Наталья Радий
Перед тем, как родиться вновь

Моя история начинается тогда, когда я прикоснулась к камню в парке, который недавно построили. Уж не знаю, откуда организаторы его привезли, только невидимые потоки энергии обхватили моё тело, закручивая в бесконечность, вырывали меня из земного бытия, унося куда-то вдаль.

Проснулась на летнем лугу, когда разнотравье дает необычайное благоухание. Солнце стояло высоко, поэтому жарило очень сильно. Я сглотнула слюну, испытывая жажду. «Замечательный сон», – подумала я и продолжила нежиться в солнечных лучах. И вот среди этой тишины раздается пронзительный крик: «Бежим! Что лежишь?» – Мимо меня пронеслась девушка в длинном белом платье. – "Варки! Варки!" – кричала она.

Я соскочила на ноги.

Из леса выскочили воины на лошадях и мчались вглубь поля, догоняя девчат, которые бежали от них, визжа. Я рванула за первой. Девушка бежала к деревне, которая находилась на краю луга. На крики с окраины стали появляться мужики, которые бежали на помощь к своим женщинам. Я мчалась, не оглядываясь, но отчётливо понимала, что всадники хватали попавших девчат и уезжали обратно в лес. Мимо меня стали проноситься братки, махая вилами и топорами. Я чуть расслабилась и решила взглянуть назад.

Наездники практически догнали меня и вступили в бой с защитниками. Они злобно смеялись глядя на мужчин из деревни.

– Бежим, – пробегающая мимо женщина схватила меня за руку. – Что смотришь?

Мы помчались наутёк. Через метров сто увидела конницу, которая вынырнула из деревни и спешила на помощь.

– Наконец-то, – сказала моя спутница, чуть расслабляясь. – Теперь всё будет хорошо!

Я с женщиной остановилась на краю луга, и наблюдала за сражением. Борьба практически сразу закончилась.

Как только противник заметил отряд на конях, тут же повернул в лес. Конница стала их преследовать, желая вернуть своих девушек.

– Далеко не уйдут, – сказала женщина. – Должны всех наших вернуть. Вот всё не угомонятся! Каждый раз одно и то же.

– А Варки это кто?

– Ха-ха-ха. Ты не знаешь, кто такие варки? – удивилась женщина.

– Нет.

– Я думала ты из соседней деревни. Откуда же ты?

– Не помню, – сказала ей. Я уже точно осознавала, что не во сне, поэтому решила ссылаться на потерю памяти. Так как этот её наряд и конница не очень походили на наше технологическое время. Такое ощущение, что я попала в десятый век, когда печенеги набегали на Русь.

– А звать как тебя?

– Вроде Натальей.

– А-а-а, не страшно! Скоро снова вспомнишь. Такое бывает. Некоторые девчата в первый раз пугаются, аж дар речи теряют. Мы-то привычные на границе живем с ними, а вы приезжие привыкли к мирной жизни вот вас и в штопор бросает. Пошли ко мне чаем тебя напою. Мой дом недалеко, прямо на краю деревни.

Гостеприимную хозяйку звали Глафирой. Зайдя в дом, увидела славянское убранство интерьера. Посередине комнаты c справой стороны стояла русская печь с железной заслонкой. Наверх каменки вели ступени. В стенах печи имелись ниши для разной утвари. На противоположной стороне избы стояли лавки, покрытые плотной тканью и стол с резными элементами. За столом в дальнем углу был красный угол. Здесь висели иконы и вышитые рушники. Под ликами лежал свежеиспечённый хлеб. Его аромат разжигал аппетит.

– Сейчас заварю тебе чай с ромашкой, пустырником и ты всё сразу вспомнишь.

– А какой сейчас год, – поинтересовалась я.

– Ты не помнишь? – удивилась хозяйка. – У-у-у девчонка хорошо напугалась. Сегодня червень двадцать шестой день 3973 года.

– А три тысячи от чего? От какого события?

– От начала земли.

– Земля не могла зародиться за четыре тысячи лет, – посмеялась я.

– Почему не могла? Как вода отступила, так и начали отчет. Люди стали расселяться и заново обживать земли.

– А что за потоп был?

– Кто его знает. Некоторые монахи, которые берегут знания, говорят, что мы живём в конце времен, и всё пугают, что скоро придет снова вода.

– А это правда?

– Да сумасшедшие они. Просто пугают людей, чтобы им народ золото нес за искупление грехов. Вроде, только они выбирают людей, которые пойдут к богам и переждут у них потоп. Эти сказки мне ещё бабка рассказывала.

– Значит, ты им не веришь? Что тогда было до воды?

– Да также жили, как и сейчас.

– Мама, мама! Наши вернулись! – Забежал в дом белобрысый мальчик лет шести.

– Пойдем, Наталья посмотрим, всех ли наших вернули. Да тебя Князю покажем, пусть решает, что с тобой делать.

– Если девчат не вернут, что с ними там делают? – по дороге расспрашивала женщину.

– Варки их себе в жёны берут. Уж больно наши женщины красивые да хорошие. Вот неженатые каждый раз и бегают к нам в надежде украсть.

Мы вышли на небольшую площадь. По функционалу она была местом совещания, каких-то мероприятий и по совместительству рынком, так как по краям стояли прилавке, типа магазинчиков. В центре стоял подиум длиной метра три.

Здесь было уже много народу, вся деревня. Мы пробирались сквозь них к Князю. Люди возмущённо галдели, что конницы отряд так долго добирался. Но всё-таки они всех женщин вернули. Глафира подошла к Князю и по-свойски обратилась:

– Мирон, у нас тут приезжая. Варками похищенная. Надо бы определить её.

– Откуда она здесь взялась? – Удивился Князь.

– Неподалеку обоз разграбленный нашли, – сказал, судя по всему, командующий конницей. – Шесть мужиков убитых, женщин ни одну не нашли. Наверное, забрали.

– А ты откуда будешь? – поинтересовался Князь.

– Не помню. – Ответила ему я.

– Да ей память напрочь отрезало после нападения, – начала объяснять Глафира. – Только имя своё и помнит.

– Плохо, – сказал Мирон и обратился к командующему. – Семен, а обоз был чей?

– Ходоков вроде. У них женщины редко бывают. Может, доставляли её кому-то.

– Поди, узнай сейчас, кому её везли! – посетовал Князь. – Надо её кому-нибудь пристроить. А там смотри, родственники найдутся. Искать то тебя должны.

– А если никто не будет интересоваться мной, что тогда? – Полюбопытствовала я, так как точно знала, что меня искать никто не будет.

– У нас останешься. Жениха тебе найдём. Кстати, о женихах, – Мирон призадумался. – Можно тебя к Александру подселить.

– Кто это? – спросила я настороженно.

– Да не пугайся ты так. Александр хороший воин, да и человек отменный. Без разрешения он тебя не тронет. К тому же через недельки две он опять в поход уйдёт. Похозяйничаешь у него там, смотри твои прейдут или сама вспомнишь, откуда такая к нам пришла. А если ничего не изменится, может с Александром сладится. А нет, так жениха себе сыщешь другого. У нас много есть видных парней!

– Хорошо, если руки распускать не будет тогда согласна. А то у меня удар тяжелый, когда сковородка в руке, – пошутила я.

– Не бойся, он не из таких. Ещё бы хоть согласился, а то на попятные пойдёт. Семён позови Санька, – приказал Князь.

Через некоторое время к нам подошел мужик лет сорока. Он был настоящим богатырем! Ростом метра два с лишним! Кулачище – во! С мою голову. Ладно, чуть поменьше. Обхват груди… Я точно не обниму, еще полметра надо будет. Такой наступит, даже не заметит. Волосы светло-русые, глаза голубые. Через всю шею огромный шрам. Одет был в голубую косоворотку подпоясанный белым кушаком. Штаны тёмно-синие и красные сапоги.

– Зачем звал? – Весело спросил богатырь.

– Да вот женщину на постой пристроить надо. Возьмёшь?

Александр опешил от такого предложения.

– Ты что Князь с дуба рухнул! Зачем мне баба в хате?

– Чтобы весело было, – посмеялся Мирон.

– Мне одному хорошо и весело! – завозмущался богатырь. – Не надо мне такого обоза!

– Александр, девчонка не помнит кто она. Варки всех перебили, кто хоть что-то мог сказать про неё. Это ненадолго. Пока не сыщем родню.

– Вон Глафире подсели, – мужик не соглашался, – если ненадолго.

– Да, да! У неё Федька как выпьет сам знаешь какой! Всю деревню на уши ставит! Александр выручай, только тебе могу доверить.

– А как же Архип? – Не сдавался Санёк.

– Ага, его с женщиной в одной избе оставить! Кота рядом с мясом посадить и то целее будет. Дева вон бойкая, убьёт ещё бедолагу сковородкой, – посмеялся Князь. – Одна надежда на тебя! Кушать тебе будет готовить да прибираться. За домом присмотрит, пока тебя нет. Ты всё равно уедешь скоро на три месяца. А там приедешь, её возможно уже не будет.

– Князь найди другого!

– Так всё! Без разговоров! Бери Наталью на постой.

– Но… – Всё же не желал брать себе гостя богатырь еще пытался сопротивляться. – У меня кровать только одна. – Нашёл отговорку мужик.

– Ничего сколотишь, – посмеивался Князь. – Нет, так рядом положишь. Всё забирай! – Александр психанул и пошел прочь. – Беги за своим… – Князь не знал, как его назвать, – сожителем, а то убежит.

      Я принялась догонять гостеприимного хозяина. Он топал семимильными шагами, а я бежала, за ним задыхаясь. Когда он зашёл во двор, перекрестилась, что мой марафон закончился. Я стояла на пороге, дыша как загнанная лошадь, переводя дух.

– Ну, ты быстро ходишь! – Начала светскую беседу, чтобы познакомиться. – Боюсь представить, как ты бегаешь.

Хозяин дома злобно посмотрел на меня.

Стала осматривать дом. Справа у дверей стояли ведра с водой и пустые. Тут же слева висела верхняя одежда, стояла лавка и под ней сапоги. Посередине находилась русская печь. Напротив неё у окна длинный дубовый стол без скатерти. А за печкой в дальнем углу была огромная кровать как раз под стать богатырю. Рядом стояла скамейка.

– Спать будешь здесь, – хозяин подошел ко мне и ткнул пальцем в лавку около порога.

– Не буду я здесь спать! – возмутилась я. – Меня тут же продует от двери. На той буду спать, – указала на противоположную лавку вдоль стены.

– Здесь ляжешь, а если что-то не нравится вон дверь. Можешь быть свободной.

– Уходить не собираюсь! Меня Князь к тебе на постой определил, и когда он спросит, что это я приболела, так ему и скажу, что ты гостей у порога как собак держишь. По всей деревне растрезвоню, какой ты гостеприимный хозяин.

Санёк подошёл ко мне близко, близко. Думала мне пришёл конец. Он смотрел так злобно яростно вот-вот и замахнется на меня своим кулачищем. Внутри у меня затряслись все поджилки, но я на него смотрела твёрдым невозмутимым взглядом.

– Что вы бабы за народ такой, – прошипел он. – Бог с тобой, спи, где хочешь, – махнул он рукой, и удалился из избы.

Без хозяина стала более детально рассматривать свое новое жилище. Хотя тут и рассматривать нечего. На окне занавесочки беленькие с красивой вышивкой. На печке стояли пустые котелки. Да, еще сундук большой напротив кровати, из-за стола не увидела его сразу. В него я не решилась залезть. Как-то неудобно по чужим шкафам лазить. В горшок залезть это одно, а это совсем другое. Кстати, обшарив всю кухонную утварь не нашла и намёка на еду: ни маковой росинки, ни муки, ни крупы, ни мяса. Чем же он питается? Такое богатырское тело кормить хорошо надо. Обойдя весь дом, вышла во двор.

Выход из дома сразу упирался в ворота. Они были ни как в моем мире, массивные деревянные или железные. Здесь они чисто намечались территорию. Штакетник стоял чуть покосясь и, судя по всему, давно не красился. Но двор был хорошо выметен и хозяин, судя по всему, следил только за ним, чего не скажешь о саде и огороде. Вдоль брусчатки двора росли разные цветочные кусты. Они были все заросшиеся, где-то уже подсохли, другие завались на забор и под их тяжестью хлипкий заборчик клонился чуть ли не до самой земли.

Повернув за угол дома по дорожке, увидела стойло богатырского коня. Вот это красавчик! Как будто только-что спустился с картины Васнецова вместе с богатырём. Передо мной стоял шикарный грациозный жеребец. Богатая грива, свисала, закрывая всю шею, изящное мускулистое тело выдавало мощь и силу. Конь переминался с ноги на ногу желая вырваться на волю. Подойдя ближе, хотела его погладить, но он, как и его хозяин, фыркнул и демонстративно отвернул голову. «Ой, какие мы не гостеприимные! Ну и ладно». Хозяин хорошо кормил своем коня, так как рядом стоял мешок овса. Я зачерпнула горсть и пошла, осматриваться дальше его владения жуя зерна. Завернув за дом, увидела огромный огород, вот только он был весь заросший. Но когда-то он, судя по всему, благоухал. Сквозь траву проглядывалась каменная кладка дорожек и грядок. Стояло симпатичное пугало, посередине был колодец и тут же резная беседка. В конце огорода, как и полагается баня. С другой стороны дома был сад. В нем росли яблоки груши, абрикосы, слива и ещё каких-то два диковинных дерева. Плоды только начали набухать. По нашему времени я бы дала месяц июнь, начало июля.

Побродив по огороду, решила вернуться в дом. Вдруг хозяин пришел, а меня нет, да закроется на засов. Хотя, я что-то не увидела замков. К тому же солнце уже стало заходить за горизонт.

В доме никого не было. Решила примерить своё спальное место.

Нет, я так не смогу спать! На ней можно лежать только на спине, а на боку сразу свалишься. Перебралась на сундук. Вот это другой разговор! Единственная помягче бы. Решила взять тулуп хозяин, который висел у двери. Не перина, но спать можно уже с удовольствием.

Сквозь оконца пробирался последний лучик солнца. За полчаса практически стемнело и, пока ещё было видно, решила сбегать за плащом, чтобы укрыться.

И вот только я стала проваливаться в сон, как вернулся хозяин. Судя по его действиям, и как он добирался до кровати, был подшофе.

– Эй, гостья, спишь? – Спросил он, вглядываясь в лавочку около себя. – Вроде нет никого. Ушла! Слава Богу. – Обрадовался он, но потом вспомнил. – Или ты у порога?

Я не стала вступать в диалог с ним. Кто его знает, какой он в этом состоянии и выслушивать всю ночь его гундеж не хотелось. Завтра ещё успею наговориться и, прикрыв глаза, уснула.

Утром проснулась, когда хозяин уже встал. Он сидел за столом и точил свой меч.

– Доброе утро, – дружелюбно поздоровалась с ним, сидя на сундуке.

– Кто тебе разрешил мои вещи брать?

– Извини, но на деревяшке не очень приятно спать, да и прикрыться надо было чем-то. Ты ушёл ничего не дал, – стала наезжать на него, – какие могут быть претензии? Надо было быть погостеприимнее.

– Ещё раз плащ возьмёшь руки отсеку. Тулуп так и быть бери.

– Да, гостеприимный ты хозяин, а Князь говорил, что ты не обидишь.

– Вот не надо меня опять Мироном стращать! – возмутился Александр.

– За место того, чтобы мне руки сечь взял бы и показал, где что у тебя, где можно, а где нельзя. Ты думаешь, мне приятно вот так вломиться к чужому мужчине в дом? Чтобы на меня зверем смотрели? Да я готова хоть сейчас уйти, если бы знала куда, – я заплакала. – Пешком бы пошла, и в дождь, и в снег и вьюгу, только бы домой! Вот только я не знаю где он! – Я уткнулась лицом в тулуп. Судя по всему, Александр терпеть не мог женских слез. Он бросил меч на стол и вышел.

Наревевшись вдоволь, встала. Подойдя к столу, взяла меч, помахать им смогла только двумя руками. Он был тяжёлый!

– Опять мои вещи трогаешь? – Сказал недовольно хозяин у меня за спиной.

– Какой тяжёлый! Как же ты бьешься им? Сколько он весит? – спросила у него.

– На вот пожарь! – В руках Александр держал штук пятнадцать яиц.

– А где? – поинтересовалась я.

– Вот чудная, что печь не видишь?

– Вижу! Только сейчас лето, в доме как в бане будет. Может где летняя печь есть?

– Да была в беседке, но сейчас она непригодна. – Хозяин дома положил яйца на стол.

– А где спички у тебя? – заглядывая в печку, спросила у него. – Или за угольком к соседке сбегать надо?

Александр смотрел на меня изумлённо.

– А ты не видишь, где кремний лежит?

Я осмотрела всю лицевую сторону печи, потом боковины.

– Никаких камушков не вижу.

Мужик внимательно наблюдал за моими действиями. И когда я полезла под лавку, не выдержал:

– Ты печь хоть топила?

– Как у вас нет.

– Держи, – он подошел и дал мне типа небольшого керамического кувшинчика.

Я покрутила в руках, не соображая, как добыть огонь. «Может постучать надо?» – Подумала я и стукнула пару раз о полено. Александр тяжело вздохнул и выхватил горшок.

– Ты где жила? Смотрит, как будто первый раз видит.

– Ты прав, первый раз! У нас были другие зажигалки.

– Интересно, это где? Везде одинаковые, – злился хозяин. Он стал крутить верх и низ в разные стороны, а посередине стала появляться искра, чем сильнее он крутил, тем больше вырывалось пламя. Я дивилась. – Ты что совсем из знатных? Смотришь, как будто в диковинку.

– Да не особо. Хата чуть побольше твоей. Если прибавить ещё две комнаты, ну и второй этаж. У меня же двое детей, – проговорилась я. – Надо же у меня дети есть!

– И как их звать, – поинтересовался Александр.

Я долго гримасничала, типа пытаюсь вспомнить, но не могу.

– Ой, не знаю, не могу, даже лиц не вижу, – грустно сказала я чуть ли не плача, – не знаю даже мальчик или девочка.

– Уже прогресс дом вспомнила, – обрадовался Санек. – Может это не твои?

– Может быть, но они мне родные.

– Похоже ты из княжьих. Значит, быстро тебя найдут, – заулыбался хозяин.

Огонь стал хорошо заниматься. Я взяла сковородку.

– Пойду за водой схожу, – сказал Александр и ушёл с ведром.

Я поставила сковородку на дрова. Когда она разогрелась, разбила все яйца и поставила обратно. Решила ещё заодно вскипятить чаёк. Вчера в огороде приметила, что растёт иван-чай. Выбрав утварь, пошла к двери за водой, так как во втором ещё оставалось немного воды. Пока я возилась с чаем, мои яйца стали издавать не тот запах, который должны. Мой завтрак начал подгорать. Я схватилась за ручку и обожглась. Хоть она была и деревянная, но накалилась до предела, как ещё не загорелась. Тут же от боли выронила сковородку, и все мои яйца уже доготавливались на дровах. Изба наполнилась едким дымом. Палкой пыталась вытащить угольки еды, чтобы они так не чадили. Услышала смачную брань хозяина.

– Какого лешего! – Орал он на меня, – ничего не умеешь! Вот подсудобил Князь! Неделя месяцем покажется! Самое простое – яйца пожарить не можешь! Весь дом про воняет, – из уст хозяина снова полилась отменная брань. – Только всё приготовил для похода! Заново стирать придётся!

– Извини, – стала утешать хозяина. – Я всё постираю.

– А ты хоть это умеешь?

– Наверное.

– Дай руки, посмотрю, – Александр схватил мои кисти и стал разглядывать, поглаживая большим пальцем. – Ручонки холеные, мозолей нет, из неженок ты! – Злился Александр. – Ну, Князь! Вот подарил радость! Готовить будет, стирать, убираться! Весело будете жить! Того и смотри дом спалит! – Александр еще долго бранился то на Князя, то на меня.

Я не стала ничего ему доказывать, развернулась и вышла из дома. Чуть побродив, пошла к заброшенной беседке. Села и стала думать, как мне быть. Как я умудрилась попасть в этот мир. А самое главное, как вернуться обратно домой. Кроме как обратиться к ведьме или колдуну ничего в голову не приходило. Решила разузнать попозже, есть ли у них тут ведающие люди.

– Что это так Санёк в избе ругается аж здесь слышно?

Я обернулась на женский голос. Это была соседка с правой стороны. Она, облокотившись на забор довольно улыбалась. Я встала и подошла к ней.

– Здравствуйте, меня Наталья зовут.

– Я Алёна, соседка ваша, мужа моего Николаем звать. Так что он орёт?

– Да яйца у меня чуть подгорели.

– Дым со всех окон валит это немножко? – Женщина смеялась во весь голос. А потом испугалась. – Ой, у него же вся амуниция провоняет, а ему уже в поход!

– Да за неделю всё приготовим.

– Нет, не успеете. Знаешь, какой он дотошный. Свой плащ только весь день наглаживает.

– Это красненький такой? – Поинтересовалась у неё.

– Да. Ты что с ним сделала? – Ещё больше испугалась она.

– Да ничего, только укрылась им. – Баба прикрыла рукой рот.

– И он тебя не убил за него?

– Обещал руки отрубить в следующий раз.

– Он это сделает! Ты не представляешь, какая для него это ценность.

– Вот что за бабы лишь бы целый день лясы точить, – послышался голос мужа соседки. – Ты помогать собираешься?

– Ой, забыла, ладно побегу! Если что днём заходи в гости, – и Алёна побежала, весело смеясь рассказывая свежие новости.

Я пошла обратно в беседку через траву. На полпути под ногой что-то треснуло. Посмотрела вниз. Там лежало куриное яйцо. Стала обшаривать траву и насобирала десяток яиц. Я довольная пошла домой. Подойдя к выходу, увидела, что Александр вытащил все вещи и положил их на сундук. В избе дым уже рассеялся, но запашок стоял отменный. Хозяин стоял растерянный посередине комнаты, не зная за что браться и как убрать запах.

– Я ещё яиц насобирала, можно пожарить, – я извиняюще улыбалась, – пока печь ещё не остыла.

Он посмотрел на меня испепеляющим взглядом, схватил со стола остатки одежды и вышел вон. Я положила яйца на стол и вышла на улицу. Хозяин перебирал одежду. Подойдя к нему близко, сказала:

– Александр, прости меня. Давай помогу.

– Уйди от греха подальше, – сквозь зубы прошипел он.

С тех пор мы считай, толком и не разговаривали. Он приводил свою экипировку в нормальный вид – постирал, отгладил, и развешал на улице, чтобы запах горелого не набрался снова в одежду. А я возьми да скажи:

– А если дождь пойдёт?

Он взглянул на небо и сказал утвердительно:

– Дождь ещё не скоро намечается.

Как назло, на следующую ночь пошёл дождь. Все его вещи и в том числе драгоценные плащ намокли, верёвка под тяжестью не выдержала и порвалась. Представляете, какие были вещи, когда он нашел их. Орал Александр на всю деревню! Спросонок напугалась, подумала, что беда. Выбегаю на крылечко, а он там пунцово красный стоит. Как эту картину увидала, сразу босиком побежала в беседку, в которой практически и обосновалась. Все дни обитала здесь. В дом заходила только спать. Из еды у меня были только яйца, которые несли куры соседки слева, да овёс. С Алёнкой мы подружились. Когда её мужика не было, она звала меня на чай. Подружка мне рассказала, почему мой Санёк женщин не любил в доме. Нет, миловал он их очень даже! Несколько раз заставлял погулять до середины ночи. Буркнет: «Иди в беседку и сиди там!» – и гуляй гостем под луной, пока за тобой не придут. А один раз, когда среди ночи он разбудил меня, я отказалась идти домой. Какая разница, где на деревяшках спать. Он ухватила меня зашкварник, и молча потащил домой. Зато в следующий раз я без разговоров сонная плелась на свой сундук.

Ну, так вот. С девчатами он не любил жить в одном доме, так как горячо обжигался. Было это всего три раза, но ему этого хватило. Первая обманула и сбежала в другую деревню. Вторая родила от другого, и он её выгнал. С третьей прожил лет пять. Потом она простудилась, вроде как по его вине (повздорили они тогда), и умерла. С тех пор не приводил в дом девчат. Так гуляет, но близко не подпускает. «Зачем, – говорит он. Я военный парень всегда в походах, сегодня жив, завтра нет, а любить я их и так могу!»

– Девчата за ним бегают до сих пор со всех деревень, – рассказывала Алёнка. – А он и довольный этим фактом. Вот тебя только невзлюбил.

– Конечно, я же пришла на его территорию. Оккупировала всё. Да плащ любимый изнахратила. Что в нём такого?

– О! Это плащ ему подарил сам великомудрый Олег за спасение его жизни. Он еще тогда молодой был, но шустрый и смелый.

– Кем он был?

– Это правитель нашей земли.

– А сколько всего у вас государств.

– Смешная ты какая! – подозрительно улыбалась соседка. – Как будто не снами жила.

– Так я ж не помню многое, – невинно скалилась ей. – Вот так и говорю.

– Ну, не знаю, – Аленка покачала головой многозначительно. – На нашей земле живут: Русичи, Норичи, Шарды и Варки. Последних трудно назвать племенем туда стекаются все изгои. Кто по-честному, по совести, жить не хочет.

– А вы… мы, – поправилась я, – мирно живём?

– В основном да. Вот только Варки бывают, бунтуют. Но Князь созывает дружину, и они им хорошо наподдают. Те месяцев шесть, семь не вылезают и не показываются, а потом опять как по расписанию. Вот Александр и ждёт, когда депеша придёт, время подходит.

– Понятно. А зимой у вас сильно холодно, – поинтересовалась я. Надо бы к холодам подготовиться, одежду найти. Хозяин точно не будет одевать. Ладно, Алёна отдала пару своих платьев, а то до сих пор бы щеголяла в лёгоньком платьице.

– Да по-разному бывает. Печь за зиму бывает, раз десять затопишь – это значит тепло, а иной раз так и пятьдесят. Вот дров и заготавливаем побольше.

– Ничего себе! – Дивилась я.

– У вас-то, наверное, всегда тепло.

– Не знаю, – ответила ей. – А зима по времени сколько длится?

– Месяц.

– И снег есть? – Стала уточнять подробности.

– А что это такое?

– Это когда с неба падают ни капли воды, а маленькие льдинки. – Смотрю, Алёнка не догоняет темы. – Белые мухи. Река замерзает и становится как камень, по ней ходить можно.

– Ну, ты выдумала! Первый раз такое слышу!

– В горах много снега на самой вершине, белый такой.

– Горы не видела, но рассказывают, что на некоторых вершинах бывает белое покрывало. Это на них боги спускаются чай пить. А ты что из гор?

– Не знаю, – пожала плечами. – Может и оттуда.

– Да, странная ты какая-то, слов много непонятных говоришь, как будто с Луны свалилась.

– Может и свалилась, – тяжело вздохнула я.

– Фекла на тебя жаловалась, – вспомнила Алёнка. – Сегодня утром приходила. Все яйца её съела. – Смеялась звонко подружка.

– Куры несут яйца на моём поле, значит их продукт мой. Не нравится, пусть забор делает или кур закрывает. Слушай, а чем Александр питается? Дома шаром покати, ничего нету, а он сытый ходит.

– Его вся деревня кормит.

– Это как?

– Он воин, защитник наш. Да к тому же из государственной охраны. Мы обязаны его кормить. Он раз в месяц к каждому приходит на обед.

– Теперь понятно, почему у него в закромах ничего нет. Вот как мне денежку заработать? – в этом мире в основном было натуральное хозяйство. Но всё же в их землях, да и в других царствах была одна и та же валюта, серебряники и медяки. Деньги не особо влияли на их жизнь. Вот в больших городах там возможно что-то и значит, а здесь не особо.

– Мужа тебе надо искать, чтобы кормил да одевал.

– Я ещё надеюсь, что домой смогу вернуться.

– Навряд ли, если память не вернётся, то ты здесь навсегда. Должны были тебя уже обыскаться. Родственнички твои молчат пока, не больно уж ты нужна им.

– Может, не знают где искать. Алёна скажи, а у вас где-нибудь есть такие люди типа колдунов, ведьм и чародеев, – стала перечислять разные определения, чтобы хоть что-то совпало с их, – маги, люди которые видят прошлое и будущее.

– А, правдовидцы, – догадалась подруга. – А зачем они тебе? – Удивилась она.

– Может они мне скажут, кто я, откуда и как добраться до дома.

– К ним, конечно, можно, но тёмные они какие-то, не люблю я их. Раз была у них, когда старший помирал.

– Помог?

– Помог только дорого взял.

– Чем?

– Вся скотина померла.

– Это, наверное, он перенес болезнь твоего сына на животных. Видно, он сильно болел. Раз всю скотину забрал.

– А ты откуда это знаешь? – Алёнка подозрительно смотрела на меня.

– Не знаю. У тебя вон полный двор сейчас живности, да и сын красавчик растёт.

– Это правда! – Довольно заулыбалась подруга.

– Значит он тебе помог и мне поможет. А далеко живёт он?

– Через деревни три. Тебе надо к кузнецу обратиться, он часто ездит в ту деревню.

– Вот и славненько! – Я воспарила духом. Может здешний чародей расскажет, как я сюда попала и как вернуться домой.

На следующий день отправилась к кузнецу. Он жил на другом конце деревни. Меня на пороге встретил молодой человек лет двадцати пяти. Почти такой же, как мой сосед по дому. Только вот его обнять полностью смогу. Высокий, стройный, с белым кудрявым чубом, голубые глаза зазывали в них окунуться. Кузнец широко улыбался своей лучезарной улыбкой.

– Привет красавица, – сказал он своим приятным голоском. – Что хотела?

– Мне переговорить с тобой надо.

– О чём? – Рядом стоял мужик из соседней деревни внимательно настроился слушать наш разговор. Кузнец без работы не сидел к нему съезжались со всей округи.

– Мне бы без посторонних ушей поговорить. – Я оскалилась на слушателя. Кузнец обернулся и взгляну на присутствующих. – Когда к тебе можно подойти?

– Ближе к вечеру.

– Договорились. – Улыбнулась я и пошла к реке, купаться.

На противоположном берегу был луг, на котором я очнулась, а за ним лес, где можно было собирать грибы и ягоды. Алёнка только запретила туда ходить одной. Сама деревня была дворов на пятьдесят, три улицы. Люди все добрые отзывчивые. Некоторые, в основном пожилые женщины, те, у кого сыновья были холостые, зазывали меня на чай или хлеб давали. Мой рацион становился поразнообразнее. Но всё же за две недели скинула килограмм десять. Так что стала стройной, но ещё не Бухенвальд. За это время сплела себе лапти, благо в детском лагере занималась берестяным промыслом. А то как-то на каблуках бегать по огороду неудобно. Местные удивлялись моей обуви. Оказывается, они никогда не видели лаптей.

Облагородила беседку, убрав весь сухостой да ненужные вещи. Выкосила тропинку, чтобы не пробираться каждый раз через бурелом. Конечно, я могла больше сделать, но при хозяине не трогала ничего, так как он косо смотрел на любые мои действия. Даже в доме полы не разрешал мыть. Ничего не давал делать боялся, после того случая. Печь мы больше не топили. Поэтому от безделья шарахалась по округе.

Пришла вечером, когда солнце ещё стояла высоко, и увидела, что у кузнеца ещё два клиента. – Может, завтра придёшь? – Заметив меня, сказал кузнец.

– Нет, мне надо срочно поговорить. Я подожду, не торопись.

Несколько раз обошла кузницу. Потом пошла в поле и насобирала цветов для чая. Тут же я заметила дикий чеснок. На удивление местные не употребляли его в пищу. Сорвала пёрышки, хотела было съесть, но остановилась, мне же ещё общаться.

Вернувшись в кузницу, зашла в помещение, так как под вечер стало холодать. Там было тепло и жарко. Я прислонила руки к печи.

– Что замерзла? – Поинтересовался кузнец. Я махнула головой.

– Завтра дождь сильный будет. – Включился в разговор заказчик. – Дня три будет идти. Поэтому Алексей я к тебе в ночь и приехал.

– Значит, скучно будет, – посетовала я, представив, что всё это время придётся сидеть на сундуке.

– Вам ли женщинам скучать, в доме всегда работа есть.

– Ты прав, но сейчас не мой случай.

– Почему? – Поинтересовался заказчик.

– У меня хозяйства нет, – тяжело вздохнула. – Ничего нет.

– А-а-а, ты потерянная, это тебе память отшибло? – мужик посмотрел на меня игриво. – А поехали к нам в деревню. У меня сын холостой, дом большой и хозяйство большое. Через полгодика дом вам поставим, хозяйством обзаведешься.

– Спасибо за предложение. Только я ещё надеюсь домой вернуться.

– Сын у меня ладный. Алексей подтверди. – Кузнец заулыбался и махнул головой. – Не обидит! За ним все девчата бегают.

– А лет ему сколько?

– Тридцать три.

– И до сих пор пару не нашёл? Подозрительно!

– Почему? – Удивился мужик.

– Я предполагаю он красивый. Раз вся деревня бегает.

– Ага! – Загордился отец.

– Он батенька у тебя зазнался и ещё лет пять не женится. Пока молодость не начнет угасать. Вот тогда спохватиться. Мне такой не нужен. – Кузнец по-тихому покачивал головой в знак правдивости моих слов о сыне.

– Да ничего ты не знаешь! – Обиделся мужик.

– Не злись, – улыбнулась ему. – Я ему точно не нужна. Он сам выберет. И к тому же мне очень эта деревня нравится. Если решусь замуж пойти, то только за здешних.

Кузнец мельком взглянул на меня продолжая стучать по наковальне. Дальше мы сидели молча. Часа через полтора кузнец освободился. Когда он распрощался с покупателем, спросил:

– Чай будешь?

– Не откажусь.

Мы обошли кузницу, и зашли с другой стороны.

– Дом разделён на две части, – пояснил кузнец. – Здесь отдыхаю, или ночую, когда домой поздно идти.

– А жена не жалуется?

– Я холостой. Живу с братом и с его семьей. Он тоже кузнец.

– А почему ты тогда один работаешь?

– Что тут вдвоём толкаться. Вот когда соберусь уезжать, так он здесь будет.

– А куда ты собрался?

– Кузнеца всегда остается старшему сыну, а младший должен уезжать в другое село и там свою строить. Таков обычай.

– Почему до сих пор не уехал?

Кузнец взял чайник с печи.

– С какой травкой любишь?

– Да любую завари на свой вкус.

– Видел, ты много разноцветья собрала. Весь заваривать будешь?

– У вас здесь такое изобилие, на той окраине поменьше будет.

– Горьтраву, зачем сорвала?

– Что? – не сразу поняла, про какую он траву спрашивает. – А это чеснок, приправка хорошая. Вприкуску с борщом можно. Он очень полезный. Ни одна болезнь не подступит.

– Моя матушка тоже так говорила, а я терпеть его не мог.

– Просто не распробовал!

– Зачем пожаловала, – поинтересовался кузнец.

– Узнала я тут, что ты часто в Прохоровку ездишь. Это правда?

– Да.

– Меня возьми с собой в следующий раз.

– Зачем тебе туда?

Я чуть помялось.

– Хочу сходить к бабке Матрёне.

– Кто это?

– Правдовидица.

Кузнец посмотрел на меня неодобрительно.

– Не надо тебе к ней!

– Она может сказать, кто я и как домой добраться.

– Большую цену она с тебя возьмёт.

– Ты тоже у неё был?

Алексей взял бокал и протянул мне.

– Держи, – он отхлебнул глоток, прикрыл глаза. – Люблю чай с ромашкой. Мама всегда заваривала да сладенькое давала. Ой, чуть не забыл! – Что-то вспомнил парень. – У меня же в кузнице осталось. Сейчас приду.

В комнате было тепло и немного темновато, так как последний лучик солнца скользил по подоконнику. Я сидела за столом, который стоял посередине комнаты. Около стены, где подходила печь, стояла большая кровать, у окна лавочка, на которой были навалены разные вещи, инструменты.

– Не ждал я гостей, – сказал Алексей, видя куда я смотрю. – А то бы чуток прибрался.

– Не стоит беспокоиться.

Хозяин зажег светильник.

– Сегодня заказчик конфетами расплатился.

– Какая прелесть! – Я восхитилась и очень обрадовалась. – Как хорошо, что я к вам именно сегодня зашла. – Кузнец положил их передо мной. Шоколадные конфеты были без обертки. Положив в рот, замурлыкала от удовольствия. Вкус шоколада напомнил мне мой мир. – Прямо вкус дома. Спасибо порадовал.

– Часто ты их ела? – Поинтересовался Алексей.

– Да вроде не отказывала в себе. А что у вас редкость? – я и почему-то пожалела, что сказала, что много ела.

– Видно всё-таки ты из знати. Вот почему тебе только не ищут?

– Да нет, я из простых.

– Нет, ты отличаешься от наших женщин.

– И чем?

– Походка, жесты, самое главное говор у тебя другой. Слова не по-простому кладешь.

– Вроде как все говорю.

– Мне кажется. Ты много знаешь, но недоговариваешь. Александр напраслину на тебя наговаривает, что ты готовить да убираться не умеешь.

– Да нет, всё правильно говорит, – посмеялась я. – В доме неделю воняло после моей яичницы.

– Нет, зря себя чернишь. – Прищурился чуток Алексей. – Травки нужные собрала сегодня. Да горьтрава у тебя в почете, знаешь, для чего она! А с печью не справилась, значит и впрямь другой пользовалась. Я же прав?

Я загадочно заулыбалась.

– Смотри, какой наблюдательный! Ну, в чём-то прав. Только никому не рассказывай о своих догадках.

– Это ты так решила от женихов утаиться?

– Да нет у меня их. Или я что-то не знаю? – вопросительно посмотрела на Алексея.

– Многие холостяки на тебя посматривают, уже и бьются за руку твою.

– Да ты что! – удивилась я. – Вот это новость! Интересно, а меня кто спрашивать будет?

– А там неважно будет, хочешь ты или нет. В такие условия поставят, что сама побежишь.

– Еще мы посмотрим кто кого! – Ухмыльнулась, а потом с грустью вздохнула. – Смотря, что скажет Матрёна. Может и придется остаться здесь у вас. Так не хочется! Домой хочу!

– Вообще не помнишь, где он?

– Далеко он и дорогу я не вижу. Так возьмёшь меня Алексей с собой?

– Не хотел бы я, чтобы ты её посетила. Всё равно пойдёшь. Верно?

– Да, мне нужно с ней поговорить.

– Через пять недель поеду, возьму тебя. Только вместе с тобой пойду к ней.

– Нет, я с глазу на глаз должна поговорить.

– Нет! – Твёрдо заявил он. – Одну она тебя уболтает, на двоих у неё сил не хватит.

– Меня трудно обморочить, – не хотелось иметь свидетеля. Вдруг, что стоящее посоветует.

– Тогда не возьму тебя с собой, чтобы потом всю жизнь корить себя, что не уберёг. – Кузнеца затрясло от злости к этой особе.

– Мать твоя ходила к ней? – Догадалась я. Алексей чуть опешил от моих слов.

– Кто сказал?

– Просто предположила.

– Не повезу тебя, незачем душу губить. – Алексей сильно расстроился.

– Хорошо, – согласилась на его требование. Может и не стоит к колдунье ходить одной. Что она может сказать, он и не поймет. – Вместе пойдём к ней, только вопросы потом не задавай. Спасибо, за угощение, – сказала я, глядя в окно. – Всё не привыкну, что у вас так быстро темнеет.

– Конфеты забирай.

– Спасибо, но, пожалуй, откажусь. Хотя парочку возьму по дороге посмакую.

– Забирай! – настаивал Алексей. – Всё равно раздам.

– Нет, я так не согласна. Давай напополам. Брату отнесешь. У него, наверное, и детишки есть. Куда пересыпать?

– Высыпает на стол.

– Ещё раз спасибо, побаловал, – поблагодарила его.

Выйдя на крыльцо, всматривалась в ночь.

– Ух, как темно!

– Тебя проводить? – Предложил кузнец.

– Нет, не надо. А то завтра вся деревня судачить будет об этом. – Я подмигнула. – Ты же у нас парень тоже холостой. – Алексей широко заулыбался. – До свидания, – сказала я и быстрым шагом затопала домой.

Через неделю Александру пришла депеша. Он радостно засобирался и на следующее утро тронулся в путь. Напоследок мне сказал:

– Надеюсь, когда вернусь, тебя здесь не будет.

– Навряд ли, – сказала так, чтобы он не расслаблялся. – Ещё увидимся сосед. – Но его радость от похода ничто не могло опечалить.

Когда он уехал, я радостно облегченно вздохнула. Три месяца я буду одна. В эту ночь распласталась на его кровати. Утром затопила печь. Пожарила себе яиц, и довольная опять уволилась на кровать, размышляя, как бы мне заработать денежек. Перебрала много вариантов. Единственное на чём я могла заработать это печь тортики. Местной женщин не пекли их, так как не знали о их существовании. Яйца у меня были, муку можно было смолоть из овса, от коня осталось три мешка. На первое время хватит. Надо было раздобыть только сахар. Оказалась не проблема. Алёнка заняла мне на неопределенный срок. Представляете, с первого раза получился бисквит! Русская печка – это класс! В этот же вечер понесла его к Аленке на дегустацию. Все были в восторге от вкусняшки, особенно дети. Алёнка сказала, что сахар я уже вернула этим тортиком.

– Такой пирог у тебя будут покупать! – Заявила она утвердительно. – Я буду постоянной твоей покупательницей.

– Тогда сахар займешь снова.

– Если принесёшь такую прелесть, – сказал Николай, – то без проблем.

– Пока учусь тортики ваши!

На этом мы и порешили.

Хотела сделать белковый крем, но не смогла взбить. Как это бабушка раньше его готовила. Чуть поразмыслив пошла кузницу.

В этот раз пришла к вечеру. В кузнеце было тихо. Даже хозяина не было. Я пошла в другую часть дома. Постучавшись, вошла в комнату.

– Алексей ты дома? – Кузнец мирно спал на лежанке. Я подошла ближе. – Спишь что ли?

Хозяин открыл глаза, посмотрел на меня, потом в окно.

– Уже утро?

– Нет, вечер.

Он присел.

– Всю ночь заказ делал. Думал, не успею к приезду заказчика. Вот и уснул после.

– Мне не надо было тебя будить.

– Нет, всё в порядке. То бы ночью проснулся и шарогатился до утра. Чай будешь?

– Угостишь, значит буду.

– С чем пожаловала? – спросил хозяин, взяв чайник с плиты.

– Тебе хорошо всегда чайник горячий.

– Печь для ковки никогда не гашу. Трудно потом её раскочегарить.

– У меня к тебе деловое предложение.

– Какое? – Алексей замер, наливая чай.

– Смотри, сейчас прольешь, – сказала я, видя, что он не следит за водой. Он посмотрел на кружку взял и протянул мне. Я присела за стол и отхлебнула. – Вкусный у тебя чай! Хоть ради него приходить.

– Приходи, что мне травы жалко.

– Не пойму, что тут ещё кроме мелиссы и ромашки.

– Что хотела? – Кузнец был прямым человеком, любил прямой диалог или просто не хотел про траву рассказывать.

– Хочу, чтобы ты мне инструмент один попробовал сделать.

– Хорошо.

– Есть только одно НО.

– Какое?

– Сейчас не смогу тебе заплатить, но в будущем я обязательно заработаю денежку, – я говорила чётко уверено, – и всё отдам, сколько скажешь. Скоро у меня будут финансы.

– Что надо сделать?

– Вроде ничего сложного, но для вас может и сложновато.

– Рассказывай, – настаивал кузнец.

– Мне нужна пружина под конус.

– Это что? – не понял Алексей.

– Так всё понятно… показываю на пальцах. Мне нужна проволока, – стала детализировать. Смотрю, он не врубается. – Нитка из металла толщиной примерно, как стебли ромашки и закручивается вот так, – показала на руках. – Понятно?

– Не пойму, как закручивается.

– Дай чем нарисовать, ручку, карандаш, мел, – кузнец тупо на меня смотрел. – Понятно. Тогда хоть уголёк возьму из печи.

      Короче нарисовала я ему в двух плоскостях и в проекции. Алексей молча слушал и, судя по всему, удивился моему умению рисовать. Когда я закончила, он ещё немножко помолчал, пристально смотря на меня. А потом сказал:

– Если бы ты не была женщиной, я бы сказал, что ты из монахов.

– Это кто такие? – поинтересовалась я.

– Люди, которые многое ведают. Знания у тебя потаённые и объясняешь как они. Был я у них. Хотел тайны искусного кузнеца узнать. Они долго со мной беседовали, что-то рассказывали, а потом сказали: «Не дорос ты ещё до них. Недостоин!» Так разобиделся на них. Я и недостоин! А сейчас понимаю почему.

– И почему? – Поинтересовалась у него.

– Не понимал я их чертежи.

– А мой ты понял?

– Ты хорошо объяснила.

– Если хочешь, объясню, как читать чертежи, и что они значат. Это будет моей платой.

– Ты точно из монахов! Сейчас только вспомнил. Они картинки цветные показывали, люди как живые стояли, а на ногах у них такая же обувь одета, как у тебя. Ни у кого такой не видел, а ты сама сделала!

Я загадочно улыбалась.

– Сам говоришь там только мужчины. Честно не знаю, – я пожала плечами, – не помню, кто я и откуда. Знания просто приходят. Может отец был из них. – Алексей долго смотрел на меня молча. – Ну, так возьмешься или нет?

– Согласен, платой возьму знаниями.

– Договорились, – я счастлива заулыбалась. – Когда начнём?

– Приходи завтра после обеда.

– Ладно. Спокойной ночи.

– Я тебя провожу.

– Спасибо, не надо.

– Слышал, как ты материлась в прошлый раз, бредя по потомкам.

– Тогда решила срезать да на шиповник набрела. Все ноги поцарапала. Сегодня я умнее по дороге пойду. До завтра.

На следующий день, придя к нему, увидела уже готовую взбивалку.

– Ты гений! – Похвалила кузнеца. – Это то, что я хотела.

– А зачем тебе прыгалка? – Поинтересовался кузнец.

– Яйцо взбивать буду. Вот такую штучку приготовлю! Кстати, десять процентов прибыли с каждой этой прыгалки мои!

– Кому она нужна!

– Если получится, то скоро все бабы деревенские за ней придут, да и из других деревень подтянутся. Ещё бы миксер сделать, – посетовала я.

– Давай! – Решительно заявил кузнец.

– Эта штучка сложновата… но с таким профи за неделю сделаем!

– Сегодня начнём изучать чертежи? – Алексей рвался в бой.

– Хорошо только чаёк налей.

За милой беседой стала рассказывать основы черчения. В своё время я техфак заканчивала и не предполагала, что здесь мне это пригодится.

Утром я испробовала прыгалку, как назвала её кузнец. За пятнадцать минут у меня был густой крем. Я радовалась, чуть ли не плача от счастья. Испекла коржи. Сделала кулёк и украсила торт. Получилось красиво. Деревенские точно такого не видели. Половину торта унесла Алёнке. Все были в шоке от такого шедевра. Подруга попросила научить его готовить. Я отказала, сославшись, что это мой будущий заработок. Вторую половину понесла кузницу.

В кузницу заходить не стала, так как там было много народу. Торт отнесла в дом и пошла к Алексею. Я остановилась у порога и, облокотившись на косяк, смотрела, как он работает молотком. Кузнец брал то большую заготовку, то поменьше, опускал ее в воду, то в огонь. И так это было всё ловко, что вся его работа создавала металлическую музыку. Через полчаса он заметил меня.

– Извини, сегодня не получится. Видишь народу много.

– Хотела тебе показать, что прыгалка сделала. Это всего на десять минут.

Кузнец заинтересованно заулыбался.

– Чуток подождёшь? – Спросил он.

– Да.

Он практически сразу закончил работу и подошёл ко мне, обтирая со лба пот полотенцем.

– Работает? – Поинтересовался он.

– Клёвая! – поняла, что он не понял этого слова. – Хорошо взбивает.

Зайдя в доме его взгляд, тут же приковался к торту.

– Это что? – Спросил он.

Я взяла чайник и по-хозяйски налила чай.

– Это вкусняшка, торт. Вот этот белый крем я сделала с помощью прыгалки.

– Это из яйца? Правда? – дивясь Алексей пальцем провел по декору. Облизав палец, посмотрел на меня и сказал: – А говоришь, готовить не умеешь. Это же великолепно! – Похвалил меня кузнец.

– Где у тебя нож? Нарезать надо. – Алексей вытащил нож из сапога и подал мне. Обтерев полотенцем, разделила торт, – а тарелочки есть?

– Вот там, – указал рукой кузнец в сторону печи.

Самый большой кусочек подала ему и в придачу ложку.

– Приятного аппетита. А я уж с подставки буду. Ладно?

Как был счастлив Алексей, поедая мою вкусняшку. Улыбка растягивалась до ушей, даже выше. Он уже не больно торопился в кузницу к своим клиентам. Насладившись, Алексей спросил:

– Где научилась?

– Не знаю. Бабушка вроде научила. Она их всю жизнь делала, так и зарабатывала. Интересно сколько денег за него можно попросить?

– Я бы два серебряника дал.

– Нет, это много для ваших мест, не все смогут купить.

– А он не для всех! C Князя три за такой маленький бери, а если больший по объему попросит, так цену тоже поднимай.

Идя домой, была счастлива, что смогу зарабатывать деньги. Надо только устроить презентацию своей продукции. У забора меня уже поджидала Алёнка.

– Что-то случилось?

– Танцуй, давай.

– Зачем?

– Танцуй, – приказала она. Я сделала пару танцевальных движений. – Я тебе клиента нашла! – Радостно говорила подруга.

– Уже? – Дивилась я. – Кто?

– Сонька с третьей улицы. У его мужа послезавтра день рождение. Семён такой сластена! Всё отдать за сладость! Вот она и хочет его порадовать. Сготовишь?

– Сделать то сделаю, только, сколько денег взять.

– Ой не знаю, – соседка задумалась.

– Кузнец сказал два серебряника брать, а с Князя и три просить за маленький. Но я думаю, что дороговато для простых. За тортик один серебряник можно.

– Да, это нормально, – подхватила подружкам. – Как раз только по праздникам и будут заказывать.

С утра принялась за дело. Испекла коржи. У Алёнки попросила свёклу да морковку, для окраски крема и к концу дня был красивый разноцветный торт. На следующий день после обеда понесла торт по деревне, держа его перед собой. Все, удивляясь, интересовались, что это. Я, не останавливаясь гордо заявляла: «Это торт. Вкусняшка!»

Соня была в восторге и как кузнец макнула палец в крем. «Вкуснотища!» Клиент остался доволен.

Обратно я шла, довольно зажимая в руках свой первый серебряник. Никогда в жизни так не радовалась заработанным деньгам, как сейчас.

Подходя к дому, увидела кузнеца, который поджидал у калитки, сидя на лавочке. Он был немного грустный.

– Привет, – радостно поздоровалась с ним.

– Здравствуй, – кузнец заулыбался.

– Поздравь меня, я заработала свой первый серебряник. – Я покрутила его в руках.

– Поздравляю!

– Спасибо тебе за прыгалку.

– Пожалуйста.

– Ты что-то хотел? – Поинтересовалась я.

– Да нет, просто мимо проходил да зашёл поздороваться. Рад, что у тебя всё хорошо. Ладно, я пошёл.

Кузнец пришёл явно за мной, чтобы я его поучила, но видя, что я заработала, об оплате не стал настаивать.

– А меня, не подождёшь что ли? – Алексей радостно заулыбался. – Мне кое-что надо взять, и мы пойдём с тобой учиться.

Я взяла два небольших тортика, на вид как муравьиная куча, сделанные из остатков коржей. Подойдя к Алексею, отдала один ему, а второй отнесла Алёнке. Детвора радостно визжала при виде вкусняшки. Когда я вышла от соседки Кузнецк сказал:

– В следующем месяце у племянника день рождение сделаешь большой за три серебряника?

– Сделаю, – утвердительно сказала я, – только денег не возьму. Инструмент мне сделаешь новенький.

– Какой?

– Не знаю ещё пока какой, но думаю, что скоро скажу.

С этого дня я каждый день после обеда, ближе к вечеру, ходила к Лешке. Как хороший учитель сделала доску, нашла мел и линейку. Ученик попался понятливый и через недельку довольно-таки хорошо разбирался в чертежах.

По утрам облагораживала огород. Скосила все траву. Потихоньку стала копать, готовясь к новому сезону после зимы. Надо же мне было чем-то заняться, не могла сидеть без дела. Урожай они собирали два раза за год, даже яблоки с абрикосом. Только груша плодоносила один раз в год. Решила восстановить печь в беседке. Натаскала глины из реки, развела её и выдержав пару деньков принялась за работу. Хорошо, что не надо было искать кирпичи. Камушки я все практически нашла вокруг беседки. С самого утра принялась за работу. Я работала весь день. Мне непременно хотелось закончить её сегодня, чтобы глина просохла одновременном. Увлекшись работой, забыла про время.

– Ты еще умеешь класть печь? – Спросил кузнец, стоя рядом со мной.

– Ой, время, наверное, уже для занятия. Извини, забыла. За сегодня хотела всё успеть. Мне чуть-чуть осталось.

– Почему не попросила? Я бы помог.

– Да я сама хорошо справляюсь. – Потом подумав, добавила. – Да, Александр, наверное, бы гневался, узнав, что у него в доме чужой мужик хозяйничал.

– Мудрая ты женщина, – подметил Алексей.

– Слушай Лёша, давай сегодня не будем заниматься. А то пока я от глины отмоюсь, поздно будет, да подустала я. Пошли лучше купаться.

Кузнец стоял, облокотившись на перила, восхищенно смотрел на меня.

– Я только за!

Весь вечер мы провели на речке. Пока я очищалась от глины, Лёша сбегал домой и принес еды и молока. Я его не пила с самого дома, поэтому сразу пригубилась к кувшину. У нас получился небольшой пикничок. Славно отдохнули!

Наутро спозаранку ко мне прибежала Алёнка с допросом.

– Рассказывай!

– Что? – Спросонок не понимала тему разговора.

– Ну как что! – Сердилась подругам. – Ты вчера у реки с кузнецом веселилась до купались вместе! И после это говоришь что?

– И что такого? – посмеялась я над ее словами.

– На речку вдвоём только влюблённые ходят.

– Ну, ты насмешила! Какие влюблённые! Я вчера печь делала да на речку мыться пошла. Вот и всё!

– Ох, не знаю, – ехидно ухмылялась Аленка. – То все вчера вдвоём дома сидят, то на речку купаться ходят, и ничего у них нет!

– Дома просто я кое-чему его учу.

– Ой, знаем, чему ты учишься, – подмигнула соседка.

– Ой, Алёнка, прекращай чушь нести. Ничего у меня с ним нет! Никакой любви.

– Может, у вас ничего и нет, вот только вся деревня про вас шушукаются. А холостяки претензии ему с утра предъявили. Дескать, он их всех обманул. Отказался от тебя, а сам втихушку бабу окучивает.

– Правда, что ли? – удивилась я. – С претензиями?

– Бабка Маня рассказывала. Та, которая тебя подкармливает, и сын Фёдор у нее. Поняла про кого говорю?

– Да, поняла.

– Уж больно её сын тебя хочет. Чуть ли не со всеми передрался, с кем ты разговаривала.

– Вроде никому повода не давала, общалась со всеми одинаково.

В обед пошла к Алексею, узнать про всю ситуацию и что он думает про наше гуляние у реки. Мало ли, вдруг и в прям пацан влюбился.

– Привет Лёша. Есть разговор.

– Сейчас коня подкую и чай попьём. Можешь идти заваривать, туяс с травкой знаешь, где стоит.

Я пошла в дом, а сама подумала: «И впрямь здесь как хозяйка». К тому же Алёнка права, про разговор с претензиями. У кузнеца кожа на щеке была сбита, как от удара.

Когда Алексей зашёл в дом сразу спросила.

– Что ты думаешь о нашем вчерашнем отдыхе у реки?

Лёха перестал улыбаться.

– Сплетни до тебя дошли? Не обращай внимания! Так судачат просто.

– Вижу по твоему лицу судачество.

– Это я просто оглоблю не заметил.

– Да, а зовут её Федя!

Кузнец заулыбался, потирая щеку.

– Пропустил первый, просто не ожидал нападения.

– Ещё раз задам вопрос. Что ты думаешь о нашем вчерашнем отдыхе? Меня не интересуют сплетни, – я строго на него смотрела. – Я хочу знать твое отношение.

Алексей молча глядел на меня, не зная, что ответит. А может, знал, но боялся. Не дождавшись ответа, через пять минут сказала:

– Всё ясно. Твое обучение закончено, – и пошла на выход. Как только я поравнялась с ним, Лёша схватил меня за руку.

– Не уходи, – тоскливо сказал он.

– А я не ухожу. Ты ещё меня в Прохоровку должен свозить, – и одним движением освободила руку, ушла.

В этот день легла пораньше спать, чтобы скверные мысли не одолевали. Пацан, судя по всему, влюбился или на грани этого. Он не сказал ни да, ни нет. С одной стороны, он очень даже хороший кандидат в мужья. Алексей работящий, заботливый и мне кажется даже нежный парень. С другой стороны, я надеялась вернуться домой в свой мир к мужу, к детям. Мне сейчас никто не нужен был, только мой любимый дом!

Через четыре дня ко мне пришёл Алексей.

Первый раз зажигала печку в беседке. Я стояла на коленках пытаясь раздуть получившуюся искру.

– Помочь?

– Помоги. Не могу никак разжечь. Что-то ваша зажигалка не работает.

Кузнец взял в руки её покрутил и сказал:

– Она у тебя сломанная, потому что очень старая. Потом новую принесу.

– Спасибо.

Через пятнадцать минут в моей печи горел хороший костерок.

– Дыма вроде нигде не идёт, – сказала я, осматривая печь.

– Добротно сложила, – похвалил кузнец.

– Надо её испытать! Сейчас яичницу пожарю.

Побежала за сковородкой в дом. На обратном пути насобирала яиц. Печь хорошо работала, блюдо быстро приготовилось и не подгорело.

– Садись за стол, – сказала Лёше. Он послушно присел, поглядывая на меня провинившимся взглядом. – Держи ложку, – поставила перед ним сковородку. – Ешь всё.

– А ты?

– Не хочу. Достали они меня. Зачем пожаловал?

Кузнец принялся поедать яичницу.

– Завтра поеду в Прохоровку.

– Во сколько прийти?

– Выезжать надо до зари.

– Хорошо подойду утром.

– Тебе лучше у меня заночевать.

Я посмотрела на него пристально.

– Нет.

– Ты проспишь.

– Значит, не буду спать. По дороге потом высплюсь.

– Наташ, не упрямься. Ты заночуешь в кузнице, а я дома у брата. – Я отвернула голову в сторону. Он был прав, просплю. – Наталья, прости меня, – тихо грустно сказал Алексей.

– За что? – Посмотрела на него.

– За молчание. Я тогда…

– Не хочу говорить сейчас об этом! – перебила я его и встала из-за стола. – Приду ближе к вечеру. Что-то надо взять с собой?

– Нет. Там мы заночуем у моих друзей.

– Хорошо, – я развернулась и пошла в дом.

Мы тронулись в путь, когда солнце еле обнажала линию горизонта на лесном массиве. Я завалилась в телегу, укрывшись тулупом, уснула.

– Куда прешь? – Закричал Алексей. Потом стал говорить потише. – У меня главная дорога.

Я приподнялась.

– Уже приехали? – Оглядываясь по сторонам, спросила у Алексея.

– Извини, разбудил. Да прет чёрт, прямо под коней! Нам ещё часа три ехать.

Мы ехали по оживленной улице. Люди шли по обочине, некоторые перебегали дорогу, на что водители повозок издавали отменную брань.

– На обратном пути заезжать сюда не будем. Мне просто надо кое-что завести и забрать. Сейчас свернём на другую улицу, там будет потише. – Алексей пытался наладить разговор, но я упорно молчала. Думала о предстоящей беседе. Что же мне скажет правдовидица. Обрадует меня или опечалит. Есть ли хоть один шанс вернуться домой!

Алексей остановился у одного домика. Закинув два мешка с каким-то веществом, он всё ждал, что я спрошу, что это, но я упорно молчала. Снова завалилась в телегу, спрятавшись в тулуп. В эти три часа я молилась как никогда в жизни, чтобы бабка указала мне путь домой.

Телега остановилась в очередной раз, я продолжила лежать.

– Наталья вставай. – Сказал Алексей. – Приехали. – От этих слов у меня всё затряслось внутри.

Мы стояли возле красивых резных ворот.

– Она здесь живёт? – Удивилась я. Предполагала увидеть какую-нибудь избушку на курьих ножках, но ни как шикарны апартаменты.

– Нет, к бабке мы поедем завтра. Здесь мне надо загрузить товар.

– Почему не сегодня?

– Не хочу вечером без солнышка с ней общаться.

Товаром оказался металлический хлам, болванки и руда. Кузнец всё это закопал в солому, а я наивная думала, это он для меня столько соломы накидал. Загрузившись, Алексей сказал:

– Наталья, тебе придётся ехать рядом со мной. Теперь уже не полежишь.

– Ладно.

Мы подъехали к дому у окраины деревни. Жилище было очень ухоженное. Карнизы, двери, ставни, наличники были резными. В деревянные кружева были искусно вплетены и полевые цветы, и древесные листья, и певчие птицы. Резьба на всем мелкая, тонкая, кропотливая, пробитый насквозь орнаментальный рисунок давал сооружению величественность. Дом был произведением искусства!

Перед ним была шикарная клумба, которая благоухала разными цветами. Тут же на ней стояли резные декоративные небольшие статуи животных. От такого великолепия я заулыбалась.

– Красиво!

– Это дядя Паша всё сделал. Он из дерева хоть что вырежет!

В дверях дома показался хозяин с подносом.

– Здравствуй дядя Паша! – радостно сказал Алексей.

– Как хорошо, что вы приехали! – обрадовался хозяин. – Проходите! К нам сегодня Арина приехала, и вы тут. Как хорошо-то! Вся семья в сборе! Пойдёмте в беседку.

– Помочь?

– Держи мясо, а я за картошкой вернусь, – хозяин тут же скрылся в доме.

– Арина – это старшая дочь, – Алексей стал знакомить меня с семейством. – Вышла замуж и уехала к мужу в Царьград. Мой отец с дядей Пашей вместе служили. Вот с тех пор мы дружим семьями.

Мы зашли за дом, и пошли в беседку. Весь дизайн двора и огорода был как у Александра, только ухоженный. Здесь было очень много народу. Взрослые готовили стол, а дети бегали вокруг беседки, играя в догонялки. Заметив нас, молодёжь побежала к нам на встречу крича:

– Дядя Лёша приехал!

– Что ты мне не сказал, что тут столько детей! Я бы тортик испекла.

– У меня в сумке целый кулёк конфет, – сказал Леша. – В другой раз обязательно испечёшь. Тихо малышня, тише! Мясо опрокинете! Сейчас мои хорошие, поставлю и поиграю с вами.

Взрослые все уставились на меня.

– Здравствуй сынок, как вовремя ты приехал! – Сказала хозяйка, женщина лет шестидесяти. Все стали здороваться обниматься. С огорода прибежала девушка и бросилась на спину кузнецу.

– Лёшка, Лёшка приехал!

– Аринка! – счастливо обнимал её Алексей.

– Ты с невестой приехал? – радостно спросила Арина. Я хотела возразить, но она не давала возможности. – Девушка вам так повезло с этим парнем! Лучшего жениха вам не сыскать! Лешка у нас добрый, сильный, ласковый!

– Сестренка прекрати! – Немножко смутился Алексей.

– Вон ещё и скромный! А талантливый какой! – Я с улыбкой наблюдала за их обнимашками. – За ним будешь как за каменной стеной!

Хозяйка стала унимать дочь

– Хватит, балаболка, отстань от них.

А оно всё на своём.

– Вы приехали нас на свадьбу пригласить? Когда она? – Девушка сделала паузу, дожидаясь ответа. Алексей улыбался, смотря на меня ждав ответа и моей реакции.

– Он мне ещё не сделал предложения. – Я мило улыбалась. – Поэтому я не успела отказать.

– Вот ты Лёха лопух! – Рассердилась Аринка, ударив его в грудь кулаком. – А я уж обрадовалась, на свадьбе у любимого брата буду гулять.

Алексей подошел ко мне и представил.

– Знакомьтесь, Наталья – моя подруга. Это мама Света, Арина – старшая дочь, её муж Матвей, бабушка Сара, а эта мелюзга…

– Я Рита, – сказала девочка лет пяти, – а это Семён, – указала она на брата лет семи. Вот там двойняшки: Андрюшка и Аркадий. Им четыре годика.

– Давайте к столу, а то всё остынет, – предложила мать.

Семён подбежал к Алексею и сказал:

– Пойдём играть!

– Нет, – заявила мать, – сейчас Лёша поест, отдохнет, а потом с тобой поиграет.

Меня усадили рядом с Алексеем. Стол ломился от угощений. Всё было очень вкусно. Семья мило беседовала, рассказывая новости и разные истории из прошлого. Взрослые очень тонко нахваливали Алексея и его семью. Рассказывали, каким был его отец доблестным воином, как однажды он спас Павла от неминуемой смерти, как они дружили семьями много лет и как дорог им Алексей.

В самом начале застолья Алексей сказал:

– Извини, Аринку, она не со зла про свадьбу заговорила. Просто я никогда не приезжал к ним с девушкой. Вот они и подумали.

– Её извиню, – улыбалась ему широко, – а тебя нет.

– За что?

– Опять молчал!

– Прости, я не ответил, потому что…

– Наталья, а ты откуда? – Спросила Арина, перебив наш разговор, который мы потом не продолжили.

Застолье длилось очень долго. За это время Алексей успел поиграть с детьми. Они то бегали по огороду, то он их катал, то бились на мечах. В общем шалили.

Наблюдая за ними, я улыбалась, и была на этот миг счастлива. Так как давно таких семейных посиделок у меня не было. Аринка подсев рядом шепнула:

– Соглашайся, даже не думай. Правда, хороший парень! Беды с ним знать не будешь.

– Что же он до стольки лет ещё не женился? – Спросила я напрямую.

– Боится, – Арина тяжело вздохнула.

– Чего?

– Из-за матери с отцом. – Аринка замолчала.

– Что с ними случилось?

– Это не наша тайна, даже не тайна. Он сам должен тебе рассказать. Да и правдовидца ему что-то ляпнула такое, чего он боится.

– Что она ему сказала? – заинтересовалась я.

– Не помню, – замялась девчонка.

– Арина скажи, мне интересно. Что про невестку? – Аринка юлила. – Скажи, пожалуйста.

– Да там чушь полная.

– Всё равно скажи.

– Что она придёт из ниоткуда и уйдёт в вечность. Вот и всё.

«Блин, но это точно про меня!» – подумала я.

– Бабка не сказала, сколько она с ним проживёт? – Посмеялась я.

– Понятия не имею. Я только эти слова и запомнила. Он боится, что она умрёт рано. Не хочет страдать как отец. Да к тому же девчата, разузнав это, отказывались от него.

– Почему мне рассказала про проклятие? Вдруг я завтра сбегу!

– Ты другая, сразу видно. Лёшка про тебя мне рассказал. Я считаю, что ты сама вечность, – пошутила сестра. – Поэтому и не убежишь, не уйдёшь. – Аринка загадочно посмеиваясь, ушла.

Погрузилась в размышления от полученной информации. Я походила на его невестку. «Пришла из неоткуда!» Это точно про меня. Ведь я из другого мира…

      Ко мне подошла Рита, держа листок, сказала: «Сделай птичку». Я без вопросов взяла и сделала оригами типа лебедя. Девочка побежала хвастаться всем своей игрушкой. Через некоторое время подошел и её брат Семён.

– Сделай мне.

– Что? Птичку?

– А ещё что можешь?

– Для мальчика лучше самолёт.

– А что такое самолёт?

– Это… – Стала думать, как объяснить ему, – такой предмет, который сам летает.

– А разве вещи сами могут летать? – Удивился он.

– Вот сейчас и посмотрим. – Я уже почти доделывала самолет. – Смотри, что получилось. Вот так он летает. – И я запустила.

Самолёт пролетел метров десять и присел на куст разы.

– Летает, летает! – кричал радостный Семён. – У меня есть самолёт! – И побежал за ним.

Все дети, завидев новую игрушку тут же закричали: «И я хочу такую же!» Через пятнадцать минут все запускали самолеты. К ним присоединились и взрослые, дивясь игрушке.

Ко мне подсел Алексей.

– Всё-таки ты из монахов.

– Кто знает, может быть. – Я загадочно улыбалась. – Вот завтра и узнаем. Надеюсь, она мне поможет.

– Наталья, помоги мне, пожалуйста, – Лешка протянул мне скрученную бумажку. – Этот свиток мне дали монахи и сказали: «Если ты его сумеешь прочитать, то сможешь делать очень крепкие мечи. А захочешь большего, то приходи к нам».

– Интересно посмотреть, – с энтузиазмом стала раскручивать бумажный листок форматом А5.

На свитке был изображен график. Тут же его узнала. Этот плакат весел у нас в мастерских на термехе. За три года, что мы обитали в кабинете, он въелся в память на всю жизнь.

– Это график соотношения железа с углеродом. То есть вот до этой точки чугун, а вот здесь уже сталь, она прочнее. Это всевозможные добавки, чтобы улучшить качество стали. Только я тебе соотношение не скажу. Это уже другие таблицы должны быть. Я не спец в этом деле. Так поверхностно знаю, только самые элементарные вещи. – Алексей дивился моим высказываниям. – Ты же в первой деревне купил, я так понимаю какую-то добавку, которую кладёшь в металл. Вот здесь эта схема, наверное, и показывает пропорции руды с добавочным веществом. Можно попробовать рассчитать.

Мы тут же приступили к расчётам. Я попросила листок бумаги, так как в отличие от нашей деревни этого добра здесь было навалом. Матвей любезно мне предоставил перо с чернилами. Оказывается, муж Арины работал на какой-то фабрике, делая вычисления. Я так толком и не поняла, чем они там занимаются. Вот бумага и чернила оттуда. Матвей принёс и присел рядом, внимательно смотря за моими вычислениями. Периодически он интересовался, что я делаю и почему так, а не иначе. В конце он рассказал свою историю про монахов.

Он, как и Алексей ходил к ним за знаниями. Даже показал свои идеи, на что они сказали: «Бред полный! Таких нет вычислений! Ты ничего не доказываешь этим».

– Но я уверен на сто процентов, что был прав! – яростно говорил Матвей. – А сейчас глядя на твои действия, я прозреваю, меня монахи обманули! Почему они так сказали?

– Всё очень просто. Они просто сдерживают технический прогресс.

– Это что? – поинтересовался Матвей.

– Вот смотри. Возьмём… например лук, вернее стрелу. Раньше она была просто заостренной палкой, потом приделали ей каменный наконечник и следующий этап – железный наконечник. Вот это называется технологическим прогрессом, то есть от простого к сложному. Они по какой-то причине не дают вам идти вперёд. Монахи, наверное, и рукописи твои забрали.

– Нет, был пожар, весь мой труд сгорел.

– Вот тебе и ответ.

– А ты это откуда знаешь?

Я пожала плечами.

– Не знаю. К сожалению, не помню.

– Поэтому ты отправляешься к правдовидице?

Я взглянула на Алексея. Он потупил глаза как провинившийся ребёнок.

– Да хочется узнать дорогу домой.

– Если она ничего не скажет? – Полюбопытствовал Матвей. – Что делать будешь?

– У меня появляется желание пообщаться с вашими монахами. С другой стороны, вдруг я от них сбежала. А если не сбежал? То они меня могут закрыть у себя или ликвидировать как твои записи, что бы я ни ходила и не рассказывала, не делилась знаниями, – я чуть опечалилась. – Вот как то так.

В результате мы выяснили, что у Алексея немножко не совпадали пропорции в ингредиентах. Если чуть-чуть добавить, то будет идеально. Кузнец был счастлив, что я сумела расшифровать свиток.

Вечером стали топить баню. Когда она была уже готова пришла ещё одна дочь Павла и Светланы. Елена, держа на руках младенца, выглядела измученной. Ребёнку было три месяца. Он дни напролёт всё орал. Когда Елена пошла, мыться, Светлана стала мне сетовать:

– Вот что ему надо! Сытый, ухоженный!

– Может молока мало или пустое?

– Нет. Знаешь какое жирное, да сколько много! Ест очень хорошо.

– Может газы мучают?

– Мы сразу укропом стали поить. Эта беда нас стороной обошла. Всё перепробовали. Не знаем, что он орёт, как будто ему что-то мешает. Ребята, вы что там творите! – заругалась мать на малышей. – Наташа подержи, – и, всучив мне ребенка, побежала ругать хулиганов.

Малыш, почуяв другие руки, замолчал, внимательно посмотрев на меня. Я заулыбалась и засюсюкалась. Он тут же меня описал.

– Вот ты, какой молодец! – Посмеялась я. – Придётся у тебя на свадьбе отплясывать. – Я спросила у бабушки. – Где сухие пелёнки.

– Елена в доме оставила на сундуке.

– Что пацан пошли переодеваться. Вот у меня нет чистого платья, – сказала глядя на мокрое пятно.

Со мной пошел Алексей. Пока я распеленывала ребёнка он расстелил чистую пеленку. Приподняв ребенка, сказала:

– Так вот почему ты орёшь, – младенец выгнулся другой.

– Почему? – вопросительно посмотрел кузнец.

В дом зашла Светлана.

– Наталья, извини, не подумала, что он нафурычить сможет. Вот только что переодела.

– Да ладно! Высохнет.

– Я тебе сейчас халат дам, а твое состирну, к завтрашнему утру высохнет.

– Наталья знает, почему Андрюшка плачет.

Мать остановилась, и с надеждой посмотрела на меня.

– Я точно не знаю. Но когда ко мне пришла бабушка, и взяв двухмесячного сына, увидев, как он выгибается дугой сказала: «Что у него на спине щетина». Ваш также делает даже круче.

– Как ты лечила?

– Ребёнка надо распарить в бане или когда купаете в ванночке, в карыте, – уточнила я. – Потом мать брызгать своё молоко на спинку и круговыми движениями катает плечи спинку. Выходит, щетинка как у свиньи.

Мать секунду подумала и схватив на руки ребёнка, мне сказала:

– Пошли в баню.

– Это не факт, что поможет. Только предположение.

– Пошли! – ещё раз крикнула мать в дверях.

Через час ребёнок мирно спал на руках матери. Она радостно тихо плакала от счастья, не веря своему покою. Ребёнок за всё время первый раз спал спокойно и долго.

Ночь вступила в свои права. Молодёжь зажгла фонари. Отец пожарил шашлыки, и мы тихо по-домашнему под громкий сап детей, которые спали на руках у взрослых, мило беседовали.

Спать меня положили на сундук вместе с Алексеем.

– Извини Наталья, – оправдывалась мать, – но больше нет места.

Я не противилась. Но когда легли, строго сказала Алексею:

– Надеюсь, руки распускать не будешь.

Утром я проснулась самая последняя. Дети бегали во дворе. Мужиков в доме не было. Только женщины сидели за столом, готовя обед.

– Доброе утро, – поздоровалась я, присаживаясь на постели.

– Доброе, – ответила Светлана.

– Почему меня не будете?

– Алексей сказал, чтобы ты сама встала, так как утром любишь поспать. – Мне стало как-то неудобно. – Иди в баню умываться, там твое платье и приходи чай пить. А часа через два пообедаем.

– А где Алексей?

– Он ушёл по делам, как раз к обеду явится.

Я немного психанула, он, как специально тянул время.

– А бабка правдовидица далеко живёт отсюда?

– Зачем она тебе? – Взволновано спросила Светлана. В курсе видно была только Арина, зачем я сюда явилась.

– Так я к ней приехала.

– Алексей не поведет тебя к ней, – утвердительно сказала бабушка.

– Да вроде обещал, но судя по тому, как он тянет время, уже сомневаюсь. Ладно, пойду умываться, – заторопилась я.

– Наталья, не ходи к ней! – настаивала Светлана. – Только беда от неё.

– Спасибо за предупреждение, но мне очень надо.

Выйдя на крыльцо, думала куда идти, то ли дожидаться Леху, то ли самой искать всевидящую бабку. Решила выйти за ворота и посмотреть.

Открыв калитку, тут же увидела Алексея, который возвращался домой.

– Доброе утро, – счастливо сказал он.

– Доброе. Ты собираешься везти меня к бабке? – Прямо в лоб спросила его. – Или мне самой её искать?

Кузнец не понял моего негодования.

– Я обещал, – сказал он серьезно, – значит привезу. Сейчас пообедаем и поедем. А то кушать будем только завтра. Она неподалеку живет, успеем.

Сделав утренний туалет, я присоединилась к женщинам в доме. Светлана тут же ушла, как заметила Алексея во дворе. В скором времени засобиралась и бабка. «Вы тут лепите, а я сейчас вернусь». Судя по всему, женщины пошли отсчитывать кузнеца.

На столе стояла тарелка с фаршем. Арина раскатывала небольшой пласт теста, и вырезала из него кружочки плашкой. Я взяла ложку и начала лепить пельмени. Девушка посмотрела на меня удивлённо, но ничего не сказала. Меня это не насторожило, так как я лепила их как вареники, а не по стандарту. Просто мне так удобно, что поделать. Когда я слепила, целую доску, Арины сказала: «Хватит. Больше не надо лепить». Хотя сама продолжала катать лепёшку и делать кружочки.

В дом зашла Светлана с бабушкой и вдвоём они удивленно уставились на мои пельмени.

– Это что?

– Пельмени, – я стал оправдываться. – Знаю, что пельмени как вареники. Да какая разница как они выглядят, так съестся.

Светлану взглянула на Аринку.

– Мне просто стало интересно, что за блюдо делает Наталья.

– Вы для чего тесто катаете? – Поинтересовалась я.

– Тесто в бульоне сделаем, а фарш на котлеты.

– Понятно, – усмехнулась я.

– А как дальше готовят твои пельмени? – Полюбопытствовала бабулька.

– Кидают в кипящую воду и варишь до готовности. А потом едят: кто со сметаной, кто с маслом, а кто с чесноком, то есть с горьтравой.

– Вот Наталья и вари, – сказал Светлана, – а мы попробуем.

Через час народ расхваливал новое блюдо и дивился чесноку, бабушка любезного дала мне из своих запасов.

Когда мы тронулись в путь, Алексей спросил:

– Ты точно уверена, что хочешь к ней ехать?

– Да.

– Может, передумаешь?

– Нет, – утвердительно заявила я.

На самой окраине чуть ли не в лесу стоял небольшой деревянный домик. Он всем видом напоминал жилище доброй феи. Вокруг дома росли прекрасные цветы, стояли интересные украшения, дорожку выделял маленький белый заборчик, а на ступеньках лежал вязанный коврик.

Первым в дверь зашёл Алексей.

– Проходи милок, – сказала бабулька хрипловатым голосом. Она была схожа с нашей бабой Ягой, но ни как с прекрасной феей. В комнате висели под самым потолком разные травы. Посередине комнаты стояло несколько стульев. Сама хозяйка находилась у печки, что-то там делая. – Что же ты все злишься на меня сынок? – Спросила баба Матрена. – Мать твоя сама выбрала дорогу. – Кузнец упорно молчал. – Не пойму, с чем ты ко мне пожаловал.

– Я Наталью сопровождаю, чтобы ты ей мозги не одурманила, – грубо ответил он.

– Так зови её, что не заходит.

– Да я вроде уже здесь, – ответила я.

Бабка вздрогнула и резко обернулась, глядя на меня подозрительно. Немного поизучав подошла с серьёзным лицом.

– Что хотела? – тихо спросила она.

– Ты вроде правдовидица, должна знать, – как-то я засомневалась в её способностях. – Хочу узнать, как вернуться домой.

Бабка обошла меня кругом, взяла за руки, и покрутив их спросила:

– А где твой дом?

– Если бы я знала, то сюда бы не пришла. Так ты сможешь мне помочь?

      Бабка взглянула на меня озабоченным взглядом, потом пошла к печке, достала кружечку и потряся бросила содержимое на пол. Поизучав минут пять кристаллы, переключилась на костяшки, которые вытащила из кармана. Она периодически смотрела на меня. Потом полезла за печку, достала типа колоды карт. Раскинув их на печи, всё больше приходила в замешательство. Далее она поковырялась в сундуке и достала мешочек, как я потом поняла с рунами. Долго с ними работала. И вот после часа разборов, Матрена подошла и сказала:

– Я не знаю где твой дом, не вижу твоего прошлого, и нет твоего будущего. Вернее, оно ещё не написано. Ты почему-то чистый лист бумаги, вырванный из книги Жизни. Твоя судьба осталось там, а здесь ещё ничего нет. Ты вне закона Жизни. Но могу точно сказать, обратно к себе не попадешь. Твоя дорога будет лежать здесь в этом мире. Ты создаёшь свой путь сама, поэтому он ещё не отпечатался в книге вселенной.

– Ты уверена, что я не смогу попасть домой? Или мне поискать более сильного провидица?

– Все тебе скажут, что и я! Твой дом теперь здесь.

Я сильно расстроилась.

– Сколько с меня за беспокойство. – Бабка лукаво взглянула на меня.

– Волосок с твоей головы.

– Нет. За оказанные услуги всегда платят деньгами.

– Сколько не жалко.

– Держи пару серебряников. – Алексей, было, стал возмущаться, но я взглядом остановила его.

Матрена протянула руку. Я же положила деньги на стул, сказав:

– Отдаю только этот металл, остальное всё при мне остаётся.

Бабка взяла деньги и посмотрев на меня загадочно, сказала:

– Не упусти свой шанс…

Обратную дорогу, уткнувшись в колени плакала. Мне было больно, тоскливо, печально осознавать, что я не вернусь домой. Не увижу любимых деток, мужа, маму с отцом и всех родных близких мне людей.

Алексей поначалу пытался меня успокаивать, но во мне больше поднимался гнев от несправедливости событий. Поэтому он замолчал и больше не трогал.

В свою деревню мы прибыли, когда было уже темно. Алексей довёз меня да дома. Я уже практически успокоилась или просто выплакала все слезы и была без сил.

Мы стояли, прощаясь у калитки, друг на напротив друга. Алексей взял меня за руку и сказал:

– Наталья, я понимаю, что сейчас немножко не вовремя, но хочу сказать, ты запала мне в сердце с первого дня нашего общения. Я не встречал девушку милей тебя. Знай ты не одна в этом мире. Я буду твоей каменной стеной. Ты ни в чём не будешь нуждаться. Наташа выходи за меня замуж. – Кузнец достал из кармана золотое кольцо и протянул мне.

Я печально смотрела на него.

– Алексей, мне сейчас не до этого, – из глаз потекли слёзы.

– Не отвечай сейчас. – Он вложил мне колечко в руку.

– Не надо, я не возьму.

– Бери, если не согласишься, будет на память.

– Нет, не возьму! – Твердо заявила ему и вернула кольцо Алексею. – Пока, – сказала и побежала домой.

– До завтра, – крикнул кузнец.

Я провалялась весь день, думая над словами бабки. Мне никак не хотелось оставаться здесь. Хотя мне это место действительно нравилось. И вчерашние слова Алексея немного согревали душу. Но я отчетливо понимала, что это мозг пытался найти, что-то хорошее ради чего стоило жить. Но все же делать ничего не хотелось.

К вечеру пришёл Алексей.

– Ты как? – поинтересовался он.

– Раздавлена. Теперь у меня нет надежды. Это очень печально. – Я лежала на кровати, не подымаясь.

– Наташа, ты привыкнешь. Сама говорила, тебе очень нравится у нас: и природа, и люди. Ведь тебя зачем-то присылали сюда боги. – Надо отдать должное Лешке, он не расспрашивал меня о разговоре с бабкой. Кузнец видел, все, что она сказала, имеет для меня смысл, в отличие от него.

– Да интересно зачем? – Задумалась я и умолкла.

Через некоторое время Алексей спросил:

– Ты до сих пор не переоделась? Хоть ела сегодня?

– Ничего не хочу!

– Давай кушать приготовлю?

– Нет! Уйди, пожалуйста. Не хочу ни с кем общаться.

На второй день он снова пришел уже с едой и с конфетами. Его опять тактично выпроводила. На третий день я гневно на него заорала, когда он пытался меня поднять с кровати.

– Пошёл вон, и чтобы больше не приходил сюда! – меня достала его опека, и непременное желание помочь тут же забыть прошлое. – Когда надо будет, я сама приду! Не надо мне надоедать! Уйди, пожалуйста! Дай время, – чуть смягчилась я, – мне нужно побыть одной.

На следующий день он не пришёл, но прислал Алёнку.

– Ты что подруга приехала, а ко мне не приходишь, не рассказываешь, как съездила?

– Не чего рассказывать! Бабка сказала, здесь у вас придется жить.

– Жалко. – Немного помолчав Аленка посоветовала, – Теперь тебе точно надо определяться с женихом.

– Нужны они больно, – возразила ей.

– А как жить будешь? Александр приедет тебя точно выставит! Это сто процентов! Смотри Федька хороший парень. – Я приподняла голову с подушки и посмотрела на неё удивлено. – У него дом есть, хозяйство большое, с бабой Машей ты уживёшься. Она спокойная женщина. Серебра в своё время Федр много заработал. Раньше он в Царьграде жил, не знаю, чем там занимался, а потом переехал к нам. Заказал себе построить огромный дом, обзавелся живностью. Через полгода мать перевёз.

– Что же он жених такой хороший до сих пор не нашел жену?

– Сказал, что только по любви женится. Вот и ищет себе возлюбленную. В другие деревни ездил, но пока никто не приглянулся. Он у нас недолго только третий год. Вот тебя вроде не прочь позвать под венец.

– Нет, с ним точно не буду.

– С кузнецом, что ли будешь?

– Может и с кузнецом.

– Ты не знаешь, наверное, что на нём проклятие.

– Какое? Ну-ка расскажи? – Попросила я подругу.

– Все из-за его матери, – начала повествование Аленка. – Она приревновала мужа к приезжей девчонке. Отец, Лёшкин, был из тех, кто на сторону никогда не смотрит. То ли девчонка подстроила, то ли действительно упала случайно в его объятия, только Тамара это всё увидела. Муж вроде всё разъяснил, и они помирились. Вот только он не заметил, как ревность её душу стала пожирать. Вот она к бабке с соседкой и поехала. Лёшка тогда их возил. Не знаю, что бабка ей сказала. Только вот Лёше cпророчила: «Невеста твоя придёт из ниоткуда. Ты будешь счастлив с ней, если не пойдёшь по стопам матери. В другом случае невеста твоя уйдёт в вечность».

– Что с матерью случилось?

– Тамара месяц ходила отрешенная. Потом девчонку столкнула с обрыва в ледяную реку, та не умела плавать и утонула, хоть тут же и бросились рыбаки на помощь. Кто-то говорил, что она её не толкала, что та сама поскользнулась. Сама она вину не признавала, вот только через полгода она бросилась с этого самого обрыва в ледяную реку. Вот так.

– Кто-то видел, как она прыгнула?

– Нет. Её нашли через день неподалеку от этого места.

– Может её кто-то сбросил?

– Да кому это нужно? Кто будет брать такой грех себе на душу? Просто Тамара не смогла жить с таким грузом на шее. Если за него пойдёшь долго ты не проживешь! – пугала меня Алёнка. – Смерть поджидать тебя будет.

Долго думала я над Аленкиными словами. Меня больше заинтересовало её отношение к Федьке, чем проклятие кузнеца. Как она быстро поменялась к нему. То мужик как мужик, а тут красавчик, богатый, тебя золотом серебром осыплет. Тут что-то не то! Такое ощущение, что он подкупил её своими пятаками. С тех пор каждый день про него болтала. Зато проказница забыла, да всё про проклятие твердила.

Через недельку я поднялась и собралась на рыбалку. Покопавшись у Александра, нашла удочку. И не только! На гвоздике в углу висел отменный лук. Захотелось пострелять, только стрел нигде не было. Ближе к обеду накапала червей, проверила снастье и пошла на речку.

Здесь никого не было. Покидала вдоль бережка удочку и поймала двух небольших чебаков. Была довольна! Ближе к закату потянулись рыбаки.

– Не там красавица ловишь! Пошли с нами, – и добродушные люди – рыбаки показали и рассказали, где, какую рыбку надо ловить и на что.

Домой возвращалась в хорошем настроении и с новой едой. Неподалеку от своей калитки встретила Фёдора, который, судя по всему, меня подстерегал.

– Здравствуй Наталья.

– Приветик Фёдор.

– Смотрю, удачная рыбалка была.

– Да, – весело показала свой улов. – Сегодня у меня пир.

– Меня позовёшь?

– Нет. Александр будет ругаться, что мужика в дом привела.

– А как же кузнец? – Недовольно смотрел Федька.

– Когда один мужик – это ещё нормально, а когда двое – это уже табун. – Посмеивались я. – Ладно, побегу, а то ещё чистить надо.

– Раз к тебе нельзя может ко мне пойдём? – Сказал серьёзно жених.

– Спокойной ночи, – сказала я и забежала быстро в дом.

В начале моего бытия здесь я бродила по улице, общаясь с людьми. Ко мне подходили женихи, которые были посмелей, рассказывали про себя, про деревню, забавные случаи. Чаще всех тогда попадался Фёдор. Высокий, худощавый, чернявый, коротко стриженный. Его нагловато карие глаза бегали из стороны в сторону. Всё предлагал вечерние прогулки. Потом узнала, что это сын бабы Маши, которая меня всегда привечала да сватала своего хорошего сына.

Поначалу Федька вел себя относительно прилично. Притрагивался ко мне как бы случайно, то отвести в сторонку, то сопроводить куда-нибудь, то пылинку сдует. Но со временем становился напористей и наглее, на что я его динамила уже в более грубой форме.

Кузнец ко мне больше не приходил, (Потом только прознала, что Алёнка что-то наговорила ему про меня. У нее была другая задача – Федьку сватать), а я как-то на другую окраину не доходила, и желания идти к нему не было. Да и увлечена была рыбалкой да стрельбой из лука. Купила у одного мужика стрелы. Этот лук оказался для подростков. Как раз для моей силушки. Сначала тренировалась дома и у меня очень даже хорошо получалось. Потом пошла на речку, охотится. Спустя две недели подстрелила свою первую дичь. Была безумно счастлива, и рада, что зимой смогу себя прокормить.

Только через три недели после приезда пошла к кузнецу и то из-за необходимости. Узнала, что мои стрелы не очень хороши, но если сменить наконечники, то стрела будет летать дальше и точнее.

Подходя к его дому, поняла, что я по нему соскучилась. Моё сердце забилось сильнее, и по телу побежала дрожь.

В кузнице никого не было кроме него. Алексей работал на наковальне. Я облокотилась, как всегда, на косяк и наблюдала за его музыкой. Она сейчас была какая-то тяжёлая, тоскливая. В очередной раз, опуская в воду металл, заметил меня и также серьезно продолжил работу.

– Привет Алексей. – Он молчал. – Тебе ещё долго?

– Долго. – Грубо сказал и стал сильнее стучать молотком.

Я не уходила, так же мило стояла улыбаясь. Через пять минут кузнец с злостью бросил заготовку, видно испортив окончательно. Он повернулся и недоброжелательно спросил.

– Что хотела?

– Может, чай попьём?

– Некогда! – кузнец поднял брошенную заготовку и положил в печь.

– Что случилось?

– Ничего!

– Тогда почему ты так со мной разговариваешь?

– Как заслуживаешь!

– Да? – Удивилась я, перестав улыбаться. – Подскажи-ка мне, пожалуйста, что я такого тебе сделала, что заслужила такое отношение, презрение?

– Да ничего, – кузнец шевелил угли заготовкой глядя на огонь. – Зря поверил, что ты не такая как все. – Алексей тихо с грустью продолжил, – Прости. Это твоё право. Ты должна жить.

– Вот сейчас я совсем ничего не понимаю, – я подошла к Лёше, и тронула его за плечо. Он обернулся.

– Я проклят судьбой, – грустно смотрел на меня кузнец. – Прости за мой гнев.

Я засмеялась.

– Ты про своё проклятие? Про невесту? Извините, я в него не верю. Вернее, там другой смысл. Лёша, ты решил, что я к тебе не приходила только из-за этого? Вот дурачок! У меня просто дела были, вернее мне надо было успокоиться и переосмыслить слова бабки.

– Ты кольцо не взяла.

– И что? Додумался же когда подарить! Может я желала, чтобы ты подарил мне его в более романтической обстановке.

– А как же Федька?

– Причём тут он?

– Ты же согласилась на его предложение.

– Какое? – удивилась я.

– Ты приняла его ухаживания.

– Что-то я такого не припомню, – усмехнулась я.

– Наталья, но зачем весь этот балаган? Сознайся, я же видел! – Алексей снова уставился в огонь.

– Что видел? – До сих пор не въезжала в тему. Лёха молчал. – Что? – повторила я вопрос.

– Как вы целовались на площади. Народ потом загудел про вас. – Алексей тяжело вздохнул. – Как ты у него ночуешь, да ухаживаниям его жалуешь.

– Очень жалко, что ты весь концерт тогда до конца не досмотрел! Женишок до сих пор ходить не раскоряку, так как яйца у него распухли от моего удара. – Кузнец посмотрел на меня с небольшой надеждой. – После этого он стал распускать про меня разные слухи. Жалко, что ты во всё это поверил. За такого лицемерного нахала никогда не выйду! Я думала, ты знаешь меня лучше, и не поверишь, что пойду за его серебряники.

– Славно рассказываешь. Вот только Алёнка сказала, что всё уже решено.

– Куплена твоя Алёнка! Она сразу после приезда стала сватать Федьку, а ни тебя. Видно, заплатил он ей. – Кузнец был в смятении. – Ладно, если что заходи, буду рада видеть.

После этого разговора тортики я Алёнке больше не таскала. Она всё прекрасно поняла.

Идя от Лешки, во мне возрастала злоба к Федьке. Неделю назад на базарной площади он совсем оборзев зажал меня в свои объятия, стал страстно целовать. В ответ врезала ему по яйцам заломив руку за спину и уткнув мордой в брусчатку сказала ему: «В следующий раз кастрирую! Не думай, что я беззащитная и за себя постоять не смогу!» Он злобно так на меня посмотрел и неслышно сказал: «Сама приползешь!» и с того времени, судя по всему, стал распускать про меня сплетни.

Во мне бушевал гнев, я решила отомстить. Стала следила за ним вечерами, что делает, куда ходит. Спустя шесть дней подстерегла его, когда он зашел к себе в сарай попроведать коня после гулянки, всегда так делал, вот здесь я и долбанула его поленом по голове. Пока он был без чувств связала его, затолкала кляп в рот, спустила штаны с него и начала приводить в чувства. Очнувшись, он испуганно крутил головой не видя меня, дергался, пытаясь развязать путы.

– Привет милый, – шепнула я ему в ухо. Он вздрогнул и замер. – Ты скучал по мне? – Лукаво спросила, присаживаясь рядом, проводя ножом по его лицу. – Федя, разочаровал ты меня. Всякую гадость про меня говоришь. Разве не знаешь, что нехорошо обманывать людей и наводить напраслину, тем более на меня! – Он лежал затаив дыхание, косясь на мой нож, который нежно скользила по его телу. – Я тебя предупреждала меня не трогать? Предупреждала! Что я тогда сказала? Ты помнишь? – Я поставила нож на гениталии. Федько стал мычать. – Вот не решу пачкаться в крови или нет… Что скажешь? – Жених с выпученными глазами замотал головой. – Предлагаешь без крови? – Я говорила тихо ласково, наивно. – Хорошо, – убрала нож. Федька облегченно вздохнул. Я достала тоненькую веревочку показала женихом и стала рассказывать дальше, – Тогда мы сделаем по-другому, обвяжем… – стала тыкать пальцем в его причиндал. – Тебе перетянуть под корешок или что-то оставить? – Федькины глаза опять округлил. – Да ты прав лучше под самый корень. Ты не переживай я затяну покрепче к утру он уже отвалится, но месяца три болеть будет. – Я пересела на его дергающиеся ноги. Видно, он орал сильно. – Так-так! – я потерла рукой себе подбородок, как бы думая. – Слушай, что-то мне не хочется его трогать. Брезгую я! Не буду, наверное, трогать. Хорошо? – Он одобрительно замахал головой. – А теперь слушай меня, – приблизилась к его лицу. Заговорила грубо, злобным голосом. – Если из твоей пасти вырвется хоть мало мальское поганое слово в мою сторону, хоть косой взгляд коснется моего образа, а уж не дай Бог, твоя ручонка тронет меня, все что я здесь говорила, будет реальностью. У меня есть ещё козырь в рукаве. Всё это будет проделывать не я, а Князь, когда я ему расскажу, как ты бегаешь к его жене, да и не только. Ты меня понял? – Фёдор судорожно затряс головой. – Вот и ладненько, что мы с тобой договорились.

Федька меня больше не трогал, но в будущем всё-таки отомстит.

На следующий день, когда я дораскрашивала тортик, явился хозяин дома. Он тихо зашёл и, остановившись у дверей, наблюдал за моими действиями.

– Ты что это делаешь? – спросил он.

Я вздрогнула, смотря на него испуганно, как будто увидела привидение. Я выдавила улыбку.

– Ты уже приехал? – У меня всё затряслось внутри. Я не знала, что делать.

– Смотрю, хату не спалила, – довольно улыбался Александр. – Да и вкусненьким пахнет.

– Если хочешь кушать на печке сковородка с тушеной уткой, – предложила ему радушно. – Сам бери. Извини, положить не могу. Мне нужно доделать заказ. Сегодня у Трифонова день рождение. Вот заказали.

– Никогда не видел такого. – Хозяин наклонился над тортом.

– Ой, не трогай, пожалуйста! Я тебе сделаю сейчас другой.

– Хорошо подожду. – Александр подошел к печи, взял сковородку и, поставив ее на стол, сел.

– Как поход? – поинтересовалась я, доделывая цветочки.

– Хорошо. Вкусно утку приготовила, – похвалил хозяин. – Кто тебе уток таскает?

– Сама стреляю, – гордо заявила я.

– Сама? – Удивился Александр.

– Лук у тебя нашла, надеюсь, ты не против, да и удочку тоже взяла. Если ты любишь сушёную рыбу, то она в беседке висит.

Хозяин дома изумленно смотрел на меня.

– Ты когда всему этому научилась?

– Умела давным-давно. Ты меня только по яйцам и оценил, а мне нужно было только приноровиться. Ладно, побежала, скоро буду. Как вернусь, угощу своим шедевром.

Дом заказчика был неподалеку, поэтому быстро вернулась.

Александр сидел, облокотившись на стол, довольно улыбался. Я подошла и положила перед ним серебряник.

– Это плата за проживание и неудобства.

– Ха-ха-ха, нужен мне он больно. – Александр снял с пояса мешочек и бросил на стол, из него со звоном разлетелись серебряники. Хозяин довольно улыбался.

– Вижу, поход удачный был, – я развернулась и пошла к печи, собирать муравьиную кучу из остатков бисквита. Смазав всё кремом, поставила перед хозяином дома.

– Что это? – Александр разглядывал торт.

– Вкусняшка, – гордо озвучила я. – Сейчас чай налью. Ты траву всю переносишь?

Александр всё ещё не верил, что я могу хорошо хозяйничать. После первой ложки Сашка замурлыкал как котёночек. Оказывается, он был заядлым сладкоежкой.

– Какая вкуснотища! – Воскликнул он. Я довольная стояла рядом. – Садись, – приказал Александр.

– Ой, извини мне на рыбалку уже пора. Сегодня мужики мне должны были снастье подогнать, не хочу опаздывать.

– Что? – изумился он.

– Нет, сначала я тебе кровать переправлю, – и тут же полезла на печку за постельным бельем.

– Это не моё! – заявил Александр.

Я посмеялась.

– Извини, случайно получилось, уплыла твоя простынь. Вот тебе новая.

– У меня в сундуке есть.

– Не знаю, что у тебя там есть, только возвращаю долг.

– Вижу, что не лазила. Молодец!

Через полчасика я уже довольная сидела с удочкой на берегу реки, прокручивая разговор с хозяином дома. Он явно не выгонит меня из дома, только из-за тортиков. Конечно, можно было уйти к кузнецу, только перспектива перебираться к нему сейчас не устраивала. Еще вообразит Леха, что мне деваться некуда да начнет себя вести недобро. Зачем мне это надо. Сашка вроде мужик нормальный.

В этот раз поймала три большие щучки. Обрадовалась, что на завтрак у меня будут котлеты. Домой возвращалась потемну. Я уже знала, где протоптанные дорожки. Да и рыбаки всё возвращались одновременно, дружно болтая и хвастаясь уловом. В рыбацкий коллектив я влилась хорошо, особенно после прикормки тортиками. Они всегда провожали меня до дома. У калитки стоял Александр. Мужики, увидев его, заликовали, стали брататься, интересоваться походом. Я же, со всеми попрощавшись, пошла в беседку чистить рыбу.

Скоро подошёл Александр и сев рядом за стол, достал нож, принялся мне помогать. Я ничего не сказала, только улыбнулась.

– Что это за тряпка весит? – Поинтересовался Александр, тыкая ножом в мою лежанку.

– Это гамак. В нём спят.

– Спят? – Засмеялся хозяин громким басом.

– Пока было тепло, ночевала здесь, а сейчас становится прохладно, поэтому ночую дома.

– Огород кто капал? – недовольно спросил Санек.

– Сама вспахала, надо же было чем-то заняться.

Александр усмехнулся

– Ещё скажи и печь сама выложила!

– И печь починила сама, – ехидно ему улыбнулась.

– Ты прямо на все руки мастер!

– Александр, – я стала серьезной, – пожалуйста, разреши мне у тебя ещё перезимовать, а к лету я уйду.

– Куда это? – удивился хозяин.

– На окраине деревни есть старенькая заброшенная избушка. Там жить буду.

– Так в ней ничего нет кроме стен.

– Вот я и накоплю за зиму на окна, двери, пол постелю. Печь в вполне приемлемая. Немножко подделать и работать будет. Позволь остаться на зиму.

– Пока живи, а там видно будет. Я всё равно через две недели снова уеду. Так хоть дом под присмотром.

– А почему так быстро уезжаешь?

– Да я приехал только яблоки заквасить. Уж больно люблю мочёные!

– Вот этого я не умею, – посетовала я. – Научишь?

– Конечно!

Я с хозяином домом зажила душа в душу. Он был вежлив, весёлый, мне помогал во всём.

Ходил со мной на рыбалку и на охоту. С первого дня сказал: «Что это! Ещё женщина мне утку будет добывать!» И увязался со мной на охоту.

Оказывается, Александр снайпер по стрельбе из лука! Мне потом сказали, все местные войны мечтают у него взять мастер-класс, потому что он ещё и хороший учитель знает все тонкости, секреты как улучшить полет стрелы и меткость. И это правда! После двух дней я уже стреляла очень метко. Сбивая утку уже высоко в небе на скорости, а не как раньше, когда она только взлетала.

Александр ещё на раз вскопал огород, приготавливая его к следующему сезону. Он был безумно счастлив, радовался, что снова копает землю.

На шестой день после приезда мы стали солить яблоки. Санек достал пять больших кадушек. Оказывается, у него есть подвал-погреб. Хотя нет… можно сказать бомбоубежище.

В сенцах в полу был люк огромный полтора на полтора метра, может быть больше. Под ним шла ступенчатая лестница, углубляясь в землю метров на десять. Перед входом была железная дверь. Как объяснил Александр, чтобы тепло сверху не заходило вовнутрь и мыши не залезали. (честно мне трудно было предположить, что это все от грызунов. Думаю, у него было другое назначение) Это у них был своеобразный холодильник. Тут было градусов семь. Они здесь хранили варенье соленье и вяленое мясо. По площади было квадратов тридцать. Очень много кадушек. Большие стояли на полу, а средние и поменьше на стеллажах. Все они были пустые.

И вот мы насобирали яблок, помыли и стали резать их. Санёк морил анекдоты, а я заливалась звонким смехом. Вот таких весёлых за работой застал нас Алексей.

– О, кузнец. Здорово, – сказал хозяин. Я обернулась.

– С приездом, – сказал Алексей немного недовольным голосом. Судя по всему, он был не в курсе возвращения хозяина дома.

– Наташенька ну-ка давай нам чаёк организуй, – вежливо приказал Санек.

– Хорошо, – и я соскочила, как послушная жена засуетилась, накрывая на стол. Сбегала даже домой за последним кусочком вкусняшки и поставила его перед Лёшей. Александр не заценил это моё действие.

– Это ты мой кусок ему отдаёшь? – возмутился он.

Я взглянула на Алексея, потом на Санька и сказала:

– Ой, да ладно не бузи, тебе завтра еще испеку. Кушай Лёша!

Хозяин неодобрительно взглянул на меня и тут же поинтересовался у гостя:

– С чем пожаловал?

– С делом, – сказал Алексей и стал не спеша есть торт. – Наталья, я сделал тебе наконечники. – Я мило смотрела на него. – Вот принес один, подогнать под стрелу.

– Спасибо большое! – Я подперла голову двумя руками и стала наблюдать, как он есть. – Как догадался?

– Ты тогда со стрелой пришла, через неделю сообразил.

– Сколько мы должны за работу? – уже совсем недовольно и грубо спросил Александр.

– Несколько.

– Нет, брат, так не пойдёт. Мы заплатим.

Я почувствовала ревность и собственничество Александра. Повернулась к нему и серьезно сказала:

– Во-первых, Лёша принес мне изделие. Так что и расплата моя.

– Может мне хочется тебе подарок сделать, – заулыбался Александр.

– Спасибо, но сейчас не стоит.

– Я настаиваю, – не унимался хозяин.

– Я за него уже заплатила.

– Сколько, я отдам.

– Александр прекрати! – Разозлилась я, и начала было ругаться, но меня осенило, – кстати, Лёша у меня идея! Надо яблокорезку сделать. А то за вечер всего одна кадушка!

– Хорошо, – заулыбался Лёша.

– Хотя нет. Глина не успеет высохнуть.

– А без формы никак?

– Нет, муторное это дело будет. Ладно, к следующему сезону подготовимся. – Алексей уже доел торт. – Ты сейчас заберёшь стрелы или завтра принести? – Поинтересовалась я. Александр слушая наш разговор, сжимал кулаки.

– Сейчас.

– Я завтра зайду после обеда, – вмешался в разговор хозяин. – Оставляй наконечник, я сам прилажу.

Мы оба взглянули на Александра.

– Саша он сам всё сделает. – И тут же обратилась к Лешке, – а ты сколько сделал? – Александр больше не стал перечить, но я понимала, что мне предстоит не очень приятный разговор.

– Двадцать.

– Сможешь, десяток накинуть, а то я частенько теряю, – широко заулыбалась я. – Да и в про запас, чтобы были. Что я попусту тебя буду дёргать каждый раз.

– Как скажешь. – Лёша встал и поблагодарил, – спасибо Наталья, у тебя как всегда вкусные тортики. – Лёша намекал хозяину, что частенько их поедал.

Я подала футляр для стрел и сказала:

– Пошли я тебя провожу.

Хозяин тут же встал.

– Пойдем, прогуляемся. – Дойдя до калитки, он тут же закрыл за ним дверь, и мы уже стали прощаться через забор, но и так он не дал. – Пойдём яблоки доделывать, – сказал Александр и обняв меня за талию стал увлекать за собой, я было за сопротивлялась, но он взглянул на меня так, как тогда, когда тащил зашкварник из беседки, подчинилась ему.

В беседке Александр завел не добрый разговор.

– Значит, ты в мой дом мужиков водила? – Он ударил по столу ножом. – Вот кто тебе огород капал, да печь клал. Сама всё она делала!

– Не веришь, у людей спроси! – Повысила я голос. – И не надо на меня орать!

– Интересно чем ты с ним расплачивалась?

– Не тем, чем подумал!

– Чтобы ноги его здесь не было! – требовательно сказал он.

– А что ты так запереживал? Я может жениха себе нашла. Уйду скоро от тебя.

– Ты уедешь тогда, когда я тебе разрешу. Князь мне тебя дал на поруки, и я буду выбирать тебе мужа! А не найдется достойный, так и будешь со мной жить! – Александр вытащил нож из стола.

– Я не твоя собственность! – встав, закричала я на него. – Завтра же уйду! Сегодня! – и воткнув нож в столешницу пошла прочь. Но это гора снова схватила меня зашкварник как котёнка, закинул на своё огромное плечо и понёс домой. Я колотила его руками и ногами, но ему всё было нипочём. Зайдя в комнату, бросил меня на сундук.

– Всё спать!

Я, было, стала возмущаться, но он подошёл ко мне, нависая надо мной как огромная скала, закрывая всё пространство и прижав своей ладонью мне рот, то есть всё лицо, сказал:

– Если не замолчишь, я тебе кляп воткну.

Я тут же заткнулась. Отвернувшись к стенке, очень громко заплакала. Ведь я знала, что он не может терпеть женских слез. Через пару минут он вышел, а я твердо решила сбежать. Подождав чуть-чуть, стала открывать потихоньку окно, но тут как гром среди ясного неба раздался голос Александра:

– Окно закрыла и легла на сундук! – Мой побег закончился, не успев начаться.

Наутро проснулась от ласковой речи хозяина.

– Наташенька, вставай, уже обед. Я пожарил для тебя рыбку. Подымайся, а то остынет.

Сев на сундук печально смотрела на него. Александр подошел и присел на корточки.

– Это что вчера было? – Спросила я у него.

– Наташа, прости меня. Я терпеть не могу мужиков в доме, – усмехнулся Санек, – когда они приходят не ко мне. Сегодня поедим охотиться на лис, – весело заявил он, быстро переменив тему. – Когда стреляешь из лука на коне – это уже совсем другая охота.

– У меня коня нет.

– Есть! Уже стоит во дворе, – радостно заявил он. Знал, чем меня подкупить, обожаю коней! – Дарю тебе коня и надеюсь, ты меня простишь за мой маленький гнев. – Ничего себе маленький! Я думала мне капец настал. Боюсь предположить большой. – Пойдём кушать, а то сегодня дел много! Или коня сначала посмотрим?

Я улыбнулась.

– Сначала коня посмотрим.

Это был длинноногий рысак. Черный, черный, как уголь!

– Красавчик! – радостно гладила коня. – Где же такого нашёл?

– Да в соседней деревне у Степана. Он коней для Царьграда выращивает, для конницы готовит.

– Лихой скакун! Сколько же он стоит? – Посмотрела на него вопросительно.

– Даром достался. Я же из царской конницы, мне полагается.

Была счастлива глядя на это совершенство. И этот благородный конь затмил все вчерашние негативные чувства. Я уже весело побежала кушать с нетерпением ждав, когда принесут для меня седло, которое Александр заказал. Хозяин умел обольщать женщин, и в этом искусстве ему не было равных. Ведь недаром к нему бегали девчата не только с нашей деревни, но и соседних окрестностей. Он умел дарить шикарные подарки, был весёлый, юморной, отсыпал кучу комплиментов, а его огромные руки нежно прикасаясь к телу, приносили тепло и приятные чувства. Он, зная это как бы, между прочим, частенько это делал. То на коня поможет сесть, то обнимет, как-бы направляя тетиву в нужную сторону. И к концу вечера он мог себе позволит без моих укоризненных взглядов прижимать к себе как бы по-дружески в знак одобрения, положить руку на плечо или нежно убрать волосы с моего лица.

В этот день я была очень счастлива как никогда в этом мире! Нет… ещё было здорово у родни Алексея.

Александр специально ещё погонял по полю неподалеку от кузницы, показывая ему, что я счастлива с ним. Лёха это видел. Когда я приметила его на крылечке кузницы, направилась к нему, показать своего коня и немного объясниться. Мои стрелы Александр забрал сам ещё до обеда, поэтому лично хотелось поблагодарить. С новыми наконечниками я стала стрелять в сто раз лучше. Но Александр догнав меня, ухватился за уздечку, повернул в сторону, увлекая коня за собой. Я оглянулась и помахала рукой Алексею. Он как-то вяло ответил.

В этот день настреляли кучу лис. К концу охоты в принципе я умело пользовалась луком на скаку. На моём счету было пять зверьков.

– Отдам их Игнату, пусть тебе на зиму шубу сделает. Шаль у тебя есть, кстати, очень хорошего качества. Где взяла?

– Мне родня Алексея подарила.

– Ты уже с родней познакомилась? – Удивился он.

– Я же тебе сказала, он предложением мне сделал.

– А ты? – Саня серьезно посмотрел на меня.

– Я согласилась.

– Да? Не верю! Зачем тогда домик себе присмотрела?

– Так на всякий случай.

– Не согласилась ты, – довольно заулыбался Александр. – Так бы у него уже жила.

– Нет. Я просто чуть отложила чтобы… Ты просто не знаешь ситуации…

– Так расскажи, – настаивал Санек.

– Я просто надеялась ещё вернуться домой.

– А теперь?

– Бабка сказала, что пути назад нет.

– Что она ещё сказала?

– Ничего.

– Не могла она так мало сказать. Всегда тараторит. Не заткнешь!

– Ты бывал у неё?

– Было время, похаживал.

– Правду говорила?

– Да. Но плату большую брала.

– Что она у тебя забрала?

– Эх, баньку бы истопить! – сменил он быстро тему.

– В твоей бане надо с начало порядок навести, пол весь поменять. А крыс столько! Тьфу-тьфу! Не смогла я от них избавиться. Кота чуть не сожрали!

– На следующее лето обязательно поправим. Ух, я тебя попарю!

– Я с тобой в баню не пойду, – решительно заявила я.

– Не знаешь, от чего отказываешься!

– Я не жена тебе чтобы с тобой в баню ходить!

– А причём тут это, – смеялся довольный Александр, попивая чай. – Со мной в баню вся деревня ходит.

– Ага! – ухмыльнулась я. – Догадываюсь!

– Ой ты всё о том! Я самый лучший парильщик в округе.

– Ну, ты прям мужик золото! – посмеялась над ним.

– Что не веришь? У любого спроси, подтвердят! Завтра я тебе докажу!

– Это как?

– В баню пойдём к Князю, и ты увидишь, что все со мной пойдут: и мужики и женщины от мала до велика.

– Я с тобой в баню ни к кому не пойду.

– Почему?

– Неприлично, потому что!

– Очень даже прилично, – Санек рассмеялся, – мы же вместе живём.

– Как соседи, – напомнила ему.

– Вот и пойдём как соседи.

Всё-таки он меня утащил в баню, правда, через день.

Князь был очень доволен, что Александр пришёл к нему в баню, да и не только он. Всё семейство ликовало при его появлении. Санек был прав, к нему все рвались, занимая очередь. Он часа два парил народ, потом выходил, на полчасика отдыхая от всех и опять в бой. Парить начал с обеда. К вечеру стали подтягиваться все от знатных до бедных прознав, что сегодня Александр никому не отказывает. Пришёл даже Фёдор с матерью. Бывший жених вроде улыбался, но сам смотрел на меня со злобой. Также пришёл брат Алексея с женой и, увидев меня немного удивился. Со мной он не стал разговаривать, только поздоровался. Вот с его женой мы перекинулись пару словечками, пока муж не видел.

– Как Лёша?

– Грустить по тебе.

– Передай, пожалуйста, что я приду к нему, когда Александр уедет. Он вроде через дня три собирается. Не получается у меня раньше вырваться.

– Не стоит тебе к нему больше приходить, – посоветовала жена.

– Почему?

– Зачем парню душу тревожить. Всё равно у вас с ним ничего не получится.

– С чего взяла?

– Александр не даст.

– А причём тут он?

– Приглянулась ты ему. Вон как старается! Не отпустит.

– Я не его собственность. Я сейчас встану и уйду к Лешке.

– Даже не смей! Он пойдет за тобой и Алексея покалечить! Было уже такое. Князь за вас вступаться не будет. На его сторону встанет. Прошу не приходи больше к нему. Потоскует да перестанет, переживёт печаль. Через год всё забудет. Александр хорошая для тебя кандидатура. У него и дом хороший и серебра много, да и статус есть как в деревне, так и в Царьграде. Будешь как за каменной стеной. Убережёт он тебя от многих проблем. Враг твой не посмеет тебя тронуть.

– Какой враг? – искренно удивилась ее словам.

– Как кто? Федор! Зуб на тебя точит. Не знаю, что у вас произошло, но он не отстанет, пока не отомстит. Ты не представляешь, какой он коварный человек. Много бед наша семья уже хлебанула из-за тебя.

– А вы тут причём?

– Много, конечно, я болтаю, но расскажу немножко. Первый раз он пришёл просто поговорить. Во второй раз орал и угрожал Андрею, чтобы тот брата образумил. А потом стал козни строить да подставлять с клиентами, репутацию портить, попали мы на…

– Иди сюда, – крикнул её муж, и грозно одарил меня взглядом.

Меня очень опечалили слова Елены. Если ситуация действительно такая тяжёлая и у них из-за меня большие проблемы, то может действительно не сопротивляться судьбе и спокойно жить с Александром. Он в принципе тоже хороший мужик. Если бы хозяин был такой с самого начало, возможно, я бы даже и не глянула на кузнеца.

– Наташенька, ты, что сидишь расстроенная? Всё хорошо?

– Всё хорошо, – как бы я не сдерживала слёзы, они всё равно блестели на глазах.

Александр обнял меня, прижав к груди.

– Всё пошли в баню. Сейчас всё с тебя сниму, все печали, всю тоску. На сегодня парилка закончена, – громко объявил он. – Я сам мыться пошёл.

Князь тут же приказал отнести в баню самовар и сладости.

Когда Александр принялся за дело, я поняла, почему все рвутся к нему. Это просто кайф! Он изгонял как из тела всю боль усталость, так и душу освобождал от всего печального негативного. После первого сеанса сидя в предбаннике и попивая чай, чувствовала блаженство. Никаких забот отягощающие душу.

Александр сидел напротив и был доволен, созерцая меня.

– Доказал тебе, что я хорош.

– Поняла я, почему к тебе люди рвутся! Такой бани у меня отродясь не было.

– Это только начало. Я тебе ещё массаж сделаю, – и сразу оговорился, – приличный.

– Хорошо, – согласилась я, – противиться не буду.

– Кузнец тебе такое не даст.

– Причём тут он?

– Наталья, ну скажи, хорошо же мы две недели прожили?

– Да весело было. И что?

– Не сможет он тебя защитить. А я смогу.

– А от кого меня защищать? – искусственно удивилась я.

– От Фёдора. Ты что ему такого сделала, что он зол и непременно хочет тебе отомстить?

– По яйцам звезданула прилюдно.

– Нет, ты ещё что-то сделала, сотворила с ним. Я никогда не видел, чтобы он так жаждал унижения противника. Он всё сделает, чтобы ты приползла к нему на коленях. Он всех растопчет, кто дорог тебе, сделает твою жизнь невыносимый. Только я смогу тебя защитить.

– Специально пугаешь, – усмехнулась я, – чтобы у тебя осталась?

– Зачем мне пугать, ты сама скоро всё увидишь, почувствуешь. Он в первый же день ко мне прибежал и стал предлагать серебряники, чтобы я тебя выгнал. Но я уже вкусил твою вкусняшку, – посмеялся Санек. – Ты баба ладная! Подумал тогда, зачем тебя волку отдавать на растерзание. Пожалел.

– Спасибо, – искренне поблагодарила его.

– Живи со мной, нам хорошо будет вместе.

Я закрыла глаза и откинулась на лавочку. Подумав минут пять, спросила:

– Почему он тебя не трогает?

– Он мне по гроб жизни обязан.

– За что?

– Неважно.

– Понятно. Саша, а ты сможешь занять мне серебряники этак сорок или пятьдесят. Через годик, может и раньше, верну.

Александр, прищурив один глаз внимательно посмотрел.

– Ты не сможешь сбежать, – догадался он. – Везде тебя найдет. У него обширные связи. Федор из знати Царьграда. У тебя выход только один – это я.

– Пошли париться, – предложила ему, – а то что-то ты загрузил меня по полной программе.

Через три дня Александр уехал, попросив сделать правильный выбор. А я, подумав хорошенько, решила поговорить с человеком, который может сказать всё без утайки. А то они, сговорившись, смогут много наплести, чего нет на самом деле. У меня получились три кандидатуры: Князь, родственник Алексея – дядя Паша, который часто бывал в Царьграде и местный алкаш, на него больше делала ставку, под этим делом он всё расскажет.

Начала с Князя.

Я подкараулила его, когда он пошёл собирать грибы. Очень любил это дело. Поэтому выделял себе раз в неделю время на блуждание по лесу, как он говорил. «Хорошо можно отдохнуть, да подумать»

– Добрый день Князь, – начала разговор я.

– Добрый. Тоже грибочки собираешь? – Он заглянул в моё лукошко. – Что-то маловато.

– Да не знаю я ваших грибов, какие можно, какие нельзя. Боюсь отравиться.

– Хочешь, я тебе покажу? – Предложил Князь.

– Буду благодарна.

И вот гуляя по лесу, мы мимо беседовали. Вот только начать разговор про Фёдора не получалось. Только я подведу его к нужной теме он раз, и прыгнет на другой разговор. Вот и сейчас уже осталось на предложение и можно спрашивать кто такой Федор, как Князь заговорил:

– Стар Филимон стал, сбивается с подсчетами. Вот где мне счетовода хорошего найти? – Сетовал Мирон, уходя от недоброго для него разговора.

– А что считать надо?

– Бочки да мешки для хранения и отправки.

– А куда?

– В Царьград фрукты, овощи отправляем, бывает и мясо. Всё строго по списку.

– А много по времени надо работать?

– Да нет. Пару раз в неделю посылаем в град, и каждый вечер считаем, сколько продуктов за день заготовили.

– Давай, Князь, я за место Филимона буду, – предложила ему, надеясь, что там можно будет более продуктивно поговорить.

– Считать умеешь хорошо? Это тебе не два плюс два, а сорок восемь плюс семьдесят пять!

– Я не только двузначные числа могу складывать, но и трех, четырёхзначные.

– Да?! – Обрадовался Князь. – Приходи завтра после обеда, попробуем.

– Хорошо, – обрадовалась, что смогу поговорить с ним не завтра, так послезавтра. Да ещё и платить будут! Вот только зря я так радовалась.

Работенка оказалась легкой и непыльной. За час я справилась совсем, а через недельку наведя порядок и систематизировав, на все про все уходило всего полчаса. Кстати, меня ещё Князь и кормил. Все было классно, только кроме одного НО. Каждый день я встречалась с Фёдором.

В первый день он был в шоке, что я тут делаю, а когда узнал, психанул и ушёл. Получилось, что я каждый день мозолила ему глаза. Мы никогда не разговаривали. Он даже не здоровался со мной. И вот мы как-то остались одни на складе, я заговорила первая:

– Как дела? – он искоса посмотрел на меня. Чуть подождав, снова спросила, – как баба Маня?

– Зашла бы и узнала, – сквозь зубы сказал он.

– Обязательно зайду. Скучаю по её пирожкам с… забыла, как эти ягоды называются.

– Морошка, – подсказал он.

– Точно! Никто больше не делает только вы, – обольстительно улыбалась. – Почему другие не пекут?

– Потому что она растёт на болоте, – Фёдор включился в разговор. – Я её собираю для мамы, больно она её любит.

– Какой ты молодец! – Похвалила его. – Маму балуешь. Это хорошо! – Снова настала тишина. Доделав расчеты, пошла на выход. Проходя мимо стеклянной банки, увидела отражение Фёдора, как он смотрел мне в спину. Это было жутко! Сколько ненависти, желчи, злобы вырывалось из его образа. Была бы его воля, он бы кинул нож мне в спину. Потом он ухмыльнулся, покрутя банку в руке. Я всё поняла, что он меня подставит с расчётами. Надо было увольняться счетоводства. Я тут же направилась к Князю. Мне повезло, он был один.

– Мирон, мне поговорить надо.

– О чём? – поинтересовался он.

– Я хочу уволиться из счетоводов.

– Почему? – удивился Князь. – У тебя так всё хорошо получается, всё так чётко организовала.

– Из-за Фёдора.

– Что не поделила с ним?

– Вы, наверное, в курсе, что он домогался меня и всю нашу историю.

– И что из этого?

– Он зол на меня, и я боюсь, что он подставит. Будет какая-нибудь недостача или ещё что-нибудь. Вы хорошо его знаете, он на это способен.

Князь не стал опровергать мои слова.

– Я поговорю с ним.

– Не надо. Он ещё больше возненавидит меня. Лучше отпусти.

– Где же я найду счетовода, – возмутился Князь. – Старый к дочери уехал, некого ставить!

– Дай мне сообразительного человека я его обучу. Будет у тебя счетовод.

– Сможешь?

– Да там дел-то! Не высшая же математика. Если умный, через две недельки сам будет работать. Если нет, то через месяц.

– Племянника дам на обучение. Кирилла завтра пришлю.

Фёдор удивился моему ученику, потом подошёл со спины и шепнул:

– От меня не убежишь!

Тут же развернулась и гордо, смотря ему в глаза ответила:

– Я привыкла идти вперёд, а не убегать или прятаться. Не буди во мне зверя!

– А я люблю отстреливать диких зверей, и смотреть, как они медленно умирают в мучениях, истекая кровью.

– Ой, напугал! Кишка у тебя тонка, – ухмыльнулась я и тут же получила хорошую оплеуху от Фёдора. – Ах ты, козёл! – Во мне закипела ярость, вот только она выплеснуться не успела. Противник мгновенно нанес пару ударов, сбив меня на пол, и стал пинать ногами. Тут же на помощь пришел Кирилл.

– Прекратите, – стал между мной и монстрам. Федр видимо опомнился, плюнул в мою сторону и ушёл. Рядом со мной присел мой спаситель.

– Ты как?

– Скотина, видимо ребро сломал. – С правой стороны была пронизывающая боль в районе рёбер.

– Зачем его растравили? Он же бешеный! Его сюда выслали вот из-за этого.

– Расскажи поподробнее, пожалуйста, – попросила его.

– А что рассказывать? Он злобный, дикий, что не по его так руки распускает. Частенько сотрудников своих избивал, да девчат своих, поэтому у него и нет жены. Какая согласится терпеть все его выходки, да и молчать. Раз он забил до полусмерти очень значимого человека. Не смогли они замять его дело. Хоть и сидел рядом с царём. Судить не стали, а вот из Царьграда выгнали на время, пока всё не утихнет. Он очень влиятельный человек. Сюда так приходит чисто погулять, вроде как работает, делом занимается. А надоест ему так и не придет. Никто ничего не скажет. Ты берегись его! Извинись перед ним, – посоветовал заботливый ученик, – на колени встань. Он это любит. – Кирилл обернулся и тихо сказал, – говорят даже Князь вставал на колени. Так что встань. Правда… тебя ещё придётся с ним переспать, – посочувствовал он. – А то и его стать на время. Но это ненадолго. Слухи молвят через два, три месяца девчата надоедают ему, и он переключается на другую.

– И много он девок попортил за это время?

Кирилл тяжело вздохнул.

– Зря ты его разозлила. Раньше был добрый отзывчивый, всем помогал, сейчас с твоим приездом он озверел. Девчата взвыли. Ты не представляешь, как некоторые тебя ненавидят!

В дверях показался один из работников.

– Наталья, что случилось? – Забеспокоился, увидев размазанную кровь на моем лице.

– Упала. Кирилл, помоги встать. – Я еле вышла из склада. – До дома не дойду. Всё кружится и ребро беспокоит.

– Пошли, ляжешь в комнате для гостей.

Кирилл, уложив меня на кровать, ушёл.

Обдумав всё, для себя решил, что нужно бежать отсюда. Надо изменить внешность, позаимствовать серебряники у Александра, он сильно не обеднеет, да и не будет против, и в путь. Вот в зиму уходить как-то плохо, да куда? Придется переждать, а вот после неё точно уйду. Надо будет насолить побольше мяса! Хотя… у меня есть стрелы, добыть еду смогу! Так, наверное, надо идти в Царьград. Там много народу будет легче затеряться, да и к тому же Федьке хода туда нет.

– Наталья ты как? – заходя встревоженно спросил Князь.

– Жить буду, – усмехнулась я.

– Смеётся, значит всё хорошо. Я за врачом уже послал. Ну зачем ты его разозлила? – Сетовал Мирон. – Знаешь же, что он такой.

– Никому не позволю себя оскорблять! – рьяно завопила я.

– Видно мало тебе досталось, раз до сих пор рот не на замке и покорности нет.

– Может убить, – говорила так, как знала, что весь разговор будет услышан Фёдором. – Не преклоню колено.

– Ясно, ясно, хватит бравады! Не хватало нам здесь всех этих разборок! Потом понаедут все кому не лень, житья не дадут нам всем. Наталья, ну не бузи ты. Будь чуть поласковей и тебе и нам проще жить будет.

– Нет, не буду его!

– Значит, будешь получать. Александр часто в походах, не сможет уберечь тебя. Накликаешь ты на нас беду!

Как и предполагала, врач поставил такой же диагноз, перелом ребра. Обмотав меня, типа бинтом посоветовал месяц не вставать, тяжести не таскать, короче поберечься. Всем сказали, что я упала с лестницы. На это время пока не выздоровею, Князь предложил пожить у него в тереме.

Меня кормили на убой. До обеда ко мне приходил Марк и я его обучала математике. Парнишка был смышлёный, схватывал все налету. А после обеда ко мне забегала младшая дочка Князя Софи. Ей было шестнадцать лет, и она уже грезила замужеством. Причём мечтала о Фёдоре. Так как он имел статус и когда-то жил в Царьграде.

– Значит, мы частенько будем ездить туда, – рассуждала она. – А со временем может он вернется обратно.

– С чего ты так решила?

– Я краем уха слышала, что его выгнали ненадолго оттуда, потом он сможет вернуться. Хочу жить в большом городе!

– Тебе не интересно что он натворил?

– Неважно, главное, чтобы я жила в роскоши и в Царьграде.

– Наивный ты девчонка! Потом и злата, никакого не надо будет, – девушка надменно улыбнулась. – А что он староват для тебя, не смущает?

– Это мелочь! – Гордо заявила девчонка.

Через три дня ко мне в комнату пожаловал сам Фёдор.

София, которая последние две недели тусовалась у меня, завидев его, вся расцвела и побежала к нему.

– Ой, Фёдор ты за мной? Поедем кататься на лошадях?

Фёдор всем своим видом был строг, властен и неприступен.

– Вон пошла! – приказал он ей. Софи не сразу сообразила, что её выгоняет. Он повторил. Уже глядя на неё грозным взглядом.

– Всё Федя убегаю.

Я также как он смотрела на него – стойко, гордо, без страха. Он подошёл к кровати и встал возле моей головы, сверля своим обжигающим злобным взглядом. Минут десять мы играли в игру в гляделки, потом Федор развернулся и встал у окна глядя вдаль.

– Как будем жить? – Спросил он.

– Я привыкла всегда жить в мире и согласии.

– Как ты думаешь, что для этого надо?

– Чтобы ты меня не трогал, ушёл с моей дороги.

– Для того, чтобы я ушёл ты кое-что должна сделать, – он замолчал, а я не стала спрашивать. Не дождавшись вопроса, продолжил. – Встать на колени, – снова замолчал. Так мы пробыли в тишине ещё десять минут. – Я жду!

– Это одно условие? – поинтересовалась у него.

– Я желаю услышать твой ответ на это требование, – настаивал на своем Федр.

– Огласите весь список, пожалуйста, – и тут я вспомнила фильм «Приключения Шурика» и чуть засмеялась. Он обернулся.

– Смотрю тебе смешно.

– Смех сквозь слёзы помогает выжить.

– Значит, скоро хорошо посмеёмся с тобой. Я жду твой ответ.

– Какие еще требования будут, – настаивала я на своем, так как знала, что он потребует еще.

Фёдор терял терпение. Я закрыла глаза и глубоко медленно задышала, а сама уже ждала что он сейчас бросится на меня. Одну руку засунула под одеяло, так как там у меня был спрятан нож. Схватилась в него крепко. Я чувствовала, как увеличивался его сап. И вот когда он засопел, как бык приготовилась к бою и не ошиблась! Федор набросился на меня со словами: «Ах ты тварь!» Он оседлал меня сверху и хотел уже колотить по лицу, но икнул и замер, взглянув на свой бок. Ножом я попала ему в край живота.

– Если я сейчас развернул свой нож, – стала говорить я тихо поубедительнее, – ты навсегда останешься калекой. А если дерну к центру живота, то тебя можно через час будет закапывать. Не доводи до греха. Извини, я тогда перегнула немножко палку, сильно уж вспылила. Не привыкла я к такому отношению. Давай жить дружно! В последний раз прошу по-хорошему.

Фёдор внимательно смотрел на меня, слушая все слова. Потом ничего не сказав стал медленно слезать с меня, а я всё также держалась за нож, подымалась вместе с ним. Мы еще минут пять стояли друг на против друга пронизывая взглядом противника. И когда он сделал шаг назад, я потянула нож назад, но всё же была начеку. Федр заткнул рукой рану, но кровь всё равно потекла, окропляя его белую рубаху. Задом он дошёл до двери, открыл дверь и ушёл.

Ох, как Князь орал на меня! В этот час узнала очень много интересного о себе. Он страшил гостями из Царьграда, что, если не дай Бог что-нибудь с ним случится, они сожгут всю деревню, уничтожив всех жителей, не помилуют никого, а я буду умирать в муках. А напоследок сказал, если Фёдор после этого не угомонится, то он лично скормит меня ему, привязав к кровати.

Я была рада, что рана Фёдора оказалась не настолько серьёзной. Через полторы недели он появился у Князя. Все ждали его реакции, как он будет себя вести. Злодей был на удивление тихим, спокойным и веселым. На ужине, а я уже спускалась к столу, Федор даже поздоровался со мной! В ответ я улыбнулась. За столом всё такая же милашка со мной.

Но это было всего лишь иллюзия.

Через неделю в комнату зашла Софи и позвала погулять. Спускаясь с крылечка во двор, увидели толпу гудевшего народа.

– Что случилось? – крикнула Софи. Все обернулись и тут же разбежались.

На земле лежал обезглавленный конь. Подходя ближе, понимала, что передо мной лежит Уголёк. Оторвав глаза от тела друга, увидела довольное лицо Фёдора. Он стал убирать тех, кто мне дорог. Как мне хотелось побежать к нему и растерзать его, убить! Но он ждал именно этой реакций. Поэтому неподалеку стояли двое воинов из конницы. Пытаясь совладать с чувствами, присела рядом с конём, положила на него свою голову и руки. Он был еще теплый. «Прости меня мой верный конь! Я погорюю по тебе чуть позже. А сейчас я должна быть сильной».

Я подняла руки вверх и устремила взгляд в небо, и стало читать молитву «Отче наш». Закончив её, почувствовала, как мне стало легче. Далее сказала уже громко:

– Боже прими душу этого коня! Он окончил здесь свои дни и идёт к тебе, чтобы по звёздному небу катать тебя. – Потом перекрестилась, снова положила руки на коня. – Да возблагодарим Бога, что он послал нам хлеб насущный – этого великолепного коня, – ещё раз перекрестилась, достала нож и стала разделывать тушу. Через минуты две подключила воинов. Фёдор стоял в замешательстве. Он не ожидал такой реакции от меня. А я с радостью взахлеб рассказывала про вкуснейшее блюдо бешбармак, что после этого они будут только конину и кушать.

– Мы устроим праздник в честь Уголька, накормим всю деревню.

Я улыбалась, звонко смеясь, на празднике даже плясала. Народ, конечно, был шокирован моим поведением, а я объясняла, что он сейчас перевоплотился в другое более достойное существо.

Через неделю вернулась домой. К Князю больше не ходила. Дверь на ночь стала подпирать, чтобы ночью не было незваных гостей. Мне нужен был засов. Вот по этой причине отправилась к кузнецу.

У него, как всегда, было много народу. Подойдя к кузнице, громко спросила.

– Кто крайний, – отозвался мужик из соседней деревни. Лёшка вышел и взглянув на меня недобрым взглядом зашёл обратно.

Отправив домой клиента, с которым работал, подошёл ко мне

– Что надо? – Грубо спроси он.

– Мне нужно сделать засов, как на амбаре.

– Зачем?

– Чтобы гости незваные ночью не приходили.

– Так не надо со всеми таскаться, тогда и приходить не буду. – Усмехнулся кузнец.

Я одарила его пощечиной и пошла прочь. Видно ему совсем запудрили мозги, а он дурачок верит всем сплетням.

Рыдая села на берег реки. Так было противно на душе, что не хотелось жить! Тут меня осенила одна мысль! А если я здесь умру, может, окажусь в своём мире? И я пошла к воде. Зайдя по колено в воду, уже была готова поплыть к центру ледяной реки, как услышала жалобный стон. На секунду мне показалось, что это ребёнок. Потом что пьяный Ромка опять валяется у реки. Решила посмотреть.

В камышах чуть поодаль нашла щенка, месяцев четырех. Он был весь мокрый со сломанной лапкой. Судя по всему, он упал с моста у соседней деревни, и течением его принесло к нам. Щенок почти умирал от холода. «Сейчас мой милый я тебя согрею!» Сняв с себя шаль завернула находку и побежала домой.

Щенок, лежа на теплой печке, быстро пришел в себя. Он не противился моим действиям, когда я накладывала шину. Потом накормила жареным мясом, и мой друган совсем уже довольный стал лизать благодарно мне руки. Вдруг щенок насторожился, взглянул на дверь и тут же залаял. В дверях показалась Алёнка. Я похвалила щенка, и он еще пуще залаял.

– Где ты это чудо взяла? Ух, какой он у тебя звонкий.

– Да, звоночек, – погладила я его. – Ну, всё звонок хватит. – Щенок всё распыляться, тогда я за сердилась, – Фу! Прекратил быстро! – он тут же замолчал. Поняв, что я заругалась. Алёна потянула руку, чтобы погладить, он зарычал. Вот за это я его похвалила. – Молодец! Не давай себя чужим гладится.

– Так откуда принесла его. – Чуть обиделась подруга.

– Бог послал. Пошла за щеколдой, а нашла звоночек. Ещё даже лучше. Чай будешь?

– Да.

– У реки нашла его, ели живого.

– Будет верным, ты ему жизнь спасла.

– А он мне, – тяжело вздохнула я.

– Это как?

– Своим звонким голоском, – заулыбалась я и, взяв его на руки, села за стол. – С чем пожаловала?

– Хочу у тебя тортик заказать.

– Ты мои тарифы знаешь и готова заказать? – мы, после так сказать предательства, общаться с Аленкой стали редко, как говорится, только здравствуй, да свидания.

– Да, большой закажу на три серебряника. Уж больно мои заскучали по твоей вкусняшке.

– Как же тебе Фёдор позволил пирог заказать?

Алёна смутилась.

– А причём тут он?

– Ты думаешь, я не поняла, что он всей деревне запретил торты у меня покупать. То отбоя не было каждый день пекла, а сейчас тишина. Только из соседних деревень приходят за ними.

– Почему тебе разрешил? – соседка только печально опустила глаза. – Чтобы мы снова дружить начали? Уж больно ему уши нужны в моём доме. Я права? – Алёнка прикрыла руками лицо. – Привет передавай ему большой и пламенный.

– Он завтра на день рождения придет. Приказал, чтобы я тебя пригласила, и чтобы ты непременно пришла.

– Пакость какую-то готовит! – Возмутилась я. Алёнка тихо заплакал. – Не реви, приду поздравить Николая.

– Принеси торт в обед.

– Вы не вечером гулять будете?

– С обеда начнём.

Всю ночь думала, как же обезопасить себя на этой вечеринке и кое-что интересное придумала.

Ровно в обед понесла торт. У Алёнки во дворе на удивление было очень тихо. Дети не бегали, даже собаки не было. Зайдя в дом, увидела интересную картину.

За столом сидело мужиков десять, практически все знакомые. Все были серьёзные и молчали. Позади меня дверь захлопнулась. Я обернулась. На пороге стоял довольный Фёдор с нагайкой в руках.

– Здравствуй, ты то же здесь? – сделала вид, что неожидала его увидеть. Я подошла к столу и поставила торт. – Ну что мальчики будем дегустировать. Где у вас тут ножичек, я вам порежу.

– Мы сами порежем после того, как ты нам станцуешь.

– Аааа, так у вас тут мальчишник, – я развернулась лицом к Фёдору. – Так вы не ту девочку позвали! Я не танцую, а пироги пеку!

Фёдор ударил меня нагайкой.

– Танцуй и раздевайся! – приказал он.

– Ты меня по кругу решил пустить? Александр этого тебе не простит!

– Что не простит? Что ты напилась и танцевать начала, да и к мужикам липнуть стала. Мы тебя еле угомонили. У тебя после коня вообще крышу снесло!

– Да кстати о крыше, – улыбалась я. – Ты меня убедил. Станцую я для именинника и подарочек сразу подарю! Ты же не против Феденька? – не дождавшись ответа, я взяла зажигалку достала три коробочки с фитилем и зажгла сразу все. Два фитиля были длинные и один короткий.

– Что это? – спросил Фёдор.

– Это очень интересная штучка! Начнем с веревочек. Она называется бикфордовым шнуром. Он горит в воде, в снегу, никой ветер его не затушит. Если он загорелся, пока не прогорит, не потушишь. А вот в этих коробочках ТНТ или тринитротолуол по-научному, а в простонародье бомба.

– И что же она делает? – Спросил один из мужиков.

– Вот это самое интересное. Здесь всего пять грамм этого вещества. Вот в этой пятьдесят, – покрутила я в руках коробочку. – А сюда я натолкала аж грамм сто пятьдесят ТНТ. Вы все сгораете от нетерпения для чего всё это, – я довольно улыбалась. Бросила одну на пол с малым фитилём. Через секунду она взорвалась. Мужики всполошились, соскочив из-за стола. Фёдор даже не дернулся. – Ну, у тебя и выдержка, – похвалила я его. – Не мужик ты у меня, а наверное, конь со стальными яйцами. На следующих также стой, – держала две коробки, крутя перед глазами. – Кто готов сегодня умереть? – Все смотри с ужасом то на меня, то на Фёдора. – Я, конечно, готова умереть, но не сегодня. Пойду, выкину на улицу, хорошо? С днем рождения Николай! Сарай тебе новый мужики помогут построить. – Я, улыбаясь, подошла к двери. – Фёдор, ну что ж ты не угомонишься?! – его скулы бегали туда-сюда, по его багряному лицу. – Ой, мне уже пора!

Забежав домой тут же, забаррикадировала дверь. Наверное, стоит уходить прямо сейчас, а не дожидаться зимы, раз он так стал действовать. Надо же столько мужиков нагнал. Все у него под колпаком. Отказать ему не могут. Видела на их лицах стыд и жалость ко мне, но ничего не могли сделать. Сегодня же бежать надо! Жалко коня нет, пешком далеко не уйдешь. Лошадь ночью у Алёнки увести можно.

Стала собираться в дорогу.

В дверь постучали, когда я почти все собрала. Звонок залаял и побежал к двери ковыляя. Поглядела в окно. Всё было тихо. Подойдя к двери, спросила:

– Кто?

– Наталья, это я, Алексей.

– Что хотел? – Дверь не стала открывать.

– Защёлку тебе принёс.

– Спасибо она мне больше не нужна.

– Наталья открой!

– Пойди прочь! Всё звонок тише! – Лёша ещё подергал дверь и ушёл. У меня много нужных вещей было в беседке. Пойдя на улицу, экипировалась по полной. Кроме ножей на ногах, которые уже никогда не снимала, в одну руку взяла нож, а в другую лук. Прямо собралась на войну. Открыв дверь, огляделась, никого, повернула к беседке. Залаял пес. В беседке кто-то сидел и, судя по всему, Алексей. Увидев меня, очень удивился моему наряду.

– Ты на войну собралась? – Вроде как пошутил он.

– Да, жду нападение мужиков, – посмеялась я, – затаскалась я тут у вас. Пора уходить.

– Что с тобой происходит?

– Ничего. – Решила у него пораспрашивать про Царьград, да города большие. – Чаем тебя, что ли напоить. Будешь?

– Давай. Прости меня за эти слова. Не сдержался. Слухов много про тебя ходит, да и Александра ты выбрала.

– С чего ты решил, что я Александра выбрал?

– Ты всё время проводила с ним, он тебя обнимал. Светилась от счастья и в баню с ним вместе пошла.

Я засмеялась.

– С ним полдеревни тогда в баню ходило.

– Только вы три часа мылись.

– У меня индивидуальная программа была, – похихикала я. – Только не то, о чём ты подумал.

– Ты не пришла ко мне больше. Почему?

Я немного помолчала, не зная, что сказать.

– А какие слухи про меня ходят?

– Зачем они тебе?

– Просто хочу знать, что они тебе наговорили.

– Что ты с Фёдором на складе жимкалась. Потом что с Кириллом у тебя очень тесные отношения. С Алёнкой перестала дружить, так как она застала тебя со своим мужем.

– И ты всему этому, конечно, поверил?! А про коня что говорят?

– Что он шею свернул себе, а ты взяла его и сожрала.

– Не кусочка в рот себе не положила. Жалко Уголька. Убил он его.

– Кто? Федька? Он же тебя вроде не трогает.

– Ну, ты глупец! – Посмеялась я. – Как у тебя дела в кузнице?

– Как всегда. Это здесь причем? – Алексей не понимал всех моих расспросов. – А у брата всё в порядке, не бедствует?

– Причём тут брат?

– Просто слыхала, что у него какие-то проблемы?

– Какие?

– Не знаю тебе виднее.

Алексей призадумался.

– Ты поэтому не приходила, чтобы уберечь нас? У нас всё хорошо! – Лёшка подсел рядом. Взял руку и поцеловал. – Мы умеем за себя постоять. Не бойся, я защищу тебя. Почему мне все не рассказала?

Я уставшая стоять в стойке, почувствовав рядом защиту, каменную стену, расслабилась и, уткнувшись в его грудь заплакала. Лёша обнял целуя. От его пламени становилось легче и появилось желание ответить на его поцелуи. И вот сидя на лавочке мы страстно целовались до того момента пока не раздался грозный голос хозяина дома.

– Запретил же мужиков водить в дом!

Я отстранилась от Лешки, улыбнувшись, сказала:

– За всё время первый раз пришёл, и ты тут как тут! Как будто подсматриваешь!

– Узнал, что ты заболела сразу приехал.

– Ты болела? – Удивлённо посмотрел Алексей на меня. – Чем?

– Ты что не знал? Видно, и впрямь не общались. Она месяц у Князя провалялась. Хорош жених, – пристыдил он кузница. – Не знает, что с Натальей творится. Не отдам ее тебе, не сможешь ты защитить.

– Чем болела? – Алексей печально смотрел на меня.

– Да Федька ее с лестницы столкнул. Я прав? Только не ври.

Я посмотрел на Алексея.

– Да нет, сама споткнулась.

– Я убью его! – решительно заявил Лёша.

– Чтобы не трогал его, – приказал Санёк. – Сам разберусь. А то накликаешь на свою голову беду! Всё ступай домой.

Алексей, поцеловав меня ушёл.

Александр присел на место кузнеца.

– А теперь рассказывай, всё как было на самом деле. Что Федька творил тут без меня, раз ты бежать собралась.

– Он Уголька убил, – я расплакалась. Александр, как и Лёшка, обнял и прижал меня к своей груди. Вот только не целовал. Сквозь слёзы я поведала ему всё. В этот вечер я хорошо поревела, поэтому уснула в объятиях хозяина дома.

Проснулась я на самой ранней заре, когда в доме стоял полумрак, но всё же уже были видны очертания мебели. Я спала на кровати Александра, в его объятьях. Почему-то мне было хорошо. Или от того, что вчера выговорилась или почувствовала, что пришла защита и мне не надо никуда убегать. Я уже привыкла к тому уютному домику, и скитаться в зиму непонятно где, не хотелось.

Александр пылал жаром. От него отходило тепло и согревало мое тело. Было жарко даже без одеяла. Его могучий торс грузно возвышался надо мной, укрывая от всех невзгод. Я погладила его грудь, а потом еще раз и еще. Мне хотелось к нему прикасаться.

Его могучая рука поймала мою кисть и заключила в объятия. Я посмотрела в его лицо. Он глядел на меня нежным взглядом.

– Прости, разбудила. – Широко улыбалась ему. – Не думала я, что буду так счастлива твоему приезду.

– Ты любишь Алексея?

– Наверное. С ним интересно, – и чуть помолчав, добавила, – и с тобой хорошо. Только ты всегда в походах.

– Вам не суждено быть вместе. Фёдор не отстанет от тебя, если ты уйдешь к нему, даже если уедете в другую деревню. Он больше не тронет тебя пока ты со мной. Федька мне сегодня обещал прийти и извиниться.

Я удивлённо посмотрела на Сашу.

– Когда ты успел с ним поговорить?

– Как только ты уснула. Он не ожидал, конечно, что я вернусь так скоро. Фёдор поклялся, что тебя не тронет, пока ты живёшь в моём доме. Он знает, что кузнец тебе дорог. Хочет хоть чуть-чуть отомстить, не позволив тебе быть с ним. Наташенька давай договоримся.

– Насчёт чего?

– Ты правильно подметила, я не часто бываю дома, но мне бы хотелось приезжая сюда и попадать в семейный уют. Я бы хотел проводить эти дни, как те две недели. Поедать твои вкусняшки, ходить с тобой на охоту, рыбалку, заниматься огородом, безудержно скакать с тобой на коне по цветочному лугу. В остальные месяцы, когда меня нет, так и быть можешь общаться со своим кузнецом, но жить в моём доме. Я понимаю, что тебе хочется быть всегда с ним, но это невозможно. Решать тебе какую судьбу ты изберёшь для нас всех.

– Спасибо тебе за твои слова, за твоё понимание. Я благодарна тебе за все, что ты для меня делаешь.

К обеду и впрямь пришёл Фёдор. Зайдя в дом, дружелюбно поздоровался. Александр попросил меня налить чай, а сам пошёл за вареньем в беседку. Фёдор подошёл ко мне и сказал:

– Что наябедничала?

– Сам виноват!

– Повезло тебе, что Санёк рано приехал. Я оставлю тебя в покое, пока ты живёшь в этом доме. Но чтобы я ещё отстал от кузнеца, ты сейчас должна встать на колени и попросить прощение за своё поведение.

Я смотрела в его нахальное лицо и думала: «Ничего себе извиняться пришёл!» Упрямится, не стала. Что с дураком связываться! Я медленно опустилась на колени и, потупив смиренно взгляд в пол, сказала:

– Фёдор прости меня за моё непристойное поведение.

Мой враг наслаждался ситуацией, облокотившись на печь, довольно созерцал мое унижение. Потом присел на корточки и, схватив за подбородок, поцеловал.

– Если бы тогда встала, конь был бы жив. Лёшке повезло больше, чем Угольку. Пошли, кое-что покажу, – довольный сказал Фёдор.

Мы вышли на улицу.

Во дворе стоял белый рысак, переминаясь с ноги на ногу. Федька махнул рукой.

– Дарю тебе коня в знак нашего примирения.

– Добротный конь, – сказал Александр, держа варенье. – Сегодня после обеда поедем обкатывать да лис постреляем. Не разучилась?

– Да вроде нет, – тихо ответила ему.

– Веди своего коня в стойло и к нам присоединяйся чай пить. Мы тебя ждём, не задерживайся, пожалуйста, Наташенька, – попросил Александр, и они зашли в дом.

Этот конь не вызывал чувство радости, как Уголёк. Погладив коня, всплакнула, вспоминая убиенного коня.

В доме раскатом лился смех мужиков, они весело общались, как закадычные друзья. Александр рассказывал Федьке про поход, передавая приветы. Потом заговорили про Царьград вспоминая общих знакомых.

– Как выглядит город, – поинтересовалась я.

– Он очень красивый, – сказал Фёдор. – Очень люблю Царьград там совершенно другая атмосфера.

– Следующим летом я тебя в него свожу, и мы поживем там месяц другой. Фёдор ты тоже можешь взять свою невестку и с нами поехать. Чай ничего не случится. – Я вопросительно посмотрела на Александра. – Да он решил жениться на младшей дочке Князя.

– На Софи? Она, наверное, очень счастлива, ведь она без ума от тебя.

– Да-да, – недовольно сказал Фёдор, что мы задели эту темы. – Деньги она любит да в Царьград хочет. Вот и вся любовь. – Федька тяжело вздохнул. – Зря от меня отказалась, я б тебя через года три туда увёз.

– Спасибо, но мне здесь нравится.

После обеда мы поехали кататься. Вихрь, так звали коня, оказался действительно быстрее Уголька. С него я уже не смогла охотиться, ни разу не попала по лисе. Александр довольный подтрунивал надо мной.

– Мазила! Разучилась стрелять с коня, пока меня не было.

Проезжая мимо кузницы Александр предложил заехать.

– У коня подковы проверит надо, что-то мне левая нога его не нравится. Наташенька, можешь на вечер с Лехой сговориться погулять или на чай, что вы захотите делать, я не знаю. – Санёк чуть помялся. – Понимаешь, у меня сегодня гостья будет. Соскучился я по девчонкам своим. – Заулыбался он.

– Хорошо утром приду.

– Нет до зари, чтобы никто не видел. И пожалуйста, прилюдно не целуйтесь.

– Хорошо папочка, – посмеялась я, – не будем.

Алексей очень обрадовался нашей вечерней встречи и хорошо подготовился. Накрыл красиво стол, убрался в комнате и насобирал красивый букет.

– Спасибо, – вдыхая аромат цветов, поблагодарила его. – Очень красивые.

– Я думал, тебя не скоро увижу. Александр не отпустит.

– Он переговорил с Фёдором. Этот дурак больше меня не тронет, пока я буду жить у Александра. Мы сможем встречаться только тайком. Может только через года три, когда он уедет в Царьград и отстанет от меня, забудет про эту историю. Ты готов меня подождать? – я смотрела в счастливые глаза Алексея.

– Я буду ждать тебя, сколько понадобится, моя прекрасная Наталья, – и поцеловал страстно. Я откликалась на все его действия. Алеша, подхватив меня на руки, понес на кровать. Мы наслаждались друг другом всю ночь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.