Георгий Мо
Какао

I

– Привет.

– Здравствуй, – я жадным взглядом вцепился в ее губы.

Природа замерла в этот июньский вечер: золотые лучи, которые видно невооруженным взглядом сквозь густые хвойные кроны, и ни ветерочка.

Поднявшись на три ступеньки, она сравнялась со мной и замерла в проеме, потянув ко мне руки. Даже через одежду я почувствовал вновь ее ледяные, до одури холодные пальцы. Но током меня не ударило как в прошлый раз, хотя все мое тело моментально сжалось: каждая вена навыпуск, жилы в напряжении и пульсация скул, которые я не мог контролировать.

Она что-то несвязно прошептала мне на ухо про какао. И я застыл как статуя, без чувств и эмоций, ощутив безумную взволнованность. Я не мог скрыть, что она что-то для меня еще значит, что во мне еще тлеет прошлый огарок нашей странной любви. Это означало лишь одно – время не лечит, а я не умею совмещать в себе несовместимое. Я понял, что ее образ не размылся сотнями дождей разлуки. А еще то, что какао все еще ждет розу где-то в глубине кухонного шкафа с банками моего кофе, к которому я должен был направить свое мятое тело. И пошел.

Она обняла меня. Я моментально дотронулся ее ладоней, чтобы расцепить замок из ее рук на своем поясе. Их холод был для меня как колючее воспоминание начала моей любви. И потому я с силой сжал их, что бывшая девушка даже вскрикнула. А меня накрыло странным желанием – мне хотелось трахаться как перед преждевременной смертью. В груди было ощущение, что в данный момент – это единственное на свете, что я хочу. Это как последнее желание, которое необходимо выполнить перед переходом в новое состояние. Но я не обернулся. Так и стоял к ней спиной, прожигая взглядом металлическую банку с сухим порошком какао. А когда я почувствовал, как стучит ее сердце через торчащие соски, прижавшиеся к моей спине, кровь в жилах заиграла как в старые тревожные времена наших отношений. Затрудненное стесненное дыхание выдало мое скрываемое возбуждение. И только тогда я повернулся к ней.

Она приблизила свое лицо впритык к моему. Ни миллиметра пустого расстояния. Кожа к коже. Только дыхание иногда освобождало из плена друг друга на мгновение. До одури красивые губы были все такими же желанными, как и в первый день. Я вспомнил их вкус и тепло, отчего закрыл глаза. Мы слились в поцелуе. По телу побежала долгожданная дрожь.

Я покрывал ее лицо и плечи ворохом страстных поцелуев, иногда усасывая кожу в себя, пытаясь выжать нектар из ее тела. Я целовал ее как в последний раз, истошно и больно. Всхлипы с ее пухлых губ томили мой воспаленный разум. Упоительный вкус бархатной розы сводил с ума. Я терял контроль над происходящим. Был не властен над своим разумом и телом. Я давно никого не хотел так, как хотел сейчас бывшую возлюбленную. И, проведя руками по ее бедрам, вцепился пальцами в мякоть ее ягодиц. Да так, что она задрожала, словно в ее сознании всплыли все наши горячие ночи разом.

Я не помню тот момент, когда я раздевал желанную женщину. Все прошло настолько быстро, что только кульминация секса включила разум. Никакое сплетение рук и тел, не дало ощущение начала новой главы в отношениях, только прощальную сцену довольно грустного финала бурной половой связи. Пощечина наотмашь.

Время не лечило от сильных чувств. Эмоции были с искалеченным потенциалом. Желание любить эту женщину стало другим – с сотней обид и параличом души. Любовь в сердце уступила место пустоте, а себя покрыла льдом, который бывшей возлюбленной было сложно растопить такими холодными руками. Но вкус ее губ и запах розового масла все так же кружил мою голову, несмотря на то, что сейчас я ощущал себя бесчувственной статуей. Все эмоции, которыми накрыло меня с ее приходом, – только воспоминания, как привычка реакций.

Меня отпустило после близости. Напряжение ушло вместе с финалом секса. Спешный трах между нами сильно разрядил обстановку. Каждый из нас выдохнул: я, который не ожидал ее увидеть, и она, которая собиралась с духом прийти ко мне после расставания.

Я почувствовал, что она ожидала от меня несколько другого приема, отчего после секса опустила глаза в пол. Да я и сам от себя ожидал несколько другого, много раз представляя и проигрывая нашу будущую встречу. Все прогнозы оказались неверными. Миллионы вариантов поведения исключили миллион первый. Тот, который я больше всего боялся. Заранее продуманный спектакль рушился на глазах. Я вел себя, по привычке, растерянно. Неугасший трепет к бордовой розе заставлял меня плавить свою железную маску. Вновь я представал перед ней таким же влюбленным, только уставшим. И дрожание пальцев, когда я ставил на стол кружки с налитым в них какао, выдавало это состояние. И конечно, она видела тремор моих рук и души, соответственно. Она снова получала удовольствие от того, что все еще любима. И, улыбнувшись надменно, она подняла глаза с пола уже с воодушевленным блеском.

Я смотрел в ее зеленые глаза и молчал. Взгляд был все такой же нежный, наполненный теплотой и особой лаской, правда, потерянной за время разлуки. Вглядываясь в ее глаза, я больше не ругался на судьбу, понимая, что случайностей не бывает, что сгоревшее полено не разожглось от секса. Опыт пылкой любви, продолжительностью в полторы минуты, был как испытание, ведь нельзя забыть ту женщину, которую любил, невозможно взять и вычеркнуть все то, что между нами было. Время точно не лечило, а учило жить с болью, закаляя ее. Пыл сердца уже остыл, но оно все еще бьется в напряжении рядом с ней. То ли от еще неупокоенных чувств, то ли больше по привычке. Раны усилием воли не заштопались. Этот секс был все же лишним.

Я долго ждал от любимой женщины успокоения и счастья. Но отношения с ней мне этого не принесли. Глупо было сейчас надеяться вернуться в них и снова верить в то, что когда-то что-то изменится. Конечно, надежда давно проложила во мне огромный мост через боль, которую я пережил. Но мост этот был в какую-то другую историю. Ожидание жило во мне как бездомная собака, которая никак не могла найти себе место. И я умел и хотел ждать. Мне было рядом с любимой хорошо в ожидании ответного чувства. Мне было что ждать от нее. Но, когда она ушла… Ждать стало нечего, и поезд в никуда уехал без меня, забрав мою бездомную собаку с собой.

Она подошла к окну и стала нервно теребить локоны, выбившиеся из прически после близости со мной. Она спешно их поправляла, но они снова падали на лицо. Я слышал, что она плачет от досады. Именно оттого, что в очередном бою она проигрывала, а не оттого, что я не хочу быть с ней. Она наконец поняла, что потеряла меня, – с кем было в целом интересно играть, хоть и порой скучно и что наше долгожданное свидание через долгие дни разлуки вылилось в какие-то безмолвные грубые оправдания. Глупые и, пожалуй, ненужные.

Я подошел к бывшей возлюбленной ближе, потянул свои руки к ней, чтобы обнять. Я мгновенно простил ее за все обидные и недостойные слова. Она сразу вспорхнула в мои объятия, как птичка с перебитым крылом, желая тепла и помощи. И мы стояли обнявшись минут десять, переминая ноги, по старому обычаю, в танце. Музыки вокруг нас не было, но была четкая уверенность того, что это – танец. Прощальный танец.

Ее волосы все такие же шелковые и дурманящие, призывающие меня на какой-то грех. Я чувствую запах розовой воды и масла, окунаясь носом в их гущу. Этот сложный терпкий аромат не перебивает даже краска для волос, уничтожая поры и клетки. Она вся с ног до головы сплошной бархат розы, которым я не мог раньше и не могу сейчас надышаться. И, зная, что я пробую этот аромат в последний раз, я крепче обнял ее, буквально силой прижав к своему телу. Я хотел прочувствовать шипы розы на себе еще раз и чтобы сильно.

Я нежно провел по ее лицу пальцами, вытирая слезы и растекшуюся тушь. Она смотрела на меня загадочно и даже с каким-то трепетом. Я прикасался к ее коже, говоря, что ей пора. А она, прекрасная заплаканная бархатная роза, млела в моих объятиях, как под лучами ласкового солнышка, расправляя все свои лепестки.

– Может быть, я, в честь расставания, исполню твою мечту. Хочешь?

– Мечту? То, что неподвластна разуму? Тебе совершенно неизвестно, что такое мечта! Как можно пробираться сквозь тернии, думая о мечте? Испытывать трепет, волнение, звонкий стук сердца, когда думаешь об ее исполнении. И, конечно же, параллельно с этим, переживать, что глаза больше не будут сиять с таким же накалом, если она исполнится. Пройти немало дорог и порой сложных… Мечта – это нечто несбыточное! Для большинства людей. Но что-о знаешь ты-ы-ы о мечте-е? Человек, у которого все есть! Все есть, чтобы исполнить любую мечту! То, к чему люди стремятся, проживая эту жизнь. Меч-та… Эх! Разве можно ее исполнить, чтобы потом существовать без мечты?! Глупый ты! Это как сознательно погасить над своей головой звезды. Перестать видеть сны. Обрезать себе крылья! Но, пожалуй, я воспользуюсь твоим предложением. У меня есть маленькое желание… – она лукаво улыбнулась и облизнула манерно нижнюю губу. – Маленькое сексуальное желание. Такое, которое именно тебе по силам выполнить. Не мечта. Да и поздно уже мечтать! Моя реальность рушит любые замки…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.