Наталия Годжаева
Про женщин, тараканов и цветы

© Наталия Годжаева, текст, 2023

© Анна Ксёнз, ил., 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2023

* * *

В жизни нам всегда чего-то не хватает: то мы недостаточно добились целей в карьере, то недостаточно хороши в семье, то недостаточно знаем одно, то недостаточно успешны в другом… то… то…

А достаточно ли в нашей жизни времени для себя? Достаточно ли пауз, когда мы застываем, замираем и растворяемся во времени без планов?

Эту книгу я написала именно для того, чтобы каждая из нас отложила в сторону все дела, все лишние вопросы, налила себе чай в красивую посуду, застыла во времени и прочитала небольшие зарисовки.

Про что они? Про женщин, про тараканов в наших головах и про цветы.

Я жизнь женщины без одного и без другого просто не представляю.

Токи

Когда месяц жили на Бали, к нам в дом пришёл ночевать геккон токи. Мы, конечно, его не звали, но, может быть, у гекконов тоже есть Airbnb, и этот товарищ заселился, оплатив аренду.

Всё бы ничего, но гекконы в брачный период орут как чокнутые, тем самым отпугивая других самцов и привлекая самок. Наш друг тоже надрывался сильно, и его желание брачных утех совпало с нашим небрачным желанием выспаться на год вперёд. Дикарь орал по ночам как мог и, судя по тому, что ор не заканчивался, успехом у баб не пользовался. Да и неудивительно. Вместо того чтобы свить гнездо, понять свою цель и желания, в конце концов, хоть как-то проявиться и сделать первый шаг, этот товарищ занял пассивную позицию и упорно сообщал миру о себе.

Мы достали швабру, разорвали с ним контракт аренды и выселили Ораста вон.

Геккон куда-то убежал, потом поселился у соседей и продолжил там пассивно сообщать женщинам о своём новом адресе и старом желании. Да и бог с ним.

Я это всё к чему?

Вчера звонит мне подруга и возмущается, что мужчина взял её контакты, сообщения всякие два месяца шлёт, вроде знаки внимания подаёт, но действий никаких дальше не предпринимает.

Она удивляется. А я нет. Просто я месяц на Бали жила и геккона видела.

Очки для души

Я люблю винтажные рынки. Гулять по ним, смотреть и трогать время.

Вчера, к примеру, увидела старинные часы. Никому не нужные, они красиво остановились когда-то, не пойми когда, и замолчали.

Я тоже остановилась рядом с ними в тишине и стала думать: «Кто носил эти часы и как проживал вместе с ними драгоценные минуты жизни? Может быть, время на этих часах лечило свою хозяйку, время ведь лечит без предварительной записи, без дорогой страховки и иногда не спрашивая нашего согласия. Бац – и боль ушла. Мне такое знакомо, а вам?»

А возможно, всё было иначе. Минуты на этих часах дарили кому-то ложную надежду, подло пролетали в моменты счастья и тянулись во время невыносимых ожиданий. Кто их знает.

Часы-молчуны наблюдают многое, идут себе и идут, чтобы в какой-то момент резко остановиться и превратить всё недавно прожитое в уникальную историю.

«Если они вам нравятся, я сделаю скидку», – сказал продавец прошлого, глядя на мою задумчивость.

Скидка на время, которого нет. Забавно.

Я улыбнулась и перевела взгляд на женскую потёртую сумку и пожилой флакон духов. Мне стало тепло, и я представила, как хозяйка этой винтажной красоты куда-то спешила, искала сумочку в коридоре своей парижской квартиры и что-то в неё на бегу складывала.

Быстро наносила духи на свои тонкие запястья и, сидя в шумном кафе Сен-Жермена, раздавала всем запах, как сейчас раздают wi-fi. Почему нам так тепло от прошлого, в котором мы никогда не бывали?

Рядом с духами и сумкой лежала красивая когда-то кукла. Она лежала небрежно и прятала под свисающими белыми волосами свои голубые глаза, длинные ресницы и чью-то историю детства.

Вот бы найти адрес её первой хозяйки и отправить весьма необычный привет. Может быть, сейчас у неё много внуков и любимый ворчливый муж, может быть, она карьеристка или путешественница, а может быть, она сидит где-то одна, грустит и многое себе не разрешает… «Не могу, не надо, когда-нибудь потом». А тут курьер с приветом из детства.

– Мадам, вам посылка.

– Что это?

– Это кукла из вашего детства. Помните?

– Как? Я не заказывала. Зачем?

– Затем, чтобы вместе с куклой вспомнили свои детские мечты.

Я вспомнила свои и пошла бродить дальше, перебирая то открытки по евро тридцать, то старую пепельницу с побледневшим от скуки павлином, то очки без стёкол.

«В эту старую оправу очков можно спокойно вставить новые линзы. Они невероятные и очень редкие», – заботливо сказал мне уже другой продавец небольшого роста, но с большой шляпой на голове.

Доктор давно прописал мне очки, чтобы я увидела нашу жизнь чётче, но пока что-то не хочется. В конце концов близорукость делает меня оптимисткой, а умение видеть счастье в каждом дне никак не зависит от зрения.

Умение видеть счастье…

Возможно, нам, взрослым, опытным людям нужны очки для коррекции человеческой души. Надеваешь их и видишь хорошее в самых обычных буднях. Хорошего вокруг нас полно, просто душа с возрастом часто ленится, делая вид, что у неё близорукость…

Пончо

Пришла беда откуда не ждали: я захотела купить пончо.

Зачем? Ведь пончо у меня рифмуется со словом «ранчо» (не спрашивайте, не отвечу), и я всегда считала этот предмет гардероба весьма своеобразным.

Но маркетологи Valentino не зря потратили бюджет на рекламу, ворвались в мою голову и поселили своё пончо там основательно.

Именно в нём я мысленно встретила будущую весну, побывала на воображаемой выставке, сходила наконец-то в театр и даже весьма уместно пошла на рынок выбирать кошерную продукцию для своих кошерных гостей из солнечного Тель-Авива.

С воображаемого рынка, театра и выставки в реальность меня вернула стоимость. Ценник пончо быстро спускал с небес на землю и ещё быстрее отрезвлял. Я налила себе бокал красного и сделала в одиночестве пару глотков, глядя на значок евро рядом с кнопкой «купить». У пончо цена в евро, а у меня доход в рублях, жизненная несостыковка.

Как бы теперь это пончо расхотеть?

Самым верным решением было бы закрыть сайт, но я понимаю, как устроены алгоритмы, и осознаю, что реклама просмотренной итальянской мечты будет теперь догонять меня повсюду.

Нужно искать противоядие.

Я решила отвлечься и полезла читать, откуда эти пончо появились и почему они так называются.

Читаю:

«Пончо (исп. poncho, заимствование из арауканского языка) – латиноамериканская традиционная верхняя одежда в форме большого прямоугольного куска ткани с отверстием для головы посередине. Средний род».

Закончила читать.

Прямоугольный кусок ткани с отверстием для головы посередине.

Средний род.

Перечитала текст ещё раза три.

Открыла сайт, посмотрела на цену, потом снова на описание про прямоугольный кусок ткани, потом опять на цену, и мне стало на ровном месте смешно.

Представила диалог с мужчиной.

– Наташ, что купила?

– Любимый, я взяла себе прямоугольный кусок ткани с отверстием для головы посередине.

– Не понял.

– Ну что тут непонятного. Я купила пончо – традиционную одежду индейцев Южной и Центральной Америки. Средний род. В нём и пойду с тобой ужинать.

Если у прямоугольного куска ткани за много-много евро есть отверстие для головы, то что-то мне подсказывало, что пора мне эту самую голову включить.

Я посмотрела на пончо, прокрутила в уме свои фантазии и отказалась от итальянской мечты. Слава небесам.

Мы (женщины) иногда купим что-то, а потом говорим: «Где была моя голова?»

Действительно, где прячется от нас эта часть тела? Не исключаю, что во время шопинга и во время свиданий женская голова скрывается в воображаемых отверстиях стоимостью много-много сотен евро.

Диалог

Вчера проснулась от русской речи за окном. В Париже мы живём на высоком первом этаже. Мне нравится. Я в детстве так жила, мелкая, на высоком первом.

Просыпаюсь и слышу отчётливый женский голос: «Ты хочешь и одно, и второе, и третье!»

Кто-то настолько остро бросал слова, будто это были заранее заготовленные бумеранги. Только метательное орудие возвращается, а тут слова кидались в одну сторону, чётко и на маленьком расстоянии.

Я открыла ставни и выглянула в окно: внизу курили две женщины, обе тучного вида, одной ближе к пятидесяти, вторая явно моложе, но словно без возраста.

Бывают же люди без возраста. Смотришь на них и думаешь, что в моей вселенной время есть, оно тикает, издаёт какие-то звуки, а их вселенная параллельная, тихая и без времени.

– Ты что в жизни хочешь? Если остаёшься тут, то про семью можно забыть. Тебе лет уже сколько? – Взрослая тучная женщина не унималась. Её сигарета горела сама по себе, душно болталась в пальцах и пыталась вырваться на свободу во время активной жестикуляции.

Девушка из параллельной вселенной спокойно курила, смотрела то на метательницу бумерангов, то куда-то в сторону, то перед собой и вдруг подняла глаза на меня. «Мам, не ори, на тебя вон француженка смотрит».

Я немного смутилась, призналась, что в Париже не каждая девушка француженка, и хотела уже закрыть ставни, как тучная пятидесятилетняя женщина вдруг произнесла:

– Мы, наверное, вас разбудили? Извиняемся. Я на эмоциях говорю дочке, что хотеть всего и сразу неправильно. И надо выбрать или карьеру тут, или семью там. На расстоянии семьи не будет. В жизни не бывает всё и сразу.

– В чьей жизни всё и сразу не бывает? – тихо спросила я, будучи приглашённой к диалогу. – В чьей именно жизни так?

Женщина пятидесяти лет резко нахмурилась и стала курить. От сигареты практически ничего не осталось, она затушила её о мусорный бак и выбросила на дорогу.

– Другое сейчас поколение, – уже не так резко сказала она, – без ценностей. Мы жили не только ради своего сиюминутного удовольствия.

Дальше продолжать диалог я не стала, закрыла окно и с удовольствием пошла заваривать чай.

Жить только ради сиюминутного личного удовольствия действительно не так интересно, другое дело – жить ради личного счастья. Разные всё-таки вещи.

Котики

Тренд на бодипозитив давно набирает обороты по всему миру. И слава небесам. И правильно.

Ещё в 1979-м калифорнийские феминистки сформировали движение The Fat Underground и выпустили свой манифест, который требовал «равных прав для полных людей во всех сферах жизни». Современный бодипозитив вместе с полнотой учит принимать и худобу, и другие особенности или отличия. Это очень круто.

Но знаете что меня удивляет? Что мы всё ещё не перестроились. Женщины всё ещё хейтят женщин то за лишний килограмм, то за целлюлит, то за то, что «она с такой фигурой, в таком возрасте нацепила короткую юбку, да ещё и сфотографировалась в этом виде».

А мужчины?

Вы видели хоть раз, чтобы мужчина разместил фото, где у него большой живот торчит из майки, а другой бы пришёл и написал ему в комментариях: «Фу, в твоём возрасте и в твоём весе такие фотографии не выкладывают. Пора бы понять».

Нет же. Нет.

В чём идея бодипозитива? В том, что все люди, вне зависимости от того, как они выглядят, могут принимать своё тело и гордиться им. И мужчины гордятся.

Ну хорошо, возможно, делают вид, что гордятся, но точно друг друга за лишние килограммы не хейтят.

Мне вообще кажется, что мужчины весь бодипозитив забрали себе, а женщинам ничего не оставили.

К чему весь этот неожиданный поток мыслей?

Вчера в кафе услышала диалог двух девушек, которые обсуждали фото своей подруги и её лишний вес. И живот у неё торчит, и ноги, по их меркам, не те, и бёдра слишком.

Через минут двадцать к ним подошли мужья. Я посмотрела на их мужчин и задумалась.

Почему одна и та же женщина хейтит свою полную подругу, возмущается её фотографией, где есть «лишний бок», но своего полного мужчину ласково называет котиком?

Странно, да?

Нам, женщинам, надо бы поддерживать друг друга и уважать, а мы вместо этого друг друга хейтим. Зачем? Видимо, слишком боимся одиночества и подсознательно конкурируем за котиков. Бодипозитивных и не очень.

Вы этого достойны

Я когда была мелкой, денег на хорошую косметику у меня не было, а реклама по телевизору уже была.

В телевизоре этом крутилась сногсшибательная женщина, улыбалась, поправляла себе всё, включая причёску, а тем временем загадочный голос говорил ей: «Вы этого достойны».

Мне всегда казалось, что он сейчас повернётся, посмотрит, как я на диване в пижаме сижу, и грубо добавит: «А вы нет! Поняли?» – и уйдёт в свою загадочную страну с этой самой красоткой – туда, где все всего достойны.

После этой рекламы я шла к маме и бесконечно просила отвезти меня на рынок. В Лужники.

И мама отвозила. Условие было простое: встать в шесть утра, чтобы в семь, к открытию, быть уже там. С термосом, декабрь же! Термос меня не грел, чего не скажешь о детской мечте. На тот момент моей мечтой был капор (вы помните это чудо?) фиолетового цвета.

Капор был у самых модных девчонок, и мне хотелось ну хоть как-то на них походить.

Сиреневый.

Капор.

Мечта.

Мама на капор посмотрела нескрываемо странно, взяла его в руки, примерила на меня и вдруг выдала: «Знаешь, а в нём тепло. Давай купим». И неожиданно купила.

Дальше я помню, как считала остановки до дома в метро, крепко держала покупку, а вечером, конечно же, таскалась в капоре по квартире. Включив телевизор, я снова увидела знакомую рекламу. Голос снова бодро проговорил: «Вы этого достойны», сногсшибательная женщина снова поправляла свою причёску, я поправляла капор вслед за ней…

Вроде ничего не поменялось, правда, голос из рекламы на этот раз обращался, без сомнения, ко мне. Ну а к кому ещё? Не просто же так я отморозила ноги в Лужниках, получила свою мечту, нацепила её на голову и сидела счастливая на диване, ну и что, что в пижаме. Самое важное, что я всего этого была достойна! Чего именно? Бог его знает.

Мы все всего достойны, просто «капоры» у нас разные в каждом отдельном жизненном периоде.

Суповой набор

А вот когда мужчины предложения делают, то почему предлагают только руку и сердце? Вы никогда не задумывались?

Мне, к примеру, нужен муж целиком и полностью, это критично.

Кстати, вы никогда не размышляли, почему из этого набора исключён мозг?

Рука – пожалуйста, даже сердце есть, а мозг? Почему мужчины такой важный орган в предложение не включают? Может быть, это сделано для того, чтобы женщины на него не претендовали и не выносили по пятницам и средам после тяжёлого дня?

Или у них есть тайная секта, где каждому мужчине присылают пуш-уведомление с текстом: «Мозг женщинам не предлагать, они его едят». Вопрос остаётся открытым.

Есть ещё один вопрос, который меня заботит, и он посерьёзней первого. Мне дико интересно, как изменились бы отношения между супругами, если бы свидетельство о браке выдавалось ровно на год с обязательным продлением под новое «да» или «нет».

Можете себе такое представить?

Как изменится институт брака, если ежегодно будут звонить в дверь и вежливо спрашивать, будем мы продлевать отношения или нет.

Дети у вас, нет детей, всё равно звонить будут.

– Уважаемые, продлевать отношения на год будете? Да? Нет?

– Да, наверное, будем. А вы не подскажете, в случае претензий к партнёру…

– Претензий к партнёру в случае положительного ответа быть не может. Поставьте, пожалуйста, галочку в графе «это мой осознанный выбор», далее соглашайтесь с пунктом «претензий не имею». Поздравляю вас с осознанным выбором и хочу напомнить ваши права. На личный выбор вы можете влиять самостоятельно в ежедневном режиме, на выбор партнёра влиять бесполезно, можно только просить. Хорошего года, до свидания!

Я нафантазировала, конечно. Хотя, как говорит мой друг: «К жене, к машине и к своей работе претензий у меня не может быть никаких. Сам выбирал». С мужьями точно такая же история.

Стиль

Я могу поспорить с тем, что парижанки считаются самыми модными в Европе, но то, что у них есть стиль – это однозначно. Впрочем, стиль и вкус в Париже есть у многих живых существ, и давайте обо всём по порядку.

Дело в том, что со мной квартиру в Париже снимает моль с отменным вкусом, видимо, доставшимся ей от бабушки. Эта Мадам миновала фейсконтроль из лавандовых саше и пробралась в мой личный сейф. Сейфом я называю гардероб, в котором висит не просто одежда, там висит «всё то, что нажито непосильным трудом».

Моль в мой шкаф пробралась так, как женщины пробираются на закрытые распродажи открытых модных домов. То есть не успела зайти, как начала мести всё самое лучшее.

Мадам не тронула моё платье Zara, обошла стороной пальто Cos, но платье от Tom Ford, кашемировое пальто MaxMara и свитер Dior с вышивкой решила без спроса примерить, а потом нагло и быстро сожрать.

Потерю я обнаружила не сразу, но когда увидела, то расстроилась сильно и принялась облекать свою грусть по кашемиру в слова. Но что писать? Какой вывод сделать?

Может, такой:

В жизни каждого из нас происходят сотни выборов, и выбираем мы то, что сами себе разрешаем. Часто ли мы выбираем для себя лучшее? Может быть, нам надо чаще разрешать себе фразу «Мне не всё равно»?

Пусть нам будет не всё равно, что есть, пусть нам будет не всё равно, с кем общаться, пусть будет не всё равно, где работать, с кем жить и как.

Написала, перечитала.

Получился прям тост для праздничного застолья. Я откупорила бутылочку красного вина по этому поводу, налила бокал и села цельная в своём дырявом свитере. Надеюсь, этой заразе хотя бы было вкусно.

Болтать и радостно прыгать

В детстве я всей своей неокрепшей душой ненавидела детский сад. Там были правила, сон по расписанию и запах макаронной запеканки.

Как можно готовить запеканку из макарон? Тогда мне казалось, что такой незамысловатый рецепт могли сочинить исключительно взрослые – те, у кого нет фантазий; те, кто не любит рисковать; те, кто не привык что-то менять в своей жизни. Вот тебе макароны, вот масло, ешь, что дают, и помалкивай, а то мы всё расскажем родителям. Родителей расстраивать я не хотела, поэтому запеканку прятала в заранее заготовленный пакет, чтобы выбросить его втихаря от скучных взрослых. Впрочем, скоро меня раскусили.

Ещё меня всегда удивляло, почему детский сад называется детским, если всё в нем создано не для детей, а для удовлетворения хотелок взрослых. Дети сданы, спят и едят по часам и живут своей мелко-взрослой жизнью, готовясь к бесконечному расписанию в гугл-календаре. Как же мне там не нравилось.

Ежедневные походы в детский сад были пыткой. Исключения составляли те редкие дни, когда в сад меня вёл папа.

Ну как в сад? Никогда… ни одного раза папа за ворота сада меня не заводил. Я молча шла, держала его за руку и на все вопросы отвечала грустно и однотипно: «Надо подумать».

Отец останавливался у ворот сада и каждый раз говорил: «А пойдём со мной на работу?»

Именно в эту секунду казалось, что меня вдруг спасли, что жизнь изменилась внезапно в лучшую сторону, что впереди целый день и он вечный, а завтра… завтра по дороге в детский сад жизнь снова может взять и по щелчку поменяться. Спустя много лет я поняла, что именно в такие моменты я проживала детство.

Я держала отца крепко за руку, болтала без остановки о чём-то взрослом и меняла унылую ходьбу на прыжки.

Вечерами мама смотрела на отца и говорила, что это не очень правильно, а отец? Отец улыбался и однажды тихо сказал: «Не смогу я её в детский сад завести никогда. Потому что туда она грустно и молча плетётся, а когда мы меняем маршрут, то сразу начинает со мной обо всём болтать и радостно прыгать».

Завтра будет месяц, как папы не стало. Я сижу у открытого окна своей съёмной квартиры в Париже, дышу, проживаю и думаю…

Думаю, что за свою жизнь я научилась останавливаться у ворот и не ходить туда, где мне некомфортно, я научилась менять маршруты иногда обдуманно, а иногда слишком резко.

А ещё я научилась обо всем вспоминать с теплотой. Наша память – большая сокровищница, и если в неё заглянуть, то можно забрать из детства во взрослую жизнь очень важный посыл: «Иногда стóит изменить направление, хотя бы ради того, чтобы снова начать болтать и радостно прыгать».

Для мозгов

Обожаю людей с чувством юмора. Ну а кто их не любит?

Диалог с подругой:

– А ты не хочешь реально пропить те таблетки? Они не только для сосудов, они прям и для мозгов хороши. Я их тоже пила.

– Для мозгов, Наташа, мне сейчас нельзя ничего пить. Иначе мозги начнут у меня лучше работать, и я сразу напишу Диме, чтобы он больше мне не звонил.

Окулист

Пошла я недавно к окулисту зрение проверять. Вы давно у окулиста были?

Захожу, а за столом женщина невероятной красоты, правда, почему-то грустная.

Вы, говорит, Наталия, пришли с жалобой? Что случилось? И когда?

А случилось то, что я стала плохо вдалеке видеть, мне всё приблизить хочется. То телефон приблизить хочется, чтобы разглядеть шрифт, то книгу приближаю, то лето, то выходные.

Посадила меня доктор на кресло, взяла лупу какую-то и вглядывается. Посмотрите налево, посмотрите направо, вверх и сразу вниз. А я смотрю, конечно, одним глазом, а другим пялюсь на неё и думаю, почему же она такая красиво-грустная? Проделали мы с врачом глазные упражнения, буквы на стене угадали не все, прописали мне капли какие-то и очки.

Вы, говорит, капли прокапайте три раза в день и очки надевайте, когда читаете, и все жалобы у вас пройдут.

Печатает врач заключение, а я смотрю и понимаю причину её грусти. Сидит женщина-окулист красоты невероятной, с укладкой, браслетом на левой руке, в белом халате в обтяжку… к такой женщине с цветами заходить надо, а мы к ней с жалобами своими таскаемся. Возьму вот и в следующий раз нашего красивого друга семьи к ней отправлю.

– Здравствуйте, Андрей, вы ко мне с жалобой?

– Нет, Елена, я к вам с цветами!

Вот тогда она сразу же и улыбнётся.

Но я осознала, почему к красивым женщинам-окулистам пациенты с цветами не ходят… Не видят просто без очков их грустных красивых глаз.

Выход в город

Выхожу я сегодня из метро. Подхожу к дверям «Выход в город», а передо мной девушка к ним подходит. Хрупкая такая, размера XS.

На улице ветер, двери эти тяжёлые, а она не толкает их, а молча задерживается, чтобы ей кто-то взял и помог.

Я взяла и помогла, то есть открыла двери эти, всем весом своим навалившись. Она вышла, как на подиум, в город и пошла себе дальше на каблучках.

Хрупкая такая девушка. Размера XS.

Как у меня.

После нас

– Знаешь, мне вчера сосед испортил настроение. Этот на вид приличный человек ввалился со мной в лифт, посмотрел на меня, на ключи от моего автомобиля и спросил то, что нельзя спрашивать после тяжёлого трудового дня у девушки тридцати восьми лет. Он спросил, что я хочу оставить после себя в этом мире. Сам он перечислял, как после него останутся дети, собака и компания, в которой он акционер. Он говорил ещё про что-то, но я ничего не помню. Я ехала в лифте и ощутила, что, кроме машины, оставить этому миру ничего не могу.

Подруга говорила со мной спокойным голосом. Впрочем, она всегда со мной спокойным голосом говорит. Иногда мне кажется, что голос её – это фильтр, который просеивает эмоции, выжимает их в отдельный контейнер и выдаёт сухой остаток. Я слышала, как она снимает в коридоре сапоги, идёт на кухню, наливает воду в стакан, держа телефон своим хрупким правым плечом.

– Ну? Мне ведь правда оставить нечего. Я ехала спокойно домой, была занята своими проблемами, а этот поддатый философ начал щедро перечислять свои дары этому миру. Что мне после себя оставить?

Признаться, я тоже ощутила лёгкое раздражение. Видимо, случилась цепная реакция.

– Слушай, а обязательно что-то оставлять?

– Ну… вообще-то хочется оставить. Чтобы помнили, чтобы вспоминали. Чтобы было не так обидно за прожитое и пережитое.

Интересная у меня подруга. Она развивает себя, своих сотрудников, платит зарплату, налоги, состоит в благотворительных организациях, выручает близких, неблизких тоже выручает… но оставить ей по-прежнему нечего.

В моей голове промелькнул весь её день, месяц, год, и ответ как-то очень быстро нашёлся:

– Я знаю, что тебе надо оставить!

– Правда? Что?

– Себя. В покое. Начиная с этого вечера.

Подруга стала смеяться, перезвонила мне уже по зуму, и я увидела её красивые, слегка уставшие глаза.

– Знаешь, что я могу оставить? Машину, три дерева под окном (мои!), сумки и огромный список задач.

– Ну… уже немало.

Я думаю, что после себя надо оставить счастливую жизнь, а что для этого нужно – личное дело каждой из нас. Но про это почему-то не говорят в лифтах, просто улыбнувшись друг другу после тяжёлого рабочего дня.

Тонкая грань

«Живи открытым сердцем, – сказал мне однажды мудрец, только что приехавший с Бали. Я поморщилась, потому что во многих из нас после Бали просыпаются голозадые мудрецы. Но мудрец как-то быстро поймал мою реакцию и добавил: – Ставь под сомнение свои убеждения, чтобы не закостенеть».

Я часто задумываюсь о стойкости своих убеждений и о том, как они влияют на жизнь.

Допустим, мы убеждены, что людям нельзя доверять. Мы живём с этими мыслями, транслируем в мир своё недоверие, становимся закрытыми, притягивая тем самым себе подобных. Значит ли это, что наш реальный мир отражает ровно то, что живёт в наших головах?

А в головах наших чего только нет, начиная с хотелок разного размера, заканчивая ограничивающими убеждениями.

Иногда мне кажется, что надо взять хотелки, взять ограничения и сравнить их.

Если ограничений больше, чем хотелок, надо срочно убирать лишнее, иначе мы с таким грузом никуда не сдвинемся.

К примеру, нас может утяжелять убеждение под названием «Я не…».

«Я не маркетолог, я бухгалтер, поэтому фиг я разрешу себе думать в сторону новой профессии».

Или ограничение «Я должна».

«Я должна согласиться…»

«Я должна поехать…»

Нас учили быть удобными, поэтому мы должны.

Или есть ограничение под названием «Я не могу».

Это убеждение дружит с заниженной самооценкой и может запрещать искать новую работу или открыть наконец-то что-то своё. «Я не могу» – это стоп-фактор для любого нового этапа.

Откуда берутся убеждения? Возможно, из детства, возможно, из опыта, возможно, из страхов, но главное не это…

Главное, что убеждения живут в наших головах, и мы в любой момент можем разложить их на столе, изучить и выселить лишние.

Убеждения же бывают разными. К примеру, убеждение не связываться с мудаками – полезное, а вот убеждение, что все люди мудаки – ограничивающее.

Какая тонкая грань.

Традиции

Когда только переехала в Париж, меня познакомили с Бонифасом.

Имя редкое, и мне сразу сказали, что означает оно «человек с прекрасной судьбой».

Я полезла в гугл переводить своё имя, никаких гарантий про судьбу в нём не нашла и решила: будь что будет. Так интереснее.

Говорят, что счастливой судьбы без любви не бывает. У Бонифаса было и есть четыре любви: хирургия, коллекция вин, жена и дочка. Причём появились они ровно в такой последовательности. Он сначала стал коллекционировать удачные операции, потом вина, затем комплименты своей жене и проведённые выходные с дочкой.

Бывает такое? Бывает.

Для вин Бонифас снимает отдельное помещение и водит туда как в музей и только близких.

– Натали, какое вино будем к рыбе? Выбирай.

Я ткнула пальцем в первую попавшуюся этикетку и, не угадав, пошла дальше бродить по винохранилищу, рассматривать аккуратно сложенные бутылки и не совсем понятные мне надписи.

Глаз остановился на отдельно стоящем шкафчике с серебряным замком.

Вина в нём были горизонтально сложены и одеты в разные этикетки.

– Почему они под замком в шкафу? Это какие-то особенные вина?

– Да! Все 2014 года. Восемьдесят шесть штук, было девяносто.

– А почему такое число? Ну расскажите же, расскажите…

Жена Бонифаса улыбалась.

Дело в том, что Бонифас после рождения дочери в 2014 году собрал ровно девяносто бутылок вина этого года.

«Натали, понимаешь, каждый год на день рождения дочки я буду доставать из этого шкафа бутылку вина для нас, для гостей и отмечать. А дальше… дальше дочка сама будет знать, что на каждый день рождения до девяноста лет её ждёт подарок от папы, который очень любил её, вкусный бокал за ужином и красивые традиции. Пусть она ждёт своего дня рождения и чувствует привет из детства и мою заботу о ней до глубокой старости».

Я не смогла разместить внутри себя те эмоции, которые испытала в этот момент, и разместила их в своих слезах. Не понимаю, о чём я тогда плакала, стоя у шкафа, но плакала я, улыбаясь.

«Знаешь, Натали, в моей семье приняты традиции. К примеру, в сейфе у меня лежат открытки на каждый мой день рождения от бабушки. Там их шестьдесят две штуки, она хотела написать мне заранее сто штук, но не успела. Я ими дорожу».

А я очень дорожу встречами с людьми, которые меня меняют. Из гостей я шла пешком через весь город, унося с собой бутылочку французского вина и вывод:

Для семейных традиций не нужны деньги. Нужна любовь к красоте, любовь к жизни и вера в то, что с нашим уходом не всё заканчивается.

Стало. Очень. Тепло…

Чайки

У нас по утрам в Париже чайки орут под окнами.

За что они борются, я не знаю. За жильё? За кусок еды? Доказывают свою значимость?

И мне всегда казалось, что орут они в основном по субботам и воскресеньям.

А муж говорит, что по будням они тоже орут, просто я не замечаю, вскакиваю по будильнику и тоже начинаю за что-то в жизни бороться.

И вроде жильё у меня есть, еда имеется, да и доказывать уже некому, ну только если самой себе.

В общем, странные эти чайки, не слышу их с понедельника по пятницу. А себя?

Как-нибудь потом

Синдром отложенной жизни откладывается у нас везде, где только можно.

Иногда в шкафу. Это платье для особенных моментов.

В календаре. Я отдохну как-нибудь потом.

Иногда в боках. Я спортом и питанием займусь позже.

Понятие синдрома отложенной жизни безотлагательно ввёл профессор Серкин в 1997 году. Он изучал жителей Севера и заметил, как люди годами живут идеей переезда и верят, что их настоящая жизнь начнётся потом.

Дальше Серкин отделил механизм невроза «хочу – не могу» от механизма отложенной жизни: «хочу – могу – не позволяю себе».

Какая же большая разница между «хочу – не могу» и «могу, но не разрешаю себе».

Я синдром отложенной жизни выгоняю лет с двадцати восьми. Мне скоро сорок, но я всё равно иногда ловлю его в своих установках. Вроде бы много себе разрешила, но этот синдром начинает проявляться в мелочах.

Мой психолог, которого я разрешила себе не сразу, приучил меня к упражнению.

Надо надеть красивое платье, сесть где-нибудь одной в кафе, выбрать вкусное блюдо и составить список «Непозволительной роскоши». В мой список вошёл даже такой пункт, как «взять три дня выходных» и «устроить сутки без телефона, но с книгами».

Действительно, непозволительная роскошь. Ага.

Хочу, но не могу, или могу, но не позволяю себе.

Интересно, что каждый из нас себе не позволяет? Какой список у вас?

Осчастливил

Пришла на день рождения.

Мы сидим за столом и рассуждаем о смысле жизни. Я утверждаю, что весь смысл сводится к тому, чтобы счастливо прожить эту жизнь. А счастье у каждого своё, разное оно и не всегда стабильное.

На противоположной стороне стола сидит мужчина с мнением своим… противоположным.

Сидит и спорит со мной, что смысл жизни – сделать счастливыми других.

Неестественный такой мужчина, я бы даже сказала противный, потому что в борьбе за счастье близкого он так эмоционирует, что даже плюётся волей-неволей в мою тарелку.

Доедать я, конечно, теперь не могу ничего и всё ещё с ним не соглашаюсь.

А мужчина этот прям требует согласиться с его мнением и продолжает громко и нечаянно плеваться.

Отодвинула тарелку и думаю… вот и верь теперь его мечте осчастливить всех кругом.

Осталась я без ужина.

Осчастливил.

Спам

Спам свалился ко мне по ошибке в виде сообщения:

«Уважаемая Елена, набор „Женские радости“ будет доставлен завтра с 10:00 до 18:00. Уточните адрес доставки».

Что делать, если Елены тут нет и это явная ошибка, а вот женщина, которой радости эти необходимы, имеется.

Радости. Женские. Целый набор. В коробке.

Что там лежит? Кто собрал? Кто догадался? Сколько лет было потрачено на исследования?

Вот вы знаете, что вам для радости нужно? Мне сегодня нужно одно, а завтра совсем другое.

Подумала, что там могут лежать цветы, телепорт для путешествий без зала ожидания и без конских цен на билеты; мужчина, который умеет говорить «да, дорогая»; новая сумка Chanel, мирное небо. Что ещё в этом наборе? Может быть, там есть лишнее время? К примеру, карточка на активацию двадцать пятого часа? Кроссовки для бега, чтобы иногда убегать от скучных будней? Латте на кокосовом молоке? Бесплатные платья? Здоровье себе и близким? Разрешение на творчество?

Пока я всё это анализировала, Совесть взяла телефон и написала в ответ, что Елены тут нет, что это ошибка, что набор «Женские радости» никто по этому номеру не заказывал.

Сижу вот и думаю.

Вроде бы Совесть тоже женского рода, но что ей надо для радости – до сих пор остаётся загадкой. Сама не радуется, мне не даёт и вечно всё портит.

Я до сих пор не понимаю, чувство нравственной ответственности мне мешает по жизни или всё-таки помогает, но пристало оно ко мне в детстве. Признаться, на пять лет я попросила у родителей ожерелье Русалки с камнями, но мне вместо него взрослые подарили Совесть. Так теперь и живу.

Хромоногий и дама в перьях

Я сидела в саду у Palais-Royal и читала книжку.

В этот сад приходить лучше рано, чтобы застать уже включённые фонтаны и ещё свободные от туристов зелёные стулья.

Очень хотелось в тишине погрузиться в историю из книги, но сцена из жизни выхватила меня из контекста.

Перед глазами нарисовался слегка потрёпанный жизнью голубь, который таскался за дамой сердца и что есть мочи пел ей всякое разное.

У голубей это называется ворковать.

Но воркуют приличные голуби, а этот был с хромой ногой и с прямым желанием добиться взаимности здесь и сейчас.

Он распушил всё, что у него имелось (а имелось, мягко сказать, не очень много), и носился за дамой кругами вокруг памятника. Чёрт лысый.

Она не оборачивалась, увеличивала скорость и всем видом показывала пренебрежение к приближающемуся объекту. «Не для того меня мама, красотку такую, родила».

Голубь сдаваться не хотел. На своей хромой ноге он всё ещё прыгал и включал воркование на полную мощь.

Мне стало настолько небезразлично, даст она ему или нет, что книгу я отложила в сторону и стала ждать, что будет дальше.

А что будет? Всё банально и предсказуемо.

Дама не выдержала напора, поправила свою чёлку и с новой причёской решительно свалила. Не исключаю, что двинулась она в сторону шестого района, где давно живут голуби с совсем другими манерами.

Хромоногий же от такого поступка резко остановился, ссутулил свои перья и на миг расстроился. Он дохромал до памятника, заел горе какими-то крошками, но тут же увидел другую мадам, обрадовался, снова расправил всё, что есть, и рванул к цели.

Чем закончилась другая история, я не знаю. Дама в перьях, хромоногий голубь и повидавший все страсти памятник сделали моё утро.

Я убрала книгу в сумочку и пошла пить кофе с молоком и с выводом:

Все мы иногда хромаем, но это не повод отказывать себе в своих желаниях.

Без сахара

Начиналось всё очень прилично: зелёный чай и пирожные без сахара.

Кто их придумал? Гений торговли? Тот, кто хорошо знает, что такое внутренний конфликт?

Пирожное без сахара. Вроде бы пирожное, но чтобы совесть тоже спокойно поела, чтобы не пилила нам мозг, как жена в бигуди, фразу «без сахара» добавляют лично для неё. Чтобы молчала.

Без сахара… и сразу на 30 % дороже. Ингредиентов меньше, но стоимость выше. ПотомуШто.

Ты сидишь с подругой в центре квартала Маре в Париже и под конец трудовой недели ешь эти бессахарные пирожные. Говоришь о диетах, о чём только ты не говоришь. Неделя была адовой. Да что уж там… адовой была весна, всё лето, но в этом себе трудно признаться. Впрочем, как и в том, что хочется оставить к чертям все эти бессахарные пирожные и переместиться на соседнюю улицу. Там наливают вино, там мясные и сырные нарезки, там даже играет музыка… там жизнь. Можно туда? Можно?

И ты меняешь локацию.

Вместе с этой локацией меняется твой бессахарный вечер, он начинает дышать, розоветь, рассказывать тебе смешные истории. Это анекдот или правда жизни? Сейчас не так важно.

Официант приносит тебе бокал бургундского, мясные закуски, багет, оливки и плед. Что ещё надо? Снять маски. Просто снять маски с себя, с души и с этих бессахарных пирожных. А дальше на целых два часа забыть про адовую неделю, адовую весну и точно такое же лето. Забыть или принять как данность, вспомнив про наше с вами время. А оно разное такое и уникальное. Прячет молча в себе и бессахарные дни, и наполненные жизнью моменты…

Эвресинг окей

Забегаю сегодня в аэропорт.

Подхожу к выходу на посадку, а там очередь.

Проверяют документы и градусником молниеносно измеряют температуру тела. Держат в руке пистолет, направляют прямо в лоб, смотрят и говорят: «Проходите, всё норм».

Смотрю на очередь, на пистолет этот, подносящийся быстро к каждому лбу, и думаю, а вдруг они IQ так измеряют и ценности.

Представляете? Подходит к вам человек с желанием познакомиться, вы достаёте пистолет этот, направляете на пару секунд ко лбу, и прибор показывает: «Уровень IQ 130. Не мудак». И только после этого вы ему улыбаетесь.

Подошла моя очередь, направили в мой лоб пистолет и закивали. Проходите, всё у вас в норме. Так и сказали: «Эвресинг окей».

Мой почтовый ящик ломится от задач. Коллеги пишут, что есть три срочных вопроса и две нерешённые проблемы. Какие вопросы? Какие проблемы? Я прошла в самолёт, нашла своё место и решила во время полёта отключиться от суетных мыслей. А зачем суетиться, если мне прямо сказали: «Эвресинг окей».

Банальные вопросы

Прочитала в новостях, как британка вызвала полицию, потому что не успела купить в «Макдоналдс» завтрак из-за длинной очереди. Женщина подъехала к окошку уже после того, как ресторан перестал готовить блюда для завтраков. Она разгневалась, вызвала полицию и обвинила «Макдоналдс» в несправедливом отношении к ней.

Представляете, если мы каждый раз будем вызывать наряд полиции из-за малейшей несправедливости в жизни?

К примеру:

Двадцатилетние тусят до утра, выпивают, и на утро у них всё хорошо. Ты уходишь в час ночи домой, пьёшь на вечеринке только воду, но утром ощущаешь себя так, словно это ты вернулась домой в шесть утра после двух бутылок шампанского.

Разве это справедливо? Вызываю полицию.

Или купила платье мечты по полной стоимости, а ровно через неделю оно уже со скидкой 30 %. Звоним 02!

Или так:

– Почему у нас в офисе полиция?

– Потому что! Полиция будет тут, пока вы меня не повысите. Я работаю на вас пять лет, а повысили вчера Ленку, которая тут всего год и три месяца.

Или вечное:

Нравится коллега, но он женат. А тот, кто свободен и зовёт в кино, почему-то дико бесит. Снова 02!

Полиция, кстати, к британке в «Макдоналдс» не приехала. «Не обременяйте наши службы такими банальными вопросами». Так и ответили. Глупые!

Не понимают они наши женские души. Банальных вопросов у нас просто-напросто не бывает.

Новый день

Вы любите фарфоровую посуду?

Стоит фарфоровой чашке и блюдцу появиться утром за завтраком, во мне сразу проклёвывается нежность и даже наивность. Откуда наивность эта берётся? Ей нравится жить в иллюзиях, что мы всё успеем, что можно никуда не спешить, и она добавляет в мой чай вместе с молоком надежду на покой и счастье.

Каждое утро – начало новой жизни. Вчерашние дела остались в прошлом. То, что мы придумали ночью – рассеялось и потеряло вымышленный масштаб. Может быть, пока мы спим, кто-то сверху стирает всё вчерашнее небесным ластиком?

В течение дня мы будем сталкиваться друг с другом, писать, звонить, строить очередные планы на вечер, тихо общаться или о чём-то спорить, но утром до завтрака мы всегда сами с собой. Немного новые, немного одинокие, немного в себе.

Мы поглядываем на время, а время утром молчит, ничего не показывает. Утреннее время – белый лист, что хотите с ним, то и делайте. Впрочем, как и наши утренние мысли. Перебирайте их, крутите, меняйте. А мы? Берём зачастую то, что дают, и не знаем, что мысли можно легко выбирать.

Нет, каждое утро определённо может быть замечательным, если разрешить себе им наслаждаться, если настроиться, если сказать: «Я… я хотела бы так…» и ненадолго это «так» себе позволить.

День оттащит нас потом от наслаждения, вечер закрутит, завертит своими итогами, но каждое утро нам доступно небольшое счастье. Оно тёплое, как летний ветер, такое же мимолётное и немного детское. Не ценим его, не бережём. Чудные мы, чудные…

Я написала этот текст и заказала новую фарфоровую хрупкость. Люблю в красоте встречать дни, в которых я не была раньше. Новые дни – как наши поездки в новые страны. Только о таких ежедневных «путешествиях» нужно почаще себе напоминать…

Беззаконие

А давайте сегодня про закон убывающей полезности? Про закон Госсена или как там его?

Вот интересная вещь. Если мы очень хотим слопать пирог, то первый кусок пирога доставит нам самое большое удовольствие, второй – уже меньше, а дальше вкус будет становиться привычнее, пирог доступнее, и удовольствия будет всё меньше и меньше.

Впрочем, если бы мы с вами шли по солнечной пустыне и хотели пить, то первый стакан воды был бы самым большим благом, второй – благом поменьше, третий – привычным делом. Ну а если стаканы с водой были бы в пустыне повсюду, то их ценность вовсе бы свелась к нулю.

Кстати, в денежной мотивации этот закон тоже имеет место. По мере растущей возможности приобретения всяких разных благ незначительное повышение зарплаты уже не так драйвит.

К чему я вдруг вспомнила про закон Госсена? Делать мне больше нечего?

Просто после рабочего дня мы с подругами обсуждали скидки и предстоящую «чёрную пятницу», обменивались разными «хочу», «мне срочно надо», и я подумала, что закон Госсена сбоит. Если в ходе потребления полезность каждой последующей покупки снижается и приближается со временем к нулю, то почему это не работает с платьями и сумками? С женщинами (с нами то есть) явно что-то не так. Каждое последующее платье нам кажется полезней и необходимее предыдущего. Где тут логика?

Что-то не то или с законом убывающей полезности, или с женским насыщением. Ну невозможно же, честное слово.

36 и 6

А вы не знаете, зачем человек болеет?

Вот ещё вчера всё было как было, а сегодня – температура, кашель, ломит тело, ты лежишь и не двигаешься.

Температура ползёт вверх вместе с твоим желанием поскорее поправиться.

В этом бреду, в этом состоянии мы вдруг начинаем ценить обычное. А что мешало ценить его вчера?

Вчера же мы дышали полной грудью, забегали за кофе в утреннее кафе, не кашляли и, представляете, чем-то были недовольны. Пробками? Срывом планов? Или (смешно) тем, что нам долго не несут меню.

Нет, определённо человек болеет не просто так. Нас тормозят, показывают нам главное, убирают напускное и искусственное.

«Я так тебя люблю», – шепчем мы во время бреда близким, когда наша температура выше тридцати восьми.

«Под бредом мы понимаем совокупность болезненных рассуждений и выводов, овладевающих сознанием больного, искажённо отражающих действительность», – говорят нам психиатры.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.