думал, поздравляю, ты первый раз использовала свой дар, и теперь я хотя бы знаю, какой он у тебя, но сейчас ты будешь идти тихо рядом и не пытаться повторить свой прыжок. Мы и так потратили слишком много времени, я думаю, никто из нас не желает глупо умереть, попав под перезагрузку.

Кластер покинули, будучи уже в густом почти непроглядном тумане, последние полчаса мы почти все время бежали, мне-то более или менее удобно, моргнул призраком и все видно, а вот Чип с десяток раз споткнулся и дважды изрядно приложился разными частями тела. Ки тоже никак не помогали ни её нос, ни зрение, и она также несколько раз втыкалась в препятствие, даже с учетом того, что я все время пытался предупредить их, озвучивая дорогу. Выйдя неожиданно из стены тумана, Чип выматерился, коротко изложив, где и при каких обстоятельствах он видел такие прогулки, Ки несколько раз чихнула, а я озвучил новые данные.

– Итак, я вас поздравляю, до перезагрузки оставалось где-то полчаса, но это не все. Этот кластер перезагрузится завтра вечером и, увы, мы его никак не успеем пройти, так что мы вынужденно тут застряли.

– И чего делать? – тут же сосредоточился Чип на полученной информации.

– Недалеко, когда мы уже бежали, я заметил высокое здание, оно метров четыреста обратно вглубь кластера, высота этажей двадцать точно, так что дожидаемся перезагрузки, возвращаемся и пережидаем набег тварей.

– Хрена себе у тебя план.

– Можешь предложить лучше?

– Чип, Шустряк знает, что говорит, мы уже так попадали, самое главное – сидеть тихо, – сказала Ки, продолжая отфыркиваться, её безумно раздражал запах кисляка, хотя и мне он тоже не особо нравился.

– Залечь и не отсвечивать, это вариант, а вдруг придёт крутая тварь?

– Придет обязательно, – поспешил я огорчить его, – и, поверь, придёт не одна, главное, как ты выразился, не отсвечивать, а вот если придёт тварь с сенсорными способностями, вот тогда да. Но тут тоже имеются варианты, тварь еще должна отличить нас от тонны пустышей, что уже через несколько часов останутся запертые по всем этажам здания, да и, как показывает практика, при наличии жратвы под ногами им нет резона лезть куда-то. Хотя я уже встречал очень нестандартных тварей и со всей ответственностью могу заверить, что хреновый исход тоже возможен.

– Я погляжу, ты оптимист, – пробурчал Чип, у которого явно ушло настроение.

Мы даже не стали далеко отходить от границы кластера, дожидаясь перезагрузки, не сходя с места. Вскоре схлынувшая стена белого кисляка ознаменовалась уже привычным фырканьем Ки, тихой руганью Чипа, что в очередной раз умудрился запнуться об торчавший из земли металлический прут, и мы шагнули в истлевающую молочную мглу.

К зданию, что я приметил, мы подошли, когда видимость уже значительно прояснилась, и еще на подходе стало понятно, что примеченное мною высокое сооружение являлось бизнес-центром, по крайней мере, на нем так было написано. Первый этаж почти весь был отдан на откуп супермаркету и банку, второй нас интересовал мало, а вот в сторону первого все направили взгляд. За огромными стеклянными витринами работали редкие лампы, по всей видимости, аварийное освещение, людей внутри не наблюдалось, собственно, так же, как и на улице, кластер прилетел в СТИКС по своему ночному времени.

– В магазин бы попасть, – первым начал Чип, – можно свежим разжиться.

– Согласен, – поддержал его я. – Вот только как бы попасть внутрь без шума, со мной-то никаких проблем, а вот с вами…

– Стекло плавить не вариант, трескается и осыпается, я уже пробовал, а вот с дверьми совладаю на раз, только не через центральный вход нужно заходить, как пить дать, охрана имеется.

– Согласен. Ки, дай кружок, погляди, где двери есть, – обратился я к спутнице, стоявшей рядом.

Ки, ничего не ответив, сменила окрас на черный, сделав всего два шага, и стремительной пулей удалилась в сторону узкого прохода между бизнес-центром и соседним зданием. Чип пихнул меня аккуратно локтем, заставив отвлечься от удаляющейся Ки, обращая внимание на свет фонарика, который стал шарить по потолку где-то в глубине помещений. Я воткнул наушник рации, включил её и потянул Чипа подальше от витрин.

– Шустряк, тут имеются гаражные ворота, – раздался голос Ки, – с торца, ближе к той стороне, куда ушла я.

– Чип, гаражные ворота вскроешь?

– Не вопрос, где?

С воротами Чип покончил быстро, просто прорезав их пальцем, металл был тонким, практически сразу остывая, и вообще не вызвал никаких проблем для его дара. Внутрь мы скользнули, включив фонари, причем на самую минимальную мощность. Я, как обычно, осуществлял разведку, будучи тут единственным аналогом сенса, а Чип продолжал прорубать путь, по другому его действия язык не поворачивался называть, правда, по его собственному признанию, долго он так не продержится.

Долго и не пришлось, мы миновали несколько служебных помещений, при этом Чип вскрыл всего четыре двери, некоторые вообще были незапертыми, а уж в самом торговом центре двери и вовсе были без замков, выполняя скорее роль разделителей зон, чем препятствий для движения. Быстро сориентировавшись, мы наведались в магазин, изрядно затарившись в продуктовом отделе. Сама собой возникла идея не просто пожарить мяса, а пожарить вкусно, и в итоге даже Ки пришлось нести пару пакетов, что выглядело слегка комично.

На нашу удачу, в отделении для пикников мы нашли несколько переносных холодильников, к ним аккумуляторы холода в ларе по соседству, чему обрадовался даже я. По лестнице вверх мы шли весьма тяжело гружеными, нам тут предстояло просидеть не меньше двух суток, а то и больше, и почему-то все решили провести их в комфорте. Я раньше и сам пользовался такими оказиями, но настолько масштабно в первый раз. Чип тот вообще так нагрузился пивом, что отстал от нас на половину лестничного пролёта, но ношу бросать даже не думал.

Охранников я замечал своим даром, вот только те не отходили далеко от входа, что вел в банк. По всей видимости, у них там была сторожка, а шарахаться просто так по ночным помещениям они, наверно, считали бесполезным. Мы, правда, тоже не шумели, чтобы не провоцировать их и тех, кого я замечал на этажах. К моему удивлению, в здании также имелись люди, немного, но они были. На верхний этаж мы смогли добраться незамеченными, на что и делался основной расчет, вот только сейчас перед приходом тварей не хватало еще и конфликт с аборигенами получить.

Последние этажи почти все были разделены на отдельные помещения, где имелась уйма разных контор. Последний этаж я осмотрел, особенно тщательно пройдя большую его часть призраком, заодно выбирая место для ночлега. Остановился на офисе, что специализировался на продаже матрасов, там, помимо образцов, имелось пять кроватей, видимо, для наглядной натурной демонстрации. Наличие кулера с полной бутылкой воды тоже хорошо, хотя и по остальным помещениям они встречались весьма часто.

К тому моменту, когда мы обустроились на нашем новом месте, за окном уже началось движение, тварей еще не было, а вот ошарашенные люди уже имелись. Ну да, тут нельзя остаться равнодушным, когда на офисных часах два ночи, а тут на тебе, солнце над горизонтом, любой от такого в ступор впадёт. Разгрузившись, Чип налегке приступил к вскрытию дверей на технический этаж и уже через четверть часа вернулся, сказав, что проход на крышу он организовал, даже снес туда все необходимое, на что я предложил приступить к готовке. Голодать нам не приходилось, с едой в быстрых кластерах проблем нет, даже хлебом и булками удается разжиться, если те в пакеты упакованы, а вот с горячим стейком или холодным пивом дела обстоят уже значительно хуже.

Чип распаковал странное подобие мангала, высыпал угли и приступил к исполнению роли истопника, я же, в свою очередь, посетовав на то, что выйдет не промаринованным, начал резать мясо на куски. Неугомонный Чип даже выволок на крышу три кресла, объяснив, что уж если отдыхать, то как белые люди.

– Слушай, Шустряк, а почему именно крыша и самое высокое здание? – спросил Чип, насыпая себе еще мяса из общего тазика и обильно орошая его острым соусом.

– Ты про то, что твари сеансами бывают, знаешь?

– Естественно, вот только тогда логичнее прятаться по подвалам, метро вообще идеальный случай, если остатки такового в кластере имеются.

– Лучше, но это если только от сенсов, а от тех же вездесущих лотерейщиков нет.

– Поясни?

– Вспомни, ты хоть раз видел, чтобы просто так лотерейщики по домам шарились? Только именно что шел по улице и просто так – хлоп в окно с разгона через стекло?

– Именно так не видел, – дожевав очередной кусок, ответил он. – Но в подъезд или в окно какое морду суют и смотрят.

– Не смотрят, а нюхают, – поправила Ки.

– Точно, – поддержал я. – Просто так, с шумом и без оглядки ломиться могут пустыши, бегуны в худшем случае, а вот лотерейщик или тварь постарше не будет.

– Согласен, желтые гораздо умнее, – перевел Чип в понятную для него формулировку.

– Вот и я о том, подвал, конечно, хорошо, вот только если в подвале шашлык замутить, как мы сейчас, то в него все твари полезут, еду они ой, как чуют.

– Так их пока нет, через полчасика уже, наверно, начнут по-тихому подтягиваться

– Примерно так, – поддержал я, – вот только запах с крыши разнесется далеко, и в той заварушке, что начнется, его трудно будет различить, завтра, да и послезавтра также можно будет особенно не опасаться, хотя уже вот так мясо жарить не рискну, выберем комнату, закроемся наглухо и приготовим.

– Так, а что сенсы? – спросил Чип, с шипением вскрыв очередную банку пива.

– Ну, ты же в курсе, что сенс видит не все вокруг себя?

– Ага, как третий глаз работает, – подтвердил Чип.

– Вот именно, и нас он сможет увидеть, только задрав голову, а оно ему нужно, коли вся жратва под ногами?

– Логично, вот только все равно есть шанс.

– Есть, не спорю, но опять же случайная тварь следы не найдёт, просто так не полезет, а сенсов, по сути, среди тварей также, как и среди иммунных, немного, риск оправдан.

Я не стал рассказывать про свой дар и возможность быстрой эвакуации, незачем ему об этом знать, да и он прекратил меня расспрашивать, сосредоточившись на пиве с мясом. Мы были не так далеко от границы кластера, уже через полчаса после готовки заметили первые признаки того, что сюда пришли твари, а через час уже весь город подвергался набегу. Кластер умирал, как и те, что я видел раньше, иногда слышались одинокие выстрелы, в небо вздымались черные столбы пожаров, а пришедшие крупные твари громили все, что попадалось им на пути в поисках столь желанной добычи.

Вскоре нам все это надоело, затушив остатки тлевших углей, дабы избежать пожара, мы спустились вниз, в облюбованный нами офис. Ки быстро извлекла из моего рюкзака одну из прихваченных еще на днях книгу, тут же принявшись её читать, Чип воткнул в уши наушники и продолжил пить пиво, закусывая прихваченными снеками, а вот я решил потратить время на приведение в порядок своего оружия. Вскоре Чип, приговорив очередную банку, неожиданно обратился к Ки:

– Ки, а можно тебя осмотреть, пощупать?

– Зачем? – удивилась она, почему-то посмотрев на меня.

– Я до того, как попал сюда, был ветеринаром, мы часто работали не только с частниками, но и с цирком, что у нас в городе был. В общем, мне любопытно понять, кто ты.

– Валяй, – небрежно бросила Ки, отложив книгу в сторону, – чего делать-то надо?

– Ничего, – ответил Чип и с каким-то нездоровым взглядом двинулся к ней.

Осмотр он ей устроил тщательный, я даже в какой-то момент ожидал, что он ей в анус вставит градусник, который прячет где-то в рукаве, но все обошлось без крайностей. Ки не возражала, и никак не сопротивлялась, даже иногда поясняя ему что-то и отвечая на его вопросы. В завершение он поднял ее на руки, констатировав, что весит она примерно килограмм семьдесят или около того, даже порывался поискать в офисах весы, но мы его от этого отговорили. Наконец, закончив ощупывание от кончика хвоста до кончиков ушей, достал очередную банку пива и развалился в кресле.

– И? – вопросил я, намекая на своё желание получить подробности.

– Она точно не с Земли, – оторвавшись от банки, констатировал он.

– Я и не скрывала этого, тебе еще при первом знакомстве сказали об этом, – тут же отозвалась Ки.

– Не в этом дело, тут другое. Я видел, как большие животные становятся иммунными, правда, крупных кошачьих пока не доводилось встречать, но вот пса встречал. Он, конечно, не говорил, не стрелял из винтовки, да и на задних лапах не особо мог передвигаться, но с интеллектом у него все было в порядке, в том смысле, что он спокойно понимал человеческую речь, дары у него тоже были.

– Тоже встречал, – продержал его я, – правда, небольших животин, но в том, что они были иммунными, я уверен. Я так понимаю, ты решил, что Ки и есть такое животное.

– Поначалу да, никто точно не знает, до какой степени споры могут преобразовать тело носителя, может, и пальцы кошке отрастить позволят, гортань приспособить для воспроизведения речи, мало ли что.

– И теперь, как я понимаю, ты уверен в обратном?

– Да, Шустряк, уверен, причем почти на сто процентов.

– Пояснишь?

– Все просто, ты на неё посмотри, – при этих словах Ки как будто даже приосанилась. – Ничего не замечаешь?

– Ну, она мало похожа на тех кошачьих, что я видел. Я, конечно, не специалист по ним, но в детстве любил смотреть телевизор, если там про путешествие и природу что-то интересное показывали.

– Я как бы тоже не профессор в этом деле, но скажу так, по виду с расстояния она имеет сходство и очертания гепарда, это если пренебречь цветом шкуры, – он при этом запнулся на последнем слове. – Но при ближайшем рассмотрении сразу понятно, что это не так. Про передние конечности я вообще молчу, пальцев пять, но конструкция не такая, как у приматов, нет оттопыренного отдельного пальца, и все смотрят как бы в одном направлении.

– Есть такая беда, – посетовал я, – из-за этого у Ки имеются проблемы с пистолетами.

– Думаю, да, – подтвердил Чип, а Ки продемонстрировала растопыренные пальцы, и потом изобразила хват. – Но и тут все не так просто, когти у нее не похожи на кошачьи, скорее беличьи, вот только размер больше.

– Ага, белки-переростка, – подытожил я, вспомнив про вес, который навскидку озвучивал Чип.

– Еще та белочка, – съехидничала Ки, которой доводилось не только на картинках видеть этих зверьков, но ей как-то раз удалось ради интереса изловить живой экземпляр, она по-прежнему продолжала изучать все, что только ей попадалось на пути.

– Ладно, шут с этой особенностью, тут бы рентгеном посмотреть на кости, но что-то мне подсказывает, что ответа и там не будет. Задние лапы тоже не так просты, на первый взгляд кошачьи, но конструкция совершенно иная, я даже не знаю, с чем сравнить. Если кошку заставить встать на задние лапы, то она потеряет точку опоры, поскольку её стопа не предусмотрена для поддержания баланса тела в таком положении, а вот у Ки есть ступня. – Увидев мой вопросительный взгляд, он решил пояснить, – Да сам же видишь – пока она на четырех лапах ходит, то фактически использует только пальцы, а вставая во весь рост, опирается на ступню. Ну да это ладно, еще хоть как-то объяснимо, но вот все дальнейшее это просто швах. Хвост, он просто никак не вяжется с её телом, ибо на первый взгляд его отрезали от ирбиса.

– От кого, прости? – перебил я.

– Ирбис, снежный барс, снежный леопард и так далее, хвост больно толстый, но там это объясняется тем, что живут они в холодном климате и шерстяной покров по всему телу густой, а у неё нет. Покров там такой же, как и по всему её телу, сантиметра полтора, может меньше, и толщина хвоста получается крайне непропорциональной.

– Пропорциональна, – вставила Ки, – это вообще-то пятая конечность, и я могу ей управлять, – при этом она изобразила нечто напоминающее кренделек, используя свой хвост.

– Вот и я о том же, – продолжил Чип, – там мало того что полноценный нереально гибкий позвоночник, так еще и его конструкция точно не похожа ни на что виденное мною ранее. Даже без снимка мне ясно, что позвонки другие, и вообще, их общее количество, как в хвосте, так и в теле, значительно больше, чем у любого известного мне существа. А рот, ты видел? – спросил он, обращаясь ко мне.

– Улыбочка еще та, – съехидничал я.

– Ага – вот только зубы её только с виду похожи на обычные кошачьи, клыки еще ладно, куда ни шли, как и резцы, будем считать, что похоже, а вот уже премоляры нет.

– Что? – удивился я.

– Премоляры, это зубы такие, что у кошек сразу за клыками идут, у нее они хоть и похожи на кошачьи, но заточка и форма – все мимо, а моляры, последние зубы, у неё вообще не имеют ничего схожего с кошачьими, я бы сказал, что это нечто среднее между зубами примата и человеческими. – Он немного выждал, отглотнув очередную порцию пенного напитка, после чего продолжил. – Морда, нет, наверно, лицо, не знаю, как выразиться, тоже вроде и похожа, но вся конструкция другая, к тому же полное отсутствие сосков и пупка, да и ребра устроены по-другому. В общем, складывается такое ощущение, что кто-то создавал её, используя имевшиеся образцы фауны, как пример под определенные задачи, так, чтобы снаружи было похоже, а внутри функционал другой. Я больше чем уверен, что и с внутренними органами тоже будет все непросто.

– Угадал, причем дважды, – задорно подтвердила его выводы Ки, – так и есть, это тело создавалось так, чтобы быть похожим на определенный вид. Кошачьи были выбраны из-за повсеместного распространения, а цвет покрова, или как ты выразился, шкуры, можно менять мимикрией. Близкий контакт не входил в мои задачи, если бы я обнаружила разумный вид, то уже тогда бы подготовили тело, схожее с данным видом, и только после этого вступили в контакт. Мне же нужно было быстро передвигаться и заниматься разведкой, попутно собирая всевозможные данные.

– Земля без людей, – выдал Чип, при этом многозначительно выдохнув.

– Вашего вида там не было точно, но те, кого вы называете приматами, имелись, кстати, именно из-за них и была применена сложная конструкция гортани и голосовых связок, что мне позволило говорить.

– Я так понял из твоих слов, что твой разум пересадили в это тело? – продолжил расспросы Чип.

– Разум? Нет, весь мозг. Ты прав, что мы от вас отличаемся, причем очень сильно, еще у наших далеких предков имелся механизм, позволявший сбрасывать тело, отработавшее свой срок и выращивать новое с новыми органами, и этот процесс мог быть повторён не один раз.

– Бессмертие, каждый раз с новым телом? А как же старение мозга или у вас данной проблемы нет?

– Есть, точнее, была, – задумавшись, ответила Ки. – Мне трудно объяснить, поскольку в вашем, во всех ваших языках, что я уже успела изучить, нет терминов, с помощью которых я могла бы описать все процессы, ну, или я их еще не знаю. Но если коротко, то у вас при размножении, если брать высших существ, так или иначе появляется каждый раз новый организм, птица создаёт яйцо, из которого появляется новая птица с новым набором комбинаций в ДНК, другие мечут икру или рождают уже готового нового индивидуума. Насколько мне известно, на момент последней связи с кораблём другого типа размножения высших существ на той планете, где я была, не обнаружилось, в то же время у вас есть простейшие существа, которые размножаются так же, как и мы, методом деления.

– Что, – Чип подавился пивом и закашлялся, но вскоре продолжил, – как амебы?

– Это грубо, сравнить меня и одноклеточное, но если также грубо, то да. А если более детально, то по достижении определенного возраста и наличии желания можно разделиться, хотя это крайне грубое описание процесса.

– В смысле, просто захотел, и вот тебя два? – удивился уже я.

– Есть несколько вариантов, но и такой есть тоже, – Ки призадумалась, явно пытаясь подобрать слова или термины, вскоре продолжив. – У вас в ДНК всего две нити, и ими кодируется весь организм, причем любой, у нас тоже есть ДНК, но фактически их две, причем две независимых, одна текущая, а вторая наследственная, куда при желании интегрируются признаки другого экземпляра, и можно даже не одного. То есть у нашего базового вида имеется орган, который напоминает что-то среднее между маткой и яичками у приматов, позволяющий производить нечто схожее с вашей спермой и проводить процесс слияния генов. Вот только у вас это оплодотворение, а у нас просто формируется новый набор отдельных генов, кстати, орган этот можно по желанию опустошить, так сказать, отчистить его. Ну, а дальше, если производится, как ты выразился, деление, есть два варианта – использовать только свой набор или тот, что имеется в … органе размножения, – закончила она, запнувшись.

– Так, а рождение как? – явно заинтересовавшись подробностями и не удовлетворившись объёмом информации, спросил Чип.

– От специального отдела мозга отрастает ствол, на нём начинает формироваться новый мозг, затем начинает формироваться базовая оболочка, с органами поддержания жизнедеятельности, по завершению формируется запас питательных веществ и происходит разделение. Вы бы это назвали клонированием.

– Матка, прицепленная к мозгу, это, по меньшей мере, странно, – удивился Чип, да и я хмыкнул от удивления.

– Это очень топорное сравнение, и матка это совершенно не то определение, я не могу толком объяснить, хотите, зарисую все стадии и подробно объясню?

– Нет уж, уволь, но мне кажется, сначала выращивать мозг, а потом тело, звучит странно и как-то даже нелогично, – удивился я.

– А десять или все двадцать процентов своего единственного жизненного периода расти и обучаться – это логично? – возмутилась Ки.

– Поясни, – попросил Чип. Да и я был не против.

– Если верить тому, что я читаю, то после зачатия, женщина вынашивает плод девять месяцев, после чего еще примерно год родившийся плод совершенно не автономен, и даже дальше он, хоть и может питаться сам, но, увы, не сможет прокормиться и, насколько я понимаю, такой период протекает до семи лет. Но и это не всё, только по прошествии семи, иногда шести лет, вы начинаете обучать индивидуума и тратите порядка десяти лет, это только чтобы получить первую, самую низшую ступень образования. А потом еще несколько лет, чтобы получить другую ступень, и только тогда ваш индивид, потратив почти треть жизни, способен приносить пользу.

– А у вас? – заинтересовался уже я.

– Если не говорить о самодублировании, это когда по истечении, – она задумалась, явно пересчитывая цифры в уме, – примерно пятидесяти лет, когда устаревает мозг и первичные органы, ты себя дублируешь, то примерно через полгода уже развивается экземпляр с полностью рабочим сознанием.

– Хрена се, – удивленно выдал Чип, – то есть, ты хочешь сказать, что в вырастающий мозг передаются знания?

– Почти так, если ты себя дублируешь, то в какой-то момент в полностью сформированном новом мозгу начинается процесс переноса сознания. Наш мозг не намного оригинальнее вашего и имеет схожие принципы работы. Будем считать, что происходит процесс переноса нейронных связей, и, надо сказать, что он весьма неприятен, в этот период индивид практически бесполезен, имея проблемы со всеми функциями тела, включая двигательные, и, как правило, во время этого процесса из старого тела добываются все запасы веществ. После угасания мозга в старом теле происходит окончательное разделение, и новое тело начинает развиваться само, в итоге получается хоть и молодой организм, но вполне функциональный. Если же производится размножение, то в какой-то момент носитель начинает осознавать своё второе я, которое постепенно формируется, при этом они могут обмениваться информацией и общаться. Таким образом передаётся вся необходимая информация, и после разделения новый экземпляр не нуждается в обучении, мало того, уже сразу имеет тот же набор знаний, что и его породивший.

– Круто, нет, в натуре круто, я бы, конечно, не хотел лишиться детства, но вот иметь возможность не тратить время на школу, технарь и институт, коих у меня два за плечами, я бы хотел. – Подытожил Чип, – слушай, а как вы вообще выглядите?

– Я удивлен, что ты только сейчас задал этот вопрос, – вклинился я, – но отвечу, их предки были осьминожками…

– В смысле? – не понял Чип, наблюдая мою улыбку.

– Наш базовый вид и вправду был похож на ваших обитателей морей и океанов, но лишь отдаленно и внешностью, как я на гепарда. Дело в том, что наша планета совершенно непохожа на вашу, вы бы её назвали суперокеаном, или что-то в этом роде. Суша, конечно, имеется, но её клочки крайне малы. Если на вашей планете порядка тридцати процентов не покрыто водой, то на нашей родине чуть больше двух, и в основном это голые торчащие из воды скалы. У нас даже видов, живущих только на суше, не существует, им просто негде развиваться. Но и сам наш океан не похож на ваши, у вас имеются как глубокие, так и мелкие места, при этом, если усреднить, – она опять что-то посчитала и продолжила, – то средняя глубина около четырех километров, а излучение звезды не опускается глубже одного, имеются, конечно, мели и всякие впадины, но в среднем это так. На моей родной планете средняя глубина всего семь сотен метров, а самое глубокое место всего четыре километра, впрочем, впадины тоже имеются, но их меньше, и рельеф гораздо ровнее, чем на вашей планете, у нас совершенно другие тектонические процессы. Все это в совокупности с нашей звездой, которая гораздо злее, чем ваша, и привело именно к развитию такой формы жизни, как наша, на текущий момент у нас уже давно идёт очередное вымирание.

– У нас тоже несколько раз все вымирало все и почти с нуля стартовало, – решил я подбодрить Ки, как мне показалось, ей после последней фразы стало грустно.

– Знаю, я изучала материалы по этой планете, но все разы, что случались, у вас не были виной вашей звезды, а точнее, её излучения, – начала рассказ Ки.

Свою планету Ки назвала непроизносимым названием, по крайней мере, я и Чип, по нескольку раз сломав себе язык, бросили пытаться повторить, она была пятой от их звезды, а вообще у них имелось тринадцать планет. Причём, что самое интересное, одна из планет, похожая на наш Юпитер, по крайней мере, по составу, у них имелась не на окраине звезды, а занимала вторую позицию от неё, сама же звезда имеет другой спектр свечения, размеры и, как я понял, яркость. На поверхности их планеты жить можно, но не очень, а вот под метровой толщей воды уже хорошо, у них вообще по всему океану почти единая комфортная температура, если мелей и впадин не считать. Необитаемые зоны – это лишь две небольшие ледяные шапки на полюсах, которые постоянно крошатся и отправляются в дрейф по бескрайним водным просторам планеты.

Свою цивилизацию они называют последней, это связано с тем, что до них было не одно почти полное вымирание, каждое сильнее и продолжительнее предыдущего. Если у нас в результате глобальных катаклизмов вымирали неразумные виды, как считают наши археологи, то у них были явные доказательства обратного. По крайней мере, имелись свидетельства о трех, а общее количество, так сказать, перезапусков жизни насчитывает с десяток таковых.

Когда их последняя цивилизация достигла приемлемого уровня развития, они смогли выяснить и о регулярных катаклизмах, и об их особенностях. Виной всему был странный цикл жизни звезды, что согревала планету. Примерно каждые полмиллиарда лет происходит вспышка, не такая, как на привычном мне Солнце, а совершенно иного характера. Мало того, что светимость звезды значительно увеличивается, так еще и очень сильно меняется спектр её основного излучения, в итоге на планету обрушивается катастрофический удар излучения, приводящий к вымиранию практически всего живого.

Им повезло, по косвенным исследованиям слоёв донных осадков и тому, что образовывалось на редких клочках суши, удалось, мало того, что выяснить примерную периодичностью катаклизма, так еще и понять, что длительность вспышки с каждым разом становится длиннее. Когда эти данные были подтверждены многократно, появилось понимание неотвратимого будущего. Особой паники не было, так как фактически их цивилизация находилась в начале отрезка последней четверти, но этот факт не помешал в кратчайший момент изменить всю идеологию существования общества.

Практически вся планета начала работать над двумя вариантами выживания, первый из которых сводился к идее строительства подземных городов, на большой глубине, где помимо толщи воды еще и почва станет защитой. Второй же был связан со строительством космических кораблей, способных не просто покинуть пределы звездной системы, но и достигнуть соседней. Помимо двух основных ветвей существовали и другие, но они не находили должного отклика, а расточать ресурсы понапрасну было бессмысленно.

В итоге за период в четыре сотни лет их цивилизация смогла не только выйти в космос, но и приспособиться к нему. Благодаря развитой генной инженерии появилась возможность проектировать тело под конкретные задачи, а чуть позже и увеличивать возможности своего мозга, правда, только в каждом новом поколении. Нельзя сказать, что все было так просто, особенно она упоминала о третьем «Ли» поколении, это как раз тот момент, когда решили совершить сразу большой скачок в увеличении производительности логической части мозга. Закончилось все очень плохо, почти все из них в итоге были уничтожены по всеобщему решению, либо сами сошли с ума, это если я правильно понял описанное Ки.

Потеря одного из трех уже готовых кораблей и нанесенный им ущерб в результате предпринятого тарана астероидного поля, где шла добыча материалов на строительство, вынудила запустить оставшиеся два корабля во внеурочное время. Позже были запущены еще три, а вот четвертый так и не был достроен, но благодаря его «Тсут», они смогли прикрыться одной из планет и очень точно зафиксировать первые стадии вспышек, благодаря чему все остальные корабли получили необходимые данные. Увы, но судя по этим данным, ясно, что тем, кто планировал скрыться под поверхностью, не выжить. Звезда произвела очередную стерилизацию планеты, и, поскольку эта активность длилась почти на треть дольше, чем предыдущая, прогнозы на возрождение жизни весьма скромные.

Сама Ки не застала тех событий, она уже родилась, если так можно было назвать сам процесс появления её на свет, в тот момент, когда корабль «Су» уже находился на орбите той альтернативной земли, с которой её сюда занесло. И насколько я понял, она была одна из тех, кто претендовал на пост то ли капитана этого корабля, то ли самой главной на нём, тут, как обычно, возникли проблемы перевода понятия «Тсут». Правда, сам корабль еще даже не был заложен, лишь что-то вроде верфи или завода для производства материалов, тут она тоже толком не смогла подобрать нужных слов.

Как я понял, их стратегия состоит в том, что они, перелетая к новой звезде, основывают там базу, если позволяют условия, строят корабли и отправляют к соседним звездам в надежде найти новый дом. Хотя тут же она пояснила, что вряд ли они уже когда-нибудь остановятся. Кстати, благодаря вопросу Чипа выяснилось, что наша планета была не первой среди имевших жизнь, до нашей попалась еще одна, но там при всем великом разнообразии растительности, имелись только насекомоподобные существа и некоторое количество существ, схожих с рыбами.

После еще одного заданного мною вопроса я начал верить в то, что у всей жизни есть общее начало, так как Ки подтвердила моё предположение про ДНК и РНК. Правда, она сказала, что, например, на их планете имелось несколько большее разнообразие типов клеток, но из-за того же ограничения в переводе, мы так и не смогли понять, что она имела в виду. Её рассказ прервался резко и неожиданно, она мягко, но быстро развернулась, нацелив оба уха в сторону открытой двери в общий коридор. За окном уже давно стемнело и вовсю доносились звуки умирающего кластера, поэтому, кроме заблудшей твари, других гостей ожидать не приходилось.

Я подхватил оружие, и, судя по тому, что Чип также изготовился, он вполне разделял мои опасения. Взяв автомат, я тут же моргнул призраком, ощупав своим даром почти все здание. Единственный, кто мог вызвать тревогу Ки, мною был обнаружен сразу же, полутора этажами ниже нас, как раз на той лестнице, которую мы использовали для подъёма наверх. Хм, а нормально у неё со слухом, подумал я, припомнив, что все входы и выходы на той лестнице имели тамбур с массивными противопожарными дверями, которые мы точно не оставляли открытыми. Ну, да ладно, Ки поражает уже не в первый и, видимо, не в последний раз, а вот поднимавшегося решил разглядеть поподробнее.

Я сразу понял, что по лестнице поднимается девочка, и даже было подумал, что какой-то иммунной повезло, но, вглядевшись в её сплетения, тут же понял, что это все-таки будущий пустыш. Не решив пока, что буду делать, обошел Ки, направившись в коридор. С одной стороны, я бы очень не хотел, чтобы она привлекла шумом сюда тварей, но еще больше не хотел, чтобы возле нас так близко появился свежий пустыш, вполне способный, унюхав присутствие человеческого запаха, заурчать. Пустыши тупые и, оказавшись там, где все пропахло людьми, вполне способны начать выводить свои гортанные рулады, привлекая таких же, как они сами, или более развитых тварей, а внимание нам сейчас вообще не требуется.

Пока размышлял, уже дошел до двери, что из тамбура вела на лестницу, и аккуратно её приоткрыл, скользнув на площадку. Ки вместе с Чипом последовали вслед за мной. Только выйдя на лестничный пролёт, я отчетливо услышал детские всхлипы и шарканье обуви о бетон. Вскоре показалась сама виновница шума, девушка, хотя скорее девочка лет семнадцати с заплаканным лицом и ярким рюкзаком в руках. Она не заметила нас сразу, поэтому, продолжая всхлипывать, поднималась по ступеням, а я, сделав жест своим, медленно пошел её навстречу.

Заметив меня, она замерла и начала медленно забиваться в угол, пришлось опустить автомат, прижав палец к губам, намекая на тишину. Девочка стояла, замерев на месте пару минут, при этом упираясь спиной в стену, а в меня пристальным взглядом, но, видимо, что-то поняла и заговорила на немецком. Из-за всхлипываний и слез, что становились у неё комком в горле, я и половины разобрать не мог, и, медленно подойдя, просто прижал к себе.

Прежде чем мы начали подниматься наверх, прошло не меньше пяти минут, а когда все же удалось уговорить её пойти со мной, пообещав, что там наверху безопасно, она чуть не закричала от ужаса, увидев стоящую в тамбуре Ки, благо, я успел зажать ей рот.

– Че, иммунная? – спросил Чип, на что я, уговаривая девочку не кричать, и уверяя в том, что не стоит бояться Ки, мотнул головой в отрицательном жесте. – А нахуя тогда? – спросил он, удивлённо подняв бровь над правым глазом.

– И что ты предлагаешь? – в ответ на его удивление спросил я, он лишь пожал плечами. – Ки, не вздумай говорить, не дай бог испугается, – попросил я и ненавязчиво начал пропихивать девочку внутрь.

Инцидент закончился удачно, и уже через десять минут я отпаивал найдёныша чаем. Она вроде как успокоилась и даже начала рассказывать о тех ужасах, что она натерпелась, когда её мама, которая здесь работала ночью, вдруг бросилась на Одуса, это вроде как уборщик, что по ночам убирал офис, где располагался их семейный бизнес. Мара, так звали девочку, убежала и спряталась, а когда с ума сошла еще и женщина, которая так же допоздна задержалась в соседнем офисе, при этом набросилась на нее, она смогла отбиться рюкзаком и убежать на пожарную лестницу. Девочка вообще много говорила, явно пребывая в ужасе, Ки слушала молча, а Чип демонстративно не проявлял никакого интереса, да и не мог, явно не зная немецкого.

Где-то через час Мара уснула на диване, положив голову мне на колени, и практически сразу, всхлипнув, издала тихий гортанный звук, от которого не только Ки подскочила, словно ошпаренная, но и Чип схватился за свой автомат. Дожидаться, когда новоиспеченный пустыш почувствует окружающих его людей и издаст призывное урчание, я дожидаться не стал, резким движением свернул шею, благо, голова все так же размещалась на моих коленях. Тело пару раз дернулось в конвульсиях, издав несколько сиплых хрипов, и затихло.

Встав, я взял на руки тело новоиспеченного пустыша и вышел из облюбованного нами офиса. Тело я унес на противоположную сторону здания, воспользовавшись имевшимся сквозным проходом через лифтовой холл. Уже возвращаясь обратно и почти подходя к двери, за которой расположились мы, замер от ошарашившей меня мысли.

Стоп, я только что призраком прошел через несколько дверей на полном автомате, не задумываясь, что у меня в руках лежит тело, а ведь раньше такое не проходило. Нет, с телом я, конечно, не пробовал, но как-то раз ещё в Бастионе Гала ради интереса предложила попробовать стать призраком вместе с ней на руках и весьма больно шлепнулась на пятую точку. У меня тут же появилось непреодолимое желание поэкспериментировать, а все мысли о только что умерщвлённой девочке вымело из головы одним махом, тем более что, явно почувствовав, что я не решаюсь войти, в проходе показалась настороженная Ки. Я даже сделал пару шагов в её сторону, начав открывать рот, как тут же осекся от прозвучавшего в голове набата голосом Косого: «Чем меньше знают подробностей о твоих дарах, тем больше шансов, что ты выживешь».

– Что случилось? – спросила Ки, явно заметив мои странные действия.

– Ничего, пошли, пора спать.

Нужды в распределении вахт не было, уже через час Чип похрапывал, развалившись на кожаном диване, а я продолжал баловаться, активируя свой новый дар и пытаясь хоть как-то ощутить изменения в себе, попутно обдумывая новый функционал своего призрака. Нужно выяснить, будет ли срабатывать замещение, как долго и далеко я смогу, к примеру, на руках пронести Ки, черт, целый вихрь мыслей в голове.

Проснулся я, как обычно, на рассвете, тут же озадачившись готовкой горячей еды, унес все необходимое в ранее присмотренный офис в конце коридора. Вскоре, подав звуковой сигнал на рацию Ки, пригласил всех к столу. Обсуждать произошедшее вчера никто не стремился, хотя в глазах Ки явно читался немой вопрос, но, по всей видимости, она решила, что я сам расскажу все, когда настанет время, а пока приняла все как есть.

Продолжить путь мы смогли только на третий день, твари никак не хотели рассасываться, циркулируя между нашим и свежим соседним кластером. А тут удачно началась перезагрузка кластера неподалеку, да еще и с шикарным светошумовым сопровождением, что не могло не привлечь внимание. Выходить решили утром, поскольку смысла еще раз ночевать на этом кластере я не видел.

– Твою мать, близнецы! – почти закричал Чип во время очередной разведки дроном.

– В смысле?

– Вон видишь, на горизонте два здания возвышаются?

– Угу, – подтвердил я, а Ки заглянула мне через руку в экран пульта с другой стороны.

– Вот это и есть ориентир, хрен пропустишь.

– А близнецы-то тут причем?

– Так их называли на моей земле, их террористы взорвали, направив в них самолеты, я тогда еще в школе учился, кадры их падения весь мир облетели.

– Ясно, это в какой стране так?

– США.

– Слышал про такую, на моей земле Америк две, другая реальность, – посетовал я.

– Неважно, зато я теперь точно знаю, куда надо идти, мы сильно на восток взяли, нужно их пройти западнее, если все будет ровно, то дней через пять будем на базе, про которую я говорил.

– Хорошо бы, – подытожил я, опуская дрона вниз.

Чип ошибся ненамного, к кластеру с его обещанной базой мы вышли к обеду шестого дня, в очередной раз не повезло с перезагрузкой и пришлось закладывать крюк. Кластер был небольшим обрубком города, в поперечнике едва ли семь километров максимум, да еще и границы такие, что создавалось ощущение, что его впихивали в имевшееся свободное место.

Миновав одну улицу, мы вышли к внушительному зданию, выкрашенному в желтый цвет. Чип, потерев ладони, констатировал, что мы пришли. Я удивлённо обвел взглядом строение и усомнился в том, что он прав, всего пять этажей, но зато очень высоких, с огромными окнами и архитектурой, которую все называли советской. Аналогичные здания мне встречались не раз, и обычно в них находились учебные заведения, я их вообще посещать начал только с появлением Ки, которая всеми правдами и неправдами искала научную литературу.

– Ты уверен? Больше смахивает на учебное заведение, – обратился я к Чипу.

– Уверен, поверь, я тут бывал не раз, – ответил он, переходя широкую улицу.

С металлической оградой он разобрался быстро, при этом пояснив, что через центральный вход идти смысла нет. Склад с этой стороны здания, и тут имеется неплохая возможность забраться через гараж. Вскоре, миновав просторный газон, мы вышли на небольшую парковку и к гаражам, что выдавались из здания. Ворота также быстро сдались, а в самом помещении нас встретила пятёрка медляков, о чем нас своевременно предупредил мой дар. Согласно пояснению Чипа, это ремонтные боксы, а кластер сюда прилетает всегда днём, он вообще пообещал, что по этажам будет немало закрытых пустышей, но их лучше не беспокоить, тем более что нам прямой путь в подвал.

Когда мы подошли к кластеру, мой информер сообщил, что кластеру до перезагрузки чуть более двух дней. Чип обрадовался, сообщив, что идеальнее времени для посещения не придумать. Вскоре на перезагрузку пойдет кластер неподалеку, причем ночью, и все крупные твари уйдут туда, а мы, если не будем тратить время попусту, успеем взять все, что хотим и безопасно пройти не меньше, чем три кластера.

Хранилище оказалось в подвале, куда, благодаря дару Чипа и тому, что он тут ориентировался, прошли меньше, чем за полчаса, правда, по пути прибрали с десяток пустышей и медляков, ну да это не в счёт. Оружия на складе было немало, высокие массивные стеллажи не меньше чем в полтора человеческих роста просто ломились от ящиков и амуниции, что не могло меня не радовать. Размеры склада также поражали, ладно еще база, где я Сарыча повстречал, там явно все изначально строилось под секретный бункер посреди города, стоп, а почему я так уверен, что это здание не такое же?

«М…да», – вслух посетовал я, в очередной раз помянув военных и всяческие спецвойска, ветви миров разные, а мысли и логика везде схожие. Склад располагался под всем зданием и был поделен на 4 секции, правда, одна из них нас совершенно не заинтересовала, там располагались мачты, антенны и прочее оборудование, предназначенное для радистов, а вот остальные три очень даже интересны.

Патроны к моему автомату тут нашлись в неограниченном количестве, правда, аналогов самому автомату не было, хотя имелись в большом количестве Калашниковы, но все какие-то обрубки, Чип их называл Ксюхами.

– В чем проблема? – поинтересовался Чип, видя моё задумчивое выражение лица и уже второй круг, что я нарезал по стеллажам с автоматами.

– Да я-то думал, что коли тут имеется мой калибр, так и автоматы, подобные моему, иметься должны.

– Не, я такого не говорил, твоя игрушка хоть и зовётся Калашниковым, да только я таких у нас вообще не видал, а я как бы на добыче оружия специализируюсь.

– То-то и оно, а ствол у моего уже столько отстрелял, что того гляди развалится, нарезы хреновые, даже на глаз видно.

– А че ты в свой уперся, – он при этом бросил рюкзак, который упаковывал, и повел меня к одному из стеллажей. – Вот смотри, это «Вал», хороший образец, рубера царапает, остальных на дистанции до трех сотен метров валит, глушитель офигительный, лучше любого, что ты на свой накрутишь, это еще и версия для спецуры, складной облегченный приклад, вон и оптика под него.

– Крепёж не как для моей, – посетовал я.

– Да и хрен, че ты в своё уперся, я же видел, у тебя четырехкратный прикручен, тут такой же, – он извлек из пластиковой коробки, которая стояла на отдельной полке, прицел, – ночники под него тоже есть, там дальше, – он махнул рукой, – если определишься, все покажу. Патрон тут, конечно, другой, не так распространён, как тот, что ты сейчас используешь, но тут их на пару грузовиков хватит, да и у нас в мешке это не особая проблема, хоть и дороговаты они.

– Хм, по весу вроде легче, – сравнив свой и тот, что всунул мне в руки Чип, озвучил результат я.

– Точно не помню, но вроде как с прицелом и фонарём меньше четырех выходит.

– А подствольник тут не предусмотрен?

– Отсутствует как класс, куда тут его крепить? – картинно удивился он.

– Не пойдет, – отказался я, откладывая оружие обратно на ящик.

– Да какой толк от подствольника, я вон с тобой уже сколько дней по кластерам лазил и, кроме как на чистке оружия, ты ему внимания не уделяешь.

– Ну, так мы и с тварями такими не сталкивались.

– Да не уверен я, что от твоих, как ты их там называл, не помню, гранат красному плохо станет.

– Смотря кому, руберу точно поплохеет, элитник тоже ощутит, если не матерый, но тут уже больше от случая зависит.

– В том-то и дело, что девяносто процентов ты шкеришься и мелочь отстреливаешь для зачистки маршрута.

– И что, – вскинулся я, – у меня стратегия такая, не вижу смысла влипать в лишние переделки.

– Да не ершись, у всех такая стратегия, кроме охотников, но те живут до первой развитой твари.

– И я о том же.

– Вот я и предлагаю взять мощный бесшумный ствол, решающий все насущные проблемы в кластере.

Я начал действительно призадумываться, ведь если мне потребуется пробитие серьёзной цели, то есть винтовка нолдов, но опять же незнакомое оружие, опять таскать и то и то?

– Я с Валом хожу и горя не знаю, короче твоего, легче, а подствольник… Мне кажется, в тот момент, когда ты им воспользуешься, уже все будет кончено.

– Зря ты так, уже имелись прецеденты.

– И много ли у тебя к нему гранат?

– Имеются, – я похлопал по кармашкам с тремя гранатами для подствольника, не посчитав нужным уточнять, что еще и в рюкзаке четыре есть.

– Ребята, а это что? – прервала нас Ки, указывая на отдельный стеллаж.

– А, там лежит то, чего у нас нет, – расплывчато прокомментировал Чип, введя тем самым её в ступор.

– Подробности будут? – не стушевалась Ки.

– Вот эти четыре стеллажа, это натовские образцы, вон дальше к ним патроны есть, то, на что указываешь ты конкретно, винтовка снайперская.

– Чип, я понимаю, что я вижу, ты про неё подробности знаешь?

– Хм, это «Mark Keyn», её еще называют помесью Barret и СВД.

– Это как, – удивился я, так как оба этих названия снайперских винтовок мне знакомы.

– Да я не то, чтобы фанат, но если вкратце, то калибр двенадцать и семь на девяносто девять миллиметров, как у того самого Barret, интегрированный глушитель, сам видишь, чем-то на Вал похож, а вот механика почти под копирку с нашей российской СВД слизана.

– А вообще? – успел перед Ки спросить я.

– Вообще охрененная вещь, вот только специфичная, весу с оптикой килограмм шестнадцать, да боекомплект на хорошую пострелушку, и все, хребет треснет сразу.

– Ну да, весу в ней значительно больше, – подтвердила Ки, уже сравнивая со своей. – А по пробитию как?

– Да охрененно, – всплеснув руками начал Чип, – фиолетовых прошибает всех на раз, красных, если не матерых, то тоже пробивает, а если в глаз или по суставу где-то, и крупняк достанет, разве что совсем огромная тварь.

– Ну да, имеются такие, что и танком хрен пробьёшь, – подтвердил я.

– Беру, – как-то радостно выдала Ки, вообще, видок у неё был, надо сказать, забавный. Стоит этакая кошка, смотрит на нас, в левой руке этот монстр, а в правой старая, и она, мол, беру, упаковывать не нужно.

– Ты хоть с весом разберись, инструмент для чистки собери, укомплектуйся и уже потом решай, про удобство рукояти вообще молчу, в общем, прежде, чем принимать решение, взвесь всё.

Ки, ничего не сказав, продолжила примеряться к монструозной винтовке, а я все же решил пока остаться при своём, лишь пополнив боекомплект. В том, что Чип таскал в стабы оружие, сомнения не было, он под завязку забил свой рюкзак, засунув в него несколько тех самых автоматов Вал, короткоствольных обрубков Вихря, а также глушители к ним. Про патроны он тоже не забыл, но, судя по объёму, только для своих нужд. Я, глядя на него, помимо взятого для себя прихватил шесть бесшумных автоматов, ограничившись лишь ими. Ки возилась дольше всех и, как она ни пыталась, ничего у неё не выходило, в итоге, явно опечаленная, она осталась при своей винтовке.

Ночевали все там же, уже с утра на рассвете выдвинулись в точном направлении к мешку, Чип сказал, что при везении минуют горловину через неделю, а если нет, то все равно не больше десяти дней, маршрут от этого места он знал досконально. Покинув здание, мы направились вниз, осуществляя короткие перебежки от здания к зданию, когда я вместо того, чтобы проводить очередную перебежку первым, застыл в изумлении. Улица, на которой находилось здание, где мы мародерили, разделяла трамвайная линия, с обеих сторон к коей примыкали асфальтированные дорожные полосы. А уже по обеим сторонам от автомобильной дороги имелись пешеходные тротуары, вдоль которых стояли рекламные щиты, явление мною виденное и ранее, но вот надпись на одном из них меня и повергла в ступор.

На фоне леса имелось изображение внушительного мишки и надпись «Я люблю Хабаровск», точнее, слово «люблю» отсутствовало, вместо него было изображено красное сердце, но смысл все равно прекрасно воспринимался.

– Ты что застыл? – спросил Чип, пытаясь понять, на что я так смотрю, – чувствуешь кого?

– Нет, не чувствую, на щит смотрю.

– И чего там? – удивлённо спросил он, так же уставившись на изображение.

– Насколько я понимаю, такую надпись не будут располагать не в Хабаровске, а следовательно, это мой родной город, – сделав паузу, добавил, – точнее не мой родной, а альтернативный.

– Хм, и что тут такого, – удивился он, – неужели не встречал раньше?

– Нет, хотя, если честно, поначалу хотел найти родной кластер, или хотя бы его альтернативу, но, увы, не выходило. Когда сквозь Пекло шел, уже оставил эту затею, а тут на тебе, нежданно-негаданно.

– Бывает, – подытожил он и принялся выглядывать тварей.

Помимо продвижения вперед, я начал заниматься с Ки, развивая её дар, оказавшийся мне известным. Увы, я не знахарь, чтобы помочь с его развитием, но в освоении толк я знал, что тоже немало. Результаты не заставили себя ждать, уже после третьего дня усердных истязаний мозга Ки в отношении логики, она все-таки смогла принять возможность телепортации с последующим исчезновением, что противоречило всему, что она знала. Удалось выяснить и про откат почти в три минуты, и о том, что после перемещения она может находиться в невидимости сколько угодно долго, если замереть. Правда, невидимость её не спасет от сенса, хотя это стоило бы проверить, но лично я вижу её без каких-либо проблем, если накрываю своим даром.

Чуть позже выяснилось и наличие ограничений, к примеру, она с легкостью могла переместиться хоть на полкилометра, если видела конечную точку маршрута, но вот попасть в комнату, где имелась закрытая дверь, через окно уже не могла. То есть её дар был не совсем телепортацией, а скорее неким ускоренным перемещением, да еще и срабатывающим не мгновенно. Ки сама это выяснила, поняв, что простой активации недостаточно, требуется для начала продумать весь маршрут, и только потом активация проходит успешно. Хотя с производительностью её мозга это и требовало всего лишь мгновенья, все равно его нужно было потратить, поэтому Ки беспрестанно тренировалась, чтобы добиться инстинктивной активации.

А при очередной тренировке выяснилась и очень странная необычность её дара. Ки всегда ходила так, чтобы не шуметь и не оставлять следы, наступить в грязь для неё было крайне нехарактерно, разве что не было другого пути. Осуществляя разведку очередного участка после зачистки предыдущего, я миновал его призраком, перейдя через небольшой ручей с илистыми берегами, после чего осмотрелся, подав команду подтягиваться остальным. Ки материализовалась почти сразу рядом с кирпичным забором богатого частного дома, а вот Чип, которому приходилось преодолевать все расстояние пешком, остановился перед ручьём в задумчивости.

Вначале я подумал, что он не хочет пачкать обувь, выбирая удобное место, но он начал призывно махать рукой, явно увидев что-то такое, что требовало моего внимания. Ки также заметила нехарактерную задержку и удивлённо посмотрела на меня. Ладно, поглядим, что там стряслось, решил я, направляясь к Чипу.

– Что тут? – спросил я его с другого берега ручья.

– Знакомо, – загадочно ответил он, махнув в сторону илистого куска берега, где виднелся очень странный комплект следов.

– Ки, твои? – удивлённо спросил я, обратившись к явно озадаченной напарнице.

– Мои, но я туда не наступала, – для пущей убедительности она продемонстрировала чистые передние конечности, да и задние были чистыми. А если верить тому, что я видел перед своими глазами, она как минимум на половину длины рук и ног уходила в ил, следы от пальцев на передних конечностях отчетливо отпечатались в грязи.

– А ну-ка, телепортируйся на тот берег, вот только подумай, что хочешь сделать это прыжком, – попросил я Ки, и уже через мгновенье она появилась рядом с Чипом. – А теперь обратно, но уже пешком, прямо по грязи, да шагами поменьше, – Ки взглянула на меня удивлённо, но уже через мгновенья проявилась рядом со мной, а на грязевой поверхности появились отчётливые следы, тут же начавшие заполняться грязной водой. Ки удивлённо посмотрела на свои руки, потом на меня. – Да, это твои, – подтвердил я и так очевидное, – дар твой вовсе не телепортация, по крайней мере, не так, как я её понимаю, но все равно хорош, просто учитывай тот факт, что следы ты оставляешь, и все.

– Ясно, – как обычно, коротко и лаконично ответила она после того, как Чип все же прыжком перебрался на другой берег.

За неделю уложиться не удалось, застряли прямо перед входом в горловину. Чип, конечно, предложил обойти перезагружавшийся кластер по черноте, но мы были вынуждены отказаться от данной идеи. Мало того, что реакция Ки на черноту была не хуже моей, с полной дезориентацией в пространстве, и если бы не Чип, то даже те пару метров, что она прошла до приступа, ей бы дались очень тяжко при возвращении, но и я отреагировал так же плохо. Действие черноты на Ки он воспринял спокойно, такое весьма часто бывает у свежаков, даже тех, кто прожил тут целый год, но вот моя реакция его искренне удивила, ведь я тут уже не год и даже не два. Те, кто в СТИКСе давно, хоть и чувствуют дискомфорт, но способны продержаться на мертвых кластерах далеко не один час, а меня же начало корёжить еще быстрее, чем Ки, именно поэтому пришлось задержаться. Чип пытался получить от меня хоть какие-то объяснения по данному вопросу, но, увы, кроме того, что это моя не первая попытка, закончившаяся тем, что меня доставали с черноты, ничем другим поделиться я не мог.

– Странно, никогда о таком не слышал, – продолжал допытываться Чип, – а знахарь что по этому поводу говорил?

– Ничего, – ответил я, – он тоже был удивлён тем, что чернота так и остаётся для меня непреодолимой преградой.

– Может, с другим попробовать порешать?

– С каким другим, – вскинулся я, – у меня знакомых трое, причем один из них весьма знаменит в наших краях, я бы даже сказал, легендарен, – не стал я уменьшать достоинства Жнеца.

– Странно…

– Согласен, – поддержал я, наблюдая, как пришедшая в себя Ки готовится к еще одной попытке захода на черноту.

– Пойду вытаскивать, – выдохнув, закончил разговор Чип, увидев, что Ки вновь направляется к черноте, возле которой мы устроили ночлег.

Ки так и не удалось хоть как-то адаптироваться к черноте, её неизменно начинало корежить примерно через десять секунд после того, как она полностью заступала на нее. Все точно так же, как и со мной, знать бы, в чем беда, хотя, если честно, лично я уже давно с этим смирился. А вот Ки, наблюдавшая, как Чип весьма вольготно ходит по черноте, еще долго не могла успокоиться, пытаясь от раза к разу пройтись по ней.

Кластер перезагрузился ночью, и Чип по-свойски повел нас через него, точнее, повез. Пройдя не более полукилометра, он вывел нас на парковку вблизи какого-то ночного заведения, где сразу обнаружил машину, у которой ключи торчали прямо в замке зажигания. Миновав кластер и проехав пару километров вглубь другого, мы покинули машину, принявшись спешно искать место для ночлега. На следующий день немного за полдень мы выдвинулись дальше, как оказалось, Чип прекрасно знал, что вслед за тем кластером, что мы прошли ночью, к утру перезагружается его сосед, и все твари, которые сбегались на этот, незамедлительно рванут туда, так что маршрут вдоль черноты будет практически чист.

          Грохот застал нас врасплох, кластер, по которому мы двигались, был весьма старым, да и твари уже пару часов все мигрировали в сторону перезагрузки, но шум, исходивший с того направления, куда двигались мы, создавали точно не люди. Найдя подходящее укрытие, я решил воспользоваться дроном, благо, до источника грохота по ощущениям и километра нет.

– Хрена се, – выдал Чип, наблюдая на экране пульта драку двух матерых тварей со свитами. – Замес так замес, – добавил он, – чет я не припомню, чтобы такие твари к нам захаживали.

– Замес не то слово, – переняв выражение, подтвердил я.

– Элитников два, руберов три, кусачей пять и еще десяток помельче, – беспристрастно произвела подсчёт Ки.

– Да и без того понятно, что полная жопа, – прокомментировал Чип и через мгновенье добавил, – сидим и не отсвечиваем.

– Согласен, – подтвердил я.

– Слушай, а записать можешь? – неожиданно вскинулся Чип

– Могу.

– Пиши, народ такое любит, можно продать, не бог весть за сколько, но все равно хлеб.

– Включил.

Дрона пришлось запускать еще раз, так как аккумуляторов хватало примерно на полчаса, и за это время бойня не закончилась. Правда, все те, кто рангом не дотягивал до кусачей, полегли уже через пару минут нашего наблюдения, действуя топорно и прямолинейно, кидаясь на любого, кто попадался у них на пути, даже не знаю, как они при этой свалке различали своих и чужих. А вот кусачи и руберы уже изображали зачатки стратегии и тактики, первые вообще неоднократно парами нападали на одного, но вскоре в наличии остался лишь один рубер, который незамедлительно кинулся на элитника и тут же был растерзан в клочья всего одним небрежным взмахом.

Обе же матерые твари, а начинающими назвать их язык не поворачивался, продолжали лупцевать друг друга так, что только куски биологической брони разлетались в разные стороны. Дары они тоже не брезговали использовать, причем у одного это был короткий телепорт, а у второго кинетический удар, да еще и такой мощности, что любой иммунный обзавидуется. Вот и получалось, что один швырял в другого все, что только возможно, в то время как тот либо уклонялся, либо телепортировался в другое место, правда, и сам не оставался при этом в долгу, зачастую швыряя в ответ предметы ничуть не хуже, чем оппонент.

Дальние атаки очень быстро сменялись противоборством на ближней дистанции, где особого преимущества одного из оппонентов заметить не удавалось, по крайней мере, на мой взгляд, оба выглядели одинаково побитыми. Драка могла продолжаться дальше, если бы не маневр, который предприняла одна из тварей. И тот и другой не гнушались использовать подручные предметы, в том числе и фонарные столбы, но, как правило, либо бросали их в противника, либо использовали как одноразовую дубину. Вот и в этот раз, срезав почти под корень взмахом лапы металлический уличный столб, тварь подхватила его, прыгнув на оппонента в замахе. Тот уже не раз отбивал такие выпады, вот и сейчас своим даром швырнул в летящего элитника останками какого-то легкового авто, но прыгавший вместо привычной попытки отбить снаряд телепортировался, оказавшись практически за спиной у оппонента.

Вторая тварь, явно не ожидавшая такого маневра, получила удар столбом немного выше задней лапы, как раз в то место, где зияло несколько дыр от вырванного биологического покрытия, а сам удар был нанесен на манер копья, глубоко ранив. Не сказать, что твари до этого бились молча, постоянно издавая множество горловых звуков, что даже до нас доносились без труда, но после такого удара все окрестности огласил ужасающий вой, аналогов которому даже мне слышать не доводилось. Проткнутая тварь ударила наотмашь, но её когти рассекли воздух, а с другой стороны проявившаяся тварь уже наносила сокрушительный удар в район головы.

          Пораженный противник еще некоторое время продолжал сопротивление и даже умудрился вытащить импровизированное копьё, но это лишь оттянуло неизбежное. Вскоре победитель продолжал рвать уже лежащее тело и лишь после того, как практически разорвал его надвое, остановился, отойдя в сторону, где тяжело сел рядом. Поверженный оппонент не проявлял признаков жизни, но и его убийца был нехило потрепан, явно нуждаясь в отдыхе, а вот в моей голове промелькнула просто шикарная мысль. Нет, я уверен, что не я один подумал о том, что поверженную тварь нужно будет распотрошить, но вот о том, что можно завалить ещё и второго, подумал точно лишь я.

– Эй, ты что, – возмутился Чип, когда я начал сажать дрона на небольшое здание рядом с перекрестком, где закончился бой, – зачем туда?

– Ждите здесь, – не став тратить время на объяснения, прошипел я, вручая пульт от дрона Ки.

По-хорошему, нужно было бы скинуть рюкзак для удобства и взять только винтовку нолдов, но я по-прежнему не хотел раскрывать все козыри перед Чипом. Метнувшись призраком через здание, уже через пару минут я наблюдал сидящую на асфальте победившую тварь, мой расчёт был верен, я вышел практически со спины. Не раздумывая, выхватил винтовку нолдов, включив, перевел в режим непрерывного огня и взял в прицел голову твари. Вслед за раздавшимся звуком разворошённого улья шершней тварь вскинулась и тут же резко опустилась, засучив всеми лапами. Подходя ближе, я продолжал расстреливать голову твари до тех пор, пока не высадил очередную партию в уже полностью конвульсирующее тело прямо со стороны морды. Поглядел на индикатор остатка боекомплекта и понял, что двух тварей такого размера завалить никак бы не вышло.

          Деактивировав винтовку, засунул обратно в рюкзак, после чего, достав из кармана разгрузки подствольную гранату, отошел и выпустил её в заднюю часть твари, с удовольствием пронаблюдав, как во все стороны полетели ошмётки брони и куски мяса, после чего зарядил следующую и прицельно направил заряд прямо в приоткрытую пасть. Морду так же изрядно разворотило, что тоже было оценено мною по достоинству. На первый взгляд, весьма глупый расход боекомплекта, коего и так не много, да и восполнить негде, но я преследовал две цели, коих мне удалось добиться.

Во-первых, мне бы никак не удалось объяснить мертвую тварь такого размера использованием лишь стрелкового оружия, да даже при наличии ручного пулемета это объяснение было бы смешным. Во-вторых, мне до сегодняшнего дня не доводилось проверить пробивную силу этих подствольных гранат на матерых тварях, а тут идеальные условия для испытания. Тварь хоть и была мертва, но еще с полчаса её защита остаётся активна, даже если умер мозг. Вот если разнести споровый мешок, то уже через пару минут даже пистолет начинает прошибать щитки на теле элитника, так что я убил двух зайцев одновременно.

– Подходите, будем потрошить, – открыто в рацию отрапортовал я о завершении вылазки.

– Че, добил вторую? – в ответ раздался удивленный голос Чипа.

– Нет, он от испуга сдох, – съязвил я и добавил, – Ки, помнишь, где дрона посадил, забери.

– Сделаю, – как всегда коротко и лаконично отозвалась она.

Ожидаемо Ки появилась первая, проявившись в двух метрах от развороченной морды твари, держа в руке дрона. Не останавливаясь ни на минуту, она отключила его, сняла аккумулятор и принялась складывать в походное положение. Чип подошел, когда я, забравшись на ту тварь, что умерла первой, уже вскрывал неподатливую луковицу, которая располагалась за массивным наростом брони, что совершенно не способствовало удобству ковырянию огромной чесночины. Ки, убрав дрона в коробку и упаковав заново мой рюкзак, без каких-либо просьб огляделась и направилась в одно из зданий, вскоре вернувшись с пакетом, и на глазах Чипа, что по-прежнему разглядывал массивное тело твари, вскочила ко мне.

Потрошение не заняло много времени. Чип, оторвавшись от созерцания поверженного монстра, резво забрался ему на горбушку, принявшись, как и я, ковыряться под наростом. К тому времени, как я закончил с потрошением первой и подошел к Чипу, он расковырял свою, я бросил ему пакет с потрохами моей твари, куда он так же выгреб всё из этой. Уже через пятнадцать минут мы закончили потрошить всех остальных и продолжили свой путь, отложив делёж потрохов на вечер.

Вечерний делёж трофеев привёл Чипа в неописуемый восторг. Мало того, что с элитников было добыто двенадцать жемчужин, пять из которых были красными, так еще по одной черной и красной вышло с руберов. Гороху вышла целая горсть, пересчитав, получили сто семьдесят восемь штук, а уж спораны решили делить просто на вес. Несмотря на то, что я фактически в одиночку завалил вторую тварь, разделили все на три части, разве что только Чип забрал весь плохой янтарь. Спек из него выходит никакой, и его все больше используют как местный наркотик, так что для меня и, соответственно, для Ки в нем толку нет, в то время как узелковый и чистый оранжевый янтарь охотно меняют на готовый качественный спек. В конце дележа Ки совершенно спокойно пододвинула ко мне свою часть, явно намекая на то, что делить со мной она ничего не собирается, так же, как и расходиться в разные стороны, а, следовательно, наши доли общие.

Через пару дней мы вышли к началу медленных кластеров, где и попрощались с Чипом. Он довольно точно объяснил, куда нам идти, даже нарисовал некое подобие карты, в коем по идее и смысла-то не было. Если двигаться дальше вглубь мешка, придерживаясь этого края, ну никак не удастся пройти мимо огромного стаба, что здесь называют Пяток. Свой же уход он объяснил тем, что предпочитает не посещать стабы с большим количеством споранов и хранит все своё на небольшом стабе в нычке, коих в этом мешке немало. Объяснение, конечно, так себе, но я не видел никакого смысла как уговаривать его продолжить путь с нами, так и следовать за ним, я вообще пришел в эту местность по большей части только ради попытки найти книги для знахарей, ну, и ещё из любопытства.

Глава 5

Вот уже полчаса я и Ки разглядываем в оптику огромный стаб. Чип был прав, его не то что не пропустишь, двигаясь мимо, ты его просто замучаешься обходить, потратив на это немало времени. Пока что пальму первенства самого большого виденного мною стаба держал Береговой, там, правда, не так много суши, но сам размер стаба был раза в два больше, чем Клин, и точно мог вместить в себя не меньше трех Бастионов. Доводилось слышать и о Колизее, который, по словам тех, кто там был, в полтора раза больше, чем Береговой, и весь находится на суше, но то, что вижу перед собой, не шло ни в какое сравнение даже с ним.

Еще вчера вечером, проводя разведку дроном, мы заметили огни явно неестественного происхождения, поняв, что мы пришли к описанному Чипом месту. И в принципе могли даже до полуночи дойти до него, но мне почему-то вспомнился забавный мультик, из той реальности, что принято тут называть советской, про рисованного медвежонка, «кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро», вот и мы с Ки решили, что направимся туда именно утром.

Вчера в сумерках стаб выглядел внушительно лишь благодаря наличию множества источников света, но в свете утреннего солнца его вид в оптике можно было назвать эпическим. Размеры поражали, как я не выкручивал регулировку дальности, мне так и не удалось разглядеть другой край стаба. Опоясывающая стаб стена имелась, одинаковые условия заставляют людей применять одинаковые меры, правда, тут она была явно изготовлена из огромных массивных блоков, похоже, что заводского производства, сомневаюсь, что они где-то могут столько добыть их на кластерах, хотя все может быть.

Кольцо, опоясывающее поселение, было не единственное, их имелось целых три, но в отличие от того же Бастиона или Клина, где между кольцами было защитное пространство, здесь имелись постройки. Причем уже во втором кольце их количество было значительно больше, чем в первом, а в центральном отчетливо проглядывались многоэтажные дома. Не терпится зайти на кластер, чтобы оценить его размеры своим даром, ничего подобного я раньше не то, что не видел, даже слышать о таком не доводилось.

Заметив границу кластера, я остановил машину и вышел, информер тут же услужливо подсветил мне границу гигантского кластера. Нет, он и вчера не казался маленьким, но теперь я, точно осознав его размеры, просто опешил, ведь даже внешнее кольцо не находилось близко к границе, а тут еще с пару километров до ворот. Ки, как обычно, непосредственно проинформировала меня о том, что уже третья машина нас объехала, и, если я не потороплюсь, то стоять нам в конце очереди, а в том, что она будет, мы смогли убедиться еще накануне в оптику.

К воротам кластера мы подъехали на машине, что прихватили возле здания, где провели ночь, правда, пришлось перебрать с десяток, но одну все же удалось завести, стандартная проблема с аккумуляторами на кластерах с длительной перезагрузкой. Надо сказать, что мы заранее определились с маршрутом, благо, даже с нашего направления мы насчитали три въезда в стаб, а уже двигаясь по направлению, увидели, как на огромных рекламных плакатах баллончиком изображены стрелки и надпись «Пяток». Я даже остановил машину, чтобы выйти и понять, сколько будет стоять этот кластер с изрисованным рекламным плакатом. Сто пять дней, в принципе, не такая уж и бесполезная работа, тем более что мы изначально собирались ехать другим маршрутом, а тут имеется надежда на то, что дороги будут расчищены.

Подъехав к въезду, я очень удивился, что тут имеется очередь, нет, я, конечно, её иногда и в Бастионе наблюдал, когда возвращались машины с выезда для нужд стаба, но виденное тут никак не походило на организованное возвращение. Примерно тридцать разношерстных машин оказались в очереди перед нами, проезжая змейку из наваленных блоков, где уже на площадке их досматривала охрана. Самих охранников было десятка полтора, это тех, кого можно было разглядеть, а ведь еще имелось несколько укреплений, да и на стене были сооружения явно защитного характера. Предупреждения о минном поле я не видел, но что-то мне подсказывает, что оно тут имеется по всему периметру, тем более что редуты из колючки наблюдались.

В очереди пришлось провести почти час, досматривавшие машины охранники вроде и работали споро, но время все равно тянулось бесконечно. Из небольшого грузовичка, что стоял перед нами и был нагружен всяческим железом, выпрыгнул мужик, на ходу подкурил сигарету, тут же начав разминать ноги. Я тоже вышел, решив воспользоваться ситуацией и пообщаться с аборигеном.

– Добрый день, – обратился я к водителю грузовика на английском, припомнив, что он тут считается основным.

– И тебе добрый, – ответил он с очень сильным немецким акцентом.

– Немец? – уже на немецком спросил я.

– О да, – обрадовался тот, – вы тоже?

– Нет, я русский, но знаю несколько языков, понял, что немецкий ваш родной, и перешел на него.

– Вообще-то датский, но последние тридцать лет я прожил в Германии, – посетовал водитель, – это прежде чем сюда попасть.

– Тут всегда такой досмотр, или что-то случилось? – решил я сменить тему в нужное мне русло.

– Конечно, тех, кто с товаром на продажу приезжает, всегда переписывают на каждом кольце и проверяют, мало ли что ты везешь.

– Хм, а если без товара?

– Так иди, там тоже поглядят, документы проверят, но все быстрее, – ответил он, а потом бросил взгляд на машину и добавил, – если у тебя там ничего нет, вон развернись и по той дороге езжай вглубь, там и брось. Да не тушуйся, ты там не первый будешь, кластеру где-то через месяц на перезагрузку, думаю, что под сотню машин уже есть.

– Спасибо, – поблагодарил я уже запрыгивавшего в кабину водителя. Машина, стоявшая перед ним, продвинулась вперед, и он тоже решил последовать ее примеру.

Недолго думая, я завел двигатель, развернулся и проследовал к указанному заезду, в жидкую просеку из деревьев, за которой вскоре показалась большая строительная площадка, где и вправду была целая свалка из брошенных машин, в основном таких же бесполезных для этого мира, как и та, на которой приехали мы. Приткнув уже ненужный транспорт, я заглушил двигатель, разомкнув провода, чтобы сохранить аккумулятор, мало ли, может, мне или еще кому пригодится. Двигаясь обратно, приметил немало машин, где в замке имелись ключи, ради интереса подойдя к одной, открыл дверь и завел её, удивившись, что помимо того, что она исправно заурчала двигателем, так еще и бак был наполнен под завязку.

К входу мы подошли быстрее, чем тот самый грузовичок, с водителем которого я пообщался, ему еще до змейки оставалось пять машин. Правда, перед тем, как покинуть странную автопарковку, пришлось с Ки провернуть несколько вещей. Во-первых, пришлось перекрасить её в полностью черный цвет. Изначально я попросил изобразить леопарда, но её габариты сильно отличались от реального животного, скорее приближаясь к тигриным, а хвост и голова были совершенно непохожими. Вспомнив о так называемых пантерах, которые по сути своей те же леопарды, просто редкой раскраски, попросил её окраситься в черный, что мне показалось весьма приемлемым. Даже хвост, окрашенный в черный цвет, стал выглядеть не таким толстым и массивным, хотя если приглядеться, то все равно выделялся. Оставалось еще две изрядных проблемы – это передние конечности Ки, наличие которых ни у какой кошки не объяснить, и глаза.

Первую проблему я решил просто, все четыре лапы обмотал плотной тканью, выглядит глупо, зато объяснить просто, защита лап от стёкол, коих на близлежащих стабах пруд пруди, тут тоже хватает любителей побить стекла, да и после перезагрузок твари не манерничают. А вот глаза – это полный абзац, фиолетовая радужка, которая еще ярче стала выделяться на черном фоне, не то что привлекает внимание, она его просто приковывает, и, увы, Ки исправить это не могла. Цвет был обусловлен функционалом её глаз, и о том, что такой цвет у земных существ не встречается, никто при проектировании тела не задумывался.

Осмотрев получившуюся кошку, я, смирившись, выдохнул – лучше не выйдет, придется объяснять весь странный вид тем, что она иммунная, главное, чтобы не заговорила, иначе провал неизбежен. То, что нам достанется особое внимание от охраны, я не сомневался, не думаю, что тут много народу ходит с ручными пантерами, и уж точно это первая, у которой напялена разгрузка, а на спине закреплена снайперская винтовка. Охрана вывалила если не вся, но все те, кто мог хоть как-то покинуть своё расположение, ничем другим я просто не мог объяснить, что количество охранников увеличилось втрое по сравнению с наблюдаемым мною раньше. Причем надо сказать, что вели они себя неагрессивно, больше походило на заинтересованность, разбавленную осторожностью, правда, некоторые все же держали оружие наизготовку, в то время как другие просто не спускали с него рук.

– Добрый день, – поприветствовал я двоих, что вышли мне на встречу.

– И вам добрый, – ответил один из подошедших, скользнув мельком взглядом по мне, явно не обнаружив угрозы, и тут же сосредоточившись на Ки, которая, изображая кошку, уселась, мягко дергая кончиком хвоста. – А это что за чудо? – закончив разглядывать внушительных размеров черную кошку, продолжил он.

– Не знаю, как правильно порода зовётся, вроде как пантера, подобрал на кластерах, вот и ходит со мной.

– А разгрузка и винтовка на ней для чего?

– Запасное оружие для меня, сам подумай, неудобно два ствола таскать, – при этом я указал за спину, где виднелся мой автомат с навинченным на него глушителем. – Винтовку я использую редко, если нужно, подзываю и снимаю, тем более что у неё там боекомплект для винтовки, аптечка запасная, даже пара ножей на всякий случай.

– Санчо Панса? – вопросил второй.

– Что-то вроде того, только быстрый и бесшумный.

– Мда, собак видел, кошек и лис в стабе тоже видел, но чтобы такую зверюгу с собой по кластерам таскали, в первый раз вижу, – продолжил расспросы первый, – я так понимаю, у нас ты в первый раз или ты с ней раньше захаживал?

– Да, в первый, – ответил, не лукавя, – я тут у вас в мешке вообще в первый раз, – добавил, немного подумав.

– О как, – охранник удивлённо окинул меня взглядом и спросил, уточняя, – то есть ты хочешь сказать, что ты пришёл от серых?

– Нет, не от серых, но я догадываюсь, кого вы имеете в виду. У нас на востоке их называют внешниками и, как правило, убивают при встрече, насколько мне известно, у вас к ним отношение ненамного лучше.

– Откуда известно?

– Об этих краях мне поведал Чип, довелось спасти его, когда твари порвали, он и рассказал про местные стабы.

– О как, а сам он где?

– После горловины расстались, он сказал, что ему нужно посетить тайник.

– Хм, ладно, иди вон туда, видишь, троица с поклажей к небольшой калитке идёт, тебе туда, там все расскажут.

– Спасибо, – поблагодарил я охранника, тут же направившись к указанному входу.

– А вы че встали, кошек не видали, вывалили тут всей толпой, – уже не мне крикнул охранник, отбивая остальным охоту поглазеть.

Калитка на деле оказалась дверью в небольшое помещение, которое мне почему-то напомнило бетонный гараж, коих я видал множество в русских кластерах. Имелось два прохода с двумя дверьми и несколько лавок для ожидающих. Наше появление вызвало очередное оживление, тут хоть и было всего четыре человека, но все отреагировали на Ки так же активно, как и охрана у въезда. Да, чувствую, это внимание мне еще аукнется проблемами, но вариант оставить Ки вне стаба я рассматривать даже не собирался, если бы не пустили, то пошёл к другому, но вроде и тут можно попробовать. В обе двери заходили по приглашению, точнее, по крику «следующий», что периодически слышался из-за двери, охраны же в импровизированном зале ожидания не имелось.

Когда подошла наша очередь, за нами образовался хвост ожидавших еще из пятерых. Я бы сказал, что движение тут внушительное, очень непривычно после того же Бастиона. Зайдя внутрь, я попал в такое же помещение, по размеру и по виду, на входе меня ожидала огромная металлическая вертушка, не знаю, как назвать такой механизм, «дозатор людей», что ли, и вот если я через него прошел без проблем, то Ки по длине не проходила. Я замешкался на секунду, поймав её вопросительный взгляд, будет очень странно, если она встанет на задние конечности, это точно развалит нашу легенду в пух и прах, но тут же сориентировался.

– Ки, сюда, – нарочито резко скомандовал я, стукая по одной из перекладин, из которых была сделана конструкция от пола до потолка, Ки не отреагировала, то ли не поняв, то ли отыгрывая свою роль, но, когда я постучал по перекладине еще раз, она, поднявшись, оперлась на нее. Сам вручную, нарочито изображая аккуратность, провернул перекладину, извлекая из ловушки появившуюся Ки, которая тут же вернулась на все четыре лапы. Развернувшись, я увидел, что за происходящим наблюдали не только четверо охранников, но и женщина, что сидела за стойкой, перевесилась через неё.

– Она со мной, – сказал я единственное, что пришло мне в голову.

– Мы в курсе, – ответила девушка, что уже выглядывала из-за высокой стойки, после чего, нажав тангенту рации, произнесла, – Викинг, сюрприз удался.

– Я же говорил, что тебе понравится, – раздался голос в ответ.

– Я так понимаю, что для вас не является новостью, что она иммунная?

– Нет, а у вас есть дар знахаря? – спросил я, насторожившись, уж очень мне не хотелось, чтобы мною заинтересовались, памятуя рассказы о том, что бывает с владельцами дара вроде моего.

– Нет, я обладаю ментальным даром, – пояснила она, уже присаживаясь.

– Стало быть, ментат? – решил уточнить я, – ну, ложь видите?

– «Ментат» странное название, вы точно не из наших мест, у нас владельца такого дара называют «Witer», – я мысленно прикинул ближайший перевод как «знающий» или «ведающий», терминология странноватая, ну да шут с ними.

– То есть у неё тоже есть эти ваши черточки и символы, – не зная, как правильно объяснить, выдал я и тут же, порывшись в переднем рюкзаке, достал из кармана своё удостоверение.

– Хм, Ба-си-ти-он, – по слогам прочитала она самую жирную надпись, явно будучи не в состоянии произнести это правильно, но, перевернув, узрела те странные ментат надписи с другой стороны, и тут же сосредоточилась на ней, изредка переводя взгляд на меня. – Сшустриак, из Бастиона, – исковеркав первое, она спокойно произнесла второе слово. – Интересно, документ точно ваш, сделал его несомненно обладающий видением, при этом сам документ сделан не хуже наших, и в том, что сделан он не у нас, я уверена, расскажи-ка мне коротко, где этот твой Бастион находится?

– На востоке, очень далеко на востоке, точно не скажу, но предполагаю, что тысяч восемь километров или около того в том направлении, это если коротко.

– А если чуть длиннее? – спросила она, цыкнув в сторону загомонившей охраны, со стороны коей послышались хмыканья разной тональности.

– Я не знаю, что вам интересно. Бастион не самый крупный стаб, есть Клин, он на треть больше, это точно, есть еще Береговой, что находится на нескольких островах в озере, есть огромный стаб Колизей, есть еще несколько, где обитают муры, не знаю, есть ли у вас такое понятие. Внешники, ваши «серые», тоже у нас имеются, аж в двойном комплекте поблизости, воюем с ними постоянно. Не знаю, что вам еще рассказать, хотя бы вопросы задайте наводящие.

– Вопросов не надо, я и так вижу, что ты говоришь чистую правду, вот только поверить в это не могу, сразу предупреждаю, тебе явно придется побеседовать с кем-то из наших главных, твоей историей заинтересуются.

– Да мне и рассказать особенно нечего.

– Ага, нечего, если учитывать, что ты как-то в аду выживал. Насколько мне известно, всего одна группа смогла зайти глубже, чем полтысячи километров, и вернуться, если так можно сказать о трех счастливцах из двух десятков, а ведь они были лучшие из лучших.

– У меня дар подходящий, – решил я выдать хоть какое-то объяснение, – призраком я могу становиться.

– Ты хочешь сказать, что умение пройти пару стен тебя спасет хотя бы от желтых, я уже молчу про красных?

– У меня необычный призрак, во-первых, я могу пройти далеко не две стены, во-вторых, у меня нет отката на последующую активацию, главное, успевать заправляться споровым раствором.

– Покажи, – вздернув бровь, попросила она, и я тут же перешел в состояние призрака, пройдя сквозь стойку, сквозь неё, после чего завернул к охранникам, которые тут же повскидывали оружие и попытались рассыпаться в разные стороны. Не став провоцировать, я вернулся туда же, где стоял, после чего проявился.

– Как-то так, – подытожил я демонстрацию.

– Необычный – не то слово, помимо основного дара я еще и сенсорными возможностями обладаю, и что самое странное, я тебе не ощущала.

– Знаю, так и есть, пока я призрак, меня не видят сенсы, не могут разорвать твари, и я могу беспрепятственно проходить сквозь здания.

– Очень интересно, я думаю, наш знахарь тоже захочет пообщаться, да что скрывать, думаю, оба захотят.

– У вас он не один?

– У нас есть двое сильных и три ученика, но они свой приём не ведут, рано еще.

– Я навещу, причем обоих, обещаю, если уж говорить в открытую, я тут именно из-за них, точнее, из-за их знаний.

– У тебя дар знахаря?

– Нет, но я знаю того, у кого он есть, – при этой моей фразе она невольно опустила взгляд на Ки, которая сидела, полностью скрытая за стойкой. – Нет, не у неё, – с улыбкой разочаровал я даму, – как вы себе представляете кошку, которая является знахарем?

– Да, это было бы странно.

– У Ки тоже проявился дар, и она им умеет пользоваться.

– И какой?

– Не хотелось бы вам все выкладывать.

– Про свой тоже ничего не добавишь?

– Нет, я и так вам рассказал больше, чем бы мне хотелось.

– Согласна. В общем, так, документы я тебе сделаю, они действительны не только у нас, но и в Триозерье, тоже большой стаб по этой же стороне в самом конце мешка. Также они котируются в Холме, если твой друг тебе рассказывал про мешок, то, думаю, про Шариат и Китайский тебе известно.

– Да, рассказал, если коротко, то лучше туда не ходить.

– Если коротко, то да, – подтвердила она, – про наши правила рассказывать не буду, выйдешь отсюда, справа будет доска объявлений, в самом начале увидишь большими буквами «Правила», там все изложено коротко и четко. Это у тебя на продажу? – она указала на торчащие стволы из рюкзака.

– Да.

– Их тоже опломбируют, и сорвать пломбы может только торговец, он тебе взамен даст бумагу, просто так продать ствол кому-либо ты не можешь, пользоваться стволом ты тоже не можешь, на обратном проходе, если нет пломбы или бумаги о том, что сдал ствол или перерегистрировал, будут проблемы. Хранить оружие можно только в личном помещении, но это лишь для граждан второго и первого кольца, остальное прочтёшь на выходе, и главное, помни, что незнание не освобождает от ответственности.

Еще пять минут заняло пломбирование автоматов и пистолетов хитрыми одноразовыми пломбами так, чтобы из него без их срывания не было возможности стрелять. Мне же вместе с новым паспортом выдали список пломб и оружия, на которое их поставили, мешок с магазинами и патронами от оружия, и выпроводили вон. Не успел я выйти и выпустить Ки через вертушку, аналогичную той, что была на входе, охранник уже проорал требование войти следующему, и то верно, с нами они долго возились.

По небольшому проходу я вышел на улицу, сразу же приметив ту самую доску объявлений, о которой говорила ментатша. Рядом стояло двое, явно что-то читая там, подойдя ближе, увидел, что это и вправду доска объявлений, на которой располагались заказы, кто-то предлагал купить несколько генераторов, на другом требовались стройматериалы и все прочее в том же духе. Пройдя в начало, я увидел единственный огромный ламинированный лист во всю секцию, где шрифтом для слепых имелся список местных правил под общим заголовком «ПРАВИЛА». Быстро прочитав содержимое, я усвоил, что местной полиции лучше не оказывать сопротивление, а выделить тех из толпы очень легко, у них у всех имеется красная повязка на правом предплечье. Оружие тут запрещено, причем тотально, любой, кто будет задержан с неопломбированным стволом, причём с любым, или с левой пломбой, на которую у него нет бумаги, поимеет проблемы. Холодняк не запрещен, но разборки с его применением, как и с применением даров, да что уж там, вообще любые разборки запрещены. Есть, правда, исключение, пар спустить все-таки можно в каком-то месте, которое зовётся «перекрестком», тут явно имеется в виду место, а не любой перекресток улиц, так что я сделал вывод, что это некий аналог Арены.

Закончив читать правила, я достал скомканный листок с перечнем пломб и, сложив тот более аккуратно, упаковал в карман переднего рюкзака, так как за его утерю тоже придётся поиметь проблемы. А еще хреновой новостью было то, что, не будучи гражданином этого стаба, пройти даже во второе кольцо без спецразрешения у меня не выйдет, а где его брать и что для этого придется сделать, мне еще предстоит узнать. Ну да ладно, решать проблемы нужно по мере их поступления, сейчас же меня интересуют всего две вещи, еда и ночлег.

Оглядевшись, я не увидел никаких ориентиров и решил обратиться к стоящему в пяти метрах от меня парню, который сейчас разглядывал те самые объявления, но еще минуту назад пялился на сидевшую рядом Ки.

– Добрый, – обратился я к нему, – не подскажешь, где тут можно поесть?

– Добрый, – ответил он, тут же пробежавшись глазами по Ки, и продолжил, – иди вон туда, два квартала пройдёшь, будет небольшой перекресток, малый торговый, там есть место, по вывеске сразу все найдёшь, – и тут же отвернулся, продолжив нарочитое изучение объявлений.

Поблагодарив, направился в указанном направлении, а отойдя с десяток метров, повернулся, почувствовав взгляд на спине, и не зря. Парень, что указал мне направление, тут же опять уставился в доску, сделав вид, что не провожал нас взглядом. Ох, чую я, уже завтра из-за Ки мы станем местной достопримечательностью, хотя глупо было бы рассчитывать на вариант с незаметностью. Не успев миновать первый квартал в указанном направлении, я увидел вывеску, способную решить одну из двух первейших задач. Проследовав в небольшой проход, как и обещал баннер, я попал в небольшой двор гостиницы, а зайдя в дверь, понял, что это был так называемый черный вход, в то время как основной выходит на соседнюю улицу, ну, да меня все устраивает и так. На первом этаже был устроен скромный ресепшен, если небольшое углубление в стене под стойку и сидящего за ней парня можно так назвать.

– Добрый день, – тут же отреагировал он на меня.

– И вам добрый, подскажите, что у вас с номерами и каковы условия?

– Что бы вы хотели, какие у вас предпочтения, подешевле или покомфортнее? – проговорил поднявшийся парень, тут же уставившись на Ки.

– Мне нужен душ, горячая вода обязательна, большая кровать, а то у меня кошка тоже не любит спать на полу, а габариты котенка внушительные…

– Котенка, – удивился парень, – не хотел бы я с таким котенком ночью встретиться, – при этом он странно покосился.

– Ки добрая, если не трогать, она тоже не тронет.

– Хорошо, пятнадцать споранов или горошина в сутки, номер «комфорт», кровать, как вы хотите, душ с собственным бойлером, электричество, и даже кондиционер. В номере также имеется пара кресел, стол, пирамида и большой шкаф, можем предложить комнату с сейфом, но это дороже.

– Нет, спасибо, сейф без надобности. Подскажи, я так понимаю, курс обмена пятнадцать к одному, или тут есть какие-то налоги, может, валюта местная или еще что?

– Нет, ничего такого, – парень, явно недоумевая, уставился на меня, выйдя быстро из ступора, пояснил, – все знают, что курс пятнадцать к горошине, три тысячи и десять тысяч пятьсот к жемчужинам, лет пять ничего не менялось.

– Ага, то есть, я правильно понял, что одна горошина стоит пятнадцать споранов, черная жемчужина стоит двести горошин, а красная семьсот?

– Да верно… Только еще залог за номер, десять горошин, – при этом он невольно покосился на Ки.

– Хорошо, тогда давайте пока на неделю, дальше будет видно, – при этом я достал свой расходный кисет, что заготовил вчера, с частью отложенного добра, меньше светишь, меньше проблем.

Номер я взял на третьем этаже, с «хорошим видом», как заявил парень, и пока поднимался, обдумал местный курс обмена. В нашей области все было просто, горошина стоила десять споранов, черная две сотни горошин, а красная пять черных, если в споранах, то красная обходилась ровно в десять тысяч споранов или одну тысячу горошин. Здесь же курс другой и выходит, что черная жемчужина стоит столько же в горохе и на треть дороже в споранах, а вот красная жемчужина стоит всего в три с половиной раза дороже черной, семьсот горошин против тысячи в Бастионе. Выходит, что здесь ценность красных жемчужин, конечно, выше, чем у черных, но разница не так велика, с курсом все ясно, теперь вопрос по цене боеприпасов.

Хорошим видом из окна являлась та самая центральная улица, за которой имелся небольшой сквер, что я рассматривал через зарешеченное окно, ну да ладно, вид из окна меня волнует мало. Сам номер был неплох, в принципе, по цене немного дороже, чем тот, в котором я жил поначалу в Бастионе. Но и кондиционера там не имелось, как и холодильника, о котором парень почему-то умолчал, как и о меленьком закутке, облицованном плиткой и небольшой двухконфорочной плитой, работавшей на газе, причем тот присутствовал в виде большого баллона под ней. Холодильник – это хорошо, им я точно буду пользоваться, даже сразу включил в имевшуюся рядом розетку, на что тот сразу же зашелестел двигателем.

Душ имелся, как и обещанный бойлер, порадовавший меня цифрами «восемьдесят пять» на встроенном табло. Ки так же, как и я, провела осмотр весьма просторной комнаты, правда, в отличие от меня, поработав еще и носом, после чего вопросительно уставилась на меня, понять её намек было нетрудно. Перейдя в состояние призрака, я тщательно ощупал даром все стены, в поисках каких-либо электронных или живых средств слежения и, не обнаружив таковых, попутно убедившись в том, что стены весьма толстые из кирпича, проявившись, разрешил ей говорить, только тихо. Ки, уже скинув с себя тряпки, коими были обмотаны конечности, выкинула их в помойное ведро, что имелось в закутке под плиткой, и даже с вставленным мусорным пакетом в оном. Сделал зарубку, что нужно будет узнать, куда выкидывать мусор и убирают ли тут номера, чтобы, не дай бог, с Ки накладки не вышло. Я даже не представляю, какая будет реакция у горничной, если та увидит кошку, читающую книгу, хотя к ней не так уж и легко подкрасться незамеченной, кстати, внутренняя щеколда на входной двери тут также присутствует, что хорошо.

В душ я полез первым, в принципе, можно было бы и вдвоём, я уже давно прекратил стесняться Ки, да и не могу её воспринимать как человека, хотя и как кошку не воспринимаю вообще, вот только места там на двоих не было. Когда закончил я, в душевую тут же юркнула Ки, а я распотрошил рюкзак, доставая из него обычную одежду, гражданку, так сказать.

– Надо бы поесть, – выдвинул я предложение, – и желательно не консервов. Есть два варианта, давай я схожу куда-нибудь и принесу еды…

– Нет, я пойду с тобой, – не дав договорить, Ки перебила меня.

– Интересно?

– Да.

– И как ты представляешь себя в закусочной?

– А как бы ты кошку кормил? – парировала она, фыркнув.

– Ты как бы не кошка, мне кажется, относиться к тебе так унизительно.

– Шустряк, я все понимаю, и для меня нет разницы. Закажешь мяса, можешь даже сырого, порежешь на куски, и я спокойно съем, даже не используя это, – она пошевелила пальчиками.

– Вот еще не хватало, сырое мясо есть, что-то я не замечал за тобой тяги к нему.

– Я могу есть все, что угодно, но, надо сказать, что хорошо приготовленная пища гораздо предпочтительнее сырого мяса.

– Шут с тобой, что-нибудь придумаем, но лапы все равно замотать придется.

– Это понятно, – согласилась она.

Вскоре мы опять прошли мимо парня за стойкой, правда, я был уже налегке, тут, надо сказать, вообще все ходят без оружия, кроме патрулей, что я видел уже дважды, пока шел к гостинице, вот и сейчас, вывернув из проулка, наткнулся на очередной. Торговый перекресток нашелся быстро, по сути, это несколько лавок, стоявших на крупном перекрестке, я хоть и успел увидеть маленькую толику стаба, но плановый подход к застройке территории чувствуется сразу.

Недвусмысленная надпись «Dinner» намекала, что это и есть та самая закусочная, о которой говорил парень, кстати, на перекрестке еще одна лавка меня заинтересовала, судя по надписи, там не просто торговали одеждой, но и занимались её подгонкой и пошивом. На другой стороне имелся магазин со всякой походной всячиной, но заходить туда я не стал, для этого еще будет время, тем более что я бы очень хотел найти замену своему автомату.

Закусочная оказалась еще той забегаловкой, я это понял, как только открыл дверь и пропустил вперед Ки, в нормальном заведении не должно вонять едой до отвращения, да и убранство говорило о том же. Если уж мне так не понравился запах, представляю, как сейчас сдерживается Ки, чтобы не морщить моську. С посетителями было туго, либо неурочный час, либо заведение не пользуется популярностью, причем что-то мне подсказывает, что второе предположение актуальнее.

Зал был устроен в виде длинного помещения, уставленного в два ряда столами и лавками так, чтобы на каждой вмещалось четыре, а если плотно, то и пять человек, среди посетителей наблюдалась группа из четырех мужиков, находящихся уже в поддатом виде, и одного, сидевшего с самого края в углу помещения. Оглядевшись, я приметил мужика и женщину, которые о чем-то общались за стойкой, и сразу направился к ним.

Чтобы подойти к стойке, которую я бы с большой натяжкой назвал барной, нужно было миновать по проходу половину столиков и уже после этого свернуть вправо, и вот тут-то возникла проблема. В том, что нас заметили сразу, как мы вошли, сомнений не было. И группа, и одинокий посетитель сидели лицом к входной двери, но если сидевший отдельно так и продолжил пить что-то из алюминиевой банки, то группа, сидевшая по центру, сразу оживилась. Я, конечно, подозревал, что наше появление в стабе рано или поздно закончится чем-то подобным, но, чтобы уже через час после прибытия, даже помыслить не мог.

Ки уже намеревалась свернуть к барной стоке, как один из сидевших, опустив руку, схватил её за хвост, отчего она остановилась и уставилась на меня, именно на меня, а не на него. Вот что же тебе, упырю, не бухалось-то дальше, придется начинать разгребать ситуацию, и так, чтобы не выставили нас из стаба.

– Отпусти хвост, – спокойно обратился я к уставившемуся на меня дебилу.

– А если нет, то что будет? – выдал тот, явно раззадоренный хихиканьями своих напарников.

– Башку отверну и скажу всем, что ты таким родился, – все также беззлобно и спокойно ответил я.

– Ты хоть знаешь, на кого хвост поднял? – встрял тот, что сидел у стенки, и все закатились от понравившейся им шутки, явно намекая на то, что сейчас хвост держал именно упырь.

– Эй, Тиф, я бы на твоём месте отпустил кису, – проговорил сидевший отдельно.

– Тебе-то чего, ты же не на смене, – обернувшись к нему, ответил державший за хвост Ки.

– Дурак ты и уши у тебя холодные, у тебя же есть в группе видящий, пусть глянет на него, а потом решишь, готов ты сдохнуть или нет. Если ты его на перекресток потащишь, я точно буду ставить на него, – ухмыльнувшись, прокомментировал он, опять пригубив банку.

По всей видимости, Тиф был у них за старшего и поэтому, отпустив хвост Ки, пихнул сидящего рядом в плече и чего-то буркнул, заставив того уставиться в мою сторону. Перестав жевать, потревоженный старшим уставился на меня, причем с каждой секундой на его лице выражение менялось в сторону крайнего удивления, пока у него изо рта не выпал кусок недоеденного мяса, что не осталось незамеченным.

– Что там? – спросил Тиф, покосившись на Ки, которая так и стояла на месте, явно оценивая ситуацию.

– Подожди, – отмахнулся тот и прикрыл глаза, потом открыл, развернулся, взглянул на Ки, потом на сидевшего отдельно и опять сосредоточил взгляд на мне.

– Не томи, чего с ним не так? – проявил нетерпение Тиф.

– Все.

– Ты мне еще тут кроссворд нарисуй, по делу говори.

– Да нет тут его, – удивленно выдал сенс.

– В смысле? – удивился Тиф, при этом как-то странно взглянув на меня. – Это как понимать, что его нет?

– Глазами его вижу, а дар мне четко говорит, что его тут нет, на улице народ вижу, вас всех вижу, даже вон там в доме вижу, как в борделе чувак девку трахает, а его нет.

Услышав хоть и тихие, но отчетливые слова сенса, я еле удержался, чтобы не высказать не то, чтобы удивление, а полное офигевание от такого заявления, но сразу собрался и сосредоточился. Тут же пришлось удерживаться от другой нахлынувшей эмоции, сдерживая не просто радость, а ликование. Я столько бился, чтобы понять, что за новый дар мне подарил СТИКС, и постоянно баловался с ним, пытаясь самостоятельно понять его суть и вот на тебе, именно сейчас удалось выяснить его суть. Еще в номере баловался с новым даром под душем, я вообще с ним баловался при любой возможности, пытаясь разгадать его функцию, и тут на тебе, забыл деактивировать, а первый же встреченный сенс мне раскрыл тайну моего дара.

– Да как так-то!? – удивился Тиф, после чего повернулся к сидящему отдельно и спросил, – ты-то как увидел?

– Ты точно дурак, – сделав неспешный глоток из банки, начал тот, – я вроде как недознахарь, и дар мой активирован постоянно, знаешь ли, в жизни иногда помогает. Вот и вышло, что когда он вошел, я сначала на киску его уставился, офигев от того, что вижу, а когда попытался разглядеть хозяина, наткнулся на пустое место. Даже заинтересовался парнишкой, позвать посидеть хотел, а тут ты со своими корявыми хваталками. Я было хотел дождаться, когда он тебя на перекресток потащит, да потом смекнул, что он тут новенький и о таком может не знать, вспылит, порежет тебя прямо тут, а мне потом с ним разбираться, вот и решил тебя, дурака, от смерти спасти.

– С чего ты взял, что он бы меня порвал? – вскинулся Тиф, привстав и набычившись.

– Да с того, что ты, помимо отсутствия интеллекта в своём котелке, еще и глухой на оба уха. Тут уже если не весь стаб, то добрая половина знает, что принесло к нам бродягу с огромной черной кошкой, да не простого. Если верить Дине, а ей врать смысла нет, пришел он с кластеров, что от нас в восьми тысячах километров. Ты же не совсем даун, должен понимать, через какие кластеры ему сюда идти пришлось? И ты заметь, что помимо того, что у него все руки и ноги на месте, он еще и животину за собой таскает, да я даже готов поставить на то, что она ждала команду, чтобы вас вместе с ботинками сожрать. И в то, что вы бы даже вскрикнуть не успели, я тоже поверю. Ну что, парень, я прав? – уже явно ко мне обратился он.

– Не во всем, про перекресток я знаю, правила прочитал, ну, а в остальном более чем верно…

– Слышь, может, все-таки прогуляемся, проверим? – взбеленился Тиф, а остальные вскочили, явно пытаясь поддержать его.

Изобразив тяжкий вздох, я перешел в призрака и посмотрел на дары агрессоров. Тиф оказался кинетикой, это был его основной дар, второй же был похож на первый, но развит плохо, и я точно такого раньше не видел, сенс, как и полагалось, был сенсом, причем не таким, чтобы очень, о втором даре даже речи не шло. Третий, что меньше всех проявлял агрессию, имел два дара, один из которых был развит хорошо и мне знаком, тот самый гансслайтер, второй дар тоже развит неплохо, но, увы, я такого оттиска не встречал или просто не запомнил. Последний явно был новичком, имея всего один дар, связанный с огнем, но какой именно, я тоже не понял, так что по сути, даже всех четверых на меня не хватит. Доводилось мне валить ребят с гораздо более сильными дарами, так что выходил я из призрака уже с улыбкой.

– Кинетик не очень, сенс не очень, хороший гансслайтер и неразвитый новичок, – монотонно озвучил увиденное, после чего, дождавшись появления удивления на их физиономиях, добавил, – не думаю, что у вас даже толпой есть шанс потягаться со мной.

– Это не все их дары, – подал голос сидевший отдельно, при этом похлопав в ладоши.

– Знаю, но это самые сильные, что у них в наличии, – ответил я, решив скрыть свое непонимание.

– Браво, еще раз браво, а про мои не расскажешь? – наигранно спросил он.

– А стоит при них?

– Не очень-то и хотелось, если честно, – уже вставая из-за стола и направляясь ко мне, сказал он.

– Вот и я так подумал, – ответил подошедшему ко мне.

– Лиф, – представился он, протягивая руку.

– Шустряк, – представился я, отвечая на рукопожатие.

– Если ты тут закончил, то я предлагаю пройтись в более достойное заведение.

– Я не против, – согласился я и позвал Ки на выход, продолжая отыгрывать роль хозяина.

Мы не успели развернуться, как Ки материализовалась у прохода, чем вызвала удивленные возгласы из-за стола за нами, а вот Лиф удивления не высказал.

– Слушай, парень, – начал Лиф, когда мы свернули на тихую и безлюдную улицу, – я не хочу нагнетать обстановку, но я далеко не единственный в этом стабе, у кого есть дар взгляда знахаря или аналогичный ему. – Я было хотел перебить его, но он поднял руку в останавливающем жесте, – не начинай, я уже увидел все то, что скрыто под маскарадом, -он кинул взгляд на идущую перед нами Ки, не удержавшуюся от того, чтобы вывернуть уши в нашу сторону. Я тебе даже больше скажу, я никогда раньше не видел того, что вижу в ней, и в том, что она не просто кошка с руками на передних лапах, я даже не сомневаюсь.

– И? – все, что удалось выдавить мне.

– Пойдем, перекусим в тихом уютном месте, и расскажешь свою, точнее, вашу историю.

– А если нет?

– Если не пойдёшь, то останешься голодным, ну, или вернешься в ту помойку, а если не расскажешь, то заставишь меня мучиться в догадках. Надо сказать, мне интересен твой дар, точнее, два твоих дара, поскольку призрак, что ты использовал там, тоже не простой, я давно занимаюсь дарами и разглядыванием иммунных, но ни разу не встречал того, кто в состоянии призрака способен разглядывать чужие дары. Или ты будешь отрицать, что только ради этого ты его активировал?

– Глупо отрицать очевидное, если перед тобой человек, который видит дары и имеет достаточный опыт, чтобы с ними разобраться.

– Логично. Если не секрет, ответь, твой дар, позволяющий себя скрывать, пассивный?

– Нет, я его активировал, правда, совершенно случайно, – ответил я, но он сделал жест тишины, поднеся палец к губам, и мы зашли в заведение, которое даже с крыльца выглядело несравненно лучше, чем та забегаловка.

Лиф по-свойски поздоровался с охранником, что обнаружился внутри, при этом тот совершенно проигнорировал меня, а вот Ки вызвала неподдельное удивление. Также по-свойски он кинул бармену пару фраз, сводившихся к приветствию и уведомлению его, что мы займём «тихий кабинет», и в том, что это было именно уведомление, у меня не возникло никаких сомнений. Так наниматель уведомляет своего работника о том, что он хочет попить кофе и его никто не должен беспокоить. Сразу же пришла в голову ассоциация с одним старым знакомым, который тоже вроде как владеет всего лишь баром и неким подобием элитного клуба знакомств, но на самом деле держит весь Бастион, неужто и тут история повторяется?

Через минуту мы зашли в просторную комнату с большим столом и удобными креслами вокруг него, тут с легкостью можно разместить десяток сидящих, а если добавить посадочных мест, то и пятнадцати будет не тесно. Как только я и Лиф уютно разместились в креслах друг напротив друга, в комнату вошла молодая симпатичная девушка, тут же наткнувшись на сидящую Ки, отчего замерла на месте.

– Не бойся, Софи, она не кусается, – окликнул девушку Лиф, выводя её из ступора.

– Да, простите, что будете?

– Заказывай, – кинул мне Лиф после образовавшейся неловкой паузы.

– Я не знаю, что тут подают, – стушевался я.

– Ты обрисуй, чего желаешь, мяса там или овощей, кошке чего принести, может, выпить хочешь, – весело подбодрил меня он.

– Ну, если так, то я давно нормально не ел, хочу всего, мяса уж точно, насчёт выпить, я бы от виски не отказался, вот только не знаю, что у вас есть.

– Что вы предпочитаете? – тут же среагировала девушка.

– «Джек Дэниэлс» есть?

– Да, конечно, – ответила она, и в её взгляде появилось удивление, как будто я воды попросил, видимо, она ожидала чего-то более изысканного или вычурного. – Лёд или кубики?

– Лёд, если не затруднит, – ответил я.

– Софи, в общем, сделай красивый стол, виски пару бутылок, льда в термосе и чтобы нас не беспокоили, да, кстати, тарелок организуй три, не кормить же гостью с пола, – при этом он бросил взгляд в сторону Ки.

– Сейчас все будет, – уже разворачиваясь к выходу, отчеканила она выверенную фразу.

Дожидаясь, пока нам накроют стол, Лиф завел неспешную беседу о тех краях, откуда я прибыл, о том, как попал в этот мир, и об остальных нейтральных вещах. Я успел поведать короткую историю своего спасения, опустив почти все подробности. Рассказал, как я получил свой первый дар, и о помощи знахаря, опять же опустив львиную долю подробностей, о том, как развивал и прочую неважную, по моему мнению, информацию. Я не сомневался в том, что Лиф умен и понимает, что большую часть я недоговариваю и скрываю, но он ни разу не упрекнул меня в этом.

– Садись, – неожиданно бросил Лиф, обращаясь к Ки, – и сними свои тряпки, ты же уже знаешь, что я все понял.

– Запрыгивай, – подтвердил я, поскольку Ки продолжала отыгрывать роль.

– И что теперь будем делать? – спросила она, после того как разместилась в кресле рядом со мной, приступив сразу же к отрезанию куска от мясного рулета. И тут и я, и она отчетливо поняли, что Лиф ошарашен, нет, он не просто ошарашен, он вообще пребывает в полнейшем шоке. Ки поняла всю ситуацию, повернулась ко мне, где увидела ту же растерянность, что и у неё самой, – Мяу, – прозвучало еще более неожиданно, чем предыдущая фраза, причем это «мяу» ну никак не походило на кошачье.

– Поздно, ты спалилась, – выдал я, не придумав чего-то более умного, на что Лиф прыснул и заржал.

– Твою же мать, если бы сам не присутствовал, никогда бы не поверил, – договорив, он залпом влил в себя половину бокала с виски, что успел налить. – Нет, ну вот теперь даже я удивлён.

– Мне показалось, что ты все понял.

– Понял что? – вскинулся он, приглушая своё восклицание, – что она иммунная – да, что у неё есть дар – тоже да, увидел строение скелета и пальцы на передних лапах – да, и это единственное, что выбивалось из обычного. Поверь, она не единственная иммунная кошка, что я видел в своей жизни, и то, что их мозг довольно быстро развивается, не секрет. То, что они очень быстро начинают распознавать речь, тоже не является новостью, но вот пальцы я видел в первый раз. – Он посмотрел на бокал в нерешительности, после чего долил его доверху и, осушив, продолжил, – но я ни разу за те десять лет или около того, что живу в этом мире, ни разу не слышал о говорящих животных, – каким-то заговорщицким голосом полушепотом проговорил он. – И тут она меня табуреткой по башке, мог бы умереть от инфаркта – умер бы, наверно.

– Как думаешь, стоит его еще взбодрить? – обратился я к Ки, которая за обе щеки уплетала рулет.

– А вдруг инфаркт? – как-то обыденно ответила она.

– Ты как, ничего? – спросил я Лифа.

– Есть еще что-то, кроме того, что она разумна и может говорить? – с неподдельным интересом спросил он. Я, поймав взгляд Ки, легонько кивнул.

– Ничего особенного, кроме двух вещей, – сказала она, отложив вилку с очередным куском рулета, начав при этом менять цвет, переливаясь всеми цветами радуги, – кроме того, что я не с той планеты, откуда все те, кто тут очутился.

Он уставился сначала на неё, потом насладившись цветопредставлением, перевел взгляд на меня, явно ожидая подтверждения сказанного, и я кивнул, тоже выпив виски. Молчание продолжалось минут десять, Лиф не сводил взгляд с Ки, которая уже опять приняла прежний окрас, продолжая уплетать, взявшись за другое блюдо. Я тоже набивал желудок, а вот он почти приговорил бутылку, так толком и не притронувшись к еде.

– Нет слов, – это все, что он смог выдать.

– Неожиданно, согласен, представь, как я обалдел?

– Не то слово, – поддержала меня Ки, – я, если честно, тоже привыкла, что все, кто ходит на двух ногах, предпочитали пытаться меня укусить, а не учить разговаривать.

– Так, стоп, – прервал нас Лиф, – я требую обстоятельный рассказ с максимально возможными подробностями.

Ки взглянула на меня, явно намекая на наш уговор, что только я рассказываю историю нашей встречи и вообще везде, где требуется рассказать не все. Ки согласилась, что если нужно соврать, то у меня это выйдет лучше, чем у неё. Даже общаясь с Чипом, она никогда не поддерживала тему нашей встречи и моих даров, хотя он периодически пытался вывести её на нужное русло.

Пришлось, отвлекаясь от еды, изложить историю моего попадания в эти края, опустив причину моего путешествия в Пекло, рассказал, как нашел Беркута, как добрались в око Пекла, как встретился с Ки. Опустил многое, включая небольшую устроенную революцию, упомянув лишь только своё участие в переделке территории, а вот путешествие с Чипом описал в мельчайших подробностях. Правда, момент с потрошением двух элитников решил утаить, дар свой я так и не деактивировал, мало ли, вдруг он и дар ментата имеет.

– Чип, говоришь, странно, очень странно, – подытожил Лиф, когда я завершил рассказ.

– Почему?

– Ты сказал, что он местный, и ту базу, о которой говоришь ты, я знаю, сам туда несколько раз ходил, уж больно стволы, что там имеются, у нас котируются, кстати, не продешеви, когда сдавать будешь. Так вот всех, кто туда может ходить, я знаю, и вряд ли есть свежая группа, что повадилась таскать оттуда стволы, уж больно места там горячие.

– Горячие, – согласился я, – они там все, кроме него, полегли, и он сам выжил по случайности.

– Это неважно, важно лишь то, что любые ребята, что туда ходят, не останутся незамеченными, поверь, даже когда ты пойдешь стволы продавать, попадешь под наблюдение. Больше скажу, стволы твои видели и поверь, тебя уже ищут, чтобы их выкупить.

– Хм, выкупить или отнять?

– Выкупить, никто не будет ссориться с тем, кто может еще таких пушек принести, проще с тобой договориться, чем… Нет, если, конечно, это не совсем тупоголовые отморозки, как те в забегаловке, но таких будет ждать незавидная участь.

– Да как бы бессмертных тут нет, – возразил я ему.

– Но дураки тоже живут недолго. Здесь или в Триозёрье тебе ничего не грозит, у нас с таким строго.

– Везде строго, но можешь мне поверить, все равно желающие появляются.

– Не спорю, но лично я таких давно не видел. Кстати, у тебя рация есть?

– Естественно.

– Ходи-болтайка или что-то стоящее?

– Лучше не видел.

– Тоже где-то рядом прихватил или с собой принёс?

– С собой, уже не один год со мной.

– Все частоты или стандартные диапазоны?

– От двухсот до тысячи двухсот мегагерц.

– Это где ты такое чудо достал, еще есть?

– Там да, с собой нет, не видел смысла таскать.

– Логично, у нас тут тоже имеются неплохие экземпляры, но с таким охватом, как у тебя, не встречал, по любому шифрование есть и прочие радости жизни.

– Как любит высказываться один мой знакомый, полный фарш, – подтвердил я его предположение.

– В общем, смотри, у нас, в смысле у охраны и местных силовиков, есть частоты – три четверки, три пятерки, и так до трех семёрок, на которых не по делу не болтают, но слушают всегда. Что-то вроде экстренных частот, если что, позывной ты мой знаешь, я-то, конечно, не услышу, но если запросишь срочную связь, меня найдут, и я подключусь, мало ли что.

– Спасибо, но, как говорится, лучше бы без этого.

– Согласен.

Разошлись мы далеко за полночь, больше практически не разговаривая на щекотливые темы. В основном весело проводили время и травили байки из своей рейдерской жизни, но в итоге Лиф, Ки и я пришли к выводу, что никак не удастся скрыть Ки, и чем больше я буду пытаться это сделать, тем более хреновый откат выйдет. Да, говорящая кошка вызовет дикий переполох, и не только, но тем самым выйдет даже лучше защитить её, чем наш глупый маскарад.

Уже когда мы возвращались в гостиницу, Ки со мной спокойно общалась, правда, и на улице встречалось крайне мало народа, так что особого фурора не произошло, но пара путников шарахнулась в сторону, так что уже завтра весь стаб загудит. В особенности досталось девушке, которая заменила парня за стойкой в гостинице, не узнав нас, она поинтересовалась тем, нужен ли мне номер, а поднявшаяся во весь рост Ки мало того, что заставила отшатнуться от неожиданности ту в сторону, так еще и поблагодарила, сказав, что номер у нас уже есть.

Толпы страждущих фанатов с утра под окном не обнаружилось, то ли все еще спали, то ли весть не успела разлететься, а вот уже знакомый парень встретил наше появление округлившимися глазами. Ки уже не использовала тряпки для прикрытия рук, и парень не упустил сей факт, а когда мы были уже практически у выхода, он все же решил поздороваться, на что получил от нас почти хоровой ответ.

– Ну что, понеслась? – спросил я Ки, когда мы спустились на крыльцо.

– Понеслась, – весело ответила она, – какие планы?

– Сначала вкусный завтрак, а потом нужно пройтись по местным злачным местам.

Маршрут к харчевне, что мы посещали вечером, я отыскал без труда, хотя уверен, что даже если бы я запамятовал, то Ки нашла бы его без проблем. На входе нас встретил охранник, точнее, два, и оба мне были незнакомы, но никакого фейсконтроля проходить не потребовалось, по всей видимости, те, кому тут не рады, знают об этом и не посещают данное заведение, а у прочих не хватает средств. Ломиться в кабинет мы не стали, разместились за столиком у окна, и через мгновенье возле нас появился моложавый подтянутый парень.

– Доброе утро, простите, как я могу к вам обращаться?

– Шустряк, – нарочито четко проговорил я, уж больно специфические звуки для тех, кто не говорит на русском. – А это Ки, – через секунду добавил я, глядя на официанта, который не сводил глаз кошки, доставшей цветок из вазы, стоявшей на столе и самозабвенно нюхавшей его. – Друг, – вырвал я официанта из задумчивости.

– Да, простите, чего желаете?

– Позавтракать, – ехидно ответил я, до конца встряхивая тормозившего парня.

– У нас есть каши, блинчики разные, обычное меню, и вообще мы в кратчайший срок можем приготовить все, что вы пожелаете.

– Блинчики, а с начинкой есть?

– Да, конечно, с ягодой, с мясом, с творогом…

– Неси каждой твари по паре, Ки никогда не пробовала их, и да, комплект приборов двойной, также два кофе, даже не знаю, понравится ли ей крепкий, так что мне эспрессо, а ей капучино, и морсу графин.

– Понял, сейчас все будет, – как-то мешкотно засуетившись, ответил официант.

– Блинчики, это что такое?

– Долго объяснять, но вкусно, скоро сама узнаешь.

Томиться в ожидании не пришлось, через пару минут на столе появился кофе, а через десять минут два блюда с двумя десятками блинов в общем числе. «Уважаю», – подумал я, осознав, что нам принесли десять разновидностей.

– Тут все разные, по паре каждого вида, – начал было пояснять я, но, увидев взгляд Ки, осекся, – в общем, если какой-то вкус понравится, дозакажем.

– Хорошо, – согласилась она, отставляя ополовиненную кружку с кофе в сторону.

Понравилось ей все, и мы еще дважды заказывали такой же набор, в то время как на нас пялились уже не только работники заведения, но и редкие в столь ранний час посетители. Презентацию Ки можно было бы считать законченной, если бы не дама, вошедшая в заведение и прямиком направившаяся к нам.

– Доброе утро, Шустряк, – поприветствовала она меня, усаживаясь рядом с Ки, причём стул она забрала с соседнего столика, так как третий тут предусмотрен не был. – И вам, Ки, тоже утра доброго.

– Вам тоже, – ответил я, признав в гостье ту самую ментатку, что меня оформляла. – Чем обязаны столь стремительному появлению? – решив взять инициативу в свои руки, начал я, хотя причина была налицо.

– Я думаю, вы все понимаете, смысла отнекиваться нет, тут из-за вас и так случился легкий ночной барабум. Если бы не ваше знакомство с Лифом, то вам бы вряд ли дали выспаться, наведавшись в гостиницу ещё ночью.

– Вам так не терпелось?

– Нет, что вы, я узнала уже утром, а вот наши безопасники не на шутку обалдели, узнав, что по городу ходит говорящая кошка, а когда проверили по базе прибывших и увидели мою запись, реально встрепенулись. Я думаю, вы догадываетесь, что там запись была лишь об одном иммунном и его животном. Но это хоть и напрягло их, но не заставило паниковать, а вот бригада Тифа подлила масла в огонь. Вы, наверно, не в курсе, что эти дебилы, не сумев поиметь от вас неприятности на пятую точку, смогли их найти позже с другими посетителями той же забегаловки, после чего загремели в местный карцер.

– А мы-то тут причем?

– Все просто, именно в тот момент, когда их оформили, один из безопасников поведал о слухах про говорящую кошку другому, и тут всплыли подробности вашей встречи, вашего дара и имя присутствовавшего там Лифа. В общем, первое, что им пришло в голову, это какая-то подстава от китайцев или их соседей – любителей неверных рабов.

– И тогда позвольте узнать, почему мы все еще не сидим за решёткой в темнице сырой?

– Не стоит язвить, если бы не Лиф, то сидели бы.

– О как, – притворно удивился я, – и чего же он такого поведал, что нас оставили в покое?

– Ничего особенного, рассказал, откуда вы, в базе, кстати, имелась аналогичная информация, подтверждённая мною, но все равно меня вызвали для разбирательств, где я с удивлением узнала, что вместо вас как видящий, так и знахарь, не ощущают ровным счетом ничего.

– О, я понял, вас съело любопытство? – поинтересовался я, перебив её.

– Да, именно так, и то, что я не чувствую ничего исходящего от вас сейчас, прямое тому доказательство.

– Простите, но мне есть что скрывать и, поверьте, это во благо вам же, – я неопределенно обрисовал в воздухе круг пальцем. – Я лишь могу вас заверить, что мне необходимо всего две вещи – заменить или отремонтировать мой любимый автомат и договориться со знахарями на покупку их знахарских книг.

– И что после этого?

– Я вернусь в очень странное поселение, что отсюда почти в четырёх сотнях километров, там есть два свежих знахаря, которым и так тяжело постигать свой дар, так еще и подглядеть негде.

– А привести их сюда?

– Вы же видели мой дар? Как вы думаете, с помощью него я смогу сквозь орды тварей привести сюда двух свежаков, не обладающих какими-либо навыками и дарами? – заметив изменившееся выражение лица, я добавил, – вот то-то и оно, что нет.

– Вы специально тогда не активировали тот дар, что скрывает вас сейчас?

– Нет, и вообще, мне кажется, у вас нет полномочий допрашивать меня, тем более что завтракать мы закончили.

– Я закончила, – подтвердила Ки, попытавшись изобразить милую моську с улыбкой, добившись только оторопи от незваной гостьи.

– До свидания, – попрощался я нарочито вежливо и направился к стойке, где уже собрались если не все, то добрая половина работников.

Расплатившись, мы молча покинули заведение, направившись к следующей точке маршрута. Еще вчера Лиф порекомендовал одну из лучших местных лавок с оружием, где смогут не только принять мой товар, но и, возможно, помогут подобрать новый автомат. Идти было далеко, можно было, конечно, взять местное такси, которое тут имелось, или воспользоваться постоянно ходившим автобусом, благо, проезд куда угодно стоил всего споран, но я решил прогуляться и посмотреть местные достопримечательности.

Внешнее кольцо, которое мною вначале воспринималось как трущобы на окраине города, таковым не являлось, хотя Лиф и подтвердил, что в центральном кольце все же живут только избранные, вроде даже как сам основатель стаба там обитает. Вообще, история мешка весьма длительная и, по некоторым данным, тут уже сотню лет обитают иммунные, провалившиеся в этот мир. Первым и самым старым стабом, который начали заселять, было Триозёрье, а уже из него народ начал расползаться по другим направлениям.

Пяток, который, кстати, получил своё название из-за того, что граничит сразу с пятью большими кластерами, один из которых является чернотой, появился относительно недавно. Его история насчитывает примерно полсотни лет, и изначально тут поселилась группа, отколовшаяся от другого стаба, тогда он назывался Северным, сейчас же его называют Шариат. Что и как привело к образованию поселения, неизвестно, но тогда эти места считались опасными, тут не больше полутора сотен километров до кластеров, которые уже тихими вряд ли назовешь, так что твари в те времена захаживали регулярно.

Поселенцы, что основали Пяток, были не простыми отщепенцами, а здорово сбитой группой, и им удавалось не только выживать, но и процветать. В те времена общая численность всех жителей мешка и пары тысяч не превышала, а Триозёрье являлся единственным стабом, способным дать отпор крупной твари со свитой. Не сказать, что Пяток уникален или его место крайне удачное, кроме того, что стаб самый большой среди всех в мешке, он может выделиться разве что близким положением к кластеру, куда раз за разом проваливается военная часть из России. Вроде как преимущество, да не такое великое, там, кроме пехотного вооружения, ничего тяжелого нет, да и то, что имеется, не очень подходит для местных реалий, требующих бесшумной стрельбы.

В общем, Пяток рос и развивался, когда места стало не хватать, было решено возводить второе кольцо обороны, к которому уже подошли вдумчиво и планомерно. Население росло не только здесь, все-таки организованные группы рейдеров были весьма эффективны в борьбе с тварями, а появлявшиеся минигосударства позволяли формировать инфраструктуру, тем самым постепенно отвоёвывая у местных обитателей себе место под странным солнцем.

Первая война стабов началась с того, что набравшая вес диаспора китайцев, коих с окрестных кластеров валилось немало, подмяла под себя кластер, что так же, как и Пяток, находится неподалеку от горловины. В тот момент никто не придал значения данному событию, так как местные склоки и передел зон влияния шли повсеместно, но вскоре все изменилось. В стабе быстро сформировался анклав, который за какие-то пять лет полностью доминировал и еще через пару лет уже никак по-иному, кроме Шанхая, не именовался. Азиаты вообще склонны к объединению, и в СТИКСе эта тенденция приобрела стремительный лавинный эффект.

Правда, положение китайского стаба было не таким выгодным, как у Триозёрья или Пятка, имелись проблемы с водой, да и база военная поблизости только в горловине, а уж про размер и говорить нечего. Пяток не успел до конца возвести второе кольцо стены, как китайцы попытались его подмять, не сказать, чтобы сразу с оружием насели, но, когда они целый год тщетно пытались просунуть своих людей в руководство стаба, а им не давали, перешли к решительным мерам.

Конфликт длился не один месяц и лишь благодаря тому, что Триозёрье все же решило в него вмешаться, китайцев не просто отправили восвояси, но и их стаб неплохо порушили. С тех пор они более таких попыток не предпринимали, занявшись обустройством своего места, но и чужих не привечали. Шариат же – самый свежий из стабов, что имеют вес в мешке, ну и самый маленький из крупных, имеющий еще более неудобное расположение, чем китайский. Поскольку он находился в самой глубине мешка еще глубже, чем Триозёрье, и не имеет в округе ничего хоть как-то стоящего в плане организации постоянного снабжения стаба, в прошлом там по очереди квартировали крупные банды.

Время от времени жителей тамошних мест организованно выбивали, когда те уж очень начинали докучать крупным стабам. Как и когда там образовался мусульманский стаб, досконально неизвестно. По одним сведениям, изначально все пошло от группы исламистских радикалов, сбившейся в группу за несколько лет, но не решившейся заниматься разбоем, видя, как решительно такое пресекается. Другие данные говорят о том, что какой-то изрядно верующий мусульманин, собрав вокруг себя костяк сподвижников, набрал по стабам последователей и возвел там мечеть, а уже потом образовалось само поселение.

В вакууме они не жили, многие знали о том, что живут себе на отшибе мусульмане, строят мечети и по большому счету никому не мешают. Как уж они там отбивались от лихих залетных, никто не разбирался, но и другим стабам они дорогу не переходили, а хоть как-то развитые твари до тех мест практически не добирались. Был даже период, когда они вели торговлю с другими поселениями, но в какой-то момент все плавно сошло на нет, и они перешли в своеобразное закрытое общество. Заявил же о себе Шариат внезапно, начав разорять мелкие стабы, которые в какое-то время начали появляться, как грибы. Был такой период, когда на волне возвышения Пятка, окрепшего Триозёрья и стаба китайцев воодушевились многие, они, как древние колонизаторы, начали искать себе новое место под небом, начав создавать небольшие отдельные поселения.

Мелких стабов тут хватает, и в какой-то период времени чуть ли не на каждом имелся свой хутор, но, увы, ни защитой, ни количеством бойцов они похвастаться не могли. Вот и страдали то от тварей, то от любителей поживиться за чужой счет, некоторые держались долго, другие сгорали мгновенно. Единственный, кто хоть как-то закрепился из этой массы, был Холм, да и то оттуда постоянно приходят разные не очень хорошие новости. Но и по сей день есть те, кто продолжают пытаться выживать наособицу, переоценивая свои силы, и, конечно, банды, которые предпочитают не показываться в цивильных стабах, организовывая жилища на имеющихся клочках.

– Добрый, – обратился я к невысокому парню, разбиравшему винтовку на металлическом столе, что попутно выступал в роли прилавка.

– И вам добрый, – ответил он, скользнув по мне взглядом, явно приметив тяжелую сумку у меня в руке. Я не стал ходить по стабу с рюкзаком и, закупаясь свежей повседневной одеждой, прихватил внушительную спортивную сумку. На поклаже взгляд задержался ненадолго, сразу скользнув по Ки, после чего он, уже не отвлекаясь от ремонтируемого механизма, продолжил. – Продать что или купить?

– И то и то, у меня имеется шесть вот таких экземпляров, – подхватив из сумки один из прихваченных автоматов с базы, что мы посетили совместно с Чипом, выложил его на стол.

– АС «Вал», – опознал автомат парень, протирая руки тряпицей, – и как обычно, голый ствол, – недовольно покрутив оружие в руках, подытожил он. – В следующий раз, если будешь на базе в Хабаровске, бери все в комплекте с чехлом, так их удастся сдать дороже.

– Намного дороже?

– Не очень, но оно того стоит, – продолжая тщательно осматривать представленное оружие, ответил парень. А вот я усомнился в этом, Чип явно не в первый раз таскает стволы оттуда, и навряд ли бы он стал упускать лишнюю прибыль, если бы оно того стоило. Удивления его знанием места, откуда прибыло оружие, я не испытал, так как Чип очень четко дал понять, что это единственный кластер, где такое можно раздобыть, да и Лиф предупредил о том, что ко мне проявят интерес, как только я покажу трофеи.

– И почём заберешь?

– Если сразу выкупом, то по одной черной за ствол, под реализацию-то можно и за три сотни горошин сбыть.

– А сам выставишь за две? – решил я поинтересоваться.

– Плюс – минус да, кто-то купит голый ствол, кто-то потребует комплект для ухода, есть те, кто желают оптику на Вал прицепить, а это еще то удовольствие, в общем, цена зависит от хотелки, – ответил он, опустив автомат на стол. – Ну как?

– Пойдёт, забирай сразу, но у меня еще вопрос, – при этом я выложил из той же сумки свой автомат, – есть у меня такой любимец, очень долго я уже с ним, и, судя по всему, ствол я ему убил изрядно.

– Разброс? – перебил меня парень.

– Еще какой, – ответил я, и парень, вскрыв пломбу, что блокировала курок, лихо принялся выполнять полную разборку оружия, – вижу, что износ у него нехилый, прокомментировал он, не закончив разбирать оружие. – Ну да, ствол в топку, слизал ты нарезы уже дальше некуда, посчитай, скоро гладкоствол будет, но смотрю, ты за ним следил.

– А как без этого, но про гладкоствол ты, похоже, погорячился.

– Да не так уж и погорячился, слушай, я вот смотрю и понимаю, что это обычный Калаш, патрон тоже стандартный наш под американский, видал я раньше под такой калибр Калаши, но твой весь прям такой странный.

– Это как? – поинтересовался я.

– Да вон погляди, в пирамиде стволы стоят, что-то похожее видишь?

– Нет.

– Вот и я не видел, а уж подствольник, что у тебя, вообще непонятно для чего…

– Для ВКО-25, нормальная такая граната, рубера на раз успокаивает.

– Вот даже как, – удивился он.

– Проверено, вот только у меня их мало осталось и где достать ещё, не знаю.

– Тут таких нет, можешь даже не тащить образец, по подствольнику уже вижу, – резко отрезал он, – тут у нас все, что встречается для навесного, фигня полная, только если бить зелень да начальных желтых, а против остальных вообще не аргумент. Правда, еще дымные часто используют, но это уже те ребята, которые охотой на тварей промышляют, уж больно хорошо крупные твари на столб дыма реагируют, приманивают их так.

– А ксер у вас есть?

– Кто? – удивился парень.

– Хм, ну дар есть такой, позволяет создавать предметы по образцу.

– А, ты имеешь в виду дубликатора, есть такой, и не один, вот только поверь, очередь к нему не короткая и цена за боеприпас будет заоблачная.

– Это да, но сам понимаешь, жизнь дороже.

– Согласен, в общем, так, если по стволам на продажу договорились, готов рассчитаться, в ремонт твоего друга тоже заберу. Ствол у него вроде как обычный, думаю, соображу, как с другого заменить, благо, этого добра у нас сыпется в достатке, но по срокам дня три, может, четыре, скажи, где тебя искать, я по готовности сообщу.

– Еще вопрос, а глушителя на него нет? У меня последний остался, и тот уже скоро начнёт сдавать.

– Нет, это у нас редкость, разве что могу твой почистить и обслужить, но это припарка для мёртвого, за глушаком тебе тоже к дубликатору, вряд ли кто дельный продаст.

Всю дорогу молчавшая Ки вышла первой, при этом сама открыв себе дверь, нужды в конспирации уже не имелось, поэтому она не стеснялась. Следующим местом, куда мы направились, была местная администрация. Мне был нужен знахарь, а если не пребывать в полумертвом состоянии, то добыть его можно только во втором кольце, а чтобы туда попасть, необходимо разрешение. Если честно, я хотел попробовать попросить Лифа, но передумал. Не хочу кому-нибудь быть обязанным, тем более что знахарей я бы хотел посетить обоих.

Болтавшаяся на руке опустевшая сумка меня раздражала, приметив открытый пластиковый бачок для мусора в одном из закутков, я размахнулся и отправил её в него прямой наводкой. Ки, проследив за траекторией, вопросительно поглядела на меня, но тут же продолжила путь. В бюро пропусков, так здесь называлось некое подобие пропускного пункта, мне удалось получить разрешение на посещение второго кольца, правда, выдавалось оно всего на сутки и по предварительной договоренности с обоими знахарями. Благо, для связи в стабе имелась стационарная телефонная связь, и оба искомых мною человека оказались на месте. Поход во второе кольцо был намечен на послезавтра, так что остатки сегодняшнего и весь завтрашний день лично я намеревался провести в праздности.

Ки в своём амплуа, заметив на обратном пути лавку с многообещающей надписью «Книги, фильмы, другие развлечения», тут же потащила меня в неё, заставив раскошелиться. Если честно, мне раньше совершенно не приходило в голову обзавестись электронной читалкой, хотя, даже если бы мы смогли обзавестись оной, то заполнить её было совершенно нечем. Тут же продавец продал самый лучший образец за горошину, и еще за две, поставив карту расширения памяти, влил абсолютно всю имевшуюся у него библиотеку, удивлённо хлопая глазами, когда Ки попросила не выбирать по языкам, а кидать абсолютно все, что имеется.

Я же, вспомнив не раз возникавшее желание сделать фотографию чего-то интересного, поинтересовался наличием небольшого фотоаппарата с экраном, но продавец, внимательно выслушав меня, предложил более достойную вещь. Устройство, что он назвал армейским коммуникатором, мне и вправду подошло, мало того, что оно было выполнено в защитном корпусе, позволявшем им даже гвоздь забить, так еще и обладало неплохими возможностями. Вначале он достал большую версию, почти как читалку, что понравилась Ки, с диагональю под двадцать сантиметров, но мне не понравился вес, да и сам размер тоже был больше, чем мне нужен. Второй вариант с диагональю экрана чуть больше пятнадцати уже был одобрен мною, продавец также сказал, что там установлено все необходимое, даже программа для конвертации форматов, они иногда разнятся от кластера к кластеру.

Отдав за устройство еще пару горошин и чуток споранов, чтобы туда была залита карта мешка, что меня немало порадовало, мы покинули продавца, и я, уже на улице сделав несколько фото, протестировал хваленую им встроенную камеру. Разглядев фотографии, я бы не сказал, что они тянули на те, что делали профессиональные фотоаппараты в моём мире, но для меня более чем достаточно. В номер мы спешили не очень, организовав себе маленькую прогулку, не от полной праздности, нужно же хотя бы немного изучить место своего обитания.

За то время, что мы ожидали прохода во внутреннее кольцо, нас несколько раз доставали любопытные местные, в основном пытаясь подсесть к нам в заведениях, где мы ели. Я, конечно, понимал, что Ки не может не привлекать внимания и относился с пониманием, но иногда навязчивость некоторых индивидуумов просто выводила из себя, правда, до серьезных конфликтов дело ни разу не доходило. В итоге, дабы избежать лишних ненужных встреч, мы стали осуществлять доставку еды в номер, благо, услуга такая имелась и по споранам была весьма доступной, покидая номер лишь для того, чтобы прогуляться.

Я было хотел пойти во внутреннее кольцо один, чтобы не будоражить тамошнее население, но, увы, Ки просто напросилась, приведя весьма весомый аргумент, мол, хочет лучше понять свой дар. На пропускном пункте долго возиться не стали, проверили на наличие огнестрела, причем только меня, явно не предполагая, что Ки способна спрятать его под шкурой, затем еще раз созвонились с первым из знахарей, к которому мы направлялись, и, наконец, пропустили внутрь.

Если в Бастионе и Клине стены строились из бетона, этаким огромным монолитным сооружением, то местные строили своё укрепление из уже имевшихся бетонных конструкций. Правда, внешняя стена все же имела снаружи слой бетона, чтобы твари не могли забраться по конструкциям, из которых возведено двадцатиметровое укрепление, а вот с внутренней стороны от стены сразу отходят редкие здания. Здесь во внутреннем кольце, укрепление представляло из себя одно сплошное здание, где на первых этажах находились торговые лавки, закусочные и прочие закутки, а выше имелись жилые апартаменты. Вдоль всего этого необычного строения шла широкая асфальтированная улица, от которой к центральному кольцу расходились другие, деля весь сектор на дольки широкими и тонкими дорогами. Рассматривая предстающее пред глазами, я фактически увидел будущее внешнего кольца, где еще нет такого количества строений, да и асфальтом покрыты лишь основные транспортные артерии.

Ничего подобного я раньше не видел, даже предположить не мог, что в СТИКСе может иметься столь плотно населенный район, а с учетом огромной протяженности этой постройки, я даже не могу предположить, сколько тысяч человек обитает в этом муравейнике. В отдельных домах, что располагались на дольках внутри периметра, имелись более шикарные дома, почти все типового вида – одно парковочное место, небольшая лужайка возле дома, в общем, обычный американский частный дом в миниатюре. Самые внушительные дома виднелись возле стены внутреннего кольца, явно намекая на то, что самый цимус, как говорил Чип, находится внутри, но, как я уже выяснил, попасть туда простому рейдеру практически невозможно.

Сориентировавшись, мы встали на остановке, чтобы дождаться автобуса, здесь они точно так же ходили по кругу, как и во внешнем кольце, а идти до места, где обитал знахарь, целый час не хотелось. Пока дожидались транспорта, оба продолжали разглядывать гигантский муравейник, опоясывавший стену изнутри, а меня посетила всего одна мысль. Ладно, будем считать, что с едой тут проблем нет, сам видел очередь на въезд спозаранку, шут с ней, с той же водой, вон Бастион с соседнего кластера использует скважину, тут, возможно, что-то такое же, меня больше интересовал другой вопрос, более житейский, куда они все писают и какают? Нет, меня эта мысль тоже удивила, глупая такая, но все равно интересно, причем не меньше, чем вопрос, где вся эта толпа зарабатывает себе спораны на проживание в этом месте. Причем во внешнем кольце цены на землю должны быть значительно ниже, но там такой скученности, что я наблюдал здесь, нет и в помине.

К дому знахаря, стоящему вплотную к стене внутреннего кольца, что подчеркивало статус, мы добрались заблаговременно, не хотелось опаздывать, мало ли как к этому отнесется хозяин. Я, как узнал о том, как работает мой новый дар, с тех пор его не деактивировал, уж очень мне не хочется, чтобы кто-либо из местных увидел мой основной дар и начал за мной охоту, так что и местному знахарю, способному просветить меня насквозь, я не доверял.

– Добрый, – поздоровалась женщина, нет, скорее всего, девушка, открыв дверь и с явным испугом уставившись на меня. – Вы Шустряк?

– Да, это я, а это Ки, – представил я спутницу.

– Проходите, – быстро отступив, пропустила она нас внутрь и, проходя следом, прокомментировала, – знаете ли, очень непривычно видеть перед собой человека, а вторым зрением пустоту.

– Не могу даже представить, не имею такого дара.

– Прекратить скрываться не хотите? – спросила она, указывая в сторону удобного дивана.

– Простите, но нет, предпочитаю, чтобы никто ничего обо мне не знал.

– Вы же не мальчик и понимаете, что чем больше тайн, тем горячее желание их разгадать, – то ли кокетничая, то ли нет, парировала она, и тут же продолжила. – Зовут меня Луа, и меня весьма сильно удивила заявленная цель вашего визита.

– Чем? – удивлённо спросил я, осматривая собеседницу, которой было примерно тридцать, все же скорее женщина, чем девушка. Знаю, конечно, внешний возраст в СТИКСе ничего не значит, но все же, вкупе с тем, что на ней не было ни грамма косметики, она выглядела как-то по-домашнему, правда, стрижка под грибок и невысокий рост этой брюнетки еще больше сбивали с толку.

– Зачем вам материалы, по которым можно обучать знахаря, если вы таковым не являетесь?

– Я так понимаю, несмотря на размер стаба, слухи тут расползаются со скоростью сети. Ну, да тут секрета нет, тут неподалёку от вас есть место, где живут иммунные, под «вас» я имею в виду весь мешок, а не данный стаб. Так вот, у них там хоть и нет стабов, но есть крайне медленные кластеры, некоторые чуть ли не по году делают интервалы между перезагрузками. В общем, жить можно, но есть беда, знахари у них имеются, а вот обучить нормально их некому.

– Так в чем проблема, можно подумать, как их доставить в мешок, если не всех, то хотя бы знахарей.

– Хм, – я не удержался и саркастично хмыкнул, бросив на нее взгляд, как на абсолютную блондинку, – скажите, Луа, – начал я, подпуская ехидство в голос, – вы хоть раз были на быстрых кластерах, с тварями бились? Вы бы смогли со мной пройти три сотни километров по ним? Нет? – ответил я сам на заданные вопросы, – а много ли вы знаете тех, кто сможет столько прогуляться? И при всем при этом, заметьте, у вас тут в мешке не один знахарь, способный раскрыть и развить дар, по крайней мере, мне это говорили, а там таких специалистов не было и нет по сей день.

– Сглупила, была неправа, – даже не подумав стушеваться, ответила она, – ну, я тоже могу вас в свою очередь огорчить, записи – это конечно подспорье, но не панацея, все же нужен другой более опытный знахарь, чтобы пояснить, так сказать, на пальцах.

– Слышал, и не раз, данное утверждение, но, если честно, оно так же спорно, как и вопрос о том, кто появился раньше – яйцо или курица? Был же тот первый знахарь, который обучил другого?

– Не спорю, вывод логичный, я так понимаю, вы один из тех, кто видит цель и не видит преград?

– Не сказал бы, но когда иного выхода нет, приходится действовать наиболее оптимально, а, как известно, между двумя точками прямая – самый оптимальный маршрут.

Сидевшая спокойно Ки плавно развернула сначала оба уха, а потом и голову в сторону коридора, где была входная дверь, вскоре оттуда послышался уверенный стук в дверь. Девушка кивнула, мол, она ожидала этого, и удалилась, вскоре послышался её и мужской голос, и в комнату она вернулась вместе с гостем. Рядом с Луа на соседнем кресле разместился коренастый невысокий мужик, этакий квадрат с ростом меньше ста семидесяти, рыжий с густыми усами, кстати, тоже рыжими, вольготно развалился, водрузив на едва оформившееся пузо что-то напоминавшее большую папку, эдакая подшивка-переросток.

– Кир, – представила Луа вновь прибывшего, – это второй знахарь, у нас все равно была запланирована совместная встреча для обучения молодых, и мы, подкорректировав планы, решили поговорить с вами совместно, я надеюсь, вы не против?

– Нет, – ответил я, наблюдая, как Кир внимательно смотрит на Ки. – Меня зовут Шустряк, а её Ки, – представился я новому собеседнику, но тот не прореагировал, по-прежнему разглядывал мою спутницу. – Вы хотите что-то спросить?

– Да, – встрепенувшись, он прекратил таращиться на Ки, – она удивительна, я ничего подобного не видел, – он даже вроде как возбудился, – Луа, ты видишь её внутренние органы, она такая же кошка, как я членистоногое?

– Кир, не реагируй так сильно, меня она тоже удивляет, хоть и предупреждали заранее, но я также поражена, – попыталась его остудить Луа, тут же продолжив, – давай для начала займёмся насущными вопросами, а уж потом всем остальным, кстати, он тебя не интригует?

– Нет, – коротко ответил тот, – я уже встречал такой дар, точнее, разновидность оного, пока он закрывается, сказать точно не смогу, но другой владелец мог врать ментату и уходить из-под взора сенсов, хотя я его всегда мог наблюдать. У Шустряка либо его аналог, более развитый, либо похожий дар, не он первый, не он последний.

«Да, походу, на фоне Ки я меркну», – подумалось мне, даже как-то обидно, но, с другой стороны, все к лучшему.

– Насчёт развитости я бы поспорил, этому дару всего-то пару месяцев, – прервал его я, – и да, раскрываться я не стану, уже говорил, так что предлагаю начать с наших дел. Как я понимаю, вы в курсе того, что мне нужно, – я невольно покосился на папку, – так что теперь вопрос в цене?

– Вы так уверены, что мы готовы вам что-то продать? – с неким наигранным удивлением спросила Луа

– А что, я ошибся? – так же наигранно удивился я, намекая взглядом на принесенную гостем папку.

– Мда, интриги не вышло, – посетовала она, тут же продолжив. – Как вы понимаете, папка не содержит всего, там лишь свежее, Кир в той жизни был художником, так что рисует он не в пример лучше меня, это то, что мы не успели перевести в цифру. А остальное я могу вам дать вот так, – в её изящной ручке появилась плоская карта памяти, – вы почти в любой технолавке можете приобрести планшет, где можно будет просмотреть всё содержимое. Оно каталогизировано, есть содержание и даже несколько обучающих текстов и памяток, это был, так сказать, госзаказ, от правительства стаба, точнее, он и по сей день есть. Правда, никто не предполагал его распространения даже в соседние стабы, вы должны, как никто другой, понимать, что секреты нужно хранить.

– И что же вы хотите за этот, так сказать, секрет?

– Все просто, – начала Луа, явно перебив попытавшегося начать Кира, – мы хотим осмотреть вашу спутницу, заодно с даром поможем, если она его еще не полностью использует, но это еще не все, также мне очень интересно, что такое скрываете вы?

– Насчет Ки решать ей самой, – я при этом посмотрел на неё, ожидая решения.

– Я не против, если, конечно, вы не хотите меня вскрыть, боюсь, что обратно собрать меня у вас не выйдет, – ответила она, а на лицах собеседников появилось крайнее недоумение.

– Вскрыть? Собрать? – вскинулся Кир, – как вам в голову такое пришло?

– Ну и слово же подобрала, – улыбаясь, вторила соседу Луа, – собрать, сказала же, нет, не будем мы тебя вскрывать, не беспокойся, да и что-то мне подсказывает, что Шустряк нам этого не позволит.

– А вот второе ваше требование невыполнимо, – продолжил, уловив паузу, – поверьте, я не пытаюсь казаться таинственным, я просто не могу.

– Что же, вы никогда не посещали знахаря? – спросил Кир.

– Нет, конечно, это было бы наиглупейшим решением, и привело бы к тому, что я уже давно имел бы внешность лотерейщика, а быть таким красавцем в мои планы никак не входит.

– Что же все-таки вам мешает продемонстрировать ваши дары, или у вас есть какой-то особый? – подключилась Луа.

– Именно в этом-то и проблема, – подтвердил я.

– Не думаю, что вы смогли бы нас чем-то удивить, – скептически подытожил Кир.

– Хорошо, – согласился я, – если я покажу вам такое, что вы никогда не видели, вы согласитесь с моими доводами?

– Если сможете нас удивить, – как-то подобравшись и сосредоточившись, согласился Кир, Луа также кивнула головой в знак согласия.

Продолжая все также сидеть на диване, я перешёл в состояние призрака, встал и прогулялся по комнате, пройдя пару раз через стены, а сидевшие внимательно за этим наблюдали. Закончив демонстрацию, я встал перед ними, после чего вынул из кармана разгрузки рацию, вытянул руку над диваном и уронил проявившийся предмет. Рация не успела упасть, среагировавшая Ки, видимо, ради забавы, стремительно, так что глаз не заметил, поймала её, даже не поворачивая головы.

– Не вижу ничего удивительного, – констатировала Луа, когда я проявился.

– То, что многие призраки могут пропадать с одеждой на себе, не секрет, раньше уже такое видел, в том числе и то, что все отделившееся от их тела проявляется, – так же разочарованно подвёл итог Кир.

– Хорошо, предположим, но я, пожалуй, продолжу, разрешите вашу папку?

– Да, пожалуйста, – протянул просимое мною Кир.

Сделав два шага, взял папку и, едва его рука отпустила предмет, как я тут же сменил ей пространство, и, вернувшись на кресло, уже смог созерцать крайнее удивление на лицах обоих знахарей.

– И как долго она так будет висеть? – первым поинтересовался Кир, в метре от лица которого висела толстая папка, через которую он махал руками.

– Не знаю…

– Что значит – не знаю? – переспросила знахарка, подойдя, также проверила предмет на проницаемость.

– А вот так, у меня есть пара таких предметов, что уже побольше года висят, думаю, пока я жив, будут висеть.

– Откуда вы знаете, что они продолжают висеть там, где их оставили, вы же явно не где-то тут их подвесили, вы же только пришли в мешок? – спросил Кир, уже прекратив махать рукой сам, но продолжая наблюдать за тем, как это продолжала делать Луа.

– Все просто, я их вижу, когда перехожу в состояние призрака, – безнаказанно соврал я.

– То есть как видите? – удивленно переспросила Луа, прекратив исследовать папку, и уже почти усевшись в кресло.

– Да так же, как и вы сейчас, только на любом расстоянии в режиме призрака, – пояснил я.

Я лгал, причем специально, знал, что Ки ничего не подтвердит и не опровергнет, а меня прочитать все равно у них не выйдет. В мои планы вообще не входило кому бы то ни было рассказывать о своих дарах, но коль еще при входе в стаб я спалил своего призрака, пришлось выкручиваться с помощью него. Призрак не считается, каким бы то ни было, шикарным даром, и поэтому он не мог вызвать жгучего интереса, но вполне объяснял то, как мне удавалось выжить в кластерах. Мало, конечно, тех, кто, уходя в призрак, может с собой забрать хотя бы одежду, еще меньше тех, кто способен перенести ствол, но если судить по тенденции, то рейдер-призрак в полном облачении не является чем-то из ряда вон выходящим, на чем я и сыграл.

Когда же знахари попросили нечто удивительное, я хотел продемонстрировать замещение, но вспомнив крайнее удивление таким аспектом моего дара у Шутера, решил этого не делать, он тогда говорил, что с обычным призраком такое вовсе невозможно. Именно исходя из такой логики – невозможно, значит запрещено, а вот призрачные предметы, наоборот, должны быть весьма удивительными, чего от меня и требовали, хотя лед, по которому я сейчас прошел, все равно крайне тонкий.

– Да, удивили, – нарушил паузу Кир.

– Согласна, – вторила ему Луа. – Вы хотите сказать, что это то, что вы могли показать, и вы даже не пытаетесь скрыть такой дар.

– Не то, чтобы не пытался, но вы же попросили что-то, что вас удивит, я выбрал меньшее из зол.

– Меньшее, – повторила она, – что же у вас там такое в загашнике, что это для вас пустяк?

– Не пустяк, а меньшее, прошу не путать, я бы вам мог сказать, что я знаток жемчуга, но, думаю, вас таким не удивить.

– Много у вас даров? – как-то заискивающе спросила она.

– Буду считать, что вы не спрашивали…

– Хорошо, я думаю, что мы согласны? – задала она вопрос Киру.

– Согласны, – подтвердил он, после чего взглянул на Ки, – но её я бы все же хотел пощупать руками.

– Щупайте, не вы первый, не вы последний, – с наигранной обреченностью разрешила Ки.

Экзекуция инопланетной кошки продолжалась часа четыре, я же все это время изучал материалы, что были переданы мне. Большая их часть для меня являлась темным лесом, так как я не обладаю видением знахаря, но имелась и нужная мне информация, я даже решил заучить форму и конфигурацию особенно важных даров. Мало ли с какими врагами мне придётся встретиться, и я не уверен, что мой дар способен противостоять тому же клокстопперу, знать о наличии врага с таким даром мне бы хотелось заранее, а не по факту. Луа не сразу присоединилась к экзекуции, для начала она отсканировала то, что принёс Кир, как выяснилось, он настолько же хорошо рисует, насколько же хреново разбирается в компьютерах и даже сканер для него является чем-то недоступным.

Также мимоходом узнал, что идти и искать информацию у других знахарей смысла не имеет, так как они все учились именно у Кира и Луа, а вот их учил некий Тирп, но, увы, он бесследно пропал еще лет десять тому назад. Высказываются предположения, что его убили внешники, в тот период серые их еще беспокоили, это сейчас, точнее, последние года два, их тут не видать, а в прежние времена они творили бед ничуть не меньше, чем твари. Зацепившись за тему внешников, я узнал, что местные ничем не отличаются от наших. Правда, разведение ручных муров у них не наблюдалось, но пойманных они выкупали у любой банды. Цели, которые преследовали серые, полностью соответствовали тем, что были у наших внешников, и для местных это не являлось секретом.

Также удалось выяснить и причину, по которой серые не появляются в мешке. Правда, не сказать, что совсем не появляются, но той частотой, что есть сейчас, можно пренебречь, да и отпор им стали давать массовый и организованный. Точных сведений ни у кого нет, но вроде как рядом с ними поселилась странная тварь. Одни говорят, что это разумный элитник, другие – что слишком сильно мутировавший кваз, но все сходятся в том, что серые вынуждены вести с ним войну, бросая чуть ли не все ресурсы на это. Удивившись такому и сопоставив, как внешники, обитавшие у Бастиона, с легкостью расправлялись с любыми тварями, не поверил в это, но оба знахаря в один голос заявили, что свидетельств тому имеется масса. Вроде как даже имеются те, кто встречал ту странную тварь и остался жив, хотя находились рядом с ним и с его свитой, те точно знали об их присутствии, но никак не отреагировали.

Хм, интересно, и даже очень, сделал я вывод из рассказанного, вот только все очень смахивает на распиаренную байку, но, как говорится, в каждой сказке есть доля сказки. Мы покинули знахарей, когда уже начало смеркаться, вспомнил Чипа с его ощупыванием Ки, и понял, что насчет своих познаний в живности он явно скромничал, так как оба знахаря, которые в отличие от него могли просмотреть её насквозь, пришли к тем же самым выводам, что и он. Правда, они, видя больше, были шокированы в разы сильнее, особенно тому, что у неё два сердца, печень также продублирована, и комплект из четырех почек, имевших вообще другое расположение. Причем, если Чипа впечатлила её способность мимикрировать, то оба знахаря восприняли сие как факт, а вот то, что все органы прикрыты очень плотными мышцами, явно призванными уберечь органы от физического воздействия, их удивило не на шутку. Луа даже высказалась, что почти тридцать процентов мышц в её теле не несут двигательного функционала, а лишь выполняют защитную роль, и как такие мышцы можно развивать, они даже ума приложить не могли.

С даром Ки тоже проблем у двух знахарей не возникло, правда, особо ничего нового они не сказали, телепорт в зоне видимости и досягаемости, дар не то, чтобы рядовой, но и считать, что крутой до безумия, не стоит. Бояться за то, что она сможет себе нанести повреждения, не стоит, знахари хором уверили, что да, следы будут оставаться, если пробежит по чему бы то ни было, где их можно заметить, но если побежит по горячему, то обжечься не сможет. Также она не может телепортироваться туда, куда не может добраться или не видит места, ну да, это мы и сами уже выяснили, а вот со временем они уточнили, две минуты сорок три секунды. Невидимость тоже хороша, позволяет даже двигаться, если медленно, идеально для снайпера на один выстрел, или того, кто хочет сидеть в засаде, что прекрасно подходит Ки. Касательно того, что откат можно переждать под скрытием, это да, но вот ложкой дегтя оказалось то, что сенсы её в таком состоянии будут видеть. В общем, далеко не зажигалка, но и, так сказать, топовым даром не назвать. Кстати, они смогли определить, что она хигтер, правда, тут таких называли замершими, даже не знаю, какой из терминов правильнее.

На тему срока, на который застопорится получение нового дара, получился ожесточенный спор, из которого лично я выяснил, что из-за того, что жемчуг от меня она получила уже в конце формирования ядра, срок будет не таким уж и большим, от полугода до года, но не больше. Разброс, конечно, большой, но точнее они сказать не смогли, упомянув, что употребление жемчуга будет только положительно влиять на его сокращение до минимума.

– Я надеюсь, это в последний раз? – спросила Ки, когда мы покинули дом Луа, направившись к переходным воротам.

– А что так?

– Чувствую себя экспонатом, – она призадумалась и продолжила, – складывалось впечатление, что еще чуть-чуть, и они меня препарируют.

– Знахари, что ли? – усмехнулся я, – им не нужно, они тебя насквозь видят, причем лучше, чем я, могут каждую жилку в твоём теле рассмотреть.

– Тебе-то откуда знать?

– Мне Шутер объяснял, ему врать смысла не было.

– Все равно неприятно.

– Ух ты, вот оно как, я давно заметил, что ты стала проявлять эмоции, – решил я начать давно назревавший разговор.

– Я заметила, что ты заметил, и да, я думаю, что так оно и есть, но причина, по которой это стало происходить, мне непонятна.

– Может, ты адаптируешься к людям?

– Я, – она даже обернулась, ловя мой взгляд, – я огромная говорящая кошка, скорее, больше причуда этого мира, чем его часть?

– Ты такая же кошка, как я балетный танцор, нет, ты ничего не подумай, я люблю кошек, как и прочих животных, но воспринимать тебя как кошку я не могу.

– А если так? – спросила она игриво и потерлась о мои ноги, немного опередив меня.

– Все равно не похоже, и тебе не идёт, – наигранно пожурил её я.

– С ножами и винтовкой лучше?

– Скорее, привычнее…

– Ясно, вон смотри лавка, где брали планшеты, еще работает, ты же вроде хотел зайти.

– Кстати, да, – подтвердил я свои намерения, сворачивая к уже знакомому продавцу всякой технической и развлекательной всячины.

Полдня с утра я провёл за тем, что копировал на пять наладонников и три больших планшета всю ту информацию, что успел собрать, потом упаковывал все на дно рюкзака, прокладывая разными вещами. Главную задачу, ради чего я пришёл в мешок, удалось выполнить с наскока и без особых проблем, оставалось только дождаться, когда местный оружейник починит мой автомат, да заказ для Ки будет завершен. Еще в первый день, приметив закуток местной швеи, я смекнул о возможности пошива для Ки разгрузки, так как все, что сделано для людей ей, совершенно не подходило. Хозяйка лавки нисколько не удивилась такой проблеме, пояснив, что она не раз обшивала квазов и уж для Ки сделает максимально удобную вещь.

После обеда заглянули на финальную примерку, и получившийся результат настолько впечатлил меня и Ки, что я оплатил заказ еще пяти таких же. Ки лично провела испытания с прикрученными к разгрузке стволами, правда, теми, что были у хозяйки магазина, но все равно даже меня впечатлили универсальные крепления для оружия по обеим сторонам от позвоночника, и в особенности специальные шнурки, позволявшие быстро освобождать нужное из них. Ки же впечатлило исполнение передней части с кучей кармашков и отсеков, которые закрывались как на липучках, так и на молниях, с учетом того, что её тело по большей части находится в горизонтальном состоянии, выпадение всего из разгрузки являлось неприятной проблемой.

Вечер я посвятил изучению картинок и описаний даров, а Ки вознамерилась за оставшуюся пару дней, что мы пробудем в стабе, дочитать всю бумажную литературу, что имелась в моём рюкзаке и перейти к более обширной библиотеке, копию которой она просто заставила перенести на мой наладонник. Ужинали в номере, заказав доставку, тут же и решив, что хоть и нет особой нужды, но Триозёрье мы все же посетим, точнее, на этом активно настаивала Ки, её даже новая волна повышенного внимания не смущала, она вообще решила, что больше не будет скрываться и маскироваться. С одной стороны, мне такое решение нравилось не очень, с другой стороны, я её мог понять, именно поэтому решил не переубеждать её, хотя аргументов против у меня имелось хоть отбавляй.

– Слушай, Ки, – начал я, – что ты планируешь делать дальше, я особенно тебя не спрашивал, помню наш с тобой подобный разговор, но все же?

– Есть мысли? – ответила она, оторвавшись от книги, вообще вид лежащей на животе кошки в рост мужика, при этом читающей книгу, до сих пор меня удивляет, а вот её непринужденность поведения при этом просто поражает.

– Почему бы нам не осесть тут, ну, или в замке на озере?

– Ты же не раз говорил о том, что хочешь вернуться…

– Говорил, и хочу, но ты только представь, сколько тебе придется со мной прошагать по Пеклу?

– Хочешь меня оставить тут, – сказала она ровно, но я почувствовал горечь.

– Нет, – резко парировал я, – не хочу, если ты сама не захочешь. Поначалу у меня проскакивало обоснование, почему ты находишься рядом со мной, если просто, то знания, защита, в конце концов, адаптация к людям, но сейчас тебе это все не нужно.

– Не нужно что?

– Ну, знания, адаптация и прочее, – я как-то даже стушевался.

– Ну хорошо, вышла я сейчас, закрыла дверь, и что дальше? У меня нет ни цели, ни задачи, кроме тебя, у меня тоже никого нет, я не в смысле других людей, мне кажется, что найдутся те, кому будет интересна говорящая кошка. Но так, как ты, вряд ли будет кто относиться.

– Так – это как? – решил я прояснить непонятную ситуацию.

– Ты не видишь во мне ничего интересного, я это я, и все, тебя вон больше занимает вопрос, как протащить меня к твоему Бастиону, чем вопрос о том, для чего ты живешь.

– Чего-то ты нелогично загнула, но смысл я уловил, тут ты немного неправа, в том другом моём мире все просто и понятно, нужно заработать денег, найти себе пару и родить детей, остальное вариации на тему. Последовательность, кстати, тоже может меняться, большинство людей живут, даже не задумываясь зачем, нет, я не хочу сказать, что все живут как амебы, но большинство точно. Есть те, у кого имеется цель, многие посвящают всю жизнь какому-то одному делу, науке, искусству, да много чему. Но, попав сюда, большинство ломается, в одночасье потеряв семью, которая зачастую хочет тобой перекусить вскоре после прилета сюда кластера, потеряв свои обычные жизненные ценности, у них просто уходит земля из-под ног, и вот тогда есть всего три варианта. Сдаться и умереть, смириться и существовать, адаптироваться и жить, других тут нет, и не факт, что два последних не закончатся так же, как и первый.

– Чет я раньше за тобой не замечала тяги к философии, – развернувшись на бок и подложив руку под голову, прокомментировала Ки. – Мне кажется, что ты не перечислил свой вариант…

– Даже не знаю, как правильно выразиться, но вначале я стремился, как и все, кто не хотят прогнуться под этот мир, нарастить мускулы, дары, начать чего-то добиваться, но очень быстро пришёл к выводу, что мне это неинтересно. Нет, дары я хочу, но жить, как подавляющая масса рейдеров – утром бить тварей на спораны, вечером кутить на них, ну уж нет. Хотя вначале я пошёл по проторенной дорожке, но весьма быстро свернул с неё, найдя свой путь.

– Ты хочешь понять, как устроен этот мир?

– Я не думаю, что это возможно, мне доводилось разговаривать со многими людьми, попавшими сюда, которые были намного умнее меня, и ни у кого даже близко нет понимания, где мы, а вот всяких баек про центральные кластеры довелось слышать немало. Я хочу, если уж не понять этот мир, то хотя бы попытаться, а сидеть в стабе, обрастая горами споранов, просто нет желания.

– Ну вот, ты сам и ответил на свой вопрос, я с тобой, потому что у меня также не было цели, но я хочу узнавать новое и изучать, и в данный момент ничего, кроме этого мира, мне не доступно. Теперь у меня только один вопрос, на кой ты поднял эту тему, зачем весь этот разговор, я думала, что все и так понятно.

– Возможно, тебе и понятно, просто всегда хочется иметь определенность.

– А что тут не определено, я же спросила тебя, что мне делать, когда я выйду за дверь? Я, может, и не потеряла семью, хотя утверждение крайне сомнительно, да и земля у меня из-под ног не ушла, я просто к чему-то такому была готова. Варианты у меня те же, что и у всех, и, как ты помнишь, я решила жить, но, встретив тебя, я решила, что вдвоём жить интереснее. В стабе я, конечно, толком не жила, но почему-то мне кажется, что от того, чем мы занимались, живя возле озера, это будет отличаться мало. Будет скучно, так что, куда ты, туда и я, разве что все-таки тут, в смысле, в мешке, можно немного и задержаться.

– Есть идеи?

– Нет, просто интересно, как надоест, пойдём дальше, можно в те места, откуда ты, можно поискать новые поселения, думаю, всегда можно будет придумать, чем заняться.

– А что тебя тварь схарчит, не переживаешь?

– А тебя? – весело подмигнув, Ки вернула мне мой вопрос.

– Ну и ладно, тогда как автомат восстановят, сходим в первый местный стаб, навестим, так сказать, Триозерье, не раз слышал, что там неплохо, а на обратном пути, может, Холм навестим, благо, карта есть.

– А оставшиеся два, те что, автономия?

– Ну их, там, судя по всему, только проблемы можно будет найти.

Глупый вышел разговор, перед тем как начал, вроде понимал, что хочу спросить, но сам же растерялся, хотя и получил ответ на свой незаданный вопрос. За последние месяцы я так привык к Ки, что уже начал воспринимать её как члена своей семьи. Если бы она все же решила остаться, для меня это бы стало поистине серьёзной проблемой, но и её ответ тоже нерадостный. Я точно знаю, что сидеть долго на одном месте не смогу, да, можно прижиться в этом огромном кластере, Пяток вроде весьма дружелюбен, но за какой-нибудь год я облазаю все вокруг, и меня вновь потянет дальше. Поначалу я, как и все, кого занесло в этот мир, до дикой дрожи в коленях боялся тварей, но, получив свой набор даров, я стал относиться к ним, как к опасным животным, обходить стороной, не провоцировать, изучив их повадки. Ки, находившаяся со мной рядом, в отличие от меня, не настолько приспособлена для путешествий через Пекло, да, она по сравнению с остальными попавшими сюда имеет явное преимущество, но все же. Думаю, можно будет осесть в мешке, периодически навещая живущих в оке Пекла, эти прогулки поспособствуют тренировкам, вот только сейчас я очень сильно пожалел, что сделал её хигтером, не видать вскоре нового дара. Правда, что с Сарычем, что с Ки, дары получились не рядовые, следовательно, я все же сделал все правильно.

Портье только через два дня уведомил нас о том, что нами интересовался оружейник, просивший передать, что заказ готов и его можно забрать. Обрадовавшись, мы решили покинуть стаб завтра, Ки как раз дочитает бумажные книги, пока я заберу свой автомат, тем более что заказ на её разгрузки мы забрали еще вчера. Пообещав, что на обратном пути прихвачу какой-нибудь вкусной еды, я направился за своим оружием.

– Ствол тут от автомата, аналогичного твоему, еще мой токарь немного подправил износ механики, а так в остальном все осталось без изменений. – Прокомментировал оружейник свою работу.

– Да, нарезы точно не мои, – удовлетворенно констатировал я, – ствол новый?

– Разве что пару пристрелочных с него отстреляли, сам понимаешь, я его на продажу готовил.

– Прекрасно, а где пристрелять можно?

– В стабе негде, нужно выходить за ворота.

– Это опять в очереди на вход потом стоять, я слышал, что к обеду там просто всемирная пробка образовывается.

– А зачем ты в главные прёшь, – удивился он, – вон, через малые, там ребятам кинешь пару споранов, они на возврате тебя быстро опломбируют и бумагу черкнут, все так делают.

– Ну, я не местный, – хмыкнул я, – но за совет спасибо.

– Кстати, по поводу гранат для твоего подствольника, я поинтересовался, все печально.

– Печально в смысле, не сможет местный ксер скопировать или цена будет аховая? – решил я уточнить, уж больно меня интересовал данный вопрос.

– Сделать-то он сможет, а вот цена и вправду аховая, но проблема в другом. Я тебе уже говорил, что дубликаторы наши работают только на стаб?

– Было дело, но и сторонние заказы не исключались.

– Не исключались, это правда, вот только по остаточному принципу, даже через моего человека зайти не удалось, а ты сам понимаешь, он в этом был заинтересован.

– Загружены?

– В точку, причем по полной, вроде как очередной виток напряга с Шариатом набирает обороты, и руководство стаба готовится к войне.

– Все так плохо?

– Никто не знает, но то, что именно они уже дважды напали на наши караваны, это факт.

– Печально, – посетовал я, – я бы за ценой не постоял.

– Дело не в цене, дело в безопасности стаба, ходят слухи, что Шариат с китайцами договорился, уж больно высока вероятность того, что если и будут с нами воевать, то вдвоём.

– А что с Триозерьем? Они же вроде как ваши союзники.

– Так-то оно так, но, как говорится, лучше рассчитывать на свои силы и получить помощь в бонус, чем на чужие, и не получить помощи вовсе.

– Вот тут-то я с тобой согласен, причем на все сто, в этом мире всегда лучше рассчитывать только на себя.

– Кстати, ты можешь попробовать договориться с дубликатором именно у них, там имеется начинающий, причем частник, не работающий на стаб, вот только я не знаю, сможет ли он изготовить боеприпас для тебя.

– Неразвит дар?

– Дар развит хорошо, но ведь ты же знаешь, что у дубликатора не только от дара все зависит, но и от размера рук, я слышал, что обычные гранаты он уже способен дублировать, может, и твои сможет.

Расплатившись с оружейником, я направился к малым воротам, путь к которым он мне подсказал, тем более что те находились не так далеко от гостиницы, где мы располагались, правда, придется искать другое заведение, где захватить еды на обратном пути, ну да это не проблема, оных тут много. Теперь, помимо того, что Ки хочет посетить еще один цивильный стаб, и у меня появилась мотивация посетить Триозёрье, не такой уж и большой путь за шанс получить еще запас для подствольника, да и присмотреться бы не мешало. С проходом наружу проблем не возникло, горошина и всех делов, правда, обернуться нужно до конца смены ребят, но за четыре оставшихся часа я точно обернусь.

Пристрелялся я быстро, едва удалившись на соседний кластер, достал свой электронный прицел с дальномером, разметил несколько удобных целей и принялся пристреливать сначала без оптики, а потом и с четырёхкратником. На все про всё я потратил не более двух часов, успев вернуться в оговоренный с охраной срок. Ребята сделали, как и обещали, вновь опломбировав оружие и выписав новую бумагу, после чего, уже планируя завтрашний выход, я направился к ими же указанному заведению, чтобы прихватить еды.

Глава 6

Две машины не торопясь подъезжали к стабу, стараясь обозначить себя как можно четче. Дейл знал, что любые резкие движения в зоне ответственности охраны Шариата приведут к плачевному результату, а умирать в его планы совершенно не входило, тем более после того, как все им задуманное удалось. Он очень давно держал в секрете свой последний козырный дар, надеясь, что он когда-нибудь спасет ему жизнь, давая шанс выжить, ошарашив противника на полминуты, но он пригодился совершенно иначе.

Бросив взгляд назад, туда, где в кузове пикапа стояла небольшая наспех сваренная из арматуры клетка с кошкой, он ухмыльнулся, еще раз задумавшись над тем, как он на полученный за нее жемчуг сможет наконец-то осесть, ни в чём не нуждаясь.

– Чего нужно? – раздался голос, усиленный громкоговорителем, откуда-то сверху из-за железных стен стаба.

– Доложите Вергу, что приехали мультяшки, привезли ему очередную интересную игрушку, – прокричал Дейл со всей мочи.

Ответа не последовало, и ждать хоть какой-то реакции пришлось около получаса, но, когда ворота начали открываться, Дейл уже точно знал, что все решилось как нельзя лучше. С десяток охранников вывалились из еще не открывшихся ворот как горох, заняли удобные позиции, и только вслед за ними вышедший старший направился к машине.

– Это подарок? – указав пальцем на клетку, спросил высокий бородатый и огненно-рыжий мужик у Дейла.

– Да, – подтвердил тот.

– У него уже есть большие кошки, даже белый тигр в зверинце имеется, – проговорил старший, явно требуя объяснений у Дейла.

– О, это не обычная кошка, но говорить я об этом буду только с ним, – при этом Дейл поднял вверх палец, указывая многозначительно в небо.

– Как знаешь, но если из-за твоей провинности мне что-либо выскажут, лично перережу тебе горло, – парировал старший, после чего уже сидевшему рядом с Дейлом резко бросил, – проваливай.

В ворота въехала всего одна машина, за рулём которой был старший, а Дейл перебрался на пассажирское место, остальным приехавшим с ним разрешили разместиться возле ворот и разбить лагерь под охраной стаба. Это уже хорошо, так как о въезде внутрь всех Дейл даже и не думал, могли вообще выгнать за периметр, но мольбы о том, что они уже трое суток на ногах, чтобы порадовать их главного, дали свои плоды, и теперь ребята могут хотя бы выспаться под присмотром.

Машину старший подвел практически под забор дворца, так называлось место проживания Верга, это был отдельный укрепленный район внутри Шариата со своей охраной и порядками. Дейл, в отличие от большинства обитателей мешка, уже в третий раз был у входа и имел все шансы его покинуть не просто живым, а еще и с очень крупным барышом. После недолгих согласований машина проехала во внутренний двор и, преодолев метров сто территории, замерла на центральной площади дворца, где уже начала скапливаться местная вооруженная охрана.

Как бы это ни бросалось в глаза, но военные в стабе выглядели так же, как и везде, одеваясь в армейскую камуфляжную форму, в то время как все остальные обитатели ходили в традиционных арабских одеяниях в виде халата или длинной рубахи, Дейл не имел понятия, как правильно называется такая одежда. Вскоре от апартаментов Верга, что находились в отдалении от остальных строений, к машине направилась процессия, в которой, помимо охраны, присутствовало несколько человек в гражданской одежде. Хотя даже с такого расстояния было понятно, что халаты из такой ткани в Шариате могли носить немногие. Взгляд Дейла выхватил самую главную фигуру, одетую в халат голубого цвета, с золотыми узорами на широких рукавах и вырезе от шеи до середины торса. Процессия двигалась неспешно, как будто специально давая время подготовиться к её встрече, и Дейл готовился.

– Здравствуй, Верг, – первым поприветствовал подошедшего Дейл.

– Тебе тоже здравствовать, – ответил ему высокий, коренастый кавказец, при этом огладив свою внушительную бороду, – я так понимаю, это и есть твой подарок?

– Да, – не стушевавшись, ответил Дейл, – я знаю о том, что вам нравится все самое необычное, самое редкое, и я решил, что вы первый должны увидеть её, – он слегка склонил голову и указал на импровизированную клетку в багажнике. Дейлу никак не удавалось говорить высокопарным слогом, кой ценился в этом стабе, и каждый раз, делая попытку, он чувствовал стыд, стыд за то, что Чипу это всегда давалось легко, а он вечно выглядит, как глупый клоун.

– Кошка? Правда, весьма большая и странная.

– О да, несравненный, – подхватил Дейл, – соблаговолите взглянуть на её передние лапы.

– Интересно, – прокомментировал стоявший рядом и тут же отшатнулся, когда кошка, подняв не то лапу, не то руку, сложила крайне специфический на вид, но легко читающийся неприличный жест. – Я так понимаю, что помимо того, что её глаза имеют столь дивный цвет, а вместо лап у неё руки, она еще и разумна?

– Вы глубоко проницательны, – подтвердил Чип, – помимо всего этого она еще может говорить.

– Говорить? – удивился стоявший рядом, и в первый раз Дейл увидел, что хозяин, нет, скорее владыка Шариата, обескуражен. Всего на миг, но это легко прочиталось в тот момент на его лице. – Эй ты, скажи что-нибудь? – обратился он уже к кошке.

– Её зовут Ки, – почти шепотом тихо сказал Дейл.

– Ки, – повторил тот, как будто попробовав на вкус, и тут же повторил ей свою волю, – Ки, скажи что-нибудь, уважь меня…

– Несравненный, – начал Дейл, когда понял, что Ки отвечать не планирует, – в доказательство моих слов, чтобы вы не заподозрили меня в обмане, я могу вам показать видеозапись, – и, увидев, что Верг заинтересовался, тут же полез в карман, доставая мобильный телефон.

Пришлось подождать, пока телефон загрузится, и еще мгновенье, пока Дейл открывал нужную программу, после чего на экране показались двое, высокий парень и сама кошка. Съёмка велась снизу вверх, и в том, что Дейл снимал тайком, сомнений у Верга не возникало, а, следовательно, вопрос о парне стоит тоже прояснить. Кошка весьма непринужденно вела беседу с парнем, обсуждая прошедший день, при этом в самом разговоре не было ничего интересного, но вот в том, что кошка говорила, была изюминка, та самая изюминка, которая заставила вздрогнуть сердце Верга.

За те пару десятков лет, что он уже пребывал в этом мире, он повидал много необычного, и с тех пор, как стал тем, кем он есть сейчас, всегда с охотой и рьяностью фаната старался найти и заполучить все этакое необычное. Первым его достойным трофеем стал череп огромного красного, потом полный неповрежденный комплект брони серых. За оба этих трофея его люди умылись кровью, но это было тогда, сейчас же только при одном его желании ему доставят сколько угодно таких подарков, бросив их к ногам. С тех пор прошло много лет, кроме разных мутантов, ему не попадало ничего интересного, и вот сейчас, как будто по велению небес, ему в руки сам пришел такой необычный дар.

– Я вполне удовлетворён, – отпрянув от телефона, сказал Верг, – и доволен, ты в действительности достоин того обещания, что дал твой брат, и все же смог меня удивить. Теперь у меня к тебе имеется всего два вопроса: кто был рядом с ней на видео, и какую плату ты хочешь получить за столь интересный, – он задумался на несколько секунд, продолжив, – за столь интересную гостью?

– О несравненный, – начал было Дейл, но, наткнувшись на взгляд Верга и тут же осекшись, понял, что тому неинтересны его попытки говорить красиво, а требуется лишь информация. – Это был её хозяин, – сократив до минимума ответ, выдал Дейл, на что тут же фыркнула Ки, бросив в его сторону презрительный взгляд.

– И он, как я понимаю, может попросить вернуть её, или он уже ведет беседу с своим богом?

– Может, о несравненный, но для начала ему нужно будет понять, что она у вас, а я все провернул так, что он даже не поймёт, кто её выкрал и куда дел, – Ки на такие слова попыталась улыбнуться, но, как обычно, получилось не очень. Верг даже замер, ожидая, что она что-то скажет, но, к его сожалению, Ки осталась безмолвной.

– Кто он?

– Он пришлый, – начал Дейл короткое изложение истории своего спасения, знакомства с Шустряком и Ки, а также пересказа всего того, что она сама рассказала о себе.

– Так значит, у него боевых даров нет? – подытожил Верг, – а вот с ней нужно быть поаккуратнее, простой ошейник может не помочь, – прокомментировал он, махнув рукой охране, которая тут же споро подхватила клетку из кузова и направилась с ней в сторону одного из строений. – В общем, проблем в хозяине я не вижу, и причин, способных вызвать ненужный конфликт с жителями другого края мешка, тоже, а, следовательно, ты достоин награды в полном объёме. Сколько желаешь получить, я готов поторговаться?

– О несравненный, я готов даже вам её подарить, лишь бы ваше расположение к нам осталось столь же благостным, – сказал Дейл, пытаясь сам же поверить в сказанное им. Нет, он, конечно, не хотел дарить такую экзотическую добычу, но он помнил, как Чип всегда говорил, что эти восточные дурачки крайне ценят лесть при переговорах о цене, и поэтому он всегда предлагал Вергу самому назначить за товар цену, которая никогда их не разочаровывала.

– Отношение к вам моё зависит не от того, сколько я вам заплачу, а от того, насколько вы меня порадуете, и сейчас я тебе совершенно честно могу сказать, что большей радости за все то время, что я тут, нет, за все то время, что я живу, не испытывал. Моё сердце еще ни разу так не трепетало, и поэтому я готов отблагодарить тебя очень щедро.

Верг, обратившись на непонятном языке к одному из стоявших рядом и молчавших гражданских, явно отдал какое-то указание, после чего тот вместе с частью охраны удалился, а Верг очень маленьким кивком попрощался с Дейлом, направившись в сторону здания, куда унесли клетку с Ки. Дейл остался в одиночестве возле машины, где пришлось прождать примерно десять минут, затем к нему подошел обычный охранник и, не говоря ни слова, начал доставать черные как ночь бархатные мешочки из обычного пластикового пакета. Взяв один из выложенных перед ним кисетов, Дейл раскрыл завязки и почти ахнул от увиденного внутри. Сбросив остолбенение, он начал судорожно прикидывать количество жемчуга в кисете и, не успев даже приблизительно оценить количество, сосчитал выложенные перед ним сами бархатистые мешочки.

– Здесь пять тысяч, – начал принесший оплату охранник, плохо выговаривая английские слова с ярко выраженным акцентом, – десять по пять сотен, все пополам, черная и красная.

– Понял, – чуть ли не заикнувшись, ответил Дейл.

Он не просто ожидал высокой награды, он знал, что она будет таковой, но все, на что он рассчитывал, с лихвой покрыло бы всего три кисета лишь черным жемчугом, а тут целых десять. «Состояние, это целое состояние», – пронеслось у него в голове, и он тут же принялся действовать. Жестом попросил тот самый пакет, в котором охранник принес все, и тот, не сказав ни слова, понял его, протянув руку с комком, в который был превращен пакет за дальнейшей ненадобностью. Дейл развернул его, тут же начав ссыпать в него содержимое кисетов, вытряхивая один за другим, пока не осталось всего четыре.

«Четыре – это тысяча черных и тысяча красных, намного больше, чем мы надеялись получить, а значит, ни у кого не возникнет подозрения», подумал он, колеблясь и решая, может быть, хватит всего трех? Все же решив, что жадность не доводит до добра, оставил четыре, остальное в пакете убрал в потайной карман куртки и, немного похлопав себя по боку, чтобы разгладить получившуюся выпуклость, сгреб в наружные карманы оставшиеся четыре кисета.

Наблюдавший все это время за священнодействием Дейла охранник понимающе улыбнулся и собрал опустошенные, уже ненужные мешочки, после чего махнул на руль, намекая Дейлу, чтобы тот заводил машину. Машина, двигавшаяся к воротам, ведущим из дворца, никем не сопровождалась, да и миновав их, он не встретил на своём пути ни одного охранника, пока не достиг основных ворот стаба. Никому и ничего говорить не пришлось, охранники споро принялись отворять одну из огромных створок, в которую и выехал Дейл.

Его братва, не ожидавшая столь быстрого возвращения, начала лениво оживляться, их машина стояла возле самой стены стаба, а парни отдыхали, укрывшись в её тени, так как под прикрытием стволов охраны даже выставлять дозор необходимости не было. Вскоре все оживились, как только первый заметивший, что клетки нет, во всю глотку спросил у Дейла:

– Прокатило?

– Прокатило, – подтвердил он и нарочито медленно вытащил из кармана черный кисет, продемонстрировав его всем. – Не тормозим, поехали, нам еще нужно успеть в Холм за бухлом и жратвой, а после пусть обе наши козочки всю ночь орут, помогая нам праздновать, – крикнул Дейл первое, что пришло ему в голову.

Вторая машина, рыкнув двигателем, выехала на дорогу, ведущую из стаба вслед за первой, где к водителю уже присоединилась еще пара старичков-мультяшек. С Дейлом ехали те, кто сейчас фактически составлял костяк его банды, те, кто его не кинул, и те, кому он показал две тысячи жемчужин, вызвав их восторженное удивление. Сам же Дейл не слушал их рассуждений, думая над тем, как лучше выбрать время, чтобы посетить свой секретный тайник, чтобы убрать туда свою часть, да так, чтобы никто даже не заподозрил об его наличии.

***

Войдя в помещение, Верг, махнув рукой, отправил охрану за дверь, при этом брезгливо покосившись на первую пленницу. Запах испражнений, который шел от прикованной к небольшой собачей клетке нимфы, был просто ужасен. Он подумал о наказании тех, кто должен убирать за ней, но тут же вспомнил, что сам запретил её обихаживать после последней попытки побега. Еще раз поморщившись, он сделал несколько шагов, подойдя к клетке с новой гостьей. У него внутри все бурлило, как у маленького ребенка, который наконец-то получил долгожданный подарок, но Верг не был ребенком и не мог позволить себе выражать свои эмоции.

– Ки, – обратился он к кошке, – я могу сделать твоё пребывание у меня в гостях весьма приятным, – начал он, вкладывая как можно больше убедительности в свои слова, но тут же был перебит.

– Приятным? – прозвучал вопрос, заданный издевательским тоном, на мгновение парализовав всё естество Верга, «говорит, она говорит», – пронеслось у него в голове, и ему совершенно не было важно, что и в каком тоне она говорит. – Я не собираюсь тут у вас гостить, вскоре за мной явится Шустряк и, увы, я покину вас.

– Шустряк, ах да, это тот самый с видео, твой старый хозяин?

– Хозяин? – удивлённо переспросила Ки. – Он скорее мой друг или даже брат.

– Он также, как и ты, прилетел из космоса? – на миг потеряв самообладание, выпалил Верг.

– Нет, в отличие от меня, он уже жил на вашей планете, точнее на её копии…

– Тогда как же ты его называешь братом? – наигранно удивленно спросил Верг.

– Я боюсь, что такому, как ты, не понять, – произнесла Ки и повернулась к собеседнику спиной, давая понять, что говорить более не о чем.

– А ты молодец, девочка, – послышалось из другой клетки, голос был такой, словно говоривший засунул голову в банку, да, по сути, так оно и было, поскольку голову прикованной к клетке девушки венчало уродливое железное сооружение.

– Заткнись, тварь, – прошипел Верг, – а не то опять выделю десятку бойцов внеочередную увольнительную для посещения тебя, правда, для тебя есть и плюс, хотя бы помоют, – сказав это, он издал звук, напоминавший смех и, сделав паузу, добавил, – а ты подумай, хочешь жить в роскоши или как она, – после чего в несколько быстрых шагов покинул помещение.

– За что тебя удостоили такой чести? – спросила бывалая узница.

– Если я все правильно поняла, то за спораны, – ответила Ки, – хотя, скорее всего, за жемчуг, за много жемчуга.

– Это чего же в тебе такого удивительного, что Верг за тебя жемчуг отдал?

– Ты случаем не слепая? – удивленно поинтересовалась Ки.

– Нет, не слепая, но эта кастрюля на моей башке, хоть и имеет отверстия для того, чтобы свет проникал, но гораздо выше моих глаз, эти падлы специально так сделали, есть на то причина.

– «Падлы»? – повторила Ки слово, – ты что, можешь говорить на русском?

– О как, – также перейдя с английского на русский без малейшего акцента, подхватила девушка, – могу, конечно, родной как-никак, ну а все-таки, чего в тебе такого, что этот утырок тебе про сладкую жизнь пел?

– Приятную, – поправила Ки, – в общем, я, как бы это сказать-то верно, кошка, что ли.

– В смысле?

– Выгляжу как кошка, только большая.

– Да ладно, прикалываешься?

– Сама увидишь, когда Шустряк за мной придет.

– А я-то тут причем? Какой ему резон заморачиваться спасением меня?

– Резон, – задумалась Ки. – Шустряк редко руководствуется какими-либо правилами и мотивациями, есть такое слово «альтруист», это как раз про него, вот только он не простой альтруист, а с зубами.

– Тоже кот? – с усмешкой выказывая сомнения в правдивости своей товарки, пошутила девушка.

– Нет, он человек, такой же, как и все те, кто попал в этот мир.

– Выходит, имеет крутые боевые дары?

– Не совсем так, я не могу тебе всего рассказать, но поверь, что он тебе понравится.

– Это неважно, со мной он связываться не будет в любом случае, – сбросив напускное ехидство, посетовала девушка.

– С чего ты так решила?

– С того, что я нимфа, или, как тут некоторые раньше говорили, сирена.

– Хм, поняла, – немного подумав, ответила Ки. – Нимфы – это те, кто могут подчинять своей воле других, вроде как такой дар только у женского пола бывает.

– Не знаю, я бы с удовольствием подарила этот дар, уж больно он мне жизнь попортил, а ведь до этого все было весьма неплохо …

– Тебя так привязали из-за него?

– Да, эти ублюдки даже вон кастрюлю измыслили, – девушка мотнула головой стукнувшись своим металлическим головным убором о прутья клетки, – мне прямой контакт глазами нужен, вот они и извратились.

– А, – Ки призадумалась, – не знаю, как сказать, с гигиеной почему так все плохо?

– Ну, не так уж и плохо, – невесело хихикнула девушка, причем из-за искажения звука, что возникало из-за надетой на голову металлической конструкции, получилось больше похоже на звук какого-то животного, чем на смешок, – обычно раза два в неделю моют из шланга, как животное.

– А в чём смысл? И как долго ты уже здесь?

– Смысл? – переспросила девушка, как будто сама не знала причину, но тут же собралась, – смысл в наказании, бежать недавно пыталась, а тут я уже, – она крепко призадумалась, – года четыре или может пять, когда ты живешь в пределах одной комнаты, ход времени непонятен…

– Это, как я понимаю, и есть приятный вариант, по мнению главного?

– Угу, – подтвердила девушка, – его, если что, Вергом зовут, тварь еще та, с необъятной манией величия.

– Его имя ты уже упоминала, а вот как тебя звать, нет.

– Ясмина, но для краткости можно просто Яся.

– Я Ки, так меня зовёт Шустряк.

– А полное имя есть?

– Это вообще не имя, с вашей точки зрения, то, что вы принимаете за имя, просто номер индивидуума, тип поколения и номер корабля, к которому он относится.

– Что? – удивилась Яся, – какой корабль, какое к черту поколение, и че ты там еще сказала?

– Давай так, когда Шустряк придёт и вытащит нас с тобой, посмотришь на меня и, если захочешь, я тебе все расскажу, но если коротко, то, по-вашему, я инопланетянка.

– Я так понимаю, тебя сильно головой стукнули?

– Нет, – не поняла Ки, – но вырубил меня Чип, и чем-то таким, что я даже не поняла.

– Мультяшки все еще живы? – удивилась Яся.

– Если ты про Чипа, то да, а вот остальных его спутников твари сожрали, его спасли люди, где мы с Шустряком жили, а потом он нас сюда привёл, в мешок.

– Стоп, вы что, не местные? Какие люди? Где жили? – протараторила Яся, наконец-то поняв, что её странная собеседница не шутит.

***

Когда мне пришлось постучать в дверь первый раз, я особого внимания не обратил, мало ли, может, в душ залезла, Ки еще та водоплавающая, но после второго насторожился. Ладно, есть ключи, сунув руку в карман штанов, решил я, после чего открыл замок и зашел внутрь. Странно, Ки нет, ушла? Взглянул на часы, что висели над входом, оголодать не должна, да и вон, странно, она на постели оставила раскрытую книгу.

Спустился вниз, у стойки стоял виденный мною раньше парень, поинтересовался, не просила ли Ки что-либо мне передать, но, помимо отрицательного ответа, он добавил, что она вообще сегодня не спускалась, и тут меня что-то кольнуло. Да не просто кольнуло, а словно проткнуло всё тело раскалённой кочергой. Ки, конечно, могла бы выйти в окно, но все окна на всех этажах тут зарешечены, да и книжка, что лежала на кровати… Дело в том, что Ки не относилась с бережностью к ним и никогда не забывала, где закончила читать. Так что оставлять раскрытую книгу для неё было нехарактерно, но это не главное, прочитанную она всегда выкидывала, а ту, что не успевала, всегда упаковывала в рюкзак, даже если мы уходили, чтобы поесть. Такое поведение было следствием моего обучения, где одним из наставлений было то, что все вещи всегда должны быть упакованы, чтобы в экстренной ситуации можно было просто схватить и уходить.

– Скажи-ка, парень, ты точно уверен, что Ки не покидала гостиницу? – прокрутив все в голове, переспросил я парня.

– Точно, мимо меня не пройти ни к одному из выходов, но можем посмотреть по камерам.

– Точно, камеры, ну-ка давай.

Парень сел за столик с небольшим ноутбуком, призадумался, потом, приподняв ноутбук, поставил на стойку и развернул ко мне вполоборота.

– Вот смотрите, тут сейчас видите, вы, – прокомментировал он камеру, что смотрела с ресепшена на лестницу, и нажал на быструю перемотку, когда я пролетел пулей по экрану, немного отмотал назад и снова включил воспроизведение. – Вот это вы.

– Да, давай дальше …

Следующими за мной спустились две девушки, потом еще рейдер в полной выкладке, парень пояснил, что тот выписался как раз, следом еще пара человек. После длительной паузы, где на экране ничего не происходило, пришел человек в гражданской одежде с кепкой, причем меня что-то дернуло в том, когда он показался на камере. Его лица не было видно, а через десять минут после его прихода вышел он и еще двое, тащивших внушительный оружейный ящик.

– Стоп! – почти крикнул я, – это кто?

– Хм, это из семнадцатого номера, они сдали номер, видимо, удачно продали оружие.

– Еще раз покажи их, – попросил я его, даже не поняв, что меня зацепило, нет, в том, что они приехали и продали оружие с военной базы, ничего такого нет, но на кой черт с собой обратно тащить пустой ящик?

– Вот, – парень запустил повторно момент выхода троицы, и в том, что они выходили вместе, у меня сомнений не было, тот самый, что был в кепке, опять развернулся так, что лица не видно, вроде как что-то говорит квадратному коротышке, но, как говорится, дважды уклонился от камеры, это не случайность, это тенденция.

– Еще разок, – так и не поняв, что меня в них смущает.

– Пожалуйста.

Твою же мать, выругался я безмолвно, когда понял, что мне показалось неестественным. Ящик не такой уж и массивный на вид, но несут они его вдвоём, лично я бы такой пустой ящик нес один, а тут двое.

– Он жил с ними? – указав на парня в кепке, спросил я.

– Нет, он пришел, сразу сказав, что идет к ним, а они о том, что ждут, предупредили еще вчера.

– Так, подожди, так, а когда они заехали?

– Вот, – продемонстрировал запись парень, сменив программу на другую, – два дня как тут, а заплатили за неделю. Причем выписались сегодня и такие, мол, остаток себе оставь на чай.

– На чай говоришь, а на этажах камеры есть?

– Да, конечно, в каждом коридоре.

– Покажи с того момента, как этот в кепке появился.

Парень поколдовал и на экране, что разделился на четыре части, было видно, как тот, что в кепке прошел мимо ресепшена, так же ловко уклонившись от камеры, что-то сказал парню за стойкой, после чего прямиком направился к лестнице. Поднялся на этаж выше того, где жили мы, в тот момент, когда он шел к незнакомому номеру, меня что-то напрягло в его походке, но я сразу же отбросил это, когда ему навстречу вышли оба его попутчика, его явно ждали. Но то, что я увидел дальше, заставило меня содрогнуться. Из номера появился сначала коренастый, этакий миниатюрный квадрат, а за ним высокий, и ящик он нёс, держа его в одной руке, тот был явно пуст. На дальнейшее я смотрел, уже понимая, что сейчас увижу, у меня было всего два вопроса, как они взяли Ки без драки и где мне найти этих ублюдков, а внутри меня разгоралось то самое чувство, которое я впервые почувствовал, когда меня обложили самоуверенные рейдеры во внешнем кольце Пекла. Но сейчас оно, странным образом пройдя период холодного испуга, затем раскалённой и жгучей ярости, мутировало в удивительное спокойствие. Всеобъемлющее чувство спокойной и бездонной пустоты с каждой секундой все больше и больше поглощало всю мою сущность.

Тот, что был в кепке, двигаясь обратно, прикрылся высоким, после чего они спустились на наш этаж, двое с ящиком остались на лестнице, а тот, что в кепке, прошёл и постучал в нашу дверь. Было видно, что он что-то сказал и зашел в явно открытую с той стороны дверь, а уже через минуту махнул рукой, не выглядывая в коридор, после чего ждавшие также зашли в комнату. Через несколько минут они покинули нашу комнату, причем тот, что был в кепке, закрыл ключом дверь, и, опять прикрывшись высоким, направился с сообщниками на выход.

– Когда это было? – спросил я спокойно, но, судя по реакции парнишки, который уже успел сообразить, что произошло, мне бы лучше было кричать криком.

– Примерно через сорок минут, как вы ушли, – явно испуганно проговорил парень, несколько раз перемотав видео и сверив время.

– То есть уже прошло пять часов, – обращаясь в никуда, констатировал я.

– Чуть меньше, – парировал парень, явно думая, что я спрашиваю его.

– Слить сюда сможешь? – спросил я его, доставая из кармана разгрузки наладонник.

– Да, пару минут.

– Запомни, парень, ничего не произошло, ты ничего не видел, номер пока остаётся за мной, – холодно распорядился я, доставая и выкладывая горсть гороха на стойку, отчего тот аж отшатнулся.

Взлетев пулей по лестнице, я даже не понял, как очутился за дверью, мигнув на секунду призраком. Быстрая проверка вещей показала, что к ним даже не прикасались, в комнате вообще не было никаких следов борьбы или присутствия чужих, то есть взяли Ки без сопротивления, и, хуже того, открыла она тому, кого явно знала. А в стабе она толком не знала никого, да и в том, что он скрывал своё лицо, должен быть смысл, те-то двое не боялись, что их по лицам опознают, значит… А что это значит? Ни хрена это не значит. Я взял рацию Ки, что так и продолжала лежать на столе, нажал кнопку подачи тонового сигнала и услышал отклик в своей, работает, я все равно не представляю, как Ки с её бешеной реакцией можно скрутить без следов.

По идее, мне сейчас положено хотя бы волноваться, но я на удивление спокоен, а в голове построился четкий план действий с вариантами развития, аж самому становится не по себе. Ну что же, начнем по порядку, те, кто свои морды не скрывали, либо доселе были чисты, либо вообще в первый раз в данном стабе, неважно, оба эти варианта равнозначно не приведут к цели, они вообще могут быть наёмными носильщиками, хотя вряд ли. Главная цель – это кепочка, причем я не могу никак отделаться от мысли, что мне этот человек знаком, или я хотя бы его где-то видел, и он об этом знает, вот и скрыл свою морду. При этом всем он прекрасно знал, где находятся камеры, о, кстати, камеры же есть не только тут, по улицам тоже немало следящих за народом глаз, и я, пожалуй, знаю того, кто мне сможет помочь. Как бы мне не хотелось влезать в долги, но сейчас Лиф может быть прекрасным шансом для ускорения поиска, подхватив рацию, я выставил частоту в четыре четверки.

– Лиф, ответь Шустряку, – максимально спокойно выдал я в эфир.

– Это экстренный канал, смените частоту, – раздался женский голос в ответ спустя пару мгновений.

– Девушка, я в курсе, что это экстренный канал, именно поэтому я и вызываю его здесь.

– Поняла, вас интересует начальник безопасности внешних секторов?

– По всей видимости, да, – неуверенно ответил я.

– Подождите, я с ним свяжусь.

– Шустряк, что стряслось? – раздался голос Лифа через пару минут.

– Где ты сейчас?

– Я на смене, если срочно, говори.

– В эфир не могу, но вопрос очень срочный.

– Я во втором секторе, сейчас сообщу на приходную, тебя пропустят. Знаешь, где здание службы безопасности?

– Нет, – ответил я.

– Если зайти в тот проход, что напротив четвёртого въезда, мы с тобой там в «Диннере» встретились, то по прямой до первой стены и увидишь здание в три этажа, а на парковке кучу армейских машин, я буду ждать тебя у входа, с проходной мне сообщат.

– Выходи, буду через пять минут, про проходную забудь, так пройду, – отрезал я.

– Шустряк, не стоит…

– Стоит, выходи, – резко парировал я и, подхватив передний рюкзак, начал экипироваться.

Сорвав пломбы со всех пистолетов, разместил их в кобуры на законные места, пломбу с автомата также сорвал, вставил магазин и дослал патрон. Выудил из рюкзака винтовку нолдов, поместив ту в боковом кармане рюкзака на её законное место, рацию и амуницию Ки, кроме винтовки, тоже кинул в рюкзак и надел его на плечи. Окинув комнату взглядом на предмет оставленных вещей, прихватил пакет с принесённой едой, чтобы не протухло, после чего прошел сквозь дверь, направившись к портье.

Проходя мимо него, поставил пакет с едой и на ходу бросил: «Либо выкинь, либо съешь», после чего призраком направился по прямой к указанному месту. Мне было глубоко наплевать на всех недовольных, через которых мне пришлось пройти, при этом я перешел на бег и не гнушался даже здания проходить насквозь. В особенности моё поведение всполошило патруль второго кольца, когда я вышел из стены на их глазах и, проигнорировав всех, направился к зданию службы безопасности.

На подходе к зданию, помимо патруля, что бежал за мной, меня ожидал уже десяток на входе, некоторые даже успели вскарабкаться в машины, заняв места за пулемётами, но, когда Лиф начал всех остужать, а я направился к нему спокойным шагом, все вроде как немного остыли.

– Ты охренел? – то ли спросил, то ли констатировал факт Лиф, когда я проявился рядом с ним.

– Есть где поговорить, тихо и без свидетелей? – проигнорировал я его натиск.

– Ки? – спросил он, явно понимая, что я один.

– Да.

– Все, парни, остыли, он со мной, – громко крикнул Лиф, сделав жест, приглашающий следовать за ним.

– Говори, – начал он, как только мы вошли в небольшое помещение на первом этаже, что-то вроде диспетчерской, войдя в которую, Лиф тут же приказом выпроводил сидевшего там парня.

– Ки украли.

– С чего ты взял? – удивился он.

– Вот, – я протянул свой наладонник с открытой папкой, где лежали файлы с видеозаписями, ткнув на ту, где из комнаты выносили ящик с Ки.

– Подожди, вот я еще не пялился в эту херь. Вик! – крикнул он, и в помещение тут же вернулся выпровоженный ранее парень. – Слей файлы на комп, посмотреть надо.

Парень взял наладонник, покрутил его в руках, хмыкнул и, не выпуская тот из рук, сел за компьютер. Прошло всего пару минут, как парень сказал «готово» и без лишних слов, встав, удалился за дверь. Лиф тут же занял место за компьютером, начав запускать файлы по порядку, просмотрев все несколько раз, вернулся к вдумчивому разглядыванию всей троицы, не произнося ни слова.

– Вик! – в очередной раз крикнул он, и тут же возник все тот же парень. – Шустряк, совсем тихо не выйдет, – предупредил он и, указав в монитор, обратился уже к парню. – Гостиница, пятый сектор, трое, вот эти, вышли с ящиком, я хочу знать, куда они ушли.

Парень тут же сел за соседний компьютер и безмолвно начал работать. Вскоре на экране показалась картинка, где трое покинули гостиницу и прошли до соседнего поворота, после чего скрылись в нём. Сменившийся обзор камеры показал всё ту же троицу, что вышла и, пройдя еще немного, остановилась возле лавки, где продавали какую-то еду. Тот, что был в кепке, взял в руки рацию и что-то сказал, а те двое, прислонив ящик к стене, как будто там дрова, заказали еду. Глядя на экран, я все больше понимал, что я уже не просто злой, я в бешенстве, в поистине странном холодном бешенстве, еще чуть-чуть, и я буду готов убить любого причастного или не очень к похищению. Вскоре к троице подъехало что-то отдаленно похожее на микроавтобус с небольшим кузовом сзади, а парень прокомментировал: «Вызвали тук-тук, сейчас посмотрим, куда едут».

Обзор камер сменился несколько раз, когда стало понятно, что они приехали к одним из ворот. Тут камер имелось в достатке, все обзорные на площадку, где были припаркованы машины, но рассмотреть того, что был в кепке, так и не удалось, складывалось ощущение, что этот ублюдок знал расположение их всех. Ящик с Ки небрежно закинули в кузов широкого джипа, после чего они, отметившись у охраны, спокойно покинули стаб.

– Третьи ворота, – прокомментировал парень, в то время как Лиф уже поднял трубку стационарного телефона.

– Лид, ты? – начал с кем-то невидимым общаться Лиф. – Давай позже, есть срочный вопрос. У тебя на площадке стоял «Хамви» с самопальной спаркой из двух пулемётов Калашникова на крыше, уехал несколько часов назад. Хорошо, жду, потом расскажу. – После чего, открыв какое-то приложение на компьютере, прокомментировал, – сейчас придут данные от ментата.

– Что, и на выходе отмечает? – с надеждой спросил я.

– Да, но уже без досмотра, просто по именам, среди группы на воротах всегда есть ментат, а потом уже по рации связываются для проверки на косяки, долги и прочие, если нет, то добро на выход. Так вот, Ширк и Ларс приехали вместе, и машину поставили именно они, ага, вот сдали стволы, Калаши, хотя нет, оружейник отметил, что это китайские копии.

– Много? – спросил я, на что получил удивленный взгляд Лифа

– Пять штук, хм, ты прав, ради пяти стволов переть ящик глупо.

– Это повод, – подытожил я очевидное.

– Согласен, так, а ребята-то в первый раз в стабе были, – с удивлением отметил он, просматривая записи ментата, – Вик, а ну-ка, найди-ка этих ребят, когда они приехали, – бросил он парню, что сидел рядом, и тот сразу принялся за работу. – Так, а вот и данные на третьего, я так понимаю, что это тот самый наш парень в кепке, Дейлом кличут, – парень, сидевший рядом, хмыкнул, а Лиф, глядя на него спросил, – есть что сказать?

– Если эта та пара придурков, то вроде как их порвали где-то за мешком несколько месяцев тому назад.

– А подробнее обо всем? – резко спросил я, и парень бросил испуганный взгляд сначала на меня, потом на Лифа, увидев его кивок, продолжил. – Да была тут бригада одних недоумков, звали Чип и Дейл, ну, как персонажей Диснеевского мультика, Чипа того уже давно сожрали, с тех пор бригада притихла, по мелочи в мешке промышляла, реже на окраине быстрых кластеров мелочь били. От такой жизни люди у него стали разбегаться, вот, мол, брат-то знал, как спораны заработать, а ты, мол, сопля, в общем, Дейл и увалил с частью народа за мешок, да и сгинули вроде как. А тут вон как, живой, хотя его уже давно похоронили.

– Почему Чип и Дейл, и причем тут американская кинокомпания? – спросил я.

– Да они вместе учились на ветеринаров, а по вечерам в какой-то шарашке подрабатывали ростовыми рекламными куклами, в костюмах разных мультперсонажей зазывали народ в кафе, так их сюда и принесло. Никто бы не запомнил их, а тут на тебе, братья, прилетевшие в одном кластере, оба иммунными оказались, так они и прославились, а прозвища сами собой прилипли, точнее, их так окрестили, ну и пошло.

– Чип и Дейл, говоришь, – начал я, уже понимая, почему «кепочка» мне все время казался знакомым, – кажется, я знаю ту падлу, что прячется под кепкой, не уверен, но еще там, на видео в гостинце меня что-то смутно дернуло, а вот сейчас я точно уверен, что это та падла.

– Какая? – недоумевая, спросил Лиф, обернувшись ко мне на стуле.

– Помнишь, при первой встрече я рассказывал, что меня сюда привел некий Чип?

– Думаешь, это он?

– Нет, тот, наверно, реально сгинул, а вот тот, что Дейлом зовется, он и есть.

– Уверен?

– Слишком много сходится, особенно Ки, открывшая дверь сама, вопрос только в том, как её вырубили.

– Ты уверен, что не убили? Хотя да, глупо было бы забирать труп, а вырубить можно легко, тем же шокером приголубить, их по кластерам тонны валяются.

– Не шокер точно, представь, как такая киса в конвульсиях лапами может начать махать, да и звук, ну да неважно, теперь мне интересно только одно, где эти твари?

– Шустряк, сходи покури на улицу, я сделаю пару звонков, попробую что-нибудь узнать.

– Не курю, – отрезал я.

– Тогда проветрись, Вик, тебя тоже касается.

Поняв намек, я вышел, на сей раз открыв дверь, и вскоре был на парковке возле здания, а заметившие меня служивые слегка заволновались, но, увидев вышедшего следом Вика, который тут же подкурил сигарету, расслабились. Я стоял как истукан, пялясь в одну точку и пытаясь понять, чем Ки или я могли заслужить со стороны Чипа такое. Неужели он, позарившись на те потроха, что есть у меня, решил потребовать выкуп, нет, вряд ли. Мне кажется, что надо быть по пояс тупым, чтобы на такое пойти, я же его убью, как только он мне вернет за выкуп Ки, а следовательно, дело не в выкупе, тогда в чём? Из циклических размышлений и попыток понять происходящее меня выбил Лиф, опустив мне руку на плече.

– Ты не откликался, – тут же оправдался он, когда я резко развернулся, но, увидев, что я ожидаю результатов, продолжил, – порадовать тебя особо нечем, бригада этих мультяшек известна, но особого говна, как и хороших дел, за ними не водилось. Обычные середняки, пытавшиеся жить наособицу, разве что они точно ходили на базу к русским, что вне мешка, уж больно стволы оттуда приметные притаскивали, ты такие же, кстати, сдал на днях. В общем, ничего особенного сообщить я тебе не могу.

– Где обитают, известно?

– К нам захаживали, и не раз, если не считать вот этих новых, в Триозёрье запрос я кинул, но раньше, чем через час, ответа не будет, да и думаю, он таким же будет.

– Мало информации, искать по всему мешку, это как иголку в стоге сена.

– А тебе и не нужно, с большой долей вероятности эти товарищи часто бывают на Холме. Стаб это такой небольшой, но весьма удачно расположенный, не сказал бы, что очень цивильный, но многие из тех, кто промышляет на границе быстрых кластеров, предпочитают подолгу обитать именно там, ну, или спускать то, что добыли с тварей. Не факт, что ты их там самих застанешь, но узнать о них сможешь, стаб там не чета нашему, все друг у друга на глазах.

– Этот? – я продемонстрировал наладонник с картой мешка.

– Да, он, один пойдёшь?

– Да, и поверь, лучше меня сейчас не останавливать, кстати, предупреди, что я прямиком без оформления пойду. Вернусь с Ки, тогда и накажете, штраф там выпишите или еще чего.

Не дожидаясь ответа, я направился к выходу, а за моей спиной Лиф что-то начал говорить в рацию, но я уже не слушал, теперь у меня была четкая цель, к которой я собирался дойти по прямой, без обходных маневров. Ворота во внешний сектор были закрытыми, охрана при виде того, что я двигаюсь прямо в них, а не в проход для людей, начала движение в мою сторону, но, перейдя в состояние призрака, я проигнорировал всех. Стаб я так и покинул, двигаясь напролом, разве что иногда заходил в укромное место, чтобы перезапустить призрака, увы, но мой дар не позволяет двигаться бесконечно.

До Холма было чуть меньше трех сотен километров, которые я прошел, а точнее, проехал за два дня, мог бы и быстрее, если бы была машина получше, и здесь имелись хотя бы немного быстрых кластеров, а то найти авто с живым аккумулятором просто небылица какая-то. К стабу я вышел ближе к вечеру и, выбрав самое высокое здание, расположился в нем так, чтобы можно было его разглядеть, правда, за те несколько часов, что остались до заката, я успел разглядеть стаб только в общих чертах.

Маленький, после Пятка я бы даже сказал, что крохотный, но и вправду стоящий на холме, причем, как я понял, основание холма стабом вовсе не является, лишь небольшой пятачок на его вершине. Но с точки зрения обороны стаб весьма удачен, правда, если приглядеться поближе, то сразу видно, что дела тут не очень, ограждение периметра есть, как и пара ворот для въезда с классической змейкой. Защитную полосу в лесу вырубать тут не нужно, на холме, кроме зеленой травы и редкого кустарника, ничего и так нет, а вот чего-то, вроде минного поля или колючих заграждений, не видать вообще, да и сама стена, окружавшая стаб, частично выполнена из дерева, остовов машин и прочего хлама.          Внутри периметра стаб имеет около десятка деревянных строений и одно по центру, вроде как капитальное, вдоль забора имеется несколько складов, если так можно назвать наваленные груды ящиков и прочего под открытым небом.

Идею сразу же посетить стаб я отбросил как нелогичную, моё холодное спокойствие, охватившее меня в тот момент, когда я понял, что случилось с Ки, меня так и не оставило, вследствие чего за последние два дня я спал часа четыре. Закончив разглядывать стаб, я организовал себе ночлег и приготовил горячий ужин, решив, что направиться утром будет самым лучшим решением.

Утром, пока я двигался к воротам стаба, меня посетила одна интересная мысль, заключавшаяся в том, что Чип или, более правильно, Дейл, однозначно сработал похищение для того, чтобы продать экзотического зверька, а это хоть как-то гарантировало, что Ки никто не будет убивать сразу. Самый главный вопрос теперь заключался в том, кто является покупателем, если коллекционер, то ей мало что угрожает, хотя за характер будет бита, и не раз, а вот если замешаны внешники, серые по-местному, то могут сразу же и вскрыть. Правда, в вероятности второго варианта я сильно сомневался, так как те уже давно сюда не забредали, и вероятность того, что у какой-то мелкой шайки есть выходы на них, весьма слабая. Если мне не удастся выйти на похитителей, то можно проработать вариант с покупателем, вот только это потребует гораздо больше времени или вообще станет невозможным, если тот не любит хвастаться своими экспонатами.

Обдумав еще несколько раз все имевшиеся факты, я утвердился в предположении, что покупатель местный, и даже больше, я убежден, что это либо стаб азиатов, либо мусульманская община, так как только они закрыты настолько, что там возможно такое. Но сбрасывать со счетов два крупнейших поселения мешка тоже не стоит, хотя, как мне кажется, там такое провернуть бы не удалось.

Стоявшие у ворот охранники, если так можно было назвать ту неорганизованную кодлу в десяток рыл, что галдела у ворот, пока двое из них бились на кулаках, на меня не обратила особого внимания, хотя заметили однозначно. Тут вообще подойти незамеченным не было никакой возможности, и к тому моменту, когда я поднялся на холм, миновав нечто похожее на заградительную змейку из кусков бетонных блоков, драка уже закончилась. Высокий худощавый парень, получив очередной пинок ногой в грудь, еще больше свернулся в калачик, а стоявший над ним плечистый мужик торжественно поднял руки, проорав что-то на непонятном для меня языке. Гомонившие начали потихоньку рассасываться, кто-то занялся поверженным, в то время как другие вернули вещи победителю.

Акцентировать внимание на себя я не собирался и поэтому, подойдя, просто встал, наблюдая за происходящим, пока один из толпы не приметил меня, направившись в мою сторону.

– Че надо-то? – небрежно спросил подошедший

– Вообще-то хотел в стаб зайти, но увидел драку и решил посмотреть развязку.

– Развязку он решил посмотреть, – недовольно передразнил второй подошедший, после чего добавил, обращаясь к стоящему рядом. – Сколько слил?

– Десятку гороха, но я длинному еще припомню, слова его в жопу запихну, мол, он уже не одного бронированного завалил, пламя рулит, трепло, – после чего, сплюнув, развернулся и ушел в сторону приоткрытых ворот, куда уже втянулись почти все зрители.

– Так это, мне бы в стаб пройти, – решил я напомнить о себе оставшемуся рядом, который сейчас провожал раздосадованного взглядом.

– Ну, так иди, или тебе че, персональное приглашение выписать? – недовольно буркнул тот, двинувшись к двоим, что приводили в порядок проигравшего бойца.

Хм, даже не знаю, как реагировать, но, судя по всему, никаких ментатов и контроля за прибывшими тут не предусмотрено, ну и ладно, меньше проблем. Я ошибся, контроль все же был, точнее, я бы сказал, информирование. Когда я уже прошел в приоткрытые створки ворот, не внушавших никакого доверия, меня окликнул коренастый мужичок средних лет. Он был один из тех, кто поздравлял победителя, но сейчас отстал от идущих с ним и целенаправленно подошёл ко мне. Тянуть он не стал, коротко изложив все правила стаба, которые сводились к постоянно повторяемому им словосочетанию «не бузи». Он же ответил мне на вопрос, где я смогу столоваться, правда, обсмеял, сказав, что у них выбора нет, либо у Барбы, либо могу жрать своё в ближайшей канаве, всем плевать.

Почти цивильный стаб? Вспомнил я то, что рассказывал Чип и Лиф, но, если честно, по мне так это не место прибежища свободных рейдеров, а какая-то помойка. К моему удивлению, Барба оказался мужиком, бородатым и волосатым, стоявшим за барной стойкой аляповатой харчевни. Да-да, именно «харчевней» именовалось данное заведение, имевшее снаружи вид ковбойского салуна из дрянных вестернов, а внутреннее убранство можно было объяснить ёмко: «Сорочье гнездо». Не в смысле того, что тут везде были блестящие предметы, хотя и их хватало, просто тут было все – стена с автомобильными номерами, череп твари, которая либо являлась рубером, либо приближалась к нему, каретное колесо, древний музыкальный автомат, да тут вообще была куча всякой всячины, притащенной с кластеров. Единственное, что спасало это помещение от звания мусорного склада, так это его просторные объёмы, позволявшие разместить весь этот хлам по периметру, потолку и стенам данного заведения.

Сделав пару шагов, я застыл в нерешительности, мой план действий был прост и сложен одновременно. Расспросить окружающих, показать фото и выяснить место, где я могу поискать троицу, что похитила Ки, звучит легко, вот только как это сделать? Нет, конечно, можно встать посреди зала и прокричать свой вопрос, но что-то мне подсказывает, что глупее поступка быть не может. Еще раз оглядев помещение, немногочисленных утренних посетителей и бармена, я направился именно к нему, если он и не поможет, то хотя бы подскажет, с кем тут можно поговорить.

– Привет, – мимоходом бросил тот самый Барба, окинув меня быстрым взглядом, – чего плеснуть?

– Можно и плеснуть, но мне бы еды еще какой.

– Можно и еды, есть колбаски жареные, Сётя может и кусок мяса поджарить, на гарнир только макароны и рис, другого не притаскивали.

– Давай всё, – попросил я, надеясь на его благосклонность. Открыв дверь, он прокричал мой заказ кому-то в соседнюю комнату, после чего окинул меня взглядом еще раз.

– Пять споранов, а выпьешь что?

– Пару банок пива для начала, – при этом я указал на стеллаж, где имелись образцы, – надеюсь, холодное имеется?

– Не сильно, держу в подполе, но и не теплая моча.

– Отлично, а вот еще вопросик у меня имеется, если, конечно, ты не против.

– За спрос в нос не бьют, по крайней мере, сразу, – сострил он, протягивая руку и требуя предоплаты.

– Это вдруг я еще пива захочу, чтобы в карман постоянно не лазить, – прокомментировал я большее, чем он просил, количество отсыпанных хозяину споранов, на что тот кивнул, убрав их в карман штанов.

– Так что спросить-то хотел? – вроде как вспомнив, поинтересовался он.

– Да ищу я тут одного хлопца, вроде как Дейлом кличут, у него с Чипом раньше бригада была. – Произнес я нарочито громко, не криком, но так, чтобы стоявшие рядом за барной стойкой слышали мой вопрос.

– И зачем он тебе? – поинтересовался бармен, не выказывая никаких эмоций.

– Так получилось, что он задолжал.

– Много? – проявил интерес собеседник.

– Достаточно, чтобы нанять меня для его поиска, – сообразив, я решил разыграть карту охотника за головами, точно о наличии таких в мешке я не знал, но что-то мне подсказывало, что такие индивидуумы всегда и везде востребованы.

– И как дорого ты стоишь? – с явной издевкой и прищуром, отдававшим презрительностью, поинтересовался бармен.

– Не каждому по карману, а за информацию о нем или его ребятах я готов заплатить, если знаешь, где их искать, награда твоя.

– Награда, звучит громко, вот только на деле может оказаться, что выеденного яйца не будет стоить.

– Ну, тут кому как, за точные данные о его местоположении я готов вручить черную жемчужину, либо то же количество в горохе. Остальная информация оценивается на договорной основе.

– О как, – неподдельно удивился собеседник, а потягивавший рядом что-то крепкое парень даже слегка подавился, – и кому же этот дурак мог так задолжать, не подскажешь?

– Вот тут уж извини, – я развел руками, – данные заказчика я разглашать не стану.

– Это-то и понятно, но картами или набитой по пьянке мордой тут не пахнет, – то ли спросил, то ли констатировал факт бармен.

– Верно.

– А что, если я тебе скажу, что знаю, где он, получу с тебя причитающееся. А его там не будет?

– А тут все зависит от того, были ли они там, если я обнаружу их следы, то с тебя взятки гладки, тут мир такой, что мало кто на месте сидит. А коль ты меня просто кинуть захотел, то придется отвечать, вернув отданное, да еще и компенсировав мне время, что я потеряю, пока буду проверять.

– А ты самоуверенный.

– Не сказал бы, – парировал я и, видя замешательство бармена, продолжил, – так, может, все же есть что сказать?

– Было бы, сказал, но кроме того, что видал его и братца его, причём не раз, помочь больше нечем.

– Хм, а вот сюда взгляни, – я достал наладонник и открыл фотографию, точнее, это отдельно сохранённый стоп-кадр, владельца кепки там, конечно, не видать, но вот двоих его соратников рассмотреть можно хорошо. – Парни его?

– Есть такое, с его бригады, вот только они свежие, на побегушках оба, Дейл же пропадал где-то не один месяц, ватага его уже разбегаться начала, да и разбежалась бы, если не Шпиц. Тот костяк удержал и начал новых набирать, эти с ним не раз у меня появлялись. А Шпиц- то лучший дружок Дейла, так что, если они не разошлись, как в море корабли, то это все одна ватага, а больше сказать нечего.

В тот момент, когда бармен закончил рассказ, из той самой двери, куда он кричал, вывалилась огромная грузная бабища, по-другому её просто не описать, в руках она держала поднос, на котором располагалась тарелка с куском мяса и горкой риса, на которой имелись три внушительные колбаски, обтекавшие на нее жиром. Выложив на барную стойку десяток горошин в оплату за информацию, да так, чтобы их видел только собеседник, который, тут же сообразив, накрыл их ладонью, я подхватил поднос и, еще раз окинув взглядом зал, уселся за свободным столиком.

Вообще-то это был стол, как и все имевшиеся здесь, способный вместить не меньше восьми человек, а если потесниться, то и того больше. Еда была без изысков, но приготовлена сравнительно неплохо, не то, к чему я привык в Пятке за последние дни, но и не подогретые на спиртовке консервы. Трапезничая, я осматривался вокруг, делая это неявно, и от моего взора не ускользнул тот факт, что парень, имевший возможность слышать наш разговор у стойки, уже сменил второй стол, а когда он переместился за третий, стало очевидно, что уже большая часть посетителей знает причину моего появления здесь.

Наблюдая за прыгавшим от стола к столу, я понял, что, скорее всего, этот дурак пытается подбить кого-то на конфликт со мной, рассказывая о том, что у меня полные карманы гороха, кои я сам светил перед ним. Устраивать тут разборки в мои планы не входило, хотелось бы тихо получить информацию и убраться отсюда, заплатив за неё, но и другой вариант развития событий меня в принципе тоже устроит. Я нарочито медленно потягивал пиво уже из третьей банки, всем своим видом выражая спокойствие и смакование, когда одна из компаний хором встала и направилась в мою сторону. Почему я решил, что в мою, так тут все просто, идущий первым этакий прямоугольник со сторонами метр двадцать на метр восемьдесят пилит меня глазами так, что, не ровен час, пиво вскипятится.

– Это ты Дейла ищешь? – спросил старший, после того как без разрешения усадил свою пятую точку ровно напротив меня, да и его соглядатаи поступили так же.

– А ты знаешь, где он? – спокойно снова отхлебнув пиво, ответил я.

– А что, если да?

– Тогда получишь вознаграждение, думаю, ты в курсе какое.

– А что, если нет?

– Я, конечно, понимаю, что краткость – это сестра таланта, но мне бы хотелось понимать, что твоё «нет» означает.

– Как что, – он хохотнул, – оно означает, что я хочу оплату получить и ничего тебе не говорить, – сидевшие с ним на одной лавке также поддержали остроту, кто хихикнул, кто заулыбался, явно пытаясь произвести на меня впечатление.

– Тебя родители в детстве не учили, что сесть на ежика голой жопой без последствий не выйдет?

– Это ты ежик, – в голос удивился он, – или, может, жопа?

– Да я погляжу, вы от цирка отбились? – изобразил я удивление.

– Слышишь ты, – вызверился старший, – я тебя сейчас прям тут порву!

– Голой жопой…– не успел я продолжить остроту, как весь мир, остановившись, утонул в зеленоватом мороке.

Оттаяв, я увидел, как один из тех, кто пришёл с этим шкафом на ножках, держит в руке небольшой ствол, из ствола которого расходятся в разные стороны пороховые газы, а пуля, что была выпущена из него, уже практически пробила футболку на моём плече. «Однако, гансслайтер», – удивился я, разглядывая стрелявшего, не то, чтобы моргнуть не успел, даже звука выстрела не услышал, мда, в который раз понимаю, если бы не мой дар, уже бы давно не топтал этот странный мир, но что есть, то есть.

Этого придётся выводить из строя и, поскольку я в своё время так и не получил ответа на вопрос, может ли гансслайтер стрелять с другой руки, лишу обоих. Пустая банка была перемещена в обычное пространство так, чтобы занять место чуть выше локтя, руку, скорее всего, оторвет, но зато жгут будет удобно накладывать, со второй поступил так же, разве что банка была наполовину полной. Старшего я, пожалуй, допрошу, а вот с оставшейся парочкой мы поступим показательно. Достал оба слонобоя, что уже так давно не приходилось использовать, встал сбоку стола, навел их на двух оставшихся и сменил пространство на обычное.

Негромкий хлопок раздался сразу, за ним громко рявкнули слонобои, нещадно лягнув в обе руки, а два ненужных мне члена подошедшей компашки вылетели с лавки, переломившись пополам, ну да, калибр двенадцать и семь в живот согнёт любого. Не дожидаясь падения подстреленной парочки, оба монструозных ствола уставились на голову старшего, причем все произошло так быстро, что с его физиономии даже гримаса раздражения пропасть не успела. Правда, уже через пару секунд, когда на него брызнули капли крови от взорвавшейся руки гансслайтера, его выражение начало меняться, а сразу после того, как на стол упала вторая рука бедняги с небольшим пистолетом, и вовсе выражала полнейшее удивление.

За грохотом слонобоев зал резко наполнился хоровым стенанием подстреленных и истошным воплем лишившегося обеих рук, а изрядно обалдевший старший уставился на меня, созерцая по большей части два уткнувшихся в него револьвера. Когда махающий обрубками гансслайтер немного притих, я посмотрел на ошалевшего от произошедшего бармена, окинул всех остальных посетителей взглядом, те успели развернуться, а некоторые даже вскочить, после чего с максимальным спокойствием произнёс:

– Уважаемые, если кто-то хочет так же фонтанировать кровью из обрубков конечностей, то он может выстрелить в меня, если есть желание что-то с меня получить, не давая ничего взамен, то я могу прописать и вам по подарку в живот. Но если все же вы умный человек, то предпочтёте не вмешиваться, а может быть, даже заработать, немного подсобив мне с интересующей меня информацией. – Переведя взгляд на бармена, уже только для него продолжил. – Тащи сюда что-нибудь, чем этому дебилу культи перетянуть, и так уже все вокруг залил кровью, неровен час, копыта откинет. А всем остальным предлагаю либо присесть, либо покинуть заведение, но только так, чтобы я не усомнился в ваших благих намерениях.

Пока засуетившийся бармен, юркнув в дверь, обернулся с коробкой, надпись на которой гласила, что это автомобильная аптечка, примерно треть посетителей медленно и плавно покинули заведение, а остальные продолжили наблюдать за разворачивающейся сценой.

Убрав оба револьвера на свои места, я посетовал на то, что больше пива нет, и попросил бармена сначала перевязать безрукого, а потом стонавших у лавки. Порывшись в переднем рюкзаке, я выложил на стол два шприца по пять кубиков с отменным спеком, благо, у знахарей не просто пополнил, но и приумножил запас, сдав имевшийся у нас янтарь.

– Этим, – я указал на скрючившихся возле лавки подранков, – вгони по два куба из одного шприца, оставшийся кубик ему, – кивнул в сторону дергавшегося гансслайтера, – и еще из второго ему куб добавь, это отключит их, уж больно много шуму от них, ну, и остаток этому дурачку на лечение.

– Все сделаю, – судорожно пробормотал бармен, обтирая о себя окровавленные руки, он как раз закончил поправлять съехавшую перевязку на правой культе стрелка.

Старший сидел, притихнув как мышь под веником, молча созерцая происходящее, у меня вообще складывалось ощущение, что он близок к конфузу и вот-вот обмочит штаны, но заглядывать под стол не стал, уж больно неожиданно все для него повернулось, что ясно читалось в выражении его физиономии.

– Ну что, поговорим? – спросил я старшего, когда стенания стихли после вколотых доз спека. Вместо ответа мне достался неуверенный кивок, и я продолжил. – Так вот, – нарочито громко, так чтобы все немногочисленные оставшиеся в зале смогли услышать меня, – если тут есть желающие заработать немного гороху, сообщив информацию о том, где я могу найти интересующего меня джентльмена, а именно некого Дейла, то я готов к диалогу.

Среди оставшихся, прокатилась волна переглядываний и брошенных косых взглядов, как будто каждый смотрел на реакцию соседа, а вот компания из четырех рыл, сидевшая возле входа, начала активно что-то обсуждать. О чем именно шла речь, расслышать не удавалось, но вот один из сидевших сначала развернулся, поймав мой взгляд, а после направился в мою сторону, остальные последовали за ним. При осмотре приближающихся мне не показалось, что они настроены агрессивно, скорее настороженно, но я все равно не сводил с них глаз. Одну активацию дара я уже слил, при следующей выкошу всех, до кого дотянусь.

– Обсудим? – спросил долговязый парень, по ощущениям лет двадцати, за которым подтянулись все остальные из-за стола, такие же по возрасту, ну или по виду, СТИКС обманчив.

– Если есть что, – ответил я, указав на соседний столик, так как за тем, где я сидел, обстановка уже не располагала к деловым переговорам, а когда подошедшие начали усаживаться, развернулся к старшему предыдущей ватаги, добавив. – Спек в подарок, дерьмо своё убери и сделай так, чтобы я больше тебя никогда не встречал.

– Что ты хочешь знать про мультяшек? – спросил парень, подошедший первым, по-видимому, старший среди них.

– Мне нужен тот, кто зовет себя Дейлом, на худой конец кто-либо из вот этих парней, – я продемонстрировал наладонник с фотографией, что уже показывал бармену.

– В общем, – начал парень, – точно я не скажу, где они обитают сейчас, они довольно часто тусят что тут, что в других стабах, ну, кроме китайцев и Шариата, они из тех, кого проще назвать перекати-поле. – Парень воровато огляделся, потом заискивающе посмотрел мне в глаза. – Но есть слухи, что в глубине, за болотными кластерами, у них база на крохотном стабе, на том, что со стороны чистой воды за болотами.

– На карте покажешь? – спросил я, протягивая наладонник с картой.

– Вот где-то тут, точнее не скажу, я сам там не был, – ткнув в экран пальцем, прокомментировал парень.

– Откуда знаешь, если сам не был?

– Тапа рассказывала, – начал парень.

Пришлось немного дожать рассказчика, получив краткую историю некой девушки с забавным позывным Тапка и очень печальной историей. Тапку от её фамилии, Тапочкина, занесло сюда в медленных кластерах, можно сказать, что повезло, но еще больше ей повезло нарваться на группу рейдеров, которые пришли мародерить тот самый кластер, с которым она прилетела. Нашедшие её были адекватными, отбивать или спасать не пришлось, ей опять повезло, она как-то инстинктивно убежала на соседний уже старый кластер, а переродившиеся пустыши еще не были так опасны. Все бы ничего, да вот когда группа с хабаром возвращалась в Пяток, на них напали, причем исподтишка, сначала опознались, представились и, когда уже начали расходиться бортами, группа Чипа открыла пальбу, разом ополовинив отряд.

Рейдеров всех перебили, забрав с них все мало-мальски ценное, выжить удалось ей и еще одной девушке, что была в их группе, но вскоре им обоим пришлось об этом горько пожалеть. Мультяшки, так группу Чипа называли с легкой подачи одного из местных, с фасада имела весьма приличный вид, но при ближайшем рассмотрении являлись кончеными ублюдками, которые охотились на слабые группы, не брезгуя забирать последнее, естественно, не оставляя за спиной свидетелей. Но, по всей видимости, в какой-то момент они возомнили о себе слишком много, начав ходить в горловину мешка, правда, в основном, не охотясь на тамошних тварей, а мародёрствуя на военной базе.

Несмотря на постоянные потери, Чип и Дейл развивали свою группу именно в том направлении, и весьма успешно, начав совершать вылазки даже за пределы мешка, в частности, на ту самую базу русских спецов, которую мы посетили по пути сюда. Сходить с наклонной тропы они так и не планировали, продолжая попутно накладывать руки на слабые группы и прочих неудачников, что попадались им по пути. Но, как говорится, сходил раз без потерь, второй без потерь, а вот в третий раз из вылазки в за мешок не вернулся никто из тех, кто ушел с Чипом.

Став старшим в группе мультяшек, Дейл поначалу не совался туда, куда ходил Чип, но, увы, привыкшие к достатку и возможности покутить подельники быстро начали шушукаться, и Дейлу пришлось организовать выход к самому вкусному месту. И тут все по тому же сценарию, первая ходка и всего один подранный, а вот как раз на второй их всех и порвали, точнее, Дейл выжил, правда, мне он представился тогда Чипом, я до сих пор не могу понять, зачем он так поступил и какие цели тогда преследовал.

После того как второй брат сгинул с большей частью оставшихся в группе, у них начался разлад, закончившийся тем, что еще несколько старичков покинули их ряды. Это привело к тому, что они стали хуже контролировать свой минибордель из четырёх девиц, которые, помимо оказания интимных услуг, еще и всячески обстирывали членов банды. Выбрав удачный момент, рабыни устроили побег, но куда бежать, толком не знали и ничего умнее, как разделиться, придумать не смогли. Тапка блуждала больше трех дней, пока, изнеможенная, не наткнулась на сидящих передо мной парней, которые смогли привести её в чувство и доставить в Триозёрье, сами они были как раз оттуда. Получив от спасенной весьма точное описание местности, где её держали почти полгода, и, зная, что болота в мешке имеются только в одном месте, они смогли примерно определить позицию базы остатков банды, даже собирались с ними разобраться. Правда, все никак не могли решиться на это, хотя как мне показалось, они не были уверены в том, что там есть чем поживиться.

Дослушав до конца и поймав вопросительный взгляд основного рассказчика, я запустил руку в кармашек, вскрыл пальцами кисет и достал первую попавшуюся жемчужину, ей оказалась красная. Молча положил её перед ними, поднялся и направился к барной стойке, наказанных рейдеров уже утащили, пока я слушал рассказ парней, их судьба меня не очень волновала, а вот с барменом портить отношения не хотелось. Я не рассматривал Холм как то место, где я захочу осесть или комфортно перекантоваться, но за плечами всегда лучше иметь нейтрально к тебе настроенных людей, чем недружелюбных.

Завидев меня, хозяин вышел из двери, что вела в небольшую комнатку, там было темно, и я решил, что это кладовка или склад. Страха в его глазах я не заметил, больше читался немой вопрос: «Что дальше?».

– За приборку и беспокойство хватит? – спросил я, выкладывая с десяток горошин.

– Вполне, – подтвердил он, убрав выложенное в тот же карман, в котором пропадало все переданное ему ранее.

Задерживаться в стабе причин не было, мне повезло в первом же месте, где я предполагал разжиться хоть какой-то информацией, получить почти точное местоположение базы мультяшек. Есть, конечно, вероятность, что парни меня просто развели, но рассказанная история о бежавшей из плена весьма правдоподобна, да и смысл им нарываться просто так, а вот в том, что к мультяшкам придет отмщение моими руками, резон для них имеется.

Я планировал вернуться на кластер, где ночевал и взять машину, что уже использовал, но, спускаясь с Холма, увидел стоящий в траве пикап, бросили, загнав мордой в кусты, явно не прятали, задница торчит прямо на дорогу. Моргнул призраком, тщательно осмотрел на сюрпризы, коих не обнаружил, а вот ключи, висевшие в замке, разглядел. Машина завелась с полуоборота, мерно заурчав дизелем, стрелка уровня топлива подскочила примерно на одну треть, немного, но я думаю, что мне хватит.

Отъехав десяток километров от Холма в нужном направлении, я остановился, решив подумать. Парень, указав место, сказал, что это единственный сухой стаб в районе болот, и он почти уверен, что именно там обитает банда. Но с другой стороны, гарантий того, что они там именно сейчас, нет, они вполне могли сменить место своего обитания после того, как похитили Ки, а мелких стабов в мешке почти полсотни. Я также не исключаю, что у них имеются подвязки с азиатским стабом или тем же Шариатом, поскольку болота почти вплотную расположены к последнему. Да, на этих двух стабах свет не сошелся клином, исходя из того, что я узнал, репутация у них чистая, даже то, что спасенная девушка все рассказала службе безопасности, не заставило тех почесаться, и они вполне могут быть даже в Триозёрье. В итоге выходит, что в зону возможных поисков смело можно включать весь мешок, если бы не одно «но», в какой-то момент, и даже не в один, они жили весьма сыто, даже организовали себе базу, бордель, и вообще почувствовали себя хозяевами жизни, а любой такой хозяин сразу же заводит кубышку.

Уже надавив на газ, я пришел к окончательному выводу, что у них не было времени вывезти все добро, которым обросла банда в удачные периоды своего существования, тем более что их численность несколько раз серьёзно сокращалась. Следовательно, даже если их там нет, они должны туда как минимум еще раз вернуться, оставался лишь вопрос в том, когда и в каком количестве.

Дорога до болот заняла трое суток, пришлось сменить еще одну машину, уж очень тут огромные расстояния, при этом всего пару раз пришлось отбиваться от тварей, да и то мелочь в виде стаи бегунов в первый раз, а во второй мною заинтересовалась парочка лотерейщиков. Кластеры тут крайне медленные, тварей зачищают практически моментально, это позволяет спасти иммунных, пополнив численность населения мешка, и заодно добыть все ресурсы, прилетевшие с кластером.

Болота по сути таковыми не являлись, просто группа кластеров с низинами, которые при прилете соседнего кластера с куском большого озера просто заливало водой, болото уже появлялось позже, из-за длительного цикла перезагрузки и стоячей воды. Стабов тут имелось три, я логично предположил, что самое идеальное место для размещения базы – небольшой стаб, находящийся возле края мешка почти у самой черноты, как можно дальше от сырости, но, увы, мультяшки с этим были не согласны.

Следы пребывания на стабе я обнаружил, но, просмотрев каждую пядь кластера даром, смог найти лишь чью-то давно позабытую нычку, где имелась старая вертикальная двустволка, комплект уже пришедшей в негодность одежды и семь споранов. Судя по состоянию найденного, оно тут пролежало не меньше десятка лет, вода пробралась не только в пакет с одеждой, но и нещадно изъела ржавчиной оружие.

Второй обследованный кластер находился вплотную к воде и также имел следы пребывания на нем, даже брошенную постройку в виде дома, сделанную явно неумелыми руками, но рассчитывать на то, что именно тут база, не приходилось. Обследовал так же тщательно, как и предыдущий, тут мне повезло гораздо больше, если так можно считать. Под домом с провалившейся крышей имелся погреб, ну, или что-то на него похожее, а от него через стену явно замаскированное помещение, в котором прослеживался обустроенный схрон. Стеллажи, множество ящиков, оружие и боеприпасы, увы, но дар не позволяет определить состояние всего этого добра, да даже если бы мог и выяснил, что все цело, все равно откапывать бы не стал. На остальной территории нашлось еще несколько чьих-то закладок, но я уже не проявил к этому никакого интереса.

По закону подлости база нашлась на последнем, третьем стабе, мало того, что тот находился посредине затопленных кластеров и добраться до него, не уделавшись по уши, возможности не было, так еще и размер его не превышал сотни метров в поперечнике самого широкого места. Но на этом мои неудачи закончились, еще когда я шел напрямую через затопленное поле, увязая в раскисшей земле ногами и путаясь в остатках растительности, я учуял запах. Мало того, что пахло дымом, хотя его я не видел, так еще и отчетливо слышалась музыка, точнее, бухающий барабанный бас. В последний раз такое беспечное поведение я видел только у муров, считавших ту территорию бесспорной зоной своего влияния. С другой стороны, тварей тут нет, а подойти тихо к стабу по болоту не выйдет, вот и отдыхают ребятки на полную катушку.

Продолжать двигаться по прямой было глупо, я огляделся и, приметив вдали соседний кластер с затопленными хлипкими деревянными домиками, направился к ним. Прикрытие тут как таковое отсутствовало, поскольку находящиеся постоянно в воде деревья уже выглядели плохо, лишившись почти всей листвы, а уж про кусты даже думать не хочется, но то, что есть, гораздо лучше, чем свободно проглядываемое затопленное поле.

Кластер с домиками не доходил до нужного мне, упираясь в нечто напоминавшее парк, что располагался на углу кластера, основная часть которого уходила вправо, а вот кусок с деревьями вдоль подтопленной аллеи шел почти на границе с тем кластером, что меня интересовал. Хотя имевшиеся деревья выглядели не в пример лучше тех, что были на соседнем кластере, толку все равно было мало, так как кроны начинались высоко, и скрыться от наблюдателей можно было только за стволами, что весьма проблематично.

Стаб возвышался, поросль на нём была густой и зеленой, вот только, судя по звукам, располагавшиеся на нём вполне могли заметить меня, если бы я полез через кусты, так что для начала было бы хорошо хоть как-то разведать позицию находившихся там. Уже смирившись с тем, что я постоянно мокрый по пояс, дождался сумерек и полез на ближайшее дерево, предварительно развесив на его нижних ветвях всю свою ношу. Пока я ждал вечера, в стабе возникали периоды тишины, музыку выключали, и оттуда вообще прекращали доноситься какие-либо звуки, но все же иногда долетавшие звуки то ли команд, то ли выкриков обнадеживали меня.

Я не успел вскарабкаться на дерево, как кроны тех, что росли на стабе, озарились яркой вспышкой, а с той стороны понеслась оскорбительная брань. Уже удобно разместившись и зафиксировавшись об ствол, я воспользовался электронным прицелом, разглядев в деталях почти всю территорию найденной базы. По центру имелся небольшой пятачок очищенной земли, окруженный со всех сторон зарослями и деревьями, видимо, обитатели таким образом обеспечивали себе маскировку. Имелось два дома, ну, или что-то на них похожее, навес, под которым располагалась кухня, по крайней мере, несколько шкафов со столовыми принадлежностями, кастрюлями и прочей утварью на это намекали.

Дом поменьше, точнее, скорее сарай, имел наружный засов на двери, место, где держали девушку, парни не описывали, но в том, что это и было узилищем, сомнений мало. Большой продолговатый дом имел явно жилое предназначение, и, судя по всему, именно там квартировали мультяшки. Из оборонительных, точнее, из сторожевых сооружений имелось только одно – нечто похожее на наблюдательную вышку высотой не больше десяти метров, собранную из жердей и всяческого хлама, она даже крыши как таковой не имела.

За час наблюдений удалось заметить всего двоих, первый крутился у костра, в то время как второй прохлаждался на наблюдательной точке, не наблюдал, а именно прохлаждался, развалившись на боку. Вскоре тот, что находился внизу, что-то сказал наблюдающему и уже через пару минут из маленького домка вывел девушку, отправив её под навес. Вскоре оттуда стал доноситься запах жареного мяса, еще через полчаса девушка вернулась под засов с двумя тарелками, а слезший с вышки присоединился к тому, что был возле костра.

Я обрадовался, когда увидел, что оба сидевших у костра, достав бутылку, жадно употребляли спиртное, а уже ближе к полуночи оба горе-охранника ушли в большой дом и уже с час не показывались. Слезать обратно в воду не хотелось, но момента лучше, чем сейчас, дожидаться глупо. Воду я миновал аккуратно и тихо, можно, конечно, и призраком, но далеко по ней пройти не выйдет, а выход из него в воде происходит с очень шумными и визуальными спецэффектами, да еще самого горячим паром обдаёт, в общем, не вариант.

Вскоре, всё-таки перейдя в состояние призрака, я накрыл своим даром сначала дом с двумя пленными, а потом и все оставшиеся постройки. Бойцов было ровно столько, сколько я видел своими глазами, они сейчас спали на койках в доме, ими решил заняться в первую очередь. Пройдя сквозь стену, ненадолго задумался, брать двоих или одного рассказчика хватит, но прикинув все за и против, пришёл к выводу, что двое лучше, чем один.

Первый спавший был наполовину раздет, скинув с верхней части туловища одежду, он не позаботился о том, чтобы снять штаны, так и завалившись на одну из коек. Резкий удар правой руки в голову вызвал протяжный всхлип и мгновенный выдох потерявшего сознание тела. Второй валялся в одежде, в обнимку с оружием, почти в противоположном конце помещения, при этом храпел так, что в любом кластере его бы даже медляки сумели отыскать. Двигаясь аккуратно, но не крадучись, я почти подошел к нему, когда увидел на одной из тумбочек, что стояли рядом с койками, пакет хомутов внушительного размера, а ведь вариант… Достав несколько пластиковых изделий сантиметров по шестьдесят длиной и почти сантиметр в ширину, попытался порвать один и чуть не крякнул от натяга, даже с учетом приобретённой мною в СТИКСЕ силы пластиковое изделие не собиралось сдаваться.

Второй также получил удар в голову, правда, уже не такой сильный, как достался первому, и, пока приходил в себя, уже оказался связан хомутами по рукам и ногам. С первым я поступил так же, после чего хотел выкинуть пачку, но, поняв, что это, возможно, не последние нужные мне говоруны, сунул в боковой карман заднего рюкзака. Об освещении тут никто не позаботился, мне, конечно, в состоянии призрака нет разницы между днём и ночью, но, поскольку я собирался навестить узилище, хотелось бы не пугать до полусмерти его обитателей.

Сначала хотел использовать подствольный фонарик, благо, тот всегда под рукой, но обнаружил кемпинговый фонарь, висевший на гвозде над одной из коек, тот оказался рабочим. Открыв засов, я осветил узилище, обнаружив там четыре лавки по каждой стене, выполнявшие роль кроватей, стол и несколько стульев. Пленников, а точнее пленниц, было всего две, и если одна из них при виде меня сразу подскочила, то вторая лишь вяло повернула голову. Вскочившая женщина, по виду далеко за сорок, уставилась на меня, силясь понять мои намерения или в попытке опознать меня.

– Только не кричи, – увидев настороженность, начал я, – это только раздражать уши будет, охранники ваши все равно лежат связанные.

– Как связанные? – перебила меня вскочившая.

– Рассказать, чем связал или как?

– Нет, конечно, – встрепенулась она, – ты сам-то кто будешь, такой же, как они, пришел грабить?

– Я бы себя с ними не сравнивал, но, по сути да, этих грабить буду, даже больше скажу, собираюсь всех убить.

– И нас?

– А вас-то за что? – наигранно удивился я. – У меня только к этим ублюдкам счеты, кстати, а что это с твоей товаркой?

– Ублюдки, ей аборт сделали… – тихо прошептала она.

– Это как?

– Ногами пинали, они еще на днях заметили, что живот уже начал оформляться, ну, и сегодня утром с похмелья, как они выразились, «устроили медицинские процедуры».

Я подошёл ближе к лежащей девушке, рядом на табуретке стояла миска с похлебкой, и кружка с резким запахом уксуса, видимо, сжалились, даже горох развели. Вид у лежащей был, надо сказать, плохой, горе-медики её едва не убили своими процедурами, ну да за это я еще с них спрошу. Даже если её освободить, тащить придется на себе, она явно не ходок, а у меня на это времени нет, так что придется немного помочь. Достал начатый пенал с спеком, извлек оставшийся в нем шприц, а коробочку аккуратно убрал обратно, уж больно удобные в своё время попались. С спеком у меня проблем не было, мало того, что еще из Бастиона с собой принёс, так еще и тут пополнил, сдав янтарь, мог бы взять и больше, но имелось всего четыре кейса по три шприца в каждом, удобные алюминиевые. Один кейс я всегда держу в переднем рюкзаке, в аптечке, а остальные в заплечном, так что при следующей сортировке придется сменить кейс на новый.

Девушка отшатнулась, когда приблизил шприц, но я даже не успел что-либо ей сказать, как она просто отвернула голову, вогнал сразу два кубика, потом можно по одному для подстегивания регенерации, думаю, через пару дней встанет.

– Тебя как звать-то? – обратился я к стоявшей рядом и отслеживающей мои действия женщине.

– Кэт, но раньше Катей звали, – стушевавшись, ответила она.

– Так ты русская? – перейдя на родной язык, спросил я.

– Да, – тут же ответила она.

– А по английском лопочешь без акцента, даже не подумал бы, что не родной.

– Я тут в высшей школе преподавателем иностранных языков работала.

– Ну, тогда ясно, слушай, Кэт, её нужно хорошо кормить, утром и вечером по кубику спека еще проколоть и она поднимется, коли хоть в вену, хоть в мышцу, первое, конечно, лучше, но и в попу тоже сойдет. За то, что можно занести инфекцию, не переживай, спек такая штука, что от всего спасет, но по возможности все равно место обработай.

– Так нам нормальной еды не дают, а вот это, – она ткнула пальцем в тарелку, – даже свиньям скармливать стыдно.

– Ну, так ты, если ориентируешься, вот тебе свет, – я протянул руку со светильником, – и давай приготовь что-нибудь, да в выборе продуктов не стесняйся, а я пока пойду, поговорю с ребятками.

Женщина в нерешительности взяла светильник, видимо, возникшая у меня на лице невольная ухмылка нарисовала ей перспективы моего общения с теми, кто дожидался меня в бараке. В дом я вошёл уже через дверь и сразу увидел, как по полу ползет первый из оглушенных мною, нормально, я же его в разы сильнее, чем второго приложил, и тут на тебе. Если я бы не разглядел, что у обоих всего по одном дару, да и те развитием не блещут, ни за что не оставил бы их одних, а так особо опасаться было нечего.

– И куда же ты, ползун, направился? – сделав удивлённый вид, спросил я у уже заметившего меня мужика. – А как же с гостем пообщаться?

– Отрыжка старого енота ты, а не гость, – выругался тот.

– Всегда не понимал ваших ругательств, звучат глупо, не обидно, ну да вопрос не в этом, – я подхватил его за шкирку, вздернув так, что он захрипел, после чего бросил на стоявшую рядом шконку. – Так вот, у меня к вам обоим есть вопросы, и делать вид, что ты еще в отрубе, смысла нет, – это я уже второму. – Первый вопрос очень простой, когда ваши, так сказать, мультяшки вернуться?

– С чего ты взял, что мы мультяшки? – спросил тот, что изображал гусеницу.

Не став отвечать, я выхватил слонобой и без предупреждения выстрелил ему в колено, отчего тот взвыл так, что даже меня покоробило. Вот интересно, когда я брал эти револьверы, рассчитывал, что будут они мне служить в качестве оружия последнего шанса, но их роль больше похожа на карающую длань. Не обращая на стенания подстреленного, я взял пластиковые хомуты, ту самую пачку, с помощью которой их изначально связал, и, достав два, скрепил их между собой для удлинения. Подойдя к заливавшемуся слезами и кровью подранку, не церемонясь, наглухо перетянул ногу выше колена, сам-то он не мог, поскольку руки по-прежнему были связаны. Закончив с первым, я подошел ко второму, который по-прежнему пытался изобразить из себя предмет интерьера, пнул, заставив застонать.

– Вон видишь, твой дружок на мой вопрос выказал непонимание и уже был наказан, как думаешь, пройдет вариант прикинуться находящимся в отрубе?

– Я не прикидываюсь, – прошипел, ловя ртом воздух, второй.

– Вопрос повторять надо, или, может, сразу тебя простимулировать?

– Не нужно, я и так скажу. Парни по идее вернутся дня через два, может, через три.

– Подробнее, не горю желанием из тебя все вытягивать, кто, сколько, без утайки.

– Дейл, Затц, Гиз и Сат, но, может быть, они с собой новеньких приведут, Дейл, как вернулся, сразу начал собирать людей заново.

– Так это и есть ваш костяк?

– Дейл – главный, Гиз и Сат с ним были, мы и еще двое только на днях присоединились.

– У меня вроде хорошо с математикой, но мне кажется, что среди перечисленных тобою кого-то не хватает.

– Тора, их с Затцом, Дейл в первый день на Холме подобрал, ему надо было схрон где-то выкопать и стволы в стаб сдать, вот он с ними и связался.

– И где этот твой повелитель молнии?

– На черноте, уже, наверно, в труху рассыпался.

– Я так понял, не сошлись характерами?

– Споранами не сошлись…

– Хорошо, пойду твоего друга спрошу, насколько ты мне наврал, – сказал я, уже разворачиваясь, вообще подробности жизни банды и найма бандитов меня интересовали мало, но перед тем, как начать спрашивать о том, что меня действительно интересует, я решил провести небольшую подготовку. – Дружище, тут твой подельник мне кое-что рассказал, врал аль нет?

– Трахни старого осла, – сквозь стенания выдал первый.

Я не стал отвечать, взял пачку, в которой еще оставались хомуты, и начал соединять пару, не обращая внимания на то, что валявшийся рядом даже стонать прекратил. Когда я соединил два хомута, получив один длинный, дернувшись, тот сразу начал быстро-быстро повторять: «Нет, не надо», но грохот выстрела слонобоя прервал его мольбы, тут же переведя их в стенания и нелепую брань на английском. Так же, как и на предыдущую ногу, накинул хомут, стянув намертво, правда, делать это было весьма неудобно, пациент дергался нещадно.

– Друг твой необщительный какой-то, – начал я, вернувшись к говоруну, в то время как он не сводил взгляда со стенающего напарника. – Следующий вопрос, – подпустив торжественности в голос, как будто я ведущий шоу, – когда ваша ватага вернется, как вы должны опознаться?

– Опознаться? – пытаясь не смотреть мне в глаза, переспросил он.

– Не просто же так сюда может прийти любой и не получить очередь в торс?

– А, по рации…

– Прям просто так?

– Ну да, а чего тут думать?

– Ясно, ну, и тогда последний вопрос, Дейл ваш, кое-кого похитил. Если коротко, то большую кошку, об этом я хочу знать все в мельчайших подробностях.

– Не знаю я ничего, знаю только, что он в Холме объявился, там пару стволов сбыл, ребят подобрал, потом знаю, что схрон выкопали и сдали все с него в Триозерьё. Мы там и присоединились, они даже ночевать тут не стали, вчетвером уехали, оставив нас баб сторожить, сказали, что вернутся дней через пять, максимум шесть. Жратвы и бухла нам оставили, и этих двух, мол, делайте с ними, что хотите, надоели уже, если что, еще наловим.

– Наловим, – попробовав слово на вкус и припомнив, что так же, как к скоту, к людям относились муры, продолжил, – значит, и вправду наловим.

Обоих пленных я оставил в доме, дополнительно зафиксировав их к шконкам, а стонавшему еще и кляп в рот засунул, рацию одного из уродов я стал носить с собой, дабы не прозевать тот момент, когда вернется Дейл с подельниками. Избитая девушка поднялась уже к утру, начав сносно перемещаться, правда, от этого она не стала более разговорчивой, зато Кэт с легкостью отдувалась за них обоих. Судя по всему, эти девушки не были знакомы с Тапкой, это опять свежие пойманные, так как их история не имела точек соприкосновения с той, что рассказали парни в Холме.

Кэт сюда приволокли Сат и Гиз, они, как ей казалось, спасли её из города, начавшего сходить с ума, объяснили, что это новый мир, похожий на ад, и то, что теперь она их собственность, ну, там по хозяйству обстирать, да и в постели нужду справить. Гномика, в миру Линду они привезли через неделю, прозвав так за её невысокий рост, сразу же начали использовать в качестве секс-рабыни, причем новенькие в банде были особенно рьяными. Девушка очень сильно отбивалась и как раз пару дней тому назад выяснилось, что она беременна, но сам старший разбираться с этим не стал, они вообще сильно торопились, и вот сейчас тут появился я.

Дейл долго себя ждать не заставил, уже вечером следующего дня рация заговорила с дикими помехами, вызывая оставленных тут на охране. Я, как только услышал первые слова, тут же метнулся в основной дом, проверил кляп у подстреленного, уж больно мне не хотелось, чтобы в рации услышали посторонние звуки, после чего заставил поприветствовать своих второго. Ходу им сюда часа четыре, а то и все пять, и придут они уже ночью, вот и предупреждали, чтобы на шум в болото не палили, а то мало ли.

Говоруну я вручил его автомат с пустым рожком и заставил залезть на наблюдательную точку, чтобы все выглядело максимально обычно, в костер подкинул дров, пленниц попросил опять удалиться в их узилище. Весь маскарад устраивался ради сенса, который был среди приближавшихся, говорун об этом так же рассказал, дар у него развит несильно, недавно прорезался, но для его развития Дейл не скупится на горох, даже из общего котла знахаря оплатил. Тут все понятно, свой сенс в отряде – это хорошо, вот только для меня это не очень, если честно, я не знал, могут ли сенсы определять, помимо положения, еще и состояние. Так-то говорун скажет, якобы напарник с поносом валяется на шконке, но, если вдруг сенс поймет, что тут что-то не так, мне придётся за ними гоняться по всему мешку.

С тех пор, как узнал, что мой новый дар позволяет скрывать меня от сенсов, ментатов и знахарей, даже когда я не нахожусь в состоянии призрака, я его так и не деактивирую даже. Вначале боялся, что будет так же, как с призраком, увеличится расход живца, но, сколько не проверял, так и не почувствовал разницы. Расположившись в углу под навесом, он же кухня, я держал на прицеле говоруна, что усиленно изображал наблюдателя на вышке, выбора у него не было, если, конечно, он хотел жить. Рацию на всякий случай у него забрал, вдруг решит выкинуть какой фортель.

Больше попыток связаться по рации не было, уже сильно затемно сначала я увидал отблески фонарей вдалеке, а вскоре послышалось хлюпанье по воде нескольких идущих людей, матерщина на двух, а то и трех языках. Двигавшиеся не скрывались, один из подходивших даже решил поиграться, сузив луч своего фонаря и направил его на вышку, слепя говоруна, что там так и сидел, получив в отместку отборную брань. Призраком я дождался, пока все шедшие окажутся в зоне моего дара, чтобы не только их пересчитать, но и выделить среди них того, с кем бы я хотел побеседовать. В тот момент, когда я разглядывал ядро с дарами очередного силуэта, я узнал Чипа, и едва сдержался, чтобы не покинуть своё укрытие, нет, нужно подождать, пусть все выйдут к костру.

Трое еще пропихивались сквозь заросли кустов, когда Чип и еще четверо уже вышли к костру, начав разговор с говоруном, что так и продолжал сидеть на вышке, хотя его и упрекнули в том, что он не встречает дорогих гостей. Ждать дальше смысла не имело, в призрачном состоянии я покинул навес, направившись прямиком к костру. Я уже достиг того расстояния, на котором мой купол накроет всех стоявших там ублюдков, когда из-за спины послышался удивленный крик, думать над его причиной смысла не было, и мир накрыл зеленоватый купол морока.

Оттаяв, я удивился тому, что у меня нет никаких ощущений, ни страха, ни ярости, нет даже того странного чувства, что возникало раньше, когда я собирался кого-то убить, я был абсолютно спокоен, а все происходившее почему-то хотелось сравнить с фильмом в кинотеатре с позиции зрителя. Неторопливо я зашел за спину зеленоватому призраку человека, которого я знал как Чипа, снял с ремня автомат, развернув его прикладом, и проявил того, тут же ударив прикладом в спину, а потом еще раз в голову, дозируя удар. Иммунного таким, конечно, убить сложно, но мне бы хотелось, чтобы он не получил сильного сотрясения, я хочу с ним очень въедливо поговорить.

– Ну, здравствуй, Чип, или как там вас, мультяшек, правильнее называть, Дейл, – поприветствовал я пришедшего в себя и постанывавшего урода.

– За что? – попытался тот выиграть время, но это было бесполезно, те самые пластиковые хомуты держали его крепко, он, конечно, мог воспользоваться тем своим даром, что скрыл от меня, но, увы, внутри моего купола ничего не действует.

– Помнишь, мы как-то про дары с тобой говорили, – спросил я его, вроде как походя, – ты очень хотел узнать о моём, но всячески не показывал этого, тогда я не понимал, но за последние несколько дней у меня было много поводов и времени, чтобы проанализировать все от нашей первой встречи до похищения Ки. – Он было попытался что-либо сказать, но тут же сообразил, что те, с кем он был в тот день, тут рядом и отрицать его причастность смысла нет, поэтому закрыл рот и засопел. – Я открою тебе секрет, о котором в этом мире знает не больше десятка человек, – я обвел рукой по кругу, указывая на поля сферы, потом продолжил, – этот дар называют по-разному, но мне он известен как «Мастер Улья». Как ты уже понял, за пределами этой сферы мир замер, термин немного неверный, и один знахарь это объяснил как смену пространства со стандартного в то, где просто нет времени. Но мы тут не на научную конференцию собрались, давай я тебе кое-что покажу, вот, к примеру, один из тех, кто был с тобой, когда вы похитили Ки, – я продемонстрировал призрачный силуэт одного из похитителей, тот как раз на шум разворачивался в момент моего появления. Подойдя, я, по очереди сменяя пространства предметам, проявил нож, пистолет и автомат, откидывая те в сторону, правда, перед тем, как откинуть автомат, вытащил обойму и выщелкнул один патрон. – Забыл сказать, – глядя на сидевшего, мало того, что в данном куполе я могу пребывать сколько мне угодно долго, так еще и с этой сменой пространств не все так просто. Я не знаю, любил ли ты читать фантастику, когда жил в своём мире, но вот я почитывал, и там при перемещении назад в будущее очень часто преподносилось такое правило, что, мол, нельзя трогать своего двойника, так как из разного времени материя не может существовать в одном месте. Трактовка глупая, но вот тут это работает, – я протянул руку с патроном в центр груди призрачного силуэта, и сменил ему пространство, растворив в нем патрон.

– Зачем ты все это мне говоришь? – внезапно спросил Дейл.

– Затем, чтобы ты понимал, что знать об этом может либо тот, кому я доверяю, либо тот, кто уже приговорён к смерти, – проявившийся продолжил разворачиваться, еще не поняв, что у него в руках нет оружия, но даже не успел что-либо осознать, как у него резко вспухла грудь, и он, замерев, нелепо упал, не сводя с меня взгляда. – Так вот, один предмет, оказавшись в другом, расширяет материю, чтобы освободить для себя место, и при запуске времени та материя, которую так нещадно за столь короткий срок деформировали, нагревается. Дерево, помимо дырки в нём, дымится, металл раскаляется добела, а вот вода, та взрывается паром. Как ты понимаешь, в человеке этого добра предостаточно, глянь, он еще жив и даже пытается дышать, вот только нечем, – я показал на содрогавшегося рядом, – но ему повезло, сейчас отмучается и все.

– И чего ты добиваешься? Хочешь, чтобы я рассказал, куда дел твою кошку?

– В том, что ты мне это расскажешь, я не сомневаюсь, – начал я, примеряясь ко второму похитителю, тот, к моему сожалению, не попал в зону действия купола, ну, да это все равно не будет проблемой. – Это оружие нолдов, это кто-то вроде ваших серых, но на порядок более развитый, – я продемонстрировал свою винтовку, – именно ей я уложил того элитника, хотя и гранаты могли помочь, правда, в отличие от них, – вскинул оружие и выполнил серию коротких очередей по каждому из тех, кто был вне зоны дара, включая голову того, что лежал в большом доме, – она бесшумна, не требует таскать с собой боеприпас и имеет такую пробивную силу, что даже сравнить не с чем.

– Они застряли, – прокомментировал Дейл, увидев серые продолговатые точки на краю морока.

– Конечно, они же достигли края купола, но, поверь, они продолжат свой путь и все те, в кого я сейчас выстрелил, уже не жильцы.

– Зачем ты все это демонстрируешь, хочешь меня напугать?

– Нет, такой цели я перед собой не ставлю, ты и так все расскажешь, я же тебе уже говорил, хочу, чтобы понял, что случившееся не изменить, и ты уже ничего не можешь предпринять.

– Ты просто хочешь продлить момент мести! – выдал он, при этом попытавшись изобразить смех, – ты никогда не узнаешь, где твоя кошка, и поверь, даже если узнаешь, тебе её не вернуть.

– Сомнительное утверждение, – я убрал винтовку и извлек свой нож, после чего проявил кусок сломанной ветки, что лежал на земле, отломил сантиметров десять и продолжил. – Еще там, – сделав многозначительную паузу, продолжил, – откуда я пришёл, я встретил странного человека, снаружи он ничего из себя не представляет, как и многие в этом мире, средний возраст, ничего приметного, если не считать его взгляда. У него и у его близких даже при улыбке на лице взгляд волка, который не просто готов кинуться, а как будто он уже давно сомкнул у тебя на шее свою пасть и лишь дожидается того момента, когда закончится твоя агония. Так вот, мне как-то рассказали об его излюбленном методе допроса, – при этом я начал ножом затачивать конец палки, снимая тонкую стружку как можно медленнее, – тем, кто не хотел что-то рассказывать, он просто затачивал пальцы. – Взгляд Дейла сфокусировался на моих руках, что не осталось незамеченным мною. – И когда я его спросил об этом, он не просто подтвердил, а сказал, что так оно и есть, и то, что пока он видел лишь одного человека, который смог молчать до четвертого пальца. – Продолжая неотрывно следить за моими руками и провожать каждый кусочек стружки, Дейл невольно сжал обе руки в кулаки.

– Я тебе и так все расскажу, – после непродолжительной паузы, в течение которой он созерцал обточенный конец, выдал он. – Не хочу я ради какой-то кошки и споранов подыхать в муках.

– Кошки, – наигранно удивился я, – эта, как ты выразился, кошка – единственное близкое мне существо в этом враждебном мире, можно сказать, член моей семьи. И ты, за то, что тебя спасли, решил отблагодарить нас, похитив и кому-то отдав её. Я не сомневаюсь в том, что именно отдал, хуже, я даже не сомневаюсь в том, что ты это планировал заранее, пока мы шли сюда.

– Да и что, каждый живет так, как хочет, – возразил он, а я улыбнулся, и, судя по выражению лица связанного, ему от этой улыбки поплохело.

– Мне когда-то сказали, что СТИКС может вознаграждать и наказывать, по всей видимости, тебя он решил наказать мною, – подытожил я короткую беседу, заваливая того набок.

Дейл пытался сопротивляться, когда я ему отгибал первый палец, но, увы, шансов у него не было никаких. Заговорил он сразу, я еще даже не успел начать изуверскую процедуру, как он мне выложил все, про свой дар, про свой схрон, точнее, про несколько схронов, про некого Верга, которому он продал Ки, даже начав описывать все в мельчайших деталях. Мелькнувшую где-то глубоко мысль о том, что он уже всё сказал, я отбросил, продолжив начатое. К тому моменту, когда я закончил обтесывать вторую фалангу указательного пальца, он уже четырежды повторил все то же самое, что и до начала экзекуции, лишь изредка добавляя новые неважные детали.

Я не задавал вопросов, он прекрасно знал то, о чем я бы хотел его спросить и, беспрестанно крича и стеная, рассказывал одно и то же по кругу, он бы даже мне всю свою биографию рассказал, если бы я не устал от его криков. Выстрел слонобоя, которому в очередной раз довелось покарать ублюдка, закончил его мучения, а я, хоть и отметил бесспорную эффективность данного метода, понял, что он не совсем для меня. Толковой военной подготовки я не имел, вплотную связался с оружием, только попав в этот мир, и если научиться стрелять в человека я смог довольно быстро, то с пытками у меня как-то не задавалось. Протирая нож об оторванный кусок рубашки трупа, оглядел сотворённое мною, поняв, что все-таки пытки – это не моё, но при этом опять осознал, что я не чувствую ничего, совершенно ничего после того, что сейчас проделал.

Дейл, что сейчас лежал куском безжизненного мяса у моих ног, покаялся в том, что, еще лежа на койке без рук и без ног, он начал планировать операцию по заманиванию нас в мешок. В идеале было убить меня, но уже когда мы посетили базу русской спецуры, он передумал, во-первых, боялся, что изловить Ки в одного у него не выйдет, во-вторых, был не уверен в том, что сможет сразу убить меня, его незнание моих даров пугало. Дейл до последнего не верил в то, что у меня нет боевых даров, думая, что я просто скрываю их до последнего, вот и решил, что разобраться со мной в мешке будет гораздо удобнее.

План с похищением также был спонтанным, мою ликвидацию он решил отложить на потом и вообще выполнить её чужими руками, подкинув мне информацию о том, что похитители могли быть из Шариата или азиатского стаба. Все остальное я и так знал, да и сами его размышления мне были не интересны, а вот про его последний дар я узнал, местные его нокаутом называли, дар так себе, ни о чем, откат долгий – почти сутки, действие проходит быстро, у Дейла он действовал минуты три. Суть же сводится к тому, что того, на кого он направлен, просто вырубает, примерно так, как будто ему со всей силы прилетело в голову, правда, дар работает лишь вблизи и не наносит никакого физического урона, но Дейлу это было и не нужно. Вырубив так Ки, он позвал двоих соратников, и те, упаковав её в ящик, закинули туда же тряпку с хлороформом, и уже после этого вынесли из нашего номера.

Со сбытом столь специфичного товара он даже и не думал. Верг – лидер стаба Шариат, был, так сказать, не очень настоящим мусульманином, Дейл вообще не раз проорал, что он сомневается в том, что тот таковым является, но, по всей видимости, он как-то сумел собрать вокруг себя иммунных и заставил тех следовать за собой. Помимо прочих грехов тоталитарного Верга, у него еще имелась и страсть к коллекционированию, странному коллекционированию. Он собирал редкие предметы, необычные вещи, мог заплатить за красивую рабыню, и поэтому Дейл совершенно не сомневался, что говорящая кошка поможет сорвать ему банк. Банк мультяшки и вправду сорвали, даже если учесть только тот жемчуг, что он озвучил своим подельникам – это было очень много, а приложив то, что он утаил только для себя в схроне, выходит совсем неприличное богатство по меркам местного мира.

До Шариата, где сейчас находилась проданная туда в коллекцию Верга Ки, по прямой через болота было не больше двух дней. Дейл неплохо описал местность стаба, и, увы, там меня не ждало ничего хорошего. Сам стаб когда-то, может, и содержал постройки, но к моменту, когда задумались о его освоении, там, кроме густого леса и старых руин, ничего не было. С северной стороны к нему вплотную прилегает чернота, с запада болота, правда, они не всегда остаются таковыми, часто успевая просохнуть за те семь месяцев, что перезагружается кластер с куском огромного озера. С обеих этих сторон Шариат не имеет ворот за ненадобностью. Ворота располагались с других сторон, одни смотрели почти точно на юг, а другие, ближе к северной стороне, на восток, там имелась неплохая трасса в сторону азиатского стаба, вот именно к ней и сделали выход.

Бежать сломя голову смысла не было, все равно у меня с собой просто недостаточно банальных гранат, а они в моём прорыве должны сыграть важную роль, так что первым делом придется вывезти пленниц. Отпустив время, я освободил из застенка обоих пленниц, после чего разделил между ними трофеи, отдав все четыре кисета, что были обнаружены у Дейла. Изначально я побоялся им вручать так много, но, поговорив, я понял, что за время, проведенное в компании ублюдков, они начали прекрасно понимать местные ценности, и сразу светить их перед всеми не собираются, тем более что споранов и гороху по карманам убитых тоже нашлось в достатке. Еще несколько часов было потрачено на подбор оружия, комплектование рюкзаков и припасов с собой, обе пленницы уже поняли, что в этом мире это необходимость, даже пытались напроситься на обучение, но я был вынужден отказать, озвучив им причину, по которой я здесь.

Возвращаться на данный кластер я не планировал, да и обе пленницы тоже, так что трупы           оставили там же, где они и упали, после чего пешком направились к месту, где стояла машина, на которой сюда приехала банда, этими сведениями, как и многими другими, со мной любезно поделился Дейл. До Триозёрья мы все время двигались на машине, я вообще в мешке уже даже отвык прятаться, уж больно глухое место и практически полное отсутствие тварей, десяток пустышей и один бегун, приговорённый мною мимоходом даже без остановки машины, вообще не в счёт. В стаб я прошёл весьма быстро, через ментата и пломбировку стволов, как в Пятке, а вот дамы пошли через полное оформление. Пока ехали, я их немного ввел в курс местной жизни, но у них все равно нет пока другого выбора. Оставаться тут я не планировал, снял в гостинице номер на сутки, привел себя в порядок, посетил тут же расположенный ресторан, перекусив без аппетита, и направился к местному оружейнику, пока тот еще не закрыл свою лавку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.