Нариман Туребаев
Собаки тоже умеют летать

– Барсик! Барсик! Пойдем!

Надо идти. Уф. Она хорошая, моя мама. И терпеливая. Сейчас еще покричит и успокоится. Она привыкла. Желтая листва намокла от ночного дождя, и так противно прилипает к ногам и рукам. Да и бог с ней, приду домой, она меня отмоет. Она хорошая. А я еще постою. Интересно, это та же птичка или другая? Вчерашняя была чуть светлее. Да и пищала немного по-другому. Эта издает короткие то ли стоны, то ли вздохи, а потом долго молчит. И одним глазом иногда косит на меня. Мне до нее не добраться. Раньше бы я попрыгал вокруг дерева, но сейчас я тяжел, и кости уже побаливают. И мама стала говорить со мной, будто утешает меня, будто я болен, и мало на что пригоден. Кто знает, может, действительно я болен. Но пока этого не чувствую. Просто много сплю.

Птичка перепрыгнула на ветку ниже. Смотрит на меня уже пристально, будто изучает. Занятный экземпляр, думает, наверное – обвислые длинные уши с сединой, морда печальней некуда. Не знает, что именно из-за этого вечно горестного выражения моего лица я с детства получаю вкусности и ласку даже от незнакомцев. Жалеют. Порода у нас такая – мне кажется, что те первые, от кого мы пошли, крайне бедствовали и испытывали непомерную боль, от того наши лица так полны грусти. Многовековой, я полагаю. Птичка все ещё смотрит. Рванул порыв сильного ветра, и мои уши заколыхались, временами закрывая глаза. Птичка снова пищит, очень долго и громко, словно смеётся. А ветер взорвал горку листвы неподалеку, которую зачем-то собирают и увозят куда-то люди в желтом, и теперь маленький вихрь черно-желтых листков кружит вокруг нашего с птичкой дерева. Мама больше не покрикивает, сидит на скамейке, склонив голову. Заснула – чем-то похожа она на меня, прошла ее былая веселость, и светлых волос на ее черных с блеском волосах становится все больше. Ветер не собирается утихать, пробирая своим холодом даже сквозь мою густую волнистую шерсть. Я оглядываюсь – никого из людей нет, машины молчат, и собаки из свободных попрятались. Интересно, как они без мам и пап, эти свободные? Кто их кормит? Кто их гладит, купает? Сейчас даже скучаю по их крикам злобы и зависти к нам, родившимся в своих семьях. А птичка опять то ли пищит, то ли вздыхает, сидит, наклонив свой клюв ко мне. Глядит то одним глазом, то другим. Кажется, зовет меня. Но куда? Уши мои по-прежнему колыхаются.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.