Сказки Волшебной долины
Сборник психологических сказок
Ирина Владимировна Разбойкина

Редактор Салават Данилович Юсупов

Вёрстка и оформление Алла Николаевна Письменная

Иллюстрации Автора

Публикация книги ТЦ Со-Творение

© Ирина Владимировна Разбойкина, 2023

ISBN 978-5-0060-0562-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Как рождаются сказки? Как приходит рассвет, как плывут облака безмятежно. Как рождаются сказки? Как травинка растёт, как цветок раскрывается нежный. И у каждого сказка родится своя, и урок в каждой сказке особый. Ведь своя у любого стезя и судьба. И для всех это, право, не ново.

Но поведать хочу вам секрет простой, это жизнью своей проверишь, – Можно встретиться с самой счастливой судьбой, если в сказки и чудо веришь.

Разве можно представить себе жизнь без сказок?

Сказки рождаются с первым осмысленным взглядом на мир, с первыми шагами. Ведь в детстве всё кажется волшебным и необыкновенным. Когда мы смотрим на причудливые фигуры из облаков, у нас рождается сказка. А когда слышим первую весеннюю капель? В сердце снова просыпается очередная сказочная история. А когда влюбляемся? Ведь это просто сказочное волшебство. И только от нас зависит, какую сказку своей жизни мы напишем.

Благодарю Центр «Со-Творение» за возможность прикоснуться к рождению сказок. «Сказка пишет себя сама» – и это удивительное, и совершенно волшебное явление. Каких героев захочет явить очередная Сказка и какие приключения их ждут – это порой сюрприз для самой сказочницы.

Возможно, герои этой книги хотят донести до читателя что-то важное, а может рассказать интересные истории или просто создать хорошее настроение.

И если сказки в этой книге в ком-то «отзовутся», заставят задуматься или по-доброму улыбнуться… значит, они родились в нужное время и у них счастливая судьба.

Что ж…В добрый Путь!

Сказки дремучего леса

Приключения Избушки

Жила-была на опушке леса Баба-Яга. Лес этот был не очень дремучий, а в меру густой. А Баба Яга совсем не злая, а вполне доброжелательная и симпатичная.

Обязанности свои Баба Яга выполняла, как полагается: за обстановкой в лесной глуши следила, случайных путников привечала, если надо-задания давала; грибы-ягоды заготавливала, травы целебные запасала. Всё честь по чести. Но речь в нашей сказке не о том и почти не о ней.

Началось всё с того, что внезапно Яге удача привалила. Спасибо за то соседям – Лешему и Кощею, с которыми она дружбу водила и иногда вместе вечеряла за душистым чайком да лесными новостями.

Леший не так давно на болоте соседнего лесочка привлекательнейшую Кикимору встретил. Влюбился сердешный. Жениться решил и обустроился поближе к её болотцу.

– А землянку свою, – говорит, – никому более доверить не могу, по-соседски отдаю в безвременное безвозмездное пользование, как давней доброй приятельнице.

А намедни Кощей заявился со связкой ключей:

– Решил, – говорит, – остаток своей бессмертной жизни провести под жарким Египетским солнцем, там брат двоюродный мумией подрабатывает. Да и знахарь местный посоветовал. Косточки свои на солнышке буду греть, а то в башне сырость завелась. Сундуки со златом пристрою в одной из пирамид. С местными мумиями уже сговорился, когда по турпоездке был. Так что башня в полном твоём распоряжении на ближайшие 200—300 лет точно. А там видно будет. Надоест жаркое солнце, вернусь в родную сырость.

А у Яги ещё Избушка на курьих ножках имеется, в своё время по статусу выданная. Вот так и оказалась Баба Яга нечаянно богатой и многодомной.

Правда жильё оказалось друг от друга далековато. Не три в одном, а три по одному. И решила тогда Баба Яга между Землянкой, Башней и Избушкой конкурс устроить. Кто из них лучше о ней, Яге, заботиться будет и условия хорошие для проживания создаст, в том жилье и обустроится. А остальных под замок, ну или сдаст по сходной цене местной нечисти.

А какой приличной жилплощади охота в запустении томиться или случайными жильцами наполняться. Всем надо, чтоб хозяин или хозяйка домовитые были, чтоб присмотр и уют.

И начали претенденты себя нахваливать и рекламировать.

Вот Землянка о себе говорит:

– В Землянке досыта уюта. От бурь, ветров всегда укрыта.

От зноя летнего прохлада. Ведь в доме этого и надо.

И сон чудесный навеваю – цикады рядом напевают.

Кроты, коль надобен простор, жильё расширят, на то есть с ними договор.

– Ах, складно, – говорит Яга, – Землянка- супер! Красота!!!

Вот слово Башне:

– От бурь, ветров укрою тоже. Стен толщина ещё надёжней.

Многоэтажность предлагаю, балкон, площадка смотровая.

Пить чай из трав, в окно смотря; птиц, облака и горы лицезрея.

Быть в курсе всех лесных событий, глядя с высоты

и экономить этим топливо ступЫ.

– Ах, хорошо, – Яга в восторге, – ей перспектива нравится. Башня в лидеры выбивается.

– Ну что, слыхала, – глядя на Избушку, сказала, увлечённая рекламою, старушка. – Тебе, Избушка, слово.

А она молчит. Ни «пык», ни «мык». Лишь ставнями тихонько от волнения стучит, да кольцами дым из трубы пускает: «Яга её давным-давно уж знает. И вроде ясно всё.

Служебное жильё, в её лице, на веки вечные Ягинюшке дано.

Что ей сказать? Да, ссорятся, бывало. Но в целом, они всё-таки дружны и пережито в общем-то немало.»

А тут ещё сон яркий видела Избушка и силится понять, а стоит ли его пересказать. Ведь сон хороший может и не сбыться, если его заране рассказать.

Приснилось ей, Избе, что в небесах летает, махая крыльями, а рядом гуси-лебеди гуськом. Приснилось дале, что снесла яички, они на ножках бегают бегом, а добрая Яга их кормит пирогом.

Ягиня в бок Избушку тычет, чтоб в конкурсе участье приняла. А та молчит, чтоб не проговориться. Она себе о том зарок дала.

А бабка «…закусила удила». Ох, осердилась Яга, разворчалась:

– Совсем не уважаешь ты меня. Поссориться, наверно, хочешь.

А может ты хозяйку новую нашла?

Ну и иди отселе, вопрос закрыт квартирный для меня.

Не подумала Яга, что Избушка всё всерьёз воспримет и лес родной тотчас покинет.

А та горемычная печкой чихнула, ставенками хлопнула и побрела на своих двоих прочь с опушки, только дверью махнула.

Куда ей деваться? Решила, пока сон не исполнится, не возвращаться.

Шла-шла она и пришла в село, что за лесом раскинулось:

– А кому на дворе широком жилплощадь дополнительная нужна.

Работящая, уютная, тёплая и добротная.

На своих ногах твёрдо стоит и по двору самостоятельно дислокацию менять может, по хозяйству поможет.

Такую ценную избу тотчас на свой двор зажиточный крестьянин приманил. Двор большой, лишняя хозпостройка не помешает.

А на дворе и курочки, и хрюшечки, и гуси важные, в хлеву коровка мычит. Избушка рада радёшенька, что её хорошо приняли, место под старой берёзой плакучей выделили.

И стала она по хозяйству помогать. То курятником, то гусятником подработает, то сено для коровы на печи соберёт просушить, то в поле помогает картошку посадить.

Наберёт картошки полную прихожку, ямки сама роет, картошку бросает, да закапывает.

Хозяин только головой качает, нахваливает Избушку на курьих ножках и удивляется:

– Как же Хозяйка с тобой расстаться смогла. Такая помощница на любом дворе важна.

А Избушка ему объясняет:

– Сон мне примечательный приснился, любой бы ему удивился.

А я его затаила и Хозяйке рассказать отказалась.

Она обиделась и со мной рассталась.

«Это что ж, из-за такой пустяковины Избу со двора гнать? А что за сон то был?» – спрашивает Хозяин.

– Так не могу про то сказать.

А он своё:

– Ну мне-то можно. Я тебя на двор свой пустил, по доброте великой приютил.

И знать хочу, что в том сне было. Или ты добра не помнишь, всё забыла?

Вздохнула Избушка и молчит, только посудой на полке бренчит.

Осердился Хозяин:

– Раз такое мне недоверие, не хочу более тебя в своём хозяйстве держать.

Откуда пришла, туда и иди опять.

Попрощалась Изба с курочками и гусятками, коровушке ставнями на прощание похлопала и со двора потопала.

Шла – шла. До двора купеческого дошла:

– А кому изба работящая просторная нужна? Могу картошку садить, сено ворошить, кур, гусей пасти, а может пригожусь для другой надобности.

Выходит хозяин со двора купеческого. Обошёл Избушку кругом, площадь измерил:

– Очень нужная изба в деле моём торговом. Как раз время лавку новую открывать, а тут она сама пришла. Чудеса. Ни дать, ни взять.

И стала Изба лавкой купеческой. Плюшки, ватрушки честному народу предлагает, утварь домашнюю, мелочи хозяйственные. Правила торговли точно исполняет.

Купец не нарадуется. Лавка сама по улице ходит, товар предлагает. Народ, не выходя со двора, всё покупает. Барышей в копилочке хозяйской пребывает.

И спрашивает Купец однажды:

– Как же это с тобой Хозяйка рассталась, почему ты бесхозная оказалась?

Избушка в ответ:

– Сон мне приснился сильно завлекательный, а я ей рассказывать не стала. Хозяйка и осерчала.

– Ха-ха-ха… во дела… это что за ерунда.

Из-за такой вот ерунды лишить саму себя Избы?

Хозяйка твоя не «ума палата». А что это был за сон?

– Никак сказать не могу, – отвечает Избушка, – примета есть, я не виновата.

А Купец своё:

– Мне то сказать можно. Говори, как на духу!

Я тебя в дело торговое пристроил, товар доверил.

И от тебя доверие быть дОлжно.

Замолчала Избушка, завздыхала.

Осердился Купец и прогнал Избушку со двора.

И потопала опять Изба вдоль по дороги, резво переставляя куриные ноги.

Шла – шла. И до палат царских белокаменных дошла.

Посреди площади широкой стоит, вокруг всеми окнами глядит.

Башни высокие в небо упираются, дворец настоящий перед ней гордо возвышается.

На ту пору по площади, в карете, малолетняя дочка царская – Царевна, с прогулки возвращалась. Избушку на курьих ножках посреди площади увидела, заулыбалась.

Стоит Изба, собой удивительна, вполне ухожена, на своих ногах, ставни расписные, конёк на крыше славный, и фас, и профиль у избушки ладный.

После зал дворцовых и люстр хрустальных, вид избушки лесной – чудо, какой забавный.

– Хочу такую себе на двор, – говорит. – мне нянюшка в сказке про такую читала.

Теперь у меня своя будет. Пусть сказки мне сочиняет, на прогулках по саду сопровождает.

Выглянули слуги из кареты царской:

– Чья будешь? Каких краёв?

– Из леса, вестимо. Удачу пытаю. Сама теперь ничья. Сказок много знаю.

– Что ж. На службу царскую тебя приглашаем.

В обширном дворе дворца уголок светлый предлагаем.

И поступила Изба на службу царскую.

Царевне сказки сочиняет, по саду на печи катает, поручения разные выполняет.

Во дворце Избушку полюбили, по приказу Царевны её починили,

ставни покрасили, печку побелили, на конёк резную вязь навесили, когти на ногах куриных маникюром украсили.

Ходит Избушка по саду царскому чинно и важно. Не каждой избе везёт быть нянькою царской. А Царевна от неё не отходит и как – то разговор заводит:

– Кто же тебя такую хорошую оставил и по миру бродить отправил.

Избушка отвечает:

– Хозяйка моя, Ягиня, осерчала за то, что я свой сон вещий не рассказала.

А сон тот такой замечательный, будто сказка. Вот и скрываю тщательно.

– Ой, как интересно. Мне нужно сказку эту. Давай рассказывай.

Я люблю все сказки на свете.

– Не могу, – говорит Избушка, – расскажу если, то не сбудется.

– А ты прошепчи на ушко. Мне можно точно. Я же не просто так. Я же – Царская дочка.

– Всё равно не могу, – завздыхала опять, замолчала Изба, объяснять умаялась.

– Ах, перечить мне! Сказку утаивать.

Прочь на дальний двор за высокий забор. С глаз долой!

И отправили Избушку на дальний двор, где доживали свои дни старые телеги и кареты.

За высоким забором ни садовых цветов, ни дворца не видно.

Очень Избушке всё это обидно.

Будто в темнице избушка томится.

Только старый толстый рыжий кот, любимец Царевны, служивший при кухне царской, ставший добрым другом Избушки, забегал попроведать, не взирая на все указы.

Кот на тёплой печке полюбил подремать, свежие новости Избе промурчать.

– Ой, что у нас во дворце творится, – как-то сказал Рыжий. – Дошло известие до Царевны нашей, что в Царстве соседнем есть кот белоснежный, что не сыщешь краше. «Без того кота», – говорит, – «жизнь не та».

Кот тот шерстистости повышенной, красавец писаный.

Один глаз – зелёный весёлый, заурчит, глянет- настроение поднимает.

Второй глаз – голубой, глянет- успокоит, сон навевает, глаза сразу закрываются, сны сказочные снятся, все успокаиваются.

А на шее у него ошейник золотой, шибко дорогой.

Кот кровей знатных, из стран заморских и характер не простой.

А я хочу на отдых уйти со службы царской. Ближе к природе.

Без службы, на воле, жизнь будет сказкой.

Предложил Рыжий Избушке вместе в путь отправиться и с этой задачей справиться.

Он кроме кухни царской, ещё и в библиотеке частенько бывал, мышей от редких фолиантов отгонял. И в книгах то, что нужно, разузнал.

Раздобыл Кот ключи, отпер ворота и выпустил Избушку на волю.

Дорога служба царская, да не простая это доля.

Шагают резво по дорожке Кот-толстый живот и Избушка на курьих ножках.

Долго ли им шагать, в сказках об этом не принято излагать.

Прибыли в Царство соседнее. Нашли хоромы Кота искомого.

Слова нужные наизусть уже выучили, чтоб задание выполнить, которое сами себе поручили.

Коту этому самому заморскому поклонились

и по грамотному, как в книжке написано, обратились:

– Ваше Котейшество Высокородное, извольте нас услышать.

Царевна наша не ест, не пьёт. Всё о коте (о вас) мечтает и ревёт.

Надобно ей, чтоб Вы по царским палатам важно ходили, чтоб вас,

Ваше Пушистое Высочество, на лучшем месте в царской гостиной кормили.

Чтоб песни волшебные вы ей напевали, нервы успокаивали, да сказки рассказывали.

И ещё много слов витиеватых и восхваляющих Коту блондинистому говорили.

Время тратили, чтоб вдохновился и с ними в путь пустился.

Снизошёл Белый Кот, соблаговолил, разрешил, чтоб он в царском дворце припеваючи жил.

Вещи свои собрал, в Избу на лавку сел, всю дорогу в окно глазел и шерсть свою намывал.

Прибыли во дворец пред Царевнины очи.

Она в ладоши хлопает, смеётся, счастлива очень.

Так ей, Царевне, угодили, что, конечно, Избушку сразу простили.

Пир в честь мечты Царевны сбывшейся устроить решили

и Избушку на празднество пригласили.

В зал торжественный по наружной лестнице витой,

Избушка по ступеням забралась. Отпраздновать событие собралась.

Но только на балкон шагнула, как Белый кот от миски со сметаной обернулся, накинулся и в ногу ей вцепился:

– Я думал меня будут ублажать, чесать, кормить с посуды царской,

что буду главным я, что дифирамбы будут хором петь,

а вынужден за миску попотеть.

Я должен при Царевне день деньской бродить, как тень, рассказывать ей сказки, в глаза ей преданно глядеть и петь!?

Переборщили, видно, с Рыжим в превознесении Кота.

И не успела шагнуть Избушка в зал, вдруг пошатнулась и…

кувырк с балкона. Успела только мельком глянуть в небеса.

Пытаясь равновесие сохранить, быстрей-быстрей размахивала ставнями и вдруг… полёт.

Избушка над двором парит, простор в полёт её манит, а рядом клин гусей летит.

Летит себе дорогой дальнею.

Летят в простор лугов. Вдруг птичий клин сбивается.

На «птицу странную» вся стая удивляется. Но счастлива Изба вполне, ведь это сон её сбывается. Клин вскоре сбился в кучу. Такое только раз случается. Заглядывают гуси в окна. Породу «птицы» угадать стараются. За стаей вслед Изба в простор лугов летит, но только тот полёт недолго длился. Стремительно Изба к земле летит. И хорошо ещё, что сена чей – то стог на месте приземленья очутился. Но это был триумф!!! Ведь сон почти что сбылся.

И вдруг за стогом тихое ворчание:

– Ну докатились! Что за воспитанье?! Изба летает. Распустила крылья – ставни.

Как можно без пригляда дом оставить? Хозяйский взгляд настолько вот ослабить?

За стогом в землю вросшая изба, почти развалина трухлявая стоит, а рядом маленький, лохматый Домовой, сердито головой качая, на Избу глядит, что прилетела вдруг невесть откуда.

Со стороны полёт Избы, конечно, чудо. И домовой, хоть сердится, во все глаза глядит.

Избушка отряхнулась от соломы, ошеломлённая собой сама.

И тут же рассказала Домовому про все свои нелёгкие дела.

О приключениях своих, о сне (частично), коте, Царевне, переживаньях личных.

Так хорошо, по – доброму общались, сдружились с одиноким Домовым.

И было решено держаться вместе. Ведь вместе лучше, веселей, чем быть одним.

А Домовой поведал, что остался в заброшенной деревне он один.

И по привычке сам, как мог, старался свой старый дом воздвигнуть из руин.

Разъехались все по другим дерЕвням, бурьяном вся округа заросла, дома себя изжили, да и сам он древний. Но Домовым нет жизни без Жилья.

Он ведал всё и даже Книгу Мудрости мог написать и поделиться ей.

Он много знал историй. Только вот беда, невесело на свете без друзей.

И решили Избушка и Домовой вместе держаться,

Справедливость восстановить, в Царство вернуться, да Котофеича Заморского приструнить.

И отправились они в сторону дворца дружно.

У Избы есть теперь Домовой, у Домового – Изба. Это то, что нужно.

Избушка весело по дороге шагает.

Домовой, дом новый обретя, песни, сидя на крылечке, распевает.

Вот подошли к воротам дворца.

Видят, кот Рыжий, исхудавший и грустный, у ворот сидит, на себя не похож.

Глазам не веря, на Избушку глядит. Обрадовался Избушке, с Домовым познакомился, на печку забрался и давай жаловаться:

– Совсем житья от этого блондина Заморского не стало.

На всех шипит, кидается, мебель царапает, чуть не по потолку скачет, Царевна от него чуть не плачет.

Царскую дочку хоть и признаёт, но спуску не даёт.

Сказку иногда расскажет, но характер свой злобный нет-нет, да покажет.

Прислугу гоняет, никто с ним сладу не знает.

Слушал Домовой внимательно, кумекал, да и смекнул, что к чему.

Про ошейник спросил и тайну открыл:

– Слыхал я о таких чудных делах. Хозяйка моя прежняя понимала толк в чудесах, колдуньей деревенской слыла.

Знаю, что на ласковых и добрых животинок злые хозяева такие одевали, чтоб они ни погладить, ни за ушком почесать не давали, когти выпускали, чтоб все их боялись и сладу не знали.

Решили Домовой, Избушка и Кот, дворец от зла такого избавить. Вошли открыто.

Кот Заморский тотчас выскочил, крик поднял, когти для драки приготовил, шипит, бранится, огрызается. Будто не кот, а собака злая.

А они без страха к нему подходят.

Избушка хвать его лапой за шкирку, ошейник золотой сняли

и глядя в глаза – голубой и зелёный, сказали:

– отныне ты кот хороший, добрый, ласковый и зовут тебя Тимоша.

Как только Кот имя новое обрёл, вмиг подобрел,

добрым и ласковым стал, мурчит, спасителей благодарит.

Самому ему канитель эта злобная надоела, только сделать ничего не мог, колдовство одолело.

Стал он с тех пор для Царевны лучшей нянькой. Сказки славные рассказывает, песни поёт, хвостом пушистым от мух обмахивает.

Царевна радуется, в ладоши хлопает, наградить помощников старается:

– Просите, что пожелаете, друзья мои дорогие.

А Избушка просит:

– Отпусти Рыжика со службы царской. Ко мне на родину хотим перебраться.

А на прощание исполню твоё, Царевна, желание.

Сон свой расскажу, который стал причиной испытаний.

Рассказала Избушка свой сон.

Отпустила Царевна Рыжего, доброго пути всем пожелала, подарками наградила и на дорогу ручкой помахала

Долго ли, коротко ли… Вернулась Избушка на родную опушку.

А Баба Яга о ней тосковала.

Себя винила, что верой и правдой ей служившую Избу, обижала.

Избушка от радости, увидев Ягу, заплясала.

И выкатились из избушки два лохматых молодца, не одинаковы с лица.

То был Рыжий кот весёлый и Домовой умудренный.

Избушка друзей своих новых представила.

Яга на радостях всех пирогами угощала.

Домовой и кот для дома – прибыль важная и большая.

Так вот и вторая часть сна сбылась.

Всё Избушка Яге рассказала. Где была, что видала, как по ней, Яге, скучала.

Ох, Избушка рассказом своим Ягу позабавила.

И живут с тех пор дружно на лесной опушке:

нарядная и ухоженная Избушка,

Баба Яга старушка,

Рыжий Кот удалой,

да мудрый Домовой.

Сказка про чудо – озеро

Далеко-далёко. В одном сказочном лесу, на опушке, жили-поживали в Чудо-Избушке:

Баба Яга – характером строга, но отходчива,

мудрый Домовой – хозяйственный и в общении простой

и кот Рыжий – домовитый, но озорной.

Жили они дружно. Каждый свои обязанности по дому знал, соседей уважал.

А вечерами, когда лес вокруг затихал, смолкали птицы и любопытная Луна заглядывала в оконце Избушки, освещая её, будто яркая лампа, Баба Яга, Домовой и кот Рыжий собирались вокруг стола и рассказывали друг другу сказки.

В этот раз настала очередь Бабы Яги историю поведать – сказочную копилочку пополнить. И вот она- сказка из Дремучего леса…

* * *

Живёт в лесу, в дремучей его части, у болота зыбучего – Кикимора злючая. Родственники её и соседи по болоту тоже золотыми характерами не особо отличаются. И над заблудившимися молодцами, бывает, подшучивают и каверзы подстраивают, грибников да ягодников, не с той ноги вставши, могут в топь заманить, а то и лесных жителей попугать себе на потеху. Но со своими вполне дружелюбны, меру знают, к старожилам леса уважительные. Кикиморы – они характером весёлые, задорные и болота свои любят. А эта… со всеми огрызается, всё ей не в радость, не живёт, а мается.

Сородичи уже переживать за неё начали. Друг за дружку нечисть лесная всегда горой. Как ей помочь с таким характером справиться, никто не знает. Ведь Кикимора каждая со своим болотом, как единое целое. Коль в настроении хорошем, то и болотце пригожее: трава ряска расстилается ковром зелёным привлекательно, клюковка по берегам россыпью яркой глаз радует, цветы болотные чудной красоты цветут, силой волшебной наполняются, взгляды путников завораживают. Хоры лягушачьи в зарослях камышовых трели выводят, птицы болотные вокруг гнёзда вьют. Ухаживают Кикиморы за своими болотами, держат в порядке. Это, как его… м и к р о к л и м а т поддерживают, как по-учёному называется.

В такое болото завсегда Водяной для жительства своего прибудет. И порядку больше, и Кикиморе веселей.

Пытаются эту Злюку вразумить, развеселить, порадовать. Даже к ней, главной лесной ведунье – Яге, обращались. Но ничего поделать не смогли. Кикимора всё мрачнее. Корягой чёрной прикинется, ни с кем не говорит, только злится и ворчит, да для устрашения так завывает страшно, что всю округу оторопь берёт.

И болото её чернеет, птицы его покидают, лягушки замолкают, цветы не растут. Мрак и неуют. Болото разрастается, деревья по берегам в коряги превращаются. Того и гляди, топь эта пол леса захватит.

А недалеко от опушки, где стоит Избушка, в землянке лесной жил давний сосед Яги – Леший. Видом, как полагается всем лешим – лохмат, нечёсан, почти устрашающ, а характером добр, душа широкая, балагур и рассказчик хороший. Душа любой компании лесной.

По доброте своей частенько в истории попадает, когда сам кого-нибудь выручает. Невезучий Леший. Непутёвым родичи прозвали. Вместо того, чтоб молодцев, да девиц заблудившихся пугать, он им из леса выбраться помогает. А когда однажды Кощей Царевну из Тридесятого Царства умыкнул и в башне запер, он, Леший, Царевича к Бабе Яге привёл и уговорил её клубочек волшебный Царевичу подать, чтоб дорогу указать и Царевну вызволить. А потом давнюю вражду Кощея с Ягой усмирил. Так обоих балагур заговорил, что помирил и сдружил.

Но для души широкой, мало поляны и землянки родной. И решил Леший, чем уж совсем удивил, в путь-дорогу отправиться. В соседнее Царство. На их лесные просторы взглянуть, может, какой опыт перенять. Собратьев по лесным делам разыскать.

А она, Яга, Лешему на дальнюю путь-дорогу вручила подмогу. За характер золотой, да за дружбу по-соседски, из сундука своего старинного подала узелок небольшой. Простенький, да не простой. И на прощанье сказала:

– Коли беда случится или неприятность какая, узелок этот потряси и вслух скажи: «подарочек Яги развернись, подмогой скорой обернись». Только помни, что только три раза узелок может помочь.

На том и попрощались.

Долго ли, коротко ли… По своему лесу Леший спокойно, без забот прошёл, будто прогулялся. Доброту его все помнили. Кого по пути ни встретит, с каждым поговорит-побалагурит.

Вот лес закончился, подошёл он к границе родного Царства. Перед ним река широкая раскинулась, через неё мост. Шагает Леший по мосту, песню весёлую насвистывает. Вдруг слышит… Плеск и крики глухие из-под моста. А под мостом русалка речная на мели бьётся, в сетях запуталась. Измаялась, из сил выбилась. Леший к русалке спустился, попробовал сам сеть распутать, да не тут-то было. Сеть словно заговорённая, ещё больше затягивается.

Достал узелочек, что Баба Яга вручила, потряс его и сказал слова волшебные. Развернулся узелок и вдруг будто руки чьи-то невидимые сеть с русалки бережно и осторожно убрали. Только Русалка освободилась, «руки» наземь сеть кинули, она задымилась и исчезла. Русалка с благодарностью говорит спасителю своему:

– Не простую Русалку ты от сети колдовской освободил, а дочку Царя речного. Прими в благодарность подарок мой. Как дома будешь, брось в воду ближнюю. И протянула ему ракушку с жемчужиной речной.

Взмахнула хвостом золотым Дочка Речного Царя и уплыла. А Леший узелок с подарочком за пазуху положил и дальше пошагал.

Подходит к лесу незнакомому. Вдруг видит, птенец на песке бьётся. Видно, из гнезда выпал, мал ещё, взлететь не может. А гнездо высоко. Лешему никак не добраться. Достал узелок, сказал слова. Развернулся узелок и вмиг, будто невидимые руки подняли птенца и перенесли в гнездо. Спустилась из гнезда птица синяя и с благодарностью говорит:

– Не простой птицы ты птенца спас, а Горного Царя дочку из беды вызволил. Прими в благодарность подарок мой. Как дома будешь, брось рядом. И протянула в клюве цветок диковинный.

Взмахнула крыльями и улетела. Леший узелок с подарочком за пазуху положил и дальше пошагал.

И вот уже по лесу идёт. Если с кем из лесных жителей встречается, то здоровается, знакомится, опытом лесным делится. Дошёл до опушки. Вдруг слышит- рёв звериный. Видит, медведица бьётся. Лапа в расщелине дерева застряла. Чем больше бьётся, тем сильней лапа застревает. Медведица от боли мается.

Попытался Леший сам помочь, да куда там. Достал узелок, сказал слова. Вмиг узелок развернулся и будто руки невидимые лапу медведицы освободили.

Поклонилась медведица и с благодарностью говорит:

– Ты не простую медведицу из беды вызволил, а дочь Царя Лесного выручил. Прими в благодарность подарок мой. Сам поешь, а остальное домой принеси и рядом разбросай. И протянула лукошко ягод спелых ароматных.

Повернулась и в чашу леса ушла. А Леший по лесу ещё походил – побродил. У местного Лешего погостил и в обратный путь отправился. В гостях хорошо, а дома всё равно лучше. Да и с соседями своими приключениями страсть как поделиться охота.

Долго ли, коротко ли. А вот уже и лес родной.

Решил Леший другой дорогой до дома дойти. Шёл-шёл, да к незнакомому болоту пришёл.

Чаща глухая, тишь да мрак. И слышит вдруг, кто-то тихо-о-онько так подвывает. Решил

глянуть, может опять кому помощь нужна.

Смотрит, Кикимора на кочке болотной сидит, причитает, сама на себя тоску нагоняет.

А Леший по привычке обращается с заботливо и ласково:

– Чай, помочь чем, КикимОрушка.

Кикимора от таких слов вдруг замолчала, на лешего глянула, да из- под шевелюры кудлатой зелёным глазом сверкнула.

Тот от взгляда резкого оступился, запнулся, да прямо в болото и кувыркнулся. А корзинка с ягодами, да подарки прямиком в Кикимору полетели.

Леший в болоте бултыхается, выбраться пытается. А Кикимора то на Лешего, то в чёрную воду на отражение своё глядит, удивляется, поражается.

Цветок диковинный в волосах у неё застрял, ягоды по волосам рассыпались, а раковина с жемчужиной ей прямо под ноги в воду упала. И вдруг, как-то всё вдруг по-другому стало.

Из отражения на неё красавица глядит, цветок дивный в волосах светится и будто бусинами

Яркими, косы расплетённые украшены.

Тут глянула, а гость её нечаянный почти совсем увяз. Соскочила. Велела деревьям болотным ветви-коряги свои протянуть, а топи болотной от него отступить. Спасла Лешего.

Стоят на берегу Леший лесной и Кикимора болотная. Друг на друга глядят.

А в болоте отражаются – молодец удалой да девица-краса.

– Какие ж у тебя, Кикимора, глаза красивые… зелёные. Разбросал я вокруг подарочки свои,

наверно, не зря. Видно, здесь теперь мой дом.– только и сказал ей после спасения.

А вскоре чудеса чудные на чёрном болоте произошли.

Где ракушка – подарок Царевны речной, упала, там родник чистый забил и болото вскоре озером стало. По берегам цветы диковинные растут, аромат такой, что все печали улетают.

И ягод на поляне возле озера видимо-невидимо.

А Лешего с Кикиморой и вовсе не узнать. Собой ладны и лицом хороши.

Будто Царевич с Царевной. Вот что любовь с нечистью лесной сотворить может.

Стали они, с той поры, Хранителями Чудо – Озера. Птицы вокруг озера гнёзда вьют.

Звери лесные на озеро жажду утолить приходят и сил от целебной водицы набраться.

Меж собой Хранители в ладу и согласии. Живут дружно, не ругаются. Жители лесные

частенько в гости к ним захаживают.

И любой добрый путник возле Чудо – Озера может отдохнуть, водицы целебной испить, ягодами полакомиться и душой отдохнуть.

* * *

– На том и сказочке конец. Вот история какая. Кто услышал – молодец. – сказала Яга.

Луна тихонечко вздохнула, сказку дослушав, улыбнулась и поплыла дальше по небосводу.

А Баба Яга, Домовой и кот Рыжий сказочку в сундучок сохраниться положили, спокойно уснули и до ранней зари о всех заботах забыли.

Сказка о Лукоморье

На лесной опушке, у Яги в избушке, лишь настал вечерний час, дружная компания за столом собралась. Уселись повечерять и новую сказку из закромов достать.

Баба Яга пирогов напекла, Домовой деловой порядок навёл, кот Рыжий всем помогал – прибаутками развлекал.

А вот и Луна, бела и светла, на небе своё место заняла. В оконце заглядывает, свет по избе разливает, новую сказку ожидает.

Кот Рыжий место во главе стола занял. Его очередь сегодня сказку говорить, слушателей тешить. Помурчал, рыжий бок почесал и сказку миру поведал.

* * *

Было это давным -давно. В такие далёкие времена, когда Дуб на Лукоморье был ещё жёлудем, а мой пра-пра-пра-…дедушка Кот Учёный – несмышлёным котёнком. Историю эту рассказал его дед, а потом она из поколения в поколение передавалась, пока до меня не дошла.

В ту пору служил Дед при царском дворце. Работу важнейшую выполнял – от всяких зловредных грызунов апартаменты охранял. Даже в опочивальню царскую его первого пропускали, чтоб он всё проверил и «спи спокойно, Царь-Батюшка», – сказал. Важный был кот.

А у Царя того было три сына. Про старших Дед не особо рассказывал. К котам они без должного уважения относились, поэтому его внимания не удостаивались. Зато он крепко дружил с младшим Царевичем. Не разлей вода.

И вот, однажды, произошло несчастье-неприятность. Конфуз, можно сказать.

Во время прогулки Царя-батюшки, какой-то наглый Змий с крыльями серебряными, корону царскую прямо с головы высокородной государевой умыкнул.

Это ж какой позор перед соседними Царствами. Корона цены немеряной, знак власти истинной и непререкаемой. Змеиная эта провокация весь авторитет сгубить может.

Событие пока в тайне держать было решено (ведь дело это, хоть и государственной важности, но решение только самым близким доверено может быть).

И отправил Царь «бескоронный» старших сыновей на поиски супостата.

Из казны пару сундуков злата-серебра снарядил, на случай дипломатических переговоров и пару мечей булатных на случай недипломатических Змеиных выпадов и срыва «обмена и выкупа».

Время идёт, а от братьев ни слуху, ни духу.

Младший Царевич в ситуацию вник, видит, как батюшка сник. И вызвался сам братьев отыскать, и корону выручить.

Узнал про то Кот и с ним собрался:

– Как же их, Царевичей, одних к Змею отправлять. Их, привыкших к палатам царским, без присмотра нельзя оставлять.

И отправились… Впереди Кот, хвост трубою, гордо шагает, за ним Царевич поспешает.

Как бы Царевич дорогу искал, мы не знаем, а Кот звериными тропами идёт, по-своему дорогу читает, чутьё своё кошачье применяет.

Вот дошли до моря синего, до излучины береговой, Лукоморьем называемой. Остановиться решили и отдохнуть. Под выступом каменным на тёплом песочке вздремнуть.

Вскоре ночь опустилась. Море луною осветилось.

Вдруг на поверхность морской, серебряною под луною, три русалки всплыли.

Луною освещённые к берегу подплыли, ожерелья жемчужные с шей тонких сняли – на песок кинули и тут же девицами стройноногими стали. На берег вышли и хороводы затеяли.

Увидал Царевич чудо такое, на красоту девичью залюбовался, сам за выступом прячется и с котом совещается. План свой Коту на ушко шепнул. Тот молча кивнул. На мягких лапах шагнул и одно ожерелье умыкнул.

А девицы знай себе танцуют при лунном свете. А как пришла пора в пучину морскую возвращаться, две девицы ожерелья свои надели и снова русалками обратились, в море уплыть собрались. А третья ожерелье никак не найдёт. Если в море уплыть не сможет, утром солнце выглянет и она погибнет, пропадёт.

И сказала тогда:

– Кто здесь? Ответь-скажи, ожерелье моё верни, а я службу тебе сослужу, коли в чём нужда – помогу.

Тут и вышел Царевич, держа ожерелье.

– Танец ваш подлунный очень понравился. Вам в море вернуться важно, и у меня задача есть, которую решить надобно. Ценная вещь царская пропала, то дела Змея, что на серебряных крыльях летает.

– Знаю того Змея, – русалка говорит, – тот Змей сокровища подземные сторожит. Родственником нам приходится. Помогу тебе, чтоб самой в море вернуться. Держи подарок, он тебе пригодится.

Ладонь вверх подняла и из моря ей тут же на руку садится толи рыба, толи птица. Чешуёй блестит, крыльями машет. В воде и на суше может жить.

Вернул Царевич ожерелье. Обернулась Девица русалкой, хвостом взмахнула и уплыла вместе с сёстрами.

А Кот чудо-рыбу-птицу увидел, облизывается и думает:

– Съесть бы её, да ладно, авось пригодится. Пусть службу сослужит. А может она и не вкусная, эта «рыба-птица».

Полезной оказалась эта «чуда»… Задумал Царевич братьев найти, «чудо-птицу» отпустил вперёд и шагают вслед. И Коту теперь не напрягаться. Хочешь мышей лови, хочешь – пейзажем наслаждайся.

Привела их «птица» ко двору знатному, к трактиру богатому. Зашёл Царевич в трактир. Вот они – братья его. За столом сидят, тосты говорят, веселы и румяны, никуда не спешат. Непривычно им со Змеями воевать, можно ведь и голову сложить, вот и решили они переждать.

«Авось всё само утрясётся, решится. А если нет, Богатыря какого-нибудь наймём», – думают, – «который Змея не устрашится».

А пока сундуки, что при них, полны и ни в чём нет нужды.

А брату младшему сказали, что долго бродили, Змея искали. Но тщетно… вот, решили передохнуть и снова в путь.

Царевич поверил. А Кот запах лжи сразу учуял, «на ус намотал», от Царевича не отходил. И с братьев глаз не спускал.

Пришлось старшим согласиться в дальнейший путь с Царевичем младшим пуститься, корону батюшкину выручать и страх свой, со Змеем встречаться, скрывать.

А Царевич «чудо-рыбу-птицу» вперёд себя отпустил и вслед за ней устремился. И привела их путь-дорога к яме глубокой. Будто кто колодец до самых недр земных копал, да сруб забыл поставить. А птица над колодцем покружила, а потом рыбкой в глубину чёрную нырнула. Стало быть, за ней следом надо в яму спуститься, видно там, где-то Змей таится.

Старшие то Царевичи ростом велики, широкоплечи и пузаты, им в яму лезть не с руки. А они и рады. Ещё застрянут и их надобно будет вызволять. Так только Змея смешить и про корону забыть. А младший Царевич вполне компактный, стройный и шустрый. Его и решили в яму спустить.

И Кот, ясно дело, вместе с ним по верёвке спустился.

Эх, если б братья знали, что здесь. Каждый обзавидовался бы и удивился.

Чудеса чудесатые и волшебство волшебное кругом.

Коты в волшебстве по рождению сведущи, природа у них такая, чуйка на волшебство заточена.

Радуется Кот, что с Царевичем пошёл: «Пропал бы без меня. А со мной – в п е р ё д! Надёжно очень».

Только через темноту спустились и на тверди очутились, стало светло будто белым днём. Деревья, цветы и поляна кругом. Стволы у деревьев медные, а листья и цветы из яхонтов и яшмы дивной красоты.

Кот деловито поляну обошёл. «В чём подвох» – размышляет. А Царевич от таких впечатлений аж проголодался. Подумал, что неплохо бы поесть и узнать, кто хозяин здесь.

И тотчас столы пред ними накрылись, от яств многочисленных они просто ломились. И выходит к непрошенным гостям Дева красоты необычайной, с косой медного цвета, в накидке, каменьями расшитой, на плечах.

– Я – Царевна Царства Медного. Гостей привечаю, за стол накрытый приглашаю. Пожалуйте, гости дорогие. Яства разные оцените, вкусы прочувствуйте, да язык не проглотите. И остальные преимущества оцените.

И тут пред ними галерея роскошеств царских открывается. Рубахи расшитые, плащи, каменьями украшенные, доспехи великолепные. А рядом сундуки с самоцветами, полмира купить можно. И всё тут есть, что в богатом Царстве уместно для отдыха и радости телесной.

Царевич ходит, удивляется, от богатства такого глаза разбегаются. Думает: «Дальше следовать или погостить остаться?»

А на Кота волшебство такое и роскошества не действуют. Мыслит трезво. За Царевичем присматривает, а потом говорит сердечно:

– Ты, Царевич, на иллюзию эту не попадайся. У нас дорога своя – помочь нашему Царству. Честь Царскую восстановить – корону воротить. Сильно то не расслабляйся.

– И правда, чуть сознание от чудес таких не помутилось. – ответил Царевич.

К Девице повернулся и ответствовал:

– Благодарю за гостеприимство. Но нам Змея найти надо. Коль подскажешь, где искать, моё тебе благодарствие. А коли нет – сами дорогу найдём и прощай – Медное Царство.

А Царевна краса – медная коса и говорит:

– Молодцу такому удалому, Царевичу, характером золотому, путь укажу и просьбу свою изложу. Змей характера лютого, хитёр и мудёр. Обещай исполнить просьбу мою – на Белый Свет меня вывести, на обратном пути забрать из-под земли. Я хоть и родня Змею, а не по своей воле здесь.

Пообещал Царевич, слово крепкое дал, что не оставит Царевну.

Взмахнула белой рученькой она и тотчас на Царевиче доспехи крепкие очутились, силой волшебной заговорённые, нерушимые. Потом взяла из косы волосок медный, дунула и превратился он в стрекозу. Полетела стрекозка медная, крылышками драгоценными сверкая, а Царевич и Кот за ней следом поспешают.

Долго ли за стрекозой шли, в чудное место пришли. Светло и ярко кругом. Деревья растут со стволами серебряными, листьями изумрудными, цветами лазуритовыми. Пейзажи меняются один другого чудесней и прекрасней. Музыка будто с небес звучит красивая, задорная. Восхищение и радость рождаются от образов волшебных.

Встречает их девица красоты яркой, необычайной. Глаза лазоревые, губки алые, волосы серебром искрятся.

– Я – Царевна Серебряного Царства. Гостей привечаю. Всё, что для взора и слуха приятно, для гостей дорогих открываю.

Ходит Царевич кругом, взгляд от красоты невероятной оторвать не в силах. Ничего такого видеть ранее не доводилось. Ноги сами в пляс готовы пуститься от музыки радостной. Восхищение восторженное и восторги восхищения. Цветы, будто из самоцветов, на его глазах вырастают, лепесточки нежные трепещутся и чудный звон издают, слух радуя. Ручейки серебряные под ногами журчат, песни нежные напевая. Птицы невидимые поют. Хочется в радости и красоте такой надолго остаться.

Только кот на всё это спокойно взирает, ум не теряет. За Царевичем приглядывает и его внимание обращает:

– Красиво здесь, в Царстве не нашем. Иллюзия яркая, но дома роднее и краше. Задачу выполним, корону вернём и в отпуск потом, на настоящую природу махнём.

– Спасибо, друг мой, с тобой не пропадёшь. Повосхищались, теперь дальше идём.

Поклон благодарственный Царевне отвесил и говорит:

– За гостеприимство спасибо! Но нам Змея найти надо, задача у нас такая. Дело к нему есть. Дело это – Царства нашего честь.

Царевна отвечает:

– Такие добры молодцы уважение и похвалу вызывают. Помогу вам, только обещай мне, что на Белый Свет меня заберёшь, когда обратно пойдёшь. Я хоть и родня Змею, а не по своей воле здесь.

Пообещал Царевич, слово дал.

Девица Краса – серебряная коса, белой рученькой взмахнула и в руках Царевича щит серебряный возник, силой волшебной заговорённый. От любого нападения защищает, любое зло отражает. Потом взяла из косы своей волосок серебряный, дунула и превратился он в птичку-невеличку с крылышками серебряными. Полетела она вперёд, чирикая звонко, а Царевич и Кот за ней следом отправились.

Долго ли за птичкой шли, в место светлое пришли.

Луга раздольные пред ними раскинулись, цветы луговые дивные. Деревья вокруг со стволами и листьями золотыми, да цветами, будто хрустальными.

Дворец золотой стоит. Из него к ним навстречу Девица идёт, будто лебёдушка плывёт. Красоты необычайной, что и во сне не привидится. Взгляд спокойный и нежный, улыбка безмятежная, коса золотая до самой земли.

– Я – Царевна Царства Золотого. Гостей дорогих приветствую, во дворец приглашаю. Душой отдохните, о себе поведайте, сердце успокойте.

А Царевич глаз с неё не сводит. Голос её слушает и млеет, слова сказать не смеет. Даже Кот притих, доверием к Царевне проникся. Чует, что встреча эта важность большую имеет.

Пришли во дворец, Царевич с Царевной о том, о сём беседуют, друг от друга не отходят, глаз друг с друга не сводят. Полюбились друг другу, понравились чрезвычайно. Наговориться не могут, будто нет у них друг от друга тайны.

Но, делать нечего, надо со Змеем разобраться.

Царевна напутствия даёт и говорит, что будет дожидаться.

Белой рученькой взмахнула и тут же меч золотой, силой волшебной заговорённый, в руке Царевича оказался. Крепче стали булатной, от любого нападения защитит, от лютого ворога избавит. А потом из косы своей золотой волосок выдернула и на пояс Царевичу повязала. Сказала, что отныне это пояс обережный в любом пути помощь и надежда. Как он помочь может, он сам подскажет, а теперь пусть дорогу покажет.

Тотчас же поясок наземь пал, змейкой золотой обернулся и дорогу показывать стал.

Попрощались сердечно Царевич с Царевной. И отправились Кот и сын царский за змейкой золотой.

Прибыли вскоре в чертоги Змеевы.

Как правильно действовать, их Царевна Золотого Царства научила.

Щит впереди себя поставили, тот всё отражает, а их прикрывает, Змей их учуять не может и спокойно в сокровищнице своей отдыхает.

Совсем близко подобрались, но тут Змей чужой дух учуял, жуткий глас издал, заметил гостей незваных и кинулся к ним. Тут Царевич дал волю мечу заговорённому и в бой кинулся.

Шкура у змея будто каменная, ни один меч булатный не возьмёт. И силы, будто у ста богатырей. Но и Царевич теперь не так прост. Доспехи от когтей и пламени драконьего надёжно защищают, Щит силу злобную обратно Змею отражает и тот от собственной злобы ослабевает. А меч к голове Змеиной приближается.

Обратился Царевич к поясу заговорённому, превратился пояс верёвкой крепкой и связал ловко крылья и лапы змеиные, а меч к голове подобрался и… с плеч Змеиную голову долой.

Да, нелёгкий выдался бой. Без даров сестёр-Царевен сложил бы голову свою Царевич.

А пока царский сын бой праведный вёл, Коту было поручено корону царскую найти. Непростая была задача, в сокровищнице огромной корону найти, но помогли чутьё кошачье и удача.

Змей, злобствуя, так огнём палил, что часть сокровищ повредил. Кот с короной еле лапы унёс, только усы опалил.

Пал Змей, корона добыта. Ещё надобно наказ Царевны Золотого Царства выполнить. Сказала она, что сокровище великое у Змея хранится, из-за которого они с сёстрами в Царстве подземном вынуждены томиться.

Прошептал Царевич слова нужные, золотой поясок, Царевной дареный, змейкой золотой обратился. Змейка в сокровищницу юркнула и вскоре то, что нужно нашла и кольцом бережно обвила.

Оказалось, что это ларец махонький, меньше Царевниной ладошки. Узорами медными, серебряными и золотыми украшен, мелкими камнями драгоценными переливается. Мал, да удал, видно, раз такую ценность важную для трёх сестёр – Царевен имеет, которые в драгоценностях купаются, отказа ни в чём не знают, только света белого не видят.

Любопытно, что там. И Царевна глядеть не запретила. Открыли… На салфетке парчовой… три жёлудя… цвета медного, серебряного и золотого.

Более ничего из сокровищницы брать было не велено. Всё это чужое, злом добытое и для белого света непригодное. На том логово Змеиное и покинули.

Радости предела не было, когда Царевна их живыми и весёлыми увидела. За руки Царевич и Царевна взялись и друг другу пообещали, что свадьбу тотчас сыграют, как корону Царю батюшке вернут. На веки вечные супругами станут.

Как пришло время из Царства выходить, Царевна сказала Жёлудь золотой из ларца добыть. Оземь его бросила и Царство Золотое свернулось, в золотую бусину обернулось и в жёлуде уместилось. Подняли Жёлудь, обратно в ларец положили и к Свету Белому пошли.

По дороге других двух Царевен с собой пригласили, Царства Серебряное и Медное в жёлуди превратили и в ларец определили.

Радуются сестрицы друг другу, счастья – море. Все свободны. Вольному воля.

Подошли к тому месту, где в колодец спускались. Верёвку подёргали. Братья уж заждались. Подняли Царевен одну за другой…

Братья дар речи потеряли. Красоты такой отродясь не видали. Про корону то и запамятовали. Если б сами Царевны про неё и про младшего Царевича не напомнили, так в ошеломлении и стояли.

Вот и корона наверху. Но что-то у братьев глаз «дурной» становится и думы нехорошие: – «Им теперь с такими сокровищами сам Царь батюшка будет кланяться. А так вся слава младшему достанется».

А Царевич младший на дне колодца сидит, ждёт, когда братья верёвку спустят. Видит, откуда-то в колодец вода прибывает. Но он надежды не теряет.

Вот и верёвка. Схватился, его наверх тянут. Вот- вот достанут. Но верёвка вдруг обрывается, Царевич вниз летит, а колодец водой наполняется. Так под воду и ушёл.

У Царевен радость на печаль и плач сменяется.

Это братья, сговорившись, верёвку подрубили. Брата родного сгубили. Теперь всё им достанется.

Очнулся Царевич. Лежит на дне. Вроде дышит, а ведь в воде. За это время к чудесам уже привыкать начал, а понять не может, что это значит.

А где же Кот? Воду они не любят? Неужто, родимый, утоп?

А кот, когда Царевич сорвался, за коряги уцепился, что в колодце торчали. Да лапой одной, Царевича пытаясь удержать, за пояс золотой схватился. Пояс развязался и в лапах остался. Кот к змейке золотой обратился и за помощью её отправил, а сам ещё крепче в коряги вцепился.

Вот видит Царевич, Русалка к нему плывёт. Это помощь идёт. Лицо знакомое. Это она «чудо-рыба-птицу» им дала, которая к колодцу привела.

– Здравствуй Царевич. Вот это дела. Одолел, значит, Змея лютого. Спас Царства наши, сестриц моих младших освободил, а сам в беду угодил? Что ж, теперь ты гость мой. Я- Царевна Царства Жемчужного. Царство своё тебе покажу, а потом на свет белый провожу.

В Царстве Жемчужном рыбы диковинные важно плавают, дерева подводные сиянием жемчугов украшены, кораллы драгоценные кругом и дворец посреди всего перламутром переливается. А Царевна сказывает:

– И я когда-то Царевной земной была. Змей меня в этом Царстве запер. Лишь в лунную ночь с сестрицами своими русалками могу на берег, где Лукоморье, выходить, босыми ногами землю ощутить, хороводы водить. Обещай мне, ежели помогу тебе вернуться, меня на Белый Свет вывести. Тогда Змеиное заклятье перевернётся, русалка снова девицей обернётся.

Дал Царевич слово крепкое.

Тут Царевна Жемчужного Царства щит попросила, который Царевичу одна из сестёр подарила. Как лодочку его перевернула и коньков морских запрягла. Сели они в «лодочку» и поплыли резво.

Только Царство покинули, попросила Царевна ларец, что за пазухой у Царевича спрятан. Слово сказала… и Царство скрутилось, в жемчужину превратилось. Положил Царевич жемчужину в ларец.

А с Царевны в тот же миг заклятье спало и хвост русалочий в ноги превратился.

Подплыли к «колодцу», что на Белый Свет» ведёт. Тут Кот их увидал, дурным голосом закричал, чуть от радости не сорвался, чуть не упал. И Царевич от радости чуть не плачет, не чаял друга верного увидеть: «Живо-о-ой, значит!»

А пояс змейкой золотой уже к Царевичу обратно вернулся и до самого верха ямы протянулся, лестницей золотой обернулся.

Выбрались друг за дружкой на Свет Белый. Воздухом не надышатся, травой зелёной не налюбуются.

Отправились все вместе в Царство – Государство.

Им казалось, день прошёл с тех пор, как Царевич с Котом по злой воле братьев, в колодец упали. А уж год минул. В Царстве Жемчужном время другое. А они того не знали.

Братья старшие теперь семейные, на Царевнах Медного и Серебряного Царства женились.

А Золотого Царства Царевна всё тужит. Царевичу своему избранному верность хранит, никого не привечает, ни с кем знаться не желает.

Царь, как старшие сыновья с победой, короной да Царевнами вернулись, воспрял, приободрился, помолодел даже. По младшему сыну попечалился, да успокоился. К Царевне Золотого Царства посвататься пытался даже. От ворот поворот получил, но обиды вроде не затаил. Ещё на что-то надеется.

А тут вдруг младший Царевич с котом явились. А с ними ещё – Царевна Царства Жемчужного. Братья в смятении. Царь в удивлении. Сыну радёшенек, что живёхонек.

А на Царевну глянул, за сердце схватился и замер. Царевна, будто родная сестрица, похожа на покойную жену его – Царицу. Только моложе и краше, статью и поступью величава.

Быть ей Царицей. Так Царь – Отец решил. Вскоре предложение сделал и согласие получил.

– А что же Царевич младший и Царевна Золотого Царства? – вдруг нетерпеливо спросила Яга. Сказкой чудесной заслушалась. – Что с ними было дальше?

– А что Царевич? Братьев, от счастья его переполнявшего, простил. На Царевне Царства Золотого, ненаглядной своей, женился.

Только в Царстве не остался, а вместе с Царевной и Котом вскоре в путь отправился.

Отправились они к морю синему, где Лукоморье.

На берегу излучины ларец отворили и три жёлудя посадили. Вырос дуб волшебный: корни медные, ствол серебряный, листья золотые.

Все три Царства, со всеми сокровищами, рядом раскинулись. Пояс золотой, змейкой витой, в цепь златую, на дубе том, превратился. К дубу и трём Царствам вход защищает, зло не пропускает. Рядом всегда Кот Учёный гуляет. Сказки складывает, сочиняет, а потом их рассказывает.

Царствуют там Царь и Царица (бывшие младший Царевич и Золотая Царевна).

Мир царит в Царстве том, гармония во всём и любовь безмерная.

* * *

Дослушала Луна сказку волшебную эту и поплыла дальше, историю чудесную поведать свету. А Кот, Яга и Домовой сказку чудесную в сундучок для сохранности определили, «спокойной ночи» друг другу пожелали и до утра о делах и заботах забыли.

Сказка про злую Хозяйку и добрую Хозяюшку

В уютной избушке на лесной опушке, собрались вечерять, чай с малиной похлебать, сказку новую послушать и над ней поразмышлять Домовой чинно место своё занял, чаю ароматного отпил, пирогом закусил, глянул важно на Кота с Ягой и узелок с волшебными сказками открыл. И Луна уже в окошко нетерпеливо глядит, звёзды перемигиваются, в избушку свой свет изливают, сказку ждут. И начал Домовой свой сказ…

* * *

Был я тогда ещё начинающим Домовым. Только недавно определился, в дом переехал. Хозяйка в доме оказалась женщина добрая, работящая и непростая. Много чего ведала, знала, знахаркой слыла, людям советами и добрым словом помогала. К Домовым относилась с уважением, кормила вкусно, место за печкой чистое и хорошее отвела. Оттого и я к ней со всем душевным расположением. Злую нечисть в дом не пускал, за порядком следил, с живностью домашней дружил.

Дом этот на окраине большого села стоял. А село как раз между двумя Царствами находилось. Ни в одно, ни в другое Царство мимо нас ни пройти, ни проехать. Кругом леса и болота. И простой люд, и купцы с товарами, и знать богатая, а то и семейства Царские у нас по селу проезжали. И село процветало. На ярмарки широкие со всей округи съезжались. Хорошо люди в селе жили, дружно.

А на другом краю села дом купеческий стоял. Богатый дом, из себя будто терем расписной. Хозяин на службу царскую принят был и уехал ехал вместе с семьёй. А в доме новые жильцы появились. Точнее, хозяйка и прислуга её. Из знатных была, а откуда явилась неясно. Собой красива, душой черна. Кикимора, да и только.

Сначала к ней, было, женихи свататься начали. И с нашего села, кто побогаче, и с Царств соседних. Да только замечать селяне начали, что женихи куда-то исчезают. Поговаривали, что она их испытывает, задания разные даёт. А если не выполняют, куда-то пропадают. В лесах да в болотах, видно, потому как, никто их потом не находит. Так и не осталось больше желающих замуж её звать.

Но характер злой да натура дурная покоя ей не давала. Что удумала!? Дорогу перегородила и всех проезжавших испытывать начала. Скучно ей, видно, стало. Кто границу, что с теремом её рядом, пересекает, должен загадки ей загадывать. Да такие, чтоб она отгадать не могла. Иначе беда. Ежели обоз большой или купцы с охраной, она им вроде не препятствует. Но стоит им с её домом поравняться, то колесо с телеги укатится, то ось сломается, то кони взбрыкнут. Нечистое место стало. А если одинокий путник, то всё… пропал человек.

По всей округе молва шла о том, что эта баба дурная творит. Про меж соседей вражду сеет, жён с мужьями ссорит, путникам проезжим каверзы учиняет. Дурную славу дом её приобрёл. Мимо уже ходить боятся.

А однажды под вечер слышу, что в нашу избу скребётся кто-то и будто плачет. И не по человечьи, а по-особому, по-нашему. Отпер я лаз, через который сам на двор выбирался, а там Ерошка, домовёнок из того терема. Ревё-ё-ёт. «Не могу», – говорит, -«больше, в том дому проживать. Она, хозяйка, всяку нечисть непутёвую в дом понавезла. Сама всё колдует по злому. Не по-хорошему в дому. На моём месте Шишига ейная хозяйничает. Меня забижать начали.»

Домового до такого состояния довести, чтоб он дом родной покинул и слёзы лил, это ж какую зловредность и дому вредительство учинить надо!? Ни до, ни после о таком безобразии не слыхивал.

Начали думать, как Хозяйку эту приструнить и дом от нечисти избавить.

А моя Хозяюшка волшебству доброму обучена была. Посоветовались мы с ней. В человеческих характерах она лучше нас, домовых, понимает. Самой ей разбираться с энтой Кикиморой не с руки, но тоже за мир в округе переживает. Людей, покой потерявших и молодцев, сгинувших, сильно жалко. Вот и придумали её же способом с ней совладать. А для этого надобно было, чтоб к ней опять жених какой-нибудь свататься сподобился.

На ту пору к Хозяюшке – Ведуньюшке Купец знатный приехал. Из Царств соседних товары привозил и к ней заезжал. Ей ткани шелковые, отрезы на платья, да утварь всякую доставлял. А взамен снадобья целительные, по заказам государевым, забирал.

При нём этот разговор и произошёл. Молодцев окрестных в опасность ввергать не стали. А Купец -молодец, смельчак и удалец сам вызвался помочь в деле таком непростом.

Думали, думали, как поступить и придумали. Открыла Хозяюшка моя, книгу старинную, что у них в роду передавалась. Там волшебства всякие, заговоры и случаи чудесные описаны. Нашла, что нужно.

Три дня травы готовила. Первый день светлой лунной ночью на озере чистом, второй день ночью безлунной непроглядной у болота вязкого, а на третий день на рассвете во чистом поле. Приготовила всё по писаному.

Снадобье это мне, Домовому, надлежало выпить, чтоб в горошину превратиться, лежать у Купца за пазухой и подсказки давать, коль помощь понадобится. Ведь Хозяйка терема явно колдовству обучена и Домового чужого вдруг увидит ненароком. Да и нечисть её домашняя скаверзничать может. На третий день снадобье силу потеряет и горошки снова станут Тимохой и Ерошкой. Ерошку, в виду сильного потрясения и переживаний, решено было сначала у себя приютить, обогреть, подкормить. Но он отсиживаться отказался:

– Что ж я, сидя у печи объедаться буду. Мой дом спасают, а я в стороне остаюся? Нет уж, я с вами. Глядишь, пригожуся. Отъедаться потом стану. Сначала на Злыдню найдём управу.

И вот наступил день нужный. Купец кафтан самый лучший и дорогой надел. С простолюдином то энта Кикимора «теремнАя» и разговаривать не сподобится. Всё обговорили, всё обсудили. Нам с Ерошкой снадобья дали и стали мы двумя горошками. Положил Купец горошины за пазуху, посидели на дорожку и пошёл Купец с Хозяйкиного благословения до того терема.

* * *

– А ведь я историю эту слышала, Старый ворон когда-то давно её сказывал. – вдруг вмешалась Баба-яга. -И Хозяюшка твоя мне знакома. Девочкой махонькой как-то в лесу заблудилась, да на мою избушку наткнулась. Пожила у меня, уму-разуму, премудростям разным училась. Рада я, что такой Ведуньей хорошей стала.

– Раз история эта тебе известна, сказывай далее с этого места. – ответил Домовой.

– Что ж… Сказываю…

* * *

Явился красавец Купец на двор к Хозяйке Терема расписного. Тот час слуги ей доложили. Увидала она в окно жениха нового. Думала, видать, всех уже извела. Ан нет, один остался. Нет чтоб приветить, накормить, напоить, а потом уж слово молвить. А она давай над ним насмехаться:

– Ах, красавец-Купец, где твой дворец, где твоя свита, где с богатством ларец?

А он ей обходительно так, вежливо:

– Услыхал, что краса-девица в тереме расписном живёт. Не ест, не пьёт, замуж хочет, жениха достойного ищет, который её под венец поведёт.

Ох, взбеленилась:

– Что?!!! Не ест, не пьёт?! Да вас, женихов, что соломы в хлеву. Кто сможет такую загадку загадать, чтоб я не знала, за того и пойду. Коль у тебя «ума палата», давай, загадай. Только потом на себя же пеняй.

– Есть у меня загадка такая. Где вычитал не помню. Тебе послушать предлагаю.

– Ну-у, ежели вычитал, наверняка её знаю. Разрешаю передумать, сдаться и навсегда в эту сторону дорогу забыть. А то смотри, головы не сносить.

Купец ей отвечает:

– Загадаю наудачу. Ну, а ежели не отгадаешь, замуж выходишь и из этих краёв навсегда уезжаешь. Вот моё слово. А теперь слушай:

«Есть три брата. Каждый на своём месте и всё равно вместе. Всё время изменяются и при этом сами собой являются. Старшего все знают. Со средним каждый день знакомятся. С младшим все знаться хотят, но никому его не догнать.»

Это первая будет, а есть и вторая:” лежат два горошка не в лукошке. Как с тем младшим братом встретятся, тотчас перевернутся, собой обернутся».

– Что за загадки такие ты мне придумал!? – раскричалась злая Хозяйка. Да тут же и примолкла, поняла, что сама же себя и выдала. Не доводилось ей такие загадки слышать и разгадки ей неведомы.

Купец её и подловил на этом.

– Ага, нет ответа у тебя, Красавица. Теперь слово своё держи, за меня замуж выходи. Я хозяин знатный, терем твой мне глянется, да и ты красавица.

– Ишь ты, хозяин нашёлся, – злится Хозяйка Терема. И тут, видно, схитрить решила… и говорит так притворно ласково:

– Ладно, обожди, до утра потерпи. Сегодня я не в духе. Завтра отгадку скажу. А тебя Купец-молодец, сегодня в терем приглашаю, как гостя дорогого угощу и в гостевой горнице спать положу.

А «горошки» сразу учуяли, что недоброе что-то Хозяйка удумала.

Усадила Хозяйка гостя за стол, чарочку наливает. А горошки его предупреждают: «не пей из чарки, там заговор для отравки». Купец их шёпотом благодарит, а Хозяйке говорит:

– Спасибо, Хозяюшка, чарочка кстати. А сам не пьёт. Усы намочил, а отраву мимо льёт.

Глядит Хозяйка, не действует отрава. Злится, но виду не подаёт. Не по её что-то идёт.

Вот подали кушанья разные. Горошки опять неладное учуяли и подсказывают: – В блюде вот этом мухоморы и поганки из во-о-он той, что на полке, склянки.

Купец свою «приправу» достал (которую ведунья вручила), блюдо посыпал, сидит, за обе щеки уплетает да Хозяйку нахваливает. Всё съел и сидит себе живёхонек, здоровёхонек.

А Хозяйка ничего понять не может, глазами злобно сверкает, её от злости трясёт, впервые её победили. Ох, что-то она замышляет. А сама говорит: – Прошу в горницу гостевую на пуховую перину. До утра почивай, отдохни. Завтра, если на загадки ответы не найду, то о свадьбе нашей объявлю.

Прошёл Купец в гостевую, Победе вместе с горошками радуется. Вот тут- то и не доглядели. Коварства такого не учи. Не дорадели. Только лёг Купец на перину, как его ремни тугие со всех сторон захватили, туго связали, без движения оставили. Прибежали тут слуги, Купца в сундук большой уложили и крепко сундук закрыли.

Еле две горошины из-за пазухи выскочить успели.

Слуги сундук на телегу поставили, да в лес повезли.

Сундук тяжёлый, телега тихонько едет и горошки за ней поспевают.

* * * *

– А тут уж я сам расскажу. Что там в лесу было. – прервал Домовой Бабу Ягу и продолжил:

* * * *

Привезли сундук к болоту топкому и скинули с телеги. А мы, горошки, по тропинке побежали, пчелу на цветке увидели, ей о беде случившейся рассказали. Пчела полетела и сороке, что на ветке сидела, обо всём ей поведала. Сорока полетела к Ворону и ему прострекотала. Ворон к Лешему летит, от родственников, от Домовых, привет передаёт и обо всём ему говорит. Леший к Болотному поспешает и вместе все Купца из болота спасают.

Скачут от радости «горошки» рядом на дорожке.

Леший и Болотный поведали, сколько в последнее время в болоте молодцев сгинуло. Это их сильно удивляло. Теперь причину узнали. Помочь решили и про чудо ягоду болотную рассказали.

– Вкусна и аппетитна на вид, силу колдовскую в себе таит. Кто её съест, тому жильё только сад или лес. В куст или в дерево превращается (это кому как повезёт). Зависит от того, что в душе живёт. Ведьмы лесные иногда так играются. Чтоб незаметной стать, в дерево превращаются. А чтоб обратно в свою «шкуру» влезть, надо вовремя другие ягоды съесть. Растут кусты всегда рядом. «Возвратные» ягоды целебной силой обладают. Их так можно есть. Только скрыты от простых людей те и другие ягоды, мало кто о них знает.

Набрали ягод и тех и других в лукошко. Решил Купец на себе их испытать. С первого куста ягод поел. Видит, в дерево начинает превращаться. Со второго куста отведал и ждёт, что дальше будет. Превратился в дуб молодой, высокий и сильный.

– Славная у Молодца душа, светлая, – порадовались Леший и Болотный.

Постоял дуб, пошелестел кроной зелёной и обратно Купцом- Молодцом обернулся. Поблагодарил Купец за спасение своё и за ягоды волшебные, «горошки» за пазуху положил и до дома Ведуньи отправился, чтоб всё ей рассказать.

А Хозяюшка – Ведуньюшка уже волнуется. Выслушала. Головой качает. Злу, в тереме творящемуся, огорчается. Спасению молодца радуется. Решила тоже ягоды волшебные попробовать.

Обернулась Хозяюшка берёзонькой белоствольной, стройною. Любо-дорого на неё смотреть. Снова собой стала, а Купец-Молодец всё ею любуется. Увидал, какова душа её светлая.

Но дело -то не сделано. Решили снова в терем идти, злую хозяйку его вразумить, к ответу призвать. Купца старичком переодели, тросточку дали. И обратно к терему пошагали. Встал Купец у ворот и голосит на весь огород:

– А вот ягоды спелые, сладкие, сила целебная, с поляны заветной. Только раз в год вырастают, места только я, да медведи знают. Хвори разгоняют-здоровье прибывает.

Отправила Хозяйка слугу посмотреть, кто покой её потревожил, не проводить ли батогом. Слуга хоть силён, но хромоног и на один глаз слеп.

Угостил «старик» слугу «доброй» ягодой. Хромоножка вмиг прозрел, да на резвых ногах побежал Хозяйке о ягодах чудесных докладывать.

А Хозяйка не только зла, а ещё и жадна оказалась. Решила, что такие ягоды все ей одной достаться должны. Велела все купить, ей принесть и не сметь ни одной ягоды съесть.

Подал старик «колдовскую» ягоду. Унесли Хозяйке лукошко. Через минуту на всю улицу крик из окошка. Выбегает из терема невесть что, руками-ветками машет. Голова ещё человечья, а сама толи куст, то ли коряга. Злым воем воет, ветками слуг хлещет. Тут Купец таиться не стал, во двор зашел и пред ней предстал:

– Я к тебе с загадками пришёл. Думал, урок преподать. За злые дела проучить, чтоб раскаялась и по-доброму жить взялась. А ты меня сгубить решила. Всё испробовала. Чуть жизни не лишила. А теперь всё нутро видно, всё чудо – ягода показало. Будь ты дерево доброе, ровное, а ты дерево корявое, чёрное. Такое гнилое дерево добрых плодов не даёт. Нельзя тебя оставлять по белому свету человеческими ногами ступать. Зря теперь помощи ждёшь, теперь поздно. Больше ты зла не принесёшь.

Пока молодец говорил, Хозяйка совсем в корягу превратилась. Поставили её за ограду, чтоб не нанесло вреда цветущему саду. Вот так было зло наказано. А когда третий день проявился, горошины обратно в Тимоху с Ерошкой превратились.

Слуги из терема разбежались, ведь они на страхе и злой Хозяйкиной воле в доме держались.

Хозяюшка-ведунья, купец да Тимошка с Ерошкой прядок в тереме навели. Всю нечисть злобную повывели.

Купцу-Молодцу от обоих соседних Царств благодарность вынесли, за то, что порядок на границе навёл. А в награду Терем передали в вечное пользование, как доброму хозяину.

Село снова к мирной и дружной жизни вернулось. Ярмарки снова устраивать начали. А Купец-удалец да Хозяюшка-ведунья всё в гости друг к другу ходили, а потом свадьбу широкую справили. И жили они долго и счастливо.

* * *

Домовой сказку рассказал, потянулся, зазевал. Пора и спать укладываться.

– А разгадка-то какая у первой загадки? – хором Баба Яга и Рыжий сказали. – Про горошки всё ясно. Разгадку скажи дале…

– А разгадка проста. Три брата – три дня. Вчера-сегодня-завтра. Всегда они рядом. То, что было с вами вчера – всегда знаете. С днём, что зовётся «сегодня», каждый день знакомитесь заново. А про завтра все знать желают, но что будет, точно никто не знает. Вот и в сказке – три дня всю жизнь перевернули. Зло победили, счастье в Терем пустили.

Пора и этой Сказке место в сундуке определить и спать укладываться. А на завтра новой сказке сказываться.

И Луна новой сказке улыбнулась, «доброй ночи» всем пожелала, из избушки лунный свет убрала и по небу тихонько за лес поплыла.

А жители избушки улеглись спать-почивать, сны волшебные смотреть, от дел дневных отдыхать

Сказка о капризной Царевне

На лесной опушке, в расписной Избушке. У хозяев, что здесь живут,

Есть со сказками сундук.

В лунном свете, каждый вечер, зажигают в избе свечи.

Сказок чудных дивный рой витает над лесной избой.

Вот одна из них. Сейчас её поведаем для вас.

* * *

Жила-была Принцесса. И была она, как полагается всем принцессам, немного капризная и горделивая, при этом симпатичная и обаятельная. Чуть насмешливая и любознательная. Любила по саду гулять, петь и танцевать, в центре внимания быть, в соседние царства-государства в гости ездить.

И всё бы хорошо, но всё ей было не так… Не очень повезло с характером. То небо недостаточно голубое, то солнце слишком яркое, то дождь мокрее, чем надо, то гости заезжие улыбаются ненатурально, то птицы фальшиво поют. Так и прозвали её – Нетак, а собственное имя забыли. И, как любая настоящая Принцесса, она мечтала встретить настоящего Принца и жить с любимым, в любви и согласии, долго-долго и счастливо-счастливо. Вот такая МЕЧТА.

Да вот только женихи, из-за характера непростого, её сторонились, а тех, которые всё же решались подойти, Нетак сама отваживала. То насмешками да подтруниванием, то холодком надменным очередного жениха так встретит, что он потом её Царство, за два соседних Государства, обходит.

Но вот приснился однажды Принцессе чудесный сон, что где-то в Тридесятом Королевстве живёт её Принц. Во всём такой, как ей мечтается. И даже лучше. Только вот найти его непросто будет, потому что Принц этот- заколдован. И чтоб встретиться с ним, самой Принцессе в дорогу отправиться придётся.

Не по статусу, конечно, Принцессе за женихами в путь отправляться. Но уж больно замуж за любимого Принца выйти хочется. А раз так – чего время терять? И, недолго думая, собралась Нетак в дорогу.

Во сне том чудесном ещё сказано было, что в дорогу с собой взять надобно вещицы с виду обычные, но не простые: клубочек пряжи; кисточку (лесной Феей подаренную); яблочко наливное (от яблоньки волшебной); гребень золотой (добрые сны навевающий); пузырёк хрустальный (с целебной родниковой водой из дворцового сада). Не стала принцесса со своим собственным сном спорить, что «не так». Сложила все в котомочку и отправилась в Королевство Тридесятое. Одно знала точно – это совсем рядом с Тридевятым.

Долго ли, коротко ли дороженька Принцессы вилась. Видит вдруг возле дороги, под сосной разлапистой Сова -Перья серебряные сидит, нахохлившись. Глазами круглыми янтарными подслеповато моргает, головой вертит, крыльями машет и… дальше сидит.

Поняла Нетак, что птице помощь требуется, но она же торопится. «Не так как-то сова эта сидит, и крылья у неё есть – сама что ли взлететь не может» – идёт, рассуждает, а сама шаг замедляет. -” Жалко Совушку- Перья серебряные. Вдруг правда никто больше не поможет, кроме меня».

Нашла палку, Сову подняла к ветке лохматой, а там дупло оказалось. Перебралась Сова в своё жилище и благодарно «УГУкнула». А из дупла Принцессе под ноги маленький свиток, лентой перевязанный, бросила. А в свитке том вот что написано:

Коль хочешь Принца ты найти

и путь к нему легко пройти,

внимательно сие прочти,

чтоб три запрета соблюсти:

– Коль ночь застанет, схоронись, но в избу с края – не стучись;

– Не говори, зачем идёшь, пока ты принца не найдёшь;

– Воды предложенной не пей, если колодец, где репей.

Прочитала Принцесса, подивилась странным советам. Непростая, видимо, Совушка- Серебряная головушка. Свиток- в котомку и дальше отправилась.

Вот прошла Тридевятое Царство, подошла к Тридесятому. А тут ночь близится и усталость одолевает. До дворцового сада и палат белокаменных ещё далеко, а остановиться на ночлег где-то надо. Вокруг дома обычные, лишь с края дом видный, ладный, словно теремок расписной. Вспомнила Нетак про свиток и решила: “ если кто злой и страшный из дома выйдет- убегу и схоронюсь.» И постучалась в ворота.

Смотрит, а из домика старушка торопится идёт. Лицо доброе, улыбчивое, из-под платочка прядки волос выбиваются- серебром отливают. Гостье радуется, в дом приглашает. А в домике чистенько, уютненько, пирогами пахнет. Принцессе чаю душистого наливает и за стол приглашает.

А Принцесса такому приёму и рада. Словно ждали её. С доверием к старушке отнеслась, от чая с пирогами разомлела, да и выложила всё, как на духу. И про мечту, и про Принца, во сне увиденного. Даже не вспомнила про свиток и запреты.

Хозяйка ей комнатку светлую выделила, чтоб Принцесса до утра спала-почивала в уюте и удобстве. Проснулась она утром на пуховой перине. А старушка уже с чаем да ватрушками. Такая милая и заботливая. Отказаться неудобно. Старушка Принцессу расхваливает, подольше погостить уговаривает, по саду погулять приглашает, на цветы полюбоваться.

Решила Принцесса чуток задержаться, поглядеть на сад, а потом с благодарностью да поклонами с приветливой хозяйкой попрощаться. Сад и правда был хорош. А день выдался жаркий, даже знойный. На небе- ни тучки. После ватрушек утренних так пить захотелось- мочи нет. Только хотела за своим хрустальным пузырьком идти, а Старушка тут как тут- ковш расписной протягивает с водой колодезной. От такой чуткости Принцесса совсем растрогалась. Отпила водицы холодной и тут только заметила за спиной Старушки в углу сада- колодец старый, заросший репейником. Из того колодца и была водица. Мелькнула в памяти строка запрета, да и забылась. И про то, как здесь оказалась и куда идти собиралась- вмиг забыла.

Не простая то была Старушка, а Колдунья, чужое счастье крадущая. Она и Принца заколдовала. А Принцесса Нетак из-за того, что видела не так, не смогла морока распознать. Так и осталась бы в услужении у Старухи, если бы не котомочка с вещицами заветными, которая возле двери висеть осталась.

Попалась она Принцессе на глаза. Решила та взглянуть: – «А что там?» И первое, что достала – гребень золотой. Красивый да витиеватый. Так и просится головку Принцессы украсить. Воткнула в волосы. Её сразу в сон клонить начало. Прямо в саду, в тенёчке и уснула.

Видит она сон волшебный. А в этом сне – всё про всё объясняется. И как Колдунья Принца заколдовала, который к ней, к Принцессе, как раз ехал. И как забыл он о ней, испив воды из колдовского колодца, и каждый день его с тех пор похож один на другой и вырваться не может из этого круга.

Через сон этот удивительный, Принцесса очень важную вещь узнала, что на любое злое колдовство – всегда Доброе Волшебство найдётся. А Добро всегда сильнее, потому что правильнее.

Очнулась Принцесса ото сна – как заново родилась. Сразу поняла, как дальше действовать. Достала клубочек из котомочки. Загадала, чтоб дорогу к Принцу своему найти и бросила впереди себя. Покатился клубочек через сад к дальней калитке. От калитки по тропиночке, которая через поле. А по тропиночке до самого Дворцового Сада. Но, прежде чем покинуть Дом колдуньи, Принцесса несколько капель из хрустального пузырька в колодец вылила. Вода в колодце вдруг словно светом наполнилась, а вместо репейника- цветы шиповника зацвели. Нет больше колодца забвения – есть колодец с водой целебной, чтоб про хвори и невзгоды забывались и здоровьем наполнялись.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.