Алиса Фрея Харт
Квест

ЧАСТЬ I

***

– Ничего не предвещало, да?

– Да, – Брэт выдержал этот довольный и едкий взгляд, которым Джон буквально прожигал его. Сейчас важно было озвучить своё поражение. Всё обернулось совсем не так, как он планировал, но ничего изменить уже нельзя. Погоня окончена. Все точки над “i” – расставлены. Агент ФБР достал оружие, разрядил его и положил ствол вместе с магазином на бетонный выступ.

Оба противника стояли на крыше небоскреба. Солнечные пятна рассвета оживляли высотки Нью-Йорка. Город просыпался, выключал будильники, ставил кофе, жарил блинчики, будил детей в школу. Всё как обычно. Только двое мужчин, продолжая пристально смотреть друг на друга, понимали, что с этого момента их жизни больше никогда не будут прежними.

Джон впитывал каждый миг этой последней встречи. С ухмылкой он скользил взглядом по лицу соперника. Как будто хотел отсканировать на память всю беспомощность и уязвимость, которая исходила сейчас от него. Сладкая и долгожданная картина. Но пора прощаться.

– Не звони мне больше, – мужчина повертел телефоном у носа Брэта, хитро подмигнул и, продолжая размахивать аппаратом над головой, пошёл прочь.

Оставшись один, Брэт с задумчивым видом повернулся к городу. Тысячи окон посмотрели на него в ответ. В каждом – своя история жизни, побед и поражений.

Едва заметная улыбка тронула его губы, кровь на них уже давно высохла.

Глава 1

За день до этого.

«Приглашение на Квест. Будет неожиданно».

Рита.

Брэт держал в руках этот небольшой билет и пытался понять, что задумала его подруга. Напечатано в типографии, значит, она подошла к делу серьёзно.

– И ни одного сердечка? – из-за плеча поинтересовался дядя Джон. Он давно и довольно настойчиво пытался их свести как пару. Но эти двое упрямо продолжали дружить. Возможно, потому что прошлое наложило на них слишком сильный отпечаток.

Племянник молча посмотрел в ответ. Перед ними на столе был большой короб, который он ещё толком не распаковывал. Достал только это приглашение, потому что оно лежало сверху. Остальное было скрыто под слоем подарочной бумаги.

Небольшая рождественская вечеринка, которую агенты ФБР могли себе позволить на работе, только начиналась. Но не грозила перейти во что-то буйное, потому как одни были после тяжёлой рабочей смены, а другие – на неё заступали.

За шелестом упаковки показалась бутылка белого вина.

– Может, это намёк? – надежда теплилась в голосе дяди.

– Я тебе тоже дарил вино. Но в брак мы не вступали.

– Какой ты вредный. Перевоспитывать тебя уже поздно, да? – улыбнулся мужчина.

– Поздно, – улыбнулся в ответ племянник.

– Эх, а так сейчас захотелось.

Кто-то протянул штопор, Брэт ловко выкрутил пробку, разлил по пластиковым стаканчикам той части сотрудников, которые собирались домой. Заступившие на службу с немного грустным видом пили апельсиновый сок.

Парень сделал глоток, лицо его побледнело и дернулось. Он поставил стаканчик на стол и быстро направился в уборную.

Все в недоумении посмотрели ему вслед. Дядя понюхал содержимое.

– Анис, – выдохнул он. – Ему от него плохо.

Через полчаса вдвоем с Брэтом они стояли на служебном балконе. Дядя Джон курил, а племянник вышел за компанию. Все уже привыкли к легенде «Я скоро брошу эту дело», поэтому даже никотиновые пластыри перестали тайком подкладывать на рабочий стол. Хотя какое может быть «тайком», когда это ФБР, и когда это – твой начальник.

Электронные сигареты мужчина забраковал. Потому что понимал: бросать с ними это обычная маркетинговая иллюзия. И озвучил как-то на совещании, что если кто будет давить на него своим здоровым образом жизни, уволит не глядя. Все понимали, что это шутка, но желающих направлять на путь истинный больше не было.

Был только Брэт, на которого такие угрозы не действовали. Но он выбрал тактику не давления, а собственного примера, бросив курить при дяде.

Никто не заметил разницы, только племянник знал, что посеял этим зерно решительного «да ну его нафик, я сильнее этого». Осталось просто подождать, когда оно созреет.

– Рита не знает, как ты реагируешь на анис? – задумчивое облако дыма улетело в вечерние сумерки.

Парень пожал плечами:

– Она мне не жена, чтобы знать такие мелочи.

– Давай-давай, – хмыкнул дядя.

– Что?

– Сопротивляйся.

– Хватит об этом, – отрезал Брэт.

Вот тут уже лицо начальника отдела ФБР стало серьёзным.

– Ты помнишь, что вчера у нас было?

– Работа…

– Мы могли погибнуть. Да, такая работа. Каждый день может быть последним. Рита же тебе нравится. Ну, мне – только не ври, ладно?

Племянник сдался и кивнул.

– Она сейчас сделала шаг навстречу. Я не знаю, что там за квест, но так заморачиваются только для того, кто важен. Ты это понимаешь?

– Конечно, понимаю.

На телефон Брэта пришло смс. От Риты: «Готов поиграть?»

Он улыбнулся, ответил «Да» и показал переписку дяде.

– Теперь я знаю, когда брошу курить.

– Когда?

– На вашей свадьбе.

– Это шантаж.

– Именно.

Вернувшись в зал, они застали открывание бутылки шампанского. Можно сказать, что эффектно появились под хлопок вылетевшей пробки. Но дядя вдруг нахмурился.

– Не только тебе квест назначали, – тихо сказал он.

– В смысле?

– Пойдем, сядем.

Оба направились к самому дальнему столу.

На телефон Брэта пришло фото Риты. Точнее, один пазл из фото. На нём было видно часть стройных ног.

«За каждый правильный ответ откроется ещё» – гласила подпись.

Это уже парень не стал показывать.

«1. Какой кофе я люблю?»

Хм. Чтобы Рита была подальше от отца-тирана, дядя Джон, который знал её ещё ребёнком, помог перебраться сюда, в Нью-Йорк, отправил в балетную школу. Точнее, замолвил пару слов одному директору, чтобы тот её посмотрел. И девочку с радостью взяли. Брэт перебрался позже. Но загогулина была в том, что у дяди здесь свой служебный двухэтажный дом. И он поселил в нём сначала Риту, а потом и Брэта. Оба жили на разных этажах, но мужчина надеялся, что однажды они прозреют и пойму, что любят друг друга. Эта навязчивая идея была у него очень давно. И не выселялась из головы никакими протестами в ответ.

Рита нравилась Брэту, но и было то, что не давало перейти грань дружбы. Тайна, которую он опустил тяжёлым камнем на самое дно своей памяти. Туда никому не добраться. И это – его решение. Но он не мог отказаться от квеста. Всё-таки это близкий ему человек.

***

Брэт вернулся с соревнований рано утром. Школьный автобус довёз каждого уставшего чемпиона, а выиграли они все, прямо до дома. И вместо того, чтобы застать на кухне сонного дядю, мальчик застал сонную Риту. Она смущенно отвела глаза. Дядя потом рассказал, что разрешил ей остаться у них на ночь. Поскольку кровать Брэта была пуста, то спала она именно там. Что случилось, они оба так толком и не объяснили. Просто сказали, что девочка оказалась неподалеку, а было поздно. На тот момент ребята уже дружили, вместе репетировали в спектакле «Снежная королева», поэтому Брэт был очень рад увидеть свою подругу.

– Какой кофе заваривать, господа? – спросил дядя, когда дети перестали друг на друга глазеть и сели за стол.

– Мне с молоком, – улыбнулась Рита. – А есть кленовый сироп?

– Есть. Добавить?

– Да. А корица?

– Да вы, барышня, разбираетесь в кофе! Есть, сделаю. Брэт, тебе повторить этот эстетский набор?

– У меня бантики после этого не отрастут?

– Вот ты противный! – театрально надулась девочка.

***

«Кленовый капучино с корицей», написал парень.

В ответ открылся ещё один пазл. Продолжение одной ноги и рука. Видимо, это какое-то фото с репетиции. Рита сейчас как раз выступает со своими учениками. На большую сцену она так и не попала, но открыла свою маленькую балетную студию для детей.

– Ты тут? – дядя внимательно смотрел на племянника. Ждал, когда тот наберёт сообщение.

– Тут. Что за квест у тебя?

– Ну, пока это тоже письмо. Но не всё так просто.

– Угрозы?

– Да нет. Это прислал мой школьный товарищ. Мы давно дружим, видимся периодически.

– У тебя тоже свидание? – улыбнулся коварно Брэт.

– Уволю! – усмехнулся дядя и снова стал серьёзным. – В этом и загвоздка. Он мог написать мне лично, позвонить. Но он отправил письмо сюда, официальное. Мне. Это говорит о том, что он хочет, чтобы я так же отнесся к тому, что там написано.

«2. В чём я люблю ходить дома?»

Ох, какие сложные вопросы. А в чём? Парень задумался. Однажды он застал Риту за занятиями дома. У неё был балетный станок. Что-то такое воздушное было на ней. Обтягивающее и воздушное. В этом она и ходила часто. А он смотрел на неё, порхающую по дому, иногда забавно лохматую, смеющуюся, легкую, и на душе становилось спокойно и хорошо. Как будто внутри всё становилось на свои места.

Как же называется эта одежда…

«В том, в чём ты танцуешь», выкрутился Брэт.

Ещё один пазл. Кисть руки в грациозной позе над головой. Где-то на заднем плане пробежала грустная мысль, как жаль, что они просто друзья. Но парень прогнал её.

«3. В чём ты мне никогда не признаешься?»

Ну, уж нет.

«В том, в чём не буду»

«Это не ответ»

«Есть вещи, о которых я не могу говорить»

«Ты мне не доверяешь?»

«Дело не в этом»

– Так вот, – продолжал дядя. – Есть ещё один нюанс. Нужно не забывать, Кто мой приятель. А он знает то, чем занимается.

– Вы сговорились с Ритой сегодня меня вдвоём интригами пытать?

– Он шаман.

– Что?

– Настоящий. Ну, насколько я об этом могу судить.

«Приезжай. Кафе ты знаешь. Тебя будет ждать сюрприз. И у тебя – полчаса»

Вот это поворот.

– Мой квест меняет дислокацию на кафе.

Дядя как-то странно посмотрел в ответ. Как будто убедился в какой-то своей мысли.

– Езжай. Мы тут без тебя справимся. Меняю подробности письма на подробности о свидании. Личное можешь опустить, оно меня не касается. Но хотя бы в общих чертах. Ты же хочешь, чтобы твой любимый дядя бросил курить?

– Вот подхалим! – засмеялся Брэт и, попрощавшись с коллегами, поспешил к машине. Нужно было доехать почти до студии Риты. Именно там было кафе, в котором они иногда обедают вместе. Тридцать минут это даже без пробок – впритык. Ничего трагического не произойдет, если он опоздает, но парень не любил нарушать правила. А раз он согласился и принял их, то нужно успеть.

В кафе было не очень много народа: все уже спешили по домам продолжать праздник с родными и близкими.

Как только он сел за стол, тут же пришло сообщение «Ты хочешь меня обнять?»

Тут возможен только один вариант: они напились после выступления, и Риту понесло.

«Наверное». Непростой вопрос. Двусмысленный. Нет на него сейчас у Брэта прямого ответа.

«Ты не уверен. Закажи мне кофе»

***

Брэт зашёл домой, из кухни пахло его любимыми блинчиками. Это, наверное, единственное, что Рита хорошо готовила. Она не очень любила долго готовить, поэтому специализировалась на простых блюдах. И часто это были именно блинчики. Поскольку их они обожали оба, то атмосфера на кухне всегда царила сытая и довольная.

Парень отправился прямиком туда. Игривая и весёлая музыка заглушала звук шагов. Девушка стояла спиной к выходу, поэтому не услышала его приход. Брэт сам не заметил, как облокотился о дверной проём и начал просто смотреть. Любоваться.

Что-то было такое в Рите, от чего он быстро приходил в себя после любого рабочего дня и ночи. Она как будто перезаряжала в нем всё. Да, красивая, грациозная. Иногда непредсказуемая. Но главное, что в ней было и что он определил для себя – Настоящая. Внутри и снаружи. Живая. Своя.

Нельзя столько смотреть на друга, сказал он себе.

– Привет, – нужно было себя выдать.

– Ой. Ты меня напугал, – девушка повернулась, чуть не выронив кетчуп. Кроме блинов, оказывается, была ещё фирменная яичница.

– Ну, прости. Отрабатываю конспирацию.

– На мне не надо, – подняла строго палец кверху. – Когда ты на своей работе, у меня вот такое настроение.

Она нарисовала кетчупом на яичнице грустный смайлик.

– Я всё исправлю.

Брэт забрал бутылку и начал рисовать на другой тарелке веселый.

Как бы случайно девушка толкнула его в плечо, и красная линия уползла в сторону.

– Кто ж так криво рисует! – засмеялась она и выхватила у него из рук бутылку.

– Не-ет. Так не пойдет, – парень напустил на себя грозный вид, выхватил кетчуп и капнул Рите на нос.

– Ах, ты так!

Вернуть томатное оружие не получилось: его быстро подняли вверх.

– Это нечестно!

Она потянулась за ним, успела ухватиться, дернула на себя. Брэт поддался, что было неожиданным. В итоге они чуть не стукнулись лбами, успев замереть за секунду до. А кетчуп перед своим падением успел обрызгать рубашку.

Очень близко. Нос к носу. Губы каждого вздрогнули и потянулись друг к другу. Дыхание остановилось. Нет, дальше нельзя. Брэт сделал шаг назад.

– Я переоденусь, – как можно непринужденнее сказал он.

– Да. Оставь её мне, я попробую отмыть пятно, пока свежее.

Чуть замешкавшись, парень расстегнул пуговицы, вручил скомканную рубашку и быстро пошёл наверх за футболкой. Он не оборачивался, но чувствовал, как Рита провожала взглядом его обнаженный торс.

***

Официант принёс кофе и подарочную белую коробку с огромным синим бантом.

Под крышкой на упаковочной бумаге лежала записка «Ты справился с первым заданием. Теперь начинается самое интересное. Ты всё поймешь. Смотри внимательно».

Да когда же эти загадки кончатся. Брэт развернул сам подарок и ничего не понял. Там был сдутый футбольный мяч. Что они там пьют после выступления? Чем они там занимаются вообще?

Начал его рассматривать. Старый, потрепанный. Он нашел надпись. Короткую выцарапанную надпись. И руки его, держащие мяч, похолодели…

***

В детстве Брэт мечтал стать футболистом, однако неосторожное падение изменило всё. Профессиональная карьера для него закрылась. Но в карате взяли. И удар ноги по мячу у него был сильным. Пусть только на школьных занятиях, но хоть что-то.

И это ему пригодилось.

Риту он долго не замечал, пока его не позвали в школьный спектакль. Мальчик на роль Кая заболел, и нужно было срочно найти замену. Брэт быстро запоминал тексты, поэтому взяли его. Рита была Гердой. Но был ещё кое-кто. Старшеклассник по имени Джон, который приходил почти на каждую репетицию. Он просто смотрел. И смотрел только на эту девочку. Он считал её своей. Якобы их уже обвенчали родители. Всё выглядело как игра. Но оказалось, Джон воспринимал это всерьёз. И когда заметил, что новый Кай – это симпатичный мальчик, на которого засматриваются все девчонки в труппе, включая и Риту, начал злиться.

Брэт видел, как он подкарауливал её и старался прижать собой к стене или пройти мимо так, чтобы ей нужно было протискиваться, прикасаясь к нему. На вопрос, обижает ли он её, она каждый раз говорила, что нет. Но мальчик чувствовал, что что-то было не так.

Однажды он увидел, как Джон повёл Риту в пустой класс истории. Стеклянная стена его была с видом на спортивный зал, и ученики могли с завистью смотреть, как там весело бегают остальные. Со стороны зала это было зеркало.

Брэт начал звонить девочке, но та не брала трубку. А у него как раз началась физкультура. Он бросал тревожные взгляды на своё отражение в этой зеркальной стене и не знал, что делать.

За стеклом…

Джон был в чём-то хорошим. Их с Ритой отцы работали вместе в полиции и часто навещали друг друга, чтобы выпить пива. А пили они много. Как-то пришёл и сам Джон. Это было нечто наподобие семейного ужина. Но ощущение семьи давно пропало для девочки. После того, как погибла её мать в автокатастрофе, всё изменилось навсегда. Начались пьянки. А после – обвинения её в том, что именно Рита позвала маму с собой в тот день. Было тяжело и больно такое слушать, но деваться ведь некуда.

Джон оказался милым. До этого она не особо его знала. И даже подумала, что, наверное, будет неплохо выйти за него замуж и уйти от отца. Уйти от этих попоек и унижений. Поэтому фраза о том, что мальчик станет её женихом, была воспринята как спасение. Она согласилась на такое предложение. Но всё же для неё это тоже была игра.

И где-то так и оставалось. Пока не появился на горизонте Брэт.

Она помнит тот момент, когда пришел новый Кай. Рита была на сцене, репетиция уже началась. Режиссёр остановил процесс и позвал мальчика на сцену. И вот когда он поднимался к ней, что-то внутри отозвалось. Она вдруг увидела взрослого, сильного, надежного мужчину, который будет защищать её от всего – любой ценой. Даже не задумываясь о её величине. Девочка понимала, что видит это в своём воображении, но оно так запало в сердце. И Джон сразу отошёл на второй план. Вот тогда он и начал приставать. Играючи, но это всё равно было неприятно.

Возле класса истории он снова прижал к стене

– Мы можем поговорить?

– Да, говори.

– Не здесь. Давай зайдем туда, – он распахнул дверь в класс и гостеприимно указал рукой. Там никого не было.

Девочка зашла. Он закрыл дверь на ключ.

– Не хочу, чтобы отвлекали, – объяснил мальчик.

Они сели почему-то на заднюю парту.

– Тебе нравится Брэт?

– Ну, он милый, – как можно больше равнодушия было вложено в эти слова. – И мы репетируем…

– Я знаю, – перебил Джон. – Я знаю, как ты на него смотришь. Но ты дала согласие. Ты принадлежишь мне.

– Это же не по-настоящему.

– Ах, вот как ты раздаешь обещания.

Зазвонил телефон Риты. Она посмотрела, кто. Брэт. Мальчик это увидел, глаза его загорелись.

– Отдай, – он забрал телефон и выключил на нём звук. – Он даже сейчас влез. Что ты в нём нашла? Любишь голубоглазых красавчиков? Ему двенадцать лет. Он даже не может оценить твои формы. А мне пятнадцать, я могу!

Джон встал прямо над девочкой, запустил руки ей в волосы и оттянул голову назад. Глаза цвета острой стали, холодной, серой, безжалостной. Рита вздрогнула и замерла. Ужас отключил тело, оно как будто не могло двигаться.

Брэт подошёл к учителю и озвучил своё беспокойство по поводу того, что может быть в классе истории. Но ему ответили, что не надо создавать панику, где её нет, и отправили обратно в зал. Тревога в мальчике нарастала.

Джон свободной рукой полез под блузку.

– Ты моя. И это тоже принадлежит мне!

Слёзы текли по щекам девочки. Она не могла шевелиться. Крики отца всегда так на неё действовали и укрощали любые попытки к сопротивлению. В конце концов, она разучилась это делать.

– Не надо, – слова с хрипом вырвались наружу.

– Надо. Пора уже.

Игра в футбол была в самом разгаре. Что-то внутри щёлкнуло, когда мяч полетел к Брэту, чтобы он подал его на ворота, мальчик развернулся и с силой ударил по нему так, чтобы тот полетел в зеркало.

Звон разбитого стекла на мгновение оглушил всех. И тут же через торчащие огромные осколки в образовавшейся дыре Рита увидела Брэта. Даже не его. А того сильного и надежного, который поднимался к ней на сцену. Где-то вдалеке стояли обалдевшие ребята. Но потом всё было как в тумане…

Все увидели Джона, склонившегося над девочкой. Не очень было понятно, случилось непоправимое или нет. Кто-то хихикал, кто-то испугался.

И только Брэт был в ярости.

– Отойди от неё! – крикнул он. Руки подоспевшего учителя остановили его от попытки кинуться в класс.

– Стой. Мы разберемся.

Рита застегнула блузку и выбежала в коридор.

Брэт вырвался и побежал за ней. Шли занятия, поэтому бежали они одни. За очередным поворотом девочку начала накрывать истерика. Звуки и движения, которые раньше были ей не подвластны, начали прорываться наружу.

– Если ты начнешь кричать, сюда все сбегутся, – мальчик вспомнил, каким тоном разговаривает его дядя Джон, чтобы успокоить и постарался скопировать. – Пойдем к нашему дереву. Тебя там никто не найдет. Пока нас никто не видел.

Он протянул руку, но Рита отпихнула его.

– Не трогай меня!

– Тише. Пожалуйста. Тебя услышат. Я не буду трогать, обещаю. Просто пойдем. Я тебя провожу туда и потом уйду, если хочешь. Договорились?

Слова снова закончились. Девочка кивнула.

Секретное дерево находилось за пределами школьного двора, отгороженное от посторонних глаз старым высоким забором и большими кустами. Можно было играть, репетировать или плакать в полном уединении. И ещё там валялся большой срубленный ствол.

Когда они добрались туда, Рита просто молча села на него. И задрожала. Брэт не знал, что делать и написал сообщение дяде.

– Я посижу с тобой?

В ответ он увидел только пустой взгляд. Оставлять её в таком состоянии нельзя. Осторожно сел рядом, не касаясь. Так они просидели около получаса. Дрожащая девочка и сильный мальчик, который боялся утешать, потому что ещё не умел и не понимал, нужно ли тут что-то говорить. Скорее всего, нет.

– О. Вот вы где.

Сквозь кусты пробирался директор школы.

– Рита, ты должна пойти со мной. Там полиция, у неё к тебе вопросы.

– Я не пойду!

Глаза девочки заблестели. Она впилась в коленку Брэта. Первое, что попалось.

– Я понимаю, тебе сейчас нелегко, но мы должны разобраться, что произошло. Твой отец тоже скоро будет.

– Нет! – она заплакала.

– Вы же видите, она сейчас не может говорить, – заступился мальчик.

– Ты тоже нам нужен, – строго возразил мужчина.

Он подошёл к Рите и взял её за руку.

– Идём, все тебя обыскались уже.

– Я никуда не пойду! – она попыталась вырваться, но не получилось.– Отпустите меня!

– Отпустите, – это было сказано очень тихо и угрожающе. Юный хищник, который оскалил зубы.

– Мне третий раз это повторить? – раздался холодный голос за спиной директора.

Это был дядя Джон.

– Вы кто такой? – это уже начало раздражать.

Дядя молча раскрыл перед ним удостоверение агента ФБР.

– А вы тут причем?

– Позже обсудим формальности. А теперь отвалите от детей. Им нужна помощь психолога. А не допросы.

– Я позову полицию.

– Сержанту Керби привет. Я сто раз извиняюсь, но не могли вы сейчас тихо исчезнуть? Дальше я сам.

Директор скривил какую-то непонятную гримасу и удалился.

Дядя сел на корточки рядом с Ритой. Она всхлипывала.

– Бедная моя… Поехали.

– К психологу? – тихо спросил Брэт.

– Нет. Ей нужно другое.

Через час они были на берегу моря. Холодный ветер и тучи уже собирались начать свой танец дождя.

– Что мы тут делаем? – племянник доверял дяде, но сомневался, что сейчас они там, где стоит быть.

– Сильное море, а оно сейчас именно такое, может помогать в стрессовых ситуациях. Вода сможет забрать её боль. Не всю, но это лучше, чем разговоры. По крайней мере, на данный момент.

Он повернулся к девочке. Она безучастно смотрела в окно.

– Рита, – вот как надо говорить, чтобы успокаивать. Брэт понял, что он пока ещё так не умеет. Какая-то особая интонация. Надо запомнить. – Мы сейчас все выйдем из машины и пойдём к морю. Просто походи рядом с ним. Позволь ему своими волнами смывать то, что чувствуешь. Пусть они это забирают. Если хочешь кричать – кричи в него. В самый горизонт, в глубину воды. Если захочешь рыдать – рыдай. Мы с Брэтом не будем тебе мешать, но будем поблизости. Тебя никто не тронет. Хорошо? Поняла?

Девочка кивнула.

– Молодец. Пойдём.

Позже, когда полиция начала допрашивать их, она сказала, что в классе ничего дальше приставаний не зашло. Брэт не верил ей. Дядя Джон не комментировал никак. Через месяц мальчик застал сонную Риту у них на кухне, и они пили кофе с кленовым сиропом.. Ещё через месяц она уехала в Нью-Йорк в балетную школу. Дядя каким-то образом уговорил отца отпустить её. Джона перевели в другую школу. Когда наступило Рождество, мальчик получил от него сообщение: «Она – моя. С Рождеством».

***

«Она – моя. С Рождеством».

Это было выцарапано на помятом футбольном мяче. Руки ожили. Но ступор не отпускал. Брэт начал проверять, что ещё есть в коробке. В одном маленьком пакете была гарнитура. Он вставил её в ухо, уже понимая, чей голос услышит.

Глава 2

– Это было легко, правда?

– Где она?

– А как же радостное «давно не виделись» и всё такое?

– Где она?

– Брэт. Давай, я проясню тебе ситуацию. Будем считать, что Рита у меня в заложницах. Так что правила диктую я. Если ты будешь их соблюдать, я её не трону. Ты догадываешься, в каком смысле, правда?

Парень промолчал.

– Если я задаю вопрос, мне нужен ответ. Каждая твоя ошибка будет иметь цену. Это понятно?

– Да…

– Вот, хорошо. Ты всегда был умным мальчиком. Теперь слушай, что ты должен делать дальше. Можешь мысленно представить Риту, пьющую уже, наверное, остывший кофе и нафантазировать ваше свидание, а потом ты должен сесть в машину и поехать по маршруту, который я тебе скину. Я буду знать каждое твоё действие в телефоне, поэтому даже не думай звонить дяде. Я буду видеть тебя по всем камерам. Ты знаешь, что Риту убивать я не собираюсь. Но могу сделать то, что ты помешал закончить тогда и выслать видео во всех подробностях. Так что просто следуй моим инструкциям. Звук того, что ты кому-то пишешь на бумаге, я тоже услышу. И при любом подозрении на ФБР. При любом подозрении. Ну, ты уже понял. Побереги Риту. И да. Квест наш с тобой ограничен по времени. Опоздаешь, получишь кино. Ты всё понял?

– Да.

– Иди в машину.

Оставив деньги на столе, Брэт на мгновение задержался взглядом на чашке с кофе для Риты, и тут же ускорил шаг. Скала, которая приготовилась устоять под любым ударом. И защитить. Любой ценой. Даже не задумываясь о её величине.

Казалось, даже воздух расступался от его решительности.

Сев в машину, он тут же услышал звук сообщения. Значит, Джон действительно его слышит и видит. Конечная точка маршрута – автозаправка на дороге.

С каменным лицом, отгоняя от себя все мысли и эмоции, парень завёл двигатель и тронулся в путь. Надо понять правила игры, которые задуманы на самом деле. Тогда он вступит в неё на равных.

– Ты отлично справляешься, – буквально в ту же секунду, как Брэт припарковался.

– Что дальше?

– Зайди в магазин. Купи толстую бечёвку. Один моток. Не буду томить, она для тебя. Потом садись обратно, скажу, куда ехать дальше. Бензина хватит, заправляться не надо. Две минуты у тебя.

– Ты издеваешься?

– Это только начало, Брэт.

Парень не стал тратить время на дальнейшие разговоры. Быстро зашёл в магазин, людей там было на удивление много. Какая-то акция, все спешили отовариться. Он тоже. Верёвки оказались в самом дальнем углу. Одна минута. Успевает. Три человека у кассы. Вот это уже засада.

– Джон, здесь очередь.

– Я знаю.

– Я могу не успеть.

– Я знаю.

– Дай еще минуту.

– Нет. У тебя есть оружие.

– Что?!

Все обернулись.

– Иначе доставай поп-корн.

– Чёрт…

Оценивать свой поступок – после. Он до сих не знает, спас ли Риту тогда, она отказывается об этом говорить. Но сейчас другого выбора нет. Он рывком достал пистолет и выстрелил в воздух.

Визг и крики.

– Я беру эту верёвку.

– Господи, чувак, ты чего? – сбивчиво пробормотал кассир. – Бери, если она тебе так нужна. Только пистолет убери.

Женщина из очереди вдруг схватилась за сердце и начала задыхаться. Брэт замешкался.

– Вызовете ей скорую, быстро, – приказал он.

Это отвлекло его внимание, он не заметил, как у заправки остановилась полицейская машина.

Спрятав оружие, побежал к выходу. Как только он оказался на улице, двое полицейских направили на него своё.

– Стоять!

Парень автоматически поднял руки. Только бы не узнали, что он вооружен и кто он.

– Я спешу, мне нужно уезжать.

– Да что ты. На колени и руки за голову.

Брэт подчинился.

– Мы слышали выстрел. Это был ты?

– Нет.

– Иди к машине.

– Покажешь удостоверение – проиграешь, – спокойно предупредил Джон. Но чувствовалось, как он наслаждается процессом.

Парень послушно подошёл. Его начали обыскивать. Тело вдруг само развернулось, он сбил полицейского с ног, выхватил его пистолет, прижал мужчину к земле и приставил дуло.

– Я не хочу жертв. Мне нужно просто уехать отсюда.

– Хорошо, хорошо, – примиряющим тоном сказал второй. – Я тоже не хочу жертв. Не усугубляй своё положение. Пока тебя ни в чем не обвиняют.

– «Пока» только что кончилось. Вы это знаете.

– Будет лучше, если ты остановишься прямо сейчас.

– Я не могу.

Это было сказано с такой уверенностью и отчаянием, что полицейские решили – перед ними очередной безумец, которого лучше посадить сразу и надолго.

– Сдайся, – прошептал Джон. – Этот раунд ты проиграл.

Брэт опустил голову.

– Что теперь будет? – тихо спросил он.

– Увидишь. Убери пистолет. Делай, что они говорят.

Парень кивнул, отбросил оружие, встал и развёл руки. Полицейский поднялся на ноги и с такой силой прибил его лицом к машине, что стало понятно, переговоры вести бесполезно.

Его обыскали. Но удостоверение не нашли. Странно.

В участке Брэта сразу отправили в камеру. Рождество. Поэтому больше с ним возиться никто не стал. Лишь угрюмый охранник прошел мимо и удалился в служебную комнату. Выключили свет. Только луна слабым лучом освещала помещение, не особо заботясь о том, чтобы было что-то видно.

– Почему они не забрали гарнитуру?

– Я думал, тебя больше заботит, что не признали в тебе агента.

– Это ты всё подстроил?

– Спасибо за комплимент.

– Как? Это же не актёры.

– Нет. Всё настоящее. Никаких декораций.

– Но как?

– Всему своё время. Готов увидеть кино?

– Ты слабак. Начал игру, так веди честно. Или не потянешь?

Он услышал довольный смех.

– Мне нужно было выбить тебя из колеи. И у меня это получилось. Ты так предсказуем.

Вот оно что…

– Тебе нужен я, а не Рита.

– Отчасти.

– Что будет дальше?

– Дальше ты будешь всю ночь думать, случилось ли это. Она тебе так и не сказала, что там было, верно?

– Откуда ты знаешь наши разговоры?

– О, я много что знаю. У меня были годы на подготовку.

– У тебя крыша поехала.

– То, что принадлежит мне, никто не смеет забирать.

– Мы были детьми. О чём ты говоришь вообще?

– Рита согласилась быть моей. А потом появился ты и всё испортил. Пришло время всё исправить.

– Что будет дальше?

– Счастливого Рождества, Брэт.

Разговор был закончен. Джон оказался прав, в наступившей тишине мысли тут же ринулись вспоминать тот эпизод в школе и рисовать новую картину. Более ужасную. Возможно, это случилось и сразу, как только он похитил Риту. Или происходит сейчас. И она кричит, вырывается, но его нет рядом, чтобы всё остановить.

Где ты сейчас, Рита? Что с тобой? Как ты будешь спать? И будешь ли…

Нужно было остановить этот поток, иначе Джон получит утром то, что так хотел: замученного неведением ослабшего противника. Не дождётся. Спать.

Сон.

Школьный автобус был переполнен. Все так ждали эту экскурсию. И потому что ею заменили общую контрольную, и потому что там будут ожившие динозавры. Даже многие родители под предлогом присмотра решили поехать.

А родители Брэта не скрывали, что им тоже хочется такое увидеть.

Всё произошло в одно мгновение. Сильный удар, и время как будто остановилось… Автобус перевернулся, и начал медленно сползать по пологому обрыву вниз. Крупные камни и деревья удерживали его от быстрого падения.

Мальчик увидел, что земля очень далеко. Они разобьются. Мать и отец были в крови: стёкла попали в них очень глубоко.

Брэт подполз к ним, начал вытаскивать.

– Уходи, – прохрипела мама.

– Нет! Я вас спасу!

– Брэт, мальчик мой. Не надо нас спасать. Ты не сможешь нас вытащить отсюда. Автобус упадет. Успей выбраться сам.

– Мама…

От слёз защипало в глазах. Детские щёчки дрожали от отчаяния и страха.

– Сынок, мы тебя очень любим. И гордимся тобой. Пожалуйста, выбирайся, – ей уже трудно было говорить.

– Сынок, – таким же слабым голосом сказал папа. – Посмотри сюда.

Он кивнул в сторону.

Брэт повернулся. Там лежала маленькая девочка. Невредимая. Как будто спала.

– Спаси лучше её. Ты сможешь.

– Нет, – заплакал мальчик. – Я не хочу её спасать. Я хочу вас!

– Поступи правильно. Ты мой сын. Пусть её жизнь станет тебе напоминаем о нас. Давай. Времени нет. Мы очень тебя любим. Иди.

Автобус дернулся. Казалось, он уже падает, но нет.

Утерев слёзы рукавом, Брэт потащил девочку к окну. Тому, где меньше всего было осколков. Было тяжело, но он не сдавался. Добравшись до цели, он увидел, что до земли метра два. Снова жуткий скрип железа. В любую секунду автобус полетит вниз, и тогда всё кончено. Но папа сказал спасти. Любимый папа. Мальчик обнял малышку руками, повернулся спиной к земле и прыгнул.

Острая боль в ноге вырвалась криком. Этот перелом потом не даст заниматься футболом. Девочка ещё не очнулась. Брэт осторожно перетащил её на мягкую траву. Последнее дерево, которое удерживало от падения автобус, хрустнуло.

– Мама, – прошептал он.

И потерял сознание…

Глава 3

Рита стояла у окна, грея руки о чашку кофе. Никакой корицы или сиропа. Просто кофе. Джон не заморачивался с этим. Налил, что было. А было не пойми что, но пить можно.

Растрёпанные русые волосы отливали ирландским золотом под лучами утренного солнца. Спасибо бабушке: передала свои корни. Даже в обычном банном сером халате девушка выглядела грациозно.

Он привез её в какой-то загородный дом. Не очень обжитый. Здесь больше останавливались на время. Она поняла это по слою пыли на кухонном столе и других предметах, которые часто используют, если живут постоянно. Да и в холодильнике были продукты только с большим сроком хранения.

– Готова увидеть Брэта?

Джон вошёл бесшумно, сказал громко. Произвести впечатление получилось: девушка чуть не выронила чашку из рук, повернулась к нему.

– Ты не убьёшь его? Я видела у тебя пистолет.

– Какая внимательная, – хмыкнул парень.

– Что ты задумал?

В комнату вошёл мужчина. Она уже видела его – Грег, правая рука Джона. Полная противоположность своему начальнику. Если первый – статный стратег, который следит за тем, как одевается и что говорит, то второй выглядел так, будто только что разгружал овощи на рынке. Да и думать, видимо, не его конёк. И даже не пони. Возможно, именно поэтому Джон и выбрал себе такого помощника: думать должен один, второй – исполнять без вопросов.

– Всё готово, босс.

– Отлично. Кофе будешь?

Мужчина кивнул и, бросив любопытный взгляд на Риту, подошёл к столу, достал чашку, но что-то пошло не так, кофе рассыпался. Грег смачно выругался.

Лицо Джона помрачнело.

– Извинись.

– Что?

– Не при девушке.

Грег посмотрел на неё как на залетевшую в окно и уже порядком надоевшую муху.

Босс достал пистолет.

– Если я сейчас прострелю тебе ногу, то такой мат можно будет простить. Рита, ты как считаешь?

– Блин, – мужчина не ожидал такого поворота и только что вспомнил, как Джон уже делал раньше замечание: при Рите не ругаться. – Извини.

– Ей.

Повернулся к девушке.

– Извини.

Та едва заметно кивнула.

– Она не пленница, Грег. Она моя гостья. Верно?

– Да, гостья, – улыбнулась Рита.

– Пошёл вон за корицей и кленовым сиропом.

Помощник тихо испарился.

Джон включил гарнитуру в ухе.

– Доброе утро, Брэт. Разминка закончилась. Сегодня будет настоящий квест. Сейчас тебя отпустят, возвращайся в машину. Я скажу, что делать.

– Какой квест? – девушка напряглась.

– На выживание, конечно, – как сверкали его глаза…

***

Дядя Джон, войдя в рабочий кабинет, увидел на своём столе подарочную белую коробку с синим бантом. Адресат указан не был. Внутри оказалась бутылка с анисовой настойкой. И записка на дне: «Ты знаешь, я такое не пью. Свидание затянулось. Подробности будут позже. Брэт»

Мужчина прищурился, вышел на балкон и достал сигарету. Мозг начал сопоставлять какие-то детали. Всё было хорошо. Но что-то не так. Что-то ускользало, мелькало между стройными рядами логических мыслей, пряталось. Он редко звонил своему другу – шаману. Только по особо запутанным делам. Таким, где привычный ход размышлений оставался без результата.

Сейчас интуиция подсказывала – это касается племянника. И это серьезно. Рука сама достала телефон и набрала номер.

– Анхель, ты занят? – хотелось перейти сразу к сути.

– Что-то случилось?

– Я не знаю, но…

– Ты в офисе? Я подъеду через час.

– Ты что-то знаешь?

– Лучше вживую.

– Ты меня пугаешь, Анхель.

– Вот это забудь. Сейчас страх будет только мешать.

– Ты только что сделал его сильнее.

– Всё не так, как ты думаешь.

***

Полицейские молча вручили Брэту пакет с его вещами и указали на дверь.

– Сегодня Рождество. Ты свободен. Иди с миром, – сказал один из них и указал на дверь.

Парень кивнул в знак благодарности и быстро покинул помещение.

– Готов? – как голос может быть таким долгожданным и противным одновременно…

Буквально после того, как все возвращённые вещи были проверены. Словно стоит рядом и дышит в спину.

– Удостоверение здесь. Дядя ведь узнает.

– Во-первых, об этом случае вообще никто не узнает. Во-вторых, он получил сообщение от тебя. Ты для него с Ритой.

– Хорошо подготовился.

– Ты прямо балуешь меня комплиментами!

– Чем это всё должно закончиться? Ты ведь добровольно её не отпустишь.

– Нотки пессимизма это прекрасно.

– Я серьёзно.

– А какой расклад видишь ты?

Это был тяжёлый вопрос. Об ответе не хотелось даже и думать.

– Ну, давай. Ты же ФБР, изучи мои мотивы.

Парень почти до скрипа стиснул зубы.

– Ты убьешь меня, и Рита останется с тобой.

– Сложно было это произнести?

– Пока она не сбежит или не пристрелит тебя ночью.

– Это с тобой она неприступная. Со мной – всё иначе.

– То есть?

– Сейчас я скину тебе координаты. Это заброшенный бункер. Мы с Ритой будем тебя там ждать. Если дойдешь, конечно, до той комнаты, где мы.

– Дойду. Иначе ты бы не стал приезжать.

– Кто знает. Мы будем видеть тебя на камерах. Если Рита своими глазами увидит, как ты умрешь, мне этого тоже хватит.

***

Щелчок пальцев, и тёмная комната бункера наполнилась светом. Жёлтые фонари из толстого и мутного стекла были развешаны по всему периметру.

– Мы пришли.

Джон кивнул на стол в самом центре. Три стула. Он подготовился. Посмотрел на Риту.

– Садись.

***

Анхель понял, что вежливое предложение чашечки чая или кофе они пропустят и, плюхнувшись на офисный диван, начал говорить:

– То, что я прислал тебе, это важно. То, что сейчас происходит с Брэтом – часть всей картины.

– Он в опасности?

– Откуда такие мысли?

– Анисовая настойка. Она пришла как подарок от Брэта. Но ему от неё плохо. Он бы не стал дарить то, что ему так не нравится. Это не он.

Анхель слушал очень внимательно и кивал. То ли подбадривая продолжать, то ли соглашаясь.

– В целом, ты прав. Это не он.

– А кто?

– Дело не в том, кто. Ему сейчас нужно справиться с тем, что будет.

– Да хватит уже загадками говорить, Анхель!

***

Брэт остановился у входа в бункер.

– Что дальше?

– Дальше у тебя будет на телефоне карта. Я покажу её и удалю. Память у тебя хорошая, запомнишь. Говорят, там остались старые боеприпасы и что часть бункера заминирована. Тебе нужно просто дойти к нам с Ритой. Живым, если получится.

– Дай мне её услышать.

– Обойдёшься.

– Или дай услышать её голос или я ухожу, – скала снова наполнилась непреклонной силой.

Тишина в ответ. Через полминуты пришло видео. Камера прошлась по бункеру, довольное лицо повзрослевшего Джона, растерянная Рита рядом с ним на стуле.

– Ты трогал её?

– Мы поговорим об этом. Если дойдёшь. Даже если трогал, я всегда могу усугубить. Время пошло.

***

По лицу Риты текли слёзы.

– Джон, останови это. Пожалуйста.

– Милая моя, я шёл к этому много лет. Меня Никто не остановит. Разве что чудо. Но как по мне, чудес на все мины не хватит.

– У него есть шанс дойти?

Этот вопрос. То, как он был задан, неожиданно для самого парня это очень задело его.

– Есть, – процедил он. – Я принесу ноут. Кино начинается.

***

– Что мы можем сделать для Брэта, Анхель?

Взгляд шамана стал отвлечённым.

– Подожди, – спокойно сказал он, продолжая видеть то, что очень хотел бы сейчас видеть и дядя Джон.

***

До последнего момента Рита надеялась, что её друга всё-таки оставят в покое. Девушка закрыла глаза и начала молиться. Она не умела это делать, не знала, как правильно и кому. Богу, Вселенной… Боль и отчаяние, казалось, готовы были разорвать её изнутри на куски. В молитве даже не было слов. Просто крик о помощи. Крик сердца.

Джон подошёл с ноутом, сел рядом, включил его, начал открывать нужные программы.

Вдруг Рита почувствовала, как за болью и отчаянием откуда-то из глубины начала подниматься очень мощная волна. Светлая, заполняющая собой всё. Не имеющая ограничений. Ни во времени, ни в пространстве. Ибо она сама была тем, что создало время и пространство.

И еле слышный голос: «Веди его этим»…

Волна стала наполнять всё вокруг. Даже Джон встрепенулся, словно что-то услышал.

Девушка просто следовала тому, что внутри неё действовало. Оно было настолько очищающим, дающим надежду и при этом одновременно тонким, что нужно было его удержать. Но откуда-то знала, что если удержит, если будет внутри наполнять и звать этим Брэта, он дойдет живым.

***

– Рита молодец, – улыбнулся Анхель.

– Хорош уже. Говори.

– Я не спасу Брэта.

Сердце дяди чуть не остановилось.

– Рита может спасти. У неё очень сильный посыл сейчас ко всей Вселенной, к Творцу. Я могу лишь присоединиться к её молитве. Ты со мной?

– Ты шаман, а я атеист.

– Значит, Бог особенно будет нам рад, – это было сказано с такой тёплой и успокаивающей уверенностью, что дядя кивнул и сел рядом.

Глава 4

– Готов?

– Да.

– Это твой последний день, Брэт. Я не знаю, как он закончится. Но пусть это будет достойно.

– Откуда такая щедрость?

– Ты сильный противник. Твоё поражение должно быть соответствующим.

– Ты даже не допускаешь мысли проиграть?

– Я допускаю, что ты можешь выжить. Но, поверь мне, это далеко не победа. Давай. У тебя один час.

Агент ФБР сжал ржавую ручку двери бункера. За ней – бой. Их двоих. Рита – просто зритель, который будет увеличивать эмоциональный накал, придавать всему происходящему особую остроту.

Тёмный коридор встретил Брэта тусклыми лампами, которые едва очерчивали предметы на полу. Конечно, никаких мин не увидишь и при обычном свете. Но с ним было бы спокойнее.

Рита отгоняла от себя все мысли. То новое и странное ощущение силы и чего-то ещё, которые наполнили её, – мозг требовал немедленных объяснений и пытался подобрать хоть какую-то папку из архива прежнего опыта. Но не подходила ни одна.

Непонятная и наполняющая связь с Брэтом… Как будто девушке дали сейчас полномочия ему помочь. Она не знает, куда нужно наступать, чтобы избежать взрыва. Но через неё струится особый свет, который и будет вести. Мозг, это За пределами твоих пониманий. Не мешай сейчас…

Джон с горящими глазами смотрел на монитор ноутбука. Он видел там самую прекрасную картину, о которой очень долго мечтал.

– Буду гостеприимным. В этом коридоре держись левой стены. Так же, как ты идёшь сейчас.

Брэт посмотрел по сторонам. Он знал, что тут есть камеры ночного видения, но при таком освещении их не разглядеть. И продолжил путь.

Следующая комната – это склад мебели, где всё валялось так, словно великан в спешке искал что-то: раскиданные столы, шкафы и стулья в таком хаосе, что свободного пола для передвижений почти не было.

– Судя по тому, как ты уверенно прошёл коридор, ты можешь знать, где мины. Я прав?

– Ты забыл, кто я? – усмехнулся агент.

– Нет. Поэтому здесь я добавил своих. Рита тоже видит тебя. Так что если наступишь, взорвись, пожалуйста, эпично.

Что-то смутило Джона. Он обернулся к девушке. И ему не понравился её взгляд. Там не было страха, слёз, отчаяния. Всего того, на что он так рассчитывал и чем собирался наслаждаться по эту сторону экрана. Было что-то такое, что захотелось тут же прекратить. Мужчина больно сжал пальцами подбородок Риты и повернул к себе.

– Что ты делаешь?

– Смотрю, – немного отстранённый голос. Не та интонация, которая должна быть.

Огонь в серых глазах стал холодным, проникающим, казалось, до самой души. Но то, что чувствовала внутри Рита, было сильнее возможностей человека. Туда не проникнуть.

И Джон это понял.

– Ну, хорошо, – он сжал зубы и быстро что-то набрал на клавиатуре, нажал на «ввод». Лампы во второй комнате погасли. Чёрный экран словно что-то оборвал. Как сложно поверить в то, чего не видят обычные глаза. Как сложно сохранить особую тонкую связь с человеком, когда его не видно. Но Рите показалось, что она услышала где-то вдалеке голоса двух мужчин. Их шепот. Один вроде бы знаком. И тут же пришло ощущение «ты не одна». Это было как поддержка, как рука помощи. Тьма на мониторе теперь больше ничего не значила.

– Как ты там? – обратился мужчина к чёрному экрану.

– Прекрасно, – в руке Брэта зажёгся фонарик.

Не надо было забывать, что это не просто сильный противник. Это опытный агент ФБР, который только выглядит кротким и послушным. Льва можно запереть в клетку, но сделать из него смиренную овечку – вряд ли.

Луч света как будто вёл парня. Он тоже решил отправить свой мозг в небольшой отпуск, потому что думать сейчас, где и что спрятано – будет больше паники, чем толку. Пусть лучше ведёт интуиция или что там…

Через несколько минут, которые в своей пронзительной тишине казались сжатой вечностью, послышался раздирающий душу скрип двери. Вторая комната пройдена.

– Оу, – выдохнул Джон. Снова пальцы пробежали по клавишам. Пара лампочек в третьем зале нехотя заморгали, будто просыпаясь от крепкого сна и недовольно гудя, осветили помещение. Операционная. Белая плита на стенах, стеллажи с пыльными стеклами, внутри которых ещё оставались какие-то банки, коробки, инструменты. Больше напоминало место для пыток или медицинских экспериментов.

– Мы закончили с минами, – весело сказал мужчина. – Видишь впереди дверь? Слева стоит небольшой стол. Там два стакана. Белый и черный. Тебе туда.

Брэт уже заметил этот стол со стаканами. Как удивительно устроен человек: он только что шёл рядом с минами, мог умереть. И первая ясная мысль, которая приходит в голову – как странно, что он никогда не видел чёрного пластикового стакана.

– Это два твоих финала. В одном – сыворотка правды. Ты не сможешь врать, и мы поговорим по душам столько, сколько будет нужно. И потом ты встретишь свой последний закат. Я сделаю это быстро. В другом – яд, который подействует примерно через полчаса. Он парализует тебя. Ты будешь слышать, дышать, видеть, чувствовать боль, но не сможешь пошевелиться. А будет больно, это я тебе обещаю. На вкус любой из этих вариантов как вода. Так что выпив, ты не будешь знать, что именно. Полчаса точно. Знать буду только я. И не думай, что в черном стакане смерть, а в белом правда. Хотя выбирать тебе.

Брэт быстро выпил из чёрного и направился к двери, попутно пнув ногой какой-то металлический бак.

Джон усмехнулся. Видеть, как противник нервничает, теряет контроль над ситуацией – это так умиротворяет.

Рите показалось, что Брэт вошёл не в комнату, в которой они сидели, а куда-то очень глубоко, прямо в душу. И было не понятно, приятно это или не очень.

Джон жестом радушного хозяина показал на стул, стоявший по другую сторону стола, напротив девушки. Агент сел. Просто идти по течению сейчас, реагировать по обстоятельствам.

– Поздравляю. Я рад, что ты здесь. Думаю, вам обоим есть, о чём поговорить на прощание. У каждого из вас есть тайны, которые вы зарыли так глубоко, что даже почти сами себя убедили, что их нет.

– Ты о чём?

Оскорбления, унижения, торжество победы, пытки – Брэт ожидал чего-то подобно. Но к такому психологическому повороту оказался не готов.

И, конечно, это было замечено.

– Вот с тебя и начнём.

Лицо Джона, который сел посередине двух напрягшихся будущих собеседников, стало сосредоточенным. Ни злости, ни ненависти.

– В чём ты никогда не признаешься. Помнишь этот вопрос?

Только не это…

– Давай, скажи ей. Другого времени у тебя не будет.

– Нет.

– Сыворотка могла ещё не подействовать. Это если ты выпил – её. Будем ждать или ты начнёшь?

Агент сжал зубы. Тяжёлая тема. С ней он просыпался и засыпал уже много лет.

– Я помогу. Ты до сих пор жалеешь, что не попытался спасти родителей в той аварии. Я прав?

– Да…

– Рита, ты никогда не думала, почему он держит дистанцию с тобой?

– Причем тут это? – возмутился Брэт.

– Джон, о чём ты говоришь? – Рите тоже был неприятен данный разговор.

Мужчина почувствовал себя пастором, который находится между двух исповедей.

– Брэт, ты ведь логически понимаешь, что тогда был ещё ребёнком. И помочь родителям не мог. Ты спас того, кого был в состоянии дотащить. Вы не пробовали сложить два и два? У Риты погибла мама. Автокатастрофа. У тебя оба родителя. Автокатастрофа. Ты спас девочку. Она была без сознания. Поэтому ты её видел, а она тебя – нет. Когда ты пришёл к нам в школу, ты её узнал. Но так и не выдал себя. До сих пор. Скажи ей теперь в лицо – почему.

Рита, казалось, перестала дышать. Вся картинка мира, всё её детство перестраивалось заново. В голове был кавардак.

– Потому что я винил тебя, – агент нашёл в себе смелость посмотреть на этой фразе в глаза девушки. – Я знаю, что это глупо, и что ты не виновата. Никто не виноват. Но я ничего не могу с собой поделать. Прости…

Кавардак накрылся каким-то мягким и липким туманом. Не понятно, что сказать в ответ, как реагировать. Что делать. Как быть.

– Ну, вот видишь, это оказалось не так сложно произнести. Хотя, возможно, это подействовала сыворотка правды. Теперь ты, Рита. Почему ты переехала так быстро в Нью-Йорк? Почему так быстро устроилась здесь в балетную школу?

– Я хорошо танцую.

– Спрошу иначе. Почему со всем этим тебе помог дядя Джон? От чего ты убегала?

Брэт не знал ответа. Да и не задумывался никогда над этим. Как-то было само собой, что дядя помог. Но по тому, как Рита вжалась в стул, понял, что скрыто за этим нечто серьёзное.

– Видимо, тебе тоже надо помогать. Давай начнём с того вечера, когда ты осталась ночевать у Брэта. Он был на соревнованиях, и времени всё обсудить с дядей у вас было предостаточно. Это ты его попросила ничего не говорить Брэту, верно?

– Да, – ком подступал к горлу, но действительно хватит уже этих секретов. Слишком тяжело их хранить. – После гибели мамы отец снова начал пить. И он винил меня. Он напивался, кричал. Днём это был хороший полицейский, а вечером он превращался в тирана.

Теперь липкий туман начал тянуться своими холодными щупальцами и к Брэту.

– Он тебя бил? – не выдержал агент.

– Нет, – ответил Джон.

– А ты-то откуда знаешь? – тоже мне хранитель чужих тайн, в которые его никто не пускал.

– Потому что её отец работал с моим. И пили они вместе. Я слушал, что рассказывал мой отец потом. И они меня пару раз брали в с собой, чтобы засватать, верно, Рита?

– Это была игра. А они были пьяными.

– Ты могла сказать нет. Тебя никто не заставлял. Ты очень понравилась моему отцу, это была его идея.

Слёзы у девушки вдруг потекли таким потоком, что мужчины начали догадываться о его причине.

– Мой отец…, – Джону сложно было это произносить, – он что-то делал с тобой?

– Он не успел. Я сбежала тогда к Брэту. Они оба начали, но не успели. Я сказала, что мне нужно спуститься в душ и переодеться. Я улыбалась им, как могла, чтобы они ничего не заподозрили. Они были очень пьяные. Отец утром ничего не помнил. И я тоже сделала для себя вид, что ничего не было.

Больше никто не знал, что сказать. Тишина была полна вопросов, паники, боли и переосмысливания многих вещей. Но глухой звук её прервал.

Тело Брэта упало на пол. Он больше не мог пошевелиться.

Джон встал рядом с ним на колени.

Уже не та радость, которую он планировал. Откровенный разговор повернул в неожиданное русло. Хотел задеть этих двух, но оказался втянут сам. Это совсем другое, чем наблюдать со стороны.

– Видишь, всё-таки сыворотка нам не понадобилась, – грустно улыбнулся мужчина, проверяя цепким взглядом, есть ли хоть какие-то движения в теле агента. Но их уже почти не осталось. Даже взгляд его стал терять свою осмысленность. – Интересно, можешь ли ты сейчас думать? Я уже этого не узнаю. Потому что ты не сможешь ответить. Я обещал, что будет больно. Но, по-моему, мы тут все получили по полной.

Сколько лет Джон мечтал вот так стоять победителем над этим красавчиком. Успешным агентом ФБР, тем, кто видел Риту каждый день.

Рука сама дернулась, и кулак въехал в челюсть парня.

– Ничего не предвещало, да? – последнее, что услышал Брэт, отключаясь от этого мира.

Глава 5

– Ты чудо, – красивый вид с небоскреба Нью-Йорка плавно заменился на палату и лицо дяди Джона. Он улыбался так, будто увидел только что рождение младенца.

– Спасибо, – прошептал Брэт, уже догадываясь, что это не совсем комплимент.

– Ты не понимаешь. Пока мы тебя нашли, а это несколько часов, и то, что было в твоей крови, врачи говорят, что человек не может выжить после этого.

– А кто сказал, что я человек? – усмехнулся в ответ племянник. – Вы нашли Риту?

– Есть хорошая новость и новость «смотря с какой стороны посмотреть». С какой начать?

Почему-то вспомнился тёплый рассвет на крыше. Небоскрёб…

– Мы можем тут подняться на крышу?

– Конечно. Но зачем?

– Я видел сон. Там был Джон. Я не помню деталей, но там было что-то неоднозначное. Теперь я понимаю, что в реальности это будешь ты. И что это должно быть на крыше.

– Как скажешь.

Видя, как племянник уверенно двигается и идёт рядом, мужчина не выдержал.

– Хорошую новость я скажу прямо сейчас. Ты здоров. Врачи просят тебя остаться для обследований, но я знаю, что ты бы возражал, поэтому после пары звонков интерес к тебе угас, и мы можем ехать домой. Вторую новость, я помню, – на крыше…

Вид там действительно был очень красивый. Только не рассвет, как во сне, а закат. Неужели всё будет наоборот?

– Ты готов? – дядю уже тяготило это откладывание момента.

– Да.

– Хорошо. Я сейчас покажу тебе видео. Просто смотри.

Он развернул экран телефона к племяннику и включил. Там была Рита. Спокойная, довольная, улыбающаяся. И на заднем фоне стоял Джон, который так же спокойно делал им кофе. Домашняя атмосфера. Пара, которая наконец-то решила быть вместе.

– Привет, Брэт. Я очень рада, что ты выжил. Я бы сошла с ума, если бы… Но ты жив и это главное. И я рада, что мы смогли поговорить. Пусть и при таких обстоятельствах. Ты мой лучший друг. И пусть Джону не понравится, что я это говорю. Но это так. Ты мне дорог и важен. И я люблю тебя. Как друга. Я не была пленницей. Я просто выбрала Джона. Не потому что когда-то сказала да. Это мой выбор в настоящем. Он не подарок, но ведь у всех есть свои скелеты в шкафу. Он отвезёт меня в дом, о котором я когда-то мечтала, который будет в лесу, рядом с морем. И я буду выходить на берег с чашкой горячего кофе, буду считать белых овечек, дышать этим солёным воздухом и жить дальше. И ты живи. Пожалуйста. Мне важно знать, что у тебя будет всё хорошо. Я уверена, что ты встретишь достойную и красивую девушку. Ты этого заслуживаешь. Будь счастлив, Брэт.

И тёплая, спокойная улыбка на прощание…

– Мы смотрели это много раз, показывали разным специалистам. Никто не заметил, чтобы она говорила под препаратами или гипнозом или под угрозами. Похоже, всё не так, как мы думали, – дядя впился глазами в племянника, не зная, как тот среагирует. И был готов ко всему: от истерики до попыток сброситься с небоскреба.

То, что Брэт засмеялся, повергло опытного агента в культурный шок.

– Как-то на кухне Рита попросила меня научить её стрелять, – начал он, – я согласился. И ответил, что если ей будет нужна помощь, то лучше я выстрелю сам. А если она не сможет попросить у меня помощи напрямую, то пусть скажет про белых овечек.

Казалось, дядя Джона увидел ещё одно рождение младенца и готов был упасть в обморок от переизбытка чувств. Но достал вместо этого сигарету.

– Я найду её. Любой ценой.

– Да, я знаю. И я готов помогать тебе в этом. Ты отличный агент, ты сделаешь всё, как надо.

– Я не агент. Я идиот. Почему чтобы проснулась настоящая любовь, мы должны были пройти через всё это? Почему я понял это только сейчас?

– Потому что иногда только боль и потеря могут разбудить наше сердце. Но главное, что оно у тебя проснулось.

Брэт улыбнулся в ответ и посмотрел на небо. Облака, словно белые овечки, спешили вместе с ветром по своим делам, а уходящее солнце окрашивало их в багряно-кровавый цвет…

ЧАСТЬ I I

Глава 6

Несколько расстроенных испанских студентов решили выпросить у преподавателя высокие оценки и устроили концерт под его окнами. Каждый пел, как умел, играл, как получалось. Но старались все. И это, безусловно, можно было оценить, если бы не три часа ночи. Жители других этажей по очереди оценивали исполняемые шедевры, крича из своих окон комплименты артистам. Студенты начали петь ещё громче, ибо не для соседей были их старания.

Преподаватель понимал, что ничем хорошим это выступление для него не закончился и тайком вышел через заднюю дверь. Один из студентов заметил попытку бегства, махнул рукой остальным, и вся поюще-орущая толпа побежала за ним. Рите очень хотелось, чтобы они его уже догнали, наконец, и перестали петь. Хватит так петь. Пожалуйста.

Это сон? Да…

Девушка открыла глаза. Просторная комната, у окна курил Джон. Никаких преподавателей. Как хорошо. Но несчастные завывания вдруг продолжись наяву. Казалось, ещё с большим рвением и где-то совсем рядом, на улице.

Мужчина словно почувствовал на себе вопросительный взгляд, обернулся, подошёл.

– Прости, это Мексика, – улыбнулся он. – Наш красивый дом на берегу леса откладывается на пару дней.

– Что мы тут делаем? – Рита села на кровати.

– Мне нужно решить кое-что по работе перед отъездом. Мы в доме моего друга и компаньона Рикардо, – реакция девушки на фальшивые звуки из окна была замечена. – Кажется, тебе тут уже нравится.

– Если твои дела это научиться петь лучше, чем они, то мы тут надолго.

– У меня другие таланты, – усмехнулся Джон. То ли эротические фантазии заискрили в его глазах, то ли одно из двух. Хотя, надо отдать ему должное, он умел держать себя в руках.

Мужчина протянул со стула белый махровый халат.

– Душ в конце комнаты, переоденься и спускайся вниз, там как раз обед, – и вышел.

Рита почувствовала себя приглашенной актрисой в чужом мексиканском сериале. Она помнила, что заснула в гостиничном номере в Нью-Йорке. А теперь вот это. Что делать, что будет, какой сценарий – неизвестно ничего. Известен только оригинальный саундтрек, от которого должны спасти журчание воды и закрытая дверь…

Когда девушка вышла, её ласково обняла тишина. Студентов разогнали. Или преподаватель сдался-таки. Теперь можно знакомиться с режиссёром этого дома.

Аромат жареных чесночных колбасок, пряных специй и громкие разговоры – вот она кухня.

Джон стоял к входу спиной, за столом сидел полный и важный мужчина, который что-то рассказывал, эмоционально размахивая руками. Стройная мексиканка накладывала ему в тарелку еду. Он увидел подошедшую Риту и зацокал:

– Какая конфетка.

Мексиканка решила, что комплимент ей, с улыбкой посмотрела на мужчину, но увидела, что он смотрит сквозь неё куда-то вдаль. В ту даль, которая называлась драной кошкой в белом халате.

– Проходи, – пригласил Джон. – Это Рикардо. Хозяин дома, который любезно разрешил нам тут пожить.

Девушка кивнула в знак знакомства.

– Альба, – обратился Рикардо к мексиканке, – поухаживай за нашей гостьей. Всё самое лучшее для наших гостей.

Та подошла с подносом, на котором стояли тарелки, наполненные колбасой и овощами, поставила его рядом и так старательно неловко зацепила рукой красный соус, что он пролился точно на халат Риты. Никто не заметил, как сверкнули довольные глаза служанки, когда она лишь на секунду встретилась взглядом с девушкой. Обе поняли, это война. Только причины нападения для Риты были пока не понятны.

– Простите, сеньор, – Альба виновато склонила голову перед хозяином дома.

– Исчезни отсюда! – казалось, сейчас что-то взорвётся на столе от этого напряжения. – Хотя нет. Джон, ты в этом лучше разбираешься, у них одинаковый размер?

– Да, – единственный, кого забавляло происходящее.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.