Екатерина Платонова
Ты еще дышишь? Или тайна Аси

Часть первая. О любви и дружбе.

Все герои и события, описанные в романе, вымышлены.

Глава 1. Другая Ася.

Темно. Какой-то пасмурный вечер. Изгиб грунтовой дороги и поле колосьев. И там, где-то там, за колосьями, совсем рядом – она, другая Ася, которая в том мире, ином. Она все знает, она знает все тайны жизни и смерти, она умеет проникать куда-то в неведомое…

– Ася, Ася!!! – кричит она ей изо всех сил, так, словно потеряла её давно, а теперь очень хочет вернуть, – Ася!!!

Ася оборачивается на неё, машет ей рукой, прогоняя, и говорит:

– Ты здесь.

С этими словами в сознании Ася просыпается. Ночь. Рядом с ней спит её муж Рома. С другой стороны, в своей кроватке, сопит пятилетний Тема. У него насморк и он дышит тяжело, хлюпает носом и беспокойно переворачивается на другой бок.

Асе жутко. Сон словно открыл ей её связь с чем-то потусторонним. Она всегда боялась в ужастиках сюжетов с зеркалами, когда твоё отражение становится не тобой. Эта, другая Ася, во сне не была каким-то монстром или кем-то плохим, скорее наоборот, но Асе было страшно. Как будто она взаправду может проникать куда-то в иной мир и затеряться там. А та, другая Ася, возвратила её в реальность.

Тема и Рома тут. Она снова улеглась, закрыла глаза и попробовала уснуть.

***

Будний день у Аси начинался стандартно, с подъема в 7 30 и сборов в детский сад. После Ася возвращалась домой и могла спокойно позавтракать, перевести дух и сделать какие-то домашние дела. На работу ей нужно было только к двенадцати.

Сегодняшний день не стал исключением. Уже больше десяти лет она работала в Центре помощи семье и детям педагогом-психологом и успела прирасти к этому месту.

Ещё на подходе к Центру впереди себя она увидела свою напарницу:

– Здравствуйте, Маргарита Владимировна! – иронично бросила ей Ася. Они были почти одного возраста, три года разницы, на которые Рита была её младше, особой роли не играли. Они работали вместе уже четыре года и давно обращались друг к другу на «ты» и по имени. Но иногда, при своих воспитанниках, все же на «вы» и с именем-отчеством. Маргарита обернулась и улыбнулась ей:

– Доброе утро.

Рита была очаровательна. Одна внешность говорила за неё всë. Густая копна рыжих кудряшек обычно была собрана сзади в хвост. Она была немного худощавой и высокой и вся усыпана веснушками. На лице выделялись большие серо-зелёные глаза с рыжими ресницами. И Ася видела в ней что-то мягкое и в то же время что-то озорное, детское.

Ася считала, что с напарницей ей повезло, они сработались. Так было не со всеми, но с Маргаритой они работали совместно и проводили общие групповые занятия.

Они поднялись наверх в свой рабочий кабинет.

– Поставим чай? – безмятежно предложила Рита, доставая из объемной сумки жестяную коробочку.

Где-то на юге, кажется, в Кабардино-Балкарии, у неё жили родственники и в свой отпуск она часто туда уезжала, привозила оттуда разные травки для чая и угощала Асю.

– Давай, – я схожу за водой и Ася взяла чайник.

Во время школьной учёбы в начале рабочего дня детей у них на отделении не было, их забирали из школ только после обеда. Время до обеда они проводили в общении с коллегами, рабочих планах и заполнении необходимых бумаг.

– У нас сегодня по плану занятие? – осведомилась Ася, пока чайник закипал.

– Да! Только не знаю, какая группа, надо смотреть, кто будет.

Дверь открылась и вошёл социальный педагог. Для них с Ритой – Андрей, для детей – Андрей Сергеевич. Он был одного возраста с Маргаритой.

– Привет. Чай пьёте?

– Кого ты сегодня привезёшь? – вместо ответа спросила Ася.

– А кого вам надо, того и привезу, – пошутил Андрей.

– Нам пожалуйста только всех самых любимых, – с озорным блеском в глазах потребовала Маргарита. Ася улыбнулась ей.

– Андрей, правда, кого? Нам нужно.

Он положил перед ней на стол список.

– Ещё четверых воспитатели из соседних школ приведут.

– Хорошо, спасибо, – ответила Ася, изучая список, – Ну, подростков сегодня только двое. Значит, младших берём, – заключила она.

А ей хотелось бы подростков. Сейчас ей с ними было интересней. Ну ничего, подростки будут в другой раз.

Андрей остался с ними пить чай и поделиться новостями. Они трое работали в тесной связке друг с другом. Остальной коллектив – заведующая, два воспитателя и логопед-дефектолог были более старшего возраста и у них был свой «кружок по интересам». А, впрочем, их команда работала довольно слаженно.

Работа для Аси давно стала вторым домом. Когда она была в декрете, часто забегала сюда поболтать с Ритой и Андреем и с остальными коллегами. Ей не хватало своей активной социальной роли, не хватало их команды, новых впечатлений, которых здесь, на работе, всегда было в избытке.

С Ритой с небольшой разницей во времени они закончили один и тот же ВУЗ и в своё время это тоже их быстро сблизило. А Андрей был единственным её другом мужского пола. У неё были близкие подруги, но не друзья.

День прошёл без особых происшествий. Они провели свои занятия, а потом Ася вышла в класс, чтобы помочь воспитателям в выполнении уроков с детьми.

Сейчас она работала на полставки, только до шести вечера. Потом ей нужно было забирать Тему из сада. Рома в последние годы все чаще уезжал в командировки, он состоял в должности инженера-гидротехника. Асины и Ромины родители жили в других районах и, кроме неё, забрать Тему было некому.

Вот и сегодня Ася проводила вечер вдвоём с Темой, потому что Рома уехал в очередную командировку.

Глава 2. Олеся.

Терпение Олеси подходило к концу – её девочки-близняшки двух с половиной лет, Ангелина и Анжелика, все утро ссорились друг с другом и капризничали.

Олеся складывала детские вещи в комод, когда Лика взяла в руки розового пони с большими глазами, собираясь расчесать ему гриву.

– Мой пони! – закричала Геля, подбегая к Лике и со всего размаха ударяя её рукой по голове. Лика тут же заплакала во весь голос, не выпуская, впрочем, пони из рук, хотя Геля и пыталась вырвать у неё игрушку.

Олеся почувствовала, как закипает. Она повернулась, дёрнула Гелю за локоть и шлепнула по попе раз и второй. Теперь плакала и Геля. Увидев её слезы, Олеся тут же остыла, ей стало жаль маленькую Ангелину. Она присела на корточки и обняла её, прижимая девочку к себе.

– Больно, котёнок? Ну все, не плачь, не плачь.

К ним потянулась и плачущая Анжелика. Олеся обняла их обеих и скоро они успокоились. Она продолжила раскладывать вещи, но через пять минут девочки снова что-то не поделили и вцепились друг в друга с криками.

Олеся вышла из комнаты и закрыла дверь. «Пусть хоть поубивают друг друга!» – со злостью подумала она, – «Сколько можно-то уже!» Она села на кухне и поставила себе чай. Визги и писки в комнате не прекращались. Олеся с равнодушием слушала все это и думала о том, что, если она сейчас туда войдёт, то сама разнесёт все к чертовой матери. Чайник засвистел и она наполнила чашку. Шум в комнате утих, но Олеся рано обрадовалась. Через несколько секунд дверь отворилась и она услышала топот детских ножек по коридору. Анжелика первая вбежала в кухню:

– Мама, мама! – закричала она, – Геля дерётся, она за волосы дерётся!

– Моя мама! – закричала Ангелина, заметив, как Лика пытается залезть к Олесе на колени.

– Я первая! Моя мама! – запротестовала Лика.

– Мама сегодня ничья, своя собственная, – заявила Олеся, отстраняя Анжелику, – Ну-ка сели на горшки, а потом идём гулять.

– Ура, гулять! – воскликнула Геля и тут же стала снимать штанишки, плюхаясь на горшок.

– Где мой горшок? – Лика завертела головой по сторонам и начала хныкать.

– Вот он, – устало сказала Олеся, доставая горшок из-за большого плюшевого медведя, который валялся здесь же на полу, – Садись.

Удастся ли ей сегодня спокойно допить чай? Вряд ли. Как хорошо, что завтра понедельник! Обе – в сад. А ей нужна передышка.

***

Олеся занималась частной психологической практикой, проводила онлайн и очные консультации. Сегодня у неё была только одна консультация по скайпу из дома. Близняшек она отвела в детский сад и утро осталось свободным.

Они договорились встретиться в кафе с Асей, которая тоже была свободна по утрам.

Ася и Олеся когда-то вместе учились на психологическом и с тех пор дружили.

И ей было что сегодня Асе рассказать. Уже несколько недель она не могла справиться с последствиями одной случайной встречи.

Закончив консультацию, она вышла во двор, стояла и неторопливо курила, размышляя о проделанной работе. К ней подошёл молоденький мальчик и попросил закурить. И дёрнуло же Олесю разговориться с ним!

Оказалось, рядом с офисом, где она консультировала была какая-то социальная служба, где можно было получить психологическую помощь бесплатно. Он пришёл на консультацию, но психолог заболела и встречи не состоялось. Может и ерунда, но Олесе нужно было зачем-то влезть и все узнать. А теперь они общались и это болото затягивало её все глубже. Дело было, конечно, не в профессиональном интересе, а в интересе совсем другого рода, который возник между ними.

Возможно, будь их разница в возрасте чуть меньше, Олеся позволила бы себе проявить свой интерес достаточно определённо и на этом успокоилась, но, по её подсчётам, их возрастная разница составляла почти двадцать лет и это её останавливало.

Олеся прекрасно знала, что красива. Она никогда не была обделена мужским вниманием. Практически идеальная фигура, которую она поддерживала в форме, крупные глаза и губы, длинные ресницы, правильные черты лица, густые волосы, завитые в тугие каштановые локоны. Внешность её была яркой, необычной и привлекающей внимание.

Она одергивала себя, как могла, но странным образом мысли её назойливо возвращались к одному и тому же, иногда заставая ее врасплох.

«Олеся, ку-ку, ты точно спятила! Ему двадцать лет, ты в своём уме? Перед тобой ребёнок!»

«Олеся, у тебя, так на минуточку, муж есть и дети. Ах, да – и дети… Это все богатство куда ты денешь?»

«Тебе нравится быть предметом эротических фантазий этого мальчика? Возбуждает? Пикантности придаёт?»

«А что муж? Муж. Вы уже, кажется, давно ни о чем, кроме детей и не говорите. Он вообще, похоже, в упор тебя не замечает, как женщину. Да что там, как женщину, как личность-то и то не замечает. А есть, между прочим, что заметить. И секс давно стал скучным, каждый шаг известен до мельчайших подробностей…»

«Он пошлёт тебя куда подальше и будет прав, между прочим! Нечего взрослым тёткам к мальчикам приставать. Сама-то ты что бы подумала, если бы твоего двадцатилетнего сына какая-то тётка охмуряла?»

Вот и сейчас она критически посмотрела на себя в зеркало.

«Ты и впрямь вздумала соревноваться с восемнадцатилетними девочками? Тебе оно надо? Через несколько лет вот эти вот мимические морщинки углубятся и возраст будет заметен все ощутимее, – она сама себя оборвала – Какие ещё несколько лет?! Что за бред! Ты что собралась связать с ним свою жизнь? Очнись! У него ни кола, ни двора, ни профессии. Мальчику учиться и тусоваться надо. Мамочкой ему собралась быть? Тебе своих двоих мало, от которых ты уже и так с ума сходишь? Олеся! Ты точно чокнулась! Говорят, в сорок лет бабы с ума сходят – ну вот, пожалуйста!»

Но она никак не могла остановить поток этих мыслей в своей голове. Ася ей нужна. Асе можно все выложить и она всегда что-нибудь такое скажет, о чем она сама ни за что не подумает.

***

Был сентябрь. Пасмурно, сыро. Кафе оказалось вполне уютным, на диванчиках лежали какие-то весёленькие подушечки. Они сделали заказ и Олеся рассказывала ей про своих девочек:

– Понимаешь, Ась, я её ударила и не просто так шлепнула невзначай, а так шлепнула, со злостью, чтоб больно было, как будто вымещая на ней что. И это же ведь не однажды так было. Хороша мать! Я такой не хотела никогда быть, веришь?

– Да верю, конечно…

Ася подумала, что легко быть хорошей мамой, когда у тебя спокойные дети, когда ты не устаёшь особо, когда тебе близкие помогают и проблем особых в жизни нет. А так редко у кого бывает. Она подумала, как ей повезло с Темой, который любит слушать книжки, складывать пазлы и мозаики, а ещё часами может сам с собой играть, строя что-то там из конструктора. И схватывает он все быстро, и стихи легко запоминает, и маме помогает.

А Олеся? У неё муж весь день на работе, приходит уставший, голодный, ещё и с претензиями, вероятно, характер у него не сахар. Правда, Олесе ещё попробуй претензии предъявить, но сути дела это не меняет. А на ней две эти девочки двухлетние, оторви голова, чуть что – дерутся и в слезы. Одна хочет одно, другая – другое. А ещё надо и дом как-то держать. А помогать Олесе некому. Свекровь – в другом городе. Мамы её давно нет в живых. Она умерла внезапно от сердечного приступа, когда Олесе было только 20, это ещё до замужества было. Олеся осталась с отцом, но у них отношения не были близкими, почти и не общались после смерти матери. Он только материально Олесю содержал, пока она замуж не вышла и не переехала жить к мужу.

– Но вообще-то я не об этом хотела тебе рассказать.

– А о чем? – Ася наклонилась над столом и с любопытством посмотрела на неё, будто почувствовала, что Олесе много что есть ей рассказать.

И Олеся, наконец, рассказала о своей встрече.

– Тогда я предложила ему пойти в кафе, выпить кофе.

– Олеся! – Ася удивлённо раскрыла глаза, улыбаясь.

– Что? Он не мой клиент, – быстро ответила Олеся.

Ася прыснула от смеха:

– Это ты сейчас что, передо мной оправдываешься, что ли? – Ася сжала губы, пытаясь справиться со смехом, – Ну-ну, что там дальше?

– Вообще-то, Ася, это не смешно. Ни разу, – серьёзно остановила её Олеся.

Ася прекратила смеяться и внимательно посмотрела на неё:

– Ну, вот, видишь, я уже не смеюсь. Что там было?

– Мы пошли в кафе и он выложил мне все подробности, с чем на консультацию шёл. Ну я пересказывать-то тебе уже не буду.

– Не надо пересказывать, – согласилась Ася, – Сколько ему лет? – уточнила она.

– Двадцать.

Ася улыбнулась, снова пытаясь подавить смех, и отвернулась от Олеси в сторону, чтобы не рассмеяться ей в лицо.

– Прости, у меня непроизвольно получается, – сказала она чуть погодя.

– Давай, смейся, смейся… Я бы тоже с тобой посмеялась, если бы все это не было так грустно.

– Ладно, Олеся, не злись, я не нарочно. Сколько, говоришь, ему? Двадцать? Это с его слов? Если он не накинул себе пару лет. А то, глядишь, ему и восемнадцати ещё нет.

– Черт, Ася! Надеюсь, что есть. Не выглядит он совсем школьником.

– Я бы на внешность не очень-то полагалась…

– Да не, там для взрослых консультация, – нахмурившись сообщила Олеся.

– Ну хорошо хоть так. В общем, ты провела сеанс психотерапии…

– Не психотерапии, просто выговориться ему надо было, тяжело ему было.

Ася кивнула, загадочно и грустно улыбаясь.

– Что? – встрепенулась Олеся.

– Ничего, – Ася помотала головой.

– Скажи уже, что ты там думаешь?

– Ничего особенного я не думаю. Думаю, сколько тебе было лет, когда мамы у тебя не стало…

– Двадцать.

– Ммм, – протянула Ася.

– Ну да, – Олеся едва заметно скривила губы и деловито сосредоточилась на еде. Но пару минут спустя продолжила:

– Он что-то говорит и я понимаю, что он ребенок, практически.

– Ну, в некотором смысле, он давно уже не ребёнок. И воспринимает тебя он явно как женщину.

Ася кивнула на Олесю, окидывая её красноречивым взглядом. Олеся однозначно выглядела, как яркая, красивая и сексуальная женщина. Да и одевалась она так, что это не скрывало, а лишь подчёркивало эти её качества.

– Или ты давно в зеркало себя не видела? По-моему мужчинам трудно тебя не заметить.

– Ты мужу моему это скажи.

– Муж – это отдельная песня, – Ася махнула рукой в сторону, – Он просто привык к тебе.

– Примелькалась, – Олеся криво улыбнулась и отставила в сторону опустевший бокал, – Ася, он так смотрит на меня…

Ася улыбнулась:

– Как?

Олеся спрятала от неё глаза и неопределённо махнула рукой, сделала глоток из бокала с невозмутимым лицом. Похоже, она смутилась… Олеся и смутилась? Да неужели?! Она умеет смущаться? Кажется, Ася в первый раз это видела.

– От меня-то что ты хочешь, Олесь? Сама же знаешь, почему – нет. Что я перед тобой буду строгую мамочку разыгрывать, когда у тебя глаза горят, как будто бы тебе лет четырнадцать. Ты мне устроишь тут бунт на корабле, – Ася внимательно посмотрела на неё, – Или надо озвучить?

– Нет, не надо. И так все понятно. Я тебе Ася и рассказала, потому что ты не будешь банальности мне говорить и не посмотришь, как на полоумную.

И Олеся выложила ей в подробностях все, что сама об этом думает.

– А, может, ты влюбилась? Нет?

«Влюбилась, как девчонка!» – подумала Олеся с удивлением и недоверием замечая, как кровь прилила к щекам, – «Черт! Ну, спасибо тебе, Ася! Только этого осознания мне и не хватало для полного счастья!»

– Все, что ты говоришь – это, конечно, правда, но никак не объясняет силы твоих эмоциональных переживаний…

«Силы твоих эмоциональных переживаний…» – Ох, Ася, ты бы ещё позаковыристей сюда психологический термин приплела…

– Тебя же колбасит.

Точно! Вот это правда, еë, действительно, колбасит не по-детски!

– Что ты смеешься? – остановилась Ася.

– Нет, ничего. Ты говори, говори. У тебя неплохо получается.

Олеся взяла бутылку и заново наполнила бокалы.

– Давай выпьем!

– За что?

Олеся выдохнула, усмехнувшись:

– За любовь!

– Хорошо, за любовь, – Ася подняла бокал, загадочно и коварно улыбаясь.

– Ася, а ты как бы поступила на моём месте?

– Я не знаю, правда, не знаю. В каких-то ситуациях надо прежде оказаться, прожить их, прочувствовать, чтобы понять, как бы ты поступила. Да и не факт, что то, что хорошо для меня, будет хорошо для тебя.

– Да ладно, Ася, признайся, ты бы рискнула, да?

– Но я, действительно, не знаю. Это много от чего зависит.

Ася подумала, что, если бы с ней случилось что-то подобное, это все равно выглядело бы несколько иначе. Она же не Олеся.

– Ты бы рискнула, – Олеся прищурила глаза, внимательно глядя на неё, – А я трусиха, – и она тяжело вздохнула.

– Нет, не трусиха. Ты правильно сомневаешься. Рискнуть, может быть и глупо. Это я просто не от мира сего. Я в любые сумасшествия могу вписаться, если только мне, действительно, сильно хочется. Для меня это правильно и я никогда не прощу себе, если не попробую. А тебе, может, и не надо.

Они немного помолчали.

– А у тебя как по части любви? Как Рома? – осведомилась Олеся.

– А что Рома? Он так часто бывает дома, что его как будто и нет.

– А тебе никогда не хотелось завести интрижку?

Ася нахмурилась и легонько помотала головой, глядя куда-то в пространство.

– Да ладно, вокруг тебя достаточно мужчин. И не рассказывай мне, что на тебя не обращают внимания. Вот уж не поверю!

– Да разве ж в этом дело? – Ася вздохнула, – Я так не умею. Не хочу. И вообще не вижу ни смысла, ни прелести всего этого. Зачем? Тратить время на пустые разговоры, на свиданки… Ни уму, ни сердцу, как говорится. Лучше уж я это время с Темой проведу.

– А секс?

– Тем более секс, – Ася усмехнулась, – Вот уж сомнительное удовольствие. Меня и с мужем секс очень даже устраивает.

– Но не так уж часто он-поди бывает?

– Мне вполне хватает, – Ася пожала плечами.

– А Ромка тебе не изменяет?

– Нет. Не думаю, что он будет, – Ася хмыкнула.

Олеся посмотрела на неё с любопытством. Ася словила её взгляд.

– Да нет, я уверенна, что нет. Не в его это характере. Но ты знаешь, даже если бы он мне и изменил… Мне не то, чтобы все равно… Но как-то не особо трогает. Мало ли… Мы настолько далеки друг от друга в последнее время. Раньше, конечно, так не было. В общем, мир не разлетится к чёрту, если я про него что-то такое узнаю. Ну, я имею в виду, конечно, какую-то случайную связь.

– Ты бы простила?

– Я бы не особо переживала, наверное…

– А влюбиться не хочется?

Ася озорно взглянула на Олесю и засмеялась. Олеся продолжала довольно смотреть на неё и улыбка не сходила с её губ.

– Влюбиться. Ну вот, ты влюбилась, теперь страдаешь. Нет уж, спасибо! Но, наверно, если бы влюбилась, я бы по-другому считала… С Ромой вообще всегда все было очень ровно. Я бы не вышла за него, если бы ничего к нему не чувствовала, но это что-то такое… Не знаю даже, как сказать.

По молодости, помню, был у меня роман, вот я страдала. Обиделась на него, он что-то там выкинул, и ушла. Мол, все, дорогой, расстаемся навсегда. А он не звонил и в общем-то вернуть меня никак не собирался. Я страдала, страдала, напилась в парке на скамеечке, баночки джин тоника на голодный желудок мне вполне хватило, чтобы меня развезло. И поехала к нему. Трезвая ни за что не поехала бы. А там у него мама была в гостях. И я тут заваливаюсь такая красавица. Мама быстро куда-то исчезла. Меня там вытошнило. В общем хороша была. Помирились. И мне даже стыдно не было. Вот ни капельки. Наверное, потому что он и сам был любитель выпить. Но зачем нужны такие отношения, только мучить друг друга. Мы с ним расстались потом и слава богу!

А Рома так-то идеальный муж. Деньги зарабатывает, без ВП и отец он хороший и мозг мне не выносит. В общем – мечта. Ну нет у нас какой-то космической любви, ну и что. Мы вместе с ним уже сколько лет…

– Но что-то тебя все равно как будто не устраивает?

Ася вздохнула.

– Помню давно, в детстве ещё я влюбилась. Первая, наверное, моя влюблённость была…

Ася замолчала.

– И что? Ты не рассказывала никогда.

Ася молчала, замерев и глядя в окно. Там шёл дождь, прохожие шли по тротуару, прячась под зонтиками. Мокрые капельки застряли на стекле витрины кафе. Ася снова взглянула на Олесю, словно возвращаясь откуда-то издалека.

– Нет, ничего, – медленно сказала она, – Там был мальчик. Мы совсем немного были с ним знакомы… Это было как-то очень сильно… Может, потому что это первая влюблённость была, мы были детьми? Но я не думаю, что поэтому…

– А что было? Расскажи.

Ася мотнула головой, сжав губы.

– Нет, не хочу. Было и было. Мало ли в жизни, в конце концов, других важных вещей, кроме любви? У меня есть Тема.

– Тема вырастет. Что ты будешь делать?

– Потом будут внуки, я надеюсь, – улыбнулась Ася, – И я все же не одна, у меня есть Ромка. Есть работа, друзья, увлечения, планы… Разве не достаточно? Все, сеанс психотерапии окончен, – иронично завершила она, – Умеешь ты задавать неудобные вопросы!

– Беру пример с тебя! – отрапортовала Олеся, – Просим счет?

– Да, пора бы…

Глава 3. Лара.

Входная дверь щелкнула, открываясь.

– Тем, папа приехал! – воскликнула Ася.

Тема оторвался от своих машинок и поглядел на комнатную дверь, внимательно прислушиваясь. Из прихожей доносились неясные звуки. Наверное, Рома снимал куртку и разувался.

– Иди проверь! – радостно предложила она.

Тема встал, приоткрыл комнатную дверь и выглянул в коридор.

– Вот, кто тут! – обрадовался Рома и Тема побежал к нему, чтобы залезть на руки. Ася услышала их голоса и Термин радостный смех. Она уткнулась в свой телефон, продолжая читать начатую статью.

Тема привёл Рому в комнату и увлечённо стал показывать ему что-то в своих строениях на полу.

– Мы уже поужинали. Ты будешь? – спросила Ася.

– Нет, спасибо, я не хочу. Сейчас чай попью и уложу его спать.

– Хорошо, – улыбнулась Ася и вернулась к статье. Она устала после рабочего дня и приезд Ромы был, как нельзя, кстати.

Ася хотела побыть одна, чтобы подумать, но, когда Рома и Тема ушли в спальню укладываться спать, ей пришла в голову мысль, что они с Ромой даже не поздоровались друг с другом. Все их общение вертелось вокруг Темы.

Последнее время Рома стал совсем безучастным к ней, во время его короткого пребывания дома они и говорили-то в основном о ребёнке да о бытовых заботах. Он никогда не был разговорчивым, а теперь стал совсем замкнутым и раздражительным. Может, действительно, у него кто-то есть? Она же не экстрасенс, в душу к нему не залезет. А коллеги по работе видят его куда чаще, чем она.

Ася вспомнила свой разговор с Олесей. У неё язык без костей. Как скажет иногда… И Ася рядом с ней начинает нести ерунду. Нет, конечно, ей не все равно… Это же Рома.

И все же не только Рома, но и она сама все меньше нуждалась в его обществе, предпочитая уделить свободное время своим делам. Ей все реже хотелось заниматься с ним сексом. Ася списывала все на усталость и рутину. Она, и вправду, часто уставала. Но, когда Тема подрос, Ася поняла, что дело вовсе не в этом. Просто, похоже, она Рому совсем разлюбила. Они оба очень отдалились друг от друга и каждый давно жил своей жизнью.

Асе стало грустно. И тут пиликающий телефон известил ее, что пришло новое сообщение. Ася открыла и улыбнулась. Это Лара напоминала ей, что завтра они с Мишей ждут их к себе на дачу.

Лара практически единственная её подруга, которая осталась с детства. Были ещё одноклассницы, но с ними она теперь виделась очень редко. На днях у неё было день рождения и завтра они с Ромой и Темой едут её поздравлять.

А в конце сентября будет день рождения и у Аси. Ей исполнится 38, как и Ларе.

Из всех её близких подруг только у Лары в семейной жизни все было гладко. Её муж Миша – очень приятный. Лара всегда с теплом о нём говорила. И детей у них двое – мальчик и девочка – Марк и Ульяна – двенадцать и десять лет. Мальчик постарше, девочка помладше. Спокойные, весёлые, развитые детки, как Лара с Мишей.

Асе всегда очень уютно бывало у них в гостях. Конечно, неизвестно, что там прячется за фасадом, не зря же говорят: «В каждой избушке свои погремушки». Но Ася отчего-то была уверенна, что ничего экстраординарного у Лары за фасадом не прячется. Ну хоть у кого-то все сложилось. А то Асе временами начинало казаться, что не существует счастливых семей.

***

Они встали пораньше и к часу уже были на месте. С погодой им повезло. Солнце светило вовсю, выделяя на фоне синего неба яркую краснеющую и желтеющую листву.

Мужчины жарили шашлык и дети играли рядом с ними где-то на участке. А Ася и Лара остались в доме, у горящего камина. Они сидели в креслах, укрывшись шерстяными пледами, в самых лучших традициях. К Ларе на колени прыгнула большая рыжая и пушистая кошка Фая – любимица их семьи. Фая подставляла Ларе морду, чтобы та её гладила и громко урчала.

– Ты, рыжая морда, – любя поддразнила Лара кошку и стала чесать её за ухом, – У меня ещё есть торт, – добавила она, уже для Аси.

– Лара! Торт, со свечками? – по-детски восторженно улыбнулась Ася.

– Да, домашний.

– Ты сама пекла?

– Да, он шоколадный.

– Шоколадный я больше всего люблю! – обрадовалась Ася, – А я вот себе ленюсь печь, покупаю. Хорошо здесь у вас, так уютно… – сообщила она, озираясь вокруг.

– Вы к нам летом приезжайте! Летом у нас совсем хорошо и озера тут рядом, можно купаться.

– Приедем обязательно… – Ася помолчала, глядя, как Лара чешет кошку, – Лара, а ты помнишь Мария?

– Да… – Лара посмотрела на неё, – Помню.

– Я почему-то никак не могу его забыть. Может, потому что в то лето я жила с тётей Катей, а теперь её больше нет?… – и Ася неожиданно расплакалась.

Тётя Катя была Асиной крёстной. Её сбила машина, когда Асе было шестнадцать.

– Ась, ты чего?… – голос Лары прозвучал и ласково, и удивлённо, и немного встревоженно. Она положила ладонь на рукав Асиного платья, пытаясь её успокоить.

Ася вздохнула, закрыла глаза ладонью, ещё раз глубоко вздохнула и стала вытирать слезы.

– Я говорила тут с Олесей, ты, кажется с ней немного знакома. У неё там своя любовная история. Мы разговаривали и я вспомнила про Мария.

– А тётя Катя?

– Тётя Катя? Я часто по ней скучаю. Никто меня так не понимал, как она. Почему её так рано не стало? Почему она оставила меня одну?

– Ну, Ася, не одну же! У тебя вон сколько людей вокруг – и близкие твои, и друзья…

– Да. А все равно, когда её не стало, было так, словно я одна осталась. Ты мне тогда очень помогла.

– Помню, ты мне позвонила, мы сто лет не виделись, – Лара улыбалась и на её пухлых щеках появились милые ямочки, а большие серые глаза сияли, глядя из-под чёлки.

– Да, – Ася улыбнулась ей в ответ, – Без тебя тогда мне было бы совсем одиноко. Мама нашла твой номер через каких-то знакомых тёти Кати. Я её попросила. А так, может, мы бы больше не встретились и не дружили бы сейчас.

– А Марий? Ты его больше не видела?

– Нет. Ты ничего про него не знаешь?

– Нет. Я же тогда танцами занялась и летом уже на соревнования и в спортивный лагерь ездила. Хороший мальчик – Марий.

Ася хмыкнула и поглядела куда-то в сторону. Лара взглянула на неё, не понимая.

– А да, вы же с ним тогда поссорились! – вдруг вспомнила она, – Ну так-то он хороший.

– Да хороший, хороший, кто ж спорит!

– А там ещё и Тим был. Помнишь Тима?

– Да, – Ася счастливо улыбнулась, – Тима тоже помню. А ещё Слава.

Ася посмотрела на Лару, та поморщила лоб, но улыбаться не перестала.

– Да, – легко согласилась она, – Мы с ним тогда ещё какое-то время встречались.

– В двенадцать лет все так неловко, неопределённо… Я даже и не думала, а Марий взял и поцеловал меня.

– Да? – Лара удивлённо подняла брови, – Мы со Славой не целовались только за ручки держались и в кино он меня все время водил. Да ещё, кажется, что-то говорил о том, что я ему очень нравлюсь.

Ася улыбнулась тому детскому, трогательному, что было тогда.

– А интересно было бы увидеть Мария сейчас, какой он стал?– вдруг спросила Лара.

– Не знаю… – осторожно протянула Ася.

– Ты что, разве ещё что-то к нему чувствуешь? – удивилась Лара.

– Да нет, не к нему уже, наверное. Я его сейчас и не узнаю, скорее всего. Просто я так хорошо помню, что было тогда, в детстве.

– А давай найдём Мария ВКонтакте предложила Лара. У него же редкое имя.

– Давай.

Но они не смогли найти ни его, ни Тима. Ася вздохнула:

– Не судьба.

Славу они не стали искать, потому что не помнили, а, может, и не знали его фамилии.

Глава 4. Чёрный ящик.

Ася шла с работы пешком. Она вспоминала вчерашний свой разговор с Ларой. Тётя Катя и Марий остались там, в её детстве, как кусочки чего-то волшебного, не повторившегося больше никогда. И там же, в детстве было много одиночества, такого, которого позже, во взрослой жизни уже не случалось.

Была такая возможность, и Ася уехала из родительского дома жить отдельно, в квартиру, которая досталась ей от бабушки по наследству. Нет, она любила и маму, и папу, и брата, но там, дома сами стены давили на неё. Ей было там тягостно, хотелось вырваться на свободу. Хотелось понять, а кто она без них? Какая она сама по себе? А сейчас она чувствовала огромную дистанцию и со своей родительской семьёй, и с Ромой. И ей снова было одиноко.

Она вспомнила, как на одном из обучающих психологических тренингов она участвовала в каком-то упражнении и всеми силами пыталась избежать взаимодействия. Тогда тренер спросил её, чего бы ей хотелось? Она села на пол и сказала, что вот здесь перед ней – чёрный ящик. И она будет сидеть с ним и ей так хорошо.

Чёрный ящик – то, что её спасало от одиночества. Чёрный ящик – её связь с космосом, с потусторонним миром, с миром фантазий и образов, с миром, в который она любила сбегать от других людей, с миром, в котором ей было хорошо и одной, самой по себе. И Марий, и тётя Катя понимали этот её мир, а больше никто. Но они оба понимали и круг её одиночества был разомкнут. Она смогла найти путь к другим людям. Она не замыкалась в себе.

Ася вспомнила свой недавний сон, где она видела другую себя. Он тоже был про связь с потусторонним, а, может, даже с тем, что ждёт нас после смерти.

Жаль, они с Ларой не нашли Мария. Ей казалось, он должен знать, должен понимать что-то об этом. Тогда, в детстве это была не просто влюблённость, это было что-то, связанное с тем миром. Асе так казалось. Именно поэтому её чувства были такими сильными и ни на что не похожими. Ася влюблялась и позже, но не так, по-другому. Тогда она словно проваливалась в тот мир, но уже не одна, вместе с Марием.

Она хотела бы спросить у Мария, что он об этом думает? Чувствовал ли он что-то похожее?

Но Мария они не нашли. Тёти Кати тоже уже нет рядом с ней. Где ей искать ответы на свои вопросы?

Глава 5. Сосновский.

– У нас сегодня подростки? – уточнила Ася у Маргариты, открывая блокнот, где она записывала план занятия.

– Да, четверо, – подтвердила Рита.

– А кого нет?

– А я тебе не рассказала?! – оживилась Рита.

– Нет.

– Сосновского забрали в гостиницу. Вчера за ним никто не пришёл. Антонина Дмитриевна почти до девяти с ним сидела, пока его в гостиницу определяли.

У них, на отделении дневного пребывания, дети находились только полдня. В обед Андрей привозил их на автобусе со школ, а вечером родители забирали детей домой. В социальной гостинице дети находились круглосуточно.

– Ясно, – Ася скривила губы, – Значит без Сосновского сегодня?

Она вздохнула.

Они с Маргаритой набросали план занятия и Рита ушла в учебный класс, а Ася осталась подготовить материал для диагностики. Сегодня ей нужно было протестировать новенькую девочку.

Дверь отворилась и вошёл Андрей. Он принёс приглашение на супервизию.

– Это вам с Марго. Посмотрите потом.

– Да, спасибо.

Андрей повернулся к двери.

– Андрей! – Ася остановила его.

– Что?

– Что ты думаешь про Сосновского?

– Хочешь моё мнение?

– Хочу.

– Там лишение, скорее всего будет, в детский дом его отправят.

Ася вздохнула и покивала.

– У него мать наркозависимая. И так-то с этого редко кто слезает, а там и предпосылок к этому нет никаких.

– Ну у него же отчим есть, он вроде ничего.

– Да, но они разбежались, похоже. Мать его ещё держалась пока с ним была, а теперь там у них опять, как в притоне.

– А отчим не возьмёт его?

– Да нет, ты же знаешь Сосновского со всеми его отягощающими. Не думаю, что отчим возьмёт его на свою голову. Он с ним возился, пока с матерью его был. Но это уже и не наша с тобой забота, гостиница этим займётся.

– И хорошо, что так.

Зачем она спрашивает? Андрей правильно сказал – Сосновский уже не их забота. А как не спросить? Он к ним три раза зачислялся, своим уже стал для всех. Да и было в нём что-то подкупающее, несмотря на все отягчающие.

Ничего хорошего в детском доме его не ждёт. Детский дом – не социальная гостиница, как у них в центре, куда детей помещают временно, пока не наладиться обстановка дома, где маленькие группы, условия приближены к домашним, где много персонала и, как правило, внимательные воспитатели. Хотя и в социальной гостинице с некоторых пор Ася не хотела бы работать. Она думала, что для неё это было бы слишком тяжело.

Ещё будучи студенткой, проводя исследование на преддипломной практике, Ася успела побывать в разных детских домах Санкт-Петербурга. В большинстве своём это были огромные трех-четырех-этажные помещения по типу школ с безликими коридорами и комнатами. А воспитателями там были хамоватые тётки предпенсионного возраста, непонятно зачем вообще здесь работающие. Конечно, это только общий образ, который вставал перед Асиными глазами, когда она думала про детские дома вообще.

Была она в детском доме, где в комнатах поклеены обои, а в рекреации стоит мягкая мебель и ковры и персонал соответствующий. Видела она и воспитателей, которые отнюдь не равнодушны. Все относительно.

Но все равно, интернатное учреждение, рассчитанное на большую наполняемость и со строгим режимом нещадно калечит психику. Больше везёт тем детям, которые умеют прибиться к взрослым, найти «своего» воспитателя. У них больше шанса выплыть во взрослой жизни.

Кто-то привязывается к группе сверстников и так выживает. Но группы эти часто носят криминальную направленность, что, соответственно, несёт свои риски.

Социальные службы, по-идее, должны работать на сохранение семьи. Но что делать, если сохранять особо нечего? Вот и приходится выбирать из двух зол меньшее.

Сколько у них детей, которых берут под опеку бабушки. Сосновскому не повезло, у него такой бабушки нет.

Глава 6. Соня.

Сегодня Рома был дома, он сам забрал Тему из садика и Ася могла задержаться после работы. Она стояла у метро и ждала Соню. С Соней они познакомились на прошлой ещё её работе и до сих пор дружили. Она вела театральный кружок для детей и подростков и подрабатывала в общественной организации, где тоже вела театральную деятельность для детей.

У Сони была девочка, четыре годика. Хорошенькая до невозможности! Очень на Соню похожая. Но она совсем ничего не говорила, врачи ставили моторную алалию и если дальше дело не сдвинулось бы, ей грозила только школа для умственно отсталых. Соня без конца с Дашей возюкалась, и платьица ей покупала и бантики заплетала в косы. Дашка как куколка всегда была одета. А Даша только смотрела по сторонам своими большими внимательными глазками и все время лепетала что-то по-своему, да заливалась иногда ни с того ни с сего очень заразительным смехом.

Соня растила Дашку одна. Со своим гражданским мужем они давно уже разъехались. Правда ей часто помогала младшая сестра Таня, у которой своих детей ещё не было и с которой они жили вместе. Тане было 33, а Соне – 36.

Мать Сони и Тани ещё несколько лет назад перебралась к своему сожителю, чему Соня была очень рада, поскольку она часто выпивала. И теперь Соня с матерью общалась крайне редко.

Сонина подработка была тут недалеко, на соседней станции метро и им удобно было встретиться после работы. Здесь у них уже было «своё» кафе уютное и дешёвое. Они сели пить чай с какими-то пирогами, делились новостями про детей, про работу. Соня рассказала ей новую байку о своих любовных похождениях.

Она никак не могла устроить свою личную жизнь и только время от времени ходила на свидания, которые иной раз перерастали в нечто большее, но ненадолго, пока она вновь не разочаровывалась в отношениях.

– Да где они, настоящие мужики-то? Одни придурки вокруг! – пожаловалась она и вдруг остановилась, – Не, ну у тебя-то Ромка нормальный… Смотри, а то уведут ещё.

– Он что, собачка, что ли?! – возмутилась Ася, – взрослый мужик, своя голова на плечах есть. Не захочет, никто его никуда не уведёт.

– Да у мужчин мозг временами немного в другом месте, а потом семьи рушатся.

– Не очень-то ты любишь мужчин, -заметила Ася.

– Мне от них досталось порядком, начиная с отца, – сухо ответила Соня.

Ася вздохнула.

Глава 7. Развод.

В выходные она с Темой поехала гулять в парк. День был солнечным и тёплым для конца сентября. Они собирали листья, вспоминали названия деревьев, кормили белочек.

Рома остался дома, не поехал с ними. Ася смотрела на гуляющие по парку пары. А они с Ромой давно уже никуда не ходили вместе. Рома не любил выбираться из дома и последние их прогулки заканчивались ссорами. Ася больше не звала его с собой.

Разве же они в браке, если она заглядывается на эти парочки, словно одинокая женщина? И штамп в паспорте и кольцо на пальце ничего не значат.

Они вернулись домой только к вечеру и после ужина, как обычно, Рома пошёл укладывать Тему спать. А Ася села на диван и глубоко задумалась. Решение к ней пришло внезапно и вполне определённо.

Когда Рома пришёл сообщить ей, что Тема заснул, она задержала его.

– Я хочу с тобой поговорить.

Рома зашёл в комнату и сёл на стул рядом.

– Может, нам нужно развестись? – она подняла на него глаза.

– Ты, действительно, этого хочешь? – спросил он немного помолчав.

– Да, хочу.

– Ты хорошо подумала?

– Нет, я не думала особо. Но я хочу развестись.

– Хорошо, давай разведемся, если ты хочешь.

Повисла пауза. Они оба молчали и в этом молчании крепла Асина уверенность. За столько лет они достаточно научились понимать друг друга.

А дальше они просто договорились о том, как и когда они разъедутся и как Рома будет общаться с Темой. Все оказалось быстро и просто. Они оба давно были к этому готовы, стоило только озвучить.

Ночью Асе не спалось, она думала про Соню и то, что она говорила о мужчинах. А какие у неё шансы найти эту мифическую любовь? Но и продолжать жить дальше так, как она жила, Ася больше не могла. Лучше уж она останется одна, так и то будет честнее, чем сохранять иллюзию того, что они в браке. Ей все сложнее было переносить Ромино отчуждение и вспышки его раздражительности.

Нет, она должна хотя бы попробовать на свой страх и риск. Иначе она чувствовала себя загнанной в какую-то ловушку, из которой нет выхода.

Утром она проснулась с чувством беспокойства и тоски. Погруженная в свои мысли она разбудила и отправила Тему в сад. А потом вернулась, села завтракать.

Что она делает? Они полжизни вместе, у них ребёнок. Ася уронила лицо в ладони. Она даже и не думала, не анализировала все до конца, просто решила в один момент на эмоциональном порыве. Но если начать обо всём этом думать, она надолго тут застрянет.

А Рома согласился на развод так легко, без пререканий. Это тоже о многом говорит. Значит, не только для неё их отношения изжили себя. Значит, все правильно. Нужно только набраться смелости, зажмурить глаза и сделать этот шаг. А потом она выплывет. Будет что-то новое в её жизни.

Вечером после работы они втроём были на кухне. Рома чистил картошку. Асе захотелось, она подошла и села Роме на колени, обняла его, уткнулась лицом в его шею. С ним было тепло, и уютно, и грустно. Грустно, что они расстаются.

Рома стал ей как родственник, ей сложно было представить, что вот он уедет, а она останется тут без него. Ася была привязчива. Она редко подпускала кого-то близко к себе и долго привыкала к людям, но, если уж кого-то пускала в своё святая святых, то прикипала к нему всем сердцем, прирастала. И ей было трудно расставаться и менять что-то в отношениях.

Они готовили что-то и говорили, как и всегда, как будто и не предстояло им скоро развестись. Но оба знали, что предстояло.

И Асе становилось легче. Никто же не умирает, Рома не исчезнет из её жизни внезапно и навсегда. Он останется отцом её ребёнка, у них будут общие заботы. Просто они не будут больше супругами. Но пара десятков лет её жизни, которые они провели вместе, никуда не исчезнет бесследно.

Глава 8. Тётя Катя.

Рома ещё спал. Она подошла и легла рядом с ним. Свернулась калачиком и поцеловала его в щеку, положила голову ему на грудь. Рома не возражал и ничего ей и не говорил.

У него было несколько выходных перед командировкой и сегодня, пока Тема в садике, он собирался собрать вещи и съехать, а на выходных забрать Тему в гости к бабушке. Они пока ничего не стали ему ни говорить, ни объяснять. Успеется. Тема привык, что папа часто уезжает в командировки.

А Ася тоже была выходная. Иногда у неё случались выходные на неделе. Она решила оставить Рому собирать вещи и сходить на кладбище, на могилу к тёте Кати. Ася делала это почти каждый год.

Она почему-то любила бывать на кладбище. Смерть и конец жизни сами по себе не казались ей чем-то ужасным, казались таинством и переходом в другой, лучший мир, не концом всему, а только началом. Началом чего-то неизведанного и большего. Среди мёртвых ей было спокойно, словно среди своих. Но Ася сейчас была живой и ей предстояло многое ещё пережить в этой жизни и она вовсе не собиралась от этого отказываться. Она была здесь и хотела быть здесь. А пелена смерти – словно возвращение домой, к чему-то родному и привычному. Она ждала её, но не сейчас, нескоро ещё… Тут так много ещё интересного. Тут. Может, оттого она так остро чувствовала жизнь, так хотела прожить её полнее и по-настоящему, что всегда смутно догадывалась, скорее не понимала, а чувствовала, что будет дальше, после смерти.

Был сентябрьский пасмурный день. На кладбище было почти пусто. Листва на деревьях уже пожелтела и покраснела, а на дороге застыли лужи.

Ася не стала покупать цветы, по дороге она набрала полевых. Она почти всегда так делала. Нашла могилу и ещё раз прочитала имя и дату рождения и смерти, выгравированные на надгробной плите. Фотографии не было, её не стали делать, чтоб не испортилась.

– Это тебе, – тихонько прошептала Ася, кладя цветы на надгробие, – Вот, я пришла.

Ещё год назад, когда Ася сюда приходила присутствие здесь тёти Кати казалось ей живее, а теперь Асе чудилось, что она ушла куда-то совсем далеко и едва может замечать то, что происходит тут, среди живых.

– У меня не очень все, я развожусь, – и Ася почувствовала, как на глаза набежали слезы, – Но это ничего, ты не беспокойся за меня. Я справлюсь, я сильная, у меня все будет хорошо, вот увидишь. Ещё и замуж выйду. Может, и ребёнка ещё рожу. Я хочу. Хочу девочку.

Тема растет, у него все в порядке и с мамой мы не ссоримся теперь.

Ася прикоснулась ладонью к надгробной плите.

– А ты спи спокойно, пусть земля тебе будет пухом. Хорошо, что ты у меня была. Ты мне очень помогла. Я очень-очень тебя любила. И люблю.

Она впервые говорила это здесь, на кладбище. Как будто подводила какой-то итог, как будто бы прощалась.

– Я приду к тебе ещё, через год, расскажу, что у меня произошло, – И Асе показалось, словно тётя Катя где-то там, где «через год» совсем не понятно, словно она затерялась во времени и забвении, в вечности.

– Но для тебя, наверное, это время ничего не значит, – добавила она в унисон своим мыслям, – Ладно, я пойду.

Ей сложно было уходить, как будто, и правда, она была здесь с тётей Катей. Она оторвала ладонь от мраморной плиты и поднялась с колен, постояла ещё немного.

– Пока, – шепнула она, развернулась и пошла.

Глава 9. Клуб.

Вечером, когда она уложила Тему спать, её накрыло. Она проревелась, а когда немного успокоилась и пришла в себя, решила позвонить Соне.

– Привет, что случилось? – ответила Соня, вероятно, потому, что был уже одиннадцатый час.

– Я развожусь, – сообщила Ася. Соня молчала, – Эй, ты где?

– Я здесь. Пытаюсь переварить, – отозвалась Соня.

Ася рассказала ей все в подробностях. Она хотела позвать Соню на выходных к себе в гости, но Соня решила по-другому.

– Слушай, у тебя же Тему завтра Ромка забирает? Так?

– Да.

– Все, пойдём завтра танцевать!

– Сонь, да я, как варёная муха и глаза зареванные… – вяло протянула Ася, чувствуя, как тоска внутри подавляет её и отнимает все силы.

– Ничего глаза до завтра в порядок придут, выспишься опять же.

– Это если я за ночь ещё не постараюсь – улыбнулась Ася в трубку.

– Эй, не надо там стараться, не вздумай!

– Ну я не знаю, Сонь…

– Все, завтра мы идём! Да? Да, да и да! Я заеду за тобой завтра к четырём. Нормально? Успеешь?

Ася улыбалась:

– Успею, – она обожала Соню вот за это все. За то что с ней запросто можно было скинуть пару десяток лет и чудить чудеса.

– Урра! – почти прокричала Соня в трубку, – Давно у меня не было такой компании, – довольно добавила она.

***

– Ну что, сегодня отжигаем и пофиг на мужиков?! – воскликнула Соня, когда на завтра вечером они шли быстрым шагом по улице в сторону клуба.

Соня вдруг замедлила шаг, глядя на Асю, приоткрыв губы:

– Или не пофиг?

– Нет уж, сегодня я ни с кем знакомиться не собираюсь, успею ещё! – уверенно ответила Ася.

– Значит кутим! – обрадовалась Соня, – Гуляем до утра!

– Эй! – запротестовала Ася.

– Ладно, в крайнем случае, вызовем такси – и домой.

– Вот это другое дело.

Ася сто лет не танцевала, последний раз, наверное, на каком-то рабочем корпоративе. Это ещё до декрета было. Сколько же это лет назад?..

Они танцевали под какие-то попсовые песенки девяностых, которые здесь сегодня крутили. То, что ставили на дискотеках во времена её юности. Время идёт, а ничего вокруг не меняется. Подростки все так же слушают «Тату» и «Нас не догонят» и Шакира на танцполе все так же популярна… Что-то новое тоже ставят, да оно все о том же, все такое же.

А потом они плавно переместились в караоке и спели весь свой любимый репертуар. И без мужского внимания они, конечно, тоже не остались, куда ж без этого. А во втором часу обе они заскучали, взяли такси и вернулись к Асе.

– Не хочу больше ничего спиртного, давай чай, – предложила Ася, когда они вошли в квартиру.

– Ой, лучше, кофе, – попросила Соня.

– А кофе, пожалуй, и лучше, – согласилась Ася, – Я сварю сейчас.

Они устроились с кофе у журнального столика. Ася – в кресле, а Соня – на диване напротив.

– Хорошо, что ты меня сегодня вытащила, – устало и довольно улыбаясь, сказала Ася.

– Аська, да я же тоже давно уже так никуда не выбиралась, – С моей работой и Дашкой, каждая свободная минутка занята чем-то. Ещё иногда выбираю время на очередное свидание с сомнительным кавалером, – и Соня закатила глаза.

– И почему тебе так не везёт с мужчинами? – задумчиво спросила Ася, – Ты же хорошая, Сонь.

– Может, потому и не везёт, что хорошая, – предположила Соня, – Хотя ты тоже хорошая, но тебе везёт.

– Да, очень везёт! – возмутилась Ася, – Вероятно, именно поэтому я теперь и развожусь, потому что крупно повезло!

– Ну все равно, есть разница, – протянула Соня, облокачиваясь на диван. Её мелкие пшеничные кудряшки рассыпались по подушке.

– Какие у тебя красивые волосы, – улыбнулась Ася.

– Все моё богатство! – сообщила Соня, садясь и манерно накручивая кудряшки на палец, явно переигрывая.

Ася засмеялась:

– Сонь, ты чудо! – и она подсела к ней на диван, подбирая под себя ноги в своей любимой позе.

– Почему-то спать совсем не хочется, – зевнула Ася, – то есть хочется, физически, но у меня сейчас так много мыслей в голове, что я точно не засну.

– Посидим ещё, – предложила Соня, – Я тоже спать ещё не хочу.

– Да, давай.

Ася сделала глоток горячего кофе, глядя на Сонины кудряшки. Она поставила чашку на столик и невзначай провела рукой по Сониным волосам.

– Мягкие…

– Да, – Соня мечтательно улыбнулась.

– Была бы я мужчиной, носила бы тебя на руках. Ты, как девочка, ты, как маленькая. Защищать тебя надо и любить. Дураки они все, твои ухажеры.

– Да, я застряла где-то в детстве и никак оттуда не выберусь, – Соня сердито наклонила голову, – А мне уже давно даже не двадцать пять…

– Эй! Ты, надеюсь, не собираешься плакать? – тихонько спросила Ася, заметив, как Соня обмякла и наморщила нос. Но Соня именно что и собралась плакать. Она порывисто, как ребёнок, бросилась Асе на шею и разрыдалась, всхлипывая и уткнувшись ей в плечо. Ася гладила Соню по волосам и вспоминала тётю Катю, которая так часто успокаивала Асю в детстве. А у Сони своей тёти Кати не было. Вот она так и не повзрослела.

Наконец, Соня затихла, забралась с ногами на диван, утирая слезы.

– Сложно мне Ась, – пожаловалась она, – Я с Дашкой очень устаю. Не рассказываю просто всего. Устала я от больниц, от врачей, от реабилитации этой. На каких-то лекарствах она бешеной становится, скачет, кричит все время, тут ещё визжать стала, спит плохо.

Да ещё же каждый раз первое, что думает каждый новый специалист, что это педзапущенность. Знаешь, как обидно, когда ты столько бьешься, а результата нет. И, казалось бы, специалисты они должны знать, они же работают с коррекцией. Но многие не понимают. И каждый рассказывает тебе, что ты должна делать, рекомендации даёт. Я понимаю, это их работа. Я же тоже с детьми работаю. Только я давно сама кому угодно рекомендации могу дать, но у меня ни сил, ни времени порой не хватает, чтобы все это делать.

Ася слушала. Что она могла Соне сказать? Она никак не могла вылечить её девочку и притянуть за уши то, что не притягивается тоже. Соня и так вложилась в Дашку по полной. А сколько таких детишек вокруг. Ася все больше и больше видела их на улице, в общественных местах, на детских площадках. На работе ей достаточно приходилось иметь дело с коррекционными детьми, она насмотрелась на разные патологии развития. Когда ты видишь на улице ребёнка с искривленным лицом в инвалидной коляске и родителя, который с ним гуляет, ты не думаешь сколько за этим всем стоит боли и трудностей. Даже не догадываешься.

А сколько детей получают травмы или заболевают чем-то внезапно. И не только детей. Вот тётя Катя попала под машину. Шесть дней реанимации они ждали и надеялись, но она так и не выкорабкалась. Умерла не приходя в сознание. Она так хотела забеременеть, родить ребёнка, но не успела. Ей было примерно столько же, как Асе сейчас. Ася тогда твёрдо решила, что тоже будет психологом, как тётя Катя.

– Жизнь вообще штука сложная, временами страшная… – выдала Соня, как будто в продолжение Асиным мыслям.

– Да, – Ася тяжело и глубоко вздохнула.

Они посидели ещё немного, допили кофе, а потом их совсем сморило и они пошли стелить Соне диван и готовиться ко сну.

Глава 10. Девочки.

Ася возвращалась с работы. Она любила ходить пешком. На ходу ей хорошо думалось. Сейчас она вспоминала о девочках-подростках, которые сегодня весь день выясняли друг с другом отношения. Вспоминала, как они взахлёб рассказывали о несправедливости учителей и о том, как их достали одноклассники…

А потом Ася подумала про Соню, которая застряла где-то в детстве. А сама-то она далеко от неё ушла? Она сделала погромче музыку, так чтобы била по ушам. И что-то там внутри вместе с музыкой прыгало, как мячик, утрамбовывая всю боль, которую она сейчас чувствовала, и выколачивая из боли энергию и новые силы.

«Только скажи – дальше нас двое.

Только огни аэродрома.

Мы убежим – нас не догонят.

Дальше от них, дальше от дома.

Ночь-проводник, спрячь наши тени за облака,

За облаками – нас не найдут, нас не изменят.

Им не достать звезды руками!»

Дальше девочки истерично кричали о том, что их не догонят. Эта подростковая ранимость, прикрытая грубостью. И уже отчаянное желание заявить о себе а, вместе с тем, ломкость всего этого, отсутствие почвы под ногами. Как хорошо все это было ей знакомо и понятно.

Ася вспомнила фразу из фильма «О чем говорят мужчины», что «нет взрослых, а есть повзрослевшие мальчики и девочки». В каком- то смысле, так оно и есть. Для многих, во всяком случае.

Но больше всего из них троих постаралась Олеся. Ася улыбнулась. Это ж надо же было так влюбиться! Ася вспомнила, как Олеся беззастенчиво улыбалась и как сияли её глаза и подумала, что даже в чем-то ей завидует. Да ничего у них с этим мальчиком не будет. Ася была почти в этом уверенна. Олеся, конечно, горячая, но и волевая тоже. Здравый смысл возьмёт верх.

Среди знакомых Аси было два случая неравных браков, когда социальные педагоги выходили замуж за своих повзрослевших воспитанников. В одном случае разница в возрасте была в двенадцать лет, а в другом – в двадцать. В первом случае брак оказался вполне благополучным, они уже много лет были вместе и воспитывали двоих детей. Про второй Ася ничего толком не знала, знала только, что у них был ребёнок. Она прекрасно понимала, откуда ноги растут у всех этих историй. Все дело в детских травмах. Люди прибиваются друг к другу и вместе тянут то, что в одиночку тянуть слишком тяжело. Почему Олесе, дипломированному психологу, с опытом личной терапии, супервизии и несколькими годами успешной частной практики, так трудно совладать со своими эмоциями? Что там она вымещает на своих девочках? Может, боль от внутреннего одиночества и покинутости, которую каким-то образом приглушает этот её молоденький мальчик? Она слишком рано осталась без мамы. А сейчас, когда она сама стала мамой, эти переживания всплыли на поверхность.

Но почему-то Асе казалось, что все эти случаи с неравными браками не про Олесю. Не вписывалась она сюда в Асином сознании. Она слишком красива, слишком амбициозна. Переболеет и начнёт жизнь заново.

Глава 11. Андрей.

Она на работе так никому и не сказала, что собралась развестись. Андрей и Маргарита болтали и шутили о чём-то, а Ася сидела, погруженная в свои мысли.

– Ася Алексеевна, вы витаете где-то в облаках! Вернитесь скорее к нам на бренную землю! – потребовала Рита.

Ася попробовала сделать усилие и улыбнуться.

– Ася, что-то случилось? – спросил Андрей.

Она махнула рукой и вздохнула. Оба они посмотрели на неё озадаченно и ждали продолжения. Ася ещё раз вздохнула:

– Я развожусь.

Андрей и Марго переглянулись. Они оба, кажется, хотели, но не решались спросить у неё подробности.

– В ту пятницу Рома съехал. Ничего особенного у нас не случилось, просто отношения зашли в тупик и мы решили, что лучше всего развестись.

– Может, вы ещё передумаете? – аккуратно предположила Маргарита после непродолжительной паузы.

– А это вряд ли, я не думаю. Все это давно уже назрело.

Ася перевела разговор на другую тему, но и Рита и Андрей время от времени поглядывали на неё, видимо, осмысляя озвученную ею новость.

– А давайте загуляем куда-нибудь после работы, – предложил Андрей.

– Да я же не могу, Андрей, мне ребёнка из сада забирать. Это ты свободен, как ветер. Вон, бери Марго с собой, она может.

Рита промолчала.

– Да я за тебя переживаю, у Риты-то все хорошо. Правда, Марго?

– Правда, – с готовностью подтвердила та.

У Маргариты была восьмилетняя дочка Мира – небесное создание. Её родители жили в соседнем доме и с продленки Миру забирала бабушка.

– Вы лучше приходите в субботу ко мне в гости. Правда, Рита, с Мирой. Они с Темой поиграют.

– Хорошо, – негромко ответила Маргарита.

Ася посмотрела на Андрея.

– Да, – подтвердил он.

***

– И все равно, она перегибает, – настаивала Маргарита.

– Она педагог старой закалки. Что ты хочешь? Она должна перегибать, – возразил Андрей.

Ася рассеянно смотрела на них обоих и едва улавливала нить разговора. Она даже не могла сообразить, о ком они говорят. Вероятно, о ком-то из воспитателей…

Они сидели за столом, пили чай. Мира и Тема играли здесь же, на полу. Мира заселяла Темин город жителями.

– Ася, эй, ты где? – спросил Андрей, глядя на неё. Ася посмотрела ему в глаза и улыбнулась. В повисшей паузе они какое-то время смотрели друг на друга.

– Не знаю, далеко где-то, – рассеянно улыбаясь ему, сказала, наконец, Ася. Андрей ничего не ответил ей, только продолжал на неё смотреть.

А в понедельник за обедом Маргарита напомнила Асе эту сцену.

– Ты, знаешь, есть ли у Андрея девушка? – вдруг спросила она.

– Нет, не знаю, – удивилась Ася.

Почему Марго об этом спрашивает? У нее, вроде, с мужем все в порядке. Хотя она и не распространялась особо об их семейной жизни. Они говорили в основном о детях, а не о мужьях. Но Ася видела их семейные фотографии и они выглядели вполне счастливой парой, – Почему ты вдруг спрашиваешь?

Марго улыбнулась, угадав её мысли:

– Да я не для себя, я для тебя стараюсь. Это ты же у нас разводишься.

– Для меня? – Ася, казалось, удивилась ещё больше.

– А что? Ты не думала, почему Андрей никогда не рассказывает про свою личную жизнь?

– Ну мало ли. Мы тоже с тобой не часто о мужьях говорим. Мы же в основном о работе. У нас всегда тут есть о чем поговорить, вон страсти какие кипят.

– Да. Вы с ним тогда, в гостях у тебя, так друг на друга смотрели, как будто между вами что-то происходит.

– Что? – Ася пожала плечами, вспоминая тот разговор.

– Ну… Вы с ним, похоже, хорошо друг друга понимаете.

– Да, но с Ромой мы тоже хорошо друг друга понимаем, а мы с ним разводимся.

– А чего тебе в Роме не хватает?

Ася подумала немного, а потом улыбнулась:

– Любви мне не хватает. Близости. Мы с ним давно, как будто в параллельных вселенных существуем.

– А с Андреем?

– Я никогда о нём в этом смысле не думала.

– А ты подумай, – настаивала Маргарита. Энергии и напора ей было не занимать.

– А ты что, считаешь, он обо мне думает в этом смысле? – уточнила Ася.

– Думаю, что да.

Ася внимательно посмотрела на неё. Марго говорила слишком уверенно.

– Ты так думаешь или знаешь?

Рита посмотрела на свои лежащие на столе, сцепленные в замок руки:

– Думаю.

Ася не поверила ей. Наверняка, Андрей ей что-то сказал. Она на несколько секунд задержалась мыслями в этой точке. И остановила себя. Она потом об этом подумает.

Вечером дома она попробовала представить, что такое есть в Андрее, чего нет в Роме? Наверное, умение присутствовать рядом с ней и заботиться о её желаниях? Ася помотала головой. Нет, нет, нет…. Она не хочет думать об этом.

Ася заметила, что стала избегать общения с Андреем, между ними возникла какая-то неловкость. Она не знала наверняка права ли Маргарита и верны ли её догадки. А самое главное, она не понимала, что теперь ей с этими догадками делать.

А в четверг в начале рабочего дня Андрей зашёл в кабинет с цветами.

– Это тебе, – он протянул ей букет.

Ася молча взяла цветы и уставилась на них, не решаясь ответить что-то или посмотреть на Андрея. Ей почему-то захотелось плакать. Она отвернулась от него в поисках чего-нибудь, что могло бы заменить вазу.

Она нашла на подоконнике какую-то банку, налила в неё воды из чайника и поставила цветы. Эти простые действия позволили ей вернуться в привычное состояние.

– Спасибо, – сказала она, повернувшись и посмотрев, наконец, на Андрея.

Он смотрел на неё, как Асе показалось, немного испугано или растерянно, словно пытаясь что-то разглядеть в выражении её лица.

Андрей ничего больше ей не сказал, ушёл заниматься своей работой. И все же то, что он подарил ей цветы без всякого на то повода, расставило акценты на места.

Глава 12. Марий.

В пустоте, в темноте, похоже, в каком-то тёмном лесу она увидела неясные очертания человеческой фигуры. Фигура, словно притягивала её к себе и Ася сделала шаг навстречу:

– Кто ты?

– Марий. Помнишь меня?

Ася почти подскочила на кровати и проснулась. Марий?

Сердце её стучало так быстро, словно она только что совершила пробежку. Она была почему-то очень рада, что Марий ей приснился. Он словно напомнил о себе, чтобы никого не пустить на своё место в её сердце.

Но чему она радовалась? Она и сама не могла понять. Она же хотела построить какие-то новые отношения, но с кем? Не с Марием же, который существует, как некий мифический персонаж, в ее сознании. Нет, ей нужен реальный человек, который будет делить с ней эту жизнь. Например, Андрей.

Если она будет жить воспоминаниями о Марии, то тогда так и останется одна. Но, может, сейчас ей нужно быть одной? Может, ей просто нужно побыть одной? Может, все это для неё слишком быстро?

Хотя, возможно, есть и другие причины. Ася вспомнила, как Андрей смотрел на неё. Ей было хорошо, оттого, что он старался понять и поддержать её. В этом было много теплоты, участия, а, может, даже и любви. Но, когда они с Марием смотрели друг на друга, Асе казалось, что происходит какая-то магия, переворачивающая все её существо. Она соприкасалась с чем-то космически огромным. С чем-то, что было больше её и больше Мария, больше их влюблённости.

Поэтому Ася и не поняла того, что говорила ей Марго, об их с Андреем взглядах. По сравнению с тем, что когда-то происходило между ней и Марием, в их обмене взглядами с Андреем не было ничего особенного.

Глава 13. Вспомнить.

Асю всегда, ещё с подросткового возраста интересовала тема смерти, загробной жизни и как все это устроено. Как-то на даче, на чердаке она нашла книжку, где подробно описывались случаи, когда люди до мельчайших подробностей вспоминали свои прошлые жизни, вплоть до того, что знали чужую культуру, могли говорить на незнакомом им языке и узнавали незнакомые места.

Её завораживали случаи клинической смерти, когда люди описывали, как могли выйти из тела и наблюдать за собой и другими людьми со стороны.

Позже, когда она училась в университете, им рассказывали о случаях, когда люди под воздействием ЛСД (до некоторого времени ЛСД не считались наркотическими средствами и достаточно долго применялись учёными для исследования феноменов психики) вспоминали своё зачатие, рождение и свои прошлые жизни.

Все это имело лишь около научный характер и не было до конца исследовано. Но будоражило её воображение.

Ася любила читать художественные книги или смотреть фильмы на эту тему, но зачастую они её разочаровывали. Ей казалось, что это все неправильно, что все не так. Она не находила в них ответа на свои вопросы.

А что она хотела узнать? Она и сама толком не понимала. Как будто бы внутри у неё был уже правильный ответ, но она его забыла. Как будто бы ей просто нужно было вспомнить…

Глава 14. День рождения.

– Простите, вы не подскажите, где здесь кассы? Я, кажется заблудился, – окликнул её мужской голос.

Ася обернулась:

– Там, – она указала в сторону касс.

Она посмотрела на этого мужчину, а он посмотрел на неё. И что-то в нём показалось ей до боли знакомым. Её дыхание непроизвольно стало глубже и она не отводила от него взгляда. Да нет, ей только кажется… Но он тоже смотрел на неё, словно пристально изучая.

– Ася, я жду тебя на кассе! – крикнула ей Соня откуда-то из-за стеллажа.

– Хорошо!

– Ася?

Она снова посмотрела на него. Он улыбался.

– Марий?

– Да.

Ася поднесла руку к губам, улыбаясь ему.

– Да не может быть! Я думала, мне показалось. Марий! Мы только недавно с Ларой о тебе вспоминали.

– Вы общаетесь с Ларой?

– Да, мы дружим.

– А на кассе кто тебя ждёт?

– Да нет, это Соня. Ты её не знаешь. Ты куда сейчас?

– Мне ещё кучу всего надо купить.

– Чего же ты спрашивал о кассах?

– А чтоб знать.

– И нам с Соней нужно идти. Может, созвонимся, встретимся потом?

– Да, давай!

Они обменялись телефонами.

– Вот Лара удивится! – улыбаясь сообщила Ася.

Он посмотрел на неё:

– Рад был тебя увидеть.

– Я тоже.

– Я позвоню.

Ася кивнула. Они попрощались.

Сегодня был Асин день рождения. Она взяла выходной и они с Соней хотели приготовить стол. А к вечеру она заберёт Тему из сада и к ним приедет Лара с детьми.

Они резали салаты и сервировали стол. Соня что-то без конца щебетала, Ася отвечала ей и думала про Мария. Они не нашли его в Контакте, он ей только недавно приснился и кто бы мог ожидать, что она встретит его просто так, случайно в магазине около своего дома именно сейчас. Это казалось ей невероятным и все же это была правда. Марий, которого она уже записала в персонажи фантазийные и несуществующие, вдруг появился перед ней вживую. Они смогут увидеться и пообщаться. От этой мысли ей становилось легко и весело, словно ребёнку, которому пообещали, что завтра он пойдёт на аттракционы. Она думала, что не узнаёт его, но узнала. И он её – тоже.

Когда приехала Лара, Ася еле дождалась момента, когда они сели за стол и выложила ей:

– Лара, ты знаешь, кого я сегодня видела?

– Кого?

– Мария!

– Мария?! Где?

– Здесь, у нас в магазине.

– Правда? И что, вы узнали друг друга?

– Да. Я не была уверенна, но Соня позвала меня по имени и Марий меня узнал.

– Ты мне ничего не сказала! – обиделась Соня.

– Не обижайся, Сонь. Ты все равно его не знаешь.

– А кто это?

– Мы в детстве были знакомы, в санатории, где вместе с Ларой были, и много лет не виделись.

– Мы договорились, что созвонимся и встретимся. Ты же хочешь его увидеть? – спросила Ася уже у Лары.

– Конечно, хочу! Чего ты спрашиваешь?

Вечером Марий написал Асе смс: «Я завтра позвоню тебе». «Я рассказала Ларе, она тоже хочет тебя увидеть», – ответила Ася.

Глава 15. Встреча.

Марий позвонил и они договорились встретиться через день, в воскресенье, когда могли они все трое, в кафе у метро.

– А как Тим? – спросила Ася. Тим был младшим братом Мария.

– Мы с ним мало общаемся.

– Почему?

– Мы в ссоре.

– Не позовешь его с нами?

– Нет.

– Ну ладно… Марий, это так странно и неожиданно, что мы встретились…

Марий молчал.

– Почему ты молчишь?

– Я не знаю, что тебе сказать на это. Я рад, что мы встретились.

– Да. Я тоже, – Ася немного помолчала, – Значит, увидимся?

– Да. До встречи. Пока.

– Пока.

***

Ася и Марий встретились у метро. Они ждали Лару. Лара опаздывала. Ася поглядела на часы. Уже на пять минут.

– Дай, я её наберу… – решила Ася, – Лара, ты где? Мы ждём тебя… – Ася убрала телефон и поглядела на Мария, – Она в пробке. Пойдём в кафе, она подойдёт.

И они пошли. Они пытались определить, где кафе, сверялись с картой. Оба они ни разу там не были. Ася слушала голос Мария, замечала его движения и сердце её защемило от узнавания. Ей вдруг стало легко и свободно. Он есть и пусть он просто идёт рядом с ней. Ей этого вполне достаточно.

Наконец, они добрались до кафе, сели за какой-то столик и не торопясь сделали заказ.

Ася заметила у Мария на пальце обручальное кольцо. И подумала, что и сама до сих пор носит кольцо. Она так и не сняла его. Но она ещё и не развелась…

– Ты женат?

– Да, – подтвердил он не глядя на неё, – А ты?

– А я? А я развожусь сейчас… Полжизни вместе и у нас сын, Тема. Пять лет. А у тебя дети есть?

– Да. Дочка, Карина. Ей тринадцать.

Ася взглянула на него с любопытством. Дочка. Интересно, какой Марий отец? Но Марий не смотрел на неё.

Появилась Лара, сияя своей улыбкой и распространяя сладковатый запах парфюма.

– Привет! – воскликнула она, подсаживаясь к ним за столик.

Они вспоминали какие-то моменты того лета, которое провели вместе, ребят, с которыми дружили, смеялись.

– А Катарина Сергеевна? – спросил Марий у Аси, имея в виду тётю Катю.

– Тётю Катю сбила машина, давно ещё, когда мне было шестнадцать.

Марий пристально и серьёзно посмотрел на Асю:

– Ты очень похожа на неё.

– Да, я знаю… – тихонько ответила она. Ася вдруг почувствовала себя, как тогда, в свои двенадцать лет. Она смотрела Марию в глаза и исчезала куда-то.

– А Тим? Почему он сегодня не с нами? – спросила Лара.

– Потому что не думаю, что вам было бы приятно сидеть с нами за одним столом, – раздражённо ответил Марий, – Мы месяцами не общаемся, а когда общаемся, ругаемся.

– Ладно, я поняла, – ответила Ася, улыбаясь Марию.

– Что ты поняла? – уточнил он.

– Что Тима с нами не будет.

– Да, не будет, – подтвердил Марий.

– Жаль, времени уже много, – сообщила Лара, глядя на часы, – Мне нужно домой, – с сожалением добавила она, – Ну, надеюсь, это не последняя наша встреча.

Ася и Марий согласились, что не последняя и тоже засобирались домой.

Глава 16. Звонок.

Она проснулась, засунула руки под подушку и прижала её к щеке, устраиваясь по-удобней под одеялом. Она находилась во власти счастья, нежности и спокойствия, которые были во сне.

Это был какой-то коротенький обрывок сна, какие бывают под утро. Ей приснился Марий и он сказал ей:

– Ася, ты мне нужна.

Ну вот, теперь ей и сны про Мария снятся… Хорошо хоть не эротические, а то она вообще не знала бы, как с ним общаться.

Это было утро понедельника. Будильник ещё не прозвонил, но Ася полагала, что скоро зазвонит. А пока она могла немного поваляться в постели.

Вчера они виделись с Марием, а сегодня ей предстояло идти на работу и увидеть там Андрея.

Ася однозначно знала, к кому ее неудержимо тянет, а кто всего лишь утешительный приз.

Марий. Мария она любит. Мария, а не Андрея. Мария, у которого жена и дочка и который никак не показал какой-либо заинтересованности в ней, кроме их детского знакомства.

Но она и шага не сделает, она и пальцем не пошевелит, чтобы хоть как-то показать свои чувства. Не будет она вмешиваться в чужую семью. Между ними была просто какая-то детская влюблённость, о которой за столько лет Марий, вероятно, давно уже забыл.

Она будет с Андреем. Андрей её любит, да и она, похоже, тоже любит его. Не так, как Мария, но все же любит.

Ей нужно от Мария нечто совсем другое. Она хотела поговорить с ним о тех своих детских ощущениях, о потустороннем мире. Но она не знала, как ей быть. Марий женат и, если она позвонит и предложит ему встретиться один на один, это будет выглядеть, как минимум, двусмысленно.

Пусть Марий не поймёт её и посмотрит, как на дуру, но она не хотела вмешивать в эту историю кого-то ещё, даже Лару. Это была её тайна. Да и по телефону говорить о таких вещах было бы глупо.

Она так и не придумала какого-то выхода, осталась с этими мыслями. А когда пришла на работу, зазвонил ее телефон. Ася взглянула на экран – «Марий». Почему он ей звонит? Теперь Асе стало совестно перед Андреем. Может, потому что она была на работе и Андрей был где-то рядом? Но, в конце концов, у них ничего ещё нет и она ничего ещё ему не обещала.

Ася взяла трубку:

– Але…

– Ася? – услышала она голос Мария.

– Да, привет, Марий.

– Мы можем с тобой сегодня встретиться?

– Можем.

О чем она? А как же Тема?

– Только у меня ребёнок…

– Я заеду к тебе вечером, часов в восемь.

– Хорошо.

– Скинь мне адрес.

– Ладно.

– Тогда, до вечера.

– До вечера, – и Ася повесила трубку.

Сердце её учащено билось в груди. Что это было? Почему она ничего у него не спросила? Судя по интонациям его голоса, Асе казалось, да нет, она была уверенна, что он тоже хочет о чём-то с ней поговорить. Ну хорошо, подождём вечера. Она написала ему адрес.

Глава 17 Нетелефонный разговор.

Когда Марий приехал, Ася с Темой уже успели поужинать. Ася представила их друг другу и присела перед Темой на корточки, держа в руках его маленькие ладошки.

– Котёнок, маме нужно поговорить, ты пока поиграй, а потом мы пойдём читать книжку.

– Про Муми-троллей?

– Да, про Муми-троллей, – улыбнулась Ася. Она взяла его за руку и отвела в комнату, – Во что ты будешь играть?

– В конструктор.

– Хорошо.

И Ася вернулась к Марию, они пошли на кухню.

– Я даже не спросила тебя, зачем ты хочешь встретиться, – засмеялась Ася. Она поставила чайник на плиту и достала чашки.

– Что ты будешь? Чай, кофе?

– Чай.

– Ты, наверно, хотел о чём-то поговорить?

Ася вдруг осознала – как она хотела говорить с Марием обо всем, что её интересовало, и не говорить ему о своей любви? Как она себе это представляла? Но она особо не успела об этом подумать, Марий ей позвонил. Или, что, она ему скажет: «Знаешь, Марий, мне кажется, что у меня есть какая-то связь с миром мёртвых и у тебя, наверно, тоже…» Звучит, как полный бред. Асе стало смешно.

– Чего ты? – спросил Марий, видя, как она смеётся.

– Нет, просто до того, как ты позвонил, я сама хотела с тобой поговорить. Но это звучит очень странно, ты точно подумаешь, что я чокнулась!

– Ну говори, раз уж начала.

– Мне кажется, что во всём, что у меня с тобой связано, есть какая-то мистика. И я очень странно себя рядом с тобой чувствую.

Он довольно улыбнулся, подзадоривая её:

– Как?

Ася смущённо спрятала глаза и засмеялась. Потом посмотрела на него:

– Не знаю, просто странно. Я так обычно себя ни с кем не чувствую. А ты о чем хотел поговорить?

– О тебе. И о мистике.

Ася недоверчиво посмотрела на него.

– Да правда, это тоже, – он вздохнул, – Я просто хотел тебя увидеть. Ася, нет никаких глобальных причин…

Она немного помолчала.

– А что ты думаешь о мистике?

После паузы, в которой, очевидно, он думал, Марий сказал:

– Ты мне снишься, с самого детства. И, может, я понимаю, о чем ты, когда ты говоришь, что странно себя чувствуешь со мной…

Ася совсем замолчала.

– И ты не поверишь, – вдруг сказал он, – я вообще не понял, как оказался в этом магазине. Я в другом районе живу. Собирался ехать туда, куда обычно езжу, слушал радио, задумался и навигатор меня сюда привёз. Я только потом сообразил, что приехал куда-то не туда… И ты говоришь – странно, что мы встретились. Вообще странно…

Они сидели за столом, склонившись друг к другу. Воздух между ними был словно наэлектризован и неизвестно, чем бы закончился их разговор, но в кухню вошёл Тема.

– Мама, я устал играть. Когда мы пойдём читать? – он подошёл к Асе и залез ей на колени. Ася поцеловала его в щеку и поглядела на часы. Было уже начало десятого, не удивительно, что Тема устал, ему уже пора спать.

– Скоро, зайка. Хочешь пока съесть яблочко?

– Да.

– На, только пойди помой.

Тема пошёл мыть яблоко.

– Мне нужно укладывать его спать, – сказала Ася Марию.

– Да, я понял. Во сколько ты завтра заканчиваешь работу? Я бы подъехал. Я не все успел тебе сказать.

– В шесть, только мне – в садик, Тему забирать.

– Ничего, успеем поговорить.

Она молча написала ему адрес работы и отдала бумажку. Ася была только рада, что завтра снова его увидит. Она бы хотела видеть его каждый день и не один час, как сегодня, а много часов подряд. И ей вовсе не хотелось думать, почему все так и что все это значит. Пусть будет так, как есть.

***

На следующий день вечером они встретились недалеко от её работы.

– Привет! – сказала Ася, подходя к нему.

Марий ничего ей не ответил. Посмотрел на неё, наклонился и поцеловал.

– Ася, я хочу, чтобы ты была со мной.

– Но у тебя же есть жена.

– У тебя тоже есть муж и вы даже ещё не развелись.

– Но мы разводимся.

– А что ты знаешь обо мне и о моей жене? – он взял её обеими руками за талию и прислонил к себе, – Ася, я тебя люблю и у меня было достаточно времени, чтобы понять это.

Но Ася уже почти не слышала его слов, она закрыла глаза и сглотнула слюну.

Ей нужно было забирать Тему из сада, она, кажется, уже опаздывала.

Марий наклонился к её уху.

– Ты можешь в субботу куда-то деть ребёнка?

– Если только к маме отвезти.

– Давай отвезем.

– Хорошо.

Они закончили диалог поцелуем.

– Ты опаздываешь?

– Да, кажется.

– У меня тут машина, давай подвезу.

– Давай.

В субботу они отвезли Тему к бабушке и вернулись в Асину квартиру. Больше ничто им не мешало быть друг к другу так близко, как им того хотелось.

***

Они лежали в постели и тёмные Асины волосы рассыпались по яркой цветастой подушке. Она взяла его руку, вертела её, чертила что-то на ней пальцем, а потом поцеловала ладонь. Ася повернулась на живот и посмотрела на Мария:

– Марий, мне совсем не хочется оказаться в дурацком положении. Скажи мне, что ты намерен делать со своей жизнью?

– Жить её рядом с тобой. Я хочу переехать к тебе и подать на развод, – он посмотрел на неё, – Если ты не против, конечно.

– Я не против, – ответила Ася, серьёзно глядя ему в глаза, – Марий, Марий, я тебя люблю! – продолжила она легонько ударяя ладонью по его груди, – Ты сейчас уедешь, а я? А мне что делать?

Марий посмотрел на неё:

– А хочешь, я никуда не уеду? Останусь тут до завтра?

– Хочу.

– Только твой ребёнок.

– А я сейчас позвоню и попрошу маму, чтоб он остался у неё. Я её редко прошу.

– Позвони.

Ася собралась пойти за телефоном.

– Ася! – он притянул её к себе, возвращая обратно в постель и отпустил только через несколько минут.

Ася позвонила и вернулась.

– А что ты скажешь своей жене? – спросила она.

– Забудь про мою жену, это вообще не твоя забота. Я с ней поговорю и перееду к тебе. Договорились?

– Да, – послушно согласилась Ася.

В воскресенье они вернули Тему и Марий уехал. Во вторник он должен был приехать к ней, с вещами.

Марий решил забрать её себе и у него получилось это легко и быстро. Потому что она всегда была его.

Но Ася пребывала в растерянности. Тема, который ещё до конца не понял, куда делся папа и которому надо будет как-то объяснить, почему с ними теперь какой-то незнакомый дядя. Как он с этим справится? Как он будет реагировать? Как он примет Мария?

Рома, которому нужно тоже все рассказать. И Андрей, с которым она будет видеться и общаться почти каждый день, который не в курсе того, что происходит в её личной жизни и, наверное, на что-то надеется. С ним тоже нужно как-то все прояснить.

Все это взвалилось на нее в одночасье. Можно было бы по-другому. Можно было бы медленней и постепенней. Можно, да нельзя. У них с Марием по-другому не получилось бы.

Но сейчас по-настоящему важны для неё только Тема и Марий, остальные и сами позаботятся о себе. Она сбросила с себя этот груз и ей стало значительно легче.

Глава 18. Мистика.

Во вторник вечером Марий приехал. Он стоял перед ней на пороге немного растерянно, она тоже, кажется, испуганно смотрела на него, привыкая к мысли, что вот теперь он будет здесь, с ней. А потом она подошла к нему, обняла и поцеловала и все встало на свои места.

Неделя подходила к концу и все оказалось совсем не так трудно, как Ася боялась. Тема и Марий довольно быстро нашли общий язык. Ася объяснила Теме, что папа теперь будет жить с бабушкой, а Марий с ними. В силу возраста он ещё не очень понимал суть их взаимоотношений. Он принял Мария, как какой-то новый персонаж его вселенной. Если бы Рома не отсутствовал так долго в командировках, Тема адаптировался бы сложнее, но он привык, что папа редко бывает дома.

По телефону она поставила Рому в известность о тех изменениях, которые у них произошли и не стала вдаваться в подробности его реакции. Во всяком случае, вслух он ничего не сказал, принял новость, как нечто должное.

Она рассказала про Мария Маргарите.

– Когда он успел?! – с досадой воскликнула она, – Ася, а ты не боишься? Почему так быстро?

Ася помотала головой:

– Не боюсь. Я его люблю. И если я чем и рискую, то знаю, ради чего… – она помолчала и продолжила – Я не знаю, как быть с Андреем. Он ничего не говорил мне, но мне бы не хотелось, чтобы он на что-то надеялся.

– Я скажу ему, – пообещала Маргарита.

На днях ей предстояло встретиться с дочкой Мария. Они собирались вместе пойти гулять в парк. Но эта встреча почему-то совсем Асю не пугала.

За всеми изменениями она даже не рассказала о Марии никому из своих подруг. Знали только её родители. Ну ничего она ещё успеет.

Засыпать и просыпаться вместе с Марием, видеть его по вечерам и делить с ним быт оказалось легко и приятно. И сама жизнь стала для Аси лёгкой, почти невесомой, потому что она была счастлива.

***

Асе приснился сон, словно она пытается заглянуть куда-то в бездну, пытается понять что-то запретное, тайное и тут ударяет молния и происходит что-то ужасное, кто-то умирает.

Ася проснулась и открыла глаза. Она осмысляла свой сон. Это про потусторонний мир, про который она пытается понять и вспомнить. Не нужно этого делать. Может, вся эта мистика нужна была только для того, чтобы они с Марием были вместе? А теперь ей нужно просто обо всём забыть?

Она повернулась к Марию и легонько провела пальцем по его щеке и волосам.

– Марий, Марий… – позвала она шёпотом.

– А..? – сквозь сон отозвался Марий.

– Марий, – снова позвала она.

– Что?

– Может, вся эта мистика была нужна, чтобы мы с тобой встретились?

Он нашёл её рукой под одеялом, притянул к себе и поцеловал:

– Конечно. А ты в этом сомневалась?

Часть вторая. О жизни и смерти.

Глава 1. Наставница.

Архангел Лилия сидела в своей комнате в мягком бархатистом кресле, уютно облокотившись на подушки. Напряжённый день подходил к концу, а она ожидала визита. С минуты на минуту к ней должна была заглянуть переродительница и распределительница душ и её подруга Архангел Роза. Им нужно было обсудить текущие дела.

Сама Лилия уже долгое время была наставницей. Она обучала ангелов. Она должна была увидеть и раскрыть их особенности, дать алмазам огранку, чтобы они засияли. В этом и была суть её миссии.

Сейчас под её началом была четвёрка малышей и трое ангелов постарше.

Четверо младших ангелов – Рей, Дон, Златовласка и Алана – сейчас играли в саду. За ними присматривали старшие – Лис, Кэтрин и Барбарис.

Алана была её любимицей. Тихая, внимательная, загадочная и мечтательная девочка с большими чёрными глазами и тёмными волосами до плеч.

Златовласка – сама нежность. Её золотистые волосы струились и растекались, обволакивая её всю, и была она худенькой и легкой, почти невесомой.

Ангелы обычно красивы, но Дон не имел ангельской внешности. Он был неприметным светло-русым мальчишкой с карими глазами. И Лилия думала, что это тоже было его особенностью – неброскость. Дон был серьёзным, педантичным, упрямым, вдумчивым, своенравным, но в то же время, спокойным.

Ему нравилась Златовласка и он быстро взял над ней шефство. Златовласка следовала за ним, как тень и во всём соглашалась с ним.

И Рей – худенький черноволосый мальчишка. Быстрый, верткий и ловкий, смешливый, любопытный и смышленый. Он один из них четверых был самым шумным и непоседливым.

Старшие ангелы росли и менялись у неё на глазах. У ангелов не было возраста, как такового. Души тех ангелов, которые попадали к Лилии, чаще всего перерождала Роза. Она, как и другие переродительницы, встречала души умерших людей, которых направили на небеса, и решала, вернуть ли их обратно на Землю или переродить в ангелы. У ангелов было лишь две возрастных градации – малыши, которые выглядели, как дошкольники, и взрослые ангелы, которые внешне больше походили на подростков.

В нынешней тройке ангелов у Лилии была Кэтрин – кареглазая брюнетка с локонами до плеч и очаровательной, открытой улыбкой. Рыжеволосая и веснушчатая Лис с серо-голубыми глазами. И Барбарис с классической внешностью ангела – довольно упитанный, с длинными белокурыми локонами, пухлыми щеками и губами.

Сама Лилия – голубоглазая блондинка. Она была очень хорошенькой, будучи ангелом, но после черты её лица утратили детскость, а вместе с тем и часть очарования. Однако внешность ее осталась приятной, а утрата обворожительности придавала её облику больше внушительности и располагала к доверию. Идеальное сочетание для наставницы.

Раздался звонок дверного колокольчика.

– Войдите, открыто, – сказала Лилия. Дверь растворилась и вошла распределительница душ Роза. Высокая, стройная и утончённая с густыми и длинными, до колен, тёмными волосами, большими серыми глазами, чувственными губами и плавными, округлыми чертами лица, она была воплощением женственности.

– Здравствуй, Лилия, – Роза села в кресло напротив подруги без приглашения – она была здесь своя.

– Я ждала тебя, – отозвалась Лилия.

– Что у тебя есть мне рассказать? – осведомилась Роза, – Как поживают наши подопечные?

– Я пока только приглядываюсь к младшей группе. Они интересные. Четвёрки обычно распределяются по парам. Так ведь? – Лилия помнила по своему опыту, что так оно и было. Пары могли быть разнополыми или однополыми, это не имело большого значения. Иногда в четвёрках образовывались тройки и кто-то один оставался в изоляции. Не самый благоприятный сценарий. Тогда четвёрки чаще всего перераспределяли.

– Да, это характерно, – подтвердила Роза.

– Дон и Златовласка большую часть времени вместе. Они даже ходят за ручку. У них очень тесная связь друг с другом. Но Алана и Рей – каждый сам по себе. Они оба занимают позицию лидера, но и не соперничают друг с другом, потому что они слишком разные. Алана где-то глубоко в своём мире, она прекрасно знает, что и как надо делать и имеет сильно выраженный свой ритм, свою энергетику, поэтому стремится обособиться и больше наблюдать, лишь исподволь, ненавязчиво влияя на других.

А Рей – это беспрестанный фонтан идей, ему надо быть все время во взаимодействии с внешнем миром и ему нужны соратники, последователи.

– Но подожди, может, когда они чуть подрастут Алана и Рей прекрасно дополнят друг друга.

– Да, возможно, – согласилась Лилия, – Я думала об этом, но меня больше беспокоят ангелы.

– Что с ними?

– У них, у троих очень много энергии, они очень сплотились между собой, но они так похожи друг на друга, им скучно втроём, они никуда не движутся.

– Добавить к ним кого-нибудь?

– Да, я даже знаю, кого. Точнее, они сами его нашли. Они почти всё своё свободное время проводят с Юлианом.

– С Юлианом? – Роза задумалась.

– Что, есть проблема?

Роза махнула рукой:

– Нет… Это и хорошо и плохо. Хорошо, потому что тройку Юлиана я уже подумывала расформировывать. Мирей не может с Юлианом. Он не принимает его лидерства, он сам хочет быть главным. Но он и не соперничает с ним, он просто отдаляется и замыкается, копит агрессию и все больше отделяется от группы. Потому ещё, что там есть Корнелия. Я о ней как раз сейчас задумалась. Дело в том, что Корнелия в Юлиана влюблена. А Юлиан, он ангел, у него хорошо развита эмпатия. Он отвечает на её чувства, заражается ими. Ну и это его выбор тоже.

– Можно присоединить Юлиана вместе с Корнелией. А почему бы нет? Может, это расшевелит, наконец, мою тройку? А то они погрязли в своём болоте.

– Да, это вариант.

На этом они закончили свой вечерний разговор и разошлись.

Глава 2. Ангелы.

– Забудьте о плотских страстях и желаниях, о любви мужчины к женщине и женщины к мужчине, об алчности и прочих наслаждениях плоти, – прочитала Кэтрин, – Земные страсти нужно оставить на Земле, ангелам они только мешают.

Кэтрин взглянула на Лис и Барбариса:

– Вы оставили все земные страсти на Земле? – с притворной строгостью спросила она.

– Да, конечно! – быстро ответила Лис, вздернув свой маленький носик.

– А я не все, – довольно улыбнулся Барбарис, – иногда я вспоминаю запах ананасов и вкус жаренного цыплёнка с печеными яблоками, и…

– Ого! – удивилась Кэтрин, я совсем ничего такого не помню. А ты Лис?

– Я тоже. А как насчёт любви и страсти? – с любопытством поинтересовалась Лис.

– Нет, это мне совсем не интересно, – лениво отозвался Барбарис.

– А мне вот интересно… – переходя на шёпот поведала Лис.

Кэтрин искоса удивлённо и недоверчиво посмотрела на неё.

– Да нет, я не о себе! – отмахнулась Лис, – Я думала про Юлиана. Я говорила с Миреем и вот он сказал, что Корнелия в Юлиана влюблена. Вы знали это? Вы вообще-то знаете кто такая Корнелия?

– Я её помню, мы были вместе на каких-то занятиях. Она из тройки Юлиана и Мирея, – задумчиво ответила Кэтрин, – Я не знала, что она влюблена. А Юлиан?

– Про Юлиана Мирей мне ничего не сказал.

– Моя сестра Собрина говорит, – вставил Барбарис в тон Кэтрин, – что некоторые ангелы помнят о том, как любили на Земле, и поэтому влюбляются. Ангелы-хранители часто влюбляются в людей…

– Да, я знаю эту историю, когда девушка-ангел влюбилась в Архангела, – с энтузиазмом продолжила Лис, – Вот интересно, что с ними стало потом?

– А мне интересно про Корнелию и Юлиана… – задумчиво протянула Кэтрин.

– Я не знал про них ничего, – заметил Барбарис.

– Про них-то мы узнаем ещё, – пообещала Лис.

– Ладно! Давайте дальше. Надо закончить с этим, – Кэтрин вернулась к книге, которую читала. Лис и Барбарис вздохнули.

– Союз двух разнополых ангелов должен быть чистым союзом мужского и женского начал без примеси чувственных и телесных влечений, – устало прочла Кэтрин.

Они втроём сидели на траве в окружении розовых кустов и садовых деревьев и где-то рядом, теряясь и прячась в низинках, журчал ручей.

По утрам ангелы бывали на учёбе. Тогда их небольшие группки из трех-пяти ангелов соединяли в общий класс. Иногда на учёбе им давали задания. Сегодня нужно было изучить несколько глав в книге, чем они и занимались.

Кроме учёбы у ангелов были свои каждодневные обязанности, как правило, уход за садом и огородом и присмотр за младшими и задания, которые давала им наставница. Вечерами они были свободны и могли распоряжаться своим временем, как хотели. На ночь ангелы уходили домой, в свою семью.

В семьях ангелов не было родителей, были только братья и сестры. Некоторые из них были ещё малышами или ангелами, а некоторые – Архангелами.

– Завтра я хочу сходить в хранилище книг и найти все про любовь ангела и Архангела, – заявила Лис, когда они кончили с чтением, – Вы со мной?

Кэтрин посмотрела на неё и улыбнулась:

– Да.

– Я тоже, – согласился Барбарис, – Моя.. – начал он.

– Сестра Собрина! – хором закончили за Барбариса девочки и засмеялись.

– Она прямо твой идол! – весело продолжила Кэтрин.

– Да! – воскликнула Лис, – И почему мы до сих пор её не знаем?

Барбарис обижено надул губы:

– Ну и пожалуйста, смейтесь давайте!

Кэтрин умиленно поглядела на него, улыбаясь:

– Ладно, Барбарис, мы же шутим, мы же любя… – ласково сказала она и легонько хлопнула его по плечу.

– Так что твоя сестра? – осведомилась Лис.

Барбарис вздохнул:

– Она мне рассказывала, что знала одного ангела, который влюбился в человека и он решил вернуться на Землю, чтобы прожить с ней свою любовь.

– А так можно? – удивилась Кэтрин.

– Она сказала, ему позволили…

– Как можно опять стать человеком, когда ты уже ангел?! – возмутилась Лис, – Я ни за что и никогда не вернусь на Землю. Я хочу скорее стать Архангелом.

– Мне и ангелом быть неплохо, – возразил ей Барбарис.

– И я никуда не тороплюсь, – согласилась с ним Кэтрин.

– Ну и зря! – уверенно высказалась Лис.

Глава 3. Разговор с наставницей.

После уроков они отправились в огромную библиотеку, которая и называлась «хранилищем тайн». Они перерыли там все, перебрали все возможные варианты, но так и не нашли ни строчки, ни упоминания о любви ангела и Архангела.

– Да не может этого быть! – с досадой сказала Лис, – Это давняя и известная, история. Не может быть про неё ничего не написано…

– Мы просто не нашли, – решила Кэтрин.

– Может, спросить у какого-нибудь хранителя тайн? – предложил Барбарис.

– Да, конечно! Какой ты простой! – довольно эмоционально воскликнула Лис, – Они там сидят и только и ждут нас с тобой! Думаешь, ангелам так легко к ним попасть? К ним очередь из Архангелов стоит. Не все сразу попадают.

– Я просто предложил и нечего так кричать! – огрызнулся Барбарис.

Лис посмотрела на него прищурившись.

– Нам пора. Наставница Лилия хотела с нами поговорить, помните? – вмешалась Кэтрин, – Кстати, мы можем спросить об этом у неё.

– Нет, – возразила Лис, – тогда она начнёт думать, почему нас это интересует.

– Ну и пусть думает, – пожала плечами Кэтрин.

– Нет, мне это не нравится, – упрямо повторила Лис. Кэтрин не стала настаивать, а Барбарис промолчал.

– Интересно, о чем она будет с нами говорить? – сменила тему Кэтрин.

***

Наставница оставила малышей играть во дворе, дав им какие-то указания и переместилась за круглый деревянный стол в просторной резной беседке, увитой виноградом, где её уже ждали ангелы. Посредине стола стояла плоская ваза, в которую Кэтрин и Лис собирали сегодня утром букет из садовых цветов.

– Как вы усвоили вчерашний урок про «страсти земные»? – поинтересовалась Лилия.

– Если ангелы не могут забыть про страсти, что тогда? – опередив всех, спросила Кэтрин.

– Это правда, многим ангелам первого круга не удаётся забыть все земные ощущения и влечения. Более того, ангелы-хранители, которые всё время находятся среди людей сохраняют связь с земными чувствами и это им необходимо. В книге, которую вы изучали, описаны общие положения, описано то, к чему следует стремиться. Избыток чувств и влечений мешает нам сосредоточиться на жизни небесной и своих задачах.

– А почему некоторые ангелы влюбляются? – снова спросила Кэтрин, – И что им тогда делать?

– Влюблённость – это отголосок земной жизни, знак о том, что что-то было не прожито до конца. Я полагаю, к этому нужно относиться спокойно. Хотя не все Архангелы со мной согласятся. Можно искать разные способы, что с этим делать, в каждом случае свои.

– А Архангелы влюбляются? – вдруг спросила Лис, – Я слышала, что один Архангел влюбился в ангела.

– Это действительно было, но это уникальная история. И ангел, в которую он влюбился была не обычным ангелом. Она давно могла бы сама стать Архангелом, но не хотела.

– Почему? – искренне удивилась Лис.

– Этого я не знаю, у неё были причины.

– А что с ними стало потом? – Лис внимательно смотрела на наставницу.

– Насколько мне известно, они оба решили вернуться на Землю.

– Зачем?! – поразилась Лис.

– Лис, это незаурядный случай, единственный, пожалуй, в истории нашей долины. Для многих ангелов близка и привлекательна человеческая природа и то, что происходит на Земле. А любовь – это самое лучшее, на что способен человек. Но обычно такие ангелы становятся ангелами-хранителями, а Архангелы – надзирателями судеб.

Есть ангелы, которые не могут забыть свою земную природу. Некоторые из них сами просятся на Землю, небесная жизнь им в тягость, других направляют туда наставники и перераспределители душ, видя, что им это необходимо. Некоторых ангелов возвращают на Землю за проступки и нарушение небесных правил. Но я не думаю, что кому-то из вас троих это грозит.

Те ангел и Архангел, про которых ты спрашиваешь, Лис, вероятней всего, хотели постичь таинство человеческих чувств и судеб. Они разглядели в человеческой природе что-то, что не интересовало Архангелов до них.

Я хочу, чтобы вы уяснили, это вовсе не то, что случается с Архангелами. Это только их путь. То, что было им позволено, и до сих пор вызывает разные толки среди высоких небесных кругов. Этот случай очень спорный.

– А чем закончилась эта история? – спросила Кэтрин.

– Она ещё не закончилась.

– Как! Они до сих пор на Земле?! – не сдержалась Лис.

– Да.

Трое ангелов внимательно и напряжённо смотрели на Лилию. Она на миг опустила глаза и вновь посмотрела на них:

– Я хочу спросить, ни кого из вас не тревожат слишком земные влечения? Или, может быть, кому-то интересна земная жизнь.

– Нет, – ответил за всех троих Барбарис. Лилия посмотрела на девочек, но они не возражали.

– Очень хорошо. Тогда мы можем перейти к другому моменту, – наставница сделала паузу, – Я знаю, что вы много времени проводите с Юлианом. Вчера мы с Архангелом Розой приняли решение присоединить к вашей группе Юлиана и Корнелию.

Лилия проследила за реакцией ангелов. Кэтрин довольно улыбнулась, глаза её сияли энтузиазмом. Барбарис удивлённо поднял брови, но выглядел вполне удовлетворённым. А Лис бросила на неё быстрый и острый взгляд. «Она вся такая порывистая, и, словно, все время прячется», – подумала Лилия.

Она дала ангелам немного времени, чтобы переварить новость, а потом спросила:

– У вас есть какие-то вопросы?

– А что будет с Миреем? – вздернулась Лис.

Лилия посмотрела на неё.

– Его тоже перераспределят, скорее всего, присоединят к какой-то тройке или четвёрке.

– К какой? – не унималась Лис.

– Этого я сказать не могу, – ровным голосом ответила ей Лилия.

Лис присмирела и скучающим взглядом посмотрела куда-то вглубь сада. «Кажется, её тревожат перемены», – рассудила Лилия.

– Что-то ещё? – спросила она ангелов. Они дружно замотали головами.

– Тогда с завтрашнего дня Юлиан и Корнелия будут с нами. Завтра на общем круге мы обсудим новый порядок и посмотрим, что делать с вашими обязанностями. Вам должно быть проще, потому что теперь ваши обязанности будут делиться не на троих, а на пятерых, – заметила она, – но сегодня пока вас трое и вы уже можете приступить к работе, – Лилия ободряюще улыбнулась им и встала.

Ангелы поспешили последовать её примеру. Кэтрин направилась к малышам, а Лис и Барбарис занялись поливкой сада и огорода.

Глава 4. Марьян.

Марьян была маленькой темноволосой и кареглазой в точности, как Ася или Катарина. Она была похожа на них, как сестрёнка-близняшка. Это Марьян Ася приняла за себя в своём сне. Марьян и была ею и не была. Строго говоря, Марьян была ангелом-хранителем Аси, но ей всего лишь дали эту роль, выделили такой статус за неимением другого. На самом же деле, Марьян была частью души ангела Амели, той частью, которую она оставила на небесах, чтобы воссоединиться с ней, когда закончит свой земной путь.

Марьян ждала, когда освободится от прочих своих дел надзиратель судеб Архангел Александр. Она приходила к нему домой каждую ночь, чтобы заняться делами своей подопечной, в нынешнем земном воплощении – Катарины.

Ангелы и Архангелы, как правило, по ночам не спят. Им тоже нужно восстанавливать затраты энергии, но каждый это делает своим путём. Кто-то занят общением со своей семьёй или другими ангелами, кто-то проводит ночь в уединении и созерцании, кто-то занят любимым делом. Марьян и Александр восстанавливали свои энергии в совместном обсуждении и поиске путей когда-то ангела Амели и Архангела Рольфа.

Марьян глубоко утопала в подушках огромного мягкого кресла. Перед ней находился длинный, тянущийся вдоль стены столик и большое зеркало в резной раме на стене. Просторная комната была уставлена стеллажами, в которых располагались большие и маленькие статуэтки, всевозможные украшения, какие-то приборы, картины и книги. Два больших окна наглухо завешаны плотными шторами. В комнате царил полумрак и по стенам бегали разноцветные огоньки от большого стеклянного шара, который стоял перед Марьян на столе. Александр любил такие вещи.

Марьян кончиками пальцев дотрагивалась до шара и в нём появлялись, оживавшие на глазах, картинки, вероятно, созданные фантазией самого Александра. Два полосатых тигра рычали, разевая пасти. Дрессировщик изо всех сил ударял кнутом по арене цирка и они один за другим прыгали в горящее кольцо. Марьян провела рукой по стеклянной стенке шара и картинка сменилась. Возникла поверхность моря, по которой плыл парусный корабль. Он покачивался на волнах, волны становились все выше. Ветер нагонял тучи и, возможно, скоро начался бы шторм, но открылась дверь и вошёл Александр. Марьян обернулась к нему и картинки в шаре исчезли.

– Александр, наконец-то! – улыбнулась ему Марьян.

– Здравствуй, Марьян, – Александр тепло посмотрел на неё своими серо-голубыми глазами и опустился в кресло рядом, – Сегодня был длинный день. Прости, что пришлось меня ждать.

– Ничего… – Марьян удобней устроилась в подушках, обхватив одну из них руками, – Мне нравится здесь у тебя, я тут уже, как дома – она окинула взглядом комнату.

Александр улыбнулся и слегка кивнул ей:

– Да, это хорошо. Как там Катарина?

– Лучше… Справляется. Я не могу понять, почему так сложно? В прошлой жизни, когда она не была целой душой, а разделила себя на двое, на Асю и Катарину, и фактически прожила две жизни, её судьба была значительно легче. Она прожила хорошую жизнь. Что её не устроило опять?

– Может, как раз то, что она не была целой. Катарина в той истории существовала только для Аси и для того, чтобы Марий и Ася смогли удержаться вместе, без неё их любовь не состоялась бы. Но Катарина без Аси – ничто. А сейчас она – целая человеческая душа, сейчас Ася и Катарина одно целое.

– Да и Марий в этих разделениях не может понять, кто ему нужен, Ася или Катарина, потому что на самом деле, ему нужны они обе, – согласилась Марьян, – Но когда она не разделяет себя на двое, препятствия в их любви становятся значительно более ощутимыми. Она помнит, как она была в него влюблена, когда он был Архангелом, а она была ангелом и он был её наставником, а не наоборот. Она помнит, каким он может быть и хочет восхищаться им и следовать за ним. А он не помнит, он забыл, каким он был. Зато помнит, как любит её, как любил ее все эти земные жизни и как много страдал из-за неё.

– Ты помогаешь Катарине сохранить свою связь с небесным, а у Рольфа эта связь совсем утрачена, поэтому, вероятно, он хуже помнит о том, кто он есть, – заметил Александр.

– Зато он обладает теми знаниями, которых нет у Катарины, потому что она оставила их мне. Я задаю себе вопрос, сама ли она выбирала себе нынешнюю судьбу, когда отправлялась на Землю? Могла она сама её себе предначертать? – Марьян взглянула на Александра.

– Нет, сама не могла, это исключено, – уверенно ответил он, – Возможно её мнение спрашивали при распределении, не более, но она, уже будучи человеком, влияла на свою жизнь. Ты этого не заметила? Помнишь, когда она поняла, что разлюбила мужа, она хотела встретить кого-то, кого сможет сама всему научить?

– Да, но она думала о ком-то лет на 5 её младше, а не о десятилетнем мальчике.

– Может, и думала, а научить хотела с самых азов. Вот и получила. А разве не загадывала она стоя перед иконой, чтобы у этих двух братьев было все хорошо, а только потом попросила, чтобы у неё был ребёнок? Никто её за язык не тянул.

– Но она не могла думать о себе, пока не была спокойна за них. Они же ей были, как родные.

– Вот теперь пусть и постарается. А разве не сама она ставила свечку за упокой души своей бабушки по папиной линии, а та отнюдь не была праведницей? А когда она просила ребёнка, разве не сказала она в какой-то момент: «Хорошо, пусть это будет только мой ребёнок»? Разве это не её слова?

– Но ты думаешь, она осознавала, что делает?

– Не осознавала, конечно, во всей мере и не знала, какие это несёт для неё последствия. Но, я думаю, понимала и готова была расплатиться. В любом случае, её желания были искренними и они были услышаны. И она, кажется, не жалуется.

– Но ей тяжело…

– Ничего, справится. Не жалей её понапрасну, она сильнее нас с тобой вместе взятых.

– Ты, как всегда, преувеличиваешь. Она всего лишь человек, у каждого человека есть предел. И я просто её люблю. Мне больно смотреть, как она страдает.

– Вот для этого ты у неё и есть.

– Мне все чаще кажется, – продолжила Марьян, задумчиво помолчав, – что не она моя часть, а я – часть её. Я же и впрямь всего лишь небольшая часть Амели.

– Марьян, ты не она и она не ты, – сказал Александр, внимательно глядя ей в глаза, – Вы были частями Амели и когда-нибудь снова будет так. Но сейчас она Катарина, а ты Марьян. Марьян. Вы два совершенно разных живых существа.

– Хорошо, что ты сейчас это сказал, – чуть помолчав, тихо ответила Марьян, – Мне нужно было это слышать. Иногда я теряюсь. Я скучаю по ней, меня тянет воссоединиться с ней, но она не удовлетворилась тем, как прожила последнюю свою жизнь, она решила снова вернуться. Я не могу понять, почему. Я давно уже хочу снова стать Амели и снова видеть Рольфа. Александр, я ведь скучаю не только по ней, но и по нему тоже. Во мне нет никаких земных чувств к Рольфу, они достались Катарине, но я – воплощение небесной части Амели и во мне велико стремление создать чистый союз мужского и женского начал. Прекрасные плоды земной любви – дети, но не менее прекрасны плоды союза двух Архангелов – их дела и творения. Я хочу вступить в этот союз, я хочу движения и развития, но Катарина, а, может, и Рольф хотят другого.

– Мы не знаем и не скоро узнаем, чего хочет Рольф. Это Амели решила оставить себе связь с небесным, Рольф же посчитал, что и её связи им обоим будет достаточно и рискнул затеряться в земной жизни более полно, целиком.

– Да, и я теперь от этого страдаю. Я хотела бы иметь с ним хоть какую-то связь, чтобы понимать его.

– Но он тоже каждый раз принимает решение вернуться на Землю, как и Катарина.

– Да и он доверил тебе свою связь с небесным, – Марьян вздохнула.

– Не только мне. Есть же ещё его ангел-хранитель Георг.

– Да, но где он? Не часто мы его здесь видим, – с раздражением заметила Марьян.

– Марьян, он сегодня не смог появиться здесь, у него дела на Земле. К тому же, он просто ангел. Ты можешь мне помочь, гораздо больше, чем он. А он сейчас нужнее Марию, чем нам с тобой. Не забывай, что у него нет такой связи с Марием, как у тебя с Катариной, вы все же части одной души. А если у нас с тобой будет какое-то поручение для Георга, мы всегда можем его вызвать сюда, как делали и раньше.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.