Инга Самойлова
Моховой агат для Серого

_1

Сергей

Фуршет по завершению симпозиума экономистов подходил к концу. Не скажу, что мне нравятся подобные командировки, в которые меня отправляет фирма. Не любитель я заумных выступлений и бестолковых заседаний. Просто здесь можно завязать необходимые для бизнеса знакомства, связи. Благо, что симпозиум и фуршет, как и расселение участников, проходили в одном отеле.

Мой личный бонус всех этих командировок – холеные успешные дамочки, согласные провести со мной одну, ни к чему не обязывающую, ночь. Вот и сейчас дело на мази: стоим на балконе, выкуриваю сигаретку, меня хвалит за выступление с докладом питерский профессор, интересуется моими практическими наработками по теме, я поддерживаю разговор, а сам думаю о рядом стоящей блондинке – преуспевающей бизнесвумен. Она скучающе держит меня под руку, а сама уже готова подняться со мною в номер. Да я и сам предвкушаю жаркий секс…

Если бы не этот шум возле бассейна. Прямо под балконом. И знакомый голос. Агата.

Оборачиваюсь на шум, как и все присутствующие. Вижу странное трио: Агата, ее муж и незнакомая шатенка. Не могу понять, что там между ними происходит, но Агата в полном шоке. Муж Агаты – «Виталик», похож на загнанного в угол барана: пялится то на одну, то на другую. Виновато что-то блеет. Шатенка рвет и мечет, а Агата превратилась в соляной столб. И этого понять я не могу. Где та буйная Агата, что я знаю? Разве не она сейчас должна шуметь, а не эта сумасшедшая шатенка? Кто из них жена, в конце концов? Женщины будто местами поменялись. Виталик берет шатенку за руку, в сторону ведет, а та вырывается, подбегает к Агате и ее толкает. Рыжая падает в воду, вижу, что всплывает и гребет к бортику. Вздыхаю. Отлепляю от себя блондинку и иду к Агате. Не хочу, но должен. Агата лучшая подруга Авроры, жены моего друга и компаньона Егора Орлова. Если узнают, что я был здесь и не помог, поедом съедят. А оно мне надо? Что же, походу секса мне сегодня не видать. От этой Агаты всегда одни обломы и испорченные нервные клетки. Спускаюсь по лестнице в сторону бассейна и уже вижу, что Агата выбралась из воды и стоит вся мокрая, трясется от холода. А ее легкое шифоновое платье намокло и теперь стало практически прозрачным, облепляя ее тонкую фигурку, небольшие груди и упругий зад. Соски просвечивают, и будто голая стоит. И мой парень в штанах реагирует на нее. Эй, ты чего, она не в моем вкусе! Рыжая Агата не вписывается в мои стандарты красоты. Оглядываюсь и с неприязнью вижу, как все мужики пялятся на нее и пускают слюни. На ходу скидываю пиджак, приближаюсь к ней и набрасываю на ее хрупкие плечи. Агата поднимает на меня глаза, и я вижу, она молча плачет. Невольно подмечаю миндалевидные, золотисто карие глаза.

– Нужно снять платье, – говорю Агате. – Прямо сейчас. А то замерзнешь.

Она моргает. Темные пушистые ресницы – опахала. Свои, не чудеса салона красоты. Почему не замечал?

Наконец до нее доходит, о чем я говорю. Тянется рукой к завязке на шее. Но справится не может. Руки дрожат. Помогаю: тяну за узел, распускаю его, а затем одной рукой сдергиваю с нее платье прямо под пиджаком. Оно мокрой тряпкой падает к ее ногам. Агата переступает и теперь так и стоит в пиджаке и в мокрых на высоких шпильках босоножках. А ничего, красивые ножки! Наклоняюсь, поднимаю ее сумочку и платье. Еще ближе вижу ее ноги. И мой боец опять реагирует на нее. Выпрямляюсь и быстро перевожу взгляд выше… Хм… И еще выше. Потемневшие от воды медные волосы тяжелыми прядями лежат на ее плечах.

– Пойдем, – подхватываю ее под локоть и увожу отсюда.

_2

Агата

Боже! Какой же я оказалась наивной дурой! А еще юрист!

Виталик вновь был в командировке. В этот раз его пригласили на симпозиум экономистов. А я решила сделать ему сюрприз. Собрала сумку и примчалась в Питер. Вырядилась в элегантное шифоновое платье, сделала укладку. Явилась прямо в отель, где проходил вечер, и где, как я предполагала, остановился мой муж. Вот тут я увидела, что он не один. С ним была шатенка. По округлому животу, который не скрывало платье, беременная. Скорее всего месяца четыре. Не пойму, почему такие дурацкие мысли бродят в голове в такие сложные тяжелые моменты?

Подхожу к ним. А у Виталика паника, когда он меня видит. Шатенка на меня шипит.

– Виталик, что все это значит? – задаю вопрос.

– Виталик? – пищит она. – Не смей называть моего мужа Виталиком, шлюха!

– В смысле «мужа»? – не понимаю, что происходит. – Он мой муж! Виталик?

– Агата, вот моя жена, – блеет. Сволочь!

– В смысле жена?! А кто тогда я?

– Ты что, тупая? Я его жена! У нас скоро будет третий ребенок! Поняла?

– Это что, шутка какая-то злая?

Голова идет кругом.

А Виталик шепчет:

– Агата, мы с тобой не женаты. Прости!

– Прости?

– Я потом тебе все объясню.

– Нет, объяснись сейчас же!

– Не могу. Я должен позаботиться об Ане.

Уводит ее, а это безумная меня толкает. Лечу в бассейн, окунаюсь с головой в воду. Холодно! Ужасно. Выбираюсь из воды, стою, никого не замечаю. Разве это все может быть правдой? Может быть, я умерла и попала в ад?

В этот момент на мои плечи опускается пиджак, поднимаю глаза и вижу, я и правда – в аду. Передо мной Сергеев Сергей Сергеевич. Серый.

Сергей

Увожу Агату от любопытных глаз и мечтаю сбагрить ее скорей.

– Послушай, где ты остановилась?

Отвечает вяло:

– Нигде.

Раздраженно повожу подбородком. Да чтоб тебя! Знаю, что из-за симпозиума в отеле уже несколько дней нет свободных мест.

Говорю:

– Пойдем.

Провожу в отель, веду в свой номер.

За что мне это? С Агатой мы практически не знакомы. Виделись всего несколько раз, и всегда общение заканчивалось словесной потасовкой. А для меня еще и срывом секса.

Кидаю ее мокрое платье и сумку на столик, прохожу к мини-бару. Агата молча оседает на диван. Наливаю выпить себе и ей. Рыжая пьет залпом. Не хило! Наливаю ей еще.

Она повторяет. Давится и начинает кашлять. Стучу ладонью по ее спине.

– Убери руки! – шипит.

Холера! Зато, походу, пришла в себя немного.

– Ну вот, очнулась, – произношу и отхожу от нее подальше. Просто пахнет вкусно. А я ведь хищник… – Позвонишь Авроре? Подруга как-никак.

Отрицательно качает головой:

– Нет, не буду. Она беременна, ты в своем уме?

Начинаю раздражаться. Как же она меня выводит!

Отпиваю из бокала, подхожу к окну. Огни города сверкают в ночи повсеместно.

Молчим. Оглядываюсь на нее. Смотрит в одну точку, а на лице эмоции меняются одна за другой. Снова поворачиваюсь к окну и делаю глоток.

А потом слышу:

– Сергеев, выполнишь мою просьбу?

Да неужели? Просить что-то собралась? Даже интересно.

– Какую?

И от ее ответа офигеваю…

Агата

Сергеев заводит меня в свой номер, сажусь на диван. А голову не покидают мысли о Виталике: «Как он мог? Мне не муж? Но я выходила замуж! Есть свидетели, в конце концов!»

Сергеев протягивает бокал, и я залпом выпиваю.

«Так вот почему у нас нет свадебных фотографий! А он сказал, что у фотографа фотоаппарат сломался. Получается, Виталик двоеженец? И он обманывал меня два года! Да я его убью! Нет, я засужу его. Клянусь!»

Сергеев приносит еще алкоголя, и я пью. Попадает не в то горло, кашляю, и он бьет по спине. А мне вообще не до него. Думаю о муже!

«Козел, предатель! Ненавижу!»

– Убери руки! – шиплю.

– Ну вот, очнулась, – произносит и отходит к окну. Пьет свой алкоголь.

А я чувствую от предательства псевдомужа боль – невыносимую, давящую изнутри.

– Позвонишь Авроре? Подруга как-никак, – предлагает Сергеев.

И меня выводит этот бабник. Он что, реально не понимает такие вещи?

– Нет, не буду. Она беременна, ты в своем уме?

Раздражается, а мне плевать. Мне нет до него дела! Как же тяжело! Хочу забыться. Выбить из себя эти сладкие минуты совместной жизни с мужем… Нет, не мужем! Боже! Как мне быть? Смотрю, а глаза невольно задерживаются на фигуре Сергеева. Стройный, длинные ноги, широкие плечи. Этакий породистый образец самца…И меня клинит:

– Сергеев, выполнишь мою просьбу?

Он пренебрежительно фыркает, но все же произносит:

– Какую?

– Хочу секса. На одну ночь. Без обязательств.

А он впадает в ступор. Медленно поворачивается ко мне. Смотрит. С недоверием, но интересом. Молчит.

А я не умею отступать. Встаю, подхожу к нему. Высокий. И смотрит своими блядскими зелеными глазами на меня. Но не двигается с места.

Веду плечами, и пиджак падает у моих ног. Пусть сколько хочет делает вид, что безразличен, но я же вижу – возбужден.

– Не пожалеешь? – интересуется.

– Нет, не пожалею.

– Хорошо. – Сергеев ставит бокал на подоконник. Подходит ко мне ближе. Грубо притягивает к себе, наклоняется к моему рту. Еще какое-то время смотрит в мои глаза, а я смотрю в его.

Сергей

– Хочу секса. На одну ночь. Без обязательств, – слышу от Агаты слова, которые вообще не ожидаю.

Поворачиваюсь. Смотрю. А она подходит, скидывает пиджак и остается только в стрингах. И вот как после этого откажешь? Да никогда!

– Не пожалеешь? – интересуюсь, хотя мне все равно – пусть жалеет, только потом.

– Нет, не пожалею.

Медленно ставлю бокал на подоконник. Э, рыжая, ты даже не представляешь, на что ты подписалась. Подхожу к ней ближе, грубо притягиваю к себе, наклоняюсь к ее губам. Вижу, как расширились зрачки в ее глазах. Усмехаюсь:

– Я буду грубо тебя трахать до утра.

С вызовом отвечает:

– Трахай. Только обещаешь.

Накрываю ее скандальный рот губами, сминаю. Напросилась, рыжая…

_3

Агата

Утро застает меня в чужой постели и с охрененным в сексе мужиком.

«Блин…» – мысленно скулю и тихонечко сползаю с кровати. Ноги не держат от ночных упражнений, но встаю. А на полу вижу использованные презервативы. Вспыхиваю от воспоминаний…

Ретируюсь в ванную, встаю под душ. Внизу по-прежнему томительно-сладко ноет, и мешает думать. «Нет, всё, пора и ЧЕСТЬ знать! Нужно тихонечко валить».

Выбираюсь из душевой, вытираюсь, надеваю безразмерный халат, выхожу. И понимаю:

«Валить не надо – без меня уже свалили».

Сергеева в номере нет. Успел даже презервативы использованные убрать.

Нахожу свое сырое платье, вздыхаю. Такое не наденешь! Нужно как-то добираться до камеры хранения, где оставила сумку.

«Вот я дура! Когда такое размягчение мозга произошло?» Подумала о Виталике, и сердце защемило… Больно от предательства, от обмана больно! Какая-то потусторонняя реальность…

Стараюсь взять себя в руки, успокоиться.

Прохожу к входной двери, а она заперта снаружи.

«Сергеев меня запер, что ли? Да он охренел!»

Пока решаю, что делать, дверь открывается, и появляется он. С моей дорожной сумкой. Видит меня, кидает у моих ног сумку.

Молча забираю, даже не спрашиваю, как он ее получил. Достаю, что надеть: белье, джинсы и рубашку.

Ухожу в спальню.

Он заходит следом, опирается плечом о дверной косяк, нагло смотрит, как переодеваюсь.

– Не хочешь напоследок, еще разок?

Меня в жар кидает, раздражаюсь:

– Нет, не желаю!

Хмыкает:

– Зря.

Проходит в комнату, начинает собирать вещи в сумку. Делаем вид, что друг друга не замечаем.

Так и собравшись, выходим из номера и идем по коридору.

И как по иронии судьбы, навстречу идет Виталик. Невольно замедляюсь.

Он смотрит на меня, переводит взгляд на Сергеева.

– А ты уже утешилась, как я посмотрю! – выплевывает он ядовитые слова. – И как тебе трахать мою жену? Отличная давалка?

Боже, и вот этого я любила?! Не успеваю, что-либо сказать, а Сергеев одним ударом бьет Виталика в лицо.

Тот, упав на спину, вопит, хватаясь за разбитый в кровь нос.

– Придурок, ты мне нос сломал!

– Я тебе другой отросток сломаю, если не заткнешься! – предупреждает.

Затем берет меня за локоть:

– Идем.

Проходя мимо, шиплю Виталику в лицо:

– Ненавижу! Поделом тебе!

– Агата! – кричит Виталик. – Агатенок, подожди! Прошу, не уходи!

Останавливаюсь невольно. Не знаю, зачем. Люблю по-прежнему или хочу получить ответы…

Сергеев недовольно поджимает губы:

– Не будь дурой. Не верь этому козлу.

– Может быть, я буду решать сама, что мне делать, – отвечаю раздраженно.

– Как знаешь.

Сергеев разворачивается и уходит. А я с досадой смотрю ему вслед.

– Агата, прости меня, – скулит Виталик. – Я всего такого натворил…

Поворачиваюсь к нему. У него кровь капает из носа.

– Поднимайся. И утрись.

– Платок не найдется? – просит.

Кидаю ему бумажные салфетки, а он гундит в нос:

– Спасибо.

Сергей

Просыпаюсь утром рано от того, что кто-то осторожно сползает с кровати, плюхается на пол, тихонько стонет и на цыпочках идет в душ. И тут до меня доходит: «Точно! Рыжая!» Сна как не бывало. Сажусь на кровати, прокручиваю в голове все, что произошло, а «мой приятель» готов продолжить.

«Твою мать… Так дело не пойдет! Никаких продолжений». Встаю, одеваюсь. Скидываю в коробку использованные кондомы, отношу в мусор. Смотрю на часы, скоро ведь самолет. «А куда девать рыжую? Да еще и без одежды». Роюсь в ее сумке, нахожу квиток – неподалеку камера хранения, в которой она оставила вещи. Отправляюсь за ее одеждой. Трачу на все про все минут двадцать, когда прихожу, застаю ее в гостиничном халате. Вспоминаю, что под ним… Кидаю ей сумку. Она молча поднимает, достает вещи и уходит переодеваться. А я иду следом. Наблюдаю ее «стриптиз».

– Не хочешь напоследок, еще разок? – предлагаю.

Агата раздражённо отвечает:

– Нет, не желаю.

Слегка досадно, но этого и следовало ожидать. Это ведь Агата!

Хмыкаю:

– Зря.

Прохожу в комнату, начинаю собирать вещи. Пора съезжать.

Когда идем по коридору, навстречу топает ее «Виталик». Хамит. И в морду получает.

А она покупается на его лживые слова, остается. Ухожу, ощущая дикую досаду.

«Вот дура! Неужели поверит этому козлу?»

_4

Агата

Выходим из отеля и идем в кафе через дорогу. Виталик сидит напротив, смотрит на меня щенячьими глазами, а я жду объяснений.

– Говори, что хотел, – не выдерживаю я.

– Агата! – тянется ко мне, а я убираю руки и откидываюсь на спинку стула.

Виталик сникает:

– Я знаю, мне нет прощения. Я женат. Но когда я тебя встретил, понял, что ты мне нужна! Ты такая особенная, волшебная… Хотела серьезных отношений, которых я не мог тебе дать.

– Поэтому ты солгал? Чтобы затащить меня в постель? Инсценировал нашу свадьбу? Или реально двоеженец?

– Агата, милая, я не хотел тебя терять! Я планировал развестись с Анной, но так вышло, что она оказалась беременной.

– Оказалась? Беременности месяца четыре, а мы женаты два года! Вот так ты собирался развестись! Как так вышло? – выплевываю я с презрением. Как я ошибалась в нем! Я ведь мечтала завести детей, а он мне говорил, что еще не время…

Встаю.

– Ты омерзителен! Ко мне больше не приближайся! – заявляю, собираясь уходить.

– Что ты намерена делать, Агата? – успевает спросить он.

А я на месте застываю:

– Так вот к чему все это! Суда боишься? Я ведь юрист, помнишь? И да, я тебя засужу.

Он меняется в лице, бледнеет:

– Агата, у меня дети…

Он что, реально думает надавить на жалость?!

Шиплю:

– Почему-то ты о них не вспомнил, когда на мне «женился». Теперь пеняй на себя!

– Что? – не понял.

Вот идиот! Разворачиваюсь и ухожу.

Сергей

В аэропорту меня встречает друг. Орлов выглядит уставшим, не выспавшимся. Темные круги под глазами.

– Вид у тебя неважный. Что-то случилось?

– Случилось, – отвечает. – Пойдем, по дороге расскажу.

Когда выезжаем на дорогу, Егор делится:

– Вчера отцу стало плохо. Инсульт. С Авророй ездили в больницу.

– Ясно, – тяну, хотя не особо ясно. Уже около полутора лет Орлов не общается с родителями из-за того, что они требовали разорвать отношения с Авророй. Егор ушел из отцовской фирмы, и я вместе с ним. Вложились в новый бизнес как партнеры. Получилось. А теперь вот такое…

– Анна Эдуардовна сообщила?

– Да… мама позвонила. Просила приехать, навестить.

– Как он?

– Из реанимации перевели. Нужно время, чтобы восстановиться.

По лицу вижу, что не договаривает что-то.

– Орлов, не томи. Знаю же, что не все.

Он кидает на меня измученный взгляд:

– Почему ты такой проницательный?

– Потому что умный.

Усмехается, потом вздыхает:

– Мама просила меня вернуться и возглавить фирму отца. Я отказался, но Аврора меня переубедила.

– Так, – напрягаюсь. Это я и предполагал. – А наша фирма…

– Я тебе во всем доверяю, Серый.

Агата

В этот же день возвращаюсь домой. Собираю вещи Виталика и отношу на мусорку – порадовать окрестных алкашей. Вызываю слесаря, он приходит поменять замки. И по стечению обстоятельств – ко мне в это же время заявляется Аврора.

– Что случилось? – спрашивает, протискиваясь боком в дверной проем, но все же задевает животом работника ЖКХ. – Простите.

Приветствуя, обнимаю, затем глажу ее большой живот, здороваюсь с будущим крестником:

– Привет, малыш!

А этот маленький бандит толкается в мою ладошку. Выдыхаю:

– Боже, я уже его люблю!

Аврора смеется:

– Он тебя тоже любит!

Проходим в гостиную, усаживаемся на диван, и пока я думаю, как преподнести новость о Виталике, Аврора подмечает:

– У тебя чего-то в интерьере не хватает. Тебя ограбили?

– Эм…, – мычу, не зная, что сказать.

А глаза Авроры вдруг становятся большими:

– Там на улице – вещи твоего мужа?!

– М… да.

– Наконец-то! – Выдает она. – Он мне никогда не нравился. Да я его терпеть не могла!

Неожиданно обижаюсь:

– И ты молчала?

– А что я могла сказать? Это был твой выбор, ты не послушала сначала, а потом я не хотела расстраивать тебя.

– Аврора, если бы ты знала, какой он оказался подлец, – вырывается у меня.

Подруга меня обнимает, кладу ей голову на плечо.

– Расскажешь?

Киваю. И ближайшие полчаса изливаю ей душу.

– Вот он козел! – резюмирует Аврора.

Горько усмехаюсь:

– Не то слово…

– Зато наконец-то ты свободна! У меня уже есть парочка, другая вариантов, с кем тебя стоит познакомить, – принимается за сватовство Аврора.

А я невольно думаю о Сером. Язык, конечно, чешется рассказать подруге, но опасаюсь, что это не лучшая идея. Тем более – это был секс на одну ночь…

Пока подруга не принялась расписывать мне потенциальных женихов, заявляю:

– Нет! В ближайшее время никаких связей. И если ты переживаешь, что я буду страдать, не надо.

– Но…

– О, поверь, меня уже утешили. Я занималась горячим сексом с настоящим мужиком.

Аврора удивленно на меня смотрит, потом кивает в сторону слесаря:

– Что, с ним…

Хохочу:

– Нет, не с ним! Вообще, что за мысли, какие это фильмы ты смотришь…

Теперь смеемся обе.

– Ладно. – Аврора вздыхает и продолжает:

– А у меня новости. Егор возвращается в фирму своего отца.

– В смысле? Как так вышло?

Аврора рассказывает, что произошло с его отцом, а также о встречи с его матерью в больнице.

– Представляешь, она попросила у меня прощение. Интересовалась моей беременностью, кого мы с Егором ждем. Сказала, что хотела бы видеться со своим внуком, когда он родится.

– И ты ей поверила? – возмущаюсь я наглости этой контуженной на всю голову особы.

Аврора вздыхает:

– Верю или не верю, не в этом дело. Егор очень любит свою маму. Я же знаю, как ему было нелегко эти полтора года.

– Он сам не захотел с ними общаться, – напоминаю я. – Не вздумай себя винить.

– Я не виню. Но я хочу, чтобы Егор был абсолютно счастлив. Поэтому, когда Анна Эдуардовна попросила Егора возглавить фирму, я его уговорила. Хотя бы временно, пока не найдет достойного управляющего.

Она помолчала.

– Агата, не откажешь в просьбе? Я знаю, ты подумывала уйти с государственной службы. А у меня есть к тебе потрясающее предложение. Фирме мужа нужен квалифицированный юрист…

Первой моей реакцией на предложение работы было категоричное: «Нет, нет, нет!». Там Сергеев – это не лучшая идея! Но как только я стала отнекиваться, Аврора начала задавать вопросы, и я сдалась…

_5

Сергей

Недели не проходит, а друг выдает мне еще одну досадную новость. Я раздражен:

– Орлов, я говорил о необходимости юриста! А ты? Решил такую свинью подложить?

И тут я слышу злое шипение за спиной:

– Это я-то свинья?!

Застываю. Капец! Агата! Вот откуда она взялась?! Орлов виновато улыбается.

Натягиваю ухмылку, оборачиваюсь:

– Привет, Агата!

Она зло сверлит меня взглядом и заявляет:

– Аврора, я не буду с ним работать.

– Не «с ним», а «на него», – поправляю. – Ты бы работала на меня. В моем подчинении.

Она краснеет. Даже корни волос вспыхивают ярче. Но глаза начинают молнии метать.

Складываю руки на груди. Не нужно ей здесь работать. Тем более, после нашего секса. Если она на обычный тонкий намек так реагирует, то какая может быть продуктивная работа?

– Позволь спросить, это твой фетиш, быть таким козлом?

Ее ехидное замечание бесит:

– О, что ты, это прерогатива твоего мужа!

Наступает тишина. Вот я ляпнул! Агата переводит тревожный взгляд на Аврору, та на мужа, он невиновато разводит руками, а я стою, как будто не при делах.

– Егор, – шипит Аврора на Орлова.

– Я ничего не говорил, – оправдывается тот.

Агата снова сосредотачивается на мне. В глазах читаю, обзывает меня кретином, который чуть нас не спалил перед друзьями.

Решаю отвлечь их от размышлений. Продолжаю:

– По работе – ничего личного, Агата. Предпочитаю иметь дело со специалистами мужского пола.

Она фыркает:

– Сексист, значит.

– Называй, как хочешь.

– Однозначно, я тоже не хочу с тобой работать.

И вот тут раздается ойканье Авроры. Схватившись за живот, она держится за край стола и стонет. Егор подхватывает ее, усаживает на кресло.

Агата тоже переживает. Один я не проявляю действий, значит, чёрствость проявляю.

Вздыхаю.

– Как ты? – спрашивает ее Орлов. Аврора сжимает его руку:

– Нормально. Переволновалась. Агата, Сергей, – обращается она к нам, а в глазах просьба. Твою мать! Шантаж пошел.

Агата прикасается с заботой к ее животу:

– Не нервничай. Успокойся!

Вот доверчивая дуреха!

Орлов сурово смотрит на меня. Сдаюсь.

– Ладно. С испытательным сроком. Но гарантий, что мы сработаемся, я не даю.

Аврора и Егор выдыхают.

– Ладно. Мы уходим, – говорит Орлов, помогая жене подняться. А она предлагает:

– Может быть, чуть позже пообедаем все вместе.

– Нет!

– Нет!

Говорим одновременно с Агатой.

– Ну вот, сошлись во мнении, – оптимистично замечает Орлов. Ухмыляется. – Сработаетесь, я уверен.

***

Спустя неделю Агата приступила к работе. Начались наши с Алфёровой трудовые будни. Сидела она в своей маленькой конторке в другом конце офиса прямо по коридору, а я в своем кабинете большого босса, и каждый был занят в течение дня своим делом. Агата вникала в дела фирмы, ей было не просто, ведь раньше она была юристом на госслужбе, а не в частной фирме, я же управлял и периодически думал, какого лешего я ее взял? Орлов с Авророй подсуетили и, как говорится, свалили за горизонт, а мне отдуваться. Не годилась Агата для такой работы! Только мозолила глаза.

Смотрю на часы, время близится к обеду, и у меня назначена встреча – рандеву с Яной. Будет секс вместо десерта на обед…

Поднимаюсь, поправляю манжеты, застегиваю пиджак, но тут раздается шум, и в кабинет влетает рыжеволосая нечисть.

– В чем дело? – повышаю голос на нее и на секретаря, которая вбегает следом.

– Извините, Сергей Сергеевич, я не успела даже остановить, – оправдывается Татьяна.

Перевожу суровый взгляд на Алферову. А она не думает отступать. Опускает на стол стопку документов:

– Татьяна, выйдите, у нас конфиденциальное дело, – говорит она таким тоном, что позавидовал бы любой управленец.

Секретарь отступает на шаг и неуверенно смотрит на меня.

«Да чтоб тебя!»

– Это не может подождать? – рявкаю на Агату.

– Может или не может, вам решать, как только я объясню суть дела. А дело, по моим меркам, серьезное, – заявляет нахалка.

– Тогда объясните после обеда, – распоряжаюсь, идя на выход.

«Один шум от нее, а толка никакого нету!»

– В фирме крупный подлог, – сообщает она, и я останавливаюсь у входа.

Оборачиваюсь к ней.

– Основания так считать? – задаю вопрос.

– Компании, указанной в документах, нет уже как год. Вот, документы посмотрите, – она кивает на папку, что принесла.

«Подлог – это серьезно. Но можно ли Агате, как эксперту доверять?»

Киваю секретарю:

– Татьяна, идите.

И возвращаюсь к столу.

После ее ухода перехожу с Агатой на «ты».

– Показывай.

Агата раскладывает на столе документы и начинает объяснять. Слушаю внимательно, смотрю документы, и понимаю, что она права.

– У нас еще есть время все переиграть. Я могу связаться с ребятами из службы по финансовым махинациям. Они помогут. Но действовать нужно очень быстро.

Она поворачивается и выжидающе смотрит на меня. И тут осознаю, что стоим мы очень близко. На мгновение подвисаю. Тяну за ворот – галстук давит, отхожу к креслу.

– Да, действуй, – отвечаю. Потом хвалю:

– Ты, молодец, Агата.

Она хмыкает, будто не нуждается в моем одобрении. Поправляет:

– Агата Павловна. И благодарю.

Нахалка! Алферова делает звонок, потом вместе едем в органы решать вопрос. И так до вечера. Обед, конечно, пропустили. А еще я забыл позвонить Яне, не ответил на ее звонки, и она в сообщении меня красочно послала. Ничего, отходчивая. Потом перезвоню…

Слышу, как у Агаты в животе урчит, сам понимаю, что ужасно голоден. Поэтому предлагаю:

– Заедем куда-нибудь, перекусим.

Почему-то сердится:

– Потерплю.

– Как хочешь, – раздражаюсь ее хамству. – До офиса подвести или тоже не надо?

Уточняю, садясь в машину. Она медлит, но понимает, что ее автомобиль на стоянке возле работы, и самое логичное, это доехать со мной.

Садится. Не дожидаясь пока пристегнет ремень, срываю свой спорткар с места. Мчимся молча. До ближайшей пробки. А потом убийственно медленно двигаемся в бесконечном потоке других машин.

Молчим. Алферова роется в сумке, достает шоколадный батончик, шуршит упаковкой и ест, задумчиво пялясь в лобовое стекло.

Раздражает. Не ем шоколад, но голоден настолько, что началось слюноотделение.

– Может прекратишь? – рявкаю на нее.

Агата на меня смотрит с непониманием, затем с пренебрежением:

– С какой стати? Я есть хочу.

– Я тоже. Но не ем же всякий мусор!

Алферова зло щурит глаза:

– Тебе какое дело? И когда это шоколад превратился в мусор? Или злишься от того, что тебе нельзя?

Вот же прозорливая зараза!

Я молчу. Она смотрит на сладость и убирает обратно в сумку. Тяжело вздыхает, а я же наоборот облегченно выдыхаю. Спустя некоторое время произношу:

– Спасибо.

_6

Агата

Весь день кручусь, как белка в колесе. На фирме подлог, и если вовремя не разобраться, то фирма понесет потери. Явно, мой предшественник – юрист решил нагреть на этом руки…

Из здания МВД выходим к вечеру. Обед мы пропустили. А я от голода готова прямо здесь упасть. Сергеев же на выходе сразу утыкается в телефон. Краем глаза замечаю: пропущенные звонки и сообщения от некой Яны. Он хмурится, а потом ухмыляется, зараза!

Отворачиваюсь, а мой живот предательски урчит.

Сергеев заявляет:

– Заедем куда-нибудь, перекусим.

Сквозь зубы цежу:

– Потерплю.

– Как хочешь, – пренебрежительно отвечает и ехидно интересуется. – До офиса подвести или тоже не надо?

Медлю, но понимаю, что мой автомобиль остался на стоянке возле работы, и самое логичное – это доехать с ним.

Сажусь в его спортивный автомобиль, а Сергеев срывает его с места. Только набрали скорость и… застряли в пробке.

Молчим. А я есть хочу! Вспоминаю о завалявшемся в сумке шоколадном батончике. Достаю, надкусываю и жую. Задумчиво смотрю на бесконечную пробку. Надо же было так попасть? Неужели авария?

И тут слышу раздраженное и громогласное:

– Может, прекратишь?

Смотрю с непониманием на Сергеева, на его сердитое лицо, и он меня начинает еще больше раздражать:

– С какой стати? Я есть хочу.

– Я тоже. Но не ем же всякий мусор!

Зло щурю глаза:

– Тебе какое дело? И когда это шоколад превратился в мусор?

А потом догадываюсь, бесится он не спроста! Задаю вопрос:

– Или злишься от того, что тебе нельзя?

Он молчит. Да, и впрямь, нельзя. Смотрю на сладость и убираю обратно в сумку. Тяжело вздыхаю, а он же, наоборот, облегченно выдыхает. Вот же сволочь!

Спустя какое-то время Сергеев произносит:

– Спасибо.

Раздраженно отвечаю:

– Нужно мне твое спасибо! И вообще, я хочу выйти.

– Ты обалдела? Сиди.

Затем утыкается в телефон. Делает заказ. И через пятнадцать минут в автомобиль стучат. Доставка пиццы. Расплачивается, забирает.

– Ну что, давай поедим?

Знает, зараза, чем соблазнить!

Едим. Поглядываю на него. Почему же он такой красивый? Чисто мужская красота. Как ни крути, Аполлон русского разлива… Вот поэтому, нахал и бабник.

– О чем думаешь? – задает вопрос.

«Ну вот, допялилась!» – сама себя ругаю.

– Да так, ни о чем, – перевожу взгляд на кусок пиццы, вздыхаю.

– Ты пялилась на меня, – заявляет самовлюбленный Дон Жуан.

А его уверенность в правоте раздражает!

– Ой, больно надо! – отвечаю. – Возможно, я смотрела, но думала не о тебе.

Сергеев недовольно поджимает губы. Затем нахально говорит:

– Трудно гордыню усмирить и честно признать, что ты ко мне неравнодушна?

Это его заявление вовсе выводит меня. Какое самомнение у этого самца!

– Знаешь, не все сходят по тебе с ума. Спустись на землю.

– Не все. Но ты походу, да.

Зло прищуриваю глаза. Теперь я всех мужиков ненавижу: от слюнтяя-псевдомужа до вот этого горного козла! Примитивы, думающие только о себе и своих пиписьках! Сама не осознаю, но выливаю кофе из картонного стаканчика прямо на причинное место мудака.

– Ты что творишь?! – гневно выдыхает. – Ну всё, чокнутая, держись!

Не успевает даже дотянуться – ремень безопасности мешает, коробка из-под пиццы, что стояла между нами, – а я уже открываю дверцу и выскакиваю из автомобиля.

– Стой, зараза! Куда?

– Усмири свою гордыню и спустись на землю, Аполлинарий! Иначе мне еще много раз придется тебя учить!

Лавирую между машинами, с дороги убегаю. И лишь добравшись до тротуара, замечаю, что по-прежнему в руке сжимаю кусок пиццы. А вот сумка осталась у него в автомобиле.

Сергей

«Ненавижу эту дуру!»

Пытаюсь салфетками вытереть разлитый кофе, но понимаю, что бесполезно: впитался в одежду, в водительское кресло. Ладно одежда, она испоганила мне машину! Да я заставлю рыжую самолично вычистить ее!

Мне по соседству сигналят, нужно двигаться дальше. Вскоре выезжаю из пробки. Но хоть что-то. Еду домой. А рыжая нечисть не выходит из головы. Она у меня еще поплатится! Когда собираюсь выйти из спорткара, и вынимаю коробку из-под пиццы, на полу замечаю дамскую сумку. Хм! Она ее забыла!

Изучаю содержимое, среди всякой дребедени самое важное: телефон, ключи от квартиры, от машины, кошелек…

Вот она попала! Что будет делать? Мне ее жалко? Нет, не жалко! Кара настигла ее сама по себе! Есть на свете хоть какая-то справедливость!

Иду домой. Через полчаса, прощёлкивая на телевизоре каналы, понимаю, что не могу не думать об этой чокнутой! Такую угораздит найти приключение на свою голову!

Чертыхаюсь, одеваюсь и иду на автостоянку. Завожу автомобиль и еду ее искать. Вдруг попадется по дороге. Прикидываю возможные варианты, куда может пойти, где переночевать…

Мотаюсь по городу до полуночи. И без толку. Возвращаюсь домой. Настроение хуже некуда…

А на пороге встречает Орлов:

– Где тебя носит?

– Да так… – неопределенно отмахиваюсь.

– Я не смог до тебя дозвониться.

– Я телефон дома забыл. – Открываю квартиру, впускаю ночного гостя. – Что-то случилось?

– Случилось.

– Что?

– Это я хотел у тебя спросить и подробности узнать…

_7

Агата

– Вот же, блин! – тоскливо произношу и откусываю от куска пиццы. И что теперь делать? Там ключи от машины, квартиры и телефон. Банковские карты и деньги.

Не на улице же ночевать? Можно и в полицию обратиться, но это делу не поможет. Нужно по-другому проблему решать.

Натягиваю на лицо самую располагающую улыбку, подхожу к парнишке:

– Привет! Выручишь? Нужно позвонить.

Он окидывает взглядом. Стараюсь улыбку держать.

– Только недолго.

Дает телефон. Набираю Аврорин номер. Гудки, гудки, гудки…

– Алло? Кто это? – слышу ее голос.

– Аврора, привет, – говорю бодро, чтобы не волновать. – Тут такое дело… Я сумку забыла в машине Сергеева. Можете меня забрать?

Называю улицу, где нахожусь, с благодарностью возвращаю телефон и иду в кафе ждать.

Сергей

Рассказываю о выходке Алферовой, а Орлов начинает хохотать.

– Вот если не заткнешься, я тебе затрещину дам, – предупреждаю.

– Всё, всё, – отвечает тот, поднимая руки. – Только ведь не в твоих правилах в безвыходной ситуации девушку на улице бросать.

Фыркаю:

– Я эту дуру часа четыре искал.

– Сумку то мне отдашь?

– Пусть вначале извинение попросит!

– Серый!

– Ай! Да забирай!

Приношу ему Агатину сумку.

– Спасибо.

– Но чистку салона пусть оплатит, – цежу сквозь зубы.

– Ты… ее уволишь?

– Нет, не буду увольнять. Как бы ни хотелось этого признавать, Алферова неплохой специалист. – Вижу, что Орлов слегка удивлен. Он ведь про подлог не знает. Начинаю рассказывать. Когда заканчиваю, хмурый Егор задает вопрос:

– Мне вмешаться или справишься?

– Справлюсь. Я этого юриста-мудилу и его подельников из-под земли достану.

– Только без криминала, прошу.

Начинаю на него сердиться. Неужели от «этой славы» не избавиться?

– Ты какого обо мне мнения, Орлов?

– Прости, без обид, – затылок потирает. – Не подумав, ляпнул.

– Проехали, – раздраженно отвечаю.

Орлов встает:

– Ладно. Поеду я. Держи меня в курсе дел.

Провожаю его к выходу. Напоследок спрашиваю:

– Как отец? Анна Эдуардовна как?

– Отец проходит реабилитацию. Мама… Она пригласила нас с Авророй на ужин, хочет наладить отношения.

– Пойдешь?

– Аврора настаивает.

Морщусь:

– В этом случае, она права. Но вообще, брат, ты подкаблучник.

– Да, да… – отмахивается.

Напоследок предупреждаю:

– Алферовой не говори, что я ее искал.

– Ладно. От МЕНЯ она не узнает!

– Орлов!

– Да шучу я, шучу…

***

Прихожу на работу. Спрашиваю секретаря про Алферову. Она на рабочем месте.

Прошу Татьяну приготовить кофе и сажусь изучать документы. Но мысли возвращаются к Агате. Достаю из кармана счет за чистку салона, фотографирую и отправляю ей с пометкой: «оплати из собственного кармана».

В кабинет входит секретарь, ставит передо мной кофе, а следом влетает Агата.

– Ты что, обалдел?

Цыкаю, качаю головой:

– Вы. На «вы», Агата Павловна.

Шипит:

– Вы. Что. Обалдели?

Подходит ближе. А я убираю кофе от нее подальше. Отпиваю.

Секретарь молча удаляется, мимоходом отсканировав нас взглядом. Надеюсь, хватит ума и такта не сплетничать за моей спиной…

Агата возмущается:

– Где я такие деньги возьму?

Пожимаю плечами:

– В рассрочку.

– Какая рассрочка? Я ипотеку плачу.

Наигранно вздыхаю:

– Алферова, ты же юрист. Должна понимать, что за проступком следует наказание.

Она зло щурит глаза:

– Издеваешься?

Смотрю на нее. Упиваюсь ее гневом. Злорадствую.

– Извинись, – предлагаю.

Стоит, плотно сжав губы. Сверкает глазами.

– Извини, – произносит сквозь зубы.

– Э, так не пойдет! Извинись так, чтобы я поверил.

Она упирается руками в стол:

– Сомневаюсь, что это поможет! Ты ведь не намерен меня «прощать»?

– Намерен – не намерен. Зачем гадать? Пока не попробуешь, не узнаешь…

– А ты можешь просто от меня отстать? Или маленького изнеженного мальчика обидели, не дали в игрушки поиграть?

Тоже начинаю злиться. Где она видит изнеженного мальчика?

Встаю, тоже упираю руки в стол:

– Знаешь что, Алферова? Оставь деньги себе и запишись к психотерапевту. Ты – мезандра. Мужененавистница! Всех мужчин ненавидишь или только мне «посчастливилось»?

Если бы взглядом можно было убить – убила бы!

– Всё сказал? – зло спрашивает.

– Да. Я всё сказал.

– Раз так… – уже предполагаю, сейчас на меня накинется, но она лишь цедит: – Уволь меня. И вопрос будет решен. – Идет к выходу и хлопает дверью.

«Как же. Уволь ее! Орловы меня на пару заклюют. Пусть увольняется сама, по собственному желанию!»

Пытаюсь работать, но без толку. Выхожу в коридор офиса и слышу разговор:

– Эта новенькая закрылась в туалете и плачет. Что у нее с шефом? Они спят?

– Если не спят, то близки к этому.

– Странные у них отношения.

– Ой, да умоляю, какие отношения! У нашего красавчика не бывает отношений, только кратковременные связи.

Прохожу мимо сплетниц, окидываю суровым взглядом, и они разбегаются по отделам.

Иду к женскому туалету. Приоткрываю дверь. Слышу, плачет. И что делать? Захожу, стучу в кабинку. Притихла, всхлипывает.

– Агата? – зову.

Она не отвечает. Приоткрываю дверцу. Стоит сбоку, на меня не смотрит.

– Прости.

– За что просишь прощение? Ты абсолютно прав…

Беру бумажные салфетки, протягиваю ей.

Берет. Высмаркивается, кидает их в ведро.

– Агата, я был резок.

Тяну ее за рукав, вывожу. Включаю воду:

– Умойся.

– Не везет мне в отношениях. С мужем не повезло… Его даже мужем теперь трудно назвать!

Не приходилось мне вот так кого-либо успокаивать… Отвечаю, что приходит в голову:

– Просто ты не умеешь мужчин выбирать.

– А ты умеешь выбирать?

– Мужчин?

Коротко улыбается:

– Женщин!

Пожимаю плечами:

– Не знаю… Меня всё устраивает.

Киваю ей на льющуюся воду. Вздыхает, умывается. Я вновь на подхвате – подаю ей салфетки.

Смотрит в зеркало. Вздыхает.

– Ладно. Надо идти работать…

– Агата, – окликаю.

Она оглядывается. Подхожу и приобнимаю ее. Она не сопротивляется. Лучше бы я этого не делал! Во мне снова просыпается голодный до секса зверь. Кашляю, отстраняюсь от Агаты и быстро ухожу.

_8

Агата

Обнимает, а я на мгновение расслабляюсь. Потом как-то неловко отстраняется и уходит.

Сбегает. Ну и ладно. Хоть извинился, и на том спасибо!

Иду работать. После обеда еду по делам, а на входе вижу вернувшегося в офис Сергея. Не одного. С какой-то расфуфыренной блондинкой.

– Соскучишься, звони, – она целует его в щеку.

– Конечно, Яна. Позвоню.

Вздыхаю. Вот что за бабник…

Встречаюсь с юристом, который занимается моим «браком». Как я и думала, Виталик, сволочь, двоеженец. В принципе, юрист говорит мне то, что я уже знаю:

– Агата Павловна, в каждом конкретном случае по факту двоеженства проводится расследование, в процессе которого определяется причина происшедшего. Решение относительно нарушения производится в судебном порядке. В любом случае, ответственность возлагается на мужчину за несоблюдение законов относительно Семейного Кодекса. Максимально возможное наказание: лишение свободы на срок до одного года. Так же исправительные работы на тот же срок. Можно добиться материальной компенсации. Однако, все зависит от ситуации и степени нарушения закона…

После встречи с ним отправляюсь к Липатову – знакомому детективу, прошу помочь. Мне нужно о «псевдомуже» все знать. Всю правду. Прежде чем решать, что делать.

Дни идут. Не показываю никому, насколько мне больно: два года прожила с человеком, а по сути его не знала! И как после этого кому-то доверять? Сергеев назвал меня мужененавистницей. А я себя и чувствую такой: не верю, никому не верю…

Сергеев в последние дни тоже изменился. Но вовсе не лучшую сторону. Умышленно испытывает мое терпение и нервы. Сказал бы прямо, что не так…

Очередной раз в разгар рабочего дня является ко мне в кабинет.

– Гатуся, сколько можно ждать, где документ? – спрашивает с порога. А меня уже раздражают эти вечные уменьшительно-ласкательные обращения. Напоминают о Виталике – он всегда так говорил.

– Сергей Сергеевич! – строго произношу, привлекая к себе внимание.

– Да, Агуш? – И даже на меня не смотрит, сосредоточившись на документе.

Вспыхиваю и шиплю:

– Прекрати коверкать мое имя. Это не профессионально!

Поднимает голову, смотрит, улыбается своей обворожительной улыбкой.

– Почему же, Агатенок?

Да он издевается! У меня всё внутри кипит. Вот не сволочь ли? Опять меня изводит!

Сергей

– Прекрати коверкать мое имя, – сквозь зубы шипит Агата. – Это не профессионально.

– Почему же, Агатенок? – издеваюсь. Все равно доведу ее до того, что она уволится. Не могу из-за нее работать. Отвлекает. Потому что, трахать ее хочу. С того самого дня, как успокаивал ее в женском туалете…

Она отодвигается на своем кресле. Пренебрежительно смотрит на меня. Вот такая теперь всегда: холодная, язвительная. А я-то знаю, какая горячая она…

– Сергеев. Сергей. Сергеевич, – произносит и усмехается. – У родителей воображения не хватило? Так тебя назвать!

Выпрямляюсь. Не ожидал. Наугад, но метко била.

Кидаю папку ей на стол, холодно сообщаю:

– Я из детдома.

Разворачиваюсь и ухожу. Да пошло оно всё!

Агата

Сергеев уходит в свой кабинет, а меня будто к креслу приколотили.

Из детдома? В смысле? Да ну нет! Наверняка опять врет…

Звоню Авроре. Спрашиваю:

– Сергеев детдомовский?

Она молчит. Затем произносит:

– Зачем тебе? Он не любит об этом говорить.

– Так он действительно из детдома, – мне немного стыдно. Или много. Я не знаю. Не разобралась еще…

– Да. Его еще в младенчестве подкинули в дом малютки. Затем был детский дом. Пока не появилась какая-то якобы дальняя родственница, которая его в одиннадцать лет забрала.

– Ясно, – вздыхаю. – Ладно. Я тебе вечером позвоню.

Отключаю телефон. Пытаюсь работать. Не выходит.

Поднимаюсь. Иду к Сергееву в кабинет. Постучавшись, но не дождавшись ответа, открываю. Он работает, уткнувшись в документы.

– Прости, – сразу говорю.

Сергей не отвечает. Ну и ладно. Разворачиваюсь уйти и слышу:

– Ты не знала.

Оборачиваюсь, а он как сидел, так и сидит, уткнувшись в документы. Выхожу. Прикрываю дверь. На сердце стало легче. И я невольно улыбаюсь.

Сергей

Агата выходит из кабинета, и я отвлекаюсь от документов. Всё равно ничего не понимаю в них с того момента, как она вошла в мой кабинет. Слышать ее извинение было приятно. То, что ей не всё равно, радовало почему-то…

А может, ну эти все правила? Кто сказал, что я не могу спать с Агатой? Секс у нас уже был. Она горячая штучка. Я не прочь повторить. Приглашу ее куда-нибудь…

Думаю, а она мне звонит.

Хмыкаю, отвечаю на вызов.

– Извини. Я хочу отпроситься, мне нужно срочно уйти.

«Уйти? Куда это ей нужно срочно уйти?»

– Агата Павловна! – начинаю сурово.

– Правда, мне очень надо.

– Хорошо. До скольки?

– До конца рабочего дня.

Хмурюсь, но отпускаю:

– Хорошо. Иди.

_9

Агата

Выхожу из офиса и иду к автомобилю серебристого цвета. Детектив, он же мой бывший однокурсник Кирилл Липатов, уже подъехал и меня ждет.

– Ну что, поехали? – говорю.

– Поехали.

Его автомобиль ловко врывается в общий поток транспорта. Поездка предстоит долгой. Разговариваем с Кириллом ни о чем и обо всем. Вспоминаем общие студенческие дни. О чем ближе подъезжаем, тем молчаливее становлюсь. Мне предстоит нелегкое испытание. Но мне надо закрыть гештальт…

Вижу Виталика на детской площадке. Рядом с ним дети – девочка и мальчик пяти и трех лет. Веселятся втроем, играют. Дети счастливы, и я вижу, как они любят его. По всей видимости, он хороший отец.

Ненавижу его! Ненавижу! Два года считала его своим мужем! Детей от него завести хотела! Скольких он также развел, обманул?

Выхожу из машины, иду в их сторону, а Виталик меня замечает. Меняется в лице. Отправляет детей погулять, идет ко мне навстречу так, будто непомерно тяжелую ношу несет.

Стоим, друг на друга смотрим.

– Прости меня, – произносит.

А я не могу простить!

– Ты вот так, как меня, скольких уже обманул?

– Гаточка…

– Говори без этих пошлых прозвищ и склонений! Я Агата!

– Агата, – покорно соглашается. – Я действительно хотел жениться на тебе. Но у меня жена – дочь нашего мэра, и я… Я заложник этих отношений. И дети…

– А что дети?

– Дети… Без детей я сошел бы с ума.

– Ты жалкий лгун, Виталик! Почему жена покрывает тебя?

– Аня… она такая. Наверняка, по-своему, меня любит… Мне очень жаль, Агата…

Сергей

После звонка Агаты встаю и прохаживаюсь по кабинету. Засиделся и затекли мышцы. Выглядываю в окно. Вижу внизу Агату. Идет быстро и усаживается к кому-то в серебристый автомобиль. С сарказмом фыркаю. И с чего взял, что у нее никого нет? Но какова штучка, отпрашивается с работы, чтобы провести время с ухажером! И давно она с ним спит?

Сержусь, хотя какого черта мне бы злиться. Не срослось – переживу.

Вечером созваниваюсь с Орловым, предлагаю выпить. Соглашается, ему нужно со мной личное обсудить.

Встречаемся в клубе. В VIP-ложе не так шумно. Выпиваем, и что-то не особо клеится наш разговор: Орлов хмурится, думает о чем-то, а я, походу, тоже на собственных проблемах завис…

Встряхиваюсь, не в моих правилах ныть.

– Егор, ты так и будешь молчать? Или все же расскажешь? Что произошло у тебя?

Он поднимает на меня хмурые глаза.

– Да даже не знаю, с чего начать.

– С чего-нибудь да начни.

– У меня есть брат.

Даже давлюсь алкоголем:

– Серьезно?

– Похоже, что я шучу?

– Ну-у, зная твоего отца, этого следовало ожидать. Он сам признался?

– Нет, конечно. Сегодня возле его палаты столкнулся с одной из его бывших секретарш, а с ней пацан четырнадцатилетний. Отцу пришлось признаться. И знаешь, слушать его исповедь было неприятно! Он говорил о том, что восемнадцать лет назад я первый от него отдалился, предпочел деда, а не своего отца. Говорил о том, как он болезненно воспринимал то, что я его презирал за измены маме. А когда родился Родион, он смирился с моей потерей.

Орлов невесело усмехнулся.

– А Анна Эдуардовна об этом знает?

– Нет, не знает. Хотя, кто их разберет? Всю жизнь вместе живут и мучают друг друга. Лучше бы расстались…

Невольно вспоминаю о своих. Точнее, то, что мне о них рассказала Обогоева – моя бабка. Они тоже мучили друг друга…

– Да, друг, у тебя не жизнь, а мелодрама, – произношу.

Орлов трёт лицо:

– Прости, я только о своем. Как у тебя дела? Решил проблему с подлогом?

– Решил. Ворон помог.

Орлов неодобрительно смотрит:

– Сергеич, нельзя было без криминала?

– Нельзя. Дело касалось его интересов. Забыл, кто наш главный инвестор?

– Нет, не забыл. Черт, Сергеев, я не о себе пекусь! И не о фирме. Чем чаще ты с ним и его окружением вступаешь в контакт, тем меньше шансов, что они оставят тебя в покое!

– Не преувеличивай, я им не нужен.

– Отцу не нужен?

Вздыхаю:

– Не кипятись.

Молчим. Орлову на мобилу приходит сообщение от Авроры. Решаю перевести тему:

– Когда Авроре рожать?

– Скоро. Недели через две, – встает. – Извини, поеду.

– Бывай.

– Бывай.

Когда Орлов уходит, выпиваю. Беру телефон, подумываю встретиться с безотказной Яной. А может, с Лерой созвониться? А то в моей холостяцкой жизни слишком много Яны… Так и не решив, спускаюсь в общий зал. А возле бара замираю.

«Да неужели? Пьяная Агата?» Сидит одна, все в том же костюме, в котором была на работе утром. Юбка задралась, являя длинные красивые ноги. Вот именно эти ножки меня и зацепили еще тогда. Каждый день мечтаю, чтобы они меня обвили… И по ходу, по похотливым взглядам поблизости, не только я.

Подхожу, присаживаюсь рядом. А она не может сфокусировать взгляд.

– Сергеев? – машет передо мной рукой, как будто хочет убрать видение.

– Что отмечаешь?

– М-м, сегодня мой брак официально признан недействительным.

– За это надо выпить.

Делаю заказ бармену.

– И еще я хотела закрыть гештальт.

– И что, удалось?

– Не знаю…

Чокаюсь рюмкой о рюмку Агаты:

– За твою свободу. Поздравляю.

– Знаешь, я бы могла его посадить. На год, ему бы хватило. Но, – горько усмехается. – Увидела его с детьми… Он отличный отец.

Вставляю с презрением:

– Дерьмо, а не человек твой Виталик.

– Согласна. – Агата печально смеется. – Не стала на него подавать в суд. Брак аннулировали. Вроде бы всё, а я не могу. Вот тут болит, – она стучит по груди в районе сердца. – Наказание для него хочу!

Она так стонет, будто ей реально больно. Наклоняюсь к Агате. На нее смотрю.

– Что смотришь? – спрашивает и слегка наклоняется ко мне с болезненной усмешкой.

Обещаю:

– Я его накажу.

А Агата с меня глаз не сводит. Спрашивает:

– Почему?

– Что почему?

– Потому что я тебе нравлюсь?

Ухмыляюсь:

– Еще скажи, что я тебя хочу.

– А ты меня не хочешь?

Молчу. Поднимаюсь:

– Ты пьяна. Пойдем, я тебя отвезу.

Помогаю Агате подняться. Вывожу на улицу, веду к машине, а она не сопротивляется. Такая послушная, даже удивляюсь.

И тут ее рвет. Успеваю только сдвинуться в бок и скрутить ее волосы, чтобы не замарала.

После достаю из машины бутылочку воды, даю попить, потом лицо ей умываю.

– Эй! – вопит и даже отмахивается руками. Чудо пьяное…

Усаживаю в салон автомобиля, надеясь, что ее не вырвет. Едем. Агата вырубается по пути. Ну и что мне теперь с ней делать? Куда везти?

Везу к себе. Загружаю на плечо и несу к лифту. А консьерж за нами наблюдает. Да черт с ним, чего он только не видел. И не такое бывает…

Захожу в квартиру, укладываю Агату на диван. Накрываю пледом. А сам ухожу в комнату спать.

_10

Агата

Просыпаюсь с жутким похмельем и обалдеваю: «Где я?!» На столике рядом стакан и в упаковке средство от похмелья. Выпиваю и иду по квартире искать. В спальне нахожу спящего раздетого Аполлона.

«Зараза! Сергеев!»

– Какого черта, Сергеев? Почему я у тебя?!

Отрывает голову от подушки, сонно смотрит на меня.

– Полоумная, чего ты орешь, будто тебя девственности лишили? – стонет он и вновь утыкается в подушку.

– Сергеев!

– Не ори. Если тебя интересует, не трогал я тебя. С такой упитой девицей спать – себя не уважать.

От возмущения не знаю, что сказать.

– Не спали, вот и прекрасно! – наконец отмираю. – Не собираюсь я с тобой спать.

– Ага, как же! Тогда не стала бы приставать, – предъявляет он.

Молчу. Пытаюсь вспомнить хоть что-то. И только урывками. Мы в баре, наклоняемся друг к другу, говорим… Я что, флиртовала с ним?

Сергеев садится, потягивается, залипаю на его мускулистом торсе, встает.

– Ты что, голый спишь? – шиплю. – Всегда?

Сергеев потешается:

– А ты с какой целью интересуешься? Зачем тебе знать?

Начинаю сердиться:

– Может быть, брюки наденешь?

Фыркает:

– Ты меня уже голым видела. Смысл что-то скрывать?

Разворачиваюсь и топаю из комнаты. Надо телефон искать. Вызову такси…

Следом выходит Сергеев. В домашних брюках на резинке. Но всё равно поспешно отвожу глаза. Потому что непристойная мысль посещает…

– Позавтракаем? – предлагает.

– Я…

– Не отказывайся.

Сергей

Предлагаю позавтракать, а она норовить поскорее сбежать. Смысл? Не сейчас, так потом – секса нам не избежать.

Посомневавшись, соглашается.

Садится на стул. Помятая, лохматая. Если бы не болела с похмелья, пересадил бы сейчас на стол… Наливаю ей кефир, ставлю варить овсяную кашу. А она наблюдает за мной.

– Чего сидишь? Пей.

Делает глоток, другой.

– Как самочувствие?

– Нормальное.

Киваю.

Смотрит на часы:

– На работу опоздаем.

– Не страшно. Позавтракаем и поедем. Я тебя до дома довезу. Выспишься, после обеда приедешь на работу.

Завтракаем кашей с сухофруктами, тостами с сыром. Большую часть времени просто молчим. Молчание не тяготит, заняты другим: разглядываем друг друга. А между нами будто бы начинает искрить…

Сергей

Агата приходит на работу после обеда. Отдых и душ пошли ей на пользу. Сегодня деловая встреча, она просматривает документы, чтобы еще раз убедиться, что все в порядке. Вместе едем на переговоры, а потом возвращаемся в офис. Рабочий день уже подошел к концу. Агата идет за вещами в свою конторку, а я в кабинете общаюсь с ожидавшим меня Орловым.

Обсудив пару дел, он прощается и уходит.

После него заходит Агата. Я обещал подвезти, так как ее автомобиль в мастерской.

– Ну что, едем? – спрашивает. Сама ремешок сумочки нервно теребит.

– Поехали, – отвечаю, а сам не двигаюсь с места.

Глазами встречаемся… Не знаю, кто из нас начинает первым: я или она. Скорее всего вместе, одновременно. Сминаю ее губы в страстном поцелуе, она вторит мне. Голодные, как будто у нас сто лет не было секса. Жадно ласкаем друг друга, находим опору – мой стол. Резко усаживаю ее на поверхность, вклиниваюсь между потрясных длинных ног, а она меня ими обвивает. Притягивает к себе, стонет. Успеваю только ее пальцами ласкать, она просит еще. Надеваю на стояк латекс, резко вхожу в нее. Какой же это кайф! Начинаю в ней двигаться, неистово долбиться, а она кусает губы, сдерживая то ли крик, то ли стон…

– Серый, я тут подумал… – слышу голос Орлова. – Черт! Запираться надо!

Прикрываю Агату, как могу, шиплю:

– Вышел!

– Бля, да я не смотрю, – исчезает, захлопнув дверь.

Смотрю на Агату. Читаю на ее лице смесь стыда и неудовлетворения. Если с первым не могу помочь, случившегося не вернуть, то вот со вторым, попытаюсь. Глажу кончиками больших пальцев ее бархатистую кожу возле ушек, она вздыхает, осторожно касаюсь губами ее губ. Просовываю руку между нами, ласкаю и начинаю опять неторопливо двигаться в ней. Она не противится, отзывается, начинаю темп ускорять. Снова и снова врываюсь в нее, готов трахать ее до потери пульса… Она вскрикивает, кончает, сжимает меня в себе, пока сам не кончаю.

Дышим тяжело, приходим в себя.

Агата отстраняет меня, сползает со стола, поправляет одежду. Выходит быстро из кабинета.

Привожу себя в порядок, выхожу в коридор. Из кухонного блока идет Орлов с кружкой кофе.

Подходит. Смотрит на меня, делает глоток:

– Это была Агата?

Молчу. Орлов вздыхает:

– Даже не знаю, что сказать.

– А говорить ничего не надо. Зачем вернулся?

– Забыл пригласить. Уже год, как мы с Авророй женаты. Ей скоро рожать, так что решили дома посидеть с близкими друзьями…

После ухода Орлова обнаруживаю, что Агата не стала меня ждать. Договаривались же, что отвезу!

Сажусь в машину, еду домой, но понимаю, что хочу Агату. Еще не до конца удовлетворен.

Заезжаю в супермаркет, приобретаю свой «походный набор»: вино, фрукты, сладости, презервативы. Подъезжаю к ее дому. Сижу и в голове прокручиваю варианты, как к ней являюсь в гости. И при любом раскладе эта рыжая стерва меня выставляет. М-да…

Решаю, что лучше позвоню. Набираю номер.

– Да? – слышу голос Агаты.

– Мы договаривались, что я тебя провожу, – начинаю. – Как добралась?

– Вызвала такси, – кратко отвечает.

– Ясно.

Молчим, завершить разговор я не тороплюсь.

– А ты сейчас где? – уточняет.

Уклончиво отвечаю:

– В машине.

– А конкретно?

Предполагаю, что не просто так спрашивает. Играет. Только каковы правила игры? Смотрю на окна, замечаю притаившийся за шторой силуэт. Спалила меня и сама спалилась.

Отвечаю:

– У твоего дома.

Даже чувствую по изменившемуся дыханию, что улыбается.

Интересуется насмешливо:

– Мимо проезжал?

Спрашиваю в лоб:

– Я поднимусь?

Намеренно молчит. Зараза…

– Поднимайся.

И отключается.

Беру наборчик и иду.

Агата открывает дверь квартиры. В очень провокационно коротеньком халате. Вхожу. Сам захлопываю дверь. Оставляю набор на тумбе в прихожей, подхватываю Агату за зад, прижимаю к стене. Она обхватывает меня за шею. Жарко целую, и она столь же жарко отвечает. Возьму ее прямо здесь и сейчас, а потом отнесу в спальню…

_11

Агата

Зверь, а не мужик. Подхватывает прямо на пороге, впечатывает в стену, а через несколько мгновений прямо там и трахаемся. После уносит в спальню, где мы продолжаем… И этот неудержимый секс то, что надо после неудачного брака.

… Утром звонит Аврора. Ну вот, а я всё думала, сколько времени продержится Орлов, пока не выдаст нас с Сергеевым жене.

– Привет!

– Привет. Ты почему мне не рассказала?! И какая ты после этого подруга? – шипит в трубку. – Почему я должна выпытывать все у Егора?

Фыркаю:

– Пф-ф, Аврора, о чем говорить? Это всего лишь секс!

– Что ты хочешь сказать?

– То, что потрахаемся и разойдемся. Это же Сергеев!

Аврора молчит.

– Ты уверена, что потом не будешь страдать?

– С какой стати?

– Ну не знаю…

Говорим еще пять минут, она приглашает в гости отметить их с Орловым годовщину, потом отключаю телефон, иду в комнату, а там Сергеев уже почти одет.

– Уходишь? – Облом, а я надеялась на утренний секс-марафончик…

Он, сурово сдвинув брови, прищуривает глаза.

– Ухожу. У нас ведь уговор – потрахались и разбежались. Не так ли?

– Сергеев, ты чего? – улыбаюсь, примирительно тянусь к нему.

А он меня стороной обходит:

– Ничего.

Уходит. И вот чего он взбеленился?

Встречаемся на работе. Всё так же холоден и отстранен. Ну и пожалуйста, больно надо! И тут змеей закрадываются сомнения: а с чего я решила, что может быть продолжение? Все же говорят, что он предпочитает кратковременные связи… «Вот дура», – говорю себе. Ну и не надо. Не хочет, а мне и подавно не надо…

Сижу в кабинете, работаю. На время не смотрю. Из-за позавчерашней поездки с Липатовым дел накопилось.

Пару раз в дверь стучат и заходят. Уже по тонкому древесному аромату парфюма, понимаю, кто пришел. Поднимаю глаза. Сергей.

– Еще работаешь? Ты на время смотрела?

Смотрю на часы и не понимаю:

– А что со временем?

– Нас Орловы приглашали.

И эта оговорка «нас» – меня и его смущает.

– Тебя и меня, – поправляет себя Сергеев. – Так ты едешь? Я тебя подвезу.

– Но мне сначала домой надо, – неуверенно говорю.

– Хорошо. Отвезу. Смотаюсь домой. И за тобой в шесть заеду.

– Ладно. – Начинаю поспешно собираться, а он какое-то время смотрит на меня.

Потом уходит. А я улыбаюсь.

Сергей

После «праздничного» ужина, на котором только мы вчетвером, Орловы включают на большом экране свое свадебное видео. «Молодожены» сидят, смотрят, обсуждают, вспоминают моменты, смеются. Счастливы как певчие птички ранней весной, а мы с Агатой сидим поодаль на диване, как на пытках присутствуем.

– А вот, вот смотрите, сейчас Агата с Сергеем в конкурсе будут участвовать! – с восторгом заявляет Аврора.

А мне этот случай вспоминать не хочется. Как и Агате. А тем временем видео беспощадно освещает весь этот балаган. Ведущая предлагает продемонстрировать мне, как свидетелю жениха, свою мощь: отжаться максимальное количество раз. Правда, делать это нужно над свидетельницей, лежащей подо мной…

В тот день Агата уже во время выкупа невесты выбесила меня. Поэтому, когда тамада решила провести этот конкурс внутренне позлорадствовал – я-то не обременен отношениями, а Агата замужем. Пусть потом объясняется перед муженьком и терпит язвительные намеки тех, кто любит косточки перемыть «неверным» женам.

Агата еще не знает, что ее ожидает. На паркет стелют коврик, предлагают свидетельнице лечь. Она не из робких, хотя подозрительно смотрит.

Тамада разъясняет суть конкурса и по лицу Алферовой вижу, из чистого упрямства только не сбежит. Усмехаюсь, снимаю пиджак, закатываю рукава. Располагаюсь над лежащей Агатой в исходном положении в упоре лежа на вытянутых руках.

Ведущая спрашивает:

– Вам удобно?

– О, ничего, это будет недолго, я могу подождать, – отвечает ехидно.

– Уверена? – усмехаюсь. Она даже представления не имеет, сколько раз я могу отжаться…

Тамада еще раз разъясняет:

– Агата, на каждый отжим партнера, вы говорите ему комплимент.

– А можно мне, вместо комплиментов, его ругать?

Гости хохочут, думают – она шутит, а мы оба знает, что нет.

– Нет-нет, только комплименты! Похвалите лучшего друга нашего жениха!

Делаю первый отжим: сгибаю локти, опускаюсь вниз, грудная клетка чуть-чуть не доходит до Агаты. А гости уже требуют комплимент.

– Глаза, – говорит Агата.

– Конкретнее, – выуживает ведущая.

– Зеленые.

– Хорошо, засчитываем. У свидетеля действительно красивые зеленые глаза!

Делаю второй отжим.

Вижу, что нехотя произносит:

– Красивый подлец.

И почему подлец?

– Рыжая нечисть, – шепчу. Глаза прищуривает, злится.

Третий отжим.

– Дамский угодник. – А губами беззвучно для меня дополняет: «Кобель!».

Кобель?

Делаю четвертый отжим: намеренно опускаюсь ниже и касаюсь ее груди. Глаза Агаты вспыхивают. Шепчу:

– Маленькие.

И тут от нее прилетает! Коленкой… Охаю, на нее оседаю.

– Ой, простите, случайно вышло! – раскаивается лгунья, а мне не до смеха…

Конечно, в видео этот момент удалили, но кто его из памяти удалит?

И тут Агата под ухом шипит:

– Маленькие, значит? Как я могла об этом забыть?

Кидаю на нее хмурый взгляд:

– Я же забыл о твоей выходке!

– Ты про коленку? Да ладно! Не преувеличивай. Так, поддала слегка.

– Слегка?

– Можно сказать, погладила. Признайся, что просто перепугался за свое достоинство!

Отворачиваюсь. И ощущаю ее ладонь на своем бедре. Пальцы длинные, почти касаются… Слегка потирают. Соскакиваю с дивана и практически сбегаю! Зараза! Будет себя так вести, оттрахаю прямо в доме Орловых…

Агата

Смотрим это дурацкое видео, а я не знаю, то ли сердиться на Сергеева за его провокации на конкурсе, то ли проявить сожаление за коленку. Била не сильно – не было места для маневра, но ощутимо.

Сергееву тоже не нравятся эти «воспоминания». А нечего было называть мою грудь маленькой! И где она маленькая-то?

Предъявляю ему, а он надулся на меня, припомнил удар коленкой. Сидит неприступный, а моя рука сама тянется: опускается на его бедро, прямо ощущаю, как напрягается, и начинаю поглаживать… Лишь бы только «молодожены» не обернулись и нас не увидели.

Сергеев подскакивает и пулей вылетает. Упс! Перестаралась. Улыбаюсь удивленным Авроре и Егору, извиняюсь и иду искать строптивца.

А он в коридоре хватает, к стене прижимает.

– Доигралась, – шепчет, а руки под подол платья нырнули, бедра, ягодицы огладили…

Цепляюсь за него, как помешанная, стон вырывается. Закрывает рот поцелуем.

И тут слышим, как нас Орлов зовет. И тревога в голосе.

Замерли.

– Случилось что-то, – произношу, а Сергеев меня уже отпускает, берет за руку. Возвращаемся и видим Егора, рядом Аврора перепуганная стоит, за живот держится. Глазами на нас большими смотрит и шепчет:

– Воды отошли…

_12

Сергей

Как по команде начинается суматоха: Агата срывается с места, подскакивает к Авроре, кудахчет над ней, Егор – этот непробиваемый, хладнокровный бизнесмен, подрагивающими пальцами пытается набрать номер и позвонить в клинику. Один я спокоен.

– Я поведу машину, – предупреждаю. – Егор, жду вас на улице.

Он признательно смотрит, затем переключается на наконец-то ответивших по телефону:

– Девушка, у меня жена рожает…

– Сумку! Принесите мою сумку с вещами, – переживает Аврора.

– Я принесу! – быстро реагирует ее подруга и пролетает мимо меня.

Выхожу на улицу, подгоняю автомобиль Егора ко входу и жду.

Минут через десять выходят, неся с собой сумятицу и шум. Рассаживаются. Аврора стонет…

Не знаю, как, но добираемся до клиники без происшествий. На входе уже встречают медики с каталкой. Увозят Аврору, Егор следует за ней. Не понимаю эту моду присутствовать при родах! Женщина должна сама рожать…

– Поехали, – говорю Агате, но она в машину не садится.

– Я не поеду.

– Ты ведь понимаешь, что это на несколько часов? – задаю вопрос.

Меня ситуация начинает раздражать. Планировал ведь продолжить начатое в доме Орловых…

– Да. Но не могу вот так сразу уехать. Хочу быть уверенной, что все хорошо.

– А что может быть не так? Беременность проходила нормально, клиника дорогая. Зачем переживать?

Агата сердится:

– А ты реально эгоист! Тебя вообще ничего в отношениях, кроме секса, не интересует?

– Да вроде бы, нет, – отвечаю столь же резко.

Что она обо мне знает? Ничего. А туда же – уже наклеила ярлык!

– Так ты едешь?

– Нет, не еду!

– Что ж, оставайся!

Завожу машину и уезжаю.

Вот бесит же! И чего я с ней вожусь?

Агата

Аврора родила! Мальчика! Три пятьсот! Спасибо Егору, не поленился позвонить ночью и сообщить.

Утром иду на работу, но уже планирую в обед съездить к подруге и, если не позволят встретиться, хотя бы под окнами постоять и Авроре помахать. Может быть, даже сможет показать моего крестника…

Задумавшись о своем, на входе в офис сталкиваюсь с кем-то.

– Простите, – на автомате произношу, и вижу перед собой невыспавшееся лицо Сергея. – Поаккуратнее можно?

Как же он меня бесит!

– Ты сама на меня налетела, – парирует. – Никого перед собой не видишь. Ночь не спала?

Фыркаю:

– Я спала. А ты почему такой помятый?

– Потому.

Бурчит и уходит.

«Потому»? В смысле? Явно дома не ночевал. Потому, что… Вот же кобелиная порода!

И тут звонит Аврора. Сразу отвечаю и иду в кабинет. Намеренно стараюсь выкинуть Сергеева из головы…

Сергей

– А ты почему такой помятый? – спрашивает Агата.

Отвечаю:

– Потому, – и ухожу.

Вот зараза. Наверное, и дня не сможет прожить без оскорблений!

Сегодня я практически не спал. Орлов позвонил ночью сообщить, что Аврора родила. Я рад за них, конечно. Но как-то сложно радоваться, когда тебя будят в три часа ночи! Еду забрать его из клиники, отвожу домой, остаюсь отметить… А утро настает очень-очень быстро.

До обеда вкалываю как вол. А потом предупреждаю секретаря меня не беспокоить и никого ко мне не пускать. Опускаю жалюзи, затемняю помещение и заваливаюсь на кожаный диван поспать.

Куда там! Пяти минут не проходит, влетает Алферова. На входе замирает:

– Сергеев?

И ничего лучшего не находит, как врубить свет.

– Спишь?

Стону:

–Похоже, уже нет! Что тебе нужно, Алфёрова?

– Навестить Аврору не поедешь?

– С какой стати?

Она возмущается:

– Ты крестный или посторонний прохожий? Крестника посмотреть не хочешь?

– Внутрь всё равно не пропустят, под окнами стоять?

– Значит, не поедешь.

Тяжело вздыхаю, сажусь и начинаю обувь надевать. Агата ждет. Встаю и вижу ее самодовольную улыбку.

– Чему радуешься? – бурчу.

Она окидывает меня взглядом:

– Иногда, ты бываешь очень мил.

– Иногда, – соглашаюсь. – Пойдем.

… В палату нас не пускают: родственники навещали Аврору, а количество посетителей в день было строго ограниченно. Новорожденному и роженице нужно было отдыхать.

– Что и следовало ожидать, – произношу я, когда мы возвращаемся к автомобилю. Мне по-прежнему ужасно хочется спать… Садимся в машину.

– По крайней мере, я попыталась, – заявляет Агата. – Тебе совсем неинтересно?

– Нет. Когда выпишут, тогда и посмотрю.

Агата утыкается в телефон и что-то быстро набирает в мессенджере. Приходит ответ, потом снова тренькает сообщение.

Алферова открывает фото, молча разглядывает, увеличивает на экране:

– Никак не пойму…

– Что там?

Наклоняюсь и вижу фото новорождённого. Сморщенное маленькое создание, волосики черные торчат.

– На кого больше похож? – произносит Агата.

Смотрю на нее, удивляюсь: «Она серьезно?»

С усмешкой поглядываю на фото:

– Вылитый Орлов.

– Почему это?

– Не видишь этот чубчик? И хмурые брови? – перечисляю, а сам забавляюсь. Агата то воспринимает всё за чистую монету!

– Ну, не знаю… Возможно. Что, Аврориного ничего нет? – Она переводит взгляд на меня и, видя, что я потешаюсь, бьет по плечу. – Сергеев!

Смеясь, отодвигаюсь и потираю плечо.

– Ты бываешь такой наивной, Агата!

– Не прекратишь, могу и поддать, – предупреждает.

– Ей-богу, пацанка! Хочешь меня напугать?

Дразню, а она тянется меня щипать. Перехватываю руку, притягиваю Агату к себе и начинаю целовать. Она замирает от неожиданности, а потом сладостно отвечает. Сам не замечаю в какой момент, но она уже сидит на моих коленях… Целую, наслаждаюсь ею, вдыхаю ее аромат…

Агата отстраняется первой. Смотрим мне в глаза своими золотисто карими глазами, губы, припухшие от поцелуев, снова так и манят целовать…

– На работу нужно, – напоминает Агата, поглаживая ворот моей рубашки.

– Да, – соглашаюсь и нехотя выпускаю из своих объятий. Агата садится на прежнее место.

Завожу двигатель, потираю глаза. Вот же напасть!

– А может быть, я? – предлагает Агата. Не сразу понимаю, о чем она.

– Хочешь сесть за руль моего спорткара? – усмехаюсь с недоверием.

Она пожимает плечами:

– Почему бы и нет? А ты немного поспал бы, пока едем.

– Сомневаюсь, что смогу уснуть!

Агата раздражается:

– Не хочешь и не надо! Не больно-то хотелось!

– Садись! – срывается с языка резко.

Она с недоверием смотрит.

– Садись, – повторяю спокойно. А мысленно содрогаюсь: «Что. Я. Творю?!»

_13

Агата

– Садись, – предлагает, а сама не верю, что он согласился. Реально? Ура! Как же давно мне хотелось прокатиться за рулем такой тачки!

Пересаживаюсь на место Сергеева, а он на мое, стараюсь делать вид, что не замечаю его страданий. Ясно ведь, что раньше он никого за руль своей машины не пускал, по крайней мере, женщин. Благоговейно глажу руль автомобиля. Боже! Какая красота! И мощь…

– Только поедем туда, куда я скажу, – предупреждает Сергей.

Сникаю:

– И куда поедем?

– На автодром. Здесь недалеко.

С улыбкой киваю, так как знаю, что за место – это большая специализированная площадка с гоночной трассой.

Завожу спорткар и срываю его с места. Очень быстро приловчаюсь к нему.

Сергеев, поджав губы, терпит. Держит свои переживания при себе. Ну и пусть переживает! Он же не понимает, какую эйфорию я ловлю!

– Правила не нарушай, – предупреждает.

– Я не нарушаю.

– Ты превышаешь скоростной режим.

– Ничего я не превышаю!

– На дорогу смотри!

Вздыхаю:

– Сергеев, не зуди.

Въезжаю на автодром.

Охранник меня узнает:

– А! Привет, Агата!

– Привет, Савельич. Как дела?

– Нормально. Давно тебя не было.

– Да, давненько. Мы проедем?

– Да, проезжай. Отцу, привет!

– Конечно.

Проезжаем. Сергеев удивленно смотрит:

– Алферова, я что-то о тебе не знаю?

Улыбаюсь:

– Вообще-то, ты меня совсем не знаешь.

Выезжаю на гоночную трассу, набираю скорость.

Мощный двигатель дает возможность за короткое время разогнать машину до огромных скоростей. Быстрота движения захватывает меня, сливаюсь с машиной воедино: чувствую ее, как саму себя. Поворот, прямая, снова поворот…

… Накатавшись, сбавляю скорость, съезжаю с трассы. На парковке глушу мотор. Провожу ладонями по рулю и даю оценку:

– Мощный двигатель, скоростные характеристики – хорошие. Отличная машинка, но все же, не предназначена для гонок. Не способна на долговременное движение на максимальной скорости, крутое вхождение в повороты и выполнение резких торможений.

Поворачиваюсь к Сергею. Он пристально смотрит на меня своими потрясающими зелеными глазами. Улыбаюсь:

– Спасибо. Давно я не гоняла так.

Прокашливается, а затем произносит:

– Честно сказать, я поражен… Мой юрист лихачит… Ты в нелегальных гонках, случайно, не участвуешь?

Смеюсь:

– Нет.

Выдыхает:

– И то ладно.

Обвожу взглядом автодром, вздыхаю:

– Я частенько бывала здесь с отцом.

– И кто твой отец?

– Профессиональный гонщик. Правда, сейчас на пенсии.

Резко вспоминаю и смотрю на часы:

– Сергеев, мы очень сильно опоздали на работу!

– Задержались, – поправляет. – Поехали, Агата. Пока едем, я все-таки попробую немного подремать…

Сергей

Рабочий день закончился, а мне пришлось задержаться. Работы накопилось. Спустя время, ощущаю, что устал и мышцы затекли. Потягиваюсь и смотрю на часы. Время – восемь. Нет, засиживаться не собираюсь, встаю, одеваюсь.

Иду к лифту, спускаюсь в полной тишине. Мои шаги в безлюдном фойе раздаются эхом…

На улице темно. Холодно. Поправляю ворот пальто и иду к автостоянке.

И тут вижу ее. Агата. Даже на месте застываю. Неужели кого-то ждет? Подхожу к ней. Она меня будто не замечает, что-то ищет в сумочке.

Зову:

– Агата!

Она не отвечает. Беру за локоть, а она с разворота бьет меня сумкой, толкает, падаю и ее за собой увлекаю.

– Сергеев! Зачем так пугаешь?! – кричит.

Морщусь. Вынимаю наушники из ее ушей:

– Агата! И вот что это? Еще и на людей нападаешь.

– Это ты нападаешь!

– Ждешь кого-то?

– Нет, уже не жду.

Молчим, смотрим друг на друга. И наконец начинаем осознавать, что до сих пор лежим на земле: я снизу, Агата на мне сверху. Руки сами смыкаются вокруг ее талии, удерживая.

– Сергей…

– Агата, поехали ко мне…

Агата

Уже прошло пять дней, как родила Аврора. На днях ее и ребенка выписали, и у меня в планах после работы к ним съездить.

Сергеев застает меня на выходе из моей конторки.

– Куда-то собралась? – интересуется, окидывая меня внимательным взглядом.

– Да, хочу наконец-то навестить Аврору и малыша. Поедешь?

Подходит. Очень близко. Нагло смотрит в глаза:

– Поеду.

Едва касаясь, проводит пальцами по телу: от груди по изгибу талии до бедра… Загораюсь от ласки, прикрываю глаза.

Шепчет:

– Еще есть пожелания?

– Да…

Готова плавится в его объятиях, гореть от страсти и желания. За эти дни, а точнее, ночи, это стало для меня естественным: любовник он хоть куда…

– Хорошо, – делает шаг назад, и без него уже непривычно пусто.

Вздыхаю разочарованно и открываю глаза. Он самодовольно усмехается.

Замечаю:

– Ты невыносим!

– Но тебе ведь это нравится.

Не отвечаю, прохожу мимо.

На парковке иду к своей машине, Сергей меня останавливает:

– На моей поедем.

Коварно улыбаюсь:

– За руль пустишь?

Он упирается:

– Эй, женщина, не наглей, хватит с тебя!

Вздыхаю:

– Нет, лучше я на своей. Как мне потом до дома добираться…

Прижимает к себе, а потом к двери своей спортивной тачки. Усмехается:

– А кто сказал, что ты домой одна поедешь?

Целует в губы, обещая бурную ночь и наслаждение… Обнимаю его за плечи и с нахлынувшей страстью отвечаю…

Сергеев отстраняется первым.

– Так мы до Орловых не доедем, – с усмешкой шепчет.

Отстраняюсь:

– Нет, сегодня точно поедем.

Оставляю ему право сесть за руль – сажусь на пассажирское место рядом. Он улыбается мне, заводит автомобиль, и мы едем. Стоит согласиться, Сергеев водитель умелый. Смотрю на него, на его длинные пальцы на руле и мысли уже принимают иной оборот: и не только водитель, но и в постели…

Стоп, стоп, стоп! Отворачиваюсь, зажмуривая глаза. Такое отношение не доведет до добра…

_ 14

Сергей

Знаю, Агата наблюдает за мной. И не просто наблюдает – обласкивает взглядом. Да, рыжая, ты не устояла!

Агата зажмуривает глаза, отворачивается. А мне смешно наблюдать за тем, как она борется с влечением ко мне.

Я мог бы ее подразнить на эту тему, но, смотрю на нее и понимаю, не хочется рисковать. Обидится, взбрыкнет, потом ищи, как ветер в поле. А я хочу ею сегодня ночью в полной мере насладиться. Хочу ее. Навестим Орловых, а потом ко мне или к ней поедем…

Приезжаем к Орловым, застаем у них дома мать Егора. Анна Эдуардовна прощается с сыном и Авророй. Нас окидывает любопытным взглядом, здороваемся-прощаемся, и она уходит.

А далее, по нововведенному порядку, исполняем ритуал-процедуру: моем руки, надеваем тапочки и маски. И идем знакомиться с Орловым-младшим.

Мальчишка спит, раскинув в стороны ручки, с зажатыми кулачками. Какой кроха…

Спрашиваю:

– Как назвали?

Все шикают одновременно – ребенок спит, а я, видите ли, шумлю. Вздыхаю и закатываю глаза. Опять наводят суматоху и от них больше шума, чем от одного меня…

– Пойдем, – зовет Орлов.

Выходим. Снимаю маску. Зачем она вообще нужна?

Орлов усмехается:

– Знаешь, тут так совпало. Думали, решали, остановились на одном. Аврориного отца звали Сергей и ты мой лучший друг – Серега.

Удивляюсь:

– Он тоже Серый?

– Орлов Сергей Егорович. Ну как?

Не знаю, что сказать:

– Ну вы даете… Нет, мне, конечно, приятно… Наконец-то, мои заслуги оценили… Кстати, мы там привезли ему подарки.

– Это к Авроре. Пойдем, поделишься новостями…

Через полчаса решаю, что пора: ребенок маленький, и мы, по любому, им мешаем. Пора неугомонную Агату забирать. Иначе, может вовсе здесь поселиться. Беру забытые подарки для ребенка, иду в детскую и на подходе слышу нежный ласковый голос Агаты:

– Сережка! Как же я люблю тебя, Сережка…

Встаю, как вкопанный, и волосы на голове зашевелились, но до меня быстро доходит: Агата общается с малышом. Усмехаюсь и лицо ладонью потираю. Вот же…

Агата

Сидим – я и Аврора – рядом с малышом. Он уже проснулся. Сюсюкаемся с ним. Какой же он красивый, голубоглазый кроха! Аврора и Егор назвали мальчика Сережка.

– Сережка, – примиряю ему имя. Он будто улыбается мне, смотрит. А мое сердечко тает. – Как же я люблю тебя, Сережка…

Глажу его по малюсеньким ручонкам, пальчикам. Ласково, шутливо бормочу:

– Ты счастливец, Сережка, потому что Я тебя люблю …

– Да, сыночек, цени тетю Агату! Этот «камушек» надежнее и дороже бриллиантов, – говорит Аврора, и я ей улыбаюсь.

– Я так за вас рада! – произношу и смотрю на малыша. – И немного завидую. Ты ведь знаешь, я давно хочу ребенка. Я замуж то за Виталика вышла, потому что считала, что он будет хороший семьянин, отец семейства. – Невесело усмехаюсь. – Непостижимо, как же я ошиблась?

– Агата, если ты твердо уверена, – Аврора сжимает мою руку, – то роди.

– Я твердо уверена, но от кого? Я всё время на работе…

– А как же Сергеев? Вы ведь…

Вздыхаю:

– Сергеев другое дело. От него нельзя. У нас отменный секс, но обзаводиться общим ребенком нам не стоит.

Сергей

Стою за дверью и слышу Агатины слова.

– У нас отменный секс, но обзаводиться общим ребенком нам не стоит.

И от ее слов меня коробит. «Со мной, значит, нельзя? С другими можно?»

Прижимаюсь к стене спиной. Агата и Аврора продолжают сюсюкаться с малышом, а я их уже не слышу.

Потом Агата выходит, натыкается на меня:

– Ты здесь?

Смотрю на нее. Рыжая зараза. Кровососка.

Передаю подарки для ребенка.

– Поедем? – спрашиваю.

Она кивает:

– Да, только вот отдам…

Прощаемся, садимся в машину. Едем молча.

Уточняю:

– К тебе или ко мне?

Пожимает плечами:

– Всё равно.

Везу к себе. Потому что ближе.

… Принявшая душ Агата уже лежит в постели, а я стою возле раковины в ванной и хмурясь, думаю. Агата хочет родить ребенка. Зная ее характер, это не заставит долго ждать – она примется за дело. А это значит, что в ее жизни появится другой мужик.

На автомате достаю из шкафчика упаковку с презервативами. А меня мысль гложет. Я, значит, не гожусь быть отцом ее ребенка.

Беру презервативы и иду к Агате. Начинаю раздеваться. Она на меня смотрит, а у самой глаза от вожделения горят. Уже заводится от моего неторопливого «стриптиза».

– Нравится? – спрашиваю.

– Очень, – признается. – И долго я буду ждать?

Хмыкаю. Нависаю над ней. Начинаю ласкать. Потом трахать. Выходит грубо, но мне плевать. Агата замечает разницу, но принимает меня и так. Отзывчивая рыжая… Довожу ее и себя до пика, кончаю. По-прежнему на ней, сжимаю ее руки, смотрю в лицо. Отхожу от секса. Но она приходит в себя раньше: глаза округляются, становятся совсем большими, и она начинает вырываться.

– Что ты сделал?! Сволочь! Ты в меня кончил!

– И? – Сжимаю ее руки, чтобы не убежала.

– Что и? У меня неблагоприятные дни!

– Агата, давай договоримся, – говорю сквозь зубы. – Ты хочешь родить ребенка, я тебе его дам. Мы можем даже заключить контракт. Выдвинешь свои условия. При любом раскладе я буду тебе и ребенку помогать, обеспечивать материально.

– Да пошел ты! Ты меня спросил вообще? Сам решение принял! Отпусти!

Я отпускаю. Бежит в ванную, захлопывает дверь.

А я лежу в кровати. Не знаю, что я чувствую. Какой-то набор несочетаемых ощущений, эмоций, чувств. Сам еще не разобрал, что это. Невольно думаю о том, что впервые в своей жизни во время секса не использовал защиту…

_ 15

Агата

Бегу в ванную, захлопываю дверь.

Но вместо того, чтобы принять душ, надеваю халат, висевший на крючке. Его халат.

«Сволочь! Как он мог?»

Сажусь на край ванной. Постепенно успокаиваюсь, проходит гнев – думаю о его словах. Представляю, каким может быть ребенок от него. Сергеев красив: темноволосый шатен с зелеными глазами, статный, высокий. К тому же, не глуп. Но учитывая его и мой характер, ребенок будет оторвой… Хихикаю. Вздыхаю. А почему нет? Может, попробовать? Что я теряю. Всё равно хочу для себя родить. Искать никого не надо. И любовник, хоть и временный, но человек-то неплохой. Вот даже вызвался помогать после рождения ребенка.

Выхожу из ванной, подхожу к кровати, а Сергеев серьезных глаз с меня не сводит.

– Давай попробуем, – соглашаюсь. – Но договор мы заключим. Чтобы не было после претензий.

Кивает:

– Хорошо. Ложись.

Вспыхиваю:

– В смысле, ложись?

– Спать ложись. День был насыщенный. Завтра договор составишь.

Агата

В обеденный перерыв сидим в кафе – в закрытой от посторонних ушей и глаз зоне, и обсуждаем мной составленный договор.

Сергей читает. Губы поджимает:

– Совместный секс, пока не забеременеешь?

– Да. Потом для таких утех я буду не в форме. И буду думать только о ребенке. И еще. Пока не забеременею, никаких других интимных связей.

Сергеев пристально смотрит и молчит. Я поясняю:

– Мы будем без защиты, я не хочу подхватить заразу. Мало ли…

Наклоняется вперед, кладет сомкнутые руки перед собой:

– Хорошо. Но при условии, что ты меня во всех смыслах удовлетворяешь. Мне нужен полноценный секс, к которому я привык. С твоей стороны не должно быть никаких отказов.

Говорит, а меня уже в жар бросает: от его наглости и моего на это возбуждения.

– И да, кстати, – дополняет, – ты тоже спишь только со мной.

По настоянию Сергея добавляю еще несколько пунктов, а потом в полной тишине мы обедаем. Каждый думает о своем.

На работе дополненный договор распечатываю, и мы его подписываем. А потом Сергеев отвозит меня к себе домой. Так начинается наша совместная «работа» …

Спустя неделю беру тест – проверить. Ничего. Потом еще через неделю… Такое чувство, что я проклята!

Сидим с Сергеевым в ресторане, а у меня настроение на нуле.

– Не переживай, Агата. Ты просто хочешь всё и сразу, – пытается успокоить. – Расслабься и получай удовольствие. Я ведь получаю.

Улыбается, а я краснею под его взглядом.

– Сергеев! Прекрати.

Он наклоняется вперед, ко мне поближе:

– Я тут подумал, может быть, нам добавить немного экстрима?

Он дотягивается до моей руки, поглаживает пальцами ладонь.

– Как тебе идея в туалете уединиться?

Уже от его слов играет воображение и становится жарко, но всё равно морщусь от такого предложения:

– Зачать ребенка в туалете? Сергеев, так себе идея! И что мне потом ребенку говорить?

Сергеев хохочет, руку отпускает:

– А ты собралась ребенку об этом говорить? Агата!

Улыбаюсь.

– Ну вот, улыбаешься! Я рад. Сегодня встретимся?

– Нет, не сегодня. Сегодня я поеду навестить отца.

– Ладно. – Смотрит на часы. – Ну, мне пора.

Подзывает официанта, расплачивается:

– Пока.

– Пока.

Уходит. Допиваю свой напиток и собираюсь тоже уходить.

– Алферова! Агатка! Привет! – слышу знакомый женский голос. Оборачиваюсь и вижу мою соседку по комнате в общаге: я только поступала, а она уже оканчивала университет.

– Вероника? Привет! Какими судьбами? Я слышала, ты замуж удачно вышла.

Улыбается:

– Да, удачно. А ты еще нет?

Показываю пальцы веером:

– Как видишь, нет.

– Не удивительно, дорогая, – сочувствует она. – Я видела, рядом с тобой был Сергеев? Мой Сергеев?

Недобро щурю глаза и перехожу на ее манер общения:

– Дорогая, о чем ты? Твой Сергеев?

– Мой, Агаточка, мой! Разве ты забыла? Я начала встречаться с ним, когда в университете училась. Фотки тебе показывала. Или хочешь сказать, ты его не узнала?

– Узнала. Вот только, он не твой, Ника. Твой у тебя – муж. Ты что забыла?

Вероника осекается, но пытается держать лицо:

– Да, ты права. Глеб у меня богатый и влиятельный мужчина. Мне не на что жаловаться. А вот тебя немного жаль. Связалась с Сергеевым? Что с него взять? Конечно, он чертовски красив, потрясающ в постели. И всё. А в остальном, он полный профан. Эгоистичен, ненадежен. А в то время еще с бандитами связался. Что он может дать?

Смотрю на эту недалекую себялюбивую куклу. И меня от негодования распирает:

– Поражаюсь тебе, Вероника. Ты с ним встречалась, но его совсем не знаешь! Надежнее человека я в жизни не встречала. Для друзей – он надежный друг, для меня – надежный любовник, захочет завести семью – станет надежным мужем и отцом семейства. Не предаст, не бросит. Потому что верный. Он – человек слова. Он честен – говорит на чистоту. И знаешь, что? Я рада, что вы расстались. Потому что такой мужчина не должен достаться такой, как ты.

Она в шоке смотрит на меня. Разворачиваюсь уйти и от нее слышу насмешливое:

– Алферова, неужели ты в него влюбилась?

Замедляюсь.

«Влюбилась? Я влюбилась? Да ну, нет! Конечно, нет! Влюбилась… что за бред!»

Сергей

Стою за колонной. Я весь их разговор слышал. Ника, как была стервой, так и осталась. А вот Агата… слова Агаты мне приятны. Она понимает, какой я, и ценит меня. «Моя девочка! Девочка моя…»

И тут раздается ехидное Вероники:

– Алферова, неужели ты в него влюбилась?

Ответа Агаты не последовало, она ушла.

«Агата влюбилась? Да нет, что за ерунда…»

Выхожу на улицу и сталкиваюсь с Агатой.

– Ты что здесь делаешь? – удивляется и слегка краснеет.

– Вот, ты забыла в машине, – протягиваю ей клатч.

И нам почему-то обоим неудобно. Молчим.

– Ну что ж, тогда еще раз, пока, – произносит.

– Да, пока.

Разворачиваемся и друг от друга уходим. Любовь. Что за ерунда…

_16

Сергей

Сижу в кабинете, работаю, а сам сосредоточиться не могу. Знаю, что Агата очередной раз собирается проверить, получилось ли. Если она забеременела, то цели мы добились. Если нет, то нам предстоит продолжить встречи. Так сказать, вместе до победного конца…

Сижу и понимаю, что ожидание меня напрягает. Иду к ней. Быстро преодолеваю коридор, пару раз стучу и открываю.

Агата оборачивается. На глазах слезы. Плачет.

Не получилось. Хочу успокоить:

– Агата…

– Получилось! Сереж, получилось! – И тут только замечаю в ее руках несколько использованных тестов. С одним результатом…

Она меня благодарно обнимает, а я в шоке. Не знаю. Не знаю, что сказать, что чувствовать. Ничего не знаю.

Агата отстраняется. Неловко улыбается. А я тоже чувствую неловкость.

– Я рад, – произношу.

– И я очень рада. Спасибо.

– За такое не говорят «спасибо» …

Не понимаю, что сейчас стоит ей говорить, а чего не стоит. Запутался совсем.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.