Каролина Рина
Война Ириса и Розы. Ловушка захлопнулась

Глава 1

Таковы мои планы на ближайшие несколько дней. Если все пойдет хорошо и очередная война или бунт не нарушат их, мне больше нечего будет желать и нечего опасаться. Но пока я здесь, в Фиале, следует помнить о том, что всегда и везде все может пойти совсем не так, как ожидалось…Что ж, это была последняя страница. Большую часть блокнота заняли мои восторги по поводу балов, приемов, описание праздничных нарядов и встреч со знакомыми. Теперь я рада, что не описала здесь, все, что думаю с самого начала. Пожалуй, это могло бы добавить проблем. С учетом того, что теперь происходит в этом доме. Утешу себя надеждой, что когда-нибудь он перестанет быть моим. И я смогу найти счастье где-то далеко отсюда.

Поставив последнюю точку на последней странице своих записей, Ижени мельком перелистала их, припоминая прежние свои замечания, радости и огорчения и думая о том, как все это было давно, наивно и глупо. Попрощавшись с воспоминаниями, она медленно подошла к камину в своей комнате. Помедлив еще секунду, бросила блокнот в огонь. После чего долго, около получаса, неподвижно наблюдала как плавятся и обугливаются его страницы, пожираемые красными языками пламени. Когда бумага совсем истлела, Ижени пошевелила поленья в огне кочергой и отошла от камина с чувством выполненного долга.

Быстрое движение кистью по щекам. Румянец готов. Развязала несколько лент с намотанными на них локонами волос. Вьющиеся кудри на месте. Поправила золотистую сетку головного убора на затылке. Откинула кудрявые локоны с плеча. Надела серьги. Нефритовые камушки красиво поблескивали в тон блеска глаз. Скинула шаль с плеч. Светло-зеленое платье из фианийского шелка даже не помялось. Пара колец, веер и сумочка. Ижени улыбнулась себе в зеркале. Сегодня она похожа на весну, которую давно ждут в Фиале.

Весна легким ветерком проносится по коридору второго этажа, без стука врываясь в кабинет графа де Баккарда. Реджис оборачивается и встает из-за стола, закрывая для нее вид на распечатанное послание из дворца.

– Я еду во дворец. Королева устраивает пикник.

Его внимательный взгляд осмотрел ее с головы до ног.

– А оделись точно для бала.

– Никто не должен сказать, что графиня де Баккард не достаточно хороша для Вас.

Реджис склонен был полагать, что вряд ли у кого-то повернется язык сказать такое. Она была сегодня необычайно хороша. Так хороша, что можно было простить ей все, не будь вина столь велика. Только бы она не смотрела на него так открыто и прямо. Как будто ничего дурного в жизни своей не делала и сейчас не намерена. Как будто идет туда ради службы придворной дамой у королевы, а не для своих интриг. Собственно говоря, ему тоже нужно во дворец. Так что с интригами ей придется немного повременить. Или что она там собиралась делать?

– Подождите меня минуту. – попросил Реджис. – Я спущусь, и мы поедем вместе. Сегодня мне нужно быть при дворе по своим делам.

– Я тороплюсь. – ответила Ижени. – А Вы можете поехать верхом. Ваша рана уже заживает.

– Даже так?

Реджис удивился такому неприкрытому ни единой правдоподобной причиной отказу. Поленилась даже придумать отмазку.

– В таком случае. Приятного Вам отдыха, графиня.

Ижени кивнула и скрылась за дверью, забрав с собой яркие цвета, красоту и весенний ветер из полумрака комнаты. Больше никаких вмешательств в свои дела ей терпеть не хотелось. Выходя из дома, она разжала пальцы своей ладони. Достала цепочку с перстнем Арку, который все это время держала в кулаке. Застегнула цепочку на шее и спрятала кольцо под платьем и накидкой.

Она ехала во дворец в одиночестве, заглядывая изредка в окошки экипажа. Хотелось убедиться в том, что снаружи не начались новые потасовки. Но все было тихо. Вдоль дороги спокойно ходили торговцы с тележками, предлагая свой товар. Бегали дети, получая брань за то, что расталкивали прохожих. Торопливо мелькала прислуга со свертками и большими корзинами. Ни лишних криков, ни шума. Ижени попросила кучера остановиться на минуту и подозвала пробегающего мимо шустрого мальчишку лет двенадцати. Вручила ему запечатанный конверт и деньги. Золотые кермы заманчиво поблескивали в его ладони, пока графиня объясняла дорогу до дома господина де Сен-Гри. А также его действия на случай, если графа там не окажется. Необходимо было доставить конверт во дворец и передать кому-нибудь из слуг. Мальчик все быстро понял, уверенно кивнул и побежал исполнять поручение.

Ижени успокоилась и проехала оставшийся путь до дворца, глядя на соседнюю стенку кареты. Оказавшись среди знакомых залов и комнат, где блестели от недавней уборки старинные предметы мебели и переливались разноцветные росписи на стенах, графиня де Баккард не отправилась прямиком к королеве, как должна была. Сначала вознамерилась найти кого-нибудь из фрейлин и с этой целью обошла все любимые комнаты девушек, зал для настольных игр, галерею на первом этаже, заглянула в комнату Ирены Фонтен. Но нигде не отыскала никого подходящего. По-видимому, все девушки уже отправились к королеве этим утром. И вот спустя несколько долгих и волнительных минут поисков, графине улыбнулась удача. Где-то между парадной лестницей и коридором, ведущим в крыло генерала Фотье, медленно прохаживался Габриель Англад. При виде нее он остановился, приветливо улыбаясь и снимая шляпу. Ижени лучезарно улыбнулась в ответ и поспешила к нему.

– Доброе утро, графиня. Вы сегодня очаровательны. Впрочем, как и обыкновенно. – поспешил заметить молодой человек.

Ижени покраснела, но сделала вид, что похвалы ее не смущают. К тому же, сейчас ей нужно было нечто иное.

– Габриель, Вы же мне друг?

– Конечно, Ижени.

– Сделаете, что я попрошу?

– Если это в моих силах. У Вас что-то случилось?

– Нет. Но у меня есть просьба. Вы можете сейчас пойти к королеве и сказать ей, что графиня де Баккард прибыла во дворец? Скажите, я приготовила сюрприз для Ее Величества. Выучила новый музыкальный этюд. И намерена сыграть его сегодня в любое время, когда она пожелает.

Габриель был несколько сбит с толку этой странной просьбой.

– Я… конечно могу это сделать. – сказал он, подумав. – Но отчего же Вы сами не хотите?

– А это мой секрет.

Графиня загадочно улыбнулась.

– Не будьте так жестоки, Ижени.

– На самом деле, ничего особенного. – объяснила она. – Мне думается, королева все еще злится на меня из-за наших недавних разногласий. – она не упомянула напрямую тему казни, но знала, что собеседник ее понимает. – Не хочу подходить к ней сама. Хочу убедится, что она все еще расположена ко мне. Если пошлет за мной, я буду знать, что прощена.

– Умно, графиня. Преклоняюсь перед Вашей изобретательностью.

– Еще рано. Сначала помогите мне, как обещали.

– Мне идти сейчас? Я должен дождаться господина графа из кабинета де Фотье.

– Это даже очень хорошо. Вы можете ждать сколько пожелаете. Но, думаю, не более, чем минут десять-пятнадцать. Очень важно, чтобы Вы пришли вовремя.

– Снова какие-то загадки. – удивился Габриель. – И где же я смогу Вас найти, если королева пожелает Вас видеть?

Ижени принялась объяснять еще более воодушевленно, чем прежде.

– Нет ничего проще. Королева сейчас на пикнике. Я буду ждать в саду. Но не там, где все дамы. А в другой его части, в западной, где растет больше всего деревьев. Люблю гулять там в одиночестве.

– И все-таки, Вы чего-то недоговариваете, Ижени.

– Вы обещали помочь, а не задавать вопросы. Или Вы передумали?

– Не передумал. Ждите в саду, я все сделаю.

– Спасибо Вам, Габриель. Вы очень добры.

Она развернулась, подарив ему на прощание веселую улыбку, точно задумала таинственную шалость или розыгрыш. Габриель проводил ее взглядом, а сам остался ждать графа, иногда посматривая на циферблат карманных часов.

Ижени бежала по саду, оглядываясь на кусты за своей спиной и раз за разом убеждаясь в том, что никто не идет за ней. Несколько знакомых деревьев мелькнули мимо нее, пока она не вышла на довольно просторную поляну, окруженную вековыми дубами. К одному из них была прикреплена мишень для стрельбы, а рядом она увидела принца Карлоса, внимательным взглядом оценивающего количество попаданий. Услышав шелест перед собой, он поднял голову. Узнав графиню де Баккард, метнул небрежный взгляд на ее наряд, прическу и драгоценности.

– Я смотрю, у Вас траур кончился. – бросил он вместо приветствия.

Сам принц носил настолько привычный черный камзол без единого украшения, что нельзя было точно сказать в трауре он или уже нет.

– Кончился. – ответила Ижени. – Надеюсь и Вы чувствуете себя лучше.

– Чего хотели?

– У меня к Вам дело, Ваше Высочество.

– У Вас ко мне?

Он еще раз присмотрелся к ней, замечая покрасневшие от бега щеки. Очевидно, она очень торопилась, раз столь поспешно разыскивала его утром, в саду, надеясь застать за утренней стрельбой.

– Что-то от господина барона? – с подозрением спросил принц.

Он уже подозревал нечто недоброе. Но ее ответ отказался еще более озадачивающим.

– Нет. От меня лично. Дело очень важное, потому я и осмелилась прервать Вас.

– Это интересно. Удиви меня, Кавелье. И попробуй не потратить мое время зря.

– Я постараюсь. – Ижени старалась отдышаться, чтобы говорить как можно более уверенно. – Видите ли, Ваше Высочество, беременность королевы – это все же очень досадно и делает Ваше положение уязвимым.

– Ты сейчас понимаешь, что говоришь?

– Вполне.

Ижени замолчала, прислушиваясь к шелесту листьев от ветра. Пока ни одного постороннего звука. А вообще, ей надо поторопиться, все-таки у него в руках пистолет.

– Недавно Вы обвинили меня в том, что я помогла королеве. – поспешила она объяснить. – Не хочу, чтобы подозрения и дальше чернили мое имя в Ваших глазах. Я, возможно, не самый удачливый игрок. Потому и оказалась случайно в команде с королевой. Но ведь удача, как известно, на Вашей стороне. Пусть в этом туре победа перешла Его Величеству, однако впереди еще конец игры. Не все ставки сыграны.

Он смотрел на нее, точно она заболела и бредит. Или перебрала с шампанским и не знает теперь, что говорит. Он предпочел бы любой из этих вариантов, только бы не оказалось, что все это сказано серьезно. Ведь тогда получается, что Кавелье и правда сошла с ума. Видно, убийство подруги сильно ударило по ее хрупкой голове. Ижени прочитала в его взгляде все эти подозрения и решила выразиться более ясно.

– Я думаю, коронация могла бы добавить Вам очков этой партии.

– Могла бы. Но без кольца это невозможно. – безразлично отозвался принц.

Что взять с сумасшедшей? Разумеется, она не помнит о такой важной детали. Глаза Ижени лукаво засветились. Она еще раз прислушалась к мирной тишине. Никого. Заговорила негромко, но бойко и уверенно.

– Потому я и здесь. Я принесла Вам перстень Арку.

Принц испуганно огляделся в поисках свидетелей, никого не заметил за ближайшими ветвями, подошел ближе к ней и заговорил шепотом.

– Ты в своем уме, Кавелье?

Ижени не шевельнулась и гордо выпрямилась.

– Да. Вы же хотите свою коронацию? Я тоже этого хочу. Только сейчас выслушайте меня внимательно, Ваше Высочество. Я попытаюсь все объяснить. А если мои объяснения Вам не понравятся, тогда и будете судить, как пожелаете.

Она начала свою историю о том, как нашла кольцо. Как ее отец прятал его в доме от людей короля. Как он хотел привезти его принцу. А потом ее болезнь, пропажа, поиски, ее беспечность по отношению к священной реликвии. Ижени описала все, полностью оправдывая всех участников кроме себя самой. Хотя и саму себя не мешало бы оправдать. Опять же, у него в руках все еще заряженный пистолет. Она как раз думала об этом, закончив основную историю. Когда Ижени прервала свой рассказ, принц достаточно убедился в том, что она не сошла с ума. Но еще не до конца уверился, что услышанное правда. Уж больно странно все это звучит.

– Хотите сказать, священный перстень династии Арку пропал на двенадцать с лишним лет только потому, что маленькая девочка захотела поиграть с ним, а потом забыла, куда его спрятала?

– Я сожалею. – Ижени заговорила быстрее, одновременно прислушиваясь ко всем посторонним звукам. – Однако отец не виновен в том, в чем его подозревают. Он искал перстень по всему дому. Слуги перевернули вверх дном каждый уголок. Не тронули лишь мою комнату. Я тогда сильно заболела. Никому и в голову не пришло тревожить меня для такого дела. А после… потеря памяти сделала поиски кольца и вовсе невозможными. Я не могла знать, что оно осталось в поместье, когда все уехали в Фоссе. Сказать по правде, это же Вы виноваты, что я потеряла память. Не случись той драки в лесу, не напади Ваш человек на Эмиля, я бы не упала и не разбила голову.

Его рука угрожающе дернулась и, к счастью, Ижени увидела, как он убирает пистолет.

– Допустим, я поверил. Но все это только слова. Если ты нашла перстень Арку, докажи.

– Он здесь, Ваше Высочество.

Ижени потянула за длинную цепочку, доставая кольцо, повисшее на ее конце и спрятанное под одеждой. Фиолетовый камень при дневном свете блеснул сразу всеми цветами радуги. Принц едва не ахнул от удивления. Так похоже оно было на то самое. Ижени держала кольцо в руке, не расстегнув цепочку, и он поспешил взять его и рассмотреть со всех сторон. Камень переливался точно так, как это должен делать турмалин. Карлос Арку знал наверняка, что представляет из себя оригинал, так что блеклая подделка, сделанная братом, всегда вызывала в нем смех. Турмалин выглядел так, словно его только вчера отдали ювелиру, хорошенько отполировали и вставили в оправу, чтобы сделать кольцо. А золотая оправа немного потемнела от времени. Это было удивительное открытие. Принц вертел кольцо в руке и не мог оторвать взгляда, хотя с первой минуты убедился в том, что это не очередная подделка.

– Оно действительно настоящее. – сказал он с неподдельным изумлением.

– Настоящее. – подтвердила Ижени. – Но как Вы так быстро узнали?

Принц продолжал смотреть на кольцо.

– По камню. – ответил он. – Камень переливается разными цветами при свете дня. И выглядит очень гладким и блестящим. Ни сколов, ни царапин за все время. Нет сомнения, что это турмалин. Их сейчас не добывают. Последний использовали, чтобы сделать перстень для правителя династии Арку.

– Как интересно… – протянула Ижени.

Вдруг рядом с ней в кустах послышался шорох и звук посторонних шагов. Ижени испуганно отскочила назад, вырвав из рук принца кольцо, все еще висевшее на ее шее на золотой цепочке. Его она снова спрятала под одеждой. А принц Карлос, услышав шум и увидев ее беспокойство, незамедлительно достал пистолет и сделал вид, что целится в мишень на дереве. Раздался выстрел. К ним на поляну вышла Ирена Фонтен. Поклонилась принцу и бросила быстрый взгляд на графиню де Баккард.

– Мадам, королева очень просит Вас прийти поскорее. Ей не терпится узнать, какой этюд Вы выучили для игры. Она хочет, чтобы Вы сыграли его сегодня перед обедом.

– Ну раз королева просит, то я сейчас же приду. – с готовностью подтвердила Ижени. – Все равно, гуляя здесь, я помешала Его Высочеству тренироваться в стрельбе. Прошу меня извинить, мой принц.

Она сделала вежливый поклон и умоляюще уставилась на Карлоса Арку, прося не выдавать ее перед фрейлиной королевы. Тот все правильно понял и заговорил небрежно, снова наставляя дуло пистолета на беззащитное дерево.

– Да, Вы мне помешали, графиня. Будьте добры впредь совершать свои прогулки в другом месте. В это время суток я не люблю, когда меня беспокоят. Вам повезло, что шальная пуля не угодила и в Вас.

Ижени согласилась, что она была очень неосторожна, затем вместе с Ирен поспешила по садовой дорожке в ту часть парка, где королева устраивала пикник. Фрейлина пошла впереди, отчего Ижени, уходя, успела мельком обернуться и прошептать:

– Я вернусь, Ваше Высочество. Что-нибудь придумаю.

Ее зеленый наряд быстро исчез за кустарником ежевики.

Пока фрейлины гуляли в саду, где красиво расставили столики с закусками и сладостями, Ижени сидела на покрывале, расстеленном посреди зеленой поляны и разговаривала с другими дамами и королевой о прекрасной теплой погоде и приближении весны. Разговор был совершенно неважным и неинтересным, но графиня де Баккард продолжала улыбаться, временами оглядывая сад, восхищаясь его красотой и прекрасной подготовкой к пикнику.

– Удивительно, и как это прошла зима без единого прохладного дня и хотя одной снежинки. Должно быть, у Вас в Северной провинции такого не бывает, Ижени?

– Не бывает. У нас холодная зима. Я получила истинное удовольствие от прекрасной погоды в Фиале за те пару лет, что провела здесь. А какое сегодня чудное утро.

Она еще раз осмотрелась с видом ценителя природы. Хотя на самом деле искала глазами тех, кто мог бы следить за ней. Принцу теперь очень нужна новая встреча. И он будет ждать, когда представится подходящий момент. А ей очень нужно прежде встретиться с другим человеком. Потому нельзя пока что покидать королеву ни на минуту.

Спустя несколько часов прогулок, поедания фруктов и пирожных и болтовни на свежем воздухе королева пожелала отправиться в музыкальную комнату и послушать игру графини де Баккард. Пожалуй, лучшего момента было не найти. Ижени покорно отправилась во дворец вместе со всеми. А в нужном коридоре у дверей музыкальной комнаты обнаружила Астора. Тот сразу сделал вид, что шел по своим делам, а вовсе не ждал на этом месте более часа. Он приветствовал дам поклонами, проходя мимо. И едва заметно улыбнулся Ижени, поймав ее взгляд среди десятка других. В его желании отойти и подождать в более безопасном месте его остановила королева:

– Граф, Вы такой редкий гость при дворе в последнее время.

– Очень много дел, Ваше Величество.

– Я понимаю. Хлопот было немало в последние дни. Но сейчас-то все успокоилось. Вы можете немного отдохнуть. Пойдемте с нами и послушаем музыку. Графиня де Баккард любезно выучила новый этюд. Она у нас мастерица играть.

– Я уверен, игра мадам де Баккард стоит того, чтобы задержаться. Благодарю, Ваше Величество.

Послушать Ижени собрались все фрейлины и часть придворных из тех, кто был сегодня во дворце и не слишком ненавидел ее. Ижени играла как обычно – легко, быстро, без единой ошибки. Королева казалась довольной. Многие слушатели перестали шептаться, чтобы не отвлекаться от чудесной музыки, наполнявшей комнату. Ижени закончила играть, получив громкие овации. Королева сейчас же попросила ее сыграть другую мелодию, которую уже слышала от нее прежде.

– Да, Ваше Величество. – согласилась Ижени. – Только мне нужны ноты для этой симфонии. Я не очень хорошо знаю ее.

Она принялась разыскивать среди книжек на столике ту, где содержалась искомая мелодия, раскрыла ее на странице с нужным названием, установила книгу на подставку над крышкой рояля. Разгладила страницы и поправила книгу, чтобы она не упала на клавиши.

– Граф, помогите ей. – обратилась королева к Астору, который в этот момент стоял неподалеку и завороженно наблюдал за действиями Ижени у рояля.

– Кто-то должен переворачивать ноты. Во время игры это делать крайне неудобно.

Астор удивленно обернулся, не ожидая подобной просьбы. Но отказать было неучтиво, и он поспешил к Ижени, которая оказалась совсем не рада такой компании. Теперь она думала лишь о том, как бы ей не покраснеть от смущения, когда он наклоняется к ней, переворачивая очередную страницу, и она, не глядя, чувствует, как его глаза, блестящие от восхищения, прожигают ее насквозь. Так и сбиться недолго. А ошибки в игре привлекут к этой ситуации еще больше внимания. Она играла, глядя на третью страницу нот, пока еще ни разу не сбившись, но напряженно застыв, как застенчивый новичок во время игры перед строгой публикой. Астор осторожно перевернул страницу.

– Королева сегодня необычайно добра. – шепнул он. – Вы хотели встречи, и она любезно ее предоставила. Буду считать это за подарок.

– Не говорите со мной. – шепнула Ижени, из последних сил следя за своими пальцами на клавишах.

– Верно, здесь не лучшее место. Где мы теперь увидимся?

– Я подумаю. – она все же разволновалась и сделала несколько ошибок. – Следующую страницу, господин де Сен-Гри. – сказала она громче.

Королева все это время внимательно слушала музыку. И столь же внимательно наблюдала за парой, оказавшей сегодня по ее воле у инструмента. Ее строгий взгляд старался, казалось, что-то отыскать и обнаружить. Поначалу он этого сделать не смог. А после, когда графиня все же допустила ошибку в нотах и заметно занервничала, стало очевидно, что подозрения не беспочвенны. Королева продолжала следить за обоими, все более убеждаясь в своей правоте. Ижени закончила игру и встала со скамьи, Астор нахваливал ее талант, а она избегала смотреть на него и сдержанно благодарила за помощь.

До обеда еще оставалось немного времени. Королева ушла в компании своих дам. Когда собрание придворных покидало музыкальную комнату, Ижени наконец заметила Рене Фонтена, который изловчился и подождал, чтобы большая часть людей вышла, затем подошел к ней и заговорил. Тогда Астору пришлось сделать вид, что он тоже покидает комнату, а на деле он остановился у дверей с противоположной стороны.

– Какая замечательная игра, мадам. Как и обычно. Вы всегда радуете нас прекрасной музыкой. – начал Фонтен, пока еще в зале толпились другие люди.

– Спасибо Вам, сударь. Надеюсь, и впредь не разочаровать придворных своей игрой. Постараюсь выучить новый этюд к весне.

– Будем ждать с нетерпением. – он перестал улыбаться и заговорил тише. – Принц просит передать, что ждет Вас у себя.

Ижени также заговорила шепотом, бросая обеспокоенный взгляд в сторону двери.

– Господин де Сен-Гри сегодня преследует меня. Полагаю, ищет встречи. Я не смогу быть полезной принцу до тех пор, пока он здесь. Хорошо бы отвлечь его.

– Я понял Вас, мадам.

Он удалился по направлению к выходу. Ижени несмело пошла следом, после чего заметила графа де Сен-Гри за разговором с Фонтеном. Тот не мог сделать ничего, чтобы избежать этой беседы, а Ижени в это время проскользнула через коридор, исчезая за ближайшим поворотом. Наткнулась на стражу принца, с невозмутимым видом прошла мимо. Обернулась. Убедилась в том, что те остались в конце коридора, чтобы наблюдать за Фонтеном и графом де Сен-Гри. Ускорила шаг. Закрыла за собой двери проходной комнаты. Выдохнула. Теперь лишь бы только все вышло.

Ижени торопливо прошла через знакомые коридоры. Поднялась по лестнице. Несколько раз обернулась, убеждаясь в том, что за ней никто не наблюдает. Теперь самый опасный шаг. Она завернула в коридор, где располагался кабинет Магнуса Арку. Спустя две минуты секретарь Его Величества получил просьбу об аудиенции от мадам де Баккард и отправился к королю за одобрением. Одобрение он получил. Хотя, Магнус вновь не мог предположить по какому поводу могла заявиться к нему молодая особа, если не далее как час назад сам граф был при дворе и мог сказать ему лично или генералу Фотье все, что требовало его внимания. Не иначе как между двумя вновь возникли разногласия. Если так, то это довольно печально. Король сегодня утром не читал донесений и не подписывал указов. Уставший после недавних событий и многочисленных судебных разбирательств, он сидел в своем кресле, ожидая обеда, а после прихода Фотье, обещавшего сыграть с ним партию в Фасет сразу после доклада о делах в провинциях. Ижени пришла как раз вовремя, чтобы попасть в те несколько минут его свободного времени. Однако она очень сильно волновалась за последствия этой аудиенции, поскольку знала, как сильно рискует. Но план уже был выстроен, и отступать нельзя. Графиня вошла в кабинет, мельком огляделась на предмет подозрительных картин с сокрытыми тайными коридорами позади них. Ни одной картины не висело на стенах. Те были выкрашены в однотонный персиковый цвет и украшены лишь длинными каменными колоннами. Дверь плотно закрыли сразу после того, как она вошла. Поэтому особенно опасаться за конфиденциальность разговора причины не нашлось. Король не улыбнулся ей и, в целом, выглядел очень уставшим. Когда она подошла ближе, то должна была по традиции поцеловать фиолетовый перстень на его руке. Но она отчего-то не сделала этого, продолжая растерянно топтаться на месте и отводить взгляд. Ижени все еще волновалась. Король пришел к выводу, что на этот раз у нее что-то да случилось и добродушно предложил ей взять стоявший рядом стул, пододвинуть его ближе и сесть, дабы не разговаривать стоя. Ижени отказалась. Собралась с силами. И решилась сразу разъяснить отчего ведет себя столь странно и неучтиво сегодня. Она посмотрела напрямую в светло-голубые глаза на утомленном лице и сказала с бесстрашной прямотой.

– Ваше Величество, я знаю, что перстень, который Вы носите – не настоящий.

Король едва не онемел от этих слов.

– Кто сказал Вам такое? Ваш муж, граф?

– Нет, я сама знаю.

Светлые брови Магнуса уже сердито сдвинулись, хотя на лице еще преобладало недоумение.

– Откуда такие смелые заявления?

– Потому что настоящий у меня.

Ижени вновь коснулась заветной цепочки, расстегнула ее. Под удивленным взглядом Магнуса Арку достала кольцо. Протянула его королю. Тот смотрел на него как завороженный и не мог поверить своим глазам. А камень блестел как новенький, словно и не исчезал на двенадцать лет. Король подошел к окну и поднес его к свету. Фиолетовый турмалин засиял разноцветными отблесками. Рядом с ним подделка на его пальце показалась сразу тусклой стекляшкой. Рассмотрев как следует священную реликвию, король обернулся к Ижени. И теперь в глазах его читалась не усталость, а полнейшее непонимание.

– Но… как? – сбивчиво проговорил он. – Откуда?

Графиня покаянно склонила голову, приступая к объяснениям.

– Мой отец вез его Вам, Ваше Величество, по Вашему приказу. По дороге он со своей стражей и военные Вашего отряда остановились заночевать в нашем доме. Там отец спрятал кольцо подальше от посторонних глаз в гостиной матушки. Но спрятанное нашла я, когда зашла вечером в ее комнату. Нашла я его случайно. И, будучи совсем маленькой, я не знала, что это ценная вещь. Взяла его себе и не вернула матушке. Мои родные искали кольцо по всему дому. А найти не смогли. Я спрятала его среди своих игрушек. Никто не говорил со мной о пропаже, так как я была серьезно больна. Лежала с горячкой в своей комнате. А кольцо совсем исчезло. Никто не знал, где оно. А потом, еще хуже. В детстве, я упала с дерева и получила травму в результате которой потеряла память. Таким образом, в течение многих лет я вовсе ничего не помнила про это кольцо и не могла знать, где оно. И вот, совсем недавно я случайно нашла его среди своих кукол. – Ижени подняла глаза, убеждаясь, что король все еще слушает ее, затаив дыхание. Она заговорила быстрее и еще более убедительно. – Сначала, я не знала, что это. Но теперь, когда память ко мне вернулась, не осталось сомнений, что это перстень Арку. И я сразу принесла его законному владельцу. С надеждой на то, что могу рассчитывать на прощение в своем поступке. Из-за меня кольцо было потеряно на столько лет. Это доставило Вашему Величеству много проблем и беспокойства.

Лицо короля казалось столь отстраненным и глубоко задумчивым, что нельзя было с точностью предугадать, как он отнесся к ее длинной речи. Ижени закончила говорить. Она замерла, предвкушая его ответ. Король несколько секунд обдумывал услышанное, затем посмотрел на графиню де Баккард с искренней растерянностью.

– Не могу поверить, что такая странная история возможна. Но отчего же мне сказали, будто Аливею ограбили?

Закономерный вопрос. И Ижени была к нему готова.

– Я вынуждена признаться, мой король. Отец в те неспокойные времена был очень мнительным. Он не хотел доверяться начальнику отряда стражи, которого Вы послали сопровождать его в дороге. Он обманул его, боясь, что тот украдет у него кольцо в своих целях. Потому он и солгал насчет ограбления.

Король в задумчивости потер лоб.

– Но результаты расследования подтвердили, что нападение имело место быть. В донесениях говорилось о полной разрухе и десятке убитых служителей. Расследование проводил Ваш супруг, граф де Баккард лично.

– Мы почти никогда не говорили с ним об этом. – честно призналась Ижени. – И потому сама я ничего не знаю о нападении на аббатство. Но, полагаю, грабители действительно легко могли проникнуть туда в любое время, даже после того, как кольцо уже было увезено моим отцом. Говорят, времена были неспокойные. Разбой был не редкостью. Кто-то мог узнать, что у барона имеется разрешение на въезд в аббатство и выкрасть его, чтобы вывезти оттуда все ценности. Даже кто-то из его стражи. Я слышала, несколько его людей в то время предали его и сбежали. Думаю, ограбление аббатства случилось после того, как отец заявил о нем. Потому преступники и остались безнаказанными. Ведь все и каждый в то время склонны были обвинить в происшествии принца Карлоса и его сторонников. У простых воришек и подлецов были совершенно развязаны руки.

– Выходит, мой брат не предпринимал попыток выкрасть кольцо для себя?

Ижени с готовностью согласилась.

– Выходит, так. Я виновата, Ваше Величество. Я была ребенком, когда это случилось. Не понимала, что делаю. Но еще более важно, что из-за меня все эти годы страдали другие люди. Мой отец, Его Высочество Карлос, возможно кто-то еще из подозреваемых, терпели осуждение и несправедливые обвинения в свой адрес, хоть ничем и не заслужили их. Моему отцу, барону де Фоссе, никогда не говорили в лицо, в чем его подозревают. Однако он всегда это чувствовал. Но, как человек, преданный Вашему Величеству, не смел возразить. Он готов был смириться с любым Вашим решением и очень переживал о том, что однажды Вы перестанете верить в его непричастность к заговору. Я рада, что смогла наконец вспомнить все детали случившегося. Это поможет многим людям и разрешит столько неприятностей. Потому я и принесла перстень Вам, мой король.

Магнус с удовольствием рассматривал поблескивание на фиолетовом камне. Он уже не смотрел на Ижени, однако продолжал расспрашивать ее обо всех подробностях этого странного дела.

– Как давно Вы нашли его?

– Около двух месяцев назад. Большую часть времени из которых я понятия не имела, что это перстень Арку. Спустя какое-то время меня начали мучать повторяющиеся сны о прошлом. Должно быть, вид этого кольца вызвал воспоминания. В конце концов, память вернулась. Разобрав, что к чему, я решила немедленно принести его Вам. Нужно было сделать это раньше, но откуда мне было знать…

– Вы… сделали большое дело, графиня.

– Я поступила по совести. Он ваш по праву. Никому другому я не могла его передать.

– Могли. – возразил король. Он снова посмотрел на нее с серьезностью. – Могли. Но не стали. Я не забуду Вашего поступка.

– Так Вы не вините меня в том, что кольцо пропало?

– Я не могу винить Вас. В ту пору Вам было… дайте подумать…

– Семь лет.

– Вот именно. Какой же спрос с младенца? Разумеется, Вы не знали, что это за кольцо и зачем оно в Вашем доме. Поведение барона вполне объяснимо. На тот момент он никому не мог доверять при дворе. Напрасно я тогда беспокоился за его поездку и подослал к нему отряд стражи. Пожалуй, все прошло бы более удачно, не будь с господином бароном посторонних людей в пути.

Ижени промолчала.

– Получается, в моей потере есть доля и моей личной вины. – король с задумчивым видом прошелся по комнате, продолжая жадно рассматривать кольцо в своей ладони. – Так боги решили за что-то наказать меня. Но гнев их уже остыл. Раз теперь перстень Арку вернулся ко мне столь чудесным невероятным образом. А вдобавок к этому, королева скоро подарит мне наследника. О чем еще может мечтать смертный человек? – Он остановился подле нее, и Ижени покраснела, чувствуя на себе взгляд, наполненный искренней признательностью. – Я благодарен Вам, Ижени, за Ваше открытие. За Вашу честность и преданность. Мое недоверие к барону де Фоссе действительно имело место быть. Но не из-за тех печальных событий. Я никогда не верил в его измену в отличие от генерала Фотье. Но вот недавние его дела подрывают мое доверие…

Ижени напряглась от этого заявления.

– Но что случилось, Ваше Величество? – осмелилась она уточнить.

– Вас это никак не коснется, графиня. Отныне Ваше имя избавлено от всяческих подозрений. Вы оказали мне неоценимую услугу. И как поговаривают, королеве Вы также были полезны своим советом в нашей общей беде. Такое не забывается. Будьте уверены в моей благосклонности к Вам отныне.

Ижени склонилась в реверансе.

– Я бесконечно признательна. И в связи с этим, Ваше Величество, могу я просить у Вас… защитить меня. Поскольку опасность как раз связана с этим перстнем, который теперь у Вас.

Она с огромной надеждой посмотрела на короля и тот ответил ей с большим участием.

– От кого Вас нужно защитить, мадам?

– Видите ли, я имела неосторожность, когда еще не знала, что это перстень Арку, надеть его во дворец. Носила его на цепочке, как и теперь, чтобы не потерять. Хотела поехать к матушке после службы при дворе, поговорить о находке. Я шла уже к выходу, когда случайно встретила принца Карлоса. Вы знаете, он меня немного пугает после нашей неудачной партии в Фасет. И вид у него был такой мрачный в тот день.

– Когда это случилось?

– Думаю, за день до начала беспорядков в столице.

– И что же сделал принц?

– Ничего, Ваше Величество. Я поклонилась, приветствуя его. Он в ответ посмотрел на меня. Его взгляд был достаточно недоброжелательным, видно настроение его было не из лучших. Я почему-то очень испугалась и уронила веер. Не стала ждать помощи и наклонилась, чтобы поднять его. Тут это и случилось. Кольцо на цепочке выскользнуло из-под платья и его стало видно. Принц заметил. Посмотрел на меня еще страннее, но ничего не спросил.

Король внимательно слушал каждое слово.

– После этого принц не предпринимал попыток выкрасть кольцо?

– Со мной все время был господин граф. – объяснила Ижени. – Думаю, он не решился бы делать это в открытую, если бы хотел. Затем ужасные драки на улицах, принц надолго оставил столицу. Мы почти не виделись за все время. И вот сегодня он снова видел меня в саду. Я гуляла там, а принц занимался утренней стрельбой. Полагаю, он мог заметить цепочку на моей шее. Если вдруг он снова спросит про кольцо, что я скажу ему? Боюсь, если он узнал перстень в первый раз, то теперь может догадаться, что я принесла его Вам. И тогда я окажусь в опасности. Вы же понимаете, Ваш брат не жалует тех, кто предан Вам. Я бы не хотела ссориться с ним в открытую.

– Это разумно. – согласился король. – Мщения с его стороны следует ожидать. Я приставлю к Вам охрану, чтобы защитить Вас.

Ижени покачала головой.

– Нет, Ваше Величество. Никакая охрана не убережет от гнева Его Высочества, если уж он на кого-то сильно зол.

– Но что тогда Вы предлагаете?

– У меня есть одна мысль по этому поводу. Если Вы не сочтете ее за вольность.

– Говорите.

Ижени смело приступила к последней части своего плана.

– Я могла бы взять поддельное кольцо взамен настоящего и носить его на цепочке так же как носила прежде. Если меня спросят, всегда могу сказать, что это простое кольцо из танзанина, принадлежащее матушке или еще кому из родни. А если принц захочет украсть его, пожалуйста. Фальшивка ни принесет ему ни удачи, ни славы. В то же время Вы могли бы, Ваше Величество, потянуть время, делая вид, что ничего не изменилась. Аккуратно начать подготовку к коронации, не объявляя о ней в открытую. Так будет меньше шансов, что кто-то захочет вмешаться или сорвать ее. И со стороны будет выглядеть, словно настоящий перстень Арку всегда был у Вас в руках, просто лишь сейчас Вы решили устроить церемонию и на то была Ваша воля, а не воля богов. Когда коронация состоится, я смогу избавиться от фальшивки, чтобы ни у кого и никогда больше не возникло сомнений. Мне показалось, такой ход событий может устроить всех.

Еще несколько мгновений после того, как голос ее смолк король смотрел на нее. И Ижени не понимала, о чем он думает. Но почему-то ей казалось, что он не злится, а во взгляде его она ловила очевидное одобрение.

– Мадам де Баккард… Вы очень мудры для своих лет. – заключил он.

Ижени скромно опустила глаза.

– Я многому научилась при дворе. И от моего мужа. – ответила она.

Король, подумав, вынес вой вердикт по поводу дальнейшего плана действий.

– Согласен с Вашим мнением о том, что о коронации не следует объявлять в открытую. Когда мой брат спохватится, церемония уже будет начата. А он так и не поймет, где и когда я отыскал настоящий перстень для церемонии. Это хороший план. Тогда Вы можете забрать подделку, если она поможет Вам обезопасить себя.

– Я в этом уверена.

Король снял тяжелый перстень с указательного пальца правой руки передал его Ижени, а сам надел настоящий. Казалось, ему было очень приятно это делать, и на миг он даже залюбовался фиолетовым камнем. Все эти двенадцать лет тот должен был украшать его руку. И вот нашел его спустя долгие годы. Но лучше поздно, чем никогда. Ижени в это время быстро просунула цепочку сквозь другое кольцо, застегнула ее на своей шее и спрятала за вырезом платья. Ей сразу показалось, что фальшивый перстень намного легче настоящего. Она чувствовала значительную легкость по сравнению с тем, что было раньше.

– Сегодня после обеда у меня будет Фотье. – сказал король, когда Ижени уже собиралась уйти. – Не стану пока говорить ему о Вашей находке. Люди принца и за ним следят, это стало понятно не так давно. Попрошу его осторожно начать подготовку к коронации. Устроим сюрприз для двора и всего народа, когда в первый день весны церемония наконец состоится. Тогда можно будет спокойно ждать появления наследника. И мой брат ничем не успеет помешать мне.

Ижени признала, что полностью поддерживает подобный ход мыслей. Собственно, она чего-то подобного и добивалась, когда сочиняла свою длинную полуправдивую историю. Приятного во вранье было мало. Но и угрызений совести она не испытывала. Лучше один раз соврать, чем всю жизнь потом трястись от страха за свою жизнь, за жизнь ребенка, за судьбу родных. Ведь никто теперь не знает, кому в конечном итоге достанется власть в Калерии. И лучше предусмотреть все варианты сразу. Благо их всего только два.

Ижени вышла из кабинета, бледная от беспокойства за все, что только что успела сделать. Когда же она, чуть ли не пошатываясь, повернула к выходу на лестницу, то вздрогнула, встретив там Астора.

Глава 2

Кабинет Фотье был перемещен некоторое время назад ту часть дворца, где, предполагаемо, не находились потайные ходы с возможностью подслушать, что происходит внутри комнат. Начальник тайной полиции, по своему обыкновению, был так занят делами королевства, что не мог уделить время хозяйственным вопросам. Вещи в его новом кабинете все еще были разложены по сундукам. Столы, тумбы и книжные полки зловеще пустовали, собирая пыль и нагоняя скуку на вошедших. На голых стенах не видело ни одной картины или вышитого полотна. Тем самым, создавалось впечатление, будто комната необитаема и в ней никто никогда не бывает. Однако Фотье бывал здесь ежедневно, и граф де Баккард немногим реже. Сегодня он вновь предстал перед пустующим столом из лакированного орехового дерева, где Фотье разложил лишь пергамент, бумаги и письменные принадлежности. И снова ловил на себе острый, внимательный взгляд начальника, когда, выпрямившись словно на построении, докладывал о ситуации. А ситуация его чрезвычайно беспокоила. И смолчать он никак не мог.

– Так Вы полагаете, Карлос Арку сейчас владеет священным перстнем династии. – повторил Фотье, поразмыслив над словами Реджиса. – Но когда бы она успела отдать его? Принц не так давно вернулся в столицу. Все это время за ним велась слежка. Он не делал ничего подозрительного. И так старательно изображал убитого горем вдовца, что я бы и сам ему поверил. Разве что в Аббатстве… Графиня де Баккард часто бывала там, навещая могилу подруги. Общее горе очень объединяет, знаете ли.

– Она должна была возненавидеть его, а не сочувствовать. – понизив голос, добавил Реджис.

Фотье со скептическим видом отвернулся, глядя на пустые пыльные полки на стене.

– Она ничего Вам не должна, граф. Но все же, мне кажется странным эта ситуация. Ведь будь у Карлоса такая реликвия, он бы поторопился использовать ее. Он же ведет себя как ни в чем не бывало. Среди его сторонников и речи нет о коронации. Не кажется ли Вам, что это очередной вымысел? И никакого кольца у него никогда не было.

– Графиня сама сказала мне о том, что больше не владеет им. Кому, как Вы думаете, она могла бы его отдать?

– А с чего Вы взяли, что она сказала правду?

– Посудите сами, зачем ей держать его при себе все это время? Гораздо более целесообразно использовать его с выгодой для себя.

– Это так. – Фотье устало вздохнул. Кажется, его всерьез начало раздражать данное положение вещей. Голос его сделался куда более строгим. – Однако, если за такой срок, когда, как Вы говорите, графиня владела перстнем Арку, Вы не смогли отыскать и забрать его, можно считать, что часть вины лежит и на Вас. Вы женились, чтобы раскрыть заговор и не смогли совладать с собственной женой. Я охотно верю, что Ижени Кавелье может быть причастна ко всем делам принца, вот только у нас с Вами вновь нет ни одного весомого доказательства этому. А король не станет слушать сплетни против своего брата. Они сейчас якобы на пути примирения. Таким образом, выбор у нас небольшой. Либо Вы находите подтверждение своим словам, либо мы делаем вид, что принц Карлос никакого кольца в глаза не видел и никакой государственный переворот не планирует.

Граф де Баккард стойко и смиренно выдержал этот удар, только покорно наклонив голову и с уверенностью глядя на начальника.

– Я понял Вас, генерал. Постараюсь выяснить больше деталей.

Реджис ушел, не показывая, как обидели его обвинения в его сторону. Да, пожалуй, он не смог быстро и эффективно раскрыть все планы заговорщиков. Можно сказать, его собственные чувства и мысли каким-то образом сумели помешать ему. Да и Кавелье были настолько умелыми игроками, что поймать их за руку на жульничестве оказалось труднее, чем кто-либо мог представить. Все это верно, он готов был признать поражение. Однако он не сдавался. И все еще намерен был добиться справедливости. Поэтому зря Фотье смотрит на него как на неудачника. Последняя его мысль была совсем уж мрачной и продиктована усталостью и обидой на всех.

В тот день ему предстояло совсем малоприятное занятие – записывать показания участников бунта в здании тюремной башни. А после разобрать вместе с Фотье кого же из них все-таки следует обезглавить, кого изгнать, а кого отпустить с клеймом изменника на лбу. Хмуря лоб и нервно постукивая по столу кончиком пера, он разбирал многочисленные несвязные рассказы перепуганных горожан, которые еще несколько недель назад бойко кричали на улицах Фиале «Да здравствует принц Карлос!», проклиная короля и всех, кто был ему предан. Теперь же, отсидев положенные сроки за решетками камер, говорили уже не столь бойко, все чаще повторяя, что оказались в тот день среди толпы по ошибке и вовсе не намерены были драться. Записав все в подробностях, Реджис отнес бумаги Фотье, а сам разузнал у прислуги, где сейчас королева Розамунда. Ему сообщили, что пикник в саду уже окончен и, вероятно, Ее Величество отправилась к себе в компании своих дам. Время было как раз подходящее, чтобы попросить аудиенции, что он немедленно и сделал. Давно они не говорили с королевой о делах. Все чаще в их беседах звучали поздравления, слова сочувствия и прочая дань вежливости. Но сегодня как раз тот день, когда любое участие может помочь графу в его нелегком деле. Со своей бедой он пришел к Розамунде. Та выслушала его, как обычно, внимательно.

– Я прошу Вас, Ваше Величество, удалить графиню де Баккард из числа своих фрейлин и отлучить от двора. Это необходимо сделать как можно скорее.

– Не думаю, граф, что Ваши подозрения оправданы. Ваша жена вполне доказала свою преданность мне и королю.

– Что бы она не делала, нельзя быть уверенным наверняка. Возможно, это все большая игра. И какой-то хитрый план.

– О нет, не в этом случае.

– Ваше Величество. Сейчас я говорю с Вами как офицер тайной полиции короля. Генерал де Фотье лично просил меня разобраться с этим делом. Я не могу продолжать подвергать опасности Вас и короля, если есть возможность сократить риски. Графине де Баккард лучше оставить дворец. Хотя бы на то время, пока опасность нового восстания не минует.

Королева смотрела на него с искренним доверием, хотя во взгляде ее блестело любопытство.

– Я верю, что Вы хотите защитить короля от козней брата и его сторонников. Вы человек чести, граф. И все же, возможно, сейчас Вы немного лукавите. Не только от принца Карлоса Вы намерены укрыть госпожу графиню. По Вашим неспокойным глазам, я вижу, что Вас давно мучают разногласия с супругой. А служба при дворе лишь усугубляет этот разрыв.

– Только ли по глазам, Ваше Величество? – поинтересовался Реджис.

– Не только, конечно.

Что ж, нет смысла скрывать. Если королева и сама догадалась.

– Мы с графиней де Баккард намерены расстаться. Но сейчас для этого не лучшее время. В первую очередь необходимо защитить короля.

– Первое будет не легче второго. – мрачно заметила королева.

Реджис не шевельнулся и не показал ни малейших следов беспокойства.

– Вам не стоит волноваться об этом, Ваше Величество. Предпримет она что-то или же нет. Моя задача воспрепятствовать этому. Я сделаю все, что будет от меня зависеть.

Королева слегка наклонила голову, блестящую от тяжелого золотого венца на темных волосах.

– Понимаю. Что ж, я обдумаю ваши слова. Вскорости Вы узнаете о моем решении.

– Благодарю, Ваше Величество.

Он поклонился, развернулся, направился к двери. Услышал обращенный к нему мягкий голос. Обернулся, посмотрел на королеву с молчаливым вниманием.

– Граф. Ревность плохой советчик в деле о заговоре. Вы уж постарайтесь отделить одно от другого.

– Не стоит беспокоиться, моя королева. Я отдаю себе отчет в том, что происходит.

– Надеюсь. Успехов Вам.

За то время, пока Реджис решал столь важные для себя вопросы, Фотье успел ознакомиться с несколькими особенно любопытными показаниями бунтовщиков. После чего граф снова был вызван к нему для определения приговора.

***

Ижени застыла, глядя на де Сен-Гри, а тот, не обращая внимания на ее растерянность, взял ее руку в свою.

– Еле отвязался от этого Фонтена. – с досадой произнес он. – Да и стража принца все время крутится поблизости. Они и сейчас где-то тут, вроде под лестницей. Я, конечно, понимаю, Его Высочество не в настроении, намерен сегодня измучить своих подчиненных. Уж не знаю, что ему от меня нужно. Однако должно же быть место для личных дел.

Он приложил ее руку к своей груди, а Ижени сильнее напрягла ее, стараясь заставить его отойти подальше.

– Не сейчас, господин де Сен-Гри.

– Что с тобой? На тебе лица нет.

Он наконец обратил внимание на ее взволнованный вид. Ижени отвела взгляд.

– Устала немного. Искала королеву, спросить, как ей моя игра, а ее нигде нет. Думала она пойдет сюда, к Его Величеству.

– Я тоже так подумал, ибо около ее покоев я тебя не нашел. Войти не мог. Но слуга сказал мне, что тебя там нет. А ты… все это время искала королеву?

– Разумеется, нет. Я еще сходила в прежние комнаты Миреи, посмотреть, как там. Знаешь, иногда места себе не нахожу. Так грустно, когда вспоминаю о ней.

Она еще сильнее склонила голову, не глядя на него. Астор также погрустнел в тон ее печали.

– Понимаю. В следующий раз, я буду знать, где еще смогу тебя найти. Однако ты очень бледна. Разволновалась, вспоминая Мирею Мон Блан?

– Да.

– Тебе нужно отдохнуть. Идем сегодня в аллею?

– Я еще не знаю.

– Пойдем, Ижени. – он настойчиво смотрел на нее, все еще сжимая ее тонкие пальцы в своей ладони. – Скажи, как мне помочь тебе выбраться из дома. И я все сделаю.

– Я как раз думаю о этом. Быть может, вечером я смогу выйти. На всякий случай подожди меня немного на прежнем месте. Если же я не приду, тогда постараюсь сделать это на следующий день.

Шаги по коридору. Астор предусмотрительно отошел подальше от графини де Баккард. А та растерянно обернулась. В коридор вышла королева Розамунда без сопровождения своих фрейлин и остановилась, заметив их вдвоем. «Ну все, я открыта. – подумала Ижени. – Не было смысла даже опасаться чего-либо. И без того было ясно, что королева все поняла». Однако, подойдя ближе, она ничего не сказала по поводу их неожиданной встречи. Астор тоже промолчал, ничем не оправдывая свое присутствие здесь. Королева бросила быстрый взгляд на Ижени и ее подозрительную компанию и сказала вполне спокойно.

– Ах вот Вы где, графиня.

Ижени низко склонилась, делая учтивый реверанс.

– Я думала, Вы пойдете к Его Величеству и искала Вас здесь, моя королева.

– Я так и поняла. – ответила Розамунда, бросив еще один любопытный взгляд на де Сен-Гри. – Впрочем, у меня ничего срочного. Можно не отвлекать короля от его дел. Пойдемте со мной, Ижени.

Она ничего не объяснила, направилась по коридору обратно к своим покоям, а Ижени, растерянно обернулась на Астора, поймала его вопросительный взгляд. Но делать нечего. Возразить она не может. Она оставила де Сен-Гри одного и поспешила в след за королевой. Всю дорогу молча шла за ней, мечтая получить объяснения. Когда они наконец-то оказались в гостиной Ее Величества, Розамунда приказала затворить двери. Графиня сделала это. А после села на диван, как ей сказали. Сама королева осталась стоять у двери, неслышно переговариваясь со служанкой. Затем горничная поспешно вышла в соседнюю комнату, королева вернулась к своей гостье. Ижени подняла на нее глаза, не в силах больше побороть любопытства. Она спросила с беспокойством в голосе:

– Ваше Величество, я провинилась перед Вами?

– Нет. – сразу ответила Розамунда. – Как раз наоборот. Я давно хотела отблагодарить Вас за ту помощь, что Вы любезно оказали мне. Признаться, я недолюбливала Вас. И никак не ожидала, что Вы в ответ отнесетесь ко мне с таким участием. Это очень благородно с Вашей стороны.

– Ну что Вы…

Ижени покраснела от такой похвалы.

– Не отпирайтесь. Я долго думала, чем мне отплатить Вам. И теперь нашла решение.

Вернулась служанка, подавая королеве свернутый пергаментный свиток. Королева взяла его, отпустила девушку и передала бумагу Ижени.

– Вот, возьмите.

Ижени взяла, посмотрела на незнакомый свиток с красной печатью с еще большим недоумением.

– Что это?

– Документы на земельные владения. Поместье Лефевр не слишком далеко от Фиале, но все же не в столице. Вы же любите южный климат и мирную жизнь в деревне.

– Я не могу принять… – быстро возразила Ижени.

Она уже хотела отдать бумаги назад, но королева строгим жестом руки остановила ее.

– Ох, перестаньте, графиня. Такая мелочь. Полагаю, наследник короны, который появится на свет благодаря Вашему совету, стоит куда больше. Но это все, что я пока могу сделать для Вас, учитывая ситуацию. Сможете поехать туда, когда пожелаете. Это намного лучше, чем уезжать в родительский дом. И вызовет чуть меньше толков среди знати Фиале.

Ижени чувствовала, как щеки ее пылают, а сердце наполняется жгучим чувством благодарности. Это был как раз тот подарок, который сейчас ей жизненно необходим.

– Вы… исполнили мое самое заветное желание, Ваше Величество. – искренне призналась она.

Королева никак не отреагировала, продолжая рассуждать с хладнокровным спокойствием.

– Конечно, еще меньше разговоров будет, если Вы отправитесь в Манже, во владения графа. Но не думаю, что Вы этого хотите.

– Это правда. – подтвердила Ижени. – Я не хочу находиться в Манже в одиночестве. И здесь быть тоже не могу. Однако как же Вы об этом узнали?

– Это было не слишком трудно. – королева с высоты своего холодного спокойствия взглянула на Ижени с таким видом, словно судьба ее ей не безразлична. – Послушайте, Ижени. Король очень расположен к Вам с господином графом. Он не даст вам развод. Будет настаивать на примирении.

– Да, я понимаю. – ответила графиня.

Королева продолжала:

– Со своей стороны, я могла бы, возможно, повлиять на него. Но признаюсь, я не очень хочу этого делать. Ибо предпочла бы видеть Вас с супругом вместе. Поначалу я отнеслась с осуждением к его выбору. Но теперь изменила свое мнение. Возможно, время поможет и Вам также поменять свои взгляды.

– Ничего не изменится, Ваше Величество.

– Можете не делиться своими несчастьями. Я не стану расспрашивать Вас о подробностях. Все, что я хотела, я предложила Вам. Надеюсь, это поможет. И еще кое-что. Ваш муж был у меня не так давно. Просил отлучить Вас от двора.

Неожиданно после этих слов глаза Ижени наполнились мимолетной надеждой, и она чуть не подскочила на месте.

– Сделайте как он просит, Ваше Величество.

– Вы так спешите покинуть столицу? – удивилась королева.

– Я бы очень хотела немного побыть вдали от всех. И отдохнуть.

– Понимаю… – королева задумчиво отвела взгляд. – Что ж, я не стану лишать Вас должности. Скажу всем, что дала Вам отпуск по состоянию здоровья. Возвращайтесь домой и далее поступайте как, как сочтете нужным в Ваших отношениях с господином графом.

Ижени зажглась этой новой открывшейся возможностью. И с энтузиазмом принялась использовать ее.

– Вы не могли бы объявить, что настояли на моем отъезде? Чтобы при дворе не думали, что я легко покинула Вас, эгоистично забывая о своих обязанностях.

– Пусть так. – согласилась королева. – Кому нужно, те все равно смогут осудить Вас. И у них найдется достаточно причин.

– Я знаю это, Ваше Величество. И вполне готова терпеть сплетни. Я еще раз благодарю Вас за понимание и участие в моей судьбе.

– Не благодарите. И будьте впредь аккуратнее с господином де Сен-Гри. Если заметила я, то может заметить и кто-то еще. Скажу Вам честно, граф де Баккард не достоин того, чтобы его имя пятнали в грязи. Подумайте, Ижени. Взвесьте все хорошенько. Ошибки обходятся нам очень дорого.

Снова она смотрела на нее, и Ижени не могла поверить, что не чувствует ни следа прежней враждебности в ее красивом гордом лице.

– Я понимаю, Ваше Величество. Поверьте, я не намерена позорить свое имя и имя своего супруга. Я очень уважаю его.

– У Вас сейчас не лучшие времена. – добавила королева. – Когда-нибудь они кончатся.

– Времена всегда одинаковые. – сказала Ижени, погрустнев. – А подлость и благородство никогда не меняются местами.

Ижени сумела улизнуть из дворца, ни разу не встретив на своем пути людей принца. Ей на руку немало сыграл тот факт, что Реджис в тот день отыскал ее первым и сопроводил до дома. Вскоре после чего королева объявила при дворе о ее временном отстранении от должности. Именно так все восприняли новость об отпуске графини по состоянию здоровья. Судя по тому, как прекрасно она выглядела в тот день, трудно было поверить в наличие у нее хоть одной болезни, кроме разве что единственной. При дворе стали шептаться о возможной беременности графини де Баккард, в связи с чем она так поспешно оставляет двор. Но поскольку никто не мог ни подтвердить, ни опровергнуть слух, было трудно придать ему серьезный характер. Теперь эта новость стала очередной загадкой, упоминаемой за столом во время игры в «Правду или ложь». Ижени тем временем добралась до дома. Проезжая в экипаже вместе с Реджисом, она не имела возможности отправить еще одно тайное послание через кого-нибудь из подходящих незнакомцев, которые не стали бы доносить о нем графу. Зато были и положительные стороны. На сегодня она была избавлена от новой встречи с принцем при дворе, а это как раз то, чего она добивалась. Ибо видеться с ним прежде, чем придет подходящее для этого время никак нельзя.

Они приехали домой, молча разошлись по своим комнатам. Ижени заранее подготовила послание принцу, где сообщала об отставке. Это должно было оправдать ее промедление в вопросе с кольцом. Ведь он все еще ждет его. Раздумывая куда бы спрятать письмо на то время пока нет возможности его отправить, она обошла всю комнату в поисках самого потаенного уголка. Потом на глаза ей попалась любимая музыкальная шкатулка, подаренная принцессой Лореной и установленная теперь на туалетном столике рядом с зеркалом. Решение казалось очевидным. По крайней мере, это письмо нельзя будет забрать ночью, пока она спит. Ведь музыка непременно разбудит ее. Да и не так это очевидно и глупо, как спрятать что-то под подушкой или матрасом. Ижени положила конверт в узкое отверстие между сценой танцовщицы и стенкой шкатулки. Оно словно создано было для тайных посланий, и конверт прекрасно туда поместился. Она закрыла шкатулку, поставила ее на место. Теперь при первой же возможности она заберет письмо и отправит его принцу, чтобы только тот не заподозрил ее в обмане.

Но чтобы осуществить хоть один из следующих шагов, ей просто необходимо было выбраться из дома. А с этим оказалось куда труднее. Хотя, Ижени не рассчитывала на легкость исполнения, когда продумывала свой план до мелочей. Тот день она провела у себя, а вечером спустилась вниз, чтобы выйти через дверь. Однако в гостиной ее ждал сюрприз в виде господина графа в своем кресле, занятого чисткой оружия. Это занятие всегда очень успокаивало его. И Ижени понадеялась, что разногласий на сегодня не возникнет. Ступая неслышно и легко, она прошла в комнату, уже надевая плащ, как бы говоря о том, что не ожидает возражений с его стороны. На встречу ей из гостиной выбежал Феличе, виляя хвостом. Ижени наклонилась, потрепав пса за ухом.

– Боюсь, не усну сегодня. – сказала она обычным спокойным тоном. – Только прогулка верхом мне поможет. Я сделаю круг по соседней улице и вернусь.

– Поздновато для вечерней прогулки. – заметил Реджис, не поднимая глаз и продолжив натирать до блеска оружие.

Ижени бросила взгляд на часы. Действительно поздно. И если она сейчас не уедет, Астор не дождется ее. Но кто виноват, что господину де Баккарду вздумалось сегодня вновь не ложиться спать в обычное время.

– Я не долго. – добавила Ижени.

– Да не спите хоть целую ночь. Только не на улице, а в доме.

Затруднительное сопротивление. Ижени держала позиции, сохраняя ровный спокойный тон:

– Недавно Вы заперли выход на балкон в моей спальне. Теперь я не могу пойти туда и подышать воздухом, как делала это обычно.

– Я позаботился о том, чтобы в комнате было меньше сквозняков. – ответил Реджис. – И ветер, гуляя туда-сюда, не мог принести или унести ничего лишнего. Погода так переменчива в последнее время. Говорят, вскоре начнется сезон ураганов и гроз.

Он замолчал, сдувая пыль со стола. А Ижени осторожно подступилась к прежней теме:

– Так я могу выйти ненадолго?

– Не далее, как в сад. Если это Вас устроит.

– Я что же пленница в собственном доме?

– Разумеется, нет. Просто Ваша любимая лошадка слегка приболела. Наверное, от перемены погоды. Вы же не позволите себе бродить пешком по темным улицам, графиня?

– А если Авелин пойдет со мной? – уточнила Ижени.

– Что толку от беспомощной служанки. Для такой прогулки нужно как минимум пара провожатых. Я бы пошел с Вами, но не думаю, что Вас это устроит. Боюсь, я помешаю Вашему отдыху.

– Все понятно. Тогда постараюсь заснуть поскорее. Доброй ночи, граф.

Ижени поднялась наверх. Для пущей уверенности снова подергала ручку балконной двери. Несколько минут сосредоточенно смотрела на металлический замок. Предприняла несколько попыток открыть его при помощи заколки для волос. Она как-то читала об этом в одной из своих книг. Но попытки не дали никакого результата, и Ижени оставила эту затею, вернувшись к чему-то более реальному.

На следующий день утром, сидя перед камином и поглаживая черную кошку у себя на коленях, она думала над тем, чтобы отпроситься на прогулку в дневное время. Так он не сможет ей отказать. Или же должен будет признать, что боится потерять ее из виду и намерен продолжить свою слежку. Вот только какой смысл выходить днем, если Астор придет в аллею только вечером, а в остальное время будет во дворце с Фотье или принцем Карлосом? А отправить ему письмо на глазах кого-то из слуг Реджиса она никак не может. Размышляя об этом, она не сразу услышала, как вошла Катрин и позвала ее вниз завтракать.

– Я буду есть у себя. – ответила Ижени. – Хотя, постой. – Она вдруг подумала, что небольшая доля вероятности, что присутствие Авелин не помешает ей, все же имеется. Она не сможет помешать ей больше, чем уже сделала. И упускать такой шанс никак нельзя. – Я сейчас спущусь.

Она быстро набросала письмо, предназначенное для Астора де Сен-Гри, подписав его загадочными инициалами «И.К.». Запрятала его под корсаж, поправила платье и прическу перед зеркалом, а после спустилась как ни в чем не бывало с видом полнейшего спокойствия. Реджис уже завтракал за столом, не дожидаясь ее. А когда она все же пришла, то оба продолжали есть в молчании, не пересекаясь даже беглыми взглядами. Так, пока не унесли посуду, и служанка не отправилась за десертом. Ижени несколько минут рассматривала как поблескивает серебряное блюдце, предназначенное для пирожных. Затем подняла глаза на Реджиса, занятого чтением утреннего выпуска. И почему-то у нее создавалось впечатление, будто он следит за ней даже в те моменты, когда его глаза опущены на страницу.

– Погода сегодня хорошая. – заговорила Ижени.

Реджис странно на нее посмотрел. Все еще было непривычно видеть, как она говорит с ним о таких обыденных вещах. Словно в прежние времена их относительно спокойной жизни, когда он пытался действовать незаметно, а она совсем ничего не знала о его намерениях.

– Хотелось бы пройтись хоть немного. Я могу сходить до рынка вместе с кем-нибудь из слуг. Давно следует купить новые ленты ко всем платьям. Старые совсем заиграли котята.

– Придется Вам обойтись теми, что есть. Торговля сегодня не начиналась. На рыночной площади никого.

– Откуда Вы знаете? Вы же там не были.

– Просто знаю и все.

– Может быть, мы сходим помолиться в храм богини.

– Вам молитвы не помогут с тем, что Вас беспокоит. Не стоит и пытаться.

– Тогда можно поехать навестить родителей. Очень скучаю по ним.

– Поезжайте. Пусть король думает, что Вы поехали помогать отцу в его подготовке заговора.

– О каком заговоре все говорят? По-моему, в столице ничего не происходит сейчас.

– Быть может, Вы скоро сами о нем услышите.

Что еще за тайны скрыты от нее? Она сделала все, чтобы обезопасить семью от подозрений, когда принесла перстень Арку королю. Если тот и будет подозревать отца, она сможет разубедить его. А что до Реджиса… Ему бесполезно что-либо доказывать.

Слуги постепенно приносили фрукты и сладкое. Но Ижени ни к чему не прикасалась. Она сегодня намерена была добиться своего. И то, что ее собеседник предпочел вишневый пирог разговору с ней, ее ничуть не смущало.

– В таком случае, бесцельная прогулка тоже хороша. Пройдусь по улицам до центра и вернусь к обеду.

– Что, настолько не терпится увидеть его? Даже вечера не дождетесь.

Ижени вздрогнула и посмотрела на Реджиса в недоумении. Раз он и так все знал, мог хотя бы не издеваться над ней, выдумывая пустые отговорки. Тем временем Реджис забыл про еду и уставился на нее с неким подобием интереса.

– Он Вам столь дорог, что на любой обман пойдете ради него? – язвительно спросил он.

– Да. – подтвердила Ижени.

Она испытывала праведный гнев и вылила его без остатка в нескольких словах, сказанных с чувством и горячностью.

– Я так люблю его… Так люблю, что и словами не передать. Не знаю, поймете или нет.

Реджис смотрел на нее в ответ таким взглядом, будто на миг слова эти задели его за живое. Однако он быстро изобразил прежнее равнодушие, только раздраженно хмуря брови и небрежно отводя глаза. Ижени надеялась, что что деморализовала противника своим заявлением.

– Теперь можно мне выйти? – уверенно спросила она.

– Нет. – отрезал граф и отвернулся, продолжая завтракать.

Ижени недовольно всплеснула руками, со звоном толкнув свою тарелку в сторону.

– Ах, так я все-таки пленница. А Вы говорили обратное… Вы не имеете никакого права так обращаться со мной.

– Остановите меня. – с равнодушием отозвался Реджис. – Пожалуйтесь королеве или Его Величеству.

– Вы действительно думаете, что им это понравится? Никто при дворе не считает меня замешанной в скандалах и интригах.

– Я не намерен выдвигать Вам обвинения без доказательств. Но и меня никто не осудит. Вы можете пойти куда захотите и в любое время, только я буду рядом, как подобает заботливому супругу. Вряд ли кто-то скажет хоть слово против. Вы и сейчас можете выйти из дома в моей компании. Но Вам ведь это не нужно, верно?

Ижени не ответила. Пришла служанка, принесла вторую вазу с фруктами. Затем еще одна девушка, вернувшись несколько раз, поставила на стол блюдо пирожных и чай. Реджис всех отправил из комнаты, сам наливая напиток из чайника в свою чашку и продолжая перелистывать газету. Ижени не шевельнулась, хотя обычно очень любила сладкое. Сейчас же все ее мысли были заняты тем, что нет никакой возможности действовать по первоначальному плану. А мешает ей всего лишь одна упрямая заминка. Между прочим, она тут спасает его доброе имя и даже жизнь. А он вместо благодарности стережет ее как тюремщик за дверью камеры. На миг ей захотелось рассказать ему о своей многоходовой операции. Да будет ли толк? Ведь он все равно не поверит. За это время он так укрепился в мысли, что она лживая заговорщица, что проще согласиться, чем пытаться развеять впечатление. Ижени на несколько минут застыла, думая, что делать дальше. Как сохранить ее стройный план, рассыпающийся по кусочкам? Так было, пока Реджис не заметил, что она не притронулась к чаю и сам не наполнил ее чашку и не пододвинул к ней.

– Прошу прощения, что отослал прислугу, не спросив, не нужно ли Вам что-нибудь. Пейте чай, сударыня. Не то он остынет. Теперь мы достаточно выяснили, чтобы дальше провести время в спокойствии и согласии.

Ижени с недоверием перевела взгляд со стола и зловещей чашки на его руку, затем на лицо.

– Когда напиток предлагаете Вы, мне не хочется его пить. – призналась она.

Реджис непонимающе пожал плечами.

– Хотите сказать, я все еще намерен навредить Вам?

– Не знаю. Говорят, из рук дорогого сердцу человека, даже яд сладок. Но мне не хочется это проверять.

– Чтобы проверить, Вам нужно пойти к господину Астору. Но сегодня это никак не получится.

– Мне никуда не нужно идти. – ответила Ижени.

Она встала из-за стола. Взяла из вазы яблоко. Их она особенно любила. Дома, в северном Фоссе, ничего кроме яблок из фруктов нельзя было отыскать. Его она несколько раз подбросила в ладони, прежде чем попрощаться и выйти в коридор. Реджис исподлобья проследил за ней до самой двери. На сегодня его задача была выполнена. А что будет потом, предугадать нельзя.

Глава 3

На следующий день Ижени не попыталась отпроситься на прогулку. Но терпеливо выжидала момента, когда Реджис все же отправиться спать. Прошлым вечером это произошло так поздно, что не было никаких шансов встретиться с Астором в аллее. Сегодня же она понадеялась, что он все же устанет и заснет, видя, что никаких попыток уйти она больше не предпринимает. Пока все было тщетно. Когда было светло, Реджис стрелял в саду. Затем сидел у себя, выставив на первом этаже Роберта, как своего часового. А вечером не покидал гостиную. У Ижени появилось ощущение, что и ночевать он останется там же. Сама она удобно устроилась в музыкальной комнате на полу рядом с домиком кошки. И вот уже несколько минут пыталась удержать ее в руках.

– Лулу, ну не вертись. Еще чуть-чуть. Вот так. Смотри, как красиво.

Она повязала ей на шею новенькую красную ленточку, а старую небрежно отбросила в сторону.

– Что за прелесть. Красная тебе идет больше. А какую мы выберем для Черныша? Может быть розовую?

Она стала выискивать среди связки своих лент нужную, пока подросшие котята возились на своей лежанке, не подозревая, что их будут наряжать. Дверь, раскрытая нараспашку делала ее легкой добычей для посторонних ушей. Но сейчас ее болтовня была хорошо слышна из коридора и производила впечатление чего-то совершенно невинного и неподозрительного. Потому никто не вмешивался. Время от времени только звук шагов прислуги раздавался в холле.

– А домик-то маловат. – заметила Ижени. – Все четверо так выросли, что едва помещаются тут. Принесу Вам еще пару подушек. Сделаем более просторное жилище. Как-никак, вы в доме графа, неужели здесь так относятся к членам семьи?

Она встала, на миг задумавшись, где бы взять подходящую по размеру подушку. В этот момент в окне комнаты раздался глухой стук, какой бывает, когда сухая ветка дерева ударяется о ставни или стекло. Ижени обернулась и притихла в напряжении. Неужели ей не послышалось? Стук повторился вновь.

– Лулу, перестань баловаться. – сказала Ижени, а сама подняла кошку на руки и подошла с ней к окну. – Нет, только не царапай платье.

Она поставила кошку лапами на подоконник и осторожно раскрыла ставни. Как и ожидалось, из темноты вечернего сада на нее смотрел граф де Сен-Гри. Ижени, придерживая Лулу одной рукой на краю подоконника, второй дала ему знак говорить тихо.

– Вы так и не пришли в аллею. – прошептал Астор. – И Вас не было в комнате. Я помню, Вы желали говорить со мной. Я волновался, что Вас так долго нет.

– Спасибо, что пришли. – шепнула Ижени, попутно громко кашляя и оглядываясь в сторону двери. – Сейчас я все Вам объясню. Только следите, чтобы кошка не убежала с окна. И, если она захочет спрыгнуть, помогите ее поймать.

– Зачем?

– Так нужно. Слушайте же внимательно. Я говорила, что помогу Вам с должностью. Для этого уже почти все готово. И самое главное, вот.

Она быстро достала кольцо с цепочкой из-под корсажа платья, где надежно скрывала их до тех пор, пока не было возможности надеть их на шею. Астор, так же как и Реджис когда-то, посмотрел на фиолетовый камень с видом изумления и непонимания.

– Реджис долго расследовал дело о пропаже и вскоре нашел кольцо. – быстрым шепотом заговорила графиня. – Но я сумела выкрасть его. Вне дома, я ношу его на шее, на цепочке. Здесь же прячу, как могу. Но он все еще подозревает меня. И потому я не могу больше выходить из дома, пока его настроение не исправится. – Она заговорила громче. – Лулу, ну зачем ты царапаешь мое платье? Стой спокойно. Дай поправить ленточку. Так вот. – снова взгляд на дверь комнаты и быстрый шепот. – Я предлагаю Вам отнести Карлосу Арку этот перстень. Пусть спрячет его где-нибудь и планирует свою коронацию на ближайшие дни. После Вы отправитесь к Фотье и доложите тому, что раскрыли заговор. Укажите ему на место, где спрятано кольцо и обвините Карлоса в попытке государственного переворота. Он не сможет отвертеться. Вы же станете в глазах короля его спасителем и получите любую должность, богатство и уважение… словом, все, что пожелаете. Я подумала, такой план будет стоить куда меньше усилий, чем морока с поддельными письмами. Как Вы считаете, Астор?

В ответ он почему-то молчал, и в его внимательном взгляде она читала его мысли. Словно только сейчас он осознал, что она не так проста, как он до этого считал. «Это плохо». – решила Ижени. Лучше бы он так и продолжал думать, что она только миловидный цветочек при королевском дворе, ни на что не способный кроме как бегать по поручениям королевы. Но изменить ничего она не могла. Он должен сделать как она просит, или все ее усилия напрасны. Она ободряюще улыбнулась ему.

– Я, конечно, не мастер таких дел, но приложила все усилия. Как Вам моя идея? Есть сомнения?

– Невероятно, Ижени. Не знал, что Вы можете придумать нечто подобное. И заполучить настоящий перстень Арку.

– Я старалась сделать все, чтобы помочь Вам, Астор. Ведь Вы мне не безразличны. Лулу, не царапайся! Мне же больно.

– Вы мне тоже не безразличны. Вы занимаете все мои мысли.

– Стоять. Ну куда же ты собралась?

Ижени услышала шаги за дверью гостиной, поспешно схватила кошку на руки и захлопнула одну из ставен. Затем быстро обернулась, заприметив на пороге Реджиса и крепче прижала к себе Лулу, которая мяукала и сопротивлялась такой наглости.

– Представляешь, хотела сбежать через окно. – сказала Ижени, краснея от волнения. – Так ей охота погулять вместо того, чтобы мерить украшения. Еле успела поймать ее.

Она выпустила кошку в комнате и закрыла, наконец, вторую из ставен. Реджис ничего не ответил. Подошел к окну. Ижени шагнула в сторону, пропуская его. На долю секунды он раскрыл ставни, присматриваясь к темноте снаружи. Но Астора там уже не было. Лишь ветви деревьев шевелились на ветру. Закрыв окно, он посмотрел на Ижени, которая изобразила полное непонимание, точно спрашивая, что он там хотел увидеть. В это время она держала руки за спиной, сжимая фиолетовый перстень в своей ладони.

– Вы сидели там?

Он указал на место на ковре рядом с домиком котят, где все еще лежали ленты, перевязанные вместе кусочком старой тесьмы.

– Да. – Ижени кивнула.

– Не открывайте окно. Не то простудитесь.

– Спасибо за заботу. Очень любезно с Вашей стороны.

– Я Вам зла не желаю, если Вы еще не поняли. Того же хотелось бы и в ответ. Но тут я, наверное, слишком многого прошу.

– Все, что Вы просите, будет исполнено. Как же иначе. В этом доме все происходит лишь по Вашему желанию.

– Не все, к сожалению.

Его взгляд упал на ее руки, убранные за спину. Обыкновенно, она никогда не стояла в этой позе. Если бы она делала так раньше, хотя бы несколько раз, он не обратил бы внимания. Но теперь… когда любое лишнее слово или движение навевало подозрения, нельзя было упустить из вида такую любопытную деталь.

– Вы что-то прячете? – спросил он, внимательно оглядывая ее.

Ижени во время всего разговора старательно засовывала кольцо в рукав, но никак не могла сделать это быстро и незаметно. И теперь, заставила себя усмехнуться и продолжила тянуть время простыми фразами.

– Скажите еще, что я прячу нож, чтобы напасть на Вас со спины. В чем Вы еще склонны обвинить меня, господин граф? Говорите сразу. Я отвечу разом на все.

Реджис не обратил внимания на ее ироничный ответ, продолжая говорить серьезно, как на допросе.

– Если ножа нет, тогда зачем Вы так старательно скрываете ладони?

Снова небрежная улыбка и нарочито спокойный тон.

– Быть может, Вы задумаете вдруг поцеловать мою руку на прощание по старой памяти, а я этого не хочу, так как все еще злюсь на Вас.

– С чего бы мне это делать?

– Откуда мне знать, что у Вас на уме? Вы только недавно начали говорить со мной, и то лишь о делах короля, не более.

– Уверяю Вас, можете не опасаться. Я не помешаю Вам держать обиду.

– Благодарю Вас за понимание, граф.

– Не хотите показать ладони?

– Зачем?

– Это уже не смешно.

– Я не смеюсь. Все очень даже серьезно.

– Куда серьезнее, чем Вы можете вообразить. Успокойте меня, сударыня, убедив, что все же не прячете оружия. Хотя, я знаю, что еще это может быть. Вы бы предпочти, чтобы там было оружие.

– Совсем не понимаю Вас, граф.

– В самом деле, хватит.

Ижени сдалась и показала руки. Медленно разжала пальцы, ловя его предвкушающий взгляд. Но ладони оказались пусты. Кольцо на золотой цепочке покоилось в рукаве. На миг Реджис был разочарован. Но в следующую минуту уже принял поражение, как должно. Во всяком случае, иной исход был бы слишком простым. Наивно было ожидать такой легкости в решении этого дела.

– Уже довольно поздно и для шуток, и для серьезных разговоров. Отправляйтесь спать. Если не хотите сегодня пройтись перед сном.

– Не хочу. – подтвердила Ижени.

Она прошла к тому месту, где оставила ленты, чтобы поднять их с пола и только после этого отправиться в коридор. Буквально на протяжении всего пути от холла до своей спальни она чувствовала, будто он нарочно идет за ней, выслеживая каждый ее шаг. Пришлось действительно отправиться к себе и больше не выходить оттуда до утра.

Что ж, сегодня Реджису можно было засчитать победу. А Ижени получила лишь половину очков в партии. Смогла поделиться своим планом с Астором. Но одной секунды не хватило ей, чтобы успеть передать ему то самое фальшивое кольцо, чтобы с ним он отправился к принцу. Как говорили когда-то в Фоссе: «Хочешь избавиться от врага – убедись, что он враг злого принца. И тогда врагов у тебя не останется». Ибо принц легко справится с задачей правосудия. Ижени долго размышляла над этим, пока не поняла, как это применимо к ее ситуации.

На следующий день Реджис уехал на службу по заданию Фотье, а Ижени первым делом выбежала на улицу вместе с Катрин под видом обычной прогулки. Снова сумела передать письмо в дом графа де Сен-Гри, попросив того прибыть как можно скорее, пока господин де Баккард во дворце. Она вернулась с разными вещицами с рынка и прождала Астора весь день. Но он так и не пришел. Возможно, не получил ее письма. А может быть, его не было дома. Кто знает, его тоже могли вызвать во дворец в этот день и послание могло попросту затеряться по дороге. Когда начало смеркаться, а Реджис все еще не вернулся, Ижени не могла поверить своей удаче. Едва стрелки на часах приблизились к восьми, она накинула плащ и снова вышла из дома, даже не потрудившись объяснить что-либо прислуге. Прошло около двух часов. На улице стремительно темнело. Горничные в доме забеспокоились отсутствием госпожи, которая ушла совершенно одна. А спустя еще четверть часа вернулся господин граф, уставший и раздосадованный новым поручением от Фотье. И первая новость, которую он услышал в собственном доме была такова, что графиня де Баккард вышла несколько часов назад и до сих пор не возвращалась. При этом заявлении не менее обеспокоенной Авелин он почувствовал, что сейчас готов развернуться и объехать весь город, несмотря на свою усталость, чтобы только найти ее и поймать с поличным, что бы она ни делала. Еще чуть-чуть и он посмеет даже переступить порог дома де Сен-Гри. Окажись она там, он вызовет его на дуэль и убьет на том же месте, даже если это против всяких правил поединков. Зато на сердце у него станет хоть немного легче. Но все это только яростные порывы души. А холодный рассудок говорит о том, что в таких условиях как сейчас, людям короля не следует направлять шпаги друг на друга. А его ревность неуместна при данном положении вещей в их жизни. Да и вообще, пойди она сегодня к нему, все рано не сможет встретиться с ним. Ведь де Сен-Гри, как поговаривают, принц отправил с поручением в свои земли в Вилоне. Так что Реджис вполне умерил свой гнев.

Решив извлечь хоть какую-то пользу из этого неприятного случая, он поднялся в ее комнату и внимательно осмотрел там каждый предмет. Ну не может быть, чтобы одна молодая особа осуществила идеальный политический заговор без единой зацепки, без малейшего доказательства и хоть какой-нибудь улики. Пусть за ней стоит хоть Кавелье, хоть Карлос Арку, хоть сам бог войны, которому тот молится на досуге. Такого просто не может быть, чтобы она не выдала себя ни в одной детали. Ни в маленькой неприметной зацепке. Но где может прятаться улика? Под матрасом на постели? Как-то слишком просто. Все шкафы давно проверены прислугой. Все полки осмотрены лично им. Что еще? Реджис искал любую мысль или идею. И в конце концов его взгляд упал на шкатулку принцессы Лорены. Такую неприметную и так красиво затаившуюся на краешке стола, что решение казалось очевидно. Он быстро пересек комнату. Взял музыкальную шкатулку и раскрыл ее. В стенах спальни заиграл прекрасный вальс. А Реджис, затаив дыхание, извлек из шкатулки два сложенных из бумаги конверта. Наконец-то его поиски дали плоды. Оба письма он развернул и поспешно прочитал, едва сдерживая нетерпение в связи с такой ценной находкой.

В первом попавшемся ему письме содержалось всего три коротких строчки, написанных на визардийском языке:

Не могу покинуть дом.

Жду любой возможности для встречи.

И.К.

Если она так надеялась скрыть от него содержание записки, то напрасно. Ибо он прекрасно все понял. А ее инициалы в конце и вовсе были смешны. Кому же не ясно, кто такая И. К.? «Могла бы придумать что-нибудь получше» – презрительно шепнул Реджис. Ну разве что своей таинственностью она оберегала себя вовсе не от него. Вот, хотя бы принц Карлос не говорит по-визардийски. Но ему-то какая разница, что за дела у Кавелье и де Сен-Гри? Реджис распечатывал следующий конверт. При виде первой же строчки, написанной на родном языке, смеяться над глупостью ему расхотелось. Поскольку внутри содержалось нечто странное.

Следующая партия откладывается, ибо королева изволила отлучить меня от двора. Прошу прощения за доставленные неудобства. Я постараюсь найти подходящую минуту, чтобы завершить этот тур. Ваш выигрыш все еще при мне. И ждет своего владельца. Но боюсь, здесь место не лучшее для продолжения партии. Слишком много глаз вокруг. А богиня судьбы не любит, когда мешают ее воле в том, как лягут игральные кости на стол. Ведь наша игра во многом зависит от ее каприза. Прошу Вас не держать обид и дождаться подходящего случая.

Ваш преданный друг, Иванжелина де Баккард.

Обычно Реджис спустя пару секунд понимал содержание любого короткого письма. Но здесь ему пришлось перечитать строки несколько раз прежде чем он понял, что за внешней странностью скрывается глубинный смысл. Уж явно не об игре в Фасет она пишет. И не просто так ни в единой строчке не упоминает имени адресата. Он перечитал снова. После чего установил четкие соответствия: игра – это некое совместное дело, выигрыш, судя по всему, перстень Арку или же сам трон Калерии, смотря в каком масштабе. Не лучшее место – намек на слежку, которая велась за ней в этом доме, а дальше лишь упоминания рисков и заверения в дальнейшем сотрудничестве. Несомненно, что послание предназначалось принцу Карлосу. Но отчего-то, как и все прежние письма Ижени, не могло служить доказательством вины. Хотя бы потому, что ни о чем здесь не говорилось напрямую. Реджис подошел к камину и бросил конверты в огонь. Поставил шкатулку на прежнее место, а затем скрылся за дверью, притворив ее за собой, словно она, как и вся комната, была неприкосновенна все это время.

Графиня де Баккард возвратилась домой спустя еще полтора часа. Она ужасно замерзла и не могла больше ждать. Астор так и не пришел на прежнее место встречи, а она всей душой надеялась увидеть его и завершить тем самым свой план. Но нет. Граф де Сен-Гри пропал. Похоже, ему дали какое-нибудь задание, и он остался при дворе, не успев предупредить ее. Вероятнее всего, так и есть. Зная Астора, она бы не предположила, что он упустит возможность повидаться с ней без весомых на то причин. Особенно теперь, когда знает, что она на его стороне и готова отдать ему такую вещь как священный перстень Арку.

Уходя, Ижени чувствовала огромное воодушевление по поводу того, что план ее удастся. Но вернувшись, ощутила усталость. А еще напряженное давящее чувство беспокойства. Когда по свету в гостиной поняла, что Реджис уже вернулся со службы. Пожалуй, это не та встреча, которая была бы к месту сейчас. Ижени постаралась, как и обычно, взять себя в руки, сделать вполне непринужденный вид, чтобы выдержать любой даже самый осуждающий взгляд или слово. Ну да. Вышла погулять. И что он ей сделает? Снова запрет? Пускай. Ничего от этого не поменяется. Чувствуя все больше смелости, она повесила накидку в коридоре, а сама осторожно зашагала через холл к лестнице, минуя двери гостиной. К несчастью те снова были открыты и сквозь дверной проем она видела, как при тусклом свете вечернего освещения, Реджис сидел в кресле, кажется, без газеты или книги в руках. Он находился к ней спиной, так что она могла видеть лишь встрепанные темные волосы на его затылке и белый воротник его камзола. И не могла сказать с точностью, что он там делал. Однако, когда она на цыпочках проходила мимо, заглядывая внутрь и оценивая ситуацию, ей показалось, что на полу стояла пустая бутылка Крази. А на столе еще одна вместе с бокалом и кое-какими вечерними блюдами, что так любил готовить их повар. Ижени разглядела только телячью ножку с яблочным соусом. Посчитав, что обстановка такова, что может обойтись без скандалов, Ижени еще тише прошла коридор и поднялась наверх.

Реджис слышал, как она вернулась. Он ничего не предпринял, продолжив ужин и молчаливую беседу сам с собой за бокалом вина. Все, что происходило в последнее время значительно ударило по его нервам. Казалось, что все идет не так, за что бы он ни взялся. Вот и теперь, когда он приложил все усилия, чтобы предотвратить заговор, Фотье как нарочно мешает ему, отправляя с глупым поручением расследовать убийство знатного господина в землях Вилона. Можно подумать, это принц Карлос наплел королю, что ему позарез необходимо, чтобы кого-то из его умнейших талантливых офицеров отправили с такой важной миссией. Возможно, так и было. Однако Реджис чувствовал, что в очередной раз все идет крахом. Сначала погибла Астрид. Потом он узнал, что она разлюбила его, предпочтя Карлоса Арку. Долгие годы размышлений и глупых надежд расквитаться со всеми подлецами. Этот не менее глупый повторный брак. Ижени Кавелье разрушила остатки его надежд на то, что все в жизни пойдет по придуманному им плану. Она была таким невинным созданием, когда они поженились. Если вспомнить, то становится страшно и больно щемит в груди. Когда она успела стать обманщицей и придворной интриганкой? В какой момент это произошло? Наверное, Фотье сильно запугал ее, раздавая свои поручения. Не стоило вмешивать ее в их дела. Это он виноват – подумал было Реджис про самого себя. Хотя… Не сделай это он, это бы сделал барон де Фоссе. Он не для того намеревался привести дочь ко двору, чтобы она была серой мышкой и не высовывалась. Кто бы это ни затеял – результат есть результат. Теперь у него не выйдет получить ни ее любовь, ни ее согласие остаться в стороне от низкого заговора. И он просто обязан считать ее за врага. А она вместо того, чтобы по крайней мере сидеть тихо и не мозолить ему глаза так и продолжает делать все, чтобы вызвать его негодование. Она даже не скрывает, что любит де Сен-Гри. Даже не пытается как следует скрыть, что служит принцу. Какая наглость. Какое полное отсутствие чести, совести и благородства. И как он до сих пор терпит ее присутствие здесь и все еще не пошел к королю с мольбой о расторжении брака? Он сам не знал ответа на этот вопрос. В это время наверху все притихло. Возможно, она уже спит. И не думает даже о том, как тяжело у него на душе от всей этой отвратительной истории их жизни. Ей все равно. Она очень молода, полна легкомысленных надежд и полагает, что может все на свете. Так и он думал в ее возрасте. Был намерен спасти короля, покарать предателей. И только сейчас осознал, что он лишь маленькая фишка в огромной игре других людей, и от него зависит далеко не все. Реджис наклонился, доливая Крази в свой бокал. Оно действительно было слишком сладким, как многие говорили. И обыкновенно после одного-двух бокалов вкус становился ему неприятен. Но сегодня он был куда менее неприятен, чем отвратительное чувство ненависти в его душе. А подступающий туман в голове отвлекал хоть немного. Он позвал Роберта, чтобы тот поднял с ним тост за короля и будущего наследника. Не будет же он делать это в одиночку.

В это время у себя наверху Ижени зажгла часть свечей, уселась за свой столик, медленно выдохнула и несколько минут смотрела на свое отражение с покрасневшими от волнения и холода щеками. Если бы только знать, что сегодня Астор не придет, она бы так не рисковала. Но дело сделано. Ижени встала, куталась в теплую шаль, присела в кресло поближе к камину. Стала ждать, когда тело перестанет трястись от холода. Спустя примерно час ей стало намного легче. Руки и ноги согрелись. А она совсем расслабилась, не ожидая уже опасностей на сегодня. В ее волосах была лишь красная лента, что не мешала ей откинуть голову на спинку кресла и прикрыть глаза, слушая как потрескивают в огне поленья. Сегодня она заснет и хорошенько выспится. А дальше пусть Астор сам разыскивает ее. Уж он сумеет, это точно. И сделает это раньше принца, ведь Карлос Арку во дворце, а она тут под присмотром зорких глаз. Ижени улыбалась своим мыслям, надеясь на то, что затея ее не провалится в одночасье. Улыбалась ровно до тех пор, пока не услышала шаги на втором этаже. Она эти шаги прекрасно различала. И разом вся замерла, ожидая, чтобы они проследовали по своему обычному пути до комнат в дальнем конце коридора. Сначала они так и шли. Но потом на миг притихли, отчего Ижени сильнее вслушалась в тишину. Странно. Шаги снова раздались за стеной и на этот раз ей показалось, что они направлены к ее двери. А дверь она запереть забыла. Ижени вскочила на ноги при этой мысли. Она хотела сейчас же метнуться к замку и повернуть ключ. Хотя бы на всякий случай. Чтобы избежать любой возможной встречи на сегодня. Но она не успела этого сделать, потому как ровно через секунду, ее дверь предательски скрипнула, впуская непрошенного посетителя. Реджис вошел. И вид у него был немного потерянный. Как будто он не знал, что здесь делает и для чего пришел. Однако это не помешало ему снова закрыть дверь и мельком осмотреться, замечая ее удивленный взгляд.

– Вернулись с прогулки, даже не зашли поприветствовать меня. Разве так ведет себя любящая жена? Не порядок. Хоть бы два слова бросили в мой адрес. Я уже не рассчитываю на полноценную фразу. Или что-то еще.

Ижени замечала, что голос его немного странный. Она решила не вступать в бесполезный конфликт, сильнее укуталась в шаль и проговорила с полным смирением и признанием своей неправоты:

– Я прошу прощения. За то, что вернулась поздно и ничего не сказала. Такого более не повторится.

Она надеялась, что этого достаточно, чтобы он ушел. Но вместо этого он зачем-то шагнул в комнату, снова оглядываясь, точно был здесь впервые в жизни.

– Ну раз Вы уже вернулись, мы можем поболтать немного. Вы же так любите поговорить, графиня. Но в последнее время все молчите и молчите. Не обижайте меня, заставив думать, что я совсем никудышный собеседник.

Когда он оказался ближе, Ижени ощутила исходящий от него знакомый сладкий запах Крази и уже не имела сомнений в том, что голос его не столь твердый как обыкновенно. Она отступила на шаг назад, глядя на него еще менее приветливо. Граф сделал вид, что этого не заметил.

– Ну что, как прошло свидание? Полагаю, не очень удачно. Что-то не вижу счастья на лице.

– Вы пьяны. – ответила Ижени.

Реджис никак не отреагировал на ее замечание.

– И что с того? – безразлично произнес он. – Это не лишает меня права говорить с моей женой.

– Поговорим, когда Вы придете в себя.

– Я всю свою жизнь бежал от себя, а Вы хотите меня вернуть. Вот уж нет. Не дождетесь.

Она знала, что у нее более нет ни единого аргумента для того, чтобы заставить его уйти. И, что еще хуже, настроение и тон его такие странные, что она не понимает, чего ей ждать. То ли он злится на нее, то ли ему все равно или все вместе. Или он сейчас убьет ее или снова бросится говорить о любви, как это бывало раньше. Притворяется он или его странное поведение совершенно не наиграно. Вместо нормального ответа он снова подходит к ней, из-за чего ей опять приходится отступать. Она хотела избежать неприятного разговора на сегодня, попыталась пройти мимо него к двери комнаты. Но была неожиданно остановлена очень грубым жестом, с которым он удержал ее руку. Прежде ничего подобного он себе не позволял. Теперь же она чувствовала, как его пальцы намертво сжали ее запястье, а его глаза смотрели на нее с выражением настоящей угрозы. Как будто попытайся она еще хоть что-нибудь возразить, и это будут последние ее слова.

– Ты меня пугаешь. Перестань. – сказала Ижени, дернув сдавленной рукой.

Реджис не шевельнулся, продолжая прожигать взглядом ее лицо.

– А я думал Вы намного смелее, дорогая. Ведь человека судят по его поступкам. Я сломал голову, силясь понять, чего Вы добиваетесь. А потом подумал, для чего все эти сложности? Ведь можно прийти и спросить. Ну что, ты сумела помочь Его Высочеству с коронацией? День ведь прошел не зря?

– Реджис, отпусти меня.

Не менее странная улыбка тронула его губы.

– Куда именно к господину Астору или к принцу? – издевательски спросил он. – Хочешь заняться политическими интригами или собственной интрижкой?

– Что ты говоришь? Прекрати.

– Правду слышать не слишком приятно. Мне тоже неприятно находиться рядом с тобой в этом доме и каждый день видеть твое лицо. Такое лживое… и такое красивое. Как на холсте художника подхалима.

– Я хочу уйти. – упрямо повторила Ижени.

– А я хочу, чтобы ты осталась. – Ей показалось, что его пальцы сейчас сломают ее руку, до того сильно они сжимались с каждой новой секундой. – Хоть раз в жизни отвлекись от своих мелочных делишек и удели время семье. Не все же силы тратить на заговор против короля.

– Ты спятил! – воскликнула Ижени.

Его глаза сверкнули еще более яростно.

– Да лучше бы так. – ответил он. – Чтоб не видеть того что происходит и не понимать, что ты творишь.

Вторая его рука потянулась к ее бледному лицу, а пальцы сжали тонкий подбородок. На миг Ижени показалось, что он сейчас задушит ее, однако он только заглянул в ее глаза. Даже особенной ненависти уже не было заметно в этом взгляде. Скорее, что-то похожее на тоску и боль. Если бы не весь прежний их разговор, она подумала бы, что он пришел потому что скучал по ней. Несколько секунд Реджис смотрел на нее с видом человека, обреченного на вечное страдание. Ее взгляд в ответ был по-прежнему чистым и искренним. Таким, как и два года назад. Это невозможно было выносить, он гневно сдвинул брови, отпустил ее лицо, но не мог не смотреть на нее.

– Как белая змея. – проговорил он, понизив голос. – С красивыми зелеными глазами.

Ижени нахмурилась после десятого оскорбления в свой адрес.

– Если змея, зачем пришел?

– Ну я же сумасшедший, это мы уже выяснили.

Снова что-то невнятное. Никакого адекватного объяснения. Ясно, что он сегодня не в себе. Все эти секунды она терпеливо выносила его грубость, надеясь, что он успокоится и наконец-то уйдет. Но он, кажется, не собирался оставить ее в покое. А она не могла уйти, потому что его рука сжимала ее запястье как металлический капкан. Она снова дернулась в сторону двери, снова безрезультатно.

– Может быть, выясним все завтра? – спросила она, поморщившись от неприятного ощущения.

– Завтра не будет времени. А я должен сказать.

– Мне все равно, что ты хочешь сказать. Просто оставь меня одну.

– Ах так? Я даже минуты твоего внимания не стою? Куда нам простым слугам короля до свиты принца Карлоса… Вы же считаете себя выше всех остальных в этом королевстве.

– Ты ничего обо мне не знаешь и не смеешь обвинять ни в одном из грехов. Наш дом тебе не тюрьма и ты не на службе, чтобы вести допросы и бросаться приговорами. Как только ты это поймешь, я сразу выслушаю тебя. А сейчас отпусти меня, слышишь?

– Никогда. Никогда я не хотел, чтобы мой дом превратился в гнездо для заговора. И только ты виновата, что это так. Теперь ты останешься и выслушаешь все, что я хочу сказать!

– Мне больно!

В ее голосе послышались высокие нотки слез. Они как тонкий серп прорезали его слух и заставили в один миг ощутить полную ясность ума. Он резко отпустил ее руку, оставив красный след от пальцев.

– Прости.

В его голосе уже не было прежней безумной пугающей решимости. Ижени наконец почувствовала свободу, отбежала на безопасное расстояние и посмотрела на него с раздражением и обидой.

– Выйди вон! Сейчас же! – приказала она.

Реджис больше не предпринял попыток воспротивиться. Теперь ей казалось, что он и впрямь очень расстроен. Его голова потерянно опустилась на грудь, а когда он повернулся к выходу, то в дверях слегка пошатнулся, держась за дверной косяк. Ижени молча смотрела на его спину с опущенными плечами. Нет, утешать его она не станет. Ее бы саму кто пожалел. Вокруг только зависть, злоба, обман. Если так надо ему ненавидеть ее, пускай. Все равно скоро это закончится. Она была уверена в этом. Едва его ноги переступили порог, оказавшись снаружи, Ижени подбежала к двери, захлопнула ее, повернула ключ. Прислонилась спиной к запертой двери, ощутила себя в безопасности. Нахмурилась от навязчивого чувства досады. И чего ему вздумалось врываться сюда?

– Идиот… – прошептала графиня, не совладав с нахлынувшей злостью.

Несколько секунд она стояла, прижавшись к двери, не шевелясь и слушая, что происходит снаружи. Реджис ушел к себе и больше не беспокоил ее странными выходками и заявлениями.

Утром все было как обычно. Ижени никуда не торопилась. Завтракала в постели, долго лежала в ванной. Потом увлеклась чтением и, не переодеваясь, листала страницы, завернувшись в одеяло. После не сразу выбрала наряд, на который сменит ночную рубашку. Хотя в сущности, какая разница, что надевать, если она весь день проведет дома? Она так и собиралась бездельничать, ожидая вечера. До тех пор, пока к ней не пришла служанка и не сказала, что господин граф просит ее спустится. А, если она не придет, он поднимется сам, потому что должен сказать ей нечто важное. Ижени сушила волосы полотенцем и сказала, что спустится, как только будет готова. Спустя несколько часов она оделась, привела в порядок бледное лицо и встрепанные от воды волосы. Она спустилась вниз, в гостиную, хоть и не хотела этого делать. Однако Реджиса там не оказалось. А по раскрытой входной двери в холле она поняла, что его можно поискать на улице. Она вышла, медленно спускаясь по ступенькам и оглядывая двор. Со стороны конюшни ей на встречу вышел слуга, поклонился графине и прошел мимо нее, чтобы скрыться в саду. Ижени отправилась следом. Она нашла Реджиса, бросающего палку Феличе. И пока пес отыскивал ее в кустах, разрушая при этом клумбу, она подошла к графу, молчаливо наблюдавшему издалека, как гибнут и ломаются под тяжестью лап цветочные стебли и бутоны.

– Вы хотели меня видеть? – спросила она, подойдя ближе и также наблюдая за тем как Феличе возится в земле среди цветов.

Реджис обернулся на нее. Он держал руки за спиной, выглядел вполне спокойно и как обычно сдержанно. Ни следа вчерашней горячности.

– Да. Хорошо, что Вы пришли, графиня. Мне нужно сказать Вам. Генерал Фотье дал поручение, которое требует моего отъезда из столицы. Меня не будет два-три дня. Выезжаю сегодня. Я уже дал распоряжения, чтобы седлали моего коня.

Ижени почувствовала прилив удовольствия от этой новости. Это значит, что на ближайшие дни она совершенно свободна. Но мысль о вчерашнем разговоре и всех прошлых неудачах заставила ее сохранить серьезное лицо. Вряд ли она имеет право с полной уверенностью рассчитывать на идеальное завершение своих планов. Ну разве что сможет выспаться хорошенько, не опасаясь, что к ней кто-нибудь вломится без разрешения, чтобы обыскать комнату или наговорить гадостей. Она не взглянула на него, продолжая наблюдать за Феличе, который нещадно топтал цветы, получая от этого занятия истинное наслаждение.

– Желаю Вам приятной поездки. И удачи в делах. – сухо произнесла она.

Реджис помолчал немного, тоже не глядя на нее. Как будто был занят только тем, что ждал, когда пес отыщет в кустах палку и принесет ее назад.

– Я также должен… извиниться за вчерашнее. – бросил он с холодной учтивостью.

– Пустое. – ответила Ижени, а сама неосознанно стала потирать запястье пострадавшей руки. Со вчерашнего вечера ей казалось, что оно иногда ноет от боли, хотя не так сильно, чтобы заставить ее отвлечься от своих размышлений. Реджис повернулся, заметив ее холодный серьезный взгляд.

– Это Ваше право – злиться на меня теперь. Хотя, Вы знаете, что у меня были причины выйти из себя. И все-таки мне жаль, если я причинил Вам боль. Наверное, я хотел, чтобы Вы, выслушав меня, хоть на миг почувствовали мою. Но это меня не оправдывает.

Она все еще наблюдала за Феличе и не смотрела на Реджиса. Лицо ее не изменилось.

– Я не злюсь на Вас. – спокойно произнесла Ижени. – Просто это была моя любимая клумба. Я сама сажала здесь эти пионы.

Феличе наконец-то отыскал палку и радостно побежал обратно к хозяину, перепачканный в земле и траве. На месте прежней клумбы осталась земляная дыра и помятые кучки стеблей с лепестками. Реджис наклонился, взял палку и закинул ее на этот раз в другую сторону, подальше от кустов и цветочных клумб. Он выпрямился, отряхивая руки. Посмотрел на Ижени.

– Впредь мы будем осторожнее с Вашими трудами. Хотя, те пионы уже не спасти. Мне жаль.

– Ничего. – вновь безразлично ответила графиня.

Все равно скоро ее здесь не будет. Какая теперь разница? Она глубоко вдохнула. Воздух, наполненный наступающей весной, вселял в ее душу спокойствие и надежду на то, что когда-нибудь все волнения, все ссоры закончатся.

– Я погуляю во дворе немного. – сказала она. – В последнее время так душно. Совсем нечем дышать.

Она бросила в его сторону короткий безразличный взгляд. Он все еще смотрел на нее.

– Вы можете остаться. Меня Ваше присутствие не беспокоит.

Пусть посмотрит, что она не собирается сегодня отправлять посланий или делать чего-то тайного, не предназначенного для посторонних глаз. Реджис ничего не ответил и остался в саду до тех пор, пока не пришло время отправляться в дорогу. Ижени сухо попрощалась с ним у ворот, говоря все то, что полагается в таких случаях.

– Прощайте, графиня. – ответил он с той же обязательной учтивостью. – Постарайтесь хорошо провести время в моем отсутствии. Надеюсь, скучно Вам не будет.

– В последнее время веселья было слишком много. Я бы хотела побыть одна и немного отдохнуть. Надеюсь, против этого Вы не возражаете.

– Отнюдь. Отдыхайте. Я вернусь не настолько быстро, чтобы помешать Вам.

– Буду ждать.

Чувствуя пристальный взгляд Роберта и горничной Катрин, что вышла сопроводить Ижени на прогулке, Реджис осторожно взял ее руку, наклонился и поцеловал ее по всем правилам прощания. Ижени в ответ немного приобняла его за шею и легко прикоснулась губами к его щеке, создавая видимость прощального поцелуя любящей супруги. Нельзя сказать, что ей это было неприятно. И все-таки, немного неудобно. Точно преграда, что все это время росла между ними стала еще больше, превратившись в неприступную стену крепости, через которую ей пришлось тянуться к нему.

– Прощай. – прошептал Реджис, склонившись над ее ухом.

– Будь осторожен. – ответила она.

Когда он уехал, Ижени почувствовала облегчение. Лишь первое время тяжесть того, что он отправился неизвестно куда немного портила ее отдых. После же она прекрасно гуляла в саду, обедала, ела любимые сладости и играла с котятами в гостиной. Вечером читала в тишине любимую книгу, не боясь, что кто-то войдет и помешает ей. Беспокоило только отсутствие вестей от Астора. Но это не проблема. Она уже отослала тому письмо с посыльным. Попросила о встрече на следующий вечер. На случай если за сегодня он не успеет вовремя получить его из-за каких-нибудь срочных дел во дворце. Тогда она опять зря прождет его в темноте и холоде посреди аллеи. Нет уж, пусть приходит завтра. Да и она сможет лечь спать пораньше и хорошенько отдохнет от всех ссор, волнений, подозрений и скандалов. Ижени ложилась со спокойной душой, с удовольствием потушила свет и удобно устроилась на мягкой подушке. Тем временем Авелин в кухне дождалась пока все в доме последуют примеру госпожи, и только тогда накинула на плечи тонкий плащик и вышла на улицу для тайного свидания со слугой из соседнего особняка Лангранов. Надо же и о себе когда-нибудь подумать. Не все же выполнять приказания графа, шпионить, чистить, мыть и убирать. Она счастливая перебегала улицу. А графиня де Баккард крепко спала, довольная тишиной и спокойствием в доме.

Глава 4

Время было за полночь, когда Авелин переходила темную пустующую улицу. Озираясь по сторонам, она бегом пробежала расстояние от соседних особняков по другую сторону дороги до дома де Баккардов. Стараясь слишком не шуметь, девушка медленно прикрыла за собой металлическую калитку и осторожными шагами двинулась к дому. Перед каждым новым шагом она на миг останавливалась, напряженно прислушиваясь к ночной тишине. Последние несколько звуков, что она различила, показались ей странными. Было похоже, будто кто-то быстро спрятался среди кустов, поломав несколько ветвей. При этом послышался шепот или просто очень похожий на него шелест листьев от ветра. В кромешной темноте никак нельзя было объяснить услышанное. Авелин заторопилась и снова побежала вперед, чтобы войти в дом и скорее запереть дверь. Уже будучи внутри, она вбежала в темную кухню, где догорал огонек в очаге. От него она зажгла свечу на подставке и вернулась в коридор. Прикрывая свет ладонью, прошла мимо окон гостиной, столовой и музыкальной комнаты. Не заметила ничего странного в саду. Однако, когда она уже успокоилась и направилась к лестнице, чтобы подняться к себе в комнатку у крыши, ее плечи вздрогнули от неожиданного стука за входной дверью. Авелин похолодела от испуга и засеменила по лестнице наверх, высоко приподнимая подол.

Графиня де Баккард мирно спала в своей постели, когда спокойствие ее комнаты было нещадно нарушено. Туда вошла Авелин, подбежала к госпоже и принялась толкать ее за плечо, пытаясь разбудить.

– Мадам, проснитесь… прошу Вас.

Она испытывала неловкость от того, что должна потревожить ее, но страх был намного сильнее этого чувства.

– Проснитесь, мадам. – шепнула она звонко.

Ижени недовольно поморщилась и едва приоткрыла глаза, щурясь от огонька свечи.

– Что такое?

– Кажется, кто-то пытается пробраться в дом.

– Кто?

Ижени повернулась на подушке, снова закрыла глаза.

– Какие-то люди, госпожа. Я слышала странные звуки снаружи, а потом удар в дверь, словно проверяли замок.

– Тебе показалось. Дай поспать.

– Мне не показалось. Если это воры, что же мы будем делать?

Ижени нехотя разомкнула веки и немного привстала.

– Воры? – переспросила она, плохо соображая спросонья.

Постепенно к ней пришло осознание того, что Реджис недавно уехал и теперь она в доме одна с тремя горничными, а из мужчин здесь в это время только дворецкий и юноша-посыльный, если тот не ушел вечером куда-нибудь в город.

– Говоришь, слышала кого-то снаружи?

– Да, как будто кто-то прячется в кустах.

– А ты сама что там делала?

– Ну… я вышла ненадолго.

– Зачем?

– Понимаете, у Лангранов очень красивый парнишка служит конюхом. Мы познакомились на ярмарке.

В этот момент снизу послышался еще более громкий стук. На этот раз Ижени тоже услышала его и побледнела от беспокойства. Она поспешно отбросила одеяло и вскочила на ноги.

– Давай-ка оденемся побыстрее.

Авелин поставила свечу и метнулась к шкафу, доставая оттуда первое же платье. Никогда еще за всю свою жизнь она так поспешно не натягивала его на тонкие плечи графини и не застегивала на ее спине, так что оно едва сходилось.

– Где был мой пистолет?

Ижени повертела головой, не сразу припомнив, куда положила его. Обнаружив пропажу на сундуке, она вынула оружие из чехла и зажгла вторую свечу от догоравшей свечи, которую принесла Авелин. В это время снизу уже слышались настойчивые удары в дверь.

– Дверь заперта? – спросила Ижени, обернувшись на служанку.

– Заперта на все замки. – ответила та.

– А вход для прислуги?

– Там никогда и не было замка.

На первом этаже послышался топот. Ижени и Авелин переглянулись, держа свечи в руках и видя сквозь отблески желтого пламени бледные лица друг друга. Через секунду они уже спускались по лестнице. Ижени впереди, держа пистолет наготове, а Авелин за ней, сверкая испуганным взглядом. Принеся с собой огонь, они осветили темноту коридора, где обнаружили трех мужчин. Те безо всякого стеснения ворвались в дом, распахнув дверь черного хода. Двое из них сразу же раскрыли все ближайшие двери комнат, пробрались в пустующую столовую, словно бы разыскивая кого-то или что-то. Ижени и Авелин последовали за ними, ускорив шаг. При виде хозяйки, вторженцы остановились. А Ижени угрожающе направила на них оружие.

– Кто вы такие? – выпалила она, хмурясь больше от волнения, чем от злобы.

В слабом свете единственной свечи она никак не могла распознать незнакомцев по одежде. Однако ей все же показалось, что те одеты как военные, а не как воришки. Когда же один из них выступил ей на встречу из темноты, Ижени быстро все поняла и ахнула от неожиданности. Перед ней стоял человек, укутанный в черный плащ, чье лицо скрывала темно-синяя маска. Ижени опустила пистолет. Колени сами собой согнулись, выполняя положенный реверанс.

– Ваше Высочество… Вы здесь. – растерянно проговорила она.

– Не спите в такое время, графиня.

– Как же заснуть, когда кто-то ломится в дом посреди ночи?

Ижени не знала, рада ли она, что это вовсе не воры. Пожалуй, тут не известно, кто лучше. Ведь кольца у нее теперь нет, а эти люди явно пришли за ним. Давящее беспокойство подступило к самому горлу, мешая дышать и нормально говорить. Ижени попыталась откашляться и потерла рукой шею, одновременно рассчитывая дальнейшие шаги. Она могла бы идти по первоначальному плану, но с поправками. Ведь встреча с Астором была прервана, и она не успела передать ему фальшивку. И теперь очень важно было не ошибиться. Принц нетерпеливо дернул головой.

– Вас удалили от двора, и я был вынужден прийти сам, чтобы завершить наш прежний разговор. И желательно сделать это как можно быстрее.

Ижени повернулась огляделась по сторонам, бросая недоверчивые взгляды в сторону Авелин и стражи принца.

– Я бы хотела, чтобы все свидетели оставили нас. – рассудила она.

– Пожалуй.

Принц дал знак своим людям удалиться, а Ижени строго посмотрела на Авелин. Та была вынуждена исчезнуть за дверью столовой и плотно закрыть ее за собой, хотя, конечно, не прочь была послушать этот разговор. Все-таки для графа де Баккарда такой случай был бесценен. Однако страх перед ночным вторжением и суровым взглядом госпожи заставил ее повиноваться. Ижени осталась одна с принцем в темной комнате, подошла ближе к столу и поставила свою свечу подальше от края. Принц как ни в чем не бывало отодвинул стул и присел, словно чувствуя себя как дома. Теперь слабый огонек освещал его лицо, маску, которую он снял и положил на стол, а также очертания полутемного силуэта графини де Баккард, стоявшей у края стола и не желавшей подойти ближе. В темноте ей было как-то спокойнее. И у нее не возникало ни малейшего желания зажечь еще больше источников света. Рука ее все еще в волнении сжимала пистолет, который она опустила и спрятала за спину. А глаза бегали по комнате время от времени поблескивая в желтоватом свете огонька свечи.

– Уберите оружие. – посоветовал принц.

Ижени положила пистолет на стол, с трудом разжимая пальцы. Принц все еще смотрел на нее внимательно и вопрошающе.

– Ну. Я позаботился о том, чтобы сплавить обоих – и де Баккарда и де Сен-Гри куда подальше. И даже сумел покинуть дворец, пока Фотье не видит. Теперь дело за малым. Ничто не мешает Вам отдать мне мой перстень.

Ижени собралась с силами и посмотрела на собеседника с полной уверенностью в своих словах.

– Здесь живет офицер тайной полиции. – напомнила она. – Вы полагаете, я стану хранить кольцо в этом доме, где Реджис уже обыскал каждый уголок в попытках найти его?

– Так оно не у Вас… – разочарованно протянул принц. – Тогда где?

– Я не могу сказать Вам, где оно.

– Почему? – удивился принц.

Ижени предприняла решительные действия.

– Это лишает меня многих привилегий. – призналась она.

– Ах вот как.

Принц с видом делового человека, отодвинулся от стола, закинул ногу на ногу, приготовившись выслушать требования.

– И чего же ты хочешь?

– Не многого. – скромно ответила Ижени. – Я всего лишь хотела бы Вашего честного слова о том, что никогда и ни при каких обстоятельствах я, моя семья, мой отец или господин граф не пострадают от Вашей руки. Или по Вашей воле. Или при Вашем участии. Это все, чего я прошу. Защиты для своих близких. Достаточно для нас потерь.

– За де сен-Гри попросить не желаете?

– Мне нет до него дела. Поступайте с ним, как хотите.

– Что ж, хорошо. Вы и Ваши родные неприкосновенны. И де Баккарда не трону. Попытаюсь не думать о наших разногласиях. Даю Вам слово.

Ижени медленно выдохнула, стараясь, чтобы ее волнение было незаметно, а дыхание не слышно.

– Только чтобы сегодня же кольцо было у меня. – добавил принц не терпящим возражений тоном.

С учетом того, что времени было далеко за полночь, следующее утро и день и вечер тоже можно было прировнять к «сегодня». А это значит, что время у нее еще есть. Ижени кивнула, снова чувствуя свою уверенность.

– Оно у Вас будет. Нужно найти подходящее место, где мы сможем встретиться, не вызывая подозрений. Я не хочу, чтобы меня казнили раньше, чем Вы взойдете на трон.

Принц неожиданно поднялся со своего места, воодушевленный новой затеей.

– Облегчу Вам задачу. – объявил он. – Вы сейчас же соберетесь и поедете со мной за кольцом, где бы оно не находилось. Я заберу его нынче же ночью. И покончим с этим.

– Прямо сейчас? Посреди ночи?

Ижени вздрогнула и ощутила, как от приступа ужаса у нее по телу побежали мурашки. Благо принц ничего не заметил. И продолжал смотреть на нее без малейшего сомнения.

– Ну да. А что Вам помешает? Граф в отъезде. Припугните прислугу. Все остальное сделает темнота снаружи, скрывая наши дела от посторонних глаз. Можно подумать, Вы прежде так не поступали.

– Я… не уверена… – ее голос начал заплетаться от волнения.

Принц нахмурился, снова беря маску со стола и нацепляя ее на лицо.

– Хватит спорить, Кавелье. – приказал он. – Я больше ничего не желаю слышать по этому поводу. Перстень Арку будет у меня нынче же ночью, и никто не сможет больше этому воспрепятствовать. Ни Магнус, ни Розамунда, ни Фотье со своими ищейками, ни де Баккард. Вы сейчас идете на конюшню, седлаете лошадь. Или велите запрягать экипаж, тут уж как Вам будет угодно. И мы едем согласно Вашим указаниям. Моя стража проводит Вас обратно домой, когда я получу перстень.

Он закончил возиться с узлом, завязывая края лент на затылке, и уже направлялся к двери, когда несмелый голос Ижени остановил его:

– Видите-ли, так получилось…

При этих словах он едва не передернул плечами и обернулся.

– Я ненавижу, когда начинают объяснения с этих слов. Это значит, что что-то идет не по моему плану.

– И не по моему плану тоже… – добавила Ижени.

– В чем дело?

– У меня нет этого кольца.

Данное заявление заставило принца все же замереть на месте и растерянно сдвинуть свою маску на лоб. Ижени почти не смотрела на него, а он при тусклом освещении заметил, как она бледна. Очевидно, говорит правду. Хотя в нее невозможно поверить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.