Евгений Подолянский
Цвет нашей интеллигенции 19-го века. Буква «Т».

В одном из своих писем П.И. Чайковский пишет, что Танеев не удался потому, что талант его не согрет внутренним огнем, у него нет внутренней потребности высказаться посредством музыки. По заказу он написать может всё что угодно, но авторской, собственной, подчёркиваю, собственной, у него музыки нет. В этом я считаю причину его забвения. Хотя он написал немало различных музыкальных произведений. Выражал ли Пётр Ильич Сергею Ивановичу своё отношение к его музыкальному творчеству непосредственного во время взаимного общения, я не знаю. Предполагаю, знал. И чувствовал это. Но это не мешало им дружить, переписываться, когда были вдалеке друг от друга.

«В. М. Тарновский – профессор медико-хирургической академии и в календарном списке врачей стоит во главе специалистов по «болезням мочеполовых органов». Написал по своей специальности несколько глубоко мысленных и интересных книг, которые, однако же, не могут быть рекомендованы для чтения девицам». Вл. Михневич, «Наши знакомые».

Прочитав характеристику, данную Вл. Михневичем в своей книге «Наши знакомые», считаю её очень удачной. Она кратка, но ёмка по содержанию. «Тарханов (уточнение автора – Тархнишвилли), профессор медико-хирургической академии, – молодая медицинская слава с черными львиными кудрями, породистым армянским носом (уточнение от автора и без него я, приводя слова господина Михневича, могу оскорбить представителей грузинского народа – нос – породистый, грузинский) и в такой, вообще, красивой телесной оправе, как если бы предусмотрительная природа нарочно создала г. Тарханова апостолом сухой науки среди неофиток Соляного городка. Это показал опыт читанных им публичных лекций о влиянии психических аффектов на отправления органов, привлекавших массу публики, особенно дамской. Популярный профессор специализирует физиологию нервов и считается в этой области авторитетом». Тема щекотливая. И достоинство академика заключается в умении раскрыть тему тонко, без наличия капельки пошлости, аудитории, порой имеющей дремучие понятия в этой области медицинской науки.

В Михайловском замке, где в результате покушения был убит император Павел I табакеркой по голове одним из его подданных, представители царской семьи не проживали в этой петербургской «крепости» убиенного Государя. До размещения в замке Инженерного училища в 1823 году Министерство Императорского двора сдавало помещения замка для проживания представителям дворянского сословия, не имеющим собственного жилища в столице. Именно здесь поселилась наша героиня очерка, прибыв из-за границы. К этому моменту она была разведена и потеряла своего ребёнка, умершего по болезни. Отчаявшись в жизни, она нашла единственную отдушину – служению Богу. Молитвы, проповеди, общение с такими же людьми, потерявшими веру в возможность безгорестного существования в реальной, земной жизни, заполнили все её дни существования. Круг её почитателей ширился. Одни приходили и уходили навсегда. Другие – приходили и, вникнув в происходящее, упрашивали Екатерину Филипповну находиться с ней рядом постоянно. Это не была секта. Правильнее было бы назвать – кружок. Секта – это когда сообщество, верующих в свою религиозную догму, отрицает церковь или «отгораживается» от неё. Нет – всё по Евангелию, без отрицания икон, без отторжения от церкви. Одно было взято только от скопцов – ритуал радения. Это когда, присутствующие встают в круг, берутся за руки и крутятся в хороводе. При этом они мысленно или вслух читают молитвы. Наступает главный, кульминационный момент в данном ритуале, когда один из участников «хоровода» выходит в центр вращающегося людского круга и начинает пророчествовать. Своеобразный предсказатель. У скопцов, это подтверждённый факт, один пророчествовал аж 36 часов кряду, не евши и не пивши. Да, и, как правило, пророчества, вышедшего в центр людского хоровода, сбывалось. Возможно, именно это привлекало к сообществу Татариновой её почитателей. Но! Сподвижники Татариновой, и это безусловно очевидно, становятся не членами паствы церкви, а довольствуются кругом почитателей общества Татариновой. Пусть это не секта, но это тайное общество. Всему этому беспределу в разных формах проявлении вероисповедания, подменяющих общепризнанную норму религиозного вероисповедания в государстве, был положен конец в 1822 году рескриптом Государя, Александра I, о запрете существования тайных обществ на территории российского государства. В отношении Татариновой было следствие, результатом которого было помещение Екатерины Филипповны в Сретенский женский монастырь в Кашине. Только через десять лет после этого Татаринова официально, подписав необходимые государственные бумаги, отреклась от своих догматических религиозных взглядов и была выпущена из стен монастыря с правом проживания в Кашине. Напоследок очерка отмечу, что не случайно мы видим Татаринову на картине художника Боровиковского. Владимир Лукич был один, я бы сказал многих, из сторонников вероисповедания Татариновой.