Глава 1. Золушка.

Ненавижу «Золушку»! Шарль Перро здорово прогадал, сделав главную героиню своей сказки – безропотной угодницей, довольствующейся нищенским рваньём и кроватью в виде кучки залы. Что хорошего в такой жизни? Точнее сказать – существовании. Перебирание пшена и просо, натирание полов до боли в руках, издёвки от сводных сестёр и мачехи и, что самое главное, наплевательское отношение отца. Даже принц, уверена, в конце концов, не упустил возможности использовать её бесхребетность себе во благо. Даже я, терпя издёвки от одноклассников, не хотела бы оказаться на её месте.

Всё началось ещё в начальной школе, когда мне поставили брекеты. Тогда я, в один день, из невидимки превратилась в живую мишень для насмешек. Понимаю, кто откажет себе в удовольствии подразнить «мисс-железную пасть»?! А потом начался подростковый период, и всё стало ещё хуже: Моё лицо обнесло огромными красными прыщами, которые не удавалось скрыть даже под самым толстым слоем тонального крема.

В попытках решить проблему самостоятельно, я собственноручно отстригла уродливую длинную чёлку, которая прятала красных паршивцев от брезгливых взглядов окружающих. Из-за постоянного стресса, и как позже выяснилось, лютого гормонального сбоя, я стала потихоньку набирать вес. Заметила я это не сразу, а лишь тогда, когда новая школьная юбка, купленная двумя неделями ранее, застряла в районе бёдер отказываясь налезать на ягодицы.

– Я больше не пойду в школу! – заявила я в то утро родителям. Отец, который занимался строительным бизнесом, воспринял эту новость спокойно:

– Ну, раз не хочешь, значит, не иди! – согласился он, не отрывая взгляда от газеты, которую привычно читал за завтраком. – Наймём тебе репетиторов, и будешь учиться дома.

– Может, ещё подумаешь? – с надеждой в голосе проговорила мама. Она уже ждала Оуэна и, зная о его патологии, понимала, как не сладко ей придётся.

– Я буду тебе во всём помогать! – пообещала я и мама сдалась.

Три года я проучилась дома. За это время мне удалось побороть прыщи и лишний вес, но не комплексы, которые остались мне на память от школьной травли. Поэтому, когда отец торжественно объявил, что я снова иду в школу, у меня от «восторга» подкосились ноги и я чуть было не шлёпнулась на то самое место, куда, некогда послала всех своих одноклассников с их грёбаным мнением.

– Я не пойду! – твёрдо сказала я. – Они снова станут надо мной издеваться!

– Но, ты уже не выглядишь как прежде! – вмешалась мама.

– Не важно! – возразила я. – Они помнят меня той, кем я была. И этого более чем достаточно!

– Значит, пойдёшь в другую! – просто пожал плечами отец. – Я обо всём договорюсь!

– М-а-а-м! – жалобно протянула я.

– Я согласна с папой, дорогая! – мягко ответила она. – Всё же это выпускной класс!

Собственно, под таким лозунгом меня и отправили в школу. Правда, на этот раз, школа была частной и находилась в одном из лучших районов нашего города. Один из бизнес партнёров отца, оказывал влиятельную помощь выше упомянутому учреждению, так что они, сочли за честь принять в своих стенах Эву Эванс -17-ти летнюю девочку-подростка, просидевшую на домашнем обучении целую вечность и так яро не желающую выбираться из своей уютной скорлупки в жестокий мир, где каждый может лепить из неё всё, что захочет.

В первый день я нарочно одевалась как можно дольше. Пытаясь, таким образом, отдалить неизбежное и насолить маме, которая светилась от счастья.

– Эва, ты только подумай, – с оживлением проговорила она, – теперь у тебя появятся друзья и тебе не придётся постоянно сидеть в своей комнате, уткнувшись в книги.

– Но, мне нравится читать книги! – возразила я. – И к тому же, у меня есть Оуэн!

– Оуэн! Оуэн! – кривляясь как обезьянка, затараторил братишка.

– Детка, мне лестно слышать о твоей привязанности к брату, но я говорю о сверстниках! – заливая в термос кофе, пояснила она.

– Мне не нужны друзья, мам!

– Всем нужны друзья, Эва!

– Но, у тебя их тоже нет! – напомнила я.

– Да, – согласилась мама. – И мне их очень не хватает.

– Так заведи! – с вызовом ответила я.

– Ладно! – сощурила глаза мама. – Но, только после того, как ими обзаведёшься ты! – она протянула мне руку.

– Согласна! – ответила я, закрепив договор крепким рукопожатием.

– Вот и славненько! – заключила она, и добавила: – А теперь, живо на выход!

Мама получила права, когда ей исполнилось восемнадцать и, за свой двадцатилетний опыт, ни разу не попадала в ДТП. И дело не только в практике, но и в педантичности, с которой она относилась к этому процессу. Например: мама всегда заставляла пристёгивать ремни, не разрешала Оуэну сидеть на переднем сиденье и всегда подкладывала под его мягкое местечко бустер.

А вот папа подобными привычками не страдал. Более того, его машина прибывала в постоянном хаосе. Особенно, когда на него наваливалась куча дел, которая становилась причиной невозможности, отвезти страдалицу на мойку. В такие моменты он частенько пользовался такси. Благодаря, чрезмерной ответственности и знаком, не разрешающим ехать более 60 км в час, дорога до школы заняла добрых полтора часа, что для нашего не маленького городка было вполне приемлемым.

– Приехали! – радостно воскликнула мама, ставя автомобиль на ручник.

– Приехали! Приехали! – затараторил Оуэн, весело барабаня ногами по спинке сидения.

– Оуэн! – прикрикнула я, потирая спину от полученной дроби пинков. – Сколько раз можно повторять, что нельзя пинать ногами сидение, особенно если на нём сижу я?

– Бе-бе-бе-бе-бе! – высунув язык, подразнил братец.

– Негодник! – усмехнулась я и скорчила ответную рожицу.

– Выходим! – скомандовала мама.

– Постой! Ты собираешься идти со мной? – с ужасом спросила я.

– А что тут такова? – пожала плечами мама. – Разве я не могу проводить дочь в её первый учебный день в новой школе?

– Нет, не можешь! – отрезала я. – Так будет лучше! Поверь! – быстро проговорила я, когда она попыталась возразить.

– Как скажешь! – выдохнула мама. – Но, я жду от тебя фото, как доказательство того, что ты провела этот день в школе, а не прогуляла в кофешке поблизости.

– Договорились! – уныло протянула я. Не то чтобы я планировала сбежать с уроков, просто мне очень не хотелось привлекать к себе внимание. И я начала думать о том, как сделать фото незаметно для посторонних глаз.

– Хорошего дня! – помахала на прощание мама.

– Хорошего дня! – прощебетал попугай Оуэн.

– И вам хорошего дня! – пытаясь скрыть тревогу, ответила я.

Новая школа встретила меня кованным забором с завитками. А внутри этого железного чуда, располагался прекрасный двор с множеством дорожек, уложенных колотым камнем, вдоль которых росли высокие туи, скрывавшие в своих чёрных тенях резные скамейки.

«Высшая школа Коллингвуд» – гласила надпись, растянувшись над входом в здание. Собственно, само здание было построено из красного кирпича и имело всего три этажа, но зато на его крыше выселись пики двух небольших башенок, намекающие на британское происхождение своего создателя.

– Выглядит симпатично! – попыталась подбодрить себя я, но, честно говоря, это не сработало.

– Тебя что, не пригласили? – раздался голос за моей спиной. Я обернулась и увидела красивого парня с каштановыми волосами, который возвышался надо мной.

– Чего? – пролепетала я.

– Чтобы вампиру попасть в дом, нужно чтобы хозяин его пригласил, разве не так? – он растянул губы в кривой полуулыбке.

– Причём тут вампиры? – недоумевала я.

– Я просто не знаю, как ещё можно объяснить то, что ты до сих пор топчешься на пороге. – Объяснил парень. – Пусть я и не хозяин этого помпезного места, но на правах его постоянного обитателя, приглашаю тебя зайти! – он с усмешкой открыл дверь и, манерно приклонив голову, словно я была важной персоной, произнёс: – Прошу!

В ответ на его издёвку я возмущённо закатила глаза.

На полу школьного холла, блестела начищенная эмблема в виде огромного корабля.

– Такое ощущение, что я попала в морской колледж! – фыркнула я, водя носком кроссовки по нарисованной палубе.

– Это же Линкор! – с упрёком заявил парень.

– И что? – безразлично бросила я. – Понятия не имею, что это значит!

– Почитай историю школы! – посоветовал он.

– Не думаю, что мне это интересно! – отмахнулась я. – Лучше подскажи, где найти директора!

– Третий этаж, первая дверь слева, если пойдёшь по этой лестнице! – ответил тот, указывая на лестницу впереди.

– Спасибо! – поблагодарила я и поспешила отделаться от собеседника. Шагая по устеленной ковром лестнице, я с недоумением осматривала картины, висевшие на стенах: Одни сплошные корабли и парусники. В общем всё то, что меня никогда не интересовало.

– Можно войти? – постучав, спросила я.

– Войдите! – донёсся голос из-за двери.

– Здравствуйте! Я от мистера Гиббенса… – неуверенно произнесла я.

– Мисс Эванс, я полагаю? – спокойно спросил мужчина в очках. Он сидел за письменным столом с табличкой: «ДР. БРАУН».

– Да – пискнула я в ответ.

– Что ж, мисс Эванс, вы опоздали на первый урок! – сдвинув очки, отчеканил он. – Учись Вы здесь хотя бы неделю, я бы оставил Вас после уроков на штрафные работы. – Он смерил меня грозным взглядом. – Учитывая, что это Ваш первый день, я не стану принимать столь кардинальные меры. Но помните, то, что мистер Гиббенс замолвил за Вас словечко, абсолютно не означает, что у Вас здесь есть, какие-либо привилегии. Это понятно?

– Более чем! – отозвалась я.

– Замечательно! – оскалился он в улыбке. – Тогда, подойдите и возьмите Ваше расписание. – Директор Браун протянул мне что-то похожее на блокнот. – И поспешите на урок! Мисс Пети не очень-то жалует запоздалых гостей.

Держа путь в класс, я представляла как полная француженка с ярко-алыми губами и огромной родинкой на щеке устроит мне настоящую экзекуцию прямо на глазах моих новых одноклассников. А после, они все разразятся дружным хохотом и на этом моё посещение школы закончится. Каково же было моё удивление, когда открыв дверь, я застала у доски маленькую хрупкую женщину в серо-голубом форменном костюме и аккуратно уложенными волнами на голове.

– Ви, должно бить Эва? – с акцентом спросила она.

– Д-да – проблеяла я.

– Ви опоздали!

– Знаю! – склонив голову, ответила я. – Извините!

– Извиняю! – ответила женщина и добавила: – Ви можэтэ занять свободноэ мэсто.

– Спасибо. – Осторожно произнесла я и поспешила занять свое место на галёрке.

Не могу сказать, что мирный исход порадовал меня на все сто процентов. Все же, тот вариант, который я разыграла у себя в голове, сулил мне, пусть и постыдное, но всё таки, избавление от школы.

Оставшееся время до звонка я провела в раздумьях о том, как бы было чудесно оказаться дома. Сейчас бы я только завтракала, устроившись перед телевизором с огромной пиццей, а Оуэн бы носился в своём костюме супермена, делая вид, что спасает вселенную.

Громкое «дин-дон» вывело меня из ностальгии. Я сгребла с парты тетрадки и торопливым шагом направилась к выходу.

– Не так бистро! – обратилась ко мне мисс Пети. – Ви пропустили прэличную часть урока, – напомнила она, – поэтому я дам Вам свой конспэкт на дом. А Ви вэрнёте его мнэ завтра. – С серьёзным видом произнесла она, видимо понимая, что мне не удастся обзавестись друзьями так быстро. – Нужное правэло на страницэ 22.

– Спасибо! – только и смогла ответить я.

Следующей, по расписанию, была литература, и весь урок миссис Стюарт на распев читала нам Повелителя мух. А потом мы побрели на алгебру, которую вёл мистер Ричардсон – упитанный мужчина с густыми усами и лысиной, которую он отчаянно пытался скрыть с помощью оставшихся волос. Темой урока была периодичность тригонометрических функций, которую я уже изучила с миссис Гилл.

Уставившись в окно, я со скукой наблюдала за тем, как на скамейке у туй ссорилась какая-то парочка. Они всё время оживлённо размахивали руками, вырывали друг у друга мобильные телефоны, сопровождая все эти действия криком. За один из таких выкриков парень получил звучную пощёчину, после чего блондинка удалилась, взмахнув на прощание волосами.

– Мисс…– обратился ко мне учитель.

– Эванс, сэр! – вскочив из-за парты, ответила я.

– Мисс Эванс, скажите, какую функцию называют периодической? – с демонстративной напыщенностью попросил он, явно недовольный тем, что меня увлекла ссора за окном, а не его заумные речи.

– Ту, которая повторяет свои значения через какой-то регулярный интервал. – Просто ответила я.

– А можете ли Вы перечислить тригонометрические функции? – с прищуром оскалился он.

– Синус, косинус, тангенс, котангенс. – Протараторила я.

– Какой буквой обозначается минимальный позитивный период функции? – не отставал толстяк.

– Буквой «f»…

– Что ж, может быть Вы знаете, как найти минимальный период функции, учитывая, что угол Х умножен на какое-либо число? – победоносно вскинув брови, выпалил толстяк.

– Сначала надо определить типовой период этой функции, – постукивая пальцами по крышке парты, ответила я. – А затем поделить его на множитель перед переменной. Собственно, полученный результат и будет минимальным периодом.

– А что Вы будите делать, если Вам попадётся выражение с двумя периодическими функциями умноженными друг на друга? – уже с любопытством спросил мой мучитель.

– М-м-м – задумчиво протянула я. – Найду минимальный период для каждой по отдельности, а после определю для них минимальный всеобщий множитель.

– Кто Вас учил?

– Миссис Гилл, сэр!

– Хорошо, можете присаживаться! – с одобрением кивнул учитель.

Судя по всему, мои новые одноклассники, не были готовы к подобным проявлениям знаний с моей стороны. Поэтому таращились на меня, как на невиданную зверушку и что-то мне подсказывало – эти взгляды не сулят мне ничего хорошего.

Столовая в частной школе ничем не отличалась от той, где я когда-то училась. Разве что блюда, предлагаемые нам, выглядели на порядок аппетитнее. Я взяла желе в баночке, булочку и банку колы, и поспешила выйти во двор, т.к. подсаживаться к кому-то за стол мне не хотелось.

Мой выбор пал на огромное футбольное поле с идеально подстриженной травой и красивыми трибунами, которое находилось за школой. Забравшись по ступенькам на одну из таких трибун, я с наслаждением принялась за желе, попутно прочитывая начатую на днях книгу.

– Вторая жизнь Уве? – с удивлением произнёс знакомый голос за моей спиной.

– Тебя не учили, что таращиться в чужие телефоны не прилично? – поинтересовалась я, наблюдая, как парень с каштановой шевелюрой занимает соседнюю лавочку.

– Меня учили, что любопытство – не порок, а проводник на пути к новым знаниям! – парировал он.

– Похоже, не все разделяют твою точку зрения! – заметила я, глядя на краснеющий след на его щеке.

– Не всем дано понять философию моей жизни! – спокойно ответил он.

– На вот, приложи к щеке, философ! – фыркнула я, протягивая ему банку с колой. В этот момент раздался громкий рёв моего рингтона:

– Алло! – бодро проговорила я в трубку.

– И где же обещанное фото? – требовательно спросила мама.

– Ах, да, сейчас! – спохватилась я. Но она меня остановила сказав: – Включи лучше камеру!

– Камеру? – воскликнула я и бросила взволнованный взгляд на незнакомца.

– Да, и поживей! – скомандовала она. – У нас тут с Оуэному куча дел.

– Ладно… – нехотя протянула я и повернула экран телефона к себе. – Готово! – улыбнулась я, увидев маму. Она была одета в домашнее розовое платье и фартук.

– Ты что-то печёшь? – догадалась я.

– Оуэн потребовал миндальное печенье! – пояснила она.

– Хорошо вы там время проводите!

– Ты, как я вижу, тоже не скучаешь! – поправляя причёску, ответила мама.

– Здравствуйте, миссис…

– Эванс!

– Миссис Эванс! – поприветствовал парень, выглядывая у меня из-за плеча. – Я не хотел вам мешать! Да им не пора уже! – с неловким выражением лица, протянул он.

– Ты уже обзавелась друзьями, Эва? – одобрительно проговорила мама.

– Едва ли! – тяжело вздохнула я, глядя, как парень перемахивает через ступеньки.

– Для первого дня – не плохо! – ободрила он. – А как тебе учителя?

– Мисс Пети дала мне свой конспект по французскому, потому что я опоздала на урок. Мне кажется, это мило, с её стороны.

– И правда, мило…– согласилась мама. – Надеюсь, ты зарекомендуешь себя в этой школе как отличница!

– Зависит от обстоятельств…– еле слышно ответила я.

– Что? – мама наклонилась ближе к динамику и на моём экране высветилось её ухо с золотой серёжкой.

– Говорю, я буду стараться!

– Это хорошо! Это правильно! Надо стараться, Эва! Ты должна поступить в университет.

– Мне пора! – громко сообщила я и сбросила вызов.

Глава 2. Вечеринка.

Хотела бы я сказать, что за две недели, проведённые в новой школе, я стала мега популярной и обзавелась кучей друзей, но это не так. Из «мисс – железная пасть», я превратилась в незаметного Каспера, одиноко блуждающего по школьным коридором, во время перемен. Одноклассники меня избегали, но оно и понятно, кому захочется принимать в свой круг чужачку?! Обо мне вспоминали только на уроках мистера Ридчардсона, который, казалось, не замечал никого кроме меня.

– Мисс Эванс… – говорил он, и я мысленно закатывала глаза желая остановить поток математических вопросов, который лился из уст лысеющего толстяка. В один из таких моментов, когда я уже была готова заколоть себя шариковой ручкой, в класс ворвалась блондинка в розовых джинсах и с крохотной сумочкой в руках.

– Всем привет! – взмахнула рукой незнакомка, приведя этим жестом моих сокамерников в некое подобие эйфории.

– Привет, Лизи! – наперебой заблеяли они.

– Надеюсь, вы по мне скучали! – кокетливо улыбнулась она.

– Мисс Визер, у нас урок! – строго проговорил мистер Ридчардсон, приходя в себя от проявленной наглости.

– Прошу меня извинить! – с наигранным сожаление ответила блондинка. – Могу я занять своё место?

– Боюсь, что оно уже занято! – Раздался голос с крайней парты в первом ряду. – Тебя долго не было! – развёл руками кудрявый парень.

– Я была в самом сердце Италии! – грациозно вышагивая между партами, заявила она.

– В Мадриде, что ли? – усмехнулся кудрявый.

– В Вероне, дубина! – огрызнулась она. – Это – самое романтичное место в Италии, и такое же страстное как сердце настоящего Итальянца. – Усаживаясь за парту слева от меня, пояснила она.

– Вы закончили? – флегматично поинтересовался мистер Ричардсон. – Я могу продолжить урок?

– Конечно, продолжайте! – ответила девушка. Она сложила руки в замок и медленно обвела взглядом класс. – А ты кто такая? – наткнувшись на меня, прошептала она.

– Я – Эва! – безучастно ответила я.

– Ты новенькая?

– Ага.

– А я Лизи! – зачем-то сказала она. – Элизабет, если быть точнее. Но, все зовут меня Лизи!

– Здорово! – улыбнулась я, надеясь, что эта болтушка от меня отстанет. Но, она не отстала и после урока, потащила меня в столовую. Надо было видеть лица её подружек, когда она усадила меня за их общий стол.

– Знакомься, – радостно протянула она, – это Хлои, Бриттани, Пегги, Олив, Тиффани, Кэри и Габби.

– Это ещё кто такая? – нахмурила брови Тиффани – темнокожая красотка с огромной копной афрокосичек на голове. Она училась в параллельном классе, как и другие девчонки за столом, кроме Олив. Эта рыжеволосая худышка с мраморно-белой кожей, точно знала кто я. Потому как занимала парту прямо передо мной, и мы частенько обменивались неловкими улыбками, когда натыкались друг на друга в узком проходе между парт.

– Это Эва! – невозмутимо ответила Лизи. – Она учится в моём классе.

– Лучше бы к нам пришёл какой-нибудь красавчик! – мечтательно произнесла Хлои – та самая блондинка, что дала затрещину Джексону. – Без обид! – поспешила добавить она.

– У тебя этих красавчиков, как у таракана лапок! – вмешалась Кэри – девушка с огненно-красными волосами и серебряным колечком в носу.

– Cucaracha…(таракан) – скривилась Габби – латиноамериканка с пышными бюстом и попой.

– Хватит болтать на Испанском! – пригрозила ей пальцем Тиффани. – Ты в Америке!

– Y que me vas a hacer? (И что ты мне сделаешь?) – с вызовом просила пышногрудая.

– А давайте устроим вечеринку? – неожиданно предложила Бриттани.

– В честь чего это? – ворчливо бросила Кэри.

– В честь новенькой! – отозвалась она. – Что скажешь?

– Ве-че-рин-ка? – проблеяла я, пытаясь уйти от ответа. Но, уходить было некуда, эта бравая гвардия пригвоздила меня своим взглядом, как сушёную стрекозу к фанерке и я сдалась: – Звучит интригующе!

– Вот и отлично! – заключила Лизи. – Значит, собираемся сегодня вечером у меня.

– Сегодня? – шепнула я ей, под всеобщие возгласы ликования.

– Ты же не хочешь их расстроить? – пожала плечами блондинка.

И я действительно не хотела их расстроить, но ещё больше я не хотела расстраивать свою маму, которая была ярой противницей вечеринок и всего того, что хоть как-то имело отношение к алкоголю и сексу до 18 лет. Что ж, отменить вечеринку я не могла, но я могла соврать маме, что собственно, я и сделала.

– Кто, говоришь, твоя подружка? – вытирая кастрюлю сухим полотенцем, спросила она.

– Лизи! – ответила я. – Элизабет Визер. Мы учимся в одном классе.

– И что за проект вы готовите?

– По физики. – Отмахнулась я.

– Первые недели учёбы и уже проекты задают! – покачала она головой.

– Это частная школа. Здесь и нагрузка другая. – Снова соврала я. – Так ты меня отпустишь?

– Ну, раз завтра суббота и тебе не нужно на занятия…

– Так ты меня отпускаешь? – не веря своему счастью, спросила я.

– Отпускаю. – Улыбнулась мама.

– Спасибо, спасибо, спасибо! – запрыгала я.

– Только захвати с собой кексы. Я испекла их сегодня утром.

Не помня себя от счастья, я проскакала галопом наверх, в свою комнату, и быстро собрала всё необходимое в рюкзак. А затем вернулась на кухню за кексами и чмокнула маму в щёку на прощание. Через несколько домов меня ждала Лизи. Она специально припарковала свой ярко-оранжевый «форд» так далеко, чтобы мама не могла нас увидеть.

– Что это так пахнет? – спросила она, когда я забралась на соседнее место.

– Мамины шоколадные кексы. – Неловко ответила я.

– Обожаю шоколадные кексы! – воскликнула она, забирая у меня коробку.

Не знаю, бывало ли у вас такое, когда человек, которого вы знаете всего лишь полдня, начинает казаться родным. Но, у меня с Лиз было именно так. Она оказалась довольно уютной и простой, если не брать во внимание не прекращающуюся болтовню. Только представьте, пока мы ехали, она успела рассказать мне о всех своих «похождениях». Начиная с детского сада, где Питер Уилис вытирал свои козявки о её платье, но был так красив, что она прощала ему эти выходки. И заканчивая виноделом Матео с которым она познакомилась, отдыхая в Вероне.

– Никогда бы не подумала, что мне может понравиться парень старше тридцати. – Призналась она.

– Тридцати? – удивилась я.

– Если быть точнее, ему тридцать два. – Кокетливо поправляя волосы, ответила она.

– Жуть какая! – пробормотала я. – Моему отцу тридцать восемь.

– А он у тебя как, ничего? – подразнила она.

– Он у меня женат! – с улыбкой парировала я.

– Да, встречаться с женатым – это уже перебор! – серьёзно заключила она.

Дом Лизи оказался самым настоящим дворцом. Одни балконы чего стоили. А фонтан?! Вы когда-нибудь видели Афродиту из мраморных рук которой струилась вода, стекавшая прямо в ракушку внутри которой и находилась богиня? Нет? А я видела! Она встретила нас у парадного входа, в двухстах метрах от роскошного крыльца.

– О, мой бог! – вырвалось из моего рта. – Внутри так же?

– Да, – улыбнулась Лизи. – Мама любит, когда смотрится дорого. Это её страсть. – Объяснила она.

Комната Лизи напоминала домик для Барби из детства: розовые стены, мебель, постельное на кровати, даже светильник на столе и тот нежно-розового оттенка.

– А моя страсть – это розовый! – горделиво произнесла девушка.

– В детстве я мечтала о такой комнате.

– Что ж, добро пожаловать в мечту детства. – Хихикнула Лизи, а затем добавила: – Нам стоит поторопиться!

Думаю, мне не стоит говорить вам о том, что я никогда не была на подобных мероприятиях и поэтому понятия не имела, как должна выглядеть. Хотя, своё мнение на этот счёт у меня всё таки было: Мне хотелось чего-то женственного, но без снобизма и не слишком открытое.

– Ты что, в этом решила тусоваться? – с пренебрежением спросила Лизи, когда я натянула на себя своё любимое чёрное плате с небольшими буфами на рукавах.

– А что-то не так?

– Всё так, если ты собралась в нём на воскресную службу! – скрестив руки на груди, протараторила Лизи.

– Так плохо?

– Ага… – протянула она.

– Но, я была уверена, что оно подойдёт.

– Твоя уверенность тебя подвела.

– У меня нет ничего другого. – Запаниковала я.

– Ничего, – успокоила моя собеседница, – я дам тебе что-нибудь из своего.

«Что-нибудь» – оказалось супер облегающее латексное платье чёрного цвета с глубоким декольте, едва прикрывающее мою задницу.

– Ты шутишь! – глядя на себя в зеркало, пробормотала я. – Я похожа на…

– Таков дресс-код всех вечеринок! – перебила меня Лизи. И она не солгала. Стоило часам пробить девять часов, как в дом ввалилась шумная компания из подружек Лизи с которыми я ещё днём обедала за одни столом. И все как одна выглядели… Ну, в общем, как я.

– Зачётное платье, Эва! – восхищённо произнесла Тиффани. – Да и фигурка у тебя что надо! Местами, даже лучше, чем у Хлои! – лукаво подмигнула она.

– Не дождётесь! – гордо взмахнув блонлинестой гривой, бросила Хлои. В ответ вся компания разразилась хохотом.

– Эй, Лизи! – позвала Кэри. – А где же наша музыка?

– Где же наша музыка, Лизи? – пропели хором девчонки.

– Уже, уже! – отозвалась девушка, и дом наполнился заводными трелями. А потом стали приходить и другие. И они шли, и шли, шли и шли, пока в огромном дворце ни стало тесно как в избушке.

– Столько народа! – прокричала я Лизи на ухо. – Когда ты успела всех пригласить?

– А я и не приглашала! – улыбнулась она, введя меня этой фразой в ступор.

Окружённая незнакомыми и мало знакомыми людьми, я чувствовала себя неуютно. И некоторое время подпирала стену со стаканом вишнёвого пунша. Но потом, я увидела парня, который пробирался ко мне сквозь изгибающиеся в танце тела.

– Привет! – поздоровался он, склоняясь над моим ухом. Музыка гремела так, что даже при такой близости, его слова были едва уловимы. – Не хочешь сыграть со мной в «алкобол»? – спросил он.

– В алко что? – не поняла я.

– Пойдём, я покажу! – предложил он, хватая меня за запястье. Сперва, этот жест показался мне странным, но, когда мы нырнули в толпу, я поняла, он так сделал, чтобы не потеряться.

В огромной столовой, вокруг не менее огромного стола, собралась ещё более огромная толпа народа. Они потягивали напитки из своих стаканов и с азартом наблюдали за происходящим внутри живого круга, где четверо ребят разбившись на пары, бросали пластмассовый мячик в стаканчики с неизвестной мне жидкостью. Если мячик попадал в стакан, то его выпивали. Выигрывала та команда, которая крепче всех стояла на ногах.

– Пойдём, наша очередь! – потянул меня парень, когда подвыпившая четвёрка растворилась в ликующей толпе.

Мы встали с одной стороны стола, наблюдая за тем, как «организаторы» меняют стаканчики и заполняют их новой жидкостью. Когда я подняла глаза, то на другом конце стола обнаружила того самого парня, которого я повстречала в свой первый день в школе. И судя по его взгляду, он был удивлён не меньше моего, но оповещать о нашем знакомстве окружающих не стал. Я тоже сделала вид, что мы не знакомы.

– Нам не хватает ещё одного человека! – проорал парень рядом со мной. Толпа зажужжала как рой диких пчёл, а затем изрыгнула хорошенькую девушку с длинными волосами цвета ночи. Она встала рядом с парнем и одарив его заигрывающей улыбкой, сладко протянула:

– Привет, Джексон!

Смотрелось это слегка тошнотворно.

– Привет, Рори! – ответил он, игнорируя её кокетство.

Когда стаканчики были наполнены, а мячик по жребию, оказался в руках у красотки напротив, игра началась. Прицелившись, девушка бросила мячик и тот, пролетев над столом, угадил прямо в цель. Незнакомец рядом со мной, осушил содержимое стакана под громкое улюлюкание толпы. Мячик перешёл в нашу команду. И сделав ответный бросок, мой напарник заставил красотку Рори испить из пластмассового кубка огненной жижи. Следующий бросок был за Джексоном. Он окинул меня неуверенным взглядом и бросил мяч как будто наугад. Тот пролетел мимо и упал куда-то позади меня.

Играть в поддавки мне не хотелось, поэтому собрав всю свою меткость в кулак, я выпустила из него мяч, уверенная, что он попадёт куда надо. И на этот раз моя уверенность не подвела. Мяч плюхнулся в стакан, стоящий перед Джексоном, обдав его волной из брызг. Парень бросил на меня колкий взгляд и сделал глоток из стакана. Похоже, ему попалось что-то крепкое, так как на мгновение его губы изогнулись в кривую линию. Видимо, после этого он передумал мне поддаваться, так что после каждого его броска, содержимое стакана оказывалось внутри моего желудка. Сколько было таких стаканов, я точно не помню. Помню лишь то, что в какой-то момент я почувствовала покалывающую лёгкость, и сознание покинуло моё тело.

Когда я открыла глаза, было уже утро. Я лежала в огромной кровати, а солнечные лучи из окна, били мне прямо в лицо.

– Уже проснулась? – услышала я и, повернув голову, увидела Джексона, который, судя по мокрым волосам, только что вышел из душа. – Как спалось?– иронично полюбопытствовал он.

– Как я здесь оказалась?

– Я тебя сюда принёс. – Спокойно ответил Джексон, открывая дверцы шкафа. – Можешь, не благодарит! – добавил он.

– Благодарить? За что? – массируя больную голову, спросила я. И в этот момент мой взгляд упал вниз, и я обнаружила, что сижу в одном белье. – Какого чёрта, Джексон? – проорала я.

– Какого чёрта что? – испугался парень.

– Какого чёрта я в белье?

– А что, должна быть без? – усмехнулся он.

– Это не смешно!

– А по-моему смешно! – отозвался Джексон стуча дверцами шкафа.

– То есть, для тебя это не впервые?

– Что именно?

– Пользоваться девушками, когда они в отключке!

– Ты сама сняла платье. – Пожал плечами парень.

– Ах, вот как! – задохнулась я от возмущения.

– Послушай! – оторвался от шкафа Джексон. Его взгляд был холодным. – Я принёс тебя сюда, когда ты потеряла сознание. Я не знаю, что на тебя нашло, но когда ты пришла в себя, то начала снимать платье, бормоча что-то не внятное на пьяном диалекте. И, между нами, ничего не было! – выдержав паузу, заявил он.

– Если между нами ничего не было, тогда, где ты спал? – недоверчиво спросила я.

– Вон там. – Кивая в сторону дивана, ответил Джексон. И действительно на диване лежала подушка и покрывало, подтверждая правдивость его слов.

– Допустим, это так… – начала я.

– Это правда и без всяких «допустим». – Перебил меня парень.

– Хватит рыться в чужом шкафу! – злобно бросила я.

– Это мой шкаф!

– Твой?

– Да! Мой шкаф, моя комната, мой дом! – отчеканил Джексон. – Мы с Лизи сводные брат и сестра.

– С- сводные? – заикаясь переспросила я.

– Да! Мой отец женился на её матери. Никакого биологического родства между нами нет.

– Эмм.... – замялась я, пытаясь осознать услышанное.

– Так и будешь сидеть в кровати или, всё же, приведёшь себя в порядок? – бросая мне свежее полотенце и свою рубашку, полюбопытствовал он.

Надо признать, видок у меня был ещё тот: на голове птичье гнездо, под глазами чёрные пятна от потёкшей подводки, а во рту привкус кошачьего лотка. Не передать словами с каким наслаждением я забралась в душевую кабину. Горячая вода – лучшее средство от похмелья. Зубной щётки у меня не было, поэтому я выдавила небольшой шарик пасты на указательный палец и слегка потёрла им свои зубы. После чего хорошенько прополоскала рот. Привкус лотка ушёл.

– Смотри-ка, а тебе идёт! – прищёлкнул языком Джексон, когда я вышла из ванной в его рубашке. – Подлиннее твоего платья будет! – уколол он.

– Не издевайся! – попросила я. – У тебя нет фена?

– Нет, – покачал головой парень. – Но не переживай, волосы высохнут, пока мы будем ехать в машине.

– Ты меня отвезёшь? – просияла я.

– Отвезу. – Ответил Джексон. – Но это не ради тебя. – Пояснил он. – Это ради твоей мамы. Уверен, она за тебя волнуется.

Выбираться из дома к машине нам пришлось через чёрный ход, которым пользовались только слуги. Именно благодаря ему, никто из хмельной компании, включая и Лизи, нас не увидел. В машине Джексон включил подогрев сидений, и я чуть было снова не провалилась в сон.

– И давно вы так живёте? – полюбопытствовала я, глядя на мелькающие в окне дома.

– С тех пор, как умерла моя мам. – Сухо ответил он.

– Извини. – Виновато пробормотала я.

– Всё в порядке. – Соврал он. – Она попала в ДТП, когда мне было девять.

– Оу, – только и смогла ответит я. Повисла неловкая пауза, которая слегка затянулась.

– Не против, если я включу радио? – спросил он.

– Включай. – Улыбнулась я и всю дорогу до моего дома мы молча слушали поставленный голос диктора.

Глава 3. Черлидерша.

Выходные кончались, их сменяла будничная рутина с ранними подъёмами и уроками, за которой снова приходили выходные и весёлые встречи с Лизи и её подружками. Дни превращались в недели, а недели в месяцы. В ноябре на Портленд обрушились непрекращающиеся небесные потоки, спасаться от которых приходилось водостойким макияжем и лаками для волос с супер – фиксацией. Я начала привыкать к ранним подъёмам, нудным сборам, плотному завтраку и получасовому макияжу.

И если вы думаете, что всё это время я тратила на вырисовывание нового лицо поверх того, что дала мне природа, то окажитесь, частично, правы. На самом деле, все тридцать минут я тратила на «выравнивание» ямок, которые остались мне на память, после жутких гормональных высыпаний. Да, да! Именно так! После кошмарных прыщей и красных пятен, следует ещё одно испытание в виде чёртовых оспин, как во времена прокаженных. Я бы многое отдала за то, чтобы хотя бы перенести всю эту красоту, куда-нибудь на спину. Туда, где она не будет так сильно бросаться в глаза.

Как бы странно это ни звучало, но Лизи была единственной, кому я доверила эту тайну. Конечно же, я не сказала ей об этом. Просто потому что, мне стыдно признаться, что я так сильно переживаю за то, что большинство считает бессмыслицей. И всё же, она единственная, кто видел моё лицо без косметических вмешательств.

– Ты в порядке? – прощебетала Лизи, когда я вошла в класс. Она вскочила из-за своей парты и заключила меня в крепкие дружеские объятия прямо в проходе.

– Всё отлично! – прохрипела я.

– А у меня с самого утра ужасные новости! – воскликнула она и поволокла меня за собой. Мы уселись за парты и она, поддавшись чуть вперёд, возмущённо зашептала: – Утром мне написала Пегги! Сказала, что сломала ногу, свалившись вчера со скутера со своим Парнем Риком. Представляешь? – ахнула она и в её глазах заблестели слёзы.

– Сломать ногу, это, должно быть, очень неприятно! – поморщилась я, с удивлением наблюдая за реакцией подруги. Никогда бы не подумала, что Лизи может так переживать за чьё-то здоровье.

– Да какое там неприятно?! – воскликнула та. – У нас на носу выступление на матче по регби! Важное событие для каждой черлидерши! А она….– Лизи задохнулась от возмущения. – А она, видимо, так не считает.

– Разве матч может быть важнее здоровья? – возразила я.

– Конечно же, может! – заверила меня Лизи. – Мы начали готовиться к этому матчу с прошлой зимы. Хореография рассчитана на восьмерых! Нужна ещё одна девушка. Но, где мне её взять? Такую, чтобы гнулась во все стороны и смогла выучить все движения за месяц?

Я заколебалась в нерешительности, и эта пауза сыграла против меня.

– Эва Эванс! – обратилась ко мне Лизи. – Не хочешь ли ты сказать мне что-то, чего я о тебе ещё не знаю, но буду очень рада узнать? – и она расплылась в лукавой улыбке, как лисица, слопавшая колобка.

– Да, да! – выдохнула я. – Ты права! За моими плечами десять лет выброшенных на гимнастику!

– Ура! – взвизгнула подруга.

– Не спеши радоваться! – шикнула я. – Я три года не практиковалась и уже не помню, как и что делается.

– Не переживай! – ободрила меня Лизи. – Механическая память сделает всё за тебя!

– Хочется верить! – буркнула я, жалея о том, что не смогла отказать в том, к чему никогда не хотела возвращаться.

После уроков Лизи повела меня в спортивную раздевалку. Увидев меня на пороге, черлидерши застыли в удивлении.

– Какого чёрта, Лизи? – возмутилась Хлои, стоя в одном белье.

– Не кипятись, пока не узнаешь в чём дело! – бросила ей Лизи, присаживаясь на одну из лавочек. – Пегги сломала ногу! – трагичным голосом произнесла она. – Так что, если не Эва, нам придётся отказаться от участия в матче.

– Да ты шутишь! – отозвалась Кэри, теребя колечко в носу. Она всегда так делала, когда начинала раздражаться.

– Нет, не шучу! Так что Эва – наша единственная надежда, если мы хотим танцевать.

– Ну, сначала, надо понять, что я ещё помню. – Смущённо отозвалась я.

– Не дрейфь, подруга! – обратилась ко мне Тиффани. – Если ты умеешь крутить колесо и садиться на шпагат – это уже больше, чем мы ожидаем! – она улыбнулась своей белозубой улыбкой, и у меня на душе стало немного теплее.

Втиснувшись в короткие шорты и топ, которые дала мне Лизи, я нехотя зашагала в спортивный зал, из которого уже доносились весёлые музыкальные трели. Девчонки повторяли танец, или как любила говорить Тиффани – «прогоняли харягу», а я заворожено смотрела на них со стороны, чувствуя дрожь в коленках и подступавшую к горлу тошноту.

Несмотря на то, что прошло целых три года, неуверенная толстушка с воспалённым лицом, которой я была, всё ещё жила внутри меня. И именно она, в тот момент, говорила мне: «Беги, Эва! Беги!». И я была готова это сделать. И даже уже начала отступать назад, когда, вдруг, упёрлась спиной в преграду. Испугавшись до чёртиков, я резко обернулась.

– Подглядываешь? – с лукавой улыбкой протянул Джексон. Он был одет в спортивные шорты чёрного цвета и такую же чёрную байку. На плече у него лежало белое полотенце, а по лбу стекали капельки пота.

– Что ты здесь делаешь? – зашипела я.

– Услышал музыку и решил посмотреть! А что нельзя? – с вызовом бросил он.

– Конечно же, нет! – замахала руками я. – Иди, куда шёл! – я стала легонько подталкивать его к выходу.

– А ты здесь для чего? – меряя меня подозрительным взглядом, спросил он. – Черлидерши к себе на тренировки никого не приглашают!

– А меня пригласили! – сложив руки на груди, заявила я.

– Вот оно что! – протянул Джексон. – Тогда, я тоже останусь! На правах регбиста! – объявил он и быстрым шагом направился к скамеечкам. Я хотела было возразить, но в этот момент меня позвала Лизи. Она всё ещё задыхалась от бешенных «па», которые вытанцовывали её ноги минутой назад, а лицо приобрело лёгкий румянец. – Давай к нам!

– К нам? – одними губами произнёс Джексон и довольно потёр руки, радуясь предстоящему зрелищу. Уверена, единственное о чём он тогда сожалел – что у него не было с собой попкорна.

Разозлившись на себя из-за проявленного малодушия утром и на довольного Джексона, я тяжёлой поступью направилась к улыбающейся Лизи.

– Ничего не бойся! – подбодрила она. – Я включу музыку, а ты начинай, как будешь готова! – и она зашагала к макбуку, присоединённого к двум колонкам.

– А что мне делать-то? – прокричала я ей в след.

– Всё что умеешь! – блеснув белыми зубами, ответила та и клацнула «enter».

Зал наполнился ритмичными трелями. Девушка пела о том, кем была когда-то давно. О той, серой мышке, которую предавали, и которую она сейчас не узнавала, глядя в зеркало. Она повторяла, что всё ещё помнит ту себя и что именно это делает её сильнее. Я застыла на месте, не в силах пошевелиться. Никто, из смотрящих на меня, даже не подозревал как близки мне её слова. Я бросила взгляд на Джексона. Он больше не улыбался. Он смотрел на меня тем самым взглядом, про который принято говорить «пронизывающий». Я сделала глубокий вдох, а затем вытянулась как струнка, подняв над головой руки и поставив правую ногу на носок. Этим движением я дала понять, что готова начать. Опустив руки, я разбежалась и прыгнула. Моё тело завращалось в воздухе и я, сама не зная как, приземлилась на ноги. Сальто в три оборота и идеальное приземление. Мама пришла бы в дикий восторг, если бы могла наблюдать это спустя столько времени. Она единственная, кто свято верил в мой талант, неустанно расписывая родственникам моё светлое и очень известное будущее. Но, вес внёс свои коррективы, и она отстала от меня, переместив всё своё внимание на Оуэна.

Сразу после сальто я продемонстрировала шпагат в воздухе и всеми известный прыжок антурнан. Правда, прогиб в спине был не идеален, и я не смогла коснуться головой ноги, как это положено. Так что мои ноги не образовали угол на 180 градусов, а застыли где-то на 160-ти. Но, судя по лицам наблюдавших, это никого не огорчило. На оборот. Девчонки пришли в дикий восторг. Песня подходила к концу и на последок я сделала мостик, из которого вышла в изящный шпагат.

– Э-В-А! – закричала Лизи, бросившись ко мне. Она помогла мне встать, а затем заключила в объятия.

– Я вам подхожу? – задыхаясь, спросила я.

– Ещё как! – не сбавляя громкость, воскликнула она, оглушив меня на долю секунды. Не успела я выбраться из цепких рук Лизи, как подоспели остальные девчонки. В этот момент я почувствовала себя бананом, который по цепочке передают друг дружке озорные обезьянки. Выдержав непредвиденный всплеск всеобщей любви, я кое-как высвободилась из объятий черлидерш.

– Завтра начнём тренировки! – радостно оповестила меня Лизи. – Сначала мы будем репетировать вдвоём. Я покажу тебе движения и партию Пегги, а когда ты это усвоишь, начнём репетировать все вместе. – Она захлопала в ладоши и ещё раз обняла меня.

– Что ж, хорошо! – выдохнула я. – Надеюсь, на сегодня я свободна?

– Да, конечно! – кивнула головой Лизи. – И не засиживайся над уроками. – Посоветовала она. – Завтра мы освободимся гораздо позже.

– Хорошо! – улыбнулась я и, помахав на прощание, поспешила удалиться.

– Эва! – окликнул меня Джексон, когда я семенила по узкому коридору к женской раздевалке. Я обернулась.

– Чего тебе? – с неприязнью спросила я.

– Не думал, что ты так умеешь… – почесав затылок, протянул он.

– Не стоит делать поспешных выводов о человеке, которого совсем не знаешь! – высокомерно заявила я.

– Точно! – хмыкнул он и, сняв с плеча полотенце, стал нервно накручивать его на руку. – Надеюсь, однажды я смогу узнать настоящую Эву Эванс! – тихо проговорил он.

«Надеюсь, что нет!» – подумала я. Но вслух произнесла:

– Кто знает! – и поспешила убраться подальше.

Всю следующую неделю мы с Лизи задерживались допоздна, отрабатывая танцевальные элементы. Благо, запоминала я быстро. На одной из таких тренировок, Лизи подвернула ногу. Не сильно, но рисковать не стала.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.