Ирина Ткачева
Туок. Путь к людям

Туок возвращался домой.  Сегодня у него был неплохой улов. С десяток пауков-охотников, две белки, три змеи толщиной два пальца в обхвате и три поменьше. Еще путь Туока в этот раз проходил мимо дерева дубильника, и он набрал достаточно созревших ягод для выделки заготовленных шкур. Скоро в соседней деревне будет проходить день торговли и их семье было бы неплохо приобрести там пару железных ножей. А для этого надо продать как можно больше своих товаров. Обычно на продажу идут сухофрукты, пряные и лекарственные травы, полоски вяленого мяса, сумки и накидки из козьей кожи, ремешки, завязки и другая мелочевка из кожи змей и многое другое. Так как отец Туока охотник, недостатка в козьих шкурах не бывает. И ягод дубильника для их выделки всегда уходит много. А раз выделывать шкуры входит в его обязанности, то и ягоды собирать тоже ему. Работа эта хоть и не быстрая, но и не сильно трудоемкая. Оттого и досталась ему, как самому младшему в семье. Уже потом из готовых шкур мама или сестра будут шить разные вещи. Вот эта работа действительно тяжелая. А чтоб она не была еще более тяжелой, Туок должен как следует подготовить шкуры. Весь процесс он помнил наизусть. Для начала ягоды надо будет хорошенько размять в каменной ступе, отжать сок и дать ему отстоятся пол дня. Когда сок начнет бродить, его необходимо будет смешать с водой в пропорции один  к десяти и уже в этом растворе можно замачивать приготовленные шкуры. Шкуры вымачиваются пару дней и становятся прочными и не линяют. В самом конце после тщательной просушки их надо будет хорошо размять и на этом его работа закончена. Всему этому его научил отец, когда Туоку было еще четыре цикла или сезона дождей от роду. Охотиться, выделывать шкуры, разбираться в растительности и уметь ее использовать было основой выживания его вида. Поэтому к десятому сезону дождей каждый ребенок был достаточно самостоятелен, чтобы не умереть с голоду. Помимо этого все дети проходили обязательную школьную программу, в которую входили занятия по истории, природоведению, химии, биологии, вычислению, правописанию, географии и анатомии всех четырех разумных видов на планете. Те, кто хотел в будущем заниматься наукой, отправлялись в ближайшее сообщество и поступали на обучение к местным светилам. Конечно, далеко не все становились учеными. Три четверти учеников возвращались домой и становились лекарями, учителями, производителями бытовой химии или вообще выбирали абсолютно не относящуюся к науке профессию. Однако поток желающих получить знания не иссякал. Ученые жили весьма не плохо. Каждая деревня, которая была подчинена данному сообществу, выплачивала десятину. Взамен же сообщество обеспечивало последних кислотами, щелочами, солями, горючим и другими необходимыми в быту веществами, которые нельзя получить в домашних условиях.

Обычно на обучение в сообщество  отправлялся один из младших детей семьи чаще всего мужского пола, если в семье было больше двух детей.  В семье Туока было четыре ребенка. Самый старший брат, Таин, тридцати сезонов дождей от роду. Потом сестра, Луин, в возрасте двадцати четырех циклов. Затем брат, Киак, двадцати циклов. Киак лучше всего подходил в ученики к светилам. В общем-то, он и отправился в сообщество на обучение, сразу как закончил обязательную программу, и ему исполнилось шестнадцать. И вот уже прошло четыре сезона дождей, как он растит дерево знаний.

Туок самый младший в семье. Через пять дней ему исполнится шестнадцать, а значит он станет взрослым. Он сможет выбрать себе профессию, участвовать в состязаниях, а если покажет себя хорошо на них, то и найти себе жену, пусть даже они и не смогут иметь детей. Он может покинуть свою деревню и попробовать устроить свою жизнь в большом городе, где перспектив гораздо больше, чем в их небольшом селении. Или даже может заняться торговлей и ходить с караванами драгов к амфибиям, а возможно и к самим людям. Большой выбор возможностей со своими плюсами и минусами не давал покоя Туоку уже два оборота луны. Он никак не мог решить чем заняться и как обеспечивать будущую семью. Конечно, в отличие от других его сородичей ему будет тяжелее продвигаться по жизни в виду его отличия. Он родился человеком. Такое и раньше случалось в обезьяньем народе, поэтому это не было небывалым событием. В детстве его часто дразнили сверстники за то, что он отличался от остальных детей. У него не было хвоста, как у других, а волосы на коже были как у младенцев. И поэтому кожу постоянно кусали кровососущие насекомые, оставляя после себя зудящие пятна. Все оранги рождались голыми, как и человеческие дети. Отличие младенцев орангов от людских только в наличие хвоста. После трех циклов дети орангов покрывались золотисто-рыжей шерстью, которая с годами темнела в той или иной степени. Шерсть защищала от насекомых и согревала в холодные ночи сезона дождей. Хвост помогал в передвижении и использовался как третья рука. Отличие орангов от людей увеличивалось с возрастом. Руки становились более длинными по отношению к телу, увеличивались надбровные дуги, нижняя и верхняя челюсть становились более выпирающими и массивными. В общем, сходство с обезьянами у взрослых орангов было больше, чем с людьми. Именно поэтому их вид и называли обезьяньим народом.

Туок ловко перепрыгивал с ветки на ветку хватаясь за попадавшиеся лианы. До поселения осталось совсем немного. Мама будет рада его улову. На ужин приготовит жаренных змей с овощами и корнеплодами. Белок завялит. Они пойдут на продажу драгам. Говорят, это для них особое лакомство, и они скупают его просто в огромных количествах. А пауков можно насушить. Они всегда хороши в дорогу.

– Туок, ты сегодня припозднился.

Луин сидела на досках у прохода в дом оперевшись спиной о дверной косяк и плела что-то из змеиной кожи. Широкая накидка из кожи уже не могла скрыть большой живот. Даже будучи на большом сроке Луин частенько заходила к ним, чтоб повидаться и помочь с делами пока дочка была в садике, а муж на работе.

– Немного увлекся. Зато посмотри какой улов, – Туок снял со спины охотничью сумку и раскрыл ее перед Луин.

– Весьма неплохо. Для человека, – Луин хитро улыбнулась и бросила взгляд на Туока. Она называла так брата, когда хотела позлить его.

– Весьма неплохо для оранга шестнадцати циклов!

– Пятнадцати.

– Осталось пять дней!

– За эти пять дней тебя может укусить трупный жук, загрызть пантера или скосить рвотная лихорадка.

– Ничего такого не случится!

– Ладно уж, иди в дом. Мама заждалась, – Луин примиряюще улыбнулась.

Туок отдернул  шкуру, закрывающую вход, и вошел в дом. Оранги строили свои дома на деревьях на высоте от пяти ростов над землей. В больших поселениях дома строились в несколько уровней. Их поселение было не большим. В нем проживало двадцать восемь семей, поэтому все дома располагались приблизительно на одном уровне и достаточно высоко над землей. Это спасало от затопления и от наземных насекомых в период дождей, которые спасаясь от воды, поднимались вверх по деревьям.

 Дома строились из ветвей, которые оплетались лианами с добавлением мха. Пол был из крепких бревен, скрепленных между собой и сложенных на ветки ближайших деревьев, укрепленных на них веревками и смолой. Потолок складывался из прутьев травяного дерева и сверху укрывался тростником. Изнутри потолок и стены покрывались специальным составом из смолы, глины и лиственной трухи с золой. А пол покрывался досками. Обычно дом имел одну общую комнату и одну или две комнаты для сна. Общая кухня, моечная, так же как место для состязаний и детсад располагались на земле и обносились частоколом. В основном такое место располагалось в центре поселения. По краю же, вдоль частокола многие ремесленники обустраивали свои рабочие места с прилавками. В период дождей детсад переносили в школу, которая находилась на одном уровне с жилыми домами, а занятия проводились в вечернее время при свете масляных ламп. Общей кухней также не пользовались, поэтому в каждом доме был каменный очаг, которым пользовались только в этот период, так как это было весьма небезопасно. В остальное же время еду готовили на общей кухне.

– Я вернулся.

– Ты сегодня долго, – Мать лежала в гамаке. Ее блеклая шерсть выдавала преклонный возраст. А бледная кожа вокруг глаз говорила о тяжелом недомогании.

– Как ты себя чувствуешь? Лекарство пила? – Туок наклонился и прикоснулся лбом ко лбу матери в знак приветствия.

– Что толку пить лекарство, если оно не помогает? Скажи лучше, удачно ли ты поохотился.

– Смотри сама, – Туок раскрыл сумку, где по отделениям был разложен весь его улов.

– О! Ты сегодня славно поохотился. Две белки! Отец будет доволен. А змей я зажарю на ужин с овощами и корнеплодами. Так, как ты любишь, – Мать потеребила коротко стриженные

волосы Туока. – Помоги мне встать.

– Я слышал, ты вчера опять стонала во сне. Я скажу Луин, чтобы она сделала мазь для суставов.

– Мои кости становятся совсем мягкими, а мышцы слабеют. Время неумолимо приближает меня ко дню, когда я отправлюсь в последний путь по реке забвения.

– Не думай об этом пока. Уверен, ты еще будешь нянчить моих детей.

–Ах, как я этого хочу. Ну, давай сумку. Время идти готовить еду.

Мать забрала сумку и подошла к стене с полками. Достав большую деревянную тарелку, она высыпала в нее ягоды и отдала ее сыну.

–Совсем забыла! Виан просила, чтоб ты помог ей лианы нарезать как освободишься.

–Обязательно помогу. Она с Кианом в саду?

–Скорей всего. Или в огороде.

Почти каждая женщина, будучи на большом сроке беременности, брала небольшой участок под огород у забора за пределами поселения. Удаляться от него было опасно в их положении, да и сил на что-то серьезное не хватало. А в огороде часто выращивали лекарственные травы, овощи и корнеплоды. Когда ребенок рождался, ему требовалось много внимания, поэтому огород так же оставался в пользовании. Травы, выращенные в огороде, использовали для настоев от различных болезней, паразитов, для купания малыша, приготовления мазей и многого другого.

Мать снова повернулась к полкам, взяла два глиняных горшка и вышла из дома. Туок достал ступку и стал тщательно перетирать ягоды.

– Здравствуй, – Таин появился в проходе. Его дом, построенный с краю поселения, как и у всех охранников, в последний сезон дождей перекосило из-за упавшего соседнего дерева, поэтому Таин с Виан и сыном Кианом жили в доме родителей Таина, пока не восстановят своё жильё.

– Здравствуй. Как патруль? Спокойно ли в округе?

– Спокойно. Последний сезон дождей был не затяжным и не обильным. Живности много и хищники близко к поселению не подходят.

Таин снял охотничью сумку и стал выкладывать из нее снаряжение и припасы.

– Луин сказала, ты неплохо сегодня поохотился.

– Да. И ягод вот собрал. Теперь будет чем шкуры выделывать. А то Луин совсем без дела сидит, глупости всякие придумывать начинает. Человеком меня опять называла.

– Ты и есть человек, – Таин стал раскладывать снаряжение по ящикам.

– Я оранг! Я родился в семье орангов и не важно, что у меня нет хвоста и шерсти.

– Ты же прекрасно понимаешь, что человек – это не статус, а анатомия. Или ты забыл, что мы произошли от людей?

– В том то и дело! Луин называет меня человеком, как будто я докатастрофный.

–Она просто тебя дразнит. А ты злишься как ребенок. Туок, тебе вот-вот исполнится шестнадцать. Так и веди себя как мужчина, а не как малое дитя, – Таин укоризненно посмотрел на брата. – Ты уже выбрал себе профессию?

–Нет. Уже два оборота луны ломаю голову над этим. Хочется быть охотником, как отец или охранником, как ты. Да много чего хотелось бы попробовать и выбрать свое.

–Отец хотел поговорить с тобой на эту тему. Он вернется вечером.

–Ты получил птицу? Как прошла охота?

–Вот вернется, и сам все у него спросишь, – Таин закончил со снаряжением и выложил остатки припасов, которые брал с собой в обход, в продуктовый сундук. – Пойду, повидаюсь с женой и сыном. Вечером опять в обход.

–Передавай Виан, что я приду к ней, как закончу с ягодами.

–Обязательно передам.

Таин скрылся за шкурой, и Туок опять погрузился в раздумья о выборе профессии. Его звал к себе мастер по дереву, но Туоку совсем не хотелось сидеть в мастерской целыми днями среди кучи брусков и опилок. Он любил движение. Для охотника у него было маловато навыков и плохая подготовка. К тому же его мускулатура оставляла желать лучшего. То же самое было и с профессией охранника. Оранги, вступающие в их ряды должны быть достаточно сильными и гибкими, чтобы вступить в схватку с хищным зверем типа больших кошек или шакалов, метко стрелять из трубки иглами с ядом, хорошо управляться с метательными шарами и копьем. А он не очень часто посещал тренировки. Так что этот вариант тоже скорей всего отпадает. Была мысль даже стать караванщиком. Но это значит постоянно жить вдали от дома. А значит не иметь семьи. Какая женщина захочет, чтоб ее муж отсутствовал по несколько оборотов луны? Оранги в караванах вообще большая редкость. Это еще и от того, что они не любят быть на открытом месте и редко покидают джунгли.  Это больше стихия ящеров. Поэтому караваны в основном из них и состоят. Можно сказать, это их основная работа и способ выживания. В силу своей природы драги очень выносливы. Они хорошо переносят палящее солнце, высокую температуру, могут длительное время обходиться без воды. Правда их активность ночью сильно спадает. Хоть они и теплокровные, несмотря на то, что очень похожи на пресмыкающихся, все же прохладу они переносят хуже, чем оранги. Они становятся медлительными и сонными. Иногда даже могут впасть в неглубокую спячку при особо низких температурах. По истории говорили, что они тоже произошли от людей. Но глядя на них в это было трудно поверить. Туок видел драгов только однажды, на большой ярмарке. Ему тогда было десять сезонов дождей, когда отец неожиданно решил показать ему город. Как раз в это время проходила неделя большой ярмарки. Многие оранги приходили в город, чтобы купить товары, которые доставлялись только с караванами. Они шли по рядам торговцев и почти за каждым прилавком были драги – с человеческий рост с хвостом и головой, отдаленно напоминающей змеиную голову, с ног до головы покрытые мелкой чешуей. Иногда попадались люди, и они с любопытством провожали его взглядом. Хотя многие оранги тоже не сводили с него глаз. Сначала от этого он чувствовал себя неуютно, но спустя какое-то время обилие товаров на рынке завладело его вниманием, и он целиком углубился в его изучение. Чего там только не было! Особо ценными были металлы и изделия из них. Металл добывали и ковали как змеиный народ, так и люди. Но человеческий металл ценился гораздо сильнее, так как люди умели делать особые сплавы. Изделия из этих сплавов не ржавели, были гораздо прочнее и долговечнее. Помимо металлов люди также славились своими тканями из шерсти, хлопка, льна и шелка. Иногда на ярмарке попадались машины и механизмы людей. Но они в основном нуждались в электричестве. А последнее было только в богатых районах города и в сообществах ученых. Поэтому эти товары не имели особого спроса у орангов и часто доставлялись по заказу.

 От амфибий привозились морские деликатесы, ювелирные изделия из жемчуга, ракушек, кораллов, драгоценных камней, вытяжки из водорослей и некоторых морских животных, которые использовались в медицине. Оранги в свою очередь поставляли на рынок растительные лекарства, лесные деликатесы, среди которых особо ценились вяленые тушки белок, сушеные пауки-охотники, сушеные фрукты и овощи, специи, коренья и орехи. Змеиный народ помимо железа торговал стеклянными изделиями и ядами. Так как практически все караваны принадлежали змеиному народу, то в накладе они не оставались никогда. Собственно, драги потому и водили караваны, что они населяли пустыни и степи, которые располагались посередине между территориями, заселенными народами разных разумных видов. Самые северные территории были заселены человеческим народом. Они выращивали домашних животных, возделывали поля и сады, тяготили к технологиям.  Русалы жили в теплых водах и строили свои города на островах и побережьях континентов. Они занимались судоходством, выращиванием водорослей, кораллов, ракушек и жемчуга, ловлей рыбы и других морских тварей. Оранги населяли джунгли и занимались в основном охотой и собирательством. Территории жительства всех разумных видов соединялись множеством дорог, проходящих через пустыни драгов. И по этим дорогам постоянно ходили караваны, доставляя товары от одних народов к другим.

 Именно тогда на ярмарке Туок и задумался над профессией караванщика. Его воображение рисовало живописные места и города, через которые проходили пути караванов, представлял, какие приключения могут ожидать караванщиков в пути, и это безумно манило его.

Тогда он решил, что по достижению совершеннолетия обязательно обдумает перспективы этой профессии. И вот через пять дней ему исполнится шестнадцать. О чем же все-таки хочет поговорить с ним отец? Может хочет предложить перспективное место в какой-нибудь из соседних деревень? Отец много общается с другими охотниками и, наверняка, знает немало хороших возможностей для молодого оранга утвердиться в обществе.

Закончив с ягодами, Туок убрал все за собой и вышел из дома. Луин, по-видимому, закончила со своей работой и ушла помогать матери, потому что у входа ее уже не было. Туок припомнил недавний разговор и только порадовался, что не наткнулся на сестру снова. Вообще Лиан жила с мужем на другой стороне деревни. Но так как ее муж, Каот, был гончаром, он весь день проводил в своей гончарной. А Лиан маялась от скуки одна. Поэтому она частенько приходила в родительский дом чтобы помочь матери или просто поболтать.

В детском саду Виан не нашлось. Поэтому Туок отправился в ее огород, который начинался сразу за ограждением деревни. Хотя это и огородом то назвать было сложно. Расчищенная от веток площадка с воткнутыми через каждые два шага рядами длинными жердями, по которым вились посаженные тут же лианы, и называлась огородом.

–Ты вовремя. Я как раз закончила с уборкой. От вчерашнего ветра столько веток нападало.

После окончания работы Туок вернулся домой.

 Солнце уже касается горизонта, а значит охотники вот-вот появятся в деревне. Женщины соберутся в центре, чтоб помочь подсчитать и распределить добычу. После они займутся приготовлением общего ужина и будет время поговорить с отцом.

 Туок спустился в кухню. Там уже собирались женщины в ожидании охотников. С окраины деревни послышались смех и веселые возгласы.  В проеме ворот появились мужчины, тащившие за собой телеги с тушами коз. К ним сразу подходили женщины. Одни помогали двигать повозки, подталкивая их сзади, другие направляли движение к тем или иным петлям для разделки туш, третьи пересчитывали коз и записывали количество в специальные книги учета. Потом, когда туши коз разделают, по этим книгам начнут распределять мясо и шкуры между охотниками и помощницами. Охотники в свою очередь могут продавать мясо и шкуры ремесленникам, лекарям и другим желающим в обмен на необходимые им вещи и лекарства. Когда со всеми сделками будет покончено, начнется общий ужин у костра в центре деревни. На нем охотники рассказывают новости, услышанные от охотников других поселений, обсуждаются дела, приключения в походе и просто ведутся непринужденные беседы.

 Туок подошел к отцу, когда тот уже закончил разговор с очередным покупателем.

– Здравствуй. Как прошла охота?

–Хвала лесу, хорошо. Сегодня можно будет продать много мяса.

–Таин сказал, что ты хотел поговорить со мной и похоже, что это по поводу моей будущей профессии.

–Да, хотел. Но этот разговор не стоит начинать сейчас. Давай поговорим после общего ужина.

–Хорошо. Моя помощь здесь нужна?

–Я думаю, женщины со всем разберутся.

–Тогда я пойду, у меня еще остались незаконченные дела.

Ужин прошел без особенностей. Когда народ начал расходиться, отец встал, попрощался со всеми и кивнул сыну следовать за ним. Поднявшись выше уровня домов, они углубились в лес, где уже не было слышно голосов из деревни. Мир вокруг застилала почти непроницаемая темнота. Лунный свет не проникал под кроны деревьев. Только кое-где на деревьях и пнях светились пятна колоний фосфоресцирующих бактерий и рои светлячков.  Отец с сыном забрались на самую верхушку дерева, куда хоть немного пробивался лунный свет.

– Тебе через пять дней исполнится шестнадцать. Ты уже думал о своей взрослой жизни? – начал пожилой оранг.

–Да, отец.  У меня было много мыслей чем заняться в будущем. Но я до сих пор так и не определился.

– И какие же мысли посещали тебя по этому поводу?

– Ну, я думал о трех профессиях. Охотники хорошо зарабатывают, и их семьи не остаются без еды даже в трудные времена. Охранники имеют славу и почет. Они выбирают себе в жены лучших женщин. Их уважают, и они входят в совет деревни.

–А третья профессия?

– Она не совсем обычная для оранга, – Туок немного замялся. Оранги не любят выходить из леса, и почти не бывает орангов-караванщиков. Он не знал, как отец отреагирует на подобное решение. Но отец ждал, и Туок продолжил – Я думал о профессии караванщика.

 Некоторое время сын смотрел на отца, но на лице последнего не отразилось никаких эмоций.

– Для охотника и охранника у меня не очень хорошие физические показатели, да и подготовка не из лучших. Сидеть в мастерской целыми днями я не хочу. А профессия караванщика дает возможность повидать мир. Караванщики не бедствуют и им всегда рады в любом поселении. Я понимаю, что у них редко бывают семьи. Но их жизни наполнены приключений, они торгуют со всеми народами и бывают в самых разных местах. Ты считаешь эту профессию не достойной оранга?

–Сын, у любой профессии есть свои плюсы и минусы. Да, семьи охотников не голодают, но они подолгу не видят своих кормильцев. Кроме того, есть немалая вероятность нападения хищника во время охоты. И жена может лишиться мужа, а дети отца. Тогда они останутся без кормильца, и им придется очень туго. Такая же вероятность есть и у семей охранников.  Ведь они рискуют своими жизнями во благо деревень и чаще остальных погибают в схватках с дикими хищниками. А на счет караванщиков, хоть это тоже очень опасно, но думаю для тебя это лучший вариант.

–Как? Ты серьезно?

–Сын, твои физические данные, как ты уже сказал, не дают тебе возможность выбрать профессию охотника или охранника. Конечно, ты можешь начать тренироваться упорней, и я с Таином обязательно поможем тебе. Но ты до сих пор не сильно старался. Сомневаюсь, что ты возьмешься за тренировки всерьез. А значит не сможешь пройти отбор. Или ты можешь выбрать профессию, не зависящую от физических данных, хотя сам говоришь, что это тебе не по нраву. Так уж получилось, что ты родился человеком. Я не знаю почему так произошло, но это не первый случай в обезьяньем народе. Да и у драгов с амфибиями по слухам иногда рождаются человеческие дети. Ты знаешь, что обезьяний народ произошел от людей, как и драги, и русалы. Также ты знаешь, что в семьях разных видов не бывает детей, а всякая семья создается в первую очередь для продолжения рода. Исходя из всего, я считаю, что стать караванщиком для тебя наилучший вариант. Через один оборот луны состоится большая ярмарка в Тайлине. Я собираюсь побывать на ней. Для тебя удачнее всего устроиться в караван на этой ярмарке. Попросишься охранником. Сначала будет тяжело, но со временем ты привыкнешь. Возможно, ты найдешь свое место в землях людей. Там ты сможешь найти себе жену и завести семью, если покажешь себя достойно и если сможешь добраться до них.

– Но тогда я не смогу вас больше увидеть.

– Мы с мамой говорили об этом и оба понимаем, что твое лучшее будущее находится далеко от нашего дома. Но это не значит, что мы никогда не увидимся. Жизнь непредсказуема.

Туок был растерян. Он никак не ожидал такого поворота событий. Получается, его родители знали, что в скором времени придется расстаться.

– Но ведь я могу остаться и найти свое место здесь?

– Можешь. Но подумай, захочешь ли ты состариться в одиночестве и потерять возможность найти свое счастье? У тебя есть время подумать один оборот луны. Решай сам. А теперь пойдем домой, а то мама будет волноваться.

 За всю ночь он не сомкнул глаз. Мысли в голове роились, как жуки в гнилом пне, и не давали покоя до самого утра. Он снова и снова прокручивал в голове разговор с отцом. Остаться одиноким, но в обезьяньем народе или бросить все и отправится искать свое место в других землях – выбирать было ему. Утро пришло незаметно, и день опять наполнился обычными делами. Но где бы он не был, чем бы не занимался, он не переставал думать о выборе, который необходимо было сделать. С каждым днем срок отданный отцом становился все меньше, а решение так и не приходило. Туок взвешивал все плюсы и минусы возможных вариантов и ни к чему не приходил. Решение было слишком трудным. Он, конечно, думал о возможности стать караванщиком, но до разговора с отцом это было больше фантазией, чем реальностью. Встав перед выбором, он четко осознал всю трагичность данного выбора. Став караванщиком, ему придется отказаться от всего, что ему дорого, к чему он привык. Придется учиться жить в другом мире, абсолютно не похожим на его родной дом. И это очень пугало.

 До ярмарки отец дважды уходил на охоту и возвращался с хорошим уловом. Он хорошо заработал на мясе и шкурах, обменяв их на редкие травы, очень востребованные у змеиного народа. Туок же целыми днями ловил пауков, белок и змей, собирал фрукты, травы и коренья. Так что к указанному сроку у них было достаточно товара для продажи.

И вот наступил день, которого Туок так боялся. День, когда нужно было дать ответ отцу. Было решено отправиться на ярмарку в последний день, чтоб Туоку при положительном ответе не пришлось ждать до ее закрытия.  Они встали до рассвета и упаковали все, что собирались взять с собой на ярмарку. Ночью Туок плохо спал, часто просыпался и ворочался, пытаясь уснуть. Не выспавшийся и вымотавшийся за ночь, утром он был вялым и апатичным. После недолгого завтрака, собрав в заплечный мешок все приготовленное для продажи и наполнив бурдюк водой, Туок с отцом вышли из дома. Мать крепко обняла сына и взяв его лицо своими морщинистыми руками крепко прижала лбом к своему лбу. Через мгновение она отстранилась и легонько толкнула Туока в грудь и, развернувшись, молча скрылась в доме. Поняв, что прощание окончено, печальный Туок направился за отцом, который как раз перепрыгнул на соседнее дерево, ловко цепляясь за мелкие отростки. Стараясь не отставать, он двигался параллельно отцу, перекидывая свое тело с дерева, на дерево. Но ночной недосып сказывался и Туок пару раз чуть не соскользнул вниз. Отец постоянно бросал на него косые взгляды, но ничего не говорил. За всю дорогу до города они не обменялись и парой слов. Старый оранг понимал состояние сына и не упрекал того за несобранность.

 Ярмарка встретила их, как всегда, шумом и толкотней. Огромную поляну, огороженную со всех сторон частоколом, занимали ряды палаток со складными прилавками. Толпы орангов ходили в проходах между рядами, выбирая нужный товар. Каждая палатка была оснащена флажком с обозначением товара, продаваемого в ней. Это помогало покупателям ориентироваться между палатками. На каждом прилавке так же был список товаров, которые продавец согласен был купить или обменять на свой товар. Ящеры почти не торговались и сразу называли требуемую цену. Это экономило время, которое и так было ограниченно.

Деньги в обезьяньем народе почти не ходили, но на ярмарке они играли главную роль в купле-продаже товара. Золотые монеты чеканили в змеином народе и имели свою ценность.  Они имели разный эквивалент, в зависимости от размера. Так на один средний золотой можно было приобрести хороший железный нож или красивую тунику из шерсти у людей. Ткань и одежда из хлопка или льна стоили гораздо дороже. Самой дорогой тканью был шелк, и его редко можно было увидеть на ярмарке. В основном его привозили под заказ для очень состоятельных граждан города или для сообществ. Один средний золотой равнялся двум малым, а большой – трем малым. Если оранг не мог обменять свой товар на другой, нужный ему, он менял его на монеты. А потом на эти монеты покупал нужный товар в другой лавке. Мало кто оставлял себе деньги. Выгоднее было купить на них что-то и пользоваться этим, чем хранить золото.

 Распродав свой товар, отец вывел сына на край поляны и посмотрел на него тяжелым взглядом. Пора было давать ответ.

–Сынок, я знаю, что ты боишься. Будь сильным. Ты уже мужчина, а значит должен уметь принимать решения, какими бы тяжелыми они не были.

–Я понимаю. Но я так не хочу с вами расставаться.

–Взгляни на ящеров. Они бывают в этом городе два раза в год. Не думай что, если ты уйдешь, то больше никогда нас не увидишь. Целый мир откроется тебе. Ты сможешь найти себе жену, и она родит тебе здоровых детей. Я не уговариваю тебя, но ты должен понимать, что это лучший вариант.

–Отец, я понимаю. Но…

–Решай сейчас. Времени думать у тебя было достаточно, – в голосе отца появилась жесткость.

–Да, отец. Я готов. Скажи маме, что я очень ее люблю и буду скучать. И по остальным тоже.

–Она и так это знает. Кроме того, ты сам ей скажешь, когда увидишь в следующий раз. Мы не прощаемся, – в уголках глаз старого оранга появились морщинки, а губы тронула печальная улыбка. –  Мы все тебя любим и понимаем, что так лучше для тебя. А теперь пойдем, купим тебе все необходимое в дорогу и найдем для тебя караван.

Они купили кожаный плащ для защиты от ветра и дождя и тонкую хлопковую рубаху для защиты от солнца. Хороший загнутый нож из человеческого металла стоил отцу две средних золотых монеты – все оставшиеся деньги. Но на возглас сына тот ответил только то, что это необходимо. Туок сложил купленное в свою походную сумку. Туда же перекочевали небольшие запасы еды и отцовский бурдюк. Следующий этап заключался в том, чтобы найти караван, который согласился бы взять Туока с собой. Они обошли несколько палаток расспрашивая о данной возможности и, наконец, старый драг по имени Стусх согласился взять с собой Туока. Когда день подошел к концу и торговцы стали собираться на ночлег, отец крепко обнял сына и потрепал его по коротким черным волосам. В его глазах была печаль.

–Смотри за другими и учись. Твои физические данные для человека очень хороши, и ты можешь многого достичь. Будь сильным и смелым. Покажи, каким должен быть сын охотника.

–Я буду стараться, – Туок прижался лбом к отцовскому лбу.

–До встречи, сын.

–До встречи, отец.

Отец развернулся и не оглядываясь отправился в лес. Он забрался на дерево и через мгновение уже скрылся в ветвях. Туок тяжело выдохнул. Началась его новая жизнь.

Переночевав на торговой поляне, караван Стусха отправился в путь как только взошло солнце. Вся работа Туока заключалась в том, чтоб тащить за собой тележку, груженную различным товаров. Это было весьма нелегкой задачей, учитывая, что приходилось вилять между деревьями и кустарниками, да еще и по рыхлой земле, застеленной листвой и поросшей травой. При этом нужно было следить за окрестностями, чтоб не пропустить нападение хищника. Для Туока, всю жизнь передвигающегося в основном в кронах деревьев, путь давался с большим трудом. Он постоянно царапал ноги об кустарники и колючую траву, наступал на скрытые под листвой ветки с острыми сучками, запинался о камни и кочки. К обеду он настолько вымотался, что когда объявили время привала, просто рухнул там, где стоял. Ноги ужасно гудели.

 Тем временем Тсхак, главный из охраны, прошелся между всеми охранниками и раздал обеденный паек, который состоял в основном из сушеных кореньев и куска вяленого мяса. Запивать данное пиршество следовало из собственных запасов воды. Туок жадно приложился к своему бурдюку и тут же услышал замечание в свой адрес.

–Не пей слишком много. Идти будет тяжелее. Ты и так еле ноги передвигаешь. Из-за тебя весь караван отстает. Придется сокращать время на обед и идти до самой темноты.

 Туок, думавший до этого времени, что успевает за всеми, хоть и с трудом, был неприятно удивлен. Он старался изо всех сил не отставать от группы, а оказалось, что все просто подстраивались под его темп. Ему стало стыдно за себя.

–На сколько я понимаю, это твой первый путь, – похоже на лице Туока отразились его мысли и драг легко их прочитал.

–Да.

–Тогда не переживай. Для не подготовленного ты справляешься очень неплохо. Я думал будет хуже.

Тсхак, сделал пару глотков из своего бурдюка, повесил его на пояс и пошел в начало каравана. Он шел в первом ряду. Вся процессия состояла из пяти троек. По краям первой, третьей и последней шли самые опытные воины. Они были меньше всего нагружены, и их багаж составлял всего одну сумку, закрепленную на спине. Таким образом, руки их всегда были свободны, а багаж не сковывал движения. Это давало возможность быстро реагировать на неожиданные ситуации и мгновенно вступать в схватку с нападающим. Остальные тащили свою поклажу, не особо озадачиваясь наблюдением за окрестностями.

 В центре каравана шел Стусх. Он был самым старым из всех присутствующих, и его поклажа была значительно меньше, чем у остальных. Как и остальные, Стусх был одет в широкие короткие коричневые штаны из тонкого хлопка и кожаную жилетку. Открытые участки кожи покрывали множество шрамов. Даже на хвосте, свисающем до самой земли, было не меньше десятка шрамов. Хоть каждый из караванщиков и был усыпан старыми боевыми отметинами, но не один не мог сравниться по их количеству со Стусхом.

 Туок разглядывал украдкой своих спутников. Раньше он не видел различий между драгами, кроме возрастных, так как различия в телосложении между мужчинами и женщинами были почти незаметны под одеждой. Теперь же заметил, что их лица отличаются между собой, как и у орангов. Женщины имели более сглаженные черты лица. Их кожа была покрыта более мелкими чешуйками, чем у мужчин. И короткие волосы на голове были более густыми.

 До следующего города было четыре дня пути, и за это время он выучил всех своих спутников и их статус в караване.  Женщины, которых было четыре в их отряде, не различались по статусу с мужчинами того же ранга, что было весьма необычно для Туока. В его деревне женщины не имели профессии и занимались домашними делами и детьми. Менталитет драгов разительно отличался от менталитета орангов. К этому надо было привыкнуть.

 Караван прибыл в город поздней ночью четвертого дня. Торговая поляна уже полностью была заставлена палатками, и им пришлось размещаться на самом ее краю. Поставив палатки и наскоро поужинав, все дружно занялись распаковкой и сортировкой товара. Самые дорогие товары оставались у хозяина. Остальные распределялись между торговцами, в зависимости от их назначения. Когда с распределением товара было покончено, на палатки установили флажки и, наконец, улеглись спать. Только Тсхак с парой охранников распределили дежурство. Вряд ли на поляну нападут хищники, но каждый караван выставлял на защиту своих охранников. На всякий случай.

Встали рано. Ночные охранники сразу же легли спать, как только началась торговая деятельность. Весь день Туок сидел то в одной палатке, то в другой, постигая науку торговых отношений.  Иногда носил товары между палатками, если в той или иной не хватало чего-нибудь, либо товар залеживался. Этим занимались и остальные охранники. Учитывая, что он сильно не выспался, к концу дня Туок совсем обессилел и плохо соображал. Но все же старался не показывать вида и бодро выполнял все поручения. Когда день закончился, и торговцы начали собирать свой товар, Стусх подозвал его к себе.

–Скажи, ты не передумал?

–Вы о чем? – Туок слегка удивился такому вопросу.

–Я о профессии караванщика. Ты все еще хочешь двигаться с нами дальше? – Старый драг внимательно смотрел человеку в глаза, – Я видел как тебе тяжело. Ты не привык передвигаться по земле. Твои ноги все исцарапаны. Ты похудел. И это только за пять дней. А что будет когда мы покинем лес? В саванне почти нет деревьев, а, на сколько я знаю, оранги не любят открытых пространств. Хоть ты и человек по природе, но все же вырос среди орангов. Когда мы покинем саванну, нам придется идти по раскаленному песку, под огненным солнцем. Будет много опасностей на нашем пути. Хочешь ли ты продолжить свой путь в моем караване?

– Меня не страшат трудности. Я буду стараться изо всех сил, – Туок попытался вложить в свои слова как можно больше убедительности.

– Ну хорошо, – ответил драг спустя мгновение. – Тогда скажи, чему ты научился за сегодня и в общем за эти пять дней в караване?

Туок стал усиленно размышлять, что же хочет услышать от него старый драг.

–Сегодня ты слегка заглянул в торговый мир – неотъемлемую часть каждого каравана, – начал Стусх, заметив растерянность человека. – Тебе еще много предстоит узнать об этой профессии. Ведь даже любой из воинов должен уметь заменить торговца и не оказаться в затруднительном положении из-за не знания. Но и каждый торговец худо-бедно должен уметь защитить себя и свой товар. Хоть я и взял тебя в караван охранником, но, судя по всему, ты в этом полный ноль.  Поэтому с сегодняшнего дня с тобой будет проводить занятия Тсхак. Он проверит твои навыки, оценит твои возможности и назначит тебе тренировки. Я же в свою очередь буду обучать тебя торговому ремеслу. Слушай внимательно, наблюдай и старайся ничего не упускать. Если ты хорошо овладеешь профессией караванщика, не важно, охранником ты будешь или торговцем, ты никогда не будешь голодать. Но в то же время хочу напомнить, что плохих караванщиков не бывает. Слишком много опасностей таится на наших путях.

– Я буду стараться, – повторил Туок.

Старый драг, внимательно смотревший человеку в глаза, кивнул.

– Хорошо. Иди к Тсхаку. Я уже с ним разговаривал на счет тебя. Он ждет.

С Тсхаком Туок провел время до полной темноты. Охранник вывел его за пределы поляны и, расспросив об умениях человека, начал проверять его на деле. Перебирая разное оружие, Туок использовал как мишени деревьях и ветки. Тсхак тоже не остался простым наблюдателем, заменив свое настоящее оружие на палку. Из-за сильной усталости ноги плохо слушались Туока, движения смазывались и выходили не четкими. Да и меткость была не на высоте. В конце он стал пропускать даже самые простые удары. От чего на теле появились припухлости, обещавшие стать не слабыми синяками. В итоге Тсхак смилостивился и разрешил идти отдыхать. Наскоро поужинав, Туок улегся на свою лежанку в отведенной для сна палатке и провалился в сон.

   Так прошла вся неделя ярмарки. Днем он учился у Стусха, вечером перед ужином до изнеможения занимался с Тсхаком. Утром восьмого дня караван двинулся к следующему лесному городу.

Путь каравана петлял то на запад, то на восток. Они посетили еще четыре похожих города. В одном из городов на берегу небольшой речки Туок впервые своими глазами увидел водяную электростанцию. Клаян, тот самый город, находился недалеко от сообщества ученых, расположенного в выдолбленных в скале пещерах. Станция снабжала сообщество и часть города электричеством, что само по себе было невероятным для обезьяньего народа. Сначала Туок решил, что перед ним водяная мельница. Но заметивший его интерес Стусх объяснил, что это водяная электростанция, чем поверг человека в ещё большее недоумение. Колесо с лопастями приводилось в движение потоком воды и давало энергию механизму, выробатывающему электричество. Сам механизм находился внутри домика, сбоку которого и было присоединено колесо. Электричество поступало по металлическим веревкам в сообщество и город и там использовалось по назначению. Об этом всем ему рассказал старый драг, пока они шли к торговой поляне. К сожалению, Туок не смог увидеть, куда использовалось полученное электричество. После тяжелого перехода, хоть он и стал понемногу привыкать к передвижению по земле, ноги гудели и требовали отдыха. Поэтому после обычного приготовления и распределения товаров, а также незамудренного ужина, он улегся на отведенную ему лежанку и провалился в глубокий сон.

 Впереди оставался последний город обезьяньего народа. Тренировки Туока с Тсхаком участились. Теперь они занимали почти все свободное время. Плюс был в том, что до ярмарки в городе, куда они направлялись, не надо было спешить. Обеденные перерывы были удлинены, что давало возможность Туоку иногда отлучаться за фруктами, которым остальные были очень рады. Он один не был драгом и свободно лазил по деревьям. Его знания леса помогали так же и в других ситуациях.

Однажды Ксухс, торговец из их каравана, не заметил ветку под листвой и проколол острым сучком ногу. Кожа у драгов очень прочная, но даже ее можно повредить. Недолго думая, Туок собрал в округе несколько трав и грибов и, перетерев все ингредиенты в кашицу, приготовил обезболивающее и заживляющее средство.

– Есть великая мудрость – «знание – золото», – глядя на старания Туока заметил Стусх. – Твои знания леса очень кстати. Ты не только помог Ксухсу, но и благодаря тебе мы сэкономили на нашем лекарстве. Его не так много, а путь впереди еще длинный.

– А эта полезная кашица долго храниться? – спросил Тсих, самый молодой и веселый драг из их группы, – Может можно сделать ее побольше прозапас?

– Нет, к сожалению, она очень быстро теряет свои лечебные свойства. Дольше дня она не хранится.

– Жаль. Такое лекарство можно было бы продать за хорошую цену.

– Да ты сам подумай, если бы его можно было долго хранить, оно бы давно стало одним из пунктов в списке приоритетных для закупки товаров, – Тсхак снисходительно посмотрел на юного драга. – Этот список давно выверен до мелочей.

– Ну появляются же на рынке новые товары.

– Это относится только к новооткрытым веществам или изобретениям. А лекарство Туока вряд ли к ним относится.

Тсих пожал плечами, не желая дальше продолжать спор.

– Пора бы уже двигаться дальше, – напомнил Стусх. – Ксухс, обвяжи рану. Тасх и Хасх, сделайте костыли для него. Остальные распределите между собой поклажу Ксухса. Ему только заплечную сумку.

В последующие остановки на отдых, Туок не раз менял Ксухсу повязку, заменяя лекарство на свежеприготовленное. Рана драга быстро затягивалась и на Туока стали поглядывать с одобрением. Кроме того, по дороге он собирал полезные травы, грибы, коренья, ягоды и плоды, которыми угощал остальных. Некоторые особо ценные травы и коренья Туок оставлял для продажи, что прибавляло некоторую сумму в его копилку.  Его старания на тренировках давали хорошие  результаты. Он стал более ловким, гибким и быстрым. И это тоже не осталось незамеченным.

Через один оборот луны они добрались до окрестностей города. Редкий и не высокий лес с множеством полян говорил о приближении к саванне. Мелких наземных зверей стало больше, и охранники охотились на них в свободное время.

 Город ничем не отличался от предыдущих. Те же дома в несколько уровней, тот же частокол вокруг торговой поляны. Только поляна здесь была гораздо больше и по центру стояли не складные палатки, а бревенчатые домики с прилавками внутри. Всего их было восемь. И принадлежали они жителям города. От Стусха Туок узнал, что все окраинные города имеют такую поляну. Это от того, что многие караваны не рискуют сильно углубляться в лес и довольствуются продажей в окраинных городах. Цены тут хоть и ниже и прибыль меньше, но риск и потраченное время зачастую играют не малую роль. Тем более ярмарки в этих городах перестают работать только в сезон дождей, что не привязывает караваны к графику движения.

 Найдя места, караван Стусха разложил палатки, распределил товары и занялся привычным делом. Купленный в предыдущих городах товар здесь можно было продать за более высокую цену. Это окупало потраченные расходы и давало небольшую прибыль, но Стусх не собирался продавать все. Он продал небольшую часть только чтоб закупиться необходимым на период будущего пути. Через пару дней, закончив все приготовления, караван отправился в саванну. Во второй половине дня лес закончился, и перед глазами Туока открылась поразительная картина. Никогда он еще не видел так далеко. Бескрайняя равнина с редкими деревьями, лежащая под бледно-голубым небом, сначала напугала Туока. Но спустя некоторое время, он начал привыкать. Листва под ногами сменилась твердой землей, покрытой жесткой травой, по которой идти было легче и безопасней. Солнце, изредка скрываемое облаками, стало сильно печь кожу, и пришлось надеть рубашку, а на голову положить кусок кожи. Нижняя часть тела, не защищенная ничем, кроме кожанной набедренной повязки тоже быстро загорела. Пришлось воспользоваться штанами Ксухса, который одолжил их в качестве благодарности за вылеченную ногу. Для отдыха и ночлега караван останавливался у деревьев, одиночно или группами разбросанных там и тут на бескрайних просторах. Охранники больше не были так напряжены, потому что риск неожиданного нападения сильно снизился. Хоть трава и была достаточно высокой, а иногда и доходила до пояса, все ж взгляд охватывал гораздо большую территорию. Они чаще охотились и приносили немало мелких зверей и крупных птиц. Иногда каравану попадались стада копытных животных, и тогда мясо запасалось впрок. Туок уже неплохо овладел разным видом оружия и тоже отправлялся на охоту. Охота, как и тренировки, развивала реакцию, меткость и другие качества, необходимые охраннику.

Через неделю пути по саванне на горизонте показалось какое-то селение. Оно колыхалось в испарениях, исходящих из земли, и от этого казалось миражом. Но по мере приближения оно увеличивалось и становилось более реальным. Когда до города осталось совсем немного, Туок заметил странное животное – огромный ящер, лежал на земле, подставив спину горячему солнцу.

– Кто это? – Туок указал рукой на ящера.

– Это варан. Мы используем их как ездовых и тяговых животных, – ответил Ксухс, идущий рядом, –   Раньше люди использовали в пустыне млекопитающих, которых называли верблюдами, но сейчас они вымерли. Они были похожи на коней только с одним или двумя горбами. Очень неудобные, на мой взгляд, ездовые животные. А варан самое то. Вараны могут быть очень быстрыми при необходимости и хорошо переносят жару.

–Они такие большие! Нам в школе рассказывали про них, но я представлял их гораздо меньших размеров. Они же хищники?

– Да. Один варан может за раз съесть целого барана. Но этого барана ему хватит на неделю, если не больше. У них медленное переваривание. Правда такой сытый варан неуклюж и малоподвижен. Мы стараемся кормить варанов мелкими порциями.

– А как на них передвигаться? – Любопытству Туока не было предела.

– Сверху к варану крепится седло вдоль его тела. Наездник полулежит на нем животом вниз. Такое положение помогает скрываться за невысокими холмами и подкрадываться незаметным к добыче. У варана мощный хвост. Иногда на него надевают шипастый наконечник, и тогда хвост становится страшным оружием. А еще слюна варана содержит много гнилостных бактерий. И если он кого укусит, то этот кто-то скорей всего умрет, причем долгой и мучительной смертью. Когда-то давно, когда оранги, люди и драги еще враждовали за территории, вараны входили в состав армий. Правда тогда вараны были гораздо меньше. Ты же знаешь что такое война?

– Да, нам в школе рассказывали. Когда образовались народы драгов, орангов и русалов, каждый пытался занять более выгодные территории. Но потом оранги поняли, что лес для них наиболее комфортен в плане проживания, амфибии ушли на острова, люди осели в холодных северных землях, а драгам пришлось занять степи и пустыни. Драги тогда армиями нападали на другие народы.

– В те времена драги пытались выжить на землях, где мало еды. Наш народ был агрессивен. Семьи сплачивались для набегов на соседей и для защиты от них же. Тяжелое было время. Но потом постепенно драги стали торговать с другими народами. Тем, кто не захотел перейти в торговцы и остался воинственным, выживать становилось сложнее. Другие народы приспособились отражать их атаки. Или уходили в глубь своих территорий, где сама природа была на их стороне. Драги не умеют лазить по деревьям, как оранги, и дышать под водой, как русалы, а замерзая засыпают. Зато мы можем длительное время обходится без воды и хорошо переносим жару. Это дало нам преимущество в пустыне.  Мы стали торговцами, которые водят караваны через пустыни и торгуют со всеми желающими. Так драги из воинов стали торговцами. Но не думай, что мы не умеем сражаться. В пустыне и других землях очень много опасностей.  Любой взрослый драг сможет постоять за себя, будь то мужчина или женщина. Как ты, наверно, заметил, в нашем народе женщины и мужчины равноправны. Только когда женщина вынашивает ребенка, она имеет право на менее тяжелый труд и большие привилегии. У нас дети рождаются гораздо реже, чем в других народах. Поэтому такие законы.

– А правда, что у вас в каждом городе есть дома для беременных женщин?

– Правда. Когда женщина на большом сроке, ей становится очень трудно ухаживать за собой. В таких домах о ней позаботятся специальные работники. После родов мама с ребенком еще какое-то время остается в этом доме, а потом возвращается к себе. Но даже когда она живет в своем доме, специальные работники навещают ее, помогают с домашними делами и заботой о ребенке. Наши дети, как и дети других народов, наиболее беззащитны в первые три года. Потом их кожа покрывается чешуей и становится более прочной.  С трех лет их забирают в сады на постоянное проживание до достижения совершеннолетия, где обучают всему. Мамы могут навещать их в любое время. Таким образом, у женщины появляется возможность работать, зная, что ее ребенок находится в надежных руках.

За разговорами караван подошел к главным воротам. Туок еще ни разу не видел таких строений, и от одного только вида громадных ворот у него захватывало дух. Городская стена была выстроена из обработанного камня и поднималась на высоту пяти ростов от земли. На протяжении всей длины на высоте двух третьи от земли  периодически располагались бойницы, а наверху вышки. Некоторые камни кладки потрескались, и в щелях обосновался мох. Снизу же по периметру все заросло непроходимым кустарником. В некоторых местах из земли вверх тянулись вьющиеся растения, оплетая стену причудливой паутиной с редкими мелкими листьями. Ворота в ширину были не меньше десяти шагов и высились на две трети высоты стены. Огромные деревянные створки распахивались вовнутрь, а сверху была поднята мощная металлическая решетка, покрытая  большими пятнами ржавчины. Когда-то давно этот город был надежным укреплением, и вызывал страх у нападавших. Сейчас же он внушал спокойствие и умиротворение.

– Никогда не видел ничего подобного!

– Почти все наши города похожи друг на друга как близнецы. Их строили как крепость для защиты жителей еще во времена войн, – Тсхак поравнялся с Туоком, – Хоть стены сейчас и запущены, но все же они до сих пор достаточно крепки и смогут отразить любое посягательство на город.

Сразу за воротами начиналась небольшая площадь также выложенная камнем. Тут можно было нанять гида, извозчика или купить варанов для выезда из города. В самом городе передвигаться на варане или повозке запрещалось. Так же тут находились небольшие лавки, продававшие снаряжение в дорогу, припасы и многое другое.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.