Василий Стеклов
Пока смерть не…

Глава 1

Комнату залило мягким белым светом, зачирикали птички за окном и в воздухе разнесся запах жасмина. Спящий мужчина повернулся на широкой двуспальной постели, глубоко вздохнул пару раз и открыл глаза. Птички все еще пели, в комнате пахло жасмином, осветители в потолке горели белым дневным светом. Приветливый женский голос произнес: «Доброе утро, Карл, уже шесть утра, вы просили вас разбудить». Мужчина протянул левую руку и опустил ее на постель рядом с собой, там было пусто, и рука легла на простыню. Он повернул голову, озадаченно взглянул на пустое место, потом скользнул взглядом по комнате, и, словно что-то вспомнив, нахмурился.

Впрочем, через несколько секунд он приподнялся и сел на кровати. Некоторое время сидел так, глядя на занавешенное окно, потом произнес: «Элис, отключи будильник, дневной режим». Лампы в потолке тут же сменили свечение на более тусклое и желтое, птички за окном замолчали, и запах жасмина рассеялся. А в комнате почти мгновенно поднялась температура с 16 до 20 градусов по Цельсию.

Карл встал, потянулся и пошел к двери. Вдруг он замер и остановился, – дверь была приоткрыта, за ней стоял силуэт и смотрел на него через узкую щель.

– Элизабет? – немного растерянно произнес Карл.

Дверь открылась, за ней стояла симпатичная молодая женщина в домашнем халате и улыбаясь смотрела на него.

– Да, дорогой, я пришла взглянуть – встал ли ты уже. Как спалось?

– Спасибо, хорошо. Эмм.., я уже встал, как видишь. Иду в душ. А ты давно… проснулась?

– Давно, – с улыбкой отвечала женщина. – Ты удивлен? Завтрак уже готов, ждет тебя внизу, – с этими словами она повернулась и пошла прочь.

Карл вышел из комнаты и проводил ее взглядом. Он открыл было рот, собираясь что-то сказать уходящей жене, но не сказал, повернулся и пошел в другую сторону, там где находилась ванная.

Приняв душ, он завернулся в халат и спустился вниз. На первом этаже их дома располагалась кухня, небольшая столовая, гостиная, спортзал, еще одна ванная комната и прихожая. В прихожей было две двери, одна вела на крыльцо дома, вторая в гараж.

Карл вошел в столовую. На столике стоял завтрак: омлет с тушеной кукурузой, гренки, бобы на пару и еще какое-то экзотическое новое блюдо из свежих овощей под соусом. Он сел к столу и принялся за еду, ел медленно, о чем-то думая, хмуря лоб и временами замирая с вилкой в руке.

В столовую вошла Элизабет и подошла к нему.

– Я приготовила это сегодня. Понравилось? Я не уверена, что получилось все так как нужно.

Карл поспешил ее заверить:

– Нет, все хорошо. Вкусно. Правда!

Лицо Элизабет просияло в улыбке

– Вкусно?! Ох, как я рада! Я попробовала новый рецепт, я их столько много выучила в последнее время. Хочешь я каждый день буду готовить что-то новое для тебя?

Карл мотнул головой и пробормотал, жуя:

– Очень хорошая мысль. Но смотри, как бы я не растолстел, – начал он шутливым тоном, – ведь я не как ты и могу… – он вдруг осекся посреди фразы и замолчал.

Элизабет не обратила на это внимания и отвечала с милой улыбкой:

– Ничего страшного! Некоторым мужчинам полнота даже идет. Так что решено – буду баловать тебя самыми изысканными блюдами из лучших кухонь мира. И это очень увлекательно – готовить. Ты не знал? Как химический эксперимент, конечно, не такой, какие делаете вы в своих лабораториях, но тоже очень интересно! Смешиваешь разные компоненты, разные вкусы, растворяешь их или нагреваешь, и в итоге получаешь что-то совершенно новое.

Карл жевал и с улыбкой кивал словам жены. Она посидела с ним еще несколько минут, с удовольствием наблюдая как он ест завтрак, а потом пошла наверх.

Через десять минут колонка, такая же как в спальне, произнесла приветливым голосом:

– Вам нужно поторопиться, чтобы успеть добраться вовремя. Вам следует выйти через пятнадцать минут. Через семь минут я заведу вашу машину, ситуация на дорогах благоприятная как обычно, до места работы вы доберетесь не более чем за тридцать шесть минут.

– Спасибо, Элис, – машинально произнес Карл, доел оставшееся с тарелок и сунул посуду в моечную машину. Потом подхватил упаковку из под снеков, жестяную банку из под газировки, мятые салфетки и упаковку из под фисташек, оставленную вчера детьми, и бросил все это в мусороуборочный терминал. Терминал начал слабо вибрировать, распознавая мусор, сортируя его и направляя по подземному конвееру в семь разных баков за забором дома. Мусорный погрузчик утром и вечером ездил по району и опорожнял баки, загружая их в себя согласно категории: стекло, пластик, металл, бумажные изделия, электроника, опасные отходы, биоотходы.

Карл подошел к гардеробу и открыл его, на вешалке висел чистый свежий костюм, он быстро оделся, взял дипломат и вышел через двери в гараж. Машина была уже заведена, она тут же распознала хозяина, мигнула габаритными огнями и открыла водительскую дверь.

Через две минуты блестящий, лазурево-синий спорткар выехал из ворот гаража и, проехав пару кварталов по узкой дороге частного сектора, мимо таких же красивых частных домов, свернул на автобан.

Автобан тянулся через равнину, покрытую зеленой травой, на которой то тут, то там виднелись частные домики. Обычный пейзаж для пригорода. Автобан иногда отрывался от земли и на высоких сваях пролетал над небольшими речками, рощицами, пешеходными дорожками и тропами диких животных. Вдоль всей трассы, по обоим сторонам, стояли шумоподавляющие экраны, практически не видные глазу, но снижающие шум транспорта почти на девяносто процентов. Автобан совсем не портил вида местности, а удивительным образом вписывался в пейзаж. Его опоры и прочие дорожные конструкции были увиты вьющимися растениями, а на склонах дорожной насыпи росла пышная зеленая трава с цветами. Вдали на горизонте виднелись белые лопасти ветряных электрогенераторов.

Карлу было тридцать восемь лет, из них уже пятнадцать он работал в научно-исследовательском центре гигантской корпорации Регенширм. Он начал с должности младшего научного сотрудника в одном из небольших филиалов, а сейчас, уже достигнув должности ведущего научного сотрудника и главного специалиста, он был на хорошем счету, имел в послужном списке более сотни научных статей, тринадцать патентов на изобретения и работал в головном центре корпорации.

Ехал он довольно быстро, со средней скоростью 160 км/ч, и минут через двадцать впереди показался внушительный небоскреб из синего стекла, не менее ста этажей в высоту, обнесенный высоким забором. На уровне верхних окон, ровно посередине небоскреба, был закреплен огромный логотип в виде буквы R. Логотип светился зеленым неоновым светом и смотрел на дорогу, так, что его сразу было видно тем, кто ехал в город, как Карл, так и из города. Рядом с небоскребом виднелись здания поменьше, хотя некоторые тоже были немаленькие и достигали половины его высоты.

Это был главный офис и научно-исследовательские центры корпорации Регенширм – международного хай-тэк гиганта, с астрономическими доходами, филиалами по всему миру и сотнями тысяч человек в штате. Он располагался в пятнадцати километрах от средней величины города. Бόльшая часть населения города и пригорода так или иначе работала на корпорацию.

Регенширм была создана более тридцати лет назад тремя талантливыми предпринимателями и инженерами из США, Великобритании и Австрии. Судя по выбранному названию они были поклонниками компьютерных игр, или по меньшей мере один из них. Довольно скоро небольшая IT компания начала делать успехи, создавать превосходные высокотехнологичные продукты, приобретать все новых клиентов и увеличивать капитализацию. Ее заметили, начали заключать выгодные контракты, даже на уровне государств, и со временем в нее влились другие мировые лидеры в области высоких технологий.

Лучшие инженерные умы и молодые таланты со всего мира присоединялись к корпорации, по мере того как она росла. И вот уже много лет она занимала ведущее положение в области IT технологий, биоинженерии и хай-тэка. По крайней мере все то время, что Карл работал на нее, она только увеличивала свое лидерство в мире.

Глава 2

Машина подъехала к автоматическому шлагбауму, перед которым из асфальта вырастали стальные цилиндры – автоматические противотаранные болларды. Стекло автомобиля опустилось, Карл высунул руку с электронным кольцом на пальце и приложил его к считывающему устройству. Одновременно с этим камера возле шлагбаума считала номер машины, и через секунду шлагбаум поднялся, цилиндры ушли под землю, и машина проехала на территорию. Возле забора прохаживались вооруженные охранники в форме, на которой был нашит такой же логотип буквы R, что был на небоскребе.

Сейчас, в начале рабочего дня, автомобили то и дело заезжали на территорию, большей частью все они были дорогими и новыми, как и машина Карла. Если же какой-то сотрудник приезжал на такси, то он высаживался возле забора и проходил через пропускной пункт пешком. Никто посторонний на территорию Регенширм не допускался.

Синий автомобиль проехал на подземную парковку, в зону С, это была парковка для сотрудников высокого уровня, не начальство, но не рядовой и не средний персонал.

Карл вышел из машины и пошел к лифту, возле которого уже стояло группа людей. Его дорогой костюм, был не классического фасона, а свободного, это означало сотрудника научного отдела корпорации, те кто работал в административных отделах носили строгие костюмы с галстуками. Несколько стоящих у лифта оглянулись на него.

– Привет, Карл, – поздоровался с ним мужчина примерно его возраста и в таком же демократичном костюме.

– Привет, Гэбриэл. Как ты?

– Спасибо, я хорошо. А ты как?

– Я тоже.

Они пожали друг другу руки. «Доброе утро», – произнес Карл несколько раз, кивая головой другим ожидающим, с кем он не был хорошо знаком. Они ответили таким же кратким приветствием и кивком головы. Корпоративный этикет большего не требовал. Кто-то из ожидавших стоял молча, те кто встретил знакомых, лениво обменивались короткими фразами. Лифт вскоре приехал, и все вошли в кабину.

Они поднялись с парковки на первый этаж в огромный светлый вестибюль с высокими окнами до потолка. Научный отдел разработки искусственного интеллекта и цифровых технологий находился в одном из высоких зданий, тех что были в половину высоты главного небоскреба. В главном небоскребе располагалось руководство, топ менеджеры, финансово-экономический отдел, юридический и другие административные службы. В остальных зданиях находились научные лаборатории, медицинский исследовательский центр, служба безопасности, курьерская служба и разный рабочий персонал, вроде поваров, уборщиков и электромонтеров.

Выйдя из лифта, Карл подошел к стойке охраны и показал свое удостоверение. Охранник со скучающим видом взглянул на удостоверение, кивнул ему головой и нажал кнопку. Перед Карлом раздвинулись створки турникета, и он прошел в лифтовой холл, где набрал на клавиатуре «33» – нужный ему этаж.

Вообще-то, все эти охранники и проверка документов были скорее данью традиции и символом высокого статуса корпорации, чем необходимостью. Безопасность во всех зданиях вполне обеспечивалась автоматизированной системой. В ней было заложено распознавание лиц и определение уровня персонального доступа всех сотрудников. Никому постороннему проникнуть в какое-либо из зданий корпорации было невозможно, его бы тут же обнаружила и идентифицировала система безопасности и мгновенно бы блокировала в том самом месте, где он попался под ее всевидящее око. И нарушителю оставалось бы ждать вооруженных охранников, не имея возможности открыть ни одну из дверей.

Так же как и сотрудник с низким уровнем доступа не смог бы проникнуть туда, куда ему заглядывать не полагалось, даже если бы он похитил, как в детективных фильмах, чью-то карту доступа. Но даже если бы все эти шпионы проникли в какое-то засекреченное место, то они все равно бы не смогли ни подсмотреть ничего, ни тем более скопировать или вынести из здания. Система безопасности была подключена ко всем рабочим местам и всем компьютерам комплекса, и тут же бы обнаружила подозрительные действия любого человека, будь это даже полноценный сотрудник, перекупленный конкурентами. И ее невозможно было отключить или взломать ни одному хакеру и даже самим программистам, что ее обслуживали. Как говорил Якоб Нойер – глава службы безопасности корпорации: «Подростку проще зайти на сайт для взрослых под носом у бдительной мамаши, чем кому-то посмотреть конфиденциальные файлы Регенширм». Абсолютная надежность, как и во всем другом чем занималась корпорация.

Лифт вскоре приехал, и Карл вместе с другими ожидающими вошел в кабину. Последним в лифт вбежал молодой худощавый человек в очках, с коротко подстриженными светлыми волосами. Он конфузливо встал в углу, как бы чувствуя неловкость за этот свой прыжок в уезжающий лифт, потом поднял голову и остановил взгляд на Карле.

– Карл, привет! – радостно воскликнул он.

– Привет, Фрэнки, – улыбнулся Карл.

Это был сотрудник из его лаборатории, молодой но уже очень сообразительный софт-инженер и программист. Сейчас они работали вместе в составе научной группы из восьми человек.

– Торопишься на работу, я вижу?

– Ну да, типа того… – смущенно забормотал Фрэнк. – Столько дел сегодня и вообще в последнее время… А знаешь, я думаю, наш проект очень неплохо идет.

– Ну, собственно, так и есть… – начал Карл, но в этот момент лифт приехал на их этаж.

Они вышли из лифта и направились в лабораторию – большое помещение с высокими потолками и ярким освещением, где стояла дюжина рабочих столов с компьютерами, а вдоль стен были установлены 3D сканеры, лазерные генераторы, станки для сборки микрочипов, фотолитографы, 3D принтеры, тестовые камеры и другое сложное и самое передовое оборудование.

В комнате уже работали их коллеги: программист Аврил, инженеры-структурологи Николя и Рауль, нейробиолог Стефани, инженер-тестировщик Кларисса, инженер-биохимик Нацуки.

– Привет, гайс! – весело сказал Фрэнк.

– Карл, Фрэнки, привет, – ответили они, на секунду подняв головы от мониторов и тут же опустив их.

– Вы уже начали – молодцы! Моя школа! – сказал Карл. Он был ведущим сотрудником в этой группе и поэтому иногда в шутку изображал начальствующий тон.

Их группа была одной из многих, кто работал над созданием нейрочипов – устройств для вживления в мозг, с помощью которых можно было лечить различные нервные и психические заболевания, такие как: шизофрения, болезнь Альцгеймера, энцефлопатии, Паркинсон, эпилепсия и другие. А кроме этого – улучшать когнитивные возможности мозга. Одновременно с ними этим занимались несколько лабораторий медицинского центра, и вроде работа шла неплохо.

Ученые первое время работали молча, производили вычисления, писали программные коды, время от времени отходили от мониторов и шли к какому-то из приборов в лаборатории, проводили измерения, собирали фрагменты чипов, делали тесты и возвращались назад к мониторам. Если и общались друг с другом, то только по рабочим моментам. Но часа через полтора начали переговариваться и на сторонние темы, чтобы развлечь утомленные мозги. Хотя команда была интернациональная, но все довольно хорошо говорили по-английски.

– Нацуки, а в Японии какое направление сейчас самое перспективное? – спросил Рауль.

– У нас? Хм, все тоже самое, как мне кажется: биоинженерия, генетика, искусственный интеллект, цифровизация человеческой среды. Разве что мы, японцы, питаем традиционную слабость к роботам. Вот их у нас много, в Европе это не так сильно пока. Мне больше нравится как здесь, – отвечала Нацуки.

– Да, в этом вы безусловно впереди всех, задаете тон. Я вот совершенно не против роботов. Года два назад ездила в Токио, и мне там очень понравилось, – сказала Аврил.

– Я тоже не против, но не так, чтобы эти роботы были везде. Их у нас пихают во все места: роботы выгульщики собак, роботы садовники, няньки, танцоры, охранники, официанты, любовники. Уже создают совсем странных – роботы для хорошего настроения, или гармонизаторы, которые просто ходят по улице, насвистывают веселый мотивчик, улыбаются и машут рукой всем встречным, – сказала Нацуки с нотками смеха в последних словах, описывающих странных роботов. Несколько человек засмеялись вместе с ней.

– А я считаю, что прогресс не остановить, – весело сказал Фрэнк, – не будь роботы нужны людям, их бы не делали. Но их делают все больше, и это улучшает нашу жизнь, облегчает, делает интереснее. А если кому-то не нравится – ради бога! Пусть становится дауншифтером или едет в какую-нибудь архаичную страну, где технологии на уровне прошлого века.

– Не-не! Что интересно – в эти страны никто не едет, – оживленно сказал Николя, – ни один сторонник традиций и слияния с природой. Потому что все эти страны, которые отвергают прогресс и проповедуют традиции отцов со всякими духовными скрепами, как на подбор – нищие, убогие дыры. С ужасной экологией, преступностью и озлобленным депрессивным населением. И в этих странах всегда у власти диктаторы, которые втихаря пользуется всеми достижениями научного прогресса, что мы тут производим, а своим гражданам проповедуют жизнь в нищете, в тяжелой работе и ненависти к технологиям, способным эту жизнь облегчить.

– Да, есть такие места. Это ужасно, конечно! Но, к счастью, таких стран становится все меньше, – сказала Кларисса.

– Все равно, прогресс не остановить и не замедлить, – сказал Фрэнк. Он откинулся на кресле, заложил руки за голову и мечтательно глядел в потолок. – Технологии – это наше будущее! Вы задумывались над будущим? Не над далеким даже, а самым ближайшим? Я вот часто думаю. Ведь то что мы делаем сейчас в лабораториях, скоро станет будущим человечества. А мы – часть этого будущего. Как же это офигенно!

– Согласен, технологии облегчают жизнь человека. Но это далеко не главное. Технологии продлевают нашу жизнь, совершенствуют человека как вид. Мы теперь можем жить активной жизнью до ста лет, и эта продолжительность будет увеличиваться. Побеждаем все больше болезней. Искусственный интеллект, трансгуманизм – вот наше будущее, – поддержал Николя.

– Карл, ты ведь у нас в этом спец. Недавно работал с Перельманом, Юровским, Фонштейнером и прочими важными шишками над чем-то секретным из этой сферы. Вроде и Фрэнки был с вами, – сказал Рауль.

– Было дело, – задумчиво отвечал Карл. – Всего пока раскрыть не могу, но это очень перспективная тема. Впрочем, скоро вы все узнаете.

– Вроде как что-то связанное с искусственным интеллектом и квантовым мозгом? – спросил Рауль.

– Да. И мы добились, не побоюсь сказать, успехов. Совсем немного усилий, и квантовый мозг будет обладать всеми функциями биологического мозга, но при этом он будет избавлен от всех его недостатков. Маленькая и нестабильная память, медленная скорость обработки информации, когнитивные ошибки, утомляемость. Мощь суперкомпьютера будет сочетаться с воображением, любознательностью, научным предвидением и другими качествами человеческого разума. Я даже не знаю как это лучше назвать: сверхразумный человек или очеловеченный искусственный разум, – сказал Карл.

– Я думаю, что это все же искусственный разум. Все таки человек – это человек, биологический вид из плоти и крови, – сказала Стефани.

– Ну уже не все из нас биологические существа из плоти и крови, – начал вдохновенно Фрэнк. – Я хочу сказать – не полностью. Еще в начале двадцать первого века начали создавать импланты и протезы, заменяющие части человеческого тела и органы. А косметические импланты, зубные импланты, суставы начали делать еще в конце двадцатого. Сейчас, как вы знаете, многие органы и ткани создают с помощью генной инженерии и биокибернетики. Так вот, один миллионер из Малайзии, я читал в одном журнале, притом не каком-нибудь, а солидном научнопопулярном, он заменил себе столько органов: один глаз, почку, семь суставов, часть кровеносной системы, часть позвоночника, кожу на лице и еще что-то, так в итоге от изначального биологического тела у него осталось сорок шесть процентов. Представляете! Меньше половины! Так что человек сейчас уже не совсем биологический вид.

– А кто же теперь человек? Надбиологический вид? – спросила Стефани.

– Да. Или лучше даже… Хм… Мета-биологический! – сказал Фрэнк и энергично щелкнул пальцами от такого удачного слова.

– Мета-биологический – после биологический, то есть. Ну что ж, очень подходящее название, – сказала Стефани.

– А это идея, – задумчиво промолвил Рауль. – Терминология должна успевать за прогрессом. Как назвать тех, кто уже не является биологически человеком, но из-за сложности мозга и обладания сознанием не может быть причислен к машинам. Мета-люди – лучше и не придумаешь!

Глава 3

Рабочий день кончился, Карл выехал с парковки, миновал шлагбаум и въехал на автобан в направлении к дому. По дороге ехал плотный поток машин, многие возвращались с работы и направлялись из города к своим уютным частным домикам, но, как и обычно, движение было быстрым, без пробок и затруднений. Искусственный интеллект, внедренный в большинство современных автомобилей, позволял избегать пробок, ДТП и прочих проблем, выбирая оптимальную скорость и траекторию движения. Водители конечно все еще управляли своим транспортом, но ИИ бережно контролировал и координировал этот процесс, как опытный автоинструктор наблюдает за новичком, учащимся вождению.

Если ИИ видел через автомобильные камеры, что машина идет на столкновение с каким-то объектом, выезжает на встречку или обочину, опасно приближается к другому автомобилю, то он тут же совершал необходимые маневры, предотвращая аварию. Бывали случаи, когда водители засыпали за рулем или теряли сознание, бортовой компьютер определял, что автомобиль потерял управление и тут же аккуратно парковал его к обочине. Так что аварии случались редко и только самые легкие, с минимальным ущербом. Кроме того ИИ отслеживал сигналы светофоров и дорожные знаки, не позволяя нарушать их. Но эти ограничения водитель мог игнорировать при необходимости, если наездил более 250 часов без нарушений. И при условии, что такие его действия не угрожали привести к ДТП.

Так же ИИ автомобиля был соединен с ИИ уличных камер, благодаря этому он сразу же определял оптимальный маршрут в потоке машин, а городской ИИ мгновенно регулировал режим переключения светофоров, согласно потоку на дорогах. Эта система регулировала уличное движение настолько успешно, что пробок не было даже при самых пиковых нагрузках. Если же случалось иногда легкие ДТП, то дорожные дроиды мгновенно все фиксировали и оценивали, так что автомобили через считанные минуты продолжали свое движение.

Карл доехал до дома почти так же быстро как и утром на работу, хотя теперь он не гнал сильно, а ехал на средней скорости в правом ряду и думал. Думал о том, о чем не позволял себе во время работы и не имел желания дома. «В выходные хорошо бы съездить к родителям, на озеро. Там развеюсь, соберусь с мыслями… Съездить? Нет, не могу я ехать на озеро».

Машина подъехала к дому. Карл открыл пультом ворота, потом двери гаража и поставил машину рядом с красным кабриолетом жены. Вошел из гаража в прихожую, снял верхнюю одежду и бросил ее в сухой очиститель, что стоял здесь же, одел халат и прошел в ванную комнату умыться. После этого он вошел на кухню. Элизабет стояла у стола возле кофе-машины, она с улыбкой обернулась и взглянула на него.

– Привет, дорогой. Как прошел к день?

Карл подошел к ней, улыбнулся.

– Хорошо. Как ты?

– Я решила приготовить кофе к твоему приходу. Какой ты любишь. Без кофеина, кончено.

– Спасибо, ты очень мила, Лизи, – он ласково положил руку ей на плечо. Элизабет затрепетала и подняла на него глаза. Он смотрел на нее ласково и задумчиво, она с ожиданием. Через несколько мгновений это переросло в неловкую паузу. Карл почувствовал это, отвернулся от жены и обвел кухню глазами, словно что-то искал.

– Хм, где мой планшет? Тут в одном издании вышла статья про нашу компанию, и там упомянули проект над которым мы сейчас работаем. Я хотел показать тебе…

Карл обернулся и снова взглянул на жену, она все еще смотрела на него и улыбалась. Карл нервно сглотнул и поспешно отвернулся.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.