Эль Торн
Элизиум

ПРОЛОГ

Моё воскресное утро обычно начинается с криков и воплей родителей, которые усиленно пытаются меня разбудить, чтобы поскорее собраться и ехать на очередной приём к психотерапевту.

– Дейзи! Дейзи! – отец с такой силой бьёт кулаком в дверь, будто пытается её выломать. – Вставай! Тебе на приём надо! – кричит он.

– Да встала я, встала, – ворчу себе под нос, медленно сползая с кровати.

– Мы с мамой не сможем довезти тебя до клиники. Нам по делам надо, – продолжает верещать отец.

Кто бы сомневался.

– Так что взываю к твоей совести, Дейзи Дрезден.

Будто она у меня есть.

– Явись на приём! Обязательно! – добавляет он и уходит.

– Ага, – буркнула я, глядя куда-то в пустоту.

Разумеется, никуда я ехать не собиралась. Пустая трата времени и сил, да и после посещений психотерапевта мне становится только хуже…

Обычно люди обращаются за психологической помощью, когда им плохо, нужна моральная поддержка, ну или просто доверительный разговор. У меня же всё наоборот. Беседы со специалистом превращаются в дичайшую пытку. Каждый приём я гипнотизировала стрелку часов, чтобы как можно скорее этот кошмар закончился. Почему так? Ответ лежит в самой глубине моего сознания… У меня проблемы со сном. И это не какая-то там бессонница. Мне изо дня в день снятся кошмары, и не просто кошмары, а ужасающие события, которые грядут… Просто закрываю глаза и будто бы отправляюсь в другое, неведомое мне измерение, и вижу то, что произойдёт сегодня, завтра, через месяц, а иногда спустя годы.

Разумеется, мне никто не верит, называют фантазёркой и самым отвратительным ребёнком на всём белом свете. Я давно уже смирилась с таким отношением со стороны семьи и общества, что, собственно, сделало меня непробиваемой. Мои эмоции подавлены, словно ничего вокруг не происходит. Меня волнуют только мои кошмары, от которых так и не могу избавиться.

Услышав рёв мотора автомобиля родителей, я включила на своём ноутбуке инди–музыку как можно громче, и неспешно побрела в ванную привести себя в порядок.

Выбирать, что надеть, мне было без надобности. Воскресенье как-никак, и я имею право устроить себе сегодня выходной. Никаких родителей и походов по клиникам. Надоело.

Я спустилась вниз по винтовой стеклянной лестнице и направилась стряпать себе сытный завтрак на кухню.

Дом у нас светлый с огромными панорамными окнами без штор. Апрельское солнце проникало в помещение, отчего становилось ещё светлее.

– Какое же всё-таки прекрасное утро, – сказала я себе, наливая чашечку горячего кофе.

Сделала глоток напитка, и перед глазами возникла внезапная картинка, которая преследовала меня каждую ночь. Там был огонь, пожирающий незнакомый мне город. Много-много людей бегут куда-то, пытаясь спастись. Кадры больше походили на гибель Помпеи, когда на город обрушился гнев Везувия. Только вулкана в моём видении не было. Я даже очаг пламени рассмотреть не могла. Просто всё красное, ужасное… А затем прямо перед глазами вылез некто с обгоревшим лицом и огромными зубищами. Монстр!

Меня всю затрясло, а голову пронзила резкая боль, будто меня огрели чем-то тяжёлым. Я падаю и погружаюсь в глубокий сон.

ГЛАВА 1

МИР ИНОЙ

Я отвернулась от ярких лучей солнца и присела под огромное дерево, стоявшее посреди луга. Природа вокруг пела и цвела, чего нельзя было сказать о моём внутреннем состоянии. Если бы всё сущее решило передать мои чувства, то всё оказалось покрытым леденящим душу мраком.

– Эй, красавица! Что случилось? – внезапно раздавшиеся обеспокоенный голос со стороны, заставил меня встрепенуться.

Подняв голову, я узрела перед собой прелестного юношу в белоснежном костюме с высоким воротником и расшитыми золотыми нитями рукавами. Его волосы и ресницы цвета пшеницы переливались на солнце ослепляющим блеском.

– Ты мне? – спросила я, глядя на красивого юношу с лицом доброго ангела.

– Тебе, красавица, – лучезарно улыбнулся незнакомец. – Так что случилось? – Он присел на корточки напротив меня.

– Ничего, – тихо произнесла я, однако мой ответ прозвучал неубедительно, и юноша бестактно прикоснулся рукой к моему подбородку, печально глядя на меня. Я дрогнула.

– А, ты, должно быть, новоприбывшая? – спросил он.

– Что? – опешила я.

О чём этот парень толкует?

– Я заметил радужные огни в небе, прибежал сюда, увидел тебя опечаленную, вот и подумал, что ты…

– Довольно, – прозвучал рокочущий женский голос позади меня.

Незнакомка, облачённая в чёрную шёлковую мантию, обогнула дерево, и подошла к светловолосому пареньку, осуждающе сверля его своим пронзительным чёрным взглядом. По сравнению с этим миловидным юнцом, располагающим к себе, она выглядела устрашающе: бледное безжизненное лицо без макияжа, чёрные короткие волосы, напоминающие вороньи перья, взлохмачены и торчат в стороны, будто сама смерть стоит передо мной во всей красе, только косы в руке нет.

– Ты что вообще здесь забыл? Это не твоя работа – встречать новоприбывших, – твёрдо произнесла девушка.

– Простите, – вмешалась я. – Может, вы мне объясните, что происходит? Кто вы? И что это за место?

Девушка резко перевела свой взгляд на меня:

– Объясняю, – ровно сказала она. – Это Элизиум. Мир, куда попадают погибшие необычные сущности.

Мои глаза расширились от её слов.

– Ты умерла, – поставила девушка меня перед фактом.

Умерла? Нет, не может быть! Я сплю! Я сплю! Надо проснуться!

Я стала щипать себя за руку. Всё сильнее и сильнее. Вплоть до мучительной боли.

Я должна проснуться, отчаянно командовала себе, но это не помогало. Всё по-прежнему. Стою на одном и том же месте, и вижу перед собой двух чудаковатых незнакомцев. А одна из них, так и вообще утверждающе произнесла, что я умерла. Бред какой-то!

– Понимаю, что тяжело в такое поверить, но ты правда умерла, как и все существа, находящиеся в этом месте, – с сожалением проронил юноша, и тут я почувствовала, как начинают гореть мои щёки, а на глаза наворачиваются слёзы. Заметив это, он тут же взял меня за руку, и я поразилась, насколько же горяча его кожа.

– Идём, – скомандовала девушка.

– Нет! – возразила я, выдёргивая руку, которую нежно держал парень. – Никуда я с вами не пойду! Я просто сплю, и…

Слёзы невольно покатились по щекам мощнейшим водопадом. Неужели это правда? В голове начали всплывать воспоминания сегодняшнего утра. Я была дома. Наслаждалась гордым одиночеством, купаясь в лучах апрельского солнца, которое согревало и спасало мою истерзанную душу и разум от мучительных кошмаров. Затем внезапно возникшее видение, пугающее меня день ото дня. В нём я видела огонь, поглощающий весь город целиком. Много невинных жизней заживо сгорали в языках пламени. Крики, муки людей раздавались душераздирающим эхом в моей голове, возникшее жуткое лицо, а затем… резкая боль в затылке, потеря сознания, и вот я здесь в своей мешковатой серой пижаме, в которой спала, а потом расхаживала по дому все свои выходные.

Незнакомец покосился на девушку:

– Зачем же так резко, Минди? – обратился парень к ней по имени.

Она злобно на него посмотрела.

– Лучше скройся с глаз моих и не мешай мне выполнять свою работу, малец.

Она перевела свой пронзительный взгляд на меня.

– Вставай, нам нужно отправляться в город, – сложа руки, отчеканила Минди.

– Сказала же, что не пойду, – отрезала я, вытирая слёзы.

Юноша вновь предпринял попытки дотронуться до меня, но я тут же отскочила.

– Прошу, пройдём с нами, Дейзи.

Услышав собственное имя от незнакомца, я содрогнулась.

– Откуда ты знаешь моё имя?

Парень, наклонив голову набок, произнёс:

– Оно витает над твоей головой.

– Дата рождения и смерти тоже, – добавила Минди. – Их все здешние обитатели видят.

– Эта способность появляется сразу же, как погибший попадает в этот мир, – говорит юноша. – А ты что, не видишь? – настороженно спросил он.

– Нет, – замотала головой я.

Они озадаченно переглянулись.

– Странно, – задумчиво сказал парень. – Такого случая у нас ещё не бывало. Да, Минди?

– Ни разу, – подтвердила его слова девушка. – По прибытии в город надо будет разобраться, что с ней не так.

Ага, не значит ли это, что я там какая-та избранная, особенная, как в тех дешёвых книжках про девушек-простушек, попавших магическим образом в другое измерение? Ей богу, мои уши завянут от подобной чепухи. Но, как бы то ни было, другого выбора у меня нет. Придётся идти. Быть может, выясню что-нибудь.

– Ой, – встрепенулся парень, будто вспомнил что-то важное. – Мои манеры… Позволь представиться, – взяв мою руку, начал он, – я Осберт – жрец света.

Жрец света? Теперь понятно почему от него исходит такая приятная доброжелательная энергия, хотя откуда мне знать об этом? Из игр и книг? Тоже мне пример.

– Приятно познакомиться, – с улыбкой произнёс парень, поцеловав мою руку, из-за чего мои щеки вспыхнули, на сей раз не от разрывающего мою душу горя, а от стыдливости.

– Прекрати, – взяв его за плечо, сказала Минди. – Ты её смущаешь!

Юноша испуганно вглядывался в моё пылающее от жара лицо.

– Так я смутил тебя? В твоём… мире это по-другому делается?

– Ну… не совсем… просто у нас… на словах… обычно, – запинаюсь я.

– Прости! Прости меня, – виновато склонил голову он. – Я не хотел смутить тебя.

Мне самой стало неловко, что передо мной пытается извиниться благовоспитанный юноша.

– Всё хорошо, – тихо сказала я и попыталась улыбнуться, но вышло, скорее всего, так себе. – Не бери в голову.

Осберт облегчённо вздохнул.

– Нам пора, – произнесла Минди.

– Да, – сказал парень, протягивая мне руку. – Идём, Дейзи?

Я кивнула, и подала руку Осберту, он тут же быстрым движением поднял меня, словно перо, витающее над землёй. Это произошло так внезапно, что резко закружилась голова, и мне с трудом удалось устоять на ногах. Хорошо, что Осберт вовремя среагировал и подхватил меня второй рукой, положив её на мою талию. Лицо парня было так близко, наши с ним взгляды встретились, и мы какое-то время стояли, не двигаясь, как в душных фильмах про отношения между парнем и девушкой. Как вспомню о подобных картинах, которые крутили в кинотеатрах, аж тошнота подступает.

– Спасибо, – дрожащим голосом промолвила я, отстраняясь от Осберта. – Ведите, куда вы там хотели.

Мои новые и первые знакомые в этом мире молча развернулись и размеренными шагами направились к еле заметной тропке, ведущей к каменистой дороге. Я шла за ними следом, настороженно оглядываясь по сторонам.

Повсюду мелькали живописные горы, поросшие лесом. Я невольно залюбовалась пейзажем. Как странно, при жизни я не замечала и не ценила той красоты, которая окружала меня. Мне всегда всё казалось таким блёклым и мрачным, даже люди вокруг. Выйдя на дорогу, ребята ускорились. Шли они чуть ли не бегом, и я еле поспевала за ними. Ещё через пару минут мы свернули на неприметную дорогу и пошли вверх по холму, петляя среди величественных по своей высоте деревьев. Вдалеке мелькала горная река.

Прошли немного дальше, и взору открылся зелёный склон, по которому сбегали домики, примостившиеся под навесом деревьев. От невероятно красоты у меня захватило дух.

Я следом за спутниками прошла по петляющей меж домов дороге и остановилась у здания из белоснежного кирпича, увитого незнакомыми мне радужными цветами. Оно стояло на возвышенности, внизу вилась река.

– Мы пришли, – улыбнулся Осберт, подведя меня к крыльцу. – Проходи, красавица.

Минди без особых усилий открыла массивную дверь, приглашая меня внутрь.

Осберт галантно пропустил меня вперёд.

Зайдя внутрь здания, я принялась его рассматривать. Полы мраморные, на монолитных стенах были высечены изящные узоры, по бокам парили в воздухе сферы разных цветов.

– Сюда, – позвала Минди.

Она размеренно двинулась через холл, не дожидаясь меня. Только Осберт держался рядом, легонько касаясь кончиками пальцев моей руки, думая, что я не замечу, но отстраняться не стала. С ним мне отчего-то спокойнее. Ах, да! Он же жрец! Правда, я не знаю какими невероятными способностями обладают настоящие жрецы, а не такие, какими их прописывают авторы фантастических романов и разработчики современных видеоигр. Надо будет чуть позже поинтересоваться у Осберта.

Минди резко остановилась, когда мы дошли до двери из красного дерева.

– Дверь закрыта, – сообщила она. – Его нет на месте. Будем ждать, – скрестив руки, добавила Минди.

– Его? Это кого? – тихо спросила я.

– Того, кто поможет тебе здесь освоиться, – произнёс Осберт. В его голосе я уловила толику печали, хотя виду он старался не подавать. Обычный стабильно-счастливый человек, вероятно, не заметил бы такую мелочь, но мне, как существу, находящемуся в постоянной депрессии из-за вечных беспокоящих мой разум видений, видна перемена настроения, даже если она незначительна.

Единственное, чего я не могла понять: почему ему стало так грустно из-за девчонки, которую он знает, дай бог, около часа, если не меньше.

Прошло каких-то пару мгновений, как вдруг Минди встрепенулась, и пристально поглядела на нас с Осбертом.

– Мне нужно отойти. Возникли дела, требующие непосредственного вмешательства, – мрачно промолвила Минди. – Осберт, справишься тут без меня?

– Можешь не беспокоиться, Минди, – учтиво произнёс парень. – Всё будет в порядке.

Девушка благодарно кивнула и без лишних разговоров ринулась к выходу. Так мы с Осбертом остались вдвоём.

– Всё хорошо? – кладя свою ладонь мне на плечо, поинтересовался он.

– Не знаю, – честно ответила я. – Я умерла, и… мне трудно это принять.

– Понимаю, – сказал Осберт. – Первое время всегда тяжело смириться с тем, что ты мёртв. Но со временем привыкаешь, и жизнь здесь кажется не такой уж и плохой. Единственные, кто не чувствуют боль и утрату, не оплакивают свою смерть и не вспоминают близких, так это такие как Минди. Жнецы.

– Минди – жница? – спросила я.

– Да, одна из тех, кто стоит между жизнью и смертью. Забирает души и сопровождает их в Элизиум.

– Это она меня… забрала, получается?

Осберт отрицательно покачал головой.

– Нет, тебя забрал другой. Но сопроводить тебя не смог, вероятно, у него возникли неотложные дела, поэтому тебя встретила Минди, – он призадумался. – Хотя если так пораскинуть, то первым встретил тебя я, красавица, – парень улыбнулся.

– Точно, – смущённо сказала я. – Прости, что спрашиваю, но… почему ты называешь меня «красавицей»?

Красавица… Я? Как же. У меня тонкие тёмные волосы чуть ниже плеч, бледная сероватая кожа, густые чёрные брови, огромные серые глаза и опухшие из-за недосыпов веки, маленький курносый нос усеян веснушками, пухлые хомячьи щёки и узкий недовольный рот. Ростом я также не вышла. Как перестала расти лет в тринадцать, так и осталась низкорослой девчонкой. А вот фигура с возрастом стала лучше. Пожалуй, единственное, чем природа меня не обделила.

Парень внимательно глядел мне в лицо.

– Все женщины красавицы, Дейзи, – поглаживая большим пальцем мою руку, произнёс Осберт. – Ты совершенство. Во всех смыслах.

– Совершенство? – нервно расхохоталась я. – Тебе хватило всего часа, чтобы понять это?

– Именно. Я вижу твоё сердце, – тихо произнёс он. – Моё нутро меня никогда не подводит.

От его слов я резко перестала смеяться.

– Умереть в столь юном возрасте страшно, – его голос подрагивал. – Я знаю, каково это. Но Элизиум даёт нам шанс наверстать упущенное. Шанс длиною в вечность.

Вечность? Это что же, получается, я останусь здесь навечно? Никакого забвения? Пустоты? Похоже, мои представления о смерти весьма скудны. Любопытно, какие ещё сюрпризы мне следует ожидать?

ГЛАВА 2

ЗАБВЕНИЕ

– А тот, кого мы ждём… кто он? – Я уже, признаться, потеряла счёт времени, сколько мы ждём одну единственную персону, и мне просто хотелось чуточку разрядить обстановку.

– Хорас его зовут, – серьёзно ответил Осберт. – Верховный чародей.

Перед глазами начал вырисовываться образ этого самого чародея. Серьёзный собранный мужчина, у которого всё разложено по полочкам. Учтивый и благовоспитанный. Должно быть, он зрел и мудр, раз его называют верховным.

– Хочу предупредить, – перешёл парень на шёпот. – Внешность может быть обманчива, как и поступки.

Говорил Осберт с осторожностью, боясь, что его кто-то может услышать.

Внезапно, раздались чьи-то шаги неподалёку.

Незнакомая фигура вынырнула из-за угла, отчего Осберт тут же напрягся.

К нам вальяжной походкой направлялся молодой мужчина, примерно лет двадцати пяти. Одет он был в белую рубаху. Бархатный кафтан цвета синего сапфира был полностью расстёгнут, можно предположить, что молодой мужчина носит его вместо плаща. Чёрные блестящие брюки едва ли касались пола, и из-под них выглядывали черные лакированные туфли на невысоких каблуках. На его лице царила наглая ухмылка. Длинные светло-русые волосы с серебряной прядью на боку струились волнами по плечам. Его глаза, как два ярких изумруда, излучали невероятный блеск, а взгляд был, как у хитрого лиса.

– А вот и он, – указал рукой в сторону мужчины Осберт.

Молодой человек быстрым шагом подошёл к нам.

– Осберт? – изогнув бровь, произнёс он.

– Здравствуй, Хорас, – учтиво произнёс парень. – Мы к тебе.

Так это и есть тот самый Хорас? Ну и ну… Не так я себе представляла верховного чародея.

– Новоприбывшая? – приблизился ко мне мужчина почти вплотную. – Дейзи Дрезден. Родилась двенадцатого февраля в две тысячи шестом году. Умерла шестнадцатого апреля в две тысячи двадцать третьем, – произнося данные, которые, как мне объясняли Минди с Осбертом, витали над головой, Хорас усмехался. – Всего-то семнадцать несчастных лет. Должно быть, это печально… быть изгоем и непонятой родителями, – хмыкнул он.

Его манера речи звучала издевательски, и я с трудом сдерживалась, чтобы не влепить ему звонкую пощёчину. Осберт заметил перемену в моём лице и поспешил взять меня за руку. Как ни странно, но это помогло чуточку усмирить гнев.

– Пройдёмте в мой кабинет, – сказал Хорас, пропуская нас вперёд.

Внутри творился настоящий хаос. Везде разбросаны книги и какие-то бумаги. Толстый слой пыли на мебели щекотал ноздри. Деревянные половицы неприятно скрипели под ногами, аж зубы сводило. Комната так и пропитана мраком и старостью. Единственным источником света служило небольшое окно, но и оно было частично прикрыто старыми бордовыми шторами.

Возникло дикое желание покинуть сей кабинет, чтобы уберечь свои органы чувств, но Осберт крепко держал меня за руку. Я мельком взглянула на него, и он легонько покачал головой. Наверняка понял, что я намеревалась сделать.

– Располагайтесь, – сказал Хорас, указывая нам на кожаные рваные кресла, стоявшие напротив его письменного стола, на котором также царил беспорядок. А сам уселся в роскошное кресло с бархатистой обивкой багрового цвета, закинув ноги на стол. – Итак, Дейзи Дрезден, слушаю тебя, дорогая, – соединив перед собой подушечки пальцев, произнёс мужчина.

Я не знала, что ему говорить. И как вообще мне стоит себя вести. Посмотрела на Осберта в поисках поддержки, и он не подвёл.

– Дейзи не видит информацию об обывателях, – начал Осберт. – Ты знаешь что-нибудь об этом?

Хорас задумался.

– Причина может быть в её даре, – ответил он без надменности. – Точнее… в неумении им пользоваться, или же само подсознание заперло его на замок. Я более чем уверен, что, ты, Дейзи Дрезден, хотела избавиться от этого бремени. Что ж, поздравляю, ты получила то, о чём так долго мечтала, – Хорас вновь усмехнулся.

В его словах я уловила долю истины. С момента появления в этом неизвестном мне мире я перестала видеть и слышать то, что другие люди не могли. Хоть и прошло совсем немного времени, но чувствую себя как-то иначе, будто сбросила оковы, сковывающие меня изнутри. Неужто долгожданная свобода? Или я всё же что-то упускаю?

– Ты стремительно… как бы сказать, очеловечиваешься, – продолжил Хорас.

– Это плохо? – спросила я.

– Если предпочитаешь забвение, то нет, – ответил Хорас. – Но поверь, в нём нет места чему-либо. Только пустота, – его взгляд стал мрачным. – Элизиум – прекрасное место для продолжения жизни и новых возможностей.

– Хорас прав, Дейзи, – улыбнулся Осберт, глядя на меня. – Тебе здесь понравится.

Никогда не думала, что передо мной будет стоять нелёгкий выбор: впасть в забвение, утратить былые воспоминания и забыть о боли, или попытаться принять свой дар, продолжить жить в мире ином целую вечность.

– Прими решение как можно скорее, Дейзи Дрезден, – прервал мои размышления Хорас. – У тебя есть месяц, чтобы всё обдумать и взвесить, – он глубоко вздохнул. – Никогда не думал, что придётся озвучивать сущности его право на выбор, ибо все души, попавшие сюда, были рады второму шансу. Не так ли, Осберт? – перевёл свой взгляд на юношу.

– Да, – тихо ответил Осберт.

– Вот видишь? – Хорас развёл руками, потянулся к близ стоящей полке, которую я заметила только сейчас, и вытащил из неё какой-то предмет. – Возьми, – поставил он передо мной малюсенькую бутылочку, наполненную ярко-синей жидкостью. – Она временно затормозит процесс «очеловечивания».

Я дёрнулась.

– Без неё ты и двух дней не протянешь, мотылёк.

– Мотылёк? – удивилась я от нового обращения к себе. Осберт и вовсе скривился.

– В моём мире очень ценили мотыльков, – как-то странно улыбнулся Хорас. – Они – олицетворение прекрасного.

Я невольно начинаю краснеть. Хочется убраться отсюда поскорее. Не имею абсолютно никакого желания выслушивать философию от парня, который мне неприятен.

– Странная реакция у тебя, – заметил Хорас, и усмехнулся. – Хотя… для девушки, которая ни разу в жизни не слышала ни одного приятного словечка от своих же родителей, должно быть… это норма? – он моментально вскочил с места, и, обойдя стол, встал позади меня. – Не переживай, ты мне не интересна, Дейзи Дрезден, – шепнул на ушко.

Осберт облегчённо вздохнул после слов, сказанных Хорасом.

– И советую не пренебрегать своим временем и даром, – указывая на бутылочку с жидкостью, произнёс мужчина. – Ищи себе наставника.

– Наставника? – изогнула бровь я.

– Ну, да. А ты думала, что всё это время будешь бродить по лесам и городу без дела? – звонко расхохотался Хорас. – Как бы не так.

– И где мне искать этого самого наставника? – передразниваю его.

– Я могу! – радостно заявил Осберт. – Я могу быть твоим наставником, красавица!

Я озадаченно взглянула на паренька. Он так светился от радости, что возразить побоялась. Хорас также посмотрел на Осберта, а затем перевёл взгляд на меня.

– Значит, решено, – произнёс Хорас. – Ты, Осберт, отвечаешь за неё. Уж постарайся наставить её на путь истинный.

– Разумеется, – сказал парень, и взял бутылочку, которая предназначалась мне. – Не забудь, – протягивает он мне.

Я беру бутылочку и прячу её в боковой карман своих пижамных штанов.

– И ещё, Осберт, – его голос стал серьёзнее, – как наставник… помоги ей тут освоиться, прогуляйся с ней по окрестностям и покажи жилище.

– Понял, – произнёс Осберт.

– Вот и отлично, – улыбнулся чародей. – Ступайте.

Мы с Осбертом встали почти одновременно. Он поправил сюртук, и направлялся уже к двери, увлекая меня за собой. В моменты, когда Осберт брал меня за руку, я чувствовала себя маленькой девочкой, за которой надо пристально приглядывать.

Покинув тёмный пыльный кабинет мистера чародея, Осберт вёл нас к выходу из здания.

– Ну и тип этот Хорас, – возмутилась я.

Осберт негромко рассмеялся.

– Я ведь говорил, что внешность и поступки могут быть обманчивы.

– И как это связано с Хорасом?

– Он неплохой парень, – сказал Осберт. – Просто надевает на себя маску высокомерия перед всеми, а на деле Хорас другой. Только молодым девушкам надо быть с ним поосторожнее.

– Почему?

– Скажем, он может одним своим словом влюбить в себя красавицу, воспользоваться ею, а потом…

Он прервался.

– Разбить сердце? – решила продолжить я.

– Именно, – кивнул Осберт. – И признаться, я начал беспокоиться, когда он назвал тебя мотыльком.

– Почему?

– Мотылёк имеет очень глубокое значение во всех культурах, но в мире, откуда родом мы с Хорасом…

– Вы из одного мира? – удивилась я.

– Да, но из разных временных промежутков, – ответил Осберт. – Хорас старше меня на пару сотен циклов. – Но мало что поменялось за это время.

– Ясно.

– И я не хочу, чтобы тебе причинили боль, Дейзи.

Не знаю, что и ответить на его слова. Мне, конечно, приятно, что за всё время хоть кто-то проявляет свою заботу, но нужно ли это вообще?

– Идём, покажу тебе твоё новое жилище, – перевёл тему Осберт.

– Хорошо, – сказала я.

В городе было довольно людно и шумно, но никто никуда не спешил, что меня начало радовать. Вот только, все без исключения почему-то таращились в нашу сторону, из-за чего мне становилось не по себе от пристальных взглядов сущностей.

– Почему они глазеют на нас? – полушёпотом спросила я у Осберта.

– Они смотрят на тебя, – игриво произнёс он. – Ты ведь новоприбывшая.

– Мне становится дурно от многочисленных взглядов, – пожаловалась я.

– Пройдёт. Я помогу тебе справиться со всеми трудностями, обещаю.

– А если я не хочу? Быть может… предпочту уйти в забвение.

Осберт резко остановился, что я чуть не врезалась в его спину.

– Послушай, Дейзи, – глубоко вздохнув, Осберт обернулся ко мне, и положил руки на мои плечи. – В забвении нет ничего хорошего. Те души, которые попадают туда, то и дело переживают последние минуты своих жизней. Не думай, что забвение – полное небытие. Это далеко не так.

– Откуда тебе знать? Ты был там?

– Нет. Хорас там бывает иногда, – в глазах парня отражалась печаль. – Он ищет души тех сущностей, кто не попал в Элизиум по тем или иным причинам. Намерения у него альтруистические, однако это его и самого губит.

– Как это?

– Его душа, точнее, его рана становится глубже. Я чувствую это, и неоднократно предлагал ему свою помощь, но он всё упрямится, говорит, мол, сваренные им зелья восполняют силы и рассеивают пустоту, накопившуюся во время пребывания в забвении, – Осберт поник. – Но ни одно зелье не способно излечить душу. Впасть в забвение легко, но выбраться почти нереально, а если и получится, то… только наполовину.

– И что это значит? – я не смогла сдержать своего любопытства, ведь мне следует принять непростое решение.

– Ну, снаружи сущность выглядит как обычно, а внутри… будто мёртвая, гнилая, – он говорил об этом с отвращением. – Идём, я покажу тебе, – указывает Осберт вперёд.

Мы сделали всего пару шагов, завернули за угол деревянного дома, и шли до тех пор, пока не упёрлись в возведённую впереди монолитную стену.

– Нам сюда, – указывает он на маленькую, почти незаметную, дверцу с правой стороны.

Парень отпирает её аккуратно и первый проходит внутрь, оглядывается по сторонам. Убедившись, что никого из посторонних нет рядом, и нам ничего не угрожает, Осберт подаёт мне руку, чтобы я случайно не споткнулась о металлические ступеньки.

– Вот, посмотри, – тихо произносит он.

Я поднимаю голову, и меня пробирает ужас до костей. Передо мной десятки безжизненных душ, напоминавших фарфоровых кукол, смотрели куда-то в пустоту. Их глаза застилало бельмо, а лица не выражали ни единой эмоции.

– Боже, – вырвалось у меня.

– Вот что ожидает тех, кто попадает в забвение, Дейзи, – грустно промолвил Осберт. – Теперь понимаешь?

– Да, – прошептала я. – Но… почему они здесь? – вопрос, который меня начал мучить. Зачем их сюда поместили? И кто?

– Они сами умоляли их вытащить из забвения. Хорас достаточно чувствителен и милосерден на самом деле, и сильно связан с каждой неприкаянной душой. Слышит их зов. Возможно, другой бы на его месте махнул рукой и оставил всё как есть без угрызения совести. Но только не Хорас. Он считает, что каждый заслуживает второго шанса, однако, даже попав в Элизиум, они продолжают находиться в том состоянии, в котором были в забвении, ибо их душа всё равно что умерла, – рассказывает Осберт с горечью.

– Ну а ты? – глядя на него решила спросить я. – Ринулся бы спасать их?

– Без колебаний, – твёрдо ответил он. – Мне жаль каждого, и все заслуживают милости.

От его слов у меня почему-то наворачиваются слёзы, но мне удаётся сдержать наплыв своих бурных эмоций.

С Осбертом мы знакомы считаные часы, а кажется, будто всю жизнь. От него исходит та энергия, которой мне всегда не хватало. С ним приятно находиться рядом, чувствовать прикосновения его тёплых рук. Будь мы в мире живых, быть может, он мог бы стать моим первый другом.

– Им можно помочь? – спросила я.

– Хорас пытается изобрести лекарство, которое вдохнёт в них жизнь, – ответил парень. – Мы с ним даже как-то решили объединить усилия, но я жрец, а не само божество. Моих умений и сил недостаточно, к сожалению, – вздыхает Осберт.

Его рассказ заставил меня сильно задуматься. А что, если я стану такой же? Что, если мне придётся каждый раз видеть свою внезапную кончину? Или видение, которое и сгубило меня? От таких мыслей у меня внезапно начали трястись руки, но благодаря услышанному и увиденному я смогла принять для себя решение.

– Знаешь, Осберт, – произнесла я.

– Да?

– Я хочу остаться в Элизиуме. Научи меня всему, – шепчу ему, глядя в его золотистые глаза.

– Ты приняла верное решение, красавица, – в голосе звучало одобрение. – Помогу, чем смогу.

– Давай уйдём отсюда, – мой голос дрожал.

– Да, – кивнул Осберт и вывел нас из этого страшного места.

ГЛАВА 3

НОВЫЙ ДОМ

Настроение было паршивым после увиденного зрелища. Никогда ещё не чувствовала себя настолько гадко. Осберт, казалось бы, улавливал всё то, что испытываю сейчас, и поспешил разрядить обстановку.

– Пошли! Покажу тебе твой домик. А то мы слишком задержались, – хохоча, говорит он.

Мне нравится его смех. Такой звонкий, как тысяча маленьких колокольчиков. Пожалуй, это одно из самых странных сравнений, но других ассоциаций в голове пока не возникает.

– Ага, – я стараюсь выдавить из себя улыбку.

– Почти на месте, – сообщил Осберт, когда мы приближались к цветущему саду. – Вид здесь изумительный! Под стать тебе, Дейзи.

Я открыла рот от удивления. Передо мной стоял небольшой домик, покрытый зеленью и усеянный цветами всех цветов радуги. По обе стороны дома росли фруктовые деревья и кусты с сочными ягодами. Деревянная арка возле входной двери вся увита диким виноградом. Настоящий рай.

– Нравится? – спросил Осберт. – Проходи, красавица, располагайся, – он открыл передо мной дверь.

Зашла внутрь, и меня накрыла волна разочарования. В помещении было пусто. Не столь огорчало отсутствие мебели, как совершенно голые стены и земляной пол. Вот тебе и жилище. Мило.

– Можешь обустроить здесь всё так, как сама пожелаешь, – кладя руку на моё плечо, произнёс Осберт.

– Так на это уйдёт уйма времени, – поразилась я его лёгкости.

– Включи свою фантазию, Дейзи, – его рука спустилась ниже, и я дрогнула.

Фантазия… Сколько раз за всю жизнь слышала это слово на приёме у психотерапевта.

– Умерь свою фантазию, Дейзи, – голос звучал откуда-то издалека. – Очнись, – внезапный хлопок у меня перед носом заставил пробудиться.

Я открыла глаза, и увидела перед собой молодого мужчину в белом халате – это был доктор Кантье. Всего месяц я ходила к нему на сеансы гипноза под строгим контролем родителей, но результатов никаких. Хотя сам доктор уверял, что мы уже на пути к полному излечению. Вот только кошмары мои никуда уходить не собирались. Я постепенно начала забывать, что такое сон и простое общение с людьми. Но доктор Кантье не желал меня даже слушать, настаивал на своём и кичился тем, что у него научная степень, и таких «заядлых обманщиц», как я, он видит насквозь. Идиот, а не доктор.

Родители тоже были недовольны, но не работой доктора, а мною. Ссылались на юношеский максимализм, что я, якобы, пытаюсь привлечь к себе внимание, называли грёбаной истеричкой, хотя истерики-то я никогда не закатывала. Всё держала в себе до первого приступа, но я тогда просто потеряла сознание в ванной комнате. Решила всё рассказать родителям, чтобы приняли меры, а они только плечами пожали, да пачку крупных купюр мне в лицо кинули, мол, иди, развейся, а нам не мешай.

Спустя какое-то время, когда моё ментальное состояние стало давать сбой, отец с матерью вдруг спохватились. Возили по клиникам, искали лучших психотерапевтов, организовывали дорогие поездки по «местам силы», заставляли медитировать, заниматься йогой и прочей ерундой, которая мне не помогала. Затем выставляли меня виноватой, ничтожной эгоисткой, причём делали это публично. Мать и вовсе выпалила однажды, что лучше бы я не рождалась на этот свет. Конечно, на следующий день она извинилась, но отпечаток в душе всё равно остался. Мы практически перестали общаться, и, возможно, это прозвучит отвратительно, но я была рада такому раскладу. Только отец как-то старался, контактировал со мной через силу. Его стойкость меня порой удивляла, а вот мать быстро сломалась и потеряла контроль над ситуацией и собой.

Не знаю… скучаю ли я по родителям? По дому, школе и своей уютной светлой комнате, где было абсолютно всё для полного счастья подростка: ноутбук, рабочий белый стол, гардероб, набитый брендовой одеждой, которую я не носила, просторная двухместная кровать с полупрозрачным балдахином, светильник в виде полумесяца, картины с пейзажами домов и природы, различные журналы, книги любимых авторов, например, Говард Лавкрафт, Стивен Кинг, Джордж Мартин, Джон Толкин, Джоан Роулинг. Хотелось бы оказаться в такой же непринуждённой атмосфере, где мне было хорошо и комфортно. В своей уютной крепости.

– Дейзи! – голос Осберта вырвал меня из воспоминаний и размышлений.

Я распахнула глаза, и увидела, что захолустное помещение, из которого мне хотелось пару мгновений назад сбежать, преобразуется в мою комнату! Фантастика!

– Это нереально! Такое разве бывает? – поразилась я.

– Бывает. В Элизиуме, – улыбнулся Осберт. – Милая комната. Такая у тебя была при жизни? – осторожно спросил он.

– Да, – ровно ответила я. – И она мне нравилась. Моя крепость.

– О, понимаю, – его улыбка стала шире. – Свою я тоже из жизни перенёс. Хочешь, покажу? Правда находится моё жилище в самом конце. Возле холма.

– Как-нибудь в другой раз, – отвертелась я.

Мне ой как не хотелось обнадёживать паренька. Сначала простой показ, потом просьба остаться на ночь… Что дальше? Даже думать не желаю.

– Как пожелаешь, красавица, – Осберт улыбался, но на его лице пробежала тень досады, и мне отчего-то стало неудобно перед ним.

– Я бы не прочь осмотреться по окрестностям, – говорю я, обводя глазами пространство. – Составишь мне компанию?

Глаза Осберта заблестели.

– С удовольствием!

– Чудесно. Только мне нужно переодеться, – намекаю я, чтобы Осберт не подсматривал.

– Да, конечно! Подожду тебя снаружи, – он направился к выходу.

Чудо, а не парень! Жаль, что в своей жизни не смогла повстречать такого. Да куда уж там… с моими-то тараканами в голове и нежеланием общаться с кем-либо. Глупости всё это.

Я тряхнула головой, прогоняя ненужные мысли, подошла к шкафу с одеждой, которую ни разу не надевала. Даже этикетку не срывала, всё на потом оставляла. Кто бы мог подумать, что этого «потом» уже не будет? Как-то странно. Испытывать чувство предвкушения каких-либо левых событий, но не увидеть собственную кончину. До чего же бесполезный дар. Или это я беспробудно глупа, что не смогла управлять своей силой? А может, и всё вместе. Кто его знает?

Мой выбор остановился на небесно-голубом летнем платье в пол. Его мне подарили родители на мой шестнадцатый день рождения, но надеть его так и не решилась. Думаю, сейчас пришло время принарядиться.

Когда начала снимать свои пижамные штаны, из кармана вылетела бутылочка с жидкостью, про которую я совсем позабыла. Благо она не разбилась, когда стукнулась оземь.

Я подняла её, и убрала в ящик стола от греха подальше. Как вернусь с прогулки, сразу же выпью содержимое. Надеюсь, хуже от неё мне не станет, не так ли?

Через пять минут я была готова. Когда вышла из дома, то не обнаружила Осберта. Оглянулась по сторонам, походила по территории, а его нигде нет. Неужто пару минут подождать не мог?

Я уже хотела вернуться обратно в дом, как вдруг слышу знакомый голос издалека.

– Красавица! – это был Осберт со своей лучезарной улыбкой. Кажется, в руках он что-то нёс.

– Осберт! – кинулась я ему навстречу.

– Ты, должно быть, уже подумала, что я ушёл, так и не дождавшись тебя? – спросил он.

– Ну, есть такое, – призналась я.

– Я бы так никогда не сделал, Дейзи, – тихо промолвил Осберт. – Никогда.

Он наклонился ко мне так близко, что я почувствовала его дыхание, запах… От парня исходил аромат гардении, такой нежный, сладкий, успокаивающий. И я вновь почувствовала как мои щеки начинают гореть.

– Я принёс тебе угощение, – в руках он держал какое-то непонятное красное растение. – Это драконий фрукт. Очень вкусный.

Я ахнула.

Про драконий фрукт я была наслышана от родителей, будучи ребёнком. По их словам, на вкус он как киви с бананом, очень сладкий и сочный. Самой испробовать плод так и не представилось возможности, а Осберт просто взял и принёс мне его.

– Сейчас его разрежу, – произнёс парень, и буквально из ниоткуда в его руке появился маленький золотистый ножичек.

Осберт молниеносно разрезал фрукт пополам. Одну половинку он протягивает мне. Плод оказался с белой мякотью и чёрными маленькими семечками.

– Держи ложечку, – в руке юноши вновь появился предмет из воздуха, и я ошарашенно смотрю то на Осберта, то на золотистую с красивыми узорами десертную ложку.

– Как? Как ты это делаешь? – спросила я.

– Всего лишь плод воображения, – улыбнулся он. – Ты тоже так сможешь. Я научу тебя.

– Правда?

– Конечно, я же обещал, – ласково произнёс Осберт. – Не бойся. В беде не брошу. Всегда помогу. А теперь пробуй, – указывает он на спелый фрукт.

– Спасибо, Осберт, – благодарственно улыбнулась я, принимая угощение.

Я зачерпнула ложкой мякоть фрукта, и преподнесла её к губам. Приоткрыла рот, и с настороженностью кончиком языка проверяю на вкус. Даже в таком малом количестве мне удалось прочувствовать всю его сладость. Возникло ощущение, будто я на райском острове вкушаю сей плод. Его мякоть текстурой напоминает инжир. Я люблю инжир. Сочный фруктовый микс освежает, приятно заполняет рот, и я таю в блаженстве от невероятно насыщенного вкуса драконьего фрукта.

– Ну как? – поинтересовался Осберт.

– Вкусно, – кратко ответила я.

– Рад, что тебе понравилось, – улыбнулся он. – Когда сам его попробовал впервые, не мог остановиться.

– Понимаю, – с губ невольно сорвался смешок, вместо ответной улыбки.

– Если захочешь ещё, то скажи мне. Я принесу их для тебя.

– Можешь показать, где они растут, я сама соберу, – промолвила я.

Мне не хотелось нагружать его лишний раз своими потребностями. Он и так за пару часов сделал для меня больше, чем кто-либо. Надо будет отблагодарить его за доброту, но в рамках разумного, конечно.

– Ой, что ты… Мне нетрудно, красавица, – расхохотавшись, он махнул рукой. – Но, если хочешь, пойдём, покажу тебе, где растёт этот райский фрукт. Заодно и другими красотами полюбуешься.

– Было бы чудесно, – улыбнулась я, и пошла следом за Осбертом, продолжая услаждать себя фруктом.

ГЛАВА 4

САД

Мы шли по протоптанной тропинке по лесу, пробираясь сквозь заросли. За всё время я трижды чуть не упала, но Осберт подхватывал меня, предупреждал, направлял.

Дорожка выдалась нелёгкой, но это не мешало мне наслаждаться увиденным и подмечать какие-то детали.

Шагали до тех пор, пока не уткнулись в шторку из лиан и, когда Осберт её отодвинул, меня ослепил свет, я тут же зажмурила глаза. Открыла их, и передо мной открылся сад, утопающий в ярких лучах солнца.

Вокруг все было в бело-зелёном сиянии, цвели фруктовые деревья. Между ними росли полевые цветы, а под ногами прогибалась мягкая трава.

Я изумлённо озиралась. Цветущие деревья, цветы с невероятно знакомым ароматом, птицы, порхающие бабочки с нежно–голубыми крыльями.

– Восхитительно! – ахнула я.

– Это только начало, – улыбка Осберта была воодушевляющей. – Дальше ещё интереснее. Пройдём же.

Придерживая лианы, он ждал, когда я пересеку границу между тёмным зелёным лесом и ярким светлым садом.

Приятный ветерок гулял среди деревьев, неподалёку журчал ручей, повсюду было слышно щебетание птиц. Я развела руки и побежала вперёд по каменистой дорожке, свернула за кустовыми розами и увидела впереди прудик.

– Как тебе? – позади меня донёсся довольный голос Осберта.

– Волшебно, – прошептала я, глядя в кристально чистую воду, в которой резвились разноцветные рыбки. – Сразу видно, что сделано с любовью.

Осберт как-то странно улыбнулся.

– Благодарю, – произнёс он.

Я чуть приоткрыла рот, оглядываясь вокруг.

– Так это ты создал такую красоту?! – удивилась я.

Парень замялся.

– Лишь малую часть. В основном тут потрудились феи.

Я опешила.

– Феи? Здесь есть ещё и феи?

Удивление смешалось с восторгом.

– Конечно, – кивнул Осберт. – Правда, они не особо общительны. То есть, крайне избирательны.

Значит, то, что было написано в книгах об этих сказочных созданиях – не выдумка. Уже хорошо. Интересно, а мне удастся с ними пообщаться, или станут отбрыкиваться от моего общества?

– Получается, ты для них избранный, да?

– Возможно, – пожал плечами Осберт. – Со мной феи сразу вышли на диалог.

– Неудивительно, – улыбнулась я. – Ты весь такой солнечный и радостный. Умеешь располагать к себе.

Глаза парня расширились, а рот чуть приоткрылся.

Чёрт! И надо же было такую ерунду ляпнуть.

– Ты мне нравишься, Дейзи, – его лицо мгновенно переменилось, а в голосе была нежность, но мне отчего-то стало боязно, и я чуть отстранилась от Осберта. – Я что-то не так сказал?

Тот же вопрос крутился в моей больной голове пару мгновений назад.

– Нет-нет, – запинаюсь я. – Всё в порядке.

– Опять я тебя смутил? – виновато посмотрел Осберт. – Прошу прощения.

– Нет же, – возразила я. – Просто мне всё это в новинку. Признаться, ты первый, кто вообще заговорил со мной, не считая взрослых, конечно.

– Тогда привыкай, – Осберт взял меня за руку, и побежал дальше по саду, увлекая меня за собой.

– Осберт… Осберт! Куда мы? – Моё дыхание сбилось от бега.

– Сейчас увидишь, – хохоча ответил он, и побежал ещё быстрее по склону. Отчего-то становилось прохладно.

Спустившись, я начала улавливать шум воды и… смеха.

Осберт тут же перешёл на шаг, и я нечаянно уткнулась лицом в его спину.

– Ой! – воскликнула я.

Парень на мой вопль тут же обернулся.

– Ты в порядке? – обеспокоенно спросил он.

– Да, – тихо промолвила я. – Какая же я всё-таки неуклюжая, – осуждаю сама себя.

– Глупости, – произнёс Осберт, запуская пятерню в прядь моих волос.

Наши лица были так близко друг другу, что я могла ощутить кожей его спокойное дыхание.

Внезапно Осберт пошатнулся. Его тело подалось вперёд прямо на меня! Я пыталась устоять на ногах, и удержать Осберта, но попытка успехом не увенчалась. Создавалось ощущение будто на меня падает не стройный юноша, а огромнейший валун. От испуга я с усилием зажмурила глаза, и полетела вниз.

Спиной я приземлилась на упругую траву, именно она чуточку смягчила падение. Я распахнула глаза, и увидела нависающего надо мной Осберта. Его лицо выражало ужас, словно перед ним вся жизнь пролетела.

– Прости! Прости! Я не понимаю…

Его голос перебивал чей-то смех, раздававшийся недалеко от нас.

– Целуйтесь, сладкая парочка! – саркастически воскликнул мужской, знакомый мне голос. Хорас.

– Хорас! – хмуро произнёс Осберт, поднимаясь на ноги. – Зачем ты это сделал?

Он что, применил чары против нас?

Мужчина расхохотался ещё сильнее.

– Вот видишь, что я могу? – расхваливал он себя кому-то. – Помогаю тут голубкам сделать первый шаг.

– О, Хорас, ты такой могущественный! – Со стороны доносился нежный девичий голосок.

– А вас, верховный чародей, не учили, что вмешиваться в чужое пространство невежливо? – подала голос я, продолжа лежать. Только голову приподняла.

– Согласен, – поддержал меня Осберт. – Хорас, если ты верховный чародей, то это не значит, что имеешь право управлять другими сущностями, как тебе заблагорассудится.

– Я лишь оказал вам услугу! – Он явно был доволен собой, только мы с Осбертом выражали недовольство.

– Не делай так больше, – буркнул парень.

– Ладно, – цокнул языком Хорас. – Идём отсюда, Марта, лучше покажу тебе убранство своей комнаты, – его голос стал ниже на последнем слове.

Чувствую, не только убранство он намеревается ей показывать.

– Кстати, Дейзи Дрезден, не откладывай с зельем, которое я тебе дал. Часики тикают, – усмехнулся он, и удалился прочь с девушкой, которую мне не удалось рассмотреть.

Осберт облегчённо вздохнул.

– Ушли, – подойдя ко мне, произнёс он. – Прошу прощения за столь неловкую ситуацию, я…

– Всё хорошо, Осберт, – я пыталась улыбнуться. – Ты не виноват.

– И всё же, Дейзи, – склонившись надо мной промолвил он, – я чуть не сделал того, чего ты не хотела.

– О чём ты? – я, конечно, догадываюсь, что парень имел ввиду, но будет лучше услышать это от него.

Он отвёл взгляд в сторону.

– Поцелуй, – почти шёпотом промолвил Осберт, и я чуть приоткрыла рот.

Не могу сказать однозначно насчёт поцелуя, у меня ведь никогда его не было. Помню в школе девчонок, которые мусолили тему о первых поцелуях вплоть до мельчайших подробностей. А ещё помню их косые взгляды в мою сторону, дескать, эта девчонка в свои семнадцать ещё ни с кем не целовалась. Но мне было плевать. Когда у тебя беда с головой, тут не до отношений. Эх, знала бы, что судьба сыграет со мной злую шутку, попробовала бы, наверное. Чёрт, и когда я успела стать такой сентиментальной?

Вот интересно, а сам Осберт хотел поцелуя со мной? Да нет… Какая нелепая мысль. Вряд ли. Однако, думаю, стоит спросить, ведь ничего не случится, если я спрошу?

– А сам хотел?

От моего вопроса парень сильно растерялся.

– Ну, – смущённо произнёс он, – ты только не подумай…

– Осберт! – внезапно из ниоткуда возникла рыжеволосая девчушка, словно ураган, примерно моего возраста, может, младше. Её волосы были кудрявыми, растрёпанными, одета она в изумрудное длинное платье. Девушка буквально повисла на шее парня.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.