Галина Кропочева
В поисках голубой сиамки

Это не боевик, хотя до рукопашной мы еще дойдем. Но и не фантастика, хоть и побываем на таинственном острове, затерянном на просторах сурового Амура…

А пока начну с простого признания: я никогда не любил кошек. Обижать кошака – ни-ни, а сюсюкать – это для девчонок. Я даже с сестрой Машуткой поспорил на полном серьезе, что вырасту, но кошку в дом не возьму никогда. Но в этот же день, как ни странно, меня ожидал кошачий сюрприз. С этого живого сюрприза и начались мои необыкновенные приключения. А было так…

Возвращаюсь это я с прогулки домой, вечереет, и, как бывает в Хабаровске после захода майского солнышка, прохладный ветерок пробирает насквозь. А тут слышу, как из-под земли доносится: «Мяу-мя-а». Пошел на голос и обнаружил в неглубоком заброшенном колодце особенной красоты сиамскую кошечку: мордочка, ушки и лапки – угольные, как у чертенка, а шерстка, необычная для сиамки…, как голубые сумерки, которые окутывали все вокруг. «Голубая сиамка! Ну, и уматненько, – подумал, – сестренке понравится».

Киска не испугалась, когда я взял ее на руки, а как будто только меня и ждала. Потерлась головой о плечо, прижалась и замурлыкала. Такого доверия сразу я и не ожидал, и мне вдруг стало жаль это ласковое животное. «Машуха до сих пор плачет по своей сиамке, – подумалось мне. А я такой – на тебе, сестренка, такую же!». А она такая: «Ах!» Представив все это, я смело зашагал домой, испытывая гордость и радость от собственного поступка.

Но дома никого не было. «Покормлю, – подумал я, – а там пусть сами занимаются». У нас в семье все кошатники, кроме меня, конечно.

Кошка даже не царапалась, когда я мыл ее и просушивал феном, как будто с ней это проделывали каждый день. Ее шерстка стала мягкой и пушистой. Таинственная черная маска и раскосые зеленые глаза с неземным огоньком указывали на благородное происхождение моей находки.

Напоив красавицу молоком, я плюхнулся в кресло у телевизора, а она, должно быть, из благодарности устроилась у меня на коленках и запела всем известную простенькую, скрипучую, но приятную песенку «мыр-мыр-мыр». Так и случилось мне стать ее хозяином. Я сшил ей мышку из старого меха норки, поиграл с ней пару разочков, и она уже не отходила от меня. «Да, и пусть будет моей, раз так вышло, – решил я, – человеку же надо хоть о ком-нибудь заботиться».

Медленно, по-черепашьи, заканчивался учебный год. А небо уже дышало зноем, и хотелось быстренько в деревню, на Амур, головой в залив! Отец уезжал туда в отпуск чуть раньше меня и предложил:

– Михаил, возьму-ка я твоего усатого чертенка с собой в деревню? Побудет всего пару неделек без тебя. Что за кошек трястись, сынок? Кошачья мать еще не перевелась.

Я согласился, но сразу же был уверен в том, что ее украдут, ведь в деревне сиамка – в диковинку.

Спускаясь по тропинке к своему деревенскому дому, как ни странно, я уже заглядывал по пути во все дворы, поленницы и дырки ветхих заборов.

– Украли, украли! – мучили меня подозрения.

Наша деревенская усадьба почти не отличалась от других: старенький бревенчатый дом, покосившийся сарай, маленькая банька в конце огромного огорода да небольшой тенистый сад. «Это наше гнездо», – как говорит мама. Оно нас подкармливает и спасает от всех невзгод. Здесь, на берегу могучего Амура, для нас всегда живет солнечное лето с голубыми дождями, зелеными ветрами и сногсшибательной свободой! Ведь бываем мы в своей родной деревне только на летних каникулах.

– Пап! А где мой кошак? В саду охотится на птичек? – закричал я, едва втиснувшись с рюкзаком через скрипучую калитку;

– Сразу же пропала, сынок. Не расстраивайся! Кошачья мать еще не перевелась. Ну, что приуныл?

– Стремно как-то сразу стало. Я ей мышку привез, – пробормотал я;

– Здесь живых хватает. Поешь с дороги, и хватит о кошке, – работы полно! Уже строже сказал отец;

– Деревенским не отдам, – у них свои голодные! Найдем! Лёха мне поможет! Все обыщем! – выпалил я и, хлопнув калиткой, отправился прямиком к деревенскому братцу.

Я чувствовал себя предателем, и мне казалось, что моя голубая сиамочка ходит уже грязная, голодная и подранная собаками. Деревня же обеднела. Кошки всех птиц поели, скоро воробья-то не увидишь.

– Найдем, сейчас же! О, Лёша, он такой… поможет, – уверенно рассуждал я.

Деревенские уже вовсю купались в заливе, слышались их веселые голоса. Трещали моторки, скрежетали весла. Хотелось тоже туда, в прохладу! Лето же, лето!

Лёша – мой деревенский братец, сильный, крепкий, повыше меня ростом и даже постарше.

К моему приезду он всегда уже черный от загара и с белесой головой, ведь всю весну Лёха пропадает на улице, помогая отцу по хозяйству. Он и лесоруб, и водовоз, и рыбак, и охотник, – прямо, как взрослый. Деревня же! Забивает с отцом быков и режет свиней. Глазом не моргнет! Но ничто меня не удивляет в нем так, как его осведомленность во всем, что происходит в деревне и даже в ее тайнах. Ох, и любит он совать свой нос всюду: притаится за дровами, в малине или поздним вечером у открытого окна, чтобы подсмотреть и насладиться чужими секретами. За что он и пострадал. Вернее, досталось его любопытному носу: соседская собачка оказалась шустрой и откусила кусочек. Не суйся, мол, в секреты моего хозяина! Так и ходит братец с чуть-чуть откушенным носом.

– Такой нос тебе идет, – потешается вся деревня;

– А я пойду, и он пойдет, – гогочет неунывающий Лёха.

Я и не сомневался, что брат поможет отыскать мою сиамку.

Но поднимаясь по крутой тропинке на огромную поляну, где находилась небедная усадьба моего дядьки и любимого братца Лёши, я и не подозревал, что не так просто будет вернуть мою необыкновенную голубую сиамку, что иду я навстречу первому и, может быть, самому главному в моей еще короткой жизни приключению.

Меня удивила поляна, расцветшая васильками и ромашками. Дул легкий ветерок с залива, слышался грозный лай Карата. И неожиданно на крылечке нарисовался Лёха весь в дыму.

– Какие люди! – прищурился он и медленно, с достоинством выпустил серый дымок через свой знаменитый нос;

– Лёша, что ты делаешь?! – напряженным шепотом спросил я и оглянулся по сторонам;

– Смолю потихоньку. Не бойся, говори громче, – мне родичи разрешили. Кругом сено, буду прятаться, – все спалю. Сечешь? – засмеялся он гордо, по-взрослому.

– А как же со здоровьем пойдет? – совершенно глупо задал я вопрос;

– А я пойду, и оно пойдет. Хи-хи, – рассмеялся весело братец, спускаясь вниз по ступенькам и подавая мне руку. – На все лето? Ты же мой самый любимый брат!

– Я возьму с тебя слово! Бросишь? Обещай, Лёша! Вернемся к этому завтра, а сейчас у меня к тебе дело: кошку у нас украли! Лёша, поможешь найти?

– А что искать, если ее собака проглотила! Тут один лесной человек так довел свою собаку, что та от голода кое-как держалась: лапы дрожат, разъезжаются в разные стороны. Ей Богу! Отец мой не выдержал: тут твоя кошка по деревне километры нарезала от собак, он поймал, – и в пасть оголодавшему псу. А тот на лету так её и проглотил! Не расстраивайся, – она даже не успела испугаться. Ты слышал про кошачью мать, которая еще не перевелась? Вот и все, и боле ничего, – закончил братец свою страшную историю;

– Пойми, это голубая сиамка! Хорошенькая! Кто посмеет? Врешь ты все, Лёша! – вылепил я в глаза братцу и хотел уйти;

– Да, ладно уж, врать не вру, а вот кошка не твоя была. –радуйся!

–Теперь уж меня никто не остановит, – подумал я. – Даже если нужно будет спускаться на дно колодца, ночью гоняться за ней на кладбище, бросаться с кулаками на похитителей, все равно верну свою сиамочку.

А Лёша уже серьезно продолжал:

– Да, видел я твою кошку, Миха. Слышу, а за вашим сараем вороны разгорланились, ну, думаю, неспроста, подкрался…Вижу: сидит на грядке необычная кошка, чудная, как инопланетянка: глаза раскосые и синим огнем горят, а шерстка серебрится, как свеженький сазанчик. Прикинь: на нее столько ворон да сорок слетелось! Они ничего не пропустят, всех обсудят да общиплют. Вот и твою сиамку то за лапы, то за хвост! А она распушилась, шипит, отбивается, а вырваться не может. Я помог: камень запустил и устроил переполох!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.