Мария Печурина
Клайд

ПРОЛОГ

После очередного эксперимента надо мной тело практически не слушается меня. Не знаю, какую дрянь мне вкололи, но она явно хуже всего, что жалкие людишки испытывали на мне ранее. Нужно что-то делать. Либо уже сдохнуть, либо выбираться. Второй вариант мне больше по душе. Сгинуть в этой лаборатории, продержавшись долгие месяцы до этого, даже как-то стыдно.

Я пытаюсь сконцентрироваться на происходящем за пределами моей камеры, но разум медленно заволакивает пелена сна.

Возможно, стоит сделать вид, что я стала слабой и от того неинтересной для их опытов, – рассуждаю сама с собой, пока плыву на волнах дремы.

Только слабость приравнивается к ненужности. Любой понимает, что это означает. Меня тут же вышвырнут в утилизатор, если я переиграю. Значит, стоит скрыть часть своих новых способностей, дозированно преподносить их человечкам. И пока они как одержимые пытаются разгадать ту или иную часть меня, я успею переосмыслить план своего побега. Ведь теперь он более чем реален. Более чем…

Из приятной расслабленности, едва ли не единственной отдушине в этом стерильном царстве, меня вырывает грохот.

Хоть бы они все взорвались к чертовой матери.

Где-то за дверью слышится беготня. Вот кто-то вскрикнул и тут же затих. Все затихло, будто готовясь к новому взрыву. И он последовал незамедлительно. Ближе и громче.

Это заставляет меня открыть глаза и повернуть голову в сторону двери. Тело так и не желает подчиняться мне. Даже пальцем пошевелить невозможно, до того накатила на меня свинцовая тяжесть.

В моей камере темно и только слабый свет из коридора просачивается через небольшое зарешеченное окошечко в двери.

Снова шаги, бег, суета. Мигает лампа за пределами комнаты. Включается и выключается. Наверное, повреждена проводка.

Доэкспериментировались, – ухмыляюсь про себя. Вот бы кого-то шибануло разрядом, как однажды они мучили меня. Только я вот выжила, а они навряд ли перенесут воздействие такого. И поделом бы этим скотам.

– Здесь еще один, – мелькает чья-то макушка около двери, которую мгновение спустя сносят с петель. Вот так просто?

– Осторожней с ней, – произносит женский голос за спиной мужчины. – Она… сильна.

Это обо мне?

Про себя я расплываюсь в улыбке. Так приятно знать, что хоть кто-то оценил мои старания.

Меж тем мужчина в военной форме заходит внутрь. Его страхуют еще двое вооруженных до зубов парней. Прищуриваюсь, прицениваясь в кого бы запустить свои щупальца. Только сил так мало, что даже жалкая попытка, снова клонит меня в сон. А я бы с радостью посмаковала чужую силу, перекатила бы ее на языке как сочный сладкий леденец.

– Мы пришли вытащить вас отсюда, – произносит бесстрашный воин, что подходит ко мне. Он оценивающе пробегается взглядом по моему распластанному на койке телу. – Вам не зачем на меня шипеть.

Правда? Я шиплю? Однако…

– Я потом извинюсь, – вдруг хмыкает воин. В тот же миг мое тело делает единственный возможный рывок в его сторону. Поздно, но я замечаю в руках мужчины пистолет, который точным движением руки опускается на мой висок.

Боль.

Темнота.

ГЛАВА 1

Клайд

Король собрал наш отряд карателей на военной базе, где мы непосредственно и размещены. Сигнал явиться пришел неожиданно. Некоторые парни только-только сдали свою смену и отправились отдыхать. Был среди них и я.

Мы с парнями как раз решали, поехать ли в клуб и затусить там с парочкой красавиц-вампирш или же разместиться в комнате отдыха и посмотреть футбол под бутылочку пива.

– Что случилось? – задает каждый из нас один и тот же вопрос, но никто не знает ответа. Парни пожимают плечами и ожидают дальнейших распоряжений начальства.

Король Маркус появляется спустя пятнадцать минут. По одному его виду понятно, что происходит что-то нехорошее, и вампир так же, как и мы, недоволен новостями.

– К нам едут ведьмы, – без лишних предисловий объявляет он. – Верховная звонила час назад. Толком мне ничего не объяснила, но попросила, чтобы мы встретили их в полной боевой готовности. Сказала, что везет подарок.

Под подарком может подразумеваться что угодно, но мы с ребятами знаем, что в данном случае, это скорей всего опасный преступник, которого нужно нашинковать, предварительно выжав из него всю информацию. Что ж… Это даже любопытно.

– Подготовьте камеру. Четверо отправляются встречать гостей, – раздает указания король. – Дэн останься, нужно кое-что обсудить. Остальным рассредоточиться по пути следования наших дорогих ведьмочек.

Мы сами без лишних вопросов распределяемся на группы. Те, чья смена уже закончилась, остаемся ожидать кортеж в гараже.

– Интересно, нам всем перепадет размяться? – ухмыляется верзила Вернер. Вот кто любит применять грубую физическую силу для достижения сговорчивости оппонента.

– Ты как всегда пойдешь в самом конце, как танк, – едва заметная улыбка скользит по губам нашего гипнотизера Реаса.

– Что за невезуха, – бьет кулаком в ладонь Вернер, искренне расстраиваясь. До его силы обычно дело не доходит, но Вернер частенько участвует в допросах, просто ради устрашения. Стоит себе в сторонке двухметровой горой мышц. Чаще всего эффективно стоит. Большинство не выдерживают его тяжелого взгляда дольше десяти минут.

Развить тему дальше никто не успевает. В гараж заезжает закрытый фургон в сопровождении двух внедорожников.

– Добрый ночи, – приветствует нас сама верховная ведьма. – Думаю не стоит вас предупреждать, что внешность бывает обманчива.

Мы обмениваемся взглядами с ребятами, не понимая, к чему это вообще было сказано. Она себя имеет в виду или…

В это время ведьма подходит к фургону, двери которого услужливо распахивают двое магов. Отдать должное мужикам, они не уступают нам в габаритах. Боевые маги, серьезно? Что же это за подарок такой нам привезли?

– М-м-м? – протягивает Вернер, заглянув внутрь фургона.

– Это розыгрыш? – очень уж недружелюбно прищуривается наш весельчак Джеральд. Обычно весельчак, но точно не сейчас.

– Я же вас предупредила, – ухмыляется ведьма. – Забирайте, пока она без сознания.

– С удовольствием, – расплывается в улыбке Вернер и тут же забирается внутрь фургона, который от его веса заметно покачивается. Когда каратель спрыгивает к нам, в руках у него будто кукла висит вампирша. Учитывая разницу в габаритах, выглядит это как будто медведь решил обнять кошечку. И вот это вот действительно наш подарок? Что за чертовщина творится?

***

Король сверлит взглядом маленькую вампиршу несколько минут, прежде чем задает первый вопрос, озвучивая мысли всех присутствующих карателей разом.

– И что же она такого натворила? Очень хочу услышать объяснения всему этому безобразию.

– Неделю назад мы узнали, что существует исследовательский центр, который незаконно держит у себя несколько наших ведьм, – начинает верховная, не скрывая своего недовольства происходящим. – Мы за минимальное время собрали отряд и своими силами захватили этот чертов центр. И там нас ждало немало сюрпризов. Помимо ведьм люди позарились на вампиров и оборотней. Правда это отражено только в записях, так как мы нашли в здании одного волчонка, а из вампиров была она.

Ведьма отправляет папку скользить по столу в сторону короля.

– Это досье, что мы нашли на… девушку. Честно. С момента захвата, а это было позавчера, мы не рискнули приводить ее в чувство. Судя по описаниям… удержать ее могут только сильные препараты или… твои парни. Наши ведьмы подтверждают то, что есть в досье, – она переводит взгляд на вампиршу, что без сознания сидит в удобном мягком кресле на другом конце стола от короля. Судя по тому, как ее спеленали, ведьмы действительно опасаются малышку. Руки девушки связаны, на глазах и рту повязки, что скрывают большую часть лица. Одета вампирша в медицинскую бесформенную робу когда-то белого цвета, но даже так заметно насколько истощено ее тело.

– По ее виду не скажешь, что она может быть опасна, – говорит король, так же, как и мы все, осмотрев девушку.

– Когда один из боевых магов пришел ее спасти, судя по записям с камер наблюдения, она лежала пластом после последнего эксперимента. Но стоило только подойти к ней, как она готова была сожрать его с потрохами.

– Я тебя понял, – кивает Маркус. – Есть еще что-то, что я должен знать?

– Есть, – будто выплевывает ведьма. – Мы думали, что такой центр один, но опять же… в записях есть данные о переводе некоторых подопытных в другие блоки. Как ты понимаешь, мы имеем сеть лабораторий, где истязают наши виды. И это несмотря на все договоренности с людьми и их правительством!

– С оборотнями связывалась?

– Пока еще нет. Сначала хотела обсудить это с тобой.

– Нам нужно будет встретиться всем вместе и более подробно оговорить наши дальнейшие совместные действия. Мы поднимем все дела о пропаже вампиров за последние годы. Вы просмотрите свои. С волками я сам поговорю.

– Отлично. Рада сотрудничать, Маркус, – поднимаясь из-за стола отвечает ведьма.

– Всего доброго, Ирма. Я свяжусь с тобой.

Ведьма проходит мимо вампирши, собираясь уже покинуть комнату, как неожиданно делает шаг назад. Верховная поворачивает голову в сторону короля и кивает на девушку. Маркус кивает в ответ.

Атмосфера в помещении сгущается, как только ведьмы покидают нас. Не то чтобы мы боялись вот таких вот притворяющихся малявок, но и недооценивать их не стоит. Тем более сами маги нам ее скинули. Подозреваю, что они попросту не знали, как ее обуздать.

– Ну что ж… – открывает папку с досье король. – Объект номер семь, мы знаем, что вы очнулись.

Катарина

Первый раз придя в себя после оглушения, я смутно понимаю происходящее. Если спасали, то зачем связывать руки и завязывать глаза? А если не спасали, то что дальше? И последний вопрос волнует меня больше всего.

Попытка раскинуть щупальца своей силы заканчивается полным поражением. Мало того, что кто-то смог дать мне ментально сдачи, так еще снова что-то вкололи и вдобавок завязали рот.

Ощущаю я себя после этого плывущей по волнам. Тело легче пушинки, и мало какая мысль задерживается в голове дольше секунды. Мне хочется наслаждаться этим покоем и больше никогда не возвращаться в реальность.

Реальность, однако, возвращается сама. Сначала ударяет в спину, потом дарит тепло и чувство полета. Кто-то несет меня куда-то. Кто-то большой и теплый. Теплый-теплый. Мне хочется обнять его в ответ, укутаться в жар чужого тела, как в одеяло, и… чуточку подкрепиться. Голод зверский, но стоит только подумать о попытке добраться до искрящейся силы, как щупальца втягиваются обратно сами собой и ни в какую не желают появляться вновь. Почему? Не знаю.

После реальность сдвигается. Собственное тело я ощущаю тяжелым грузом. Хочется есть, пить, спать и в душ. Хотя последнее я бы и пропустила.

Мой разум мал по малу скидывает пелену медикаментозного забвения. Голоса звучат четче, и я могу узнать важную информацию. Меня привезли к вампирам. Однозначно это лучше, чем оставаться у ведьм. Только вот что дальше?

Мне страшно. Я солгу, если скажу, что это не так. Казалось бы, вокруг меня наконец-то собратья, но я разучилась за время моего пленения кому бы то ни было доверять. Что-то не спешат они меня развязывать.

И только я об этом подумала, как раздается голос короля. Он обращается ко мне так, как обращались в лаборатории. От этого я невольно вздрагиваю и прекращаю делать вид, что сплю, садясь ровней. Дается это мне с трудом, но все же.

Мгновение спустя исчезает повязка со рта, а после и с глаз. Жмурюсь от яркого света, пытаясь сдержать набежавшие слезы. Поднимаю связанные руки, чтобы смахнуть соленую влагу, и тут же оказываюсь под дулом пистолета. Равнодушные глаза вампира, что так лихо взял меня на мушку, говорят о многом. Очень и очень о многом.

Какие слезы! Тут бы выжить!

Я оцениваю свою позицию, отмечая, что в комнате по крайней мере семь огромных вампиров и это не считая тех, кто стоит за моей спиной. Не вижу, но чувствую их взгляды, сверлящие мой затылок.

– Глаза…слезятся, – хриплым шепотом сообщаю своему потенциальному убийце, но руки все же опускаю. Тут у меня выбор не велик.

Играть сильную и могущественную вампиршу, что пережила все муки ада в людской лаборатории, и теперь готовую с ноги вышибать двери? Увольте. Что же я не освободилась тогда?

Они видят во мне жертву… Пусть будет так.

– Клайд, это лишнее, – мягко говорит король, а я неожиданно даже для себя облегченно выдыхаю, когда вампир опускает пистолет и делает шаг назад. Я перевожу взгляд на Маркуса (да простит он меня за панибратство) и изучаю его так же, как и он меня. Лучше уж сосредоточиться на нем, чем на толпе одетых в черное воинов.

– Итак, как тебя зовут?

О! Мы уже на «ты».

– К…Кэтрин.

– Это твое настоящее имя?

– Да. Просто…

– Что?

– Меня никто не звал по имени с тех пор, как похитили.

Для достоверности тут бы пустить слезу, но вдруг меня снова возьмут на мушку. Хех.

– Кэтрин…

– Можно развязать мне руки? – перебиваю короля.

– Кэтрин, – с нажимом произносит он, – здесь, – тыкает пальцем в папку, лежащую перед ним, – написано, что ты… энергетический вампир.

– Правда? – искренне удивляюсь я. Хотя такая мысль и приходила мне в голову ранее, но я хотела считать себя чем-то уникальным. И мне нравился образ щупалец, что тянут силу из окружающих меня существ. Но энергетический вампир звучит все лучше, чем энергетический осьминог.

– А это не так? – заинтересовавшись, король подается чуть вперед.

– Я не знаю, как это называется, – качаю головой, – но я точно могу воздействовать без рук.

Наверное, в лаборатории я поглупела, потому что, только ляпнув последнюю фразу, понимаю, что и кому я это сказала. Ребятки в черном дружно подобрались. Благо, что на меня все разом не направили пистолеты.

– Я не буду применять свои способности к вам, – вздыхаю. – Мне же это не нужно, правда?

Пожалуйста, не разочаровывайте меня. Я так устала выживать.

– Вернер развяжи нашей гостье руки, – смотрит король за мое плечо. Секунда и слева от меня появляется вампир. Если до этого я считала присутствующих вампиров огромными, то этот переплюнул их всех… разом.

Вот если бы они мне его сразу показали, я бы и не вздумала что-то тут изображать.

Бог вампиров, если ты существуешь, защити меня, ибо до этого была только разминка.

Мужчина ловко развязывает путы своими лапищами. В мыслях же я представляю, что такому воину и пистолетами утруждать себя не надо – только чуточку сильней сжать мое горло ладонью и все.

И меж тем от вампира исходит приятная энергетика. Теплая, заботливая. Так вот кто нес меня сюда. В этом я почему-то уверена на все сто.

– Кэт?

– М? – потирая запястье, отвлекаюсь от своих размышлений.

– Когда тебя похитили?

– Двадцать пятого октября.

– Год?

– Две тысячи четырнадцатый.

Взгляд короля становится тяжелым и мрачным. Он переводит взгляд на мое досье и шепчет:

– Значит, все верно.

– Что верно? – замираю я. Нехорошее предчувствие закрадывается в душу.

– Ты знаешь, какой сейчас год?

– Шестнадцатый? Семнадцатый?

– Сейчас к концу подходит две тысячи девятнадцатый, Кэтрин.

– Н-нет, – качаю головой, усмехаясь. – Нет. Не может быть. Этого просто не может быть!

– Это так.

– Пять лет? Пять?!

– Мне жаль, Кэт.

Хватаю ртом воздух, запрокидываю голову, стараясь сдержать настоящие слезы. Я знала, чувствовала, подозревала, но гнала эту мысль прочь. Я верила, каждый гребаный день я верила, что прошло всего ничего и скоро меня найдут. Череда пыток, унижения, боли слилась в бесконечный поток муки, за которой я потеряла счет времени.

– Можно…воды? – прошу едва слышно, а когда мне приносят стакан, я осушаю его до дна. Я так давно не пила воду, просто потому что мне этого захотелось. От кормежки до кормежки – вот мое расписание последних пяти лет…

– Я отвечу на любые ваши вопросы, – произношу глухо, вмиг ощутив всю тяжесть озвученной ранее новости. – Только разрешите отдохнуть. Есть хочу и еще пить, – прячу лицо в ладонях и рыдаю, как сопливая девчонка: – И спать. Можно? – смотрю на короля самым жалобным взглядом. Сейчас я ни капли не притворяюсь. И мне плевать, что мою слабость видят все эти вампиры. Чувство стыда я потеряла уже давно… Еще в самом начале экспериментов.

– Хорошо, – кивает Маркус. – Разместите ее в одной из комнат.

– Благодарю, мой король, – этим обращением я хочу дать ему понять, что как истинная подданная принимаю его власть над моей судьбой. Я бодро встаю с кресла, но уже в следующее мгновение комната начинает кружиться. Хватаю первое, что попадется мне под руку. И попадается мне как раз тот вампир, который на раз два готов был меня пристрелить. – Извини…те.

– Я отнесу Кэтрин, – басит над моей головой…как его? Вернер? В следующий миг я оказываюсь на руках верзилы. И самое интересное, у меня нет ни капельки возражений. Теплота силы этого вампира подкупает. Я опускаю голову ему на плечо и прикрываю глаза, но ранее замечаю, как Клайд поджимает губы, с укором смотря на Вернера. Так-так-так… Не сметь обижать моего мишутку! Рыпнись, я тебя быстро выпью до капельки.

И только сейчас я понимаю, что рядом с Клайдом я не чувствовала его. Абсолютно. Ноль эмоций!

ГЛАВА 2

Клайд

– Ну что у нас? – спрашиваю, как только захожу в комнату.

– Без изменений, – не отрываясь от работы, отвечает Кирин, лучший стратег нашей группы.

– А ты что здесь делаешь? – спрашиваю у Вернера, который сидит в кресле в углу комнаты.

– Отдыхаю, – осклабивается вампир, но я замечаю тот взгляд, что он кидает на мониторы.

– Как наш подарок? – интересуюсь у Кира.

– Ничего нового. Несколько раз вставала в туалет, пила воду. Спит как сурок.

– Вторые сутки пошли, – ворчу. Что-то мне не нравится поведение вампирши.

– Ты читал ее досье? – басит Вер. – Я не удивлен, что малышка хочет отдохнуть.

– Малышка? – пронзаю взглядом карателя.

– А что? – усмехается Вернер. – Мне она нравится. Если все хорошо сложится, то я к ней подкачу.

– Личная заинтересованность объектом. Как только Дэн узнает об этом, тебя больше не допустят к ней.

– Кто же ему об этом скажет? – интересуется Вер спокойным голосом, в котором сквозит угроза.

– Ребята, брейк, – останавливает нас Кирин и нагло заявляет: – Девочка будет со мной.

– Что? – восклицаем одновременно с Вернером. Только я с недоумением, а наш громила с возмущением.

– Я решил вашу проблему вот и все, – разводит руками стратег.

– Тебе она не достанется, – басит Вер и шумно выдыхает.

– А ты считаешь, что пару раз подержал ее на ручках, и она твоя?

– Я ей не был противен. Сама прижималась.

– Может она из тебя энергию пила, а ты и не заметил, – говорю ему.

– Ну и пусть. Я не против.

– О-бал-деть, – смеется Кирин. – У нас тут назревает шкандаль.

– Заткнись, Кир, не до тебя, – хмурится Вернер. – Так значит я для нее не гожусь? – набычившись, спрашивает меня.

– Думаю, вы делите шкуру неубитого медведя, – щелкая по клавишам, замечает Кир.

– Вернер, твоя заинтересованность объектом может поставить нас всех под угрозу, – пытаюсь разъяснить очевидное другу.

– Может как раз наоборот, – упрямится вампир.

– И не достанься же ты никому! – театрально восклицает Кирин, не отрывая взгляда от монитора.

– Если наоборот, то уж точно не с тобой в главной роли, – начинаю раздражаться. Я вообще с момента получения нами "подарочка" стал слишком сердитым.

– А с кем? С тобой что ли?! Я хотя бы в нее не целился из пистолета.

– Ты на нее другим целишься! – рыкаю зло.

– Эй, ребят, хорош, – сдвигает брови Кирин, наконец-то разворачиваясь к нам лицом. – Иначе оба отправитесь под забор дежурить. Вот Дэн обрадуется!

Мы с Вернером обмениваемся взглядами и единодушно решаем не продолжать наш бессмысленный спор.

Движение на мониторе позади Кирина привлекает мое внимание. Вампирша начинает ворочаться в кровати, потягивается словно кошка.

– Просыпается малышка, – с умилением произносит Вернер.

– И как вам не стыдно подглядывать за хорошенькой девушкой, – качает головой Кирин, но сам не отводит взгляда от экрана. И в отличие от нас – его задача как раз следить за вампиршей.

– В ванной есть камера? – пробегая глазами по экранам мониторов, спрашиваю у стратега.

– Есть, но выключена, – он поднимает руки. – И включать не собираюсь! Иначе здесь пол затопит чьей-то слюной.

– То есть когда ты один, ты за ней подглядываешь? – возмущается Вернер. Неужели он серьезно втрескался в девчонку. Если так, то дело плохо.

– Вер, ты себя слышишь? – теперь уже хмурится и стратег. Этого взгляда громиле хватает, чтобы присмиреть, обиженно пыхтя. Ну хоть у кого-то есть на него управа.

Вампирша между тем садится в кровати и потирает сонно глаза. Ну наконец-то выспалась!

– Подготовьте завтрак для нашей девочки, – командует Кирин в телефонную трубку.

– А я ей его отнесу, – вздыхает умиленно Вернер.

– Нет! – гаркаем мы на него в два голоса.

***

Вернер до последнего хотел увидеться с девчонкой и только мое веское заявление, что она могла уже на него повлиять (ну а как объяснить его одержимость вампиршей?), наконец-то заставило друга отступить.

Жребий отнести завтрак нашему драгоценному подарочку выпал мне! А все почему? Потому что я якобы слишком рассудительный. Черти что!

Кирин ржал в голос, озвучивая мне этот безусловно весомый довод.

Я подождал, пока вампирша скроется с оставленными для нее вещами в ванной, и только после этого отправился изображать роль официанта. В мои планы не входило общение с объектом. Думаю, после нашего знакомства, она тоже не обрадуется моему присутствию поблизости, поэтому в мыслях я относил еду и оставлял девчонку на попечении одного из карателей. Уж довести ее до комнаты допроса он может и без меня. А там уж ее примет Реас и вытрясет всю правду о нашем подарочке.

Все шло по плану ровно до того момента, как мне на встречу из ванной не выскочило это всклокоченное чудо, повторяя снова и снова:

– Глаза… мои глаза…

Катарина

Знакомство с королем, проснувшись, я помню смутно. Видимо, мое сознание в тот момент все же было недостаточно ясным. Все происходило будто во сне.

Помню, как после разговора было уютно и тепло на руках у огромного вампира. Мне было необходимо почувствовать себя в безопасности и именно это и дарили мне его объятия.

Комната, что мне выделили, самая обыкновенная. Большая кровать, шкаф, стол и два стула – вот и весь набор мебели. Радовала отдельная уборная с душем, на который я в тот момент лишь облизнулась.

Экскурсию по моему новому жилищу проводил все тот же вампир, так и не спустив меня с рук. Наверное, это выглядело забавно – будто маленького ребенка взял на руки родитель и показывает ему новую интересность.

Пока ждали мой ужин или обед, а может даже и завтрак, я с жадностью пила воду, что мне в стакан услужливо подливал Вернер. Потом была самая вкусная трапеза за мои последние пять лет.

Я с такой жадностью ела все принесенное, что даже позабыла, что у меня есть свидетель. Закончив, откинулась на спинку стула и сытно икнула, чем вызвала улыбку у вампира.

Несмотря на его внушительные размеры я не боялась его. Вот уже ни капельки. Поэтому поблагодарив мужчину за все и заграбастав вещи, что мне принесли, ненавязчиво выпроводила его из комнаты.

Мылась с удовольствием, но быстро, так как чувствовала, что силы мои на исходе. Облачившись в выделенные пижамные штаны и майку, нырнула под одеяло и тут же вырубилась, едва коснувшись головой подушки.

Сейчас же наконец-то я чувствую себя отдохнувшей. Хотя вылезать из постели совершенно не хочется, но голод вынуждает действовать.

Потянувшись еще разок, сажусь в кровати и обвожу комнатку сонным взглядом. Потерев глаза, чтобы смахнуть последнюю дымку дремы, спускаю ноги с кровати.

Сколько я спала, сказать было сложно. Окон в комнате нет, а единственное бра в коридоре так и осталось включенным все это время. Чувствую, что лучше поторопиться.

Прошлепав в уборную, решаю еще раз принять душ. На этот раз не спеша, с удовольствием растирая кожу мылом.

Волосы после сна торчат в разные стороны, что не удивительно, ведь легла я спать, не высушив их. Переодевшись в удобные спортивные штаны и футболку, подхожу к зеркалу, чтобы впервые за пять лет взглянуть на себя.

Взглянула. Отшатнулась. И вовсе не из-за растрепанных волос.

Глаза!

До пленения они имели у меня голубой цвет. Сейчас же напоминают морскую лазурь. И ладно бы только это! Они светятся неоновым светом! Ярким насыщенным неоном!

Быстро беру себя в руки, ссылаясь на освещение. Только вот как бы я не мотала головой и не меняла угол обзора – ничего не помогает. Они светятся!

Я пугаюсь. До дрожи в коленях. Почему мои глаза стали такими?

Выскочив из ванной, я тут же сталкиваюсь с вампиром. Тот придерживает меня за плечи, а я вдруг становлюсь злой!

– Что вы со мной сделали? – вскрикиваю и ударяю его ладонью по груди. – Что? Что вы мне подмешали?

– Угомонись! – рявкает он в ответ и для эффекта сжимает мои плечи до боли.

– Глаза! Почему мои глаза светятся?! – теперь уже пытаясь увернуться от его хватки, спрашиваю… Клайда. Точно, именно так его зовут.

– Я откуда знаю, – фыркает он и отпускает меня.

– Постой, – делаю шаг назад и упираюсь спиной в стену. – Вчера они так же светились, да? – доходит до меня.

– Да.

– Поэтому ты целился в меня из пистолета?

– И поэтому тоже, – произносит холодно.

– Ясно.

Мы буравим друг друга недовольными взглядами. Меня присутствие этого вампира даже отвлекает от проблемы с моими глазами. По сути, наверное, в этом нет ничего ужасного. Ну светятся и светятся. Зрение при мне. Конечно, при общении с людьми это может вызвать некие проблемы, но, может, линзы помогут.

– Завтрак, – мужчина качает головой в сторону стола. – Как только закончишь, тебя отведут на… разговор.

– А где… Вернер?

– А что? – подбирается вампир, прищуриваясь.

– Он приятнее в общении, – слетает с языка раньше, чем я задумываюсь над сказанным. Черт! Я же собиралась играть роль жертвы, а только и делаю, что держу этому вампиру.

– А на вкус энергия как? – рыкает на меня.

– И на вкус, наверное, приятней, чем некоторые, – выплевываю в ответ.

– Ты на него воздействовала, да? – делает шаг ко мне, вынуждая вжаться в стену. Я хочу нырнуть в сторону, но вампир предусмотрительно выставляет руку.

– Ничего я не делала! – ощериваюсь на него. Мужчина склоняется надо мной и наставляет на меня палец.

– Если я узнаю, что…

Договорить он не успевает. Распахивается дверь в комнату, и на пороге возникает Вернер, перегораживая проход своей массивной фигурой.

– Мы же договорились, – рыкает на моего защитника Клайд.

– Беги докладывай Дэну, – басит громила. – Я все лучше тебя с Кэтрин пообщаюсь.

Так-так-так…

– Мы после поговорим, – процеживает сквозь зубы вампир, поравнявшись с Вернером.

– Жду не дождусь, – хмыкает он, а после делает шаг в комнату, демонстративно закрывая дверь перед носом Клайда. Только после этого я понимаю, что все время, что разговаривали вампиры, улыбка не сходила с моих губ.

– Спасибо, – благодарю громилу, внезапно смутившись того, что мы остались наедине. Вампир не в моем вкусе. Вот совершенно. Но общение и его присутствие рядом мне нравится.

– Завтракай, а то остынет.

– Угу, – направляясь к столу, мычу в ответ.

– И нормальные у тебя глаза, – выдает Вер, присаживаясь на второй стул. – Мне нравятся.

– Спасибо, – киваю, беру вилку в руки и только после этого понимаю, что…– Откуда ты знаешь, что мы с этим… говорили про мои глаза?

– М… да я просто…

– Тут камера, да? – сжимаю вилку покрепче.

– Ты же понимаешь… – начинает оправдываться Вернер.

– Понимаю, – фыркаю. Не то чтобы я очень удивлена или возмущена, просто это напоминает мне лабораторию, где круглосуточно за мной велось наблюдение. Может, я рано расслабилась и еще пожалею о том, что меня спасли? А что если тут меня будут более изощренно изучать?

– Это временно, – насколько возможно тихо произносит Вер.

– Угу.

– А ты на меня воздействовала? – спрашивает неожиданно, когда я уже заканчиваю трапезу.

– Что? Нет, конечно, – возмущаюсь откровенно. – Больно надо мне на всех вас воздействовать.

– Не обижайся, просто некоторые считают, что я тебя защищаю, потому что ты применяешь ко мне силу.

– Даже догадываюсь, кто предположил такую чушь, – фыркаю, но с любопытством интересуюсь: – А ты меня защищаешь?

– Стараюсь, – пожимает плечами громила, делая как можно безразличный вид. Только румянец на его щеках выдает его с головой.

– Спасибо, – я хочу было положить ладонь на его руку, но вовремя одергиваю себя. – Чтобы никто ничего не подумал, – произношу громко, а Вернер расплывается в коварной улыбке.

***

Вернер сопровождает меня на разговор, как выразился Клайд, по длинным безликим коридорам. И если бы не присутствие мужчины, я бы уже дала деру, так как вся обстановка очень уж напоминает мне лабораторию.

Если все пройдет успешно, обязательно разузнаю, почему все здесь выглядит именно так, а главное, где я вообще нахожусь.

На секунду мелькает мысль, что все это возможно просто плод моей больной фантазии, а на самом деле я лежу все в той же камере в исследовательском центре людей. Или, что еще ужасней, меня попросту разыгрывают. Что-то вроде очередного эксперимента…

Нет. Я даже мотаю головой, прогоняя дурацкую мысль. Люди не смогли бы заставить столько вампиров, а главное ТАКИХ вампиров, плясать под свою дудку. Нет, нет и нет!

– Все в порядке? – спрашивает меня Вернер, взглянув в мою сторону.

– Да, – потираю плечи руками. Что-то я стала мерзнуть в этом безликом сером царстве металла.

– Я буду поблизости, – ворчит Вернер, открывая передо мной одну из дверей.

Захожу внутрь и понимаю, что рассчитывала на разговор в более уютной обстановке.

Комната похожа на допросную. Серые гладкие стены, в одну из которых встроено зеркальное стекло. Не нужно быть семь пядей во лбу, чтобы понять, что за ним находится еще одна комната, откуда за нами будут следить во время допроса. Иначе предстоящий разговор теперь и назвать не могу.

В помещении я пока одна, поэтому не спеша прохожу к столу, что стоит в центре, и сажусь на стул. Зеркало оказывается слева от меня. Я уже успела заметить, что комната нашпиговано камерами – в каждом углу. И это только те, что не скрытые.

Кладу руки на стол, уже зная процедуру «разговора».

Только собираюсь предаться размышлениям о своей судьбе, как в допросную заходит новый объект. Высокий, ладно сложенный и по-мужски красивый вампир. Не помню, чтобы видела его на встрече с королем, но честно говоря, я кроме Клайда, что целился в меня из пистолета, и Вернера, что покорил меня своими габаритами, никого толком и не запомнила.

Меж тем вампир присаживается напротив меня и одаривает роскошной улыбкой. Я-я-ясно.

Откидываюсь на спинку стула и тоже слегка улыбаюсь. Так же должны вести себя женщины, на которых соизволил обратить свое внимание этот ловелас?

– Меня зовут Реас, – представляется вампир, все так же улыбаясь.

– Кэтрин.

– Очаровательное имя, – мурлычет как кот. Ох, в этот момент я совсем должна потерять голову и начать говорить?

– Благодарю, – одариваю мужчину улыбкой ничуть не хуже, чем его собственная. Вижу, как на долю секунды вампир прищуривается, и более ничего не выдает его спланированных действий. Если бы не знала, на что обратить внимание, то и не заметила бы. Горькая правда в том, что я научилась подмечать любую даже самую маленькую деталь.

– Как отдохнула?

Я делаю глубокий вдох и решаю прекратить эту фальшь.

– Реас, – обращаюсь негромко, но уверенно к вампиру, – вас же сюда послали как легкую артиллерию, так? Даже интересно, вам жребий выпал или вы один такой… обояшка?

– Спасибо, Кэт, – мурлычет снова.

– На меня это не сработает, – качаю головой и чуть подаюсь вперед. – Вы всегда действуете по этому плану? Очаровать улыбкой, сделать комплимент, чтобы расположить к себе, а потом проявить участие. И когда я вся разомлею, мало по малу начать вытягивать из меня информацию. Хотя нет, зачем вытягивать, я же буду сама все рассказывать. А еще, если в подробностях о своей несчастной доле, то рыдая и пуская сопли на вашей широкой груди. И вы, Реас, должны меня утешать, да?

– Поразительно, – хмыкает вампир и прекращает изображать очаровашку. – Легкой артиллерией меня никто не называл. Ты, наверное, уже всем дала определения, да?

– Ты третий вампир, с кем я успела пообщаться.

– И что же нам теперь делать? – хмыкает Реас, барабаня пальцами по столу. Это тоже часть игры. Он просто выбрал другой сюжет.

– Говорить, – улыбаюсь и склоняю голову на бок. – Хочешь открою секрет?

– Ну-ка, ну-ка?

Я наклоняюсь вперед и, заглядывая в глаза вампира, говорю ему спокойным ровным голосом:

– Кто бы сюда не входил, и чтобы со мной не делал, если я не захочу, я не скажу и слова. Стреляйте в меня, режьте, ломайте каждую косточку – результат будет один. Уже нет в жизни ничего, чтобы я не пережила.

Закончив, я вновь откидываюсь на спинку стула, довольная произведенным эффектом. И пусть Реас не показывает, что моя речь его тронула, я чувствую, что он наконец-то услышал меня и понял, с кем имеет дело.

– Нам бы хотелось больше узнать о тебе, – открывая настоящего себя, говорит он. – То, что происходило в том исследовательском центре, ужасно. Никто не хочет повторения. Чем больше ты расскажешь, тем лучше. И ты прекрасно понимаешь, что мы не можем оставить заявление ведьм о твоей опасности в стороне. Мы отвечаем за безопасность всех вампиров…

– Где же вы были раньше? – не могу удержаться от вопроса.

– Когда тебя похитили, наш отряд еще не существовал.

– Поэтому любого вампира могли похитить. И сколько их таких? И почему никто никого не ищет? Ладно я, мне известен ответ, но остальные…

– Кэтрин, прошу, дай нам ответы. Помоги. Любая деталь может быть важной.

Я смотрю на Реаса и понимаю, что он абсолютно прав, но обида, что таилась все это время глубоко внутри, начала всплывать наружу.

– Хорошо, – делая над собой усилие, отвечаю в итоге. – Только можно воды и побольше, а еще свитер. Я жутко мерзну.

***

– Начнем? – спрашивает Реас, раскрывая папку моего досье, которым разжился в небольшой перерыв.

– Я готова, – поплотней укутавшись в свитер, отвечаю ему и снова тянусь к стакану с водой.

– С тобой все в порядке? – интересуется он и добавляет на мой вопросительный взгляд: – Ты много пьешь.

– Вода помогает заглушить жажду.

– М? Ты голодна? Когда в последний раз ты питалась?

– Неделю назад мне давали грамм сто крови…человеческой.

– Как долго ты можешь обходиться без питания?

– Меня морили голодом. До последних жалких ста грамм не кормили месяц. И я имею ввиду совсем не кормили, ни едой, ни кровью. Возможно, питание было в капельницах, что они мне ставили, или в уколах, но… Давай лучше по порядку.

– Хорошо, – задумчиво протягивает Реас, уткнувшись взглядом в бумажки. – Здесь ты значишься, как объект номер семь. Расскажи о себе. Твое настоящее имя, чем ты занималась до лаборатории.

Прежде чем ответить, я делаю глубокий вдох, как перед прыжком в воду. Возвращаться в прошлое мне не хочется, но с другой стороны, если я расскажу и отпущу его, должно стать лучше.

Я тянусь за бокалом, делаю глоток и наконец-то отвечаю:

– Меня зовут Катарина Квинли, но чаще просто Кэтрин или Кэт. И предугадывая следующие вопросы, да, я дочь главы вампирской Элиты, если она еще существует. С рождения мне пожалован титул графини. Мои родные вообще живы, вы не в курсе?

– Печальных вестей о них не было, – качает головой Реас.

– Как и просьб найти потерявшуюся дочь, так?

– Да.

– Это объяснимо. Я прошла обращение в двадцать пять лет. Тут все как положено. Это было в апреле. Отец единственный, кто кормил меня все те шесть месяцев до похищения. Как вы знаете, став вампиром, я прошла рубеж, после которого, как приличная аристократка, я обязана начать присматривать себе мужа. И не важно пара мы или нет. Я обязана была вступить в брак, дабы поддержать связи семей. Отец, конечно же, стал со мной об этом заговаривать, но признаемся честно, кому оно нужно в двадцать первом веке? Я была против. В открытую об этом не заявляла, но и смиряться с уготованной другими судьбой не собиралась. Мне даже приглядели жениха, а тут… бац и меня похитили.

– То есть родные думают, что ты сбежала?

– Скорей всего.

– Наверное, им стоит сообщить правду.

– Не думаю, – морщусь. – Сейчас я для них дочь-смутьянка или вообще уже мертва, что даже лучше, потому что это априори означает, что на семью не ляжет тень позора. Репутацией там дорожат больше, чем детьми. Уж поверьте. Мертвая графиня звучит даже романтично, – хмыкаю.

– Они же должны понимать, что ты не виновата в похищении.

– Кто их знает, – пожимаю плечами и верчу стакан в руке. – В том, что происходило в лаборатории в течение пяти лет, столько грязи. Моей семье проще вычеркнуть меня из своей жизни. Тем более пять лет… Уверена, что меня успели стереть даже из генеалогического древа семьи.

– Я понял. Расскажи, как тебя похитили?

– Это было быстро, – усмехаюсь. – В тот вечер я пошла в торговый центр за покупками. На парковке ко мне подошел мужчина. Он спросил, как выехать к центру. Я подробно объяснила ему все, а потом… Позади остановился фургон. Я обернулась посмотреть, а мне на голову тут же натянули мешок. Они что-то вкололи в шею, и все… Дороги я не помню, а очнулась уже в камере.

– Они говорили о цели своих действий?

– Изначально они уверяли, что это ненадолго, что только возьмут необходимые образцы. Я была так напугана, что те события казались сном. Все ждала и ждала, что вот-вот проснусь. Наверное, только спустя неделю поняла в полной мере, что никто меня не собирается отпускать, что все это не сон, а реальный кошмар.

– В лаборатории помимо тебя тогда были еще вампиры, оборотни?

– Нет. Первое время я была единственным объектом. Как со мной пооткровенничали потом, мне и присвоили номер семь за удачное похищение.

– Думаю, тебе нелегко вспоминать то, что происходило в исследовательском центре, но…

– Я расскажу. Дай минутку.

Подливаю себе еще воды и стараюсь сдержать дрожь, что по непонятным для меня причинам лишь усиливается. Может ли это быть «отходняком»? Вполне. Мне кололи столько лекарств, что я не могла не стать зависимой. Только бы вампирский организм поборол эту дурь как можно быстрей!

– Изначально, как я и сказала, у меня брали анализы. Расспрашивали о жизни, о процессе обращения и прочих вампирских вещах. У меня не было выбора – каждый мой отказ сопровождался болью. В то время я была очень изнеженной, чтобы терпеть подобное, поэтому рассказывала. Их очень заинтересовал вопрос рождаемости. Если бы я знала, что они задумали, то наврала бы им, что мы вылупляемся из яйца, которое приносит сама богиня Лилит.

– Что произошло? – подбирается Реас, когда я умолкаю.

– Они отловили вампира. Молодого парня, который, как и я, недавно прошел обращение, – я подношу подрагивающую руку к губам, будто заново переживая те часы, наполненные извращенным голодом тела. – Нас заставляли спариваться, – выдыхаю разом и продолжаю без заминок, боясь прерваться и не высказать скопившуюся за годы боль. – По-другому это нельзя назвать. Они хотели, чтобы я родила ребенка. И слава всем богам, что этого не случилось. Это продолжалось долго. Сначала разовые эксперименты, потом нам вкалывали стимуляторы, от которых срывало голову. Они знали про жажду зачатия у вампирш раз в пять лет. И они смогли спровоцировать у меня ее трижды. И все три раза неудачно. Знаю, что из-за этого меня все же отбраковали. А на мое место поймали новую вампиршу. Кажется, в итоге у них так ничего и не вышло с проектом деторождения.

– Это было в самом начале, я правильно понимаю? – спустя долгую паузу все же нарушает молчание воин.

– Да. Наверное, первые полгода, может, год. Я терялась во времени. И до сих пор не знаю, день сейчас или ночь, зима или лето. На пять лет я выпала из жизни и видела лишь белые стены.

– И что было дальше? Ты сказала, что тебя отбраковали.

– Я надеялась, что они или убьют, или отпустят. Наивно, знаю. У них на меня были иные планы, хотя… убить они меня хотели, но при этом из моей смерти выжав по максимуму. После неудавшегося эксперимента по спариванию, на мне стали испытывать разработки. Их разработки. Как действует яд, если ввести его в вену, или раствор серебра (начитались, видимо, книжек). Они давали приходить в себя, а после снова пытки на медицинском столе. А когда я и после этого еще дышала, они решили ослабить поводок. Стали добрыми и услужливыми. Меня не трогали долгие месяцы. Могли кормить вкусными блюдами. Они наблюдали. Ждали. Какие эксперименты они ставили в тот момент, не знаю. Те спокойные месяцы были лишь затишьем. Я это понимала, но надеялась, что ошибалась.

– Что же было дальше?

– Новые пытки. Они сделали меня подопытным кроликом. Резали, осматривали меня изнутри. Я не удивлюсь, что даже брали яйцеклетки, надеясь вырастить ребенка из пробирки. И снова перемежали вот такие операции добрыми делами. Я стала чем-то вроде элитной добычи – все терплю и никак не подыхаю. И все же… они всерьез решили меня убить. Скорей всего, это было в последние месяцы. Они стали применять физическую силу. Били, ломали кости и оставляли полуживую регенерировать. В один из таких экспериментов они что-то повредили в моем теле, и оно перестало меня слушаться. Я совсем его не чувствовала. Полный паралич. Начался новый эксперимент.

Я выпиваю еще один стакан воды и понимаю, что дальше мне рассказывать совсем не хочется. Те месяцы, что следовали за травмой, были ужасны. Сколько раз я молила смерть забрать меня. И каждый раз безрезультатно.

– Кэт, – зовет меня тихо Реас. – Я помогу. Расслабься.

Он заглядывает в мои глаза, и я уже не могу отвести взгляда. Гипноз – анализирует мой мозг. Реас что-то шепчет мне. Явно что-то успокаивающе. Только я не слушаю его, потому что моя сила уже выпустила щупальца и с жадностью впитывает энергию, что вкладывает вампир во внушение. А разве вампир может действовать гипнозом на вампира?

– Ох! – раздается громко, и Реас прижимает пальцы к виску.

– Прости, – шепчу я, вжавшись в стул. – Я не хотела. Случайно. Я не знала, что ты…

– Я в порядке, – вампир поднимает руку к зеркалу, обращаясь сейчас к наблюдателям. – Это и есть твоя сила?

– Д-да, – перебирая пальцами плетение свитера, киваю. Чувствую, как энергия приятным теплом разливается внутри меня, и становится теплей телу, а руки перестают дрожать, да и жажда крови утихает.

– Ты хотел, чтобы я продолжила, так? – встречаюсь с ним взглядом.

– Твои глаза, – шепчет Реас и подается вперед. Я же быстро отвожу глаза в сторону, чтобы не повторить ошибок, а главное не поддаться на этот раз внушению.

– Что с ними опять не так? – ворчу.

– Они стали голубыми.

– Правда? – я резко встаю и подхожу к зеркалу. Плевать, что по ту сторону за мной наблюдают. Возможно, там и тот противный вампир по имени Клайд. И почему только я о нем вспомнила?

Сейчас меня все же больше интересуют только мои глаза, которые действительно перестали греть неоновым светом.

– Это здорово, – улыбаюсь своему отражению и возвращаюсь за стол.

– Ты не знала, что так бывает? – спрашивает меня Реас.

– Нет. У меня в камере не было зеркала, да и в лабораториях тоже. Я не знаю, почему они светятся. Возможно, из меня сделали мутанта, – улыбаюсь печально.

– Расскажешь сама?

– Да. Итак, меня парализовало, – начинаю более бодро. Вот что значит вампирская энергия, мощная и вкусная! – Меня отправили в камеру. Следующие месяцы я провела, лежа на койке. Сначала меня кормили, ставили всякие капельницы – делали все, чтобы я снова встала на ноги, но ничего не менялось. Потом мне стали снижать порцию обычной еды, пока не прекратили приносить ее вовсе. Человеческую кровь давали раз в неделю. Следом за едой и ее стало меньше, пока однажды меня не оставили совсем без питания. Я голодала долго… Не могу сказать, сколько конкретно, для меня будто прошла целая вечность.

– Месяц, – вставляет Реас, смотря в досье. – Ты была без питания месяц.

– Значит месяц, – киваю. – Так вот за это время я погружалась в дрему. Возможно, не так далеки от правды фантасты, что пишут о глубоком сне вампиров, который может длиться столетиями. Мне кажется, я была близка к этому. А потом я почувствовала это… Биение жизни, будто живительная влага в жаркий полдень. В моем воображение мое тело стало выпускать щупальца и обшаривать все вокруг, тянуться все дальше и дальше. И однажды я дотянулась. В одной из комнат шел спор. Человечки были так увлечены, от них буквально разило энергией. И я ее попробовала. Это была первая капля, которая заполнила мой пустой источник. С каждым днем я собирала такие капли. Мал по малу, пока однажды не почувствовала, что возвращается способность контролировать тело. Это было сюрпризом для человечков. И я думала, они не догадались, что со мной произошло, но судя по тому, что в досье указано об энергетическом вампиризме, то они оказались очень смышлеными.

– И?

– Это все, – подвожу черту. – Эксперименты с моей способностью не успели провести. Сама я еще не так хорошо контролирую себя, но я стараюсь. Могу только вас заверить, что не нужно опасаться меня. Я не выпью никого без разрешения.

– Мы это еще обсудим, – поджимает губы Реас. – А что насчет других вампиров, оборотней, ведьм?

– Некоторых переводили в другие блоки. Это я слышала. Оборотни как правило долго не протягивали. Тот мальчишка, которого нашли ведьмы. Не уверена, но… я представляла, что вливаю в него силу. Я чувствовала его страдания и пыталась заменить их лучшей энергией. Возможно, я это лишь себе нафантазировала, но мне хочется думать, что все же я ему помогла. Он же выжил?

– Вроде да.

– Это хорошо. Ведьмы, кстати, появились относительно недавно. Их энергию я чувствовала, но не питалась. Изучала издалека.

– Благодаря им тебя и спасли.

– И я этого не забуду, – произношу серьезно.

– Хорошо. Думаю, мы услышали достаточно, чтобы нам было что обсудить. Тебя сейчас проводят в твою комнату. Отдыхай. В ближайшие часы мы решим вопрос с твоим питанием.

– Угу. Спасибо, – напоследок делаю глоток воды. Странно, но еще несколько минут назад плескавшаяся во мне энергия, будто схлынула, и снова вернулся пробирающий до костей холод.

Я поднимаю на ноги, чтобы проследовать за вампиром на выход, но комната неожиданно качается в бок. Чтобы удержаться, хватаюсь за стол, но тщетно. Последнее, что я запоминаю, это как сильные руки подхватывают меня у самого пола.

ГЛАВА 3

Клайд

Мы все слушаем вампиршу, затаив дыхание. И даже то, что ее досье заранее прочел каждый из нас, все равно не смягчает ужасную правду, что рассказывает девушка. Мы хмуры и злы. Свою роль играет инстинкт защитника. Мы обязаны оберегать женщин расы от любой угрозы, а сейчас перед нами жертва нашей беспечности. И пусть мы ни в чем напрямую не виноваты, и наш отряд был сформирован намного позже похищения Кэтрин – это все равно не оправдание.

Вампирша не вдается в подробности, но мне кажется, будто я сам прочувствовал каждую пытку, которой она подверглась. Я другими глазами теперь смотрю на девушку и замечаю то, что отодвигал в сторону раньше. Кэтрин истощена, бледна, и я задаюсь вопросом, откуда в ней столько силы, чтобы так спокойно рассказывать о пяти годах заключения. Нет, конечно, не совсем спокойно. Иногда ее голос срывается, глаза заволакивают слезы, но она не скатывается до истерики. Наверное, так выглядит душа, что прошла тяжелые испытания, сломалась, но нашла в себе силы подняться и двигаться дальше. Однозначно девочка заслуживает уважения.

На границе сознания мелькает мысль, что со мной творится что-то не то. С появлением этой вампирши мое эмоциональное состояние ни разу не достигало отметки нейтрального. Возможно ли, что Кэтрин влияет на нас своей силой, вызывая сочувствие? Возможно ли, что она может быть засланным агентом?

Я хмурюсь и еще пристальней вглядываюсь в вампиршу. Нельзя ничего отрицать. Только факты говорят об обратном. В досье ни разу не упоминалось, что девчонку готовили для какого-то спецзадания. Да и какой вампир в здравом уме согласится работать на людишек против своей же расы? Нет. Бред. Тут не стоит искать подводных камней. Девочка попала в переплет и самая большая угроза, которая может исходить от нее – это ее сила.

Мы все наблюдаем, как Реас применяет гипноз. Самый сильный в этом деле, он может воздействовать даже на вампиров. Кэтрин, конечно же, об этом не знает, но… Реас в этот раз проиграл. Вроде бы все идет как обычно, но, когда наш друг, шипя, прижимает пальцы к виску, мы дружно подбираемся готовые кинуться ему на помощь. И только взмах руки останавливает нас. Я сам не заметил, как опустил ладонь на пистолет. Выстрелил бы я в вампиршу? Однозначно, да. Я не соврал ей ранее и не вру себе сейчас. Как бы я к ней не относился в данный момент, она для меня все еще объект, угрожающий нашей безопасности.

Реас не выглядит нездоровым и быстро приходит в себя. Кэтрин же, сначала перепугавшись своего воздействия на карателя, постепенно расслабляется. Ее эмоции, когда она рассматривает свои глаза естественны. Она сама выглядит сейчас естественно, с глазами цвета лазурного моря.

После подпитки наша маленькая вампирша преображается, становится бодрей и речь ее делается более плавной.

И все же, когда Кэтрин заканчивает свой рассказ выглядит она уставшей. Реас не напирает на нее, видимо, тоже замечая это. Вампирша не питалась нормально довольно долгое время, поэтому ей нужна передышка. И нам нужна, чтобы обсудить услышанное, передать записи Дэну, а тот уже отправит их королю.

Теперь нам всем остается лишь ждать.

Когда беседа подходит к концу, я ожидаю, что Вернер первым бросится отводить Кэтрин до ее комнаты, но… наш громила сидит, сжав кулаки. Да, его малышка оказалась совершенно не такой, какой он себе ее вообразил. За хрупким фасадом скрывается гранитный стержень. И сейчас наш друг борется сам с собой. Мы с парнями прекрасно знаем, какие девушки ему нравятся – милые и беззащитные, такие, что рядом с ним выглядят совсем уж по-детски. Кэтрин же, хоть и нуждается в заботе, но назвать ее теперь слабой не поворачивается язык. Возможно, Вернер никак не может сопоставить эту девушку и все те ужасы, что она рассказала.

В любом случае у меня нет времени разбираться в чувствах друга. И раз он сейчас занят, а я единственный из тех, кто общался с вампиршей ранее (мы негласно решили, что пока ограничим круг общения для девушки), то мне ее и отводить.

Я поспеваю как раз к тому моменту, как Реас выходит из допросной. В тот же миг Кэтрин, что встала из-за стола, начинает оседать на пол.

– Что с ней? – спрашивает Реас, когда я подхватываю бесчувственную девушку на руки. Благо, что успеваю, и она не ударяется головой.

– Пульс слабый, – говорю ему, приложив пальцы к шее вампирши. – Вызывай Роксану.

– Вызвал, – доносится от двери голос Кирина спустя пару минут. – Она прибудет в течении десяти минут, а пока отнеси ее в медицинский блок.

– Это же ненормально, что она до сих пор не пришла в себя? – спрашиваю у нашего стратега, который сопровождает меня.

– Абсолютно нет.

Поджимаю губы от досады. С появлением Кэтрин на базе все идет не по плану. Бросаю взгляд на вампиршу. Бледная и едва дышащая. И мне не составляет никакого труда нести ее на руках. Совсем тощая. Чувствовать ее костлявое тело даже неприятно. Женщина не должна быть такой!

– Клади ее на койку, – отодвигая штору, командует Кир. Я аккуратно, как могу выполняю его указание. Кирин хватает подушку с соседней постели и подкладывает под ноги вампирши. – Нам бы еще ее укрыть, – оглядываясь, рассуждает он. – Она совсем холодная.

Роксана появляется как раз к тому времени, как мы укутываем вампиршу в одеяло. Как всегда собранная, наш главный врач и по совместительству пара Зода, правой руки короля, вампирша тут же берет в оборот всех, кто показывается ей на глаза. Вот тебе и ангельская внешность. Мы с ребятами уж знаем, какой занозой в заднице она бывает, когда дело касается чьего бы то ни было здоровья.

Кэтрин не приходит в себя довольно долго, а придя впадает в бредовое состояние. У вампирши поднимается температура.

Мне приходится остаться в медицинском блоке, так как Роксана гоняет остальных по своим поручениям, а я как никак обязан следить за безопасностью вампирш. Только кого от кого я должен защищать, уже неясно. Наблюдая, как несколько раз берут кровь у Кэтрин, а потом ставят ей капельницу и делают по крайней мере пять уколов, я начинаю задумываться, что если так продолжится, то мне придется хватать нашу гостью и бежать.

Роксана получает свою копию досье вампирши, и следующие полчаса я только и слышу, как ругается наш доктор. Иногда проскальзывает фраза «несовместимы с жизнью». И я волей не волей перевожу взгляд на Кэтрин, что укутана до самого подбородка, но все равно дрожит.

На помощь Роксане прибывают две медсестры. Кирин под предлогом особой занятости сматывается. Я-то знаю, что у него за занятость. Одна из прибывших вампирш ему очень уж нравится, но наш стратег, видимо, еще не разработал план по покорению ее сердце, а без плана, увы, он действовать не может.

Как никогда мне хочется, чтобы здесь оказался Вернер. Его ведь не напрягало общество нашей маленькой гостьи. Только громила, видимо, все же решил отстраниться от объекта. Поэтому именно мне придется дежурить у постели больной.

– Она долго будет в таком состоянии? – спустя два часа разнообразных медицинских манипуляций, спрашиваю у подошедшей Роксаны.

– У нее коктейль из всякого рода химической дряни вместо крови, – фыркает доктор. – И пока мы не очистим ее, лучше ей не станет. Если очистим… Думаю, все самое ужасное еще впереди.

– Я понял.

– Если устал, я могу вызвать кого-то другого. Король мне отдал вас всех в мое подчинение, – играет она бровями. Я расплываюсь в улыбке и по непонятной мне самому причине отвечаю:

– Я в порядке.

– Хорошо. Если будут изменения, зови.

Вздыхаю, откидываясь на спинку стула, и складываю руки на груди. Я слежу, как едва поднимается и опускается грудь Кэтрин. И впервые ощущаю щекочущее чувство тревоги, когда кажется, что вот-вот и девушка перестанет дышать. Пищат приборы, показывая, как размеренно бьется ее сердце.

Сам не замечаю, как начинаю рассматривать вампиршу.

А что еще делать в этом стерильном царстве? – ищу оправдание своим действиям.

Кэтрин довольно привлекательна. У нее красивые глаза и аккуратно очерченный манящий ротик. Прямой небольшой носик смотрится гармонично с треугольным овалом лица. Уверен, что до похищения она пользовалась популярностью у мужчин. Это сейчас подбородок заострился, а скулы болезненно впали. И как я заметил ранее, она была очень худой. Практически на грани. Что отражалось на состоянии бледной кожи и блеклых волос.

Наверное, если бы я так пристально не вглядывался в нее, то не заметил бы, как дрогнули ресницы прежде, чем Кэтрин открыла глаза. Стоит сразу позвать Роксану, но я почему-то медлю.

Вампирша тяжело сглатывает, облизывает языком сухие губы. Ладошки сжимаются в кулаки. Дыхание учащается, как и сердцебиение. Кэтрин поворачивает голову в сторону прибора, а потом в мою. И мне кажется, после этого слегка расслабляется.

– Где я? – спрашивает хрипло, едва держа глаза открытыми.

– В медицинском блоке, – отвечаю ей, подаваясь ближе. Ставлю локти на колени и опускаю голову на сцепленные пальцы. – Мы поместили тебя сюда после того, как ты упала в обморок.

– Это не лаборатория центра? – смотрит на меня с затаившейся на дне глаз тоской. – Пусть это даже сон, прошу, скажи, что я не в исследовательском центре.

– Ты на военной базе вампиров, Кэтрин, – говорю тихо, впервые обращаясь к ней по имени.

– Это странно…

– Что именно?

– Ты… здесь… со мной.

– Это моя…– Что? – работа.

– М-м-м, – снова погружаясь в забытье, протягивает вампирша. И уже с закрытыми глазами просит: – Возьми меня за руку. Пожалуйста. Мне так страшно… умирать.

– Ты не умрешь, – говорю твердо.

– Возьми…– выдыхает она и затихает. И хотя этого уже не требуется, я выполняю ее просьбу. Ладошка выглядит по-детски крохотной в моей руке. И я боюсь, что ненароком могу причинить девушке боль. Но больше всего мне хочется согреть ее прохладные пальчики.

Не знаю, услышит ли она меня или нет, но я слегка сжимаю ее руку и шепчу:

– Борись, Кэт. Ты сильная. Ты сможешь. Борись.

***

Как и сказала Роксана, все самое худшее начинается глубокой ночью. Понимаю это, когда ладошка, которую я так и не выпустил из своей руки, начинает дрожать. Я смаргиваю дрему и тут же сосредотачиваюсь на вампирше.

Ее дыхание тяжелое, хриплое. С побелевших губ срывается стон, который переходит в скулеж. Тонкие пальцы крепко сжимают мою ладонь. Кэтрин начинает извиваться на койке.

– Роксана! – кричу врачу. Она прибегает минуту спустя. Спала, отмечаю я по ее растрепавшейся косе. Но Рокси едва бросает взгляд на пациентку, и тут же вся сонливость уходит из ее взгляда.

– Что делать? – спрашивает прибежавшая следом медсестра.

– Честно? Не знаю, – отвечает Рокси, и я слышу обреченность в ее словах. Перевожу взгляд на Кэтрин, что тихо постанывает. Приборы же пищат все чаще и чаще.

– Можно же что-то попробовать? – интересуюсь у врача.

– Я прикинула все варианты, Клайд. В ее крови много чего намешано, и не факт, что, если мы введем новые лекарства, они окажут положительный эффект. Ее сердце не выдерживает. Очистка проходит очень медленно.

– Можно было бы сделать переливание крови, – неуверенно шепчет одна из девушек.

Роксана колеблется.

– Это может помочь? – спрашиваю.

– Я никогда лично не делала ее для вампиров.

– Если это единственный шанс. Делай.

– Хорошо, – все же нерешительно кивает она. – Я обдумала и такой вариант. Лучше всего для донорства подходит Джеральд.

– Я позову его, – тут же откликается одна из медсестер и проворно выскакивает из палаты.

– Готовим оборудование, – вздыхает Роксана и удаляется со второй медсестрой.

Снова остаюсь наедине с Кэтрин. Отпускаю ее руку, отодвигаю стул, чтобы не мешать скорой процедуре.

Только вот стоит мне отойти от койки, как вампирша, все так же не открывая глаз, начинает сбрасывать одеяло. Когда ей это удается, она принимается хныкать громче, елозя по простыне, а затем и вовсе царапать ногтями свою шею и грудь. Я поспеваю к тому моменту, как появляется первая кровь. Прижимаю тонкие руки к кровати и поражаюсь тому, сколько силы в хилом тельце.

Кэтрин начинает вырываться, выкручивая себе руки, а потом выгибается в спине, истошно крича.

Слышатся тяжелые шаги. В палату первым вбегает Вернер, а уже за ним Джеральд и Реас. Парни без слов блокируют ноги вампирши.

– Вер, чего ты стоишь? – рявкает на него Реас. – Закрепи ей руки ремнями.

Вернер, до этого момента замерший как мышь перед удавом, поспешно выполняет указания гипнотизера. После этого ремнями фиксирует и ноги. Этого оказывается мало. Кэтрин продолжает извиваться на койке. Ремни не спасут, понимаю я. Она лишь вывихнет себе конечности.

Мы продолжаем прижимать вампиршу к койке, не давая ей навредить себе.

– Роксана! – зову докторшу. Она появляется как раз в тот момент, когда что-то неуловимо меняется вокруг.

– Я не смогу ничего сделать, когда она так… Ох!

Рокси словно пьяная качается в сторону, а потом оседает на пол без чувств.

– Черт! – ругается Джеральд и сжимает зубы.

– Она применяет силу, – только и успевает сказать Реас, когда Кэтрин добирается и до него. Гипнотизер шумно дышит, но продолжает держать вампиршу, которая заметно притихла.

– Ты как? – спрашиваю Вернера, который бледнеет на глазах.

– Унеси Роксану, – басит здоровяк. На лбу у него проступила вена, а по виску скатывается первая капля пота.

Не медлю ни секунды, метнувшись к бесчувственной докторше. Подхватываю ее на руки и вылетаю в коридор. В мою сторону спешит Кирин, которому я передаю девушку.

– Унеси ее подальше отсюда, – командую ему, а сам возвращаюсь обратно в палату.

Ребята выглядят бледными. Джеральд уже сидит рядом с койкой. Я подхватываю парня, закидывая его руку себе на плечо и практически волоку из комнаты. У дверей нас перехватывают два вампира из охраны. Я передаю им друга и возвращаюсь в палату снова.

Реас и Вернер больше не держат Кэтрин. Бледный гипнотизер сидит, привалившись спиной к стене, и шумно дышит. Мне на помощь приходят новые вампиры, но первый тут же падает на колени и хватается за голову.

– Тащи его отсюда! – командую его напарнику. Тот не медлит и вытаскивает товарища за пределы палаты. Я же вывожу Реаса и возвращаюсь за Вернером.

– Я почти… в порядке, – убеждает меня громила, смотря на меня затуманенным взором. – Кажется, малышка наелась, – сообщает он с хмыканьем.

Поджимаю губы и смотрю в сторону Кэтрин. Приборы продолжают часто пищать, но вампирша больше не мечется на койке. Дыхание ее частое, но и только. Я непроизвольно бросаю взгляд на длинные худые ноги, обнаженные в процессе борьбы белые бедра.

– Не трогай ее, – ворчит Вернер. – Я по твоему… взгляду вижу, что ты… готов ее убить.

– И сделаю всем большое одолжение, – огрызаюсь в ответ. – Поднимайся, – помогаю другу встать на ноги. – Мы не знаем, когда она снова проголодается.

– Ага, – кивает Вер, но, сделав шаг, вскрикивает: – Стой!

Прослеживаю за его взглядом и наблюдаю невероятную картину. На лбу Кэтрин светится бирюзовая точка. Что за…?

Дверь в палату открывается, едва не слетев с петель. Первым, широко шагая, заходит Дэниел, следом, поняв, что буря миновала, проскальзывает Роксана, а потом и все остальные. Отмечаю, что Джеральд и Реас выглядят неважно, но уже на ногах.

– Что у нее, бл*дь, за точка на лбу? – спрашивает наш главный.

– Могу предположить, что это… третий глаз, – неуверенно трясущимся голосом произносит Роксана.

– Третий глаз? – уточняет Дэниел. – Эта пигалица уложила двоих…– он бросает взгляд на Вернера, – почти троих моих ребят, даже не пошевелив пальцем.

– Нас предупреждали, что она энергетический вампир, – вставляет Кирин.

– Малышка больна, – басит Вернер. – Если моя энергия ее спасет, я не прочь ею поделиться.

– С тобой я поговорю без свидетелей, – холодно отвечает Дэн, сверля нашего громилу острым взглядом.

– Это поразительно, – выдыхает Роксана. Мы все поворачиваем голову в сторону койки и замираем.

Я многое видел в своей жизни, но такое… впервые. Кэтрин продолжает лежать, не шевелясь, а вот каждый ее сосуд начинает сиять. Не нужно смотреть на приборы, чтобы видеть, как пульсирует сердце вампирши, а вместе с ним удивительное лазурное сияние, что прокатывает по хрупкому телу.

– Что это?

Не улавливаю кто это спрашивает, потому что не могу оторвать взгляда от Кэтрин.

– Думаю, – завороженная зрелищем шепчет Роксана, – это энергия, которую она выпила, гасит…нет – выжигает всю дрянь в ее крови. Это потрясающе…

– Да, это потрясающе, – соглашаюсь я с Рокси про себя. И почему-то меня жалит мелькнувшая мысль, что в этой энергии нет ни капли от меня.

Катарина

Тело плохо меня слушается. В первые секунды, когда возвращается сознание, мелькает мысль, что таких кошмаров мне еще не снилось. Эта мысль быстро исчезает, стоит мне только открыть глаза.

Я резко поворачиваю голову в сторону пищащего аппарата. Виски простреливает болью, но это мелочь по сравнению с тем, что я вновь оказалась в лаборатории. Дергаю рукой и только тогда осознаю, что меня крепко связали. Еще и не поленились перебросить ремень через грудь и талию. Пытаюсь хоть чуточку пошевелиться, но тело, судя по всему, накачанное дурацкими лекарствами ощущается слабым и бессильным.

Саднит горло. Сглатываю, но сухость во рту не проходит. Дыхание учащается, когда я понимаю, что снова попала в ад.

Я больше этого не вынесу. Я больше не могу сражаться. Если есть кто-то, там на небесах, он должен понять, что подобное существование невыносимо. Пусть меня признают слабой. Пусть!

Истерика настигает меня. Впервые за последние три года. Я не плакала, когда они измывались надо мной, ломая мне кости. Я не рыдала, жалея себя. А сейчас плачу. Потому что больше не вынесу мучений.

Приборы начинают истошно пищать. Я предпринимаю безуспешную попытку вырваться из ремней, но тщетно.

– Ублюдки!!! – на пределе кричу я и снова, и снова дергаюсь всем телом. Боль от этого остается на границе сознания, которое застилает пелена ярости. – Ненавижу!!! Ненавижу вас всех!!! Я больше не буду вашей крысой! Не буду! – и уже тише, сквозь рыдания: – Не буду…

Спустя мгновение, как я произношу это, появляется белокурая девушка. Она с огромными от шока глазами смотрит на меня, а я сполна оцениваю ее удивление и растерянность. Видимо, новенькая.

– Что, дрянь, не видела такого раньше? – шиплю на нее. – Ты… поплатишься.

Выпускаю свои щупальца, но они так медлительны. Едва я касаюсь чужой энергии, как появляется новое действующее лицо. А точнее старое… Клайд.

– И ты здесь? – шиплю на него и только после этого понимаю, что его в лаборатории быть не должно или… – Это все новый эксперимент, да? Сколько вам всем заплатили, чтобы мучить меня?

– Ты не в себе, – холодно отвечает он.

– Вам надо успокоиться, – из-за спины вампира произносит девушка. Я переключаю все внимание на нее, желая еще раз совершить попытку добраться до ее энергии, но Клайд отталкивает медсестричку в сторону.

– Уйди отсюда, Роксана. Живо.

– Расстояние мне не помеха, – хохочу, извиваясь на койке. – Я сдохну, но утяну вас всех за собой! Ублюдки! Сколько вам заплатили? Предатели! Нравится смотреть, как они издеваются надо мной? Что ты с этого получаешь? А? Что вы с этого получаете??? А может, вы и сами участвуете в создании этих лабораторий? Что ты молчишь?!

– Успокойся, Кэтрин, – тихо, но с угрозой произносит Клайд, делая шаг в мою сторону. Я сосредотачиваю всю свою силу на нем. Щупальца тянутся к нему, но вместо того, чтобы впиться и высосать энергию, они будто ощупывают вампира. Знакомясь, изучая… или ища брешь.

– А ты непрост да? Новый эксперимент? Я должна найти лазейку к тебе? Почему моя сила на тебя не действует?

– Ты не в лаборатории.

– И я должна тебе поверить? – хмыкаю зло.

– А что тебе остается? – делает шаг вперед.

– Подойди ближе, – мурлыкаю и оскаливаюсь, делая рывок. – Я выпью тебя до последней капли!

Дуло пистолета снова нацелено мне в лоб. Улыбаюсь, откидываясь на подушку, склоняю голову на бок и шумно дышу. Весь этот разговор и мои тщетные попытки вырваться отняли последние силы.

– Стреляй, – произношу устало. – Сделай мне милость.

– Ты. Находишься. На военной базе, – произносит четко. – Ты упала в обморок после допроса. Препараты, что были в твоей крови, убивали тебя. Ты в бессознательном состоянии применила свою силу и чуть не угробила троих ребят, – говорит так, будто гвозди вколачивает в крышку моего гроба. – У нас есть повод держать тебя в таком виде. Ясно?

– Выстрели, – продолжаю улыбаться. – Ну что тебе стоит?

Одна из щупалец касается его лица, а я будто своими пальцами чувствую тепло кожи. Как дергается Клайд от этого прикосновения, я тоже замечаю.

– Прекрати применять силу, – процеживает он сквозь зубы.

– Или что?

– Кэтрин, ты не в лаборатории.

– Я так устала, – шепчу в ответ, смотря в глаза вампиру. Тяжесть бессилия придавливает гранитной плитой. Прикрываю глаза и, кажется, отключаюсь.

***

Когда я прихожу в себя в следующий раз, ничего не меняется. Все те же стены больничного отсека, который отделен от остального помещения шторкой. Где-то там, за ней, находится дверь, но с моего места ее не видно. Не сразу понимаю, что вокруг стало тише. Убрали надоедливо пищащий аппарат. Зато один вампир, сейчас дремлющий на стуле неподалеку, никуда не делся.

Где-то на краю сознания мелькает воспоминание или обрывок сна. Трудно точно сказать, что это, но там Клайд точно был рядом. И, кажется, держал меня за руку. Нет, бред…

Тело затекло. Мне хочется сменить позу, но ремни, которые никуда не делись, не оставляют мне выбора. Приходится довольствоваться ерзаньем по простыням. Невольно кашляю, чем и привлекаю к себе внимание.

Вампир поднимает голову и смотрит мне в глаза.

Мы молчим.

Я не применяю силу. Я вообще ничего не чувствую, потерявшись в глубине глаз цвета стали. Если можно порезаться о взгляд, то сейчас я искромсана на кусочки. В принципе, это недалеко от правды. Именно так я себя и ощущаю. Изрезанной, кровоточащей…

– Я правда на военной базе вампиров? – интересуюсь почему-то шепотом, что только больше придает вопросу жалости.

– Да, – холодный ответ, а взгляд все так же продолжает истязать меня.

– С ними все в порядке? – спрашиваю, искренне забеспокоившись о пострадавших от моей силы парнях.

– Уже да.

– А Вернер?

– Что Вернер? – прищуривается Клайд, но и только. Я почему-то обращаю внимание на его руки, сложенные сейчас на груди, как обтягивает ткань черной футболки его мощные бицепсы. И желаю прикоснуться к вампиру, проверить так ли крепки мышцы, как кажутся. – Снова применяешь силу?

– Что? – переспрашиваю и, опомнившись, отвожу глаза. – Я просто беспокоюсь. Вернер лучше других относится ко мне.

– Твоя исповедь на допросе изменила это, – жалит он словами. Не то чтобы мнение одного вампира было мне так важно, но я так устала быть одной, что, видимо, пытаюсь ухватиться хоть за какое-то подобие привязанности.

– Что будет дальше? – не могу не задать волнующий меня вопрос.

– Это будет решать король.

– Можно убрать ремни?

– Нет.

– Ладно, – выдыхаю на грани слышимости.

Очень хочется пить, но я так и не озвучиваю просьбу о стакане воды. Позорно боюсь, что она может стать последней.

***

Следующие пару часов я стараюсь как можно меньше привлекать внимание Клайда. Я не смотрю в его сторону, не пытаюсь дотянуться до него своими щупальцами. Я даже глаза не открываю и мало шевелюсь. Мне не привыкать. В последние месяцы в лаборатории я приобрела замечательный навык – застывать.

Все приходит в движение неожиданно. В палату заходит мрачный вампир, от вида которого мне хочется втянуть ручки-ножки в себя, и расстраиваюсь, что я не черепашка. Без предисловий этот грозный тип подходит к моей койке, склоняется надо мной, уперев одну руку в край постели. Прежде чем начать говорить, он нацеливает на меня палец и без страха смотрит мне в глаза. Ничего хорошего в его глазах я не вижу.

– Только рыпнись, – произносит он устрашающим низким голосом. – Ты чуть не прикончила моих ребят. И если посмеешь еще раз провернуть этот фокус, я откручу тебе твою расчудесную головку. Усекла?

– Да.

Он отталкивается от койки, встает ровно, и, продолжая смотреть на меня, командует Клайду:

– Снимай ремни, – и уже мне, злорадно улыбаясь: – За плохое поведение поставим тебя в угол. Камера шесть ждет тебя.

– У вас так много посетителей? – не могу сдержаться и язвлю в ответ. От моих слов странный тип, что, судя по всему, является начальником остальных ребят, мрачнеет лицом.

– Не переживай, ты у нас почетная гостья, – процеживает он сквозь зубы и, развернувшись, скрывается за шуршащей занавеской.

Клайд освобождает меня от ремней в тишине. Получив свободу, я не делаю резких движений и неуверенно сажусь. Появляется Реас, такой же мрачный, как и его босс. Он не говорит мне ни слова, лишь кладет стопку одежды рядом со мной.

– Мы ждем за дверью, – бросает он Клайду и удаляется.

Спускаю ноги с кровати, ощущая себя как никогда разбитой. Если бы мне кто-то помог сейчас переодеться в выделенную бесформенную робу белого цвета, какие носят все герои фильмов о психиатрических клиниках, я бы расплакалась от благодарности.

Но в медблоке только я и Клайд, а просить этого вампира о чем-либо, мне тошно. Поэтому я, не стесняясь, принимаюсь стаскивать с себя медицинскую рубашку, в которую меня когда-то успели облачить, и даже не отворачиваюсь, чтобы прикрыть когда-то красивую грудь, впалый живот и выпирающие ребра. Сомневаюсь, что мой вид сейчас может пробудить в мужчине хоть что-то кроме брезгливости. Навряд ли Клайд меня будет жалеть. Как я поняла, этим ребятам подобное чувство не знакомо.

Справившись с одеждой, я, направляемая молчаливым воином, выхожу в коридор, где нас ожидают Реас и незнакомый мне вампир. Никто не произносит и слова, пока мы движемся к камере номер шесть. Я также молча захожу в выделенную мне клетку и не оборачиваюсь, когда она захлопывается.

Операция по доставке особо опасной преступницы прошла без жертв…

ГЛАВА 4

Катарина

Они все же решают меня покормить… Спустя еще пару-тройку часов. Правда мой аппетит заметно угасает, когда в камеру входит недовольный Клайд. По тому, как он небрежно ставит на стол поднос, от чего проливается жидкость из стакана, я делаю вывод, что роль официанта вампира раздражает.

Я слежу за ним из угла кровати, куда забилась после осмотра своей камеры. Примечательного в ней ничего нет. Узкая, вытянутая комната без окон. Безликая металлическая кровать с жестким матрасом, маленький квадратный стол, стул – вот и вся меблировка. За небольшой ширмой в дальнем углу находится унитаз и раковина. Изучив потолок, я поняла, что угол этот остается недоступен для обзора камеры. И на том спасибо.

Ожидаю, что Клайд уйдет, выполнив свою миссию, но он не спешит покидать меня.

– Не хочешь поблагодарить? – спрашивает, остановившись рядом. Мне кажется, он нарочно провоцирует, и я не сопротивляюсь злости, что охватывает меня.

– Поблагодарить – это встать на колени и отсосать тебе?

– Мне хватит и банального спасибо, – морщится он так, будто я предложила ему что-то гадкое. Это неожиданно сильно задевает меня. И я решаю, что лучше будет ничего ему не отвечать. Я измотана, голодна и плохо соображаю.

Клайд фыркает, и, так и не дождавшись слов благодарности, уходит.

***

Еда оказывается на удивление вкусной. В сложившейся ситуации я ожидаю к себе другого отношения, но, видимо, слишком плохо думаю о сородичах или просто перестала ждать чего-то хорошего от других. Больше, чем еда, меня удивляет наличие небольшого стаканчика с кровью. И, как бы не звучало банально, это вселяет надежду, что все не так плохо, как мне кажется. Ну стали бы они меня подкармливать, если бы собирались держать в плену?

Кровь я оставляю на самый конец. Так как я ослаблена и голодна, то каждое кормление вызывает сонливость. Обычно для здорового вампира прием человеческой крови приносит насыщение, но никак не желание вздремнуть. Я же прекрасно осознаю, что, выпив те жалкие выделенные граммы, рискую впасть в спячку на несколько часов.

Есть вероятность, что именно этого и добиваются вампиры. Или все же это моя паранойя…

Закончив трапезу, я иду на риск и залпом выпиваю кровь. Вкусная…

От стола до койки пара шагов. Я успеваю преодолеть их как раз, когда кровь опускается в желудок. Вытягиваюсь на кровати, стряхнув тапки. Блаженное тепло охватывает тело. Последние силы уходят на то, чтобы накрыть себя одеялом, и я проваливаюсь в водоворот наслаждения.

***

Не знаю, сколько времени провожу во сне, но, проснувшись, отмечаю, что подноса уже на столе нет. Я и не почувствовала, как кто-то был в камере. Это самое страшное для меня – упустить контроль над ситуацией. Но разве я уже этого не сделала? Вот я, на военной базе, вроде бы спасенная ведьмами из лаборатории и в то же время плененная сородичами. А все почему? Потому что не контролировала свою силу, и она вырвалась на свободу.

Какой сейчас час? Да мне так никто и не сказал, какой идет месяц. Лишь упоминание вскользь, что подходит к концу год, но и это слишком расплывчатая информация. Осень ли еще или уже декабрь?

Я так давно не ощущала свежего воздуха. Так, чтобы вдохнуть полной грудью, почувствовать бодрящий морозец или едва уловимый теплый ветерок. Я давно не видела солнца… Еще до похищения, пройдя обращение, не могла показаться на улице днем. Особенность нашего вида. Со временем вампиры перестают скрываться в ночи, но первые годы после обращения, солнце причиняет нам вред. Интересно, а сейчас как оно будет влиять на меня?

Мысли текут неспешно. Мне нечем заняться, кроме как думать о своей судьбе. Оставят ли меня здесь или решат отправить к родным, а может… Нет, надеюсь, что нет. Я не сделала им ничего плохого, чтобы уничтожить меня. Но эта мысль, что должна была мелькнуть и пропасть, задерживается в моей голове и начинает отравлять разум.

У вампиров есть повод меня бояться. Порой я сама себя боюсь. И я опасна. Опасна для всех, а значит, самый легкий путь – устранить. Думаю, именно оставлять меня в живых или нет, сейчас и решает король. Почему-то я уверена, что рисковать ради одной единственной вампирши он не станет. Тысячи жизней против одной моей? Выбор очевиден.

Только зачем тянуть?

И может, тот стаканчик крови был последней блажью перед концом?

Я откидываюсь на спину и прикрываю глаза рукой.

Наверное, стоит попытаться раскинуть щупальца и разведать обстановку. Тренировки. Мне нужны тренировки, если я хочу выжить. Но смогу ли? Если я так опасна, как все думают, то не лучше ли будет смириться с судьбой?

И так по кругу – смирение, возмущение, желание жить, страх и снова смирение с судьбой.

Время тянется медленно. Кажется, я снова погружаюсь в дрему, а когда выскальзываю из нее, то мысли накидываются на меня.

Лучше уж спать.

Клайд появляется неожиданно. В руках у него снова поднос с едой. По сосущему чувству в животе, понимаю, что прошло достаточно часов, чтобы проголодаться. Вампир не говорит мне ни слова. Я тоже молчу, наблюдая за ним.

Он уходит, а я сползаю с койки и принимаюсь жадно есть. Снова стаканчик крови на десерт, и снова блаженное забытье.

И так раз за разом.

Если ориентироваться по трапезам, то в камере я нахожусь третьи сутки. Сил заметно прибавилось. Я уже не выпадаю из жизни надолго и все больше бодрствую.

Сейчас я жду очередного прихода моего личного официанта. Клайд точен, как часы. У меня их нет, чтобы убедиться в этом, но я почему-то уверена в своих мыслях.

На сей раз в руках у Клайда помимо подноса стопка журналов. Он кидает их на кровать мне в ноги, а после ставит еду на стол.

– Что это? – подаю голос впервые с нашего последнего разговора.

– Журналы, – он задерживается у двери.

– Зачем?

– Тебе же нечем заняться. Вот, почитай. За пять лет многое изменилось. Все эти ваши бабские штучки, – произносит он брезгливо.

– Спасибо, – прячу руки под мышками, застеснявшись своих обгрызенных ногтей. Мои волосы, наверное, выглядят тоже не самым лучшим образом. Да и принимала душ я несколько дней назад…

– Ешь, пока не остыло, – произносит Клайд неожиданно мягко. Вскидываю голову, чтобы рассмотреть его лицо, но он уже отвернулся. Через секунду за ним захлопывается дверь.

Принимаюсь за трапезу, а после нее, устроившись на койке, беру первый журнал. Новенький и нечитанный ранее. Значит, купленный специально для меня. На обложке какая-то размалеванная полураздетая девица, но главное для меня не это. Я наконец-то узнаю, что сейчас за стенами ноябрь. Мой любимый месяц в году.

Клайд

Решение Дэниела приставить меня к Кэтрин в роли надзирателя настроения мне не добавляет. Не знаю, почему так остро реагирую на эту вампиршу, но то, что она меня раздражает, я скрыть никак не могу.

Мне остается только надеяться, что король примет решение как можно быстрей.

Думаю, роль надсмотрщика пришлась бы больше по душе Вернеру, но его Дэн отправил по делам в другой город. Все произошло ровно так, как я и предсказывал.

Поэтому своей раздражительности на вампиршу я даже немного рад. Не хватало еще испытать жалость, глядя на изможденную девушку, и совершать необдуманные поступки.

Мы с Кирином через камеру наблюдали, как в считанные минуты малая доза человеческой крови, буквально свалила девушку с ног. Слишком ослабленной та была. И признаюсь, когда я пришел забирать поднос в первый раз, стоило только посмотреть на спящую Кэт, как на долю секунды что-то похожее на сочувствие ужалило меня.

Благо, что это все продлилось недолго. Теперь Кэтрин чаще встречает меня ясным взглядом широко распахнутых глаз. А я бешусь от этого, потому что не знаю, испытывает ли она на мне свою силу или прикидывается беззащитной.

Кирин теперь день и ночь следит за Кэт. Фиксирует ее активность, режим. И идея с журналами была тоже его. Дэн нам голову открутит! И почему я только поддался на эту авантюру?

– Ну что там у нас? – спрашиваю у Кирина, когда спустя два часа после завтрака возвращаюсь к нему в наблюдательный пункт.

– Читает, – бросив мимолетный взгляд на экраны, отвечает он. Я ставлю перед ним кружку с чаем и усаживаюсь неподалеку.

– Побыстрей бы уже решили с ней вопрос, – делаю глоток из своего бокала, наблюдая, как Кэт сосредоточенно изучает журнал.

– Такие дела быстро не делаются, – философски замечает друг. Мы молчим. Кир что-то сосредоточенно строчит на компьютере. Я же продолжаю следить за Кэтрин. Судя по всему, сегодня девушка не планирует дремать после трапезы.

Она переворачивается на живот и болтает ногами в воздухе, изучая одну за другой странички прессы. И ведь знает же, чертовка, что за ней следят, но ведет себя так расслабленно. Хотя… Тут я напоминаю себе, при каких обстоятельствах она была найдена. Для нее же привычно быть под наблюдением.

Испытываю омерзение, представляя, что испытала вампирша за прошедшие пять лет. Усилием воли не позволяю себе сдвинуться с места, когда меня накрывает желание вырубить все эти камеры к чертовой матери. Но тогда я не буду видеть Кэт…

И почему я не могу оторвать от нее взгляд?

– С тобой все в порядке? – вырывает меня из мыслей голос Кирина.

– М? – перевожу взгляд на друга, который приподнимает вопросительно брови. – Все отлично.

– Ты так хочешь от нее избавиться? – серьезно спрашивает он. – Это жестоко, Клайд, даже для тебя.

Прекрасно понимаю, что он имеет ввиду. Ведь сейчас решается судьба вампирши. И перевес, увы, не в ее сторону.

– Я не настолько бессердечен, чтобы желать ей смерти.

– Рад это слышать, – он бросает взгляд на монитор, где Кэтрин, чтобы размяться, ходит по комнате и делает махи руками. – Надеюсь, ей дадут шанс.

– И это принесет нам кучу неприятностей, – фыркаю и делаю глоток уже остывшего чая.

– Кто знает, – прищуривается Кирин, глядя на меня.

Катарина

Журналы захватили меня настолько, что я потеряла счет времени. Поэтому приход Клайда стал для меня неожиданностью. Я поднимаю голову от журнала, который читаю, сидя за столом, и смотрю на вошедшего вампира. Он ведет себя, как и обычно невозмутимо – ставит на стол поднос, забирает тот, что остался с завтрака, и направляется на выход.

– Спасибо, – говорю ему в спину. Зачем пытаюсь завязать с ним разговор, сама не знаю. Наверное, мне хочется общения.

– На здоровье, – кидает, так и не обернувшись, воин и захлопывает за собой дверь. Вот и поговорили.

Правда задумываться над недружелюбным поведением вампира мне сейчас некогда. Если бы не журналы, я бы обязательно предалась размышлениям, но новомодные штучки куда интересней угрюмого воина.

В какой-то момент после трапезы я все же уплываю в сон, хотя кровь была в меню только на завтрак (если это был завтрак). Я так до сих пор и не знаю, какое время суток за стенами.

Просыпаюсь буквально за несколько минут до очередного прихода Клайда.

– Снова есть? – ворчу, как только открывается дверь камеры.

– Можешь не есть, – внезапно отвечает вампир. Что-то новенькое.

Я внимательно слежу, как он приближается к столу, ставит поднос. Сейчас заберет пустые тарелки и снова исчезнет, оставив меня куковать в одиночестве.

Сажусь, подтягиваю колени к груди и…

– Какое время суток сейчас?

– Утро, – сказал, как отрезал. Сразу понятно, что мои расспросы ему как кость в горле. Не могу сдержать разочарованный вздох и очень удивляюсь, когда Клайд спрашивает: – Понравились журналы?

– Да… Там много интересного, нового, что я пропустила за эти годы.

– Здорово.

Собеседники из нас паршивые.

– А… – начинаю я, но понимаю, что просьбу мою все равно отклонят.

– Что? – уже у дверей спрашивает вампир.

– Ничего.

– Говори, раз начала, – приказывает жестко.

– Можно мне в душ?

– Я узнаю.

Дверь захлопывается. Я шумно выдыхаю, выражая так свое недовольство. Как и предполагала, даже такое обыденное действие как принятие душа, мне не полагается. Хотя это холодное «я узнаю» все лучше категоричного отказа.

Так-так-так… Впереди у меня ужин… Нет. Завтрак. А после чтение оставшихся журналов. Какое разнообразие, однако!

***

Следующий приход Клайда выглядит, как и все предыдущие – оставить еду, забрать грязную посуду и все это молча.

Тем странней и неожиданней, когда спустя полчаса дверь в камеру снова открывается, являя моего надзирателя. Мне даже не нужно использовать свою силу, чтобы почувствовать, насколько сильно недоволен воин. Ожидать, что не я причина этого, не приходится.

– Вставай. Я отведу тебя в душ. У тебя будет пятнадцать минут, – ставит меня в известность этот невыносимый мужчина. Уверена, если задержусь в ванной хоть на секунду больше, он ворвется и вытолкает меня оттуда. Но это же душ!!! Стоит только радости от предстоящих водных процедур захватить меня, как Клайд осаждает новостью куда более важной. – Через час прибудет король.

Сказать на это мне нечего. Вот значит, как. И вовсе не мою просьбу исполняют, а просто приводят в порядок перед вынесением приговора. И в гроб класть можно сразу, не заботясь уходом за телом. Помылась же!

В ванной я справляюсь за десять минут. Еще и волосы успеваю подсушить феном. Сделать бы укладку, как у моделей в журналах, и при полном параде явиться на свою казнь, но в средствах я ограничена. Обидно. Зато удивляет наличие чистой одежды в камере. И не какой-то робы, а настоящей одежды – черного спортивного костюма и такой же черной футболки. Отлично! От белого меня уже порядком воротит.

Когда Клайд приходит за мной, чтобы отвести на встречу, я подмечаю, что выгляжу как вампир из их отряда. Хотя нет, не дотягиваю. На ребятах черная военная форма. И смотрится она очень и очень соблазнительно. Вот у вампира, что идет впереди, она так хорошо подчеркивает его задницу. М-м-м…

– Применишь силу, вырублю, – процеживает сквозь зубы Клайд, заметив, как я пялюсь на впередиидущего.

– Даже не собиралась, – фыркаю в ответ.

– Ей просто нравится мой зад, – не оборачиваясь, комментирует воин, которому я уделила столь неприличное внимание. – Все девушки балдеют от моей задницы.

– Разговорчики! – гаркает кто-то в конце коридора. Ну не кто-то, а Дэниел. Тот самый… жуткий до ужаса мужик, который обещал мне все муки ада. От неожиданности я вздрагиваю и вжимаю голову в плечи. Ну почему я не черепашка!

Под хмурым холодным взглядом Дэна я захожу в уже знакомую комнату, где я собственно впервые и познакомилась с королем и всей этой шайкой.

Маркус, как и в прошлый раз, сейчас занимает место во главе стола, а вот остальные места… Ого! Их оказывается столько много!

Воины, не меньше десятка, восседают по обе стороны от нашего правителя. Еще столько же рассредоточились по комнате. Неужели они считают меня настолько опасной? Или же решили подобным образом надавить на меня?

Внутри просыпается упрямство. Вот уж нет! Так просто я не сдамся!

***

Моя решимость все же ослабевает, когда я занимаю свое место напротив короля, а по двум сторонам от меня усаживаются Клайд и Дэниел. Последний одаривает меня таким взглядом, что последние капли уверенности с шипением испаряются из моего разума.

Мне бы сейчас хотя бы чуточку поддержки, но Вернера здесь нет. Уверена, его присутствие меня бы приободрило. Мда.

– Здравствуй, Катарина, – первым приветствует меня король. Тут то я и соображаю, что поступила очень нагло, молча усадив свой зад. Вот же…

– Приветствую вас… мой король, – блею я. Жертвенная овца перед алтарем, не иначе.

– Обойдемся без официоза. Мы все тут свои.

Кхе.

На реплику Маркуса я могу лишь слабо кивнуть.

– Итак, – меж тем продолжает король, – я собрал вас всех неслучайно. Каждый изучил досье Катарины и не стоит напоминать, по какой причине мы здесь, – мужчина на секунду умолкает, будто собираясь с мыслями. – Мое решение многим покажется возмутительным, но прошу вас, обдумать его как следует.

– Вы – король. Ваше слово – закон, – осмеливается вклиниться в речь правителя Дэниел. Вот уж точно отмороженный тип.

– Благодарю за доверие, Дэн, но… я такой же вампир, как и вы. Всем свойственно ошибаться. Только вот я возлагаю надежды на благоразумие Кэт. От тебя, Катарина, зависит, оправдаешь ли ты мое доверие и не подвергнешь ли мою власть сомнению.

– Я буду стараться.

Угу… Спокойно приму любую казнь.

– Отлично. Думаю, ты станешь отличным карателем.

Что?!

В комнате повисает тревожная тишина. Что значит каратель? Это вообще кто? И почему я? Меня заставят убивать?

– Спокойно, – командует Маркус. – Это лучшее решение, согласитесь. Катарина обладает уникальной силой, которая поможет нам в операциях…

– Я не буду убивать, – перебиваю короля решительно. – Нет. Вы меня не заставите. Лучше устраните, если так боитесь, но карать я никого не буду. Это слишком жестоко даже для вас!

– А кто сказал, что тебе нужно будет убивать? – приподнимает бровь король.

– Это наша работа, – хмыкает кто-то поблизости от Маркуса.

– Но ведь вы сказали… я стану карателем, – произношу неуверенно.

– Неудобно как вышло, – ворчит Маркус. – Катарина, за время твоего…пленения, в структуре вампирской власти произошли некоторые изменения. По моему приказу был создан отряд карателей. Это особое подразделение, которое занимается оперативными делами и обеспечивает безопасность нашей расы. И да, иногда ребятам приходится убивать, но поверь, жалеть тех, кого карают, не стоит.

– То есть каратели – это что-то наподобие спецназа у людей?

– Если тебе так проще понимать, то да, что-то наподобие.

– Ясно, – киваю, но, честно говоря, ничего не понимаю. У меня нет нужной подготовки. У меня кроме силы ничего нет. А ведь именно сила им и нужна. Только… – Моя сила… Я еще недостаточно владею ею.

– Помимо силы тебе придется научиться еще многому. Именно поэтому завтра ты отправляешь на военный полигон, где готовятся будущие солдаты нашей армии. Будешь проходить обучение там.

Это все так неожиданно. Чертовски неожиданно. Я готовилась к худшему сценарию, но к такому… Нет! И есть ли у меня выбор? Могу ли я отказаться? Отпустят ли меня?

Эти вопросы я озвучиваю вслух. Ожидаю ответа от короля, но дает мне его, сидящий рядом, Дэниел:

– Я лично оторву тебе голову. Еще что-то хочешь узнать?

– Давно у вас женщины не было? – выпаливаю зло и тут же ищу глазами пути отступления.

– Интересно, если ты лишишься языка, на твоем даре же это не отразится?

Я только открываю рот, чтобы ответить очередную колкость Дэну, но тут вмешивается король.

– Извините, что прерываю, мне очень любопытно, чем бы это все закончилось, но есть более важные дела. Катарина, – обращается непосредственно ко мне, – мы не можем тебя отпустить. Ты должна это понимать. Тот шанс, что тебе сейчас предоставляется, не так плох, как кажется изначально. И все же… если ты решишь отказаться, но дай знать. У тебя время до завтра. А сейчас, Клайд, сопроводи Кэт в комнату. Нормальную комнату, – подчеркивает Маркус. – Остальных прошу остаться. Буду слушать ваши возмущения.

Я покорно поднимаюсь, выхожу в коридор и следую за моим надсмотрщиком. Голова начинает гудеть от десятков мыслей, что роятся в ней.

– Катарина, – Клайд окликает меня неожиданно по имени, стоя на пороге знакомой комнаты, где я отдыхала, впервые попав сюда, – не делай глупостей.

– Я и не собиралась, – отвечаю рассеянно. Почему-то мне кажется, что он хотел сказать что-то другое, но узнать мне это уже не дано. Дверь за Кладом, как всегда захлопывается раньше, чем я успеваю произнести еще хоть слово.

***

Конечно же я согласилась с решением короля. Долго обдумывать его мне и не пришлось, хотя и расслабиться после смирения со своей судьбой не получилось.

Клайд уже привычно снабжал меня едой, но даже его присутствие прошло будто мимо меня.

Я думала, вертела и так, и эдак слова короля и все больше и больше понимала, что подобный шанс – лучшее, на что я могла рассчитывать. Эгоизм во мне шептал, что хорошо было бы вырубить здесь всех и постараться сбежать, получить долгожданную свободу. Наверное, так бы и поступила вчерашняя Катарина – жертва исследователей, но сегодняшняя я была настроена иначе. Ведь моя сила действительно могла помочь тем, кто еще томится в других лабораториях.

И еще… я не позволяла себе думать о нем последние годы, но сейчас, вырвавшись из плена, осознала, что хочу увидеть Томаса, парня, с которым мне приходилось участвовать в эксперименте по деторождению. Трудно объяснить, чего я ожидала от подобной встречи. Наверное, когда встречусь с ним, тогда и пойму.

***

Я опьянена…воздухом. Мы с Клайдом и Джеральдом, тем самым вампиром с красивой задницей, стоим на асфальтированной площадке у базы. Клайд как всегда невозмутим. Джеральд в ожидании осматривается вокруг. А я дышу.

– С тобой все нормально? – интересуется Джер, когда я, не моргая, уже несколько минут пялюсь на небо.

– Я впервые за пять лет вышла на улицу, на свежий воздух. Как думаешь, могу ли я себя нормально чувствовать? – отвечаю, переводя на него ошалелый взгляд.

– Мы не замечаем прелести жизни, пока нас этого не лишают, – понимающе улыбается он.

– Ты абсолютно прав, – киваю и вспоминаю, по какой причине мы тут. – Когда за мной приедут?

– Приедут? – ворчит Клайд. – Уж скорее прилетят.

Тут-то в небе и раздается приближающийся гул вертолета.

– Что? – округляю глаза. – Лететь?!

Я ни разу в своей жизни не летала. Ни на самолетах, ни на вертолетах. Как-то не было нужды. И честно признаюсь, я капельку побаивалась. Ведь я была человеком, а когда стала вампиром, не успела полетать. А сейчас вот…

– Но ведь… А если моя сила внезапно вырвется, и я… пилота… – шепчу ошарашенно и добавляю уверенно: – Я не полечу.

– Без паники, – усмехается Джеральд. – Все будет хорошо!

Хорошо?! Я даже делаю шаг назад, но Клайд ловко хватает меня за локоть и держит крепко-крепко.

– Попытаешься сбежать – прострелю ноги, – заявляет он. – Тогда сбежать не получится, а полететь ты все равно полетишь.

– Да пошел ты, – шиплю на него. И так хочется вырваться из его хватки, но я лишь и могу, что дрожащим зайцем ожидать приземления вертолета. Черного, блестящего и очень шумного.

Как только его полозья касаются асфальта, черный силуэт спрыгивает на землю. Спустя несколько секунд я узнаю Вернера. Он улыбается, бодро шагая в нашу сторону.

– Здорово, ребят, – басит Вер. Его голос слышно даже за шумом вращающихся винтов. – Готова?

– Ага, – расплываюсь в ответной улыбке и сама делаю шаг навстречу вампиру. На мгновение мне кажется, что Клайд отпускает меня неохотно. Хотя уверена, он только и рад от меня отделаться.

– Пока, – машу вампирам на прощание рукой. – И спасибо, – это уже персонально для Клайда. Тот лишь едва кивает мне в ответ.

– Не шали там, – смеется Джеральд.

В вертолете Вернер помогает мне пристегнуться, протягивает большие наушники.

– Все в порядке? – спрашивает он.

– Да.

– Летала раньше?

– Н-нет.

Вер усмехается и крепко сжимает мою ладошку.

– Успокойся. Все будет хорошо. Тебе даже понравится.

И он оказывается прав. Его присутствие меня успокаивает. Когда мы взлетаем достаточно высоко, я могу любоваться раскинувшимися под ногами пейзажами с огнями поселений и городов. Я не спрашивала ранее, как далеко меня собираются отправить, но по непродолжительному полету понимаю, что военная база находится не больше чем в ста километрах от полигона. Конечно, мне интересно, почему меня не отправили на машине, а потом понимаю – они боятся, что я могла сбежать. Все же выбраться из летящего вертолета проблематичней.

А я сбегать никуда и не собираюсь. Я собираюсь начать новую жизнь.

***

Вернер покрутился со мной на полигоне практически до самого утра. Показал, где и что расположено, где я буду жить, а где тренироваться. Очень расстроило, что вампир покидает меня, но плакать, как маленькая девочка, я не собиралась.

А дальше закрутилось-завертелось. Скучать не приходилось. Попросту не было времени.

Сначала парни восприняли меня с подозрением. Ведь среди карателей не было женщин. По крайней мере, я таких не наблюдала. Но спустя неделю контакт был налажен.

По возрасту я была самой старшей. Угу. Кто-то из будущих военных еще не прошел свое обращение, кто-то едва переступил эту черту. Выпускались отсюда ребята как раз через пять лет после того, как становились вампирами. Конечно же, сразу их не брали в отряд. Оставляли обычными солдатами, призванными поддерживать порядок и в случае необходимости помогать карателям. Дослужиться до почетного звания и вступить в В.О.К. (вампирский отряд карателей) могли не все. Король лично отбирал бойцов.

А мне даже напрягаться не пришлось. Так, мелочь – пробыть в плену пять лет. Хех.

И все же на полигоне мне понравилось. Место для сна мне было выделено в общей казарме, но как бы немного в сторонке. И несмотря на это, никто не сделал попытки пристать ко мне. Парни относились с уважением. Никаких пошлых шуточек и подначек. За одно это я ценила их.

На занятиях мне помогали и растолковывали как малому ребенку, что и как делать. И если в теории я быстро догнала всех, то на практике показывала самые худшие результаты. Физически я была очень и очень слабой.

Зато у меня была моя сила. И помимо общих дисциплин мне приходилось заниматься самостоятельно, чтобы научиться управлять даром. Как это сделать, я даже не представляла и начала с малого – книг по психологии и эзотерики. Неожиданно это дало результаты и теперь большую часть времени я могла управлять силой. По крайней мере, мне очень хотелось так думать. Я научилась справляться со вспышками раздражения, злости так, чтобы сила не тянула из окружающих энергию. И даже если я устала, то она не распускала щупальца.

В общем, новая жизнь мне явно пришлась по вкусу. И я надеялась, что так и будет продолжаться дальше, но…

ГЛАВА 5

Клайд

С отбытием Катарины на полигон наша жизнь вернулась в привычное русло. И, казалось бы, надо радоваться этому, но на меня будто навалилась апатия и тоска. Я отмахивался от мысли, что это связано с вампиршей, потому что это глупо, но и других причин впадать в печаль не было.

И еще я заметил, что любая новость о Кэт вызывала во мне интерес. Только вот Дэниел особо не распространялся насчет успехов вампирши на полигоне, а показывать свою заинтересованность я не спешил. Мало ли что! Еще приставит снова нянькой. Хотя… это разнообразило бы мою жизнь.

Наверное, мы просто немного застоялись без действий – к такому выводу пришел я.

Ведьмы, оборотни и группа вампиров искали новые лаборатории, но особых результатов это пока не приносило. Люди же ни словом не обмолвились о захвате исследовательского центра. Знали, что это выйдет им боком. Вот в таком напряженном ожидании все и находились.

– Эй, Клайд, ты идешь? – окликает меня Джеральд.

– Куда? – возвращаю штангу на место и сажусь.

– Разве тебе не пришло сообщение?

– Я не проверял.

– Нас вызывают. Через полчаса должны явиться к Дэниелу.

– Понял. Я в душ.

– Интересно, что такого срочного? – спрашивает Джер. – Дэн в последнее время не в духе.

– Работа у него такая, – отвечаю первое, что приходит в голову. Задумываться над поведение нашего начальника нет никакого желания. Со своим бы состоянием разобраться.

– Может, Кэт была права, и ему стоит найти ба… Эй! Это еще кто?

Я вскидываю голову и, как и Джеральд, только и успеваю заметить в конце коридора мелькнувший силуэт, скрывшийся за поворотом.

Посторонних здесь быть не должно!

Мы с Джеральдом припускаемся вперед. Я на ходу выхватываю пистолет.

– Стоять на месте. Руки за голову, – выкрикивает Джер, когда мы выныриваем из-за угла. Облаченный в черный костюм с капюшоном незнакомец замирает и выполняет наши требования. Анализирую противника в мгновение ока – низкий рост, щуплое телосложение, но недооценивать нельзя, может быть вертким и быстрым.

– Повернись. Медленно, – командую уже я, и в ответ мне прилетает смешок.

– О боги, Клайд, ты опять? – звучит знакомый голос, а потом Кэт встает к нам лицом. – Руки-то можно опустить? Привет, Джер.

– Какие люди! – восклицает друг, пряча пистолет. Я медлю долю секунды, чем заслуживаю хитрый прищур голубых глаз. – А что ты тут делаешь?

– Дэниел вызвал, – недовольно произносит Катарина и наконец-то скидывает капюшон.

– А! Так ты не в ту сторону пошла. Собрание там, – он указывает большим пальцем себе за плечо.

– М? Да я вообще тут заблудилась, если честно, – подходя к нам, говорит Кэт. Я молчу. Только лишь подмечаю изменения во внешнем облике вампирши. За месяц на полигоне она заметно похорошела и теперь мало походит на ту изможденную вампиршу, что доставили к нам ведьмы.

– Пошли, провожу, – Джеральд по-свойски обнимает Кэт за плечи и совершенно не обращает внимания на то, как дергается девушка от этого прикосновения. – Ну, рассказывай, что натворила?

– Да ничего… такого, – тихо говорит Катарина. – Ты не мог бы… отстраниться.

– Ой, прости.

– Ты не виноват, – выдыхает, как мне кажется, облегченно вампирша. – Просто я еще недостаточно владею силой. Лучше не рисковать… Получать по шее, больше чем надо, мне бы не хотелось.

– Понял. Заметано. Ну так как тебе наш военный полигон? Хороши мальчишки?

– Хороши, – смеется Катарина. Почему-то ее ответ вызывает глухое недовольство. Вот она оказывается, чем занималась! Строила пацанам глазки!

– Прошу, – раскрывает перед ней дверь переговорной Джеральд. Явно выпендривается и, так же как и Вернер, хочет втереться в доверие к девушке. Бесят! Причем все трое.

Улыбаться Кэт перестает, как только видит, что в комнате собралось достаточно много карателей. Она робко заходит внутрь и занимает привычное место. Я же сажусь на единственно свободный рядом с вампиршей стул, а недовольный моим маневром Джеральд отправляется на другой край стола.

– А вот и наши опоздуны, – явно насмехается Дэниел, который сидит сейчас на месте короля и, судя по всему, ощущает себя так же.

– Извините, это я их задержала, – без тени раскаянья произносит Кэт. Стойкая девочка.

– Ну кто бы сомневался, – комментирует Дэн. – Раз все здесь, начнем. Собрались мы по одной маленькой и ничтожной причине, правда, Катарина.

– Вам видней, но раз собрали столько народа, то не такая она и ничтожная, – фыркает.

– Мы с королем весь месяц следили за твоими "успехами". И если с теорией ты справляешь, то практика оставляет желать лучшего.

– А вы считаете, что я за месяц должна стать суперсолдатом?

– А ты считаешь, что раз была в плену, то все должны тебя жалеть?

Не знаю, чего конкретного от Катарины хочет добиться подобными словами Дэн, но ее реакция следует незамедлительно. Пусть девушка остается внешне невозмутимой, глаза, в миг приобретшие бирюзовое сияние, выдают ее с головой.

– Хм, – ухмыляется Дэниел. – Неплохо. И даже никого не хлебнула.

Так как я сижу рядом с девушкой, то отчетливо слышу, как она выдыхает. Ее глаза постепенно возвращают себе естественный цвет.

– Тогда будь добра объясни эти случаи, – Дэн тыкает пальцем в бумаги. Судя по всему, там отчеты с полигона. – Первую неделю ты вела себя хорошо. Тише воды, ниже травы. На второй хлебнула из одного парня. Что он тебе сделал?

– Мы отрабатывали прием. Я не успела увернуться. Он меня сильно ударил. Сила вышла из-под контроля.

– Жалкое оправдание, – комментирует Дэниел. Даже мне становится неприятно слышать, как он принижает девушку. Неужели неясно, что она не может так быстро научиться брать себя в руки? Никто же не озаботился предоставить ей психолога, в конце концов. Она же пережила огромный стресс. И походу я уже начал ее жалеть и оправдывать. Вот дерьмо!

– На прошлой неделе… – меж тем продолжает Дэниел, – ситуация повторилась дважды. М?

– То же самое.

– Угу. И пострадали три парня.

– Как будто я их покалечила, – фыркает Катарина. – Они оправились через десять минут.

– Твоя правда. И мы делали тебе снисхождение. Представляешь? Но твой вчерашний поступок…

– Моя сила меня защищает.

– От кого? У вас была обычная тренировка.

– Серьезно? Я даже с одним противником не могу справиться, а меня уже заставляют отрабатывать бой с несколькими. Я упала и ударилась головой!

– И потеряла сознание…

– И потеряла сознание, – повторяет Кэт, нахохлившись.

– И поэтому твоя сила решила сожрать сразу пятерых.

– Я не контролирую ее в бессознательном состоянии!!! И, в конце концов, однажды именно это может спасти мне жизнь!

– То, что ты вырубишь всех, своих и врагов, в радиусе десяти метров?

– Да и плевать, – рычит Катарина, явно теряя выдержку.

– Серьезно? – продолжает веселиться Дэн.

– Своя шкура дорожа.

– Вот, значит, как… – вмиг растеряв всю веселость, процеживает сквозь зубы наш начальник. – Ты видимо забыла, для чего нужна нам. Отряд карателей – это тебе не балаган. Каждый несет ответственность за жизнь другого. И если ты этого не понимаешь, то тебе здесь делать нечего. И если ты не здесь, то где же?

Явный намек на плохой конец. Все присутствующие это понимают. Я сжимаю под столом кулаки, желая встать на защиту девушки, но не позволяю сдвинуться себе с места. В чем-то Кэтрин права, в чем-то прав Дэн, но разве не он только что сказал, что мы едины. Катарина часть целого, а потому…

– Ты слишком давишь на нее, Дэниел, – слова слетают с губ прежде, чем я успеваю остановить себя. – Думаю, Катарина найдет способ справиться со своей силой. Не будем забывать, что эта сила с ней совсем недавно.

– Защищаешь? – прищуривается Дэн.

– Не я включал ее в наш отряд, но раз она здесь, как ты и сказал, мы несем ответственность за ее жизнь. И ты тоже.

– Вот оно как, – расплывается в коварной улыбке начальник. – В принципе король уже вынес свое решение. Катарина остается на базе. И раз парни с полигона не могут с ней справиться, но уж отряд карателей нас не подведет. Верно, ребят?

– Что ты хочешь этим сказать? – раздается голос Джеральда. Проснулся еще один защитничек.

– Вы и будете ее обучать. Стратегия, стрельба и по списку. Я возьму на себя ближний бой.

– А может, я все-таки вернусь на полигон? – шепчет Катарина. – Я буду хорошо себя вести.

– Ну уж нет, – ехидничает Дэн. – Мы теперь просто обязаны воспитать из тебя настоящего карателя, милая.

Катарина

Я была зла. Нет, не так! Я была в бешенстве!

Все мое самообладание улетучивалось, стоило только Дэниелу начать говорить. Бесит! Как он меня бесит!

Знал бы этот придурок, чего мне стоило научиться контролировать свою силу так, как я контролирую ее сейчас. Да, не полностью, но прогресс есть. И заметный! Еще месяц назад после едких слов, что он позволил себе в присутствии карателей, я бы саданула по нему своей силой, всеми щупальцами обхватила его тело и высосала до последней капли энергию! Р-р-р! Бесит!!!

Я трясу головой, отбрасывая эти мысли в сторону. Главное в моем контроле – это научиться владеть своими эмоциями. Вдо-о-ох – вы-ы-ыдох!

– Дэниел тебя испытывал, – произносит шагающий рядом со мной Клайд. И почему его снова приставили ко мне надзирателем, а? Тоже бесит. Весь из себя показатель сдержанности и пофигизма.

– В жопу такие методы, – рыкаю в ответ и поджимаю губы.

– Тебе видней.

Стоит успокоиться. Стоит! Только как это сложно! И на Клайда я зря рычу, он здесь вообще не при чем. Мое соседство ему доставляет удовольствия не больше чем мне. К тому же этот вампир единственный, кто заступился за меня. Хотя я скорей ожидала этого от Джеральда или Вернера.

– Извини, – произношу тихо, но Клайд меня прекрасно слышит.

– В следующий раз просто старайся игнорировать его. Он со многими так разговаривает. Это его манера общения. Мы уже привыкли. Думаю, он еще не в восторге, что на его шею повесили девушку. Мы тут все привыкли к мужской компании.

– Значит, будут еще недовольные, – ворчу. Да уж. Жизнь усложняют с каждым днем. Мне вот лично все равно. Я на полигоне жила с несколькими десятками парней. И обращались они со мной лучше, чем каратели. Хотя нет, не стоит всех загонять под одну гребенку. Я толком общалась всего с несколькими представителями этого элитного, мать его, отряда.

– Твоя комната, – Клайд открывает последнюю дверь в коридоре. Сразу отмечаю, что поселить меня решили в дальний уголок, чтоб никто не уволок. Ну и ладно!

– Отлично. Спасибо.

– Моя комната напротив, если что-то понадобится.

– Это намек? – ехидничаю.

– Предупреждение.

– Хорошо, а где комната Вернера и Джеральда?

– Может тебе еще и комнату Реаса показать? – внезапно становится злым вампир.

– Можно и Реаса, – и добавляю, пока не получила по шее: – Вдруг ты будешь на дежурстве, а мне что-то срочно понадобится.

– Значит, потерпишь, – отрезает он и кивает вглубь комнаты: – Заходи. Всем необходимым тебе снабдят в ближайшие дни. И без глупостей, Кэтрин.

– Хорошо, – бубню себе под нос, выполняя требование вампира. Комната выглядит лучше, чем та, где я отсыпалась, в первый раз попав на базу. – А…

Спросить ничего не успеваю. Дверь захлопывается за моей спиной. И все же Клайд ничем не лучше остальных. Противный мужлан! Что усложняет дело, так его устойчивость к моей силе. Тут так просто энергии не хлебнешь, но… Вызов принят!

***

Стук в дверь застает меня, когда я выхожу из ванной после душа. Время уже позднее или раннее, для кого как. В общем, утро, и пора ложиться баиньки. Ночка выдалась сложная и больше всего в эмоциональном плане. Даже об отсутствии последней трапезы я не жалею. Завтра разузнаю, какое тут расписание на еду. Может, Дэн всех держит на одноразовом питании? Да и про тренировки мне никто ничего не рассказал. Никакой дисциплины!

– Пошли на трапезу, – произносит холодно Клайд, когда я открываю дверь. Он, так же, как и я, облачился в черный спортивный костюм. Видимо, мне придется привыкнуть, что теперь черный цвет мой верный спутник.

– Да я не хочу…– блею овцой, но под тяжелым взглядом воина приходится сдаться. – Сейчас обуюсь.

Благо, что волосы успела высушить, не хватало еще заявиться в столовую мокрой, как курица.

Идем молча. Несмотря на всю отмороженной Клайда в плане эмоций, с ним я чувствую себя спокойно. Возможно, это как раз связано с отсутствием зудящего чувства, когда моя сила хочет выпустить щупальца и вобрать чужую энергию. С этим вампиром такой потребности не возникает. Я ощущаю себя нормальной.

И все же расслабляться мне не стоит. Я знаю, что большое скопление народа, ведет за собой такой водоворот энергии, что он может оглушить меня. На полигоне я с этим столкнулась, и пришлось экстренно учиться закрываться от чужих чувств. Делать это, честно сказать, я до сих пор умела хуже, чем не поддаваться и не пить других. Все потому что выпить энергию, что летает бесхозной, легче. Мое тело будто само впитывает ее.

Поэтому, когда заходим в столовую, я готова отразить чужие эмоции, но… сюрприз! Нет даже намека на остаточную энергию.

– Проходи, – шипит на меня за спиной Клайд, и, только тогда я понимаю, что ошарашенно замерла на входе. Делаю шаг вперед, а потом уже следую за вампиром к раздаточному столу, где беру первый попавшийся поднос с едой. Как я понимаю, разнообразием меню тут не отличается.

Никогда не любила пристального внимания к своей персоне. Тут я им уж точно не обделена. Это смущает. Я понимаю, что на базе нет молодых парней. Воины все достаточно взрослые, а значит, потенциально опасные. Именно так я их и воспринимаю. К тому же многие знают о моей особенности, и это не добавляет мне очков доверия в их глазах.

Как же все сложно!

– Я тебе местечко занял, – улыбается Вернер, когда я словно на веревочке двигаюсь за Клайдом. Мой угрюмый проводник усаживается с краю стола, меня же добродушный верзила пропускает к стеночке. Заняв свое местечко, я наконец-то облегченно выдыхаю, так как за большим широкоплечим Вернером меня практически и не видно для остальных воинов.

– Спасибо, – шепчу вампиру и принимаюсь за трапезу. Еда на удивление оказывается очень вкусной. Мой аппетит точно приходит во время еды.

И я очень и очень рада, что Дэниел подходит к нам, когда я допиваю свой чай.

– Твое расписание на эту неделю, – скользит в мою сторону заполненный от и до лист бумаги.

– Спасибо, – не поднимая взгляд на начальника, благодарю его. Пока не найду подхода к этому вредному вампиру, лучше вести себя с ним тихо. И так уже не раз сболтнула в его присутствии лишнего.

– Со всеми, кто числится у нее учителями, я проведу инструктаж завтра на планерке, – будто и не заметив моей благодарности, продолжает Дэн. – Ты, Кэтрин, в планерках пока не участвуешь, но это не значит, что ты можешь опаздывать на занятия.

– Поняла.

– Вот и отлично.

Дэниел отходит от нас, а я не могу сдержать разочарованного вздоха. Смотрю на лист с расписанием, и настроение падает все ниже по мере ознакомления с моим режимом.

Теории больше не будет, но внизу есть отдельная приписка, что необходимую литературу мне доставят. То есть я еще должна выделить из своего личного времени часы для самостоятельного обучения. Спать что ли прекратить? Думаю, тогда я все буду успевать.

– Что я у тебя преподаю? – улыбается Вернер.

– Ничего, – пожимаю плечами.

– Как так?! – бухтит вампир. – Беспредел.

– Дэн тебя наказал, – говорит Клайд воину. – Я предупреждал.

– По-моему, он и меня наказал. Хочу снова на полигон, – произношу расстроенно.

– Не все так страшно, – улыбается Вер и забирает у меня листок. – Я тебе, если что, помогу.

– Спасибо, – возвращаюсь к своему остывшему чаю, пока вампир изучает мое расписание.

– О, Клайд, ты учишь Кэт стрельбе.

– Угу, – только и отвечает вампир. Сразу ясно, что он не в восторге от своей роли в моих занятиях и считает мое обучение заведомо провальным.

– Кир как всегда ведет стратегию и шпионские заморочки. Джер бой с холодным оружием. Он в этом мастер. На Реасе экстремальное вождение. Вот же… я в этом лучше! Так… Дэниел, как и обещал, взял на себя ближний бой. Ну, все не так страшно, как тебе кажется, Кэт.

– Да уж, – выдыхаю. – Там еще занятия в тренажерном зале стоят и на улице. Боюсь даже подумать, что это значит.

– На самом деле занятий могло быть больше. Тебя вот не учат подрывному делу, например.

– Вот спасибо, – ехидничаю. – Наверное, Дэн опасается, что я отправлю здесь все на воздух.

– Ну не стоит отбрасывать и такую версию, – ворчит Вер, не отрывая взгляда от листка. Запоминает что ли мое расписание?

– Пошли, – командует Клайд. Я поднимаюсь из-за стола, даже не подумав перечить ему.

– А мне вот на дежурство, – горюет Вернер. – И, судя по твоему расписанию, пересекаться мы будем редко.

– Я буду тебя навещать, – забирая у него лист (не дай боги потерять его), обещаю вампиру, который сразу приободряется. Машу ему на прощание рукой и догоняю Клайда, который успел отойти к выходу.

Может, действительно, все не так страшно, как мне кажется! Завтра посмотрим… Первым занятием у меня значится стратегия с Кирином. Мы вроде бы еще не знакомы и это дает надежду произвести хорошее впечатление и обзавестись еще одним другом.

– Сладких снов, – говорю Клайду, когда он открывает дверь в свою комнату. Я же не дожидаюсь от него ответа и проскальзываю к себе. Фух! Все же этот вампир вызывает во мне неоднозначные чувства. Особенно настораживает моя потребность узнать его энергию.

Плюхаюсь на кровать и улыбаюсь. Да ну! Он на вкус, наверное, такой же противный, как и в общении. И стоит выкинуть мысли о нем из головы. Да-да! Решено!

***

Следующий день начинается для меня строго по расписанию. Я не собираюсь лишний раз привлекать к себе внимания Дэниела, а для этого требуется неукоснительно выполнять его требования.

В конце концов, если король решил, что мне необходимо обучение по тем дисциплинам, что стоят в расписании, то значит так оно и надо. Да, я не боец, но в жизни может случиться всякое, и даже самые азы могут спасти мою шкурку.

Нельзя полагаться на свой дар. Он слишком нестабилен. Вдруг в один момент он просто пропадет? А что, если я выпью слишком много энергии от одних врагов, и не смогу защищаться с помощью силы от других? Ведь пока я поглощала от трех до пяти вампиров и чувствовала себя пресыщенной. Дар сразу же становился тягучим и ленивым. И в такие моменты я могла рассчитывать только на свою физическую силу.

Поэтому нужно тренироваться!

Подъем, водные процедуры, сборы – это занимает у меня не так много времени. К завтраку я готова заранее и решаю не отсиживаться в комнате.

Коридор пуст, что даже очень неплохо. Путь до столовой я запомнила вчера, поэтому добираюсь без проблем.

Мое появление ожидаемо вызывает любопытство у карателей. По сравнению с утром мужчин не так много. Пусть смотрят, мне не жалко.

Подхватываю приглянувшийся поднос и располагаюсь за тем же столиком, что и на последней трапезе.

Первым знакомым лицом в столовой появляется Вернер. Выглядит вампир уставшим, но стоит ему только заметить меня, как он расплывается в улыбке и машет рукой. Я тоже ему рада.

– Привет, – басит Вер и садится на свое место. Я могу чуточку расслабиться, скрытая от взглядов воинов.

– Привет. Как дежурство?

– Без происшествий. А у тебя как дела? Освоилась? Хорошо спалось на новом месте? Жених приснился?

– Ого, – смеюсь. – Сколько сразу вопросов! У меня все хорошо. Выспалась. Готовлюсь морально к занятиям.

– А жених? – ухмыляется Вернер, как довольный жизнью котяра.

– Кажется, ничего и не снилось, – пожимаю плечами, нагло соврав вампиру. Ну не скажу же я ему, что снился мне другой…

В этот миг "жених", который даже об этой сомнительной роли и не подозревает, нарисовывается в дверях столовой. Ранний вечер, а он уже злой как черт. И почему мне кажется, что я тому причина?

Клайд берет себе поднос, садится за наш столик и, прожигая меня взглядом, интересуется:

– Почему ушла одна?

– Меня никто не предупреждал, – отвечаю ему ворчливо, вмиг становясь такой же вредной, как и он.

– Дэн таких распоряжений не давал, – вставляет Вернер и тоже удостаивается грозного взгляда мистера пофигизма.

– Она еще не ориентируется на базе, – отвечает Клайд. Звучит как отмазка для его вспыльчивости.

– Спасибо за заботу, – говорю спокойно, – но путь до столовой я нашла.

– Умничка, – хвалит меня Вернер. Вот у кого под боком я бы так и сидела, греясь в его тепле и жмурясь от удовольствия. Моя сила с радостью глотает те крохи позитивной энергии, что дарит мне этот вампир.

Чувствую, что Клайд хочет сказать какую-то гадость в наш адрес, но его прерывает новое действующее лицо. Высокий, как и большинство из карателей, но не такой мощный что ли, за наш столик напротив меня садится воин.

– Кирин, – протягивает мне ладонь.

– Катарина, – пожимаю его руку и только в этот момент понимаю, что дотронулась до вампира и… не выпила его. Вау!

Клайд следит за нами внимательным взглядом. Да что с ним сегодня такое?

– Это я буду обучать тебя стратегии и безопасности информационной среды.

– Ого! Тогда вдвойне приятно, – улыбаюсь парню. Он сразу же располагает к себе, что обеспечит нам хорошее общение. Это здорово!

– Та еще лабуда, – смеется Кирин, показывая ямочки на щеках, – но тебе должно понравиться.

– Посмотрим. После пяти лет заточения я конкретно отстала от жизни. Появилось столько всего нового…

– Лак для ногтей в новом цвете выпустили? – спрашивает Клайд.

– И это тоже, – решаю быть паинькой и не вестись на провокацию вампира. Сегодня он что-то совсем на себя не похож.

– У нас стрельба после обеда. Не опаздывай, – произносит грозно и поднимается из-за стола.

– И похоже он меня там пристрелит, – ворчу ему тихо вслед.

– Чувство юмора – это хорошо, – наворачивая кашу, будто это какой-то деликатес, говорит Кирин. – Жить с ним проще.

– Смотри, как уплетает, – заметив мой интерес, ухмыляется Вернер на друга. – Видать впервые за несколько дней вылез из своей коморки с десятком мониторов.

– Неправда, – беззлобно фыркает Кир. – Я вчера на обед приходил.

Тут уж я не могу сдержать хихиканья, а рядом ржет Вернер.

– Эй, прекратите! Включу камеры у вас в комнатах. Будете знать!

– Зря угрожаешь, – басит Вер. – Там их нет.

– Поставлю, пока вы заняты жимом штанги.

– Вот извращуга. Все бы ему подсматривать, – журит он стратега, а я смеюсь. Давно мне не было так весело.

***

– Ой! А планерка у вас уже была? – спрашиваю Кирина, когда мы с ним направляемся на занятие.

– Ага. Перед завтраком.

Вот оно как! То есть получается, что Клайд был на планерке, а потом вернулся за мной, но в комнате не обнаружил. Понятно, чего он был такой злой. Из-за меня столько лишних телодвижений сделать пришлось.

Ну да ладно! Не развалится!

– Начнем-с, – первым делом обведя взглядом мониторы, что занимают собой всю стену над столом, говорит Кирин и протягивает мне гаджет. – Это твой планшет. Я уже занес в него необходимую спецлитературу. У тебя есть доступ в интернет.

– А Дэниел знает об этом? – уточняю у парня.

– Конечно. На планерке он все сам проверил, – хмыкает Кир. – Не доверяет мне.

– Скорей уж мне, – ворчу.

– Дело времени. Готова?

– Да.

– Тогда слушай…

Следующие два часа пролетают незаметно. Из Кирина выходит замечательный рассказчик. И пусть голова моя пухнет от информации, но занятием я остаюсь довольна.

А это было только, как говорят, вводная лекция. Кир поведал, чему собирается меня учить. И это будет очень увлекательно.

Помимо защиты информации как таковой, я узнаю о многом из средств связи и наблюдения. Как сказал вампир, научусь устанавливать следилки и прослушку, а также искать их. И что немаловажно – блокировать отслеживание через гаджеты. Это я считаю о-о-очень полезным, если мне придется бежать от всех и скрываться. Кстати, этому меня тоже будет обучать Кирин. Как правильно выбрать стратегию поведения в разных экстренных ситуациях. Как не привлекать к себе внимания и раствориться в толпе.

В общем, из меня хотят сделать супершпиона. Что и не удивительно с моим-то даром.

– О! Я совсем забыл сказать, – хитро щурится Кирин уже в самом конце. – Дэн дал добро на доступ к интернет-магазинам, но пароль к электронному кошельку тебе нужно разгадать. Вся информация в папке на главном экране.

– С-спасибо, – бормочу, не веря в такую щедрость. Правда, чтобы ей воспользоваться придется попотеть, но… на то меня и взялись учить. И-и-иху-у-у!

Следующим в расписании у меня стоит занятие в тренажерном зале. И как бы я морально не готовилась, для меня все равно становится неожиданностью, что вести его будет Дэниел. Кажется, этот вампир решил всерьез взяться за меня.

Я послушно выполняю все, что мне говорит Дэн, и сама не замечаю, как начинаю втягиваться и уже с энтузиазмом слежу за правильным выполнением упражнений, что показывает мне вампир.

В итоге на обед плетусь уставшая, но довольная. Столик наш как всегда свободен, и я так понимаю, что места тут уже все давно распределены. Занимаю свое, а к середине трапезы подтягивается Клайд.

– Извини за завтрак, – произношу, решив, что так будет правильней. Все же мне следует поддерживать хорошие отношения с ребятами.

– Проехали, – только и отвечает воин.

Я утыкаюсь взглядом в свою тарелку. Не пойму, что делаю не так. Ну мог бы хотя бы поинтересоваться, как прошли мои первые занятия! Вот был бы здесь Вернер или Кирин… Но первый отсыпается после смены, а второй никак не оторвется от мониторов. Мда… Если так пойдет, то мне и поговорить не с кем будет. Может, завести еще знакомства? Но ведь не подойду же я к любому из присутствующих здесь карателей и не скажу: "Давай дружить?"

– Ты готова? – вырывает меня из размышлений Клайд.

– Угу, – киваю и быстро допиваю свой чай. Перед обедом я успела принять душ и переодеться, так что сейчас уже нет смысла оттягивать следующее занятие.

Стрельба.

Что я знаю об оружие? Да ничего, собственно. Я настоящий пистолет и в руках-то не держала. Честно говоря, страшно.

Клайд шагает впереди, чеканя шаг, а я понуро бреду за ним следом. Мы спускаемся в подвалы и становится ощутимо прохладней.

Тир похож на тир. Все довольно лаконично и по-мужски. Стены покрашены в светло-серый цвет. На полу плитка чуть темней по тону. У дальней темной стены несколько мишеней, но, судя по полозьям на потолке, все не так просто, как кажется на первый взгляд.

Клайд по-хозяйски подходит к барьеру, где на стойке уже разложено разнообразное оружие. Мониторы у каждой стрелковой позиции фиксируют изображение мишени.

– Ты раньше стреляла? – спрашивает меня он.

– Нет.

– Ясно.

Что ему ясно, лично мне неясно от слова совсем.

– Тяжелый, – ворчу, когда забираю протянутый мне воином пистолет.

– Привыкнешь.

Если ранее я думала, что стрельба будет интересным занятием, то кое-чего я не учла. Все, что говорит и показывает Клайд интересно, наверное… Я не слушаю. Не могу слушать.

Наблюдаю за тем, как вампир разбирает пистолет, показывает детали и что-то о них рассказывает, а сама залипаю на его руках, длинных пальцах. Сердце начинает скакать в груди, а мне самой становится жарко.

– Понятно? – спрашивает меня Клайд, и только тогда поднимаю на него взгляд. Чувствую, как жар опаляет щеки, но вовсе не из-за того, что приходится блеять растерянное:

– Н-не очень.

Клайд недовольно прищуривается и снова разбирает пистолет. Стараюсь запомнить, что он говорит, и теперь слышу все, но залипаю на другом… На низком тембре голоса, обволакивающем меня с ног до головы. Кажется, я погружаюсь в транс.

– Запомнила? – в голосе Клайда появляется грозная нотка, что возвращает меня в реальность.

– Угу, – киваю. На большее я сейчас не способна.

– Тогда пробуй, – указывает подбородком на мою руку, в которой так и держу пистолет. Странное дело, я про него совсем забыла.

Разобрать пистолет я смогла с третьей попытки. Клайд ворчал. Клайд ругался. Дурой не называл, но все его мнение обо мне было написано на его лице. Хотя я старалась лишний раз на него и не смотреть вовсе.

– У нас осталось немного времени. Покажу тебе стойку. Потренируешься до завтра самостоятельно.

О! Если до этого момента я думала, что хуже уже быть не может, то я ошибалась! Теперь я не могу сосредоточиться ни на чем кроме прикосновений вампира.

Клайд не церемонится, касаясь меня. Обхватывает за талию, разворачивает боком, что-то твердя про корпус. Раздвигает коленом мне ноги, чтобы я правильно встала. Фиксирует мою руку, но все равно остается недоволен. А после и вовсе прижимается сзади и…

– Как успехи?

Вздрагиваю, услышав голос Дэниела. Не знаю, рада ли я его внезапному появлению или же наоборот зла, что он прервал нашу… наше занятие.

– Дальше будет видно, – ворчит Клайд, возвращая оружие на стойку.

– Пошли, – это уже Дэн обращается ко мне. – Подышишь. Ты же соскучилась по свежему воздуху?

– Угу, – чувствуя подставу, втягиваю голову в плечи и плетусь за Дэном. – Спасибо, – уже на выходе благодарю Клайда, на миг обернувшись, но он даже не удостаивает меня ответом. Противный мужлан.

***

– Садис-с-ст, – дышу сипло. Злость придает немного сил, но все равно недостаточно. – Козли-и-ина-а-а…

Я бегу уже… долго. Очень долго. А все почему? Потому что Дэн вывел меня на улицу, указал на виднеющийся вдалеке забор и сказал обежать периметр базы. Знала бы я тогда, что это не один километр и даже не два… И еще Дэн запретил мне мухлевать и применять вампирские способности, поэтому бегу я как обычный человек.

– Ненавижу-у-у, – выдыхаю очередную порцию злости. Что мне еще остается?

Еще немного. Четвертый угол я пробежала несколько минут назад, а значит, всего один отрезок, и я буду в начальной точке.

Как же все болит… Адски.

– Два часа и двадцать минут, – поджидает меня у входа Дэн. – Ты что, пешком шла?

– А это… з-запрещалось? – пытаюсь отдышаться, уперев ладони в колени.

– Тут всего-то пятнадцать километров вокруг.

– Всего-то, – вырывается у меня смешок.

– Будешь тренироваться, – командует Дэн. – Необходимо сократить результат вдвое. Ты же не человек, а вампир. Твоя выносливость выше.

И все же я была права – он садист.

***

Душ я принимаю в своей комнате. И так не хочется больше никуда идти, но на ужин попасть все же надо.

Когда выхожу в коридор, сталкиваюсь с Клайдом. Видимо, воин тоже следует в столовую. Навязывать ему свое общество нет никакого желания и сил. Дэн буквально раскатал меня по асфальту своими тренировками. А это только первый день. Мама дорогая! Я искренне желаю вернуться на полигон к молодым ребятам. Меня там так не мучили.

– Как первый день? – интересуется у меня Клайд, когда доходим до лестницы.

– Хорошо, – пожимаю плечами.

– Что за тренировка была у тебя последней?

– Бег… по периметру базы.

– М-м-м… И сколько пробежала?

– Говорю ж, периметр.

Клайд бросает на меня нечитаемый взгляд и выдает:

– Недурно.

И так тепло становится от его похвалы (я же могу засчитать его комментарий таковым?).

– Спасибо, – расплываюсь в улыбке.

– И за сколько преодолела?

– Долго, – только что поселившаяся в душе радость, тут же схлынывает. – Два двадцать.

– Уверен, Дэн был недоволен.

– Не то слово.

Ужин проходит незаметно. Присоединившиеся к нам Вернер с Кирином не замолкают ни на минуту. Что и хорошо, потому что у меня самой на разговоры нет сил.

Путь в свою комнату я помню уже смутно. Двигалась на автопилоте за Клайдом, который как мне кажется, специально подождал меня.

– Завтра стрельба первым занятием, – говорит вампир, останавливаясь у своей двери.

– Да. Встретимся в столовой. Спокойного дня.

– И тебе.

***

Первые две недели пролетают незаметно. Каждый мой день расписан от и до. И кроме тренировок я ничего не успеваю. Даже разгадать злосчастный пароль от электронного кошелька.

Если отбросить усталость, то в целом меня все устраивает. Я вижу прогресс в занятиях, и пусть он не такой большой, как желал бы Дэн, но для меня даже сокращение на десять минут времени прохождения дистанции уже много значит. И пусть на занятиях по ближнему бою я чаще всего оказываюсь на лопатках, зато иногда все же получается увернуться, так что Дэну приходится меня сначала ловить, а уже после валять на маты.

А еще я вчера на стрельбе впервые попала в мишень. Прыгала от радости до потолка, а Клайд лишь закатил глаза и после сказал, что нужно закрепить и попасть хотя бы туда же, но раз десять. У меня не получилось… но один-то раз был!

Не так радужно дела обстоят с моим даром. Если поначалу он не давал о себе знать, то сейчас контролировать его стало сложней. Так и подмывает выпустить щупальца и выпить чуточку энергии, но нельзя. И контроль отнимает много сил.

Подозреваю, что это связано с тем, что за все эти две недели я толком ни от кого и не подпитывалась. Тех жалких крошек энергии, что порой мне удается собрать, явно не хватает.

– Кэт, все в порядке? – спрашивает меня Вернер за обедом.

– М? – возвращаюсь в реальность. – Да. Да, все хорошо.

Понимаю, что подвисла на какое-то время, сжимая ложку в руке. Просто я сконцентрировалась, чтобы не позволить своей силе напасть на Вернера. Сегодня мой дар как никогда желает кушать и почему-то считает Вера самым аппетитным.

Ловлю на себе внимательный взгляд Клайда и возвращаюсь к трапезе. Вкуса еды не чувствую, но съедаю всю положенную порцию.

– Как твой дар? – неожиданно спрашивает меня Клайд, когда мы спускаемся в тир.

– Все хорошо, – слишком поспешно отвечаю ему.

– Выглядишь уставшей.

– Я в порядке.

Возможно, я могла бы поделиться с этим вампиром своими проблемами, но именно перед ним мне не хочется показаться слабой. К тому же рациональная часть меня не может дать ответ, как мне правильней поступить сейчас. Расскажу правду Дэниелу, и меня могут счесть опасной. Продолжу скрывать… вдруг все станет лучше, а может, смогу перебороть в себе голод и научусь справляться с ним. Однозначно правильного решения я не вижу, поэтому и молчу, переживая за свою шкурку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.