Мария Кузнецова
Проклятый замок

Часть 1. Камилла

Глава 1

Легкий летний ветерок ласково обдувал разноцветные головки полевых цветов. С одной стороны поля манящей синевой темнел лес, с другой же невысокие скалы скрывали от глаз бесконечное море, чей таинственный шепот врывался в долину вместе с порывами свежего ветра. По зеленому лугу шла девушка. Ее длинные рыжеватые волосы переливались золотом в лучах заходящего солнца. Девушка шла быстро, едва касаясь земли, ладони задевали растущие вдоль дороги колосья пшеницы. Она подняла голову и, прищурившись, посмотрела на солнце. Стоял чудесный вечер, в воздухе чувствовался сладковатый аромат душистой травы. Не в силах сдержать душевный порыв, девушка запела, и песня ее полилась по широкому полю, вплетаясь в царившее вокруг спокойствие, вливаясь в благоухание трав и еле слышное жужжание насекомых. Деловитый муравей соскользнул с колоса на руку. Незнакомка нетерпеливо встряхнула кистью, скинула его и потянулась навстречу солнцу. А оно заглянуло в темно-зеленые глаза и озарило их янтарным светом.

– Камилла! – разнесся вдруг по полю звонкий женский голос.

К девушке подбежала белокурая красавица в легком голубом платье.

– Элиза! – улыбнулась Камилла. – Что-то ты долго, я уже час тут гуляю.

– Эрик меня задержал. – Элиза пошла рядом с подругой. – Хорошо, что ты меня дождалась.

– Я не могу отсюда уйти, здесь так хорошо. Давай останемся и посмотрим закат?

– Я хотела предложить тебе то же самое.

Девушки, не торопясь, направились через светлый сосновый бор к своему любимому месту – маленькой полянке, которая заканчивалась невысоким отлогим обрывом. Здесь они встречали закат уже несколько лет – на западе горизонт был совершенно открыт, и заходящее солнце открывалось во всей своей красе.

В этот вечер закат был как никогда прекрасен. Что-то пугающее и торжественное было в красном сиянии, разлившемся по всему небу. Последние лучи солнца охватили облака, опутав их края сияющими золотыми цепями, затем, опускаясь все ниже, коснулись деревьев, окружив мягким светом величественные сосны и кедры. Наконец, прощальный луч пронзил зеленые кроны молодых березок, робкой группкой стоявших на опушке. На тонких листиках обрисовалась каждая жилка, и прозрачный зеленый свет полился на землю.

Девушки любовались природой, затаив дыхание, забыв про все на свете. Наконец, Элиза прервала молчание.

– Эрик попросил моей руки, – тихо сказала она.

– Правда?! – Камилла, ликующе вскрикнув, радостно бросилась ей на шею. – Как я за вас рада! Но он долго думал.

– Это все я. – Элиза задумчиво закусила губу. – Он ждал, пока я решусь. Мне страшно думать о свадьбе, ведь после нее начнется совершенно другая жизнь! Но не могу же я так до старости бояться, правда? – Элиза с улыбкой повернулась к Камилле. Девушка хмыкнула в ответ и погладила подругу по голове. – Теперь он думает над обустройством нового дома, хочет построить его недалеко от родителей. Мы переедем туда сразу после свадьбы.

Камилла искренне радовалась за подругу. Эрик и Элиза считались самой красивой и крепкой парой Бриады, и в том, что они поженятся, никто в деревне не сомневался. Элиза, грезя наяву, уже перечисляла гостей, продумывая предстоящий праздник. Камилла вновь посмотрела на солнце.

– Нам пора, надо стадо встретить. Никола и Эрик наверняка уже где-то неподалеку.

Элиза кивнула и пошла за подругой, подставляя лицо свежему вечернему ветру. Девушки прошли через поляну, пересекли лес и спустились на луг. Навстречу им шло большое стадо. В безветренном вечере далеко по полю разносилось блеяние овец и баранов, мычание коров и ржание лошадей. Звонко лая, к девушкам подбежали три собаки. Одна, черная, небольшая, с длинными ушами и белой грудкой, радостно повизгивая, бросилась к Камилле. Получив от нее порцию внимания, мохнатый деловито затрусил обратно. Навстречу девушкам на вороном жеребце выехал молодой мужчина с взъерошенными русыми волосами. Он осадил коня, спрыгнул на землю и протянул Элизе крепкие руки. Она смущенно улыбнулась. Влюбленные застыли, глядя друг на друга, пока их не окликнули друзья.

– Эрик, Элиза, нам пора… Солнце совсем село, как бы коров в темноте не растерять, а то нас в деревню не пустят, – сказал второй парень, Никола, лукаво подмигнув Камилле.

– Оставь их в покое, пусть милуются, – фыркнула в ответ девушка.

Она вскочила на лошадь Эрика и направила стадо домой. Никола последовал за ней, оставив влюбленных позади. Через десять минут с небольшого пригорка перед ними открылись многочисленные огни Бриады. Аппетитно запахло дымом, едой и банями. Молодые люди спустились в деревню и загарцевали по уютным улочкам. Из добротных деревянных домов потоками лился свет, распахнутые настежь окна вбирали в себя вечернюю свежесть. Большие и маленькие сады расплывались чернотой на фоне вечернего неба. Вдоль заборов вился плющ, хмель, виноград.

Друзья развели животных по домам и, наскоро перекусив, направились на окраину деревни – здесь каждый вечер собиралась веселая молодежь Бриады. Когда опоздавшие подошли к заветному месту, все уже сидели вокруг большого костра. Негромко звенела гитара, потрескивали горящие сучья, отовсюду слышались громкий смех и оживленные разговоры. Эрик, Элиза, Никола и Камилла подошли к толпе. Послышались приветственные крики. Никола захватил яблоки из большой корзины, стоявшей у костра, и подсел к Камилле на ствол поваленного дерева.

– Слышала, к нам на следующей неделе какой-то серьезный человек из столицы приедет, – хрустнула яблоком высокая полная девушка с блестящими черными волосами.

– Про приезд какого-нибудь серьезного да холостого мужчины из города ты всегда первая узнаешь, Меридит, – усмехнулся красивый паренек в соломенной шляпе, покусывая травинку.

– А кому же еще узнавать? – сверкнула та карими глазами. – Наши девушки не хотят в столицу уезжать, им здесь больше нравится, да, Камилла?

– Ну конечно, дорогая моя, – отозвалась девушка. – Я лучше здесь останусь, чем превращусь в худощавую писклю, которая не может нормально дышать из-за туго стянутого корсета. Ты уж точно сразу задохнешься.

Среди парней и девушек раздался добродушный смех.

– Вот уела так уела, а, Меридит, – слегка толкнул ее Никола.

На что Меридит только повела аппетитным белым плечом.

– Ты слишком влюблен в нее, мальчик мой, чтобы понять, где настоящая шутка, а где всего лишь пошлый намек.

Никола насупился.

– Да, влюблен, – громко произнес он и обернулся к Камилле. – И она прекрасно это знает. Правда, Камилла?

– Эй, не только ты в Камиллу влюблен! – возмутилось несколько парней. – И мы, между прочим, не кричим об этом, потому что знаем, что она всех нас любит, да, Камилла? – парни со смехом подняли девушку на руки, подбрасывая в воздух.

Камилла засмеялась и спрыгнула на землю.

– Конечно же, я вас люблю. Только замуж выйду за какого-нибудь графа. Или герцога. – Смеясь, она отбежала в сторону

– Шутовство, – процедила сквозь зубы Меридит. Два парня тут же обняли ее и чмокнули в обе щеки.

– Вот теперь я спокойна, – улыбнулась Меридит, оглядев жгучими глазами своих кавалеров. – Хоть эти еще не сошли с ума по шкидле.

Неожиданно пошел дождь. Огонь недовольно зашипел. Девушки с криками побежали под деревья.

– Пошли в трактир! – крикнул Арарм, веселый круглолицый парень. – И пусть нас согреет сидр, пляски и присутствие наших красавиц!

Парни одобрительно загудели. Быстро загасив костер, молодежь под проливным дождем ринулась к трактиру.

– Ох, вот черти вас принесли! – возмутился старый трактирщик Герберт. – Грязи натаскали! Сола, милая, иди скорей, протри пол!

– Герберт, не гуди, – рассмеялись Арарм и Никола. – Мы же с дамами! Поэтому доставай сидр и разливай всем, сегодня мы угощаем!

Гитарист мигом нашел себе удобный уголок и перебрал струны.

– Георг, давай нашу… эту… плясовую! – крикнул слегка захмелевший Арарм и обратился к залу. – Я поднимаю этот «бокал» за наших прелестных фей, которые не оставляют нас одних в глухом пьянстве… – девушки засмеялись, – … и согревают кровь одним только взглядом!

Парни дружно загалдели и сомкнули кружки. Пена фейерверком взметнулась вверх. Георг ударил по струнам и заиграл веселую мелодию. Молодежь тут же пустилась в пляс, не в силах устоять на месте. Даже старый Герберт, поворчав, начал притоптывать, разнося напитки. Когда очередная заводная мелодия закончилась, Никола поискал глазами Камиллу и подошел к ней.

– Камилла, спой нам что-нибудь, – попросил он девушку.

– Камилла! Камилла! – услышав его просьбу, заскандировали парни, успевшие осушить не одну кружку шипучего сидра.

– Хорошо, я спою, – согласилась с улыбкой Камилла. – И посвящу эту песню Элизе и Эрику. Все же знают, что свадьба не за горами?

– Знаем! – заголосила компания.

– Прекрасно.

Девушка с серьезным лицом вышла на середину трактира, парни оттащили замешкавшихся товарищей. Камилла обвела всех взглядом и запела сильным, глубоким голосом. Эта песня отличалась от той, которую она пела на лугу. Та была воплощением природы, шумом ветра, шелестом цветов и дождя, эта же говорила о любви. О чувстве, искрящемся как брызги шампанского, наполненном медом, ароматом роз, утренней росой и хрустальной водой из горного озера, чистотой и свежестью океанского бриза, хрустящим снегом и жарким полуднем, лесной тенью и широким небом. О чувстве, душистом, как испарения после дождя, стремящиеся от теплой земли к солнечному небу. О чувстве, силу которого ошибочно называют слабостью, мощном, как гроза, и мягком, как густая трава. О чувстве, которое стараются избегать, но наш мир ничто без любви, мы должны любить, без этого мы зачахнем, не будет больше радости, смеха, песен. Это чувство бесконечно, как Бог, чисто и светло, как смех ребенка, нежно, как утренние лучи, могущественно и нерушимо…

Размягченные и притихшие слушатели, обнявшись, раскачивались под мелодичный напев. Эрик и Элиза кружились в танце, многие влюбленные последовали их примеру. Когда песня закончилась, старый Герберт смахнул с глаз набежавшие слезы.

– Вот за что люблю, за то люблю… Камилла… Ведь у меня с покойной моей Риетт такая же любовь была…

Он всхлипнул и наполнил кружки напитком.

– На этот раз за мой счет! Камилла, Эрик, Элиза, за вас! За молодость и прекрасную, светлую, чистую любовь!

– За любовь! – закричали все.

Была уже почти полночь, когда загулявшая молодежь высыпала на улицу. Дождь кончился, и свежий, терпкий запах мокрой земли отрезвил гуляющих.

– Как я завтра на поле встану, не представляю, – простонал Никола.

– А мне разрешили поспать подольше, – хмыкнула Камилла. – Только потом за травами нужно будет сходить. Пойдешь со мной?

– Конечно! – откликнулся парень.

– Мы тоже пойдем, – сообщили вышедшие из трактира Элиза и Эрик.

– Вот и договорились, – улыбнулась Камилла, направляясь к дому. – Тогда до завтра!

Никола поспешил за ней, вызвавшись проводить. Веселой гурьбой парни развели девушек по домам и медленно, отделяясь по двое, по трое, разошлись сами.

Глава 2

Утро встретило Камиллу золотыми лучами. На маленьком столике у окна в простой вазе уже стоял свежий букет. «Мама», – с улыбкой подумала девушка и сладко потянулась, бросив взгляд на небо. Солнце давно взошло, пора собираться на поле, но как же не хочется отрываться от постели! Рывком поднявшись, Камилла накинула легкое платье и спустилась во двор. Ночью снова был дождь, и мокрая, но уже нагретая земля, источала восхитительное тепло. Камилла немедленно разулась, ступив босиком на мягкую теплую почву.

– Соня ты моя! – раздался сзади женский голос. На нее любящими глазами смотрела невысокая русоволосая женщина с темно-зелеными глазами, так похожими на глаза самой Камиллы.

Девушка чмокнула маму в щеку.

– Прости, мы вчера поздно разошлись, – виновато улыбнулась она. – Говори, что нужно делать, я готова отработать опоздание.

– Иди, поешь для начала, – ответила мать. – Практически все сделано, сейчас пойдете с Гансом за травами. Надо собрать их, пока не поздно. Грязно там после дождя, но некоторые травы отцветают последние дни.

– А папа где? Уже у старосты? – поинтересовалась дочь, сорвав со склонившейся ветки горсть темно-бордовой вишни.

– Да, уже часа два как ушел. Ты же знаешь этих мужчин, вечно у них какие-то дела с самого утра.

Нонна спустилась с крыльца и пошла в сад, на ходу закалывая волосы.

– Ганс! Ганс! – раздался среди деревьев ее голос. – Камилла встала, идите за травой!

С другой стороны сада выскочил высокий худой паренек лет четырнадцати.

– Ну что, как вчера погуляли? – поинтересовался он, выискивая калоши в огромном деревянном ящике, стоявшем у крыльца.

– Очень весело, – улыбнулась Камилла, тоже наклоняясь к ящику, чтобы помочь брату. – Не переживай, скоро и ты с нами будешь ходить к костру, совсем взрослый стал.

– Как там Элиза? – с напускным равнодушием поинтересовался паренек.

Камилла едва сдержала улыбку. Ганс уже несколько месяцев был влюблен в ее подругу и мечтал жениться на ней, как только подрастет. И поэтому сильно недолюбливал Эрика, хотя еще год назад пытался во всем ему подражать. Ох уж эти юношеские страсти.

Переобувшись, брат и сестра вышли из резных деревянных ворот и направились в сторону небольшой каменной церкви, стоявшей на краю деревни. По дороге их догнали Элиза и Эрик.

– Вы что, даже ночью не расстаетесь? – ревниво окинул их взглядом Ганс.

– Нет, просто вы спали слишком долго, – усмехнулся Эрик.

– Это все она, – недовольно указал на сестру Ганс. – Я-то встал сразу после восхода солнца.

– И мне сегодня что-то совсем не спалось, – призналась Элиза. – Встала ни свет ни заря. Как будто тревожит что-то, но не могу понять, что именно.

– Нам надо подождать Николу, – напомнила Камилла. – Он тоже хотел с нами пойти.

– Он не пойдет, – откликнулся Эрик. – Я видел его час назад. Подвернулась работа в кузне, и он решил не отказываться.

Дойдя до поворота небольшой улочки, друзья, наконец, вышли к церкви. Мимо нее к лесу вела узкая, но четко видная в траве тропинка.

– Эй, вы куда это? – окликнула их Меридит, стоя возле большого белоснежного дома.

– Меридит с утра – как баба с пустым ведром! – простонала Камилла. – Можно сразу поворачивать назад, она отпугнула от нас всю удачу.

– Да больно вы нужны мне! – презрительно протянула девушка и зашла в дом, покачивая бедрами.

– Эрик, смотри, как старается, тебя пытается соблазнить, – засмеявшись, ткнула его в ребра Камилла.

– Нет уж! – ревниво сверкнула глазами Элиза. – Пусть лучше Ганса соблазняет. Он через три года совсем взрослым станет. Камилла, ты только представь, Меридит может стать твоей любимой золовкой!

– Только не это! – испуганно прошептала девушка.

Друзья расхохотались и зашли в сосновый лес. Здесь было тихо и спокойно. Мягкая после дождя земля заглушала шаги людей. Где-то в стороне незаметно журчал ручеек, скрытый пышными кустами. Длинная, твердая хвоя искрилась в лучах солнца. Смолистый воздух был настолько густой, что, казалось, еще чуть-чуть, и его можно будет взять в руки. Хотя время было еще раннее, уже начинало припекать. Друзья заторопились – не очень-то хотелось собирать травы, жарясь на солнце. Выйдя из леса, они рассыпались по полю, внимательно выискивая нужные листья и соцветия.

Прошло около часа. Лучи жгли все беспощаднее, воздух был будто наэлектризован. «Гроза будет», – подумала Камилла, аккуратно обрезая стебли душицы. – «Надо торопиться». Наполнив корзину, она подошла к брату, предложив помощь. Но он и так прекрасно справлялся, и девушка направилась к подруге, мелькавшей шагах в десяти от Ганса. Рядом с ней сидел Эрик. Не успела Камилла дойти до друзей, как на поле налетел ледяной порыв ветра, солнце скрылось за неизвестно откуда взявшимися облаками. Вмиг стало холодно.

– Брр! – вздрогнула Элиза. – И почему я не додумалась взять накидку?

– У тебя вон Эрик как накидка, – хмыкнула Камилла. – Обнимет покрепче, сразу согреешься.

Но скоро им стало не до смеха – с каждой минутой становилось все холоднее. Ветер усилился, взметая травы бешеными порывами.

– Что это такое? – возмутилась Камилла, уворачиваясь от пролетевшей мимо ветки.

– Да ветка же! – усмехнулся Эрик.

– Смешно, – огрызнулась девушка. – С чего вдруг налетела такая буря? Давайте быстрее, того и гляди, дождь пойдет.

Друзья второпях наполнили оставшиеся корзины и поспешили к лесу. Ветер все крепчал. Вдалеке раздалось низкое, угрожающее рычание грома. Камилла подняла голову и посмотрела туда, откуда он, как ей показалось, доносился. На западном краю поля, практически на краю обрыва, возвышался старинный мрачный замок. Никто из деревенской молодежи не знал, кто в нем жил, и когда он был построен, а старые жители ничего не рассказывали, поэтому об этом месте ходило множество легенд. Одни уверяли, что там живет злой колдун, превращающий людей в марионеток. Другие твердили, что замок наполняет нечто большое и страшное, чей-то злой мятежный дух. Третьи считали, что в нем живет огромный страшный зверь, выходящий на охоту каждые пятнадцать лет. Все жители Бриады выросли на этих легендах и старались к замку не приближаться. Конечно, были смельчаки, пытавшиеся доказать, что там нет ничего страшного, просто старые замшелые камни. Но, кто бы ни пытался проникнуть туда, у них ничего не выходило – двери были надежно заперты, а сквозь плотные портьеры на окнах не разглядеть, что происходит внутри. Разбить стекла любители приключений боялись – вдруг когда-нибудь вернется настоящий хозяин замка? Он явно не похвалит жителей деревни за столь сомнительное усердие.

Если для парней это место было своеобразным способом доказать свою храбрость, девушки и близко не подходили к проклятому замку. Ведь, согласно легендам, каждые пятнадцать лет сюда приводили очередную двадцатилетнюю красавицу, и она пропадала навсегда. Никто не знал, что происходило с девушками за этими стенами, было ли все это правдой – тоже. И чем старше становились юные жительницы Бриады, тем меньше они верили в знакомые с детства сказки. Но страх перед замком оставался.

– Будто зверь рычит! – подошел к сестре Ганс.

– Что? – вздрогнула задумавшаяся Камилла.

– Я говорю, будто зверь рычит. Смотри, какие тучи вокруг замка клубятся!

Над крышей и многочисленными башенками действительно громоздилась чернота. Вдалеке сверкали молнии. Камилла поторопила отставших друзей.

– Скоро начнется сильнейшая гроза, давайте быстрее!

Элиза и Эрик кивнули и ускорили шаг. Но дойти до леса они не успели – с неба хлынули потоки воды. Прикрывая голову большими листами лопуха и увязая в грязи, друзья с трудом взобрались на склон, торопясь укрыться в лесу. Но тут же поняли, что деревья их не спасут: высокие, прямые сосны не укрывали от дождя, а до берез было еще далеко.

– Что, черт возьми, происходит? – с трудом отлепившись от дерева, крикнул Ганс. – Откуда такой ветер?

– Ганс!.. Не смей ругаться! – донеслись до него сквозь свист ветра возмущенные крики сестры.

Эрик расхохотался:

– Нашла время человека воспитывать! Правильно он все сказал, тут по-другому не выразишься!

– В одиночку идти сложно, нам надо взяться за руки и держаться друг за друга! – уцепилась Элиза за Эрика.

– Прекрасная мысль! – откликнулась Камилла. – Готовы? Раз…два… Пошли!

Она схватила Ганса, другой рукой дотянулась до Эрика, и они вчетвером начали пробираться через лес. Дождь с силой хлестал друзей по лицу, рукам, туловищу, ноги с трудом передвигались по раскисшей земле. Свирепый ветер, разделившись в лесу на сотни течений, рвал одежду и волосы путников. Снова угрожающе, и уже совсем рядом, зарычал гром, сверкнула ослепительная вспышка. На краю леса загорелась старая сосна. Огромные деревья со стоном раскачивались под бешеными порывами ветра, готовые рухнуть на пробирающихся между ними людишек.

Камилла почувствовала, как рука Ганса выскальзывает из ее ладони. Крепко ухватив брата за рукав, она на миг подняла голову и посмотрела вперед. Картина, представшая перед ее глазами, поразила и напугала девушку: впереди рухнуло дерево, огромная сосна распласталась перед ними, преградив путь к Бриаде. Перелезть через нее казалось невозможным – мшистый ствол был склизким от дождя. Обойти тоже не получится – дерево действительно было очень большим.

– Эрик, что нам делать? – срывая голос, прокричала Элиза, изо всех сил стараясь не поддаваться панике.

– Не волнуйтесь, сейчас что-нибудь придумаю!.. – парень прислонился к стволу ближайшего дерева. – Так, Ганс, я попробую забросить тебя на ствол. Уцепись за ветви и подтяни меня, потом мы вместе поднимем девушек.

Ганс кивнул и приготовился к прыжку. Эрик закинул его на упавшую сосну. Приземлившись на ствол, мальчик тут же покатился вниз, но в последний момент умудрился ухватиться за ветку. Хвоя до крови расцарапала руку.

– Готов? Элиза, Камилла, держитесь за это дерево, – указал Эрик на сосну, от которой только что оторвался. – Когда я вас позову, осторожно продвигайтесь к нам.

Подруги кивнули и крепко обняли дерево, не расцепляя рук. Эрик прыгнул и протянул руку к Гансу. Не ухватился. Ганс скатился ниже.

– Нет, оставайся там же! – остановил его Эрик. – Ты можешь свернуть себе шею, я не поймаю тебя!

Ганс кивнул и пополз задом, пытаясь снова подняться, но дерево его не пустило.

– Держись! Я прыгаю, будь готов! – Эрик оттолкнулся от земли и, наконец, ухватился за протянутую руку мальчика. Несколько минут Ганс пытался втащить его, но безуспешно, ему не хватило сил.

– Держись за дерево, а я помогу ему! – крикнула Камилла подруге и бросилась к парням.

– Сейчас же встань на место! – проревел Эрик.

Проигнорировав приказ, девушка изо всех сил уперла ладони в его икры и начала толкать друга вверх. Наконец, Эрик поднялся и обернулся к подругам, держась за ветку. Камилла протянула руку Элизе, приготовившись забраться наверх.

– Я ничего не вижу! – закричала она, пытаясь отбросить с лица растрепавшиеся волосы.

– Подними руку, просто подними руку, – раздался голос Эрика где-то над левым ухом.

Камилла послушалась. Парень немедленно втащил ее и Элизу. Ползком они перебрались к другому краю ствола и скатились на землю. Снова встать на ноги девушки уже не смогли.

– Стой, – остановил Эрик резвого Ганса. – Посидим немного, здесь мы хоть укрыты от ветра. Пусть Элиза и Камилла отдохнут. Да и у меня ноги дрожат, если честно.

Ганс присел рядом с сестрой, потирая окоченевшие руки.

– Как вы думаете, что это? – дрожа от холода и страха, спросила Камилла. – Вы же понимаете, что все это не просто так, такой грозы у нас не было!

– Что-то налетело на наш край, бывает, наверно, – стуча зубами, ответила Элиза. – Правда, лично я такого еще не видела. Не зря у меня всю ночь было неспокойно на душе.

– Все будет хорошо, главное – добраться до дома, – успокоил Эрик возлюбленную.

Несмотря на то, что друзья очень устали, дольше сидеть не было смысла – они сильно замерзли. Двигаясь, они хоть как-то разгоняли кровь.

– Ну что, пошли? – поднялся Эрик. Его тут же стукнуло о соседнее дерево. – Черт, я и забыл, какой сильный ветер! Давайте руки, главное – держаться вместе.

Камилла, Элиза и Ганс с трудом встали и снова тронулись в путь. Сколько времени прошло с начала грозы, никто из них сказать не мог. Они как будто потерялись во времени, словно на этом свете существовали только они и разбушевавшаяся стихия. Буря все не утихала – наоборот, казалось, что оглушительным раскатам грома и потокам воды не будет конца. Вдалеке вспыхнули еще две сосны, затрещала горящая хвоя.

– По-моему, я заблудился, – через некоторое время устало произнес Эрик.

Он остановился, оглядываясь, пытаясь понять, в какой части леса они находятся, и как отсюда попасть домой

– Пусти нас вперед, – предложила Камилла. – Мы с Элизой здесь все время гуляем и знаем каждый куст.

Но они ошиблись – найти что-то знакомое в кромешной тьме, которая опустилась на лес вместе с грозой, оказалось не так-то просто. Друзья практически вслепую бродили между деревьями, пока неожиданно не вышли на склон, с которого открылась Бриада. У путников вырвался дружный вздох облегчения. Не в силах идти, они сползли по мокрой земле прямо на размякшую дорогу. Внизу ветер сделался тише, можно было хотя бы удержаться на ногах. Друзья пошли в сторону домов и вскоре уже брели по темным улицам деревни. Вокруг не было ни души – видно, непогода разогнала всех по домам. Хотя окна, как ни странно, оставались темными.

– Спать они все легли, что ли, – пробурчал Ганс. – Вроде рано еще.

Друзья дошли до дома Элизы, единственного освещенного в Бриаде. Двухэтажное здание отличалось от других крепким каменным фасадом и толстыми кирпичными стенами. На фоне освещенных окон мелькали темные силуэты.

– Держу пари, нас собрались искать, – нервно ухмыльнулся Ганс.

Ему никто не ответил. Элиза устало постучала, дверь открыла ее мать, Регина.

– Боже, Элиза, Эрик! Где вы были? – воскликнула она, крепко прижимая к себе дочь.

– Камилла, Ганс! – Нонна, появившаяся рядом с Региной, с неженской силой втащила своих детей в сияющую гостиную.

На миг Камилла ослепла от яркого света и прикрыла глаза ладонью. Немного привыкнув, она оглядела комнату. Большой зал старосты был наполнен людьми, как взрослыми мужчинами и женщинами, так и молодежью. Все они держали незажженные факелы, готовые пуститься на поиски пропавшей четверки. При виде измученных, грязных, но живых друзей, жители Бриады облегченно выдохнули и кинулись наперебой расспрашивать их о случившемся. Сквозь толпу мужчин протолкнулись двое – староста Фриц, отец Элизы, и помощник старосты Веллер, отец Камиллы и Ганса.

– Камилла, ты хорошо себя чувствуешь? Ганс, ты оберегал сестру? – Веллер взял в крепкие, обветренные ладони лицо дочери и заглянул в ее зеленые глаза.

– Слава Богу, вроде здорова, – вздохнул он и обнял сына. – Ты как, сынок?

– Все в порядке, пап! – Ганс сердито отстранился от отца. – Не надо меня тискать, я не маленький!

– Этот точно здоров, – облегченно усмехнулся Веллер и, снова повернувшись к дочери, повел ее к дивану.

Арарм и Никола принесли ей и Гансу горячий чай и пирожки. Рядом Регина и Фриц обнимали Элизу и Эрика. Плечи Регины вздрагивали от рыданий, Элиза пыталась ее утешить. Как только родители Камиллы отошли в сторону, Никола присел рядом с подругой.

– Ты в порядке, Камилла? Мы так перепугались, когда началась гроза, а вы не вернулись! У Меридит даже губы дрожали, но она сказала, что, если я расскажу тебе об этом, она подвесит меня за ноги в своем саду и будет выбивать дурь лопатой.

– Я в порядке, – вымученно улыбнулась Камилла, хотя руки все еще дрожали от напряжения. – Там, в те минуты, я не понимала, что происходит. Никто из нас не понимал. Мы просто пытались дойти до дома. А теперь… Я не знаю, что это было, Никола. Я никогда еще не видела такой грозы! Это просто ужасно, ветер как взбесился… Я думала, мы уже не дойдем. – Девушка устало откинулась на спинку дивана.

Никола обнял ее.

– Я не переживу, если с тобой что-то случится! Надо было идти вместе с вами. Но ты точно хорошо себя чувствуешь? Ничего не болит?

– Нет, спасибо, я просто очень устала. – Камилла нехотя поднялась и подошла к родителям и брату, уже вскочившему с дивана.

Из соседней комнаты выскочили мальчик и девочка лет четырех, оба светлые, кудрявые, сероглазые. Они подбежали к Камилле и бросились к ней на шею. Девушка еле устояла, но расцеловала детей – это были ее брат и сестра, близнецы Сатал и Стелла.

– Осторожнее, сестра и так на ногах еле держится, – проворчала Нонна.

– Камилла, где ты была?.. Мы так соскучились!.. Так испугались!.. Мы сидим, играем, а там как бабахнет!.. – наперебой начали говорить близнецы.

– Испугались? Мои малыши, – обняла их Камилла. – Ну, ничего, это просто гроза, не бойтесь, она скоро пройдет. А что они здесь делают? – обратилась она к матери.

– Мы так испугались за вас, когда налетела буря, – ответила Нонна, – все собрались у старосты, чтобы отправиться на ваши поиски. А их дома не оставишь одних – боятся. Взяли сюда, они даже уснули. Видимо, их разбудил шум.

– Уснули? Ты умудрилась уложить их днем?

– Камилла… – Мать озабоченно посмотрела на дочь. – Ты уверена, что с тобой все хорошо? Сейчас уже около двенадцати ночи… Вас не было весь день!

– Около двенадцати ночи? – Камилла удивленно посмотрела в окно. – Но мы думали, что добирались домой всего пару часов!

– Так, Камилла, Эрик, Элиза, Ганс, ну-ка подойдите сюда.

Нонна отвела их в пустой угол и привела щуплого старичка-доктора.

– Владимир, мне не нравится их состояние, – взволнованно сказала она. – Они уверены, что были в лесу не больше двух часов.

Врач внимательно осмотрел каждого.

– По ним вроде не скажешь… уставшие только, но это нормально – столько часов с таким ветром бороться. – Врач снова обернулся к молодым людям. – А вы разве не обратили внимания на то, что на улице темно?

– Знаете, нам было как-то не до этого, – огрызнулся Эрик.

Элиза укоризненно посмотрела на жениха.

– Мы действительно не обратили на это внимания, – ответила Камилла. – Нам казалось, что темно из-за грозы – там была такая туча!

– Откуда она пришла? – вдруг спросил Александр, крепкий седой мужчина лет шестидесяти. Он уже несколько минут прислушивался к их разговору.

– С запада. Оттуда, где старый замок, – не раздумывая, ответила Камилла.

Мужчина побледнел. Многие обернулись в их сторону – последнюю фразу девушка произнесла достаточно громко. Постепенно в гостиной воцарилась тишина.

– Что случилось? – нахмурился Фриц. – Почему все так испугались?

– Это все замок. Опять начинается… – прошептал Александр. Жители Бриады испуганно зашептались.

– Мама, я вспомнила! – неожиданно для самой себя вдруг вскрикнула Камилла. – Такая гроза уже была! Мне тогда было четыре года… Молния ударила в наш дом, я очень испугалась и заплакала… А вас не было дома… Тогда я проплакала всю ночь, потому что вы все не приходили, а гроза никак не могла успокоиться.

– Такая гроза была не один раз, дитя мое, – печально ответил мужчина.

Нонна судорожно вздохнула и прижалась к мужу. Фриц, Регина, Элиза и Эрик удивленно смотрели на жителей, не понимая, о чем они говорят.

– Почему я не помню… – начал Фриц, но не договорил и охнул.

– Потому что вы живете здесь всего четырнадцать лет, – ответил Веллер. – Такая гроза была за год до вашего переезда сюда. В тот год умер прежний староста.

Элиза испуганно метнулась к отцу.

– Так, детям пора спать! – неожиданно Александр взял управление в свои руки. – Молодежь, расходитесь по домам. Взрослым есть что обсудить. Это не для юных ушей.

Возмущенная молодежь недовольно зароптала, но ее с шумом и гурьбой вытеснили наружу. Парням велели развести девушек и самим идти по домам. Эрик, Элиза и Никола пошли к Камилле, прихватив с собой Ганса и малышей. Гроза продолжала бушевать, хотя здесь, в Бриаде, она уже не казалась такой страшной.

– Кто-нибудь объяснит мне, что происходит? – обратилась к друзьям Элиза.

– Наверно, это все из-за этого проклятого замка, – ответил Никола. – Видели, как они всполошились, когда Камилла про него сказала? Надо будет сейчас вернуться и послушать, о чем они говорят.

– Подслушать, ты хотел сказать? – обернулась Камилла к Николе. – Я с вами.

– И я! – крикнул Ганс.

– А вот ты никуда не пойдешь, Ганс, – в голосе старшей сестры послышалась сталь. – Ты сейчас придешь и ляжешь спать.

– Камилла, – повернулся к ней Эрик. – Вы тоже сейчас ляжете спать. Ты, Ганс, Элиза и дети. А мы пойдем, подслушаем. Вас мы туда не возьмем и не пустим, даже не надейтесь.

– Никола, ну пожалуйста, – девушка умоляюще сложила руки, глядя на друга.

– Нет, Камилла. – Никола отвернулся. – Не пытайся меня уговорить, не подействует. Если они нас выпроводили, значит, разговор пойдет о чем-то серьезном. Идите спать.

Камилла надулась. Девушек, Ганса и детей завели домой, Элиза и Камилла уложили Стеллу и Сатала в кровать.

– Камилла, почему гром так страшно гремит? – маленькая Стелла схватила девушку за руку.

– Спи, малышка, в громе нет ничего страшного. Гроза ничего вам не сделает. Я с вами.

Стелле этих слов оказалось достаточно. Она повернулась на другой бок и через несколько минут спокойно засопела.

– Камилла, – шепотом позвал сестру Сатал. – А я не боюсь грозы! И ты не бойся, я тебя зашишшу!

Камилла, засмеявшись, поцеловала брата в прохладный лобик.

– Теперь я точно ничего не боюсь, мой защитник. Спи сладко.

Девушка вышла из комнаты и прикрыла за собой дверь. Внизу, в гостиной, с кружками горячего травяного напитка ее поджидали Элиза и Ганс. У Ганса были красные глаза.

– Ты что, плакал? – хмыкнула Камилла.

Мальчик обиженно засопел, отвернувшись от сестры.

– Они не взяли его с собой, – с улыбкой объяснила Элиза.

Камилла покачала головой и присела на диван.

– Они и нас не взяли. Ну и ладно, все равно все расскажут. Как же я устала сегодня… Ганс, идем, я тебя тоже уложу.

Брат засопел еще громче и посмотрел на сестру с горькой обидой.

– Ты что, совсем меня за маленького держишь?

– Ганс, миленький, ну я же не в этом смысле! – Камилла крепко обняла его, несмотря на сопротивление. – Вы с Эриком так помогли нам сегодня, я просто хочу, чтобы ты немного отдохнул.

– Я вас без присмотра не оставлю!

После долгих уговоров мальчик все-таки согласился вздремнуть тут же, на диване. Некоторое время девушки сидели молча, будто боясь говорить о произошедшем. Камилла с дрожью вспоминала замок и тот раскат грома, который шел как будто от самих стен и напоминал рев дикого зверя. А потом этот ужасный ливень… ветер… молнии… Камилла любила грозу и всегда чувствовала себя в ней прекрасно. Она выбегала под проливной дождь, восхищалась молниями, кричала от радости, когда гремел гром… Но эта гроза ее пугала. Воздух был насыщен нехорошими предчувствиями.

Да, такую грозу Камилла видела только раз в жизни – тогда ей было всего четыре года. Ее родители тесно дружили с прежним старостой, Лерком Гривостом. Камилла помнила его плохо, но ей запомнилась добрая улыбка и светлые глаза мужчины. Среди всех деревенских детишек Камилла была его любимицей. Он часто сажал ее на колени и рассказывал множество занятных историй. Девочка каждый раз животик надрывала от смеха, и никак не могла остановиться. Однажды он подарил ей прекрасную корону – маленькую, позолоченную, украшенную полудрагоценными камнями, а в самом ее центре гордо сиял небольшой бриллиант. Камилла не помнила, куда делась эта корона, помнила только, что заставила родителей перерыть весь дом, но ее так и не нашли. Тогда Камилла страшно расстроилась и плакала несколько дней. Лерк пообещал подарить ей новую, но… не дожил.

Через несколько дней поднялась страшная гроза, все взрослые ушли в дом старосты. Детям они сказали, что у них там намечается веселье. Их уложили спать, а молодежь отправилась устраивать свою пирушку. В ту ночь Камилла спала как никогда крепко. Ей снилось что-то приятное, веселое… Неожиданно перед глазами засиял свет. Пролежав несколько минут и окончательно отойдя ото сна, девочка открыла глаза. И подскочила в кровати. За окном разразилась настоящая катастрофа – бешеный ветер валил деревья, страшный гром сотрясал дом, на крышу как будто обрушился водопад. Не сразу сообразив, откуда свет, Камилла осмотрела комнату. Сначала она подумала, что вернулись родители и зашли поцеловать ее на ночь. Оказалось, нет… Яркий, слепящий свет шел от молний. Одна из них неожиданно ударила в дом. Камилла закричала. Ей повезло – дом не загорелся. Девочка всю ночь протряслась от страха, укутавшись с головой в одеяло, она уснула лишь под утро.

На следующий день ей сказали, что любимая младшая сестра Лерка, цветущая, прелестная двадцатилетняя Дина уехала. Камилла зашла к своему другу. Таким расстроенным она еще никогда его не видела. Он сидел в кресле, поджав под себя ноги, уткнувшись в спинку, и рыдал, как ребенок. Камилла испугалась, подбежала к нему и обхватила за шею своими маленькими ручками.

– Лерк, миленький, не плачь, она же не навсегда уехала! – Камилла всхлипнула. – Видишь, я тоже плачу из-за тебя! Ну не надо, миленький!

Она расцеловала его в мокрые щеки. Лерк через силу попытался улыбнуться и встать, но тут же снова рухнул, как подкошенный. В комнату вбежала Нонна. Она увела Камиллу, попросив соседскую девушку присмотреть за ней, а сама скрылась в доме. Больше Камилла Лерка не видела. На следующий день в его доме раздался истошный вопль служанки. Лерк повесился.

От печальных воспоминаний ее отвлек скрип входной двери. Камилла оглянулась. Элиза задремала, облокотившись на спинку дивана. Ганс не пошевелился. Девушка пошла к двери, встретив на пороге Николу и Эрика.

– Ничего не понимаю. – Эрик казался озабоченным. – Про что они говорят? Почему все так боятся этого замка?

Никола, нахмурившись, пожал плечами.

– Я всегда относился к этим рассказам о проклятом замке как к детской сказке. Думал, нас просто пугают, чтобы мы туда не лазили. – Эрик присел на диван. – Но не могу же я всерьез поверить в то, что там живет какое-то чудовище и требует себе девушек каждые пятнадцать лет!

– Эрик, не стоит сейчас говорить об этом. Завтра мы заставим их рассказать нам обо всем. Они не отвертятся.

– Что случилось? – взволнованно спросила Камилла.

– Они уверены, что эту грозу наслал хозяин этого замка, якобы как знак того, что ему нужна новая жертва. Больше мы ничего понять не смогли.

Камилла встревожено посмотрела на парней.

– Камилла, иди спать, – мягко сказал Никола. – Сейчас мы все равно ничего не сможем сделать. Я тоже лягу, с ног валюсь.

Камилла послушалась и поднялась наверх. Через минуту Эрик занес туда Элизу, а парни отправились ночевать в гостиную, к Гансу.

Глава 3

Солнечные лучи пробивались сквозь листву росшего у окна старого вяза так весело, так невинно, как будто и не было вчерашней ужасной грозы. Но стоило Камилле и Элизе, проснувшись, взглянуть друг другу в глаза, как они поняли, – буря преследовала их и во сне. Первой нарушила молчание Элиза.

– Нам нужно узнать об этом замке побольше. Будем расспрашивать сегодня старших, они не смогут долго молчать.

– Ты так говоришь, как будто применишь к ним какую-то особенно жестокую пытку, – невесело усмехнулась Камилла. – Мальчики, наверно, уже встали. Пойду, приготовлю что-нибудь поесть.

Но, вопреки ожиданиям Камиллы, и дети, и парни еще спали. Ни Нонны, ни Веллера не было. Девушки на скорую руку приготовили завтрак, перекусили и решили прогуляться в саду, оставив еду для друзей на столе. В дверях они столкнулись с перепуганной Меридит.

– Вы слышали новость? Сегодня всех девушек, которым исполнилось двадцать лет, соберут в доме старосты.

– Зачем? – быстро спросила Камилла.

– Я не знаю… – Меридит поморщилась. – Но мне страшно.

– Камилла, почему вы такие серьезные? – раздался голосок Стеллы. Она и Сатал беззвучно спустились вниз и теперь стояли возле двери. – Что-то случилось?

– Малыши мои, – девушка улыбнулась, проведя рукой по светлым головкам. – Все хорошо, мы просто не выспались. День вчера был тяжелый. Пойдемте, я вас накормлю.

Девушки вернулись на кухню. Через некоторое время проснулся Никола. Меридит, нервно ломая ягодный пирог, сообщила ему новость о вечернем собрании.

– Меня одно радует, – выслушав ее, хмуро почесал подбородок Никола. – Камилле еще нет двадцати.

– И правда, нет, – через силу улыбнулась Элиза. – Хоть тебя этот кошмар не коснется.

– Ты думай, что говоришь! – возмутилась Камилла. – Как меня это не коснется, если ты и многие мои подруги под угрозой? Я пойду с тобой и буду рядом!

– Пойти – это одно, – отозвалась Меридит. – Другое дело – участвовать в жеребьевке.

– В жеребьевке?

– Ну да. Я думаю, что на собрании будут выбирать девушку дл того чудовища из замка. Или кто там живет…

– И ты так спокойно об этом говоришь? – возмутился незаметно подошедший Ганс.

Девушки подпрыгнули от неожиданности.

– А что изменится от того, что я буду паниковать? – огрызнулась Меридит, наклонившись за упавшим пирогом.

– Элиза, я не пущу тебя на это дурацкое собрание! – решительно сказал подошедший вслед за Гансом Эрик.

– Да что же вы как призраки сегодня появляетесь! – не выдержала Камилла.

Друзья засмеялись. Обстановка немного разрядилась, и компания решила выйти на улицу – проветрить головы и узнать последние новости. Камилла быстро собрала малышей и отправилась следом за друзьями.

Весть о вечернем собрании разлетелась по деревне с быстротой ветра – парни насупленно молчали, не отходя от возлюбленных, девушки боялись встретиться друг с другом взглядами – каждая надеялась, что выбор падет не на нее.

Работать в этот день никому не хотелось, все валилось из рук. Вечер наступил быстро. В шесть часов Фриц созвал всех жительниц Бриады, достигших двадцатилетнего возраста, в свой дом. Камиллу, Эрика, Николу и других «лишних» туда не пустили. Но и отходить далеко от дома старосты, где сейчас решались судьбы близких, ни у кого не хватило духу. Потянулись долгие минуты ожидания, казавшиеся бесконечностью. Камилла нервно ходила по саду старосты, обрывая засохшие, но еще душистые цветки сирени. Ганс пинал маленькое экзотическое деревце, название которого никогда не мог запомнить, Эрик неподвижно стоял у двери, сжав кулаки. Никола был рядом с ним, стараясь поддержать бедного парня хотя бы разговором. Иногда возле дома старосты появлялись небольшими группами другие жители Бриады. Мрачно глядя на зашторенные окна, они уходили, не выдерживая томительного ожидания. Наконец, тяжелые двери распахнулись, и оттуда хлынули девушки. Камилла и Эрик подскочили к толпе, высматривая Элизу, но ее не было. Из дома донеслись рыдания.

– О нет, – прошептала похолодевшая Камилла и рванулась внутрь.

Там, на диванчике, сидела Элиза. Регина судорожно прижимала ее к себе, сотрясаясь от рыданий. Фриц нервно ходил по комнате и что-то бормотал. Подойдя поближе, Камилла услышала:

– Нет, это невозможно, невозможно, невозможно… Нет! Я не поведу свою дочь в этот чертов замок, это же просто сказки, этого не может быть!

Камилла и Эрик подбежали к Элизе и ее матери.

– Только не говорите, что… – дрожащим голосом произнес Эрик.

Элиза подняла мокрое от слез лицо. Парень рухнул на колени, прижимая к себе любимую.

– Я не пущу тебя, не пущу!

– Господи, да как же так… Столько девушек в Бриаде, и этот жребий выпал именно тебе… Как, Элиза, как? – Камилла пыталась взять себя в руки, но не могла.

Представить себе потерю подруги, практически сестры, оказалось невозможным. Теперь она понимала Лерка.

– Просто мне не повезло, – Элиза постаралась улыбнуться сквозь слезы. – Короткая щепка попалась именно мне. Наверно, так надо…

Не, выдержав, она разрыдалась.

– Милая моя, – Камилла прижалась к подруге, закрыла глаза и тихонько заплакала.

Весь вечер Регина, Фриц, Элиза, Эрик, Камилла, Ганс, Нонна и Веллер просидели в доме старосты. За младшими согласилась присмотреть Меридит, сейчас было не до них. Женщины плакали, Эрик сходил с ума от горя, повторяя: «Не пущу, не пущу!». Но выполнить этот непонятный приказ было необходимо – старожилы рассказали безутешной семье о том, каким страшным бывает гнев хозяина замка. Поэтому, как ни сопротивлялся Фриц, он не мог отказать. Сначала у него возникла мысль уехать ночью вместе с семьей – ведь они не были коренными жителями Бриады, они могли сбежать, им необязательно было оставаться. Но Элиза твердо сказала:

– Ты действительно хочешь, чтобы мы такую память после себя оставили? Ведь мы больше никогда не сможем сюда вернуться. И вместо меня в замок придется пойти какой-нибудь другой несчастной!

– Да пусть кто угодно идет, мне без разницы! Главное, чтобы ты осталась! – с надрывом воскликнул Фриц.

Девушка лишь покачала головой.

Дальнейшего разговора Камилла не помнила. Она сидела возле подруги, а в голове билась только одна фраза: «Вместо меня придется пойти какой-нибудь другой несчастной! Вместо меня…». Постепенно эти мысли складывались во что-то, но во что именно, девушка пока не могла понять.

Вести жертву к замку предполагалось сразу после восхода солнца. На закате Элиза, Эрик и Ганс вышли на улицу. У крыльца их ждал Никола. Вместе они пошли по улице. К лесу приближаться никто не решался, слишком ярко выделялся на фоне вечернего неба черный замок.

– Неужели нельзя просто проигнорировать эту глупую традицию? Я не понимаю! – в очередной раз отрешенно проговорил Эрик. – Ведь там никто не живет, замок безлюден!

– Я уже спрашивал у стариков, – также в очередной раз ответил Никола. – На памяти одного дедушки так и было – решили не послушаться, оставили девушку дома. Через день на деревню налетел смерч и стер ее с лица земли, несколько человек погибло под завалами. Жителям пришлось отстраиваться заново.

– А что стало с девушкой?

– После нескольких бурь ее все-таки отвели в замок. Тогда все улеглось.

– А почему нельзя было уйти отсюда? Домов же все равно не осталось?

– Что-то вроде проклятия… Неместные сюда приезжать и отсюда уезжать могут, а вот коренные жители – нет, – сказал Никола и вздохнул. Он уже говорил это в доме старосты, да и Нонна с Веллером рассказывали. Но разве можно было упрекать в невнимательности убитых горем родителей и несчастного жениха?

Около полуночи Камилла, не выдержав душевной боли, снова пошла к Элизе. Та выглядела спокойной.

– Радость моя, обещай мне, что ты будешь присматривать за Эриком. Родители есть друг у друга, а вот он останется совсем один, он же с нами сюда приехал, у него никого больше нет. Обещаешь? – Элиза заглянула подруге в глаза.

– Да… Да, обещаю, – рассеяно ответила Камилла.

– И постарайся не расстраиваться. Все наладится. Сдружишься с Меридит…

Камилла через силу улыбнулась и еще крепче прижалась к подруге. Вскоре она ушла – надо было оставить Элизу с родителями и Эриком. На улице девушка судорожно вдохнула свежий воздух. Ночь была дивная, на небе приветливо мерцали звезды, сияла неполная луна. Ни ветерка, ни облачка, как будто и нет всего этого ужаса. Камилла еще раз глубоко вдохнула и медленно пошла к дому. Теперь она окончательно все решила, мысли, хаотично бродившие весь вечер, объединились в одно целое. Завтра перед рассветом она пойдет в замок вместо Элизы. На ее лице же возраст не написан. Скажет этому таинственному хозяину, что не хотела расстраивать родных, и сама ушла с утра пораньше. Главное – туда попасть, остальное уже будет неважно. Она сумеет остаться там.

Камилла легко проснулась перед рассветом, поспав всего пару часов. Несколько минут она лежала, мысленно прощаясь с комнатой и домом, затем встала, оделась, накинула плащ, прихватила немного хлеба и воды в дорогу и пошла, кинув прощальный взгляд на родителей, Ганса и близнецов. Поцеловать их она побоялась – не передумала бы, нет, но могла расплакаться и разбудить их. Во дворе приветливо замахали хвостами собаки. Девушка машинально провела ладонью по мохнатым спинам и вышла за ворота. Мимоходом глянула на дом старосты – никакого движения не было, наверно, все еще спали.

Путь до замка оказался не близким, – когда девушка подошла к его старым стенам, уже взошло солнце. Вокруг раскинулась большая мощеная площадка, поросшая мхом и травой. За ней располагался огромный запущенный сад, к которому вела еле заметная дорожка. С другой стороны кусты и деревья, когда-то, видимо, росшие в определенном порядке, объединились с лесом и стали почти непроходимой чащей. Стояла пронзительная тишина, только птицы звонко радовались новому дню.

В первый раз Камилла оказалась так близко к страшному замку. Парни, смеясь периодически звали сюда девушек, когда проверяли друг друга на храбрость, но ни одна жительница Бриады не решалась приблизиться к проклятому месту.

Немного поколебавшись, Камилла поднялась по широким ступеням и постучала тяжелым молотком в огромные створки. Двери бесшумно распахнулись. «Как все просто», – подумала девушка, шагнув в темноту.

Глава 4

На несколько секунд воцарилась мертвая тишина.

– Добро пожаловать, – ехидно произнес вдруг чей-то голос.

От неожиданности Камилла вскрикнула.

– Чего ты кричишь? Испугалась? – недобро поинтересовался таинственный собеседник.

– Да, – ответила Камилла, с трудом унимая скачущее сердце, стараясь говорить твердо, хотя голос предательски дрожал. – Просто вы очень… неожиданно заговорили…

Голос хмыкнул.

– Кто ты? Зачем пришла? – вкрадчиво спросил он.

– Как зачем? – испуганно проговорила девушка. – Так вы же сами… Вы призвали очередную жертву, разве нет? Я… Меня… зовут Камилла, – немного тверже сказала она, наконец взяв себя в руки.

– Ну, здравствуй, Камилла, – сказал Голос. – Что ж, молодец, что явилась, хоть и выбора у тебя не было. – Невидимый Хозяин рассмеялся. – Теперь это твой дом, Камилла. Располагайся.

В ту же секунду в глубокую темноту полился свет. Камилла зажмурилась, а когда снова открыла глаза, перед ней предстала очаровательная уютная комната, отделанная зеленой тканью. На больших окнах порхал легкий прозрачный тюль светло-зеленого цвета, его прикрывали более темные шторы того же травяного оттенка. Солнечные лучи, проникнув в комнату через расшторенное окно, заиграли на стенах, на нежно-салатовой мебели, на вазах и зеркалах… Девушка невольно залюбовалась помещением, несмело прошлась по комнате, изучая обстановку.

– Как здесь красиво! – искренне восхитилась она, проведя рукой по мягкому дивану.

Вдруг по замку разнесся грохот. Камилла дернулась, не сразу сообразив, что это всего лишь стук в дверь. Она запаниковала – как-то слишком быстро сюда привели Элизу, девушка рассчитывала переговорить с неведомым хозяином до ее прихода. Что, если теперь он выгонит ее и все-таки заберет Элизу?

– Что такое? – разъярился тем временем Голос. – Кто посмел нарушить мой покой?

– Мы привели твою жертву, хозяин замка, – донесся из-за двери приглушенный голос Фрица.

Под высокими сводами воцарилась гнетущая тишина.

– Но кто же тогда ты? – услышала Камилла вопрос. И почувствовала с трудом сдерживаемую ярость хозяина.

– Я… я просто… выслушай меня, прошу, я… – задрожав, взмолилась Камилла.

– Я слушаю тебя, – рыкнул собеседник.

– В твой замок должна была отправиться моя подруга, но я не могла допустить, чтобы она навеки сгинула здесь, поэтому пришла вместо нее. У Элизы есть жених, который умрет от горя, не говоря уже о ее родителях… Тебе ведь неважно, какая именно девушка будет жить в замке, правда? Я всего лишь на год младше, разница совсем небольшая! – Камилла замолчала, лихорадочно соображая, как еще убедить хозяина замка оставить ее вместо подруги.

– Ты хоть понимаешь, на что идешь? – помолчав, спросил Голос.

– Нет, – призналась девушка. – Но я не отступлю.

– Значит, за тебя некому переживать?

– Есть кому, но…

– И тебе не важно, что будут чувствовать твои родители? Жених? – продолжал наступать Хозяин.

– У меня нет жениха.

– Но родители-то есть?

– Я не уйду, – упрямо сказала она.

Воцарилось долгое молчание. Через некоторое время снова раздался стук в дверь.

– Эй! Есть там кто-нибудь? – даже сквозь толщу дерева и камня Камилла услышала в голосе старосты надежду.

– Уходите, – отозвался, наконец, Голос. – Идите прочь.

Послышались разгоряченные голоса – за дверью кто-то спорил. Потом раздался робкий голос Веллера.

– Можно узнать, почему?

– Потому что здесь уже есть одна жертва. Мне двоих не надо, – насмешливо произнес Голос.

В дверь тут же забарабанили.

– Камилла! Выйди немедленно! – раздался дружный крик Веллера и Николы. – Выходи, слышишь?

– Странно, как они поняли, что это ты? – все с той же насмешкой спросил хозяин замка.

За стеной что-то тихо сказала Элиза. В дверь снова застучали.

– Если вы сейчас же не уйдете, я разрушу вашу деревню, сотру вас с лица земли! – загрохотал Голос. – Отсюда никто еще не уходил, так что хоть живите под дверьми, ничего не изменится. Была ваша девушка, стала моя!

– Я еще вернусь за тобой, Камилла! – крикнул Никола.

Потом все стихло.

– Ну что ж, осваивайся, – пригласил ее Голос.

Камилла ничего не ответила. Она была не в силах говорить. Только сейчас девушка поняла, как больно сделала своим родителям и Гансу. Близнецы – они еще маленькие, им можно просто сказать, что она уехала, как ей когда-то говорили о Дине. Но родители, Ганс… Что они будут делать, как переживут ее уход? Нет, это невозможно! Как она могла так поступить с ними? Камилла больше не могла сдерживать рвущуюся наружу боль, она упала ничком на диван и разрыдалась.

***

Она осталась одна в огромном, неуютном, нелюдимом замке. Здесь никого не было, если не считать Голоса, но он появлялся лишь раз или два в день, спрашивал, не нужно ли ей чего, и снова исчезал. Камилла даже растерялась – ведь внутренне она уже была готова к разным ужасам, но пока самым страшным в ее заточении оказалось чувство одиночества и невозможность выйти из замка.

Через несколько дней девушка поняла, что в этих стенах, кроме нее и хозяина, есть и другие жители, тоже невидимые. Они незаметно смахивали пыль с мебели, подносили еду, убирали грязную посуду. Со временем Камилла научилась чувствовать их невидимое присутствие, которое всегда сопровождалось легким покалыванием – воздух вокруг нее вдруг становился напряженным, как во время грозы. Сначала для девушки это стало неожиданностью, странной и пугающей, как и все в этом замке, но со временем ко всему привыкаешь. Тем более, неведомые существа не хотели ей зла, наоборот, только помогали и поддерживали.

Маясь от безделья, Камилла блуждала по замку, пытаясь разгадать его тайну, найти хоть что-то, что могло бы удовлетворить ее любопытство. Когда он был построен? Кем? Кто его невидимые жители? Куда делись прежние девушки? Что они здесь делали? Какая их постигла участь? И, наконец, главный вопрос: кем был сам хозяин замка? В поисках ответа за первую неделю девушка обошла все доступные комнаты. Их оказалось около двадцати – остальные были заперты. Несмотря на ужас, который внушали ей эти стены, Камилла не уставала восхищаться – замок был страшен, мрачен, но очень красив.

На второй день своей новой жизни девушка нашла огромную, просто необъятную библиотеку. Она и не знала, что бывает столько книг. Камилла была достаточно образованной, как и другие девушки Бриады, но никогда не претендовала на большие знания. А тут столько всего… Возможно, она когда-нибудь займется этими книгами. Ведь больше тут делать нечего. По крайней мере, Камилла очень на это надеялась – ведь она не знала, что ее ждет. И рассказать об этом было некому, ведь ни одна из отправленных сюда девушек не вернулась домой.

На одном из столов библиотеки и в нескольких гостиных пленница нашла прекрасные, легкие пейзажи с таким родным лесом, чей-то портрет и эскиз замка. Сначала ей было не по себе от этих доказательств прежней жизни, жизни ее предшественниц. В той или иной комнате Камилла часто замечала оставленную заколку или брошку, и от этого ее бросало в дрожь. Но постепенно она научилась относиться ко всему легче. Научилась не вздрагивать при легком покалывании, предвещавшем появление невидимых слуг, даже смогла понять их и обмениваться мыслями, фразами. Но веселую, живую, активную Камиллу все чаще охватывала скука. Она без цели бродила по замку, брала книгу, читала несколько строк и бросала, пыталась рисовать, но способности к художествам в себе не находила и оставляла рисунки неоконченными.

В первый день хозяин предложил ей выбрать для себя одну из открытых спален, и Камилла остановилась на комнате в нежных кремовых оттенках. В старинном шкафу она нашла множество красивых платьев, как ни странно, прекрасно сохранившихся и даже перешитых по последней моде. Здесь же были две шкатулки с украшениями. Девушка хмыкнула – и перед кем ей прикажете наряжаться? Она около получаса перебирала удивительной красоты браслеты, кольца и ожерелья, пока у нее не зарябило в глазах. Бросив очередные бусы обратно в шкатулку, она присела на кровать. Сказочно мягкая перина тут же приняла ее в свои объятия. Разувшись, Камилла вдруг залезла на кровать и начала прыгать, пока не выдохлась.

– Что я делаю, – проговорила она, откинувшись на подушки. – Вот ненормальная!

Девушка вдруг засмеялась и окинула взглядом комнату, соображая, чем еще можно заняться. Разбор богатых нарядов и перестановка спальни ей быстро надоели. Большая кровать в шелковых простынях кремового цвета, прозрачный легкий балдахин в тон, зеркало в серебряной оправе во весь рост, несколько кресел, небольшой столик – все здесь и так было уютно, добавить нечего. Вздохнув, девушка поднялась и вышла в коридор, решив по новому кругу осмотреть другие комнаты.

В один из вечеров, на второй неделе своего пребывания в замке, Камилла устроилась в полюбившейся ей «зеленой» гостиной на сафьянном диване, обитом зеленым шелком. Она взяла в руки новую книгу, раскрыла ее, но отвлеклась на лучи заходящего солнца, пронзившие зеленую вуаль окон. Мягкий приглушенный свет напомнил ей родной лес и тот прекрасный вечер, когда они с Элизой встречали закат.

– Скучаешь? – раздался вдруг в комнате Голос хозяина замка.

Камилла вздрогнула от неожиданности.

– Есть немного, – не отрываясь от окна, ответила она, внутренне приготовившись ко всему.

Хозяина практически не было в эти дни, поэтому девушка сразу поняла: он появился неспроста.

– Ты такая же, как все они, – со злостью сказал Голос.

– Кто? – удивленно спросила пленница.

– Твои предшественницы.

– И как тебя понимать?

– Сидишь тут с унылым видом, смотреть противно…

Камилла, помолчав, ответила:

– А чего ты ждал? Запираешь молодых, полных жизни девушек в огромном каменном гробу и исчезаешь. Что будет дальше – неизвестно, а ведь неизвестность всегда пугает. Скажи, что именно тебе от меня нужно? Что я должна делать?

В замке повисла тишина. Когда Голос заговорил снова, казалось, он был удивлен – то ли словами Камиллы, то ли ее спокойствием. Но постарался этого не показать.

– Разве непонятно? Ты должна веселить меня, – резко бросил он.

Девушка опешила.

– Если тебе здесь скучно, не обязательно требовать молодых девушек. Нанял бы себе артистов из бродячего цирка, все веселее, – сказала она, не удержавшись.

Голос недобро хмыкнул.

– Как-то ты не слишком напугана, – угрожающе заметил он.

– Уж извините, пожалуйста, – парировала Камилла.

Конечно, она была напугана. И уже успела мысленно отругать себя за дерзость. Но в этот момент она так рассердилась, что совсем забыла про страх. Веселить его? Так вот зачем ему нужны девушки? Их семьи сходят с ума от горя, прощаются навсегда с дочерьми, сестрами, возлюбленными, подругами, а ему нужно, чтобы его просто веселили!

– Не молчи! – требовательно сказал Голос. – Рассказывай! Почему ты это сделала?

– Что сделала? – вконец растерялась Камилла. «Что происходит?» – мысленно возмутилась она.

– Ты что, не поняла мой вопрос? – Камилла почти физически ощутила раздражение, прозвучавшее в его словах. И в тот же момент сообразила, чего он от нее хочет.

– Поняла, – поспешила ответить она. – Ты хочешь знать, почему я пришла сюда, так ведь? Но я не могу ответить на этот вопрос.

– Почему? – не унимался хозяин.

– Не знаю… – Камилла вдруг решительно села. Она подумала – а почему бы и не поговорить с этим неведомым существом? Она здесь совершенно одна, скорее всего, из замка никогда не выйдет, так зачем ей артачиться? Вдруг хозяин замка смягчится, и ее пребывание здесь будет не таким ужасным. И Камилла заговорила: – Понимаешь, как-то само собой все получилось. Моя лучшая подруга вытянула короткую щепку, жребий пал на нее. Весь вечер мы места себе не находили от горя, переживали. А потом мне как будто кто-то сказал: «Иди вместо нее». И я… решилась.

– А о своих родителях ты не подумала, когда приняла такое решение?

– Подумала, конечно. Хотя нет, что уж себя обманывать. В тот момент я о них не думала, – призналась девушка. – Я просто хотела помочь Элизе.

– Но у тебя ведь было время, когда ты шла сюда? Неужели не могла сообразить, что твой поступок причинит боль родным? – яростно проговорил Голос.

Камилла встала. На глаза навернулись слезы.

– Пожалуйста, давай оставим этот разговор, – проговорила она, еле сдерживая рыдание.

– Почему?

– Потому что.

– Почему?

– Потому что он мне неприятен! – не выдержав, крикнула Камилла.

– Сядь! – рявкнул в ответ Голос.

Камилла опустилась на диван, ответив с издевкой:

– Как скажешь, повелитель.

– Только не надо иронии. Сама сказала, что ты теперь в моей власти. Так что терпи. Говори.

– О чем? – буркнула Камилла. – Я же ответила на твой вопрос.

– О своих родителях, например. Какие они? Рассказывай. Развлеки меня.

Девушка помолчала. Она не хотела говорить о них здесь, в этих мрачных стенах. Не хотела, чтобы они хоть как-то прикасались к замку. Но снова злить хозяина не решилась.

– Они замечательные, – ответила она, наконец, дрогнувшим голосом.

– Дальше рассказывай, – теряя терпение, сказал хозяин. – Кто они? Чем занимаются?

– А чем могут заниматься деревенские жители? Домашнее хозяйство, огород, посев, жатва, косьба, сбор трав для скотины… У нас добротный, светлый дом, папа построил его своими руками. Большой сад, где растет множество фруктовых деревьев, цветы. Мама сама их выращивает… Она очень любит растения… У нее большой, просто огромный цветник…

– И какие же у вас цветы?

– Астры, хризантемы, ландыши, розы, пионы, ромашки, лаванда, фиалки… Самые разные. Одни отцветают, другие распускаются. – Камилла помолчала, затем тихо продолжила: – Мама – невероятная женщина. Хрупкая, но сильная. Очень сильная! Вокруг нее какое-то необыкновенное сияние. И она вся в работе, всегда. Я даже не представляю, как сил у нее на все хватает… И о нас успевает заботиться…

– Много вас?

– Четверо. Я, брат Ганс, ему четырнадцать, и четырехлетние близняшки, Стелла и Сатал. Оба белокурые, сероглазые, болтливые, смешные такие…

– А папа?

– Папа – потрясающий человек. Он очень честный, более честных людей я не встречала… Он необыкновенно добрый, готов помочь каждому. Всегда меня понимает. Мы с ним часто шутим друг над другом. Я так люблю, когда он смеется, глаза у него сразу начинают светиться озорным огоньком. Он так нас любит… И маму. Ты не представляешь, как он любит ее. Ради нее он готов на все.

– А убить ради нее может? – спросил Голос.

Камилла подняла голову. В ее глазах отразился испуг.

– Я надеюсь, перед ним никогда не встанет такой выбор.

– Хм… А ты? Убила бы ты ради них?

– Нет! Я… не смогла бы отнять жизнь у другого человека.

– Но ты же любишь их!

– Я думаю, чтобы показать кому-то свою любовь, необязательно убивать. Думаю, мои родители не хотели бы, чтобы их дочь стала убийцей. Даже ради них. Ведь доказать любовь можно по-другому.

– Да? – удивленно проговорил Голос. – И как, например?

– Простить. Это гораздо труднее, чем убить.

– Неужели?

Камилла помолчала.

– А ты как думаешь?

– Мне кажется, есть то, за что простить невозможно.

– Все можно простить.

– Да? А убийство родителей ты бы простила? – вкрадчиво поинтересовался Голос.

– Хватит! – Камилла, не вытерпев, снова вскочила, сжав кулаки от злости. – Чего ты хочешь от меня? Зачем ты меня мучаешь? Зачем задаешь такие вопросы?

Несколько минут длилось молчание.

– Знаешь, ты продержалась дольше остальных, – признался хозяин. – Все они закатывали истерики в первый же день. А ты уже две недели здесь, но злиться начала только сейчас.

Камилла немного успокоилась и присела обратно. Помолчала.

– Странно, что ты ждешь от испуганных девушек другой реакции, приставая с такими вопросами. Твои пленницы и так не горят желанием сюда приходить, а тут ты еще… Скажи, ты получаешь от этого удовольствие?

– Никогда не думал об этом, – ответил Голос. – Наверно, больше нет, чем да. Но… иногда они закатывали истерики и без моих вопросов.

– Наверно, это страх, – задумчиво произнесла Камилла.

– Думаешь?

– Да, думаю, это так.

– А ты что же, не боишься?

– Конечно, боюсь. Я не знаю, кто ты, не знаю, что со мной будет. Но я-то пришла сюда сознательно, а они – нет. Ты знаешь, какие легенды ходят о тебе и об этом месте?

– Нет, какие же? Интересно послушать, – хмыкнул хозяин замка.

– Никто не знает, что ты такое, чего от тебя ждать. Мы знаем только, что ты требуешь девушек каждые пятнадцать лет. И что, если тебя ослушаться, ты нашлешь на деревню такую бурю, что от нее не останется и следа. Кто-то говорит, что ты – злой колдун, превращающий девушек в марионеток. Кто-то рассказывает, что в замке обитает ужасное чудовище, злобный зверь-людоед, который пожирает приведенную девушку и на пятнадцать лет впадает в спячку…

Голос расхохотался. Камилла замолчала, терпеливо ожидая, когда он перестанет смеяться.

– Есть и те, кто считает, что ты – мятежный дух. Тоже злобный, естественно.

– Куда же без этого, – насмешливо откликнулся хозяин. – А ты хотела бы узнать, кто я на самом деле?

Девушка замялась. Интересно, что такого он может ей рассказать? И значит ли то, что он спрашивает, что у нее есть выбор? Может, это какая-то ловушка?

– Нет, – решила Камилла. – По крайней мере, не сейчас. Я ведь уже сказала, что мне страшно, хоть я стараюсь и не показывать этого. Прости, но я устала и хочу спать.

Она встала и пошла к огромной лестнице, тонувшей во мраке – свечи загорались только при ее приближении.

– Стой!

Голос раскатами грома прокатился под сводами замка.

– Я еще не закончил. Ты только раззадорила меня. Вернись.

– Послушай, я ведь живой человек! – взмолилась девушка. – Я устала, ты измотал меня своими вопросами. Сегодня я больше не смогу рассказать тебе ничего интересного. Мне нужно отдохнуть. Пойми, – добавила она уже мягче.

В замке воцарилась тишина. Камилла терпеливо ждала у ступеней, моля про себя хозяина отпустить ее. Она действительно не могла общаться с ним дальше, ей сложно было не то что стоять или говорить, но даже сидеть. Он как будто вытянул из нее всю энергию.

– Хорошо, иди, – наконец, сказал Голос. – Я позову тебя, если ты мне понадобишься. И только попробуй не явиться на мой зов.

Когда Камилла поднялась до середины лестницы, ей почудился вздох. Она подняла голову, быстро взбежала по оставшимся ступеням, ворвалась в свою комнату, захлопнула дверь, зашторила окна и бросилась на кровать.

«Да кто же он?.. Зачем ему все это?.. Мама… Папа… Как же я люблю вас! Как мне вас не хватает!.. Простите, что я ушла!».

Камилла проплакала несколько часов, забывшись тяжелым сном только перед рассветом.

Глава 5

Девушка проснулась далеко за полдень – успокоенной и, как ни странно, с легким сердцем. Мучавшие ее все это время сомнения отступили, оставив на время в покое. На столике рядом с кроватью дымился свежий суп. «Домашний, как мама готовит», – подумала она. Рядом с тарелкой, источая дивный аромат, лежали аккуратно нарезанные кусочки свежеиспеченного хлеба. Камилла улыбнулась и прошептала:

– Спасибо.

В ответ получила легкий электрический разряд.

После второго блюда и десерта девушка встала, надела полюбившееся зеленое платье из неизвестной ей мягкой и легкой полупрозрачной ткани и пошла на балкон. Она открыла это место во время одной из своих прогулок по замку. Балкон этот находился на самом верху башни и выходил на родной луг, где Камилла вместе с деревенской молодежью когда-то давно (казалось, с тех пор прошли годы) собирала травы и ягоды. Погода стояла ненастная, небо затянули тучи, накрапывал капризный дождь. Поежившись от зябкого ветра, девушка спустилась вниз.

Она задумчиво шла мимо запертых дверей, гадая, что за ними может быть спрятано. Вдруг тела прежних девушек? Нет, только не это! Камилла отчаянно затрясла головой, отгоняя от себя ужасную мысль, и пошла дальше. Ее внимание вдруг привлекли отблески огня. Решив пойти на свет, она скоро оказалась в библиотеке. Здесь было тихо, лишь где-то в глубине тикали настенные часы и потрескивали дрова в камине, охваченные озорным огнем. Камилла села в глубокое кресло и устремила на пламя задумчивый взгляд. Ей вспомнились последние вечера с друзьями, посиделки вокруг костра с гитарой, шумные сельские гуляния, разгулы в кабаке, Эрик, Элиза. Никола… Никола! Как так получилось, что она вспомнила о нем только сейчас? Было ли у нее какое-то чувство к этому парню? Камилла прислушалась к себе. Нет, ничего, лишь дружба. Хотя он-то любил ее, это она знала точно. Но теперь она тут… Возможно, Никола теперь найдет себе хорошую жену и заживет примерным семьянином. Это было бы хорошо, девушка искренне желала ему счастья.

Камилла огляделась вокруг. Рядом с ее креслом стоял маленький столик из темного дерева, неизвестного девушке, как и практически все в этом замке – все здесь было дорогим и чужим. Из приоткрытого резного ящичка торчала небольшая книжка в мягком кожаном переплете. Камилла потянула за корешок и вытащила ее. Открыла. Ого, да это рукопись! Как будто женский почерк, немного неразборчивый, но в целом понятный.

«…Уже третий день он донимает меня! Я не вынесу этого, кажется, я уже схожу с ума… Он постоянно задает мне жестокие вопросы, заставляет думать о странных вещах. Мне страшно, мне так страшно! Этот замок давит на меня, иногда кажется, что стены сжимаются вокруг меня. Когда я иду по коридору, я чувствую, что кто-то за мной наблюдает. Только в своей комнате я в безопасности.

3 июля. Он постоянно спрашивает меня о любимом. Говорит, что я могу про него забыть, как он забыл, ведь никто не будет хранить верность вечно… Он думает, что мой Деон уже нашел себе другую девушку! Я спорю с ним, говорю, что времени прошло слишком мало, что он не может забыть меня так быстро, ведь мы любим друг друга! Но это чудовище говорит так убедительно… Неужели, и правда мой милый забыл про меня?

15 июля. Каждую ночь мне снятся кошмары. Я уже не понимаю, где реальность, а где сон. От этого голоса никуда не спрятаться! Он заставляет меня думать об ужасных вещах, я уже начинаю ненавидеть Деона. Хотя… ведь он и сам это заслужил, правда? Радуется сейчас жизни, пока я тут страдаю! Нет, нет, я не должна так о нем думать, что он мог сделать, он бы никак не помог мне. Приказ хозяина замка – закон, мы не можем его ослушаться, ведь мы все принадлежим ему…

«Принадлежим ему? – подумала Камилла. – Что за чушь? Что это значит?». Решив во что бы то ни стало узнать историю замка, девушка вернулась к чтению.

«Но ведь мы могли бы сбежать из Бриады, я и Деон. Почему ему не пришло это в голову? А может, он даже обрадовался тому, что я исчезну? Я же видела, как она заглядывается на Кару, хоть он и уверял, что это не так, что он любит только меня. Поэтому он ничего не предпринял, чтобы спасти меня, и теперь я здесь, а он там…

1 августа. Сегодня я смотрела с балкона на свою родную Бриаду и думала только о том, что Деон гуляет сейчас по лесам и полям с этой белобрысой Карой, что он забыл меня. Все это я видела во сне, и я знаю, что сон этот вещий. Как же я ненавижу его, ненавижу ее, ненавижу их всех! Ненавижу! Ненавижу! Почему именно я должна была попасть сюда? Теперь мне суждено сгнить в этих проклятых стенах! Вчера я пыталась выпрыгнуть из окна, но замок меня не отпускает. Что бы я ни делала, я не могу отсюда выбраться, и умереть не могу! Но я буду пробовать снова, ведь иначе я сдамся. А я уже теряю рассудок…

6 августа. Боже! Что он со мной делает? Сегодня снова были кошмары, они каждый день настигают меня! Теперь еще и наяву. Я выхожу из комнаты, и снова окунаюсь в свои сны. Вчера за мной по пятам ползли змеи, я бежала так быстро, как только могла. Но когда я забежала в эту отвратительную гостиную, зеленую, как болото, меня начало засасывать в трясину! Я смогла выползти, зацепившись за диван. Это так смешно! Он так и не смог поймать меня, этот глупый хозяин, я оказалась хитрее. О нет, опять этот голос! Снова он лезет ко мне, хочет поговорить. Куда же от него скрыться? Даже когда он замолкает, все равно продолжает звучать у меня в голове! И я уже соглашаюсь с ним, я становлюсь такой же злобной, как и он. И… меня охватывает такое странное ощущение… Внутри все как будто каменеет, я перестаю что-либо чувствовать… Что это чудовище со мной сделало?..»

Запись оборвалась. Камилла захлопнула книжечку и отшвырнула ее от себя. Ей стало жутко. Она-то думала, что нашла общий язык с этим неведомым хозяином, он казался не таким уж и страшным. Но что, если все это лишь видимость? Сейчас он заманит ее, заставит раскрыться, а потом сведет с ума также, как и предыдущих девушек. И что эта несчастная имел в виду, когда писала, что каменеет? Что с ней стало?

С трудом подавив в себе страх, Камилла вернулась в свою комнату, взяла шитье и спустилась в любимую «зеленую» гостиную, чтобы хоть как-то отвлечься от того, что только что прочла в дневнике неизвестной.

– Эй! Где ты бродишь? Мне не с кем поговорить! – тут же раздался возмущенный Голос хозяина.

– Поговори сам с собой, – буркнула Камилла. И тут же испугалась – ведь она только что читала эти записи, с одной из девушек точно случилось что-то страшное. Так зачем она провоцирует его?

Но реакция Голоса оказалась весьма неожиданной.

– Я чем-то обидел тебя? – вдруг спросил он.

– А тебя это интересует? – удивилась Камилла.

– Если спрашиваю, значит да.

– И почему же? – поразилась девушка.

– Не бери на свой счет. Хотя, можешь и брать…

Они помолчали.

– Ты не ответила на мой вопрос.

– Я не обиделась. Но… я прочитала записи одной из девушек…

– Наверно, она рассказывала, какой я приятный в общении? – с издевкой спросил Голос.

– Это не смешно, – осадила его Камилла, в очередной раз удивившись своей смелости. Или глупости? – Она писала, что ты донимал ее вопросами и разговорами, от которых кровь стынет в жилах. Ты довел ее до безумия.

– Не совсем так, – помолчав, откликнулся Голос. – Не только я довел ее до безумия. То, что здесь происходит… Но не буду ничего говорить, скоро ты сама все поймешь.

Девушка похолодела. Что он имеет в виду? И насколько скоро она все поймет? Камилла снова взялась за шитье, стараясь не думать о зловещих словах хозяина замка. Но отвлечься у нее получилось, страх сковал тело. Она бросила пяльца. Подумав, взяла забытую здесь накануне книгу. Вздохнула, попыталась прочитать хоть несколько строк, но воцарившаяся тишина давила на нее, и она решила продолжить разговор с хозяином.

– Знаешь, как ни жестоки твои вопросы, они заставляют изливать душу, и от этого становится немного легче. По крайней мере, мне. Но я не хочу сойти с ума, как та девушка.

Голос не ответил. Видимо, хозяин замка покинул комнату. Камилла отложила книгу и начала ходить по гостиной, разминая мышцы. Дома она привыкла к постоянному движению, к физической работе, и заточение в этом огромном замке, где нечем было заняться, стало для нее настоящим испытанием. Как же хотелось вырваться на волю, пробежаться босиком по лугу, почувствовать на ступнях легкое покалывание от сухих травинок. Да она была бы рада сейчас даже укусу пчелы, лишь бы не чувствовать себя здесь заживо похороненной. Суждено гнить в этих стенах… Кажется, так было написано в дневнике неизвестной девушки? Камилла поежилась.

– У тебя есть жених? – вырвал ее из раздумий Голос. Оказывается, он все еще был здесь.

– Нет, – девушка обрадовалась – хоть с этим ей, можно сказать, повезло, хозяин не сможет мучить ее, вызывая ревность и убивая любовь.

– Хм… У такой красавицы? Не верю.

Камилла опустила голову, пряча улыбку: «Он что, кокетничает со мной?».

– Нет у меня жениха. Не полюбила я никого.

– А тебя?

– Я о таком не спрашиваю.

– Почему? Неужели неинтересно?

Камилла остановилась.

– Я же не могу подходить к каждому парню и спрашивать: «Скажи-ка, ты меня любишь?»

Голос засмеялся. Камилла тоже. И все вдруг преобразилось. Вроде ничего не изменилось, но комната теперь смотрелась как-то по-другому, как будто стала светлее. Камилла почувствовала легкое электрическое покалывание – невидимые обитатели замка ободряли ее. Девушка обрадовалась взаимопониманию, возникшему между ней и хозяином замка, но все же держалась напряженно – вдруг с предыдущими пленницами он первое время тоже так дружелюбно общался?

– Вообще-то есть один парень, – произнесла Камилла, поддерживая разговор. Ей не хотелось снова оставаться одной. – Его зовут Никола. Он никогда не признавался мне в любви, но я знаю, что он меня любит.

– А ты его?

– Не знаю… Скорее нет, чем да. Ведь я даже не вспомнила о нем за это время ни разу. Только сегодня…

– Жалеешь, что пришла сюда?

– Как ни странно, нет. Я могла бы и не встретить любовь. А у Элизы она уже есть.

– Боже, как это скучно, – презрительно хмыкнул Голос. – Отдать свою молодость и, можно сказать, жизнь за то, чтобы кто-то другой где-то там радовался. Это глупо!

– Ты действительно так считаешь? – холодно спросила Камилла. – Неужели в твоей жизни никогда не было человека, за которого ты был бы готов умереть?

– Да как ты смеешь? – крикнул Голос.

Мимо Камиллы пролетел подсвечник и ударился об стену. Девушка вздрогнула. «Ну вот, доигралась. Сиди, улыбайся и кивай, зачем ты с ним споришь, глупая?». Но остановиться было не так-то просто.

– Тогда и ты не смей упрекать меня в том, чего не понимаешь! – огрызнулась Камилла. И испуганно застыла, ожидая расплаты.

Но расплаты не последовало. Голос просто исчез. На этот раз по-настоящему. По окнам снова застучал дождь, девушке стало холодно и неуютно. Она укрылась лежавшим на диване покрывалом. Еще раз попыталась почитать книгу, но ни строчки не поняла, погрузившись в свои мысли. Может, и правда глупо было приходить сюда? Зачем только она это сделала… «Нет, хватит! – приказала себе Камилла. – Он этого и добивается, заставляет сомневаться в себе, в собственных поступках, навевает плохие мысли. Еще не хватало, чтобы я, в конце концов, начала обвинять во всем Элизу. Нет, Камилла, помни, почему ты здесь. В этом никто не виноват, кроме тебя, это было только твое решение».

Через некоторое время дождь перестал, и теперь в замке стояла оглушительная тишина. Внезапно девушку охватил панический страх. Она испугалась одиночества в этом мертвом месте, ей показалось, что над ней витают души прежних пленниц. Темнота под высокими сводами становилась все ближе, давила непомерной тяжестью. Громким неожиданно для себя самой голосом она крикнула:

– Ты здесь?

Молчание.

– Пусто… Не отвечает… Господи, как здесь страшно, – поеживаясь, прошептала Камилла.

Она побежала к своей комнате, но лестница и коридоры на этот раз тонули во мраке. Камилла в панике вернулась в гостиную, обратно к яркому свету.

– Где ты, хозяин замка? Прости меня за грубость, вернись! Где вы все? Почему не зажигаете свечи? Ответьте, пожалуйста!

Камилла в ужасе рухнула на диван и с головой накрылась покрывалом. Ей казалось, что со всех сторон на нее смотрят призраки пропавших девушек, пугая прозрачностью кожи и застывшими белками глаз. Длинные белые руки тянулись к ней, тонкие пальцы готовы были сомкнуться на загорелой шее. Камилла съежилась на диване и заплакала.

– Ответьте хоть кто-нибудь! – взмолилась она в пустоту.

Неожиданно свет в гостиной погас, по замку будто пронеслось чье-то ледяное дыхание. Сквозь тюль на окнах едва пробивался бледный звездный свет, луна то и дело скрывалась за облаками. Образы мертвых девушек стали ярче. Камилла закричала от испуга, срывая голос. Ледяной ужас сковал трепещущее сердце, ноги онемели. Перед ней вдруг встали как в реальности все ее страхи. Вот она видит родителей, погибших от нелепой случайности или от чьей-то злой руки. Они лежат как восковые в черном гробу в церкви, среди плачущих жителей. Камилла закричала, закрыв глаза, сжав голову руками. Видение сменилось. Теперь она видела Ганса и близнецов, отбивающихся от разбойников. Близнецы прижались друг к другу, плачут, а Ганс машет палкой… Вот его пырнули ножом, хлынула алая кровь… Камилла завизжала и уткнулась в подушку. Из груди вырвались рыдания.

– Хватит! Прекрати это немедленно!

Но видения не прекращались. Теперь перед ней стояла Элиза. Счастливая, в свадебном платье, с цветами. Она протягивает к ней руки, сзади Элизы видна вся Бриада. Неожиданно на деревню налетает сильнейший вихрь, который сносит все дома, и слышны лишь крики раненых и стоны умирающих…

– Хватит! Хватит! Хватит! – снова, срывая голос, закричала Камилла и зарылась под покрывало, накрыв голову подушкой.

На мгновение все стихло. Потом из темноты перед глазами начали выплывать лица погибших здесь, Камилла уже не сомневалась в этом, девушек. Они плакали, злобно смеялись, рвали на себе волосы, звали ее к себе…

– Мы ждем тебя! – шептали они совсем рядом, улыбаясь мертвыми губами. – Идем с нами, мы станем подружками! Мы будем с тобой, не то, что твоя Элиза! Она позволила прийти сюда вместо себя, она больше не подруга тебе, ведь она позволила отдать за нее жизнь… Идем с нами, Камилла…

Их было много, очень много. Девушка отмахивалась от них, кричала, закрыв глаза, звала родителей, Николу, Ганса, хозяина замка… Под утро, незаметно для себя, Камилла уснула. От глубокого беспокойного сна ее разбудил луч утреннего солнца, приютившийся в уголке правого глаза. Мгновенно все вспомнив, девушка резко села.

– Ты здесь? – хрипло крикнула она.

Ответа не последовало.

– Ну конечно, – прошептала она. И вдруг засмеялась. Хрипло, страшно, озлобленно. – Нет, ты здесь! Витаешь сейчас где-нибудь и наблюдаешь с любопытством, что я сделаю. Ну, так смотри!

Камилла подбежала к изящному резному столику, схватила фарфоровую вазу, швырнула ее на пол. Ваза мягко упала на ковер. Камилла взвизгнула от злости, подняла ее и бросила в окно. Ваза со звоном разбилось о раму, шум эхом раскатился по замку.

– Доволен? – крикнула Камилла. – Это только начало! Я весь замок сейчас разнесу!

Одну за другой пленница начала крушить вазы, хрустальные кувшины, огромные старинные блюда – все, что попадалось ей под руку. Она роняла изящные столики, рвала занавески из дорогой, наверное, ткани. Через полчаса веселая, солнечная «зеленая» гостиная превратилась в развалины. Повсюду царил хаос, пыль столбами вилась в лучах солнца. Камилла внезапно остановилась и осмотрелась вокруг себя. Ярость притупилась. Девушка почувствовала легкое покалывание, на ее глазах мебель вставала на свои места, вазы снова становились целыми. Ей вдруг стало стыдно.

– Простите меня… я… в этот момент я не думала о вас, я ему хотела навредить… А ему все равно, да? – Камилла устало опустилась на диван. Она снова почувствовала легкое покалывание, похожее на щекотку – ее ободряли и успокаивали.

– Нет, ему не все равно, – раздался вдруг Голос. – Вообще-то, это мои любимые вазы. И моя любимая комната.

Лицо девушки снова исказила злоба. Она медленно встала.

– Значит, это твоя любимая комната? – тихо спросила она.

– Да. Моя любимая комната.

– Тогда получай.

Она медленно, спокойно подошла к вазам. Ее было не узнать. Лицо, прежде всегда сиявшее румянцем, здоровьем, любовью к жизни, стало бледным, ожесточившимся. Глаза зеленым огнем сверкали из-под насупленных бровей, под нижними веками залегли черные тени, между бровей легла глубокая складка. Губы сжаты, искусаны до крови.

– Ты такая же, как они. Вы все одинаковые – истеричные, озлобленные создания. Зачем крушить все вокруг? Мне ты плохо не сделаешь, зато им работы прибавишь.

– Зачем ты это сделал? – так же тихо спросила Камилла и швырнула вазу туда, откуда слышался Голос. Ваза не разбилась и покатилась к двери. – Зачем наслал все эти видения? В наказание за мою дерзость?

– Это не я, – спокойно ответил он.

– Кто тогда? – спросила она и взяла другую вазу.

– Это замок.

– Да ну? – Камилла аккуратно бросила вазу в окно. Осколки с серебристым звоном полетели во двор. В комнату ворвался теплый солнечный ветер с запахами леса и трав.

– Он сильнее меня, – тихо сказал хозяин.

– Кто? Замок? Значит, он главный злодей? – ехидно переспросила она.

– Я не говорю, что не виноват. Замок проклят, я не властен над ним. Но проклят он из-за меня.

Камилла подошла к окну и глубоко вдохнула свежий воздух, уперев руку в стену.

– Поклянись, что все это неправда. Что никакой бури не было… Что мои родители, моя семья жива… – голос девушки задрожал.

– Это все неправда.

– Честно?

– Честно.

У Камиллы подкосились ноги. Она сползла на мягкий ковер и заплакала от облегчения.

Глава 6

Целый месяц прошел, с тех пор как Камилла пришла в замок. Как-то вечером, на закате, девушка поднялась на балкон, чтобы посмотреть на родной луг. Голос снова не появлялся. Да он и не нужен был – в голове толпилось слишком много мыслей, которые необходимо передумать в одиночестве. Практически каждый день девушка переживала тяжелые, жестокие видения, а по ночам ее одолевали страшные сны. Но сейчас все это было неважно – перед ней, лаская взор, расстилалась прекрасная долина. Все пространство от замка до леса занимала зеленая сочная трава с разноцветными пятнами цветов. Но при этом долина не была пестрой, что очень нравилось Камилле.

Напротив нее, в отдалении, раскинулся могучий сосновый бор, который разбавляли изящные березы. Сосны стремительно взлетали вверх, мощные стволы отливали в лучах заходящего солнца теплым коричнево-рыжим цветом, цветом самой земли. Рядом с ними, как малые дети, беспечно играли ветками березки и хрупкие осины. Лучи, пронизывая их тонкие листочки, проливали на землю, устланную хвоей, чудный зеленоватый свет. Иногда из-за невысокого холма поднимался легкий белый дым и уносился в небо, сливаясь с облаками. Если закрыть глаза и вдыхать долетающий из Бриады аромат, запах хвои и зелени, можно представить, что ты дома. Камилла открыла глаза, как будто пробуждаясь. Ее воображение слишком разыгралось, тем больнее было возвращаться к реальности.

Мягкий золотистый свет последних лучей заходящего солнца осветил девушку, ветер подхватил рыжеватые кудри. Зеленые глаза вдруг заискрились, Камилла засмеялась беспечно, как прежде. Потом посерьезнела, глубоко вздохнула и пошла в свою комнату. Она снова почувствовала себя одинокой, брошенной. Ей было страшно, не хотелось, чтобы кошмары снова повторялись. А ведь ночь уже так близко… Девушка зашла в комнату, распахнула настежь окно, отдернула занавески, впустив сумерки, и застыла. Надышавшись вечерним воздухом, густым от зелени и влаги, Камилла юркнула под одеяло, накрывшись с головой, и закрыла глаза. Когда она почти заснула, ей вдруг почудилось, будто мама шепнула на ушко: «Спокойной ночи, золотко». Камилла уснула с улыбкой на губах.

Утро еще не занялось, жемчужные облака только наливались золотисто-розовым светом, а пленница замка уже сидела в «зеленой» гостиной, и вышивала на белоснежной ткани разноцветными нитками. Задумчиво покусывая губу, она пыталась изобразить вчерашний пейзаж, но у нее ничего не получалось. Время от времени девушка сердито вынимала нитки и бросала их на пол, с трудом сдерживаясь, чтобы не разорвать ткань. Нитки тут же вплетались в ковер.

Сегодня на душе у нее было легко и спокойно. Никаких ужасов в эту ночь Камилла, как ни странно, не видела, и не могла понять, почему. Вдруг это снова какая-то западня, затишье перед бурей? Чего ей ждать на этот раз? На плечо, мешаясь, упал локон. Девушка нервно откинула его. Он снова упал. Камилла вздохнула, отложила вышивку и поднялась в свою комнату. Ей совершенно нечем было заняться, хоть вой от тоски.

«Замок проклят», – думала она, – «значит, хозяин замка может быть таким же пленником, как я? Или мы… Вдруг пропавшие девушки и есть те самые невидимые слуги?» От внезапно осенившей ее мысли Камилла резко остановилась. «А что, если это правда? Надо спросить хозяина замка. Только готова ли я к тому, что услышу… Странно. Почему я не злюсь на него? А должна бы». Камилла зашла в спальню и рассеянно открыла шкатулку, стоявшую на туалетном столике. В глаза бросилась россыпь дорогих украшений. Она остановилась как вкопанная, будто в первый раз увидела их. Камилла подбежала к шкафу, распахнула его и уставилась на платья.

– Сколько их! Какие все красивые!

Девушка выбрала красное бархатное платье с длинными рукавами и треугольным вырезом на груди. Собрала свои рыжеватые кудри и воткнула в них легкий золотой гребень с красными полупрозрачными камнями невероятной красоты. Она посмотрела на себя в зеркало и совершенно не узнала собственное отражение. Испугавшись неизвестно чего, Камилла выдернула гребень, бросила его на столик, подвязала волосы простым шелковым шнуром и спустилась вниз. За окном моросил мелкий дождь. На Камиллу снова нахлынула тоска. Никогда она еще не испытывала такого одиночества. Ее живая, веселая натура тихо покорялась мрачной силе замка. Но она боролась, восставая против жестокости, лжи, злых мыслей, которые внушало ей это место. Она любила жизнь, как никто другой, и не собиралась терять себя. Но почему на душе так тяжело? Камилла поежилась, вспоминая кошмары, терзавшие ее по ночам. Хозяин замка уверял, что они нереальны. Но от этого не становилось легче, ужасные картины каменной тяжестью ложились на плечи, давили на сердце, холодили душу. А вдруг все-таки… Нет, он не мог соврать. Родители, Ганс, близняшки, Элиза – все ее близкие живы. «А почему он не мог соврать?», – закралось в душу подозрение. «Нет, не мог, конечно, не мог. Зачем это ему?».

Камилла пошла в соседнюю залу, подошла к роялю и попыталась наиграть какой-нибудь мотив. Нет, не ее это. Элиза много раз пыталась научить подругу играть на рояле, но гибкие пальцы Камиллы выполняли любую работу, кроме этой. Элиза… «Не думай об этом!» – приказала себе Камилла и отправилась бесцельно бродить по замку. Ее все чаще охватывало чувство безысходности, которое, наверно, и губило со временем всех ее предшественниц. Тем более нельзя было ему поддаваться. Что бы там с ними не случилось, Камилла не хотела повторить их участь. Она будет бороться.

Каждый день в голове пленницы шла напряженная работа, которую ничто не отвлекало. Иногда Камилла пыталась занять себя чем-нибудь – читать, шить, рисовать, – лишь бы забыться. Она все чаще начала задумываться о смысле жизни, особенно своей. «Хотя, что моя жизнь?» – горько добавляла она про себя. – «Я теперь часть этого замка и его хозяина». Но когда на помощь приходили воспоминания, ради кого и вместо кого она здесь, становилось легче.

В полной тишине и безмолвии прошло еще несколько дней. Хозяин все не появлялся. В Камилле начало закипать раздражение, тоска и затаенный страх. А вдруг он больше никогда не придет? Казалось бы, радоваться надо, но ведь здесь даже поговорить не с кем! Невидимые слуги (или девушки?) по-прежнему отвечали ей легким разрядом. Но они были безмолвны, и в замке продолжала стоять мертвая тишина, нарушаемая только шагами Камиллы. А ей так хотелось услышать человеческий голос!

Однажды ночью она проснулась от ощущения, что за дверью кто-то ходит. Прислушалась – нет, не показалось, она снова услышала легкий, практически невесомый, но ощутимый стук по полу. Поскрипывание… Кто-то пытается открыть дверь, или это просто воображение разыгралось? Камиллу затрясло. За дверью все стихло. Но ненадолго – через несколько минут девушка услышала, что в коридоре то ли воет, то ли скулит какое-то неведомое существо. Жалобно, настойчиво. Она хотела было вылезти из-под одеяла, но передумала и снова легла. Она не знала, что там увидит. Чудовище? Кто сказал, что его здесь нет? Если в замке живет невидимый хозяин, не исключено, что здесь может бродить еще и какой-нибудь злобный зверь. И то, что она за месяц никого не увидела, вовсе ничего не значит. Вдруг он появляется только в определенный день? И все бывшие здесь девушки не стали невидимыми слугами, а были скормлены неведомому чудищу? А хозяин замка просто заговаривает ей зубы? Не выдержав, Камилла на цыпочках подкралась к двери. Шаги и вой возобновились, к ним добавилось глухое рычание. Вдруг что-то со всей силы ударило в дверь. Она вскрикнула и отбежала к окну, лихорадочно осматриваясь, пытаясь найти хоть что-нибудь, чем можно отбить нападение. Так ничего и не найдя, девушка залезла с ногами на подоконник, прижалась к оконному стеклу и замерла. Так она просидела до рассвета, сама не своя от страха. Но когда, после восхода солнца, Камилла, все же, решилась открыть дверь, в коридоре никого не было.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.