Цзя Газанг
Религии Тибета

Предисловие

Изучение истории религий в Тибете следует начинать с религии бон, возникшей на Тибетском нагорье, которая имеет ряд региональных и культурных особенностей. Эта религия была важным компонентом древней тибетской культуры и традиционной системой верований тибетцев до распространения буддизма на самом высоком плато земного шара. Бон возникла в древности и претерпела ряд изменений вследствие эволюции тибетского общества. Это способствовало также развитию цивилизации. Широкое распространение религии бон на Тибетском нагорье сыграло важную роль в становлении тибетского буддизма. Он позаимствовал у религии бон многие аспекты, в частности проведение ритуалов и пантеон божеств-хранителей. Вследствие распространения тибетского буддизма религия бон утратила былое могущество. Однако, будучи неотъемлемой частью самой древней культурной традиции Тибетского нагорья, она продолжает жить и развиваться благодаря своей жизнестойкости.

Ступы у озера Намцо. Тибет

В то же время возникновение, становление и развитие тибетского буддизма было неразрывно связано с историческими процессами и культурной эволюцией индийского буддизма. В некотором смысле тибетский буддизм – это «воспроизведение» индийского и прямой перенос оригинала на новую территорию – Тибетское нагорье. В период становления и развития тибетского буддизма большое влияние на него оказывала традиционная тибетская культура, частью которой является религия бон. Тибетский буддизм перенял теоретическую основу и модифицировал экзотическую буддийскую культуру из Индии соответственно образу мышления, сформированному религией бон. То есть тибетский буддизм существенно отличается по своим характеристикам от других буддистских школ. Как уникальный культурный феномен человеческого общества он оказывает влияние не только на политику, экономику, повседневную жизнь и культуру тибетского региона, но и на культуру других этнических групп в Китае, включая монголов, ту, югур, наси, народности монпа и лоба, которые также исповедовали тибетский буддизм. Со временем эта религия распространилась в Китае и стала важным компонентом китайского буддизма.

Свечи на основе масла буйволицы

Ритуал сжигания кипарисовых веток

Наряду с тибетским буддизмом и религией бон христианство и ислам также имеют последователей и играют определенную роль в духовном самоопределении населения тибетского региона.

Глава 1
Религия Бон

Религия бон обладает удивительными чертами и сохраняет до сегодняшнего дня региональный колорит и значительные культурные особенности.

Археологические находки свидетельствуют о том, что предки тибетского народа жили и вели хозяйство на Тибетском плато, так же известном, как крыша мира, еще в эпоху палеолита. Верования тибетцев были тесно связаны с их повседневной жизнью. В итоге природные мировоззрения оформились в религию бон. Это был длительный исторический процесс, в котором зарождение и укрепление религии бон было связано с аспектами жизни тибетского общества и средой его обитания. Светская культура всегда смешивалась с религиозной, граница между ними была очень размытой. Поэтому важно понимать, что представляло собой тибетское общество в древности.

Согласно древней исторической книге «Столпы истории», Дун, Данг, Сай и Мо были четырьмя основными патриархальными кланами: они первыми поселились на заснеженном плато. Еще их называют – «четыре фамилии», такое название более точное, поскольку многие тибетцы носят эти фамилии по сей день. То есть четыре фамилии (или клана) являются предками всего тибетского народа.

Гора Кангринбоке

Классические священные писания религии бон

Монахи религии бон проводят ритуал

По прошествии времени история Тибета стала постепенно обретать более четкие очертания: «Позднее в Тибете правили девять братьев Масанг, было сначала 25, затем 12, а потом 40 небольших княжеств»[1].

Частая смена правителей, сохранявшаяся племенная структура, постоянные разделения и слияния территорий демонстрируют историческую эволюцию и особенности древнего примитивного тибетского общества.

На одном из этапов духовного развития общества возникло первое представление о сути «божественного», сформировался пантеон богов, связанных с горами, водой, землей, небесами и другими объектами живой и неживой природы. Согласно тибетской исторической литературе, поклонение духам и божествам началось на поздних этапах первобытного общества, но эти описания весьма расплывчаты и не поддаются проверке. Анимистические воззрения заставляли предков тибетцев благочестиво преклонять колени перед различными духами и божествами, которые, как считалось, обладали большой силой. Люди совершали жертвоприношения в знак поклонения, благодарности или искупления и молились о благословении.

В книге «Столпы истории» сказано: «Двенадцать мудрецов, в том числе Бонпо Сай, Бонпо Мар, Бонпо Тунг и Бонпо Ао, приносили жертвы духам и божествам». Эта запись относится примерно к IV веку до н. э. Двенадцать мудрецов на самом деле были двенадцатью бонпо религии бон. Слово бонпо здесь означает «колдун» или «священник», а Сай, Мар, Тунг и Ао – фамилии. Примечательно, что именно от слова бонпо произошло название религии бон. Согласно многочисленным тибетским историческим свидетельствам, двенадцать бонпо были незаурядными личностями. Эти служители культа, отвечающие за духовную и культурную жизнь общества, также выполняли и административные функции, то есть возглавляли двенадцать небольших княжеств. На ранних стадиях развития общества это было обычной практикой. Первые священнослужители, цари, а соответственно, и бонпо считались полубогами. Тенденция к правлению магов, способных практиковать колдовство, рассматривается как социокультурный феномен в определенный исторический период эволюции.

Наскальные рисунки, связанные с религией бон в уезде Цзиньчуань. Префектура Аба, провинция Сычуань

Согласно письменным источникам, дальнейшее развитие общества привело к формированию первого царства во главе с ценпо (царем) на территории Тибета примерно в IV веке до н. э. Это ознаменовало фундаментальные изменения в древней истории: распалось былое, первобытное, и начало возникать новое, рабовладельческое, общество. Однако с этим качественным изменением социальных формирований колдуны, часто выступавшие в роли вождей племен, постепенно утратили власть, тем самым подготовив следующий шаг в историческом развитии – разделение религиозной и политической властей. С тех пор лишенные административных функций колдуны полностью посвятили себя религии. Вполне вероятно, что религия бон, традиционная вера тибетцев, возникла примерно в это время. Несмотря на свою очевидную незрелость, она завоевала сердца простых людей, возможно, благодаря созданной магами мифической ауре и практике чрезвычайно таинственных ритуалов.

Подводя итог, можно сказать, что религия бон возникла в древнем тибетском обществе и пережила историческую эволюцию. Она превратилась в сложную систему верований с развитыми священными доктринами, систематическими учениями и ритуалами, основанными на поклонении силам природы – небу, земле, солнцу, луне, звездам, грому и молнии, горам и рекам и т. д. Историческая эволюция, становление и развитие религии бон условно делятся на три периода: дор-бонизм, ча-бонизм и джо-бонизм.

I. Период дор-бонизма

Период дор-бонизма, время зарождения религии, длился от правления первого тибетского царя Ньятри Ценпо (ок. IV в. до н. э.) до правления Дригумы Ценпо (ок. II в. до н. э.), восьмого царя царства Тубо. В тибетских исторических книгах этот временной промежуток известен как период семи небесных царей. Что касается религиозных источников, то в священных писаниях сказано: «В то время религия бон призывала магическую силу, чтобы усмирить демонов и дьяволов преисподней, поклоняться богам на небесах и добиться процветания семей на земле»[2]. Это означает, что бонизм к тому времени еще не сформировался как теоретическая система и представлял собой лишь практику примитивной магии. Колдовство в нем смешалось с поклонением силам природы, было трудно отличить одно от другого, поэтому и родилась гипотеза о том, что колдовство является предшественником религии.

В целом в период дор-бонизма религия бон заключалась в поклонении божествам и демонам. Источник подобной веры древних людей – анимизм. Они верили в то, что природные явления живут своей жизнью и обладают сверхъестественной магической силой. Поэтому первой известной естественной религией считалось поклонение духам, в том числе злым. Эта религия, основанная на анимизме, отличалась хаотической мифологией, верой в магию, а всевозможные страхи вытесняли прочие формы религиозного культа. Она естественным образом возникла из факторов, присутствующих в человеческом опыте (смерти, сновидений, транса, галлюцинаций и т. д.), и развилась в ментальную сущность, независимую от тела. Концепция основывалась на том, что все сущее наделено духом, и этот дух наполняет вещи жизненной силой и энергией. Например, в период дор-бонизма тибетцы повсеместно придерживались мнения, что именно духи вызывают болезни и управляют человеческими судьбами.

На основании сказанного можно сделать вывод, что религия бон сформировалась на основе естественных религий в период дор-бонизма.

Мутри Ценпо из Тубо, благочестивый приверженец религии бон, в монашеской шапочке

II.Период ча-бонизма

Период ча-бонизма длился от правления восьмого царя царства Тубо Дригумы Ценпо (ок. II в. до н. э.) до правления Сонгцена Гампо (в др. источниках – Сонцэн Гампо, 620?–649). Это был важный период, когда религия бон претерпела качественные изменения. Крупномасштабные реформы и развитие религии в этот период были связаны с политикой открытости, проводимой восьмым царем царства Тубо Дригумом Ценпо. Например, он «пригласил трех мастеров религии бон из Кашмира, Гилгита и Шанг-шунга, чтобы отгонять злых духов и призывать удачу, а также практиковать другие религиозные ритуалы. Первый мастер среди трех упомянутых обладал способностью ездить на барабане и взлетать в небо, чтобы добыть тайные сокровища, полагаясь на колдовство и магию. Свою магическую силу он продемонстрировал, разрезав кусок железа пером. Второй практиковал гадание с цветными нитями, ворожил на свежей крови и использовал другие способы, предсказывая будущее. Третий искусно расправлялся со злыми призраками, помогал мертвым вознестись на небо, проводил похоронные и предсмертные ритуалы»[3]. Цитата описывает трансформацию устаревшей религии бон путем внедрения в нее сложных элементов колдовства, привнесенных из других регионов при содействии царя Дригумы Ценпо. С этого времени религию бон уже нельзя было считать примитивной и незрелой, поскольку она вступила в новую стадию активного усвоения магических практик (теургии), призванных воздействовать на богов и демонов с целью получения от них помощи, знаний или материальных благ.

Согласно «Большому китайско-тибетскому словарю», «во время правления Дригумы Ценпо новые доктрины религии бон пришли из древних царств Шанг-шунга и Гилгита. Во время правления принца Пуде Гунгьяла появились учения Друнгкхена и Тердрунга, на базе религии бон возникла школа Танпонпо Ринпоче». То есть во время правления Дригумы Ценпо религия бон перестала состоять из исполнения простых магических ритуалов, поскольку она уже перешагнула тот рубеж, где этого было достаточно, и сформировала собственную «теоретическую систему». В книге «Тибетская цивилизация» Рольф Альфред Штайн отмечает: «Драконпа, тибетский теолог XII века, утверждал, что ча-бонизм представляет собой зрелую религию бон с устоявшейся философской системой, на которую огромное влияние оказал культ Шивы». Шива на санскрите означает «свобода от мирских забот», он – один из главных богов брахманизма и индуизма, бог творения, разрушения, аскетизма и танца. В труде «Дэва Нирвана» говорится, что мир – это тело Шивы, пустота – его голова, а земля – туловище. Шива вместе с двумя другими богами, Брахмой и Вишну, символизирует создание, существование и разрушение Вселенной. В некоторых монастырях культа Шивы нет идолов, а вместо них поклоняются корове или мужским гениталиям как символам божества. В труде «Летопись тибетского фольклора» подчеркивается, что «мастер Цинкоин, известный служитель религии бон, принес в царство Тубо теории шести философских школ, распространенных в период Будды Шакьямуни, объединил эти экзотические теории с местной религией бон и внес свой вклад в формирование новых доктрин, то есть ча-бонизм».

Тханка с изображением Шенраба Миво – основателя религии бон

Древняя пещера для приверженцев религии бон в уезде Цзиньчуань, префектура Аба, провинция Сычуань

Опираясь на вышеприведенные источники, мы можем констатировать, что ча-бонизм сформировался в результате интеграции исконно тибетской религии бон в начальной стадии, которая называется дор-бонизм, с религиозными идеями из Индии и других регионов, в результате чего была разработана теоретическая основа. Но, сформировавшись на основе дор-бонизма, ча-бонизм сохранил с ним тесную связь и очевидное сходство.

Формирование ча-бонизма напрямую связано с такой выдающейся личностью, как Шенраб Мивоче, которого во многих тибетских исторических книгах называли патриархом этой религии. В книге «Светлое зерцало царских родословных: тибетская буддийская историография» приведено развернутое описание: «Патриарха звали Шенраб Мивоче, он родился в Ермолхингрене, Арабес. Многие священные тексты религии бон, такие как восьмитомник Канцинбоги и другие, были известны и переведены еще в царстве Шанг-шунг, а затем заимствованы в царстве Тубо. Религия бон объединяет девять школ: четыре школы в ранней бон и пять в поздней бон. На основе поздних школ сформировалось новое учение – Юнгдрунг Бон (Вечный бон, магическое слово истины). Четыре первые школы религии бон – это Намшен Бейтогьяин, Чиншен Бейкунгьяин, Чашен Джуншияин и Душен Кунчегьяин. В школе Намшен Бейтогьяин в основном занимались тем, что призывали удачу и молились богам, чтобы повысить благосостояние и вылечить больных. Школа Чиншен Бейкунгьяин уделяла большое внимание обрядам, связанным с уходом из жизни, и похоронным ритуалам, таким как размещение погребальных сосудов и жертвоприношения. Она практиковала обряды по устранению бедствий, а также при строительстве домов и гробниц. Школа Чашен Джуншияин занималась гаданиями на удачу, определяла верные решения, предсказывала погоду. Школа Душен Кунчегьяин практиковала ритуалы, призванные облегчить страдания, проводила обряды для защиты детей от призраков, гадания по звездам, а также занималась поимкой и изгнанием демонов и злых духов. Все школы при выполнении ритуалов использовали бубны или тарелки». В этой книге также подробно описаны жизнь основателя Шенраба Мивоче, процесс основания Юнгдрунг-бонизма и его основные принципы.

Что касается доктрин религии бон в период ча-бонизма, то в своей книге «Интеграция политики и религии в Тибете» тибетский ученый Дунгкал Лосанг Тринли сделал следующий вывод: религия бон нового толка называлась Намшен, она отрицала существование «преджизни» и загробной жизни, но признавала существование богов и призраков. Намшен развивала представление о том, что боги защищают людей, а вот призраки не только контролируют их жизнь, но и забирают души умерших, продолжая причинять вред семьям и потомкам покойных. То есть люди должны поклоняться божествам, которые защищают людей и изгоняют призраков. Согласно свидетельствам «Легенды Ешечоги», каждую осень проводился религиозный ритуал «Жертвоприношения богам религии бон», во время которого забивали три тысячи яков, баранов, козлов и других животных. Туши разделывали, мясо и кровь приносили в жертву богам. Весной проводили ритуал расчленения животных. У туш животных предварительно удаляли копыта, расчленяли их и использовали в качестве подношения. Летом обычно приносили в жертву древесину и зерно. Их сжигали, дым возносился в небо, тем самым увековечивая память предков. Люди должны были подавать милостыню, чтобы искупить свои грехи, а тем, кто страдал от болезней, требовалось делать пожертвования богам, по возможности щедрые. После смерти человека умерщвляли домашних животных, чтобы принести их в жертву и одновременно изловить или изгнать демонов и призраков. Кроме того, практиковалось гадание и другие ритуалы: изгнание зла, молитва о благословении, о предотвращении несчастья, об искуплении грехов и т. п.

Сложные религиозные ритуалы, описанные выше, указывают на то, что ча-бонизм чаще всего практиковал жертвоприношения животных для того, чтобы добиться благословения и милости богов. Можно даже сказать, что основой всех религиозных обрядов и ритуалов в то время было жертвоприношение.

III. Период джо-бонизма

По-тибетски слово джо означает «перевод», «объяснение», «компиляция» и т. д. Таким образом, джо-бонизм означает «переведенный бонизм» или «трансформированный бонизм». Джо-бонизм – это третья стадия в развитии бонизма. Преодолев сопротивление религии бон и укоренившись в Тибете, буддисты предприняли масштабный перевод священных писаний и сделали их доступными населению. Это послужило еще одним инструментом давления на религию бон, которая и без того была в затруднительном положении. Чтобы конкурировать с буддизмом, последователи религии бон начали переводить свою классику и попытались создать теоретическую основу, чтобы не проигрывать в сравнении с буддизмом, имеющим теоретические постулаты. Таким образом, религия бон вступила в стадию джо-бонизма.

Согласно тибетским летописям, в период Трисонга Децена (755–797?) были отобраны классические тексты религии бон. Немецкий тибетолог Хоффман, проведя исследования, заключил: «С началом масштабного перевода буддийских писаний последователи религии бон Шанг-шунга работали вместе с буддистами в недавно построенном монастыре Самье. Мастер Шангривуйин, выдающийся переводчик, последователь религии бон, перевел знаменитую сутру «Сто тысяч драконов» на тибетский язык»[4]. Это важнейший священный текст, который содержит многие характерные черты древней религии, в частности, трактат о том, как лечить больных, и легенду о реинкарнации.

Древние книги в монастыре религии бон в уезде Цзиньчуань, префектура Аба, провинция Сычуань

Древняя резьба по де реву. Монастырь религии бон в уезде Цзиньчуань, префектура Аба, провинция Сычуань

Поиск, упорядочение и перевод трудов классиков религии бон начались с правлением Трисонга Децена, именно это время считается формальным началом периода джо-бонизма. Далее он делится на три стадии. «Считается, что на ранней стадии Трисонг Децен собственноручно извлек зарытые в землю учения мудрецов Лхукоин о колдовстве и «встроил» их в концепцию религии бон. На средней стадии царь Трисонг Децен заставил всех последователей религии бон перейти в тибетский буддизм. Он послал человека по имени Гивейджамкой изучать тибетский буддизм у мастера Ренкенчо. Однако Гивейджамкой не желал изучать буддизм и сотрудничал с некоторыми последователями религии бон, он намеренно адаптировал некоторые буддийские классические тексты к бонским канонам. Когда царь обнаружил это, то приказал, чтобы любого, кто осмелится превратить буддийские писания в сутры, используемые религией бон, казнили без пощады. В результате многие приверженцы религии бон были казнены. Другие были сильно напуганы и спрятали неоконченные переводы высоко в горах, позднее они были найдены и получили название «Тайные сутры тибетской религии бон». На последней стадии развития религии бон, после преследования тибетского буддизма во время царствования Ланг Дармы (838–842), Шенкулхугия, ученый из Замнямтуи, преобразовал многие сутры в соответствии с канонами религии бон. Он дал им другие названия и сделал пояснения, чтобы отличить их от соответствующих буддийских сутр»[5]. К таким выводам о джо-бонизме пришел тибетский религиовед Тхукван Лозанг Чокьи Ньима, и они на сегодняшний день считаются достоверными.

Трисонг Децен в начале своего правления терпимо относился к религии бон и создал условия для ее распространения, аналогичные тем, которые были созданы для тибетского буддизма. Например, разрешил создание сутр и дал возможность последователям религии бон сосредоточиться на переводе или компиляции текстов своих классиков и создании теоретической основы религии. На самом деле это была выжидательная позиция, которую занял царь, основываясь на опыте своих предков. Как только сложились подходящие условия, он принял твердое решение: ослабить влияние религии бон и ввести жесткие меры для ее подавления, чтобы создать благоприятную почву для развития буддизма. Согласно тибетским историческим данным, чтобы укрепить господство буддизма в Тубо, царь Трисонг Децен принял, казалось бы, справедливое решение – устроил дебаты представителей двух религий. Но на деле умение вести дебаты было явным преимуществом буддизма и одновременно самым слабым местом религии бон. Еще до их начала было очевидно, что обсуждение закончится поражением сторонников религии бон. «В 759 году, в год земляной свиньи по тибетскому календарю, 1303-й год после смерти Шакьямуни (Цяньюань, 2-й год периода правления императора Сюзун Ли Хэн династии Тан), во дворце Джангбу Юань состоялись дебаты между буддистами и представителями религии бон. Последователи религии бон потерпели поражение в споре. Монахи были сосланы в Шанг-шунг в Нгари Санай Бцанпо, священные писания религии бон бросили в воду или закопали под черной ступой в монастыре Самье.

Черная ступа в монастыре Самье

Бронзовый колокол, отлитый ханьскими монахами во время правления Трисонга Децена в VIII веке. Колокол в хорошем состоянии и до сих пор хранится в монастыре Самье

Памятник процветанию буддизма в монастыре Самье, установленный во время правления Трисонга Децена

Обряды и ритуалы религии бон, например, убийство животных в знак мольбы о благословении для живых и мертвых, были запрещены. Можно было исповедовать только буддизм, религия бон стала нежелательной. Однако некоторые ее ритуалы – молитву о благоденствии, рассеивание злых сил, кремацию, огненное жертвоприношение для изгнания демонов – Трисонг Децен все же сохранил, позже они были адаптированы буддистами, которые изменили значения ритуалов. С другой стороны, джо-бонизм, возродившийся после распада царства Тубо, преобразовал содержание буддизма в доктрины религии бон и стал «обновленным» верованием с современными на тот момент теориями. Все указывает на то, что, несмотря на борьбу, и буддизм, и религия бон многое почерпнули друг у друга, сохранив форму и изменив содержание, и обеспечили тем самым новое развитие»[6]. Это доказывает, что Трисонг Децен никогда не предпринимал крайних мер, чтобы полностью уничтожить религию бон во времена так называемых гонений на нее. С одной стороны, он запретил примитивную, варварскую религиозную деятельность, такую как забой животных для жертвоприношений, и запретил последователям религии бон переиначивать буддийские сутры. С другой стороны, учитывая социальные требования того времени, он сохранил и поощрял некоторые ритуалы религии бон. С точки зрения ее приверженцев, в период правления царя Трисонга Децена она действительно подверглась беспрецедентному преследованию. Однако эти гонения способствовали ее дальнейшему совершенствованию в учениях и ритуалах. Хотя приверженцы буддизма неуклонно предпринимали меры по подавлению религии бон, угнетенные, напротив, не были сломлены, а многому научились у «угнетателей». Буддизм оказал большое влияние на формирование учений и доктрин бонизма.

Подводя итог, можно сказать, что в период джо-бонизма религия бон не только усовершенствовалась с точки зрения доктрин и ритуалов, но и добилась впечатляющего прогресса в религиозной теории. Наиболее выдающимся достижением этого периода являются комментарии, составленные бонскими богословами. Например, знаменитые «Девять путей религии бон» – веха в становлении теории сутр высокого уровня – разделили религию на девять различных стадий, а именно: Кашен, Намшен, Трушен и Сишен – объединены в «причину» возникновения религии бон; Гэньи, Аргия, Дрангсонг и Яршен в совокупности названы «следствием» и, наконец, девятая стадия – «Великое совершенство», то есть путь теоретического осмысления, создания доктрин. Действительно, девять путей религии бон систематизировали беспорядочные, отрывочные теоретические изыскания и красочные религиозные ритуалы и практики в причинноследственные категории, а также установили последовательность в практике религиозного культа. Люди могут изучать и проповедовать религию бон, следуя указанным девяти путям.

IV. Монастыри религии бон

Религия бон как коренная на Тибетском нагорье существует по сей день и может похвастать не только своей давней историей, но и многими монастырями.

Согласно тибетским летописям, Цугчен Намкха Чунгдрак, ученик религии бон мастера Шенчен Лхуга, построил монастырь Ярупенхарса в 1072 году. Будучи одним из самых важных оплотов религии бон, монастырь был процветающим и ухоженным, в нем служили самые почитаемые сановники религии бон. К сожалению, он был разрушен наводнением в 1386 году и более не восстановлен.

Примерно в XI веке Шуярлхобо, еще один ученик мастера Шенчен Лхуга, построил монастырь Гикаришанг. Это главный монастырь религии бон, построенный во славу ее Великого Совершенства. Чтобы развивать и продвигать тантрические каноны бон, Палтунбейкой, один из любимых учеников мастера Шенчен Лхуга, сначала создал простое место для медитации, затем на его основе постепенно построил большой монастырь, занимавшийся тантризмом религии бон.

Выдающийся монах по имени Мэйво Корпарбейкин примерно в XI веке основал знаменитый монастырь Самри, который является основным местом, где изучают философию религии бон.

Эти четыре монастыря религии бон расположены в префектуре Шигадзе Тибетского автономного района. Что касается содержания религиозной практики, монастыри Ярупенхарса и Самри в основном делали акцент на схоластике, в то время как Гикаришанг и Палтунбейкой создали тантрические центры и сосредоточились на распространении и практике Сутры Сердца и медитации. С конца XIV века эти четыре культовых места пришли в упадок. В настоящее время восстановлен только монастырь Самри, остальные превратились в развалины.

После упадка монастырей религии бон, построенных ранее, во время второй волны распространения тибетского буддизма возобновилось строительство монастырей.

В XIV веке в префектуре Гьялрунг провинции Сычуань появился почетный мастер религии бон. Его звали Ньямед Шераб Гьял-цен (1356–1415), он занимал высокое положение в истории религии.

Ньямед Шераб Гьялцен прибыл в Шигадзе и стал внедрять религию бон, проводя ритуалы и обряды. В 1405 году он создал монастырь Манри (в др. источниках – Менри). Расположенный в Намульхине префектуры Шигадзе, он сегодня не только имеет исключительную репутацию во всех тибетских районах, но и считается главным монастырем религии бон. В настоящее время туда прибывает бесчисленное количество паломников.

Дава Гьялцен, сановник религии бон, родился в 1796 году, с раннего возраста систематически изучал доктрины этой религии, а в 1834 году построил небольшой монастырь около Манри в префектуре Шигадзе – знаменитый Юнгдрунг Линг. Расположенный в деревне Рела Намлхин в уезде Шигадзе монастырь, обращенный на восток, к реке Ярлунгцангпо, превратился в один из самых крупных бонских монастырей страны. В нем проживает более 60 монахов, а в период его расцвета их было почти 500. С момента основания монастырь Юнгдрунг Линг пользовался огромным влиянием. Например, кампос (главный настоятель) всех монастырей религии бон Тибета и других районов назначался именно здесь. Масштабная религиозная деятельность, включающая чтение лекций о доктринах и практиках, ежегодно проводится в монастыре и привлекает тысячи людей со всего тибетского региона.

Ритуал в монастыре религии бон в уезде Цзиньчуань, префектура Аба, провинция Сычуань

Монастырь Цедруп на горе Цедруп, провинция Гуандун, округ Тенчун, префектура Чамдо, Тибет

Зал сутр монастыря Цедруп

Молитвенная хижина монастыря Цедруп Монахи монастыря Цедруп

Кроме того, есть еще монастырь Карна, к западу от Манри, который является одним из трех монастырей религии бон (двумя другими были Манри и Юнгдрунг Линг). По значимости они сопоставимы с тремя монастырями школы Гелуг тибетского буддизма, находящимися в Лхасе. В настоящее время префектуры Нагку и Чамдо уступают Шигадзе по количеству бонских монастырей.

Согласно исследованиям, в период правления Далай-ламы V религия бон и школа Гьянам тибетского буддизма неоднократно подвергались преследованиям. Несколько бонских монастырей, особенно в Коинбо, были превращены в монастыри школы Гелуг. В Бейли, префектура Кхам, произошло чрезвычайно важное событие. Буддийские верховные служители в Тибете использовали монгольские войска, чтобы уничтожить своих религиозных соперников. Однако религия бон избежала разрушительной участи, постигшей школу Гьянам, приверженцы которой были изгнаны из центрального Тибета. В этот период преследование иных конфессий властями продолжалось во многих местах. В течение многих лет префектура Гьяронг была верховной штаб-квартирой религии бон и успешно сопротивлялась вторжению маньчжуров. Поэтому императору Цяньлуну пришлось обратиться за помощью к своему духовному наставнику Чанкье Ролпай Дордже (1717–1786), реинкарнированному тулку из школы Гелуг, чтобы справиться с бескомпромиссными последователями религии бон при помощи божественной силы.

Юнгдрунг Линг, главный монастырь религии бон, в округе Намлинг, Шигадзе, Тибет

Фреска в монастыре бон в уезде Цзиньчуань, префектура Аба, провинция Сычуань

«Лама воспользовался возможностью использовать войска династии Цин для уничтожения последователей других религий. В 1775 году войска отправились в Гьяронг, чтобы искоренить веру местного населения. Не достигнув цели, они уничтожили Юнгдрунг Линг, самый известный монастырь религии бон. Позже на том же месте был построен новый монастырь школы Гелуг, известный как Гандайн. Император Цяньлун также издал указ о запрете практики религии бон»[7]. С VIII века религия бон была главной мишенью для правящего класса, состоявшего в основном из буддийской теократии, и, при отсутствии благоприятной внешней среды, которой обладал тибетский буддизм, она постепенно пришла в упадок. Поэтому на центральных территориях огромного тибетского региона мы не сможем найти сохранившихся монастырей религии бон; в основном они строились в отдаленных горных районах.

Исследование, проведенное Пунцогом Церингом в 1998 году, показывает, что существует 92 бонских монастыря: 54 в Чамдо, 28 в Нагку, 6 в Шигадзе, 2 в Ньингчи, 1 в Лхасе и 1 в Нгари. Религию практикует 3291 монах, 93 тулку (духовных учителя) и более 130 тысяч последователей этой религии по всей Тибетской автономной области.

Сегодня многие доктрины и ритуалы религии бон превратились в часть народной религии тибетцев. Ряд религиозных ритуалов и концепций изначально существовал в практиках религии бон. Она оказала огромное влияние на культуру и обычаи тибетского народа.

Религиозные танцы в монастыре. Уезд Цзиньчуань, префектура Аба, провинция Сычуань

Глава 2
Тибетский буддизм

Тибетский буддизм, также называемый буддизмом тибетской языковой семьи, относится к буддизму Махаяны – одному из трех направлений этой религии. Между тем, будучи важной частью китайского буддизма, тибетский буддизм имеет долгую историю, собственные школы и культурные особенности. В частности, он характеризуется стройной идеологической системой и наличием глубокомысленной практики.

I. Истоки тибетского буддизма

Во многих книгах по истории Тибета сказано, что распространение буддизма началось во времена правления 28-го царя Лха Тотори Ньянцена (около 333 года), но официально он не был религией царства Тубо. Тогда получили распространение только некоторые сутры, появились небольшие пагоды и другие буддийские сооружения. Перевод и проповедование сутр еще не появились в Тубо. Следовательно, нельзя считать этот период официальным началом эры буддизма в регионе.

На самом деле именно с правления Сонгцена Гампо буддизм начал по-настоящему распространяться в Тубо. В VII веке царство пережило беспрецедентный подъем, в частности, в годы правления царя Сонгцена Гампо. После того как Сонгцен Гампо унаследовал трон, в Тубо был внедрен целый ряд передовых научных, технических и культурных знаний из соседних стран и регионов. Тибетские анналы свидетельствуют, что Сонгцен Гампо создал все условия для этого. «История буддизма в Индии и Тибете» также содержит подтверждения этому: «Признавая отсутствие собственного письма и литературы в Тубо, Сонгцен Гампо отправил группу из десяти человек во главе с Тхонми Самбхотой, сыном Тонми Ануса, в Индию для изучения письменности и литературы. Тхонми Самбхота признал Пандита Лхаи своим учителем санскрита. После завершения обучения, уже вернувшись в Лхасу, он создал тибетский алфавит, состоящий из 30 согласных и 4 гласных букв в сочетании со звуками, принятыми в царстве Тубо. Сославшись на опыт Кашмира и Индии, он создал тибетскую письменность и написал восемь работ по грамматике»[8].

Статуи Сонгцена Гампо, принцессы Трицун и принцессы Вэньчэн, хранящиеся в храме Трандрук в префектуре Шаньнань, Тибет

Цитата описывает процесс, который Тхонми Самбхота, известный государственный чиновник времен правления Сонгцена Гампо, использовал для создания тибетской письменности на базе древнего индийского письма. Во многих исторических летописях есть подробное описание этого. Создание тибетской письменности было постепенным, но вскоре она уже была применена на практике. В частности, сам Сонгцен Гампо, взяв на себя ведущую роль в изучении вновь созданного письменного языка, стал первым ценпо, владеющим им, и подал пример для изучения, применения и популяризации письменного языка. Изобретение тибетской письменности создало реальные условия для внедрения передовой культуры, науки и техники, положив начало новой цивилизации. В середине VII века в Тубо были созданы условия для перевода сутр, ставших основой для установления буддизма в качестве официальной религии в Тубо.

Дворец Потала

«Во время правления Сонгцена Гампо в Тубо были приглашены буддийские сановники, такие как Ачарая Кумара и Брахман Шанкам из Индии, Дарну из Кашмира, Ачарья Шимаджу из Непала и монах с титулом Великого небесного мира из Китая. Вместе с переводчиком Тхонми Самбхотой, ассистентами переводчика Дарна Гоксаг и Лхалунг Дорджебе они перевели Тантру Туо Ронни, Лунную лампу, Облако Сокровищ, 100 00 °Cутр Праджня Парамита и другие буддийские сутры»[9]. Кроме того, они сосредоточились на переводе 21 сутры и тантрах Авалокитешвары, которые превозносят его добродетели и подвиги, помогая распространять буддизм в Тубо посредством пророчества или наставничества. С тех пор Авалоки-тешвара считается бодхисаттвой, который освобождает все живые существа Тубо от мирских страданий, его религиозное святилище, называемое Потала, находится на Красном холме в Лхасе. Позже Лхаса стала священным буддийским местом.

Буддийские подношения, в частности статуи Будды, были привезены в Тубо. Среди них – нерукотворная сандаловая статуя Авалокитешвары одиннадцатиликого из южной Индии, статуя Аксобхьи в возрасте восьми лет в натуральную величину, привезенная принцессой Трицун из Непала, когда она выходила замуж за Сонгцена Гампо, и статуя Шакьямуни в возрасте двенадцати лет в натуральную величину, доставленная в 641 году принцессой Вэньчэн из династии Тан (618–907), приехавшей в Тубо как невеста Сонгцена Гампо. Последние две реликвии были тогда не только самыми драгоценными предметами буддизма, но и важной вехой в распространении буддизма в Тубо на государственном уровне. Предназначение этих трех статуй было четко изложено в нескольких тибетских исторических книгах. Например: «Три статуи Будды были соответственно из Тяньчжу, Непала и Китая, то есть из тех мест, где процветал буддизм Махаяны. Итак, чтобы продвигать Махаяну в «стране снегов», необходимо с большим почтением и усилиями привезти три статуи в Тубо»[10]. Эта цитата доказывает, что для людей Тубо в то время три статуи означали расцвет Махаяны. Следовательно, для того чтобы создать статуям соответствующее обрамление, царство не жалело усилий и строило крупные буддийские храмы. Правитель Тубо сделал все возможное, чтобы возвести великолепные строения и достойно разместить статуи, тем самым положив начало распространению буддийской архитектуры в Тубо.

Ступа и каменная груда мани из Нечунга

Вращение молитвенных колес

Согласно тибетским историческим источникам, во время правления Сонгцена Гампо в Тубо было построено 108 храмов, но только 18 из них сохранились до сегодняшнего дня, включая Джокханг и Рамоче в Лхасе и Чанчжуб в префектуре Шаньнань. Три знаменитых храма на самом деле служили буддийскими залами для поклонения статуям Будды, а не для размещения монахов, паломников или проведения больших религиозных ритуалов. Эти храмы во многом отличались от буддийских монастырей, возникших позже. Первая «партия» сыграла важную роль в содействии распространению и дальнейшему развитию буддизма в Тубо. В частности, эти три знаменитых монастыря занимают особое место среди прочих храмов тибетского буддизма.

Во время правления Сонгцена Гампо создание тибетских писаний, перевод сутр и строительство храмов заложили основу для придания буддизму статуса официальной религии в Тубо. В то время еще не было местных монахов и монахинь, а количество приглашенных было довольно ограниченным. Ученые-монахи из Индии, Непала и Китая, прибывшие для перевода буддийских сутр, уезжали обратно после завершения работы. В исторической книге есть следующий комментарий: «Все пандиты (ученые-монахи) были достойно вознаграждены после выполнения своих задач по переводу сутр и сопровождены на родину»[11]. Это показывает, что правитель Тубо не прилагал усилий к тому, чтобы ученые-монахи, приглашенные для перевода сутр, жили и распространяли там буддизм.

Пещера Тралхалупук высотой 22 метра на восточном склоне горы Чакпори в Лхасе – буддийский грот, вырезанный в период Тубо

Согласно тибетским историческим записям в «Проповедях Мани», «Пире для ученых» и «Столпах истории», два монаха из западных регионов (вероятно, из префектуры Юйтянь) отправились в Тубо, полные восхищения царем Сонгценом Гампо, которого в народе считали воплощением Авалокитешвары. Вопреки первоначальным планам им пришлось вернуться домой вскоре после того, как они прибыли в Тубо. Поскольку люди ничего не знали ни о буддизме, ни о монахах, все были очень удивлены при виде двух лысых священнослужителей в желтых одеждах, а те были в ужасе от местных обычаев и поведения. Это отчасти отражало тот факт, что буддизм не мог тогда органично войти в общество Тубо, поскольку основные принципы религии бон доминировали в регионе.

«Чтобы удовлетворить вкусы и простых людей, и приверженцев религии бон, Тердрунг и Друнгкхен применили сочетание ритуалов этих религий, чтобы люди Тубо поклонялись буддизму. С целью передачи информации последующим поколениям буддийские сутры, мантры, священные писания бон, сокровища и императорские указы были захоронены между четырьмя колоннами под Мандалой и в храме Дракона»[12]. Нетрудно заметить, что буддизм тогда распространялся через религиозные ритуалы бон и не в полной мере выполнял свои религиозные функции. На самом деле правление Сонгцена Гампо было великой вехой и периодом реформ в Тубо. Однако из-за неотложных политических, экономических и военных дел он не успевал уделять должное внимание пропаганде буддизма, который распространялся как иностранная система верований и некоторое время не мог закрепиться в Тубо. Трудно сказать, был ли Сонгцен Гампо благочестивым буддистом, но он действительно поддерживал распространение буддизма. Более того, он ссылался на некоторые буддийские учения и использовал их при принятии законов Тубо, как это демонстрируют исторические источники: «Установив Десять Добродетелей, он назвал Шестнадцать Добродетелей Морали, отдавая дань уважения Трем сокровищам буддизма: следовать Дхарме и практиковать ее; проявлять сыновнее благочестие и уважение к родителям; уважать знания; почитать старших; быть честным с родственниками и друзьями; помогать соседям; оставаться искренним и честным; учиться у возвышенных людей; быть умеренным в накоплении материальных благ; воздавать по заслугам и быть милостивым к дающим; быть справедливым в суждениях; быть справедливым без предрассудков и зависти; не быть ослепленным злыми советами; быть красноречивым и вежливым в речи; брать на себя ответственность»[13]. Эти добродетели были очень важны для приближения жителей царства Тубо к буддизму. Именно с помощью законов Сонгцен Гампо познакомил своих подданных с буддизмом и заставил их принять его, что во многом способствовало распространению этой религии в царстве. Кроме того, во время правления Сонгцена Гампо многие люди практиковали дхьяну (особая сосредоточенность сознания на объекте созерцания) и самадхи (ступень, подводящая к нирване). Мастера считались отшельниками, потому что тогда в Тубо не было ни местных монахов, ни монахинь.

Поклонение

В последующий отрезок времени, период «Трех ценпо» – во время правления Гунгсон Гунгцена, Мангсон Мангцена и Дусонга Мангпода, буддизм дальше не распространялся. Напротив, существующие связи между буддизмом и императорским двором ослабли.

Дворец Юмбулаганг в префектуре Шаньнань, Тибет

В период правления Тридэ Цугцена (в др. источниках – Тидэ Цугцэн, 704–755) двор Тубо вновь заинтересовался буддизмом. Со времен Сонгцена Гампо до прихода к власти Тридэ Цугцена религия бон господствовала на всей территории Тубо, а буддизму не придавали большого значения. Во время правления Тридэ Цугцена «Зенгар Моль Гасаг и Ньижа Нагума были отправлены в Индию за Дхармой. Они поехали приглашать мастеров буддизма и по дороге услышали, что два мастера занимаются земледелием в горах Гангдис. Мастера отвергли их предложение, но они задали вопросы по Агама-сутре эзотерического буддизма – Суварнапраб Хасаттама Сутра, Тантра Крийя, Чарья Тантра – получили разъяснения, осмыслили и передали содержание услышанного царю. Чтобы закрепить сутры, тот построил пять храмов: Кажи в Лхасе, Дзенсанг в Чжаме, Кенпо в Нанре, Геру в Чжаме и храм Мансунг»[14]. Тридэ Цугцен стал еще одним ценпо с позитивным отношением к буддизму после Сонгцена Гампо. Вполне вероятно, что поддержка буддизма Тридэ Цугценом исходила от принцессы династии Тан. (В 710 году Тридэ Цугцэн женился на принцессе Цзиньчэн из династии Тан. Прибытие принцессы возродило интерес к буддизму в Тубо.) Во-первых, она нашла статую Шакьямуни, привезенную в Тубо принцессой Вэньчэн и захороненную в земле на много лет, и поместила ее в монастырь Джокханг. Она также установила для монахов из района Хань правила проведения ритуалов и распорядок дня в монастыре. Во-вторых, принцесса Цзиньчэн помогала ценпо в создании условий для изгнанных и преследуемых монахов и защищала их религиозные убеждения. В то время «благодетельная принцесса Цзиньчэн из области Хань пригласила монахов, страдающих от преследований в Хотане, Анси, Суло, Гилгите и Кашмире, в царство Тубо, где прятала их в храмах в течение трех-четырех лет»[15]. Благодаря активному участию принцессы Цзиньчэн и продвижению буддизма в Тубо «(она) построила несколько храмов, включая Геру в Чжаме, чтобы пригласить преследуемых монахов западных регионов, а также монахов из района Хань в Тубо для продвижения и культивирования Дхармы»[16]. Тубо – страна, в которой не было местных монахов или монахинь, приняла и разместила иностранных священнослужителей, что на самом деле было непростой задачей.

Гробница царей Тубо в уезде Кунггяй, префектура Шаньнань, Тибет

Однако, как и ожидалось, когда молодой царь Трисонг Децен взошел на трон после смерти Тридэ Цугцена, иностранные монахи были изгнаны из Тубо. «Министр Маршанг, державший власть в своих руках, не интересовался Дхармой и поэтому изгнал всех монахов-буддистов из Тубо»[17].

Новый царь, Трисонг Децен, несмотря на желание поддержать буддизм, не имел никакого мнения относительно Дхармы и потому не препятствовал изгнанию иностранных монахов. И «монахи, монахини, шарира, сутра и ритуальные инструменты – все было вывезено»[18]. Тем не менее влияние буддизма не осталось незамеченным, благодаря присутствию монахов из западных регионов области Хань, их благочестию и проведению ритуалов.

Буддизм преодолел много препятствий во время своего распространения в Тубо. Несмотря на появление некоторых сутр и буддийских культовых предметов в IV веке, он был принят гораздо позже, во время правления царя Сонгцена Гампо. Распространение этой религии заняло целое столетие, вплоть до времени правления царя Тридэ Цугцена. В течение 100-летнего периода буддизм постепенно распространялся, но не смог укорениться в Тубо, поскольку здесь уже существовала религия бон.

II. Становление тибетского буддизма

Буддизм распространялся в Тубо в течение ста лет – от правления царя Сонгцена Гампо в середине VII века до того времени, когда царь Трисонг Децен взошел на трон. Именно во время царствования Трисонга Децена буддизм закрепился в Тубо и приобрел форму тибетской религии.

(I) Достижения Трисонга Децена в продвижении буддизма

Трисонг Децен был истинным религиозным царем в истории Тубо. Во время своего правления (755–797) он активно поддерживал буддизм, чтобы дать возможность религии закрепиться в Тубо. Благодаря огромному вкладу в пропаганду буддизма в Тубо его считают воплощением Манджушри (Бодхисаттва Мудрости). Царя Трисонга Децена относят к «Тройке Настоятелей». (Двое других – царь Сонгцен Гампо, воплощение Авалокитешвары, и царь Раппа-чан, воплощение Ваджрапани.) Статуе Трисонга Децена, а также статуям настоятеля Шантиракшиты и гуру Падмасамбхавы часто поклоняются в храмах тибетского буддизма.

Статуя Трисонга Децена, религиозного царя Тубо, хранящаяся в монастыре Самье

Трисонг Децен, сын Тридэ Цугцена, родился в Чжаме в 742 году и унаследовал трон в возрасте 13 лет. В 797 году он скончался после 43-летнего правления. Когда Трисонг Децен взошел на трон, его подданные все еще враждебно относились к буддизму. В частности, некоторые министры выступали против распространения этой религии в Тубо. Могущественный министр Маршанг Цзун-бэги был представителем тех, кто препятствовал распространению буддизма. По словам тибетского ученого Дунгкала Лосанга Трин-ли, «Маршанг Зонгбаги (Цзунбэги), верующий в религию бон, не интересовался буддизмом и издал указ: «Буддийские доктрины о возмездии в будущей жизни являются ошибочными. Буддийские ритуалы не должны проводиться, а только ритуалы религии бон. Кто хочет избежать преследований со стороны демонов и других зол, может прибегнуть к тибетским религиям. Любые последователи буддизма будут лишены собственности и сосланы в отдаленные районы. Можно верить только в религию бон, а буддизму следовать не рекомендуется. Религиозные ритуалы после смерти человека должны быть запрещены, а статуи Будды в Рампоче, привезенные из районов Хань, должны быть отправлены обратно». Кроме того, храм Кажа в Лхасе и храм Дзенгсанг в Чжаме были разрушены, статуя Аксобхьи в Джокханге была засыпана землей. Статуи Будды, хранимые в Джокханге и Рампоче, были перенесены в Дзидзонг в Нгари, а все ханьские монахи из Лхасы отправлены обратно. Джок-ханг был превращен в мельницу, а Рампоче – в скотобойню. Они даже развешивали внутренности убитых животных и сушили мокрые шкуры на буддийских статуях»[19]. Таковы были самые серьезные гонения, которые тибетский буддизм перенес в том столетии, а политическое движение, стремящееся восстановить прежнее положение религии бон в Тубо, укрепило свое влияние.

Однако, когда Трисонг Децен вырос и получил власть, отношение к религии бон и притеснению буддизма начали меняться. Во-первых, царь пригласил священника-буддиста Сангси, чтобы тот организовывал священные ритуалы и взял на себя ответственность за перевод сутр. Но плану продвижения буддизма препятствовали могущественные министры во главе с Маршангом Цзунбэги, последователем религии бон, и намеченное пришлось временно отложить. Во-вторых, Трисонг Децен назначил Ба Салнанга, буддиста, официальным представителем в Мангью. Затем отправил Сангси в Мангью (ныне округ Гиронг, префектура Шигадзе, Тибет), чтобы тот помог Ба Салнангу проводить мероприятия по пропаганде буддизма. Тем временем, после тайного совещания с лояльными министрами, царь устранил Маршанга Цзунбэги и других противников буддизма, тем самым очистив путь для развития буддизма в Тубо. Ба Салнанг и его спутники поехали в приграничные районы, прибыли в главные священные буддийские места Индии через Непал и совершили жертвоприношения и пожертвования в храме Махабодхи и храме Нараян»[20]. На обратном пути Ба Салнанг, к счастью, встретил индийского сановника Сантаракситу, также известного как настоятель Бодхисаттвы, и долго беселовал с ним о распространении буддизма.

Сантараксита, сын царя Жаора, родился в Бенгалии. Он был посвящен в монахи перед Главной сокровищницей мудрости Будды в храме Нарланда. Как мастер Мадхьямики автономной школы Сватантрика (Среднего пути) Сантараксита является автором «Украшения Среднего пути» (Мадхьямика ламкара). В истории буддизма Индии он и его ученик Камалашила представляют традицию Ягачара школы Среднего пути. Сантараксита, его учитель, мастер Сокровищницы мудрости Будды, и ученик Камалашила были почитаемы в то время как Три восточных гуру школы Среднего пути в Индии. Сантараксита был не только известным ученым-буддистом в древней Индии, но также прославился в истории тибетского буддизма. Узнав о том, что Сантараксита был великим мастером буддизма в Индии, Ба Салнанг немедленно доложил об этом царю Трисонгу Децену и предложил пригласить гуру для распространения буддизма в Тубо. Царь принял это предложение. Когда Сантараксита в сопровождении Ба Салнанга прибыл в Тубо, Трисон Децен тепло приветствовал их.

Сантараксита распространял буддизм и читал лекции на тему «Десять добродетелей» и «Двенадцать вводных буддийских проповедей» в Тубо. Но, к сожалению, через несколько месяцев после его лекций в Тубо разразилось стихийное бедствие: дворец Пангтанг в районе Самье был разрушен из-за наводнений, дворцы на Красном холме Лхасы были поражены молнией, посевы пострадали от града, а в царстве бушевали эпидемии. Жители Тубо утверждали, что эти беды были вызваны распространением буддизма и верой в него, и требовали, чтобы царь немедленно отослал Сантаракситу обратно. Под давлением своих подданных Трисонг Децен отправил монаха в Непал. Перед своим отъездом Сантараксита передал наставления другому сановнику о распространении буддизма в Тубо. Это был великий мастер Падмасамбхава.

Статуя Падмасамбхавы в пещере Тралхалупук

Статуя Падмасамбхавы, хранящаяся в монастыре Самье

Трисонг Децен принял совет Сантаракситы и послал двух министров, Сенго Лхалунга и Деву Мекбужи, чтобы те пригласили гуру Падмасамбхава, жившего в пещере Янглешо в Уддияна. Считается, что Падмасамбхава покорил всех демонов и злых духов по дороге в Тубо и расчистил дорогу для распространения буддизма в царстве. Обладая значительно большей духовной силой, чем последователей религии бон, гуру Падмасамбхава установил лидирующее положение буддизма в Тубо. Затем царь Трисонг Децен послал людей, чтобы те пригласили Сантаракситу вернуться из Непала.

При политической и экономической поддержке царя Трисонга Децена Сантараксита и гуру Падмасамбхава провели в Тубо значительные мероприятия по распространению буддизма. Сантараксита в основном проповедовал Срединный путь, монашеские сутры и другие основные постулаты теории буддизма, а Падмасамбхава демонстрировал свою магическую силу, чтобы контролировать злых демонов и особенно 12 демонов духовной семьи бон, превратив их в божества-хранителей буддизма. Он также передавал основы тантрических учений жителям царства.

Он передал таинственную силу, называемую «Круглой и Яркой магией», молодым людям, чьи родители были еще живы. Это был первый случай, когда экстраординарные способности представителей эзотерического буддизма были обнародованы в Тубо. «Круглая и Яркая магия» легла в основу магии подчинения демонов в тибетском буддизме.

Сантараксита и гуру Падмасамбхава внесли большой вклад в строительство первого официального монастыря в Тибете, инициированное Трисонгом Деценом. Монастырь Самье, строительство которого было начато в 774 и завершено в 778 году, был возведен по образцу Одантапури – монастыря в Бихаре, древняя Индия. Трех этажный центральный зал в монастыре изображает Сумеру, мифическую гору в центре космоса в буддизме. Вокруг центрального расположены еще четыре зала, обращенные в разные стороны, они символизируют четыре континента. Каждый из них также имеет рядом по два небольших зала, представляющих восемь субконтинентов. Справа и слева от центрального зала – два специальных зала, означающих солнце и луну. Четыре цветные ступы стоят по углам центрального зала: белая Ступа Бодхи, красная Ступа Колеса Дхармы, черная Ступа и зеленая Ступа Нисхождения, символизирующая покорение различных духов и демонов и обуздание всех природных и техногенных катастроф. Весь комплекс обнесен ограждением эллиптической формы с четырьмя воротами в четырех направлениях. Восточные ворота – это главный вход, а ограждение представляет собой Чакраваду (сферу, круг). Трехэтажный центральный зал построен в соответствии с архитектурными канонами Тубо, Китая и Индии. Кроме того, статуи Будды на каждом этаже демонстрировали культурные особенности трех регионов. Например, статуи на нижнем этаже изображали тибетцев, на среднем этаже – ханьцев, а на верхнем – индийцев. Поэтому Самье является великим буддийским храмом, где соединились различные культуры.

На церемонию открытия монастыря Самье после завершения его строительства были приглашены из Индии 12 бхикшу (старшие монахи) с Шантиракшитой в качестве кампоса (председателя церемонии посвящения). В этот день семь человек, в том числе Ба Салнанг, были рукоположены в буддийские монахи. Эти люди явились первой группой монахов в истории тибетского буддизма и известны как «семь мудрецов». Следуя примеру «семи мудрецов», количество тибетских монахов быстро увеличивалось и вскоре достигло трехсот.

Монастырь Самье в уезде Чананг, префектура Шаньнань, Тибет

Красная ступа в монастыре Самье

Успешное завершение строительства монастыря Самье положило начало новому этапу развития буддизма в Тубо. Монастырь был не только религиозным и культурным образовательным центром, но и особым местом для перевода буддийских сутр. Царь Трисонг Децен пригласил буддийских ученых и мастеров из Китая и Индии для перевода религиозных писаний вместе с обитателями монастыря Самье. Этот эпизод был описан в «Хрониках монастыря Самье»: «Монахи-переводчики сидят, скрестив ноги, на полу, лицом друг к другу. Один читает священные писания, другой переводит их на тибетский, а высокопоставленный сановник исправляет перевод. Молодой монах пишет перевод на бумаге бамбуковой ручкой. В это время многие монахи, в том числе и упомянутые «семь мудрецов», индийские мастера, такие как Сантараксита, Парисуддхи и Вима-лагарбха, и ханьские монахи, такие как Посанг, Мархареза, Дева и Харенабо, находятся в зале монастыря Самье, предназначенном для перевода буддийских сутр. В дополнение к буддийским писаниям ханьские монахи также перевели труды по медицине и математике. Переводчики выполнили обширные переводы Трипитаки. Так были собраны переведенные буддийские сутры»[21]. На восточной, западной и южной стенах коридора зала переводов находятся десятки ярких фресок, изображающих сцены перевода сутр.

Эти фрески – живые доказательства истории становления буддизма в царстве Тубо, они имеют большую научную ценность. Тогда мастера из ханьских и индийских областей вместе с буддийскими монахами Тубо перевели множество важных буддийских сутр, таких как монашеские сутры, Трипитака, тантры и другие. Это был самый масштабный в истории перевод сутр с момента появления буддизма в Тибете.

Стела с надписью о строительстве монастыря Самье

Несмотря на упрочившуюся позицию буддизма, конфликты между религиозными школами, особенно между сторонниками буддизма и религии бон, все еще продолжались. Чтобы разрешить этот конфликт, царь предложил устроить дебаты с целью присвоить статус государственной религии победителю, а проигравшую упразднить. В 759 году состоялись дебаты между представителями буддизма и религии бон, которые закончились поражением последних.

Когда тибетский буддизм стал господствовать и расширяться, возникли противоречия между индийской и ханьской школами этой религии. В частности, их представители имели разногласия в трактовке доктрин и выполнении ритуалов, и даже образовались фракции, готовые вытеснить противников. Собственно говоря, индийский буддизм с Сантаракситой в качестве его главного идеолога преобладал. Сантараксита, ученик мастера Бхававивеки в пятом поколении, был представителем школы Среднего пути индийской Махаяны, ортодоксальной экзотерической школы индийского буддизма, исповедующей культ Бодхичитты, Дхья-ну (созерцание) и соблюдение обетов пратимокши (индивидуального освобождения). Высокий авторитет Сантаракситы в тибетском буддизме объясняется его важным вкладом в становление этой религии в Тубо. Например, он предложил пригласить гуру Падмасамбхава, чтобы подчинить злых духов и демонов религии бон, и это расчистило путь буддизму в Тубо. Он руководил строительством монастыря Самье, закладывая основу для устойчивого развития религии. Кроме того, он также служил кампосом для рукоположения местных монахов. После смерти Сантаракситы многие монахи Махаяны начали проповедовать доктрины согласно их собственной точке зрения. Они выступали за простой способ практики Дхармы, который получил признание и поддержку местных монахов Тубо, а также приобретал все больше последователей. Произошло прямое столкновение между ними и последователями школы Среднего пути Сантаракситы. Были организованы дебаты, известные в истории как «Борьба между внезапным и постепенным просветлением в рамках тибетского буддизма».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Tsalpa Kunga Dorje. Red Annals / annotated by Dungkal Losang Trinley; translated by

Chen Qingying and Zhou Runnian. Lhasa: Tibet People’s Publishing House, 1988. P. 29.

Вернуться

2

Thukwan Lozang Chokyi Nyima. The Origin of the Sects of Tibetan Buddhism by Thukwan/

translated by Liu Liqian. Lhasa: Tibet People’s Publishing House, 1986. P. 194.

Вернуться

3

Thukwan Lozang Chokyi Nyima. The Origin of the Sects of Tibetan Buddhism by Thukwan,

in Tibetan. Lanzhou: Gansu Publishing House of Minority Nationalities, 1984. P. 381.

Вернуться

4

The World Religious Material. Issue 4. 1985. P. 31.

Вернуться

5

Thukwan Lozang Chokyi Nyima. The Origin of the Sects of Tibetan Buddhism by Thukwan/

translated by Liu Liqian. Lhasa: Tibet People’s Publishing House, 1986. P. 194–195.

Вернуться

6

Dungkal Losang Trinley, On the Integration of Politics and Religion in Tibet, translated by

Chen Qingying. Beijing: Publishing House of Minority Nationalities, 1985. Р. 15–16.

Вернуться

7

Translations of Foreign Tibetology Researches. Vol. 11. Lhasa: Tibet People’s Publishing

House, 1994. P. 81.

Вернуться

8

Buton Rinchen Drup. The History of Buddhism in India and Tibet, in Tibetan. Beijing:

China Tibetology Press, 1988. P. 182.

Вернуться

9

Pawo Tsuglag Trengwa. Feast for Scholars. Vol. 1, in Tibetan. Beijing: Publishing House of

Minority Nationalities, 1981. P. 182.

Вернуться

10

Sakya Sonam Gyaltsen. The Mirror Illuminating the Royal Genealogies: Tibetan Buddhist

Historiography, in Tibetan. Beijing: Publishing House of Minority Nationalities, 1981. P. 85.

Вернуться

11

Treasured Sermons of Mani (an ancient book), in Tibetan. P. 288.

Вернуться

12

Treasured Sermons of Mani (an ancient book), in Tibetan. P. 225–226.

Вернуться

13

Ngawang Lozang Gyatso. The Records on Tibetan Kings and Ministers in Tibetan. Beijing:

Publishing House of Minority Nationalities, 1981. P. 22.

Вернуться

14

Pawo Tsuglag Trengwa. Feast for Scholars. Vol. 1, in Tibetan. Beijing: Publishing House

of Minority Nationalities, 1981. P. 294.

Вернуться

15

Datsang Dzongba Paljor Sangpo. The Great Chinese-Tibetan Compendium. Vol. 1, in

Tibetan. The Photostatic copy by the ancient book collating and planning group of Minzu

University of China. P. 68.

Вернуться

16

Lotsawa Shunu. Blue Annals. Vol. 1, in Tibetan. Chengdu: Sichuan Publishing House of

Minority Nationalities, 1984. P. 66.

Вернуться

17

Lotsawa Shunu. Blue Annals. Vol. 1, in Tibetan. Chengdu: Sichuan Publishing House of

Minority Nationalities, 1984. P. 66.

Вернуться

18

Datsang Dzongba Paljor Sangpo. The Great Chinese-Tibetan Compendium. Vol. 1, in

Tibetan. The Photostatic copy by the ancient book collating and planning group of Minzu

University of China. P. 69.

Вернуться

19

Dungkal Losang Trinley. On the Integration of Politics and Religion in Tibet, in Tibetan.

Beijing: Publishing House of Minority Nationalities, 1985. P. 21–22.

Вернуться

20

Ba Salnang. SBa- bzhed / translated and annotated by Tong Jinhua and Huang Bufan.

Sichuan Publishing House of Minority Nationalities, 1990. P. 13.

Вернуться

21

He Zhoude, Sonam Wangdi. The Brief Records on the Samye Monastery. Lhasa: Tibet

People’s Publishing House, 1987. P. 18.

Вернуться