Даниил Азаров
Городские легенды: Мзгля

                                                                                                                                                                                 1

  Промозглый ноябрьский ветер, казалось, проникал повсюду. Забирался под плотно застегнутое пальто, потом под рубашку, по-хозяйски располагался на груди и вызывал стойкое желание убраться отсюда подальше.

Но – нельзя.

Потому что обещание дочери – это святое. Нужно терпеть.

А она, будто и не замечала колючей непогоды, тянула его за собой, крутя по сторонам головой в пушистой шапке. Антон в десятый раз поежился и в двадцатый раз спросил:

– Элин, ну вон, смотри какие кролики красивые, белые – может купим одного?

– Не хочу кролика! Пап, ну как ты не понимаешь! Они же глупые!

И упрямо шла дальше.

Продавцы на рынке были под стать погоде. Такие-же хмурые, неприветливые, одетые в бушлаты  поверх курток и тоже, наверное, хотели, чтобы этот день побыстрее закончился. Дочь тащила его через ряды птиц, котят, грызунов и щенков всех пород и расцветок.

Иногда она останавливалась напротив прозрачных аквариумов с жуткого вида мохнатыми пауками, о чем-то размышляла и снова продолжала поиски.

– Так, юная мисс, я категорически настаиваю, чтобы вы объяснили своему отцу, что конкретно вы ищете.

Антон отвел дочь в сторону от снующих мимо покупателей и присел рядом.

– Мы ходим тут уже час с лишним, и кто-то из нас обязательно заболеет!

– Ты обещал на день рождения купить мне друга – насупилась девочка.

– Не спорю, но мы говорили о котенке или щенке!

– А я не хочу щенка или котенка!

– И чего-же хочет моя невыносимая принцесса на свое восьмилетие?

– Не знаю – Элина насупилась еще сильнее – чего-нибудь необычного. Не как у всех.

Антон вспомнил витрину с пауками, около которой она останавливалась совсем недавно и внутренне содрогнулся.

– Давай возьмем кролика, они красивые, и у твоих подружек таких нет, будешь в школе хвастаться.

– Ну я же говорила – они глупые!

Она искренне недоумевала, что ей приходиться повторять взрослому папе такие очевидные вещи. Антон тяжело вздохнул, принимая решение.

– Значит так, дорогая моя. Еще полчаса и мы едем домой. Если никого не выберешь, значит останешься без подарка на день рождения.

– Это не честно!

– Ну и что? У тебя полчаса.

Губы девочки сжались в тонкую полоску, подбородок дернулся и глаза набухли грядущими слезами.

– Даже не пытайся!

Как, наверное, каждый отец, Антон уже не раз проходил такой шантаж, но сейчас он не собирался давать слабину. Очень уж было холодно и мерзко на улице. Поэтому мужчина встал, взял ее за руку и повел дальше по рядам. Они прошли мимо террариумов со змеями (слава богу!), миновали застывших каменными изваяниями хамелеонов (пап, ну они же скучные!), дошли до конца и свернули направо, на последний рубеж звериной ярмарки. По неписаному закону каждого рынка, там народа было уже ощутимо меньше, выбор победнее, но и цены дешевле.

Буквально через несколько шагов Эля остановилась возле клетки, накрытой плотным покрывалом. Сверху, на грозившем вот-вот оторваться куске грязного скотча, был прилеплен тетрадный лист с размашистыми буквами. Несколько секунд девочка внимательно изучала надпись, потом попробовала проговорить ее про себя, шевеля одними губами. Удивленно нахмурилась такому странному названию и старательно произнесла его вслух:

– М-З-Г-Л-Я

Она дернула отвлекшегося на что-то отца за рукав и снова повторила необычное слово, но уже уверенней.

– Мзгля. Пап, а что такое М-З-Г-Л-Я?

– Чего? Нет такого слова, ты откуда…

– Слова может и нет, а животина есть – прервал его простуженный голос, доносившийся из-за прилавка. Антон растерянно оглянулся по сторонам, никого не увидел и недоверчиво уставился на клетку.

– Простите?

Ответом ему стало очень шумное сморкание, кряхтение и над темно-зеленым прилавком показалось густо заросшее бородой лицо. Венчала голову черная вязаная шапочка, из-под которой торчали редкие седые волосы. Ростом продавец оказался чуть выше девочки. Он еще повозился, очевидно на что-то встал, отчего немного прибавил в росте. Но все равно едва доходил Антону до груди.

– Дед еще мой их выводил, и прадед. В шахтах они им очень помогали.

– Мзгля? – повторил за дочкой Антон.

– Она самая.

– Никогда не слышал о таком животном. В шахтах вы сказали?

Мужчина раскатисто чихнул, вытерев нос засаленным рукавом куртки пуховика, бывшего когда-то белого цвета.

– Ага, в них, родимых. Опасность за версту чуют, обвал там, или газ вдруг. Да и с ними лучше, веселее…

Он внезапно осекся, помолчал немного и только через пару секунд добавил – "…было".

– Зачем же продаете, если с ней веселее?

– Старый я уже и последний из нашенских. Помру скоро. А она молодая еще, жить да жить скотине, вот и…

– А по вам так не скажешь, я бы больше 50 не дал.

– Эт у нас вся семья такая – усмехнулся мужик – К отцу моему до ста лет девки клеились. Росту чуть, да в жилах Чудь.

– Понятно – озадаченно ответил Антон – Так, а посмотреть-то можно на живность вашу?

– Отчего же нет, смотрите. Накрыл я ее, чтоб не простыла ненароком, погодка сами видите какая.

Бородатый продавец дернул покрывало со своей стороны, и Антон увидел небольшое мохнатое животное, дремавшее на застланном травой полу клетки. Размером с котенка, оно было похоже на помесь морской свинки и хомяка, с длинной вытянутой мордочкой, почти как у лисы. Покрытые светло-коричневой шерстью бока, мерно вздымались в такт его глубокому дыханию.

"Необычный, но в целом довольно милый хомяк" – отметил про себя Антон. Однако что-то еще, какая-то неуловимая странность в облике спящего грызуна, настойчиво царапала подсознание. Мужчина несколько раз моргнул, чуть встряхнув головой, и посмотрел на дочку, которая, приподнявшись на цыпочках изучала необычную зверушку.

– А Мзгля –  это что? Ну, порода или имя?

При звуке голоса хомяк переросток открыл ярко-оранжевые бусинки глаз, посмотрел на него и слегка зевнул, обнажив краешки острых, как иглы зубов. Затем закопошился, просыпаясь окончательно и с его боков отделились две пары тонких паучьих ног, покрытых такой-же светло-коричневой шерстью. Пока они были прижаты к туловищу, разглядеть их было почти невозможно, а сейчас… Сейчас зверушка вытянула их во все стороны, словно потягиваясь, опять зевнула, на этот раз уже широко раскрыв зубастую пасть и издала громкий мурлыкающий звук. После этого представления, она уперлась лапами в пол, подняла себя и снизу показались еще четыре, вполне обычные, короткие когтистые лапки.  Деловито встав на них, сложила дополнительные конечности и повернулась мордочкой к своему хозяину.

"Мрррряв".

– Это порода ихняя так называется, не спрашивайте кто придумал. Прадед может знал. А может он и придумал, кто его теперь узнает. Мда.

"Мрррряв"

– Ну что тебе? Что ты на меня вылупилась? Чудо в перьях, сейчас погоди.

Мужик скрылся с кряхтением под прилавком, чем-то зашуршал и снова появился, сжимая в руке кусок бежевой рассыпчатой халвы.

– Любит она сладкое спросонок, засранка. Что поделать, разбаловал негодяйку.

Он приоткрыл дверцу и протянул мзгле лакомство. Та осторожно взяла его передними лапками, уселась на пятую точку. Чуть не опрокинулась назад, но паучиные ноги молниеносно распрямились, упираясь в пол. Совершенно ошалевший Антон смотрел, как неведомое ему до этого дня существо, развалившись словно в кресле, с удовольствием уминает его любимую арахисовую халву.

И дед…и мзгля эта его… – просто паноптикум какой-то.

Из созерцания этой жутковатой милоты выдернула дочка, которая уже с минуту неистово трясла его за рукав.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.