Юлия Узун
Мир, которого нет

Глава 1

Дорога в город Эсолтон вела на северо-запад через туннели. Их проложили сквозь горы всего несколько лет назад, чтобы сделать путь к городу прямым. Когда я была маленькая, то, чтобы попасть к тёте Мередит, папе приходилось ехать в объезд, удлиняя путь на целых два часа. Теперь, благодаря шести туннелям, времени на поездку затрачивалось меньше – сорок минут, и ты в Эсолтоне! А объездную дорогу давно закрыли, поэтому въезд в город был один, впрочем, как и выезд.

В этом году июль выдался очень жарким, и как назло кондиционер в машине был неисправен, а открытые окна мало чем помогали. Моя майка пропиталась потом, на лбу выступила испарина, и, кажется, у меня горели щёки. Не выношу лето. Если бы не письмо от тёти Мередит с просьбой о помощи, я бы ни за что не покинула столицу ради чёртового Эсолтона. Но понимание того, что у тёти никого, кроме меня не осталось, заставило собрать вещи, отпроситься с работы на месяц и двинуться в путь.

Телефон затрезвонил в тот момент, когда я допивала последнюю бутылку воды.

– Элис слушает! – не глядя на экран, крикнула на всю машину, чтобы переорать шум мотора. – О, мам! – узнав знакомый голос, сбавила скорость и заговорила спокойнее. – Еду в Эсолтон. Тётя Мередит совсем плоха… Да, с ногами плохо. Еду помочь немного. Кстати, папа упоминал, что в Портсмуте есть неплохой дом престарелых. Вот думаю, смогу ли я за месяц уболтать тётю Мередит перебраться туда. – Мама выдала свои предположения, и я с ними согласилась: – Конечно! И ты смогла бы навещать ее в удобное время.

Тётя Мередит – сестра мамы. В молодости вышла замуж за военного и переехала с ним в Эсолтон. У них родились двое мальчиков. Они погибли ещё до моего рождения. Даже думать не хочу! А ее муж ушёл в том году – старость. Он был старше тёти на целых двадцать пять лет! Я почти не навещала тётю. Всё время откладывала визит к ней. А причины банальны для молодой девушки: сначала училась, потом начала работать.

– Обещаю, мам, как приеду, сразу же позвоню.

Родители не перестают меня удивлять. Они переехали в Портсмут, когда я училась на последнем курсе в университете, оставив мне маленькую квартирку. Мы виделись раз или два в год, но контролировать они меня не перестают. Мама постоянно требует отчёта о том, куда я еду, с кем и зачем. Папа следит за моей деятельностью и наивно верит, что однажды я брошу всё и ринусь к ним. И всё у него для меня готово! «Хочешь работу? Есть пара местечек по твоей специальности. Хочешь мужа? Есть на примете один молодой человек…». Ох, папа! Люблю их до безумия, но столицу не променяю ни на один город!

Закончив разговор с мамой, хотела положить телефон на место, но он выскользнул из рук и упал на пол. Выругалась, сбавила скорость и нагнулась, чтобы подобрать его. До туннелей оставалось всего несколько миль, поэтому вероятность столкновений с другими автомобилями была минимальна. Трасса почти пуста. Но вернув взгляд на дорогу, с криком дала по тормозам.

– Какого дьявола ты прыгаешь под колёса?! Жить надоело?! – неистово орала на парня, который смотрел на меня извиняющимся взглядом. Но моей злости не было предела. Я ещё ни разу не сбивала людей. К счастью, парень успел отскочить. Если бы рискнул остаться на месте, то я бы точно по нему проехалась.

– Простите. Я уже шесть часов не могу поймать машину. Если и проезжает одна, то не останавливается. Впереди туннели. Я не смогу идти пешком. А мне очень нужно попасть в Эсолтон.

Оглядела парня с ног до головы. Вроде на маньяка не похож. Одет в стильную майку с принтом, изображающим баскетболиста с мячом, тоже мокрую от пота, и шорты до колен. На голове кепка, прикрывающая волосы. В руке держал дорожную сумку.

– Документы, – для подстраховки попросила я. Парень достал из маленького карманчика паспорт и протянул мне. – Оуэн Брэндон Уэбб, – прочитала вслух. – Какой кошмар. Англичанин?

– Из Дерби.

– Что надо в Эсолтоне?

– Дела.

Задумалась, нервно хлопая корочкой паспорта по тыльной стороне руки. Попутчики мне не очень нужны. Но с другой стороны, жалко парня. А если бы я была на его месте?

– Ладно, – наконец вынесла решение и пошла садиться в машину, помахав паспортом: – А это побудет у меня. Как приедем, верну. И… – покосилась на его сумку. – Вода есть?

– Да, две бутылки остались.

– Отлично! Бери воду, а сумку в багажник.

– В багажник? – удивился Оуэн.

– Да! Откуда я знаю, что там у тебя в сумке. Шевелись! Жарко очень.

Парень не сопротивлялся, убрал сумку в багажник и сел рядом со мной на пассажирское сиденье, затем протянул одну бутылку. Я взяла. Горячая, но всё же вода!

Глава 2

Два туннеля остались позади. Впереди – ещё четыре. По моим вискам медленно сбегали капельки пота. Просто невыносимо жарко.

Покосившись на своего попутчика, заметила, что он приподнял кепку, под которой виднелись русые слипшиеся от пота волосы. Симпатичный парень, к тому же вежливый.

– Музыка есть? – спросил он. – Скучно в тишине ехать.

Я протянула руку к магнитоле и ткнула в красную кнопку. Панель загорелась.

– Могу предложить радио.

На руле у меня были кнопки переключателя, если нужно поменять трек или сделать потише. Я принялась искать волну, стараясь не отвлекаться от дороги. В лицо бил горячий ветер. Мы как раз въехали в третий туннель, радио шипело, выдавало помехи и никак не хотело настраиваться.

– Может, просто здесь не ловит, – предположил попутчик. – Этот туннель короткий. Думаю, что-нибудь поймаем.

Но ничего не вышло. Я дважды прошлась туда и обратно. Никакой музыки. Радио хрипело на все лады.

– Стой. Давай назад! – вдруг крикнул Оуэн.

Я стала тыкать в обратную сторону, хотя не понимала, что он там мог услышать. Но к моему удивлению, на одной волне шипение стихло, и мы услышали не то звуки музыки, не то мычание.

– Да уж, – разочарованно буркнул Оуэн. – Под такие загробные звуки можно заснуть.

Я вздрогнула, ибо звуки показались мне и в самом деле жуткими.

– Ну его, это радио! Давай лучше в тишине. Жаль, я в спешке забыла флэшку.

– А блютуз не работает? – спросил Оуэн, вертя в руке свой крутой телефон. – У меня много хорошей музыки.

– Я не знаю… Слушай, может не будем заморачиваться? Тут осталось несколько миль, и мы в Эсолтоне.

Оуэн вальяжно развалился в кресле, взгляд он направил вперёд на приближающуюся чёрную дыру туннеля.

– Тогда давай поболтаем.

– Ладно. Я не из болтливых, но так хотя бы можно убить время. Что за дела в Эсолтоне?

– У меня там друг детства живёт. Вчера написал сообщение, что нужна срочная помощь. Я и сорвался.

– Как ты оказался перед туннелями?

– Ехал на такси. А у него вдруг колесо пробило, запаски не было. Вызвали эвакуатор. Таксист обещал прислать за мной другую машину, но, видимо, забыл.

– Ты звонил? Возмущался?

– У меня нет его телефона.

– И ты действительно проторчал на шоссе в такую сумасшедшую жару шесть часов?

– Час я провозился с таксистом. Полтора часа просидел на заправке, где он меня оставил. А остальное время шёл пешком.

– Просто ужас, – сказала я, не испытывая ни грамма сочувствия. Этот парень показался странным с самого начала. Я бы на его месте поступила иначе, но что толку объяснять, когда исправить ничего уже нельзя.

– А ты к кому-то в гости едешь? – осторожно поинтересовался он. Улыбчивое лицо скрыла тень туннеля.

Этот был самым длинным из всех шести, оттого и жутким. В некоторых местах не работали лампы: трещали и мигали, добавляя жути. Я напряглась всем телом, крепко обхватила руль руками и старалась не проглядеть препятствие, если такое встретится.

– Еду тётке помогать. Тоже вчера написала, что болеет и помощь нужна. Она живёт одна, никто, кроме меня, ей не помо…

– Сдай вправо. Видишь фары? – услышала я обеспокоенный голос Оуэна, а потом заметила и яркий свет фар.

– Он псих?! – крикнула, выкручивая руль вправо. – Здесь же одностороннее движение!

Автомобиль нёсся на бешеной скорости нам навстречу. У меня сердце к горлу подступило от страха. А если столкнёмся?

Я зажмурилась чисто интуитивно. Машина со свистом пролетела мимо. Когда всё вокруг стихло, я посмотрела в зеркало заднего вида, но никакого света фар. Автомобиль бесследно исчез в кромешной тьме туннеля.

– Поехали? Ты остановилась, – шепнул Оуэн, тоже еле дыша. Он, как и я, получил изрядную порцию адреналина.

– В жизни ничего подобного не испытывала! Неужели тот идиот не в курсе, что есть объездная дорога?

– Кто поймёт их? Может, захотелось порезвиться. Или дорога ремонтируется.

Я сомневалась, что объездная дорога была закрыта. Было бы оно так, то спецслужбы давно должны были разделить дорогу аварийными знаками. Другого пути из Эсолтона нет. Город окружён лесами и озёрами.

Глава 3

Мы ехали двадцать минут в молчании. Неожиданный всплеск эмоций погас, наступил отходняк. Время от времени в моей голове появлялась страшная картинка: яркий свет фар и идущая на нас машина.

Первые пять туннелей находились довольно близко друг к другу, а последний покажется лишь через несколько миль. Чаще всего, это занимало около получаса.

Оуэн от скуки начал напевать какую-то мелодию, а я – от той же скуки – застучала пальцами по рулю в такт его словам. Он посмотрел на меня, и мы улыбнулись друг другу. Оуэн хорошо пел. Мой папа говорит, что тот, кто хорошо поёт, не может быть злым человеком. Я бы очень удивилась, если этот парень оказался маньяком… хотя с чем чёрт не шутит.

– По-моему, что-то изменилось, – сказала я, когда мой попутчик замолчал.

– Ветер стал прохладнее.

– Да. Я больше не потею.

– Я тоже. Эсолтон сам по себе нежаркий городок. Помню, мы с другом на рыбалку ездили в середине лета. Так я куртку с собой брал. Ночи там особенно холодные.

– Это хорошо. Небольшой отдых от удушающей жары не помешает.

– Судя по тому, как быстро затягивает небо, пойдёт дождь.

– Будто в другой мир попали, – усмехнулась я.

Боковым зрением заметила, как Оуэн повернул ко мне голову, я тут же почувствовала на себе пристальный взгляд. Сердце неприятно ёкнуло. А если нападёт? Задушит, закапает и заберёт мою машину. Сглотнула и резко бросила на него взгляд. Оуэн тут же отвёл глаза на дорогу. Приближался последний туннель.

– Итак, – сказала я, переключая передачу, – где тебя высадить? Мы почти приехали.

– Мне надо на Тридцать восьмую улицу. А тётя твоя где живёт?

– Далековато от 38-й. На Восточной.

– Далековато, да, – согласился попутчик. Нас снова поглотила темнота туннеля. Я включила фары дальнего света… от греха подальше. На сегодня с меня хватает приключений. Добраться бы до дома тёти Мередит в целости и сохранности… После короткой паузы Оуэн сказал: – Высадишь меня на Тридцатой улице, а дальше я пешком пройдусь.

– Пешком? После тех кошмарных шести часов ты в состоянии идти? – Не знаю, какой чёрт дёрнул задать этот вопрос. Надо было просто кивнуть, высадить его и со спокойной совестью ехать к тётке. Нет же, я решила проявить доброту. – Мне несложно довезти тебя до нужного адреса. Всё-таки у меня «колёса», а ты устал, наверное. Тем более, там по кольцевой можно выехать на Восточную.

– Если тебя не затруднит… Э…

Я не поняла, почему он запнулся, поэтому промолчала. И он не стал продолжать. Откуда мне было знать, что он хочет спросить моё имя? Я и не подумала представиться!

Выехав из туннеля, мы оба как по команде выпрямили спины и уставились вперёд, поражённые увиденным. Небо было почти чёрное, ветер гнул ветки деревьев, гонял мусор по пустым дорогам. Пустым. Меня удивило то, что пока мы ехали по шоссе, ни одной машины не проезжало мимо. А теперь и в городе я не заметила движения.

– Может, ожидается сильная гроза, и люди попрятались в своих домах? – вслух рассуждал Оуэн.

– Вполне вероятно, – только и ответила я.

Город встретил нас холодно. Широкая дорога между двумя рядами невысоких серых домов тянулась к холмам, верхушки которых закрывали тёмные тучи. Замок Эсолтон Пик с вершины холма казался зловещим в этом мареве. Улицы казались безжизненными и блеклыми. Ни души. Почему-то меня это настораживало. С другой стороны, эти места были хорошо мне знакомы. С последнего моего визита к тёте почти ничего не изменилось. Вот мы проезжаем мимо сквера, где по центру стоял необычный фонтан – фигуры танцорок, тянущихся к небу, из рук которых лилась вода. В данный момент никакой воды не было. Фонтан был грязный, засыпанный листьями.

Светофоры не работали. Я сбавила скорость и медленно повернула направо. Оуэн поднял стекло со своей стороны, я последовала примеру. Ветер поднимал пыль. Мелкие частички попадали в салон машины, а иногда били по лицу.

– Не помню, чтобы во времена, когда я приезжал в этот город, было вот так… глухо.

– А вон человек! – в моём голосе скользнули нотки радости, и я расплылась в улыбке.

Оуэн уставился через лобовое стекло на старика. Тот стоял на обочине и опирался на палку. Он не собирался переходить дорогу, просто стоял и смотрел, как моя машина приближается, и не сводил с нас глаз, когда мы проезжали мимо. Я приветливо помахала рукой, но не встретила никакой ответной реакции. Сухо, без каких-либо эмоций и прочего – словно мы чужаки и прибыли сюда с другой планеты.

До самой тридцать восьмой улицы мы больше не встретили живого человека. Оуэн указал на дом с узким, грязным двором без растительности. Я остановила машину. Калитка отвалилась – оказывается, она держалась только на одной петле. К счастью, её не нужно было трогать, чтобы пробраться во двор.

Оуэн замер, глядя на безжизненный дом с большими квадратными окнами.

– Приехали! – жизнерадостно воскликнула я, затем протянула ему паспорт. – Открою багажник, сам сумку возьмёшь. Что с тобой?

Оуэн сидел бледный как полотно.

– Поразительно, как тут всё… изменилось… – выдавил он.

– Видимо, и впрямь у твоего друга проблемы. Ну, пока! – мне не терпелось избавиться от своего попутчика.

Оуэн бросил на меня последний взгляд, поблагодарил и выбрался наружу. Как только хлопнула крышка багажника, я дала по газам.

Глава 4

До дома тёти Мередит я гнала на всех парах, не задумываясь о правилах дорожного движения и не боясь кого-то сбить. Потому что улицы всё ещё были пустыми, а погода становилась хуже и хуже с каждой минутой. Я надеялась, что успею добраться до начала дождя. У тёти Мередит, несмотря на больные ноги, всегда на столе стояли сдобные булочки, а по кухне гуляли просто изумительные запахи корицы и свежесваренного кофе. После долгой и изнурительной дороги я бы не отказалась от её вкусностей.

«Хм. Тётя сделала ремонт?» – удивлённо подумала, разглядывая фасад дома, который резко отличался от фасада соседних домов. Контраст белого с серым бросался в глаза.

Я въехала в открытые ворота и остановилась там, где заканчивался асфальт и начинался газон.

– Тётя Мередит? – крикнула, постучав в дверь. Потом заметила кнопку звонка, которой раньше не было, и нажала. Внутри раздалась звонкая трель, но никто не подходил. Подёргала ручку. Заперто.

Побродив немного вокруг дома, я села на ступеньку крыльца и достала телефон. Я обещала маме позвонить, а заодно напишу тёте. Где бы она ни была, пусть поторопится… И тут меня злость взяла. Я же написала ей в ответном электронном письме, что выезжаю. И если у неё всё так плохо с ногами, то чего дома не сидится? Встряхнула телефон, когда не увидела ни одной чёрточки, будто так может появиться сигнал. Желудок сводило от голода. Я с утра ничего не ела. Раздражение росло с каждой минутой.

– Вы кого ищете? – услышала я и подняла голову. За забором стояла полная женщина в голубом домашнем платье и с платком на голове.

– Приехала навестить тётю, – неуверенно ответила я и встала. – Может, знаете, где её найти?

– Тётю? – задумчиво повторила женщина. – Это странно. Странно, потому что в этом доме уже почти год никто не живёт.

Я опешила.

– То есть как не живёт? Тётя недавно мне писала, просила приехать и помочь. Я приехала, но меня встретили закрытые двери.

– А ты адрес уточняла? Может, переехала твоя тётя в другой район. – Женщина посильнее закуталась в шаль. Ветер и вправду усиливался, даже я едва стояла на ногах. – Сейчас время такое… все куда-то переезжают.

– Чёрт, – негромко выругалась. Женщина не уходила, поэтому я решила поинтересоваться, где здесь поблизости кафе или столовая.

– А тут за углом кафе есть. Только осторожнее, грозы у нас в последнее время страшные с бешеными ветрами. На той неделе у соседей черепицу снесло. А на Тридцатой улице целых три дерева свалилось, ребёнка придавило…

– Благодарю, – быстро сказала я и вышла из-за ворот, лишь бы не слушать городских страстей.

Бросив машину у тёти во дворе, поспешила спрятаться в кафе. Небо над головой совсем почернело, а против ветра идти – всё равно, что стоять на месте.

Когда я открыла дверь в кафе, хлынул дождь.

– Ух! Успела! – обрадовалась я, а потом развернулась к залу. Наверное, я ожидала увидеть пустое помещение, но не тут-то было. На меня уставились десятки мужских глаз. Я не заметила среди них ни одной женщины. Из-за бара вышел тучный мужчина. Я нарисовала на лице улыбку, хотя словами не могу передать, как затряслись коленки. Оуэн по сравнению с ними казался совершенно безобидным. Вот было бы здорово, если бы он сейчас оказался рядом, прямо по правую руку. – Привет, – неуверенно сказала я, – есть свободный столик?

Тучный бармен указал куда-то вглубь. Если бы не дождь, я бы развернулась и вышла, но мокнуть как-то не очень хотелось, поэтому я прошла к столику и села, ожидая меню. За спиной шептались. А чего я должна была ожидать? Единственная девушка в кафе, к тому же ещё и молодая.

Из еды выбора совсем не было. Пришлось заказать гуляш. Голод не тётка.

Через пять минут на столе стояла корзинка со свежим хлебом, ещё тёпленьким. Я слюной чуть не подавилась. Отломила кусочек и в рот. А вкус! В жизни не ела хлеба вкуснее!

Телефон положила по правую руку, надеясь, что после грозы связь вернётся, и я смогу позвонить маме, а заодно тётю найти. Мужчина поставил передо мной дымящийся гуляш.

– Скажите, пожалуйста, а вы, случайно не знаете Мередит Бронте? – осмелилась спросить я у официанта. – Она живёт здесь, на Восточной 7.

– Как вы сказали? – официант задумался. Густые усы закрывали губы полностью. Я и не знала, что сейчас такие кто-то носит. – Мередит…

– Бронте. Это моя тётя. Приехала, навестить её, но не застала дома. А у неё ноги больные. Вот думаю, может, съехала куда-то.

– Я ничего не слышал о Бронте.

За соседним столиком сидели трое работяг. Один из них повернулся ко мне и заговорил:

– На Восточной 7 вот уж год, как никто не живёт.

– Да в том доме никогда не жила женщина по имени Мередит, – крикнул его сосед.

– А кто там тогда жил? – удивилась я. Не нравился мне весь этот разговор.

– Кто жил? – мужчина потёр колючую бороду. – Да военный какой-то.

– Ну так да! Моя тётя была замужем за военным. Только он умер, старый был.

Мужчины ничего не сказали, только молча глазели на меня.

– Ты подожди, пока гроза кончится, потом сходи в наше адресное бюро. Тебя там проинформируют, – крикнул тучный бармен. – Адрес дать?

– Дать, – уверенно ответила я. А что делать? Тётю искать надо. Может, съехала, а мне сказать забыла.

– Майкл! Принеси бумагу и ручку!

– Не надо, – сказала я. – У меня телефон есть, сюда в заметки запишу. Так надёжнее.

Все как один уставились на переливающийся телефон у меня в руке. Я любила блестящие чехлы. Гламурно смотрится, и по-женски – не скучно.

– Мы уже год не пользуемся этими штуками.

– Почему? Подождите, да быть этого не может! Тётя недавно писала мне… Как бы она это сделала, если всё так, как вы говорите?

– У тебя он работает? – спросил бородатый мужчина.

– Нет. Сети нет. Но это из-за грозы, разве нет?

– Майкл! Неси ручку и бумагу! – снова крикнул тучный бармен.

Ладно. Я убрала телефон с их глаз и принялась уплетать гуляш. Схожу в адресное бюро. Вдруг что-нибудь путевое узнаю.

Глава 5

Мощные грозы в середине лета случались не часто. Даже столица, насколько это был дождливый город, обходилась кратковременными осадками. Вплоть до самых туннелей я ехала по нестерпимой жаре. И тут такое!

Пока я сидела в кафе, дождь лил с бешеной силой. Капли дождя рассекали воздух, разбивали лужи на асфальте и, казалось, стремились пробить крышу.

Мне было жутко, но мужчин в кафе как будто не волновало, что происходит за окном. Они вели беседы, ели, пили. Кто-то пялился в экран телевизора, висевшего над баром в беззвучном режиме. Мелькали картинки, но я не обращала внимания на то, что за программа вещалась в данную минуту. Вместо этого я пыталась добиться немного связи – расхаживала по залу, огибая столы, надеясь словить хоть пару чёрточек. Мужчины, глядя на меня, ухмылялись, но ничего не говорили.

Когда дождь закончился, я немедленно отправилась к своей машине. Температура воздуха опустилась. Я шла, хлюпая по неглубоким лужам, дрожала от холода в своей лёгкой одёжке и проклинала Эсолтон на чем свет стоит. Дёрнул же чёрт сунуться сюда!

Моя машина стояла там, где я её оставила. На всякий случай проверила, целы ли колёса. А то мало ли… Вся моя кожа покрылась мурашками, зубы стучали, кончики пальцев я уже почти не чувствовала. В моей сумке, в багажнике, должна была быть толстовка. Как хорошо, что я вообще додумалась взять что-то тёплое.

Замки в машине не сразу отреагировали на сигнал, я снова нажала «закрыть», а потом «открыть». Сработало. Дверца со стороны руля открылась. Я нагнулась, чтобы потянуть рычажок, открывающий багажник, но увидев на заднем сиденье ноги, замерла, потеряв способность дышать. Но стоп. Шорты оливкового цвета принадлежали моему новому знакомому.

И тут я выпрямилась, закусив губу. Он спал и не слышал ничего. Отлично устроился в моей машине!

Прикрыв дверцу со стороны водителя, я распахнула соседнюю и неистово крикнула:

– Оуэн!

Парень встрепенулся, сел, потёр глаза, а я всё это время стояла, притопывая ногой со скрещенными руками на груди. И про холод вмиг забыла.

– Как ты это объяснишь?

– Прости… э… холодно, чёрт. Может быть, сядем в машину, печку включим, а?

– Угу. Кофе принести?

– А есть?

– Ты издеваешься?

– Послушай, – примирительным тоном говорил Оуэн, – я не хотел взламывать твою машину. Выбора не оставалось. Я не понимаю, что происходит. Мой друг исчез, а в квартире живут другие люди. Некоторое время я бродил по той улице, спрашивал соседей, но начиналась гроза, и нужно было куда-то податься. Вспомнив, что ты назвала Восточную улицу, решил идти сюда. Думал, ты поможешь. У меня в этом городе нет других приятелей. А люди, которых я знал когда-то, тоже исчезли. – Он перевёл дыхание, взлохматил волосы. Кепки на голове не было, и теперь я чётко видела его густую русую шевелюру. – Увидев твою машину, я обрадовался. Стучал в дом, но никто не открыл. Началась гроза, и мне не оставалось ничего, кроме как…

– Влезть в мою машину. Ты сломал замок?

– Нет, всё цело. Не волнуйся. Я механик по профессии. Если что и сломается, я смогу починить. Слушай, очень холодно. Давай включим печку?

Я открыла багажник, нашла толстовку и надела её. Потом села за руль и завела мотор, чтобы включить печку.

– Бензина мало, надо заправиться.

– Я оплачу, – сказал Оуэн, перелезая на переднее сиденье.

– Если бы решил спрятаться в кафе в конце этой улицы, то нашёл бы меня.

– Я надеялся, что ты вот-вот вернёшься. Разминуться не хотел.

Я осмотрела заднее сиденье беглым взглядом.

– А сумка твоя где?

– Не стал брать с собой. Если не затруднит, давай поедем за ней?

– Эй, ты вздумал навязаться?

– Эй, у меня есть имя! И ты его знаешь! – раздражённо крикнул Оуэн. Я от неожиданности рот раскрыла. Да как он смеет кричать на меня! – А вот я твоего имени не знаю. – В этот момент он задел коленкой бардачок, и тот предательски открылся, вывалив документы на машину. Оуэн поднял их и прочитал. – Теперь знаю. Приятно познакомиться, Элис Артурс.

Глава 6

Ничего не могу поделать со своим характером. Главное для меня – гармония в душе. Я не терплю вторжения в своё личное пространство и хладнокровно реагирую на опасность.

Оуэн попытался найти во мне союзника, но я неистово сопротивлялась. Сопротивлялась до тех пор, пока он на меня не наорал. И нет, я бы с радостью наорала в ответ, но он вдруг вежливо улыбнулся и протянул руку: «Приятно познакомиться, Элис Артурс». Прекрасно! Мы увидели документы друг друга. Что ещё могло оправдать доверие друг к другу?

Я вырулила на дорогу, стараясь не угодить в ямки.

– Куда мы едем? – поинтересовался Оуэн после долгого задумчивого молчания.

– Для начала заберём твои вещички. Одной мне было бы лучше, но если посмотреть на ситуацию с другой стороны… Мы оба в одинаковом положении, за исключением того, что у меня есть машина, а у тебя нет.

– Спасибо за напоминание.

– Как вышло, что у механика нет машины?

– Зарплата у механика нынче маленькая.

– Жена и семеро по лавкам?

– Я холост.

– Один живёшь?

Оуэн охотно отвечал на мои вопросы. Поразительно, как легко он шёл на контакт. От меня сложно добиться прямых ответов, обычно я уклончиво отвечаю, уводя собеседника в дебри.

– Живу один.

– Родители?

– Я родился на западе Англии. Родителей нет. Есть сестра, которую воспитывает бабушка. Каждый месяц высылаю большую часть своей зарплаты на её содержание… – Он отвернулся к окну, затем тихо с печальными нотками в голосе добавил: – У неё аутизм.

Я вдруг почувствовала себя погано, но нельзя было позволить Оуэну заметить моё состояние. Не время сопли пускать. То, что Оуэну приходится содержать сестрёнку больную аутизмом, похвально. Однако это не значило, что я должна идти на уступки и безоговорочно верить ему. Он всё ещё мог оказаться маньяком.

Перед нами снова появился дом с грязным двором и сломанной калиткой. Оуэн выскочил из машины, а через две минуты забросил сумку с вещами в багажник и вернулся.

– Почему не достал кофту или ветровку?

– Я не брал с собой тёплых вещей. – Он потёр руки, стараясь согреться. – Здесь абсолютно не летняя погодка. А печка у тебя слабо работает.

– По возвращении покажу мастеру. Система кондиционирования барахлит в последнее время. Этой машине уже три года. Всё хочу продать её, но жалко.

– Вот что, Элис, – решительно сказал Оуэн, развернувшись ко мне всем телом, – если мы не найдём своих родных и друзей, вернёмся вместе в столицу. Ты довезёшь меня до города. А я обещаю починить всё, что сломано в твоей машине. Идёт?

Хм. Заманчивое предложение. Бесплатно ведь.

– Давай поищем заправку. – Потом я посмотрела на время у себя на панели. – Так. Нет. Сначала в адресное бюро. Уже пять, они могут скоро закрыться. Я бы не хотела застрять в Эсолтоне. Я рассчитывала побыть с тётей около месяца, чтобы найти ей сиделку или уговорить поехать в дом престарелых. Но меня вовсе не устраивает перспектива торчать в этом богом забытом месте бесцельно.

Далее всю дорогу я рассказывала Оуэну свой разговор с мужчинами в кафе. Телефон по-прежнему не ловил. Тучи снова сгущались в небе, где-то в стороне озера сверкала молния. На улицах не было людей, машины проезжали редко. Светофоры не работали, как и многие магазины.

Эсолтон – утопающий в зелени миниатюрный городок. Когда-то здесь был оживлённый рыболовецкий порт, хотя и сегодня можно было встретить рыбаков, но тётя часто повторяла, что озеро не желает больше снабжать людей хорошей рыбой. Мы как раз проезжали вблизи от набережной, и я с огорчением увидела, что пляж перерыт, а вода в озере была мутной и непривлекательной.

Здания в городке Эсолтон были построены в основном в георгианском стиле. Был район с пятиэтажками, но туристам всегда было интересно посмотреть старые улицы города. На одном из холмов находился национальный парк и замок Эсолтон Пик, который с восьмидесятых годов превратился в музей. Его острые крыши были видны с любой точки города. Ненарочно я засмотрелась на этот замок, напоминающий издалека чудовище с огромными жуткими глазами.

– Элис, вправо!

Вздрогнув, я крутанула руль. Чуть в столб не врезалась.

– Хочешь, я поведу?

– Нет. Мы приехали.

Шины заскрипели по гравию на обочине, а потом всё стихло. Мы оба вышли из машины и уставились на невзрачную вывеску АДРЕСНОЕ БЮРО ГОРОДА ЭСОЛТОН. «Слишком безлюдно для города», – подумала я, вертя головой по сторонам.

В помещении было тихо, пахло старой мебелью и свежей бумагой. За столами никого не было. Каждый шаг отдавался эхом в ушах.

– Есть кто-нибудь? – крикнул Оуэн.

Из открытой двери вышла женщина низкого роста, сутулая с перманентными кудрями, в очках а-ля Джон Леннон и со строгим лицом.

– Бюро закрыто, – сказала она с присущей таким людям холодностью. – Приходите завтра в восемь.

– Мы всего лишь хотели узнать, куда делись наши родственники, – попыталась уговорить её я. – Дело в том, что мы не местные и…

– Картотека закрыта, – перебила меня женщина. – Завтра получите любую информацию, какую пожелаете.

Я хотела возмутиться, но Оуэн утянул меня за собой на улицу.

– Бесполезно спорить с такими людьми, Элис. Наживёшь себе врага и ничего не добьёшься. Одна ночь ничего не изменит. Давай поищем ночлег, а утром с новыми силами займёмся поисками. Как ты на это смотришь?

Только после этих слов я почувствовала дикую усталость. Отдых нам не помешает. Мы забрались в машину и поехали искать отель.

Глава 7

– Спокойной ночи, Оуэн.

– Спокойной ночи, Элис.

Мы робко улыбнулись друг другу, затем каждый скрылся за своей дверью.

Отель с необычным названием «Аттракцион» находился на тридцатой улице в каменном здании с большими окнами и маленьким двориком. Так что машину пришлось оставить на обочине. Внутри гостиница тоже не поражала роскошью. Мы с Оуэном успокаивали себя тем, что это всего на одну ночь. У стойки очень тощая дежурная администратор разговаривала с лысым мужчиной в коричневом костюме. Их беседа казалась монотонной, без мимики и эмоций. Заметив нас, мужчина отошёл, не сводя с нас холодного, остекленевшего взгляда. По моей спине даже дрожь от такого пристального взгляда пробежала, уж не знаю, как там у Оуэна. Девушка не улыбалась, но разговаривала с нами вежливо. Мы попросили поселить нас с Оуэном в разных номерах, но на одном этаже. Так, наши комнаты оказались друг против друга.

Перед тем, как отправиться спать, мы поели в ресторане на первом этаже. Как оказалось, Оуэн ничего не ел с вечера прошлого дня. Это я полакомилась гуляшом во время грозы. А он ни крошки не брал в рот. Измождённый голодом он съел отбивную с картошкой, салат, все лепёшки, какие только были в корзинке. Я ограничилась салатом. Лёгкий ужин перед сном, хотя я никогда не заботилась о правильном питании. Просто я не была голодна, а пошла в ресторан, чтобы составить Оуэну компанию.

Помимо нас в ресторане ещё были люди. У входа сидела пожилая пара, в другом конце зала устроилась целая компания мужчин, но они не ели, а играли то ли в бридж, то ли во что-то похожее. Очень толстая женщина в жёлтой футболке уплетала жирную курицу. А женщина в деловом костюме и в очках напротив неё сосредоточилась на изучении своих бумаг. Я не оставила без внимания тот факт, что ни у кого не было телефона, ни на одном столе не стоял ноутбук. Всего два официанта работали на весь зал, их движения казались свободными – они работали без спешки.

После ужина мы с Оуэном договорились подняться к восьми и сразу отправиться в бюро, потом разошлись.

Я так устала, что не было сил принимать душ. Умылась, надела пижаму и улеглась в постель. Только уснула не сразу. Я ещё долго разглядывала луну, просвечивающуюся через тонкую занавеску. В комнате стоял спёртый запах, поэтому подумала открыть окно и проветрить, но услышав громыхания вдалеке, передумала.

Какое-то время вспоминала тётю Мередит и её сообщение о помощи. «Друг написал, что нужна помощь», – сказал Оуэн. Всем в этом городе нужна помощь… Больше ни о чём я не думала, веки стали тяжелеть, и я уснула.

Из сна посреди ночи меня выдернул грохот.

Резко открыв глаза, я уставилась в потолок на мелькающие тени. Моё дыхание участилось, а сердце раскатистыми ударами забилось в груди. Я всё ещё не понимала, реальность это или сон. Холод пробирал до самых костей, хотя по пояс я была накрыта одеялом.

Беспокойное колебание теней на потолке продолжалось. Я пыталась понять, что спровоцировало эти движения. Наконец, заставив себя повернуть голову, увидела летающую занавеску. Окно было раскрыто нараспашку. Но как это возможно, если засыпая, я думала о том, что лучше оставить его закрытым? Страх накатывал волнами, продирал до мурашек. Могла ли я сама бессознательно открыть его?

Могла, ответила самой себе. Конечно, могла.

В комнате никого, кроме меня не было. Дверь заперта на внутреннюю щеколду. Я прислушалась к звукам, но всё, что я слышала, доносилось с улицы. Никого в комнате не было.

Убедив себя в этом, я встала и подошла к окну. Ветер трепал занавеску. Я поймала её и связала в узел. «Если окно было не плотно закрыто, то вполне вероятно, что порыв сильного ветра раскрыл его», – вдруг дошло до меня.

Быстро закрыв створки, я хорошо проверила замки. Потом только посмотрела на тёмную улицу и глазам своим не поверила. Днём город казался мёртвым, но сейчас по улицам ходили люди. Причём не похоже было, что они веселились. Всё выглядело так, словно сейчас вовсе не ночь. Люди передвигались по тротуарам, машины гнали по дорогам. На углу РАБОТАЛ светофор!

Я тряхнула головой и отошла от окна. Может, снится?

Утром рассказала это Оуэну во время завтрака.

– Хочешь сказать, что жители Эсолтона живут ночью? – изумлялся он, уплетая омлет.

– Говорю то, что видела. Надеюсь, дело было в грозе, и сегодня все наладится.

– Честно? Я уже ничему не удивлюсь.

Во дворе «Аттракциона» никого не было. Только чёрная кошка сверкнула зелёными глазами и шмыгнула в дырку. Около машины я вздохнула.

– Бензина очень мало.

– Пойдём пешком, – предложил Оуэн. – Тут совсем недалеко.

Я согласилась, и мы двинулись вдоль дороги к парку, через который можно попасть на нужную нам улицу. Мы шли молча, однако я знала, что Оуэн думал о том же, о чём и я.

Машин на дорогах не было. Светофор не работал. Прохожие нам не встречались.

Ни души.

Глава 8

Над головой плыли облака, будто стремясь к одной точке. Они словно сами вели нас к определённому месту.

Мы шли неспешным шагом по Тридцатой улице, что уходит на главный проспект. По обеим сторонам теснились антикварные и книжные магазинчики, дешёвые бары, летние кафе, роскошные бутики, чьи железные решётки захлопнулись, точно хищные челюсти. Всё будто бы застыло во времени, без движения, без жизни.

Наконец мы миновали старый театр и вышли на главный проспект. Показалась кирпичная арка с надписью Центральный Парк Эсолтона. И ниже – «Добро пожаловать». Издалека вход напоминал мне открытую пасть животного. Казалось, парк может поглотить, переварить, а косточки выплюнуть.

– Мне как-то не по себе, – сказала я и шагнула на дорогу, но в ту же секунду Оуэн схватил меня за запястье и оттянул назад на тротуар. Я быстро поняла почему.

Вдалеке послышался рёв мотора. Автомобиль на большой скорости нёсся в нашу сторону. Мы с Оуэном замерли, наблюдая, как красная машина проносится мимо нас, затем резко тормозит и сдаёт назад. В салоне сидели двое молодых людей. Один – в чёрной футболке с выжженными волосами, торчащими в разные стороны – крепко сжимал руль. А второй, чернокожий, сидел на соседнем сиденье. Он крикнул нам:

– Немедленно сматывайтесь из этого города, пока не поздно!

– На это есть причины? – спросил Оуэн.

Этот вопрос, похоже, разозлил парней.

– Лучше тебе не знать, если ещё не в курсе. Хватай свою тёлку и вали отсюда!

Белобрысый больше терпеть не стал, дал по газам, а через минуту машина растворилась в дорожной пыли.

Мы с Оуэном посмотрели друг на друга.

– Тебе тоже показалось, что они напуганы чем-то?

– Помнишь, что я сказал тебе утром за завтраком, Элис? Я уже ничему не удивлюсь. Давай поспешим.

Быстро перебежав дорогу, мы нырнули в «пасть» под арку и по широкой асфальтированной дорожке двинулись к противоположному выходу, который переходил в сквер со скамейками, фонтаном и небольшой лесенкой перед дорогой. Обычно в это время люди выгуливают собак, мамочки гуляют с детьми, а пьяницы ищут бутылки в мусорных баках. Но нас сопровождали лишь деревья и звенящая тишина.

– У тебя есть часы? – спросила у Оуэна.

– Да. Сейчас четверть десятого. Но не помню, чтобы в это время люди ещё спали. Надеюсь, работница бюро нас не обманула. Оглянись, все ларьки и магазины закрыты.

Мы остановились перед рядом домов. Одно кафе работало, мы видели движение внутри. Но снаружи не было ни одного человека.

– Как-то ведь все эти люди доходят до этих мест.

– После визита в бюро можно заглянуть в это кафе, выпить кофе, – сказал Оуэн, поразмыслив. – Заодно поспрашиваем посетителей. Кто-нибудь должен объяснить, что случилось с городом.

– Почему нам посоветовали валить из города? – задалась я другим вопросом. Мы свернули в проулок между жилыми домами. – Те ребята торопились, но явно отдавали отчёт своим действиям.

– Не знаю, Элис, не знаю…

Он открыл тяжёлую дверь в адресное бюро, пропуская меня вперёд. Внутри было много людей. И что примечательнее всего – никто не входил и не выходил из здания. Люди тихо сидели на стульях вдоль стеклянной стены; кто-то стоял возле стойки. Меня удивил тот факт, что в двадцать первом веке они до сих пор не имеют талонов. Пришлось занимать очередь и ждать.

Долго ждать.

Спустя сорок минут, когда стало ясно, что очередь не двигается, я встала и громко спросила:

– Здесь вообще обслуживают?

На меня обратили внимание абсолютно все, но никто не собирался отвечать.

– Очередь совсем не двигается. Почему вы не возмущаетесь? – обратилась я к сутулому мужчине в очках.

– Да… – протянул он.

– Нам некуда торопиться, – за него ответила бледная женщина с аккуратным каре.

– Раз так, то нам есть куда торопиться. Вы позволите? – я потеснила пожилую женщину с ярко-розовыми губами и обратилась к женщине за стойкой. Ею оказалась уже знакомая нам дама, которая строго велела приходить с утра. Меня никто не остановил, поэтому я нагло сказала: – Послушайте, эти люди могут здесь торчать до вечера, если им так хочется, а мне… то есть нам необходимо найти родных. Мы приехали вчера и обнаружили, что наши родственники переехали. Пожалуйста, помогите нам.

Женщина закатила глаза, выражая недовольство, но потом всё же попросила назвать имена родственников.

– Мередит Бронте и… – я стукнула Оуэна в бок. – Как друга зовут?

– Э… Кевин. Кевин Харди.

Перманентная женщина скрылась за пошарпанной деревянной дверью. Через пять минут она вернулась и села на место.

– Таких имён в картотеке нет.

– Нет?! Но…

Я горела желанием возмутиться, разнести всё это адресное бюро с их древней карточной системой в пух и прах. Однако Оуэн, как более уравновешенный человек, похлопал меня по плечу и отвёл в сторону, взяв инициативу на себя.

– Тогда проверьте, кто проживал по адресам Тридцать восьмая улица, дом сорок и Восточная, семь, – вежливо попросил он. – Для нас очень важно выяснить, где они сейчас живут.

Снова работница исчезла за деревянной дверью. На этот раз её не было минут десять. Но никто из присутствующих не потерял терпение, они продолжали ждать своей очереди, даже не думая уходить.

«Валите из города, пока не поздно», – вновь прозвучал голос чернокожего парня из красной машины в голове, а в следующую секунду я обратила внимание на женщину с ярко-розовыми губами, которая уже час заполняет какой-то бланк. Она с любопытством пялилась на меня. Я покрутила головой. Они все уставились на нас с Оуэном. Нечто прячущееся скользило в этих взглядах, как будто бы все они не хотели, чтобы мы увидели что-то секретное. Мы ещё не подозревали, какая весть кроется в лицах этих людей.

– Нет!

Я вздрогнула, услышав строгий голос работницы с перманентом.

– Нет таких людей по названным адресам. Восточная семь – этот дом продан год назад, однако новые жильцы так и не зарегистрировались. А на Тридцать восьмой улице в доме сорок уже пятнадцать лет проживает семья Уолсонов.

– Спасибо, – вежливо поблагодарил Оуэн, пока я стискивала челюсть, чтобы не закричать. Он вывел меня из бюро, затем развернул к себе и мягко сказал: – Думаю, нам стоит вернуться в столицу и отдать это дело полиции.

Идея мне понравилась. Только машину бы заправить.

Глава 9

Мы вернулись в отель «Аттракцион».

В холле мы ненадолго остановились. За стойкой администратора стояла знакомая девушка. Но что примечательнее всего – она снова разговаривала с лысым мужчиной в коричневом костюме. Причём его поза ничем не отличалась от вчерашней.

– Ты тоже это заметил? – шепнула Оуэну, ведя его к лифту.

– Того лысого мужика?

– Да. Кажется, они вчера не наговорились.

– Подожди-ка. – Оуэн дёрнул меня за руку и повёл к ресторану. Мы на секунду замерли у порога, не дыша. Те же лица: компания мужчин, пожилая пара у входа, толстая женщина в жёлтом… Они будто не переодевались и вообще не уходили отсюда. – Мне это напоминает фильм «День сурка», – проговорил Оуэн сквозь зубы.

– Правда? – Мы поднялись на свой этаж по лестнице. – А мне это почему-то напоминает кошмар Стивена Кинга.

Оуэн посмеялся.

– Ещё скажи, что они все зомби!

– Может, не зомби, но ведут себя, как заторможенные или загипнотизированные.

Мы собрали свои вещи, сдали ключи и направились к выходу. Нас провожали пристальные взгляды. Я физически их чувствовала, как будто взгляды эти были чем-то материальным.

Оуэн вернулся к стойке, чтобы спросить, где в городе можно заправить машину. Я уже думала, тощая девушка сейчас покажет своё истинное лицо и нападёт на моего попутчика. Но нет. Она вежливо объяснила, где находится ближайшая бензозаправка.

Одной проблемой стало меньше. Мы поехали туда, куда она указала. У меня, правда, закончились наличные. Платил Оуэн, так как банковские карты здесь никто не брал.

Заправка оказалась с самообслуживанием. Оуэн сделал всё сам. Вставил в бак моей машины пистолет, прошёл к специальному окошку, оплатил и вернулся.

– Теперь можем ехать домой! – с улыбкой провозгласил он, запрыгивая на переднее сиденье.

Я тоже не удержалась от улыбки.

– Дом милый дом. Какое же это тёплое и уютное слово.

– В жизни ничего так не хотел, как вернуться в свою ободранную квартирку.

– Она у тебя ободранная?

– О да! До того старая, что штукатурка от стен отваливается. Но я не собираюсь делать там ремонт.

– Почему? Нравится жить в ободранной квартире?

– Нет, но если хозяин дома не чешется, то почему я должен?

– Хм. Ты ко всему так небрежно относишься в жизни?

– Нет. Исключительно к своей съёмной квартире.

Я вела машину расслабленно, зная, что дороги пустые, светофоры не работают, да и пешеходов нет. Мы с Оуэном болтали о всяких мелочах, которые поджидали нас в столице. Затронули некоторые личные темы. Я больше не осторожничала с Оуэном. Да и вовсе забыла, что считала его маньяком. После того, как он рассказал о своей сестре, моё мнение об этом человеке изменилось. При этом он не раз проявлял вежливость там, где я принимала всё в штыки.

– У тебя есть парень? – неожиданно спросил Оуэн.

Я крепче сжала руль. Нелюбимая тема. Врать не хотелось. Парень у меня вроде был и не был. Если скажу «да», то это будет ложью. Но и «нет» тоже прозвучит странно.

– Относительно.

– Это как?

– Не всё ли тебе равно?

– Просто стало вдруг интересно, есть ли такой человек, который способен вытерпеть твой несносный характер.

Я крутанула голову, открыв рот.

– По-твоему, у меня несносный характер? – моему возмущению не было предела. – Как ты можешь судить, зная меня всего лишь сутки?

– Поверь, мне хватило суток, чтобы понять, что ты из себя представляешь.

Не знаю, почему меня задело мнение абсолютно незнакомого мне человека. Но задело! Никогда не считала себя властной или невыносимой.

– Послушай, Оуэн, ты ошибаешься. Просто ты меня не знаешь. А я с незнакомцами всегда вредничаю. – Я снова посмотрела на него. Он же на меня не смотрел, его взгляд был сосредоточен на дороге. – Впереди долгий путь. Ещё изменишь своё м…

– Элис, тормози!

Глава 10

– Что это было?

Я выровняла руль, поддала газу. Руки до сих пор тряслись, так я испугалась. Казалось, какое препятствие может появиться на дороге, если людей на улице днём с огнём не сыщешь? Соответственно, нет и автомобилей. А оказалось, может.

– Кошка, – ответил Оуэн. – Чёрная. И она перебежала нам дорогу.

Я свела брови на переносице. На Оуэна смотреть боялась, вперила взгляд в дорогу.

– Хочешь сказать, ты веришь в бабушкины приметы?

– Говорю же, несносная.

– Договоришься, и я высажу тебя у обочины. Будешь топать пешком. Тебе ведь не привыкать.

– Несносная, – дразнился Оуэн.

И вместо того, чтобы разозлиться, я улыбнулась. Мимо пронёсся знак, и меня вдруг осенило:

– А мы ведь выехали из города. Значит, дорога не ремонтируется, а тот придурок в туннеле просто псих. Псих, который решил повысить в крови адреналин.

– Пока эта машина не пересечёт границу столицы, я не буду радоваться. И тебе не советую. Слушай, давай я подключу блютуз, и мы послушаем музыку. Ненавижу тишину. После Эсолтона она просто в ушах гудит.

– Это мотор моей машины у тебя в ушах гудит, – усмехнулась я. – Ладно, делай, что хочешь. Около первой заправочной станции купим закусок и воды.

– Да, да…

Некоторое время Оуэн возился со своим телефоном и с моей магнитолой, что-то настраивал. Потом в салоне заиграла музыка.

– Что это? Рок?

– Не любишь? «Letdown» – канадская группа. Или певица Мотика. Их музыка не напрягает. А ты что слушаешь?

– Я? Я не меломан. Вообще редко слушаю музыку.

– Я заметил…

Дальше мы ехали молча. В салоне играла мелодичная рок-музыка, окна были открыты нараспашку. После вчерашней грозы стало душно. Я и не заметила, когда избавилась от тёплой кофты. Вместо шорт на мне были джинсы, но сверху я надела красную майку. Ветер обдувал наши лица. Оуэн слегка высунулся из окна и свесил руки, наслаждаясь прохладой.

Впереди нас ждал крутой поворот. Скалистая гора, внутри которой проходил туннель, тянулась с северо-востока на юго-восток. Горы чередовались с небольшими холмами до самого Энфилда. И если путь через туннели был более или менее ровным, то обратная дорога виляла. Раньше папа часто сравнивал её с волной, которую маленькие дети рисуют, чтобы изобразить море.

Оуэн сел ровно, почувствовав, что машина сбавила ход. Я осторожно сделала поворот и прибавила газу. Но, не проехав и десяти ярдов, вдавила педаль тормоза в пол. Послышался чей-то крик. Это был мой крик. Как я управляла машиной дальше, не помню. Разум затуманился. Перед глазами оказались чьи-то руки. Это Оуэн вертел вместо меня руль.

Всё закончилось в одно мгновение. Машина стояла поперёк дороги в дюйме от огромной груды камней, которые перекрывали путь.

Оуэн тяжело дышал с минуту, затем отпустил руль и вышел из машины.

Я сидела, словно парализованная, глядя перед собой в одну точку. Ужас сковал меня до такой степени, что я с трудом соображала. Когда пришла в себя, поняла, что тоже хочу на воздух. Со своей стороны дверь открыть не смогла. Полезла через пассажирское кресло.

Перед нами стояла дилемма. Слева – высокая скала. Справа шёл обрыв, ведущий прямо в грязное озеро Эсолтона. Впереди сваленная груда камней, которую не объехать, не обойти. И только один путь – назад в Эсолтон.

Оуэн посмотрел на автомобиль: нам чудом удалось избежать столкновения. Парень забрался внутрь и выключил двигатель. Музыка замолкла. Закапал дождик. Я подняла голову к небу, подставив лицо под крупные капли.

– Что будем делать? – спросил Оуэн, когда шок прошёл.

– Думаешь, те парни на красной машине уехали через туннель?

Он пожал плечами.

– Возможно.

– Этот чёртов городишко взял нас в плен. Дорогу специально завалили?

– Не думаю. Похоже, гора обвалилась.

Я негромко выругалась. Съездила в отпуск к тёте Мередит. Где она? А где я?

– Послушай, Элис, мы не можем сидеть здесь под дождём и ждать непонятно чего. Предлагаю вернуться в отель, поесть, отдохнуть, переночевать. А завтра отправимся к мэру города или обратимся в необходимые инстанции, чтобы узнать, когда дорогу расчистят.

– У меня наличных нет, а банковские карточки не принимают.

– Я оплачу отель за эту ночь, а там видно будет. Если тебе легче станет, то по возвращении домой, вернёшь мне деньги. Давай я поведу.

Оуэн протянул мне руку. Секунду подумав, я вложила свою руку в его ладонь и неожиданно оказалась в его объятиях. Оуэн крепко прижал меня к себе, как родную. Я услышала стук его сердца – оно волновалось не меньше, чем моё собственное.

– Мы есть друг у друга, Элис. Обещаю, что мы выберемся из этого города. Всё будет хорошо.

Горячие слёзы смешались с холодными каплями дождя. Я редко плачу, но сейчас пребывала в отчаянии. Что и говорить, за эти два дня случилось столько странностей, что мысли с каждым разом становились всё мрачнее и мрачнее.

Оуэн сел за руль. До «Аттракциона» мы доехали молча. В холле отеля я села на диван, пока Оуэн брал ключи от номеров. По счастливой случайности наши прежние комнаты были свободны. Горничная успела прибраться и сменить постель. Я чувствовала себя ужасно, поэтому просто следовала инструкциям Оуэна.

Мы переоделись и спустились в ресторан. К тому времени за окнами начало темнеть. В подавленном состоянии я отказывалась сосредотачивать своё внимание на посетителях и персонале отеля, всяческие взгляды я также игнорировала.

– Девушка у стойки администратора сказала, что это оползень. Груда обвалившейся породы лежит на дороге уже неделю.

– Неделю?! И никто этим не занимается?

– Говорит, ждут оборудование из соседнего города. У них случилась авария, со связью проблемы. Может, в этом проблема.

Передо мной стояла тарелка со спагетти и морепродуктами. Откуда берётся вся эта рыба? Из озера? В голове всплыла неприятная картина: серая, мутная вода с горами мусора и водорослями у берега. Поморщившись, отодвинула тарелку от себя, попила воды и встала.

– Приятного аппетита, Оуэн. Я пойду спать.

– Уверена, что не хочешь десерт?

– Нет. Увидимся утром.

Уходя, я врезалась в человека. Решив, что это моя вина, извинилась. Он же ничего не сказал, но ещё долго сверлил меня взглядом.

Глава 11

В коридоре стоял грохот. Это я стучала в дверь номера Оуэна. Яростно молотила кулачками, желая поскорее оказаться в безопасности.

Стояла глубокая ночь. Я не посмотрела на часы, на это не было времени. В коридоре мигали лампы, но на мой крик никто не вышел. Да и Оуэн открыл не сразу.

Когда дверь открылась, я едва не свалилась прямо парню в руки. Оуэн удивлённо уставился на меня, пытаясь не закрыть веки. Я влетела в его комнату, заперла дверь, а для собственного спокойствия подпёрла ручку спинкой стула. Потом отряхнула руки и развернулась к Оуэну. Кажется, от моей наглости он проснулся.

– Что происходит? Может, объяснишь?

– Там… там… – я никак не могла собраться с мыслями, запиналась, захлёбывалась словами. Эмоции зашкаливали, я никак не могла отойти от пережитого испуга. И внешний вид Оуэна меня абсолютно не волновал в ту минуту. Мне было плевать, что передо мной стоит полуобнажённый мужчина в трикотажных шортах. Важно было то, что я боялась оставаться одна. – Я видела… девушку… она…

– Подожди. – Оуэн, шаркая голыми пятками по паркету, поплёлся к столу, где налил для меня стакан воды. – Выпей, успокойся, а потом рассказывай.

Дрожащими руками я приняла стакан и большими глотками выпила всё до дна. При этом вода текла по подбородку, шее, затекала в прорезь моей маечки. Оуэн следил за мной, раскрыв челюсть.

– В моей комнате летающая девушка, – выпалила я. Оуэн сомкнул губы. Я продолжила: – Я уснула рано, кажется. Точно помню, что окно не открывала. Оно было закрыто и занавеска задёрнута. А когда я открыла глаза, окно было раскрыто нараспашку. А потом я увидела… её… Девушка парила под потолком, вся в чём-то белом, светящемся. И волосы чёрные… закрывали её лицо… Боже…

– Ты уверена, что…

– Я ещё не выжила из ума, Оуэн! Моё сознание не может выдумать такое! – истерила я. – Учитывая тот факт, что я не верю в спиритизм, никогда не увлекалась мистикой. Я – первый человек, который посмеётся, если кто-то скажет, что видел призрака. Но я… я видела! – пискнула в ужасе.

Оуэн зевнул.

– Я всего лишь хотел спросить, уверена ли ты, что закрыла окно.

Мы оба покосились на его окно. Оно было закрыто. Вдалеке поблёскивали огни города. Вид из окна Оуэна выходил на замок Эсолтон Пик. Но именно он оставался тёмным и был мало узнаваем в ночи.

– Я проверила, закрыто ли окно, – уже спокойнее сказала я, – потому-то прошлой ночью меня разбудил грохот. Ветер ворвался в спальню. Я рассказывала… Сегодня я проверила щеколду.

– Ну, хорошо. Возможно, ветер снова открыл окно. Щеколда, видимо, ненадёжная. А девушка… померещилась тебе, Элис. Подумай, может, ты видела тень дерева или…

– Это была девушка.

Мы уставились друг на друга. Мой взгляд был слишком твёрдым, суровым и непреклонным. У Оуэна не нашлось слов, чтобы возразить.

– Ладно, – он поднял руки, будто сдаётся. – Тогда давай я схожу в твою комнату и посмотрю на эту девушку. Мне любопытно стало, что там за летающее существо.

Я села на кровать.

– Иди. А я здесь посижу.

Да, струсила! На то я и слабый пол.

Вздохнув, Оуэн надел футболку и вышел. А я неподвижно сидела на месте, сложив руки на коленях и сверлила приоткрытую дверь взглядом. Гул сердца отдавался в ушах. Что будет, если Оуэн её увидит? Точно не закричит. А есть ли там это летающее существо? Может, она улетела, как только я выскочила из комнаты? А потом я начала сомневаться, что действительно видела человека, парящего над моей кроватью.

Ну, не чушь ли?

Тряхнула головой, вспоминая руки со скрюченными пальцами и чёрные волосы, почти касающиеся моего лица. Нет, такое не может присниться…

– Иди со мной, – велел Оуэн. Его голос звучал бодро для человека, увидевшего призрака.

Я встала и неуверенной походкой пошла за ним.

– Смотри, – он показал пальцем наверх. – Занавеска парит в воздухе из-за сильного ветра. Может, тебе снился кошмар, а когда ты проснулась и увидела занавеску, воображение все ещё показывало тебе сон. Ты не думай, я ни в коем случае не смеюсь над тобой. Со всеми случается. Тем более, мы пережили потрясение.

– Судя по всему, тебя заваленная дорога не сильно потрясла, – с ухмылкой сказала я, возвращаясь в его комнату. – Ты дрых как сурок.

– Ты собираешься спать… в моей постели?

Я забралась под его одеяло.

– Да. И ты меня отсюда не прогонишь. Сам тоже не уйдёшь. Будь добр, закрой мою комнату и возвращайся.

– Здесь нет дивана. Кровать узкая. Что мне прикажешь делать?

– Ложись рядом, – легко ответила я. – В тесноте, зато не страшно.

У Оуэна глаза стали как блюдце. Может, он и не против был спать со мной в одной постели, кто знает. Однако в данную минуту его лицо красноречиво свидетельствовало об обратном. Уверена, что мысленно он обматерил меня.

Тем не менее, он сделал так, как я сказала: закрыл мою комнату и вернулся. Выключил свет, встал около кровати, руки на поясе. Ждал приглашения? Я отогнула уголок одеяла.

– Не волнуйся, Оуэн, я не собираюсь тебя насиловать. Ложись.

– Когда требовала мои документы, думала, что я могу тебя изнасиловать… Просто поражаюсь женской логике!

– А ты не поражайся. Прими, как есть. За два дня я к тебе привыкла. А сейчас мне страшно. Правда, страшно…

Я замолчала, почувствовав, как Оуэн прилёг рядом. Не прижиматься на такой узкой кровати было невозможно. Я подвинулась к стенке, но бедром ощущала тепло его тела. Стало очень спокойно, но сон не шёл.

– Оуэн? Ты спишь? – прозвенел в тишине мой голос.

– А ты как думаешь? – отозвался недовольный парень.

– Ну, если бы не ответил, я подумала бы, что ты спишь.

– В крайнем случае, сдох.

– Так неприятно спать рядом со мной? Сегодня там, на дороге, мне показалось, что ты… что мы… сплотились.

– Не до такой же степени!

– Это не выдумка. И не сон, – серьёзно сказала я. – Девушка была настоящая. В этом городе происходит что-то страшное. Мы будто попали в западню… А началось всё с того туннеля, где мы чуть не врезались во встречную машину. Но знаешь, чем плоха дорога с односторонним движением? Нет возможности повернуть назад. Оуэн? Ты спишь?

Парень не ответил. Я с огромным усилием повернулась на другой бок, закрыла глаза, и меня поглотил сон.

Глава 12

Вынырнув из сна, я почувствовала тяжесть на своей груди. Оуэн положил свою руку. Признаться, это подействовало на меня успокаивающе. Однако с минуту я не знала, как повернуться, чтобы не потревожить его сон. Я была зажата между стенкой и Оуэном.

«Не могу же я так вечно лежать», – подумала я, а когда попыталась убрать руку, Оуэн проснулся.

Быстро сообразив, что натворил, он убрал руку. Я повернула голову и неожиданно встретила его взгляд. Его лицо было так близко, что я смогла разглядеть едва заметные веснушки и чёрные пробивающиеся волоски на подбородке.

Он хотел перевернуться на спину, но улетел вниз. Я услышала глухой удар и короткое «ауч», потом подползла к краю.

– Ты в порядке?

– Хорошее начало утра, – пробурчал парень.

Выбравшись из постели, я подала ему руку. Мы уставились друг на друга, не выпуская рук. Оуэн замялся на мгновение, словно пытаясь потянуть неловкий момент, затем вздохнул и выпустил мою руку.

– Пожалуй, я вернусь к себе.

– Не возражаешь, если я ещё часок посплю?

– Да, не волнуйся. Я пока приму душ, приведу себя в порядок. – Я пошла к двери, но вдруг остановилась. – И, Оуэн… спасибо.

Он уже взбивал подушку.

– Не за что благодарить, – отозвался он.

Я кивнула.

– Встретимся за завтраком.

Ответа я не дождалась. Оуэн засопел, и мне осталось тихо покинуть его комнату.

Через полтора часа я спустилась в ресторан. Оуэн появился, когда я доедала свой завтрак.

– Выспался? – поинтересовалась я, когда он сел.

– Чувствую себя намного бодрее.

И снова наступил неловкий момент. Я принялась кусать губы, а Оуэн усердно изучал свои руки. О чём он думал? Считал меня полной дурой? Почему-то теперь, когда страх рассеялся, а видение казалось далёким, мне стало стыдно за своё поведение.

– Глупо получилось, – произнесла я, отворачиваясь.

Оуэн поднял голову.

– Вела себя, как идиотка, – добавила для убедительности.

– Ты испугалась, – сказал Оуэн, пытаясь оправдать мои действия.

– Я всё утро об этом думала и… ты прав. Мне, скорее всего, почудилось. Занавеска и тени от… деревьев или предметов в комнате…

– Когда я вошёл в твою комнату, ветер трепал занавеску. Она колыхалась прямо под потолком. Я уверен, что никаких призраков ты не видела.

– Ладно. Какие планы сегодня? – вздохнула я и повернулась к окну.

– Отправимся к мэру города. Нужно решать нашу проблему.

– На улице снова никого нет. Поразительно! Внутри отеля жизнь бьёт ключом, а за окном ни души.

– Может, поинтересуемся у кого-нибудь, почему так происходит?

Я с беззаботной улыбкой посмотрела на Оуэна.

– Думаешь, нам объяснят? Здесь живут очень странные люди.

– Так давай попробуем, – не сдавался парень. – Заодно узнаем, где найти мэра города.

– Сомневаюсь, что из этого что-то получится. К мэру так просто не попасть.

Оуэн больше не слушал меня. Он подозвал официанта и для начала заказал завтрак, а когда тот поинтересовался, хотим ли мы что-нибудь ещё, Оуэн озвучил главный вопрос:

– Скажите, почему днём на улицах нет людей? Мы приехали два дня назад…

– Уже третий пошёл, – добавила я.

– Да, а мы по-прежнему удивляемся, почему люди не выходят из своих домов.

– Не ездят машины, не работают светофоры…

– И магазины.

Официант крутил головой, пока мы говорили, затем снисходительно улыбнулся и сказал:

– Магазины в городе работают.

– Большая часть закрыты, – не унималась я.

– Вы правы. Эсолтон – ночной город. Днём жители отсыпаются, а ночью выбираются из своих домов, работают и развлекаются.

Мы с Оуэном обменялись взглядами. Я покрутила головой.

– Но эти люди не спят.

У официанта не нашлось объяснения этому факту, поэтому он просто пожал плечами. Затем спросил, желаем ли мы чего-нибудь ещё.

– Да, – сказал Оуэн. – Мы хотим найти мэра. Чтобы разобраться с завалом на выезде. Нам необходимо возвращаться домой, а дорога перекрыта.

– Почему, раз выезда из города нет, не закроют въезд? – спросила я. – Несправедливо получается. Люди попадают в Эсолтон, а выбраться не могут.

– Дело в том, что за городом есть наши жители, которые не смогут вернуться домой, если мы перекроем въезд.

– Ну… знак бы поставили.

– Мэм, я всего лишь официант.

– Да, простите. Так как нам найти мэра?

– Резиденция мэра находится на площади Гринвич. От нашего отеля ехать минут пять. Но и пешком совсем не далеко. Ваш завтрак будет подан сию минуту, сэр.

Официант удалился, и я посмотрела на Оуэна.

– Сегодня ночью прогуляемся. При условии, если мы не покинем город.

Глава 13

Сходили мы в резиденцию, но ничего не добились.

– Мэра нет, – сказала нам стройная женщина в деловом, коричневом костюме. – Чем могу быть полезна?

Удивлённые отсутствию мэра города, мы поинтересовались, каким образом он смог уехать. В моей душе забрезжил огонёк надежды. Это могло быть что угодно: другая дорога, вертолёт, поезд или даже водный транспорт. В глазах Оуэна я заметила такой же огонёк.

Но женщина с цепким взглядом ответила:

– Он уехал в столицу две недели назад. И пока не решится проблема с дорогой, он останется там.

– Мы как раз пришли поговорить об этом, – пустилась я в объяснения. – Три дня назад мы прибыли в Эсолтон к своим родным, но никого здесь не нашли. В этом городе мы оставаться не можем. Есть ли возможность уехать?

– К сожалению, у нас только одна дорога. Боюсь, до того, пока она остаётся не расчищенной, вы не сможете покинуть город.

– А почему в туннеле не разделят дорогу на две полосы? – спросил Оуэн. – Это бы на время решило проблему.

– Потому что это опасно, молодой человек.

На любые наши вопросы женщина отвечали сдержанно, но быстро. Казалось, её ничем не пробьёшь.

Ничего не выяснив, мы снова вышли на площадь Гринвич. День был пасмурным, небо затянуло тучами. Лёгкий туман окутал здание резиденции. Любопытное дело – это место никак не охранялось. Мы свободно вошли в здание, свободно вышли. И всё, что мы увидели на территории резиденции – просторный двор, который делился узкими дорожками с зелёными газонами, яркими цветочными клумбами и символическим фонтаном. Людей не было.

Отходя от здания, я обернулась. В окне на первом этаже дрогнула шторка. Но мне могло и показаться.

– Эта женщина такая же странная, как и все люди, которых мы встречали, – сказала я, вспоминая соседку тёти Мередит, тучного бармена, перманентную женщину в адресном бюро или тощую девушку за стойкой администрации в отеле «Аттракцион». Всех их объединял неизменный, не свойственный обычным людям взгляд – немигающий, цепкий, недружелюбный и в какой-то степени предупреждающий. Подумав об этом, у меня прошёл мороз по коже.

Немного прогулявшись по пустой площади, глядя на противных ворон, слишком громко каркающих, мы присели на скамейку. Оуэн задумчиво чесал обросший подбородок. Парень не брился два дня, но щетина ещё не достигла статуса бороды, и на щеках была едва заметна. Внезапно я поняла, что разглядываю его и отвернулась. А потом услышала:

– Давай попробуем уехать через туннель?

– Ты с ума сошёл? – вспыхнула я. – Сам слышал, что это опасно. Забыл, что мы пережили, когда ехали сюда? Туннель слишком узкий. А если поток машин? Нет, я не смогу…

– Тогда давай я поведу. Я смогу.

– Нет, Оуэн. Нет!

– Но почему?

– Я не собираюсь подвергать риску ни свою, ни твою жизнь. Не забывай, что у тебя есть больная с сестра, а у меня… а я просто жить хочу.

Парень вздохнул. Его руки, сложенные на коленях, сжались в кулаки так сильно, что костяшки пальцев побелели.

– Те двое… на красной машине как-то ведь уехали.

– Уверен, что уехали? Уверен, что они сейчас живы? Ты в этом уверен?

– Тогда, может, перелезть груду породы…

Оуэн не договорил, я перебила, и при этом нервно размахивала руками, стоя перед ним.

– Хочешь идти пешком? Иди! Тебе не привыкать. Давай, иди! Без воды, еды и денег посмотрим, сколько ты продержишься. Я не брошу свою машину здесь.

– Параллельно трассе Эсолтона есть дорога до рыночного городка Барнет. Если нам удастся добраться до туда автостопом, то из города можно сесть на автобус – и мы в Лондоне! А твою машину потом заберём.

– На словах всё всегда выглядит легко. Но сколько нам придётся пройти, пока появится хоть одна попутка?

– Какая же ты упрямая, Элис! – разозлился мальчик-паинька. Я понимала, что и у Оуэна нервы сдавали, но ничем не могла помочь. – Неужели ты хочешь торчать тут ещё несколько дней? – продолжал он на повышенных тонах. – У меня хватит денег ещё на одну ночь, а потом куда мы денемся? Не на улице же спать?

– У меня есть машина, – буркнула в ответ, сложив руки на груди.

– По-моему, эту дорогу расчищать не собираются. Так и засядем здесь, как…

– Я тебя не держу, Оуэн! – заорала на всю площадь. – Ты мне никто. Я тебе никто. Каждый может идти своей дорогой, ладно? Хочешь лезть через ту кучу породы? Вперёд и с песней! Я – пасс.

После этих слов я развернулась и пошла прочь. Оуэн что-то кричал мне вслед, но я не слушала. Пыхтя от злости, я шагала по улицам Эсолтона. Необходимо было спустить пар, подумать и успокоиться. А потом я смогу здраво мыслить. Если бы я осталась с Оуэном ещё минуту, то мы неминуемо бы разругались.

С одной стороны, я не хотела ни оставаться одной, ни оставлять одного Оуэна. Но ситуация давила своей абсурдностью, я все больше раздражалась. Любое слово Оуэна действовало на меня, как красная тряпка на быка. Так что я не собиралась поворачивать.

Не знаю, сколько времени я так бродила по городу в одиночестве. Знаю, что очень долго.

Сначала я вышла на набережную, шла вдоль озера по пустым улицам, разглядывала Эсолтон Пик на вершине и думала о том, что будет дальше. Потом увидела магазин с табличкой «открыто», вошла и, найдя мелочь в кармашке сумочки, купила батончик «Старбар» и бутылку воды. Продавец в очках вяло выдал сдачу, и я вышла.

Смеркалось, когда я оказалась на Восточной улице. Я снова пришла к дому тёти Мередит. Осмотрелась получше, заглянула в окна. Внутри стояла мебель, но я её не узнавала. Задний двор тоже как будто изменился. Раньше я никогда не видела кирпичной постройки, похожей на сарай. Дверь легко поддалась, но я ничего интересного там не обнаружила. Лопаты, вилы, ведра и всякая садовая чепуха. А ещё паутины в каждом углу.

Я посмотрела на заднюю дверь дома – на ней висел замок, который можно легко сбить чем-то тяжёлым. Но нарываться на неприятности желания не было, поэтому оставила эту мысль. Да и что я найду внутри, если тётя съехала оттуда год назад?

«Где же ты, тётя Мередит? Откуда ты писала мне? И почему не сообщила, что живёшь по новому адресу?» – мысленно обратилась к тёте, глядя на окно, где раньше была её спальня.

И вдруг в памяти всплыл момент, когда мы с папой устраивали барбекю на этом самом месте. Мне тогда было лет тринадцать. Я стояла так же, глядя на окно тётиной спальни. Что же меня тогда привлекло? Дядя был ещё жив. Они с папой обсуждали рыбалку. Мама нарезала овощи для салата. По двору бегал чёрный терьер с мячом в зубах. Я напрягла память. Где тогда была тётя? И почему я смотрела на её окно?

В руках у меня что-то было. Ракетка? Да, точно! Тётя пошла в спальню, чтобы взять воланчик для бадминтона. Она должна была скинуть его вниз из окна. Я ждала.

И вот, как сейчас, вижу. Она сдвигает белую шторку, открывает окно и сбрасывает волан, я ловлю. Шторки на окне сейчас не было, но я хорошо видела, что она сдвинута в сторону. Тётя никогда так не делала. Она считала, что шторы и цветы украшают окна, делают дом уютным, наполняют жизнью.

Однако воспоминание всплыло совершенно не потому, что дело было в шторке.

Бадминтон. В тот день я играла в бадминтон. Но не с папой или мамой. Не с тётей и даже не с дядей. Я играла с соседским мальчиком на дороге между нашими домами.

Его звали… Его звали…

Майки. Его звали Майки.

Я резко сорвалась с места, чтобы посмотреть на противоположный дом.

«Сейчас проверим, что стало с соседями тёти», – подумала я, входя в их двор.

Глава 14

Дом казался пустым, безжизненным… как, впрочем, все в этом районе… в этом городе.

Я стучалась в дверь, в окна, выкрикивала имена, но никто так и не открыл. Огорчённая я присела на верхнюю ступеньку крыльца и стала думать, что делать дальше. В небе появился месяц, но его частично скрывали тучи, несущиеся с ветром на север. О звёздах не было и речи.

Внезапно что-то изменилось, и я долго не могла понять, пока не услышала визг тормозов. Звуки. Весь день в городе стояла мёртвая тишина, а сейчас я чётко слышала движение машин. Дело шло к ночи. Это время, когда жители Эсолтона оживают.

Подумав об Оуэне, я решила, что лучше будет вернуться в «Аттракцион». Я уже встала, когда во дворе появился человек. Я узнала его, несмотря на пройденные годы. Те же черты лица и та же размеренная походка.

– Майки! – обрадовалась я. – Ты, наверное, не помнишь меня…

Он остановился в нескольких шагах от крыльца и изучающим взглядом рассматривал меня. Пытался вспомнить?

– Когда-то я приезжала к тёте, и мы с тобой играли в бадминтон или катались на велосипедах. Вспомнил меня? Элис. Я – Элис.

Он сделал шаг ближе, и я услышала тяжёлое дыхание, слишком частое для здорового человека. По инерции я ушла в сторону.

– Ты какой-то странный, – осмелилась сказать, осторожно пятясь к дороге. Майки продолжал пялиться на меня. На его худощавом лице не двигалась ни одна мышца, мимика отсутствовала, а глаза были широко раскрыты. Он снова пошёл на меня. – Я, пожалуй, зайду в другой раз! – разыгрывая весёлость, бросила я и быстрым шагом двинулась вверх по улице, в сторону «Аттракциона».

Чем дальше я шла, тем страшнее становилось. Вокруг происходило что-то невероятное. Я слышала крики, хрипы, стоны и… вой. Да! Собачий вой!

Один раз я обернулась, когда собиралась сворачивать за угол. Майки следовал за мной. Он двигался медленно, но целенаправленно преследовал меня. Но не это испугало меня. Пугали люди, которые шли за мной вместе с Майки, так же медленно и так же неуклюже, будто в состоянии оглушения.

Я сворачивала то на одну улицу, то на другую, проходила между домами, лишь бы оторваться от них. Ничего не получалось. Толпа увеличивалась, как ускорялся мой пульс, а по спине бежали капельки пота.

Однако кучка чокнутых людей – не самое дикое.

Машины. Стоило мне выйти на широкую дорогу, как чуть не попала под машину. Водители не соблюдали правил дорожного движения. Автомобили ездили восьмёрками, по тротуарам, и непонятно в каком направлении. Удивительно то, что они не сталкивались друг с другом и не врезались.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.