Андрей Журавлев
Стихи из поместья Вистерия

ПРОЛОГ

Солнце уже давно поменялось местами с луной над английской сельской местностью. Роскошный викторианский особняк, блистательный в своем величии, безальтернативно противостоял мрачности вересковых пустошей. Его многовековые кирпичи были залиты лунным блеском, каждый край четко выгравирован на фоне ночи. Холодный ветер змеился по мощеному двору, взъерошивая пурпурные лепестки цветущей глицинии, создавая неземной балет на безмолвном фоне.

В этом поместье, известном во всем регионе как поместье Харгрейвс, проходило интересное собрание известных личностей графства, каждый из которых отправился из своих собственных мест обитания с башнями, чтобы принять участие в вечернем мероприятии. Импровизированный вечер, устроенный загадочным, но печально известным обаятельным Амброузом Харгрейвсом. Его репутация предшествовала ему, как декадентские духи, преследующие загадочную женщину. Амброуз, человек, который упивался хитросплетениями хорошей загадки и острыми ощущениями хорошо закрученной сказки.

В роскошной гостиной особняка, под мерцающей люстрой, развернулась картина. Среди кремового и золотого великолепия мужчины в изысканных костюмах и женщины в роскошных платьях заполнили комнату, настоящий калейдоскоп сверкающих тканей и полированных драгоценностей. Мелодия струнного квартета наполняла воздух, смешиваясь с мягким звоном бокалов с шампанским.

В углу, на фоне показной картины маслом, очкарик Элджернон прял экстравагантную пряжу. С его жилета свисали сверкающие карманные часы, сверкающий золотой корпус ловил свет при каждом движении. Его аудитория наклонилась, загипнотизированная словами, льющимися из его губ, яркими в воздухе, как красочное оперение павлина в полном объеме.

– А теперь будьте внимательны, потому что история, которой я делюсь, полна особой интриги, – начал Алджернон, его усы дергались от волнения. «Наш дорогой друг Амвросий получал довольно любопытные письма. Безымянный, но с отчетливым ароматом интриги, каждый конверт украшен самой необычной эмблемой – пурпурной глицинией».

Услышав это откровение, в толпе раздался ропот. Тем не менее, на парадной лестнице стоял сам Амвросий, и в его серых глазах танцевал едва уловимый намек на веселье. Он держал хрустальный бокал, наполовину наполненный золотой жидкостью, которая ловила мерцающий свет камина, заставляя его сверкать, как захваченная звездная пыль. Его одежда была из тончайшего черного бархата, резкий контраст делал его сатурнинским силуэтом на фоне величия его дома.

«Что ты скажешь, Амброуз?» – воскликнула пышногрудая женщина, задрапированная изумрудным шелком, ее веер развевался на напудренной щеке. – Это правда?

Эмброуз просто поднял бокал перед ожидающей толпой, призрак улыбки украсил его губы. —, моя дорогая Констанция, – начал он голосом, ровным, как выдержанный бренди, который он баюкал, – правда редко бывает такой очаровательной, как сказки, которые мы плетем вокруг нее.

Это заявление вызвало хор смеха, эхом разнесшийся по позолоченным коридорам. Тем не менее, едва уловимый холодок, пробегающий по спине некоторых гостей, предполагал, что за игривым подшучиванием скрывается более зловещая игра. Тайна анонимных писем была лишь вступительным актом, первой главой истории, которая обещала быть столь же захватывающей, сколь и сложной.

К тому времени, когда луна отступила, а солнце начало восходить, всем присутствующим стало ясно, что рассказ об Амвросии и таинственных письмах будет нелегко забыть. То, что последовало за этим, было историей интриги, искусно замаскированной под слоями утонченного остроумия и обаяния, очень похожей на замысловатый гобелен, украшающий древние стены поместья Харгрейвс.

В царстве возвышенного, где самые утонченные члены общества упивались своим весельем и опасениями, вот-вот должна была развернуться сага – история, которая заполнит двадцать глав очарованием летнего романа и холодом зимнего предательства. Сцена была подготовлена, персонажи собраны, а пролог завершен. Драма поместья Харгрейвс началась.

ГЛАВА I: «Тайна глицинии»

Когда свежий рассвет поднялся над горизонтом, заменив ледяной лик луны теплыми оттенками английского лета, поместье Харгрейвс проснулось от многообещающей какофонии дня, изобилующего интригами. Легкий туман цеплялся за бескрайние просторы усадьбы, окутывая вековые дубы пеленой тайны.

Аромат свежей росы на зеленых травинках благоухал воздухом, смешиваясь с землистым ароматом покрытого мхом камня и состаренного дуба. Симфония природы играла свою утреннюю композицию, птицы пели ветру, когда он шелестил сквозь навес над головой. Павлин, блистающий своим переливающимся оперением, расхаживал по двору, живая эмблема грандиозности поместья.

У парадного входа, окруженного двумя высокими статуями каменных львов, со скрипом распахнулась массивная дубовая дверь поместья. В дверном проеме, силуэт на фоне величественного интерьера, стоял Амвросий. Его серые глаза, острые, как полированная сталь, смотрели на его собственность, крепость против времени и обыденности обыденности.

– Осмелюсь сказать, сэр, – начал голос, четкий, как накрахмаленная рубашка. Реджинальд, дворецкий семьи Харгрейвов, подошел к Эмброузу с дневным постом на серебряном подносе. «Еще один конверт с эмблемой глицинии».

Эмброуз взглянул на письмо, пурпурные чернила эмблемы зловеще поблескивали на кремовой бумаге. Он поднес его к свету, солнечный свет преломлялся сквозь волокна бумаги. Он посмотрел на Реджинальда, выражение его лица было таким же нечитаемым, как анонимное письмо в его руке.

– В самом деле, Реджинальд. Сюжет действительно сгущается», – заявил он, сломав печать с томным изяществом. Пергамент развернулся, чтобы показать нацарапанный, но преднамеренный шрифт – загадку, казалось, сконструированную с поэтической сложностью.

В этой сказке о горе и задумчивых мечтах,

Тайна лежит, скрытая под лунными лучами.

В фиолетовых объятиях глицинии,

Раскопайте правду, начните погоню.

Улыбка дернулась в уголках рта Эмброуза. Его интерес был возбужден. Чувство веселья зажгло его глаза, бросив искру в серую глубину. Это был вызов, головоломка, которая дразнила грани его увлечения загадочным.

– О, как восхитительно досадно, – пробормотал он, перебирая пальцами написанные слова. «Осмелюсь сказать, что наш неизвестный корреспондент обладает театральным чутьем. Пусть игра начнется».

Таким образом, Амвросий отправился в путешествие, окутанное тайной. Когда солнце заливало поместье Харгрейвс своим золотым светом, отбрасывая длинные тени, которые танцевали с шепчущим ветерком, тайна глицинии начала раскрываться, сплетая повествование, столь же захватывающее, как эпическая поэма.

Каждое слово загадки, каждый намек на интригу были кусочком головоломки, которая простиралась за пределы роскошной гостиной и ухоженных газонов поместья. Приключение началось всерьез, обещая ввергнуть Амвросия и обитателей его великой обители в гобелен загадок и загадок, где каждый диалог был танцем, а каждая тайна – шагом к непостижимой истине.

Если бы правда действительно была более странной, чем вымысел, то страницы их жизни вот-вот превратятся в сказку, которая превзойдет самые смелые фантазии. В течение дня поместье гудело от электрического предвкушения, невысказанного волнения, которое просачивалось в самые камни древнего здания. Писалась первая глава великой сказки, где каждый росчерк пера обещал больше острых ощущений, чем предыдущий.

ГЛАВА II: «В тени поместья»

Как полуденное солнце окрашивало небо в бесконечную синюю панораму, поместье Харгрейвс было шедевром света и тени. Полированные мраморные полы отражали мерцающий дневной свет, преломляя его в призматическое отображение радужных оттенков. В воздухе витало чувство предвкушения, более раннее раскрытие загадочного письма вызвало скрытую интригу среди обитателей поместья.

Устроившись в своем кабинете, окруженный ароматом состаренного пергамента и переплетенной кожи, Амвросий изучал загадочное стихотворение. Его тонкие пальцы обводили завитки чернил, словно надеясь уговорить слова раскрыть свои секреты. На его старинном столе из красного дерева, заваленном пергаментом, чернильницами и россыпью диковинок, выделялось письмо, одинокий актер под прожектором.

– Должен сказать, сэр, – рискнул Реджинальд, выйдя из тени с подносом свежезаваренного чая Дарджилинг. «Эта игра добавляет нотку волнения в наши обычно безмятежные дни».

Эмброуз усмехнулся, поднося к губам тонкую фарфоровую чашку. – В самом деле, Реджинальд. Даже самое выдержанное вино нужно время от времени сцеживать».

Поставив чашку, он взял таинственную записку, его взгляд развернул историю, которая существовала между строк загадки. Он посмотрел на эмблему глицинии, выбитую на пергаменте, простой символ, который хранил тайну. Его глаза задумчиво сузились, в их глубине мелькнула искра откровения.

«В самом сердце поместья есть портрет, – размышлял он вслух, – написанный моим прадедом, запечатлевший красоту моей прабабушки под цветущей глицинией. Возможно, наш корреспондент хочет, чтобы мы начали с этого».

Портрет, о котором идет речь, был чудом искусства, спрятанным в западном крыле усадьбы. Захватывающее дух воспроизведение забытой эпохи, где леди Эбигейл Харгрейвс, захваченная талантливой рукой своего мужа, стояла под раскидистой глицинией, ее розовые губы изогнулись в нежной улыбке.

Когда Эмброуз и Реджинальд направились к портрету, особняк эхом отозвался шепотом о прошлом, каждое произведение искусства и артефакт были молчаливым свидетельством родословной Харгрейвов. Леди Эбигейл, одетая в золото и элегантность, казалось, смотрела на них понимающими глазами, ее задумчивая улыбка намекала на невыразимые тайны.

Амвросий изучал картину, его разум представлял собой водоворот мыслей. Раскидистая глициния на портрете была яркой, ее пурпурные цветы резко контрастировали с приглушенными тонами окружающего пейзажа. У Реджинальда вырвался мягкий вздох, когда Эмброуз протянул руку, чтобы дотронуться до нарисованной глицинии.

Под его пальцами часть холста двигалась, открывая скрытый отсек. Внутри покоился потертый кусок пергамента, края которого побурели от времени. На нем был начертан стих в том же поэтическом стиле, что и письмо:

Тайна скрывается под корнями,

Внутри земли лежит истина.

Найди самый старый дуб, который стоит,

Раскопайте прошлое в его затененных землях.

Когда Амвросий читал этот стих вслух, волнение в комнате было ощутимым. В этой тайне открывалась новая глава, обещавшая привести их к волнующему поиску скрытых истин и скрытых историй.

В величии поместья Харгрейвов, залитом мягким полуденным светом, начиналось путешествие в прошлое, которое пронизывало самые корни родословной Харгрейвов, обещая раскрыть тайны, столь же увлекательные, сколь и загадочные. Охота за секретом глицинии углубилась, втягивая их в танец с историей, затененный возвышающимся силуэтом самого старого дуба, который стоял на страже секретов поместья. Игра шла полным ходом, и погоня стала гораздо более захватывающей.

ГЛАВА III: «Загадка дуба»

Сады поместья Харгрейвс, живое свидетельство безграничной красоты природы, бесконечно раскинулись под углубляющимся лазурным небом. В его сердце стоял величественный дуб, древний и благородный, часовой, молча охраняющий уходящие годы. Его могучий ствол, корявый от времени, носил на себе след бесчисленных летних и зимних лет, а его ветви, одетые в яркие листья, шептали сказки прошлого.

Амвросий, держа в руке последнюю подсказку, стоял под высоким дубом. Его тень, удлиняясь под заходящим солнцем, тянулась по ковру бархатистой травы, словно протягивая руку, готовая раскрыть свои давние тайны.

– Самый старый дуб, – пробормотал он, и в его серых глазах отразились красновато-коричневые оттенки заходящего солнца. – И все же, как можно найти тайну в его затененных землях?

Мягкий ветерок, казалось, дыхание поместья, шелестил в листве над головой, как бы отвечая на размышления Эмброуза. Его нежный шепот заставил одинокий желудь упасть с ветвей наверху, с мягким стуком упав на землю у ног Амвросия.

– Возможно, сэр, – предположил Реджинальд, поднимая упавший желудь, – секрет не в самом дереве, а в том, что оно символизирует – рост, наследие и наследие.

Эмброуз улыбнулся словам дворецкого, его взгляд был прикован к крошечному желудю. Идея начала обретать форму, как жемчужина в устрице. – Корни, – пробормотал он с ноткой волнения в голосе. – Реджинальд, принеси мне лопату.

В полумраке, на фоне величественного силуэта поместья, Амвросий начал копать у основания могучего дуба. Земля была сырой, наполненной ароматом жизни и разложения, смесью прошлого и настоящего. Когда лопата ударила по чему-то твердому, по его спине пробежал трепет. Раскопав маленький резной деревянный ящик, Эмброуз смахнул грязь, обнажив замысловатые гравюры цветов глицинии.

В коробке был еще один пергамент, чернила были такими яркими, как будто они были написаны вчера, с еще одним стихом:

В самом сердце усадьбы в очаге хранится ключ,

Нерассказанная история, в пламени, вы увидите.

Ищи утешения в вечернем сиянии,

Раскройте правду в своем огненном шоу.

Эмброуз перевел взгляд с записки на Реджинальда, и с его губ сорвался восхищенный смешок. «Наш анонимный поэт, кажется, обладает талантом к театральности. Давайте посмотрим, какие тайны может предложить очаг».

Когда солнце уступило место звездной ночи, в поместье воцарилась интрига. Игра была увлекательной, лабиринт загадок вел их в захватывающее приключение по богатому гобелену их родословной. Дуб заговорил, его тайна открыла еще один слой загадки, еще одну дверь, ведущую в темные уголки прошлого поместья Харгрейвс.

В мерцающем свете свечей поместье затаило дыхание, ожидая, когда будет рассказана его история. Следующая глава была готова к раскрытию, история, скрытая в танцующем пламени очага. Эмброуз вместе с Реджинальдом был готов копнуть глубже, стремясь раскрыть скрытое прошлое поместья. Тайна тайны глицинии раскрывалась, и острые ощущения от погони были такими же бодрящими, как свежий деревенский воздух. Грандиозная сцена была подготовлена, и игроки были готовы к еще одному увлекательному действию в захватывающей саге о поместье Харгрейвс.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.