Пофигист и записки рыжего Льва
Лиана Риде

© Лиана Риде, 2023

ISBN 978-5-0059-9352-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Записка первая «День рассвета»

Сегодня у меня ужасное настроение, как, впрочем, и вчера и позавчера. Я не помню, когда у меня было хорошее настроение. Как-то жизнь моя проходит криво и нескладно. Не понимаю, чему радуются родители. Ну, переехали в новую квартиру, ну и что, что трехкомнатную. Ну, будет у них отдельная спальня и зал, вот радость-то. А у меня как была своя комнатушка, так и останется. Четыре стены, пол, потолок. Мебель с моей прежней комнаты расставят, и будет как всегда. Разве, что вид из окна другой, да и тоже не фонтан. Детская площадка, стадион, ну и лавочки, конечно, в комплекте со старушками, куда же без них.

Как же долго и скучно я живу. Хорошо, что планшет купили, хоть в соцсетях поплутаю. Чтобы я делал без интернета, не знаю, наверно, от тоски бы сдох, и на памятнике моем написали бы тогда «Очередная жертва скуки смертной». Слава интернету, хоть он меня от моей скучнейшей жизни отвлекает.

О, Петька новые фотки выставил, сидит возле какого-то дерева, пальма что ли. С родителями куда-то ездил, решил хвастнуть. Я прошлым летом с родаками на море летал. Что на этом пляже хорошего? Жарко как в печке, и бесконечный ветер по морде хлыщет и хлыщет, аж бесит. А море какое-то неспокойное, чуть какой катерок вдалеке проплывет, волны тут как тут, бегут и норовят прямо в рот тебе залезть. Я тогда столько этой воды наглотался, до сих пор тошнит.

О, Катька новую фотку выложила. Не понимаю, чем эта фотка отличается от сотни других, которые уже висят у нее на странице. Это прямо как задачка «Найди отличие» называется. Здесь Катька и здесь Катька. Здесь на фоне какой-то березы, а здесь на фоне сосны, а здесь на фоне какого-то плаката, а здесь на фоне памятника. А понял, дело не в Катьке, она не меняется, а в месте ее нахождения. Типа я вся такая путешественница, гуляю от березы до сосны, а еще я разносторонняя, читаю плакаты и разглядываю памятники. Девчонки, вообще народ темный, непонятный, у себя на уме.

– Сына, иди на кухню, сейчас твою мебель к тебе в комнату принесут. Я на скорую руку приготовила, поешь. Можешь есть все, что в холодильнике найдешь, – сказала мне мама, бесцеремонно прервав ход моих мыслей.

Мама всегда не вовремя заходит ко мне в комнату и вечно о чем-то просит, вот прямо как в этот раз.

Ладно, делать нечего, пойду поем, а то еще помогать заставят, мебель собирать. Не успел до кухни дойти, она опять ко мне со своими просьбами:

– Поешь, загляни в шкаф в коридоре, там какие-то журналы, книжки от прежних хозяев остались. Может, что-то тебе для школы пригодиться, остальное в мусорку.

Вот блин, и мне во всей этой радостной суете радости привалило. Мама у меня вообще какая-то суетливая, как придумает какую-нибудь работу, ни себе, ни другим покоя не дает. Откуда она только ее берет? Вот отец другой, целый день на работе, вечером домой приходит, спросит как дела в школе и, не дождавшись ответа, к себе уходит с какими-то бумажками возиться.

Ладно, после еды быстро все в мусорку побросаю, и бежать надо от этой скукоты. Бежать! Бежать!

На кухне я нашел сковородку с жареными яйцами и макаронами. Все внутри возмутилось: «Блин, ну говорил же, что я яйца с целыми глазами люблю, а она опять их проколола и прожарила». Да, странновато звучит про яйцевые глаза, но как-то так.

Осталось разобрать шкаф и быстренько сваливать. Пойду на улицу, поищу где-нибудь свободную лавочку, что, наверное, будет сложно. Все дворовые лавочки оккупированы старушками. Одна надежда на какой-нибудь мелодрамистый сериал, который заставит старушек оторвать кое-что от лавочки и унести к себе домой ближе к телевизору.

Так что тут у нас? Какие-то журналы. Так, это юный следопыт. Что за следопыт такой, следы пытает? Ха, ха! Про какие-то опыты, исследования. Понятно, для ботаников, которым больше всех нужно мозгом шевелить. Нет, это не по мне, мне мозгом шевелить неохота, а то еще сломаю. Все на мусорку. Так, а куда выбрасывать?

– Мам, куда складывать хлам из шкафа? – нехотя решил уточнить я.

– Какой хлам? – спросила мама с удивленным видом, будто не она недавно навязала мне работенку.

– А, этот, – наконец-то соизволила вспомнить она.

– Возьми коробку пустую, найди в комнате, там, где вещи были, и туда пока складывай. Ты мой помощник, – сказала она и снова скрылась в комнате.

Ну, ты понимаешь, будто это мне надо с этим барахлом возиться! Еще иди, найди, принеси. Вот нашел, эта большая, эта маленькая. Вот в самый раз.

Продолжаем сортировать мусор. Кому расскажешь, чем я на каникулах занимался, не поверят. Сортировщиком мусора работал, даже не работал, а подвергался рабскому труду.

Так, это журнал «Юный натуралист». А это я знаю, для тех, кто природу изучает. Это тоже не по мне. Че ее изучать, изучено уже все давно. А вот еще про уроки выживания. Где они предлагают выживать? В лесу, горах, пустыне. И зачем мне там жить, лучше бы что-нибудь про выживание в условиях скуки и тоски.

Так, и еще «Юный техник», «Юный электрик», «Юный садовник» и еще куча всякого отстоя. Здесь что до нас какой-то юный разнорабочий жил? О, а это что такое? Тетрадка, вся исписанная. На обложке надпись «Записки рыжего Льва». Странно, исписана от корки до корки, и, причем, вручную. Кто же сейчас пишет ручкой, когда есть клава!? И почему лев с большой буквы, да еще и рыжий? Странная какая-то тетрадка. Не знаю, но чем-то она меня зацепила. Что-то было в ней живое, теплое, кто-то водил в ней ручкой долго и старательно. Я не мог понять, почему мне было сложно бросить ее в мусорку. Тогда я решил ее пощадить и отложил в сторону.

Только я хотел втихаря выйти на улицу, уже даже кроссовы натянул, как вдруг слышу:

– Сына, иди сюда!

Не снимая кроссовок, я подошел к двери зала, откуда доносился мамин зов, и осторожно заглянул, едва дыша.

– Заходи, чего встал, – сказала мама, она даже не повернулась в мою сторону, и несмотря на мои старания превратиться в мышку, уже знала, что я где-то рядом.

– Ты сильно занят? – вдруг поинтересовалась мама, отчего я уже понял, что у нее для меня было занятие, которое, конечно, по ее мнению будет важнее всех моих дел вместе взятых.

– Ну, я хотел свежим воздухом подышать, выйти на улицу, что-то душно, голова закружилась, – стал лепетать я, на ходу сочиняя разные причины, которые могли бы заставить маму отказаться от моей помощи. Но мои аргументы оказались не убедительными, и мама твердо заключила:

– Вот и хорошо. Бери вот эту коробку и неси на мусорку. Потом унесешь вон тот мешок и еще коробку, которая в коридоре. Потом придешь, я тебе еще задание дам.

– Вот блин, – закричала душа. Внешне этот крик выразился в отрывистом и нервном выдохе.

– Давай, давай. Раньше сделаем, раньше отдыхать будем, – добавила мама таким тоном в голосе, по которому становится ясно, что спорить и сопротивляться было бесполезно.

– Сейчас, соберусь, – сквозь зубы сказал я.

– Ты же уже собран, вон даже кроссовки надел, – крикнула мама, продолжая разбирать вещи в зале.

– Ну, я же не пойду на мусорку в чистом, – почему-то ответил я.

На самом деле мне захотелось повредничать и потянуть время. Я зашел в свою комнату и упал на кровать. В голове бунтовали «не хочу» и «не могу». Сердце охватило сильное возмущение. Я хотел пойти гулять, а маме нужно вынести мусор. Так почему я должен делать то, что мне не нужно, что я не хочу делать? Почему я не могу делать то, что хочу? – распалялась моя душа. Я почувствовал себя рабом, слугой, кем угодно, только не свободным человеком. Что-то кричало внутри: «Долой рабство, да здравствует революция!». Хотелось рвать и метать. Я стал перебирать разные идеи, как отстоять свою свободу, как избавиться от рабства, как избежать работы. Что только не приходило в голову в этот момент – и спрятаться в шкафу, и прыгнуть со второго этажа, и притвориться полуживым. В общем одна мысль была хуже другой. Ничего не придумав, я понял, что революционер из меня никудышный, искра революции потухла, так и не переродившись в пламя.

Потом пришла мысль, что в моей ситуации проще выполнить мамины поручения, просто делать это не спеша, особо не напрягаясь. Уставший от бунтарских мыслей, я покорно вышел в коридор и пошел в зал. Я поднял коробку, на которую указала мама, и молча вышел с ней из комнаты. Коробка была наилегчайшей, в ней были сложены другие картонные коробки и больше ничего. Потом я сносил на мусорку такой же легкий мешок.

Так весь день до вечера я был у мамы на посылках, как пушкинский старик у старухи. После ужина оковы рабства наконец-то были сброшены, и я мог полностью отдаться своим желаниям. До сна оставалось еще немного времени, я решил полистать тетрадку, которую нашел сегодня. Оказалось, что ее исписал мальчишка, который здесь жил до того, как мы переехали. Его звали Лев. Поэтому она называется «Записки рыжего Льва». Наверное, у мальчишки были рыжие волосы и конопушки по всему лицу, раз он так о себе написал. На первой странице я обнаружил заголовок «День рассвета»

«День рассвета.

Сегодня 21 июня, я жду 22 июня как никакой другой день в году. Я очень хочу увидеть рассвет этого дня. Ведь это будет рассвет после самой короткой ночи в году, значит это самый ранний рассвет. Представить сложно, ночь будет длиться всего 4 часа 26 минут, и закончиться в 2 часа 47 минут 35 секунд. За рассветом только через час будет восход. Я совсем недавно понял, чем отличается рассвет от восхода. Теперь хочу увидеть и то и другое в самый длинный день в году. Надо будет лечь пораньше, завести будильник на 2 часа 30 минут.

Я долго не мог уснуть, – боялся проспать. Но вроде поспал немного, даже не заметил когда заснул, и сколько спал, но после звонка будильника быстро проснулся. Я обернулся в одеяло и сел на стул напротив окна.

Прошло несколько минут, небо стало светлеть, темнота стала бледнеть. Уже все хорошо видно, но краски смазаны. То, что было белым стало светло-серым, а цветное – темно-серым. Как странно, где же цвета? Но вот, становится светлее, и цвета заиграли. Начинается рассвет и оживают краски. Вот, я вижу вдалеке, как яркие лучи как будто вырываются из-под земли. Там поднимается солнце. Начинается восход. Показался оранжевый бочок, и вот уже половинка оранжевого круга. И вот оно круглое и яркое солнце, пустило свои лучи в каждый уголок нашего двора, один из них даже заглянул ко мне в комнату. Стало теплее, уютнее и спокойнее. Солнце взошло, по-моему, это чудо и каждый раз, когда она восходит, я радуюсь. Все меняется, а оно нет, каждое утро восходит и вечером заходит. Так было до меня, так будет после. Может быть, зачем-то оно и мне светит. Может быть, я в этой цепочки жизней тоже что-то значу. Здравствуй, новый день!»

Я отложил тетрадку и задумался. Странный какой-то этот Лев! Про рассвет написал. Что за важное событие? Каждое утро такое событие происходит. Ничего особенного. Я вообще о такой ерунде не думаю. Да еще, из-за какого-то рассвета или восхода, ночь не спать. Делать больше нечего. По мне так, ночью лучше спать, и еще лучше спать еще полдня. Так день быстрее проходит.

Не знаю, почему, но на следующий день, как только проснулся, то сразу глянул в окно. Солнце уже целиком красовалось на небе и лучилось во все стороны. Мелькнула мысль, что на него смотрел Лев, теперь смотрю я. Затем я начал укорять себя: «Нет, чтобы дрыхнуть до обеда, я лежу, мозг будоражу». Спать больше не хотелось, и я полез в интернет. Затем захотелось расшатать нервы андреналинчиком, я завел компигру.

После прохождения всех уровней я понял, что ужасно проголодался. Наевшись от пуза, я завалился на кровать и задремал. Проснувшись, я снова полез в интернет и долго читал разные сплетни и новости, смотрел смешные фотки и прикольные ролики. К вечеру голова была уже окончательно заполнена всякой информацией. Она вертелась в голове, словно вихрь, который цепляет по пути всякий мусор и кружит с ним, пока не ослабеет. Мой вихрь никак не унимался, мне вдруг захотелось отвлечься. В таких случаях я обычно погружаюсь в виртуальный мир компигр, но как назло, все игры старые и не один раз пройденные, а хочется чего-то новенького и захватывающего.

Записка вторая «Поход за грибами»

Вечер тянулся как дедулины подтяжки. Я снова решил почитать недавно найденные «Записки рыжего Льва». Следующая запись называлась «Поход за грибами» Тут я подумал, что он сейчас будет расписывать какие грибочки красивые и вкусные или что-то в этом духе.

«Поход за грибами.

Сегодня я и мои друзья ходили за грибами. Договорились встретиться у меня. Пришли только Артем и Санька. Генка отзвонился, сказал, что не может, так как отравился. На вопрос чем, он затруднился ответить и стал зачем-то перечислять все, что сегодня поглощал на завтрак. Надо сказать, такое количество продуктов я съедаю на завтрак, обед и ужин дня за два. Но для Генки эта нормальная норма. Когда-то кто-то ему сказал, что он похож на богатыря и аппетит у него тоже богатырский. С тех пор Генка старается растить из себя современного богатыря, наверное, чтобы легенду про себя какую-нибудь сочинить. Ну а пока, чтобы в том количестве продуктов, которые он съел на завтрак отыскать виновника отравления, впору звать Шерлока Хомса, Пуаро и Мисс Марпл. И то не факт, что справятся. В общем, Генка оказался в плену комфорта на весь день и, чтобы не портить экологию леса, решил остаться дома.

Я, Артем и Санек выдвинулись с утра пораньше в поход за грибами. День стоял чудесный. Надо сказать, август в наших краях прекрасен во всех отношениях. Уже не так жарко как в июле, но и еще не холодно, как в сентябре. Видимо, за это его называют бархатным, такой же приятный на ощупь.

Наш городок расположен совсем недалеко от леса. У нас даже меж дворов лесные зоны встречаются, где также много грибов растет. Но там собирать не стоит, потому что вокруг дороги и машины. Мы решили выйти за город подальше в лес. А чтобы не заблудиться, я взял компас и карту местности. Еще мы взяли с собой бутербродов, воды и ведра. В общем, подготовились ко всему, во всяком случае, мы так думали.

Вел нас Санек, так как уверял, что знает грибное место, где груздей видимо-невидимо. Я и Артем терпеливо следовали за ним. Пока мы шли, я машинально оглядывался по сторонам, ища глазами какой-нибудь бугорок или приподнятый листочек. По моему опыту грибника, именно рыхлый земляной холмик или приподнятый бочок опавшего листочка – явные признаки, того, что там прячется грибочек. Так по пути я обнаружил несколько сыроежек и один подосиновик. Кстати, подосиновик рос под березой. Хотя по логике вещей под березой должны расти подберезовики. А здесь нет, я внимательно осмотрел гриб, ножка вся в черных точках и шляпка оранжевая, а не бежевая как у подберезовика. Сыроежки я тоже собирал, хоть считается, что это самый низкосортный гриб. А мне они нравятся, можно сказать, даже больше, чем другие грибы. В жаренном виде они становятся сладковатые и приятно хрустящие, как никакие другие грибы. Грузди хороши только соленые, также как волнушки и рыжики. Именно эти грибы сейчас в лесу поспели и готовы пригнуть к нам в ведра.

Не знаю, сколько времени мы шли, но уже раз пять с интервалом в полчаса Санек говорил, что уже пришли. При этом он останавливался и оглядывался по сторонам со словами: «Где-то тут». После шестого «где-то тут» я предложил перестать искать Санькино грибное место, а просто спокойно походить по лесу и поискать грибы. Артем поддержал мое предложение, и большинством голосов мы его утвердили. Мы разбрелись по лесу и как заправские грибники уткнулись взглядами в землю. Я взял длинный сучок и разгребал им подозрительные кучки листьев. Как назло, лес, куда завел нас Санек, оказался скупым на подарки в виде грибов. Это был разреженный лес, много открытых мест и больших разросшихся кустарников. Я ничего не мог найти. И только я хотел окликнуть остальных, как увидел бегущего на меня Саньку с широко открытыми глазами и кричавшего полушепотом:

– Там кто-то есть, – снова повторил он.

– Где? – спросил я.

– Там, – ответил Санек и показал рукой вглубь леса. На шум вышел Артем и спросил:

– Что случилось?

– Там кто-то есть, – снова сказал Санек, видимо, напрочь позабыв остальные слова.

Мы снова последовали за Саньком, который, осторожно крадясь, пошел туда, куда ранее показывал дрожащим пальцем.

Мы немного прошли вперед, и вышли на какую-то странную полянку. Она была расчищена от веток и листьев, посередине лежало большое бревно, оставшееся от поваленного дерева. Мы зашли за него и обнаружили кострище. Огня не было, угли были холодными. Тут Артем показал наверх, и все увидели дерево, увешанное вещами. На одной ветке висела куртка, на другой, рубашка, на третьей брюки. Недалеко было еще одно дерево обвешанное вещами.

Мы осторожно ходили по полянке и оглядывались вокруг. Поблизости не было никого, ни души, кроме наших, конечно. Никаких голосов, только пение птиц и шелест листьев, потревоженных ветром.

– Как вещи попали на дерево? – тихо спросил Артем.

– Не знаю, – ответил Санька.

– Ты кого-нибудь видел? – решил спросить я Санька, который до этого несколько раз твердил, что там кто-то есть.

– Нет, – ответил Санька.

– А почему ты решил, что здесь кто-то есть? – продолжал допрос я.

– Не знаю, мне что-то показалось, послышалось, – продолжал отвечать загадками Санек.

Вдруг мы услышали какой-то шорох. Огляделись вокруг – никого. Но шорох становился громче и, казалось, ближе. Недалеко из-под земли стало что-то подниматься. Казалось, что земля разверзлась и образовалась гора, которая делалась все выше и выше. Страх охватил нас, и мы как по команде пулей бросились бежать оттуда как можно быстрее и как можно дальше.

Не знаю как, но мы выбежали прямо к дороге. Услышав звуки проезжавших мимо машин, мы остановились, чтобы отдышаться.

– Что это было? – спросил Артем, задыхаясь от гонки.

– Не знаю, – ответил я, чуть переведя дух.

– А, может, это медведь, – сделал предположение Санек.

– А зачем медведю одежду развешивать на дереве? – поинтересовался Артем с нескрываемым удивлением.

– А вдруг какие-нибудь грибники забрались на дерево от медведя, а он их там догнал и растерзал. Вот одежда и осталась – вдруг сказал Санька с выпученными навыкат глазами, при этом оживленно жестикулируя, будто пытался рукой в воздухе изобразить страшные картины происшедшего.

Я и Артем немного опешили, рисуя в воображении Санькины образы, и каждый с ужасом подумал, что на их месте могли оказаться и мы. Когда воображение немного ослабело, начал включаться здравый смысл, и возникло много вопросов.

– А почему нигде не было крови? – спросил я.

– Да, везде должна быть кровища, а там было чисто, – подхватил Артем.

Санек закатил глаза, начал чесать затылок, замычал и через минуту сказал:

– А, дождем смыло.

Казалось, он намеревался доказывать свою гипотезу любой ценой, так она ему уже успела полюбиться. Хоть по сути своей она ужасна, но что-то было в ней такое будоражащее воображение и щекочущее нервы.

Мы решили еще немного побродить недалеко от дороги и поискать хоть какие-то грибы. Времени было мало, каждый из нас набрал совсем немного, но достаточно, чтобы устроить вкусный ужин для своих родных.

Вечером уставшие, но довольные мы вернулись домой. Я сам почистил собранные грибы и пожарил их с картошкой. За ужином я рассказал своим родным о необычной встрече в лесу. Отец внимательно выслушал и сказал, что многие люди без определенного места жительства повадились рыть землянки в лесу и летом жить в них. Это для них вроде наших дач. Зимой в теплотрассе, летом – на природе, в лесу. Так Санькина гипотеза рассыпалась окончательно. Ну, это хорошо. Значит, в нашем лесу медведи добрые и людей не едят»

Прочитав про поход Льва, я вспомнил, как с родичами тоже в поход ходил. Это был просто поход, не грибной, с палатками, шашлыками. Конечно, нам так весело не было. Правда, родители чему-то все время радовались, друг за другом бегали и ржали как дети. Я среди них самым взрослым и серьезным казался.

Мы разместились возле речки, где отец наловил кучу каких-то рыбных лилипутов, которые я и мама полдня чистили. Вечером родители возле костра завывали песни своей молодости, от которых меня потянуло на сон, и я отправился спать. Ко мне в палатку налетело столько комаров, что, казалось, все комары леса только меня ждали и, дождавшись, устроили пирушку в мою честь, причем на мне. Я замучился опрыскивать себя какой-то фигней, которая воняла булками. В палатке стало невозможно находиться, не то, что спать. Мне все время казалось, что я лежу в какой-то пекарне, причем на полке рядом с хлебом.

Спальный мешок казался каким-то тесным, стенки тонкие. Я всем своим организмом чувствовал неровности земной поверхности, хоть и лежал на одеяле. Всю ночь я вспоминал о своей кровати и ждал, когда наступит утро. Долгожданное утро принесло очередные разочарования. Сонный и раздраженный я вылез из палатки. На улице было холодно и сыро, над речкой висел туман. Я подошел к речке и решил умыться. Вода оказалось такой холодной, что я чуть не отморозил руки и лицо. Продрогший и неумытый я вернулся в палатку, укутался одеялом и пошел греться в машину. Родители в это время спали как младенцы, а когда проснулись, снова начали чему-то радоваться. Отец даже искупался в ледяной воде. Мама сготовила завтрак и позвала меня. Я вылез и поел, а потом весь день просидел в машине с телефоном. В очередной раз голосую за то, чтобы поставили памятник при жизни тому, кто придумал интернет и соцсети.

Вечером мы вернулись домой. Я скинул с себя вещи, которые все еще воняли булками, и бросился на кровать. Это были редкие моменты жизни, когда я держал счастье за хвост. Потом оно опять от меня улетело, и я снова погрузился в обыденную и тоскливую бытовуху.

После этих воспоминаний мне вдруг захотелось вытащить альбом родителей и посмотреть фотографии с нашего похода. Я стал рассматривать фотки. Вот мама возле костра, чистит картошку, и при этом улыбается, как будто дома готовки не хватает. Вот отец с удочкой, сидит такой сосредоточенный, смотрит на гладь воды, будто оттуда золотая рыбка должна вынырнуть и три желания исполнить. Но не тут было, на крючок попадались все больше какие-то малявки, колючие и костистые. Но он им так радовался, как ребенок, ей Богу.

О, и закат сфоткали. Что-то я не помню, чтобы он был таким красивым. Все небо пронизано полупрозрачными облаками. А это я сижу возле костра. И когда они успели меня сфоткать? Какой-то я хмурый и серьезный. Нашли, когда снимать, не могли сказать, чтобы улыбнулся. И тут возле речки я, и тут возле палатки я. Что-то мне физиономия моя недовольная не нравиться. Ладно, в следующий поход буду бегать как олень, ржать как конь, и радоваться всему как маленький щенок. Ну и сравнения я подобрал, хорошо, что с козлом себя не сравнил. Хотя, судя по фоткам, козлом я уже был. Да, ладно, пофиг.

На следующий день за завтраком мама неожиданно спросила меня:

– Ты помнишь, какой уже месяц?

– Август, – ответил я коротко.

– И что это значит? – продолжала допрос мама.

– Скоро в школу, блин, – быстро ответил я.

– И что из этого следует? – снова загадочно поинтересовалась мама.

– Прощай свобода, здравствуй каторга, – почему-то сказал я.

– Причем тут каторга? – вскрикнула мама и добавила:

– Пора готовиться к школе. Узнай, когда линейка. На выходных пойдем костюм новый покупать. Да, кстати, ты все книги прочитал, что на лето задали?

– Да, только одну не успел, – схитрил я. На самом деле я только одну и одолел, почти всю. Ну, еще неделя августа, так что до конца дочитаю. Да, про них никто и не спросит даже. Девятый класс и нас сейчас будут готовить к экзаменам.

После завтрака только я хотел насладиться свободой, которая с окончанием лета должна была закончиться, как следом залетела мама и спросила:

– Ты вещи разобрал?

– Нет, еще, – ответил я и споткнулся об спортивную сумку с вещами, которую сам же собрал перед переездом и совсем забыл разобрать по приезде.

– Вот, вот. Нет, чтобы разобрать, да в шкаф сложить, ты ходишь и спотыкаешься об них, – язвительно заявила мама.

– Сегодня разберу, – буркнул.

– Давай вместе разберем, я хоть посмотрю, чего тебе подкупить и что уже выбросить пора, – сообщила мама и потянулась к сумке.

– Я сам. Нету у меня ненужных вещей, – сказал я с некоторой тревогой. Я не отличался дизайнерским вкусом и вещи выбирал не по внешнему виду, а по степени удобства. Главное, чтобы не кололось и движениям не мешало. У меня были вещи, в которых я мог ходить месяцами, так они мне нравились. На них-то мама моя уже не раз покушалась, все стыдила меня. А мне в них было удобно и все тут.

Ну, подумаешь на футболке пятнышко, оно же малюсенькое, и к тому же гармонирует с рисунком орла на груди. Трикошки хоть снаружи все в катышках, зато теплые и для тела приятные. А катышки под брюками совсем не видать. Еще джинсы есть тоже любимые, сколько лет им не знаю, но качественные и до сих пор хорошо выглядят, таких сейчас точно не купишь.

Кое-как маму выпроводил, и решил сразу же вещи в шкаф переселить, чтобы мама успокоилась и меня по пустякам не дергала.

Я открыл сумку и вывалил на кровать большой тряпочный комок. Потом стал разделять вещи, аккуратно скомканные в большой клубок. Разобравшись, где штанина, а где рукава, я вытянул сначала рубашки, футболки и аккуратно положил на одну полку, оставшиеся штаны – на другую. На все про все у меня ушло минут пятнадцать.

Записка третья «День в огороде»

Потом я со спокойной совестью снова улегся на кровать и уткнулся в планшет. Вечером я снова обратился к «Запискам Льва» и прочитал несколько страниц.

«День в огороде

Ура! Настали теплые деньки, и теперь субботу и воскресенье мы будем проводить на даче. В последний раз я там был в прошлом году осенью. Кажется, что прошла целая вечность. Наконец-то на природу к грядочкам, тепличке. Мама семян в горшочки насадила. Я каждый день ждал, когда проклюнуться. Наконец, дождался – маленькие расточки показались. Но они еще маленькие для теплицы и грядок, пусть немного подрастут, а мы поедим подготовимся. Еще нужно прибраться в доме, дров наколоть, да землю вспахать. Какое это счастье, когда ты можешь что-то делать своими руками.

Сегодня пятница, лягу пораньше, завтра просыпаемся на рассвете. Мама вещи подготовила, завтра на машину загрузим и вперед. Какие счастливые выходные сейчас начнутся. Будни у меня тоже хорошие, но выходные на даче – это мечта.

Проснулся я в таком же хорошем настроении, как и заснул. Раннее утро, за окном кто-то чирикает. Я прямо и слышу, как птички поют: «Едем на дачу, едем на дачу!».

Мы загрузили матрасы и одеяла, много разных вещей, продуктов, и отправились в дорогу. Вот показались наши ворота. Они металлические зеленого цвета. Мы с отцом сами их вешали. Заходим в дом, как-то пусто и холодно внутри. Но вот папа принес дрова и затопил печь, запустил воду в водонагреватель, и у нас появилась горячая вода. А мама встала на кухне, и закипел вкусный обед. Мне поручили уборку. Я вытер пыль, вымыл полы и открыл окна, чтобы проветрить помещения. Потом мы с отцом вытащили все паласы на улицу и отшлепали их хорошенько. Затем отшлепали и матрасы, одеяла, которые привезли. Все чистое расстелили по местам. Стало чисто, светло, пахло вкусной едой. Все это создавало уют и тепло. После сытного обеда мы немного отдохнули, походили по огороду, осмотрелись вокруг. Затем взялись за работу. Мне доверили вскопать грядки. Мама возилась в теплице. Отец разжег костер, и сжигал прошлогоднюю листву и ботву. Теперь и в огороде стало уютно.

Невероятно, как человек может преобразовать все вокруг себя. Может сделать красиво и уютно. Но бывает и наоборот. Я думаю, что мы рождены, чтобы поддерживать красоту вокруг и работать во благо этой красоты. От этого и нам польза будет. Как здорово, когда на столе огурчики и помидорчики со своего огорода. Конечно, нужно потрудиться, и в этом и есть счастье, в возможности трудиться, что-то делать, быть активной частью природы.

Вечером я чувствовал усталость. Эта была приятная усталость, от которой испытываешь радость, понимаешь, что день твоей жизни прошел не зря. В ожидании сладкого сна я лег на кровать и погрузился в объятия теплого и мягкого одеяла. Сон был крепким и приятным. Ночь пролетела как минута. Утром я проснулся богатырем, а как же могло быть иначе, после богатырского сна просыпаешься богатырем. Только на даче после работы на природе я сплю таким сном.

Немного болят мышцы, причем все. И это означает, что они работали. Наконец-то мои мышцы заработали. Как здорово и как жаль, что в воскресенье нужно возвращаться. Ладно, скоро снова суббота, не буду торопить время, ведь жизнь прекрасна в каждый день на счету. До скорой встречи, дача!»

После прочтения этой записки моему удивлению не было предела. Я с нескрываемым презрением скривил лицо в гримасе ужаса. Как можно радоваться работе в огороде? Да от нее бежать надо, как от огня. Работа в огороде – это не для меня. Зачем пахать с утра до вечера? Три шага до магазина сделал, и вот тебе огурчики и помидорчики. А если через интернет заказать, то тебе к самому порогу доставят, что хочешь.

Да еще радуется, что мышцы болят от работы. Да ну, я свои мышцы берегу. Зачем им лишние движения? Я вон на второй этаж кое-как поднимаюсь, ноги болят, и задыхаться начинаю. Ну, это, потому что ступеньки крутые и в подъезде душно.

Вообще, жизнь в деревенских условиях не по мне. Я лучше в квартирке, чтобы до всех удобств рукой подать. Мы каждый год с родителями в деревню к бабушке ездим. По весне картошку сажаем, а осенью ее собираем. Вот тоже круговорот картошки в природе. Мы в деревне целую неделю живем, так я за эту неделю так урабатываюсь, что мне на весь год хватает. Я маме предлагал вместо мешков картошки чипсами запасаться, а она мне:

– А тушить или жарить с лучком и мяском ты тоже чипсы будешь? А в супчик тоже чипсы свои бросишь?

Я сначала не нашелся что ответить, а сейчас думаю, что чипсы же с разными вкусами продаются, хочешь с мяском, хочешь с лучком. Хотя, что я себя обманываю, сам же первый ищу свою большую ложку, когда мама картошки с мясом или с баклажанами натушит.

Но спится в деревне действительно хорошо. Дома я ворочаюсь много, все мне твердо и неудобно. Думал, что кровать и подушка виноваты. А, может, не в кровати дело, может усталости не хватает? Да ладно, пофиг.

Записка четвертая «День знакомства с Викой»

Делать было нечего и спать совсем не хотелось. Я снова взял тетрадку и перевернул страницу.

«День знакомства с Викой.

Сегодня утром я вышел на улицу. Мама отправила меня за хлебом. Но как только я оказался во дворе, то напрочь забыл, зачем вышел. Дело в том, что я увидел ее. Она ходила по двору, держа за поводок собаку. Собачка непородистая, неприметная, ходила везде, что-то вынюхивала. А вот ее хозяйка производила чрезвычайное впечатление. Она невозможно красивая, светлые длинные волосы спадали до самой талии, лицо белое, глаза большие, голубые. Сама она худенькая, а высокий рост придавал ей стройности и какого-то изящества в движениях. Я стоял и любовался. Она обернулась, как будто почувствовала мой интерес. Только, поймав ее взгляд, я очнулся, и отвернулся. Через мгновение я снова посмотрел на нее. Так мне хотелось бесконечно долго видеть ее. Она заметила это и стала приближаться. Я опешил, сердце застучало как бешеное, желание встречи боролось со страхом от этой встречи. Пока она шла, я успел пережить целую жизнь, сначала мне казалось, что она просто пройдет мимо, как будто меня не существует, потом я решил, что она идет посмеяться надо мной, ибо я как дурак, стою и смотрю на нее, и в конце я успокоил себя надеждой, что может быть она тоже обратила на меня внимание и согласится познакомиться.

Но произошло непредвиденное. На полпути по направлению ко мне собачка незнакомки куда-то срочно захотела и незамедлительно устремилась к своей мечте, резко дернув поводок. Поводок выскользнул из руки девочки, и собачка пустилась бежать, да так быстро будто увидела вдалеке перевернутый вагон сосисок, которые вывались на дорогу, и звали ее своим манящим запахом.

Девочка забыла про меня, мой взгляд и побежала догонять свою собачку. Первое, что пришло мне в голову – это броситься на помощь. Мы бежали почти рядом. Собачка не сбавляла скорости и целеустремленно мчалась вперед. Девочка бежала и кричала:

– Тоди, Тоди.

Я старался не отставать, но стал чувствовать, что задыхаюсь, еще немного и я упаду. Мне стало жутко стыдно и страшно от того, что я сейчас остановлюсь и буду дышать как астматик, и всем сразу станет понятно, что я неспортивный лентяй, слабак и задохлик. Особенно мучила мысль, что эта девочка узнает об этом первой. Но фортуна решила сжалиться надо мной. Собачка неожиданно остановилась возле какого-то куста и стала рыться в нем носом. Девочка добежала до Тодика и схватил за поводок. Я подбежал ближе и спросил:

– Поймали?

При этом я старался всячески скрыть сбившееся дыхание, пытался дышать тихо, и стоять прямо, не делая лишних движений.

– Да, поймала, – сказала девочка и добавила:

– Он уже убегал от меня, потом три дня искали.

– Хулиган, – решил пошутить я и сказал это каким-то ласковым голосом, глядя на собачку, которая не обращала на нас никакого внимания и была равнодушна к переживаниям девочки и моим мышечным страданиям. Тодик рылся в кустах, что-то обнюхивая и выискивая. Через мгновение мы услышали шорох на ближайшем дереве. Все посмотрели вверх. Тодик начал гавкать, причем его лай был громким, смешанным с раскатистым рыком, который совсем не сочетался с внешним видом собачки. Я и девочка внимательно вглядывались вверх, и вдруг девочка сказала:

– Белочка!

Я тоже увидел белочку, которая прыгала с ветки на ветку и, в конце концов, упрыгала на другое дерево и скрылась с виду.

– Мы с тобой знакомы? – спросила девочка, внимательно поглядев на меня. Я уже успел отдышаться и как мог спокойно ответил:

– Нет, и я тебя раньше не видел в нашем дворе.

После своего ответа я решил, что говорю какую-то ерунду и почувствовал, как стыд и смущение подступили к сердцу. Лицо залилось красной краской, от чего смущение еще больше усилилось, и ко всему прочему прибавилась злость на себя. В голове вертелись мысли: «Что я за дурак и говорю ерунду, и красный как рак. Какой позор. Это фиаско!» За секунду я накрутил себя так, что был готов бежать оттуда куда-нибудь далеко в лес и прожить там отшельником всю оставшуюся жизнь, неся на себе клеймо позора и неудачника. Мои страдания прервала девочка. Она сказала:

– Мы недавно переехали. Меня зовут Вика.

Я вернул себя к реальности и коротко сказал:

– Лев.

Вика посмотрела на меня, в ее взгляде я прочитал удивление. Я знаю, что при знакомстве мое имя вызывает удивление у собеседника, отчего мне всегда становится как-то неловко. Но сейчас, мне было приятно видеть реакцию Вики.

– Необычное имя, – сказала она после небольшой паузы.

– Меня назвали в честь дедушки, – решил зачем-то оправдаться я, будто чувствовал свою вину в том, что ношу необычное имя, будто хочу выделиться или быть каким-то особенным.

– А, ты в каком подъезде живешь? – спросила Вика, видимо, чтобы поддержать разговор. Я никогда не слыл молчуном и занудой, всегда мог найти, что сказать, пошутить, поддержать разговор, а сейчас потерял дар речи, от чего злился на себя еще больше.

– Я в седьмом, – ответил я. Я говорил коротко и быстро, будто участвовал в каком-то соцопросе. После неловкой паузы я спросил:

– А, ты в каком?

– А, я в шестом, – ответила Вика и продолжила:

– Там жила баба Зина. Может быть, знаешь ее? Она переехала к своим детям, продала нам квартиру.

– А да, что-то слышал, – зачем-то сказал я, хотя никогда ни о какой бабе Зине не слыхивал.

Наш разговор казался мне каким-то натянутым и тяжелым. Я никак не мог успокоиться, волнение и злость сбивали с мысли и не давали мне подобрать нужные слова. Я поймал себя на мысли, что хочу поскорее дойти до подъезда и скрыться в нем, но в то же время хотел оставить приятное впечатление у Вики и как-то договориться о встречи.

– Я каждое утро гуляю с Тодиком, так что если хочешь, присоединяйся, – вдруг сказал Вика и добавила:

– А то вдруг опять убежит.

Ее слова казались спасением для меня, и я сказал:

– Да, конечно.

Когда мы подошли к дому, я сразу же бросился к своему подъезду и на ходу крикнул:

– Пока, до завтра.

Я заскочил в подъезд, забежал вверх по лестнице, и в момент оказался в квартире. Зашел к себе в комнату и сел на кровать, прижав коленки груди. Наконец-то я начал приходить в себя. Я снова и снова вспоминал встречу с Викой, нашу погоню и прогулку. Я не переставал ругать себя за то, что не расспросил ее про нее, не проводил до подъезда, и вообще вел себя как тормоз. Когда я понял, что самообвинениями я только загоню себя в еще большую злость, я решил все исправить, выйти к Вике на следующее утро и показать себя с другой стороны. Тут в комнату вошла мама и спросила:

– Где хлеб, Лева?

– Что? – переспросил я и начал потихоньку вспоминать, зачем вообще сегодня утром выходил на улицу.

– Нет, – ответил я и через секунду добавил: – Я быстро.

– Ты какой-то странный. У тебя все нормально? – сказала мама мне вслед, но я уже выходил в подъезд и оттуда крикнул:

– Все, окей!

В это раз я вернулся с булкой хлеба. Потом быстренько поел и засел в свою комнату на весь день. Мне нужно было многое обдумать, о многом поразмыслить. Во-первых, я захотел заняться своей физической формой. Запланировал силовые упражнения и бег на улице. Пока решил побегать в парке через двор, чтобы Вика не видела, как я еле ноги переставляю и задыхаюсь. Еще заготовил темы разговора для интересного общения. Я уже представлял, как после бега я разыщу во дворе Вику и буду вместе с ней выгуливать Тодика. За это время можно многое узнать про нее и про себя рассказать.

После этих планов я успокоился. В конце концов, сегодня у меня многое не получилось, зато появились цели. Без неудач и ошибок, невозможно понять, что тебе нужно на самом деле – сделал я вывод из сегодняшних событий».

После прочтения я возмутился. Как можно из-за какой-то девчонки так круто жизнь свою менять. Девчонки вообще народ темный, им никогда не угодишь, так что даже пробовать не стоит. У меня в классе Машка есть, тоже красивая, длинноногая, ходит носом потолок карябает, такая гордячка, прямо куда там. К ней на жигулях не подъедешь. Я на нее потихоньку так смотрю, пока не видит, а так вида не подаю, что типа она мне нравится. Когда она рядом или не дай Бог, что спросить у меня вздумает, я отворачиваюсь и ухожу. Это, чтобы не выглядеть идиотом. Один раз она ко мне неожиданно подошла и что-то спросила, так я замекал, забекал, потом замычал, хорошо, что не захрюкал. В результате, сказал, что ничего не знаю, типа отвали. С тех пор я на нее только издалека поглядываю. Конечно, хотелось бы, вместе по улице погулять, в кино сходить. Но как к Машке подойти и при этом сохранить чувство собственного достоинства, я не знаю. Она сама виновата, как посмотрит на меня своими красивыми глазами с длинными ресницами, так я сразу забываю про все на свете. Нет, лучше с Катькой общаться, она свой человек. С ней легко. Она влюбилась в Славку, так ему проходу не дает, все в любви признается. Вот у них жизнь интересная. Сегодня, посмотришь в обнимку, а завтра уже обходят друг друга за километр. Что-то они все время выясняют, но в результате опять вместе. Вот это я понимаю, любовь.

Может, мне тоже что-то ради Машки сделать? Может, хоть улыбнуться ей что ли? Да ну, пошлет меня куда подальше. Да ладно, пофиг.

Я закрыл «Записки» и быстро заснул. Среди ночи я проснулся, и пролежал до самого утра.

Зачем-то я вспомнил о Машке. Представлял, как иду по коридору в школе, а она смотрит на меня и любуется. Потом я спасаю какого-то младшего школьника от старшеклассников. А Машка все это видит и восхищается. А на физкультуре, я прыгаю выше всех, бегаю быстрее всех и отжимаюсь бесконечно много раз. А Машка не перестает смотреть на меня и восхищаться.

Утром я поднялся невыспавшийся, но какой-то окрыленный. Мои мечты казались такими реалистичными, что приятные ощущения еще долго не покидали меня. Весь день я проходил довольный и загадочный. Когда посмотрелся в зеркало, то заметил какую-то странную улыбку на своей физиономии, которая выдавала мой внутренний настрой.

Записка пятая «День спорта»

Вечером я снова погрузился в мир социальных сетей и забыл про свои фантазии. А перед сном взял почитать «Записки» странного пацана рыжего Льва.

«День спорта.

Я сегодня утром встал раньше обычного. Теперь я всегда буду так делать, чтобы многое успеть. У меня появились новые цели, и надо их когда-то реализовывать. День знакомства с Викой на многое раскрыл мне глаза. Оказалось, что уроков физической культуры в школе недостаточно для моего организма. Мне необходимо больше движения. В интернете я нашел неплохой курс упражнений на развитие выносливости, силы, ловкости, быстроты и гибкости. В общем, полный пакет для каждой группы мышц.

Оказалось, что мечтать легко, а вот исполнить мечту трудно. После разминки я ужасно устал. Через силу я направился на улицу. Когда вышел в подъезд, еще больше устал. До парка шел пешком, дышал свежим воздухом. Пришел в парк, сел на лавочку. Вставать совсем не хотелось. Ноги сильно гудели. Заставить себя подняться, но не получилось. Решил вернуться домой. Шел спокойно, боялся сбить дыхание. Вышел во двор – Вики нигде не было. Немного потоптался возле ее подъезда. Вика не пришла, наверное, уже погуляла, пока я тренировался на лавочке.

После завтрака я склонился над своим планом, из которого я выполнил только половину первого подпункта. Решил продолжить на следующий день и отправился в школу».

Отложив тетрадку, я принялся осуждать. Зачем так себя мучить ради девчонки? Мне даже представить страшно, чтобы встать раньше восьми часов утра, да еще что-то делать. Тут мне вспомнилось, как я в детстве по глупости по утрам закаляться решил. Насмотрелся фильмов про моржей – это не животные, а люди, которые в проруби ныряют, зимой в речке купаются. Я тогда представлял, что зимой без шапки ходить смогу, и никогда простудой страдать не буду. Помню, я весь такой целеустремленный, в ванну залез, встал под душ и повернул ручку крана с синеньким кружочком. На меня обрушился ледяной дождь. Я сначала окаменел от неожиданности. Нет, я, конечно, знал, что включил только холодную воду, но мой организм ждал приятной прохлады, а не шоковой заморозки. Когда окаменелость прошла, началась несдерживаемая дрожь. Меня колотило так, будто я отбойный молоток проглотил. Нет, чтобы выскочить оттуда, я настойчиво стоял и ждал, когда организм привыкнет и перестанет мерзнуть. Но потом я все-таки не выдержал и выскочил как ошпаренный, в смысле отмороженный, и бросился на кровать под одеяло. Там меня еще какое-то время колотило, но потом отлегло и стало теплее, а вечером было совсем горячо, когда температура поднялась. С тех пор я люблю только лето, а зимой сплю под тремя одеялами. Я считаю, что организм сам знает, что ему нужно. Вот, моему хочется только лежать, есть и в интернете лазить, а остальное – издержки жизни.

Ну-ка, интересно, бросил он тренировки или нет? Я снова взялся за тетрадку.

«День спорта. Продолжение.

Я уже как месяц встаю с утра пораньше и тренируюсь. Пока с трудом, но я выполняю весь комплекс упражнений и даже бегаю по парку. Несколько раз встречал Вику, правда, говорили недолго, но я предложил встретиться вечером во дворе. Она согласилась.

Надо сказать, что мои тренировки сильно изменили мое настроение, и даже мое отношение к жизни как-то поменялось. Никогда не думал, что утренняя зарядка так влияет на человека. Ум стал яснее, появилась бодрость, активность. Теперь мне даже стало казаться, что я могу исполнить свою мечту. Еще, будучи маленьким пацаном, я любил ходить на наш городской стадион и смотреть, как тренируются профессиональные футболисты. Их форма мне казалась самой классной и крутой. А какие резкие и сильные удары они делали, не говорю уже о стремительном беге. Так мне хотелось оказаться на их месте. Я просил отца научить меня футболу. Мы часто смотрели матчи, во время которых отец ругался, кого- то хвалил, кричал советы. Я твердо был уверен, что отец знает как нужно играть, чтобы побеждать. Но когда я просил научить меня, он сказал, что играл когда-то в далеком детстве, а теперь и возраст не тот и времени на такую ерунду нет. Тогда я узнал и очень удивился тому факту, что футбольный болельщик далек от футболиста спортсмена.

Я не отступал и пошел искать футбольную секцию. К сожалению, таковых тогда не оказалось. С тех пор прошло немало лет, но я так и остался футбольным теоретиком. Под грузом школьных программ и домашних забот я стал забывать о своей мечте. Но теперь я почувствовал какую-то новую энергию, и мечта возродилась.

Я снова сходил в городской спорткомплекс и к своему великому счастью обнаружил футбольную секцию. Родители на удивление обрадовались моему желанию и охотно заплатили за полгода тренировок. Завтра первый день. Я немного волнуюсь. Я всегда волнуюсь, когда наступает начало чего-то нового, выходящего за пределы моей привычной жизни. Но я очень хочу, чтобы футбол стал частью моей жизни, и решил, что буду стремиться к этому.

Наконец-то утро. Настал первый день осуществления мечты. Я собрался и побежал в спорткомплекс. Когда я нашел нужный зал, и вошел в него, я был полон ожиданий и надежд. Внутри было много ребят разного возраста. Все что-то делали, кто-то бегал на месте, кто-то прыгал. Никто не обратил на меня никакого внимания. Я немного постоял у дверей и решился войти вглубь зала. Не знаю почему, но я решил обратиться к парню постарше, который стоял и делал наклоны.

– Я пришел на тренировку. Мне бы тренера увидеть.

– Ты новенький? – спросил парень, при этом продолжал делать наклоны вперед.

– Да, – ответил я.

– Сейчас тренер подойдет и начнем тренировку, – сказал парень и отвернулся, чем выразительно показал мне, чтобы я не мешал.

Я снова вернулся к дверям в ожидании тренера.

Наконец-то он вошел. Все сразу остановились и стали выстраиваться в шеренгу. Тренер прошел мимо меня так стремительно, что я не успел промолвить даже слово. Он встал перед строем и, оглядев меня суровым взглядом, сказал:

– А ты почему не в строю?

– Я новенький, – начал было говорить я речь, которая по плану должна была быть приветственной, а в результате стала оправдательной.

– Я знаю, – сказал тренер и добавил:

– Так почему ты не в строю?

Наконец-то я догадался встать в строй. И хоть я не был самым низким из всех присутствующих, я встал в самом конце.

Потом мы тренировались. Тренер говорил какие-то короткие команды, я не понимал, что они означали, и старался повторять за остальными. Через два часа тренировка закончилась. Кто-то ушел домой, кто-то еще оставался в зале. Было видно, что у них уже сложился какой-то коллектив, где у каждого свое место. Я был чужим и чувствовал себя лишним, которого никто не ждал. Я подошел к тренеру и не знал, что сказать. Да он и не хотел ничего слушать, и сухо сказал:

– Следующая тренировка в пятницу. Не опаздывать.

Казалось, что он говорит это не конкретно мне, а в зал, в пространство.

Я ушел. По дороге стал вспоминать сегодняшнюю тренировку и словил себя на мысли, что не хочу туда возвращаться. Какой-то неприятный осадок остался на сердце.

Но потом я взял себя в руки и сказал себе:

– Там сложившийся коллектив. Они давно тренируются. Чтобы заслужить уважение и авторитет, надо потрудиться. Пока меня уважать то не за что. Я же не распрекрасная царевна, которая только появилась и уже в центре внимания.

Я решил, что особого внимания к себе требовать не буду, а буду просто стараться. А там, посмотрим. Надо сказать, что уже на следующей тренировке, ребята были более разговорчивы. А через месяц, я стал чувствовать себя частью команды».

Закончив чтение, я опять принялся удивляться. Зачем так себя преодолевать? Ради чего? Я как немного больше обычного пошевелюсь, так голова кружиться начинает и такая усталость наваливается. Даже уборка комнаты в трагедию превратилась. Я только пыль вытру и пропылесошу, и уже не могу. Полы мою из последних сил. Потом бросаюсь на кровать обессиленный, а мама просит мусор вынести. Это же со второго этажа вниз идти, потом до мусорки километр. Ну, так—то шагов двадцать, но для измотанного организма и двадцать шагов за километр сойдет. А еще обратно на второй этаж подниматься. Это же какая нагрузка для организма! Нет, мне эти лишние телодвижения только вредят.

Только я разгорячился спором сам с собой, как из коридора донесся какой-то шум. Я вышел посмотреть.

– Мама, что тут такое? Кто кричал? – спросил я, когда высунул голову в коридор. Никого не было, входная дверь была открыта. Я вышел весь и прошелся по квартире. Нигде никого не было. Я высунулся в подъезд. По лестнице поднималась мама. Лицо ее выражало негодование и злость. Увидев меня, она заговорила громко и эмоционально:

– Представляешь, загнули такую цену, что доставить вещи оказалось дешевле, чем занести их на второй этаж.

– И что, теперь? – спросил я, а у самого появилось какое-то нехорошее предчувствие.

– Ну что. Я отказалась. Подождем отца с работы. Я что смогу, перетаскаю сам. Сына у меня к тебе просьба, – начала говорить мама, и мое сердце заколотилось.

– Ну вот, началось. Денег грузчикам пожалела, а мою спину не жалко, – подумал я дрожащим внутренним голосом.

– Сына, посиди внизу на вещах, покарауль, – сказал мама и мне немного отлегло. Посидеть можно, лишь бы не таскать.

– Ладно, – сказал я, при этом старался показать свое недовольство, потому что у меня были свои дела и менять их я не собирался.

Я вышел во двор. Там, у подъезда стояли диван и кресла, холодильник, плита и куча каких-то коробок и упакованных досок. Я сел на диван и решил, что все не так уж и плохо. Где еще посидишь на диване во дворе. В предвкушении отдыха на свежем воздухе, я устроился поудобнее и устроил на коленках планшет с интернетом. Тут вышла мама, схватила одну коробку и потащила в подъезд. Я заметил, как ей было тяжело, но она терпеливо несла коробку к входу. Мне стало не по себе от увиденного, но я успокоил свою совесть мыслями о том, что мама сама виновата, пожалела денег на грузчиков. Потом она пришла за следующей коробкой и снова схватилась, еле подняла и медленно пошла к подъездной двери. Я смотрел в планшет, а сам ничего не видел, все мысли были о маме. Когда мама пришла в третий раз, я сказал:

– Мам, может, батю дождемся. Что ты надрываешься?

– Отцу тоже достанется. Вон холодильник, плита, стиральная машина, диван и кресла. А коробки я сама перетаскаю.

Мама ушла. Я видел, что коробок оставалось еще довольно много. Я не мог дальше лежать на диване и нехотя поплелся к коробкам. Я схватил одну, но самую большую. Когда я ее поднимал, еще ничего, а когда пошел с ней к подъезду, то почувствовал, что сейчас кого-нибудь рожу вопреки всем закона природы. У самих дверей я хотел было немного передохнуть, но тут, как назло, из соседнего подъезда вылезли три девицы и остановились. Они стояли и о чем-то разговаривали, периодически поглядывали на меня с подхихикиваниями. Мне невольно захотелось выпрямиться, сделать непринужденное лицо, показывающее, что для меня таскание тяжестей – плевое дело, в общем, хотел выпендриться. А у самого в этот момент начали трястись ноги, руки пожелали расслабиться и избавиться от непривычной нагрузки. Еще немного и я бы уронил коробку. Хорошо, что прямо передо мной из подъезда вышла бабуля и закудахтала:

– Ой. Сейчас, я дверь пошире открою и попридержу.

Я проскользнул в подъезд, а бабулька не унималась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.