Лоуренс Еп
Страж феникса

Посвящается Биллу Моррису, который был волшебником в своём деле

Laurence Yep

The Tiger’s Apprentice, #3: TIGER MAGIC

Copyright © Laurence Yep, 2006 This edition published by arrangement with Curtis Brown Ltd. and Synopsis Literary Agency.

Иллюстрация на обложке Ольги Панфиловой

© Петрова Е. А., перевод на русский язык, 2023

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

Предисловие

На самом деле эта серия книг началась более тридцати лет назад, когда я начал исследовать свои китайские корни. Я изучал историю китайцев в Америке, и так появились «Крылья дракона», «Врата дракона» и другие книги серии «Хроники Золотой горы». А ещё я увлекался китайской мифологией. Мне хотелось узнать не только о людях из китайского квартала, но и о статуях, которые я видел на алтарях в храмах и на столе у своей бабушки.

Я внимательно прочёл «Книгу гор и морей», известное китайское собрание чудес (около III в. до н. э.), текст которого отсылает к ещё более ранним источникам. Например, задолго до него появились сказания о царе обезьян. Знакомясь с этими материалами, я сделал открытие, которое меня поразило. Оказалось, что все те статуи, которые я видел, изображают лишь относительно свежий слой китайских мифов, в то время как древнейшим из них более четырёх тысяч лет.

Глава первая

Феникс

Повелитель всех птиц имеет оперение красное, как киноварь, и появляется лишь во времена мира и справедливости. Он наделён даром обращать злых в добрых.

Поверье

Биби

Она более всего похожа на лису с крыльями и кричит, как дикий гусь. Где её увидят, там будет большая засуха.

«Книга гор и морей»

Магазинчик древностей в китайском квартале казался безлюдным. На входной двери – табличка «Закрыто», над ней жёлтые полоски бумаги, все в рисунках и надписях красными чернилами. Пустынным выглядел и весь переулок. Но это впечатление было обманчивым. Здесь же, глубоко под землёй, двое могущественных волшебников – тигр по имени Ху и предводительница ополчения леди Торка – в эту минуту решали судьбоносные вопросы военной стратегии.

Гостья приняла свой истинный облик и предстала в виде лисы с парой прекрасных белоснежных крыльев. Заострённые стальные наконечники на концах её перьев блестели, будто составленные рядами кинжалы, на передней лапе тканевая повязка с изображением обезглавленной змеи – эмблемы мятежников.

– Всё готово, – доложил тигр, садясь на диван. Его раскатистый голос эхом множился в просторном бункере, обустроенном под зданием магазина всего лишь месяц назад. – Маги из царства драконов изготовили амулеты. Наши посланники размещают их по всему китайскому кварталу. Это проход напрямую со дна океана. Драконы готовы прибыть в любой момент по нашему сигналу.

Том, ученик господина Ху, подал чай. Леди Торка изысканным жестом приняла чашку из рук мальчика. Трудно было поверить, что столь утончённая особа возглавляет банду головорезов, восставших против своего господина, злобного демона Ваттена. Но дело обстояло именно так, и, попадись она теперь ему в руки, расправа её ждала бы самая жестокая. Воительница прижала к подбородку сложенный белый веер.

– Драконы рискуют, перебрасывая к нам силы сейчас, когда их собственное царство в военном положении.

– Его величество осознаёт риск, но игра стоит свеч, – ответил господин Ху, взяв у Тома свою чашку.

– Только бы получилось… – Леди Торка печально вздохнула, пар над ароматным напитком в её лапах скрутился завитками. – До сих пор вся инициатива принадлежала нашим врагам. Они совершают отдельные вылазки, нападают непредсказуемо в разных местах и никогда – в полную силу. Всё равно что сражаться с миражами… Наша задача – выманить войско Ваттена на свет целиком и разделаться со всеми сразу.

– Надо устроить ловушку и как-то завлечь их туда, – согласился господин Ху.

Вот уже много веков Ваттен разыскивал в Китае легендарного феникса, обладающего способностью воздействовать на души живых существ, делая их по своей воле злыми или добрыми. В своё время один из Стражей скрылся с яйцом феникса в Америке, где передал его в руки своих преемников, других Стражей. Много позже одним из Стражей феникса стала бабушка Тома, а теперь её сменил господин Ху. Именно ему удалось создать военный альянс, объединив полчище мятежников – бывших слуг Ваттена – под предводительством леди Торки с армией драконов. К ним присоединился сонм древних героев и духов, прибывших из Китая. Тигр стал Стражем совсем недавно, но достижение его было небывалым: свести воедино силы давно враждующих сторон, ныне сплочённых общей ненавистью к Ваттену и желанием уберечь феникса от его безумной власти.

Когда шпионы Ваттена похитили яйцо, Том и господин Ху оба чуть не погибли, спасая его. Тигру с учеником пришлось укрыться в подводном царстве. Но там яйцо выкрали драконы, отчаявшись самостоятельно изгнать Ваттена из своих владений. Силой магии они заставили феникса преждевременно пробудиться.

С рождением феникса древние силы восстали из векового сна и вновь вырвались на свободу, неся с собой ужас и разрушение. Вот уже месяц мир находился в состоянии войны, хотя из людей об этом почти никто не знал. По всему миру, на суше и в море, армии магических существ приходили в боевую готовность и вели яростные баталии, не зная милосердия. Последователи Ваттена стремились добраться до феникса, а союзники Стража всеми силами пытались их остановить.

Сейчас самые ожесточённые и важные бои сосредоточились здесь, в китайском квартале Сан-Франциско. Как друзья, так и враги действовали небольшими формированиями. Каждый был охотником и добычей. Поединки завязывались в переулках, на крышах, в туннелях канализации. Они были мимолётны и беспощадны, заканчиваясь всегда до приезда полиции. Все пострадавшие вовремя удалялись с глаз: ни одна из сторон не желала вмешательства людей в свои дела. Обнаруживая разрушения на улицах, газеты и телевидение списывали всё на конфликты между человеческими преступными группировками. Те заявляли, что они ни при чём, но никто им не верил…

Снаружи кто-то дико взвыл. Душераздирающий вой проник через кровлю и перекрытия двух этажей и достиг подвала. Том вздрогнул и чуть не выронил поднос. Звякнула крышка чайника. Не хотелось думать, что там за монстр опять пытается пробраться в магазин… Ученику мага уже доводилось сталкиваться лицом к лицу с чудовищами, будто явившимися прямиком из самых жутких кошмаров. А были и такие, которых мальчишка и представить себе не мог. Даже закалённая в боях леди Торка с тревогой взглянула наверх.

– Вы уверены, что здесь феникс в безопасности? – обратилась она к хозяину дома.

– Мой магазин располагается в бывшем здании банка, так что само здание очень прочное. Кроме того, здесь сходятся в одной точке несколько каналов энергии ци. Свои защитные печати я тоже установил. Наша крепость неуязвима для большинства магических воздействий. – Тигр взял у испуганного ученика поднос с антикварным керамическим чайником и поставил его на стол. – И я всецело доверяю вашим воинам.

Словно по команде, визг неожиданно смолк: охранники устранили угрозу. Том обнаружил, что, сам того не замечая, расхаживает из угла в угол. Так обычно делал его учитель-тигр. Магазин с каждым днём всё больше походил на тюрьму. Из-за беспрестанных нападений нервы у всех были на пределе.

– Всё равно схожу сама проверю, – обронила леди Торка с таким невозмутимым спокойствием, словно собиралась выйти в сад полить цветы. – Благодарю за чай. Он восхитителен.

Она поднялась. Господин Ху вскочил с дивана и поклонился:

– Делайте как считаете нужным, леди Торка. Лишь глупец стал бы оспаривать мудрость ваших решений.

– Заботься хорошо о нашем фениксе, Томас.

На прощание лиса махнула мальчику веером. Её взгляд скользнул по золотой чешуйке на его щеке, что оставила Тому императрица. К таинственной и изощрённой императрице Нюй Куа – впрочем, имя её посвящённые не смели произносить вслух, именуя её кратко императрицей, – Страж в отчаянии обратился за помощью, когда Том был при смерти. Она была известна тем, что исполняла желания просителей в своей неповторимой причудливой, а иногда жестокой манере. И в этот раз поступила так же. Вернув Тому жизненную силу, она оставила на его щеке золотую чешуйку, сказав, что с помощью этого подарка мальчик сможет вызвать её. Но после всего, что он о ней слышал, Том надеялся, что тот день никогда не настанет. На общем собрании, где был создан военный альянс, из-за этой блестящей родинки на щеке Том оказался в центре внимания. Все разглядывали ученика Стража с непривычным для него почтением. Учитель называл родинку знаком расположения императрицы, остальные же склонны были считать её скорее тяжким бременем и предпочитали держаться от мальчика на расстоянии.

В ответ на слова леди Торки Том не нашёлся что сказать. Учитель ответил за него:

– Мастер Томас выполнит свой долг, как и все мы.

Снова вежливо поклонившись, тигр проводил воительницу к выходу из подвала и поднялся вместе с ней на первый этаж. Через подсобное помещение он провёл её в торговый зал. Выглянув на улицу и убедившись, что поблизости нет монстров, господин Ху снял с входной двери защитный заговор и открыл её. Леди Торка обратилась в миниатюрную женщину с короткими рыжими волосами, одетую в бархатный комбинезон под цвет волос. Крылья превратились в длинный белый плащ с серебряной каймой, укутавший её светлым куполом. Подол живописно взметнулся, когда она ступила наружу.

– Будем надеяться, всё пройдёт как задумано, – пробормотал господин Ху, закрывая дверь и снова накладывая защитный заговор.

Когда он спустился обратно в подвал, Том поймал его обеспокоенный взгляд и заволновался ещё сильнее.

– Мы же победим, да?

Господин Ху очнулся от невесёлых мыслей.

– Разговоры о судьбе мира не предназначены для ушей ученика. – Тигр назидательно поднял указательный палец с длинным когтем. – Сдаётся мне, вы ищете повод, чтобы не выполнять домашнее задание.

– Я выполняю, только не получается. – Том недоумённо пожал плечами. – То есть получается всё наоборот. Пытаюсь запечь баклажан, а он вместо этого замерзает.

Усы господина Ху недовольно дрогнули:

– Вообще-то ваш баклажан предназначался нам на ужин. Мы ведь вчера с вами подробно разобрали этот раздел. У меня осталось впечатление, что вы вполне усвоили урок.

– Да я это заклинание уже вдоль и поперёк выучил! Что не так – ума не приложу. Может, стоит учиться сразу на монстрах? Сейчас поджаривать монстров важнее, чем уметь готовить.

Стоя на задних лапах, тигр вдохновенно приподнялся на цыпочках:

– Заклинание огня значительно сложнее, чем заклинание ветра, которое вы уже освоили. В нём больше составляющих, и порядок их выполнения не так прост. Поэтому вначале важно потренироваться на чём-то небольшом.

Господин Ху любую работу превращал в урок магии. Том порой подозревал, что таким образом учитель просто хочет заставить его заниматься хозяйством. Но сам же виновато напоминал себе, что освоить предстоит ещё очень многое, а времени на это в обрез. Господин Ху сцепил за спиной лапы:

– Попробуйте ещё раз под моим наблюдением.

Том пошёл на кухню, по дороге оправдываясь:

– Я как будто вообще не контролирую, что происходит. Господин Верховный Маг говорил, такое может быть потому, что во мне течёт кровь тигра. Из-за неё моя магия такая неуправляемая.

Пока Страж набирался сил в царстве драконов, Том получал уроки у придворного волшебника-дракона. Тот учил мальчика магии драконов, а вовсе не Мастерству Стражей, что шло вразрез с планами учёного тигра. Теперь господин Ху был решительно настроен наверстать упущенное. Почти всё время, помимо разве что сна, Том проводил, практикуясь в каком-либо разделе Мастерства.

– Ха! – воскликнул учитель на его замечание. – Если хотите знать, магия тигров далеко превосходит магию драконов! – Тигриный хвост заходил туда-сюда с таким возмущением, что опрокинул стул. – Магия тигра подарит вам силу, которой позавидует любой дракон.

– Почему она такая сильная?

– Магия драконов идёт отсюда. – Страж коснулся подушечкой лапы лба. – А магия тигров – отсюда. – Он приложил лапу к груди. – Магия тигров – это магия самой природы. Поэтому её так трудно приручить.

При виде того, что творилось в кухне, густые брови тигра полезли на лоб, уши задвигались. Мусорное ведро было до краёв заполнено плодами предыдущих неудачных попыток юного мага. Но прежде чем старик успел выдать порцию нравоучений, в дверь вприпрыжку вбежала непосредственная причина великой войны и кинулась к Тому.

– Мама, мама! – запищал красный комочек перьев. – Книжку! Почитай!

– Сколько раз тебе повторять, я ученик! – Том указал на господина Ху. – Вот кто тут главный! Его проси.

Тигр резко выдохнул:

– И я тоже устал повторять одно и то же. Если бы, вылупившись из яйца, феникс первым увидел меня, было бы по-другому. Но он увидел вас, мастер Томас. Как многие птицы, он считает своей матерью первого, кого видит в жизни, это называется «импринтинг». Вам всё это хорошо известно.

– Короче, увяз ты по уши!

В дверях стояла Жэв. Том почувствовал, как тигриная кровь приливает к лицу и щёки становятся свекольно-красными. В голове бурлило, как в кипящем чайнике. Он открыл было рот, но господин Ху приложил лапу к его рту.

– Мастер Томас, держите себя в руках! Госпожа Жэв – наш гость и официальный представитель наших союзников.

– Посол, если точнее. – Жэв гордо поправила свою повязку. – Причём выбранный лично леди Торкой.

Уже не впервые Том подумал, что слишком уж девчонка задаётся из-за своего нового титула. С большим трудом он сделал несколько медленных, глубоких вдохов и выдохов. Когда тигр убрал лапу, Том пробурчал:

– Извините. Мне стало трудно держать себя в руках.

Таков был отрицательный – а по мнению господина Ху, положительный – побочный эффект тигриной крови. Чтобы спасти умирающего ученика, Страж отдал ему часть своей души. После этого в волосах у мальчика начали появляться оранжевые пряди, а в его глазах иногда вспыхивали янтарные проблески. И характер у Тома постепенно становился таким же вспыльчивым, как у настоящего тигра.

– Для меня укротить собственный нрав было куда труднее, чем освоить магическое исчисление, – с пониманием кивал господин Ху. – Но, как бы то ни было, вам придётся этому научиться – так же, как до сих приходится учиться мне. Думаете, мне легко здесь взаперти? Для меня этот дом – всё равно что клетка. Я бы предпочёл быть снаружи и сражаться, как сражаются обезьяна и Мистраль. – Тут он обратил внимание на роскошный наряд, в который была одета Жэв. – Где вы взяли эту вещь?

– В сундуке наверху. – Девочка разгладила на себе старинное, синее с серебром одеяние, с удовольствием ощущая ладонью шелковистую ткань. – Как официальный посол…

Тигр снисходительно поднял лапу.

– Хорошо, хорошо… Будем считать, что я одолжил вам костюм на время. Но когда ваша миссия будет окончена, я рассчитываю получить изделие назад в исходном состоянии. Это ценнейший экспонат времён династии Сун.

– Буду заботиться, как о своей собственной одежде, – пообещала Жэв.

Раньше она была шпионкой Ваттена. Однажды даже помогла украсть яйцо феникса, а Тома и господина Ху заманила в смертельную западню. Но, к её ужасу, в той же ловушке хозяин оставил погибать и её саму. А тигр, найдя выход из заточения, взял её с собой. Его благородный поступок произвёл на девочку неизгладимое впечатление. С того момента она стала верной соратницей Стража.

– Мама, почитай! – снова стал требовать феникс.

Цепляясь лапками за брюки Тома, он стал забираться вверх по его ноге. Малышу был всего месяц, но рос он быстро и, хоть размером был с птенца, уже размышлял как двухлетний ребёнок. И ребёнку было скучно.

– Не сейчас, мне надо делать уроки.

Том вздрагивал, чувствуя уколы маленьких коготков.

– Нет, мама, почитай, почитай!

Птенец залез мальчику на грудь и карабкался дальше, на плечо.

– Потом почитаю. Потерпи.

Том достал новый баклажан и положил его в сковороду.

– Почитай, мама! Почитай!

Птичка ползала по нему, как по спортивному снаряду. Он недовольно морщился. Полдня уходило на то, чтобы нянчить феникса, оставшиеся полдня – на изучение Мастерства. И это в летние каникулы!

– Слезь с меня!

Том стал листать книгу мудреца Ко Хун «Магическая кухня».

– Читай, читай, читай! – бубнил феникс, приплясывая у него на голове.

– Не мешай! Мне надо сосредоточиться! – Том попытался схватить птичку.

– На твоём месте я бы его не злила, – вставила Жэв.

– Тебе, посол, заняться, что ли, нечем?

Девочка с серебристыми волосами рассмеялась и скрестила руки на груди, наблюдая за Томом и фениксом.

– С вами двумя и телевизора не надо!

Птенец, вовсю разыгравшись, валялся на голове у Тома, как на мягкой подушке. Птичьи лапки запутались в волосах, но феникс не отступал и просил, чтобы «мама» почитала ему сказку. По опыту заподозрив неладное, Том засуетился, но поздно: голова намокла, и он понял, что произошла очередная неприятность.

– Ну, что за напасть! Ты же королевских кровей! Разве так можно?

Пытаясь сохранять спокойствие, мальчик закрыл глаза и сосчитал до десяти.

– Даже короли и королевы рождаются детьми. Повелитель всех птиц – не исключение. А дети есть дети, – ответил господин Ху. – Госпожа Жэв! Может быть, вы любезно согласитесь почитать для феникса, пока мастер Томас занимается нашим ужином?

Сколько бы Жэв ни дерзила старику, отказать ему она ни в чём не могла. Усевшись на пол, она похлопала себя по коленке.

– Эй, малыш, иди ко мне! Я тебе почитаю, раз твоя мама сегодня такая тигра!

– Не начинай ты ещё! Я пытаюсь себя контролировать! – огрызнулся Том.

Он стал ловить птенца у себя на голове. Жэв потянулась к стопке книг и взяла наугад одну сверху.

– Не эту! – оживился феникс. – Хочу хорошую!

– Хорошую, хорошую… – Жэв почесала книгой щёку, озадаченно глядя на стопку. – И какая же из них хорошая?

– Его любимая – та, которая про семью, где все идут на пикник, – подсказал Том.

И мысленно застонал: он уже столько раз читал птенцу эту книгу, что давно потерял счёт.

– Ах, эта! – Жэв состроила гримасу. – Сказочка для нашего фантазёра.

Тем не менее она порылась в стопке книжек и достала нужную. Том нащупал птичку пальцами и стал осторожно распутывать пряди волос. Вдруг он ощутил болезненный укол: птичий клювик прищемил ему палец.

– Ай!

Наконец ему удалось снять феникса со своей макушки. Выражение маленькой мордочки трудно было разглядеть, но от Тома не ускользнула озорная искорка в глазах. Тигриный гнев начал закипать внутри, и мальчик не без труда подавил его. Усадив пушистый шарик на колени к Жэв, Том отчитал птичку:

– Нельзя обижать маму! Плохой, плохой феникс!

– Да, мама…

Птенец опустил маленькую головку и уткнулся девочке в колено. У Тома больно кольнуло внутри. Малыш каждый раз так искренне расстраивался, когда «мама» была недовольна. Но надо было продолжать занятия. Мальчик, как мог, вытер волосы бумажным полотенцем и стал мыть руки, попутно беседуя с учителем.

– Вот вы говорите, феникс – олицетворение мира. Но что-то по нему не похоже.

Пожилой тигр смотрел на ученика сверху вниз:

– Мастер Томас, вы должны быть так же терпеливы с фениксом, как я с вами. Его предназначение – творить добро. Но оно не раскроется само собой. Как любому ребёнку, ему нужно научиться различать добро и зло. И тогда, обретя полную силу, он сможет сделать правильный выбор. В этом состоит ваша задача – научить его. Как моя задача – учить вас.

– Значит, ему надо так же рычать и скалиться? – подмигнула Жэв.

Усы мудрого старца дрогнули. Ему каждый раз приходилось выдерживать внутренний поединок с самим собой, чтобы обуздать свой порывистый нрав.

– Это далеко не единственное, чему мастер Томас научился с моей помощью, госпожа Жэв. К настоящему моменту он овладел заклинанием ветра.

– Ага… – вздохнул Том. – С этим заклинанием я теперь мастер подметать и вытирать пыль. А про магию так почти ничего и не знаю. Может, лучше купить пылесос?

Ноздри господина Ху расширились, он глубоко вдохнул и выдохнул:

– Старые методы – лучшие методы. Работа метлой…

– …Закаляет характер, – скучным голосом повторил Том заученную фразу.

– Верно! – Тигр не смог сдержать улыбку. – А сейчас, прошу вас, начинайте.

Том зашептал слова заклинания и стал выводить руками сложный магический узор, стараясь не обращать внимания на Жэв. Она читала птенчику книжку про семью. В семье были малыш герой, дедушка, дядя, тётя и собака, и все они собрались на пикник. Жэв показала на феникса и сказала, что малыш из книжки – это он. Птичка от радости запрыгала у неё на коленях. Завершив ритуал, Том направил силу заклинания на злополучный баклажан, лежащий в сковороде на плите. Принюхался, надеясь учуять запах запечённого овоща. Но обнаружил нечто прямо противоположное: тёмно-фиолетовая кожура подёрнулась кристалликами льда. Том ткнул баклажан пальцем.

– Ну, вот. Твёрдый. Опять замёрз.

Он чувствовал, как зубы сами собой оскаливаются, а из горла рвётся грозный рык. Борясь с желанием размозжить баклажан кулаком, он привычно заставил себя сосчитать до десяти. Противная Жэв подлила масла в огонь: повернув к птенцу картинку в книжке, она спросила:

– А где же мама?

– Вот мама! – ответил феникс и кончиком крылышка указал на Тома.

– Не потакай ему!

Том взял сковороду и вывалил жертву неудачного опыта в мусорное ведро к предшественникам.

– А где папа? – требовательно запищал феникс.

Лукаво улыбнувшись, Жэв взглянула на Тома.

– Да, где папа?

– А я откуда знаю? – раздражённо рявкнул Том.

Послышалось тихое гудение, и в кухне появился ещё один их боевой товарищ – летающая крыса Сидни, похожая на косматый воздушный шар. Жёлтый мех колыхался у него вдоль спины.

– Вот ты где, мистер Хэ! – крикнул он тигру, размахивая листом бумаги, на котором был нарисован какой-то чертёж. Несколько таких же листов были зажаты в другой лапке. – Ты обещал посмотреть мои правки, когда закончишь с леди Торкой.

Птичка задумалась на секунду, затем указала на парящего под потолком грызуна.

– Это папа?

– Э… Извини, но нет! – заявила крыса.

– Я хочу папу! – не сдавался феникс. Крылышко ткнуло в господина Ху. – Это папа?

– Совершенно точно нет! – попятился тигр.

Сидни завис в воздухе у Стража перед глазами.

– Я насчёт домашнего кинотеатра.

Уши тигра сплющились и прижались к голове:

– В сотый раз говорю тебе: никакого кинотеатра! Никакой сауны! И уж точно никакой конюшни!

Хищник угрожающе обнажил клыки. Но бойкому торговцу было всё нипочём. Он облетел вокруг тигриной головы и заявил:

– Если сделать сейчас, обойдётся дешевле.

Тигр резко развернулся к нему и пригнулся, сердито хлестая хвостом.

– Сидни, я одобрил только бункер достаточно большого размера, чтобы вместить собрание союзников. И его ты мне уже продал!

– Знаешь что? Оставим ходы для кабелей, потом проще будет добавить. Так и запишем! – Крыса всучила тигру в лапы охапку чертежей. – Подержи-ка, будь добр…

От неожиданности господин Ху чуть не выронил кипу бумаг, но с трудом удержал её.

– Не надо ничего добавлять. Уймись, я приказываю!

Стоявший торчком крысиный мех плавно разгладился, Сидни приземлился на пол. Запустил лапку под маленькую жёлтую каску у себя на голове, вытащил оттуда блокнот и карандаш.

– Ещё я составил список материалов, не соответствующих нормативам. Кто-то из подрядчиков схалтурил, когда строили твою лачугу.

Что-то тяжёлое ударило по кровле, здание дрогнуло. Сверху посыпались куски штукатурки. В потолке кухни образовалась выпуклость. Том невольно съёжился, но сразу заставил себя выпрямиться. Феникс запрокинул головку, посмотрел на потолок.

– Мама, что это?

– Помните, мастер Томас! И вы, госпожа Жэв! – тихо сказал господин Ху. – Мы должны создать для феникса настолько счастливую и безопасную жизнь, насколько это в наших силах. Тогда он будет расти здоровым и благополучным.

Руки у Тома тряслись, но он постарался сделать свой голос спокойным.

– Всё хорошо, малыш, ничего страшного.

Он стряхнул с пушистого комочка пыль от штукатурки.

– Ничего страшного… – повторил птенчик.

«Бедняжка! – подумал Том. – Видимо, думает, что все на свете живут так, как мы, в осаде».

– Потолок надо заново оштукатурить… – бормотал Сидни, не отрываясь от блокнота.

Внезапно погас свет.

– Мама, мама! – испуганно заверещал феникс.

– Тихо, не бойся! – стал успокаивать Том, на ощупь разыскивая в темноте спички и свечи. Подобные происшествия в последнее время стали происходить слишком часто. – Просто у нас плохие провода. Сидни что-то напутал.

– Эй! – возник в темноте возмущённый голос. – Ко мне никаких претензий. У меня всё по нормативам. Это… Ай!

Том чиркнул спичкой. Господин Ху стоял, наступив лапой крысе на хвост.

– А что же ещё это может быть, Сидни? Никаких других причин нет! – угрожающе проговорил Том, незаметно кивнув на феникса.

– Э… Ну, да, наверно… – пробормотал торговец, вытаскивая придавленный хвост из-под тигриной лапы. – Провода тоже проверю.

Том зажёг свечу. Сверху раздавались звуки ожесточённой борьбы. На крыше шёл бой. Увидев, как птичка, дрожа, забилась в своё гнёздышко, которым служила коробка, набитая бумажными полосками, Том заставил себя забыть собственные страхи. Взяв малыша на руки, он усадил его к себе на плечо. Феникс клювиком потянул его за ухо.

– Мама, кушать!

Том взял свечу и зажёг от неё другие.

– У меня пока не получается заклинание огня. Придётся тебе подождать, пока заработает электричество. Тогда сварим ужин на плите.

Феникс запрыгал у него на плече.

– Кушать! Хочу сейчас!

– Не всегда бывает так, как ты хочешь! – Том изо всех сил старался не выходить из себя. Но это нелегко, когда все вокруг, даже мелкий комок перьев, обращаются с тобой как с прислугой. – Кушать будет, когда… Ай!

Птенец клюнул его в щёку. Том наконец повернул к нему голову. Маленькие глазки смотрели в упор.

– Мама, мама! Кушать, кушать, кушать!

– Что я могу поделать? Электричества нет. Ведешь себя как злючка!

Птенец нахохлился:

– Я не злючка! Кушать, кушать!

Он снова клюнул мальчика в щёку.

– Да что ж такое! – крикнул Том и отпихнул птицу от своего лица. – Ты перестанешь или нет? Какое счастье, что ты только один такой!

Глазки феникса заблестели, как гладкие морские камешки. Крошечный клювик обиженно задрожал.

– Я не один! Я с мамой.

– Да пойми ты своей пернатой башкой, никакая я тебе не мама! Я не могу быть твоей мамой!

Феникс склонил головку набок.

– Я один?

– Да, ты один! – прорычал Том. – Уж поверь, больше бы я не выдержал.

Две крошечные слезы выступили на птичьих глазках, сползли по мягким пушистым щёчкам.

– Не мама… Не семья… Я один…

Жэв поднялась и погладила малыша по головке.

– Мама хочет сказать совсем другое! Мама говорит, что ты у нас только один такой, и на всём свете другого такого нет. Ты особенная птичка.

– Так оно и есть! – подтвердил тигр, испепеляя ученика взглядом. – Вы птица совершенно уникальная!

Но из маленьких глазок уже ручьём лились слёзы. Вскоре пернатое личико стало насквозь мокрым, пёрышки из красных стали ярко-малиновыми.

– Я один… Никого…

– Ладно, давай покормлю! – сдался Том.

– Сам покормлю… – обиженно пискнул феникс.

– Ага, как же… – пробурчал Том и спустил птенца на пол.

– Мастер Томас, ему только месяц от роду, – напомнил господин Ху. Том не успел ответить: с улицы донёсся звук удара, и почти сразу в парадную дверь постучали. – Сомневаюсь, что монстры Ваттена вздумали обучиться хорошим манерам. Посмотрите, кто там. Но никого не впускайте без условного сигнала.

Держа перед собой свечу, Том вышел в торговый зал магазина. Снаружи, перед дверью, тяжело опершись о косяк, стоял маг-обезьяна. Он был в человеческом обличье, чтобы не быть узнанным шпионами Ваттена: невысокий мужчина с кудрявыми каштановыми волосами и бакенбардами в белом спортивном костюме и кепке под леопарда. Его одежда была порвана в нескольких местах, и, хотя он старался улыбаться как ни в чём не бывало, было видно, что силы его на исходе. Позади него стояла Мистраль – дракон в обличье элегантной женщины в шелковистом чёрном костюме. По её лицу было видно, как сильно она устала. Обезьяна постучала в дверь условным стуком. Убедившись, что это друзья, Том снял защитный амулет и открыл дверь.

– Голуби на вашей крыше в этом сезоне всё толще. – Обезьяна ткнула позади себя большим пальцем. Чешуйчатый хвост мелькнул под козырьком кровли и исчез. – Наши друзья заметают следы.

Из соседней комнаты выглянул господин Ху.

– Хочется верить, вы пришли не затем, чтобы хвастаться. Работа закончена? Все драконьи амулеты на местах?

– Так точно! – отрапортовала обезьяна, вваливаясь в подсобку.

В тяжёлой походке мага не осталось и капли прежнего задора. Мистраль вошла следом.

– Хорошо бы поесть. У меня после драки всегда аппетит просыпается.

Том знал, что оба они сегодня рисковали жизнью. Ему стало стыдно, что минуту назад он жаловался на какие-то несчастные заклинания.

– Домашнее задание подождёт, – решил он. – Сейчас я что-нибудь придумаю и приготовлю всем поесть. Только сперва накормлю феникса.

Он вернулся на кухню, где перед этим оставил птенца. В доме загорелись лампочки, стало светло. Но феникса нигде не было.

Глава вторая

Рыболовы

Многие их поколения жили рыболовством, причём рыбачили руками, без всяких приспособлений. С течением времени руки у них стали длинными, чтобы лучше подходить для рыбной ловли.

«Книга гор и морей»

Маг-обезьяна растерянно заглянул себе под ноги.

– Я не видел, чтобы кто-то проскочил.

– Но мы же и не следили, чтобы никто не вышел – только чтоб не вошёл. – Мистраль водила головой из стороны в сторону. – Все наши усилия пошли прахом из-за минутной небрежности!

– На жалобы нет времени, – прервал её господин Ху. – Нам надо разделиться и искать. Сидни, за тобой деловой квартал к востоку от нас. – Торговец хорошо знал те места, раньше он оказывал там услуги доставки. – Обезьяна, возьми на себя отели на западе. Я беру Норт-Бич, итальянский район. Мистраль, ты идёшь на юг. – Дракону достались модные магазины и рестораны.

– А мы как же? – выступила Жэв.

– Для вас это слишком опасно. И кто-то всё равно должен остаться.

– Пусть Том остаётся. Я могу за себя постоять.

– Так и я могу! – вмешался мальчуган. Он не собирался сидеть сложа руки, ведь это по его вине феникс убежал. – Чем больше нас отправится на поиски, тем лучше. И мне он доверяет. Меня защитит оберег.

Он коснулся рукой мешочка, висевшего на шнурке у него на шее. Господин Ху дал его мальчику, когда только взял в ученики. Тигр опустил голову и подумал немного:

– Хорошо. Но помните, мастер Томас, ваш оберег защищает только от небольших монстров. Против крупных он бессилен. А лучше избегать и тех и других. Владение единственным заклинанием не делает из вас волшебника… – Он перевёл взгляд на Жэв: – А из вас умение обращаться с ножом не делает воина. Если увидите, что слуги Ваттена захватили феникса, не пытайтесь самостоятельно освободить его, зовите на помощь.

Мистраль приподняла бровь:

– Думаешь, стоит отпускать детей на улицу одних?

– Когда идёт война, у детей нет времени быть детьми, – вздохнул господин Ху. – Сидни, поменяешься с госпожой Жэв. Останься в магазине. Закроешь за нами дверь и повесишь на вход защитную печать. Мастер Томас, вы будете искать на Грант-авеню. А вы, госпожа Жэв, отправитесь на восток.

Девочке предстояло пройти улицы с небоскрёбами, где располагались офисы крупных компаний. Обезьяна выглянула наружу. Осмотрела улицу в одном направлении, потом в другом. Поблизости никого не было.

– Скажу караульным, чтобы тоже искали.

– Только тихо, – предупредил господин Ху. – Шпионы Ваттена не должны узнать, что феникс бродит неизвестно где без охраны.

Страж принял человеческое обличье.

– По крайней мере, на нашей улице всё спокойно, – сообщила Мистраль, когда друзья вышли из магазина.

– Но за её пределами может быть опасно, – обратился тигр к детям, подняв указательный палец. – Повторяю: никаких подвигов! Будьте предельно осторожны.

– Мне не привыкать, я выросла на улице! – уверенно заявила Жэв.

– А я помог победить Безымянного! – парировал Том.

Гигантский монстр, называемый Безымянным, терроризировал царство драконов, пока Мистраль вместе с Томом его не уничтожили. Страж обеспокоенно наморщил лоб.

– Излишняя самоуверенность опаснее любого монстра.

– Ху! – одёрнула его Мистраль. – Пора!

– Да, конечно…

Бросив последний тревожный взгляд на детей, тигр двинулся в свою сторону. Мистраль тоже ушла. Том и Жэв, хоть и храбрились в присутствии взрослых, ближе к выходу из знакомого переулка сбавили шаг. Они не отходили так далеко от магазина с тех пор, как началась война за феникса. Краем глаза Том заметил, что у одного из плакатов на стене отогнулся и колышется на ветру уголок, а из-под него выглядывает драконий амулет, спрятанный обезьяной и Мистраль. Он торопливо разгладил плакат, прижав его обратно к стене.

Потом он стал разглядывать прохожих, идущих по Грант-авеню. С десяток покупателей суетливо топали мимо, неся в руках пакеты с продуктами. Сквозь толпу пробиралась парочка дрожащих от холода туристов в футболках и шортах, совершенно неподходящих для летней погоды в Сан-Франциско. Том пристально вглядывался в каждого: вдруг в обличье человека скрывается кто-то из своих или чужих. Жэв обогнала его и вышла на главную улицу китайского квартала.

– Нам не найти феникса, если будем стоять тут.

Том собрался с духом и вслед за ней шагнул вперёд, в зону боевых действий. И почти сразу остановился: из-за припаркованного грузовика, наполовину заехавшего на тротуар, выскочил мужчина. Вдруг это монстр? Вообще-то ученик тигра хорошо чувствовал присутствие магии и безошибочно определял её по характерному покалыванию в затылке. Но на всякий случай, чтобы убедиться наверняка, он пробормотал короткое заклинание. Мужчина оказался обычным водителем, который действительно занимался погрузкой.

Том пошёл дальше теперь уже совсем один. По пути была кондитерская. Сквозь стёкла витрины мальчик увидел внутри двух пожилых посетителей, сидящих за столиком. Может, один из них – шпион Ваттена? Мальчик снова произнёс разоблачающее заклинание, но старики были всё те же: попивали чай из пластиковых стаканчиков и увлечённо обсуждали между собой нехитрые местные новости. Потом он заприметил тройку особо активных туристов, щёлкающих фотоаппаратами. Проверил их при помощи заклинания – безрезультатно.

Он понял, что если будет проверять каждого встречного, то не пройдёт улицу и за час. Слишком долго. Случись что, у него-то в запасе имеется заклинание ветра. А новорождённый феникс – какая у него защита против монстров? От одной только мысли об этом всё в животе у мальчика сжималось в тугой комок. Медлить нельзя, придётся положиться на удачу.

Том пошёл быстрее по обочине улицы. По дороге он начал было ругаться: мол, с цыплёнком не оберёшься хлопот! Но тут же одёрнул себя. Сколько раз он сам, попадая в неприятности, жаловался, что ему, ребёнку, не дают права на ошибку. Сколько раз винил взрослых, что они, чуть что, спешат судить и обвинять его. А теперь, пожалуйста, сам делает то же самое. Каждый раз, выгораживая его перед директором школы после очередной драки, бабушка говорила: такие уж они, мальчишки, сгоряча могут натворить глупостей. Видно, маленький феникс в этом отношении ничем не отличался от своей «мамы». Его надо было научить не терять головы каждый раз, когда он чем-то напуган. Тому оставалось надеяться, что его подопечный окажется лучшим воспитанником, чем он сам.

Дойдя до перекрёстка, мальчик услышал истошные крики:

– Помогите! Убивают! Демоны!

Неужели монстры Ваттена на кого-то напали? Том развернулся и нырнул в переулок, надеясь, что заклинание ветра поможет ему защитить себя. Он издали увидел крикуна – пузатого лавочника. Тот стоял у дверей своей лавки и размахивал метлой. По вывеске было непонятно, что продавалось в магазине, но там точно не было ничего интересного для туристов. В узком окошке виднелись журналы с выцветшими фотографиями китайских музыкантов и кинозвёзд, некрасивые пластмассовые куклы в китайских кофточках и штанишках да истёртая картонка с изображением какого-то косметического средства. Внутри павильона стояла статуя Будды с янтарными ожерельями на шее. Господин Ху рассказывал, что бывает обычный, морской янтарь, а бывает волшебный – в него превращаются души умерших тигров. Но Том не ощутил покалывания в затылке, так что, видимо, эти камни были обыкновенными, с Балтийского моря.

– Что случилось? – крикнул Том, задыхаясь от бега в гору.

Лавочник обрадовался, что кому-то есть дело до его жалоб.

– Демон! Забрался сюда и разорил мой алтарь!

Он ткнул черенком метлы в открытую дверь магазина. В тёмном проёме можно было разглядеть перевёрнутый столик в углу. Рядом лежал небольшой опрокинутый алтарь. Из разбитой чашки растекалась по полу лужа чая, в которой утонули потухшие, ещё дымящиеся свечи. Кругом валялись рассыпанные апельсины. Один апельсин был надкушен. Точнее… исклёван!

– А потом этот мелкий монстр уронил подсвечники! Чуть лавку мне не спалил!

Магазинчик был таким тесным, что упавшие свечи могли и вправду наделать дел. Только чудом удалось избежать беды. Том неожиданно для себя понял, что предпочёл бы, чтобы причиной разрушений оказался кто-то из шпионов Ваттена, а не феникс.

– А как он выглядел, этот монстр? – спросил он пострадавшего лавочника.

– Он прибежал и убежал так быстро, что я его толком не разглядел. На вид вроде как метёлка для пыли, только маленькая.

Том втянул голову в плечи.

– Красного цвета?

Лавочник опустил метлу и с подозрением уставился на Тома:

– Так он твой?

– Не то чтобы…

Сам не свой от беспокойства, мальчишка побежал дальше, теперь уже ругая себя. Если бы он не наговорил птенцу столько обидных вещей, тот бы не сбежал. Как одиноко, должно быть, малышу в чужом ему мире! Том сам потерял родителей, а потом и бабушку, единственного оставшегося у него родного человека. Но его всюду окружали люди – такие же, как он сам. А птенчик совсем один. Можно только догадываться, насколько нелегко ему приходится.

Погружённый в тягостные мысли, Том чуть не врезался в двух пешеходов у прилавка с фруктами. Мужчина и женщина горячо спорили. Женщина прижимала к груди карманную собачку.

– Моя Герти вообще не кусается!

Мужчина стоял, как цапля, на одной ноге, а другую разминал руками.

– Но кто-то же меня тяпнул!

– И мне пакет порвал! – добавила другая женщина.

Она держала пакет обеими руками, показывая проделанную в нём дыру. За ней тянулась дорожка из рассыпанных грибов, выпавших из пакета. Мужчина с длинными, как у баскетболиста, руками помогал ей собрать их с тротуара. Когда Том в спешке пронёсся мимо, баскетболист проследил за ним взглядом.

Теперь догнать феникса не составляло труда: на своём пути он разрушил немало. Мальчик, не сбавляя хода, бежал по следам, оставленным маленькой птичкой. Бедняжка! Должно быть, изголодался и искал, чего бы поесть. У Тома перехватило дыхание. В эту минуту он мог себе представить, как чувствовала бы себя на его месте настоящая мать.

По всей улице валялись клочки изорванных пакетов и грязные футболки, затоптанные множеством испуганных ног. Вот чем закончился приступ поистине королевского гнева. Том закусил губу. Похоже, об этом и говорил господин Ху: повелитель птиц, как любое существо, способен и на добро, и на зло. И судя по масштабу разрушений, нанесённых крошечным птенцом, феникса обязательно надо было вернуть на путь добра. Страшно представить, что будет, если он перейдёт на тёмную сторону. Какая-то часть Тома по-прежнему злилась на непоседливое маленькое создание. Но в то же время он безмерно переживал за малыша, и это второе чувство перевешивало. Птенчик ещё так мал, так беззащитен! Наверняка он не слушался больше от досады, а вовсе не со зла.

Вдруг Том услышал пронзительный писк. Кто-то тоненько плакал и звал:

– Мама, мама!

Кровь тигра вскипела у него в жилах. Он бросился через сквозной проход на соседнюю улицу, откуда слышался голосок. Вопящий комочек перьев сидел перед витриной мясного магазина.

– Мама! Мама! – горько рыдал феникс.

Прижавшись к стеклу, он в ужасе таращился на ощипанных уток, висящих над прилавком как сдутые футбольные мячи. Том подошёл и сжал в ладонях безутешную кисточку красного пуха.

– Ш-ш, тихо, тихо! Я здесь.

Птенца била мелкая дрожь. Он пытался встать, тонкие лапки подкашивались.

– Мама? – спросил он тихим, потерянным голоском.

– Мама рядом!

Том ощутил, как горят щёки. Невозможно было отрицать: он испытал огромное облегчение. Птенчик снова поднял глазки на уток и затрепетал в руках мальчика. Том поспешил его успокоить:

– Это утки. А ты феникс. Люди не обижают фениксов.

– Плохо, плохо, плохо! – Феникс выпрыгнул из его ладоней и побежал к дверям магазина, полный решимости покарать злодея. – Я обижать! Обижать!

Такой маленький, птенец уже был исполнен жаждой мести, и Том понимал, что только он может повлиять на юную душу.

– Нет! – окрикнул он птенца. – Нельзя обижать.

Феникс остановился и посмотрел на него снизу вверх.

– Нельзя обижать… – повторил он.

Выражение маленьких глазок было серьёзным, вдумчивым. Этот наивный взгляд наполнил сердце Тома незнакомым удивительным чувством. Раньше от него никто не зависел так сильно. От этого становилось тепло на душе и одновременно тревожно. Тревожно по-особому: если Том чего и боялся, так это не оправдать доверия, которое маленькая птичка питала к нему. «Интересно, – подумал он, – господин Ху тоже такое чувствует? Ведь он тоже учитель для меня».

А вслух повторил:

– Нет! Никого нельзя обижать.

И для большей убедительности покачал головой из стороны в сторону. Феникс ловил каждое его слово.

– Мама сказала?

– Мама сказала.

Том послюнил палец и стал оттирать грязь с красных пёрышек. Птичка послушно терпела. Когда он закончил, феникс запрыгнул ему на ладонь.

– Пошли домой!

Тома бросило в дрожь, когда невесомый комочек шмыгнул ему в рукав и стал щекотно карабкаться вверх по руке. Как странно! Интересно, это то самое чувство, которое испытывают настоящие родители? В конце концов, что плохого в том, что малыш хочет иметь семью и пытается составить её из тех, кого знает? Ведь господин Ху и его друзья смогли заменить Тому родных после смерти бабушки. Феникс высунулся из расстёгнутого воротника рубашки и ласково прижался к щеке мальчика. Том улыбнулся:

– Ты такой глупыш, да? Ну а я ещё глупее тебя.

Он поспешил назад вдоль тёмных зданий, спускаясь по улице вниз под гору. Вдруг птенец вскрикнул так неожиданно, что мальчик чуть не подпрыгнул:

– Красивая! Красивая!

Малыш восхищённо взирал на хрустальную звезду, висящую на леске в витрине магазина с сувенирами. Узкая улочка была погружена в полумрак, только через небольшой промежуток между плотно стоящими зданиями пробивалось солнце. Казалось, будто звезда собирает весь свет на себя. Её лучи, как живые, блестели серебристым огнём и внутри переливались радугой, точно огранённые лепестки бриллиантового цветка.

– Ай! Красиво! – пищал феникс.

– Да, красиво… – рассеянно согласился Том.

Все его мысли сейчас были о том, как добраться до безопасного места. Феникс подался вперёд, потянулся к звезде.

– Моё!

Надо было как-то отвлечь малыша. Не зная, что ещё сделать, Том расстегнул рубашку и засунул птенца в мешочек с защитным оберегом.

– Красиво, красиво!

Птичка барахталась, коготки щекотали Тому грудь.

– Перестань! – хихикнул он, прижимая мешочек к себе. – Сиди смирно.

Смирно птенец сидел секунд пять, потом опять зашевелился:

– Не вижу!

Том разрешил ему выглянуть между двух пуговиц рубашки. Компромисс был найден.

– Красиво! Моё! – в восторге восклицал феникс.

– В другой раз! – отрезал Том, нетерпеливо отворачиваясь.

– Стой!

Том ощутил удар маленького клювика.

– Ещё раз так сделаешь – никогда не куплю! – пригрозил он птенцу и зашагал дальше.

Феникс обиженно замолчал. Так они прошли несколько домов. Потом из мешочка послышался писклявый голосок:

– Бум! Бум! Бум!

– Это моё сердце, – догадался Том.

– Мама!

Птенец прижался к нему крепче. Да, такого с мальчиком никогда раньше не было: чтобы кто-то настолько нуждался в нём…

Решив, что доставить феникса в убежище надо как можно скорее, Том срезал путь и пошёл через проулок. Здесь было сумрачно и пусто, дневной свет сюда почти не проникал. Каждый шаг эхом отражался от кирпичных стен. Том дошёл до середины, когда услышал над головой шум: кто-то возился на крыше. Феникс втянул головку внутрь мешочка.

– Страшно!

– Никто тебя не обидит! Я не позволю! – пообещал Том.

Он окинул взглядом ближайшие крыши, но вверху не было видно ничего, только небо. Том пошёл дальше, ускоряя шаг, но не мог избавиться от ощущения, что кто-то крадётся за ним по пятам. Он перешёл на бег, для верности держась рукой за кирпичную стену. Перед собой мальчик разглядел длинный тонкий шест, свисающий с крыши. И вдруг в затылке закололо: он увидел на конце шеста шевелящиеся пальцы и понял, что это рука. На тыльной стороне ладони была вытатуирована цифра девять с закрученным змеиным хвостом – символ сторонников Ваттена. Они добрались до него. Костлявые пальцы, тонкие и неровные, как оплывшие свечи, придвигались всё ближе, вслепую шаря по стенам. Том закрыл рукой мешочек с фениксом.

– Уходи! Он мой! – страшно заревел он и тут же понял со всей ясностью: ни за что не отдаст птенца.

– Он принадлежит лорду Ваттену! – прорычал грабитель.

Грубая рука проворно поймала мальчика за запястье – и сразу отдёрнулась, как от оголённого электрического провода. Кто-то на крыше взвыл от боли. Защитный оберег сработал! Феникс высунул из мешочка головку и клюнул руку.

– Нельзя обижать маму!

У мальчишки перехватило горло. Он пришёл спасать феникса, а теперь птичка сама пыталась защитить его. Сверху спустилась другая рука. Превозмогая боль, она схватила Тома и, раньше чем он успел произнести заклинание ветра, ладонью зажала ему рот. Кровь застучала в висках. Не помня себя, Том вцепился в ладонь зубами. Шершавая кожа пахла грязью и рыбой, но на этот раз тоже получилось: наверху кто-то вскрикнул, рука исчезла. С возросшим азартом мальчик вонзил зубы в другую руку, державшую его, и её тоже удалось прогнать.

– Мама кусает! – в смятении запищал феникс, выглянув из мешочка.

– Маме можно! – промямлил Том, сам понимая, что выглядит так же бестолково, как ненавистные школьные учителя, пытавшиеся отучить его драться.

Вокруг возникало всё больше рук, тонких, как жерди, и длинных, как фонарные столбы. Корявые пальцы были похожи на корни, вросшие прямо в воздух. А ведь он видел на той улице мужчину с длинными руками! Может, это был их шпион? Колдовать было некогда. Пригибаясь и уворачиваясь то в одну сторону, то в другую, Том ринулся к выходу из переулка. Он почти добрался до конца, но тут его рукав зацепился за растопыренные пальцы. Ещё одна рука ухватила его за воротник. Третья больно сжала ухо. Он и глазом моргнуть не успел, как с головы до ног оказался облеплен десятками рук. Рот ему опять заткнули. Не то что произнести заклинание, даже шевельнуться он не мог.

– Нельзя обижать маму! – метался феникс.

Подобно тигру, яростно защищающему своего тигрёнка, мальчишка опять пустил в ход зубы. Монстр взревел от боли, но на сей раз руку не убрал. Оставалось лишь беспомощно наблюдать, как всё новые руки тянутся к мешочку с фениксом. Том бешено бился в зажавших его тисках, но без толку. Даже его разъярённое рычание заглушали прижатые ко рту безжалостные пальцы.

– Так и знала! Куда вам без меня! Что мама, что сынок.

Каким-то чудом в конце переулка возникла Жэв. Она стояла, небрежно облокотившись о стену. Подол винтажного платья для удобства был подогнут до колен. Том не верил своим глазам. Шевелить он мог только бровями и таким способом попытался просигналить девочке, что надо позвать господина Ху. Она всмотрелась в его лицо, пытаясь разобрать, что он там показывает. Поняв, Жэв пренебрежительно скривила губы:

– Зачем? Это же рыболовы. Сама справлюсь.

Девочка выхватила из рукава стилет. Том судорожно задвигал бровями. Что она в одиночку могла поделать с целым лесом рук? Но Жэв уже шла на него, и взгляд её был таким же безумным, как тогда, на крыше, когда она вместе с ним сражалась с монстрами. Казалось, будто беспризорной девчонке всё равно, выживет она или умрёт, только бы отплатить Стражу за его доброту. Руки потянулись к ней, пытаясь остановить, и она бросилась им навстречу, бесстрашно размахивая клинком.

Жуткие вопли послышались со всех сторон. Резко отдёргивались изрезанные пальцы. Одна из рук, вцепившихся в Тома, отпустила его, чтобы достать Жэв, и мальчику удалось вывернуться. Как только его собственные руки освободились, он сразу вызвал заклинание ветра, надеясь, что учитель не зря уверял его в могуществе магии тигров. Налетевший смерч разбросал оставшиеся руки в стороны, как солому, исцарапав их кожу о кирпичные стены. Монстры завизжали громче прежнего. Том подошёл к Жэв.

– Спасибо!

– Говорила же, я могу постоять за себя! – Тяжело дыша, она рубанула по приближающейся руке. Её волосы растрепались. Роскошный наряд порвался в нескольких местах, одного рукава не было. – Но, признаю, я их слегка недооценила. Так что… – Она полоснула по очередной руке. – Бежим отсюда!

Но не тут-то было. Воры не собирались сдаваться. Израненными, кровоточащими ладонями они неумолимо тянулись к детям. Всего несколько секунд спустя Том и Жэв оба оказались опутанными густой сетью из переплетённых пальцев, локтей и запястий. Том из последних сил закрывал руками мешочек на груди. Жэв отчаянно извивалась, пытаясь выбраться. И в этот момент на крыше послышался голос обезьяны:

– Тебя разве не учили в детстве, что воровать нехорошо?

Множество голосов противно заверещали. Далеко наверху Мистраль издала боевой клич своего племени:

– Камсин! Камсин!

В один миг руки исчезли, бросив пленников. Упав на землю, Том услышал далёкие звуки борьбы, доносившиеся с крыши. Он медленно отвёл ладонь, прикрывавшую феникса.

– Малыш, ты как там?

– Нельзя обижать маму! – пропищал тоненький голосок.

– С мамой всё хорошо.

Том приподнялся и сел.

– Зачем меня красть? Я буду как те утки?

Пушистый комочек дрожал. Том ласково погладил маленькую спинку.

– Нет! Ты им нужен живым.

– Почему?

Птенец напряжённо ждал ответа.

– Я же тебе говорила, ты у нас особенная птичка! – вставая, ответила Жэв вместо Тома и убрала стилет в уцелевший рукав.

Птичьи глазки широко раскрылись.

– Я особенная? Правда?

– Помнишь, мы тебе сказали, что ты только один такой? – Жэв развернула обратно длинный подол своей одежды. – Ты всем нужен.

Измученный, Том медленно вышел на улицу. Он думал: как это Мистраль, обезьяне и остальным удаётся выдерживать непрекращающиеся поединки?

– Что это были за монстры?

– Они называются рыболовами, – объяснила Жэв, стягивая пальцами дыры на одежде. – Их предки ловили рыбу руками в реках и морях и отрастили длинные руки. А теперь кое-кто из их потомков выуживает пожитки из чужих карманов. Это прислужники Ваттена. – Она помолчала. – Платье испорчено. Что скажет господин Ху?

Казалось, она сильнее боится гнева Стража, чем монстров, напавших на неё. Том задавался вопросом, что за жизнь она вела до того, как они встретились. Простое проявление участия каждый раз ставило её в тупик. Он несколько раз спрашивал её о прошлом, но она резко обрывала разговор.

– Я помогу зашить, – только и сказал он. – Спасибо ещё раз.

– Да, спасибо! – пропищал феникс из своего мешочка. Блестящие глазки смотрели прямо на девочку. – Спасибо, папа!

Жэв нахмурилась:

– Я тебе не папа.

Пушистая красная головка высунулась из мешочка.

– Ты папа, – уверенно сказал феникс и, расправив крылышки, протянул их к Жэв и Тому. – Мы семья!

– А ну, перестань! – Девочка сурово сдвинула брови, но этим не испугала, а только ещё сильнее раззадорила птичку.

– Папа! Папа! Папа! – упрямо повторял феникс.

Чем сильнее она сопротивлялась, тем больше птенец настаивал.

– Спорить бесполезно, точно тебе говорю! – ухмыльнулся Том и, не сдержавшись, добавил: – Папа!

Глава третья

Кабан хао

Он имеет вид молочного поросёнка и покрыт перьями. Перья белые с чёрными кончиками, длиной с булавку.

Ень-хо

Они полностью покрыты чёрным мехом, а изо рта у них изрыгается пламя.

Пао-сяо

У пао-сяо тело козла с человеческим лицом и ногтями, а клыки как у тигра. Их глаза расположены за передними ногами.

Чу-чиэнь

У чу-чиэнь голова человека, но уши быка и только один глаз. У них тело леопарда с длинным хвостом и громкий рык.

Цзеньмиэнь-сяо

У этих существ тело обезьяны и хвост собаки, а голова такой же формы, как у совы, но с человеческим лицом.

«Книга гор и морей»

Выйдя из переулка, дети увидели леди Торку. Она быстро шла к ним. Даже в чрезвычайной ситуации благовоспитанная дама сохраняла своё изящество. За ней вразвалку семенило с десяток низеньких коротконогих мужчин, все в тёмно-жёлтых кожаных костюмах и с довольно приметными причёсками: стоящие торчком белые волосы с чёрными кончиками. Признаться, вид у них был довольно забавный, но Том знал, что в невидимой войне эти коротышки – едва ли не главная гроза монстров. За ними по пятам подступал плотный туман, бледной волной омывая дома вдоль улицы; он уже поглотил окружающие высокие здания, а теперь сгущался над китайским кварталом. Жэв поклонилась лидеру ополчения, затем одному из мужчин, чьи волосы были с золотыми кончиками.

– Леди Торка, лорд Харнал, мы нашли феникса.

– Благодарю за слаженную работу, госпожа посол и мастер Томас. – Леди Торка по очереди кивнула детям. – Мы сопроводим вас в жилище Стража.

– И чем скорее, тем лучше, – добавил лорд Харнал, маленькими глазками напряжённо исследуя туман. – Как мог Страж потерять феникса в такое время, как сейчас? На кону исход всей войны! Похоже, он становится слишком стар для своих обязанностей…

– Кто виноват, разберёмся позже. – Леди Торка была настроена по-деловому. – В данную минуту у нас есть более неотложные задачи. Мастер Йен насылает на город все доступные ему наваждения, чтобы жители скорее расходились по домам. Нам тоже пора в укрытие.

Из уроков магии Том в общих чертах представлял, как работают подобные наваждения: при помощи гипноза людям внушается непреодолимая тоска по дому. Считается, что это довольно просто, но воздействовать на целый город может только очень сильный маг.

– Разговор не окончен, – сухо ответил лорд Харнал.

Рукой в перчатке он махнул солдатам, те взяли детей в кольцо. Жэв посмотрела под ноги. Серая дымка, наползая, обволакивала её ступни.

– Мастер Йен мог бы не насылать свой туман на нас. Это нас задержит.

Лорд Харнал загрёб дымку ногой:

– Это не его работа. Он все свои чары тратит на людей. Нам не нужна паника среди мирного населения. Тут что-то другое…

Том пригляделся. Что-то и впрямь было не так. От тумана веяло холодом и ещё чем-то, какой-то мерзостью. Губы леди Торки сжались в тонкую жёсткую линию.

– Обе стороны готовятся к сражению.

Она со щелчком раскрыла костяной веер, увенчанный острыми шипами. Том только сейчас понял, что она всюду носит его с собой, потому что это оружие.

– Непростительный промах. Только этого Ваттен и ждал.

Сказав так, лорд Харнал первым скрылся в тумане. Своими короткими, но мускулистыми ногами он перебирал с необычайной скоростью, и детям пришлось перейти на бег, чтобы поспевать за ним.

– Спрячься и не показывайся! – прошептал Том фениксу.

Умные, понимающие глазки качнулись в темноте у него под рубашкой: птичка кивнула. Том предвидел, что, вероятно, ему придётся защищать драгоценное создание ценой собственной жизни. И он был готов.

Туман постепенно становился плотнее. Даже ближайшие здания растворились в нём. Казалось, есть только небольшой кусок дороги у путников под ногами. Влажный воздух бил в лицо, оставляя в носу едва ощутимый шлейф с металлическими нотками. Остро чувствуя запахи своим тигриным обонянием, Том морщился с отвращением.

Не успели они пройти и десятка метров, как встретили первого монстра. Женщина с синим лицом, в шляпе-цилиндре и меховом пальто на ощупь шагнула из переулка им навстречу. Том узнал её: это была огнедышащая ень-хо. В одну секунду лорд Харнал превратился в огромного кабана с ощетинившимися белыми перьями вдоль спины. Такими же стали и его воины. Каждое из перьев было острым, как стилет Жэв. В перчатках вместо пальцев теперь были мощные копыта. Леди Торка приняла знакомый облик крылатой лисицы. Как и она, все воины носили повязки с эмблемой.

– Не останавливайтесь! – приказал лорд Харнал.

Он кивнул одному из своих подчинённых, тот пошёл на неприятеля с криком:

– Свобода!

Это был боевой клич мятежников. Из вытянутой пасти ень-хо вырвался язык пламени. В последний момент солдат увернулся, и началась драка. Четвероногий отряд молча набирал скорость, перья на спинах покачивались с клацающим звуком. Позади сверкнула вспышка в тумане – ещё одна огненная струя. Леди Торка на ходу инструктировала Тома и Жэв.

– Не останавливайтесь, не замедляйте ход, что бы ни случилось! Наши жизни не важны. Главное – добраться до дома Стража с фениксом. До тех пор весь мир висит на волоске.

Дети понимающе кивнули. Они не остановились, когда очередной монстр выскочил на них из дверей подъезда. Пробежали мимо, когда ещё один спрыгнул с крыши. Кабаны взяли удар на себя. Каждый раз, когда на пути встречалась угроза, кто-то из отряда оставался, чтобы расправиться с налётчиком. Прорыв через китайский квартал превратился в чудовищную фантасмагорию. Невозможно было предугадать, откуда появится враг. Среди тумана то и дело мелькала то лапа с заточенными когтями, то морда с безобразными клыками. Монстры сменяли друг друга всё быстрее. Но – странное дело! – близость опасности лишь сильнее пробуждала внутри Тома тигриную кровь, наполняя его яростью. Он готов был разорвать на части любого, кто захочет обидеть феникса.

С каждой встречей их оставалось всё меньше. Под конец эскорт составляли только сами лорд Харнал и леди Торка. Кабан тяжело дышал.

– Вроде всех разогнали.

– Хорошо, – коротко ответила леди Торка. – Подумаем, как это использовать. Только сперва спрячем феникса.

– А… – с досадой проворчал старый солдат. – Просто ещё одна драка. Либо утонем, либо выплывем.

Они уже были на Грант-авеню, в паре домов от магазина. К счастью, все заведения в округе давно закрылись, и на улице никого не было. Должно быть, подействовала магия мастера Йена, и человеческие создания поспешили укрыться в своих жилищах. Трое мужчин выскочили из главного входа жилого дома. Их руки и ноги были невероятно длинными и тонкими, волосы были собраны в пучки по сторонам головы. Несмотря на холод, они были по пояс раздеты. Секунда – и они превратились в монстров пао, рогатых козлоподобных существ с человеческими головами. Издав победоносный вой и ощерив острые клыки, они бросились на охрану феникса.

– Не останавливайтесь! – крикнул лорд Харнал.

Он опустил голову и бросился в атаку. Ловкий единоборец, казалось, был сразу со всех сторон, нанося удары бивнями и тараня врагов пернатой тушей. Противники сцепились в единый клубок. Леди Торка посмотрела Жэв прямо в глаза:

– Проследите, чтобы феникс добрался домой в сохранности.

– Да, леди!

Жэв крепче сжала стилет в руке.

Леди Торка перевела взгляд на Тома:

– А вы не должны останавливаться, даже если госпожа посол останется драться. Важен только феникс.

Не успела она договорить, как душераздирающий визг разорвал небо.

– Вниз! – рявкнула лисица.

Передней лапой она сгребла детей и пригнула их к земле. Перед лицом Тома просвистел кинжал, задев щёку. Упустив добычу, монстр взвизгнул, нырнул обратно в туман и умчался прочь. Леди Торка посмотрела вверх.

– Хоть минуту лапы передохнут… Дети, бегите!

Она взмахнула огромными крыльями и поднялась в воздух, разогнав вокруг себя туман. В очищенном кусочке неба Том увидел четырёх цзеньмиэнь-сяо. Они неслись прямо на неё. Том сразу узнал их: обезьяньи туловища и короткие, стоящие торчком хвосты, а на совиных головах человеческие носы и рты вместо клювов. В руках они держали ножи и дубинки. С криком «Свобода!» леди Торка налетела на них. Необъятные крылья раскидали двух монстров в разные стороны. Смертоносные клыки и шипованный веер прогнали ещё двоих.

– Теперь ясно, о чём она, – вздохнула Жэв и обогнав Тома, пошла впереди.

Но через несколько шагов путь им преградила выскочившая невесть откуда женщина со странной взлохмаченной причёской, тощая, как черенок метлы, с такими же руками и ногами. Она закричала страшным голосом. Её крик эхом разнёсся по китайскому кварталу. Ответом ей был оглушительный грохот, будто взревела целая колонна мотоциклов. Жэв бросилась на незнакомку, оттесняя её назад, а свободной рукой махнула Тому.

– Уходи! Я буду лучше драться, если не буду думать про вас.

Тем временем женщина превратилась в чу-чиэнь. У неё была человеческая голова, но только один глаз посередине лица. Кончики бычьих ушей торчали из косматой пятнистой шевелюры. Её силуэт напоминал леопарда. Длинный хвост обвился вокруг ноги девочки и сбил её с ног.

– Жэв!

Том кинулся к ней. Она замахала руками:

– Уноси птенца, дурак!

Откатившись на бок, она полоснула по хвосту чу-чиэнь, та с воем выпустила ногу. Всё внутри Тома рвалось остаться и помочь другу. Но он знал, что Жэв права: важен только феникс. Ни его собственная жизнь, ни жизнь девочки не имели значения, только бы доставить птицу домой.

И он побежал. И даже почти добежал до двери, когда десяток монстров враз возникли из тумана и окружили его. Он пригнулся как зверь, загнанный в угол. Проговаривая слова заклинания ветра, он выбросил вперёд правую руку и направил её на ближайшего из врагов. Порыв торнадо закрутил монстра и отнёс в сторону. Такой же импульс из левой руки поглотил другого.

Левой! Правой! Снова и снова! Один за другим противники отлетали от Тома, поверженные его магией. После нескольких ударов мальчик понял, что сил не осталось. Он задыхался, ноги подкашивались. И тут земля задрожала. На него неслось целое стадо. Кишащая масса мерзких существ хлынула с крыш, сползая по стенам живым ковром. Рёв, вой и рычание неслись со всех концов китайского квартала: все спешили сюда на подмогу к своим. Где-то в вышине визжали летучие цзеньмиэнь-сяо. Надежды нет. Силы альянса полностью окружены и на земле, и в воздухе. Амулет господина Ху был бесполезен. Врагов было слишком много, и им нужен был феникс. План союзников удался. Вся нечисть до последнего собралась в одном месте. Но в этом бою победу одержат не они, а Ваттен.

– Мама! – испуганно пискнул феникс.

Не выдержав поднявшегося шума, он высунул наружу головку. Мальчик перевёл взгляд на испуганное пушистое личико. Птенец смотрел на него во все глаза.

– Прости, малыш! – сказал Том, сжав мешочек руками. – У меня не получилось сдержать обещание.

Феникс заметил порез у него на щеке.

– Маму обижать!

Вид феникса привёл монстров в истовое безумие. Истекая слюной, они со всех сторон пошли на Тома с диким рёвом:

– Птица принадлежит лорду Ваттену!

У Тома потянулись вверх уголки губ, зубы оскалились. Из горла вырвался рык, подобный скрежету рашпиля по шершавой поверхности металла.

– Мама, не отдавай меня! Хочу остаться здесь! – пронзительно заголосил феникс. Маленький клювик схватился за рубашку Тома. – Ты не отдашь меня?

– Не отдам! – пообещал Том. Он прижал к себе птичку ещё крепче и прорычал: – Он мой!

Мальчишка готов был на всё, лишь бы защитить птенца. Собирая последние остатки сил в надежде поразить напоследок как можно больше врагов, он приготовился встретить свой конец. Том убрал руки от феникса и в тот же миг услышал голос господина Ху:

– Мастер Томас, я иду!

Стремительным прыжком тигр опустился рядом с ним, обнажив клыки и выпустив когти. Тут же прозвучал клич Мистраль:

– Камсин! Камсин!

Размахивая хвостом, как дубинкой, она разгоняла туман над их головами и хватала монстров лапами и зубами. Через несколько секунд рядом приземлился маг-обезьяна, отбрасывая чу-чиэнь волшебным посохом. Вдруг откуда-то из-под ног раздался знакомый голос:

– Весело тут у вас. Дай, думаю, наведаюсь. Или без приглашения нельзя?

Крышка канализационного люка отъехала, в щель просунулась жёлтая мордочка. Конечно, это оказался Сидни.

– Фу! Так и знал, что я вам, ребята, тут пригожусь больше, чем в магазине. За мной!

Тигр помотал головой.

– В канализации мы окажемся в ловушке.

Приподняв тяжёлую крышку спинкой, крыса выбралась наружу.

– Ладно, пойдём домой более сложным маршрутом.

Из своего меха пушистый пройдоха вынул свежезаточенный топорик. Присутствие друзей, как волшебный эликсир, наполнило Тома новыми силами. Тигриная кровь разлилась по усталым мышцам и понеслась по венам с бешеной скоростью. Он чувствовал себя по-настоящему живым и сильным, как никогда. Зарычав почти так же громко, как господин Ху, он поднял руку – и налетевший порыв ветра швырнул монстров о стены, хлестая как бич. Мальчик сам удивился неожиданной силе своего заклинания. Возможно, это имел в виду его учитель, говоря, что магия тигра идёт от сердца…

– Подожди-ка! – крикнула Жэв и встала, упершись спиной в его спину. – Давай!

Тёмные силы сгущались, друзья держались из последних сил. Туман рассеялся, и стало видно, что монстры расступились перед ними, образовав живой коридор. Том удивился: они что, сдаются? Но потом увидел в конце переулка высокую фигуру. Существо в красных доспехах ростом под три метра было таким тощим, что его можно было принять за змею. Стоящие дыбом огненно-красные волосы были похожи на львиную гриву, остроносое лицо отливало тошнотворным розовым цветом. Изогнутые клыки торчали наружу, из-за чего рот изгибался в уродливой ухмылке. Жуткие глаза без зрачков сверкали зеркальным блеском, как и серебристо-голубой щит во весь рост. Жэв застыла:

– Ваттен!

Том остолбенел. Прямо перед ним стоял предводитель всего зла на планете. И злодей, убивший его бабушку.

– Страж! Очень любезно с твоей стороны доставить феникса прямо ко мне в руки! – Голос Ваттена гулко разносился на внезапно стихшей улице. – Моя миссия исполнена. Долой вековой хаос! Да здравствует вселенский порядок!

Тяжело дыша, господин Ху присел на полусогнутых лапах. Прижав уши, он прорычал:

– Никогда! Твой порядок – это порядок для мёртвых.

Стоящий рядом Сидни тихонько похлопал задней лапкой по краю люка, из которого вылез, и прошептал:

– Мистер Хэ! Позади этого болтуна тоже люк. Туннель ведёт от нас к нему.

– Узрите, мастер Томас, – произнёс Страж, – на что способна магия тигра!

Величественный зверь поднялся на дыбы. Под изорванным в клочья костюмом вздулись рельефные мышцы. Усы встали торчком, глаза загорелись янтарным пламенем. Ваттен спрятался за щитом, готовый отразить любую магическую атаку. Шепча заклинание, господин Ху поднял лапы, но направил их не на врага, а в открытый канализационный люк. Том не сразу понял, что произошло. Когти Стража как будто стали удлиняться, воздух наполнился волшебным сиянием – и вдруг из пальцев тигриных лап вырвались языки пламени, с прожорливым треском устремившись под землю. Ваттен из-за щита противно засмеялся:

– Страж промазал! Вот это да! Неужели я напугал тебя до такой степени?

– Моя меткость безупречна, – ответил господин Ху.

Крышка люка позади Ваттена взлетела в воздух. Огненные струи вырвались из-под земли и подобно когтям вцепились демону в ноги, не закрытые щитом. Раскалённые когти проникли под пластины доспехов. Металл начал плавиться. Сквозь швы повалил жуткий голубоватый дым с запахом обожжённой плоти. В агонии верховный демон запрокинул голову и завопил не своим голосом. Он развернул огромные кожистые, как у летучей мыши, крылья, взмахнул ими и, покачнувшись, взлетел в воздух. Пламя метнулось за ним, но Ваттен резко наклонился, оттолкнулся от стены, потом от крыши – и исчез в вышине. Его солдаты, оставшиеся внизу, протяжно завыли в испуге. Те, кто умел летать, не замедлили последовать за своим господином.

– Свобода! – разнёсся над крышами клич леди Торки.

Его подхватили другие летающие лисы, камнем упавшие с неба, чтобы пуститься в погоню. Летучие монстры Ваттена встретили их, небо забурлило водоворотами воздушных сражений.

– Свобода! – вторил ей лорд Харнал с дальнего конца улицы.

Плакат на стене вспыхнул и исчез в луче зелёного света, открыв спрятанный драконий амулет – портал из подводного царства. Врата стали расширяться, сияя всё ярче, пока не достигли колоссальных размеров. И тогда позади визжащей толпы из стены вышел воин-дракон. Развернувшись на скользком тротуаре, ящер хвостом сбил с ног сразу несколько монстров и очистил место для своего собрата, выходящего следом через портал. Драконы один за другим шли на толпу, повергая дьявольское отродье в паническое безумство.

Плакат на другой стороне улицы засиял голубым свечением. Мастер Йен тоже разместил в китайском квартале свои амулеты. Через голубой портал, лязгая бронёй, появился воин в бронзовых доспехах, похожих на панцирь из кленовых листьев. Такой же листовидной формы были браслеты на запястьях и клинок копья в его руке. Вслед за ним из стены вышел отряд из семидесяти двух таких же воинов. Готовые к бою, они хором выкрикивали имя Стража.

По всему китайскому кварталу новые и новые голоса подхватывали победоносный клич союзников. Пришёл черёд силам альянса возобладать над монстрами Ваттена.

Глава четвёртая

Суань-юй

У них змеиное тело с шестью глазами и тремя ногами. Они летают на четырёх крыльях. Где их увидят, в тот город придёт беда.

«Книга гор и морей»

Обессиленный, Страж погасил свой огонь и в изнеможении рухнул на землю.

– Господин Ху!

Мальчик упал на колени рядом с учителем. Тигр слабо шевельнул лапой.

– Мастер Томас, вы целы?

– Да, – выдохнул Том.

– Как феникс?

– Страшно! – чирикнула птичка.

– Госпожа Жэв…

– Я в порядке.

Тигр с трудом приподнял веки.

– Надеюсь, вы пострадали не так, как ваша одежда…

– Извините…

Девочка поникла и, уткнувшись лицом в расшитый рукав, приготовилась к выговору. Страж обезоруживающе улыбнулся:

– У меня на чердаке есть ещё одежда. Она датирована не так старинно, но мне хотелось бы верить, что вы позаботитесь о ней лучше и не станете в ней играть с монстрами.

– Как скажете! – с готовностью пообещала она.

Вокруг них выстроился конвой из драконов и ополченцев. Обезьяна и Мистраль подняли Стража и понесли в магазин. Сидни, выбежав наружу, оставил дверь открытой. Когда Ваттен улетел, его солдаты вмиг растеряли боевой дух и бросились удирать без оглядки. Бегство было настолько массовым, что воины альянса при всём желании не смогли бы изловить всех, хотя и пытались.

Дома Том и Жэв взялись было ухаживать за пожилым тигром, но он убедил их, что ему не нужно ничего, кроме отдыха. Феникс забился в свою коробку. Всегда такой подвижный и озорной, в этот вечер он сидел тихо и не подавал голоса. Том встревожился. Посадив малыша к себе на колени, он стал думать, чем бы его занять, как отвлечь от грустных мыслей.

– Знаешь, раньше мы с тобой жили у моей бабушки. До того как переехать сюда, в дом господина Ху. Бабушка о нас заботилась. Помнишь её?

Он легонько почёсывал птенчика пальцем.

– Бабушка?

– Для тебя, получается, прабабушка. – Том невольно улыбнулся. – Она бы сказала, что ты ни в чём не виноват. Ты особенный, так получилось. Если ты хочешь жить с нами, никто не может тебя отсюда забрать.

Конечно же, после этого феникс сразу потребовал свою любимую книжку. К сожалению, на картинках не оказалось прабабушки. Но, разглядывая их, птичка немного повеселела. Читая историю про семью уже в двадцатый раз, Том перепрыгнул через страницу.

Феникс поднял на него глазки:

– Мама, не так!

– Верно, не так, – подтвердил Том. – Ты выучил книжку наизусть. Может, хватит её читать?

– Мама, не будь такой букой! – Жэв сложила пальцы решёткой и разглядывала сквозь неё птенца и Тома. – Знаешь, мне кажется, он становится похож на тебя.

– Да ладно! – Том лукаво прищурился. – Как по мне, так клювом он пошёл в папу.

– Папа, папа! – запищал феникс, глядя на Жэв.

– Я тебе не папа! Я никогда не буду папой никому!

– Родитель. Пусть будет так, – предложил Том.

– Чёрта с два!

Том гладил пушистую спинку. Феникс явно стал больше и казался щуплым, как ребёнок, который быстро растёт. Судя по выражению мордочки, птенец, как обычно, понял, что Жэв только притворяется грубой.

– Ты здорово помогаешь с малышом, – сказал ей Том.

– Не думай ничего такого, – ответила девочка. – Я это делаю от скуки, лишь бы чем-то себя занять.

Она отклонилась на стуле и демонстративно сложила ноги на антикварный столик. Когда Том дошёл до страницы, на которой рассказывалось про дедушку, феникс показал клювиком на господина Ху, который как раз прилёг отдохнуть.

– Дедушка.

Глаза тигра распахнулись от удивления:

– Что? У меня никогда… Тьфу!

– Раз уж меня заставляют быть папой, вы вполне можете сойти за дедушку, – развела руками Жэв.

– Какая честь, Ху, старик! – Обезьяна лениво потянулась. – Дедушка феникса, повелителя птиц! Это ты теперь, получается, член королевской семьи.

– Дядя! – пискнул феникс обезьяне.

– Э, нет! И благодари за это свою счастливую звезду.

Господин Ху не остался в долгу:

– Какая честь, старик! Добро пожаловать в нашу королевскую птичью семью!

Феникс с довольным видом повернул головку к Мистраль:

– Тётушка!

Мистраль перевязывала порез на задней лапе:

– Ну у нас обоих есть крылья. В некотором роде мы с тобой, может, и схожи. Но я отказываюсь состоять в каком-либо родстве с блохастой мартышкой.

– Дядя мартышка!

Малышу явно понравилась игра.

– Придержи коней! – возмутился маг-обезьяна.

Но его перебила крыса:

– Эй, малыш! А как же дядя Сидни?

– Сидни не дядя. Сидни собачка, – ответил феникс, тыкая крылышком в собаку на картинке.

– Сидни не собачка, а крыска, – засмеялась обезьяна.

Торговец приложил лапку к груди:

– Нет, я тоже твой дядя.

Но птичка взяла в клювик шариковую ручку и, махнув головкой, отбросила от себя:

– Собачка, принеси!

С завидным терпением пушистик взялся его переубеждать. Но птенец с не меньшим упорством настаивал, что крыса является питомцем и должна принести «палку». Том и остальные смеялись до упаду, не в силах удержаться. Это был первый светлый момент за долгое время, и все, кроме бедняги Сидни, радовались ему, как будто и правда были семьёй, хотя и довольно странной.

В дверь постучали. Это оказалась леди Торка. На рыжей шубке алели пятна крови, крылья утратили безупречную белизну. Но на лице её была усталая улыбка. Она принесла добрые вести:

– Армия Ваттена раздавлена. Те, кого мы не догнали, в спешке покидают город. Мастер Йен скоро наведёт чары на людей.

– Бояться больше не надо? – спросил феникс.

– Да, ваше всемогущество, вы в безопасности, – с поклоном ответила леди Торка.

Началось всеобщее ликование. Растопыривая мех и гудя, Сидни закружил в воздухе.

– Здорово! – Продавец всякой всячины стал обшаривать лапками свой мех. – Праздничные шляпы! У меня где-то были…

Господин Ху свободной лапой поймал его за хвост.

– Какие шляпы, крыса! Рано праздновать. – Он посмотрел на леди Торку. – Что слышно о Ваттене? Нашли его?

– Нет, – ответила та, беспечно взмахнув крыльями. – Но это лишь вопрос времени.

Всё ещё пойманный за хвост, Сидни описал вокруг головы Стража плавную дугу:

– Видишь, мистер Хэ? Давай, не будь занудой!

Жэв тотчас встала на сторону своего героя.

– Господин Ху прав. Ваттен легко меняет обличье. Он может наделать бед.

Леди Торка сдержанно прикрыла рот кончиком крыла, но все услышали её смешок:

– И как же, интересно? Без своей армии он бессилен.

Господин Ху покачал головой:

– Непрочный Столп. Он может разрушить его в одиночку.

Том это проходил на занятиях по магии. Непрочный Столп – очень высокая гора и одна из колонн, подпирающих небо. Когда Кун-Кун, господин Ваттена, потерпел поражение в первой великой войне, последнее, что он сделал перед смертью, – врезался головой в эту гору. Гора пошатнулась, и небо грозило обрушиться.

Всех спасла императрица Нюй Куа. Она смогла заделать трещину, но с тех пор гору стали называть Непрочным Столпом.

Господин Ху долго стоял, уставившись в пол. Тигриный хвост подрагивал, выдавая глубокие раздумья хозяина.

– Гордыня Ваттена почти так же сильна, как его жажда мести. Он захочет пойти дальше своего господина и окончить дело, которое ему не удалось. Он разрушит гору, а с ней и небо, и весь мир.

– Если он жив, то не уйдёт от нас, – уверенно заявила леди Торка.

Усы тигра скептически дрогнули.

– Надеюсь на это, – ответил он, – ради нашего общего блага.

Всю следующую неделю в доме Стража материализовывались письма со всего света, принося сообщения о новых победах. Согласно докладам, монстры Ваттена были либо мертвы, либо в плену, либо в бегах. Но господин Ху не радовался. По-прежнему ничего не было известно о судьбе Ваттена. И тем не менее члены альянса один за другим отзывали свои силы домой. Охота на верховного демона прекратилась. Страж разослал военачальникам письма, выражая беспокойство. Но в ответ получил лишь приглашение на пир в честь триумфального завершения войны в Небесном дворце мастера Йена. Тигр был возмущён до глубины души. С досадой он смял карточку.

– Глупцы! Какая беспечность!

– Можно ли их винить? – возразила Мистраль. – Война была долгой и тяжёлой. Спустя столько веков кошмар наконец позади. По крайней мере, им так кажется. Они верят в то, во что хотят верить. Желание это столь велико, что заслоняет собой истинное положение дел.

– Там будут все главы альянса, – заметила Жэв.

– Хм, верно! – кивнул господин Ху. – Мы пойдём. Но не для того, чтобы веселиться, а для того, чтобы переубедить их. Союзникам необходимо снова объединиться, теперь уже для поимки Ваттена. Кстати, госпожа Жэв, – добавил он, – пусть заодно предоставят вам сопровождение. Ведь вы, наверно, желаете побывать дома?

– Это несрочно, – поспешно ответила девочка. – Все, кого я знаю, живут в Сан-Франциско. Им известно, где я.

Господин Ху задумчиво посмотрел на неё:

– За всё время вы ни разу не упомянули о своих близких. Сейчас появилась возможность увидеться с ними. Разве у вас нет желания связаться с семьёй?

– Для них война ещё не окончена. Уверена, дел у них хватает.

Она любовалась собой в зеркало. Страж, как и обещал, сходил на чердак и принёс ей прекрасное фиолетовое платье, расшитое цветами. Несмотря на срочность дела, импозантный тигр считал, что все гости должны предстать на пиру в наилучшем виде. Для Тома это означало глажку учительского костюма, и мальчик выгладил его если не безупречно, то так старательно, как мог. Мистраль приобрела у Сидни лучшее средство для полировки и навела лоск на свою чешую, замаскировав насколько можно свои шрамы, оставшиеся после многочисленных сражений. Том искупал феникса и тщательно вычесал его оперение, а сам нарядился в выданный учителем синий костюм. Маг-обезьяна тоже подготовился, но по-своему: перерыв магазин, он нашёл старую прищепку и взял её с собой.

Портал во дворец мастера Йена открылся точно в условленное время. Как и ожидалось, врата были ослепительны. На рубиновых столбах золотом сияла вывеска с мигающими буквами:

– ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, ВЕЛИКИЙ СТРАЖ!

Господин Ху заслонил глаза лапой, а другой лапой вынул из кармана платок и прикрыл ноздри от приторного аромата, заполнившего комнату.

– Что за вкус у мастера Йена! Ему самому приятно такое нюхать?

Сидни в полном восторге подбежал к воротам:

– Ну не знаю, мистер Хэ! Если бы перед твоим магазином была такая красота, у тебя бы от покупателей отбоя не было.

Возмущённый голос тигра глухо пробубнил из-под платка:

– У меня магазин древностей, а не казино.

Следуя за Стражем, Том послушно прошёл через врата. В какой-то момент его чуть не сбило с ног шквальным ветром, будто невидимые руки тянули мальчика в разные стороны. Потом он очутился на пороге – и застыл в изумлении: вокруг, куда ни глянь, раскинулось голубое небо. Далеко внизу высились горы, похожие на кусочки леденцов, тянулись тёмно-синие полосы рек и простиралась багровая поверхность озера, а может быть моря, в лучах заходящего солнца. Господин Ху нетерпеливо махнул ему:

– Мастер Томас, мы торопимся. У нас важное донесение.

Сначала мальчику показалось, что тигр висит в воздухе. Потом он разглядел под его лапами… облако. Не просто облако, это было что-то вроде длинного троса из полупрозрачной дымки. Том не двинулся с места.

– Бросьте, путь безопасен! – стал торопить господин Ху. Он легонько топнул, и в воздухе повеяло ладаном. – Небесный дворец сотворён из невесомой дымки. Он парит над землёй, носимый воздушными течениями. И тем не менее он так же прочен, как сталь. – Страж протянул ученику переднюю лапу. – Доверьтесь мне. Благодаря моей крови вы способны балансировать так же уверенно, как я.

Если бы тигр не рисковал постоянно жизнью ради Тома, мальчик никогда не сделал бы и шага за ворота. Он вытянул руку – она дрожала. Феникс, сидя в мешочке, почувствовал, как напряжены его мышцы, и испуганно прощебетал:

– Мама боится?

– Подайте пример моему… внуку, – улыбнулся господин Ху.

Том взялся за лапу учителя и позволил втянуть себя на трос. Натянутая струна покачнулась под его ногами. Он было запаниковал, но трос сразу выровнялся. Опора оказалась довольно устойчивой: слегка пружинящей и совсем не скользкой. Вообще-то, воздушная тропа оказалась в ширину сантиметров пятнадцать, и идти по ней было довольно легко. Но со стороны выглядело так, будто ступаешь прямо по воздуху. Том предпочёл бы, чтобы у него было время привыкнуть к необычному ощущению. Но надо было освободить место для других, и он, держась за лапу тигра, отошёл от ворот.

С удивлением он заметил, что учитель прав: тигриное чутьё безошибочно подсказывало, как двигаться на такой высоте. И теперь ему стало понятно, зачем магу-обезьяне прищепка: при каждом шаге дорожка испускала курения, и аромат постоянно менялся. Мальчику казалось, что он засунул голову в чашу с благовониями. Он жалел, что тоже не захватил прищепку. На Мистраль, привыкшую к полётам в небе, окружающий вид не произвёл особого впечатления. Жэв изображала такое же нарочитое равнодушие, но жалась к дракону поближе. Вечно любопытный Сидни носился туда-сюда, проверяя трос на прочность, очевидно, прикидывая, стоит ли рассматривать его как объект для бартера.

– Собачка, не отставай! – позвал феникс, вытягивая головку из мешочка.

– В сотый раз, я твой дядя Сидни!

Обезьяна с натянутой на глаза шапочкой и прищепкой на носу замыкала шествие.

Приближаясь к дворцу, Том заметил, что сюда со всех сторон, сверху и снизу тянутся такие же полупрозрачные тросы, окрашенные розовым в лучах заката. Эти нити сплетались в призрачное кружево, образуя в центре многоуровневую сферу. Они не были полностью неподвижны, но все вместе создавали неизменный, довольно сложный рисунок. Сначала он походил на узелки из игры в верёвочку, только вселенского масштаба. Но чем дальше шли гости, тем более запутанным становился узор. Мальчик смутно различал очертания китайских иероглифов и даже извилистые руны древней письменности драконов, но не мог сказать, в какие слова они складываются. Смысл символов ускользал, не доходя до границ сознания, словно пёрышко, щекочущее внутри.

Феникс потянулся клювиком к проплывавшей мимо пушинке.

– Погоди, – остановил его Том. – Мы не знаем, что это.

– Кушать хочу! – жалобно пропищал тот.

– Скоро покушаешь.

Внутри дымчатого кружева воздух, наполненный ароматом цветов, был тяжёл и недвижен, но снаружи быстро бежали облака. Сильные ветры гнали их над землёй, погружающейся в вечерние сумерки. В приглашении было сказано, что дворец будет находиться над Китаем, однако внизу можно было разглядеть только необъятные дикие просторы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.