Последняя жизнь Марка Эшфорда
Часть 1
Соло Рио Эндерс

© Соло Рио Эндерс, 2023

ISBN 978-5-0060-0098-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Идея этой книги пришла в мою голову, когда я был еще совсем маленьким. Я впервые услышал о буддизме, впервые услышал о перерождении. Реинкарнация для меня стала чем-то настоящим. Я в это искренне поверил.

Все началось со странных снов, каждую ночь мне снилось одно и тоже. Я, или не я, но кто-то в шляпе у мертвого пустынного дерева лежит и ищет хотя бы глоточек воздуха. Во мне, или не во мне пуля, белая грязная рубашка окрашивается в бордовый из-за жгучей крови. Мне больно. Я просыпаюсь. С каждым повторением этого сна я видел все больше и больше деталей, он расширялся, но открывая глаза большая часть стиралась из моей памяти. Как-то я услышал имя «Тай». Я не знал точно ли это имя, но знал, что так его все называли, этого человека в шляпе.

На уроке религиоведения мы проходили тему реинкарнации, именно там мне и пришло в голову что этот человек в шляпе моя прошлая жизнь. Но поднимать руку и открыто со всеми об этом делится у меня не хватало сил. Страх быть не понятым и стать изгоем лишь отталкивал меня от общения, а ведь до этих снов моя беззаботная жизнь была такой прекрасной.

В детстве было полно мотивации, я мог создать все что угодно из того что знаю. Так ко мне в голову и пришли «Ангелы Смерти». Если есть душа и она перерождается, разве не логично предположить, что за этим кто-то следит, кто-то управляет, контролирует? Я создал этих персонажей лишь из своего познания. Они забирают души, они сама смерть.

В какой-то момент сны перестали появляться, и я ощутил себя немного свободным. Этот дискомфорт ушел из моего тела, но мысли о реинкарнации далеко нет. В день, когда я устал хранить в себе эту историю я взял в руки ручку и начал писать. Писал, читал, рисовал, пытался освободить свои мысли из головы. В детстве все было намного проще, в голову приходили разные сюжеты, идеи, мысли, а со временем я потерял вход к этому месту. Потерял ключ от дверей, которые давали мне ответы, открывали миры и рисовали картины. Я потерял вход в это восприятие мира и понимаю, что больше никогда его не найду. Я ушел слишком далеко чтобы вернутся.

Моими мыслями овладел другой человек.

Мне очень нравилось переводить свои мысли в тетрадь, но затем я решил расшириться. Я писал их в социальных сетях, совсем юный, непонимающий концепцию этого мира создает свой собственный. Маленький я даже и не заметил, как привлекал внимания своим текстом, от которого можно было получить орфографический инсульт.

Людям нравилось, что я писал, они ждали продолжения и это наполняло меня энергией и я работал дальше. Я всегда писал для себя, а тут кому-то понравились мои глупые рассказы. Я стал больше уделять внимание тексту, читал, пополнял словарный запас и пытался интересно писать, пытался подать свои мысли такими какие они рисуются у меня в голове.

Со временем я перестал этим заниматься, но писать я не переставал. Я создавал рассказы исключительно для себя. Только для себя. Мне нравилось перечитывать, делать что-то новое, делится со своими мыслями, но я рос и мое познание о мире тоже. Я перечитывал старые рукописи и ловил огромную волну стыда. Мне было противно такое читать и я бросил это дело. Больше я не брал тетрадь в руки и не прикасался к клавиатуре компьютера, я понял, что я просто не создан для этого.

Но это единственное что давало мне счастье. Я пытался найти себя в другом деле, но все было безжизненным, ничто не наполняло мой день красками. Я начинал делать вещи что мне нравились, но быстро терял к ним интерес. Я находил любимые жанры и пересматривал/перечитывал их пока мне не надоест. Я погрузился в полную апатию, переосмыслил жизнь, философствовал, знакомился с популярными мыслителями через книги. Искал ответы на свои вопросы.

Экзистенциалист – это свободный человек, который попал в этот бессмысленный мир, чтобы создать в нем свой собственный смысл из своих познаний. Он выходит за пределы, чтобы соприкоснуться с вечностью.

Мне показалось, что такой человек познал свой мир, он уже знает ради чего живет и принял смерть как должное. Он не верит в существование божественного, у него отсутствует вера в жизнь после смерти.

После экзистенциализма я перестал искать смысл в жизни, я углубился в историю, квантовую физику, в изучение иностранных языков. Наука спасала меня от темных мыслей, давала надежду и стремление жить. Я влюбился в нее, хотел связать свою жизнь с ней, но все мои познания были поверхностны. Когда я встретился с человеком, который был более просвещен и в физике, и в биологии, и в философии, я понял, что мои знания ничтожны, было лишь два выбора, бросить все снова и начать что-то новое, либо же идти дальше, не сдаваться, стать лучше, чем я есть сегодня. Но просвещенный человек был из тех, кого называют гениями. Это только убивало во мне мотивацию, мой мозг сказал мне «тебе его никогда не догнать». И я послал все эти мысли и заперся от всего мира. Ограничил себя от того что мешало моим мыслям сосредоточится. От людей. Наука никогда не была мне скучна или не интересна, она давала мне счастье, такое же, как и писательство. Я взял в руки ручку и стал писать. Но не что-то новое, я решил сначала закончить старое. Книга «Последняя жизнь Марка Эшфорда» подверглась модернизации и переписыванию. В моей старой тетради, в которой я написал не один рассказ имелась связующая нить, что объединяет все эти истории в одну и я создал для себя смысл, как экзистенциалист.

Мои тринадцать рассказов выйдут в свет.

Это чувство оживляло меня дарило тепло и смысл к стремлению. Каждый день на протяжении нескольких лет я вписывал сюда все свои чувства, мысли и переживания. Я вложил в эту книгу жизнь.

ЧАСТЬ 1

Глава 1

«Ночевка в лесу»

Лучше помолчать, чем говорить без смысла.

Пифагор Самосский

В этот день трое подростков решили устроить последнюю летнюю ночевку в лесу. К их удивлению не были слышны ни упавшие с деревьев листья, ни шорох ветвей с посвистывающим ветерком. Их путь продолжался достаточно долго, они никак не могли найти то самое место, где их ожидал бы комфорт. Из-за призрачной тишины леса они стали убивать скуку очередной дискуссией. Хотя это сложно было назвать дискуссией в привычном ее понимании, ведь происходило это не слишком конструктивно: один оппонент поливал грязью другого, пока тот в ответ оскорблял каждое его слово, не давая тому победу в этом состязании.

– …ну нет, что за нелепость! Виктор, ты правда веришь в Бога? – Марк бросил на него презренный взгляд. Их разговор начался далеко не с этой темы, но Марка и Виктора всегда течением уносило от первичных тем. Они как задроты могли начать спорить о том, какой комикс бронзового века лучше, и как физики закончить рассуждениями о Большом взрыве.

– Разумеется, я не верю во все сверхъестественное и все, что связанно с недоказанным с научной точки зрения, но у меня имеется собственная теория по этому поводу. – Ответил он, проходя сквозь кусты, чьи шипастые ветки оставляли следы на его светлых вельветовых брюках.

Виктор не помнил, когда стал таким ярым атеистом, но вроде бы это началось после прочтения одной книги-антиутопии. Прочел он за свою жизнь более ста произведений, тридцать процентов из них были зарубежными.

– Слушайте, а может мы здесь остановимся? – задыхался Эйдан. Он очень сильно устал, вспотел и, вдобавок ко всему этому, еще и проголодался, а все из-за того, что они долгое время бродят по лесу. Он понимал, что если продолжит путь без минуты отдыха, то свалится на землю без сожаления о том, что замарает подаренный матерью на шестнадцетилетие серый тренч из вискозы. В их трио этот молодой парень был единственным модником.

Может быть, если бы Марк и Виктор не отвлекались друг на друга, то они бы нашли то самое комфортное место намного быстрее. Эйдан понимал цель их ночевки в лесу, но если бы он знал, что спустя два часа поисков будет стонать на каждом шагу от их вечно не закрывающихся ртов, то предпочел бы сидеть дома. Он был так обессилен, что лечь на что-то мягкое стало для него мечтой. Он опустил взгляд на землю. Та показалась ему настолько теплой и нежной, что захотелось упасть и не вставать до самого утра. Но как только он поднял взгляд, его голова снова наполнилась безудержными спорами Марка и Виктора. Когда они начали ловить волну в споре их было практически невозможно остановить, ведь их споры это – самое мерзкое, что слышали уши этого джентльмена.

– И какова же твоя теория? – Спросил он с ухмылкой у Виктора.

– Теория флэш-накопителя! – Властно воскликнул он, поправив свои очки указательным пальцем. Виктор обожал поправлять их, полагая, что это делает его умнее, а людей перед ним глупее. Правда такой прием не всегда действует, например, как сейчас. – Она заключается в том, что наш мозг – это флэш-накопитель. В нем хранится вся наша информация и, когда мы умираем, наша информация исчезает точно так же, как и если бы у флэшки вышел срок эксплуатации. А если разъясняться более понятным языком: наш мир – это очень хорошо написанная программа с определенными функциями и операциями, в то время как мы имеем способность флэш-накопителя, то есть хранить воспоминания, думать, говорить, придумывать, другие же существа такой возможности не имеют.

– Неоригинально, но даже так, имеются ли у твоей теории доказательства?

– Конечно имеются, ты можешь их найти в своей голове, если логически подумаешь. Хотя, чтобы думать нужен мозг, а мне кажется, ты не веришь в существование мозга…

– Хватит! – Эйдан перебил их громким воплем, так как больше не мог этого терпеть. – Почему вы всегда спорите друг с другом? Разве не лучше остаться при своем мнении? Всю дорогу! Без остановки! Вы только и спорите о своих мировоззрениях, будто другого шанса для этого у вас не будет! – Самое противное в их дискуссиях было то, что когда они их начинали, то забывали, что их на самом деле трое.

Вздохнув, Виктор поправил свои слегка запотевшие очки. Понимая, что Эйдан не в состоянии так масштабно мыслить, они не стали нагружать его и так пустую голову ненужной для него информацией и молча продолжили свой путь.

Они были тремя лучшими друзьями, у которых совершенно разные понимания о бытие и мире, в котором они существовали. Виктор был довольно умен для своих лет, он хорошо ориентировался в сфере программирования, считал готовку искусством, обожал познавать что-то новое и всегда пытался смотреть на все максимально объективно. Его самая отличительная черта состояла в том, что он почти все время добавлял в свою жизнь что-то новое. Цикличная жизнь без новизны для него – словно и не жить вовсе. Марк и Эйдан же были прокрастинаторами, они всегда все откладывали на потом, пока это потом не выветривалось из их памяти. Но если сравнивать, кто из них более ленивый, то выиграл бы Эйдан, и это не было связано с тем, что у него такой характер, – он от природы имел очень маленький запас энергии и поэтому тратил его только для своей пользы, например, когда беззаботно лежал на кровати, смотря сериалы.

Издавая тяжелые вздохи, Марк обдумывал теорию Вика:

«Можно сказать, что он почти угадал, но все равно далек от истины. Что происходит после смерти? Человеческий мозг не способен познать все. Я считаю, что тебе стоит перестать думать о том, что выходит за рамки твоего понимания, Виктор Барвинский. Любопытство – это, конечно, прекрасное качество, но оно не всегда доводило человечество до добра. На его месте я бы думал о чем-то более актуальном – об экологии, политике… Хотя нет, лучше бы я размышлял о своих проблемах и способах их решения, но увы… я не он. Я мечтаю о такой жизни как у него, зачем ему думать о смерти, ведь до нее еще так далеко? Зачем ему знать о том, что происходит после смерти? Пока он есть, смерти не будет, а когда она наступит, его уже не станет. Разве знание о том, что будет дальше кому-то поможет, если это неизбежно? Смерть – это такое явление, которое невозможно предотвратить даже зная, что кроется за ее таинственными крыльями. Не вижу смысла в том, что не вечно. Даже эта Вселенная – кто может утверждать на сто процентов что она вечная?»

У Марка была тайна, о которой никто из его друзей не знал. Но когда-то его предупредил один человек, что если мир узнает правду, то наступит конец света.

Очистив свой разум, он засмотрелся на почти полную луну и звезды, которые освещали их поход. Эти яркие точки на черном фоне погрузили его в мысли о том, как все в этом мире мало, как все ничтожно и бессмысленно. Что такое Земля в сравнении со всем этим?

– На небе так много звезд, а ведь… каждая звезда схожа с солнцем, – произнес он отвлекшись на небо, но это было так тихо, что никто и не услышал. Звезды с земли выглядят по-разному, некоторые белые, некоторые красные, а некоторые и вовсе синие. На данный момент он наблюдал на ярко-ярко голубую, ее цвет означал ее температуру – чем звезда горячее, тем более синий оттенок она имела.

Шуршанье листьев под их ногами перебивали призрачную тишину леса, они все молча продолжали бродить в поисках места для своего прибытия, как вдруг Виктор заметил, что Эйдан остановился и встал столбом. Он громко окликнул его:

– Эйдан, что ты там встал? Понимаю, трудно идти, когда нет сил, но я уверен через пару метров мы уже найдем наше комфортное место!

Эйдан продолжал молча стоять. Марк, занервничав, направился вместе с Виктором в его сторону. У Виктора было ощущение, будто он находился в каком-то фильме ужасов, даже колющая сердце мелодия в его голове играла, у Марка же наоборот, он шел спокойно и не фантазировал как Виктор.

Эйдан не мог пошевелится после того, как наступил на что-то мягкое и скользкое, похожее на грязь. Обратив внимание, он увидел двух мертвых, валяющихся под листьями, девушек. Впервые в жизни он был так близок к трупам. Запах крови и тухлой плоти разрезали его нос изнутри, глаза слезились без остановки, никак не поддававшийся взгляд, который он не мог убрать с девушек, был не способен сосредоточиться ни на чем другом. Услышав голос Виктора, он хотел было ему ответить, но его легкие словно наполнились водой, и он начал задыхаться.

Когда они подошли к нему и заметили трупы, то и Виктор замер от страха, его ноги так сильно задрожали, что он не смог устоять на земле и рухнул на грязь. Марк же слегка удивился, страха в нем не наблюдалось, но, подойдя чуть ближе к телам, он, засмотревшись, опознал один из трупов. Это была девушка, которая учится с ними в одной школе, он встречал ее на разных мероприятиях и церемониях. Ее звали Кортни Уильямс – она баллотировалась в президенты школы в прошлом году и выиграла с самым большим отрывом в истории школы Уайтуотер. Он не знал рассказывать ли Эйдану и Виктору правду. Напугаются ли они еще сильнее или же воспринят все трезво и спокойно?

Вторая же девушка была немного старше, одежда разорвана – видимо она стала жертвой какого-то маньяка или насильника, только вот одно Марк понял сразу, отчего его интерес и загорелся, – обе жертвы были убиты разными людьми. У первой была лишь дыра в сердце, у второй же не имелось порезов вовсе, да и лежала она дольше судя по ее огромным трещинам в ногтях. Ее до смерти изнасиловали. Марк, сосредоточившись на женщине, заставил себя вспомнить ее смерть. Он бездыханно использовал свою силу, закрыв глаза, и так темный мир в закрытом его воображении стал рисоваться красками тех воспоминаний. Насильников было четверо, все в черных лыжных масках. Увы, не одного опознать он не смог. Эта проекция – его воспоминания, ведь когда-то он был здесь и прокручивал проекцию души этой девушки, чье убийство планировалось не один день, и даже не неделю или месяц. Он был тем, кто забирал душу этой умершей девушки, но потрясение от ее смерти он получил только сейчас, и это даже не было связано с тем, что ее убили. Его потрясла только мысль, что настолько бесчеловечное и мерзкое могло произойти в таком маленьком и вроде как уютном городе Уайтуотер. За все прожитые здесь шестнадцать лет, его мысли впервые столкнулись с противоречиями об этом комфортном городке.

Он наблюдал, как Эйдан и Виктор тряслись от страха. Такой реакции он, конечно, не ожидал. Его смутило еще одно: почему именно здесь и сейчас, когда они решили устроить ночевку? Все его мысли заходили в тупик, и он толком ничего не мог понять.

– Я позвоню маме. – Перебил свой страх Эйдан, чуть ли не задыхаясь в собственных словах. Он мертвецки побледнел, а в его карих глазах так сузились зрачки, что их невозможно было разглядеть. Когда он доставал телефон, его рука дрожала, отчего он его чуть не уронил. Нормализовать свое дыхание для него было тяжелее чем двигаться, но самой главной задачей было набрать номер матери. Миссис О`Найт – шериф города Уайтуотер, и ему показалось такое решение не просто правильным, а единственным из всех возможных. Он вписал цифры в экран телефона и от пугающего напряжения закрыл глаза, прежде чем позвонить.

– Эйдан, лучше я сам поговорю с твоей мамой. Я думаю вам с Виком вообще стоит уйти, иначе ваши родители вас больше не отпустят на улицу. – Предложил Марк.

С дрожью в голосе Эйдан ответил Марку отказом.

– Я должен сделать это сам! Я тоже хочу выглядеть так взросло как ты, но мне всегда страшно, Марк! – Со слезами приложил он телефон к уху. – Постоянно я боюсь принимать такие сложные решения как сейчас. Оглядываясь на тебя, я понимаю, что я ничтожество, ведь всего боюсь, поэтому возможно вы с Виком всегда и думаете, что я беспомощный, глупый и сентиментальный. Вы никогда не ставили меня выше себя, часто просто не принимали меня всерьез или попросту игнорировали. Вы всегда избегали давать мне руль от нашего корабля, полагая что я утоплю нас, но я тоже хочу принимать решения за всю нашу команду!

– Я никогда о тебе так не думал, единственный кто был такого мнения о тебе лишь ты сам.

И он замолчал, потому что не знал чьим словам верить. Правда ли то, что он сам загнал себя в эту яму, или все-таки слова Марка лишь очередная иллюзия того, что он всегда прав?

Глава 2
«Марк Эшфорд – один из семи ангелов смерти».

Что разум человека может постигнуть и
во что он может поверить, того он
способен достичь.

Наполеон Хилл

Осмотрев мертвое тело первой жертвы, Марк заинтересовался ее убийством, а точнее сказать убийцей. Всем, что он заметил в трупе Кортни Уильямс, была дыра в груди, вполне вероятно, нанесенная ножом. Недолго думая, он начал действовать: вздохнул, закрыл глаза, что-то себе прошептал и открыл веки, уже будучи в ином месте.

Его окружала нескончаемая тьма. Внутренняя энергия тела, что была его источником света начинала затухать. В этой темноте не было ничего, кроме ослепительных и огромных, в три метра, дверей, на которых красовался герб с крылатым львом. Приглядевшись к нему, можно было заметить козьи рога на голове и хвост как у скорпиона. Свет дверей манил его, он, не чувствуя ни холода, ни тепла, прождал еще меньше минуты, раскрыл их и медленно вошел внутрь.

Трое из четырех человек встретили его холодным взглядом. Для него это было удивительно, еще некоторое время он пребывал в недоумении. Первое, на что он успел обратить внимание, это бегущая по всему холлу Кейт. Для него она всегда была спокойной, рассудительной, умной, порядочной, строгой как генерал, – нет столько в мире слов чтобы поведать насколько эта девушка невероятна, но сейчас она совсем не своя. Впервые увидев, как она паникует и, тем более, кричит, что не свойственно ей, он позабыл, зачем пришел. Глаза его начали осматривать холл, лишь бы вспомнить, что было на Земле. Холл был огромный, на несколько этажей, с длинной лестницей на каждый этаж. Всюду были неоднообразные двери, компьютер, что совершенно не вписывался в их две тысячи шестнадцатый год, и огромный плазменный экран в стене, в который как раз засматривался другой ангел смерти по имени Аллен. Аллен выглядел опасно: его голова была выбрита начисто, у него было сморщенное лицо, а огромное тело очень выделялось вместе с деловым темным костюмом. Глядя на него, Марк боялся даже слово вставить.

Направив свой взор в угол холла в поисках ответа, он засмотрелся на двенадцатилетнего паренька с седыми волосами. Он без эмоционально сидел за компьютером и читал маленькую книжку размером с ладонь. Мальчик даже внимания своего не обращал на Марка и всем своим видом давал понять, чтобы тот даже близко к нему не приближался.

Тогда Марк перевел взгляд на последнего человека в холле. Юкиношита Харука, четырнадцатилетняя девушка в японской школьной форме, уже намеренно шагала к Марку с ненавязчивой улыбкой. Когда она подошла к нему он шепотом спросил:

– Юки, что здесь происходит? – Она была здесь единственной, кого он мог бы назвать своим другом.

Юки обожала Марка, и особенно ей нравилось болтать с ним о бренности бытия. Но в данный момент была не такая теплая атмосфера, чтобы мило беседовать, поэтому она начала диалог с самого важного:

– Это неожиданно для всех, но произошло то, чего мы все боялись, Моро, он пропал. – Без улыбки сказала она. В ее эмоциях не было сильного волнения, хотя слова и вправду звучали хуже некуда. – Никто не знает, что делать, все просто с ума посходили.

– Как это пропал? – Хоть его и удивило данное известье, его лицо оставалось эмоционально нетронутым.

– Не знаю, но Аллен думает, что в этом замешены ангелы. – Она говорила это с полной уверенностью, ведь Аллен в своей жизни никогда не ошибался. Верить ему – означало всегда быть правым.

– Ангелы значит…

Марк питал ненависть к ангелам и совершенно не мог их терпеть. Само употребление слова «ангел» в положительном контексте становилось для него причиной ненавидеть произносящего. А тут оказалось, что они украли у них не просто какую-то вещь, а целую душу. Возможно, пропажа души Моро – это их самая масштабная проблема за последние шестьсот лет. Моро был не просто самым первым ангелом смерти, он был единственным и появился сразу после того, как зародилась жизнь на этой планете. Шестьсот лет назад Моро пытался стереть все человечество с лица Земли. Никто не знал его мотивов, даже самых мельчайших, которые могли бы хоть немного объяснить его действия.

Все могло пройти как он и планировал: человечество исчезло бы, лишь шаг оставался до реализации этой цели, пока не вмешались собственные союзники. Запечатав самое опасное существо на планете в ящик душ, они поклялись перед друг другом, что никто и никогда не прикоснется к нему. Но страх был сильнее клятвы, он не покидал их тела ни на секунду. Моро обладал силой, которая смертным была не подвластна. Человеческая душа моментально бы сгорела, а если бы и чудом уцелела, то потухла бы во мраке. Поэтому они сломали его косу, без которой он стал совершенно обычной, ничем не примечательной от других человеческих душой.

После не малых раздумий, Марк спросил самого себя:

«Моро – самое опасное существо, что мне известно. И вот мне стало интересно: захочет ли это безжалостное подобие смерти, хотя фактически он и есть смерть, вновь испепелить человечество?»

– А давно он пропал? – Он не боялся, что наступит конец всему живому, ему просто был интересен нынешний ход событий.

– Кейт сегодня была на складе и заметила, что ящик, в котором была запечатана его душа, исчез. Когда это могло произойти неизвестно.

Глаза у Кейт были дикие, когда она направлялась в сторону Марка. Он очень отчетливо слышал стук ее приближающихся каблуков об стеклянный пол. Подойдя, она схватила его за кофту и испуганно спросила:

– Неужели мы теперь все умрем? Как? Кто? Зачем? Почему? – Ее безумные вопли и широко открытые глаза пугали всех находящихся и тут ее безумный взгляд проник в Марка. – Марк, можешь временно забирать души вместо меня? Я буду искать ящик Моро… так что прошу тебя…

– Хорошо. – Дал он ответ без запинки.

Марку было не очень приятно лицезреть такую подавленную Кейт. Ему хотелось бы хоть как-то ей помочь, а это было наименьшим, что он мог для нее сделать.

Марк был шестым ангелом смерти. Кто такой ангел смерти? Ангел смерти – это существо которое забирает души умерших. Та самая смерть с косой. Всего на планете семь ангелов смерти и у каждого имеются определенные типы душ которые нужно забирать. У Марка Эшфорда были души людей, которые умерли неестественной или насильственной смертью. Души детей, больных людей, самоубийц, стариков и грешников его не касались. Если неявственной смертью умирал ребенок, то душу забирала Кейт. Ребенком считался человек не лишившийся девственности. Чтобы забирать другие типы душ, нужно лишь согласие с обеих сторон. Марк дал свое согласие, после чего Кейт его похлопала по плечу, передав свои обязанности и в спешке покинула холл через огромные двери. Эти двери назывались вратами измерения смерти.

Медленно шагая и приближаясь к мальчику, читающему книгу, Марк засмотрелся на «Очиститель душ». Выглядел он примитивно. Похоже было будто компьютер соединили с транспортерной лентой из гипермаркета куда кладут продукты чтобы кассир их пробил по коду. Вдобавок ко всему в комплект входил подключенный сканер, напоминающий сканер для штрих-кодов. Работать с ним можно было без вселенских знаний и долгой практики, положив душу на транспортерную ленту ее можно отсканировать и просматривать всю память через экран монитора. В компьютере имелась целая база данных написанная самим Моро. В ней можно было просматривать всю память по папкам, блокировать их, удалять, добавлять, делать с ними что угодно, даже входить в их воспоминания. Задача ангелов смерти не только в собирании душ, но и в их хранении и очищении. После чего все зависит уже от самой души. Помещая ее в один из ящиков в складе душ она погружается в глубочайший сон из которого выбраться возможно лишь одним способом и это вспомнить свою смерть. Когда душа уже готова, ее как спелые фрукты срывают с деревьев и поставляют ангелам. Ангелы же наоборот, возвращали души людям. Таким и был процесс перерождения. Обычно ангелы вселяют душу в младенцев возрастом от одного до трех лет, но если появляется какой-либо сбой в системе или душа оказывается потерянной, то младенец остается без нее и проживают свою будущую жизнь как бот с врожденной системой инстинктов. То есть из сигнальной системы у него остается лишь сенсорная, а понятийная отсутствует. Благодаря таким сбоем в системе души ангелов смерти могут использовать такие тела как сосуд и жить среди людей и ничем от них не отличаться.

Марк, засматриваясь на ленту, вспоминал, как стал ангелом смерти. Меньше шестиста лет прошло с того времени. Марк проживал уже свою седьмую жизнь. С каждым своим перерождением он погружался в еще большее уныние. Марку не симпатизировало измерение смерти, ему не нравилась работа ангела смерти: забирать души и очищать их. Ему было противно перерождение, он устал от бесконечных и новых жизней, они утратили тот окрас что был в начале его первой жизни. Ему хотелось бы прожить одну обыкновенную человеческую жизнь и закончить с осознанием того, что это конец. Марк уже и так повидал многое: от вампиров до демонов, от ангелов до космоса и т. д.

Марк знал, как работает система жизни, из чего все состоит, знал ответы на практически все вопросы что касались этой планеты. Но был один вопрос, на который никто не знал ответа – существует ли Бог? Марк атеист и сомневается в его существование, но вот другие ангелы смерти склонны к тому, что кто-то выше всех существует. Кто-то это Бог. А точнее тот, о котором в мире людей пока не слышали. В пяти тысячах земных религиях он не упоминается, но в каждой из этих религий есть какая-то связующая нить с оригиналом всех мифологий и религий, но знают об этом Боге лишь те, кто читал рассказал Демона Лжи и Обмана. Имя этого написанного Бога, в которого верят и ангелы, и вампиры и даже демоны – Бессмертный. Люди верят во множество Богов, молятся им, почитают, видят в них спасителей, творцов, а другие же смертные народы верят в существо, которое создало всех живых по частицам, как и всю вселенную и мир в целом, которому не нужно поклонятся или возводить храмы. В первую очередь, он пассивный Бог, он создал, но не принимает участия в дальнейшем, отдав весь мир и всю вселенную в руки существам, которых сам и создал. Он лишь наблюдатель во всех мирах, что для него не больше, чем эксперимент. Об этом написал Демон Лжи, который не раз в этом же рассказе утверждал, что самолично знаком с Бессмертным. Но верить демону, а тем более Демону Лжи, Марк не стал. Деистами были практически все в его окружении, лишь Вик и его вечно надоедливая соседка Мег были ярыми атеистами.

– Что тебе нужно? – Спросил мальчик, не отвлекаясь от книги. Ему не нравилось, что Марк встал возле него и начал пялиться на все, что его окружало.

– Почему ты так спокоен? – Спросил он тревожным тоном. – Моро же сбежал. – Марк хоть и пытался казаться взволнованным как Кейт, но у него не выходило, а все из-за того, что он не понимал всю серьезность ситуации. Моро действительно очень опасен для этого мира, его деяния и чума, которую он впустил на людей с помощью чумных блох, его намерения уничтожить все очерненное, его раздумья о том, что такое благо и как должен быть устроен мир, все вышеописанное приводило Марка в ужас, но незнания того, кто на самом деле и каким был Моро приводило его также в тупик. Он знал о Моро лишь поверхностно.

– И что с того? – Он перелистнул страницу, все также не поднимая на него взгляда. – Моро – никто. На данный момент он ничего из себя не представляет. У него нет косы смерти. Вот если бы она у него имелась, то да, соглашусь, разговор был бы другой. Но без косы он обычная блошка, как и остальные семь миллиардов на этой планете.

Коса имелась у каждого ангела смерти. Она находилась внутри их черных душ. Черная душа – это клеймо смерти. Если бы у Марка не было этой косы, то он обрел бы свободу от всех этих обязанностей и он прожил бы жизнь как обычный смертный.

– А если он найдет косу, что тогда?

– Марк, ответь, пожалуйста, ты придурок или притворяешься? – Мальчик снова перелистнул страницу. – Его косы нет, она уничтожена и уничтожили ее мы. Говоря «мы», я не подразумеваю тебя, ведь ты у нас в команде появился только через сто лет после тех событий.

Крис был старше Марка на двести лет и всегда ему об этом напоминал, демонстрируя свое возрастное превосходство, даже будучи в теле двенадцатилетнего ребенка. В отличие от Марка, ему нравилось быть ангелом смерти.

Крис был ангелов смерти, забирающим исключительно души у наполненных грехами людей. На Земле существует семь основных смертных грехов: Гнев, Алчность, Обжорство, Зависть, Жадность, Гордыня и Похоть. Если человек насильник, убийца или такой человек, который не заслуживает своего существования, то Крис забирает его душу. А если вкратце, то все души плохих людей, которые были захвачены основными грехами – это обязанность Криса.

– То есть, он нам не угроза? – Осторожно спросил Марк.

И снова ярость внутри Криса пробрала его до мозга костей. Он терпеть не мог, когда его отвлекали от чтения книг, а особенно если это был какой-то там Марк Эшфорд.

– Обычный человек? Конечно нет! – Посмотрел он на Марка как на самого отсталого в развитии.

– Ладно, раз так, то я спокоен. Тогда я пойду обратно, у нас там труп, – облегченно сказал он, и наконец вспомнил, ради чего пришел. – Кстати, у нас там труп!

– Ну и что, зачем дважды повторять для меня эту информацию?

– Как что? Я хочу узнать, кто ее убил.

Крис закрыл книгу и тяжело вздохнул. Направив свой грозный взгляд на Марка, он произнес:

– Ты меня бесишь, – и, подняв голову, добавил, – нет, нельзя.

– Ты что, мне указываешь?

– Да, ведь я старше тебя на целых двести лет.

– Всего-то на каких-то там двести лет, не такая уж и большая разница. Слушай, я просто посмотрю, кто ее убил, и уйду обратно, я больше тебя не потревожу. – Марк надеялся, что Крис разрешит ему, и тот мигом же вернется на Землю и покарает преступников, но не тут-то было.

– Пошел вон отсюда! Пока я не передал на тебя свои обязанности!

Ненависть к Марку была настолько сильна, что Крис не побоялся выставить свой козырь. Одна из особенностей Криса была в том, что он мог передать свою обязанность смерти без каких-либо согласий.

– Понял. – Сказал Марк и отвернулся в сторону больших дверей.

Быстрым шагом идя до выхода, он раздраженно задумался:

«Ну вот, теперь еще и души детей забирать придется, как будто мало у меня работы».

Моргнув, он видел перед собой говорящего по телефону Эйдана и рядом сидящего в слезах Виктора. Через полчаса приехала полиция, и они дали показания. Из-за этой неудавшейся ночевки Эйдану запретили выходить на улицу до начала учебного года. Марк же просиживал все эти дни у себя дома, иногда играя на гитаре в своей «Творческой Комнате», либо же просто страдал в одиночестве. Моментами он хотел разобраться в этом деле, провести расследование, как настоящий детектив добиться справедливости для этих девушек. Но, увы, это желание затухло также быстро, как и загорелось.

Так и пролетело лето, а после наступило время, когда желто-оранжевые листья стали спадать с деревьев.

Глава 3

«Сегодня дата моей смерти»

Надо любить жизнь больше, чем смысл жизни.

Федор Достоевский

Марк лежал на своей кровати, как вдруг услышал странный стук. Этот звук заставил его сердце на секунду перестать функционировать. Жил он один, время было шесть, но самое странное в этом стуке было даже не это, а то, что кто-то стучался в окно второго этажа. Открыв окно, он еле как смог разглядеть Виктора, в руках которого были камушки, и картина в его голове полностью прояснилась.

– До школы еще два часа, что так рано-то?

Виктор всегда заходил через дверь, но сегодня вдруг пришел с камнями на задний двор.

– Это наш первый день в этом учебном году, я хочу сделать его незабываемым! Этот год должен стать лучшим! – Он загорелся идеей того, что завтра он должен быть лучше, чем вчера, поэтому его так и мотивировало время.

Марк досадно посмотрел на него и дал знак руками, чтобы тот заходил внутрь, но Виктор достал лестницу, которая доходила до его окна и забрался по ней к нему в комнату.

Они уже забыли о том случае, который произошел с ними в походе, по крайней мере, так думали Виктор с Эйданом. Марк в тайне от всех разбирался с этим делом, но безуспешно. Все было безрезультатно только потому что прокрастинация охватила над ним верх.

– Ну ты и придурок, для кого двери придумали?

– Я же сказал, я хочу сделать этот день незабываемым, а это значит необычным, заходить в дверь – это обыденность.

Марк со стыдом закрыл правой рукой свое опущенное лицо и громко вздохнул.

– Ты странный…

– Странный – синоним необыкновенный!

– В таком случае я тебя поздравляю.

– А что вообще представляет собой это значение? Это же ведь оскорбление.

– Я не думаю что это оскорбление, вполне вероятно люди этим словом обозначают непонимание в твою сторону. Да и знаешь ты вроде начитанный, ты должен сам понимать значения всех слов.

С немного пессимистичным настроем они спустились на завтрак на первый этаж, где была расположена кухня. Она была просторная, но даже живя одному, Марку было в ней тесно. Холодильник был сверху-донизу наполнен энергетическими напитками, а из еды была только вчерашняя пицца. Завтракали они по-разному, Марк – тем что было в холодильнике, а Виктор едой из дома, которая приготовила его младшая сестра: омлет, бекон, апельсиновый сок, зелень и салат «Цезарь». Все, что нужно любящему человеку.

После завтрака они ушли в «Творческую Комнату» Марка, она была большой, но не настолько просторной как кухня и находилась на втором этаже. На стенах комнаты висели гитары, рядом была расположена домашняя аудиосистема с ростом Виктора, огромный плазменный телевизор на всю правую стену и игровая приставка. Они около часа играли в игры, пока в дверь не позвонили. Марк знал, что это Эйдан поэтому наполненный радостью он побежал к дверям. Они не виделись меньше недели, но эти дни длились значительно дольше для них. Открыв дверь, он увидел Меган. Девушка, что безответна влюблена в Марка с раннего детства. Радость на его лице сменилась отвращением и громко вздохнув, он давал ей понять, что не рад ее появлению.

– Что тебе надобно, Мег? – Отводил он печальный взгляд в противоположный дом, находившийся у нее за спиной.

– Как что, я не видела тебя целый месяц, я соскучилась. Думала может в школу вместе пойдем.

– Да, спасибо тебе за тот месяц, он был просто восхитителен, хотя… и произошло кое-что плохое. – Вспомнил он инцидент в лесу, о котором старался позабыть. – Так ты ради этого пришла?

– Конечно. – Обрадовалась она, одновременно показывая свой необычный внешний вид.

У Меган всегда были яркие и милые наряды, точнее это были образы, которые захватывали внимания всех окружающих. Но на Марка такая техника никогда не действовала.

С Марком они дружат с детства, причиной этому послужило то, что их дома расположены друг напротив друга, или если более кратко изъясняться, то соседство стало их причиной общения. Раньше они частенько проводили время вместе, смотрели деградирующие японские анимации, читали мангу, ночевали друг у друга, а иногда даже Марк приходил к ней на ужин. Мать Меган была всегда ему рада, она очень добрая и порядочная женщина и даже когда-то хотела усыновить на тот момент четырехлетнего маленького Марка, но тот всегда отказывался, говоря, что у него есть официальный опекун. Его опекун – Аллен (ангел смерти, забирающий души умерших от болезней).

Меган крутила пальцами свои рыжие кудрявые волосы и мило пялилась в глаза Марка. В них она видела свой смысл, своего человека, свою собственность, то, ради чего можно и родиться и умереть, но Марк в ответ видел лишь тупую дуру, непонимающую как все в этом мире устроено. Такое понятие как «Любовь» у них немного отличалась. Марку больше нравились платонические отношения и то он не был их фанатом. Ну а Меган относилась к тем людям, что не помнят на какой вписке потеряли девственность. Она хорни, помешанная на японской культуре, но скрывает это под выдуманной другими невинностью.

– Ну так что? Пойдем в школу вместе? – Высоким тоном произнесла она, будто озвучивает какого-то мультяшного персонажа.

– Я иду сегодня с Виктором и Эйданом, так что прости, но с тобой я пойти сегодня не смогу.

Марк даже с ней находится рядом не хотел, не то что идти вместе в школу. Меган с ним всегда ведет себя так, будто она какая-то маньячка, но с другими людьми она всегда милашка-стесняшка и строит из себя невинного ангелочка.

– А почему я не могу пойти с вами? – специально нахмурилась она. Ее милый образ раздражал Марка, особенно голос, который она выдавливала из себя. Милый и невинный голос девушки, которая хочет слишком много внимания. Не то что слышать, он даже видеть ее не хотел, но это розово-голубая юбка даже не до колен, не давала ему покоя.

«На ней даже нет колготок, что за ужас, я не буду удивлен, если какие-та неандертальцы на тебя нападут. – Мыслил Марк у себя в голове. – Странная она (не в хорошем смысле), и этот образ невинной, но пошлой, мне порядком надоел».

– Эйдан не хочет с тобой находится рядом после того, как ты вилкой ему чуть глаз не ткнула.

– Так это же было случайно. – Приложив палец к губам произнесла она.

«Зачем строишь из себя невинность? Ты же сам дьявол воплоти!» – Взбешенно говорил то, что не сказал бы ей в лицо при Викторе.

Было множество случаев, за которые он не простил ее, сколько бы он не прекращал с ней общаться – это не помогало. Из-за того, что она живет напротив, Марку пришлось ставить жалюзи на окна, чтобы не было посторонних глаз.

– Нет, ты это сделала намеренно, говоря, чтобы он больше ко мне не прикасался.

– Ну я в тот день была немножко пьяненькая, могла что-то и спонтанно совершить. – Покраснела она, или это макияж, он понятия не имел, но заметил это только сейчас.

Этот инцидент произошел этим летом, когда Виктор, Эйдан и Меган ужинали в гостях у Марка. Эйдан обнял Марка, потому что он человек-обнимашка (как плюшевый медведь), но Меган такое поведение не понравилось и за ужином она чуть не проткнула ему глаз. Этот случай оставил след для Эйдана, ведь он стал ее побаивается и избегать, даже ее имя ему с тех пор внушало страх.

Марк почесал свой затылок, а затем медленно закрыл дверь со словами: «Удачи тебе дойти до школы!»

Устало упав на диван, на котором усиживался Виктор, он не стал портить ни себе, ни ему настроение, но все-таки одно неприятное слово Виктор произнес:

– Меган?

– У-у-гу-у, – грустно протянул Марк. – Зачем она вообще приходит, терпеть ее не могу.

Марк не успел вздохнуть как в дверь снова постучались. Он морально устал, потянулся к дверной ручке, и так медленно вдохнул, что сделал зев с почти закрытыми глазами.

– Что тебе нужно? – Задал он вопрос, даже не открыв дверь.

– Так мы в школу опаздываем, время видел? – Сказал Эйдан смотревший на него как на идиота.

– Не так уж сильно мы и опаздываем, чай будешь? – Улыбнулся Марк, широко раскрыв дверь.

– Какой к черту чай? У нас осталось двадцать минут! – Размахивал он своими наручными часами перед лицом Марка.

– Правда что ли? – Наигранное удивление зависло на его лице до тех пор, пока Марк не ушел переодеваться в свою комнату.

«Парк»

Жить – значит делать вещи, а не приобретать их.

Аристотель

Радостное выражение лица Вика смутило рядом ходившего Марка. Он не понимал его чрезмерного счастья по отношению к школе, ведь сам не был в состоянии так искриться жизнерадостностью.

«Интересно, о чем он думает? Что заставляет его так улыбаться, может быть спросить, или подождать того момента когда он сам расскажет?»

– Вик, Эйдан, как насчет срезать наш путь?

– Я не против, только через что ты хочешь срезать?

– Через наш парк.

На лице Вика застыла задумчивость, будто вспоминал что-то давно забытое.

– Помниться мне, парк этим летом прошел модернизацию.

– Ну вот и посмотрим на эту вашу модернизацию.

Они подошли к входу, у входа стоял огромный охранник. Они никогда прежде не видели в парках таких ограничений. Обычно правила всегда такие: «Нельзя мусорить!», «Нельзя выгуливать собак!», а тут «Нельзя посещать парк после десяти, а также нельзя входить до восьми утра!», «Перед тем как войти, нужно вписать номер телефона и полное имя!», «Находиться в парке дольше двух часов запрещено!» и за каждое нарушение не маленький такой штраф. Они подумали, что парк выкупили и теперь он стал частным, но нет, он все еще принадлежал народу, просто в него добавили то, из-за чего и придумали все эти ограничения.

Что же изменилось в этом парке?

Для начала вход, раньше здесь было четыре входа с разных мест, а теперь сократили до двух охраняемых, также в парке появились камер в раз десять больше, чем раньше. Они были повсюду, на деревьях, на столбах, даже на новом высоком ограждении. Скамейки поменяли на такие, от которых можно заряжать смартфоны, а аллея стала такой чистой, что даже листьев на дорожке не виднелось.

Прошли они половину парка, как вдруг по середине пути увидали с далека надпись крупным шрифтом: «СОКРОВИЩА ГОРОДА УАЙТУОТЕР». Под этой надписью, помимо карты, была прозрачная витрина словно из музея, и в ней камень ярко-желтого оттенка.

– Этот магический камень был найден уайтуотреским археологом Джонатаном К. Брайсом в глуши поселения в Аляске. – Прочел Вик зажмурив глаза в очках. – Ого! Настоящий магический камень?

– Тут написано, что он заставляет людей забыть о своих мечтах и целях, это зловещий камень уныния, из-за которого люди теряют все желания и стремления жить дальше.

– Бред. – Сказал Вик всматриваясь в камень. Всего несколько секунд и с его глаз полились слезы. – Я никогда не смогу создать игру с отличным сюжетом… что? Что я только что сказал? Я не смогу? Я ненавижу игры, я ненавижу их создавать, мои мечты об игре, в которую будет играть весь мир – лишь шутка, я не могу их создавать, мои две недели в лагере по программированию не дали мне важных знаний, я не знаю даже на каком движке и на каком языке мне писать программы. В мире столько программистов, чем я могу выделиться, чем моя задумка лучше других? Я неудачник, я не хочу быть кем-то, не хочу… не хочу… я хочу умереть, мне никогда не дойти до уровня истинных программистов…

– Вик! – Марк влепил ему не хилую пощечину и привел его в чувства. – Не смотри больше на камень!

– Я… – И Эйдана поглотил его яркий оттенок. – Я хочу оставить все как есть… я не хочу менять свою жизнь, не хочу…

– Какой странный камень, да и название… кто дал ему такое название? Камень уныния? Что за… Эйдан! – Он пнул ноющего в лицо, чтобы тот не коснулся витрины. Под текстом, который они прочли, было написано красным шрифтом: «НЕ ПРИКОСАТЬСЯ К СТЕКЛУ. ШТРАФ ПЯТЬ ТЫСЯЧ ДОЛЛАРОВ». – Прости, но это для твоего спасения. – Взглянув на карту, он увидел еще более интересную вещь и решил проверить правда ли то, что здесь пишут. – Идем дальше ребят.

Придя в чувства, Вик и Эйдан начали жаловаться на боли, они не помнили того состояния и посчитали слова Марка шуткой, но Марку это было даже на руку. И вот они подошли к тому, что верилось ему с трудом.

– Это что, настоящий скелет Биста?

Тот же археолог, то же место и витрина того же материала. Перед ними был скелет в два с половиной метра, с хвостом в пол метра и плоским черепом, чем-то похожий на слона, но с четырьмя вырезами для глаз.

– Это настоящий? – повторил свой вопрос Эйдан.

– Да, – кратко ответил Марк.

Бисты – это существа, вымершие более пятисот лет назад. С людьми у них кровавая история, Бисты поедали гомо сапиенсов на протяжении всего своего существования. Это были самые главные враги человечества. В момент столетней войны людей против Бистов, Марк лишился своей первой жизни, а также своего физического тела, которое жадно обглодали до костей. В войне победили люди, возможно это было из-за численности, а возможно из-за гражданской войны Бистов, одна сторона которой сражалась за свободу человеческого народа. Бисты, как и люди имели схожую историю происхождения. Люди эволюционировали из млекопитающих гоминидов, Бисты произошли же от других видов, в том числе и млекопитающих, тем самым, не уступая людям в эволюции разума. Но сам разум, эмоции, произвольные мысли – это не инстинкты, а душа, в которой храниться, перерабатывается и совершенствуется память и программа эмоций. Она имеется и у Бистов, и у людей, поэтому они и схожи друг с другом. Но что-то подталкивало один вид уничтожать другой. Из-за преимуществ в приспособленности у Бистов, они еще с момента рождения сами того не понимая вытесняли людей с Земли. У Бистов имелись разные происхождения видов, но все они были одним целым народом, в который люди не входили. И сколько бы параллелей между этими видами не существовала, была одна отличительная грань между людьми и Бистами. Бисты никогда не ощущали боли от потери близких, Бисты никогда не устраивали церемоний или празднований похожих на свадьбу, Бисты никогда не спаривались по любви, в их груди никогда не было тепла, которое пробуждается в момент рождения своего дитя, можно было подумать, что они и вовсе отключены от всех эмоций, но нет, в них было все, что присуще современному человеку, кроме одного: любви. И это и делало из них отличных солдат.

Марк, устав пялится и вспоминать историю, вновь обратил внимание на имя археолога, который как оказалось и назвал тот желтый камень «камнем уныния». Такой камень и вправду существует на Земле, но название ему дал Демон Лжи и Обмана в своем рассказе. Но, посчитав это за совпадение он направился к выходу из утомительного парка, который заставил вспомнить наихудшие воспоминания из всех семи жизней.

– Столько фильмов видел про Бистов, но чтоб вживую… ух, аж мурашки по спине прошлись, – тер он ладонями локти. – Марк, разве ты не испугался того скелета?

– А чего бояться, Вик, они же вымерли, их больше нет.

– А я вот верю, что где-то на далеком уголке Земли, есть целое поселение Бистов.

– То есть в сверхъявственные силы, богов, призраков, демонов, вампиров ты не веришь, но считаешь, что где-то еще существует хоть один Бист? Поверь мне, если бы я знал, то весь мир бы их уже истребил. – Души, которые ангел смерти забирает у людей, имелись и у бистов, поэтому какой бы вид не существовал, душу после смерти придет забирать одна и та же сущность.

«Школа»

Влюбленность начинается с того, что человек
обманывает себя, а кончается тем, что он
обманывает другого. Это и принято
называть романом.

Оскар Уайлд «Портрет Дориана Грея»

Первый школьный день был для Марка совершенно обычным, пока не наступила математика. Он сидел на самой последней парте, а слева от него пустовало одно место. В его голову пришла мысль о том, что на парту слева от него сядет кто-то из новеньких. Но когда учитель представил новенького, Марка тут же поразило отвращение лишь от его энергетики, что он ощутил аж за три парты. Теперь слова в его голове расставились по-другому:

«Лишь бы он не сел за эту парту!»

Новенький представился Алексом Джонсом. Марка взбесила его улыбка и смотря прямо ему в глаза он видел довольно знакомый взгляд. Высокомерный и слишком самоуверенный. Марк глубоко вздохнул после того как осознал, что негативные мысли прокатились по всему его телу, обычно он не позволяет эмоциям взять над собой верх, но видимо сегодняшняя прогулка в парке пошатнула его контроль.

К счастью для Марка новенький сел на место перед учителем, отчего он расслабленно и лениво развалился на парте. Но в тот же момент на него нахлынула печаль и скукота. Ведь на математике не было ни Эйдана, ни Виктора и смотря вперед он видел лишь спину Итана. Аккуратно ткнув его не острой стороной ручки в позвоночник, он заставил того говорить:

– Что ты делаешь, Марк? – не поворачивался он.

– Мне скучно…

– Учитель дал нам задание повторить то, что мы проходили в прошлом году, можешь заняться задачами и логарифмами, – погруженный в работу ответил Итан.

Марк слабо вздохнул и посмотрел на человека, который сидел с ним через парту. Этим человеком был Элайджа Спеллмон. Они с ним соседи и не более. Так что даже начинать с ним разговор во время урока было глупой затеей.

– Пс-с-с, Итан, – прошипел Марк.

– Пс-с-с, что такое? – прошипел ему Итан в ответ.

– В столовую идешь после математики?

– Разумеется. А ты?

– А я хочу кушать… Что ты закажешь?

– В столовой и узнаешь.

Итан был тем самым другом, с которым можно пойти трапезничать в школьной столовой. Но больше они не где не пересекались. Столовая для них – это место встречи, принятие пищи и беседы на глобальные темы.

Марк уже хотел вновь ткнуть ручкой Итана, как вдруг на пустую парту слева от него уселась девушка с золотистыми волосами. Она так аккуратно подсела за парту, что никто и не заметил. От неожиданности Марк потерял дар речи, ведь ее волосы его загипнотизировали. Он пытался отвести свой взгляд от них, но никак не получалось, он был ими очарован, поглощен этим невероятно-светлым оттенком, что заставлял вспоминать утренние лучи солнца. Впервые за столько лет он испугался. Даже новость о том, что человечество на грани гибели его так не пугала как его слепота в осознанности. Эта девушка точно не обычный человек, подумал Марк. Когда она заметила пуляющегося на нее соседа по парте, то спросила у него:

– С тобой все в порядке?

Марк опомнившись спросил в ответ:

– Почему ты решила сесть именно здесь?

После первого вопроса, он заметил, как с горлом стали происходить необъяснимые явления, сначала дыхание, оно затруднилось до такой степени, что слова еле выходили наружу, а теперь вдобавок ко всему оно начало гореть.

«Но почему?» – Пытался он понять.

– Я немного запоздала, и увидев пустующую парту на последнем ряду, решила сесть и не приманивать ненужных глаз и лишних вопросов. А разве здесь не свободно?

– Свободно… верно… – Весь словарный запас Марка куда-то испарился, с ним такого никогда раньше не происходило.

Он хотел бы что-то сказать, но не знал, как и что собственно говорить. Он даже немного занервничал, а затем успокоившись погрузился в урок. Но всю математику он не мог спокойно сидеть, ведь девушка, которая решала уравнения слева от него, заполняла все его мысли.

«Но почему?» – Снова в мучениях спрашивал он себя, а затем решился спросить ее имя.

– Как тебя звать?

Она промолчала и не обратила внимания на его жалкую попытку познакомится. Тогда он слегка взбешенно добавил:

– Что за игнор в мою сторону?

– А, ты это мне? – опомнилась девушка. – Зачем тебе мое имя?

Словарный запас Марка снова исчез. И правда зачем ему ее имя.

– Вдруг у нас… одинаковые? Ну знаешь, как имя Лесли есть женское, а есть и мужское… – ответил он, даже не понимая, что вообще выходит из его рта. Мозг его не работал, он задыхался, а сердце бешено колотилось об ребра. Стук сердца он слышал так громко, что его уши немного покалывали.

– Это вряд ли, – отвернулась она в тетрадь и продолжила решать примеры.

«Что за фигня только что вышла из моего рта? Это что вообще такое? Я же ведь в голове сформулировал все слова и предложения… Нет, лучше я буду решать примеры, а то когда я их не делаю она так странно на меня смотрит. Наверно думает, что я идиот раз ничего не делаю, но ведь я эти формулы наизусть знаю. Эх, придется решать. Только взгляд на эти задачи заставил меня утомиться и проголодаться. Вот бы в столовую сейчас». – Такими были мысли Марка, пока звонок на ланч не прозвенел.

Он быстрыми шагами направился в столовую, чтобы пообедать вместе с Итаном и Кэрол. Они познакомились в прошлом году на рождественском празднике. Правда произошло это при очень странных обстоятельствах. Марк должен был сыграть на школьной сцене песню на гитаре, но его струны перед выступлением неожиданно порвались. В тот день он уже хотел сказать, что его номер отменяется, как вдруг свет ослепил его глаза. Из яркой тени его примерочной к нему подошел Итан с новыми струнами от того же производства, что и его только что порвавшиеся. Его ошеломлению не было предела, но самое странное для него было то, что Итан попросил сыграть на сцене вместе с ним. Марк, заменив струны направился в его примерочную где он и познакомился с другим музыкантом в группе – Кэрол. Они отрепетировали всего пол часа, и Марк официально стал гитаристом группы «Willy—Ops».

В столовой у них имелся собственный столик где они трапезничали. Трое подростков с разными интересами весело обсуждают свои планы на самом маломестном обеденном столике. Все столики закругленные и восьмиместные, но именно их четырехместный и формы такой странной, что он выделялся на фоне всех остальных.

Итан всегда говорил что-то странное, его слова были не досягаемыми для восприятия Марка. Сегодня он рассказывал про теорию пришельцев, а затем о вампирах и оборотнях. Марк опять не понимал ни слова, он пытался разобрать его очередное предложение: «Что если люди произошли не от обезьян, а от пришельцев? И все люди – это пришельцы. Кстати, я слышал о том, что в России сейчас тестируют ядерные бомбы для захвата США, а в Японии делают хуманизацию животных, как думаете у них получится? Если конечно вампиры не нападут на США первыми…»

Кэрол слушала его и иногда говорила почти так же как он, бредово, а Марк, не понимая ни слова от их запутанной речи, кушал и пытался втиснутся в разговор. Обедая, к ним подошел тот самый новенький по математике, увидев знакомые лица Марка и Итана, он подумал, что может присесть к ним. Но нагло сев и даже не спросив у них разрешения раздражало не только Марка. Взгляд у Кэрол был убийственный, она громко хмыкнув спросила уже всем казавшегося бедного юношу:

– Ты кто вообще такой?

Итан и Марк молча сидели, потому что знали, что когда у Кэрол такой взгляд, то лучше ее не злить. С виду она отличница и даже иногда ведет себя мило, но этот взгляд, который пронзает до мозга костей, внушал им страх. Парень почувствовал угрозу, но решил, что ее можно убрать словами:

– Можно мне присесть рядом с вами? – вежливым тоном спросил он, подымая подбородок.

– Ты уже сел, – грубо ответила она.

– Это не имеет разницы. – Он говорил одновременно и вежливо и высокомерно, будто в этом мире он определяет где смысл есть, а где его нет, и именно сейчас он не видел смысла в том, что он уже сел, ведь он уже сел и для него это не имело значения.

Кэрол встала из-за стола и взбешенно прокричала на всю столовую:

– Еще как имеет!

От этого голоса у Алекса появились мурашки по всему телу, он немного испугался. Он понял, что эту угрозу не убрать, оставалось только убегать. Он встал и сказал то, о чем после пожалел:

– Девочка, тебе лучше не стоит так громко кричать. Мои уши чувствительные.

Слово девочка очень раздражало Кэрол. Она была не высокая, всего сто пятьдесят три сантиметра в свои шестнадцать, но, когда ее называли не девушка, а девочка, она впадала в дикую ярость.

Закончилось все тем, что Алекс больше никогда не обедал в столовой и стал избегать Кэрол Льюис, как и в школьное, так и внешкольное время.

После уроков, Марк собирался пойти домой вместе с Виктором. Он направился в кабинет химии где он заканчивал уроки, но придя туда его встретило пустое помещение. Тогда он решил позвонить ему. Но только он потянулся к карману за смартфоном, чтобы его вытащить, к нему пришло новое сообщение, точнее это было имя, у которого он должен забрать душу.

Обычно, когда приходит оповещение о том, что нужно забрать душу, в его глазах начинает прорисовываться текст и этот текст распространяется везде где есть буквы, на данный момент к нему пришло имя и дата смерти человека на телефон, но чаще всего он пользуется другим способом узнавать информацию, а именно закрыв глаза, ведь закрыв их, имя прорисовывалось в веках, где он и мог подробнее узнать всю информацию о дальнейшей работе. Так и происходит процесс сбора душ у ангелов смерти, обычно Марк не заостряет на них сильное внимание, пока время их смерти не достигнет красной зоны, то есть минута до смерти, но имя, что пришло ему сообщением на смартфон перекрыло его дыхание.

«Виктор Эдвин Барвинский. Время смерти четырнадцать тридцать».

«Квантовое бессмертие»

Безвыходным мы называем положение,
выход из которого нам не нравится.

Станислав Ежи Лец

Время было ровно два часа, он поднял смартфон что уронил от шока и бешено вбивал номер Вика лишь бы успеть его спасти. Марк выбежал во двор школы, чтобы поскорее его отыскать, но Вик не брал трубку. Все больше и больше его охватывала паника и ища Виктора по всей территории школы тот наконец-то соизволил ответить на его звонок.

– Вик, ты где?

– Я… неподалеку от центра, а что? – Одной рукой он держал смартфон, другая же была занята его огромным портмоне.

– Стой там! Никуда не уходи!

– Почему? Мне вообще-то, как раз надо в магазин, у моей сестры скоро день рождение, так что мне нужно найти подобающий ее милому характеру подарочек.

В звонке можно было услышать звуки машин, проезжающих мимо и говорящий светофор, который озвучивал оставшееся время для пешеходного перехода.

– Подожди…

– Ладно я перехожу дорогу, – перебил его Виктор и отключил звонок.

– Вот идиот!

Марк бежал к центру со смартфоном в руке, он не останавливался ни на минуту. Судный момент уже почти наступил, а Марк до нитки промок в своем поту, задыхаясь, он мокрыми пальцами вновь набрал номер Вика:

– Ты где?

– Я напротив парикмахерской «Santa Louis», а что?

– Виктор, пожалуйста стой на месте, никуда не уходи, прошу тебя!

– Снова за свое? Я же сказал нужно подарок купить…

– Ты умрешь! – Он не видел масштабных изменений в мире, а точнее не хотел их видеть.

– Что ты только что сказал? – От недоумения переспросил Вик, думая, что ему послышалось.

– Я говорю, что через минуту ты умрешь, поэтому оставайся на месте, хорошо?

– … – После недолгого молчания он рассмеялся ему в трубку. – Шутки шутками, но слышал ли ты о квантовом бессмертии?

– Какое к черту бессмертие, я говорю тебе правду, ты ведь…

– Не перебивай! Я верю в квантовое бессмертие еще с раннего детства, когда меня чуть не сбил пикап, я ощутил дежавю в тот момент, словно это уже происходило и вот те на! Это квантовое бессмертие! Оно создало новую вселенную, в которой мы теперь живем, где я жив, я долго думал о противоречиях и осознал, что я буду жить вечно, я никогда не умру, ни от старости, ни от болезни, ведь я бессмертен! И эта теория настолько потрясающая, что пугает, ведь я обречен быть одиноким до скончания веков…

– Да, измерения похожие на этот существуют, но это не из-за квантового бессмертия, его нет!

– А вот и есть, сейчас я расскажу тебе о «Коте Шредингера» и о том, что…

– Сколько можно уже обо этой чепухе, я тебе говорю, остановись! Стой на месте, ты умрешь! – осмотревшись, он заметил парикмахерскую с большим названием «Santa Louis».

Часы на телефоне уже пробили время смерти Вика и когда Марк обернулся в сторону дороги, он заметил напротив стоящего Виктора. Между ними было огромное расстояние, светофор стал зеленым, и Марк побежал в его сторону. Вик заметив его, положил телефон в карман кофты и медленными шагами направился в его сторону, чтобы разузнать о его словах поподробнее и поведать ему о «Коте Шредингера». Сделав всего пару шагов, перед ним словно из воздуха появился черный пикап, он оцепенел, вновь то самое дежавю из детства, все вокруг замерло, а фокус сосредоточился лишь на его включенных фарах. Эта картинка длилась меньше секунды, будто он смотрит ужасную CGI-графику, но, для его глаз машина двигалась в слоумо. Марк с разбега оттолкнул Вика и пикап проехал мимо никого не сбив. Марк упал на землю и пытаясь прийти в норму делал медленные вдохи и выдохи. Виктор в страхе даже не мог выронить ни слова, но посмотрев на Марка, он заметил его улыбку, будто празднует победу после долгого сражения.

Моргнув, Марк на рекламном щите увидел надпись: «Виктор Эдвин Барвинский. Время смерти четырнадцать сорок»

– Быть не может! Время сдвинулось всего на десять минут? Нет, только не он! Снова это бездушное существо? – Поднявшись с земли он заметил, как все потемнело, а люди застыли в серых тонах.

Время остановилось.

Глава 4
«Дружба»

Предательство нельзя прощать хотя бы потому, что сами предатели никогда себе не простят собственного предательства, а значит, будут всегда опасны – и предадут ещё.

Дон Карлеоне «Крестный отец»

Марк обернулся с злобным взглядом, который был направлен на единственную движущеюся цель среди всего поставленного на паузу: парень с золотистыми волосами и ослепительным белым костюмом из материала похожего на шерсть уже улыбался идя в его сторону.

– И мы снова встретились, Марк! – Помахал он ему ладонью на расстоянии пяти шагов.

Марк подбежал к нему и схватил за воротник.

– Я ненавижу тебя! – Прокричал он.

– Я должен почувствовать гнев или грусть? Человеческие эмоции такие непонятные и переменчивые.

– Убери эту цепочку смерти, Райан, а иначе…

– Прежде чем ты начнешь мне угрожать, а хотя ты уже начал, я спрошу у тебя кое-что. С чего бы это вдруг я должен мешать естественному процессу?

– Убери я сказал!

– Если человек должен умереть, то он умрет. Это моя работа как никак, – сказал Райан перед тем как Марк врезал ему по лицу.

– Бездушная тварь!

– Я все равно боли не чувствую. – Поднялся он с земли.

Работа Райана заключается в том, чтобы в мире не было никаких анахронизмов и изменений во времени, но это была уже вторая встреча с Марком к его удивлению. Первая их встреча произошла триста лет назад, тогда Райан заметил, что один человек избегает свою смерть на протяжении длительного срока. Решив проверить новую проблему на свою голову, он увидел, как парень спасает другого каждый раз, когда тому предстоит умереть. Райан уселся и смотрел на это шоу, пока тот не принял облик ангела смерти. В тот момент Марку было наплевать на все, он заключил сделку с Райаном. Смерть Марка в обмен на жизнь его друга. Все прошло успешно, но его друг скончался спустя три дня. Вся ненависть, копившаяся в нем, вспыхнула вулканом и хотела лишь отмщения. Но даже так, Райан совершенно ничего не чувствовал, в нем отсутствовала такая вещь как душа.

– Если во мне нет души, это еще не значит, что я тварь.

– Хорошо, давай заключим сделку как в прошлый раз.

– Как в прошлый раз? Ты про ту в которой отдал свою жизнь, чтобы спасти своего друга?

– Да, я уже проживаю седьмую жизнь, я могу снова переродится, для меня это ничего особенного. Я отдам и эту жизнь.

– Марк, но мне не нужна твоя жизнь.

– Тогда что тебе нужно, бездушная сука?

– Ты… точнее я хочу стать твоим другом…

– Посмеялся и хватит.

– Нет, я вполне серьезен, и я не принуждаю тебя со мной дружить, но напоминаю, что если ты откажешься, то твой друг умрет. Как тебе моя сделка, ты считаешь ее справедливой?

– Сделка глупа и омерзительна.

– Но ты же согласен?

– А разве у меня есть какой-то другой выбор? – Сжатый кулак в ладонях говорил да, но разум был в разы сильнее.

– Тогда договорились, – сказал он, хлопнув ладонями перед лицом. Время снова воспроизвелось, люди ходили, машины продолжали проезжать на зеленый, а птицы вновь полетели в сторону солнца.

Виктор поднялся с земли и спросил:

– Марк, откуда, ты узнал?

– Вик, это не важно, это уже в прошлом. – Пытался он уйти от темы.

Виктора удивляло не то, что Марк спас его жизнь, а то, что он знал о том, что произойдет. В голове сущий бардак, он не понимает абсолютно ничего, он дезориентировался в этом мире, он не понимает реальность это или сон, его мысли заполняли голову такими бредовыми идеями, что он моментально горел изнутри. Ноги его еле стояли на земле, он не понимал, как все еще стоит если он их не чувствует. Руки тряслись, а голос безудержно дрожал и кривился. Глубокий вздох носом и он закрыл глаза.

– Нет, это важно! – И эту важность он показал криком на всю улицу.

– Хочешь я могу тебе рассказать.

Райан появился так неожиданно, что даже Марк слегка испугался. Снизу доверху на нем была белая одежда, которая сияла так ярко, что глаза лезли на лоб.

– Ты вообще кто? – вытряхивался от пыли Виктор.

– О, как невежливо с моей стороны, я не представился! Меня зовут Райан Дум, я судьба. – Протянул он ему руку.

– Ты чего творишь? – Марк ударил Райана по пальцам, чтобы их руки не сплелись в рукопожатье.

– Судьба? Это что значит? – Направил он недоуменный взгляд на Марка.

– Вик, просто иди в магазин за подарком для сестры, ты же ради этого здесь. – Он никак не хотел, чтобы те познакомились друг с другом. А особенно подружились.

– День рождение через месяц, можно и подождать, так что происходит, Марк? – Руки у Виктора тряслись от адреналина, все еще не отойдя от автомобильной катастрофы. В голове расставляя все по полочкам, он пытался угадать, как Марк предвидел эту катастрофу. Единственным что пришло ему в голову было: Марк прорицатель и экстрасенс. Это было очень глупо, но как еще можно это назвать. И тут к нему пришло полное осознание, он Демон Лапласа.

– Ты правда хочешь знать? – Раньше он думал, что такое знание о мире не даст сильных перемен, но теперь задумался о том воспримет ли Виктор такую информацию. И что собственно он будет делать после того как узнает, что его лучший друг на самом деле смерть с косой?

– Да, я хочу знать. – Он был настойчив и серьезен. Не всегда такое можно узреть в сентиментальном Викторе.

Марк дотронулся до его плеч и локтя Райана, закрыл глаза, хоть и не обязательно и вздохнул. Они оказались в полной темноте, кругом ничего не было, даже какое-либо ощущение для тела отсутствовало.

Виктор испугался, он проглотил слюну и протер очки. Он словно находился в осознанном сне. Перед ними появилась огромная дверь. Наступила мертвая тишина, такая, что они могли слышать сердцебиение друг друга.

– Откройте дверь кто-нибудь, у меня руки заняты держа вас.

– Ну так отпусти и открой. В чем проблема? – Эхо проходило по всей тьме, оно так встревожило Виктора, что тот больше не произнес ни слова.

– Не могу, если я отпущу, то вы останетесь здесь навечно, найти вас будет невозможно.

На вид, двери казались Виктору тяжелеными, что их будет трудно открыть, но они были легче перышка. Будто автоматические. Зайдя в пустой холл, первым что увидел Виктор был компьютер, и он спросил:

– Почему кассовый аппарат подключен к компьютеру?

– Мы в измерении смерти, а тебя только это волнует?

– Измерение смерти? – С тревогой спросил он. – Понятно, значит вот оно что. Я попаду в ад?

– В твоем понимании ни ада, ни рая не существует.

– А бог?

– Если ты про того, который написан в религии, то нет. Но если ты про существо свыше, то… я понятия не имею о его существовании, я же никогда его не видел. Но думаю, что он просто вымысел, не более.

– Вот значит, как… а ты?

– Я?

– Кто ты?

– Я ангел смерти. Забираю души мертвых, на этом мои объяснения обо мне закончены.

– Хах… смешно, хороший прикол, ты ведь просто экстрасенс, который может создавать иллюзии, ну как в тех разводных и дешевых телешоу, которые крутят на вымирающих телеканалах по пятницам?

Марк вздохнул, на этот раз радостно.

– Нет, я вправду ангел смерти. Понимаю, в это трудно поверить, но стал бы я тебя обманывать?

– Если ты ангел смерти… который забирает души, то… ты проводник моей души…

Голос Виктора перебил включившийся экран, отчего у всех прошлись по спине мурашки.

– Синий экран, но кто его включил?

– Его включил я! – сказал двенадцатилетний мальчик из тени. Он, поправив свою прическу, высокомерным голосом спросил у Марка, – почему какие-то земные людишки в нашем приватном от всех живых месте?

– Это мои друзья.

– М-да, это так многое объясняет, но я спрашиваю тебя почему они здесь, мне совершенно плевать кто они тебе, братья, друзья, любовники! Выгоняй их отсюда! – злобно рычал Крис.

– Я привел их сюда, потому что один из них – бот.

– Что? Бот? Кто из них? – нежданное удивления прокатилось по его лицу.

– Я! – махал ему рукой Райан.

– Бот? – Виктор обратился к Марку. – Что это значит?

– Дело в том, что боты – это существа без души, у которых имеется встроенная программа. Они выполняют свои функции, как например мы – ангелы смерти, только вот у нас есть отличительная душа и эмоции, а у Райана они отсутствуют.

– Для чего ты их привел? – устало спросил Крис упав животом на диван.

Посмотрев с печалью на Вика, Марк понял, что другого выхода нет.

– Я пришел чтобы стереть память своему лучшему другу. Дело в том, что я заключил сделку с ботом судьбы, чтобы спасти Виктора, поэтому самым правильным решением на мой взгляд – это убрать воспоминания о произошедшем.

– То есть, он не просто бот, а еще и судьба, – удивлялся Крис будто наигранно, но на самом деле так просто казалось. – Интересно, но не так, чтобы я вставал с дивана.

– Как это стереть мне память? – Виктор застыл с открытым ртом без зубов.

– Через компьютер и тот сканер, – указал на них пальцем Марк.

Он не желал очищать память своему лучшему другу, ему бы хотелось, чтобы хоть кто-то знал о нем правду, но увидев Криса, он понял, что тот вряд ли разрешит оставить Вика нетронутым. Особенно после того, как Марк рассказал ему больше, чем следовало.

– Но, я не хочу, – остановился он на месте, создавая протест.

– Я тоже, но вряд ли Крис нам разрешит оставить тебе память, ведь…

– Мне все равно! – перебил он его. – Ты меня так раздражаешь, Тай! Почему ты всегда делаешь то, что меня бесит? Никогда не говори за меня, ты понял?

– Значит можно оставить ему память?

– Делай что хочешь. Главное отвали от меня. – Разлегся он на диване.

– Тогда, Вик, если ты не хочешь забывать о сегодняшних воспоминаниях, то я разрешаю тебе знать, что я смерть, – произнес серьезным тоном Марк не подовая вида, что на самом деле счастлив.

«Если Вику разрешено приходить в измерение, то мы можем путешествовать по разным мирам, бродить по уголкам холла, забирать вместе души, сортировать их, а может даже если повезет, то он станет новым ангелом смерти. Какой же классный сценарий я выдумал у себя в голове всего за пару секунду».

– Место где мы сейчас находимся – измерение смерти. Я – один из семи ангелов смерти. Крис кстати тоже, – указывая на него рукой объяснял Марк.

– Один из семи? Значит этот мальчик тоже смерть? И вас семеро?

– Вообще-то мне восемьсот лет, невежа, – отвернулся он в спинку дивана.

– Чего? Такого физически быть не может.

– Он говорит правду, мне на самом деле шестьсот лет, но я перерождаюсь заново в новых жизнях. Это уже моя седьмая жизнь.

– Тебе правда ровно шестьсот лет?

– Разумеется нет, я округлил.

Виктор чувствовал, как его разум в большом количестве наполнялся вселенской информацией (хотя толком ничего такого масштабного он и не познал).

«Надо же! Я так мало знал… Да и сейчас я знаю не так много. Это так удивительно и одновременно пугающе, ведь мой друг, которого я знал с детства на самом деле синоним к слову Бог. А ведь и правда, если по словам Марка – „Бога нет“, то значит остается он или же есть существа повыше статусом? Надо бы его расспросить, но все еще боюсь, что он сотрет мне память». – Мысли Вика загоняли его в тупик, что он перебирал все сюжеты дальнейшего исхода в измерении смерти. Ведь его друг, словно и не друг вовсе, словно кто-то другой. Это казалось ему сном и он даже стал подыгрывать этому сну, но осознание того, что он спит, не давали ему полной сосредоточенности в том, что это сон.

– Кстати, Крис – смерть грешников, – раскрыл он его суть.

– Это как? – спросил Виктор.

– Ну я смерть, которая забирает души убитых людей или же тех, кто умер не естественной смертью. У нас есть Кейт, которая забирает души девственников, кстати с помощью того, что я взял ее обязанности, ты и выжил. – Затем он посмотрел в сторону двенадцатилетнего мальчика. – Крис же забирает души всяких серийных убийц, насильников, вкратце плохих людей, которыми овладели семь смертных грехов.

– Ты сказал, что вас семеро, значит есть и другие четыре ангела смерти?

– Да, но нас на самом деле шесть, а не семь, седьмая смерть – это совершенно плачевный случай. Пока что не буду о нем говорить. Но у нас есть Юки, она из Японии, забирает души людей умерших по естественным причинам, это в основном пожилые старики.

– У вас всех имеются свои обязанности?

– Да, у каждого ангела смерти так.

– А какие еще два есть?

– Есть Аллен, он забирает души людей умерших от всяких болезней, а другой… Я его имени даже не знаю, известно о нем только то, что он забирает души самоубийц. Никогда его не видел.

Марк даже и представить не мог пятого ангела смерти. Он часто расспрашивал коллег про него, но увы много информации добыть он не смог. А ведь за шестьсот лет он ни разу с ним не контактировал.

– Марк, а как ты забираешь души? – поинтересовался Вик.

– В начале я отсоединяю душу от своего тело, затем автоматически перемещаюсь на место возле объекта, чтобы извлечь душу. Находится она внутри груди, всего в пяти сантиметрах от сердца. После того, как забрал душу, я отправляюсь в измерение смерти, в котором мы как раз и находимся, – прокашляв он кое-что вспомнил. – И еще один момент, который я забыл упомянуть. Когда я отсоединяюсь от своей оболочки, то есть физического тела, я принимаю облик ангела смерти, и время останавливается точно так же, как и в этом измерении. В измерение смерти как ты заметил отсутствует не только время, но и воздух, огонь, вода, тьма и почти что все остальное. А вот эти огромные люстры викторианской эпохи, не больше, чем иллюзия.

– Я многое не понимаю, но что ты делаешь после того, как приносишь душу в это… место?

– Я ложу ее на ту штуку, – указал пальцем Марк на кассовый аппарат с компьютером (очиститель душ). – Затем сканирую и в памяти души блокирую последний день жизни, а точнее, воспоминания о смерти.

– Но для чего блокировать память?

– Чтобы, когда я уносил душу на склад и запечатывал ее в ящик, душа смогла отдохнуть. Все же душа не вечна, ей нужна перезарядка. Люди не будут помнить как умерли, для них это будет сном, в котором нужно вспомнить свою смерть, ради того, чтобы выбраться. А когда они пробудятся, то уже можно будет их вселять в новорожденных людей. – Говорил Марк подходя к железной двери в углу. – Эта пугающая дверь, которая напоминает лабораторную – склад душ. Но мы заходить туда не будем, ибо там скучно, однотипно и не интересно.

– Так вы и не только забираете души, но еще и возвращаете!

– Нет, этим занимаются «обычные» ангелы. У них такое же оборудование как у нас, но они очищают всю память до мелочей и пихают души в младенцев. Как-то так. Но я с ними не о особо дружен, кроме разве что Вайолет – она лучшая.

– Стоп, подожди, ты сказал ангелы? Ты же ведь сказал, что Рая не существует, – Виктор снова встревожился, ведь он не ожидал услышать слово «Ангелы», особенно после слов Марка о том, что «Рай» не существует.

– Да, его нет, но есть измерение ангелов… Вообще такая вещь как «измерение» тебе еще рановато знать, так что обойдемся просто словами «да, ангелы существуют и у них свой мир».

– Понял, – ответил Вик и начал раздумывать о том, как выглядят ангелы. Он представлял их с крыльями в белых одеяниях. Но почему-то в мыслях про ангелов не было персонажа мужского пола, а только молодые и блондинистые девушки с модельной внешностью.

«Откуда у меня появился такой стереотип?» – Устраивал он штурм в своем мозге.

К удивлению для Марка, Вик воспринял все даже лучше, чем он думал. Засмотревшись на задумчивого Виктора, он замечтался.

«Вот бы сейчас вместе с ним пробежаться по измерению иллюзий, где мы будем создавать новый мир или пройтись по снам наших знакомых в измерении снов, а лучше войти в измерении грез и показать ему как классно я умею парить в воздухе… Но думаю, что он еще не готов к такому».

Виктор оглядываясь спросил у Марка:

– А как мы вернемся?

«А ведь точно, я и забыл, что терпеть не могу это место. Теперь у меня появилось резкое желание уйти отсюда прямо сейчас».

– Через те врата из которых мы пришли. Нам нужно будет просто выйти и мы вернемся в наши тела.

– Подожди, мы что, сейчас не в телах?

– Нет, наши физические тела на Земле.

– То есть мы в данный момент, валяемся около асфальта?

– Нет, попадая в измерение смерти, время стоит на месте, сколько бы ты тут не пробыл, ты окажешься в своем теле в то же время, когда и покинул его.

Через несколько минут, врата открылись. В холл вошла красивая и стройная брюнетка, в своей руке она держала светящийся сферу желто-белого цвета, напоминающее маленькое солнце. Виктор, когда увидел ее, не смог спрятать ошеломления от ее красоты и как только он приготовился открыть рот, она сказала:

– Марк, спасибо что взял на сегодня мою работу, дальше я сама, бесполезно уже искать ящик если его… – Она шла к складу душ, но по пути встретив Райана и Виктора изумилась, но внешне она просто застыла. – Что, здесь, происходит?

– Это Райан – он судьба, а это Виктор – мой друг из мира людей. – Схватил он их обоих за плечи с мыслью о побеге.

– Райан? Судьба? – И озадаченность и отвращение. – Почему какой-то бот находится в нашем измерении? – Зайдя на склад с открытой дверью, она продолжила, – почему ты вообще водишь сюда своих друзей, когда человечество на грани гибели?

Склад выглядел огромным. Если смотреть в длину, то конца не увидишь. Везде были полки, на которых лежали ящики с именами и датами какого-нибудь человека, отсортированных по алфавиту.

– Так вышло. Кстати, это Кейт, смерть невинных.

«Он издевается?! Приводит друзей, так еще и раскрывает мою личность! Вот нахал, я когда-нибудь точно прибью этого новичка!» – Говорила она себе, запечатав душу в ящик.

– Марк, нельзя так просто разглашать мою личность, особенно этому боту! – воскликнула она.

– Почему к Райану так относятся? – Поинтересовался Вик у Марка.

– А ты сам подумай, он не человек, души у него нет, эмоций тоже, он повторяет все за людьми наблюдая за ними, чтобы быть на них похожим, хоть и знает, что это невозможно. Он даже не способен по-настоящему мыслить, не то что грустить или горевать. Так что сочувствовать программе, которая написанная фиг знает кем – глупо.

– Но это не справедливо, ведь он тоже хочет дружить, он хочет жить. – Для Марка эти слова показались нелогичными.

– Нет, дружить он захотел, чтобы понять психологию людей, а согласился я только потому, что на кону была твоя жизнь. – Скрестил он руки у груди, засматриваясь в сторону больших дверей.

Райан стоял и продолжал фальшиво улыбаться, а затем сказал:

– Марк, я буду ходить с тобой в школу, мы же ведь теперь друзья, а они должны много времени проводить друг с другом.

– Делай что хочешь, главное, никому не разглашай, кто я на самом деле.

– Хорошо, – кивал он головой.

В мыслях, Марк уже решил уйти, его воротило от измерения смерти и особенно проводить здесь свое время (которого здесь нет), но Виктор задал вопрос, из-за которого они слегка задержались:

– Марк, а что эта за дверь?

– Она ведет в другое измерение, видишь, как много этажей, на каждом тысячи дверей, ведущие в разные измерения, именно эта дверь, про которую ты спрашиваешь ведет в измерение снов. Там можно заходить во сны других людей, левее от нее, такая черная и стильная ведет в измерение страха. Думаю, объяснять не надо. – Увидев полку на стене, он продолжил говорить более высоким и радостным тоном. – А ты видишь вот эти полки, там мы храним всякие артефакты и талисманы, подожди-ка я возьму одно. – Марк забрался на высокий шкафчик, состоявший из пяти огромных полок. Он взял кольцо с четвертой полки и подошел к Виктору со словами, – на, надень!

Он слегка удивился, а затем спросил:

– Что это за кольцо?

Выглядело это кольцо почти как обычное, единственным чем отличалось камнем, он был ярко-черного цвета, в котором можно было разглядеть свое отражение.

– Это кольцо смерти, – сказал Марк, а затем добавил, – с помощью него ты можешь приходить в это измерении, узреть меня в образе ангела смерти, ну и видеть призраков если вдруг настройки собьешь.

– Какие еще настройки? – Взволновался он.

– Да не заморачивайся на этот счет, такое вряд ли произойдет. Да и вообще у этого кольца множество функций.

– Марк, занялся бы хоть чем-то полезным, привел грязного бота и невежественного человека, – рычала Кейт на весь холл.

– Но, вообще-то я не грязный, – сказал Райан, после того как осмотрел себя.

– Вот о чем я говорю, Марк, он бот, он даже не понимает значения слов. – Разозлилась она. – Я в панике ищу ящик Моро или хоть что-то, что меня привело бы к его находкам, но пока я трачу время и нервы, ты приводишь своих друзей, и вы устраиваете посиделки, какого черта, Марк? – Взбесилась Кейт ходя туда-сюда по холлу, останавливать ее никто не стал, да и Марку уже было не по себе.

Кейт была в страхе, редко увидишь, чтобы она чего-то боялась, а тут аж до такого состояния. Марк шепотом приказал Райану и Виктору уйти.

Пока те тихо подходили к выходу, двери с шорохом распахнулась перед их лицами, оттуда вышел крупный мужчина, лет сорока и в не дешевом черно-белом костюме.

«Почему мне стало так не по себе? Он такой большой… Выше двух метров! Господи, кто он такой? А-А-А! Он пялится прямо мне в глаза! Его взгляд такой устрашающий, он будто хочет меня сожрать!» – С дрожащими губами размышлял Вик смотря ему в глаза.

– Что тут происходит? – низким голосом сказал Аллен, обычно он говорил менее низко, но видимо от удивления, которого он не подавал, все же выдавил из себя грубость. Затем направляясь в сторону компьютера, он продолжил, – хотя не имеет значения, есть вещи куда важнее, один из моих надежных источников сообщил мне, что ангелы решили снова устроить свои выборы. – Обратив свое внимание на Марка он сказал следующее, – Марк, твоя задача пойти и разузнать об этом поподробней. И если получится, то отговори их от выборов, ангелы тебя больше любят чем кого-либо из нас. Вся надежда только на тебя, – он говорил эта пялясь своим злобным взглядом ему в лицо. Его слова были не просьбой, а приказом.

Он строже любого командира.

Марк только хотел уйти, но слова Аллена пробудили в нем адскую злобу. Больше всего, его взбесило то, что помимо него есть и другие ангелы смерти, но быть жертвой эксплуатации и траты драгоценного времени почему-то всегда достается только ему.

– Что за глупости?! – махав руками в разные стороны вопил Марк. – Меня любят больше, это что, шутка такая, да? Меня же каждый там ненавидит, кроме Вайолет. Да и тем более ангелы мерзкие и у них…

– ТЫ ИДЕШЬ! – перебил его приказом Аллен. А после того, как перед ним прошла Кейт, которая бормотала себе под нос и без остановки ходившая по всему холлу, он уже не так грозно спросил. – Кэтрин, что с тобой?

– Ящик Моро… где он?!? Где же он может быть? Почему именно сейчас? Кто? Зачем? Почему? – бормотала она, не замечая других.

– Что с Кейт? – спросил Аллен у лежащего на диване Криса.

– Видимо она напугана пропажей ящика Моро и пытается понять, что произошло, кто его забрал, зачем, почему, для чего и так далее. А теперь отвалите от меня, я сплю! – быстрым голосом ответил он, укутавшись пледом.

– Марк, этот человек говорит об ангелах, мне же не послышалось? – С небольшим удивлением задал вопрос Вик.

– Да, если хочешь можешь пойти со мной.

– А я? – Улыбнулся Райан.

– А ты не идешь.

– Почему? – Сыграл он задумчивость бровями.

– Потому что ангелы не будут рады какому-то боту в их измерении. – Он не хотел лишних вопросов, поэтому даже не обращая на остальные слова программного бота, взял за руку Виктора, и непринужденно с недовольным лицом потащил его к белой двери. – Заходи, это дверь ведет в измерение ангелов, первоначальное название которого «00005».

«Ну хотя бы не один пойду и это радует. Ну вообще, почему он не сказал заняться этим Крису? Ведь он просто лежит на диване!» – Скрипел он зубами от злости на спящего двенадцатилетнего лентяя.

Глава 5

«Семь смертных грехов. Грех Гордыни – Афин»

Неважно кто ты… Ты не узнаешь, что ты за человек до самого конца. Твоя истинная природапроявится только в момент смерти.

Смерть помогает во всём разобраться.

Итачи Учиха «Наруто»

Ослепляющий яркий свет не давал Виктору прорисовать картину происходящего. Его глаза горели, он думал, что ослеп, пока не разглядел свою ладонь, что сжимал в своей руке Марк. Его холодные как лед руки задержали это ощущение в его голове даже после того, как их руки отдалились. Виктор даже и не думал, что всего за пару минут его рука может так природниться с его.

Путь в другое измерение хоть и занял всего нечего, но тело Вика переутомилось настолько сильно, что казалось он провел в спортзале несколько часов без перерыва. У него не было желание идти за ним, но Марк снова начал говорить о важности данной миссии, что тому просто не оставалось выбора кроме того как следовать за ним.

– Для начала нам нужно найти Вайолет. Она ангел и моя очень близкая подруга, мы с ней шесть веков уже знакомы если не больше, так что она мне как сестра, не знаю даже кто мне роднее чем она, – улыбался он, заострив свой взгляд на верх. – Она единственная кому я доверяю свою душу.

Вик не мог углубиться в его слова, они не доставали до его ушей. Да и он не хотел их слушать, ведь есть тот, кем Марк дорожит больше чем им. Кто эта девушка и почему она занимает сердце Марка полностью, как его лучший друг вообще даже не гость туда. В какой-то момент он заставил забыть себя о чем говорил Марк, погрузившись в размышления о настоящем:

«М-да, измерение ангелов намного больше чем измерение смерти. Небо белое, но совершенно не режет глаза. Вау! Земля тоже белая и такая мягкая, будто снег, хотя это можно назвать облаком из сказок. Хочется потрогать… Забавно, такое чувство что я во сне и вот прямо сейчас придет мама чтобы меня разбудить. Мама, прошу, не буди меня, я так хочу наслаждаться этим сном снова и снова, или хотя-бы еще немного, столько сколько мне отведено, а если это и вправду сон, то какой смысл стеснятся? Я потрогаю это облако!» – Говорил себе Вик перед тем как свободно упасть на то, что показалось ему облаком.

Возле врат, через которые они вошли, стоял маленький бежевый домик и оттуда вышла зеленоволосая дева с яркими салатовыми глазами, которые сверкали и отражали весь свет небесный заставив Марка застыть в одном положении. Ее торопливая походка умиляла его, ведь этой походкой она давала понять то, насколько она соскучилась по нему.

– Марк! Ты вернулся! – радостно визжала дева и объятьями повалила его вниз.

Ее немного кудрявые волосы лезли ему в рот, а глаза сверкали и словно заглядывали в его душу.

– Я тоже рад тебя видеть, Вайолет, – выговорил он, обняв ее покрепче.

«Если это сон, то почему Марк лежит в обнимку с красавицей, а я один? Я тоже хочу обнимать красавицу! Я разве многого прошу?» – Пялился он на них с очень сильной завистью, что аж Вайолет почувствовала на своей шее.

– А это еще что за дохлик? – Спросила она уже встав.

– Это мой лучший друг, его зовут Виктор.

– Друг? Человек? Да ладно тебе, он же смертный. Да и к тому же худой как ветка, как такие у вас вообще выживают?

– Как видишь выживают.

– Я думал ты за меня заступишься, а ты лишь наоборот оскорблять меня начал ради женского внимания, – возмутился Вик. – Я разочарован в тебе, Марк!

– Вик, это же ведь просто шутка. Кстати Вайолет, Афин у себя?

«Просто шутка… Да-да конечно, когда это ты шутить научился?»

– Да, а зачем он тебе?

– Насчет выборов. Ты знаешь что-нибудь о них?

– Только то, что они есть. Прости, меня в дела не посвящают, я ведь не такой важный ангел как Серафим или Люцифер.

– Ничего страшного, а что ты вообще здесь делаешь?

– Дежурю, чтобы никто не вторгся в наше измерение.

– Понятно. Виктор, прекращай придуриваться, мы идем к Афину.

– Не-а, – свалился он снова вниз всем телом. – Мне нравится лежать на облачке.

– Это не облачко…

– Тогда что это?

– Лучше тебе не знать…

Вик тут же встал и направился как можно быстрее за Марком в огромный белый замок. Внутри замка было просторно, везде двери, люстры и светильники из Англии девятнадцатого века. Казалось он попал внутрь какой-то книги, ведь красота этого замка была невероятно завораживающая.

– Иди за мной, – приказал Марк.

Бродя в поисках кабинета Афина к ним навстречу попался парень с красными глазами и волосами, на вид он выглядел лет двенадцать-тринадцать. Обронив стопку бумаг перед ними, он начал истерить.

– Что вы делаете здесь, проклятые людишки? – Злобно вопил он, собирая бумаги.

– Да что ты сразу кричишь, ты же сам уронил свои документы, мы просто мимо проходим, – сказал с пофигизмом Марк, ему даже не было жалко, когда тот стал на коленях собирать бумажки.

– Вы об этом еще пожалеете, твари! – рычал ангел.

– Да иди ты к черту! Выслушивать таких отморозков еще не хватало. Вик пошли! – Он запихнул руки в карманы, обычно Марк так делает только по двум причинам, когда одинок либо когда зол. На данный момент гнев полностью овладел им.

Доходя до кабинета Афина, к ним попадались на встречу еще пару ангелов, но не обращая на них внимания, они смогли дойти до кабинета без происшествий. Внутри было два ангела помимо самого Афина. Первый был синеволосый мальчик, который по виду только перешел в шестой класс, другой же был высоким и худощавым с длинными белыми волосами, а на носу у него спускались огромные круглые очки. И на фоне их, на кресле, возле компьютера сидел темноволосый парень с черными мертвыми глазами. Он взглядом приказал своим двум ангелам-подчиненным выйти из кабинета, что они выполнили моментально. На столе, помимо локтей черноглазого имелся компьютер, точно такой же как в измерении смерти, а возле клавиатуры красовалась чашка зеленого и ароматного чая, запах которого Виктор унюхал еще со входа.

– Не желаете ангельского чая? – спросил вежливым и нежным тоном Афин.

– Не откажусь, – ответил ему Марк, усевшись на стул, который появился перед ними буквально из ничего.

В кабинет вошел тот самый маленький мальчик с синими волосами.

– Ваш чай, – сказал он подовая его Виктору и Марку. Смотря мальчику в глаза, Марк помрачнел еще сильнее. Его злость родилась в тот момент, когда тот налил ему чай, хоть и сам был не против от данного предложенья.

– Все, можешь уходить Серафим, – приказал Афин.

Тот же сделал низкий поклон и быстрым шагом направился к дверям. Марк разозлился еще сильнее после того, как Афин продемонстрировал свою власть над мальчиком. Не только злость он скрывал внутри себя, но и печаль.

– Серафим… так ты теперь его называешь? – Марк сдерживал себя как мог. – Какая ты одиозная шваль!

– Всем все равно как его звали в прошлой жизни, теперь он один из моих лучших солдат по имени Серафим. Я помню прекрасно твою прошлую сделку, поэтому мой ответ остается прежним, я не отдам тебе этого ангела.

– Я уже не пытаюсь вернуть его обратно.

Виктора охватил страх, но сам он точно не знал чего боится. Может быть измерение ангелов? Или стул, который появился из не откуда? Черные глаза Афина, которые смотрели прямо на него, хотя кто знает куда он смотрит, зрачков то не видно, ощущение будто он смотрел на все и сразу. А может быть его в страхе держала чашка ароматного зеленого чая, которая просилась выпить ее?

– Это же зеленый чай? – Осторожно спросил Вик после первого глотка.

– Ангельский чай, его делает Серафим.

От голоса Афина, Вику стало трудно дышать, но все из-за того, что он боялся вдохнуть возле него. Этот диалог об ангеле по имени Серафим заставлял его мозг работать не хуже, чем на олимпиаде по физике.

– Пей, чай теплый и вкусный, – сказал Афин и сделал маленький глоток.

– Стул такой не удобный, сделай кресло, будь добр. – Выпрямлял он руки над головой.

– Тебе и стул сойдет, – ответил он Марку.

Вик сделал второй глоток зеленого чая и все его оковы будто спали. Никакого напряжения или страха, не имелись даже грешные мысли, будто он очистился. Чай был настолько великолепен, что он выпил его залпом, но это для него все равно было мало. Полное очищение от всего негативного, он мог творить все что угодно, а главное осознанно, он был счастлив. Его словно одарила муза, он был готов творить, работать, радоваться, он был готов сделать все что угодно лишь бы не сидеть на месте.

– Это лучший чай который я пил в своей жизни! – ликовал Вик.

Марк уставил свой взгляд на жидкость в чашке, сделал небольшой глоток и выкинул ее в сторону дверей.

– Мерзкий и отвратный, как и ангелы, – негромко прорычал Марк. Когда чашка разбилась и осколки валялись по всему полу, он добавил, – зачем вы устраиваете выборы именно сейчас?

В голове, Марк все выстроил, ведь если ангелы замешены в деле с пропажей души Моро, то скорее всего выборы – это один из их планов по уничтожению мира. Но был самый главный вопрос, который его мучал: «Какая им выгода?». Марк также не забывал что может существовать и другой вариант сюжета, в котором ангелы даже и не подозревали о пропаже души Моро и выборы лишь случайность.

Афин недолго думая ответил:

– Зачем же так грубо? – Он посмотрел в сторону осколков и приказал, – исчезни! – осколки чашки и пролитый зеленый чай на полу через секунду испарились и происходящее настолько удивило Виктора, что тот спросил у Афина:

– Как вы это сделали?

– Это измерение принадлежит мне, я могу создавать и удалять вещи какие пожелаю, я могу делать все что угодно, это мой мир, здесь мои правила, здесь мои рабочие и я занимаюсь своей работой и выборы, – сделав небольшую паузу, он направил свой взгляд на Марка, – это тоже моя работа, у нас не хватает рабочих, нам нужны еще.

– Знаете сколько ангелов смерти? Семь. Семь на всю планету. А ангелов сколько? В два? В три? В четыре раза больше? – Марк не скрывал свою ярость, потому что мало того, что он ненавидит Афина, так его еще и насильно заставили прийти к нему. – Афин, ты сам говоришь то что вам не хватает рабочих, но сам поставил ангела охранять врата, хотя кто в эти врата войдет кроме ангелов? Люди? Вампиры? Демоны? У них нет такой возможности!

– Но ты же вошел с каким-то смертным человечишкой.

– Мы исключение. Мы смерть. Кто кроме смерти сюда войдет? Правильно – никто. – Ударил он ладонями по столу. – Ты жизнь, а я смерть. Мне противно это говорить, но мы связаны.

Виктор опять начал нервничать, но он был очарован Афином, ведь весь диалог с Марком, он был неподвижно спокойным и разговаривал с ним не меняя тона. Когда Марк заметил на лице Виктора восхищение, то его скрутило от отвращения.

– Виктор, не смотри на него так! На этого высокомерного ублюдка! Он не просто какой-то ангел… Он один из семи смертных грехов. Он может манипулировать сознаниями людей и приказывать им все что ему заблагорассудится!

– Браво, все верно! Раз ты такой весь открытый, то почему бы мне не завладеть разумом твоего смертного друга? – С холодом произнес Афин.

– Зная тебя, Афин. Если бы ты мог, ты бы уже сделал. Но дело в том, что на безымянном пальце Виктора красуется кольцо смерти. Так что разумом его ты не овладеешь.

– Кольцо смерти? – Вик обратил внимание на кольцо с черным камнем.

– Оно блокирует все подсознательные атаки. В основном применяется против демонов, но Афин тоже своего рода демон, раз применяет силу контроля разума.

– Можешь говорить что тебе вздумается, твои слова для меня все равно ничего не значат. Ты так говоришь, будто я скрываю свою силу, но ведь зачем скрывать очевидный факт. Ты не думаешь, что это глупо и по-человечески?

– Оскорбляешь людей? Да ты сам не лучше них!

– Людишки – это посредственность для меня, может для тебя они и равны, но они просто букашки в моих глазах. Ведь я высшая форма жизни, со мной никто не сможет сравниться! Особенно вы – боты! – Насмехался в ответ Афин.

– Смерть не боты! В отличии от тебя, мы чувствуем все эмоции, когда ты ощущаешь только отвратительную гордыню!

– Глупый бот! Не смей говорить со мной в таком тоне!

– Я тебе вмажу так, что ты на всю жизнь запомнишь, гнида! – Он решил не церемонится.

– Выметайтесь, – отвернувшись произнес Афин и двумя пальцами провел в их сторону.

Двери кабинета распахнулись, а стулья испарились. Пол двигался самостоятельно и направлял их к выходу. Комната словно выбросила их как мусор. Двери закрылись перед ними, и надев черный капюшон от кофты, Марк произнес:

– Пошли Виктор, это поганое место.

Только сделав шаг в коридоре, они очутились возле врат из которых прибыли в измерение ангелов.

– Мерзкие твари! – Это место Марк ненавидел всей душой. Вернувшись, первые слова Марка встретили сразу всех, – я так и знал! Эти мерзкие твари только хотят довести меня до яростного срыва! Если бы я был грехом, мне бы дали гнев! Я в этом точно уверен! Они настолько меня бесят, что я даже эмоций сдержать не могу, все они как Афин, кроме Вайолет. Все со своей гордыней… Как же я их терпеть не могу. Боты? Смерть – боты? Что этот придурок Афин вообще о себе возомнил! Смерть – это высшее существо, а ангелы лишь тупые отморозки, которые отправляют души на Землю, они же по сравнению с нами ни хрена не делают, так как какого черта они творят, ненавижу их, высокомерные ублюдки…

– Так что они сказали? – с безразличным лицом перебил его Аллен.

– Да! Да! Именно такое лицо! Именно с таким лицом они все смотрели на меня! Как будто я какой-то не такой, будто я ничтожество, будто я никто! – говорил он с большой злостью на все что попадалось ему на глаза, но вскоре к нему подошла Кейт и влепила ему неслабую пощечину правой ладонью.

– Так что они сказали? – спросила Кейт, она уже не была такая нервная и не бормотала себе под нос, она кардинально изменилась, а точнее вернулась в свое привычное состояние. Для Марка это было не таким сильным удивлением, что Кейт его ударила. Он даже был рад этому и улыбнулся, увидев ту самую Кейт, которую он знал на протяжении всех шестисот лет.

– Они ничего нового не сказали. Афин сразу же выгнал меня, думаю нужно побольше разузнать, перед тем как к ним повторно направляться. Эти разноцветно-волосые явно что-то скрывают, – говорил спокойным тоном Марк. – Ну ладно, мы возвращаемся обратно на Землю и мне все равно на ваши просьбы и мольвы, я сказал, что уйду – значит уйду!

Марк открыл врата с наслаждением, ведь мысль о том, что он наконец покинет это измерение его радовала как ничто больше.

За мгновение они оказались у дороги. Виктор обтряхивался и пытался прийти в себя, а Марк молча наблюдал за этим процессом. Райан все так же мерзко улыбался, не показывая своих зубов и пялился на Марка, что для него было не самым приятным ощущением.

– У меня столько мыслей… – произнес Вик.

– Рассказывай, я тебе все объясню. – Вернувшись на Землю, Марк потерял всю ту агрессию и злость что разрывала его на части. Он улыбался, искренне улыбался с осознанием того, что перед ним стоит его друг, который теперь знает кто он на самом деле. Друг, от которого не нужно больше ничего скрывать, друг, которому он может доверят как себе. Его лучший друг что заставлял его улыбаться еще с раннего детства. Его самый настоящий хоть и не кровный брат.

– Лучше уж завтра, у меня такое чувство будто я в вашем мире пробыл весь день.

– Марк, можно я буду жить у тебя? – спросил Райан. – Мы же ведь теперь друзья.

– Живи, главное ничего не засоряй и…

– О! Я еще учиться с тобой буду! – ликовал Райан. – Как чудесно!

– Мы об этом поговорим дома.

– Увидимся, Марк, – попрощался Вик и с кашей в голове отправился домой.

Правила в сделке гласили о дружбе с Райаном, про то чтобы вместе жить там пункта не было, но Марк все равно не был против. В доме у него было много комнат, где Эйдан, Виктор и Меган часто оставались на ночевках, поэтому дать одну комнату для Райана было не критично.

Спустя несколько недель Марк понял, что снова вернулся в цикличный образ жизни. Каждую математику он засматривался на блондинку что сидела слева от него, но ничего не предпринимал, в глубине души он боялся все испортить. Из-за этой девушки математика даже стала его самым любимым предметом. Мотивация посещать этот урок усиливалась с каждым днем, ведь просто смотреть на нее и находиться с ней рядом доставляло столько приятного и неописуемого визуального и душевного наслаждения, что он прекращал решать уравнения, ведь знает их решения, но не знает ее имени.

«Когда-нибудь я узнаю ее имя, а пока что буду просто наблюдать». – Вздохнул он с улыбкой на лице.

Как-то придя на урок математики, перед его партой встал Элайджа. Он сосед Марка и его хороший знакомый. У него темно-каштановые волосы с зелеными глазами, в которых можно было заблудиться, такие яркие и глубокие, по крайне мере такими они казались Марку. Элайджа мог захватить внимание любого человека, ему лишь нужно установить зрительный контакт и можно считать, что человек сосредоточенно его слушает. Голос у него тоже был всегда приятным и мягким, словно он диктор, к тому же он был самым добрым из всех, кого знал Марк.

– Здравствуй, Марк, – поприветствовал он его.

Вежливость и воспитанность в Элайдже выделялась сразу как он начинает вести диалог.

– Ну, привет, Эл.

– Через два дня будут проходить выборы, многие прогнозируют, что я одержу победу на них. Как ты считаешь может ли данное заявление быть правдой?

Выборы в президента школы, которые никак не касались Марка, все же его каким-то образом коснулись.

– Кандидатов вроде бы двое. Ты и какой-то неизвестный парень, который старше тебя на год. Думаю, с вероятностью в девяносто процентов… победу одержишь ты.

– Здорово, – не сильно обрадовался Элайджа.

– А почему ты спрашиваешь?

– Просто, ты самый честный человек, которого я знаю. Многие у кого я спрашивал всегда меня переоценивают и завышают, мне такое не очень нравится, не вижу в их словах искренности, но ты отличаешься от всех своей уникальной прямолинейностью.

По началу у него были мысли, что Элайджа просто хотел выпендриться своей очевидной победой на выборах. Но передумал после его слов, от которых у Марка потеплело в груди. В этот момент Марк в очередной раз убедился, что лучше Элайджи Спеллмона человека не существует.

– П-с-с-с, Ти-и-и-м, – Прошипел Райан тыкая ручкой спину Марка.

– Чего тебе?

– Я сижу сзади тебя, разве не круто?

– Да ты молодец, а теперь не мешай, я тут с Элайджей беседую.

Глава 6

«Меня зовут Кейси»

Дурное и хорошее – их нет. Есть то,

как мы решим назвать их сами.

Уильям Шекспир

Наступил очередной урок математики на котором сегодня Марк поставил перед собой цель: узнать имя блондинки. Но к его сожалению ее место сегодня было пустым. Ее отсутствие повлекло за собой столько депрессивных мыслей, что всю математику он только и мог, что прятаться в иллюзиях где они в обнимку в кровати завернувшись пледом смотрят приключения эластичного пирата в соломенной шляпе.

Физкультура, которую Марк всей своей душой ненавидел началась. Но сегодня ему повезло, тренера заменили каким-то временным пессимистичным лентяем, которому даже капли внимания до учеников не было. Марк смог провести урок сидя на скамейке пока другие в том числе Вик и Эйдан резвились в баскетбол.

«Физкультура – самый скучный предмет в этой школе. Может быть когда-то я и мог найти в себе силы покидать мяч вместе с друзьями, но сейчас мне больше нравится просиживать физические нагрузки, хотя, даже сейчас наблюдение за игрой меня начинает утомлять. Хочется спать и восстанавливать энергию. Даже не верится в то, что всю математику я сидел и мечтал о будущем с той девушкой. Впервые в своих мыслях я разделяю с кем-то планы аж на всю жизнь». – Сидел он устало на скамейке почти засыпая.

– А почему ты не играешь со своими друзьями? – Уселась рядом с ним Мег.

– Скучно, не интересно, не вижу смысла, да и меня баскетбол не сильно привлекает как вид спорта, – ответил без раздумий Марк. Он даже обращать внимания не хотел на эту девочку, что только и могла как его доставать.

– Слушай, Марк, раз ты все равно не играешь, может пойдешь со мной? – Вновь она выдавила свой голос.

В этот миг, Марка стошнило в самого себя, ведь такой высокий тембр просто резал ему уши. Понимая, что Меган уведет его в какое-то страшное место, а затем начнет вести себя как сумасшедшая, он недолго думая отказался.

– Я не хочу дискомфорта, который чувствую с тобой, поэтому я откажусь, ведь…

– Я дам тебе энергетик со вкусом манго, – щупала она его за щеки и перебила, отчего он задумался.

«Стоп, подождите, она сказала энергетик? Вот блин, мы же знакомы с детства, разумеется она знает мои слабости, так еще и с манго… мой любимый. Мне что, ответить нет любимому напитку? Да никогда в жизни! Я все решил. Я просто возьму энергетик и уйду». – Идеальный план, который был придуман в мгновении ока.

– Так и быть, Меган. – Непринужденно отказался он от своего отказа.

Она взяла его за руку и потащила в женскую раздевалку где никого не было кроме металлических шкафчиков и красных скамеек напротив. Затащив его в самый угол раздевалки, она села ему на колени и в ухо прошептала:

– Чем хочешь заняться? Я могу сделать то, что никто не может.

– Я химический эликсир хочу, которым ты меня сюда приманила. Слезь с меня, от тебя тухлой рыбой несет, – сбросил он ее с колен. Удивляться ее выходкам он перестал еще в начальной школе, ведь такое она проворачивала уже десятки если не сотни раз. – Где он? – В этот момент его волновало другое. Далеко не пошлая дурочка с ее идиотскими подкатами.

– У меня в шкафчике, – нахмурила она губы и брови. – Ведешь себя как ребенок! – В след прокричала ему Мег.

– Стыд лишь я испытываю с ней. – Сказал он свои мысли вслух.

Он извлек для себя то, что его жизнь никогда не будет спокойной пока в ней есть Мег.

Прозвенел звонок. Марк даже не успел заметить, как быстро закончились все сегодняшние уроки. Он был в восторге от того, что у него оказалось так много свободного времени, настолько много что его можно было бы потратить на магазины и игры. Но не дойдя до выхода его глаза заметили плакаты в кандидаты президента: «Зак Нойер» и «Элайджа Спеллмон» (единственные, кто решили баллотироваться в этом году после новости о смерти Кортни Уильямс). Дата была назначена на завтра, он уже знал за кого голосовать, но его внимание украли блондинистые волосы Зака, которые были точь-в-точь как у нее (таинственной блондинки, с которой он пытается не первый день познакомиться). Рассматривая плакат Зака, он краем глаза заметил, как по коридору идет сам Зак. Блондин с плаката пронзил его взглядом, и от неожиданности и предчувствия опасности, Марк воскликнул ему:

– Что ты на меня так пялишься?

Зак с задумчивым лицом долго смотрел на Марка, будто пытается что-то рассмотреть внутри него, а затем произнес:

– А разве это не ты только что пялился на мое хорошо освещенное лицо в плакате?

– Нет, ты не понимаешь, это другое. Я кандидатов рассматривал, а ты тут…

– А я тут! – Громко перебил его Зак, показывая указательным пальцем на свое лицо. – Прости мой фанат, но у меня очень важные дела прошу меня простить. – В его улыбки Марк заметил одну странность, в ней таилась некая тьма, даже можно сказать ненависть. Улыбка была настолько не искренняя, что тот сразу распознал принужденность.

– Я не твой фанат и мне плевать на твои дела. И зачем ты извинился дважды в одном предложении?

– Как скажешь, фанат. – Не снимал он наигранной улыбки. – А извинения – это часть моей сущности, ведь чем их больше, тем лучше.

– Что ты за человек такой? – Тело Марка слегка задрожало. – Почему мне так дискомфортно стоять рядом с тобой?

– Я не понимаю о чем ты, – посмотрел он время на телефоне. – Мне нужно торопиться, поэтому расскажешь мне о своих чувствах немного позже. До встречи, мой любимый фанат!

«Зак Нойер никогда не станет президентом. Такой идиот не может руководить целой школой!» – Сказал он себе перед уходом со школы.

Зак Нойер быстро выветрился из головы Марка, ведь теперь в ней поселился сегодняшний поход в торговый центр. Он давно собирался приобрести себе новую кофту и вот этот день настал, но только пришлось ему пройти возле средней школы, то все планы переменились. Писклявые вопли резали его уши, он видел толпу полутораметровых человечков, которые окружили кого-то и обливали всяческими гадостями. Жертва лежала на сухой и холодной земле, но Марку было глубоко наплевать, по крайней мере он заставил себя так думать. Но развернуть свой взгляд и проигнорировать всю эту картину он был не способен. Одна из обидчиц резко начала наносить ногами такие сильные удары, что это повлекло за собой цепочку злости, что коснулась даже ангела смерти.

– Эй! – Прорычал он. – А ну прекратили!

– Бежим! – завопила обидчица.

Он подбежал с такой злостью, что дети тут же разбежались кто-куда.

– Современные дети полное разочарование… Куда смотрят их родители, стадо, мышление которых это потребление. У людей ничего кроме потребления. – Посмотрел он на девочку, чьи ноги были выпрямлены на твердой и серо-коричневой земле без кусочка зелени. – Бред, верно? Мои мысли, они не хотят выходить за ограниченные мною стены. Молчишь… Ничего не хочешь сказать о политике потребления? Ты накопитель? Снова молчишь, хотя чего это я. Ты ведь маленькая девочка… ужас, какая вонь!

На вид девочке было не больше десяти лет. Одежда у нее была грязная, будто из помойки, а пахла она мусором.

«Тряпочная обувь… Господи, как ее вообще впускают в школу? Где ее родители? Может быть они настолько бедные что у них нет даже душа? Или у нее вообще никого нет? Надо спросить, но с какого вопроса начать?» – Раздумывал Марк. Для него грязный ребенок не редкость, но грязный ребенок, который учится в школе дал его мозгу немного поработать. Например, он задал себе вопрос «какого хрена она учится в такой одежде и куда смотрят учителя. Они ведь не в средневековье живут».

– Ты как, девочка? – Он увидел в ее грязном образе нечто чистое, и это было не связано с тем, что она тихое дитя.

Девочка промолчала. Тогда он сел возле нее и решил спросить с глазу на глаз, как это обычно делает Элайджа:

– Где живешь? – И вновь ответа он не дождался. Немного разозлившись он продолжил. – Ты что немая? Не раздражай меня. Играешь в молчанку? Хорошо, я отведу тебя к родителям, – он взял ее за руку, и ее молчание заглушил громкий крик во весь голос. – Не кричи, пожалуйста! – прошептал Марк и от испуга закрыл ей рот своей ладонью, чтобы та успокоилась. – Просто не кричи, хорошо? – прошипел он ей в ухо.

И неожиданно кто-то сзади крикнул:

– Да ты же гребанный педофил!

Марк со страхом в глазах направил свой взгляд в сторону голоса и увидел ту самую блондинку из школы.

«Да вы шутите… Не-е-ет, это же недоразумение, хотя что она увидела? Я закрываю рот маленькой девочки в лохмотьях и приказываю ей не кричать. Вот черт! Это и вправду выглядит подозрительно! Что теперь делать? Что мне ей ответить?!» – Мозг его затуманило, он смог произнести только:

– Нет, я не педофил! Правда! – После таких слов обычно люди звонят в полицию. – Я на самом деле спас эту девочку. Правда ведь? – Спросил он, открыв ей рот.

– Уйди, педофил! – Девочка знала, что это плохое слово, но что оно обозначало вряд ли.

С широко открытым ртом, его лицо застыло в серых красках, которые он сам и нарисовал.

«Что только что произошло, мать вашу? С самого утра в моей жизни происходит сплошной бред. Я словно снимаюсь в ситкоме, только вместо закадрового смеха, мои слезы!» – Он схватился за голову словно уже сдавшийся от всего человек. С виду полное отчаяние, а на самом деле раздумья о том, как все разумно уладить.

– Поверь мне, я правда нормальный подросток, – с надеждой повторял он. За все семь жизней проведенных на Земле, с ним ничего более нелепого не происходило.

Но блондинка быстрым шагом подошла к девочке, и со взглядом отвращения к педофилу, увела ее на безопасную дистанцию. Спросив у девочки ее имя, спасительница в ответ получила лишь пустой взгляд в землю и тихий бездушный вздох.

– Девочка, если ты хочешь, чтобы я тебя спасла от этого подонка, то просто скажи мне как тебя зовут.

Девочка не хотела называть свое имя, но и соврать она была не в состоянии, поэтому предпочла молчать. Но даже ее молчание уже было на грани, и она раскололась, робко и очень тихо она выдавила из себя:

– Кейси. Меня зовут Кейси.

– Пойдешь со мной, Кейси?

– Куда?

Марк был немного огорчен тем, как эта девушка смогла ее так легко разговорить. Он решил исправить то лживое мнение о себе и вошел в их диалог:

– Мы пойдем в торговый центр! – Должно было прозвучать как предложенье, но прозвучало как приказ.

Девушка посмотрела на него с еще большим презрением и ответила:

– Не видишь? Она тебя боится.

– Нет, думаю она просто стесняется, – приблизил он свое лицо к Кейси. – Верно?

Она отвела взгляд в сторону.

– Зачем нам в торговый центр? – Спросила блондинка с злобным взглядом.

– А ты что не видишь? – Он указал пальцем на Кейси. – Ей нужна хорошая одежда, а самый лучший в городе, конечно же тот, у которого я никогда не запомню названия, но он находится в торговом центре на первом этаже. – Это конечно тоже, но по большей части, он хотел туда именно для покупки своей новой кофты.

– Прости, но мы…

– Из-за одежды над ней и издеваются ее сверстники, – перебил он ее. Ведь кофта хоть и важна, но оставить девочку на дальнейшие издевательства из-за внешнего вида он не позволил. Хотя больше его волновала школа, в которой девочка училась. От нее исходила непонятная энергетика.

– Но ведь это же глупо.

«Откуда эта девушка прибыла? Разве она не знает, что много веков назад людей также презирали за внешность? Хотя откуда ей знать, она ведь просто божественно красивая. Ладно, видимо она оттуда где всегда были розовые слоны и яркие цвета. – Марк немного поменял свое мнение о девушке, раньше он был склонен к тому, что она обладает сверхъестественной силой, которая позволяет ей манипулировать сознаниями людей, но смотря на нее сейчас, он видит лишь обычную ничем не примечательную от остальных девочку-подростка, кроме как ее внешности. – Как я мог обмануть себя? Человек, нет, это образ в моей голове, а не сущность. Я так быстро убил в себе к ней интерес, что разочаровался вообще во всем. – Он был склонен к тому, что мозг его был затуманен и вот этот туман только выветрился из его головы. – Образ, придуманный мною вряд ли схож с этой юной девочкой».

– Как бы глупо это не звучало, но это правда, – высказался он, направив вновь свой осторожный взгляд на Кейси, – я ведь говорю правду?

Кейси впервые ответила не его вопрос так, как он и хотел.

– Да.

Простое «да» уже обрадовала его, ведь услышав от нее правду, девушка не будет считать его каким-то маньяком. И когда она поймет, что ошибалась, то скорее всего извинится перед ним и согласится на поход в торговый центр, что собственно и произошло.

В Уайтуотере было не так много торговых центров, но они шли именно в тот, где имелся кинотеатр. Проходя мимо дорог и машин, Марк вспомнил, что не знает ее имени, но спрашивать ли сейчас? – подумал он. Торговый центр был в десяти минутах ходьбы от них, поэтому добрались они довольно быстро.

– Кстати, как тебя зовут? – Задала она резкий вопрос, от чего Марк немного растерялся.

– Марк, – на его лице ярко нарисовалась улыбка. – А тебя?

– Эмилия.

Наконец-то Марк смог узнать ее имя. Две недели он пытался разгадать эту тайну, но теперь зная, как ее называть, он поставил перед собой новую цель: узнать Эмилию получше. Ее сила манипулировать людьми снова вернулась. Болезнь какая-то, и Марк не знает, как от нее излечиться. Только десять минут назад он потерял к ней интерес, и ее имя снова вернуло все обратно.

Бродя по торговому центру, Марк заметил тот самый отдел с лучшей одеждой и схватил Эмилию за руку, так как та все время терялась с самого начала их пути. Она потеряла дар речи, после того как их ладони соприкоснулись. Кейси же молча ходила, держась за край ее кофты. Вскоре она отцепила свою руку от его ладони и злобным взглядом произнесла:

– Больше так не делай. Мы же только познакомились.

Марк и забыл, что люди реагируют на обычные прикосновения как-то по-иному. Когда он хотел срочно кого-то увезти в определенное место, то он всегда брал за руку, потому что говорить и ждать ответа слишком долго. Марк понял Эмилию, но не чувствовал своей вины, ведь ничего плохого или неловкого он не совершал.

«Люди в этом времени слишком нежные». – Произнес он в своей голове и вошел в отдел положив руки в карманы. Возможно от одиночества.

Эмилия, увидев цены, сильно удивилась.

– Две тысячи долларов за кофту? Тысячу долларов за тапочки? В какой магазин ты нас привел? – Растревожилась она.

Марк же сразу ответил с кошачьей улыбкой:

– В самый лучший.

– Да тут цены дороже чем органы человека. У меня нет столько денег.

– А ты что, хотела тоже заплатить? – радостно удивились его глаза. – Я с самого начало планировал расплатится за все сам, так что ничего страшного.

– Я не понимаю, ты из какой-то богатой семьи, или что?

– Нет, совершенно обычная, но скажу так, деньги чтобы купить Кейси приличную одежду у меня имеются, – подмигнул он ей правым глазом. – Эй Кейси, тебе что-нибудь понравилось? Не стесняйся ты можешь взять все что хочешь, а если хочешь все, могу купить весь магазин и даже весь торговый центр. – Он хотел узнать, что выберет ребенок, если ему предложат все, но не взял в расчет то, что ребенок может посчитать это простой шуткой.

«Он так шутит? Кто он на самом деле такой? Как стыдно, у него же точно нет столько денег, а он кричит словно этот магазин уже его, – задумалась Эмилия, смотря на голубое платье. – Интересно, почему он так странно себя ведет, ведь в школе он всегда молчалив. А вдруг он не помнит, что мы вместе ходим на математику? Это же будет ужасно неловко».

Кейси посмотрела на красную кофту, точно такая же кофта была у одной из ее обидчиц. Она задумалась о том, что если у нее будет такая же, то все издевательства мигом исчезнут и она указала пальцем на нее, дав сигнал Марку. Он же, засмотревшись, все прекрасно понял. Момент в юной жизни, который не может определиться с дальнейшим выбором, и Марк решил хоть как-то ей помочь. Может быть выбор одежды – это малый шаг, но ведь этот шаг все равно ведет вперед, так почему бы и нет?

– Твой внешний вид – это олицетворение тебя, это то, какой ты хочешь показать себя внутреннюю перед людьми, одежда лишь с этим помогает, если ты станешь чьей-то копией, никто не полюбит тебя, все будут любить лишь эту копию. Послушай меня Кейси, что ты на самом деле хочешь в этой жизни? Как бы ты хотела ее прожить?

Она не знала что ответить и промолчала. Возможно такой глобальный вопрос слишком сложный для понимания десятилетнего ребенка.

Из-за обычной одежды, он вспомнил целое воспоминание, связанное с Виктором. Они должны были пойти на день рождения девочки, к которой этот недокиберспортсмен был неравнодушен. Из-за чего Вик не мог определится с выбором одеждой уже более четырех часов.

– Почему так сложно выбрать… – Разбросал он всю одежду из гардеробной на кровать. А на углу ее сидел Марк и желал лишь закрыть глаза до завтрашнего вечера. На день рождение он идет лишь ради Виктора, и кто бы мог подумать, что он боится осужденья.

– Знаешь что, неважно какую одежду ты на себя напялишь. Этот день рождение лишь мимолетный день из тех десятков тысяч, которые тебе предстоит прожить.

– Этот день очень важен! Мои дальнейшие десятки тысяч дней могут изменится лишь из-за одного дня!

– Тебе только тринадцать, лучше не стоит строить то будущее, к которому ты стремишься. Ты все время куда-то спешишь, я хочу сказать тебе, притормози, сядь, полежи, и пойми, что ты живешь лишь один раз, всего одну жизнь. Других больше не будет, хватит пытаться не совершать ошибок, прекрати жить в ненастоящем времени, эта жизнь твоя и только твоя, так что одевайся как хочешь, ходи куда хочешь, не слушай чужих мнений, не думай о том, что о тебе подумают другие! Я пытаюсь тебе донести твою же ценность жизни, то что не стоит ее губить из-за осуждения и раздумьями о предстоящем, не порть настоящее, ведь в будущем ты будешь лишь жалеть, что прожил жизнь под мнениями людей, которым ты нахрен не сдался! Так какого черта ты боишься осуждения! Какого хрена ты подстраиваешься под всех?

Один день может изменить последующие. Виктор не мог в тот день уснуть. Его мысли размешались в его же голове создав кашу, отчего он понял, что жизнь и вправду пугает, ведь ему всего тринадцать и большинство людей, живущих в этом мире старше его. Однако с каждым днем их количество уменьшается, а число людей моложе его будет постоянно увеличиваться и в конце наступит этот день, когда он поймет, что жизнь уже пролетела и он больше ничего не сможет сделать ни с прошлым, ни с настоящим. Мысли его всегда уносили от реального времени, он не находился в настоящем, негативный голос внутри него ломал ему голову, каждый раз его уносит в прошлое, он смотрит в зеркало и голос становится громче, он не знает, как не терять осознанность, он не может определить для себя как лучше ему будет, ведь все его мысли сплошной мусор.

Думая о том, что девочке нужна не только новая одежда, он решил поделиться с ней своим мнением и опытом, но стараясь его не навязывать:

– Слушай, я пытался донести, что не нужно пытаться быть на кого-то похожей или хотеть признания от каких-либо людей, которые на самом деле не так важны для теюя. Выбирай то, что тебе самой нравится, живи для себя, выбери то, что подсказывает твое маленькое сердечко. Это твоя жизнь – ты можешь делать что захочешь! Только от тебя все и зависит, главное жить ради себя, а не ради других. – Он видел в своих же словах противоречия, но для десятилетней девочки эти противоречия отсутствовали.

– Жить ради себя? – Скромно прошептала она.

– Да, это же ведь твоя жизнь, а не твоей мамы, отца, друга или той девочки. Добейся признания от себя, чтобы ты могла собой гордиться. Думаю, этого достаточно для жизни.

Эмилия удивленно засмотрелась на Марка и не могла отвести взгляда. ЕЕ так умиляло то, как он радостно болтал с Кейси, что даже на секунду чувствовала ревность и отдаленность. Она знала эту девочку всего день, но отдавать ее Марку ей очень сильно не хотелось. Поэтому она подошла и спросила у нее:

– Кейси, хочешь после магазина сходить в кафешку? Я угощаю.

– Раз за твой счет, то тебе придется раскошелится, может по мне не видно, но ем я очень много. – Проголодался Марк.

– А тебя разве кто-то звал? – Излишняя грубость, которую почувствовал Марк от ее взгляда возможно была оправдана.

– Понял, – ответил Марк и добавил, – тогда после магазина не буду вам мешать.

Положительных мыслей в голове Марка не было, но и отрицательных тоже. Вся его голова была набита только «Эмилия меня до сих пор ненавидит». Так он и придумал этот термин у себя в голове. Мысли о том, как сблизиться с Эмилией перебил жизнерадостный голос:

– Можно мне эту? – Показала она сине-красную кофту.

– Разумеется можно, – легко ответил он.

«Надо бы и себе кофту взять, ибо я ради этого сюда и пришел». – сказал себе Марк отойдя к мужской стороне.

Выходя из отдела, они накупили уйму вещей. Кейси же переодетая в примерочной, радостно произнесла, – в кафе! – это была первая и искренняя ее улыбка за весь день.

Они направились на второй этаж в торговом центре, где находились разные иностранные кухни, называлось это фуд-кортом. Марк уже думал сказать прощайте и бесследно их покинуть, но Эмилия его не прогоняла и подумав, что она забыла о своих словах, он решил остаться с ними еще ненадолго.

В мексиканской кухне они выбрали одинаковое комбо с игрушкой. А затем, когда они приступили к трапезе, радостная Кейси открыла свою игрушку и никак не могла нарадоваться ею.

– Котик!

– Это койот, – поправил он ее.

Приятное и теплое чувство внутри пронзило Марка, возможно это то, что называют счастьем.

– Мы прям как семья. – Лишь в первой жизни у него она была, и то без отца и матери.

– В каком смысле? – чуть не подавилась Эмилия.

– Ну, ты мама, я папа, а Кейси наша дочка.

– Нет, мы просто трое детей, которые случайно встретились, слово семья здесь неуместно, – говорила она, как будто она не объясняет или оправдывается, а угрожает.

– Возможно, – поскучав, он продолжив откусывать бурито по кусочку.

Темное небо уже окутало город и собираясь провести Кейси и Эмилию до дома, Марк тут же словил отказ. Эмилия не хотела отпускать Кейси одну, но и Марк не желал идти против воли Кейси.

– Я думаю не стоит переживать. Если она хочет уйти сама, то пусть. Сегодня она научилась тому, что нужно быть собой и делать то, что ты хочешь, так что…

– Прости что перебиваю, но вдруг ее убьют или похитят.

– Для меня Уайтуотер – самый безопасный город в мире. Здесь вообще ничего опасного произойти не может. – И тут Марк вспомнил как месяц назад он, Вик и Эйдан нашли два женских трупа во время похода.

«Вот черт! А что если и вправду ее убьют? Блин, какой же я тупой, я же ведь могу посмотреть список людей, которые умрут в ближайшие несколько часов!» – проверив, Марк не увидел не одной Кейси, поэтому он с облегчением направился в сторону своего дома воткнув наушники в свои уши. Возможно, сегодняшний вечер был одним из лучших за последние несколько лет, и все из-за той блондинки, которая показалась ему странной.

«Что ты хочешь мне сказать?»

Измени отношение к вещам, которые
тебя беспокоят, и ты будешь от них в
безопасности.

Марк Аврелий

На следующий день, он проснулся намного раньше, чем обычно, но с кровати ему вставать было также лениво, как и утром засыпать. Он положил правую руку себе на лицо и глубоко вздохнул. Вспоминая, какой вчера был хороший день, он улыбнулся и начал представлять продолжение этого дня. В своем воображении он проводил и Кейси, и Эмилию аж до дома, а затем они встретились снова, чтобы провести новый день за игрой в боулинг.

– Да, кидай шар Эмилия, давай я тебе помогу, у меня есть опыт, – говорил в подушку Марк.

– О, ты уже проснулся. – Отныне по утрам он слышит голос Райана, и шаги его ног, которые заходят к нему в комнату каждый раз, когда в окно входят лучи солнца.

– Да, а ты что так рано, до школы еще уйма времени.

– Знаю, я просто решил походить по дому, иногда так скучно. Не хочешь поиграть? – Спросил он.

Марку было не до игр, он хотел лежать и дальше мечтать о том дне. Неожиданно он понял, что вместо того, чтобы лежать и мечтать, можно проснуться и осуществить снова этот прекрасный день. Он с радостным настроем встал с кровати и уселся с Райаном за игровую приставку. Но правда была такой, что из-за нескольких часов игры, они чуть не опоздали в школу.

Первым уроком была математика. Марк сел на свое место и когда он планировал диалог с Эмилией в своей голове, то заметил, что она его попросту игнорирует. Она даже не смотрела в его сторону, все ее внимание было направлено в этот адский прибор, который поглотил разумы миллиардов людей: смартфон. Он подумал, что может быть они не настолько близки, чтобы прилюдно приветствовать друг друга, поэтому и не стал начинать разговор.

«Как я повторю вчерашний день, если не буду с ней говорить? – подумал Марк. – Хочу провести новый день вместе с ней, но как? Что мне ей сказать? Почему она игнорирует меня? Хотя, предложу ей после математики».

И в конце урока он смог сказать то, что держал в себе всю математику:

– Привет. Как поживаешь?

Она мило улыбнулась ему, кивнула головой и со звонком ушла из кабинета даже ничего ему не ответив. Марку стало немного не по себе, сердце словно перестало биться, а его разум пытался не взорваться от того, что он понапридумывал у себя в голове.

«Неужто я ее чем-то обидел?» – поразмыслил он, направляясь в столовую.

Обедая вместе с Итаном и Кэрол, он на свой страх и риск все-таки отважился спросить у них совета по Эмилии. Точно он не знает, как очаровывать девушек, ведь каждый век они меняются и говорить с ними становится все труднее и труднее.

«Шестьсот лет назад было легче». – Сказал он себе.

– Кэрол, можешь ответить на один глупый вопрос о девушках?

– Неужели ты влюбился? – Подавился пончиком Итан.

– Не знаю, вряд ли, – ответил он еле находившему воздух.

– Я не тот человек у которого стоит спрашивать советы по отношениям, прости, – ответила она, отложив булочку от рта.

«И вправду, говорить об отношениях с теми, у кого их никогда не было – ужасная тема для разговора. Тем более за едой – отвратительно! Как я не подумал, но все же они не подают вида неловкости». – Задумался Марк.

На самом деле Итан и Кэрол в плане любви не сильно сходились. Так как Кэрол считает любовь глупой и не нужной, а Итан наоборот, думает, что любовь чудесна и прекрасна, а иногда даже верит в силу любви, больше чем в себя.

«У меня никогда не было девушки за все мои шестьсот лет. Это странно? Хотя в первой жизни у меня должна была быть свадьба…». – погрустнел Марк и запил горе зеленым чаем.

Тема любви Марка никогда не интересовала, но думая об Эмилии каждый день, засыпая с мыслью о ней и представляя дни, проведенные вместе, он все-таки предполагал, что и вправду мог влюбиться в нее. Но не так как обычные люди. Хотя он толком не знал, что значит любовь. Да и кто знает ее точное определение.

После уроков, в актовом зале, происходил последний день выборов и с последней речью вышли выступать Зак и Элайджа. Марк не обращал на них внимания, ибо взглядом он пытался отыскать Эмилию.

Зак вышел лицом ко всем, высказал речь, которую не просто никого не тронуло, а такую, что даже никто не обращал на него внимания. Даже когда он закончил, никто не заметил. Единственным была Эмилия, которая похлопала ему издалека зала. Марк, увидев ее в толпе задумался, почему же она ему так преданно хлопает. Но не успев встать, чтобы присоединиться к ее аплодисментам, Зак молча покинул сцену.

После него, под овации вышел Элайджа и уверенно стоя у трибуны высказал такие колоссальные изменения, которые показались Марку невозможными, но его голос звучал так уверенно, что все казалось убедительным и возможным как сложить два и два.

Вскоре, после подсчетов голосов, победу одержал Элайджа Спеллмон, что было совершенно не удивительно ни для кого.

В восемь часов вечера, то есть через два часа, в школе должна произойти первая дискотека в честь выборов в президенты, но друзья Элайджи решили сделать для него сюрприз и поздравили его в кабинете английского. Народу было человек пятнадцать, некоторые обкидали его пирожными (видимо самые близкие друзья) и Марк почувствовал отдаленность между ними, будто чтобы кинуть в него пирожное, нужно стать ближе, чем его лучшие друзья. Отвлекшись на свои мысли, он не заметил угрозу, которая подкралась к нему сзади и вцепилась в спину словно пиявка. Меган сжала его за руку и потащила за собой, но Марк не сильно сопротивлялся, ибо Меган не тот человек, ради которого он бы напрягался.

Внутри спортзала была спортивная кладовка. Именно в нее Меган его и затащила. Марк тут же вспомнил аниме, которое они вместе смотрели, там была похожая ситуация, но он забыл чем тогда все кончилось, помнил, только то, что они там застряли, а что было дальше вылетело у него с головы. Внутри кладовки были всякие спортивные инвентари, такие как лыжи, мячи, бейсбольные биты, а на полу лежали маты. Меган закрыла кладовку и медленно подходила к нему со злобным взглядом. Марка удивил этот взгляд, он его встречал редко, обычно она всегда мило и высоким тоном разговаривала и мяукала, но этот кровожадный взгляд как у кого-то маньяка его напряг. Он сразу спросил:

– Что ты так смотришь на меня?

– У тебя что девушка появилась? – Вопросом на вопрос напала она.

– Нет! – Ответил он.

– Вчера ты гулял с какой-то девушкой по торговому центру. – Дикий взгляд зверя, вот она настоящая Меган Мур. Она не добрая милашка, она не скромная стесняшка, ее взгляд был страшнее чем смерть, ведь ее действия под таким взглядом невозможно было предугадать.

– Откуда ты узнала? – Ему правда стало интересно.

– Это не важно. Вы встречаетесь, верно?

– Нет, мы с ней не встречаемся. Да и почему я должен перед тобой оправдываться?

– Так я тебе и поверила!

– Слушай, это не смешно, открой дверь, ты же сама знаешь, у меня никогда не было девушки и мне не интересны отношения, – говорил Марк, но Меган толкнула его на маты. После того как он упал к нему пришла мысль о том, чтобы купить абонемент в качалку. Меган упала на него затем приказала ему не шевелится. Она приподнялась, ее поза была слегка похожа на то, когда делают отжимания, но там она подняла только руки, а стояла она на коленях приблизив свой взгляд к его губам.

– Раз у тебя нет девушки, то нужно проверить правда это или нет. Ты же ведь никогда не целовался? – Да, у Марка не было таких отношений с кем-либо за целых шестьсот лет, но он не придавал этому большого значения. Отношения, поцелуи, секс – для него не серьезны. Ведь размножения – это часть жизни, до которой ему нет дела. А сейчас, когда какая-то тупая идиотка, которая пересмотрела романтической ерунды говорит нечто подобное, его тянет блевать от ее несуразности.

– Ну да, я не целовался, и что теперь? Ты хочешь поцеловать меня, чтобы доказать встречаюсь ли я с Эмилией или нет? – она поцеловала его в щеку и с миленькой улыбкой сказала, – да ладно, я тебе верю, можешь вставать.

Он через секунду также лежа ответил:

– Как? Ты на мне сидишь.

Она в ответ неестественно хихикнула.

– Ой, прости сейчас встану! Надеюсь моя большая попка тебе не принесла неудобств? – Что он должен был на это ответить? Он сам не знал, ему было просто стыдно за то, что он с ней знаком.

Встав с Марка, она протянула ему руку, которую он специально проигнорировал. Тогда в мыслях Мег появилось желание толкнуть его еще раз. Но только она хотела выпрямить руки, как ей помешал Райан. Он появился словно из воздуха.

Марк понял все моментально, Райан телепортировался. Он имеет множество способностей, которыми его наградили в этом мире, одна из них: перемещение в пространстве.

– Не трогай его, он мой, – приказал Райан сжимая ее запястье.

– Как ты смог зайти внутрь? – глаза ее испуганно задрожали.

Марк закрыл рот Райана ладонью и нервно воскликнул:

– Мы уже уходим! – Подходя к дверям, он вспомнил, что ключ находиться у Мег. – Можешь открыть дверь?

Меган смущенно отвела взгляд в сторону и сделала то, что попросил ее Марк. Вновь он стал свидетелем двуличности Мег. Со всеми она ведет себя невинно и мило, но как только они остаются наедине, в ней пробуждается дикий зверь с животными инстинктами.

– Я сколько раз тебе говорил, не показывай никому свои силы! – злобно шептал он Райану, быстрым шагом идя по коридору.

– Ты был в опасности.

– Меган безумная, но опасности она не представляет. Максимум что она может сделать: изнасиловать меня… хотя да, это действительно опасно…

По коридору они пересеклись с Виком, глаза которого горели рождественским светом и жизнерадостностью.

– Марк, где ты все время был? Я тебя искал чуть ли не вечность. Райан? – И тут до не дошло, возможно они делали то, что ему не дано знать. – Вы случайно ничего сверхъестественного не делали в мое отсутствие?

– Ничего такого, что ты нафантазировал себе в голове. – Посмотрел он на Райана как на проблему всей своей жизни. А затем сменил взгляд и переключился с вопросом на Виктора, – зачем ты меня искал?

– Я набрался смелости и решил позвать Тони Хоук на медленный танец. После того как я узнал, что ты ангел смерти, да и вообще обо многом… Я понял, что не буду терять подаренное мне время впустую и наконец-то предложу ей встречаться, – говорил он уверенно, но выглядел он как полный дурак.

«Вот оно! – подумал Марк. – То, что называют любовью, может быть Виктор даст мне ответ».

– Ну, это, здорово, а зачем ты мне это говоришь?

– Очевидно же, что я не смогу сделать все сам. Вы будете мне помогать.

– Подразумевая «мы» ты имеешь ввиду кого?

– Я, ты и Эйдан.

– Тогда ладно, Райан ты можешь идти по своим делам, – прогнал его Марк взмахом руки.

Райан последовал его словам и ушел куда подальше.

– Я уже придумал план.

– А не легче просто подойти к ней и признаться?

– Ты думаешь признаваться в чувствах это так просто? – Виктор посмотрел на него как на немыслящего идиота. Такие взгляды часто встречаются в их трио. – Понимаешь, признаваться в чувствах, не легкое дело, ты должен представится перед человеком так, чтобы он хотел тебя, ты можешь мучится день из-за дня, но не можешь признаться, слова никак не подбираются, короткое «я люблю тебя» застревают где-то в горле и эти слова невозможно вытолкнуть из своего уста.

– Я не думаю, что это прям так сложно, – ответил Марк. И да, от слов «я люблю тебя» у него заболел живот. От приторности и милоты его тошнило.

– Хорошо, надеюсь в дальнейшем будущем я буду свидетелем твоих мучений, твоих попыток кому-то признаться и знаешь, что я тогда сделаю, я буду насмехаться над твоей тупой рожей, буду говорить тебе «ну что ты, это же так просто».

– Понял, но обязательно делать план?

– Конечно обязательно! – Воскликнул он, размахивая руками перед своей грудью. – Я не хочу, чтобы меня отшили. К тому же, Тони необыкновенная девушка, к ней точно нужен план по захвату ее сердца. Ведь она – само совершенство!

И в этот момент, Марка вновь чуть не стошнило. Возможно сегодня будет побит его рекорд по внутренним рвотам.

– Ладно, я пойду искать Эйдана, план расскажу на самой дискотеке! – Быстро уходя по коридору прокричал Вик.

«Закат»

Я поставил всю свою жизнь на кон, чтобы стать самым сильным фехтовальщиком в мире.
Так что единственный, кто может назвать меня придурком – это я сам.

Ророноа Зоро «Ван Пис»

В школе наступила призрачная тишина, все либо сидели дома и ожидали дискотеку, либо помогали украшать спортзал для той самой дискотеки. Но был один человек, который просто бродил по четвертому этажу, этим человек был Марк Николас Эшфорд. Но завернув в другую сторону, он заметил, что на четвертом этаже был кто-то еще помимо него. Парень сидел на окне. Не возле, а прям на окне.

«Он самоубийца? – подумал Марк. – Подождите, это же Зак Нойер. Он решил покончить жизнь из-за провала на выборах? Что только не сделают эти подростки в момент экзистенциального кризиса!»

Ноги Зака были за окном, а сам он смотрел на отражающие его мысли облака, дул бесшумный и прохладный осенний ветерок, который поднимал его волосы вверх. Марк заметил его закрытые глаза и решил действовать прямо сейчас. Он медленно приближался к нему, чтобы успеть спасти, но тот заметил его раньше. Тогда Марк обхватил его ребра и прокричал на весь четвертый этаж:

– Не смей прыгать! Какой-то проигрыш в школьных выборах не стоит твоей жизни! Проигрыш как раз и нужен, чтобы двигаться дальше, когда-нибудь у тебя все получится, но не смей умирать! – Он был не сильным оратором в этом деле.

Ему просто не хотелось стать свидетелем чьей-либо смерти, а особенно если это – самоубийство. Поэтому с закрытыми глазами он все сильнее и сильнее прижимал Зака к себе.

Сердце Зака прекратило биться на несколько секунд ведь прежде его никто так сильно не пугал. Точно он не понимал о чем говорил Марк, ведь истинная причина почему Зак сидел на окне – это красивый малиновый закат, который вот-вот должен был начаться. Он хотел встать с подоконника и все объяснить Марку, но тот не отпускал его и не желал даже слушать, поэтому Зак принял более тяжелые меры. Он силой освободился и во весь голос прокричал:

– Да, не суицидник я! Отпусти ты уже мою грудь! Хватит мне надоедать! – через несколько секунд Зак спустился с подоконника.

А Марк не получившись сдержать улыбки сказал:

– Как здорово что ты не самоубийца, но что ты делал сидя на окне?

– Я хотел посмотреть закат. В это время, на пару минут, будет малиновый закат и я хотел бы посмотреть его с какого-нибудь высокого места. – Вновь направил он взгляд в окно.

– Так пошли на крышу, – предложил Марк.

– На крышу? Но разве туда можно? – Неуверенно ответил Зак.

– Конечно можно, ты же сам сказал, что его лучше смотреть с высокого места, что может быть в школе выше крыши?

Придя на вверх школы (до которой добрались слегка проблематично), они успели узреть заходящее солнце и возможно самый завораживающий малиновый закат в их жизни. Отчетливый полумесяц был виден словно с самым высоким разрешением, а желто-оранжевый оттенок неба, который появился следом за малиновым, дополнял красоту потихоньку появляющихся звезд.

Глава 7
«Медленный танец»

Послушай, Морти, я не хочу тебя расстраивать, но то, что люди называют любовью – это просто химическая реакция, принуждающая животных размножаться. Поначалу это сильное чувство, Морти, но потом оно медленно слабеет, оставляя тебя в неудавшемся браке без копейки в кармане. Так было у меня, так будет у твоих родителей. Разорви порочный круг, Морти, будь выше этого, займись наукой.

Рик Санчез «Рик и Морти»

Ноги Марка направляли его в сторону спортзала, ведь именно там проходила дискотека, на которую если бы не Вик он бы никогда не соизволил пойти. Только он подумал о Викторе, как вдруг он появился перед ним словно из воздуха и начал разговор сразу же со своего плана. Его план был примерно таким: «Эйдан играет роль придурка, который будет приставать к Тони, а Виктор же будет благородным рыцарем, который спасет ее от этого нахала». Миссия Марка заключалась лишь в наблюдении. Он должен сделать все, чтобы этот план прошел успешно.

– Главное ведь без происшествий и скандалов?

– Это кончено тоже, но самое главное это я и Тони! – Вик словно поставил все свое имущество на ставку, у которой шанс выиграть был равен нулю. Его план был идеален до мелочей, все в его голове расставилось как надо, он был уверен в том, что все произойдет без происшествий, но в глубине души ему в это не верилось, так сильно не верилось, что этот негатив пытался похоронить его уверенность каждую минуту. Каждая мысль убивала другую, руки тряслись, ноги не могли успокоиться, в груди стало тяжело и лишь лицо было в его власти. Он мог улыбкой обманывать не только окружающих, но и себя.

Клубная музыка Марку не нравилась, он пытался отвлечься, ища знакомые лица в толпе, но уши так болели, что мешали глазам сосредоточиться. Он больше предпочитал рок, джаз или же классику, а современный рэп и клубные композиции он терпеть не может. Возможно это как-то по-старчески, но он больше предпочитал музыку с живым вокалом без обработки.

Первым кого он смог разглядеть в этой толпе был Итан. Он стоял переминаясь с ноги на ногу и с милой улыбкой с кем-то беседовал. По началу Марк думал, что его собеседником была Кэрол, но его улыбка выглядела слишком наигранной и когда он приблизился немного к нему, то заметил Амелию.

Девушка с длинными темно-русыми волосами была его давней знакомой и когда его взгляд чуть не пересекся с ее голубыми манящими глазами, его словно снежной лавиной придавило к месту, где хранят те воспоминания о которых желают забыть навсегда.

Этот день он записал как «Инцидент со скрипкой». После школы, Марк позвал Амелию из класса музыки к себе домой чтобы поиграть вместе на музыкальных инструментах. Произошло это в прошлом году. Они веселились, скрещивая то акустическую, то электрогитару со скрипкой, они планировали сесть за написание чего-то серьезного, но их намерения превратились в шутку, которую понимали лишь они сами. День за днем они просто дурачились после школы, забрасывали бумажный шар с нотами в мусорную урну словно мяч в баскетбольное кольцо, переписывали и говорили, что это невозможно, снова смеялись над тем какая у них бредовая идея и падали на что-нибудь мягкое, то на диван, то на пуф. И вот наступил этот день прозванным Марком как «Инцидент со скрипкой». После школы как обычно они проводили время за игрой на гитаре и скрипке пока в дверь не постучался нежданный гость. Марк, отперев дверь, поприветствовал за ней улыбающуюся Мег. В ее планах было позвать Марка к себе на ужин, чтобы отпраздновать свое пятнадцатилетие, но по его лицу она поняла, что он позабыл о ее единственном раз в год дне рождении. Услышав нежный женский голосок, который звал Марка, она тут же обратила внимание на скрипачку, которая в радостном настроении подбежала к дверям. Как только Марк начал представлять их друг другу, то милое личико Меган сморщилось до жути. Без слов, без каких-либо вопросов, она набросились на Амелию. В ней будто все это время жил демон, который только что обрел волю. Она сломала скрипку об Амелию, исцарапала своим розовым маникюром ее бледные руки, поврвала самые прямые волосы, которые когда-либо видел в своей жизни Марк. Именно в тот день Меган показала какого зверя она в себе прячет. После того события Амелия перестала общаться с Марком, а он с Меган, но обстоятельства и соседства превращали его жизнь в кошмар, из-за чего он просто со временем смирился с тем случаем. Но простил ли он ее? Нет. До сих пор он пытается отстраниться от нее, даже когда ее нет, Меган Мур часто посещает его голову как один из самых противных ему людей на этой планете.

Смотря на то как невинная скрипачка радостно болтала с Итаном, он не смог себя заставить подойти к ним. Он решил не мешать им и уйти на поиски Эмилии, которая вряд ли его ждала. Но Итан воскликнул его имя на весь зал, в добавок помахивая рукой, что привело к быстрому уходу Амелии. Сказать, что Марку было не стыдно – ничего не сказать, но к Итану он все-таки отважился подойти.

– Ого, я и не знал, что увидев тебя, она тут же сбежит, – поднял он брови от небольшого ошеломления.

– Да, при виде меня девушки сразу разбегаются, – пытался пошутить Марк, но Итана подобная шутка никак не рассмешила.

– Я хотел вас познакомить, но увидев ее реакцию предполагаю, что вы и так знакомы.

– Не совсем. Так зачем ты меня позвал? – спросил Марк, но музыка была настолько громкая, что Итан его не расслышал. Тогда он повторил снова, только по громче.

– А-а-а, – длинно протянул он, наконец-то услышав вопрос Марка. – Она хотела со мной встречаться, но я не знал что ответить, потому что это не то что я хотел, а увидев тебя, подумал, что можно изменить этот неловкий для меня сюжет, – говорил он, опустив брови и взгляд в пол. – Думаю, вряд ли ей нужен такой парень как я. – Если бы в руках Итана был бы стакан апельсинового фреша, то сейчас бы он глотнул его максимально эпично с харизматичной ноткой грустинки. Он обожал цитрусовые напитки, но его фаворитом из всех всегда был апельсин. Апельсиновый сок, апельсиновый джем, апельсины в консервах, он обожал все куда кладут или добавляют апельсины.

– Понял, – сказал Марк, прочувствовав по всему телу дрожь от неловкости. – А где Кэрол?

– У нее голова болит, – приблизившись, он начал говорить Марку в ухо, – я думаю, это все из-за микроволн от ее смартфона, в котором она так часто просиживает свое время.

Немного поболтав друг с другом их накрыло резкое молчанье. Игравшая песня затихла, перед тем как включилась новая, Марк прервал неловкое молчанье:

– Как скучно же тут. – После таких слов обычно начиналось что-то веселое, но не в этот раз.

– Согласен. Кстати, Меган мне тоже самое сказала перед тем как свалить от меня. Довольно забавно, ведь ваша речь почти одинакова. – И в этот момент Итан достал бутылку апельсинового фреша и отвернув голову в пустоту, сделал облегченный и освежающий разум глоточек этого насыщенного напитка, в котором он словил не только сам сок апельсина, но и его мягкие кусочки, которые еще больше насытили его жажду.

– Меган тут? – Удивился Марк.

– Да, но она недавно ушла с какой-то девушкой.

– С какой?

«Лишь бы это была не Эмилия». – повторял он себе.

– Мы с ней вроде бы на математику ходим.

Марк морально избивал себя за знакомство с Мег, мигом выбешел из зала, даже не попрощавшись с Итаном и направился на поиски Эмилии. Он был не осведомлен их местоположением, да и даже предположений никаких не было, поэтому решил обыскать каждый этаж школы начиная с третьего. Он очень сильно нервничал и вспоминал случай с Амелией. Все его мысли – были лишь воспоминаниями об «Инциденте со скрипкой». Если бы что-то подобное произошло бы с Эмилией он бы никогда себя не простил. Он бы утонил в ненависти к себе.

Пробегая женский туалет на третьем этаже, он услышал пискляво-раздражающий смех. Он точно принадлежал Меган и Марк понял это сразу. Он начал тарабанить кулаком в дверь со словами, – где Эмилия? – Голос Марка был слышен на весь этаж, отчего дверь туалета моментально открылась. Оттуда с сузившими глазами вышла Меган, а за ней следом и сверлившая его взглядом Эмилия.

И даже так, Марк считал, что недовольная она даже прекраснее обычной. Руки скрещены у груди, губы сжаты, брови опущены и взгляд, который стреляет в него на поражение. Он чувствовал себя каким-то мазохистом, ведь ему это нравилось.

– Зачем ты стучишь в женскую уборную?

– Я хотел… – Марк вновь забылся, потому что она смотрела на него так как на несмывающееся дерьмо в толчке. Пытаясь включить свой мозг и разобраться в чем дело, он смог вспомнить для чего он собственно ее искал.

«Точно! Для того, чтобы спасти от Меган, – вспомнил Марк, – но говорить ей этого нельзя, особенно при самой Меган».

– Я хотел пригласить тебя на медленный танец, – произнес он, выпрямив правую руку перед ее лицом.

Это был неожиданный ход не только для Эми, но и для самого Марка. Ляпнул то, что первое пришло в голову.

– А он уже начался? – задумавшись спросила она и ее недовольство сменилось на застенчивую неловкость. Но она скрывала это своей наигранной злостью.

– Пока что, нет, – говорил он, открыв рот.

«Как она это делает? Почему такое напряжение витает в воздухе? Даже в голове мои мысли не лучше, надо прийти в себя, – размышлял он и отвел свой взгляд в сторону больших окон заполняющие всю стену. – Я спасу тебя от этой рыжей ведьмы, обещаю!»

– Вот когда танцы начнутся, тогда и пригласишь, – тоже отведя взгляд в сторону дала она ответ.

Марк обрадовался тому, что она не сказала нет, и в этот миг не было ничего важнее, чем танца с ней. Он поставил его даже выше, чем план Виктора. Но счастье долго не длилось, ведь вновь обратив свое внимание на Мег, в нем пробудился тот самый негатив. Он схватил проблему всей его жизни и потащил за собой на второй этаж, где их никто бы не увидел.

– Что тебе от нее нужно? – Чуть-ли не рычал он.

– О чем ты, я просто с ней решила подружиться, а что ты мне… запрещаешь?

– Я еще не забыл тот «Инцидент со скрипкой», так что не лезь к Эми, ты чокнутая и ненормальная!

– Марк, почему ты такой нервный, расслабься, улыбнись, – она пальцами вцепилась ему в щеки и пыталась сделать ему радостную гримасу, растягивая его лицо вверх, но тот не поддавался ее глупостям. – Ой, Марк, ты так сильно напряжен! Я могу тебе помочь с этим… могу снять твое напряжение прямо сейчас.

Положив палец между губами, она слегка по часовой стрелке покрутила его на вытащенном языке, и скорчив кошачий взгляд, глядела прямо ему в глаза. Перед таким, он смог бы и удивится будь это впервые, но так как она вытворяла и вещи похуже, он просто прикрыл ее лицо своей ладонью. Но когда Меган ущипнула его за зад, то он больше не смог сдерживать свою агрессию:

– Хватит! Как же ты меня достала! Я сказал тебе то, что хотел сказать! Не приближайся к Эмилии!

«Клишированный персонаж»

Каким смелым и самоуверенным становится тот, кто обретает убеждённость, что его любят.

Зигмунд Фрейд

На пути к дискотеке он весь пылал яростью, и в этом темном, и одновременно ярком помещении он сам того не желая встретил глазами Тони – девушку, которую хочет пригласить Вик на медленный танец. Его злость возросла в три раза, а то и в четыре. Марк ненавидел Тони по двум причинам, одна из них была в том, что она глупая и совершенно не самостоятельная, а вторая это то, что она все время сидит в телефоне и делает селфи. Возможно в селфи и нет ничего бесящего, но когда ты делаешь это каждую секунду, то в окружающих по большей части просыпается отвращение. В таком человеке как Марк и так полно раздражающих мыслей, поэтому взбесить его прямо сейчас было проще некуда.

Виктор влюбился в Тони, увидев ее профиль в социальных сетях. Марк никогда не понимал, как это работает, но уже год Виктор от нее без ума. Когда начинается какой-то разговор, то он не может не впихнуть туда свою Тони и ее «идеальную внешность». Марк считал ее отвратительной, особенно из-за того, что в социальных сетях она всегда накрашена и не раз шутил перед Виктором, что она окажется обезьяной как помоет свое лицо. Но по мнению Марка, обезьяна бы больше подошла на роль девушки Вика, чем она.

Самый клишированный персонаж из всех которых он встречал.

Через минуту уже должен начаться медленный танец. Эйдан был в полной готовности. И подойдя к ней, он начал со слов о том «какая она красивая, милая, прекрасная». По ее виду, Марк заметил, что ей это не особо нравилось, тогда Эйдан перешел к следующему этапу – домогательства. Он обнял ее против воли, и сделал то, чего даже Марк себе представить не мог, он ущипнул ее за зад. От такого напряжения Эйдан не смог нормально говорить и его голос был схож с воплями алкаша. Она начала визжать.

Виктор не одобрял такой подход, но раз такое уже случилось, пора и вмешаться. Он был в полной готовности, съел мятную конфетку, зализал волосы назад, и направился на ее защиту как настоящий альфа-самец. Но кто-то сзади сбил его с ног. Тот человек мчался в направлении Эйдана. Кулак с неслабой силой прокатился по нахальному лицу, отчего постыдный в своих действиях Эйдан упал у ее ног. Алекс, который его ударил, даже успел обозвать лежащего:

– Каков урод! – Затем он направил свой взор на Тони. – Ты в порядке? – Он завладел ее вниманием своим влюбленным взглядом.

По плану Виктора, это должен был сделать он. Ведь спустя пару секунд после спасения, заиграла медленная мелодия, и Алекс, использовав «удачный» случай, пригласил Тони на танец.

Марк не справился со своей задачей, он подвел Виктора, он никогда не чувствовал себя хуже, чем сейчас. Когда Вик увидел, как Тони пригласил какой-то другой парень, все его эмоции разбились и рассыпались в прах из его уже мертвых надежд. Он никак не мог заставить себя их собрать. Он встал и с зависшим лицом смотрел как Тони и Алекс улыбались и прижато друг к другу ужасно вальсировали. Он хотел хоть что-то изменить, но ничего не мог сделать, даже сказать простое «почему?». Он застыл в одном положении. Ноги, которые зависли вместе с его телом, были единственным, что удерживало его равновесие.

Марк сжал кулак в правой руке, подошел к Алексу и врезал ему в лицо прямо во время танца с Тони. Множества взглядов накрыли его, разумеется все были нехорошими. Но ему было наплевать.

– Не красиво так поступать, – сказал Марк погладив свою правую ладонь.

«Челюсть у Алекса каменная!» – С болью он выпрямил пальцы.

– Зачем ты его ударил? – вопила она с глупым выражением лица, в котором не было ни сочувствия к Алексу, ни даже желания ему помочь.

– Тебя ведь зовут Тони, верно? Ну так вот, твой парень мечты сейчас вон там. – Он указал на Виктора, который стоял и смотрел на них с не очень приятным видом. Виктор выглядел заплаканным, а его худощавое тело не смогло спрятаться под рубашкой. Очки вспотели, а ноги его вздрогнули от их взглядов.

Тони же с отвращением взглянула на него и выкрикнула слова, которые добили Виктора.

– Ты хочешь сказать, что этот мерзкий очкарик – парень моей мечты? Ты что шутишь что ли? Никогда! – Почавкала она без жвачки и с визгом в конце сбежала в сторону выхода.

Виктор сломался, он никак не откликался на свое имя и сняв очки, уселся вместе с Марком на скамейку. А затем после пятиминутной паузы, он высказал:

– Марк… я хочу побыть один, так что, свали, – слова звучали жалкими из его уст. Если бы это говорил кто-то другой, то разумеется Марк бы его оставил.

– Не расстраивайся из-за такой глупой овцы, она тебя не достойна. Ну ты же видел какая она. Да и ты сам виноват, что влюбляешься в кого попало…

– Отвали от меня! – Рыкнул он этим взбесив Марка. – Ты во всем виноват, ты все испортил!

– Я понимаю, тебе больно, но не надо срываться на мне, я ведь не виноват, что вы все как животные хотите лишь размножаться и плодиться, давая этому какое-то огромное значение и имя. Вы ведь все можете делать что угодно, зачем вам этот секс?

– Ты ничего не понимаешь! Ты испортил все то, о чем я так долго мечтал, ты уничтожил все те мысли перед сном с которыми я засыпал с надеждой на будущее, я ненавижу твой эгоизм, Марк, единственное животное это ты!

– Ну и жалей себя дальше! – Жалкий, глупый и влюбленный. Марк не понимал эту любовь, но так убиваться из-за какой-то обезьяны даже для его восприятия было чем-то ненормальным. Этот вечер он записал как «Медленный танец». Он был одним из самых худших дней в его подростковой седьмой жизни, ведь лучший друг, которым он так дорожил оказался обычным ребенком, жаждущим хоть чуточку тепла, жалкая тряпка которой будет пользоваться каждый на протяжении всей его жизни.

Глава 8

«Рэй Больцман, который на самом деле…»

Самая великая победа – победа над своим

негативным мышлением.

Сократ

Теплым и сентябрьским утром, Марк беззаботно проснулся и выпрямился всем телом в кровати, зевнув он засмотрелся на себя в белом отражающемся натяжном потолке. В голове было пусто. Обычно он просыпался с глубокими размышлениями, но сегодня был совершенно новый день и посмотрев на часы он заметил, что проспал завтрак, душ и зарядку. Он в прямом смысле вылетел с кровати и как можно быстрее побежал умываться. Райан же был одет и ждал его на диване в гостиной. Когда Марк чистил зубы ему вспоминался вчерашний вечер, по правде говоря, он надеялся на то, что это был лишь кошмарный сон, но смотря на еще одно свое отражение только уже в зеркале он понимал, что во сне он точно был бы куда приятнее, чем в жизни.

Его первым уроком была математика, и он не хотел опаздывать только по одной причине: Эмилия. Но если он будет и дальше так собираться, то точно опоздает. И к нему пришла одна очень гениальная и одновременно глупая идея.

– Райан, ты же можешь людей телепортировать? – Спросил он, выходя из ванной.

– Вроде бы да, – задумавшись ответил он. – Но я никогда этого не делал.

– Отлично, сегодня ты телепортируешь нас в школу.

– Но ты же сказал не пользоваться больше своей силой.

– Иногда можно, но только с моего разрешения, – прозвучало довольно эгоистично, хоть сам Марк так и не считал.

Когда он уже был одет и готов, Райан дотронулся до его плеча и за мгновение перенес его и себя внутрь школы. Первая телепортация Марка была успешна пройдена. В момент перемещения он ощутил на себе все эмоции сразу, сначала положительные, такие как радость, спокойствие, счастье, а под конец, когда каждая частичка тела очутилась в школе его достигла тишина и умиротворение. Ему понравились эти ощущения, что он захотел их когда-нибудь вновь повторить.

Когда они торопливо забегали в класс то Марк, не заметив проходящего мимо подростка, случайно столкнул его с ног. У него были плохо окрашенные красные волосы и челка, которая слегка закрывала его синие как берлинский лазурит глаза. Марк наклонившись протянул ему руку и тот пытаясь не поймать зрительного контакта, схватил ее и поднялся. Парень даже и словом не обмолвился, он просто молча встал и медленными шагами ушел в сторону спортзала. Марку такое поведение показалось необычным для подростка его возраста, этот парень даже заинтересовал его, но на знакомства у него времени совершенно не хватало, поэтому извинившись перед ним, Марк направился в кабинет математики.

Урок начался. Марк положил свои принадлежности на парту, а затем с улыбкой поздоровался с Эмилией.

– Привет, – ответила она, не посмотрев в его сторону.

– Сегодня не хочешь погулять? – Он попытался пригласить ее, но увы это Эмилия. Он знал ответ еще когда только проснулся.

– У меня нет желания.

– А как насчет кино?

– Я бы пошла, но к сожалению, меня не интересует то что сейчас показывают в кинотеатрах.

– А кто говорил о кинотеатрах? Посмотрим кино у меня дома.

– А ты самоуверенный я погляжу, – ответила она, а затем добавила, – нет, я не хочу. Все равно мы завтра гулять с Кейси собрались, так что не вижу смысла проводить вместе сегодняшний день. Тем более у меня планы.

– Интересно, а какие?

– Тебя это совершенно не касается, что ты вообще до меня докопался?

– Что я такого сделал, что ты не хочешь со мной гулять? – Он недоумевал, и решил, что в чем-то провинился, но в чем именно он задавался вопросом.

Она не злилась на него, хотя нет злилась, но не сильно. Все из-за вчерашнего приглашения на танец, она думала, что он ее пригласит, как и обещал, но нет. Он даже не соизволил извинится сегодня, лишь приглашает погулять туда, куда бы она вряд ли согласилась. Но сильной злости или обиды на него она не держала. Хоть и извинений до сих пор ждала.

Придя в столовую на очередной обед мысли Марка лишь окружили его следующим вопросом: «почему же Эмилия себя так странно ведет?». Сев рядом с Итаном и Кэрол, которые яро сравнивали капитализм и социализм, Марк решил не вмешиваться и не перебивать их разговор, потому что понимал, что в политической деятельности он полный профан.

– Ты слышал, что вчера объявил Элайджа? – это был неожиданный вопрос Итана к Марку, он чуть не захлебнулся ананасовым коктейлем от испуга, ведь секунду назад он говорил о нацизме во всех странах и о том, что социализм может спасти мир, а тут резко повернул голову с таким взглядом, будто в их стране объявили мобилизацию на войну.

– Нет, а что он такое сказал?

– Его первым приказом как президента школы, было таким: «Все ученики школы обязаны ходить на развивающиеся секции или кружки по интересам». У нас всегда было все добровольно, но он как тиран заставляет всех что-то делать. Без понятия как он уговорил директора и остальных, но я считаю нельзя заставлять людей что-то делать против их воли. – Итан мог бы и проигнорировать его закон, так как он в составе мужской волейбольной команды, но решил даже так бороться против его системы. – Пятьдесят четыре штата и ни в одном не заставляют учеников посещать помимо выборочных, еще и дополнительные занятия!

Штат Джефферсона, в котором они проживают, дает ученикам власти столько же, сколько и учителям, поэтому если что-то им в школе не нравиться, они могут постараться это исправить с помощью президента школы, который избирается каждый год. Но Элайджа Спеллмон, которого они избрали, стал не тем, кого бы они теперь хотели видеть.

Марк никуда не ходил, иногда он подумывал записаться на спортивную секцию и заняться саморазвитием, но перед тем как осуществить свои планы, его второе я всегда говорило ему, что жизнь нужно тратить так, чтобы ты делал то, что хочешь. Марк же ничего делать не хотел. Он вздохнул от слов Итана и немного возненавидел Элайджу. Марк раздумывал эту проблему у себя в голове, искал способы как это можно решить, ведь он никуда не желал ходить, но нарушать правила ему тоже не хотелось. И тем более, что будет за неподчинения?

Уроки прошли очень быстро к его удивлению. Он выходил из класса химии и увидел Эмилию, которая шла по коридору, но людей перед ним было целое стадо и кричать на весь коридор «Эмилия!» – было очень постыдным решением. Он раздумывал о том, как обратить на себя ее внимание, так как он решил записаться на тот же кружок, что и она. Но люди в коридоре не уменьшались, и иного способа ее позвать не оставалось. Он окликнул ее перед другими учениками, громко, отчего многие даже остановились:

– Эми, постой!

Эмилия повернулась в сторону его голоса и не заметила человека, который в руках нес что-то вроде арт-проекта из покрашенных в зеленый цвет зубочисток в виде статуи свободы. Она случайно столкнула его с ног, и его самодельная статуя разлетелась по всему коридору ударившись об пол. А краска, которая не до конца высохла испачкала его красную кофту с молниеносной надписью «Fl… sh».

Марк подбежал к ним и увидел снова того красно-волосого парня. Эмилия, покраснев, начала извинятся и пыталась хоть как-то сгладить свою вину. Собирая куски от статуи, она клала их в рюкзак, чтобы хоть как-то компенсировать своей жертве. Марк посмотрел на парня, но на его лице даже не было агрессии, у него не было никаких эмоций, он просто вздохнул, будто все так и должно быть. Этот парень удивил Марка своей реакцией, но его мыслям мешали извинения Эмилии, которые она повторяло одно за другим. Он спросил у парня самую очевидную вещь, которую на его взгляд ответила бы на несколько его вопросов:

– Ты здесь новенький?

– Недавно переехал в этот город, – ответил он уже собрав остатки статуи в свой рюкзак. Собрал он их очень быстро, но если учитывать надпись на его кофте, то удивляться здесь нечему.

Голос у него был высокий как у девочки, да и тело несильно мужское, худощавое, хотя может быть под кофтой оверсайз и могло что-то скрываться.

– Откуда ты узнал? – Спросила Эмилия.

– Он не ориентируется в здании, видимо ему никто не показывал школу, хотя этим должен был кто-то заняться. Но раз никто не показывал тебе эту «прекрасную школу», то я могу провести для тебя бесплатную экскурсию, правда, лучше завтра. – Парень посмотрел на Марка, вспоминая сегодняшнее утро. В голове у них обоих пробежала мысль, что это точно не совпадение. И Марк после своего заявления о завтрашней экскурсии, воскликнул, – а ведь это же ты! Утром я бежал на математику и случайно столкнул тебя возле дверей кабинета. Я думаю тебе стоит чаще смотреть прямо, а не вниз.

Парень промолчал. Марк спросил его имя. Парень назвался Рэем Больцманом.

– А меня зовут Марк, а эта очаровательная девушка, из-за которой ты лишился свободы – Эми.

Его шутку снова никто не оценил.

Рэй поднял голову и посмотрел в лицо Марка, а затем в глаза Эмилии, а через несколько секунд он снова отвел взгляд вниз. Эмилия предложила Рэю пойти к ней домой, чтобы постирать кофту в качестве извинений. Марк же как ребенок попросился с ними, на что она ответила положительно. Эмилия не хотела идти одной с Рэем, так как некомфортно чувствует себя наедине с кем-то, и только по этой причине дала добро Марку.

Эмилия уже смирилась с тем, что этот придурок, корчащий из себя шута, никогда не вспомнит о своем обещании.

Она жила в доме, который слегка напоминал Марку его собственный. Лишь бассейна не хватало.

Рэй молчал всю дорогу и перед порогом дома он застеснялся войти, но Марк сказал ему:

– Прекрати боятся, может по мне не видно, но я очень хорошо читаю людей, и вижу твой страх. – Он схватил его за плечо, а затем несильно сжал. – Боятся – глупо. А теперь заходи.

– Мне что-то не хочется… – Прозвучало неуважительно, хоть намерений кого-то обидеть у него не было. Ноги сковались в замок, а большие пальцы рук спрятались в карманы джинс. Ему было настолько некомфортно с ними, что он бы подарил эту кофту им лишь бы не заходить дальше в этот диалог.

– Тебя никогда друзья в гости не звали? У тебя же есть друзья?

Рэй широко расширил свои глаза, а через несколько секунд снова уставился вниз, молча отводя взгляд в пустоту, в надежде найти ответ на его вопрос. Марку бы хотелось, чтобы тот сказал хоть слово, которое бы объяснило ситуацию, но он его так и не дождался. Рэй замкнутый, тихий и немного пугающий. Вряд ли он похож на того человека, который бы адаптировался в разговоре с двумя подростками, которых встретил впервые.

Эмилия, раскрыв дверь приказала им входить. Марк схватил Рэя за кофту и затащил силой в дом. Когда они только зашли, то заметили, что дом был полностью пустой. Пустой не в том смысле что ничего не было, а в том, что как будто никто здесь и не живет. Пыль была везде, а вся техника отключена, кроме холодильника, который был единственным шумом в доме.

Эмилия взяла кофту Рэя и запихала в стиральную машину. Марк ходил по ее дому, где над камином заметил фотографию в рамке, на котором были изображены мужчина с женщиной средних лет с двумя детьми. Он предположил, что это семья Эми, после чего ему стало интересно почему их нет дома и даже намека на их присутствия не имелось. Через секунду раздумий, он пришел к тому, что возможно ее родители либо надолго уехали, либо их нет вовсе. Но даже отсутствие родителей не объясняло мертвую пустоту в доме, ведь опекун то у девочки должен быть. Он решил рискнуть и спросил у нее:

– Эмилия, это твоя семья? – Он, присмотревшись на фото, заметил, что второй ребенок – это мальчик, старший брат Эмилии подумал он, на этой фотографии ей было десять, может быть одиннадцать, а ее брат выглядел как ученик старшей школы. Вполне вероятно он и есть ее опекун. Она, выходя из ванной ответила без эмоциональным и кратким «да».

Марк решил узнать побольше и расспросил Эмилию, зная, что она возможно ощутит не самые приятные эмоции:

– А где они сейчас?

Эмилия без эмоционально ответила:

– Они погибли, – она сказала это с таким холодом, как будто уже привыкла к этому вопросу. Рэю же стало еще больше не по себе, он смотрел как Марк и Эмилия разговаривают, но сам не хотел участвовать в их диалоге, он думал, что станет просто лишним и будет только им мешать, но Марк вдруг спросил у него:

– Рэй, а где ты учился раньше? – Пытался отойти он от разговора о семье Эмилии.

Рэй погрузился в свои мысли, он не знал как ответить, так как он сменил уже четыре школы и не хотел чтобы кто-то узнал об этом, но и врать ему тоже не хотелось. Он не ожидал вопросов о его прошлом, самым лучшим на его взгляд решением было ничего не говорить. Как он обычно и поступал в таких ситуациях. Тогда Марк спросил уже другой вопрос:

– У тебя есть друзья?

Рэй опять же промолчал. И Марк, сделав небольшую паузу, решил присмотреться к нему, постараться увидеть детали и узнать какие вопросы Рэю лучше задавать. Марк увидел на его подушечках левой руки мозоли и придумал что спросить:

– Рэй, а ты играешь на гитаре?

Рэй не стал долго задумываться. Ведь вопрос не подразумевал о его прошлом. Ответ был четким и ясным:

– Да, в основном на акустической, на электрогитаре не так хорошо получается, но пытаюсь играть на обеих.

– А какая у тебя гитара? – Спросил он.

Эмилия же смотрела и могла лишь удивлялась тому как Марк умеет разговаривать с людьми, сначала с Кейси, а теперь возможно с самым замкнутым парнем в школе.

– У меня красный «trender stratocaster», – сказал Рэй уже увлекшись в разговор. Он уже не чувствовал тех цепей, что окутали его горло. Он говорил свободно. Возможно он просто любит говорить о том, что ему действительно нравится.

– Ого, это гитара не из дешевых, твои родители поди богатые, – сказал он. Марк специально упомянул о родителях, чтобы посмотреть его реакцию, так как он хочет узнать, почему он такой замкнутый и не общительный. Люди обычно такими становятся если у них кто-то недавно умер, по крайне мере в голове Марка сложились именно такие мысли.

– Нет, мне ее подарила бабушка, – не было ни секунды раздумья, лишь улыбка.

Эта улыбка привела Марка в тупик.

– Красная гитара, – хмыкнул он. Сидя на диване, Марк поставил локоть на подлокотник, а ладонь приложил к своей правой щеке и продолжил, – прям как цвет твоих волос.

– О, точно, – обратил он внимание на свою закрывающую глаза челку.

– Через минут пятнадцать будет постирана твоя кофта, – объявила Эмилия.

Рэй обрадовался этой новостью. Все пятнадцать минут они весело обсуждали гитары. Рэй впервые за долгое время почувствовал себя не таким одиноким. На его лице была очень красивая и замечательная улыбка, и когда он обратил свое внимания на зеркало, в котором отражалась его радость, то он на секунду подумал, что на жизнь и вправду можно смотреть с веселой стороны, а не с печальным взглядом в пол.

Так прошел почти весь день, они беззаботно болтали. Рэй даже выходить не хотел, но время было уже поздним, и он подумал, что его бабушка будет беспокоится о нем, поэтому часов в восемь вечера он ушел домой и радостно попрощался с ними обоями.

После того как Эмилия закрыла дверь, она и забыла, что живет одна.

– Марк, думаю тебе уже пора идти, поздно как никак.

– А можно я останусь? – Разлегся он на ее диване.

– А не слишком ли ты обалдел? – Хмуро ответила она, и Марк в ту же минуту встал с дивана со словами:

– А тебе не одиноко? Жить тут совсем одной?

– Нет, мне вполне комфортно, – скрестила она руки у груди, пронзая его взглядом.

Явный признак лжи, он заметил это еще давно. Когда она врет, то скрещивает руки.

– Ну ладно, но если тебе будет одиноко… можешь приходить ко мне домой в любое время, – говорил он с надеждой на то, что когда-нибудь такое и вправду произойдет. В голове он прокрутил сценарий, как она приходит к нему, они вместе ночуют, играют на гитаре и поедая чипсы смотрят сериалы. Перед тем как уйти, он задал ей вопрос. – Кстати, почему ты не сказала, что тоже играешь на гитаре?

– Я не знаю. Подожди-ка, откуда ты узнал?

– На твоих подушечках тоже мозоли от струн, я их почувствовал в тот день, когда взял тебя за руку в торговом центре.

– Понятно, тогда до завтра! – Испуганно произнесла она, провожая его до двери. – Ну ты и чудик конечно.

«Почему счастливое время проходит быстрее, чем печальное?» – Загадка Марка, ответ которой он до сих не нашел. Хотя на самом деле, он просто зацикливается на чем-то грустном, не замечая, что радости в его жизни намного больше.

Сразу после того как двери закрылись, она ощутила внутри себя пустоту и холод, будто находится в морозильной камере. Вся комната потемнела и умерла. Она смотрела на дверь около десяти минут и надеялась, что он вернется и скажет: «Я не уйду, я хочу остаться с тобой!». Она представляла такой же сценарий, как и Марк, то что он останется у нее, они будут играть на гитаре, читать вместе книжки и уснут в обнимку. Она выключила везде свет в доме, легла на кровать в своей комнате, достала телефон и только тогда поняла, что ни номера, ни электронной почты, ничего нет, чтобы с ним связаться и от этого ей стало еще более тоскливо.

Рэй идя до дома улыбался, хоть и смотрел до сих пор вниз. Он собирался надеть наушники, но его догнал Марк.

– А где ты живешь? – Спросил он.

– Неподалеку отсюда, – ответил Рэй. Марку был очень интересен этот парнишка, но только в плане того, что привело его к замкнутости и социофобии. И он решил устроить с ним игру в психолога.

– Какая она… твоя бабушка?

Рэй посмотрел на небо, которое уже погружалось во тьму и ответил:

– Она хорошая и добрая… без нее моя жизнь была бы… кошмаром. – Марк смотрел на то, как Рэй задумывался о своей бабушке и ему стало любопытно, где его родители и почему он не грустил, когда он упомянул их в гостиной Эми. Эти мысли не давали ему покоя всю прогулку.

– Марк, ты же слышал о новом законе президента школы? О том, что каждый должен ходить на кружки по интересам. Какой ты выбрал если не секрет? – Осторожно спросил Рэй.

Марк же и забыл об этих кружках. Ему нравился футбол, но играть в него ему нет времени, а также он хотел бы пойти на какой-нибудь кружок с Эмилией, поэтому ответил:

– Нет, я еще не выбирал, а ты?

Рэй же сам не знал на какой пойти, он думал, что ответ ему даст Марк, который и решит его судьбу.

– Я хотел бы пойти на тот, в который пойдешь ты или Эмилия.

Рэй был очень рад, он думал это так классно, что у него появились те, с кем он может проводить время.

– Слушай, а не хочешь пойти завтра с нами? – Руки Марка были внутри карманов кофты, температура была немного низкой, поэтому его дыхание было не ровное и оно сказалось на произношении, это было похоже, будто он приглашает его не из-за того, что хочет, а из жалости.

Рэй именно так и подумал, но все равно хотел бы провести с ними завтрашний день, поэтому его ответ был искренним: «да, с радостью!»

– Тогда завтра я, ты и Эмилия пойдем в среднюю школу, которая неподалеку от нашей. Там учится наша подруга, ее зовут Кейси, – он говорил это с улыбкой и на лице Рэя вспыхнуло удивление, он и представить не мог, что такие люди как Марк и Эмилия дружат с маленькими девочками, но он все-таки был не против.

Доходя до дома, они попрощались и разошлись.

Марк, придя домой увидел ждущего его Райана возле дверей, немного, но это напомнило ему пса из одного слезливого фильма.

– А ты где был? – спросил он фальшиво улыбаясь.

Марк же, снимая кофту ответил:

– У Эмилии. Завтра опять идем с ней гулять, с нами пойдет еще Рэй и Кейси, если хочешь можешь к нам присоединиться. – Продолжил он уже на кухне открывая холодильник. Доставая банку энергетика, он спросил у Райана, – будешь пить?

Райан посмотрел на банку, прежде он не пил ничего подобного и решил испытать что-то новое для себя. Он взял и одновременно с Марком открыл ее. Марк тут же начал жадно заливать ее в себя сжимая свободной рукой свою талию.

– А ты знаешь, что на ней около миллиона бактерий?

– Да знаю.

– А ты знаешь, что край банки, с которого ты пьешь, касались сотни рук?

– Да знаю.

Райан перестал расспрашивать его и повторяя точно такие же движения, приложил банку к губам и сделал первый глоток. Он почувствовал будто его внутренности устраивают фейерверки. Рот горел пламенем. «Кислый и сладкий» – сказал себе Райан. Он не стал продолжать «пробовать новое» и поставил банку на стол. Марк же, попивая напиток, достал еще два и ушел в свою «Творческую комнату», чтобы творить. Райан же последовал за ним.

Марк снял электрогитару со стены, взял медиатор в руки и провел по струнам. Ноги Райана задрожали от этого звука. Он не понимал, что с ним происходит, но ему это нравилось. Марк дурачась играл минут десять и когда он заканчивал, Райан захотев послушать его еще, громко заявил:

– Марк, сыграй еще я хочу услышать это!

– А разве у тебя нет эмоций? – Он смотрел на него и видел настоящие эмоции, настоящую страсть к музыке, он видел, как Райана по-настоящему завораживает игра на гитаре и сыграл еще, затем еще и Райан громко воскликнул:

– Да, прошу, играй еще! – Он говорил все громче и громче, прежде он никогда не ощущал ничего подобного, будто Марк играет не на гитаре, а на нем. Когда Марк проводил по струнам, Райан ощущал в себе эти струны, будто он играл на его только что обретавших чувствах, словно каждая струна открывает в нем новую эмоцию. – Как же это прекрасно! – Кричал он, улыбаясь уже по-настоящему и искренне поднимая руки вверх. Марк остановился, допив все три банки энергетика.

– Неужели это правда?! Он обрел душу… но как?

У Марка было очень много вопросов, всегда он жил по тем понятиям, что души перерождаются и все они хранятся на складе, и воображая себе, что Райан обрел душу, он мигом избавился от действия музыки и энергетика, который затуманили его разум. Он и позабыл, что Райан может притворятся. Назвав себя глупым, он уселся на пол, облокотился на стену, и выпил еще один энергетический напиток. Больше он не усомнился в своих мыслях. У Райана просто хорошо получалось врать.

Глава 9

«Боулинг»

Но разве это не естественно? Говорить разное в зависимости от собеседника. Приспосабливаться к ситуации. Если бы мы этого не делали, не существовало бы ни стран, ни национальностей, ни социума.

Лелуш Ламперуж «Код Гиас: Восставший Лелуш»

Перед тем как наш главный герой пошел играть в боулинг со своей новой командой, состоящей из ребенка, гитариста, бота и девушки с гипнотически завараживающими волосами, он должен был выполнить один пункт после которого он смог бы спать спокойно, назвал он его «Договор с Элайджей». Откровенно говоря, Марку не нравились новые правила президента школы, они казались ему деспотическими и подчинятся им он не желал, но и идея утраивать протесты ему тоже не особо симпотизировала, поэтому он прибегнул к единственному решению – мирный договор.

На втором этаже находился кабинет студ. совета, куда он и пришел после последнего урока. Подойдя к Элайдже, он приступил сразу к делу. Но для приличия сел на стул и положил под ноги рюкзак.

– Здравствуй, Эл, я хотел бы кое-что с тобой обсудить.

– И что же? – Убирал он тонну бумаг со стола. По его виду можно было догадаться, что он был не особо свободен.

– Я не заинтересован в участии во всех кружках по интересам и секциях.

– Осталась неделя до окончания, у тебя еще есть время заинтересоваться. – Небольшую стопку бумаг он засунул в манильский конверт.

– Нет. – Твердое «нет» из его уст заставило словить тишину в кабинете.

– Благодаря мне, почти все записаны там, где они смогут развиваться. Они смогут найти себя, новые знакомства и многое другое. Они не пойдут по пути деградации и не станут стадом, ведь благодря мне все станут личнотями. Самыми настоящими личностями со своими мнениями и своим желаниями. Я не буду делать для тебя исключений. Правила есть правила. Я их придумал и буду их придерживаться.

– Тебе трудно сделать для меня одного исключение?

– Нет, я могу сделать тебе исключение со школы.

– Не хочешь помогать даже собственному соседу… какой же ты ужасный человек, Элайджа Спеллмон.

– Прости, но правила есть правила. – Повторил он как мантру, убирая манильский конверт в стеклянный шкаф. – Знаешь, Марк, возможно я кажусь тебе и вправду каким-то мерзавцем, но все что я хочу, так это то, чтобы из нашей школы выходили выдающиеся личности, мне искренне жаль, если я задел твои чувства. Если ты не хочешь ходить на какие-либо кружки и тратить свое «драгоценное время», то ты можешь сделать вещь, которую делает моя семья на протяжении долгого времени. Многие задаются вопросами, почему же я не хожу на секции или кружки, дело в том, что помимо того, что я президент и у меня куча обязанностей, моя семья принимает учеников по обмену, это считается за занятость в школьной деятельности.

– Принимать учеников по обмену к себе домой?

– Да, я тут вспомнил, что твой дом большой, вроде бы даже бассейн на заднем дворе расположен, да и по своему опыту знаю, что у тебя часто ночуют друзья, а в нашей школе мало кто может отважиться принимать инстранцев у себя дома, да и мало кто бы хотел, ведь этим семьям не платят – это волонтерство.

– Если я соглашусь, то я могу не ходить на кружки или секции?

– Да, но тебе нужно будет подать документы и дать согласие своих опекунов.

– Хорошо, без проблем. И когда же ученик по обмену придет? Сегодня? Завтра? Через неделю?

– Возможно в следующем году, а возможно, что вообще не будет никаких учеников, в этом и суть почему я тебе посоветовал заняться этим.

Собираясь покидать Элайджу, тот его остановил последним вопросом:

– Марк, а ты хорошо играешь в футбол? – Это был неожиданный вопрос, он не был связан с тем о чем они говорили до этого.

– Смотря какой футбол, хотя я и тот, и тот играю равносильно. А зачем ты спрашиваешь?

– На будущее. – Достал он листок из стеклянного шкафчика.

– Хорошо, тогда я пойду.

Освобожденный от принужденного развития, он опечалился тому, что с Эмилией они так и не попадут в один кружок.

Эми, Марк и Рэй уже собрались возле школы. Марку пришлось познокомить Райана с ними, ведь забыл упомянуть об этом участнике своей команде по боулингу. Рэй немного застеснялся, так как не ожидал еще одного человека в их нескромной кампании. Казалось бы, как теперь ему вести себя в окружении этого блондинчика, ведь он знает лишь его имя и не более, да и даже говорить с ним у Рэя не было особого желания. Улыбка, которая исходила от Райана внушало ему больше страх, чем заряженность энергии, которую Рэй обычно ловил от Эми с Марком.

Путь их держал в среднюю школу, а точнее к Кейси. Марк чередуя свои ноги все давно распланировал для себя. Сперва они поиграют в боулинг, после они перекусят итальянской кухни и наконец долгожданная прогрулка с Эмилией. Но вот чтобы остаться с ней наедине, все остальные должны были куда-то деться. С Райаном не было проблем, но вот Рэй и Кейси…

Тогда он предложил самому себе идею: «Проводить всех по очереди, а Эми оставить в очереди последней».

Рэй снова замкнулся и молчал, на его настроение повлияло появление новых персонажей: Райана и Кейси. Он относился к тому типу личности, который не может просто так открыватся перед незнакомыми лицами. Он слышал их разговоры, мысленно отвечал на их вопросы, но не открывал рта. Он ощущал себя каким-то обездоленным среди них, ему не нравилась атмосфера этой толпы, слишком много людей. Ему было не по себе, он задыхался от такого количества, он понимал, что не сможет так пройти весь путь, но сказал себе, что постарается.

Кейси не могла дождаться этого дня, она впервые вкусит для себя что такое боулинг и радовалась, что одно из ее маленьких желаний наконец-то сбудется, но увидев, что Эмилия и Марк позвали еще двух людей, которых она видела впервые сильно занервничала. Кейси думала провести этот день только втроем, а Рэя и Райана в ее планах не было. Смотря на них обоих, она хотела, чтобы они как можно быстрее оставили их одних в покое и пилила взглядом Рэя и Райана всю оставшуюся дорогу.

Рэй до сих пор не мог привыкнуть к вечно радостному Райану, который смотрел по сторонам и везде оставлял свою зубастую улыбку, ощущение у него было такое, что блондинчик видит все впервые. А еще больше дискомфорт доставляла маленькая девочка рядом с ним. Она даже пугала его своим пустым взглядом, еще больше страх прорисовывали ее до жути черные глаза, которые говорили вместо рта, он слышал это сообщение, которое ему доносилось: «умри».

Лишь Марк, который знаком со всеми не чувствовал себя неловко, даже наоборот, все ему казались близкими, даже Райан. В один момент он вспомнил, что хотел спросить у Эмилии на какой кружок он записалась. Хоть и смысла тогда не было, он все равно задал этот вопрос, на что она ответила:

– Я вхожу в волонтерскую деятельность и могу не записываться на кружки.

Марка не очень интересовало волонтерство, потому что это бесплатная помощь, просто эксплуатация времени и сил, ничего более. Хоть и сам теперь принимает иностранную семью за бесплатно.

– А ты? – Спросила она в ответ.

– А я никуда. – Закинул он руки себе за голову с облегченной улыбкой.

В голове Эмилия сразу же подумала, что Марк аферист или коррупционер. А Рэй подумал записаться на футбол, так как волонтерство он точно бы не смог выдержать. Помогать людям для него было мерзким делом, особенно если помощь к тому же бесплатная и не имеет прибыли.

Уже находившись в боулинге, Кейси загорелась тем, чтобы впервые кинуть шар и сбить все кегли. Рэй с самого начала словил волну стеснения, ведь он никогда прежде не ходил в боулинг. Но вопрос Райан расслабил Рэя:

– А что тут надо делать?

Рэй больше не чувствовал неловкости от того, что он не умеет играть и признался всем, что тоже не знает правил игры. В итоге, играли в боулинг только Марк и Эмилия. У Эмилии были расплывчатые воспоминания о боулинге, в основном ее водил брат со своими друзьями по футболу. Как-то раз она, не зная правил и сути игры, спросила их у Брюса, своего родного брата, тогда он рассказал ей базовые правила, объяснил он их довольно конкретно и в легкой форме, а затем по ее весу подобрал шар. Спустя всего пару дней, она научилась делать крюк. Но была у нее проблема, когда она отпускала шар для броска, то закрывала глаза. Брюс, заметив данное явление у своей сестренки решил сам закрыть ей глаза в момент броска. И впервые за все свои раунды в игре, она услышала стук кегль и звук страйка из грида, да, это был ее первый страйк, и брат, убирая руки с лица, прошептал ей на ухо, что она прирожденный чемпион, добавив свое любимое прозвище, которое прижилось для него на всю жизнь. С самого ее рождения она была и всегда оставалсь для него «Мими». Но с того дня для Мими всегда оставалось одно сомнение, ее ли это был бросок, или Брюса?

В начале игры Марку и Эми пришлось обучать всех остальных. Эми учила их так же, как и Брюс ее, а Марк вразброс, в начале он объяснял с какой ноги кидать, а затем перешел про значения цветов, так и не объяснив как правильно держать шар. В глазах Кейси они были как влюбленная пара учителей учат учеников, часто видя в романтических фильмах любовь между парнем и девушкой она посчитала, что такая связь вполне может у них присутствовать.

Рэй же видел их как профессиональными боулерами, он смотрел и думал лишь о том, чтобы не опозориться во время игры своим уровнем новичка. Он не хотел их подводить тем что он бездарен.

Райан же не понимал зачем пихать пальцы в отверстия в шаре, затем, когда до него дошло, перед ним встал еще один вопрос, как кидать шар если ты сунул туда свои пальцы. Райан напряженно решал эти вопросы у себя голове, пока Эми не взяла шар в руки.

Эми, показав все на практике, сделала свой фирмернный крючок и выбила страйк, отчего большинство их группы посчитали это невероятным умением, некоторые и вовсе потеряли желание кидать шар после двух страйков. Но только не Марк, он знал что сейчас покажет мастер класс. Взяв шар в свои руки, он, прицелившись и подняв его у головы, с медленного разбега кинул с такой силой, что тот мигом покатился в желоб. Так продолжалось всю игру. Позор нахлынул его словно ураган, ведь в голове все казалось таким простым и легким, а на деле он оказался каким-то ничтожеством, который выдумал все свои заслуги.

Кейси, держа в руках шар, который посоветовал ей Марк, ушла в будущее, а точнее в его представление где она делала страйк за страйком. Только вот шар был не по весу и тяжел для ее рук. После первого броска у нее заболели пальцы. Она полностью разочаровалась в боулинге. Когда-то он казался ей веселым времяпровождением, а на самом деле скучнейшая игра в ее жизни. Столько ожидания привело ее лишь к разочарованию, но она не жалела об этом дне, ведь кое-что веселое все-таки случилось, а под «веселым» она подразумевает позорное падение Райана, который за всю игру так и не смог понять смысла боулинга.

«Бессмысленная и глупая игра, созданная лысыми обезьянами». – Такими были мысли Райана.

После двухчасовой игры они вернулись на ресепшн и переобувшись перешли сразу к еде, а точнее они направлялись на второй этаж торгового центра, где неоновые вывески сверкали яркими цветами.

Марк выбрал для себя итальянскую кухню, а Эми фастфуд. Рэй вообще есть не хотел, он накинул на себя свой красный капюшон от худи и ходил за остальными, его не очень радовали такие места. В торговых центрах: людей всегда много, всегда шумно, тишины никогда нет, поэтому он редко посещал общественные места. В этом торговом центре он был впервые, поэтому чувствовал себя не просто не комфортно, а так, будто все пялятся на него, их взгляды пугали его, он ощущал себя так, будто все проходящие мимо него люди говорили о нем и знали, что он никакой не Рэй Больцман. Но на самом деле, это было только воображением Рэя, никто даже и не думал о нем, даже если кто-то его замечал или взглянул в его сторону, то он тут бы и забыл, потому что людей много и всех запомнить невозможно.

Эффект прожектора не давал ему покоя. Все взгляды пугали его и заполняли голову ненужным негативом.

Райан был усталый, он хотел как можно быстрее сесть за столик и уснуть на нем. В мыслях у него не было ничего другого. Все, с кем он сегодня провел время, как-то не волновали его, ему больше нравилось проводить время с Марком и только его мнение хоть как-то интересовало. Но даже так, ему этот день запомнился навечно.

Кейси хотела заказать то же комбо, что и в прошлый раз и забрать себе новую игрушку, но затем она резко передумала, решив заказать тоже что и Эмилия с Марком. Если бы Рэй и Райан не пошли бы с ними, то она бы точно заказала тоже что и в прошлый раз. Да и Марк с Эмилией бы не возражали и заказали бы точно также.

Они взяли столик побольше, чем в прошлый раз. Стол, и два одинаковых диванчика, на одном таком помещалось трое человек.

– Кто с кем сядет? – Спросил Марк.

Почти все в один голос кроме Эмилии решили сидеть с Марком. Рэй после этого замолчал, и стал нервничать, потому что не знал, что столько людей хотят сидеть с одним человеком. И только одна Эмилия ответила:

– Без разницы.

Тогда Марк взял на себя роль планировщика и выбрал каждому место.

– Тогда я сяду с Кейси и Рэем, а Эми будет с Райаном напротив.

Эми немного помрачнела, ведь он вместо нее предпочел какого замкнутого Рэя Больцмана, с которым он лишь на днях познакомился. Конечно она не показывала свое недовольство, чтобы не сбить атмосферу, да и демонстрировать свои капризы она не любила, но для него это был сильный удар.

Из-за того, что двое самых странных людей в их компании не решились с заказом, Марк выбрал им итальянскую кухню, но что именно не сказал, оставив им лишь догадки о заказе.

Эмилия выбрала какой-то сет состящий из куринных крыльев, бургера и колы. Совершенно обычный и дешевый фастфуд набор. Кейси потребовала тоже самое, что и Эми, и вдобавок итальянскую кухню.

По началу, Марк подразумевал под итальянской кухней пиццу, но затем подумал, что это слишком банально и заказал «Спагетти алла Путтанеска», а после добавил туда лазанью вместе с фокаччей. А Рэю и Райану он заказал самую обычную пиццу Маргариту.

В какой-то момент Марк вспомнил что давненько не посещал рестораны, а рядом был довольно дорогой, настолько дорогой, что там нужно было бронировать столики за неделю, а может и за две. Конечно заказ он своей не отменил, но быстро отошел в тот самый ресторан. Назывался он также аппетитно, как и блюда из меню: «Салат с хрустящим цыпленком с заправкой из сливочно-орехового соуса», «Нежнейшая булочка на пару с маринованной говядиной и с ароматным трюфельным кремом». Он не удержался и заказал себе стейк из говяжей вырезки со средней обжаркой. Гарнир он предпочел не брать. Ему пришлось немало так отдать за этот пропуск без бронирования, стейк готовился не более получаса, когда его подали ему, он ощутил в себе самый нежный и ароматный вус мясо. Стейк был восхитителен, его сразу же унесло на небеса.

Вернувшись ему задали лишь один вопрос:

– Почему ты так долго находился в уборной? Твоя лазанья и спагетти уже давно остыли.

– Я заверну их с собой.

Он не знал что тогда с ним произошло, почему его так захватила мания пойти в ресторан при этом никого не оповестив об этом, он отсутствовал почти час и каждый замечал эту пустую атмосферу, ведь весь час их разговоры переплитались с неловкостью и стыдом. Они все тогда поняли, что без Марка вся их кампания – это совершенно разные люди, которым неочем поговорить друг с другом.

Иногда у Марка происходило резкое желание отдалиться от всех. Иногда Марк его даже и не замечал и он просто всем врал.

После ужина они уже собирались все по домам, для Эми это был одни из самых запоминающих дней в ее жизни, конечно он не сравняться с теми днями, когда старший брат тащил ее на свои футбольные матчи, или когда он звал ее со своими друзьями из команды по футболу играть в боулинг, но она точно сохранит эти дни, проведенные с Марком и другими.

Планы о ночной прогулке под звездами с Эми рухнули так как Кейси пошла домой совершенно одна, а Эми отказалось от идеи Марка проводить ее до дома. Поэтому ему пришлось идти домой вместе с Райаном.

Рэй направлялся домой в одиночестве. Уайтуотер город маленький, поэтому до дома ему пришлось шагать минут двадцать. Вечер был такой поздний, что Рэй достал телефон, дабы посмотреть время «двадцать два сорок». Он не удивленно подсоединил наушники к своему телефону и включая свою любимую песню, ушел в мир музыки. Для него это самое чудесное место, а сегодняшний день делает эту песню еще более особенной. Людей не было, поэтому он решил побыть собой хотя бы на это мгновение. Он танцевал, хоть и не умел, для него это было неважно, умеет или не умеет, главное, чтобы было весело. Песня его вдохновила, что он подставлял свои слова:

«У-о-о! В этот миг есть только ты и я!

Не хочу снова один встречать рассвет,

Пожалуйста найди же мой билет,

У-о-о! Билет до поездки счастья моего.

Вот если я бы мог успеть!

Я бы сел вперед! У-о-о!»

Он смотрел на то, как звезды мерцали под ним, это придало ему больше вдохновения. Он так давно не наблюдал за ними, что и забыл насколько они передают атмосферу прекрасного и необыкновенного. Он стоял неподвижно около минуты смотря на сверкающие звезды на темном фоне. А затем у него заболела шея и вдобавок возле него проехала машина, отчего он вернула обратно в реальность. Дальше, доходя до дома, ему хотелось танцевать, хотелось веселиться, сделать все возможное чтобы этот день никогда не заканчивался. Но жизнь всегда сделает так, чтобы он добивался счастья, вместо того, чтобы получать его бесплатно.

Подходя к дому, он открыл двери со словами, – ба, я дома. – Закрывая дверь он громко и очень радостно воскликнул, – ба, я пойду писать песню! – Это не в первый раз когда он решался на подобное и объявлял это всему миру, но такое явление у Рэя бывало чрезвычайно редко.

Его переполняло творчество.

– Хорошо, Рэймонд.

Дом Рэя слегка отличался от дома Марка, бассейна не было, и комнаты меньше, мебель дешевле, но в остальном почти все также.

– Рэй, ты сегодня в хорошем настроении, что случилось? – Спросила она смотря любимый сериал в гостиной.

– Бабушка, у меня появился друг, хотя нет… друзья! Их четверо, одна из них маленькая девочка ей десять, а остальные мои сверстники! Мы еще учимся все в одной школе! – Радости Рэя не было границ, бабушке он напоминал маленького мальчика, который только вернулся с детского садика.

Она выключила телевизор и с пультом в руках, сказала:

– Это здорово, Рэймонд. Но будь осторожнее, ведь друзья могут приносить не только радость, но и боль. Если они узнают кто ты на самом деле, то вряд ли останутся твоими друзьями. Ты ведь помнишь те случи в школе?

– Они так не поступят, – говорил Рэй снова вернувшись в обычное состояние: опущенная вниз голова с печальным взглядом в темную бездну и холодом по всему телу, от которого он не мог согреться.

– Я просто хотела предупредить, а так да, настоящие друзья будут с тобой дружить, не смотря на то, кто ты, но это должны быть очень сильные и крепкие узы. Дружба самая лучшая вещь в мире. Ведь из-за ее я познакомилась с твоим дедом. Все началось с обычной дружбы…

Рэй не дослушав бабушку ушел в свою комнату. Он не стал слушать ее не потому что он ужасный внук, а потому что бабушка всегда начинала говорить ему о том, как она случайно познакомилась с его дедом из-за обычной дружбы, а затем в конце всегда рыдает, вспоминая счастливые дни, в которые она хотела бы вернуться.

Он схватил свою акустическую гитару со стены и на эмоциях сыграл прекрасную песню, его пальцы ловили ритм его сердца, но в какой-то момент он ощутил что что-то не так и тогда он взял электрогитару. Он не знал, что играть, он просто хотел превратить свои чувства в музыку, а обычная акустика сейчас на это была не способна. Он взял в руки в медиатор и провел по струнам, почувствовав, как по всему телу пробежали мурашки он продолжал играть. Он играл без отдыха, с него капал пот, у него уже болели подушечки пальцев от струн, но игнорируя боль он только играл сильнее. Он подумал спеть. Но голос не мог вырваться из его рта, и он просто бил медиатором по струнам. Улыбаясь весь в своем поту, он упал на кровать со своей гитарой и смотрел в потолок погрузившись в свои воспоминания. Закрывая глаза у него по щеке пробежала слеза. Пытаясь не заплакать, он улыбнулся и тихо сказал вслух:

– Я же ведь заслуживаю хоть немного счастья, мам?

Глава 10

«Дневник Самоубийцы или же История Рэя Салливана»

Иногда в детстве с нами случаются ужасные вещи.

Они могут определить, кем мы станем, хотим мы этого или нет.

Барри Аллен «Флэш»

На город Эгертон, который был по соседству с Уайтуотером, обрушилось несчастье. Четырех человек нашли мертвыми. Казалось бы, что тут необычного – в городе с населением триста тысяч человек умирают люди? Однако, именно эти последние трупы были особенным образом изуродованы. На пустых глазницах обнаружены странные следы – словно глаза жертв небрежно вытаскивали ножом, повреждая костную полость. У всех троих неаккуратно зашиты рты скобками от степлера. По словам патологоанатомов, они были живы, когда их глаза вынимали из положенного места. Рты же зашивали уже после смерти.

Четверо двенадцатилетних подростков решили провести собственное расследование, чтобы самостоятельно отыскать убийцу и раскрыть это дело, показавшееся им невероятно захватывающим.

– Рэй, ты принес камеру? – тихим вопросом напал Тед перебив всех остальных.

– К сожалению мой папаня не отдал ее мне.

Рэю на тот момент близилось тринадцать лет. Он и его трое друзей: Люк, Кевин и Тед собирали нужные инвентари, которые помогут им для поимки серийного маньяка, хоть и с первого убийства минуло только две недели, а местные жители уже успели дать прозвище маньяку «Эгертонский демон».

Сидя всей бандой в комнате Люка, в дверь постучалась его бабушка и принесла каждому по пирожному и после того, как дверь закрылась они приступили к сбору информации.

– Что нам известно об «Эгертонском демоне»? – Объявил Тед. – Так это то, что у всех его жертв отсутствуют глаза и зашит рот также можно предположить, что он может работать не один. Но, перед вами, господа, я хочу представить информацию, которую добыл с работы моего отца, ну так вот: единственный подозреваемый по этому делу Клермонт Дигри – официант в кафе «Белый медвежонок». Он был единственным, кто в последний раз видел шестилетнюю Рейчел Кокс. У кого еще какие есть сведения?

Руку поднял Кевин:

– Как вы знаете, моя мать патологоанатом и я узнал от нее, что глаза были вырезаны не скальпелем как мы думали ранее, а ножом. Поэтому из нашего списка подозреваемых, можно вычеркнуть профессию врача и хирурга.

– А что, если хирург специально так делает, чтобы снять с себя подозрения? – Выдал свою теорию Люк.

– Согласен, и такое может быть, так что хирург остается в нашем списке, но что вы скажете насчет последней жертвы?

С виду могло показаться, что Тед их глава, но ничего подобного, у них была демократия и толерантность.

– Последняя жертва, двенадцатилетний Майкл Смит. Он был учеником нашей школы, а также хорошим игроком в теннис. Пока что, это единственное что нам известно, – ввел в курс дела Кевин.

– Рэй, почему ты молчишь? – И после слов Теда все направили свои глазенки на мальчика.

– Я не знаю что говорить, у вас родители либо полицейские, либо патологоанатомы, мой отец программист, так что вряд ли с него будет хоть какая-то полезная для дела информация.

– Тогда, давайте взглянем на нашу доску подозреваемых, – предложил Тед, перевернув магнитно-маркерную доску, на которой красовались сведения о недавних убийствах:

«ПОДОЗРЕВАЕМЫЕ:
1) ДЕТЕКТИВЫ;
2) ХИРУРГИ;
3) ВОДИТЕЛИ АВТОМОБИЛЕЙ;
4) РАБОТНИКИ ЗАПРАВКИ;
5) ПОЛИЦЕЙСКИИ;
6) УЧИТЕЛЯ;
ГЛАВНЫЕ ПОДОЗРЕВАЕМЫЕ:
1) КЛЕРМОНТ ДИГРИ – ОФИЦИАНТ В «БЕЛОМ МЕДВЕЖОНКЕ»;
2) МИСТЕР СМИТ – ДИРЕКТОР ШКОЛЫ;
3) БРАЙН ЛЕКТОР – ДЕТЕКТИВ, РАССЛЕДУЮЩИЙ ДАННОЕ ДЕЛО;
4) ОТЕЦ КАРЛ – СВЯЩЕННИК В ЦЕРКВИ».

– Лично я считаю, что это Отец Карл. В прошлое воскресенье, когда я был в церкви, он очень странно пялился на меня. Думаю, он планировал мое убийство… – Предположил Люк.

– Подождите, а почему в нашем списке нет женщин? – Рэя смутило данное замечание.

– Мы это уже обговаривали на прошлом собрании. Если бы жертвами были бы мужчины, то тогда наши подозреваемые были лишь женского пола, но увы, наши жертвы дети до тринадцати лет.

В дверь постучалась бабушка Люка:

– Рэй, тебе отец звонит, сказал, чтоб ты немедленно подошел, – передала она от него сообщение. – Телефон на первом этаже.

Рэй приложил к уху телефон, оборачивая провод на своем указательном палец, пока отец вновь кричал о своих правилах:

– Я ведь говорил тебе, чтобы был дома к шести часам, ты же ведь понимаешь почему я сделал такое правило. Так почему ты не слушаешься? Хочешь, чтобы тебя «Эгертноский демон» убил?

– Нет, – он ненавидел его крики, его вопли, его истерики, он считал его слабаком, но чтобы противится его правилам нужно стать сильнее чем он, или по крайней мере достичь того возраста, чтобы поскорей свалить из дома в свой новый и уютный мир комфорта.

– Я вызову тебе такси через двадцать минут, и больше ты не выйдешь на улицу!

– Хорошо, – ответил Рэй и положил трубку.

Сделав глубокий вдох и выдох, чтобы не поддаться чувству ярости, он направился обратно в комнату Люка.

– Мой отец запретил мне выходить на улицу, так что, наши посиделки у Люка отменяются.

– Ничего страшного, мы просто перенесем наши собрания к тебе домой. Твоя мама думаю не будет против. – Кевину не нравилось его пессимистичное выражение лица, понимая насколько строгий его отец, он захотел подбодрить жертву гиперопеки.

– Спасибо, – улыбнулся Рэй, но улыбка стерлась с лица, когда он услышал гудок машины своего отца. Он открыл окно, откуда была видна машина с кричащим отцом. Тогда он сжал кулак, извинился перед друзьями и вышел к машине.

– Ты наказан, я забираю у тебя телефон, ты все равно на него не отвечаешь!

– Ты сказал, что вызовешь такси через двадцать минут. – Рычал Рэй.

– Что за злость? Я ведь переживаю, вдруг таксист и есть этот маньяк.

– Это глупо! – Хоть и профессия таксиста и была в их списке подозреваемых.

– Не повышай на меня голос! Твоя мать в очень серьезном положении, ей нельзя волноваться, подумай о своей будущей сестренке!

Рэй, царапая ногтями сиденье машины пытался уйти в более приятные мысли, которые бы отвлекли его от бешенства, но отец все больше и больше повторял о том, что он ничего не понимает, что он глупый ребенок, который ни на что не способен и тогда Рэй не выдержал и заорал на всю машину:

– ЗАТКНИСЬ! ЭТО ТЫ НИЧЕГО НЕ ПОНИМАЕШЬ!

– Вот значит, – остановил он машину. Вновь заведя ее, отец сказал, – тогда я хочу тебе кое-что показать

Он привел его в больницу, где работала мать Кевина и постучал в дверь морга.

– Норман? – Она была удивлена такому неожиданному появлению старого друга.

– Кира, можешь показать трупы детей, которые стали жертвами серийного маньяка?

– Зачем тебе?

– Не мне, ему, – показал он на своего сына.

– Ты что, ему же двенадцать!

– Он не против. Верно? – Рэй в ответ лишь от ужаса проглотил слюну.

– Норман, я не буду показывать ему трупы, даже если он сам попросит. Он ребенок.

– Хорошо, можно тогда фотографии.

В ответ взгляд что кричал: «Никогда!»

– Кира, разве ты не помнишь, что я для тебя сделал?

– Ты тот еще подонок, Норман, так и быть, но все равно не рекомендую показывать их Рэю, – предупредила она, доставая копии снимков в конверте. – Если бы не тот договор, который мы заключили тогда, я бы тебя послала.

Сев обратно в машину, отец сунул ключ и завел автомобиль, но перед тем, как нажать на газ, он спросил у Рэя:

– Хочешь увидеть тех, кто не слушался правил?

– Я и так знаю какие они.

«Эти снимки очень помогут в нашем расследовании, надо забрать их у отца. Но как? Не хочу поддаваться его провокациям и отвечать „нет“ или „да“. Я решил, завтра, когда мы будем проводить наше собрание, я украду их!»

Зайдя домой их встретила мать:

– Вы чуть не опоздали к ужину, – стояла она у холодной индукционной плиты. – Где вы были?

– В магазине, – сказал он, протягивая ей пакет с продуктами.

– Тогда, ладно.

– Что на ужин? – Спросил голодный Рэй.

– Сегодня мне было лень готовить, поэтому на ужин я заказала пиццу и суши.

Не долго, но на лице Рэя мелькнула улыбка.

За ужином, мать расспрашивала его о школе, о друзьях, о завтрашних планах и о его длинных и темных волосах.

– Ты так сильно оброс, хочешь запишу тебя в парикмахерскую?

– Нет, мне и так нравится. Люблю, когда волосы закрывают глаза.

– Но у тебя же такие красивые глазки, – подняла она его челку ладонью.

Его кукольные синие глаза всегда выглядели необычно. В них было легко заблудиться.

На завтрашний день, когда Рэй вернулся после школы, он зашел в кабинет своего отца и пытался найти те самые снимки. Скоро уже придут его друзья, чтобы провести новое собрание и этот материал, будет самым важным в их деле. Поэтому открыв первый попавшийся шкафчик, он увидел нераспечатанный конверт и раскрыл его. Четыре снимка трупов, Рэй отвел взгляд от них, ибо не смог позволить себе смотреть. Он решил дождаться остальных, ведь если бояться чего-то вместе, то страх не будет таким сильным. Когда в дверь постучались, Рэй побежал открывать, думая, что это его друзья. Но перед ним стояли двое взрослых мужчин в черных костюмах и один из них охрипшим голосом спросил:

– Родители дома есть?

– Мама в магазин ушла, а отец на работе, – слегка испугавшись их взглядов произнес он.

– Можно мы войдем? – Спросил другой.

– А вы кто? – Рэй готовился закрыть дверь, ведь чувствовал неладное.

– ФБР, – сказали они, показывая удостоверения.

– Врете! – И с криком им в лицо, хлопнул дверьми.

Тогда, посмотрев в зрачок двери, он заметил свою мать, которая подходила к дому. Он не слышал о чем они говорили, но она запустила их в дом, где они начали обыскивать каждую комнату.

– Не волнуйтесь, Мэм, это не займет много времени, мы обыскиваем каждый дом в этом квартале.

– Не знала, что дело расследует еще и ФБР.

– Нас направили из-за серийных убийств. Мы в этом специалисты, так что дело раскроем за мгновение око, и в этом городе вновь расцветет спокойствие.

– Мальчик или девочка? – Спросил охрипший агент ФБР у матери.

– Мы пол пока не знаем, но муж утверждает, что это девочка. – С улыбкой погладила она свой большой живот.

– Чисто, – громко сказал другой агент, спускаясь со второго этажа. – Можем направляться в следующий дом, а вам извините за беспокойство.

– Ничего страшного, моя мать тоже в ФБР работала, так что я прекрасно понимаю вашу работу.

– Интересно, а как ее звать, если не секрет?

– Энни Картер, может быть вы слышали.

– Неужели вы ее дочь? Она же ведь живая легенда! – Агенты радостно удивились этому имени, Рэй же стоял позади мамы и молча смотрел на их беседу, которая продлилась около десяти минут. То они боготворят Энни Картер, то смеются с того, что Рэй дверью повредил одному агенту нос. Но никто его не винил, наоборот, они посчитали его молодцом, что он не стал впускать внутрь незнакомцев.

После того как они ушли, в дверь вновь постучались, на этот раз это был Кевин. Когда все собрались в комнате Рэя, они объявили об открытии собрания.

– Рэй, ты что-то хотел сказать?

– Не просто сказать, а показать. Видите ли, у меня имеются снимки всех трупов.

– Не может быть… – Затаили все дыхание.

– Показывай! – Глаза Теда горели от нетерпения.

– Хорошо, вот конверт, – достал он снимки из кармана. – Надо повесить на нашу доску!

– Мерзко! Фу! Где глаза?! – Все были потрясены, но был Люк, который закрыл руками почти все лицо от ужаса, ведь ощутил на себе всю боль этих трупов.

У всех замерло сердце от просмотра снимков, была мертвая тишина, пока в дверь не постучалась мама Рэя. Открывая дверь, все они завизжали словно поросята, и встали перед доской, чтобы мать Рэя не увидела весь этот ужас, обратную сторону мира, которую не показывают на телеканалах, с которыми они знакомы с самого рождения.

– Не хотите пиццы, мальчики? – Дверь она раскрыла не сильно, виднелась лишь ее голова.

– Нет, спасибо, Миссис Салливан!

– Ну ладно. – Удивилась она лишь тому, что обычно они не отказывались от бесплатной еды.

После того, как она закрыла дверь, все вздохнули с облегчением.

– У меня чуть сердце не остановилось, когда она вошла

– Думаю, нужно начинать собрание, – объявил Кевин. – У нас уже есть снимки трупов, у кого-нибудь имеются еще какие-либо сведения?

– Моя бабушка сказала, что слышала какие-то странные звуки ночью, а когда посмотрела на улицу, то заметила, что наш мусорный бак валяется на дороге. – Люк видел в этом нечто подозрительное, поэтому и поделился данной информацией.

– Но ведь… это не Эгертонский демон…

– А вдруг он?

– Нет, совершенно нет, ибо прошлой ночью нашли труп в лесу, – в последний момент открылся Кевин.

– Еще один?

– На этот раз, жертвой стала маленькая девочка по имени Эбигейл Блэк. Я разузнал о ней побольше, ее родители работают программистами, а самой девочке семь лет. Также у нее отсутствует правая туфелька розового цвета – это единственное, что было необычным.

– У меня вопрос. Почему этот маньяк убивает только детей? – Он был напуган тем, что всем жертвам нет тринадцати, также, как и ему.

– Дети самые беззащитные и слабые, поэтому их легче схватить. Да и почти все дети глупы, поэтому любой маньяк может их привлечь обычной конфеткой. – Рэй видел правду именно такой. – Я помню рассказ одного сироты из детдома неподалеку. Этот детдом находится в нашем штате, детей в нем забирают далеко не из хороших побуждений и намерений, все за кем приходят отправляются на органы и продаются на черном рынке.

– Он вырезает глаза жертвам пока они еще дышат… Иногда я поражаюсь тому, насколько этот мир погряз во тьме. Он такой неправильный, но люди все равно живут с улыбкой и ждут завтрашний день, – закатал рукава Кевин. – Нам нужно покончить с этими маньяками, ведь если не мы, то кто? Знаете, даже не только с ним, я хочу очистить наш мир от мусора вроде него, от всего мусора…

– Кстати, Клермонта Дигри оправдали, – вспомнил Тед. – Камеры видеонаблюдения, которые были неподалеку от кафе где он работает, показали, что в момент каждого убийства, он ходил лишь домой и в центральную библиотеку. Так что одним подозреваемым меньше.

– Я так и знал, – Люк и вправду не верил, что официант может быть Эгертонским демоном. – Он слишком добр, чтобы быть убийцей.

– Тед, ты принес ее? – Спросил Кевин.

– Вы о чем? – Кроме Рэя, все почему-то знали о чем шла речь.

– Чуть не забыл! Я стащил рацию с места работы отца, так что мы можем слушать все, что они там говорят.

– Включай!

Тед нажал на одну лишь кнопку, как рация заорала на всю комнату.

– Поставь по тише, а то моя мама снова придет!

– Подожди же, я ведь не могу и…

Голос из рации перебил их мысли, ведь из нее говорилось следующее:

«СРОЧНО! МАЛЬЧИК ТРИНАДЦАТИ ЛЕТ. В СИНЕЙ РУБАШКЕ И ЧЕРНЫХ БРЮКАХ. ЗОВУТ КАЙЛ МОНТГОМЕРИ. В ПОСЛЕДНИЙ РАЗ ВИДЕЛИ В ЦЕНТРАЛЬНОМ ПАРКЕ. ПО СЛОВАМ МАТЕРИ, ОН УШЕЛ В МАГАЗИН, НО НЕ ВОЗВРАЩАЕТСЯ УЖЕ ДВА ЧАСА. ПОСЛЕДНИМ СВИДЕТЕЛЕМ БЫЛА ПЕНСИОНЕРКА МАРГАРЕТ СОЙЕР…»

– Бабушка! – Перебил Люк после оповещения ее имени.

– Ребята, вы же понимаете, что это значит? – Улыбался Тед, намекая на предстоящее расследование. – Выдвигаемся!

Все они взяли с собой самые необходимые вещи и выбежали с дома, все кроме Рэя.

– Мам, я знаю, что вы меня наказали, но…

– Только пол часа, – приказным тоном сказала мать. Она не подозревала о том, куда он направлялся, или что они делают с друзьями, ведь доверяла ему и верила, что ничего плохого эти двенадцатилетние мальчишки сделать не смогут.

– Я люблю тебя, мам! – Выбежал он на радости с остальными.

Каждый сел на свой велик и с построенным планом они разделились. Рэй и Тед должны были ехать в сторону леса, а Кевин и Люк в сторону парка, после чего они должны будут встретиться возле магазина «Рыбий дом», где работает дедушка Люка.

Рэй и Тед, прибыв на место, увидели чей-то окровавленный кроссовок – видимо того самого пропавшего Кайла Монтгомери. Подойдя поближе, они заметили старый колодец и чьи-то разбитые очки. Рэй положил их в рюкзак как улику, но кроссовок он трогать не стал. Подойдя поближе к колодцу, они унюхали вонь. Рассмотреть то, что было внутри невозможно без фонарика, поэтому Тед достал свой телефон и позвонил Кевину, у которого как раз имелся профессиональный фонарик. Сказав, что они приедут через минут пятнадцать, Тед начал светить фонариком от телефона, но не удержав, телефон соскользнул с его рук и упал вниз.

– Вот черт! – Заорал Тед. – Мне нужно спустится за ним, Рэй.

– Ты спятил? Это опасно!

– Если это место преступления, то угадай, кого обвинят? Верно, меня!

– Подожди – это глупо. Давай просто подождем полицейских и расскажем им правду.

– Рэй, ты что забыл кто у нас на первых и пятых местах на доске подозреваемых?

– Мы можем найти другой способ, не обязательно туда спускаться. Давай хотя-бы подождем Кевина с Люком.

– Хорошо… – ответил он, но спустя двадцать минут никто так и не пришел, тогда, Тед не сдержался и уже начал спускаться в колодец.

– Слушай, Тед, давай завтра вернемся. Мне нужно домой.

– Рэй, если хочешь иди, тебя никто не держит, – спускал он уже ноги в колодец. – А он и вправду глубокий.

Солнце уже зашло, а небо темнело. Выходя из колодца, Тед увидел ждущего его Рэя.

– Наконец-то! – Дождался он его.

– Ты что меня все это время ждал?

– Разумеется, мы ведь друзья. По-другому я никак не мог поступить.

– А я достал свой телефон, – улыбчиво тряс он его перед лицом Рэя.

– И что там было?

– Ничего, видимо раньше там была канализация, из-за этого такая вонь.

– Понятно, тогда возвращаемся домой?

– Вау! Двадцать три пропущенных от твоей мамы, пять пропущенных от Кевина и…

– СТОП! ТЫ СКАЗАЛ ОТ МОЕЙ МАМЫ?

– Да…

– Меня убьют… Я ведь обещал, что вернусь через пол часа…

– Сколько сейчас время?

– Ровно десять вечера…

– Четыре часа… я опоздал на четыре мать его часа…

Рэй, подойдя к дверям своего дома, медленно потянул за дверную ручку, чтобы пройти тихо и незаметно в свою комнату, лишь слегка открыв дверь, он увидел перед собой злого отца, который тут же на него наехал.

– Я ведь наказал тебя! А ты еще и шляешься допоздна? Какого черта ты воняешь дерьмом? – Кричал его отец.

– Отвали от меня! – Заорал на него в ответ Рэй и направился на кухню, где увидел свою заплаканную мать.

– Рэй, почему ты так поступил?

Рэй смотрел на то как рыдает мать и не мог подобрать слова, которые бы хоть как-то ее утешили. Он пытался сказать «прости», но оно застревало в горле как ком, накапливая лишь сожаления и боль и чем больше он молчал, тем тяжелее застревал этот ком. Тогда он обнял ее за живот и начал рыдать вместе с ней.

– Прости меня, мам, пожалуйста, прости, – еле как выговаривал Рэй в мамино пузо.

Рэй проснулся в своей кровати и мутно помнил вчерашний день, для него это было даже хуже кошмара, но посмотрев на часы и увидев пять часов раннего утра, он с бодростью встал с кровати и пошел умываться. Смотря в зеркало, он заметил на своей щеке маленькую царапинку, но как получил он ее, к сожалению, не помнил.

– Сегодня, перед школой. То есть в семь часов ровно. Я, Кевин, Люк и Тед встречаемся, чтобы обсудить наш дальнейший план и вчерашний колодец, – говорил он вслух, смотря на свое отражение.

Ближе к утру, когда мама Рэя только приступила к готовке завтрака, Рэй заметил, что он хоть и немного, но перестал чувствовать какие-либо эмоции. С самого утра он не ощущал ни радости, ни злости, ни грусти. Видимо вчерашний вечер дал сильный удар, отчего истратились все чувства, он погрузился в апатию.

Мама как обычно положила ему яичницу с беконом и налила в его любимый стакан апельсиновый сок. Но даже так, он не мог улыбаться, он не понимал, какие чувства испытывать или что нужно говорить, в его голове совершенно не было никакой эмоциональной мысли.

– Сегодня можешь взять свой телефон, Рэй.

– Хорошо, мам.

Утопая в этом черном море без эмоциональности, он позавтракав сел в машину своего отца, ведь теперь в школу добраться можно было только так. Отца удивляло только то, что Рэй не пререкался с ним, а тихо направился к машине, при этом просидев всю дорогу в молчании.

Упав на коротко постриженный газон за школой, он закрыл глаза в ожидании своих друзей, но пройдя сорок минут, никто так и не пришел. Тогда не оставалось выбора, он сразу направился на урок английского, который как раз должен был пройти по расписанию вместе со всеми его друзьями.

Первые чувства, которые он испытал за сегодня – волнение. Взволнован он был тем, что даже на уроке не было ни Кевина, ни Теда, ни Люка. Учитель, проверяя список отсутствующих спросил у Рэя то, что он и сам хотел бы знать:

– Сегодня отсутствуют: Тед Банди, Люк Сойер и Кевин МакКентис. Рэй, вы вроде бы лучшие друзья, ты не знаешь причину, по которой они до сих пор не приходят на мой урок?

– Нет, – робко ответил Рэй. Его захватили самые худшие мысли, которые только могли прийти в голову.

Телефон учителя, который лежал на столе завибрировал на весь кабинет. Учитель увидел неизвестный номер и с извинениями перед учениками сбросил звонок. Мистер Смит очень любил свою работу и считал непозволительным разговаривать по телефону во время урока, но, когда позвонили во второй раз, он не смог не ответить. И снова извинившись он пытался донести до звонящего человека, что он занят. Но после минуты разговора, Мистер Смит схватился за свою белую рубашку, от которой отлетела пуговица и на грани падения взглянул на Рэя:

– Рэй Салливан, – произнес он. – Твой отец ждет тебя на школьной стоянке. Так что прошу иди! – учитель английского и по совместительству директор, лежал под доской держа в одной руке мел, а в другой телефон.

Рэй быстро взял портфель и выбежал из кабинета. Его руки тряслись и волочась, он бежал к выходу. Дойдя до машины отца, он начал повторять:

– П-п-папа, что происходит, почему ты меня з-з-забираешь со школы? У меня же ведь у-у-уроки, – он не мог ровно дышать и говорил заикаясь. Сердце билось бешено, он думал, что оно вырвется и кровь из его груди забрызгает весь салон машины. Его отец посмотрел на него с жалостливым взглядом, завел автомобиль и отвез в больницу, а точнее в морг, который находился несколько метров от нее.

Рэй же не хотел выходить из машины, даже думать не хотел о том, чтобы вновь войти туда. Он задыхался от собственных мыслей, с его глаз ручьем лились слезы, а щеки от теплоты и резкого холода лишь догадывались что происходит с его телом. Он избавился от слез в своей голове, не принимал их физическую форму и отрезал от себя все то, что убивало в нем приятные мысли. Его отец, открыв дверцу машины, заставил Рэя выйти из нее. Затем схватив его за кофту, потащил уже не сопротивлявшегося Рэя внутрь больницы. Идя по коридору, Рэй заметил знакомые лица, отчего его беспокойство пропало, но лишь на время.

«Что происходит? Я ничего не понимаю… Почему я здесь? Почему вы здесь? Для чего мы здесь собрались? Но вы же ведь должны быть в школе… а где…» – Его мысли съедали мозг изнутри. Он чувствовал, как внутренности заполнялись в груди и его вес стал в три раза тяжелее, отчего ноги не могли устоять ровно на этом белом кафеле. Пытаясь не упасть, он улыбался всему, что попадалась ему на глаза. Немного, но ему становилось легче от своей насильной улыбки.

Из дверей морга, к ним троим подошла женщина – это была мать Кевина, она работала патологоанатомом.

– Рэй, – имя его было произнесено так печально, что можно было уже обо всем догадаться. Но он прятал свои мысли, свою логику, свой разум и улыбался ей в лицо. Отец его отвернул скорбный взгляд в сторону. И вот секунда мысли провернулась в его разуме словно барабан в стиральной машине, что все время крутился и по таймеру наконец-то остановился. Он заметил, что их состав не полон. Но вновь спрятал эту мысль, глубоко там, где запирают все негативные мысли. Он пытался быть как стоик, просто пропустить их глазами, выкинуть, отрезать, но ничего у него не получалось. Негатив никак не покидал его мысли, как бы он не пытался. На него давила вся текущая атмосфера.

– Да, что такое, Миссис МакКентис? – Он пытался стереть все плохие мысли, обманывал самого себя для того чтобы стало легче, но покоя в сердце все равно не виднелось. Он перестал оборачиваться, смотрел лишь ей в глаза, в ее голубые оплаканные и с лопнувшими капиллярами глаза.

– Прошу, только прими это все спокойно… Хотя, что я несу… как это можно принять спокойно, – она смотрела в его душу, болезненную, в сто раз больнее чем у Кевина с Тедом, она наклонилась и продолжила, – сегодня утром… твоего друга Люка Сойера нашли мертвым, – в мыслях его раздался громкий крик «зачем?», он знал это, он понимал, что такое не скрыть с его мыслей. – Мне так жаль, Рэй… – Она приобняла его крепко и ноги его потеряли связь с землей.

Она пыталась мягче объяснить все Рэю, ведь Люка нашли на самом деле безглазым и привязанным к дереву, он был изуродован сильнее остальных детей, по всему его телу находились удары тупым предметом, порезы от ножа, раны от ожогов и огромная дыра в груди. У Люка не было родителей, он жил с бабушкой и дедушкой в маленьком домике возле леса. Когда его опекунов оповестили данной новостью, то их настигла старость не в самом хорошем понимании, они упали в обморок и их увезли на скорой помощи с большим давлением.

Рэй от всех ее слов лишь улыбался, он не верил ни единому ее слову, а все из-за темных мыслей, которые он заставил похоронить глубоко в своей душе.

«Умер? Не-е-ет! Вчера же ведь только виделись, бред какой-то! Ха-ха-хах… хах… – Смеялся он с соплями и слезами, как и мысленно, так и в живую. Взгляды двух его друзей застыли на нем не моргая. Они были шокированы и напуганы его поведением. Вначале он смеялся так, словно кошка пытается выблевать комок шерсти из себя, а под конец будто потерял дар речи, забыл все слова и мог лишь стонать да издавать крикливые вопли. – Они поди перепутали. Тем более, зачем тащить меня в морг, когда умер мой друг? Это не логично! Никто так не делает! Никто так не делает! Никто… так… не делает…»

Он посмотрел на Теда и Кевина, которые затаили и свой страх и свои слезы. По их лицам было видно, что они уже достаточно наплакались. Рэй же, вспоминая что не хотел оборачиваться, вновь посмотрел ей в глаза. Он крикнул:

– Я не верю! Он не может просто так умереть! Мы же только вчера все вместе сидели у меня дома и разгадывали кто такой «Эгертонский Демон»!

Он оттолкнул мать Кевина, что та чуть не упала и забежал внутрь морга. На секционном столе, он увидел безглазое тело своего пухлого друга, его рот был зашит скобками, а живот весь неровно разрезан. Мать Кевина забыла накрыть Люка покрывалом и забежала, чтобы убрать Рэя от трупа.

Он упал на холодный керамический пол в морге.

Задыхаясь, Рэй смотрел на свое отражение в зеркале, которое было напротив него и с потемнением в глазах отключил свой разум.

Ночью он проснулся у себя в комнате. Медленно открывая глаза, а затем резко встав с кровати, он с дрожью и холодом по всему телу, сказал свои мысли в слух:

– Сон? Или не сон? Люк… Тед и Кевин… Мои руки такие холодные, а ноги будто не мои, я их совершенно не чувствую… Почему мое лицо такое пластилиновое? Не могу больше дышать… дышать не получается… не могу хорошо дышать… лишь по маленькому глотку воздуха приходит в мое тело.

Рэй медленно подходил к зеркалу и ощупывал себя, его ноги не смогли устоять, и он упал мягкой точкой на ковер. Судороги. Он пытался встать и дойти до кухни, но его ноги не могли выпрямиться, и он пополз. Спускаясь с лестницы на кухню, он услышал, как его мать с трудом разговаривает по телефону:

– Какой ужас! Это такая трагедия! Да, Норман скоро приедет, он сказал, что ему надо куда-то съездить и он вернется… Да это ужасно, сначала он… теперь и его бабушка с дедушкой.

Рэй вспомнил, что это был не сон, но все равно надеялся. Сидя на лестнице он заплакал. Его мать подошла, обняла его, и он спросил:

– Мам, а кто только что звонил?

Она посмотрела на него и вздохнув ответила:

– Это мама Кевина, она сказала, что бабушка и дедушка Люка… – Она не стала продолжать и сильнее прижала его к груди.

В дом громко постучались. Мать открыв дверь, увидела полицейского, который делал очередной обход. Полицейский, осмотрев с осторожностью половину дома уже собирался уходить, но зайдя в кабинет вместе с мамой, немного задержался. Рэй услышал визг своей матери. Она в ужасе кричала на весь дом. Он забежал в кабинет своего отца и увидел сидящую в слезах мать, которая велела ему уходить и полицейского, у которого в руках был окровавленный степлер и девичий грязный туфель. Полицейский направившись к нему спросил:

– Мальчик, где сейчас твой отец? – Рэй потерял способность говорить, его легкие будто наполнились его же слезами. Он не мог не то что не сказать ни слова, он даже вздохнуть нормально не был в силе. Почувствовав страх, его руки и ноги задрожали, и он рухнул на пол. Руками упираясь, чтобы не упасть он сжимал пол, пытаясь взять его в кулак, с такой силой, что ногти начали царапать линолеум. Полицейский по рации повторял, что он нашел орудие преступления на грин-стрит.

У Рэя было так много вопросов и он хотел бы закричать всему мирн, что ненавидит его, но сил хватило лишь на то, чтобы поднять взгляд и вновь посмотреть на окровавленный степлер, в котором он заметил кусочки плоти. Он не мог отвезти от него взгляд и пытаясь снова не расплакаться, улыбнулся и представлял, что это очередной розыгрыш Теда, который он делает перед его днем рождения.

Внутри дома были и ФБР, и вооруженные полицейские, но Рэй не выходил из кабинета и рвал линолеум ногтями, пытаясь осознать происходящее. Когда его отец вернулся домой, на него сразу же накинулись полицейские и начали избивать, говоря, чтобы он не сопротивлялся. Рэй дополз до лестницы, именно там он увидел, как его отца избивают и уводят. С каждым разом голоса полицейских становились тише, что превратились в безмолвие, он подумал, что оглох, и закричал внутри себя, взгляды людей в форме накрыли его разом.

Глава 11
«Дневник Самоубийцы или же История Рэя Салливана. Часть 2»

То, что меня не убивает, делает
меня только сильнее.

Фридрих Ницше

Спустя неделю было решено казнить Нормана Ронни Салливана на электрическом стуле.

Первая встреча с отцом для Рэя была принудительной. Мать заставила силой юного Рэя навестить совего отца в комнате для свиданий. Первое что он тогда заметил, так это разбитую скурывающую боль улыбку на отце. Он сел от него в трех метров и убрал свой взгляд, он не понимал, что должен был почувствовать, злость, или печаль? Он просто сел от него как можно дальше лишь бы не видеть больше той улыбки.

На нем была поношенная белая роба и наручники, которые удерживали его руки и ноги от свободы. Но на мать этот образ никак не подйествовал. Она села возле него и начала мило беседовать, они обсуждали детство Рэя, его школьные года, вспоминали только счастливые моменты жизни, говорили так радостно, будто никаких убийств и в помине не было. Рэй стал трястись от злости, он не видел смысла в их нелепой беседе, ведь она была настолько не вписывабщейся в данную ситуацию.

– Хэй, сынок, – и вот отец обратил на него свое внимание. – Садись к маме.

– Не зови меня сыном, это унизительно.

– Я никогда не отрекусь называть тебя своим сыном.

– Прекрати! Мерзко слышать это от того, кто убивает людей! Ты убил Люка? За что ты убил Люка? За что ты убил ту маленькую девочку? Ты подонок! Ты заслуживаешь смерти!

– Значит ты думаешь, что я и есть Эгертонский демон. – Бесшумно хихикнул отец. – Значит ты и вправду веришь, что я убийца…?

– А разве это не так?

Улыбка его не спала с лица, он тихо встал и сказал охранникам что закончил.

Ненависть к отцу возросла еще сильнее и все из-за этой чертовой улыбки в конце. Он желал ему скорейшей кончины, но в глубине души он ничего плохого не хотел, он лишь мечтал вернуть все как было раньше. Вернутся в прежнюю школу, в прежний дом, к прежним друзьям, и та затея о поимки серийного убийцы уже не стала таким веселым событием, как ему казалось раньше.

«Мой отец правда убийца? А что, если он не виновен… такое бывает?» – И лишь после его ухода он немного поверил его словам.

Его мать вытирая слезы обняла его и за руку проводила до ближайшего магазина. Магазин был маленький, там продавали лишь продукты и ничего более. Она посмотрела на Рэя с безразличным и холодным взглядом, такой пугающий, очень отличался от того, который был в комнате свиданий и спросила с более холодной атмосферой, которая и без нее сжимало его сердце:

– Кому ты веришь, Рэй?

– О чем ты?

– Папе или полиции?

– Если это не папа, то откуда у него степлер в кабинете?

Мать Рэя опустила голову с сожалением, ведь сама она не знала толком ничего, но она не верила никому кроме своего мужа. А сын только и утверждал, что о его виновности.

– Твой папа любит тебя. А человек, который тебя любит, разве сделает тебе больно?

– Мой отец убил Люка… Он убил столько людей, так что я думаю…

– Думаешь или веришь? – Перебила его мать.

– Думаю…

– Но не веришь?

– Я не хочу верить, но факты сами говорят за себя… Если не он то, кто?

– Ты такой подонок, Рэй… Верно, кто убил этих людей, если не твой отец… А если я скажу тебе, что в ночь убийства Люка он находился в доме, какая мысль тогда появится в твоей тупой башке?

– Что это значит? – Все его мысли скомкались и превратились в кашу.

«О чем думать, чему верить? Кто „Эгертонский Демон“, если не мой отец? Зачем он убивал людей? Для чего? Почему улики нашли в доме моего отца? Почему мама верит ему? Почему я не могу быть как мама и поверить своему отцу? Почему моя злость превращается в слезы? Из-за кого умрет мой отец? Мой отец… умрет?»

– Моего папу убьют сегодня? – Дрожа с опущенным взглядом спросил Рэй.

– Да. Казнят на электрическом стуле. Как серийного маньяка.

– Если это не он… Он ведь не мог убить Люка, мы можем сказать, что он находился дома или на работе?

– Рэй, наш мир устроен не так просто… Алиби членов семьи не допускаются.

– Но почему?

– Потому что любящие люди всегда будут верить в невиновность людей, которыми они дорожат.

– Почему ты веришь в то, что мой отец не убийца?

– Твой отец хоть кто, но не убийца. Я знакома с ним больше двадцати лет, и он не разу не повышал голос, не поднимал на меня руку, хоть он и не был общительным, он был лучшим… Он и есть лучший.

– Он лучший?

– Он лучший отец. Я хочу, чтобы, когда мы пришли на казнь, ты извинился и попрощался с ним как следует.

– А если он все-таки убийца?

– Даже если так, то ты все равно должен с ним попрощаться, ведь он твой отец.

Рэй хотел бы верить в то, что говорила ему мать, но что есть правда? Время на разгадки уже прошло. Час, который прошел как секунда уже наступил. Помещение, наполненное агрессивными людьми и его отцом, которого привели с мешком на голове, внушали ему ужас. Он спрятался за мать, схватив ее за край платья и закрыл глаза. Он начал кусать свои пальцы и реветь.

«Почему я ничего не знаю? Почему я не могу узнать правду? Как люди узнают правду и так просто убивают людей? Если мой отец не виновен, то почему он сидит лысым на стуле? Я посмотрю только краем глаза… Эти люди, так громко вопят, что мои уши уже ничего не слышат… Они любят смотреть на казни? Они любят смотреть как убивают? Им это нравится, а если бы они были на его месте, они бы также радовались? Такие мерзкие улыбки… а на моего отца зачем-то кладут мокрую губку из грязного железного ведра. Ненавижу эти улыбки… они похоже на свиней. Люди такие отвратительные, да мама? Мам… ты плачешь? Почему я тоже плачу? Почему людям свойственно плакать? Почему люди чувствуют боль и злость? Кто придумал эти чувства? Это Бог придумал? Что есть Бог, а что есть правда? Они не видели Бога, точно также и не видели как мой отец убивал людей… А ведь правда, что если сказать, то что убийца это тот полицейский, который привел моего отца, а не он… Что тогда будет? Они перестанут ненавидеть его? Они станут его любить? Но если это произойдет, то их злость просто перейдет на полицейского, они точно такими же и останутся… Они захотят его смерти, даже если сказать, что убийцы нет в этом здании, они захотят крови, они захотят видеть кого-то на стуле и им будет плевать кто там окажется…»

– Норман Ронни Салливан. Вы обвиняетесь в семи зверских серийных убийств. Из которых шестерым не было даже тринадцати лет. Вы приговорены к смерти, через электрический стул. У вас есть последние слова, перед тем как я нажму на рычаг?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.