Татьяна Ясенка
Выбор портального мага

Пролог

Лана лежала с закрытыми глазами и опасливо вдыхала новый, непривычный воздух. Дышалось легко, как на Земле, разве что кислый запах удивлял – лимон и… черника?

Из портала она выпала крайне неудачно. Хотя та ещё шутка – выпасть удачно, но Лане было не до шуток, когда она катилась по склону бугристого холма, собирая собой каждую кочку. От прикушенной губы рот наполнял вкус крови. Избитое тело сильно болело.

Приоткрыла глаза и села. Осмотрела себя. Пижама и носки в синих пятнах, да ещё и порваны в нескольких местах. На ткани мокрые оранжевые потёки, явно из предыдущего мира, откуда с трудом удалось унести ноги и другие части тела. Прислушалась к себе – терпимо. Лана приподняла прилипшую к груди всклокоченную прядь и тяжко вздохнула. Предмет её гордости – густые ярко-рыжие волосы – приобрели неопределённый цвет из-за отвратительной бурой слизи.

Огляделась. Пространство заливал голубоватый свет без видимого источника, бирюзовая трава не двигалась, верхушки синих деревьев колебались вверх-вниз, будто их плющила невидимая сила. Лана поспешно опустила взгляд – стало подташнивать от непривычного движения.

Полная тишина. Тепло. Синий мир не вытягивал из порталистки жизнь и магию, в отличие от зловредного оранжевого, откуда ей так срочно и неумело пришлось перемещаться. Всё вокруг выглядело вполне безопасным, а воздух с ароматом лимонной черники казался пригодным для долгой и счастливой жизни. Домой, увы, не попала, но верной гибели удалось избежать. Пока что.

Лана вытянулась на упругой синей траве, рассматривая фиолетовое небо. Глубокие оттенки успокаивали и настраивали на философские мысли – можно было перевести дух и обдумать ситуацию.

Вчерашний вечер Лана смело могла считать одним из лучших в жизни. Праздновали новоселье в аккуратном маленьком доме, недавно купленном ею в кредит. Пришли родители, брат с женой и пятилетней дочерью. Брат, как всегда, подёргал Лану за тяжёлую ярко-рыжую косу и заявил, что ей нужно больше есть: совсем измельчала и чрезмерно похудела. Племянница тараторила без умолку, рассказывая о подготовке к первой инициации. Родители нежно переглядывались и откровенно гордились семьёй.

Все разошлись поздним вечером, когда наговорились до гула в голове, а племянница уснула на руках у брата. Лана проводила родных и обошла дом, не уставая гордиться собой и наслаждаться тем, как грамотно она всё здесь обустроила. Небольшое пространство казалось просторным, подержанная мебель отлично сочеталась с продуманным интерьером, недорогая бытовая техника скрывалась в неприметных нишах. Особенно рыжую хозяйку дома грело чувство, что наконец-то она живёт самостоятельно.

Привычным жестом Лана проверила на экране планшета отклики с датчиков спонтанного перехода, установленных по всему дому, и связалась с дежурным постом портальной службы. Серьёзная женщина в тёмно-синей форме со стоячим воротником подтвердила, что отклики прошли в штатном режиме, и портальная активность в доме под контролем на всю грядущую ночь.

Значит, ничто не помешает упиваться долгожданной свободой. Два года назад Лана выпуталась из сложных отношений, отказалась возвращаться к родителям и стала жить в съёмных квартирах. За пару лет она смогла – причём без помощи семьи и мужчин – накопить первый взнос и купить, пусть и в кредит, собственный дом. Красивая женщина, получившая блестящее образование благодаря уму и настойчивости, с интересной работой проектировщика, в двадцать семь лет она наконец-то не зависела ни от родителей, ни от «бывшего», и уверенно смотрела в прекрасное будущее. А почему, собственно, оно должно быть другим? Лана любила свою жизнь, гордилась собой и своими успехами, поэтому имела право лелеять самые прекрасные мечты и рассчитывать на самые блестящие перспективы. Заснула она в своей кровати под любимым одеялом, подаренным бабушкой на вторую инициацию, с ощущением уюта и чувством безграничного счастья.

А вот проснулась уже от холода. Это было неправильно. Совсем неправильно! Под одеялом из дорогущего ированского хлопка с магическим подогревом невозможно настолько замёрзнуть! Но дикий холод не поддавался логическим измышлениям, он проникал внутрь костей и вытягивал тепло из сердцевины магического кокона.

Лана лежала на жёсткой мокрой поверхности, подтянув колени к груди и трясясь от озноба. В горле першило, во рту растекался металлический привкус, лёгкие наполнял тягучий воздух с невыносимо тошнотворным запахом. С трудом открыла глаза и осмотрелась. Мрачно и… красиво. Ржавая равнина, покрытая оранжевыми лужами и чёрными камнями, тянулась от горизонта до горизонта. В лужах возникали пузыри… они набухали, отрывались с чавкающим звуком и взлетали вверх, устремляясь в розовое с жёлтыми переливами небо.

Несколько быстрых магических проверок убедительно доказали: Лана не спит и находится не на Земле. Захотелось выругаться, но на ум не шло ни одно подходящее ругательство. Пришлось признать очевидный факт – её утянуло в портал.

Перед глазами вспыхивали и гасли строчки ежеквартального теста портальной осведомлённости. Систему образования перестроили полвека назад, когда магический фон Земли в очередной раз изменился. Магией, в основном на нижнем уровне, обладали все жители Империи. А вот портальный дар мог проснуться у любого или не проявиться никогда. И если раньше способность перемещаться между мирами постепенно раскрывалась в зрелом возрасте, то полвека назад она начала хаотично и стремительно проявляться у детей. Всё больше юных порталистов во сне выбрасывало в другие миры, что было не только ужасно само по себе, но и грозило Земле демографической катастрофой. Для спасения будущих поколений тогда и была создана портальная служба. Детей Империи стали готовить к выживанию в порталах, едва малыши делали первый шаг.

Подавляющее большинство детей раскрывалось в возрасте от восьми до семнадцати. От семнадцати до двадцати двух лет вероятность самопроизвольно улететь в портал снижалась. Совершеннолетием считался порог в двадцать два года, после чего шанс портального раскрытия стремился к нулю, и люди спокойно и буднично устраивались на работу. Более юных не брали – никто не хотел тратить время на сотрудника, который мог в ночную смену задремать на рабочем месте и провалиться в другой мир.

После совершеннолетия Лана уверилась, что портальная карьера ей уже не грозит. И теперь лихорадочно вспоминала все доступные способы убраться из смертельно опасного мира. Естественно, она многое забыла за пять лет, однако, если хочешь выжить, придётся поднапрячься.

Так, спокойно. Надо сосредоточиться и почувствовать след. Прыжки между мирами всегда оставляют след. Закрыть глаза. Отрешиться от тела. Да-да, забыть, что ты трясёшься от холода, твои лёгкие заполняет ядовитый воздух, а страх парализует разум. Собрать остатки магии. Кстати, а почему так мало? Этот мир вытягивает магию, вот почему! Теперь понятно, почему ей так холодно в этой жуткой оранжевой пустыне…

Нет-нет, так нельзя! Надо думать о своём мире! Земной мир – он тёплый, уютный, домашний, родной… С ним её связывает тонкая длинная нить.

Вспомнить дом. Представить в красках, запахах, ощущениях. Лана восстанавливала в памяти спальню, которую очень любила. Бежевые, чуть шершавые обои… Долго искала именно такие со скидкой. А когда нашла, в магазине пришлось долго уговаривать милую старушку с широко расставленными недобрыми глазами уступить ей два рулона…

Стоп, опять не туда понесло. Сосредоточиться! Комната. Запах апельсина с ванилью. Удобный и родной мебельный гарнитур из дома родителей. Ковёр, купленный на распродаже, сшитый, по словам брата, из старых банных халатов, но что этот шутник понимает в дизайне интерьеров? На тумбочке рядом с кроватью – милая открытка с синими деревьями и травой, нарисованная племянницей…

Ржавая поверхность поддалась и исчезла. Интересное, даже уникальное ощущение, особенно если никогда не проваливался в портал. Не только земля – всё пространство исчезает, и на микросекунду ты становишься песчинкой в космосе… чтобы рухнуть на поверхность следующего мира так, что сбивается дыхание, а тело покрывается синяками и ссадинами.

И вот теперь, на склоне синего холма, Лана задумчиво рассматривала фиолетовое небо. Почему ей не удалось попасть домой? Когда восстанавливалась нить, подумала про открытку, нарисованную синим карандашом… Могло это сбить интуитивно выстраиваемые векторы? Да запросто! Вот и Лана пролетела мимо дома.

Она переместилась дважды – и нить к первоначальной точке стала тоньше. Чем больше перемещений, тем сложнее вернуться. И тем труднее спасателям будет найти новую порталистку.

Точно! Её же будут искать, как она могла забыть? Её уже ищут! Лана порывисто села. Улыбнулась, осознавая: она же связывалась перед сном с постом портальной службы! Все сигналки в доме были активны – женщина в тёмно-синей форме это подтвердила – значит, на Земле об исчезновении Ланы уже знают. В одной из Сфер, как называли комплексы для возвращения новых порталистов из иных миров, уже запущен маховик поиска.

В памяти всплыли въевшиеся образы из медиа-роликов, с рекламных щитов и обложек журналов. Бравые стражи портальной службы на фоне рассыпающих эффектные искры золотистых кругов держат на руках изнурённых и грязных подростков. Почему изнурённых и грязных? Потому что подростки почти всегда пытаются вернуться самостоятельно, беспорядочно прыгают по мирам, теряют магию, слабеют и… пачкаются. В том, что запачкаться, вывалившись из портала, легче легкого, Лана убедилась на собственном опыте. Похоже, реклама не всегда врёт…

Все плакаты, ролики и методички вбивали в сознание простую мысль – не пытайтесь вернуться самостоятельно! Убедитесь, что вы в безопасности – и ждите. Помощь уже идёт! Но обстоятельства порой сильнее методичек и рекламы. Первый рывок был более чем оправдан – в оранжево-ледяной бездне Лана долго бы не протянула… оттуда надо было срочно убираться! А этот синий мир выглядит безопасно, поэтому она останется здесь. И будет ждать.

Помощь придёт. Главное – контролировать мысли и сохранять спокойствие, чтобы не допустить ещё одного спонтанного перемещения. Дождаться спасения – вот её главная задача. Она, конечно, давно не подросток, но с ней реклама была бы ещё эффектнее. Ух, как бы она отожгла на руках красивого и сильного портального стража! Так и будет – Лану найдёт именно такой. На другой вариант возвращения в родной мир она не согласна!

Фиолетовое небо вдруг расколола чудовищная молния. Волна страха ударила в солнечное сплетение, в глазах заплясали огненные «зайчики». Нет, только не это! Вот зачем? Почему именно сейчас?! Лана панически боялась молний… Даже на фотографиях. Сразу закрывала глаза, подавляя тошноту. Вот и сейчас с силой зажмурилась. Нельзя, нельзя бояться! Сильные эмоции – верный путь в следующий портал, где красивому стражу искать её будет намного сложнее. Спокойнее, пожалуйста, спокойнее…

Тишину взорвал оглушительный раскат грома. Лана сжалась от ужаса. Земля под спиной исчезла… Ощущение падения. Всплеск и погружение в воду. Кожу защипало, рот заполнила жгучая жижа. Она еле стерпела, чтобы не открыть глаза. Задержала дыхание, забила руками и ногами в неведомом жидком пространстве, силясь выплыть. В ужасе поняла, что не знает, где верх, где низ. Куда выплывать?! Когда лёгкие начали гореть от недостатка кислорода, Лана снова переместилась.

Упала на приятно мягкую поверхность. Закашлялась, заполошно втягивая сладкий цветочный воздух. Кожу на многострадальном колене щипало, будто на неё сыпали соль. Открыла глаза – и тут же снова зажмурилась, так нестерпимо их жгло. Начала осторожно протирать веки. Не хватало ещё ослепнуть в этом непонятном цветочном мире!

Минуло несколько секунд тупого страха из-за невозможности видеть, но на этот раз обошлось без очередного полёта. Наконец, часто моргая, Лана кое-как осмотрелась. У неё даже дух захватило от величественной, неземной красоты. Песчаная долина у подножия гор. Высокие пики с переливами изумрудного, пурпурного и лимонного леса у подножий. Над листвой – синие с тёмными полосами скалы, переходящие в ослепительно-белые вершины. Пронзительно голубое небо с пышными облаками… Обитель древних богов из старых сказок.

Над скалами хаотично двигались какие-то точки. Внезапно одна из них начала стремительно увеличиваться. Пусть зрение и не полностью вернулось, но вскоре Лана прекрасно рассмотрела, что к ней летит кроваво-красная ящерица с длинными острыми крыльями и раздвоенным шипастым хвостом. Тварь неумолимо приближалась, распахнув пасть, усеянную острыми клыками. Это было уже слишком. Лана взвизгнула, закрыв лицо руками, и снова переместилась.

Охнула от сильного удара… и поспешно открыла глаза. Черная трава. Искривлённые ветви мрачного леса, освещаемого лунным светом. Запах водорослей и воющий ледяной ветер, способный остановить дыхание и сердце за считанные минуты.

Полёт. Падение. Графитовая пустыня с белыми камнями от горизонта до горизонта, удушающий серный запах и обжигающая, невыносимая жара.

Ещё портал. Ещё один. И ещё.

Лана падала сквозь миры, не теряя надежды подавить панику, остановиться, зацепиться хоть за один. Да стой же ты! Волны ужаса, сжимающего тисками, разбивались об отчаянное желание выжить. Любой ценой. Сейчас.

Остановилась. Бурое болото, в котором завязла по колено. Чахлые чёрные кустики. В носу щипало от острого запаха, напоминающего аромат чесночной лепешки в провинциальной таверне. Пару раз чихнула. Постояла. Прислушалась к себе. Дышать можно? Опора под ногами есть? Картинка перед глазами остаётся прежней? Сойдёт! Предки, как же снизились её требования к безопасности за десяток минут!

Сзади раздался мелодичный потрескивающий звук. Лана быстро оглянулась. В нескольких шагах от неё перебирала лапками круглая мерзкая тварь размером с футбольный мяч. На асфальтовой шкуре подрагивали длинные шипы. За зверюгой виднелись колобки покрупнее. И с каждой секундой они раздувались.

На периферии зрения вспыхнула сияющая сфера, из которой шагнул высокий человек в блестящем скафандре.

Тварь прыгнула, целясь шипами в лицо. Лана увернулась – и снова провалилась в портал.

Часть 1. Глава 1

Пиликнул коммуникатор, и Крис уставился на письмо от рекламщиков портальной службы. Осада продолжалась – на этот раз они превзошли себя и прислали макет обложки модного журнала. И где только фото Криса раздобыли? Смотрелось впечатляюще, даже слишком. Среди громких заголовков, на фоне круга, рассыпающего золотые искры, Громов выглядел шире и выше, хотя, казалось бы, куда ещё? Рост и так за два метра. Да и плечи не про каждую дверь. В каштановых волосах сверкали отсветы портала, на лице эффектно выделялись шрамы… даже многократно переломанный нос смотрелся героически!

Крис поморщился и настучал категоричное «Нет». Он знал: один раз согласится – может забыть про оперативную работу. Так и будет моделью, как, например, Дэшен – живая легенда портальной службы, вынужденный из-за рекламных акций мотаться по всей Империи, пропуская из-за этого смены. Ещё лет пять, и что останется от его навыков?

Портальный страж империал-старшина Кристофер Громов вошёл в зал за полтора часа до начала ночной смены. Он мог ещё отдыхать, но смутное беспокойство заставило прийти раньше. Сегодня стандартную смену усилили шестёркой Криса – аналитики снова вычислили ночную аномалию. Ожидался настоящий «дождь» из юных портальщиков, которых внезапное раскрытие магического дара утащит в другой мир.

Империал-старшина неспешно пошёл к зоне отдыха стражей, осматривая портальный зал – громадное круглое помещение с высоченным потолком. В центре инженеры проверяли портальные диски. Один из техников настраивал грузовой портал у стены на участке «саванщиков» – хмурых спецов, забирающих у стражей тела несчастных, кого не удалось спасти. У медиков пока было пусто.

Позади кресел для отдыха сиял стёклами командный центр. Крис видел, как сменяли друг друга графики на главном экране. Их внимательно рассматривал Командующий портальным комплексом Эван Марков. Сам принц Эван, растудыть его высокопревосходительство! Сколько он уже здесь? Весь день? Громова накрыло привычное раздражение от безупречного вида принца. Особенно бесили идеально сидящий тёмно-синий мундир со стоячим воротником и неизменно бесстрастное выражение на аристократическом лице.

Командующий скупым движением поправил прядь чёрных волос, упавших на лоб, и повернул голову к аналитикам. Крис не слышал, но мог ярко представить, как повелительно звучали чёткие приказы. Спецы ёжились под ледяным взглядом голубых глаз, стремительно меняли цифры на экране и поглядывали на Командующего с благоговейным страхом. Крис поневоле им посочувствовал. Даже ему, знающему Эвана более двадцати лет, рядом с ним частенько бывало не по себе.

Командующий глянул на Кристофера, сухо кивнул на приветственный жест и вернулся к созерцанию данных на экране. Громов оглядел спецов. Диспетчеров пока нет, зато аналитики в тройном составе. Зачем столько? Эльза и Хрын тоже здесь, глаза от работы не отрывают.

Империал-старшина с комфортом расположился в новёхоньком кресле. Автоматика подогнала ложемент по фигуре, заработали массажные ролики. Крис припомнил прошлую аномальную ночь – тогда бы подобное кресло не помешало! Всё-таки забота о личном составе – отдельный пунктик у Эвана. Грядущая ночка, кстати, тоже обещала быть жаркой.

Внимание Кристофера привлёк звук раздвижных дверей. В портальный зал вошла Индира Акинеми – единственная женщина в шестёрке Громова. Что-то слишком рано – обычно до последнего спит перед сменой. Инди лёгким текучим шагом направилась к Крису, её ярко-сиреневые глаза пристально оглядывали зал. Акинеми задержала взгляд на Крисе, уставилась на Командующего – тот, скрестив руки на груди, слушал доклад побледневшего аналитика. Инди провела рукой по коротким янтарно-чёрным волосам и едва слышно ругнулась.

Громов невольно залюбовался новой формой на Инди. Серая плотная ткань ладно обхватывала высокое тело, карманы в продуманных местах слегка топорщились от датчиков и деталей снаряжения. Крис повёл плечами, снова отмечая преимущества обновлённой спецодежды. Свобода в движениях, не жарко, в подмышках не натирает. Командующий в очередной раз совершил невозможное – продавил-таки обновление по всем портальным комплексам. Снаряжение и скафандры постепенно модернизировали, а вот форма оставалась неизменной со дня основания службы, полвека собирая ругань от спецов.

Акинеми оторвала хмурый взгляд от командного центра, взяла из холодильного шкафа банку тоника и легко опустилась в соседнее кресло.

– Не спится, командир?

Громов не ответил, задумчиво следя за данными на экранах. Инди преувеличенно спокойно произнесла:

– Три смены аналитиков. Одновременно.

Крис добавил:

– Эльзу с Хрыном загнал тоже.

Сильные пальцы Инди легко скрутили запаянную крышку банки. Раздалось негромкое шипение, к озонному запаху портального зала добавился лимонный аромат.

В зал неспешно вошла группа медиков в ярко-синих спецовках и направилась в свою зону. Акинеми глянула в их сторону и между делом обронила:

– А Ворона сегодня не будет.

В ответ на вопросительный взгляд пояснила:

– Столкнулась с ним в коридоре. Чуть не сшиб, еле увернулась. Смена скоро, а Ворон не по форме, и летел как ошпаренный. Я спросила, почему, – Громов заухмылялся, и Акинеми с кивком продолжила: – Ага-ага. Давно подобного не слыхала. Прокатил нашего Командующего через такие словеса… Из того, что поняла: энергии на расчёты не хватает, штатные спецы добыть не могут. А Ворон как программист со своим шилом под хвостом излетал весь комплекс вдоль, поперёк и по диагонали. Вот, дескать, пусть и находит вычислительные мощности, где хочет.

Инди сделала несколько шумных глотков шипящего напитка, выдохнула и добавила ехидно:

– Одно не понимаю. Наш Ворон бы бухтел не затыкаясь… всегда так рвётся медиком в ночную смену, а Эван его в серверную направил. Но этот птиц бежал! И выглядел подозрительно довольным.

Крис хмыкнул и потянулся за тоником. Инди рассматривала Эльзу и Хрына, чьё спокойствие резко контрастировало с напряжёнными лицами других аналитиков. Прокомментировала:

– Похоже, Эван здесь весь день. Не припомню, чтобы он до давления аурой доводил, всегда смывается раньше. Видит же, что спецов корёжит. И не уходит.

Громов кивнул. Несмотря на раздражение от надменных манер, принц крови Эван Марков вызывал у Криса глубокое уважение гибким умом, жёсткой хваткой во всём, что касалось организации чего бы то ни было, и рачительной заботой о людях.

Императорская семья Марковых, начиная с первого императора Юрия, объединялась не по принципу родства. Любой одарённый Империи с выдающимися успехами и нужным набором личных качеств мог стать Марковым. Один из шагов – приставка «империал» к должности, званию или профессии.

Империалом невозможно стать с помощью связей или денег – только получить за десять достижений, значимых для Империи. Лучшие империалы становились принцами или принцессами – руководителями на высоких постах, кандидатами в императоры. Фамилия Марков давала доступ к архивам и уникальным разработкам, титул принца – ко многим тайнам, доступным лишь избранным. И только титул принца крови означал, что его обладатель – Марков по рождению, которого с колыбели растили как будущего императора, используя для развития все возможности, ресурсы и разработки императорской семьи.

Аура принца крови – одна из особенностей Командующего. К своим тридцати четырём годам ближний круг принца Эвана – его ровесники и друзья детства Крис, Инди, Эльза, Хрын и Ворон – привыкли к эффектам в виде страха и давления на нервы. Обычным же людям в его присутствии было откровенно тяжело. И чем дольше они находились рядом, тем тяжелее.

Крис хлебнул тоника, поставил банку на подлокотник кресла и поинтересовался:

– Ты чего так рано?

Инди нахмурилась и процедила:

– Потому же, что и ты. Не нравится мне это всё.

Она вытянулась во весь рост, напрягла поджарое мускулистое тело и обмякла, резко расслабившись. Закрыла глаза и пробурчала:

– Буди, если будут идеи. Дреману пока.

Крис кивнул и сам погрузился в отрешённое состояние. Время есть. Можно подготовиться и настроиться. Мысли крутились вокруг грядущей смены и возможных причин, побудивших Командующего выжимать из аналитиков всё, на что они способны. Громов тщетно ломал голову над тем, что именно Эван пытается вычислить – ни разу на памяти Криса тот ничего не делал просто так.

***

Эванцы, как их называли по имени лидера, принца Эвана, познакомились в спецшколе для одарённых порталистов. Как и другие учащиеся, после первого портала, в котором он чудом выжил, Крис проходил усиленную подготовку выживания в любом возможном мире. Но выжить при раскрытии дара – лишь половина дела. Многие гибли в случайных порталах, куда их продолжало выбрасывать по ночам. Кто-то калечился в драках – нередкое явление среди юных порталистов. Были и те, кто сходил с ума.

В спецшколе для тренировок мальчиков и девочек объединяли по двадцать человек. Состав групп менялся каждые две недели. Детей перемещали между секторами по всей Империи, и до десяти лет никто в группе Криса повторно не появлялся, пока он не подрался из-за ерунды с высоким черноволосым парнем с угрюмыми голубыми глазами. Громов, исключительно одарённый физически, никогда не знавший поражений в драках, на этот раз встретил умелый, хладнокровный и расчётливый отпор. Они чуть друг друга не убили, только инструкторы смогли их разнять, да и то с превеликим трудом.

Как выяснилось немного позже, это был принц крови Эван Марков. На что Кристоферу, выходцу из обычной семьи удалённого от столицы сектора Империи, было совершенно наплевать. Следующие пять лет Крис всегда попадал с Эваном в одну группу – и они всегда бескомпромиссно и жёстко соперничали.

Боевые искусства рассматривались в спецшколе как дополнительное средство развития контроля над даром, и входили в обязательную программу. Учебные поединки Криса и Эвана часто заканчивались пролитой кровью и сломанными конечностями, несмотря на тренировочную броню с повышенной прочностью и магические щиты наставников. Вне тренировок между ними регулярно вспыхивали драки. Спонтанные, из-за любой мелочи, их стычки протекали быстро, но крайне ожесточённо. Дошло до того, что рядом с ними всегда должен был находиться дежурный, чтобы вовремя их разнять.

Первые пару лет у Криса постоянным элементом в двадцатках был только Эван. Потом в группе стали оставаться и другие ребята. Сначала высокая Индира, которую все звали Инди, притягивающая взгляд дикой красотой. Умная и острая на язык, она бросалась в драку, стоило незнакомому с ней неудачнику сказать хоть слово про её рост, фиолетовые глаза или слишком короткие, чёрные как смоль, волосы. Необычная физическая сила и изворотливость позволяли ей разбивать лица всем, включая принца Эвана. Да и сам Громов на тренировках далеко не с первого раза научился её «заламывать». И нельзя сказать, что его победы были бесспорной традицией.

Затем появился низкий, коренастый, крепко сбитый Хрын. Сначала он регулярно проигрывал в драках, но потом нашёл выход – научился мастерски уклоняться от любых конфликтов. Первое, что бросалось в глаза при встрече с Хрыном – это его необычное лицо, напоминающего образ гоблина на старинных фресках. Выступающие широкие ноздри, маленький подбородок и широко расставленные жёлтые глаза производили странное и жутковатое впечатление, особенно когда он хмурился. Но стоило ему улыбнуться и начать говорить своим низким бархатистым голосом – перед его обаянием не мог устоять никто! Хрын всегда жил в лучшей комнате. Добытые Хрыном редкие натуральные газировки они распивали на крыле списанного верхолёта в дальнем углу заброшенного ангара. В качестве переговорщика при любых конфликтах выступал именно он.

Вскоре к ним присоединился длинный и очень худой Ворон с дорогущим нетбуком под мышкой. Из-за своего неуёмного любопытства Ворон регулярно взламывал учебные базы, за что в наказание помогал медслужбе просчитывать зубодробительные медицинские схемы. Всё обычно заканчивалось тем, что бесясь от бумажных расчётов, он писал программу автоматических вычислений. И его оставляли в покое – до следующего проступка. Драться этот черноволосый синеглазый наглец не любил и вообще считал подобное мероприятие занятием недостойным, предпочитая стучать по клавишам нетбука, но если приходилось, зверел так, что крепко доставалось даже самым опытным и сильным бойцам.

Лет в пятнадцать Кристофер перестал реагировать на постоянные провокации Эвана. Спонтанные драки прекратились, хотя принц вёл себя по-прежнему – так же задирал и бесил, но Крис с удивлением обнаружил, что это больше не вызывает бешеной ярости, срывающей любые попытки мыслить и контролировать себя. Лишь усмехался, отвечал колкостью в ответ, проходясь по всяким имперским неудачникам, которые даже оскорбить как следует не способны.

Драки с Марковым перетекли в рамки обычных тренировочных занятий, стали осмысленными и расчётливыми. Эван и Крис безошибочно вычисляли слабые места друг друга, учились маскировать и прятать свои слабости, что вынуждало их развивать тактические навыки. Тренироваться Эван стал только с Кристофером, Индирой и ещё несколькими ребятами из их группы, так как никто другой уже не мог достойно противостоять принцу.

Одной из последних, прямо перед выпуском из спецшколы, к группе присоединилась Эльза – черноволосая, невысокая, с двумя длинными толстыми косами и серыми испуганными глазами под огромными линзами в старомодных очках. В спецшколе уже было собрано большинство постоянных двадцаток, но Эльза продолжала переходить из группы в группу. Её травили, обзывали, иногда отлавливали после занятий и били, а она лишь сутулилась и ждала, пока мучителям не надоест или не удастся улизнуть. Однажды мимо десятка окруживших Эльзу девушек и юношей проходил Ворон. Такой драки спецшкола ещё не видела. Кому-то удалось сбежать, некоторые попали в лазарет. Основательно избитый, но не сломленный Ворон притащил оторопевшую и запуганную Эльзу к Эвану и заявил, что аналитик всегда кстати, и эта заучка подойдёт.

Сформировалась постоянная двадцатка сильных ребят, очень разных, каждый с уникальными способностями. К выпуску из спецшколы они по-настоящему сдружились. Эван давно не поддевал Криса. В привычное высокомерие принца вплеталась холодная, суровая бесстрастность. Кристофер же вытягивался всё выше и раздавался в плечах, становясь массивным и мускулистым. За парнями «эвановской двадцатки», или «эванцами», как все давно называли их группу, увивался хвост восторженных девиц. Самые яркие и красивые неизменно были рядом с лидерами – Марковым и Громовым. Одно радовало – вкус у них был разный, иначе драки точно бы возобновились.

В семнадцать лет двадцатку Криса и Эвана полным составом перевели в столичный университет порталистики. Тренировки усложнились, увеличился объём работы с силовыми потоками. В программе больше внимания уделялось истории магии и порталистики, изучению карты миров. Добавилось много специализированных предметов с математическими расчётами векторов приложения сил, методиками быстрого счёта и запоминания, схемами щитов и силовых потоков для перемещения предметов.

Постепенно в группе сложилась новая традиция. По выходным двадцатка Эвана собиралась на крыле верхолёта в ангаре на заднем дворе университета. Под добытые Хрыном вкусняшки эванцы решали дополнительные портальные задачи, спорили до хрипоты и разбирали множество альтернативных решений. Все участники группы ловили огромное удовольствие от напряжённой работы разума и того, как постепенно распределялись роли. Вскрывала задачи в основном Эльза, у которой обнаружился исключительный аналитический талант, подкреплённый увлечением статистикой и расчётами.

В посиделках на крыле много болтали о том, какой путь выбрать после выпуска в двадцать два года. Крис твёрдо знал, что будет портальным стражем, Хрыну и Эльзе – прямая дорога в аналитики. Ворон, выбравший при поступлении медицинскую специализацию, думал уйти в программирование. Эван внимательно слушал каждого и всегда отмалчивался.

За год до выпуска из университета студентам представили нового инструктора по бою на мечах. Инструктор Мияринаки Масуда пленила Кристофера Громова. Она оказалась не только виртуозным мастером и отличным лектором, но и редкой красавицей. Крис любовался точёной фигурой и миндалевидными карими глазами, восхищался резким характером, острым умом и умением объяснять сложнейшие вещи. Смотрел на Мияринаки во время тренировок и понимал, что все девушки до неё были лишь миражом настоящего чувства и желания.

Громов долго не решался пригласить её на свидание. Наконец, отважился, и даже купил шикарный букет. Приоделся и направился к ряду одноэтажных домов, выделенных для инструкторского состава. Когда Крис подошёл к дому Мии, стебли букета едва не переломились в руке, настолько крепко он сжал кулак. Мияринаки стояла у крыльца в объятиях принца крови Маркова. И всё бы ничего. И Кристофер даже боролся бы за неё. Но он увидел, как Мия смотрит на Эвана – восторженно и нежно. Она поднялась на цыпочки, ткнулась губами в его шею, и убежала в дом.

В этот момент Эван заметил Криса. Перевёл взгляд на букет у того в руке. Лицо принца помрачнело, в глазах загорелся тёмный огонёк. Кристофер задумчиво разглядывал дверь, за которой скрылась Мия. Ещё раз взглянул на Маркова, прижал кулак к груди в жесте стража, принимающего приказ Командующего, развернулся и ушёл, швырнув букет в стоявшую по пути урну.

Он ушёл не из-за Эвана. За эту женщину Крис готов был драться хоть со всей Империей разом. Но взгляд Мияринаки на принца не оставлял даже мизерного шанса. Кристофер умел признавать поражение.

Выпускные экзамены эванцы сдали блестяще и оказались группой с наивысшим баллом за всю историю университета порталистики. Затем последовал год стажировок, во время которого они были распределены по всей Империи. Встречаться возможности у вчерашних друзей практически не было, а из-за плотного графика и жёстких нагрузок даже переписки были редкими. В журналах и медиа Кристофер регулярно видел Эвана, который после выпуска приступил к обязанностям принца крови, женился на Мияринаки и регулярно появлялся на мероприятиях с красавицей женой. Пресса восторгалась изумительной парой и тем, как молодые счастливы в браке. Крис читал новости и осознавал, что искренне рад за Маркова. Мия стала преподавать в имперской академии на территории дворцового комплекса. Вскоре из прессы Крис узнал, что у них родился первенец.

После года блестящих стажировок Кристофера Громова зачислили в элитную Сферу пятнадцатого сектора. Лучший из лучших, именно пятнадцатый портальный комплекс стоял ближе всего к обширной протонной пустоши, на территории которой до сих пор возникали сбои порталов, и откуда в любой момент могли прибыть полчища иномирных тварей. Из эвановской двадцатки после учебки в пятнадцатую Сферу также попали Эльза, Хрын, Инди и ещё трое ребят.

Во время смотра новобранцев Крис даже не удивился, когда Эвана представили как нового Командующего пятнадцатым сектором. Принц крови, надежда и опора трона, был строг и подтянут. Но высокомерное выражение его лица смягчилось, показалось Кристоферу чуть более приветливым и умиротворённым. Командующий подходил к каждому новоприбывшему, пожимал руки, а когда поравнялся с Громовым, широко, по-мальчишески, улыбнулся. В нарушение всех протоколов он хлопнул друга по плечу и заговорщицки подмигнул. Тут же стал серьёзным, только в глубине голубых глаз таились смешинки. Во время напутственной речи Эвана Крис едва сдерживал улыбку.

Принц крови Эван Марков в двадцать три года стал самым молодым Командующим за всю историю Империи. Особенно много недовольства было из-за того, что ему доверили элитный пятнадцатый комплекс. Сколько раз Кристофер слышал от бывалых стражей, что угробит мальчишка Сферу.

Эван в ответ на эти разговоры лишь усерднее работал. Да, неудачи и просчёты в руководстве были. Но благодаря гибкому уму, организаторскому таланту и блестящему образованию серьёзных ошибок удалось избежать. Принц старался ничего не менять, слушал советы, и за несколько лет пообтёрся. Лишь спустя пять лет после назначения он начал последовательно влиять и улучшать.

Несмотря на критику, которая лилась на Командующего, уважение Криса к Эвану крепло. Восхищало то, с какой точностью он выстраивал и видоизменял организационную структуру портального комплекса, отдавая ключевые места наиболее подходящим для этой должности людям. Каким идеально выверенным механизмом становилась огромная машина, в которой работали сотни людей! Ремонтировались и улучшались помещения, заменялась и модернизировалась техника. Из Сферы уходили неподходящие люди, на их место вставали привлечённые из других Сфер и отраслей уникальные специалисты.

Кристофер Громов с первых дней службы в Сфере занял должность портального стража. Спасённые жизни перевернули его мир. Он изводил себя на тренировках, до глубокой ночи изучал материалы в библиотеке и в архиве, до тьмы в глазах практиковался на тренажёрах. С годами опыт и приобретённые навыки позволили ему стать инструктором рукопашного боя и силовых линий. Неизменно Крис оставался на передовой, а число спасённых им людей измерялось тысячами.

Инди вошла в рабочую группу Криса. За годы безупречной службы она приобрела заслуженное уважение. Умелый и талантливый страж и отличный инструктор, она по праву считалась одним из лучших стражей Сферы. Эльзу и Хрына Командующий определил в штаб, проведя через серию отделов, где молодые спецы получили знания и опыт. Только через несколько лет Эльза и Хрын перешли в командно-статистический центр. Они стали сильными аналитиками и находились рядом с Эваном во время ответственных и сложных операций.

Глава 2.

Шёл третий час аномальной смены в портальном зале. На коммуникатор Кристофера наконец-то поступила статистика за первые два часа дежурства. Быстро пролистал, выхватывая взглядом цифры. Плохо. В стандартную смену за час улетали от одного до трёх подростков, в аномальную – от пяти до десяти ребят, но процент погибших никогда не был слишком высок, редко превышая отметку «пять».

Сегодняшняя ночь била все рекорды. Стражи, включая Криса, за два часа вытащили из разных миров двадцать восемь ребятишек. И только пять из них были живы. Это уже было не просто «плохо».

Громов спрятал коммуникатор, быстро и цепко оглядел портальный зал. Слишком много отличий не только от стандартной, но и от аномальной смены. Никогда ещё империал-старшина не видел отключённых роботов-уборщиков. В круглом просторном помещении с высоким потолком по стальным стенам всегда двигались автоматические механизмы, собирающие влагу – из-за охлаждающих труб вокруг портального зала накапливался конденсат. Сейчас по стенам стекала вода и не успевала уходить в дренажную систему, скапливаясь в лужи. Это сколько потребовалось энергии на вычисления, чтобы на контуре очистки экономить?

В центре зала из двадцати четырёх портальных кругов активирована половина. Ещё два готовили к запуску. Много. Для элитной Сферы пятнадцатого сектора, оттягивающей на себя сложнейшие случаи, непозволительно много. Что тогда творится в остальных девятнадцати секторах Империи? Крис оглядел людей. Они были гораздо более значимым показателем, чем любая техника.

Трое стражей в зоне отдыха не разговаривали и внимательно прислушивались к переговорам диспетчеров, которые с ошалевшими глазами, напротив, говорили без остановки. На площадке снабжения у дальней стены контролируемая суета – снабженцы ещё в первый час вызвали дополнительную группу для усиления. У саванщиков, хмурых спецов, забирающих у стражей мёртвые тела, активированы сразу три грузовых стационарных портала. Медики проверяли спецсредства, чтобы унять нервозность.

До Криса донеслась старая шутка про синих рыцарей. Так, с лёгкой руки одного из репортёров, прозвали врачей и спецов медслужбы за синюю форму и бескомпромиссные сражения за жизни. Страж Очинг Рихтер только что вышел из гаснущего, мерцающего красным цветом портала, и передал очередное безжизненное тонкое тело саванщику. Очинг спросил у нервного медика, который лепил на него датчики, сколько алкоголя перед сменой влезает в «синего»? Медик отшутился, что вечером осилил всего пару литров, но за смену догонит до десяти! Крис криво усмехнулся. Все знали, что никто из медспецов не осмелится снизить внимание и реакцию. Слишком много труда и времени ими вложено, чтобы получить доступ к работе с людьми. Если шутят про синих, которые «синячат», хорошо. Люди держат удар. Каждый по-своему.

Один из кругов засветился белым светом, над ним вспыхнул серебристый портал – датчики определили, что страж выносит выжившего. К арке бросилась группа синих со всеми своими сумками-укладками и приборами, громыхая каталкой, увешанной проводами и экранами. Из рук вымотанного стража бережно приняли обессиленное тело почти ушедшего за грань подростка.

Страж стоял, пошатываясь, игнорируя двух медиков, которые лепили на него датчики и пытались усадить на пододвинутый ящик. Сквозь облегчение на измученном лице стража – нашёл и вернул живым – проглядывала отчаянная надежда. Он неотрывно смотрел на синих рыцарей, которые оплетали тело подростка спасительной сетью из мелькающих рук, датчиков и трубок с растворами. Кристофер шепнул пожелание удачи. Пусть им удастся завершить работу стража и сохранить парнишку по эту сторону жизни. Стрелка на мониторе над каталкой подростка замерла в оранжевом секторе. Шансы есть. Страж, наконец, позволил себя усадить и принял помощь. Синие стабилизировали подопечного и торопливо покатили к стационарному порталу, ведущему в медсектор.

Кроме затухающей серебряной, в портальном зале засветились зловещим красным цветом две арки над белыми кругами. Система определила, что стражи живы, но вынесут погибших, и подсветила круги белым, а саму арку – красным цветом. К порталам поспешили саванщики, чтобы принять бездыханные тела, и две пары медиков, чтобы позаботиться о стражах. Прозвучали хлопки входящих порталов. Громов нахмурился. Четыре красных портала и только один серебряный. Плохо. Очень плохо.

Из зоны отдыха стражей донёсся глубокий женский голос, процедивший непристойное ругательство. Индира Акинеми выругалась и двумя руками взъерошила короткие чёрные волосы, как бывало с ней в минуты крайнего волнения. Она вытянулась во весь свой высокий, немногим ниже Кристофера рост, по её худому мускулистому телу прошла видимая волна расслабленности. Сейчас очередь Инди идти в портал.

Из серебряного портала страж вынес седую женщину. Невозможно. Крис вывел на личный коммуникатор происходящее у этого портала. Нет, это не поседевшая от пережитого ужаса юная особа. Морщинистое лицо, перевитые артритом пальцы. Пришло подтверждение от команды аналитиков – Эрилин Волкова, семьдесят восемь лет. Семьдесят восемь лет?! За десятки лет существования портальной службы самый старший возраст – тридцать два года! Что, рзац* побери, сегодня происходит?!

[*Рзац – приличное ругательство по названию пояса миров со смертельными условиями. Среди порталистов устоялась традиция заменять бранные слова названиями миров.]

Империал-старшина поднял взгляд в командную зону. Командующий смотрел в зал. Расслабленная поза, руки на груди скрещены. Ничем не примечательная для стороннего взгляда поза, но Крис знал, как молниеносно из этой позиции Эван умеет атаковать. Командующий коротко глянул на Кристофера, обвёл взглядом зал, идущих в зону отдыха стражей, задержался на Инди. Прозвучал сигнал об очередном стихийном портале. Где-то в Империи ещё одного портальщика выкинуло в другой мир. Была очередь Инди, она уже двинулась в сторону круга, но тут в наушнике раздался командный голос.

– Индира, стой. В двадцать первый пойдёт Кристофер.

Инди замерла, очевидно, Эван обратился к ним двоим одновременно. Посмотрела на поднимающегося Криса, перевела взгляд на Командующего. Тот стоял в той же позе, только руку поднёс к уху, активируя переговорное устройство.

– Эван. Я всё понимаю. Но сейчас моя очередь. И я профи. – Инди начала закипать. Спецы в зале переводили взгляд с застывших Инди и Криса на Командующего.

На весь зал раздался отчётливый, усиленный динамиками властный голос.

– Сержант Индира Акинеми. Отставить. В двадцать первый портал идёт империал-старшина Кристофер Громов. Громов, приступайте к исполнению приказа. Немедленно. Снаряжение по десятой схеме, «боёвка» семь пять шестнадцать.

Инди застыла, Крис тоже. Вбитые инстинкты взяли верх. Превозмогая потрясение, руки сами поднялись, выкладывая кулак на груди, принимая приказ. Инди отступила, фиолетовые глаза сверкали яростью. А Громов уже двигался к порталу, отмечая, как команда снабжения готовит экипировку и снаряжение, названные Командующим.

Скорее всего, Эван понял нечто такое, что некогда было разъяснять. Это единственное, что объясняло столь грубое вмешательство Командующего в процесс портальной эвакуации, в обход лично им выстроенных протоколов и инструкций. Ведь сейчас из-за вмешательства Эвана ящерице под хвост летит вся выстроенная схема. Пара десятков людей вырвана из текущей работы и перестраивает дальнейший ход смены. Необходимо предусмотреть множество незаметных, но критически важных деталей.

– Эльза, мне нужны все доступные данные по этому перемещению.

– Уже у тебя, Крис. Дублирую голосом. Эвилана Солнцева, двадцать семь лет, на вид двадцать, рост низкий, худощавого телосложения, волосы прямые рыжие длинные, особые приметы…

Кристофер вслушивался в ориентировку и задумчиво рассматривал спешащих к нему снабженцев. Какого рзаца такая мощная боёвка? Он что, на солнце будет высаживаться и заодно колонизировать его, в одиночестве ожидая в течение года остальных колонистов?

Десятая схема, боёвка семь пять шестнадцать. Не до конца веря тому, что происходит, Крис натягивал блестящий лёгкий скафандр, рассматривая ошеломлённые лица снабженцев и ловя восторженно-завистливые взгляды стражей. Взгляд Инди не предвещал ничего хорошего. Ещё бы! Крис облачался в «Рассекатель миров» – скафандр, разработанный под личным руководством принца Эвана.

Рассекатель был спроектирован с запредельными параметрами прочности и боевых возможностей, лет пять являлся легендой и предметом воздыхания всех без исключения стражей Империи.

В новой экипировке Крис оценивал существенно расширившиеся возможности. Рейд предстоял исключительный, если Командующий назначил ему настолько избыточный уровень снабжения. Громов шагнул на пластину портального круга и услышал глубокий, уверенный, но с лёгкими тревожными нотками голос Эвана.

– Она чрезвычайно важна, Крис. Найди и верни.

«Находим и возвращаем» – девиз портальных стражей. Он был везде и, такое ощущение, всегда. На каждом углу, в каждом журнале, в каждой подборке рекламных роликов. «Найди и верни» – эхом повторялось у Криса в голове, когда мир погас, уступая место ослепительно вспыхнувшему кругу портала.

***

Кристофер нашёл её, когда уже отчаялся и двигался на остатках упрямства. Рейд недопустимо затянулся. Стандартный длился пять – десять минут, за которые страж обычно успевал пройти от двух до десяти миров, установить контакт со спасаемым человеком, и вернуть его на Землю. Крис шёл по следу больше часа. Ему пришлось сделать сто восемь прыжков. Сто восемь! Случалось, что находили выживших после двадцати прыжков. Больше сорока никто в других мирах не переживал. Во всяком случае, данных о выживших после таких приключений не было. А тут больше сотни перемещений.

Датчик заряда скафандра застыл в оранжевой зоне. За всю обширную практику Крис жёлтую-то видел всего пару раз, и то в обычной экипировке. Эван и это предусмотрел? Громов мысленно поблагодарил его за боёвку, значительно сберегающую силы и энергию.

След тоже был уникальным, никогда ещё он не шёл по такому. Тёплый след проходил через такие миры, что Крис только поднимал брови, удивляясь, как она умудряется каждый раз оставаться в живых. Первый раз страж увидел свою цель уже на пятнадцатом перемещении по колено в буром болоте среди чахлых чёрных кустиков. Тонкая грязная девчонка уворачивалась от круглой шипастой твари с асфальтовой шкурой. Кристофер поднял руку, чтобы отбросить зверя, но вспыхнула арка портала, ощущение следа ослабло. Пока империал-старшина расправлялся с такой же тварью, подкравшейся к нему со спины, след стал ощущаться слабее. Девчонка снова переместилась. А потом ещё несколько раз.

Крис прислушался к следу. Сразу несколько перемещений – начала мерцать. Плохо. Остановилась. Нить оставалась тёплой. Ещё жива. Мерцающий портал – серия из десятков переходов с полсекундными интервалами никого не оставляла в живых. Немногие упорные стражи, дошедшие до конца мерцающего следа, находили лишь остатки перемолотых тел. Девчонка мерцала медленно и пока оставалась в живых, но это не надолго.

Громов торопился. После тридцатого мира он ещё несколько раз видел следы затухающего портала. И потом механически фиксировал всё увеличивающийся счётчик переходов, косясь на неуклонно желтеющий индикатор заряда. Понимал, что с каждым прыжком его шансы вернуться всё меньше. Согласно любому из многочисленных протоколов, составленных после гибели стражей, ему давно нужно было повернуть назад. Но Крис продолжал идти по следу. Потому что не мог развернуться и упустить след. Тёплая, пульсирующая серебром нить была такой яркой, живой! И его цель была упрямой и живучей. До него долетали отголоски эмоций. Отчаяние, страх, и упорное желание выжить. Кристофер сжимал зубы и ускорялся.

И вот эта гонка завершилась. Как раз в тот момент, когда ему начало казаться, что это не закончится никогда. Крис стоял в гниющем лесу рядом с худенькой девчушкой в обрывках изгвазданной пижамы. Эвилана Солнцева. Судя по вводным, ей двадцать семь лет. В голове не укладывался её возраст – из-за грязного вида и хрупкого телосложения она выглядела как измученный подросток, которых страж привык возвращать.

Громов стоял и смотрел. И тщательно обдумывал порядок действий. Суета убивает, но и медлить опасно. После стольких миров вероятность срыва в мерцающий портал зашкаливала. Это будет конец. Если Кристофер ошибётся – сорвётся вместе с ней. Да и контакт установить – полдела, нужно назад умудриться вернуться. Учитывая то, как далеко они забрались, та ещё задача. Страж наблюдал и усиленно думал.

Она сидела на коленях в коричневой гниющей траве и обхватывала ствол искорёженного дерева грязными изодранными руками. Глаза плотно закрыты. Упрямо сжимала губы на измождённом, в ссадинах и кровоподтёках, чумазом лице. Крис слышал, как она дышала. Правильно. Как учат всех. Вдох на три счёта, выдох на четыре. Девчушка оставалась сидеть, вцепившись в дерево, и дышать. Стабильна. Приколотила себя к этому миру, интуитивно догадываясь, что дальше нельзя. И дыханием удерживала себя от гибели. Кристофер решился. Шансы есть. Он попробует вернуть её домой.

***

Лана сидела с закрытыми глазами, сосредоточившись на дыхании, стараясь не обращать внимание на удушающий и мерзкий запах гнили. Она останется здесь. Хватит, напрыгалась. Нет, она не будет думать о том, что пережила и испытала за все эти бесконечные переходы. Всё. Дальше нельзя. Неизвестно почему, Лана была в этом уверена. Это мир, из которого её или заберёт страж, или она помрёт прямо тут. Отсюда не шагу!

Мысли путались. Лана то почти теряла себя, забывая, кто она и что здесь делает. То внезапно всё вспоминала и крепче стискивала руки вокруг дерева. Оцепенение охватывало всё тело, она едва сохраняла сознание от боли и усталости. Лана чётко представляла, будто из её тела, как из дерева, в самую сердцевину мира уходят длинные корни. Вместе с дыханием, этот образ помогал удерживаться на краю. Сама она отсюда не уйдёт. Только со стражем. Пусть даже не красивым. Где их всех носит, чтоб их так и разэдак, сколько ещё ждать?! «Находим и возвращаем»! Звучит очень эффектно. А как там с практикой?! Вздёргивала себя злостью на медлительность спасателей – это помогало оставаться в сознании, вспоминать, кто она, и верить, что за ней придут.

Лане вдруг показалось, что на неё смотрят. Осторожно открыла глаза. Чуть не взвыла от неожиданности и лютого болезненного облечения. Тут же испугалась и крепче вцепилась в дерево. Её нашли!

Рядом стоял страж. Пришлось запрокинуть голову, чтобы увидеть полностью огромную блестящую фигуру. Брови Ланы невольно поползли вверх. Как на параде у имперского дворца! Вспомнились репортажи и статьи про портальную службу, про экипировку вообще часто рассказывали. Это же боёвка высшего класса, они не носят такие даже на самые сложные задания! Однако.

Страж склонил голову в блестящем шлеме набок. Мягко зазвучал чуть искажённый динамиком мужской голос с осторожными нотками, будто говоривший не верил, что увидел живого человека.

– Здравствуйте, я портальный страж. Я нашёл вас.

Она молча рассматривала его скафандр. Ну, положим, нашёл. Дальнейшие действия? Голос продолжил:

– Чтобы вас вернуть, нужно установить контакт. Помните, чему вас учили?

Чему её учили. Своё имя-то не может вспомнить, а уж чему учили…

– Вы помните своё имя?

Про боёвку стражей помнит, а своё имя нет? Ну уж, это вы загнули, мастер страж! И все-таки? Так, все намного хуже, чем кажется… надо вспомнить. Лана!

– Если вы помните ваше имя, аккуратно кивните. Кивнуть, это значит наклонить голову вперёд и вернуть её обратно.

Юморист выискался. Или же он слишком хорошо знаком с предметом, и прекрасно понимает её состояние. Так, аккуратно кивнуть. Лана медленно опустила и подняла голову. Перевела взгляд на блестящий шлем. Напряжённые плечи стража слегка расслабились.

– Вы помните, кто такой страж? Кивайте осторожно.

Она кивнула.

– Для чего я вас нашёл? Найти и…

Лана еле слышно прошептала:

– Вернуть.

– Вы умница. Пока молчите. Вы умница, потому что держите себя здесь. Потому что слышите и понимаете меня. Вы умница, потому что помните своё имя. Помните про стражей. Понимаете, что я здесь, чтобы найти тебя и вернуть.

Лана смогла чуть приподнять бровь. Вероятно, этот красноречивый жест должен был значить: «Ого, мы уже на ты?». Страж понял его правильно.

– Прости, я перехожу на ты. Это важно для твоего возвращения. Меня зовут Кристофер. Мне нужен магический доступ, чтобы помочь тебе вернуться. Ты помнишь, что такое магический доступ? На инициации ты давала девяносто девять процентов доступа. Пришло время дать мне один процент. Чтобы я тебя вернул. Только для этого. После возвращения проведём стандартное разделение. Ты читала про это много раз. Ты дашь мне один процент стандартного доступа?

Лана чувствовала, что теряет сознание, но сумела выдавить слова доступа для стража. В тот же миг на неё хлынуло тепло. Измученное тело начало наливаться силой, достаточной, чтобы оставаться в сознании. Когда страж снова заговорил, в его голосе искрилась лёгкая улыбка.

– Значит, ты себя называешь Лана. У меня другие вводные.

Она порадовалась, что в формуле доступа нужно назвать себя привычным именем – она ненавидела своё полное имя. Дыхание перехватывало. Полный магический доступ. Это мощно. Ощущалось, будто могучие мужские руки перебирают иссохшие магические каналы, массируют их и распрямляют, завязывают на контур стража. Значит, его зовут Кристофер…

Рядом упала ветка, Лана вздрогнула от испуга. Страж быстро проговорил:

– Спокойно, Лана, всё хорошо. Я держу тебя здесь, ты больше никуда без меня не сможешь переместиться. Ты слушаешь? Понимаешь?

Еле слышно прошептала:

– Слышу, слушаю и понимаю.

Кристофер кивнул.

– Умница. Ты очень сильная девочка. Лана, слушай внимательно. Мы забрались слишком далеко.

Стандартного доступа не хватит, чтобы я тебя вернул. Мне приходится просить тебя о глубинном доступе. Это необходимо. Ты помнишь, что такое глубинный доступ?

Задумалась. Да, она помнила. Глубинный доступ. Его ещё используют? Клятвой предусмотрено, но это казалось таким странным. Как обучение действиям во время магических бурь, которых уже сорок лет не случалось. Как знакомство с очень древней магией, которая не исчезла полностью, но на практике почти не используется.

Страж спросил:

– Помнишь? Сделаешь? Просто кивни.

Сосредоточилась и кивнула.

– Умница. Отпускай дерево.

Попыталась расслабить руки и не получилось.

– Тебе нужно отпустить дерево.

– Не могу. Пальцы свело.

– Всё в порядке, Лана, я помогу.

Кристофер опустился на колено, завёл свою ручищу ей за спину, и Лана зашипела от двух быстрых прикосновений к плечам. Спазмированные мышцы расслабились, её руки бессильно упали на землю рядом с коленями. Покачнулась, начала заваливаться, но страж удержал от падения. Лана с благодарностью смотрела на держащего её мужчину снизу вверх.

Смешно, но очень хотелось узнать, какого цвета его глаза под блестящим шлемом. Кристофер заговорил, в его голосе почудились насмешливые интонации и улыбка.

– Вот верну тебя, и увидишь. Ты даёшь мне один процент глубинного доступа?

Она что, сказала это вслух? Про цвет глаз?

Страж с нажимом повторил:

– Лана, ты даёшь мне глубинный доступ?

Ей как-то удалось прошептать формулу доступа. Тёплое облако заполнило разум, заставив её закрыть глаза и начать проваливаться в глубокий сон. Она пыталась сопротивляться, пока не услышала добродушный голос:

– Лана, всё хорошо, это магия стража. Разреши мне позаботиться о нас. Ты можешь спать. Мы возвращаемся.

Она улыбнулась и уснула.

Глава 3.

Был поздний вечер, когда Крис налил в походный термос крепкий красный чай и, переодевшись в штатское, вышел из портального комплекса. Находиться в комнате жилого сектора не хотелось. Гулять по парку или отправляться в город тоже. Спать тем более.

Громов машинально прикоснулся к груди. Он до сих пор чувствовал фантомное дыхание Ланы, надёжно укутанной в пассажирский кокон его скафандра. Кристофер продирался в земной мир на одних морально-волевых, и это дыхание было единственной причиной для каждого нового шага.

Страж оглянулся на портальный комплекс. Он уже миновал внешний парк и теперь рассматривал сквозь чёрные силуэты деревьев серебристое кольцевидное здание основного корпуса Сферы, подсвеченное фонарями. Там, в лечебном секторе, упрямо цеплялась за жизнь возвращённая им девушка, которую из-за хрупкой внешности и грязного измученного вида он сначала принял за подростка.

Кристофер представил мысленно план Сферы. Он вышел из жилого сектора основного корпуса, прошёл внешний парк, значит, справа будут склады со строительными материалами, а слева ангары с техникой. Вдохнул поглубже весенний воздух. Из парка доносился сладкий аромат цветущей черёмухи. Из складской зоны доносились звуки погрузчиков. Оглушительное кваканье лягушек в пруду внешнего парка заставляло морщиться – пять лет назад спасённая ребятня утащила из кабинета биологии головастиков и выпустила в пруд, выросла целая колония.

Направился в сторону ангара со списанной техникой и забрался туда через проём в стене. Ступая бесшумно, как все стражи, прошёлся по просторному помещению с высокой крышей. Несколько технических фонарей на стенах и столбах рассеивали темноту. Нашёл в дальнем углу списанный верхолёт. Попытался ощутить силовые линии, чтобы, как прежде, в пару прыжков взмахнуть на крыло. Опёрся ногой на одну линию, встал на вторую, но та растворилась, и Крис приземлился на бетон. В крови забурлила ярость на собственное бессилие. Рассмотрел у стены стремянку, вытянул руку, чтобы зацепить и дёрнуть силовым жгутом. Нити силы слушались плохо, рассеивались под пальцами. Наконец, зацепил за ножки, дёрнул. Стремянка покачнулась и упала, поднявшись в воздух на жалкие пару сантиметров. Громов глубоко вздохнул, с трудом сдерживая ругательства. Пошёл в угол за стремянкой, с усилием расслабляя челюсть – показалось, что сломает зубы, так сильно он их сжал. Пришлось выдвигать стремянку до крыла и взбираться по ступеням. Постоял на крыле, рассматривая край лестницы. Докатился.

Заставил себя последовательно расслабить плечи, руки, спину, пресс, бёдра, икры. Покатал по телу волны расслабления. Почувствовал, что немного успокоился. Достал из кармана на бедре походный термос, уселся на крыло и, прихлёбывая, начал размышлять.

Мысли незаметно и плавно возвращались к дикому пути по следу Ланы с немыслимым числом миров. Крис выполнил приказ Командующего. Нашёл пропавшую. И сумел её вернуть. В помещении ангара было достаточно прохладно, Громов передёрнул плечами, не совсем понимая, от холода ли это, или от озноба, вызванного затапливающими разум воспоминаниями.

Заряд скафандра закончился за пару прыжков до их родного мира. Пришедшую в негодность гордость имперских технологов пришлось бросить в фиолетово-пряном болоте и ползти, перекинув эвакуационный кокон с драгоценной ношей на спину. Он не знал и не понимал, как именно ему удалось сделать ещё два прыжка до портального зала. И когда Крис рухнул на красный круг, переворачиваясь на живот, чтобы не придавить немалым весом хрупкое тело у себя на спине, то несколько секунд лежал и пытался прийти в себя.

Затем приподнялся и остолбенел, увидев уставившегося на него взлохмаченного, бледного до синевы Командующего в окружении саванщиков – хмурых ребят, забирающих от красных порталов мёртвые тела. Тут он осознал, что портал, в котором он находится, светится красным. Неужели мертва? И откуда только взялись силы…Задерживая дыхание, чтобы не сорваться в раздирающий лёгкие кашель, сбросил кокон со спины, рванул край, приложил пальцы к тонкой шее. Пульс есть. Девчушка приоткрыла рот и глубоко вдохнула. Жива. Поднял глаза на Эвана, который смотрел не на спасённую, а на него, Криса. Командующий сжал в кулаки трясущиеся руки, глубоко вздохнул и громовым голосом заорал:

– Синие! Двое живых у двадцать первого! Что стоим, синячим?! Растудыть ваш аппарат!

Эван орал, переходя чуть ли не на визг, разбрызгивал слюну и обильно сдабривал вопли такими смачными ругательствами, что синие рыцари краснели и бледнели, но продолжали стремительно и методично выполнять свою работу. Двигаться и сопротивляться умелым рукам, подхватившим его тело, не было сил. Крис только повернул голову в сторону второй группы в синей форме – они укладывали выжившую на каталку и опутывали её проводами подключаемых приборов и трубками с целебными растворами. До рези в глазах всматривался в основной монитор в изголовье спасённой – показатели в красном секторе. Стрелка переместилась на деление ближе к оранжевому, и Кристофер позволил себе расслабиться. Перед тем как отключиться, в голове билась единственная мысль: «И где это Эван таких выражений поднабрался?». Громов ничего подобного не слышал. Надо будет взять пару уроков.

Очнулся в палате. Первое, что он увидел, это Эвана, работающего с бумагами за небольшим столом в углу. Принц заметил движение и уставился на Криса. Командующий выглядел, как всегда, безупречно в форменном мундире, на лице привычное надменное выражение. На носу тонкая полоска пластыря – такой лепили после залеченного сломанного носа. Кто это ему так, интересно?

Непривычная бледность Маркова как бы намекала на то, что взлохмаченный принц с трясущимися руками у красного портала Крису всё-таки не привиделся.

Кристоферу надоело молчание. Заговорил, удивившись, как слабо звучит его голос:

– Эван, я не понял, когда мы успели пожениться?

Принц дёрнулся, а потом беззвучно расхохотался и заявил:

– В течение тех шестнадцати дней, что ты валялся в отключке. Я столько дней и ночей провёл у твоей кровати, что жена меня выгнала, мы успели развестись, и, чтобы не лишать королевство наследников, а детей матери, я был обязан на тебе жениться.

Пропустив содержание этой сомнительной шутки мимо ушей, Крис вычленил главное.

– Шестнадцать дней?

Эван стал серьёзным.

– Да, Крис. Шестнадцать.

Слишком долго для стража. Кристофер помедлил и задал ещё один вопрос.

– Как сильно?

Сидя на крыле старого верхолёта, Крис и так и эдак переворачивал последовавший разговор, стараясь отыскать упущенные грани и периферийную информацию. Командующий, конечно, мастер. Не стал откладывать, мол, ты только очнулся, давай потом. Нет, эвановские стражи получают от принца прямые ответы на вопросы.

– Шестьдесят семь. – Крис обрадовался, что терпимо, но Эван уточнил. – Минус шестьдесят семь. Сейчас у тебя двадцать четыре.

И в глазах – ни жалости, ничего. Просто выдача запрошенной информации.

Двадцать четыре! Кристофер сжал термос так, что на прочной стали появились вмятины. Полегчало. Тело продолжает слушаться. А вот ёмкость просела в четыре раза. Такой низкий уровень магической ёмкости замедлял восстановление от травм, перечёркивал целые комплексы атакующих и защитных связок. Становился недоступным привычный узор боя, способы передвижений. Рзацеву стремянку и то поднять не смог! Возможно, оставшись без рук и ног, Крис чувствовал бы себя менее увечным, чем без привычного уровня управления силой. Несколько раз сжал и разжал кисть руки. Нет. Руки и ноги, пожалуй, важнее. Грустно посмеялся над таким нехитрым выводом.

Внимание Криса привлёк звук шагов. Приближался высокий худой мужчина в синей форме медслужбы. Свет фонарей осветил чёрные с проседью торчащие волосы, зацепился за трёхдневную щетину, очертив вертикальные складки на впалых щеках под резкими выпирающими скулами. Громов узнал Ворона – одного из немногих членов эвановской двадцатки, работающих в пятнадцатой Сфере. В отличие от Криса, Инди, Эльзы и Хрына и ещё троих ребят, поступивших сюда на службу после учебки, Ворон где-то пропадал восемь лет. И четыре года назад пришёл на смену в полной медицинской экипировке, представился Вороном и приступил к работе, будто служил тут сотню лет. Его ненавидели за острый язык, что не перечёркивало огромного уважения за его знания и опыт.

Кристофер был рад его видеть. Пожалуй, общество этого едкого гада – то, что нужно, чтобы встряхнуться, выйти из состояния угрюмого штопора. Ворон осмотрел верхолёт, на котором с комфортом расположился Крис, опёрся на силовые линии, и в три движения поднялся на крыло. Внимательно оглядел товарища и с мрачным видом спросил:

– Смеёшься сам с собой? Или над собой? Хочешь поговорить об этом?

Крис в отместку поинтересовался:

– Это правда, что синие рыцари пьют только синие напитки?

Ворон заухмылялся и ответил стандартной отговоркой всех синих – мол да, исключительно синие, горящие синим пламенем, и обязательно в «хламину». Уселся рядом, потянул носом и спросил:

– Каркаде?

– Оно.

– Давай.

Громов отделил от крышки термоса вложенную вторую крышку, налил парящий ароматный чай и протянул Ворону.

– Рассказывай.

– Что?

– Зачем Эвану нос разбил?

Тот озорно сощурил ярко-синие глаза под чёрными лохматыми бровями. С громким хлюпающим звуком втянул горячую жидкость и заулыбался.

– Как догадался?

– В Империи всего три человека, которых принц Эван, сообразуясь со своими сложносочинёнными мотивами, допустит до порчи своей имперской внешности. Его жена кулаками не машет, сразу меч выхватывает. Я не бил. Остаёшься ты.

Ворон помолчал, прихлёбывая чай. Нехотя признался:

– Я взломал, наконец, архив приказов нашего доблестного Командующего.

– Архив Эвана?

– Угу.

– Ну ты даёшь. А почему тогда ты ему нос разбил, а не наоборот?

– Тут вот какое дело. После выпуска меня помотало по миру, будь здоров. По таким захолустьям, не поверишь. Лишь очередной уникум, к которому мне удавалось набиться в ученики, удерживал в очередной дыре.

И спустя восемь лет меня переводят в пятнадцатый сектор. Я, конечно, подозревал, что это Эван всё устроил. Но доказательств не было.

– И теперь есть?

– А то ж. Кто ещё мог обеспечить мне столь дивные годы мытарств? Сделал из меня уникального медика, чтоб его.

– Сделал?

Ворон мрачно кивнул.

– Сделал. Я сам себя. А он создал условия. Увижу – ещё раз нос сломаю.

Кристофер растянул губы в ироничной усмешке.

– Второй раз не даст.

– Да я знаю, знаю.

Ворон улыбнулся редкой тёплой улыбкой.

***

Они сидели на крыле верхолёта, пили чай. Ворон рассказывал новости за время вынужденной отключки Криса, привычно вставляя ехидные комментарии как по делу, так и без. Незаметно к ним присоединился Хрын с сумкой на плече. Он неслышно подошёл к верхолёту, осмотрел крыло. Низкий, в свободной одежде, Хрын согнул колени, и в один прыжок оказался на крыле. Даже пыль не поднялась от прикосновения к стальной поверхности его щёгольских туфель. Он молча уселся рядом, прислушиваясь к разговору. Его угрюмое лицо, мгновенно привлекающее внимание и гипнотизирующее своим своеобразием, смягчалось от язвительных комментариев медика, на полных губах начинала блуждать странноватая и задумчивая улыбка.

Чуть позже из возникшего поверх кабины портала выскользнули высокая гибкая Инди и миниатюрная Эльза. Они ловко пробежали по крылу и разместились рядом с товарищами, образовав привычный круг. Хрын извлёк из сумки шесть бутылок редчайшего натурального тархуна, которые эванцы быстро разобрали, оставив одну стоять на крыле. Постепенно завязался шутливый дружеский разговор, как в старые добрые времена учёбы.

По прислонённой к верхолёту лестнице вскарабкался Командующий. В спортивном костюме, без следов высокомерия на лице, принц так неумело изображал испуг, что все эванцы заулыбались. Эван опасливо покосился на Ворона, голубые глаза принца озорно блеснули, и пробурчал:

– Нос ломать больше не дам.

Медик внимательно посмотрел на принца, извлёк из-за пояса планшет, несколько раз быстро ткнул длинными пальцами в монитор, и спрятал устройство подмышкой. Заухмылялся.

– Знаю, что не дашь. И за один удар спасибо. Этот незабываемый момент будет греть меня долгими рабочими часами, когда в очередной раз мне захочется тебя убить.

Марков скривил угол рта, что означало у него улыбку.

– Меня бить чревато. Крис не даст соврать. Он в учебке столько раз ломал мне нос, что я все эти годы выжидал, примеривался, и, наконец, придумал способ отомстить.

Все притихли, глядя то на стража, то на Командующего. Кристофер иронически посмотрел на Эвана и произнёс:

– Мы были детьми. И выросли. А сейчас Командующий, согласно полученным данным, послал наиболее подходящего для работы стража найти и вернуть важного человека. Твой страж выполнил приказ. Всё.

Эван испытующе посмотрел на Криса. Расслабился, кивнул.

– Да, мы были детьми. И сейчас мой лучший страж сделал невозможное. То есть именно то, что я от него и ожидал.

Принц поднял стоящую на крыле бутылку тархуна. Сел, скрестив ноги, не обращая внимания на скопившуюся на металле пыль, мгновенно испачкавшую его одежду. Обвёл взглядом притихших друзей и негромко проговорил:

– Эта Эвилана Солнцева, которую ты вернул, Крис, чрезвычайно важна. Мне нужно собраться с мыслями.

Эван посмотрел на Ворона, озорно прищурился.

– Вер, расскажи про полубезумного монаха в Перу. Он правда умеет через кожу засовывать в тело пациенту руки и доставать оттуда опухоли? А потом ни шрамов, ни последствий?

Медик выдохнул заковыристую фразу на незнакомом языке. Марков блаженно прикрыл глаза.

– Ммм, перуанские ругательства, давненько их не слышал. Так что, прямо без анестезии?

Ворон криво улыбнулся.

– И даже без антисептика. У него под ногтями рзац ведает какая зараза, а он ребёнку в живот руками. И достаёт воспалённый аппендицит. Жесть! Я полгода жил рядом с этим безумцем. Он что-то рассмотрел во мне, взял в ученики. Я столько свиней перепортил, вся деревня сидела исключительно на мясной диете. Наконец, понял, как это происходит, и монах допустил меня до людей. Даже пригодилось. Не поверите, занесло меня однажды в Тибет…

– Конечно, не поверим! – Чуть слышно прокомментировала Инди, но Ворон лишь иронично покосился на неё и продолжал болтать.

Они травили байки и рассказывали всё подряд, наслаждаясь каждой секундой столь редкой возможности пустого трёпа друг с другом. У Ворона завибрировал планшет, он нажал на экран и снова убрал устройство. Это прервало поток веселья, и Крис спросил:

– Эван, расскажешь?

Марков достал из кармана прямоугольную пластину в полсантиметра толщиной, два торца которого светились синим. Подумал. Повертел в руках, несколько секунд выбивал длинный ритм по разным граням, отчего синий свет становился всё темнее. Наконец, прямоугольник налился чернотой, будто вбирая в себя окружающий свет. Звуки со складов стихли, даже пыль перестала мерцать на крыле.

Эван подумал ещё немного, достал более широкую пластину, выбил на ней многомерный ритм. Крис подозревал, что важны были не только порядок и последовательность граней, но ещё угол и сила нажатий. Второй почерневший прямоугольник лёг на первый, Эван поднял глаза на соратников.

– Давайте клятву о неразглашении по форме сорок пять тридцать два.

Хрын поинтересовался:

– А что не сорок пять тридцать три?

Принц дёрнул плечом.

– Тридцать вторая самая сильная. Если бы придумали тридцать третью, я бы потребовал её.

Клятва была разработана около полувека назад одним из Марковых и гарантировала сохранность услышанного даже под магическим воздействием. После произнесённых клятв Эван заговорил.

– Разговор пойдёт о слишком опасных вещах. Вы и моя жена – единственные, кому я могу довериться. Кроме того, вы способны себя защитить и не будете без повода подставляться.

– Серьёзное заявление. – Кристофер задумчиво посмотрел на принца. – Я правильно понимаю, что Лана не одна такая важная? И ты давно за такими, как она, охотишься?

Эван кивнул и медленно проговорил:

– Девушку с синими волосами помнишь?

Девушку с синими волосами помнили все, хоть это и произошло четыре года назад. Громов тогда вернулся из рейда со странным магическим истощением, от которого восстанавливался три месяца. Блуждал по комплексу в мрачнейшем настроении, цепляясь к спецам по самым пустяковым поводам, отчего группа Криса, как и многие другие в Сфере, шарахались от него и пытались срочно уйти в отпуск. Ситуацию разрешила Инди. Она просто проходила мимо, когда империал-старшина устраивал разнос одному из стражей. Вспылила и скрутила Громова хитрым приёмом прямо в портальном зале. Выводя на болевой, проорала ему в ухо, что если в течение следующих двух месяцев ещё раз увидит его на службе, весь отряд подаст на перевод в восьмой сектор, ибо со свихнувшимся командиром они от нервов рискуют из рейдов не вернуться.

Крис внял и взял отпуск. Хватило его на три недели. Вернулся он относительно адекватным, на персонале не срывался, только ходил мрачнее тучи. Отрывался на тренировках, гоняя спецов так, что те едва передвигали ноги. Эван не вмешивался. От происходящего была очевидная польза – физподготовка личного состава значительно возросла.

Вдобавок ко всему Кристофер заставил Инди обучить стражей применённому на нём приёму. И сам провёл с Индирой в спарринге несколько десятков часов, заставляя её повторять этот приём на нём снова и снова, пока не стал стабильно ему противостоять и скручивать в ответ. Инди заявляла, чтобы он не слишком обольщался – если обнаглеет, найдётся, чем неоднократно удивить. Крис удовлетворённо кивал, и его мрачное лицо слегка светлело.

Девушка с синими волосами не выжила, хоть он и вернул её живой. За три дня сгорела от переизбытка энергии в магических каналах, которую никто не мог снять, даже вызванные из столицы спецы дворцовой медслужбы. Кристофер встряхнул головой, прогоняя воспоминания.

– А кроме неё?

– В этом году? Лиза из пятого сектора. Аврора из столицы. Каспий, Али, Кэрролл, Василиса, Эндрю.

Эван называл имена с паузами, давая Крису время вспомнить и осознать. Громов всё больше горбился, будто каждое имя падало ему на плечи невыносимой ношей. В конце концов, он обхватил голову руками и тихо сказал:

– Хватит, я понял. Что, все не выжившие?

– Именно. Даже если кого-то удавалось вернуть живыми, все погибали в течение недели. Причина смерти одинакова – необъяснимый избыток энергии в магических каналах. За двенадцать лет нашей службы в Сфере таких предостаточно. А эта твоя Эвилана Солнцева, хоть до сих пор без сознания, и с энергией под завязку в каналах, а по эту сторону жизни держится. Впервые у нас получилось сохранить жизнь на столь долгий срок.

Командующий помедлил и хмуро добавил:

– Но это только начало. Легко не будет. Нам придётся крепко вложиться, чтобы Солнцева осталась жива.

Кристофер потёр лицо руками и признался:

– До сих пор не понимаю, как я умудрился её вернуть. Сто восемь миров! Я помню, как шёл по следу. Она мерцала и проскакивала миры десятками.

– Это я могу объяснить, – Эльза поправила пышный пучок волос на затылке, смущённо глянула на уставившегося на неё Ворона, и грустно улыбнулась, – Крис, я думаю, что тут сыграли свою роль твой опыт и фанатизм на тренировках. Ты регулярно отрабатываешь работу с каналами на тренажёрах. Плюс накопленные часы реальной практики. У тебя сработала профессиональная интуиция. Получив обычный доступ, ты почувствовал, что контроля над силой Солнцевой недостаточно, чтобы вернуться. Ты проводишь много времени в архиве и скрытом отделе библиотеки, поэтому вспомнил и запросил глубинный доступ. Ты понимал, что стандартной клятвой Солнцеву не удержишь – она сорвала бы вас в «мерцалку» на первом же прыжке.

Эван добавил:

– Мы видели глубинный доступ лишь десяток раз за всё время службы в Сфере, у стражей, которые уже вышли в отставку по выслуге лет. По отрывочным данным, с этим доступом всё далеко не так просто. Информации исчезающе мало, нужно изучать и рыть архивы.

Хрын поставил перед собой опустевшую бутылку из-под тархуна и глухо спросил:

– И что же? У этих сейчас одна система на двоих?

Марков кивнул.

– Да, на глубинном уровне. Возможно, в этом кроется причина, почему Крис до конца не выгорел, и что-то осталось. После девушки с синими волосами у него ёмкость падала ниже десяти, а миров было пройдено значительно меньше.

Улыбка Хрына померкла, его лицо стало жёстким, неприятным.

– Остаётся задача по разделению, Эван. Выдели нам с Эльзой блоки времени и вычислительных ресурсов. Посчитаем. Подозреваю, с глубиной доступа всё далеко не просто.

Принц повёл плечом и спокойно ответил:

– Мы умеем проводить разделение глубинного доступа. Это редкое явление, но умеем. Проведём, когда Солнцева очнётся.

Хрын нахмурился, с нажимом проговорил:

– Я настаиваю.

Эван внимательно рассматривал хмурящегося аналитика. Медленно кивнул, достал коммуникатор и сделал несколько быстрых записей.

Планшет Ворона завибрировал снова, он зло ткнул в монитор. Густой и низкий голос Хрына зазвучал ещё более мрачно:

– Эван, ты говорил Крису, что она очень важна. Почему?

Командующий ответил только после долгой паузы, тщательно подбирая и растягивая слова.

– Пока данные разрознены, но пора начинать сводить их воедино. Давайте с самого начала. Эльза, изложи суть.

Эльза заправила выбившуюся прядь волос за ухо и заговорила:

– Аномальных портальщиков мы начали достоверно определять лишь три года назад. Хотя сгорающих от странного переизбытка магии мы наблюдаем всё время. Сигнальные охранки просто не срабатывали при их исчезновениях. Три года назад внедрили новый контур контроля. С его помощью начали фиксировать больше данных: отсутствие движений на всех датчиках, падение тепла в кровати на несколько градусов и другие второстепенные факторы.

Она обвела взглядом внимательно слушающую компанию и продолжила:

– Гипотеза заключается в том, что «аномальщики» раскрывали дар в детстве, когда не было этого контроля, и возвращались, может быть, даже не проснувшись. Во сне гуляли по мирам. При этом они спокойно проходили проверки, инициации, и никто не знал, что они портальщики. Эти дети учились в обычных школах, в которых работали члены секты – ордена «Единых миров». Это случайно выяснилось, когда вскрыли несколько сектантских ячеек. Как именно детей превращают в лунатиков-портальщиков и зачем – пока не ясно. С помощью Солнцевой мы надеемся найти ответ.

– Эван, ты поэтому готовил такой мощный скафандр? Чтобы бегать за лунатиками? – вклинилась Инди.

Марков покосился на неё, но всё же ответил:

– Вообще-то, за сектантами.

– Это те, кто считает, что запрет на переход в другие миры нужно снять, а Империи следует заниматься колонизацией?

– Те самые. Я считаю, что сектанты научились обходить сигналки о порталах и незаметно посещать другие миры.

– Это возможно? – спросил Крис.

Командующий приподнял бровь.

– Ты задаёшь такой вопрос, как будто ещё в семнадцать не научился гулять по мирам и обходить охранки, – принц говорил с иронией, тем не менее он покосился на прямоугольные пластины, будто проверяя, насколько хорошо те защищают разговор. – Вы все знаете, что идея о колонизации других миров под строгим запретом, а подобные разговоры – путь к скорому суду, а затем к уничтожению. Если в некоторых кругах узнают, что кто-то ходит в другие миры, и причины отличаются от тех, что прописаны в инструкциях, последствия будут катастрофическими. Для всех. Но у меня есть доказательства, что походы в другие миры – реальность. В этом задействованы весьма влиятельные люди. Многие нити ведут в императорскую семью.

Марков обвёл взглядом вытянувшиеся лица эванцев и понизил голос.

– Семья – это несколько тысяч человек, сразу вычислить злоумышленников не удастся. По косвенным данным, из мира пропадает порталит. После добычи пропадает, и нигде в этом мире не всплывает. Общий мировой портальный фон меняется после добычи, а потом возвращается к исходным значениям. Значит, порталит уходит в другие миры. И эти волны настолько малы и виртуозно подстраиваются под естественные колебания, что ни охранки, ни имперская служба не могут этого вычислить. Эльза и Хрын разработали особый алгоритм, и только таким образом смогли обнаружить утечку.

– Мы думаем, что лунатиков-портальщиков создают сектанты. – Вступила в разговор Эльза. – Ещё мы поняли, что некоторую часть сектанты упустили. Это возвращённые Крисом, пропавшие без вести, которых не смогли вернуть другие стражи. И погибшие из тех, что стражи всё же возвращали.

Кристофер выглядел озадаченным, спросил задумчиво:

– Эван, как ты понял, что Лана именно та, кто нам нужен?

– Алгоритм Эльзы и Хрына. По всем предполагаемым лунатикам совпадение факторов было от шестидесяти до восьмидесяти процентов. На Солнцевой алгоритм показал девяносто семь процентов.

Кристофер нахмурился и спросил недоверчиво:

– И такое бывает?

Эван пожал плечами.

– Сам глазам не поверил, когда увидел цифру. И понял, что нужно рискнуть. А ты, Крис, тот самый бешеный упрямый псих, который мог бы её вернуть.

Он потёр лоб и с необычной для него горечью процедил сквозь зубы:

– Если б я знал, насколько ты псих, то позволил бы идти Инди. У неё хватило бы мозгов вернуться раньше.

Кристофер замотал головой.

– След был тёплый. Ты знал, что Инди, как и я, шла бы до конца по тёплому следу. Только проходил он через мир Сигма восемь.

Инди дёрнулась, Командующий нахмурился. Крис кивнул и продолжил.

– Эван, давай так. У меня больше иммунитета к иномирной дряни. Твоё чутьё дёрнуло заменить Инди мной, что спасло жизнь ей и Лане. Да, у меня упала ёмкость, я провалялся две недели. Но мы живы. И даже шанс восстановиться есть. А вот Инди не прошла бы Сигму восемь, мы все это знаем.

Индира опустила голову. Из-за перенесённой в детстве болезни её кровь вскипела бы в мире Сигма восемь, не оставляя шансов выжить, даже суперскафандр бы не помог.

Эванцы молчали. Планшет Ворона снова раздражающе завибрировал. Медик сбросил сигнал, спрятал гаджет за пояс, и в упор уставился на Маркова. Принц это заметил, опустил взгляд на свои руки – на них отчётливо проступил синий рисунок вен. Прикоснулся рукой к щеке, пристально глядя на медика. Тот медленно кивнул. Эван быстро тронул уголок глаза, мельком глянул на кровь, оставшуюся на кончике пальца. Растёр каплю и продолжил говорить тем же ровным тоном, обращаясь к Ворону.

– По моим расчётам, Солнцева на днях очнётся. До сих пор за ней присматривали люди из моей личной десятки. Я вынужден перебросить их в другое место вместе с медспецами. Проследи, чтобы Солнцеву никто не угробил.

Ворон вскинул брови.

– Ты подозреваешь, что в твоей Сфере…

– Я обязан учитывать все варианты, – оборвал его принц, – проследишь!

Эванцы при появлении властных интонаций в голосе Командующего выпрямились и подтянулись. Дружеские посиделки окончены. Принц крови Эван Марков отпустил на волю ауру власти, взращиваемую с рождения.

Принц взял лежащие перед ним защитные прямоугольники. Встал. Поднялись остальные, привычно погружаясь в давящее на нервы поле силы Эвана – он перестал его сдерживать, переходя в своё естественное состояние. Узор проступивших вен на лице принца постепенно светлел. Минуту назад обычные, а сейчас наполненные кровью белки глаз оставались красными.

– Подумайте над услышанным. – Командующий обвёл соратников твёрдым взглядом и продолжил, демонстрируя прямоугольники. – На днях вы получите подобные охранные артефакты для скрытия разговоров. Обсуждать с мерами предосторожности. А лучше у меня в кабинете в моём присутствии. Крис!

Империал-старшина подтянулся, прямо взглянул в глаза Командующего.

– Держись от Солнцевой подальше. Насколько возможно. Не приближайся! – Эван придавил взглядом дёрнувшегося было Криса, сказал с нажимом. – Не спорь! Это приказ. У вас глубинная связка. Нельзя вам. Для твоей, и в первую очередь её безопасности.

Принц дождался утвердительного кивка Криса и перевёл взгляд на остальных.

– Когда Солнцева очнётся и сможет выходить в парк, будьте к ней поближе. Действовать по ситуации. Друзья! Благодарю за беседу! Будьте уверены, глубоко ценю минуты дружеского общения с вами.

Не дожидаясь ответных слов прощания, Командующий исчез в круге личного портала. Инди ругнулась сквозь зубы, Ворон хмыкнул, остальные промолчали. Зашевелились, собрали пустые бутылки, Крис поднял свой термос. Вскоре крыло старого верхолёта опустело. От искр вспыхнувших порталов на крыле не осталось ни следа, ни пылинки.

Глава 4.

В первое пробуждение Лана никак не могла продышаться. В носоглотке скопилась противная слизь, повернуться из положения на спине, или даже просто подняться не получалось. Она мычала, жестами показывая на нос, потому что онемевшие губы не слушались. Запаниковала сильнее – вокруг были люди, но никто не понимал, что ей нужно.

Казалось, она потеряет разум от страха, но подошёл высокий худой мужчина. Он говорил обвиняющим тоном и всех называл недоучками. Голос звучал низко и резко, отчего сразу заболела голова. В изголовье раздались щелчки открываемого ящика, зазвенели инструменты. На лоб Ланы легли жёсткие пальцы, вглубь носа бесцеремонно проник длинный холодный предмет. Раздался хлюпающий всасывающий звук, инструмент исчез, а верхняя половина постели немного приподнялась. В полусидячем положении Лана, наконец, смогла вдохнуть полностью. Раздышалась и отключилась.

Когда проснулась второй раз, дышалось легко, в носу было чисто. Попыталась что-то сказать, не получилось. К ней кто-то подошёл, заговорил успокаивающе. Тон голоса был ровный, вот только слова ускользали. Снова заснула. Следующие несколько дней она просыпалась рывками, то спокойно, то в липком ужасе. Ей что-то говорили, иногда держали руки. Пару раз кто-то стоял у изголовья и гладил по волосам. После этого страхи надолго отступали.

Прошло время, периоды бодрствования увеличились. Провода капельниц и трубки для отведения биологических жидкостей отсоединили, кровать опустили с уровня пояса на обычную высоту.

Наконец, проснувшись утром, Лана смогла самостоятельно встать и обойти палату – небольшое помещение без окон, со стенами из бархатистого на ощупь пластика. Входная дверь оказалась запертой. Зеркал не было, так что своё состояние она могла оценить только по виду чрезмерно худых рук и ног, желтеющих синяков и заживающих царапин. Из одежды белая сорочка. Ярко-рыжие волосы промыли, расчесали и собрали эластичной тканевой повязкой в удобный хвост.

Лана осторожно переставляла ноги вдоль стены, когда щёлкнул дверной замок, и вошли несколько мужчин в спецовках. Пока она приходила в себя от удивления, рабочие раскатали на полу овальный ковёр, на который поставили круглый столик и два уютных на вид кресла. Кровать сдвинули к стене. В комнате появились шкаф, заполненный десятком книг, и три толстых горшка с пышными зелёными деревцами. На столик положили электронный планшет в голубом корпусе и самоподогреваемый поднос с едой, от которого по всей комнате разошёлся аромат ванили и какао.

Дверь за рабочими с тихим щелчком захлопнулась. Лана задумчиво оглядела обновлённую комнату, прошагала к столику, рассмотрела еду. Если каша с зелёными вкраплениями водорослей могла быть натуральной, какао точно синтетическое. Попробовала и то, и другое. На удивление вкусно.

Планшет призывно подмигивал индикатором входящих сообщений. Дотронулась до экрана, появилась заставка с логотипом портальной службы – круг с отходящими от него чёрточками. Двадцать лучей, по числу секторов Империи. С экрана широко улыбнулась и заговорила ослепительно красивая брюнетка в тёмно-синей форме со стоячим воротником. Как следовало из слов брюнетки, очнувшаяся порталистка успешно пережила перемещения в других мирах, страж её нашёл и вернул, и теперь она гостья в портальной Сфере пятнадцатого сектора. Лана хмыкнула. Легендарная пятнадцатая Сфера. И за что ей такая честь?

Брюнетка вещала, что необходимость в постельном режиме отсутствует, поэтому палате придали вид жилой комнаты. У Ланы «оранжевый статус», что означает высокий уровень опасности спонтанных порталов. Необходимо следить за эмоциями, хорошо питаться и много отдыхать, прогонять скуку книгами из списка рекомендованной литературы, играми и фильмами на планшете. Для гостей в оранжевом статусе общение с родственниками и друзьями ограничено, поэтому связь вне Сферы недоступна. При выполнении всех рекомендаций статус понизят до жёлтого и разрешат посещать некоторые сектора Сферы.

Несколько раз в день к Лане приходили, брали анализы, проводили измерения на разных приборах. По утрам ставили капельницу со странным раствором, напоминающим ртуть. Кормили привычной едой, в меню были кукуруза с рапсовым маслом, свёкла, огурцы, помидоры, синтетический белок под ягодным соусом, традиционные капустные супы. Силы постепенно прибавлялись.

Через несколько однообразных дней дверь распахнулась, и вошла строгая женщина лет пятидесяти с кокетливой родинкой над верхней губой и белокурыми волосами, убранными в высокую сложную причёску. Дама протянула Лане комплект одежды и удобные на вид ботинки на шнуровке.

– Я ваш куратор, Магнолия Адлер, обращайтесь ко мне по имени. Ваш статус понизили до «жёлтого» и переселяют в гостевой сектор. Переодевайтесь, я подожду в коридоре. Возьмите гостевой планшет, он ваш на всё время пребывания, и следуйте за мной.

Одежда в стопке оказалась бежевым брючным костюмом с короткими рукавами. Лана переоделась, подхватила планшет и осторожно переступила порог палаты. Вслед за Магнолией двинулась по пустому изогнутому коридору, миновала просторное фойе с улыбчивыми девушками-администраторами за стойкой и вышла сквозь раздвижные двери из здания.

Тёплый ветер нежно погладил её лицо. Лана остановилась, вдыхая свежий воздух, наполненный насыщенным цветочным ароматом. С интересом рассмотрела зелёную зону с замысловатыми деревьями, кустарниками и яркими цветами. Круглый парк, над которым явно поработал талантливый ландшафтный дизайнер, располагался внутри кольцевидного литого трёхэтажного здания. В центре – широкая, уходящая ввысь цилиндрическая башня с зеркальной поверхностью, расширяющаяся своеобразной воронкой наверху.

– Мы вышли во внутренний парк Сферы. – Куратор говорила громко, стараясь перекрыть крики играющих в догонялки и бегающих по дорожкам детей и подростков. – Вы, конечно, знаете, что здание Сферы – проект знаменитых Филатовых. Они вдохновлялись древним Колизеем и круглым домом на Нежинской в старой Москве. Был такой дом… Диаметр парка – сто пятьдесят пять метров, достаточная территория для прогулок. У каждого растения – табличка с названием. Вам рекомендовано ходить здесь как можно больше.

Магнолия проследила за её взглядом на блестящую башню в центре парка, расширяющуюся сверху. Не дожидаясь вопроса, продолжила:

– Мы называем его цилиндром. Наверху арена, на которой стражи тренируются в боевых условиях. Гостям вход закрыт.

Куратор двинулась в центр парка, приглашая жестом следовать за ней. Из-за поворота выбежал невысокий мальчик, который тут же врезался в Лану, испуганно ойкнул, потёр лоб и побежал дальше, а ей оставалось поторопиться за быстро шагающей Магнолией, потирая ушибленный локоть.

Они вышли на площадку со скамейками вокруг цилиндра, обрамленную клумбами с яркими незнакомыми цветами, умело подстриженными кустарниками. Куратор продолжила рассказ:

– Внутри цилиндра сложная сеть коммуникаций, которая снабжает Сферу энергией и решает другие важные задачи. Здесь вход в библиотеку, она расположена под землёй, открыта круглосуточно, настоятельно рекомендую активно пользоваться.

Накатило раздражение от количества рекомендаций, но Лана быстро подавила свой юношеский протест. В конце концов, у кураторов работа такая, куда же деваться.

Магнолия показала на лестницу, ведущую прямо под землю. Ступени закруглялись и уходили вниз. Лана задумчиво рассмотрела цилиндр – метров двадцать в диаметре, маленькая библиотека получается. Перевела взгляд на здание вокруг парка и стала задумчиво рассматривать литую стену. Белоснежный пластик чередовался с зеркальными поверхностями окон.

А куратор невозмутимо продолжила экскурсию:

– Отсюда хорошо видно основной корпус Сферы. Мы вышли из медицинского сектора, вам нужно приходить туда утром и вечером для диагностики и курса лекарств.

Магнолия откашлялась и показала на стену:

– Гостевой и жилой сектор легко узнать по балконам, напротив них два входа в тренировочные секторы. Запомнить просто. Шесть входов. Медицинский – напротив управляющего. К медицинскому примыкает гостевой с одной стороны, и тренировочный для гостей – с другой. К управляющему сектору примыкает жилой – для специалистов Сферы с одной стороны, и тренировочный – для них же, с другой. Схема есть у вас на планшете. Скоро вам назначат тренировки в рамках реабилитации, вы будете пользоваться гостевым входом, он ближе к медсектору. Пойдёмте, я покажу ваш номер.

Лана поспешила следом за Магнолией, рассматривая здание. На балконах жилого сектора было пусто, а на некоторых гостевых сидели с книгами в руках или стояли, рассматривая парк, подростки. Двери в гостевой сектор бесшумно разошлись в стороны, по плавно закругляющемуся коридору они дошли до лестницы и поднялись на второй этаж. Куратор достала обруч-ключ и протянула Лане:

– Доступ пока открыт в ваш номер, но по мере надобности будет расширяться. Медицинский сектор, парк и библиотека доступны без ограничений.

Лана поднесла обруч-ключ к считывателю и зашла в уютную студию. По сравнению с палатой без окон номер выглядел роскошно, как в дорогой гостинице. Здесь были спальня, гостевая и даже кухонная зона с небольшим морозильным шкафом, плитой и чайником.

– В здании есть кафе, но гости предпочитают принимать еду у себя в номерах, вы как хотите?

– Я тоже здесь буду, можно?

– Конечно. – Магнолия извлекла коммуникатор и сделала несколько быстрых записей. – В планшете найдёте план реабилитации с расписанием, там же мои контакты, обращайтесь в любое время. Располагайтесь.

Куратор ушла, и у Ланы появилась возможность осмотреть номер уже на правах хозяйки. В ухоженной туалетной комнате нашлось всё необходимое, включая женские гигиенические принадлежности и пушистый белоснежный халат. В шкафу оказалось несколько комплектов одежды – брючные костюмы, отдалённо напоминающие форму медперсонала, нательное бельё, обувь, и даже несколько наборов спортивной одежды.

С балкона открывался вид на парк с зонами высоких и низких деревьев, яркими растениями, извилистыми дорожками и площадками со скамейками. Цилиндр в центре озадачивал. Странное решение. Сколько ни размышляла, причин для подобной конструкции придумать не смогла.

Неделя прошла однообразно и незаметно. Лана гуляла в парке, где бродили и носились с оглушительными криками дети и подростки разного возраста, одетые в разноцветную, забелённых оттенков одежду одинакового покроя, такую же, как и у неё в шкафу. Иногда парк пересекали спецы Сферы. Рыжая гостья не стремилась ни к кому присоединиться, с ней тоже не заговаривали. В продуманном внутреннем парке было достаточно пищи для глаз и ума, и прогулки увлекали, каждый раз воспринимались по-новому интересными.

Утром и вечером в расписание входило посещение медицинского сектора. Лане понравилось болтать с медсёстрами во время диагностики, так называлась простая процедура – на неё лепили датчики, подносили приборы, а на экранах при этом ветвились замысловатые графики. Металлическая жидкость оказалась стабилизатором портальной магии – именно это вещество удерживало новых портальщиков после раскрытия от новых спонтанных перемещений.

Особенно радовала смена Роксаны – бойкой женщины лет сорока с короткими тёмно-русыми волосами. Полноватая, невысокая и крепкая, с объёмной грудью и круглым лицом, она выглядела всегда чуть удивлённой из-за приподнятых тонких бровей. Медсестра много улыбалась и болтала без умолку, а её крепкие руки с короткими пальцами мелькали даже быстрее, чем она перескакивала с темы на тему.

Роксана объяснила про металлическую жидкость! Наконец-то нашёлся кто-то, кто внятно объяснил суть реабилитации! Страж, когда находит спасаемого в мирах, устанавливает контакт – завязывает на свой магический контур каналы нового порталиста, и этим блокирует у того способность бесконтрольно перемещаться в других мирах. Становится якорем, привязывающим к родному миру. После прибытия в Сферу, удерживать возвращённого на Земле становится делом медспецов и инструкторов.

Портальный дар приглушается с помощью стабилизатора – вещества, похожего на жидкий металл. Продуманный комплекс тренировок, к которому Лане ещё предстоит приступить, укрепит так называемые контрольные сети. Когда портальный дар стабилизируют, то клятва доступа со стражем не будет нужна, и проведут стандартное разделение. Что же, всё звучало разумно и понятно. Специалисты Сферы несомненно были опытными профессионалами. Лане нужно только подождать окончания реабилитации, и ей разрешат вернуться домой.

Пока Роксана лепила датчики, снимала показатели, ставила капельницу со стабилизатором, она обсуждала с Ланой самые интересные события в Империи – кто женился, кто развёлся, каких тварей истребили, а каких приручили, какие фильмы сняли, книги написали, предметы изобрели. А ещё, благодаря наработанной за долгую практику скорости и ловченным рукам, Роксана часто дежурила в портальном зале, что делало её бесценным источником сплетен и новостей. Например, она восхищалась, как же Лане повезло! Причём во многом. В том, что на смену дополнительно поставили стража, который её нашёл и вернул. В том, что Командующий был на смене и послал именно этого стража, хотя была чужая очередь. В том, что Командующий выдал элитный скафандр тому самому стражу. И прочее, и прочее. Вся такая везучая! Только вот Лана не ощущала себя таковой, несмотря на все старания Роксаны. Начиная с того, что ей в принципе не повезло стать портальщицей в двадцать семь лет.

До судорог хотелось увидеть того самого стража! Ведь лица его не видела, только слышала тёплый, с насмешливыми интонациями, голос. Воспоминания о страже расплывались среди обрывков образов, которые так хотелось собрать воедино! Тело помнило ощущение надёжных рук, уютного кокона и пряный мужской запах с оттенком моря и озона.

Кристофер. Лана перекатывала его имя в мыслях, наполняясь щемящим теплом. Так хотелось узнать, какого цвета его глаза. Страж обещал, что она узнает, когда они вернутся. Пару раз пыталась расспросить о Кристофере, сначала куратора, потом Роксану. Но куратор попросила не спрашивать, всё равно не ответит. А говорливая медсестра при просьбе рассказать замолчала. Замялась, что смотрелось странно. А затем призналась, что подписала документ с темами, запрещёнными к обсуждению с пациенткой. И трогательно извинялась. Роксана с радостью бы рассказала, но для неё очень важна эта работа. Далее следовал длинный монолог о троих детях, которые как раз поступают в колледж, причём одновременно, а здесь хорошо платят. Лана не стала подводить столь приятную ей женщину и прекратила расспросы.

Время шло. Добавились лёгкие полуторачасовые тренировки утром и вечером. Когда Лана первый раз увидела в своём расписании столь продолжительные занятия, ужаснулась. Но всё оказалось не так страшно. Её обруч-ключ теперь открывал гостевую дверь в тренировочный сектор, и она вместе с детьми и подростками ходила среди разложенных на полу разноразмерных и разноцветных кубиков, столбиков, валиков, то балансируя, то проползая под верёвками. Молодой задорный тренер организовывал незамысловатые игры. Лана сначала морщилась, а потом увлеклась и полюбила эти часы в движении, которые значительно скрасили её пребывание в Сфере.

В один из дней она сильно утомилась, всё время нервничала, никак не удавалось заснуть. Наконец, взяла особо нудную книгу по сметному делу в проектировании и читала, пока не заснула.

***

Командующий пятнадцатой Сферой принц крови Эван Марков проснулся от истошного сигнала коммуникатора. Две секунды на осознание: глубокая ночь, он в своём кабинете, задремал за столом над документами. Взгляд скользнул по строчкам донесения на экране, и принц рванулся к двери, дочитывая на ходу. За полминуты бега по коридору к ближайшему стационарному порталу Эван оценил ситуацию и принял решение. Пальцы принца скользнули по экрану, отдавая приказ портальной смене: "по следу пойду я, готовность шесть минут".

Едва вышел из первого портала, устремился бегом по лестнице, перемахивая сразу через несколько ступеней, игнорируя лифты, выбирая кратчайший путь до портального зала. Эван знал, что есть путь ещё быстрее – через окно его кабинета, прямиком по силовым линиям в парк, через транспортный узел цилиндра тайным лучом прямо ко входу в зал. Выиграет четыре минуты, но в данной ситуации это излишне. Он успевает.

Пока его тренированное тело преодолевало запутанный путь в зал, Командующий ещё раз оценил варианты, взвесил риски. Ситуация была из ряда вон. Эвилана Солнцева во сне сорвалась в спонтанный портал. В земном мире не смогли удержать эту портальщицу ни увесистая доза стабилизатора в крови, ни укрепление контрольных сетей через тренировки, ни проверенная десятилетиями система блокировки ночной портальной активности в гостевом секторе. Уму непостижимо. Впрочем, причины происшествия пусть выясняют ответственные спецы. Анализ уже идёт. Сейчас главное – найти Солнцеву в мирах и вернуть назад.

Две минуты до портального зала – есть время ещё раз оценить принятое решение. Так ли нужно самому идти по следу? Крис в городе в увольнительной – Эван буквально вынудил стража удалиться из Сферы и отдыхать, так как Ворон ему давно сигналил: Громов совсем себя загнал нескончаемой работой и фанатичными тренировками, что уже вызвало недопустимое снижение его показателей. Но всё равно Крис оставался лучшим стражем. Пусть он и находился сейчас в городе, если вызвать, будет готов к выходу на след через семнадцать минут. Долго, но терпимо. В деле эвакуации ему нет равных, но к Солнцевой Кристоферу приближаться нельзя, этот вариант отпадает.

Инди находится в Сфере, готовность к выходу одиннадцать минут, её уже подняли по тревоге. Она опытнейший страж и умелый боец. Нет. Эван не будет подвергать Индиру такому набору рисков, учитывая возможный вариант столкновения за Солнцеву с сектантами. Другие стражи подходили под этот рейд ещё меньше. Нет, в этот раз сам. Всё сам.

Принц стремительно вошёл в портальный зал. Окинул помещение цепким взглядом, мгновенно оценивая обстановку. Ночная смена протекает стандартно, никакой аномальщины, если не считать исчезновение Солнцевой. Снабженцы заканчивают подготовку снаряжения и портального круга для Командующего, неумело скрывая озадаченно-потрясенные выражения на лицах.

Навстречу шагнул хмурый взъерошенный Ворон. Эван придавил его предупреждающим взглядом и медик закашлялся, ругаясь сквозь зубы, ведь явно собирался отговаривать от рейда. В нескольких шагах стоял генерал Станислав Эрнов – привычно подтянутый седовласый начальник медицинского сектора бодро стучал по кнопкам коммуникатора, бросая злые взгляды на Ворона. Тот кривился и, судя по виду, был в крайней точке недовольства происходящим. Щека Эрнова с безобразным шрамом то и дело дёргалась, выдавая раздражение. Командующий мимолётно подумал, что у этих двух опять разборки, и переключился на подготовку к рейду по следу Солнцевой – отточенным движением налепил на губу и ухо переговорник, наладил связь, потребовал вводные. Услышал голос снабженца:

– Активируем седьмой. Готовность три минуты.

У седьмого портального круга Эван облачился в портальную броню, вытянул руки в стороны, позволяя трём снабженцам закрепить все детали скафандра и дополнительного снаряжения, сказал Ворону и Эрнову:

– Жду совместный подробный доклад. Причины. Анализ последствий. Варианты предотвращения подобного, – помолчал и добавил: – Обойдитесь без драки.

Они выслушали, кивнули и хмуро переглянулись. Едва Командующий исчез в портале, Станислав заинтересованно спросил у Ворона:

– Обойдёмся без драки?

Ворон хмыкнул, круто развернулся и направился к зоне отдыха стражей, выхватывая из-за пояса планшет. Буркнул через плечо:

– Я на связи, мастер Эрнов.

Станислав скупо улыбнулся и пошёл к аналитикам, поглядывая, как на экране коммуникатора высвечиваются первые версии причин срыва Солнцевой в портал.

***

Эван вышел по следу из портала, огляделся и установил, где находится. Он в синем мире Дельта-девять. Припомнил здешние особенности. Терпимо. На горизонте набухало фиолетовое облако, но верхушки деревьев и трава пока не двигались – до грозы далеко. След ощущался чётко. Солнцева здесь. Координаты всегда приблизительны, страж при выходе из портала мог оказаться в двух шагах от порталиста или плестись по миру полкилометра.

Командующий с первых дней в Сфере проходил подготовку портального стража, и давал клятву получения доступа, позволяющую ощущать след любого жителя Империи, прошедшего хоть одну инициацию. В земном мире, где таковых было много, всё сливалось в единый фон и не замечалось. Но стоило выйти в другой мир, нить следа проявлялась отчётливо. Во время ночного прыжка датчики фиксировали координаты нового портальщика, а система безошибочно привязывала к нему ступившего на след стража. На один мир всегда был лишь один спасаемый, причин этого феномена так и не удалось определить. Впрочем, Эван бы не удивился, если бы в этот раз Солнцеву забросило в мир с ещё одним портальщиком, по следу которого уже пошёл страж из пятнадцатого или другого сектора. Слишком уж аномальной оказалась эта подопечная. Но след был один. Она недалеко.

Эван шёл быстро, осторожно и твёрдо ступая по колено в синей траве, цепко оглядываясь. Признаков местных тварей не видно, значит все они ожидаемо находятся вблизи грозы. Туча далеко, но увеличивается быстро. Принц поднялся на невысокий холм с редкими деревьями, и в глаза бросилась хрупкая женщина в ярко-жёлтой пижаме, лежащая на траве. Впрочем, он всё равно бы её заметил сразу из-за рыжих волос, пламенеющих на синем фоне. Бесшумно приблизился. Спит. Дышит ровно. На траве следы – похоже, что ходила, но потом свернулась калачиком и уснула. Интересно, вспомнит что-нибудь? Эван вгляделся – на тонкой шее прикреплен датчик, судя по форме, пишет данные за три часа, значит аналитики и медспецы получат исчерпывающий отчёт об этом перемещении. Мысленно похвалил персонал Сферы – неукоснительно соблюдают все инструкции.

Командующий подошёл ближе, осмотрел порталистку – ран не видно. Провёл над ней рукой. Снаряжение скафандра подключилось к датчику, перед Эваном замелькали данные. Полный порядок и глубокий сон – хорошо. Так даже удобнее, не нужно контакт устанавливать. Аккуратно поднял на руки. Не проснулась. Похоже, что повезло, всего один мир и сразу назад. Настроился на Землю и шагнул в активированный портал, ожидая увидеть портальный зал.

При выходе из портала сознание Командующего ещё выстраивало в нужную последовательность приказы, а тело уже отреагировало на опасность. Эван пригнулся, уворачиваясь от огромного уродливого щупальца, усыпанного круглыми присосками. Сделал пять быстрых шагов в сторону по бугристой белой земле, переступая через глубокие красные трещины, в которых так легко застрять или подвернуть ногу. Он всё еще держал порталистку на руках… Пришлось перехватить её одной рукой, сжимая в освобождённом кулаке выхваченный из пространственных ножен меч.

Мелькнула мысль: «давненько ты не ходил по мирам, принц крови, совсем расслабился». Крепко прижимая к себе спящую женщину, Эван отскочил в сторону, едва избежав удара – багровый сухопутный спрут опустил щупальце толщиной в дерево на землю, где Командующий только что стоял. В воздух поднялось облачко белой пыли. Плохо. Он-то в скафандре, а вот о защите для Солнцевой не позаботился. Не учёл. Кто бы мог подумать, что в тысячный раз шагая в родной мир, можно попасть в другой. Эван скрипнул зубами. Он обязан был подумать. Успел отпрыгнуть от летящего в его сторону другого щупальца. Спрятал меч – здесь он бесполезен. Эта тварь медлительна, и пока можно поскакать вокруг, выбирая момент для ухода в портал. Только вот куда принца на этот раз занесёт?

Над головой раздался клёкот, спрута накрыла крылатая тень, и Командующий, напрягая все мышцы и связки рванулся прочь от твари, подставляя незащищённую спину, чтобы выиграть хоть пару дополнительных мгновений. Сзади послышались удары, визги, скрежет. Облако белой взвеси, поднятое гигантскими дерущимися тварями, настигло улепётывающего Командующего. Эван бежал, что было сил, перепрыгивая через красные трещины. Вовремя сообразил накрыть ладонью нос и рот порталистки, проснётся – пусть, разберётся позже, но этой пылью ей дышать точно не нужно.

Перед принцем упало оторванное щупальце, он глубоко вдохнул и не стал больше рисковать – открыл портал обратно в синий мир. С облегчением сделал несколько шагов, удаляясь от белого облачка пыли, проникшего с порталом, огляделся вокруг. Позволил себе рухнуть на колени в синюю траву. Опустил перед собой порталистку, осторожно убирая руку с её лица. Прошло чуть более десятка секунд, женщина глубоко вдохнула, продолжая спать. Эван всматривался в её спокойное лицо и думал. Осенённый мимолётной мыслью запустил диагностику скафандра, заодно просканировал себя и Солнцеву. Сверкнула молния. Он вышел в той же точке, где нашёл порталистку, гроза уже приблизилась, а значит, принцу доведётся познакомиться с целой толпой местных тварей, если не поторопится.

Результаты диагностики по-отдельности выглядели обычно, а вот объединённые данные настораживали. Эван поднял взгляд вверх – туча уже закрыла полнеба – и решился. На синюю траву полетели детали скафандра и сигнальный маяк, замигавший красным цветом. Принц забрал из снаряжения все модули записи данных и распределил их в потайных карманах мундира и брюк. Осторожно закутал рыжую в защитный кокон и подвесил на ремнях за плечи, подвигался – силовые линии исправно приняли вес Солнцевой, двигаться удобно, а тренировался с подобной ношей Эван часто, как и все стражи. Принц задумал рискованный эксперимент, но маяк был активен, на запястье мерцало аварийное устройство, которое вернёт его при необходимости к скафандру. И даже будет время натянуть боёвку и успеть убраться от грозовых тварей.

Командующий сосредоточился, тщательно выстроил векторы и шагнул в открывшейся перед ним портал. Глубоко вдохнул родной озонный запах, вбирая взглядом сразу всю обстановку портального зала. Увиденное отпечаталось в памяти надолго. Красный цвет портальной арки и круга под ногами. Застывшие со скорбными лицами спецы. Совместный вздох облегчения, перекрывший шум вентиляторов. Лохматый Ворон с искажённым лицом, на котором под суровым взглядом принца ужас сменялся непередаваемой смесью облегчения и злости. Эван шагнул с круга и открыл кокон – Солнцева продолжала спать. Предупреждающе вскинул руку. Едва начавшийся гомон стих. Под мерный шум вентиляторов снабженцы умело освободили рыжую из кокона и передали спасённую подбежавшим медспецам.

Под внимательным взглядом Ворона Командующий позволил облепить себя датчиками и начал выдавать распоряжения:

– Ввести антидоты от токсинов из Игрек-ноль-пятнадцать. Мы под белое облако попали. После диагностики вернуть Солнцеву в номер. Пусть не знает, нас это устраивает. Выяснить, почему так и не проснулась, – Эван посмотрел на поднятые брови Ворона, уточнил: – да, всё время спала. Забрать боёвку из Дельты-девять. Осторожно! В точке выхода гроза.

Принц оценивающе взглянул на непривычно молчаливого Ворона, отцепил с запястья аварийник, извлёк модули памяти из карманов и высыпал всё на его протянутую ладонь. Продолжил:

– Скафандр не исправен. Выяснить, почему в нём я не смог попасть на Землю. Найти скафандр Криса. Подозреваю, будет подобная картина. И разберитесь, наконец, какого рзаца круги краснеют при выходе живых!

Командующий чуть заметно поморщился, глядя на побледневших спецов, поджал губы и с усилием свернул ауру власти. Не позволительно без дела устраивать пытки подчинённым, а ведь ещё были свежи воспоминания об его срыве при возвращении Криса с рыжим бедствием. Эван выслушал заключение медспеца об успешно пройденной диагностике, отогнул воротник-стойку мундира и налепил над ключицей протянутый пластырь с антидотом. Тихо сказал Ворону в ответ на его вопросительный взгляд:

– Терпимо, Вер. Убедись, что Солнцева в порядке. Не спускай с неё глаз. Примите с Эрновом меры, чтобы снова не прыгнула. Мне нужно максимальное число гипотез. Завтра ко мне в кабинет с докладом. Я сам позову.

Командующий расправил плечи и уверенным шагом направился прочь из портального зала.

***

К вечеру следующего дня Эван Марков стоял у огромного окна в своём просторном кабинете, отстранённо рассматривал внутренний парк и размышлял. Совещание дало мало результатов. Скафандр, брошенный в Дельте-девять, ещё не забрали – в синем мире бушевала гроза. «Рассекатель миров», в котором Крис возвращал Эвилану, тоже найти не удавалось, под описание пурпурного болота, в котором страж бросил элитную боёвку с исчерпанным до нуля зарядом, подходило слишком много миров.

Интереснее дела обстояли с Солнцевой. Она действительно ходила во сне – на ногах остались следы. Её осторожно расспросили, но порталистка рассказывала только про яркий сон с синей травой, вспоминая при этом своё раскрытие, когда она катилась с синего холма. Рыжая при этом бледнела, поясняя, что в том мире её напугала молния, а грозы она боится до жути.

Спецы тщательно изучили записи датчика на шее Солнцевой. Невозможно, но факт оставался фактом – причиной прыжка оказался всплеск портальной активности. Выглядело так, будто стабилизатор перестал действовать на время, а потом снова заработал. Прямое предательство? Ворон скрипел зубами, и по его мрачному виду Эван подозревал, что в Сфере у программистов и спецов безопасности наступают чёрные дни. Командующий на всякий случай выдал предупреждение особо не зверствовать, и даже дождался мимолётного кивка, но, зная этого крылатого, тот лишь будет изощрённее выкручиваться – с виду не подкопаешься, а нервы Ворон вынесет всем так, что Эвану не стоило и начинать предупреждать.

Зато выяснили причины, почему портальные круги наливались красным цветом при возвращении живых. Похоже, что снаряжение было неисправным, но подтвердить это возможно будет лишь когда найдут скафандры. В пользу этой версии говорили подобные случаи в других Сферах, в пятнадцатой такого не случалось, потому что за оборудованием следят намного лучше. Чем больше Эван размышлял над данным фактом, тем больше хмурился. За месяц два неисправных скафандра, один из которых «рассекатель миров» – элитная боёвка, на которую снабженцы надышаться не могли? Всё это Эвану совершенно не нравилось, и он отдал распоряжение провести незаметную проверку персонала – признаков того, что в Сфере завелись кроты, уже накопилось изрядно. Поступали сигналы от тайных источников об активизации сектантов и их интересе к пятнадцатой. Это тоже нельзя игнорировать.

На осторожные расспросы Ворона, зачем принц тратит явно избыточные ресурсы на портальщицу, пусть и аномальную, да ещё и лично полез за ней в миры, пока удавалось отмалчиваться, хотя Эван чётко осознавал, что тот найдёт способ его разговорить. Пока принц не готов был этим делиться даже с Вороном. Сначала нужно самому убедиться в правильности своих гипотез.

Нестерпимо хотелось бросить всё и рвануть хоть на сутки к жене и детям, но дела в Сфере увязывали по рукам и ногам. Командующий заварил крепкий кофе и углубился в работу.

Глава 5.

Лане так и не разрешали позвонить ни родным, ни друзьям, хотя в осознанном состоянии после раскрытия дара и пробуждения в Сфере она была уже больше двух недель. Ей объяснили, что разговоры вызовут лишние эмоции и повредят реабилитации, но эти причины казались надуманными, и Лана начинала закипать. А ещё её беспокоили и озадачивали странные сны, один из которых был слишком реальным, но она решила не придавать этому значения.

В конце концов, всё стало настолько скучно, что решилась пойти в библиотеку. Почти бегом пересекла внутренний парк и с опаской шагнула на ступени, которые вели по спирали вниз, прямо под стену цилиндра. Несмотря на ярко освещённую боковыми светильниками лестницу, идти было жутковато. По ощущениям спустилась примерно на пять этажей, когда приблизилась к двери, створки которой тихо разъехались в стороны.

Лана в полнейшем изумлении вышла на небольшую площадку на верхнем этаже цилиндрического атриума в пять уровней. Она столько раз гуляла по парку, что даже узнала размеры – круглый атриум в точности повторял диаметр внутреннего парка. Подошла к перилам площадки и посмотрела вниз. Ничего подобного ещё не видела.

Первое, что поражало – белизна. Ослепительно-белые стены, потолки, колонны, лестницы. Красивого серого оттенка полы и ступени. Пространство пересекали белоснежные арки и колонны, горизонтальные и диагональные балки. Ни единого прямого угла, всё извилистое, гладкое, перетекающее из одной формы в другую. В стены, вертикальные и горизонтальные выступы, были встроены полки с множеством книг. Дети и подростки, мужчины и женщины в строгой тёмно-синей форме перебирали содержимое обтекаемых книжных полок, читали книги в стеновых нишах или выступах в виде диванов, таких же текучих, как и другие формы в этом нереальном пространстве. Среди посетителей оказались и несколько медицинских работников, легко узнаваемых по ярко-синим комбинезонам с многочисленными карманами.

Лану окликнул молодой парнишка в круглых очках лет девятнадцати на вид. Он старался держаться серьёзно, и выглядел немного старомодно в чёрных брюках и синей рубашке с длинным рукавом.

– Вы новенькая?

– Да, первый раз.

– Впечатляет, правда?

Парень улыбнулся. Лана с готовностью кивнула.

– Никогда не видела ничего подобного. Почему об этом не рассказывают? Не показывают в медиа, не печатают в журналах? Это же истинное произведение искусства!

– Засекречено, – он пожал плечами и пояснил: – все гости, покидая Сферу, подписывают документ о неразглашении.

Парень с важным видом подключил гостевой планшет к электронному формуляру, рассказал об устройстве библиотеки, как найти нужный раздел, сколько книг можно брать или резервировать, и как их сдавать.

Библиотека влюбила в себя сразу и безоговорочно, и Лана очень жалела, что раньше сюда не приходила. И даже прошла на планшете несколько тестов, по итогам которых получила сборник занятных приключенческих рассказов.

***

Лана привыкала постепенно. Особенно приятными моментами были вечера на балконе с книгой и наслаждение свежим воздухом с запахом сирени. В один из вечеров она сидела на балконе и читала.

Вдруг внутри ёкнуло. Подняла глаза от книжной страницы и посмотрела вниз, на дорожку парка. Из жилого сектора в сторону тренировочных залов шагал высокий массивный мужчина, одетый в синие джинсы и белую футболку с коротким рукавом, обтягивающим мощные бицепсы. Сердце замерло и сорвалось вниз, осыпав изнутри всё тело звенящими осколками. Мужчину то и дело скрывали кусты и деревья, но Лана не могла, да и не хотела отрывать от него взгляда. Внутри звенела искрящая пустота.

Идущий резко остановился. Застыл. Медленно повернулся всем телом в её сторону. Расстояние было приличным, выражения лица и глаза не разобрать, но Лана всем телом, всем существом осознавала – он смотрел прямо на неё.

Мужчина сделал пару шагов навстречу, не сводя с неё глаз, ступил на газон. Она встала, книга упала на пол балкона. Ей казалось, ещё немного, и она прыгнет вниз, к нему, только бы он добежал и поймал. Почему он всё ещё там стоит?!

Лана помахала ладонью в приветствии. Он поднял руку в ответ. Замер. Дёрнулся всем телом, ссутулился, опустив голову. Выпрямился, слегка поклонился, осторожно вышел с газона на дорожку и стремительно продолжил путь в сторону тренировочного сектора. Лана проводила его взглядом, пока мужчина не скрылся за деревьями.

Это что, он сейчас сбежал, что ли? Это же точно был Кристофер! И он её узнал! Опустила глаза на пальцы. Костяшки побелели – так сильно она вцепилась в перила балкона. Внимательно рассмотрела стиснутый кулак, разжала. Нахлынуло воспоминание, как ловко Кристофер расслабил её сведённые руки там, у дерева, и не позволил упасть.

Подняла упавшую книгу, вошла в комнату, села на кровать. Томик выпал из задрожавших пальцев. Лана провела рукой по щеке, с недоумением посмотрела на стёртую с лица влагу. Слёзы катятся, а она не осознаёт? Повалилась на кровать, свернулась калачиком. В груди жгло от смутно осознаваемых эмоций.

***

На балконе она больше не читала. Да и людей в парке и библиотеке перестала рассматривать. Кристофер в порядке, ходит бодро, где она живёт – знает. Нужно будет – найдёт. Нет, так нет. Бегать за ним она не станет. В конце концов, сколько он женщин перетаскал из миров, с чего Лана решила, что она особенная? Из-за насмешливо-тёплого голоса? Обещания, что увидит цвет его глаз? Она ведь ничего о нём не знает. Может, Кристофер женат, и является отцом пятерых замечательных детей.

Лана бродила на нижнем, обычно пустынном ярусе библиотеки, и в который раз перебирала эти мысли. Убеждала себя не думать, и всё равно возвращалась к образу массивной фигуры на дорожке парка. Прошло четыре дня после мимолётной встречи, но страж так и не появился. Значит, не судьба. Вздохнула и продолжила водить пальцами по корешкам книг. Ей нравилось бродить в этом отделе в самом низу атриума. Сюда никто, кроме неё, не спускался, и названия книг были необычные.

Она обходила изогнутый стеллаж и чуть не врезалась в плечо стоящего за ним мужчины. Невысокий, даже пониже её, коренастый и широкоплечий, одет в свободного покроя тёмные брюки и рубашку. Вздрогнула от неожиданности и всмотрелась внимательнее. Посмотреть было на что, так необычна оказалась внешность незнакомца.

Его лицо выглядело нагромождением отдельных черт, не желавших собираться в единое целое. Некрасивый. Даже уродливый. Или нет? Очень своеобразный. Предельно, критично. Маленький вздёрнутый нос и выступающие ноздри, полные губы, сплюснутый небольшой подбородок. Очень светлые вьющиеся волосы и внимательные светло-карие, кажущиеся жёлтыми, глаза.

Пока Лана приходила в себя и бесцеремонно рассматривала незнакомца, тот застенчиво спросил:

– Простите, не думал, что в этот раздел кто-то ещё заходит. Вы ищете что-то определённое? Могу помочь?

Какой потрясающе красивый голос! Глубокий, низкий, бархатистый, пробирающий до нутра, до мурашек. Пока она поражалась контрасту между внешностью и голосом, мужчина столь обаятельно улыбнулся, что она невольно улыбнулась в ответ.

– Вы не поверите, – заговорщицки прошептал незнакомец. – Я прочитал в этой библиотеке почти всё!

– Обманываете, – заулыбалась Лана.

– Что вы! Лишь слегка преувеличиваю. Но лишь слегка! Всё дело в скорочтении и специальных методиках усвоения информации. А ещё в том, что данной наукой мне пришлось овладеть в три годика.

– Опять преувеличиваете?

– В этот раз нисколько. В три года читал. Прямо по специальным методикам.

– Скорочтения для малышей? – уточнила Лана и засмеялась. Впервые после празднования новоселья перед дикой ночью, которую невозможно даже вспоминать. Разве что думая о Кристофере.

– Именно для малышей! – подтвердил незнакомец, широко улыбаясь и протягивая руку.

– Называйте меня Эйч. Так вам будет проще. Да и я привык. А вы, любительница странных книг, позволено ли будет мне узнать, как ваше имя?

Улыбка непостижимым образом преображала его лицо, делая почти привлекательным. А голос хотелось слушать и слушать, утопая в порождаемых им мурашках. Чувствуя, что не в силах, да и не хочет сопротивляться этому фантастическому обаянию, она представилась и пожала протянутую руку. Его ладонь оказалась широкой, сухой и шершавой.

Лана с улыбкой спросила:

– А что странного в этих книгах?

– Да как бы сказать поточнее…

Эйч забавно закатил глаза, демонстративно всматриваясь в книжные полки и, внимательно глядя на неё, продолжил:

– Странно видеть здесь кого-то, кто читает про порталы. Неделя аттестации спецов весьма нескоро. А гостям, как правило, неинтересно. Они вернулись, вот и славно. К чему ещё читать про это, память бередить?

Она задумалась. Гостям? Гостями здесь называют возвращённых портальщиков. Пожала плечами и решила признаться.

– Я ищу книгу и никак не могу найти. Понимаете, она мне приснилась. Название не знаю, зелёная обложка с красным кругом и красными буквами. Хожу и смотрю, вдруг попадётся. Понимаю, что это бред – искать книгу из сна. Но до ужина делать нечего, а гулять скучно. Вдруг не бред.

Эйч задумался. Повернулся к полке справа от него, вынул небольшой томик.

– Эта?

Лана ошарашенно таращилась то на него, то на книгу с зелёной обложкой, красным кругом и названием «Краткая история портальной магии». Эйч широко улыбнулся. Черты его лица пришли в движение, и он стал очень привлекательным. Под стать голосу!

Выдохнуть удалось только одно слово:

– Как?

Улыбка Эйча стала ещё шире.

– Открою вам один секрет, – наклонился чуть вперёд и прошептал, – я маг! – Продолжая улыбаться, серьёзнее добавил, – только здесь никакой магии. Я знаю тут почти каждую книгу. У этой слишком характерная обложка. Часто её читал. То, что она рядом оказалась, просто совпадение.

Эйч поймал ироничный взгляд Ланы и с мальчишеским задором произнёс:

– Зато эффектно получилось, не находите?

– Нахожу! – Она снова засмеялась.

С ним было настолько легко! Обаяние этого необычного мужчины обволакивало, подталкивая забыть обо всех пережитых трудностях.

– А хотите, я воспользуюсь служебным положением и подберу вам ещё несколько подобных экземпляров? Тут есть довольно занимательные книжицы, вам будет интересно. Хотите?

Лана подумала и решила поддаться этому лёгкому настроению, лечебным бальзамом проливающимся на её одиночество и напряжение. С улыбкой кивнула:

– Хочу!

Новый знакомый выбрал для неё три очень необычные книги. Пока бродили среди стеллажей, они беседовали, шутили, улыбались. Это влияло на неё настолько целебно, что когда в поклоне Эйч поцеловал ей руку и спросил, позволит ли она заговорить с ней следующий раз, Лана со смехом присела в подобии реверанса и согласилась. И впервые за долгое время шла в свой номер и засыпала с улыбкой.

***

На следующий день портальный комплекс перестал казаться Лане тюрьмой. Крушение неоформленных надежд на встречу с Кристофером, а затем общение с Эйчем, изменили её состояние. Апатия прошла, возвращалась привычная энергичность. После вкусного завтрака в своём номере, сегодня в меню оказались кукурузные лепёшки с липовым мёдом и какао, она поспешила на утреннюю диагностику в медицинский сектор. Ей хотелось расспросить Роксану про Эйча, вряд ли о библиотекарях информация засекречена. Оказалось, говорливая медсестра в отпуске на две недели, и Лана решила отложить расспросы до её возвращения. Других медиков и куратора она почему-то постеснялась спрашивать своём новом знакомом.

Тренировки усложнились и стали занимать два часа два раза в день. На вопросы, для чего такая длительность, куратор произносила заумные фразы про реабилитацию и укрепление организма. Заниматься оказалось интересно, всё проходило в игровой форме, поэтому Лана радовалась возможности занять время.

Звонки семье каждый раз переносились, что начинало вызывать тревогу. Сколько она уже здесь? Больше месяца? Работу, понятно, давно потеряла. В договоре был стандартный пункт о расторжении при открытии портального дара. Предусмотренный Империей срок заморозки кредитных платежей на такой случай истекал. Сбережений хватит ненадолго. Оставался вариант продержаться на случайных заказах, но они были редки, работу нужно было срочно искать. Бюро, готовые принимать сотрудников с портальным даром были, Лана уже составила список по справочникам из библиотеки. Но таких было немного, и ей следовало очень хорошо подготовиться, чтобы получить хотя бы малейший шанс. Нужна была мастерская, чтобы сделать тестовые работы под специфику каждого из выбранных бюро.

Напрягала зависимость от лекарств и диагностик. Лана привыкла к вольной жизни, а сейчас ей приходилось следовать навязанному режиму и торчать в Сфере! Это вызывало глубинный протест, который она едва сдерживала. Нестерпимо хотелось домой…

Её дом, в который она вложила столько сил, казался тихой гаванью и островом свободы одновременно. Своя территория, куда никто не войдёт без спроса, как могли поступить хозяева на съёмных квартирах. Где можно закрыться и делать всё, что пожелает. Дом, обставленный по её вкусу, где она наконец-то сама себе хозяйка. Мысли о доме придавали сил и дарили смысл выдерживать ограничения Сферы. Лана столько труда вложила, чтобы самостоятельно распоряжаться своей судьбой, что не позволит какому-то портальному дару разрушить планы на её дальнейшую жизнь. Она потерпит вре́менные ограничения, вернётся в свой обожаемый дом, и продолжит строить жизнь по-своему.

Пребывание в Сфере скрашивало общение с Эйчем. В библиотеке он подходил ненадолго, улыбался, шутил, узнавал, как идут дела. Успевал рассказать забавную историю, заинтриговать и вытащить с полки альманах или сборник, намекнув на статью, где загадка раскрывалась полностью. Чтение оказывалось настолько интересным, что Лана проглатывала всё содержимое книги за оставшееся до сна время, благо страниц всегда было немного.

С новым знакомым они перешли на «ты», и она откровенно наслаждалась обществом этого яркого, умного мужчины. Никогда не увлекалась историей, но в изложении Эйча всё оказывалось невероятно занимательным, и её читательские интересы всё больше смещались от новинок проектирования в историю появления на земле магии, открытия порталитного минерала, изменения общества в эпоху портальных перемещений.

Лана зачитывалась хрониками войн за места добычи порталита, изучала гипотезы о причинах применения протонного вооружения. Особенно интересно оказалось разбираться, как это повлияло на возникновение протонных пустошей и сбой координат оставшихся в них стационарных порталов на другие миры.

Список чтения расширялся, и она уже прицеливалась к тому, чтобы начать многотомную сагу о Марковых – основателях императорской семьи. Именно первые Марковы обнаружили, что через искажённые порталы протонных пустошей в земной мир просочилась магия, смогли изучить незнакомую энергию и научиться управлять ею. Они же возглавили устранение последствий, от прорывов иномирных тварей и появления неизвестных болезней до бесконтрольных вспышек магии у людей.

***

Лане пришлось с тоской признать, что отпускать её из Сферы не собираются. Утренние и вечерние диагностики продолжались, капельницы с металлической жидкостью никто не отменял. Это вызывало нарастающую тревогу.

В один из дней, подойдя к кабинету в медицинском секторе, Лана изумлённо услышала женский смех, к которому примешивался резковатый, и в то же время вкрадчивый мужской голос. Подумала, что ошиблась, но, проверив номер кабинета, решительно вошла внутрь. Смеялась невысокая округлая девушка в форме медсестры – симпатичная, с подведёнными карими глазами, закрученными ресницами и пухлыми блестящими губами. Она раскладывала по ящикам шкафа медицинские расходники из коробки и вносила информацию о них в планшет. Небольшие бумажные пакеты шуршали, позвякивая металлическим содержимым.

Рядом с девушкой стоял, прислонившись к высокому шкафу, длинный, худой мужчина с торчащими в разные стороны чёрными волосами с проседью. Лана приняла его за медбрата из-за характерных для медиков шуточек и стандартного синего комбинезона с неподдающимся разумному объяснению количеством карманов. Он опирался локтем на верхнюю часть шкафа и будто нависал над медсестрой, а та искрила глазками и заливисто смеялась.

В глубине кабинета другая медсестра раскладывала шуршащие пакеты из нескольких открытых коробок. Лана узнала Карлу, опытную крепкую женщину лет сорока, всегда выполняющую работу без лишних разговоров. Карла неодобрительно поглядывала в сторону веселящейся парочки, громко хлопала дверцами шкафов и раздражённо швыряла в ящики пакеты с бинтами.

Лана сделала шаг внутрь кабинета, откашлялась и поздоровалась. Ей очень не понравился взгляд, которым мужчина ощупал её фигуру с ног до головы, задержавшись на ярко-рыжих волосах. Лана, в свою очередь, тоже внимательно рассмотрела медбрата. Короткая щетина на вытянутом подбородке, вертикальные складки на впалых щеках, нереально синий цвет проницательных глаз. Черты лица показались смутно знакомыми, но она его точно никогда не встречала. Пожалуй, привлекательный. Молодой, но выглядит потрёпанным жизнью. Его сильно старило устало-циничное выражение лица, старательно скрываемое за флиртом с медсестрой.

Карла улыбнулась Лане и махнула рукой в сторону стула с длинными подлокотниками для инъекций. Нахмурилась, уставившись на медика, и произнесла недовольно:

– Ворон, отвали уже. И оставь Машу в покое.

– Чего это? – мужчина наклонил голову и насмешливо навёл на Карлу ярко-синие глаза. – Я же должен ознакомиться с ассортиментом молодого пополнения, которое наше доблестное медобразование продолжает поставлять!

Маше явно не понравилось, что её включили в ассортиментный набор, но всё равно кокетливо поправила медицинскую шапочку.

Карла нахмурилась сильнее.

– Ворон, я сказала, отвали, – она перевела прищуренный взгляд на медсестричку, – Маша, нашу гостью зовут Эвилана Солнцева. На тебе второй протокол.

Ворон, похоже, это было его здешнее прозвище, действительно почти отвалил, вернее отвалился от шкафчика и направился в сторону выхода. Но не ушёл, привалившись к стене у двери, чем привлёк к себе ещё один хмурый взгляд Карлы.

Лана поморщилась от своего полного имени, уселась в кресло, устроила руки на длинных подлокотниках с углублениями анатомической формы. Все десять минут, пока Карла делала первый протокол, то есть лепила датчики и подносила приборы, Ворон трепался с Машей, которая набирала капельницу с металлической жидкостью и отчаянно с ним кокетничала. Карла не вмешивалась, хмурилась и делала свою работу.

Карла закончила манипуляции, и Маша подкатила капельницу с блестящей жидкостью, начала подготовку вены. Всё, как обычно, и уже почти не больно. Мельком глянула на Ворона – тот впился взглядом в её руку. Лана опустила глаза на локтевой сгиб. С удивлением подняла брови. На коже появилось чёрное пятнышко.

Раздался грохот. Ворон рванулся вперёд, опрокидывая процедурный столик, с которого со звоном посыпались инструменты. За шкирку отшвырнул Машу, выдернул иглу, из которой полились похожие на ртуть блестящие капли. Обхватил пальцами руку выше локтя, сжал так сильно, что Лана взвыла от боли, попыталась дёрнуться, но медик сдавливал всё сильнее, страшным от звеневшего в нём металла голосом отчётливо повторяя:

– Карла! НЭС! Срочно! Слышишь? НЭС!

Щелчки открывающихся шкафчиков, звон инструментов, звук разрывающейся бумаги, острый запах обеззараживающего раствора. В углу тихо подвывала Маша.

Ворон так больно сжимал руку, что Лана инстинктивно пыталась высвободиться. Стальные пальцы держали крепко, на неё уставились дикие синие глаза.

– Сиди смирно! Не двигайся! Терпи! Надеюсь, тебя не придётся привязывать!

Испуганно помотала головой, расширенными от ужаса глазами глядя на бедствие, творящееся с её рукой. По коже локтевого сгиба разлилась чернота. Было нещадно больно, но Лана терпела, коротко вдыхая и выдыхая сквозь зубы.

– Карла! – Ворон гаркнул во всё горло так, что стёкла шкафов зазвенели.

– Да здесь уже, не ори! Жгут сначала.

Замелькали руки Карлы. Вплотную к пальцам медбрата затянулся жгут.

– Тяни сильнее, Карла, сильнее!

– Сам дотяни! Я остальное готовлю.

– Заткнись уже, криворучка! – зашипел медик, и завывания Маши в углу оборвались.

Ворон отпустил пальцы и резко затянул жгут так, что Лана закричала. Схватил бутылку с антисептиком, вылил себе на руки, начал стремительно натирать почерневшую кожу, приговаривая.

– Терпи, терпи, маленькая! Обезболить некогда, чуть позже. Терпи и не дёргайся. И вообще, лучше глаза закрой.

Кожа под жгутом натянулась и саднила. Локоть пульсировал, казалось, на него непрерывно выливали кипящее масло. Лана всхлипывала. По щекам текли слёзы. Карла выкладывала на столик рядом с Вороном щипцы, скальпели, зажимы.

– Закрой глаза, говорю! – рявкнул медик, и Лана подчинилась, зажмурившись до звёздочек в глазах. Начала дрожать и ёрзать на стуле. Боль становилась невыносимой.

– Дай обезволивающее, Карла.

Медсестра попыталась возразить:

– Время.

– Обезбол тащи, говорю! Пять восемь девять, живо!

Треск вскрываемой упаковки, грохот с силой захлопывающейся дверцы шкафа.

– Вот так. – Голос Ворона звучал резко и требовательно. – Солнцева, глаза держишь закрытыми, пока не скажу, поняла?

Лана быстро закивала. По спине стекал холодный пот, тело порывалось вскочить и убежать, но она продолжала сидеть с закрытыми глазами. Начала дышать, как учили. Вдох на три счёта, выдох на четыре. Постаралась отрешиться от звуков и ощущений в теле. Боль затухала.

***

– Солнцева!

– Ты слишком много ей вколол.

– Сколько ты набрала, столько и вколол.

– Я набрала стандартную дозу.

– Солнцева, открывай глаза!

Лана с трудом выплыла из транса, куда старательно себя загоняла дыханием. Открыла глаза. На локтевом сгибе – аккуратная объёмная повязка от середины предплечья до середины плеча. Рука нормального цвета. Ворон и Карла смотрели на неё выжидательно. Лица не сказать, что спокойные, но не как у душевнобольных – уже хорошо. Маша, белая как мел, сидела, обняв себя руками, на кушетке у входа.

– Расскажите, пожалуйста, почему моя рука почернела.

Маша в углу дёрнулась, как от удара. Ворон нахмурился и ответил:

– Карла расскажет. Вот тебе инструкции: о случившимся здесь происшествии не болтать, в парке не отсвечивать, повязку не мочить. Через два дня снимем, там видно будет. Всё, пока.

Ворон развернулся и подошёл к Маше, которая вся съёжилась и с ужасом смотрела на него снизу вверх. Голос медика прозвучал очень тихо, безжизненно, и от этого особенно страшно.

– Криворучка! Командующий столько манекенов накупил, можно сутками в тренировочной сидеть и руку набивать. А ты грудью трясёшь и вены дырявишь. Знаешь ведь, что за испорченную вену полагается?

Маша кивнула, по щекам потекли новые ручьи слёз.

– Мы не будем подавать рапорт, – взгляд на Карлу, которая тут же упёрла руки в бока и подняла брови, – не будем! – С нажимом повторил Ворон. – А ты, Машунь, по семейным обстоятельствам убираешься из Сферы. Если узнаю, что хоть раз подошла к живым пациентам… А я узнаю… На этом всё, проваливай!

Маша подскочила и, пискнув «спасибо», выскользнула из кабинета. Ворон обменялся нечитаемыми взглядами с Карлой и вышел следом.

– Почему моя рука почернела? – Тут же спросила Лана.

Медсестра посмотрела на неё и тяжело вздохнула.

– Дар у новых портальщиков после раскрытия нестойкий. В любой момент могут сорваться в портал. Часто со вспышкой, выжигая всё вокруг при перемещении. Кто-то из Марковых нашёл вещество, которое может это блокировать. Поэтому на период реабилитации вводят особые препараты.

Карла задумчиво помяла пальцами прозрачный мешок с так и не докапанным раствором. Металлическая жидкость переливалась серебристыми отблесками. Лана молчала, и Карла продолжила.

– Препараты жёсткие. Но других способов блокировать портальную магию пока не изобрели. Утренняя и вечерняя диагностика помогает рассчитать, как тебе перекрыть спонтанный портал, и при этом не сломать твой дар. А ещё сохранить здоровье и не выжечь мозги. Сложная формула. Чтобы не грузить тебя терминами, скажу проще. Если проткнуть вену и препарат попадёт в ткани, начинает развиваться процесс, который остановить очень сложно. Ворон этот процесс остановил.

– Мне бы отрезали руку?

– Нет, милая. Руки ты бы не лишилась, а вот использовать её для введения серии препаратов уже было бы нельзя. Сосуды и ткани истончаются. Для крови хватает, а вот целый ряд лекарств, которые могут спасти жизнь, по такой вене уже не пустишь.

– У меня же много других вен. Маме делали в запястье.

– Есть серьёзные препараты и сложные схемы. Если хочешь подробности, почитай в библиотеке. Я на сегодня осталась без напарницы, мне нужно работать. – Карла задумчиво рассмотрела размазанные капли металлической жидкости на полу. – Зайди через два часа, докапаем, важно правильно рассчитать дозу.

Лана кивнула, поблагодарила Карлу, и пошла к себе в номер.

Глава 6.

Статья В.И. Вязенцева “Краткая история возникновения и освоения земной магии”, опубликованная в журнале “Новости и достижения 7-го сектора” 12 мая 2- – – года.

В 2011 году А. Вязенцев (1987-2064) случайно уронил скрепку на один из образцов руды из сибирской геологической экспедиции. Скрепка исчезла, упав на соседний камень прямо из воздуха. Это явление заинтересовало ученого. В ходе экспериментов был выделен минерал трансферит, называемый теперь порталитом. Открытие положило начало эре портальных перемещений.

Первый грузовой портал разработали в 2029 году именитые конструкторы Э. Кольцова и А. Марков для передачи корреспонденции. В течение следующего столетия грузовая порта-логистика стала основным методом транспортировки грузов по всей поверхности земного шара. После портальных перемещений растений, насекомых, птиц и животных в 2057 году сквозь портал успешно прошел человек. Конец 21-го века стал расцветом портальных перемещений.

В начале 22-го века серия опустошающих войн за контроль над добычей порталита уничтожила большинство правящих династий. Население Земли объединилось в Единое государство, по крупицам восстанавливая науку, медицину, производство пищи, одежды, электронных приборов.

Участки планеты, не затронутые применением протонных вооружений, заняли вновь построенные Единые города. Все виды оружия, кроме холодного, попали под запрет и были уничтожены. Оказались утеряны космические технологии, связь с Марсом и Луной сохранили десяток портально-грузовых комплексов. Возглавили Единые города соборные органы власти на выборной основе.

Впервые о магических феноменах осмелился доложить на Единой научной конференции Э. Марков. Сотрудники его бюро исследовали и систематизировали не объяснимые наукой массовые явления: спонтанные беспортальные перемещения людей, новые неизлечимые болезни, беспричинные взрывы, явления телекинеза, а также появление незнакомых науке видов живых существ.

На основе доклада Маркова власти организовали экспедиции к порталам из зоны протонного заражения. Пришлось принять новую реальность. Под влиянием протонных вооружений транспортные порталы изменили координаты и теперь вели в другие миры. Наряду с незнакомыми видами флоры и фауны, а также бактерий и вирусов, на землю проникала чуждая энергия, за неимением эквивалентов названная магией.

Пока власти боролись с новой угрозой, обнаруживая и перекрывая опасные порталы, уничтожая тварей, изобретая вакцины и лекарства против новых болезней, население Единого государства сократилось в десятки раз, города пустели, два города попали под карантинные меры и полностью обезлюдели. Проходы в другие миры удалось перекрыть, но убрать магию из мира и людей уже было невозможно. Ежедневно происходили трагедии от спонтанных магических взрывов.

Остатки человечества объединили и возглавили представители бюро Марковых, именно они смогли подчинить магическую энергию и спонтанные перемещения в другие миры. Ими же были созданы школы магического контроля. Именно гениальные действия Марковых остановили массовую гибель людей и заложили основу процветания нынешней цивилизации.

Лидер Марковых Юрий увлекался древними цивилизациями и зачитывался историями королевских династий. После наведения порядка, Юрий назвал государство Империей, себя императором, приближенных – императорской семьей, объединённой не по признаку родства, а по совокупности выдающихся личных качеств и значительному вкладу в процветание общества. Отряды, защищавшие цивилизацию от иномирных тварей, стали прообразом имперской стражи, нарабатывая новую систему боя, основанного на силовых потоках.

Историки при оценке выстроенной Юрием системы хватались за голову от лютой смеси титулов, должностей и званий из разных эпох. Впрочем, получившийся строй оказался жизнеспособным и эффективным. Общество сошлось в мысли, что подобная блажь простительна человеку, предотвратившему вымирание человечества.

Империя процветала десятки лет, когда в мир пришла новая беда – начали пропадать дети. Родители-портальщики из числа стражей обнаруживали след детей, спонтанно уходящих во сне в другие миры. Вернуть удавалось немногих.

Явление приняло массовый характер и потребовались действия со стороны императорской семьи. Империю поделили на двадцать пять секторов в зависимости от характера портальной активности. Наиболее талантливые представители науки, военного, лечебного и кадрового дела объединялись, создавая методики поиска и возвращения детей.

Позднее власти были вынуждены перестроить всю образовательную систему из-за необходимости обучать подрастающее поколение выживанию после перехода в случайный мир с непредсказуемыми условиями. Были видоизменены учебные заведения, созданы с нуля программы тренировок с учётом возраста, внедрены регулярные тесты проверок портальной осведомленности.

Принятые меры оказались столь эффективны, что снизили смертность в десятки раз на фоне всё увеличивающегося числа юных портальщиков. Созданная система была положена в основу перестройки всего общества.

В каждом из двадцати пяти секторов были построены Сферы – уникальные специализированные комплексы по проекту гениальных проектировщиков К. и Л. Фёдоровых. Каждый из вас видел репортажи об этих поистине великолепных сооружениях, питаемых от магматических недр, с продуманными пространствами для жизни, обучения и тренировок портальных специалистов, анализа данных и поиска пропавших, а так же реабилитации возвращенных.

Несмотря на длительную историю исследования ночных прыжков детей в другие миры, и высокий процент благополучных возвращений, к разгадке этого феномена так и не удалось приблизиться. Империя продолжает терять значительный процент детей, что наряду с колеблющейся границей естественного прироста и убыли ведёт к сокращению населения, провоцирует напряженность в обществе.

Членам императорской семьи и спецам всех Сфер необходимо выделять дополнительные ресурсы для исследования и устранения данного феномена во имя сохранения с таким трудом уцелевшей человеческой цивилизации.

***

Лана вышла из библиотеки на круглую площадку и устроилась на скамейке в тени цветущей сирени, осторожно пристраивая между колен перебинтованную руку. Подставила лицо вечернему ветерку. Лёгкое движение воздуха окутывало ароматом цветов и едва уловимым запахом озона. В парке при полном отсутствии людей было хорошо, вот бы никто не проходил мимо хотя бы несколько минут.

Она пыталась найти сегодня Эйча, чтобы попросить подобрать новые книги. Да и просто хотела понежиться в облаке его обаяния. Встретиться не удалось. Может, и к лучшему. Рука хоть заживёт, не хотелось на эту тему расспросов.

Внимание привлёк высокий мужчина, плавно и весомо идущий ко входу в библиотеку со стороны сектора управления. Лана не сразу осознала, почему не может оторвать от него глаз. А когда поняла, замерла в немом восхищении. Взгляд приковывало то, как он держал и перемещал своё тело в пространстве. Ошеломительное сочетание хищной грации и непоколебимой мощи в каждом текучем движении.

Взгляд Ланы рывками поднимался по мужскому телу снизу вверх. Элегантные чёрные ботинки с толстой подошвой. Чёрные брюки безупречно заправлены в высокую шнуровку обуви. Полы застёгнутого на все пуговицы двубортного тёмно-синего пальто обхватывают узкие бёдра. Расслабленные руки плавно движутся в такт быстрым упругим шагам. Гордый разворот гармонично широких плеч. Преисполненная спокойным достоинством посадка головы над воротом бледно-голубой рубашки.

Мужчина приближался, придавливая бетон дорожки плотно, без единого звука. Лана вглядывалась в красивое надменное лицо и не верила своим глазам. Безупречные мужественные черты. Очень светлые чуть прищуренные голубые глаза эффектно контрастируют с чёрными волосами, идеально уложенными с обманчивой небрежностью.

Она застыла, сжавшись от благоговения и безотчётного страха – ведь впервые вживую и так близко оказалась рядом с членом императорской семьи. Конечно, Лана узнала принца Эвана! Это лицо накрепко запечатлено в памяти любого жителя Империи – так часто оно появляется на страницах газет, журналов, информационной медиахронике. Что принц делает в Сфере?! Никогда в прессе не попадалось ни намёка о его связи с портальной службой, такое бы запомнилось! Мимолётно удивилась, почему идёт один, так привыкла видеть рядом с ним на снимках его жену – ослепительную брюнетку с миндалевидными глазами.

Не сбавляя шага, принц остро глянул на Лану. Скользнул холодным цепким взглядом по неестественно выпрямленной руке, где под длинным рукавом угадывалась повязка. Посмотрел прямо в глаза. Отрывисто кивнул. Она вскочила, склонила голову, не зная, куда девать руки и что вообще в таких случаях надо делать. В висках стучало, по спине метался холодок. Когда осмелилась поднять взгляд, виновник её заходящегося в испуге сердца уже спускался в библиотеку и скрылся из вида через пару мгновений.

Колени Ланы подогнулись, и она рухнула на скамейку, силясь унять разогнавшееся сердцебиение. К подобным моментам жизнь её как-то не готовила! Сам принц Эван! И невероятно, но он посмотрел на неё! И даже кивнул! Лана прижала ладонь здоровой руки к губам, обхватывая пальцами пылающие щёки. На фотографиях принц, конечно, красив и всё такое… Но какое убийственное впечатление он производит в жизни! Ощутила лёгкий укол вины, ведь она всегда посмеивалась над выражениями лиц людей, стоящих рядом с принцем на снимках. Определённо, её лицо выглядит сейчас не лучше.

Осознание, что и поделиться-то событием не с кем, накатило столь остро, что Лана едва сдержала болезненный стон. Нестерпимо захотелось позвонить родителям или Марго – коллеге в проектном бюро, чтобы восторженно пищать, взахлёб рассказывая и смакуя мимолётные секунды рядом со столь ярким представителем императорской семьи.

Даже связаться и поговорить нельзя! Отчаянно захотелось в свой нежно любимый дом. Домой! Когда её, наконец, отпустят домой! Она тяжело поднялась со скамейки и медленно побрела в сторону гостевого сектора.

***

Через пару дней Лана зашла в кабинет на утреннюю диагностику и с радостью увидела Роксану, которая тепло заулыбалась и с жалостью задержала взгляд на выступающей повязке на локте под длинным рукавом. Непривычно молчаливая, медсестра ловко лепила датчики и вносила в планшет показатели с приборов.

– Роксана, а что такое НЭС?

– Что? А! Набор экстренного стентирования.

– А для чего он?

– Для установки стентов. Такие штуки, ими стенки сосудов раздвигают.

Роксана замолчала, продолжая обрабатывать данные от приборов. Лана пыталась её разговорить, но та отвечала коротко, а в основном вообще отмалчивалась.

У двери раздался стук. Лана невольно сжалась, увидев в дверном проёме Ворона.

– Роксана Витальевна, разрешите?

– Чего тебе, Пернатый? – Женщина ласково улыбнулась.

Тот расплылся в ответной улыбке, но тут же снова стал серьёзным. Мотнул подбородком на руку Ланы.

– Я посмотрю?

Роксана нахмурилась. Задумчиво взглянула на Ворона, потом на Лану. Долго вглядывалась в очертания повязки на локтевом сгибе, явно принимая решение. Медик терпеливо ждал. Наконец, медсестра вздохнула тяжко и пробубнила:

– Посиди пока тихо. Первый протокол закончу.

Ворон кивнул и сел на кушетку рядом с дверью, соединив на груди руки и скрестив под сиденьем длинные ноги. Откинулся на стену, прикрыл глаза. В наступившей тишине щёлкали и попискивали приборы, шуршала упаковка вскрываемых Роксаной расходников.

Наконец, медсестра сняла все датчики с Ланы, ободряюще ей улыбнулась и сказала Ворону:

– Я закончила. Смотри.

Тот открыл глаза, поморгал, молча встал и подошёл к Лане. От его высокого надвигающегося силуэта она сжалась, вспомнив о причинённой боли, попыталась отодвинуться в кресле и спрятать руку. Ворон перехватил её запястье, усмехнулся.

– Не дёргайся, в этот раз больно не будет.

Не поверила, метнула взгляд на Роксану. Та выглядела озабоченной, но спокойной.

– Дай ему посмотреть, детка. Посиди смирненько.

Лана чуть расслабилась. Ворон будто этого и ждал. Обеими руками схватил за длинный рукав и ловко вздёрнул ткань вверх, закатал до плеча, обнажил повязку. Взял со столика ножницы, быстро снял бинты. Всмотрелся. Она тоже глянула, но не поняла, что он смог разглядеть в чёрно-синем пятне, казавшемся ещё страшнее на фоне её бледной кожи.

– Роксана Витальевна, ассистент нужен.

– А как оно?

– Терпимо. Во многом даже хорошо, а в трёх местах надо поправить.

– Думаешь, спасёшь вену?

Роксана открыто встретила его хмурый взгляд исподлобья, подняла всегда удивлённые брови ещё выше, скрестила на груди руки.

Ворон вздохнул глубоко и спокойно спросил:

– Роксана Витальевна, вам трудно, что ли?Медсестра задумчиво помолчала, а затем опустила руки и сказала:

– Вот что с тобой делать, Пернатый? Диктуй!

– Для начала по восемь пятнадцать семь, а дальше разберёмся.

Ответ Роксану явно не удовлетворил, но она махнула рукой и сноровисто задвигалась по кабинету, извлекая упаковки из шкафов и складывая на передвижной процедурный столик.

Ворон внимательно изучал Лану. Снизошёл до объяснений.

– Мне придётся зафиксировать твою руку. Больно не будет. Чувствительность нарушена, позже восстановится. Главное, что мы с Карлой успели принять меры, чтобы спасти вену. Это важно, потому что неизвестно, что тебе предстоит в будущем. В человеческом теле ограниченное число способов доставки лекарств. Бывают ситуации, когда от схемы препаратов зависит жизнь. Отнесись к происходящему, как к возможности прибавить себе шансы на выживание. Я доступно объясняю?

Лана кивнула.

– Мы договорились? Посидишь смирно?

Ещё один кивок.

– Вот и славно. Лучше закрой глаза и не смотри. Зрелище, честно говоря, малоприятное.

Медик наклонился ближе, окутывая пациентку приятным мятным запахом, дотянулся до шкафчика за креслом. Достал бинт и ловко примотал руку к длинному подлокотнику, прихватив выше и ниже чёрного пятна. Роксана пододвинула столик с разложенными инструментами. Ворон плеснул на ладонь прозрачную жидкость, обильно распределил по рукам до локтей, растёр по почерневшей коже Ланы. Резко запахло обеззараживающим раствором. Взял со столика скальпель и, медленно вращая блестящий инструмент в длинных узловатых пальцах, выразительно поднял брови.

Она в ужасе зажмурила глаза. По ощущениям прошло около получаса. Боли не было. Так, лёгкое давление, не более. Позвякивали инструменты на железном столике. Иногда Ворон произносил негромко цифры, и после этого раздавались шаги Роксаны, стук открываемых шкафчиков, шуршание и позвякивание. Наконец, ощущение расправляемого с плеча рукава и насмешливый голос.

– Можешь смотреть. Какая умница, даже не подглядывала!

Послушно подняла веки и уставилась в синие внимательные глаза. Медик снова задумчиво её рассматривал, отчего стало неуютно и захотелось сбежать. Опустила глаза вниз. Рукав опущен, на локте под тканью угадывается повязка, но не такая объёмная, как в первый раз.

– Роксана Витальевна, это для второго протокола?

Ворон указывал на подготовленную капельницу, отодвинутую к стене. Роксана стояла посередине кабинета и смотрела на него с неприкрытым благоговением. Не сразу осознав его слова, быстро закивала.

– Да-да. Для него.

– Я сделаю, отдохните.

Лана опомниться не успела, как рукав на её здоровой руке оказался вздёрнут, а капельница установлена. Медик всё проделал так стремительно, ловко и даже виртуозно, что она и боли не почувствовала. Окинул послушную сегодня пациентку удовлетворённым взглядом и направился к Роксане, которая продолжала стоять, тараща глаза на его работу. Подошёл, наклонился, поцеловал её круглую руку.

– Миледи, вы божественны! Благодарю за доставленное удовольствие работать с вами. И за доверие!

Чмокнул зардевшуюся женщину в щёку, подмигнул Лане и проворно вышел из кабинета.

– Роксана Витальевна, а расскажите про него? Кто он?

Она невольно назвала женщину по имени-отчеству и на «вы». Роксана повела плечом, посмотрела в сторону закрывшейся двери.

– Ворон? Очень хороший человек.

Лана озадаченно переспросила:

– Хороший?

Роксана вынырнула из транса, подбежала, проверила капельницу, принялась стремительно лепить на Лану новые датчики, не забывая добавлять информацию в приборы. И при этом она очень быстро тараторила, явно компенсируя минуты своего странного молчания.

– Ворон? Нет, конечно! Что ты! Он нехороший человек. Держись от него подальше, девонька. Уж сколько девок загубил! Вот Маша Сироткина. Толковая девка, а умная-я-я! С отличием ведь медуниверситет закончила! Столько знает, голова как полбиблиотеки. Опыта только поднабраться, да больше руку на манекенах набивать. Уж Командующий такие закупил, диву даёшься, как живые! Столько всего отработать можно. А вену тебе Машка загубила, да. Всего два дня прошло, и заклевал её Ворон, уволилась. Так что, может и правильно, я бы с ней в ночной зал не пошла.

Из моря противоречивой информации «девонька» постаралась вычленить главное:

– Ночной зал?

– Ночное дежурство в портальном зале. Бойцы деток вытаскивают из кругов, а мы их по эту сторону жизни сохраняем. Сердце кровью обливается, каждая секунда на счету. Нет, с Машкой не пошла бы в группу. Рапорт на стол и пусть, что хотят со мной делают. Не пошла бы, и всё! Мои-то руки ценят, не уволят. Мож оно и к лучшему, найдёт спокойнее местечко, выйдет замуж, нервишки поцелее будут. Столько мест для молодой красивой медсестрички, вот, например…

Но Лана поспешила вернуть свою говорливую собеседницу к интересующей теме, не дав забраться в дебри светлого будущего Маши Сироткиной.

– А почему его зовут Вороном?

– Так сам назвался. Настоящее имя никто не знает. Явился четыре года назад, весь такой ехидный. Встал на смену. Тут же сцепился с напарниками из-за ерунды. Чуть до драки не дошло. А тут как раз мальчишку страж из портала вытащил. Я была в соседней группе на отдыхе, довелось наблюдать. Ух, как руки у него мелькают! И что поражает! Не быстрее ведущего, не медленнее ведо́мых. Любую пустоту закрывает. Пару раз была с ним в группе. Профи, каких поискать, во всей Сфере в десятке лучших точно. А уж что сейчас творил с тобой!

Роксана благоговейно покосилась на руку Ланы, продолжая вбивать данные в планшет, без умолку жужжащий виброоткликами под её короткими пальцами.

– А вне работы – редкий гад. И за что его девки любят? Что находят? Хотя, если захочет – умеет. Такой себя единственной на всём свете чувствуешь…

К полному изумлению Ланы, Роксана зарделась, поправляя волосы за ухом. Женщина тем временем справилась с собой и, нахмурившись, продолжила проворно отключать капельницу.

– Вот и всё, детка. Терпи, тебе ещё долго «капаться». А Ворон? Что Ворон…Терпеть его не могут, но крепко уважают. Знала бы ты, какая подковёрная борьба идёт за смены с ним! Последние полгода в его группе все гости из ночной выжили! Никто не ушёл, даже если совсем плохой был.

– А вы сильно сейчас заняты? Можно я у вас посижу? Голова немного кружится. – Лана схитрила, решив не упускать возможности расспросить разговорившуюся, наконец, Роксану.

– Сиди-сиди, Ланочка. Сильно кружится?

– Немножко совсем, думаю минут пять-десять и пройдёт. Просто чуть-чуть посижу.

– Конечно, вот садись у двери. Я пока тут уберу. Вчера много гостей отпустили, а новых немного. Свободно будет. Сиди, девонька.

Лана пересела на кушетку у двери, рассеянно слушая перечисления Роксаны её планов на текущий день.

– Роксана Витальевна, а можно вас ещё кое о чём спросить?

– А что это ты меня по имени-отчеству называешь? – Переполошилась женщина. – Да ещё на «вы»! А ну-ка, перестань! Это Ворон ехидничает, а ты меня как раньше, на «ты», и Роксана! Я не такая старая, чтобы надо мной издеваться.

– Роксана, прости, пожалуйста. Ворон попутал!

Женщина улыбнулась незамысловатой шутке и продолжила бойко вытирать остро пахнущей жидкостью поверхности.

– Что ты хочешь узнать, Ланочка? Спрашивай, если можно будет, расскажу.

– Я познакомилась в библиотеке с интересным человеком. Он там библиотекарем работает. Зовут Эйч, можете о нём рассказать?

– Эйч? В библиотеке нет таких сотрудников.

– Как же, невысокий, одевается в тёмное. Такой… Эм… Некрасивый. Но очень обаятельный! У него ещё голос очень приятный.

Роксана быстро на неё взглянула, прекратив протирать очередной прибор.

– Ланочка, во всей Сфере есть только один Эйч. И лишь один мужчина такой, как ты говоришь. И он не библиотекарь. Хотя да, чаще всего его в библиотеке ищут, когда нужен.

– И кто же он?

– Империал-советник. У него длинное сложное имя, и поэтому все зовут его советник Эйч, вроде как по первой букве имени.

– Империал? Однако. А Советник? Что означает эта должность?

– Заместитель Командующего. Но как Командующего можно заместить? Или заменить? Командующий он и есть Командующий. Можно было бы сказать ещё главный помощник. Но он не помогает, а советует. Решает вопросы при отсутствии. В общем, я в этом не особо разбираюсь. Советник. Второй человек в пятнадцатой после Командующего.

Во время этой тирады Лана отчаянно старалась держать лицо и не выпучивать глаза. И радовалась, что сидит, так как пол ощутимо уходил из-под ног.

– Деточка, ты точно хорошо себя чувствуешь? Бледная такая. Давай я позову старших? Пусть тебя посмотрят?

– Нет-нет. Звать никого не нужно…

– Я уж всё убрала, давай ты здесь приляжешь, а я тебе сиропчику налью, он лёгонький, укрепляющий, совсем малышам можно.

– Ложиться не буду, спасибо, а вот сиропчику – с удовольствием!

Хотя она сейчас и чего покрепче бы выпила – ещё бы, такие новости! Голова шла кругом. Империал-советник! Империал! Приставка «Империал» к должности, званию или профессии слишком много значила для жителей Империи. Её невозможно купить или приобрести с помощью связей – только совершить десять выдающихся достижений. В каждой профессии есть список особо ценных результатов. Это могут быть патенты, которые распространились по всей Империи и стали широко использоваться. Или подвиги в сражениях. Или спасение жизней при катастрофах. Жена принца Эвана, например, империал-инструктор. В прессе в статьях о ней всегда рассказывали про её авторские методики, вклад в теорию и практику боевого и преподавательского искусства, плюс некоторые воспитанники достигли высоких результатов.

Профессия Ланы – проектировщик магически усовершенствованных предметов. Когда она реализует десять проектов, которые разойдутся по всему миру, Лана станет империал-проектировщиком. Пока у неё один реализованный проект – удобная расчёска, убирающая загрязнения волос. И хорошие наработки для второго – для расчёски разработала футляр в форме обруча на запястье. Оказалось, он может использоваться как универсальное хранение или кошелёк. По сути – пространственный карман. Перед раскрытием дара как раз над ним работала, делая универсальным, используя материалы патента пространственных ножен для мечей. Этот патент можно было применять в своих разработках свободно, служба развития его выкупила для всех проектировщиков Империи. Задуманный Ланой вариант – на запястье – заинтересовал многих, в том числе военных.

Как всегда, при размышлениях о том, что она когда-нибудь станет империал-проектировщиком, перед глазами поплыли образы работы в кабинете своего дома. В животе заныло, так сильно захотелось углубиться в проект, забыв всё происходящее как страшный сон. Когда же её отпустят? Кстати, кто отвечает за то, что она всё ещё тут?

– Роксана, а как зовут Командующего?

На лице женщины отразилось выражение глубокого почтения со смесью страха и восхищения.

– Командующий пятнадцатой Сферой – принц Эван!

Чуть не по-военному отчеканила! Лана похолодела, пальцы рук и ног онемели, по лицу пронеслось покалывание как от тысячи иголок. Перед глазами возникло увиденное вчера в парке. Хищные текучие движения. Знакомое по многочисленным медиа красивое лицо. Пронизывающий ледяной взгляд. Быстрый кивок. Сердце застучало сильнее, живот стянуло едва осознаваемым страхом. Как странно, почему нигде в медиа про это ни слова? Принцы крови – руководители высочайшего уровня, которые встают во главе государственных служб, а их влияние простирается на всю Империю. Чтобы столь значительная фигура возглавила пусть и прославленное, но ничтожное для его масштаба учреждение?.. Немыслимо. Поэтому от общественности скрывают? Чтобы не бросать тень на статус? Зачем тогда принцу это руководство?

Пока Лана приходила в себя от новости, Роксана споро перекладывала шелестящие упаковки в ящиках и продолжала вдохновенно рассказывать, периодически срываясь на восторженное повизгивание:

– Да-да! Принц Эван – он и есть наш Командующий. Я уж давно работаю в пятнадцатой. Это сейчас он исполинище, а десять лет назад… Помню, как принц пришёл сюда работать, такой молоденький, сразу после учебки. И сразу – Командующим. Как спецы его грызли! Говорили, что слишком молодой, развалит легендарную Сферу. За что его сюда, за какие заслуги? А принц смотрит волчонком, весь такой надменный, а во всё вникает, в каждую дырку лезет. Сохранил Сферу, разобрался. А лет через пять начал осторожненько менять. Сейчас спецы его боготворят. Холодный только очень. Но оно и к лучшему. Маги ж они такие, им нельзя контроль терять. А у нашего Командующего контроль, и какой контроль! Помню, большущий проект сорвали. Начальник проекта слёг с сердечным приступом, его замы поседели, причём кое-кто даже в прямом смысле. На спецов проекта было больно смотреть. А Командующий и бровью не ведёт. А не мог не переживать, один из его первых таких больших проектов, несколько лет выстраивал. Очень много от этого проекта зависело. Пришлось запускать заново, с новыми людьми. Запустили! Кстати, принц продавил-таки свои эти… как их? Инновации. Сильные изменения пошли. А он как будто и не радуется, всё как должное воспринимает.

Приподнятые брови Роксаны опустились, её лицо потеряло удивлённое выражение. Она задумчиво проговорила.

– Хотя видели принца недавно с эмоциями… Сама не была в ту ночную, но рассказывают, что очень страшно было. Ну про это я тебе не буду рассказывать. Мы его очень уважаем, нашего Командующего, а там такое было… Зато теперь точно знаем, далеко не всё равно принцу. А то, что надменный весь такой и холодный, так он очень сильный маг! Нельзя им много чувствовать, это все знают, опасно очень.

Роксана взглянула на Лану и всплеснула руками.

– Ланочка, ну что же ты у меня такая бледная сидишь, прям белая уже! Ничего не хочу слышать, сиди, сейчас старших позову!

Пришли две быстрые женщины. Осмотрели, дали выпить пряно пахнущую солёную жидкость. Потом одна из них проводила Лану до её номера и ждала, пока та не заснула.

Глава 7.

Следующие два дня запомнились плохо. У Ланы был жар. Кажется, она что-то кричала и металась в кровати от высоченной температуры. Несколько раз рвало, кости ломило. Рядом с ней всё время кто-то дежурил. Запомнился Ворон. Он приходил несколько раз, а она пыталась от него отползать по кровати и отбиваться. В проблески осознанности ей давали много пряно пахнущей подсоленной воды, которую она всю до капли жадно выпивала. Часто приходила Роксана. После визитов ласково воркующей над ней женщины Лана долго спала, изредка просыпаясь от попискивания датчиков. Ей всё время проводили диагностику.

Потом состояние пришло в норму. О пережитом напоминали зеленоватый оттенок локтя на месте чёрного пятна, длинная белёсая полоса на сгибе руки и тёмные круги под лихорадочно блестящими глазами в зеркале.

Постепенно слабость прошла, и Лана вернулась к прежнему режиму, с визитами на диагностику, вливаниями металлической жидкости и чтением книг про историю портальной магии. От интересных и лёгких тренировок, которые удлинились ещё на полчаса, тело наливалось силой и энергией. Обратила внимание, что никого из детей и подростков, кто был на её первых тренировках, давно не видно. Новые лица несколько раз сменились. Странно было и то, что её занятия теперь шли с несколькими группами в разных частях тренировочного сектора.

Наконец-то ей разрешили созвониться с родными. Разговор получился скомканным и очень коротким. Во-первых, проходил он в присутствии хмурых людей. Лану облепили датчиками и дали выпить успокоительное, от которого в мыслях и чувствах установился полный штиль. Во-вторых, осталось ощущение, что ей многое не договаривают как с той, так и с другой стороны. Возможно, её родных тоже проинструктировали в таком же духе: не нервировать, не спрашивать, не отвечать.

Всё это сбивало с толку, расстраивало, доводило до тихого мрачного бешенства. Она снова спрашивала, когда ей можно вернуться домой. Не отпускали. И никто не объяснял, почему домой нельзя, и как долго собираются держать её здесь. Наконец, не выдержала. Вытрясла из куратора информацию о руководстве и направилась к начальнику медицинской службы Сферы. В просторном фойе лекарского сектора улыбчивая женщина за стойкой администраторов показала в боковой коридор.

Лана подошла к двери со скромной табличкой «Начальник медицинского сектора. Генерал Станислав Эрнов». Подняла руку, чтобы постучать, но дверь с грохотом отворилась – её чудом не ударило. Из кабинета вылетел Ворон, пробурчал грязное обидное ругательство относительно умственных способностей соплячек, стоящих за дверьми, заодно пройдясь по слабоумным старикам в маразме. Осмотрел с прищуром Лану с ног до головы. Громко заявил, что та выбрала неверное время для визита – у выжившего из ума старикана в этом кабинете сейчас по расписанию баранье упрямство. И стремительно удалился по коридору, ссутулясь и нахохлившись, похожий на тощую обиженную птицу.

Несмотря на «карканье» медика, Лана осторожно заглянула в кабинет. Светлое типовое помещение с идеальным порядком. За столом стоял абсолютно седой мужчина. Он не выглядел стариком, отнюдь. Тёмные брюки и белая форменная рубашка с коротким рукавом ладно обтягивали худощавую атлетическую фигуру. Выразительное лицо с яркими живыми глазами, резкими чертами и безобразным шрамом во всю щёку было спокойным. Начальник медсектора, а это явно был он, опустил скрещенные на груди жилистые руки, усыпанные белыми волосками, и коротко спросил:

– Что вы хотели, Солнцева?

Вздрогнула. Начальник знает её и помнит фамилию? Смутилась, растеряв весь запал, беспомощно глянула на генерала.

– Заходите. И закройте дверь. – Станислав Эрнов указал на стул перед столом и сел, глядя на посетительницу в упор. – Готов вас выслушать.

На негнущихся ногах подошла, перевела дух и вспомнила, для чего она здесь. Мысли о том, что ей нужно домой, придали сил. Заговорила твёрдо.

– Здравствуйте. Я хочу знать, когда мне будет разрешено вернуться домой.

Генерал потянулся к лежащим на столе коммуникаторам, взял бордовый с синими полосками, активировал, дождался ответа, заговорил.

– Мастер Командующий. Напротив меня Эвилана Солнцева. Спрашивает, когда ей разрешат вернуться домой.

Паника накрыла чёрным крылом образа принца Эвана. Лана сжала зубы, выпрямилась. Генерал продолжал отвечать в коммуникатор, не сводя глаз с рыжей посетительницы.

– Да… Да… Нет… Да… Так точно. – Положил устройство на место, спокойно проговорил. – Идёмте. Командующий готов дать вам исчерпывающую информацию относительно сроков вашего пребывания здесь.

Генерал Эрнов поднялся, подошёл к двери, обернулся к Лане, которая сидела едва дыша. В голосе генерала послышалось сочувствие.

– Вы, кажется, хотели узнать, когда можно вернуться домой?

Сердце колотилось, перед глазами плыли круги, но она заставила себя встать и направиться следом за генералом.

***

В управляющей части Сферы Лана ещё не была. Припомнила схему комплекса. Сектор с кабинетами руководства, аналитиков, логистов и кадровой службы располагался в противоположной части от медблока. Генерал воспользовался внутренним стационарным порталом. По длинному закругляющемуся коридору приблизились к двери со скромной табличкой «Командующий пятнадцатой Сферой. Эван Марков». Генерал вошёл без стука, Лана, поколебавшись, шагнула следом.

После полумрака коридора яркий свет ударил по глазам, и она застыла на пороге, пытаясь привести зрение хотя бы в относительный порядок. Вдохнула приятный запах кедра и чего-то ещё, неуловимого древесно-пряного. Глаза привыкали к освещению и начали различать детали. Первое, что поразило – свободное пространство в два этажа и огромное, во всю высоту стены окно. Отделка тёмным деревом и тёмно-зелёной тканью. Справа и слева массивные деревянные книжные шкафы, занимающее всё пространство стен от пола до потолка с приставными лестницами. Сколько книг! Она попыталась разглядеть названия, но буквы было не разобрать. Как будто на обложках и вовсе не было надписей.

– Мастер Командующий? – Вопрос генерала Эрнова вырвал Лану из восхищённого изучения фолиантов, и она начала опасливо высматривать хозяина кабинета.

Из дальнего угла шагнула высокая фигура принца, затянутая в тёмно-синий мундир. Лана вздрогнула, услышав глубокий повелительный голос.

– Благодарю генерал. Вы свободны. – Властный жест в сторону стула перед массивным столом. – Эвилана, здравствуйте. Садитесь.

– Здравствуйте. – Голос сорвался на писк, и она откашлялась. Направилась к столу, за которым успел расположиться Командующий. Села. За спиной раздался тихий стук закрытой за генералом двери.

Лана мысленно приказала себе собраться. В конце концов, ей не привыкать встречаться лицом к лицу с власть имущими. Пробивая дорогу своему первому патенту, она столько порогов переступила, не сосчитать. Это просто очередной начальник, от решений которого многое зависит. Такие мысли не помогали. Ощущения в нескольких шагах от Командующего превосходили всё, что она когда-либо испытывала.

Принц Эван молчал. Безупречно красивый, пугающе властный. Подавляющий своим присутствием. Это только у неё такая реакция, или у всех? Как с ним люди рядом существуют? Она ощутила благодарность за паузу, давшую время привыкнуть к ситуации и снова осознать себя. Молчание затягивалось, и Лана отважилась заговорить. Этот человек принимает решения. Снизошёл до личной встречи, значит, что-то в её истории для него важно. Надо собраться и выяснить, что именно.

– Мастер Командующий. – Она начала говорить тихо, со всей доступной твёрдостью. – Благодарю, что уделили мне время. Генерал Эрнов сообщил, что вы можете пояснить… рассказать… – снова откашлялась. – Мастер Командующий, когда мне разрешат вернуться домой?

– Эвилана, что вам известно про обстоятельства, из-за которых вы находитесь здесь?

Принц смотрел неотрывно на Лану – и словно сквозь неё. Под тяжестью сурового взгляда она опускала глаза, едва сдерживала желание ёрзать на стуле и с трудом заставляла себя держать спину прямо. От её полного имени, произнесённого Командующим, захотелось попросить не называть её так, но побоялась, и начала отвечать на вопрос.

– У меня произошло позднее раскрытие портального дара. – Она припомнила строки недавно прочитанной книги из рекомендованных Эйчем. – Я перемещалась в других мирах. Аварийная система зафиксировала моё исчезновение. Следом отправился страж, который нашёл меня и вернул. Сейчас прохожу реабилитацию. Но все стандартные сроки вышли. Я как минимум месяц должна быть дома.

– Как вы полагаете, ваше раскрытие пошло по стандартному сценарию?

Лана задумалась. Этот вопрос почему-то не приходил ей в голову. Да и с чего бы? Это не её специализация, не её сфера, в прямом и переносном смысле. Как прошло раскрытие должны объяснить ей вот эти серьёзные мужчины, после чего они же должны её вылечить и отпустить домой.

Перед глазами замелькали образы перемещений по мирам. Кристофер говорил, что они слишком далеко забрались. Вспомнились разделы теста портальной осведомлённости про сроки реабилитации.

– Я об этом не думала. – Так как Командующий молчал, Лана продолжила. – Я прошла много миров. Не знаю, как это обычно происходит. Никогда не интересовалась этим вопросом. Допускаю, что стандартно. Но Кристофер – это страж, который вернул меня, говорил, что мы забрались слишком далеко.

Озадаченно глянула на принца. Тут же опустила глаза. Продолжила задумчиво.

– Я помню, что Кристофер запрашивал глубинный доступ… И разделение, да! Его так и не провели! Стандартный возврат клятвы доступа должен быть через три дня после возвращения. Максимум спустя неделю. Я была без сознания, в этом случае разделение не проводится. В осознанном состоянии я почти два месяца, но процедура возвращения клятвы до сих пор нет! Почему, кстати?

Лана поймала себя на мысли, что обнаглела до того, что, пожалуй, допрашивает принца крови. Будет, что рассказать племяннице!

– Эвилана, какой у вас магический уровень?

– Ниже четверти от эталонной сотни, колеблется от двенадцати до двадцати четырёх.

– Магическое образование?

– Стандартное. По нижнему уровню.

– Сколько миров человек способен пройти после раскрытия?

– Не припоминаю такой информации. Об этом не говорили на обучении ни в школе, ни в университете. В тестах и книгах тоже не попадалось.

– Эвилана. Посмотрите на меня.

Взглянула и утонула в прозрачных голубых глазах принца. Глубокий приказывающий голос доносился сквозь окутывающий туман нереальности происходящего.

– Информация, которую вы сейчас услышите в этом кабинете – секретна. Вам придётся принести стандартную магическую клятву о неразглашении.

Хотела было возразить, но любопытство взяло вверх, и она произнесла слова клятвы. Принц кивнул.

– Хорошо. Вы умеете контролировать эмоции?

– Нет, конечно. – Сковывающий туман рассеялся, Лана снова ощущала себя самой собой. – Зачем? Я же не маг. В смысле маг, как все. Но настолько слабая, что не маг. В смысле да, я умею сдерживаться. Например, способна удержаться от драки с вредной продавщицей, «зажавшей» мою скидку. А тотальному контролю не училась. Да и не надо мне этого…

Командующий дёрнул уголком рта.

– Экипировка стражей, идущих по следу нового порталиста, собирает и обрабатывает информацию. Считает пройденные миры и фиксирует их особенности. За десятки лет наблюдений собраны данные о миллионах раскрытий. Подавляющее большинство новых порталистов проходят около десяти миров. После счётчика в сорок миров, ни одному стражу не удалось вернуть ни одного живого. Кроме вас. – Пауза. – А вы прошли сто восемь.

– Сколько? – Она вскочила, изумлённо таращась на принца.

– Да, вы исключительный случай. Были другие, я уверен. Но лицезреть подобный живой и сознательный феномен, насколько мне известно, никому не доводилось. Сядьте.

А она что, вставала? Оказывается, да! Послушалась, села. Уставилась в пол, пытаясь осознать услышанное. Узор деревянного паркета наверняка ей будет сниться ещё очень долго.

– Есть ещё одна аномалия, касающаяся лично вас. Типовые гражданские приборы действительно определяют уровень вашего магического потенциала по нижней границе. От двенадцати до двадцати четырёх, как вы назвали. Этот уровень указан во всех ваших документах.

Пауза. Лана молча ждала продолжения.

– Как я сказал, есть аномалия. Сфера оснащена более сложным и мощным диагностическим оборудованием. Оно определяет ваш уровень по верхней границе. Диапазон от восьмидесяти семи до девяносто двух.

Снова пауза. Она пыталась осознать. Вот почему она удостоена такой чести, как личная встреча! Невозможные цифры. Этого просто не может быть! Но, отбрасывая эмоции, следует признать очевидное. Её два месяца изучают. Ошибка исключена. Голова вдруг заработала с кристальной чёткостью.

Принц Эван с такой же ровной интонацией продолжил:

– Это очень высокие цифры. Во всей Империи всего около сотни людей с подобным или превышающим потенциалом. Вы получили базовое образование. Такая природная мощь без соответствующего обучения и тренировок бесполезна, да и опасна. Особенно после спонтанного раскрытия. Вы выглядите моложе своих лет, на вид не больше двадцати. Но вам двадцать семь – идеальный возраст для обучения. У вас есть качества сильного порталиста. Настойчивость, бесстрашие, воля к свободе. И оборотная сторона этих черт характера – упрямство, безрассудство, импульсивность, пренебрежение к анализу веера последствий своих действий. Опасный набор на фоне неумения даром управлять. Кроме того, порталистам с трудом даётся работа в команде.

– Может, ближе к делу? – Вырвалось у несколько озверевшей от такой информации Ланы. Она тут же прижала руку ко рту, ужаснувшись, что посмела перебить этого могущественного человека.

Лицо Командующего осталось бесстрастным. После небольшой паузы, от которой у Ланы от страха онемело лицо и многие другие части тела, принц Эван продолжил тем же ровным холодным голосом.

– Именно о деле я и веду речь. Вы думаете, у Командующего пятнадцатой Сферой, по совместительству принца крови Эвана Маркова, других дел нет, чтобы рассказывать новой порталистке о её качествах?

Она покраснела и боялась снова поднять глаза. И всё же необъяснимая ярость душила, требовала выхода. Собрав всю доступную, а вернее оставшуюся, дерзость, Лана посмотрела прямо в ледяные глаза принца. Чистый голубой лёд. Ощущаемая на физическом уровне сокрушительная сила. Осознание безграничного права повелевать, владеть жизнями и судьбами. Под прозрачным студёным взглядом Лану сковала вечная мерзлота. Лишь на дне тлел крохотный уголёк упрямства, не дающий потерять сознание от накатывающего волнами ужаса.

– Продолжим. Вы сильный маг. Причины, по которым ваш дар считали низким, из-за чего вы получили ограниченное образование, в данный момент несущественны. Достаточно того, что в пятнадцатой Сфере смогли определить, с чем мы имеем дело. Ваш потенциал меня очень интересует. Поэтому я беседую с вами лично.

Лана всё же дрогнула и опустила взгляд от немигающих глаз принца. Она как-то попала на выставку змей. Больше всего запомнилась чёрная ехидна – огромная смертоносная змея, которая была несколько раздражительна перед линькой. Чёрное гибкое тело и синие глаза. Ощущения от взгляда ехидны тогда, и от Командующего сейчас, были подозрительно похожи. Только от принца Эвана её не отделяло толстое стекло.

– Эвилана Солнцева. – Голос Командующего зазвучал отрывисто и жёстко. – Должен признать, что ваш юный и беспомощный вид ввёл меня в заблуждение. Я выбрал окольный путь, желая подготовить к главным новостям. Но вы крепче, чем кажитесь. Учту на будущее. К делу, так к делу. Для вас подготовлена папка с материалами. Ознакомьтесь. Я подожду.

Принц подвинул ей папку – сухожилия и вены рельефно выступили под плотной белой кожей. Лана невольно залюбовалась. Красивые сильные пальцы, несколько бледных полосок шрамов. В памяти всплыла статья из журнала светской хроники. В ней принца Эвана назвали одним из величайших мастеров меча современности. Тогда Лана хмыкнула, воспринимая фразу как очередную лесть. После взгляда на жилистую руку с давно зажившими шрамами, в такую характеристику верилось легко. Мельком глянула на Командующего – он откинулся на спинку вращающегося кресла и развернулся в сторону окна. Взяла папку в руки. Затравленно оглядела кабинет. Повода сбежать не нашла и открыла первую страницу.

Итак, перед ней досье на Эвилану Солнцеву. Характеристика семьи. Список учебных заведений, конфликты с преподавателями, драки, домашние животные, хобби. Таблица с малочисленными друзьями, метким описанием, анализом взаимного влияния, напротив некоторых имён пометка «разрыв отношений по инициативе Солнцевой». Четверти листа удостоилась трёхлетняя связь с бывшим, с нажимом на эмоциональное насилие над Ланой, с пометкой в конце «разрыв отношений по инициативе Солнцевой».

Её брови уже никогда не смогут вернуться в обычное состояние. Как уползли на середину лба, там и застряли, причём навечно. Формулировки казались убийственными. Краткое изложение, исчерпывающая полнота и глубина. Описание стажировки и проектов. История выбора съёмных квартир и покупки дома, анализ приобретения вещей. Отношения с коллегами и руководством. Перспективы работы над патентами.

Следующая страница. Лана застыла. Взяла дрожащими пальцами большую цветную фотографию.

– Эвилана, вам нужно сделать вдох. Вы не дышите уже полминуты. – Спокойный голос принца достиг сознания сквозь густой туман липкого отчаяния.

Быстрый вдох сквозь стиснутые зубы. Затем ещё раз. Ещё. Раздышалась. И не могла отвести взгляд от фото в руках. Большая качественная фотография с безжалостной чёткостью отображала каждую деталь. Остатки забора. Весёлая плитка с красными прожилками, ведущая в глубокую круглой формы яму. На дне ямы среди горы строительного хлама, камней и досок – осколки так тщательно выбираемой полгода назад плитки. Лана погладила пальцами изображение. Какая красивая дорожка. Была. И какими красивыми были её вещи и мебель, изломанные остатки которых она узнавала на фотографии.

Съёжилась, на фотографии появилось мокрое пятно. Вытерла рукавом слёзы и попыталась стереть пятно оттуда, где угадывалась половина столешницы её рабочего стола. Пятно не убиралось, и очертание узора птицы на раритетной деревянной поверхности уже было не разобрать. Снова холодный голос принца. Теперь он вызывал жгучую ненависть, но Лана цеплялась за этот голос, выдёргивая себя из-под удара накатывающей паники.

– Дальше листать нет смысла. Главное вы поняли. На фотографии – последствия вашего ночного портала. Раскрытие прошло со вспышкой. Уцелевшие вещи есть. Немного. Их собрали, по вашему желанию доставят немного позже.

Она закрыла папку, осторожно положила её на стол. В голове ни одной мысли. Краем глаза заметила, что принц поднялся и отошёл к окну.

– Эвилана Солнцева, ваш проснувшийся дар опасен. Из-за него вы до сих пор здесь. Живёте в специальном номере с защитой от вспышки сильнее, чем в вашем доме, в десятки раз. Получаете лекарства, приглушающие способности. Проходите регулярную диагностику, благодаря которой удаётся подобрать дозировку, чтобы удерживать вас в нашем мире, предотвратить выбросы силы, и при этом сохранить интеллект и здоровье. Посмотрите на меня.

Она с трудом сфокусировала взгляд на высокой мужской фигуре.

– Вы осознаёте мои слова?

Кивок.

– Расскажите мне про свою ситуацию. Что вы поняли?

Молчание. Командующий ждал. Лана посмотрела прямо в глаза принцу Эвану.

– Я в полной зависимости от вас. Правильно понимаю, что вам есть, что предложить?

Принц кивнул и снова принялся рассматривать облака за окном.

– Об этом я и говорил, когда вы меня перебили. Великолепно умеете держать удар. Одно из основных качеств порталиста. Аналитики оценивают ваши шансы войти после обучения в двадцатку сильнейших магов Империи в семьдесят шесть процентов.

Она помолчала и тихо ответила.

– Высокая оценка. Только я не хочу быть магом. Я хочу жить своей жизнью и работать проектировщиком. И ни от кого не зависеть.

– А ещё вы хотите жить, Лана. – Пауза. – Это верно? Вы хотите жить?

Она глухо закашлялась. Командующий взял из неприметной ниши рядом с окном кувшин, налил полстакана воды, подошёл к столу и протянул ей. Руки Ланы почти не дрожали. Полностью выпила воду, осторожно поставила стакан на стол. Кивнула.

– Да. Я хочу жить.

– Очень хорошо. Первую часть переговоров я считаю законченной. Давайте перейдём ко второй.

Она подняла взгляд и снова утонула в ледяной бездне глаз принца Эвана.

Глава 8.

– Лана, тебе нужна помощь?

Она вздрогнула и оглянулась. К обтекаемому белоснежному книжному шкафу прислонился Эйч, одетый, как всегда, в тёмное. На его лице, частично скрытом в тени, угадывалось озабоченное выражение. В читательском углу юридического отдела библиотеки царил рабочий беспорядок. Запах книжного пластика ощущался отчётливее. Каплеобразный стол, за которым сгорбившись сидела Лана, был завален исписанными листами, толстыми сводами законов, руководствами по составлению договоров, сборниками типовых контрактов.

Она провела рукой по волосам, нащупала потерянный карандаш, которым, оказывается, закрепила спутанный пучок. Задумалась. Помощь Эйча? А это мысль! Эйч умный! Ей в самом деле может пригодиться его помощь. Опять посмотрела на мага. Он хмурился, и ждал ответа.

Так. Стоп! Лана вздрогнула, смутилась, взгляд заметался. Империал-советник Эйч. Заместитель жуткого принца Эвана. Какая помощь с контрактом может от него последовать? Ещё более кабальные условия? Сгорбилась и закрыла лицо руками. Звук пододвигаемого стула. Лёгкое прикосновение к плечу. Аромат миндаля с ноткой серы. Осторожно взглянула. Советник Эйч присел рядом и легко улыбался. Его лицо теперь выглядело приятным и выражало дружелюбие с оттенком озабоченности. Низкий бархатистый голос зазвучал тепло и успокаивающе, вызывая по телу полчища мурашек.

– Лана, я вижу, что тебе нужна помощь. Расскажи мне, пожалуйста, что случилось.

– Империал-советник Эйч, я боюсь, в этом деле вы не сможете мне помочь.

– Вот как? – Маг слегка свёл брови, сохраняя приятную улыбку. Убрал руку с её плеча, откинулся на спинку стула. – Значит, кто-то ввёл Эвилану Солнцеву в курс дела относительно моего статуса в пятнадцатой Сфере. Что же, жаль. А мне так приятно с тобой общаться неформально. Мне казалось, мы даже сдружились.

Она опустила глаза, щёки покраснели.

– Мне тоже очень нравится, советник Эйч, но, боюсь…

Маг тихо рассмеялся.

– Лана, не придумывай, пожалуйста, того, чего нет. И не надо бояться. Что раньше, что сейчас, с тобой говорит один и тот же человек. Я приму любой стиль общения, какой тебе комфортен. Но осмелюсь напомнить – мы дружески беседуем почти месяц, за исключением недавних десяти дней. Ты поэтому не приходила? Уверена, что нужно портить отношения из-за новых подробностей обо мне? А если бы ты узнала, что у меня искусственный глаз? Или бионическая нога? Или что я сирота? Или… Лана, я боюсь придумывать, ты так на меня смотришь.

Эйч говорил настолько обаятельно, что она поневоле улыбнулась, и он продолжил:

– Глаза мои собственные, бионических ног нет, только доставшиеся при рождении. Родители, хвала Предкам, живы-здоровы. А вот должность, к сожалению, на месте. Это я изменить не в силах.

– Эйч! – Лана едва сдерживала смех.

– Давай, рассказывай, что у тебя стряслось.

Тяжело вздохнув, она молча протянула стопку листов.

– Ты же второй человек в Сфере после Командующего, ты должен быть в курсе.

Эйч внимательно рассмотрел первый лист, прошелестел остальными. Ответил серьёзно.

– Допустим, что не в курсе. Изложи мне вкратце суть?

Лана пожала плечами и отстранённо заговорила.

– Четыре дня назад Командующий провёл со мной беседу. Вкратце ситуация такая. Раскрытие моего дара прошло со вспышкой. Мой дом разрушен. Жить негде. На мне большой кредит, который брала на покупку дома, ремонт и мебель. Сбережений мало, аренду не потянуть. Работу потеряла – в трудовом договоре проектировщика прописано расторжение при раскрытии портального дара.

Поджала упрямо губы.

– К родителям и брату, хоть у нас и замечательные отношения, за помощью не пойду.

Потерла пальцами лоб, слова давались с трудом.

– Я опасна. Без специальных лекарств буду вспыхивать, уничтожая всё, что находится рядом. И перемещаться в другие миры, где без знаний и навыков погибну.

Она посмотрела на Эйча, который молчал и внимательно слушал. Лана продолжила.

– Принц Эван предложил мне заключить пятилетний контракт. Оказывается, я мощный маг. Как получилось, что меня определяли и учили всю жизнь по стандартному уровню, принц Эван не сообщил. Его интересуют мои способности. Он хочет научить меня осознанно их использовать, так как с высокой вероятностью я войду в двадцатку сильнейших магов Империи.

Она вздохнула, провела пальцами по стопке листов, заговорила тверже.

– По предложенному контракту я получаю проживание и полное обеспечение, довольно высокие денежные выплаты, доступ к знаниям, инструкторам и системе обучения пятнадцатой Сферы. Смогу контролировать дар. Перестану быть опасной. Получу новую востребованную профессию. Империя получает сильного мага. А принц Эван решает с моей помощью свои задачи.

Эйч задумчиво рассматривал Лану, медленно произнёс:

– В изложенных обстоятельствах предложение щедрое.

– Да, это выгодная сделка и спасение для меня. Но условия!

– А что с ними?

– Да я рабыней на пять лет становлюсь!

Улыбка Эйча стала шире.

– Ммм…Ты прочитала весь текст контракта? – Он выразительно посмотрел на толстую стопку из сотни стандартных листов.

– Эйч, это вообще законно, выдвигать такие условия?

– Насколько вижу, договор типовой. Его предлагают всем жителям Империи, которые стали порталистами в совершеннолетнем возрасте и представляют интерес для развития дара.

– И люди соглашаются?

– Да. – Империал-советник пожал плечами. – В основном пролистывают контракт и подписывают. И дело не в тяжести стартовых условий. Как у тебя – со вспышкой, лишаясь жилья и средств к существованию – крайне мало. Люди соглашаются, так как это неслыханная удача, за счёт Империи при полном обеспечении получить профессию порталиста. Ты не можешь не знать, насколько это дорого. Кроме того, юридическое образование имеют единицы. Читать и вникать в такой объём сложно. Ты меня удивила.

Эйч покосился на раскрытые своды законов и многочисленные листы с записями.

– Смотрю, ты не только внимательно прочитала, но и усиленно вникала.

Лана грустно улыбнулась.

– Я не юрист, а простой проектировщик. Договоры начала читать через пару месяцев после продажи моего первого и пока единственного патента. На радостях, что он наконец-то кому-то понадобился, такой договор подписала, что теперь в любую бумагу, где предстоит поставить подпись, вникаю.

Эйч медленно произнес.

– Расскажи, что тебя смущает в договоре? Может, что подскажу.

– Там много всего. Больше всего беспокоят две вещи. Первая и основная, это условия расторжения контракта по моей инициативе. Я буду обязана выплатить потраченную сумму за период обучения в тройном размере. Я понимаю требование компенсировать затраты, это нормально. Но в тройном!

– А вторая?

– Раздел выполнения обязательств. Кто вообще это придумал? Командующий даёт приказ, и через полчаса я лечу в протонные пустоши голыми руками подавлять прорыв тварей!

Маг засмеялся.

– Так и написано?

– Конечно, не так. Написано красивым юридическим языком, но суть именно такая!

Эйч задумчиво постучал короткими пальцами по пухлым губам. Внимательно посмотрел на Лану и серьёзно спросил:

– А по сути контракта? Если смягчить условия, ты согласишься?

– Конечно! Если разумные условия. Я адекватна и благодарна за такую возможность.

– Хорошо. Примешь мою помощь?

Лана подумала и решительно кивнула.

– Приму.

Эйч улыбнулся.

– Благодарю за доверие. У тебя есть цифровая копия контракта?

– Да, отсканировала.

– Умница. Давай посмотрим, что можно сделать.

***

Под конец недели, отведённой Командующим на принятие решения, перед Ланой лежал готовый экземпляр новой версии контракта. Был поздний вечер, и в читательском отделе библиотеки находились только она с Эйчем. В течение трёх дней она корпела над текстом, её высокопоставленный помощник – или всё-таки советник? – часто подходил, направлял её мысли в редактировании, подсвечивая узкие места, проговаривая важные формулировки. В результате получился виртуозно выровненный договор. Лана неоднократно его перечитывала, и каждый раз убеждалась, что ей невероятно повезло получить помощь специалиста такого уровня.

У неё мелькала мысль, могут ли Командующий со своим заместителем играть в «плохого и хорошего полицейских»? Возможно. Но почему-то Лана верила империал-советнику. Да и потом, в самом деле, других дел у них, что ли, нет? Эйч хоть и появлялся часто, но очень ненадолго. Читал новые правки, давал инструкции и снова уходил. А ей казалось, что улавливает его сожаление и желание остаться.

Порталистка ловила себя на том, что ей всё больше нравится общество этого невысокого, умного и невероятно обаятельного мужчины. Его лицо во время разговора озаряла улыбка, делавшая его просто гипнотически привлекательным. Только иногда, когда думал, что она не смотрит, мог расслабиться, и тогда проступали его истинные черты. Впрочем, Лане было всё равно. Ей нравилось его общество. С ним было хорошо.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.